Добро пожаловать в дивный новый мир! Человечество успешно самовыпилилось, Ростов-на-Дону превратился в непроходимые джунгли, а ты проснулась голой в капусте... почти в капусте.
Инструкция по выживанию проста: если тебя сожрали – не расстраивайся, ты возродишься! Правда, с каждым разом ты будешь всё меньше походить на человека… Но это мелочи.
Когти? Отлично. Жабры? Полезно. Крылья, лапы, хвост? Эй-эй, помедленнее, пожалуйста! Не так быстро!
Впрочем… В хозяйстве всё сгодится.
Главное – не попадаться на глаза выжившим людям. Мало ли как они на тебя отреагируют?
Медленно открыв глаза, какое-то время я бездумно смотрела в потолок, а перед глазами мелькали полупрозрачные цифры, буквы и даже целые фразы.
Безразличие и апатия, сковавшие меня в момент пробуждения, крайне медленно сменялись недоумением и даже напряжением.
Что… происходит⁈
Взгляд зацепился за фразу «Созревание плода… 98,9%… ошибка… ошибка… процесс прерван».
И тишина.
Настолько оглушающая тишина, что бьет по нервам сильнее любого электрошокера, но именно она запускает тот самый процесс, который возвращает мне память.
Тело трясет, из глаз текут слезы, рот открывается и закрывается без единого звука и лишь через несколько минут из горла вырывается вой.
Жуткий, грудной.
Совершенно нечеловеческий.
Неудивительно…
Ведь человечества больше нет.
≡=
Дорогие читатели!
Добро пожаловать в нашу новую с музом историю.
Книга выкладывается эксклюзивом на сайте АвторТудей
Ну и, как водится, не обойдется без магии, хотя тут она будет представлена преимущественно высокими технологиями неземного происхождения и мутациями, отчасти мистикой и загадочными пси-способностями.
Героине придется несладко, но муз бдит и уже стащил у феи монтировку 😈
История происходит в не очень далеком постапокалиптическом будущем на Земле, где живут не только люди…
А кто ещё, вы узнаете уже совсем скоро 😉
Погнали?
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я пришла в себя достаточно, чтобы затихнуть и задуматься.
А что, собственно, происходит?
Кто я? Где я?
Почему?
Последнее, что я помнила — предупреждение диктора о бомбежке.
Да, человечество всё-таки решило угробить само себя и конфликты за границей медленно, но верно превращались из чего-то далекого и мифического в нашу суровую реальность. Это было уже не «там».
Это было «здесь» и «сейчас».
Бункеры стали реальностью.
Дефицит еды и воды. Страх. Безнадега.
Люди, ведущие себя, как звери. И звери, ведущие себя… слишком разумно. А ещё подозрительные растения-мутанты, вырастающие из ниоткуда буквально за сутки.
Начали возникать странные теории, что мы все попали под облучение. Что война ведется не между людьми, а некой третьей стороной… Может даже рептилоидами?
А потом всё закончилось. Раз — и всё.
Для меня всё закончилось двадцать восьмого марта, через десять минут, как диктор объявил о летящих в наш район ракет «земля-земля».
Но почему я сейчас смотрю в потолок и всё осознаю?
Медленно сев, первым делом выяснила, что я полностью голая, но лежу не на полу, а в подозрительно огромном цветке с сочными, мясистыми лепестками. Непривычно длинные русые волосы отросли до талии, чего не было никогда — я всегда стриглась коротко.
Тело вроде бы и моё, но в то же время какое-то… Слишком правильное?
Кожа нежная, без единой родинки и шрамика, прыщичка и пятнышка. Цвет здоровый.
На лобке и в подмышках нет волос.
Груди полные, соски розовые, на животе ни единой жиринки.
Это я вообще?
Задумавшись над этим, причем всерьез, не сразу сфокусировала взгляд на словах, которые всё продолжали мелькать перед глазами.
Ну, допустим, «да».
Не знаю, что я сделала, кажется, только подумала, а перед глазами уже разворачивалось новое полотно информации:
Ага…
Я в игре что ли?
Эта мысль так меня изумила, что какое-то время я сидела в откровенном ступоре, пытаясь осознать происходящее. Получалось плохо, то есть никак.
Это просто не могло происходить! После всего, что было прежде… Игра⁈ Серьезно? То есть мой разум… м-м, где? Как?
Зачем???
Внезапно напомнил о себе желудок, издав вопль умирающего кашалота, и я скривилась, шумно выдохнув. Нет, в игре такое точно невозможно. В прошлом, даже скорее в детстве, я бывало играла… Во всякое. Бродилки, стрелялки, фермы… РПГ даже!
Но это были обычные игры на телефоне и компьютере. Сейчас же меня посетило крайне странное ощущение, что я в игре с полным погружением. Как в фильме. Или в книге.
Да, читала… Разное. Когда сидишь в бункере сутки напролет, то поневоле занимаешься разным, только чтобы не сойти с ума.
И всё же…
Какого черта⁈
Желудок снова громогласно напомнил о себе, и я поняла, что с этим надо что-то делать. Осторожно встала, не прекращая осматриваться и подозревать подвох в каждой тени — слишком уж происходящее походило на бред.
А может, я в коме? Это бы всё объяснило!
Почти всё…
К сожалению, я ощущала реальность слишком хорошо и вместе с тем понятия не имела, как осознается реальность в бреду. Хочется ли есть, когда в коме? Ощущаются ли запахи? Насколько качественной выглядит реальность? Как в реальности или всё-таки как во сне?
Замерев на долгие пять минут, я досчитала до трехсот, ни разу не сбившись, при этом глядя перед собой, и констатировала, что это точно не сон. Реальность не плыла и не менялась, мысли оставались четкими.
Ничего не понимаю!
При этом я не стояла на месте бездумно, осматриваясь, и первым делом отметила, что я точно не в бункере. Когда-то давно это точно было помещение над уровнем земли — в одной из стен виднелся оконный проём, густо заросший толстыми мясистыми лианами тёмно-зелёного цвета с коричневыми прожилками. Какие-то из них даже цвели, издавая тонкий и в целом приятный аромат.
Этими лианами (и их корнями) было заполнено всё помещение, причем не такое уж и маленькое, где-то шесть на восемь метров. Моё «ложе» располагалось почти четко в центре и сильнее всего походило на какой-то гигантский цветок. И я…
Плод.
Что-то непонятное в моей голове назвало меня «плодом». Не до конца созревшим. С ошибкой.
Интересно, это хорошо или плохо?
Похмурившись и потерев лоб, я осмотрелась уже активнее и заметила дверной проём, также густо увитый лианами, так что просто так не выйти — придется прорываться с усилиями.
Но надо ли?
Пришла откровенно запоздалая мысль, что снаружи может быть опасно. А я голая. И вроде бы никогда не страдала особой стеснительностью, но сейчас речь шла даже не о ней, а об элементарной безопасности. Что, если там дикие звери? Или хищные растения? Или озабоченные мужики? Вот как бы… Тревожно, да.
В итоге я направилась к окну, решив для начала попробовать осмотреться через него, но особо не преуспела — щели между лианами были настолько узкими, а сами они переплелись как минимум в десяток рядов, наслоившись друг на друга, что всё, что мне удалось увидеть — это тонкие лучики солнечного света и… ну, допустим, джунгли.
Ага.
А почему?
Потерев лоб и сдавшись на третьей минуте бесперспективных размышлений о том, как я очутилась в джунглях (или как джунгли очутились под Ростовом), я вдруг принюхалась активнее. Откуда-то слева пахло так ароматно, что сначала это почуял нос, затем разум, а потом…
Я не знаю, как это произошло! Правда!
Но сначала я схватила ярко-алый плод, похожий на маленький помидор, сунула в рот и торопливо прожевала-проглотила и только потом до меня дошло, что он мог быть ядовит.
Ох, черт!
Да как так-то⁈
Вот только пока я паниковала, плод уже путешествовал по пищеводу, а у меня перед глазами вылезло новое сообщение подозрительно издевательского содержания:
Какое-то время ничего не происходило и я уже почти успокоилась, понадеявшись, что на этом всё закончилось, но нет. Перед глазами вылезли новые строки:
Эм-м… Чего?
Я даже вслух вопрос задала:
— Что происходит? Можно простыми словами?
Но увы, реальность не торопилась со мной взаимодействовать, так что пришлось с этим смириться и осмотреться ещё раз. Благодаря этому, я нашла ещё несколько похожих помидорок и, уже догадавшись, что они вроде как условно безопасны, сорвала их и съела. Правда, на этот раз никаких новых сообщений перед глазами не появлялось, но хотя бы желудок немного угомонился и я получила возможность подумать, что делать дальше.
Определенно мне нужны три вещи. Точнее четыре! А то и все пять. Первое: одежда. Второе и третье: еда и вода. Четвертое: оружие. И пятое: люди. Ну или… кхм, гуманоиды. Я правильно помню, да? В момент пробуждения система в моей голове (допустим, система!) назвала меня гуманоидом.
То есть не человеком.
А это самое… Как там было дословно?
Стоило немного напрячься, как перед глазами снова появилось то самое длинное сообщение, которое гласило, что я «химера», что бы это ни значило.
То есть, если отбросить в сторону мысль, что такого в принципе быть не может, я — плод растения. Склонный к мутациям. Да?
Ой, как-то мне не по себе от всего этого…
Нервно поежившись, хотя и не ощущала особого холода, я обошла весь зал, но больше ничего полезного для себя не нашла. Ни «помидорок», ни пальмовых листьев, из которых можно было бы сделать хоть какое-то подобие туземной юбки, ни еды, ни воды, ни подсказок.
Даже палок толковых тут не было, только относительно гибкие лианы.
Ла-а-адно!
Соберись, Майка! Пора исследовать этот мир чуть сильнее, чем никак.
На этот раз я решила исследовать дверной проём. Лианы оплели его почти так же плотно, как и оконный, так что пришлось приложить серьезные усилия, чтобы порвать хотя бы треть этих невероятно крепких и тугих стеблей. Или это корни? Ай, не принципиально!
В общем, кое-как проделав дыру, причем не сильно большую, чтобы в случае чего прятаться потом именно в этой комнате, я вылезла в сумрачный коридор и настороженно осмотрелась. Как и моя комната, он выглядел так, словно пережил апокалипсис, и мир захватили растения. Причем явно гибридные. В основном это были серые и темно-коричневые корни и зеленые гибкие стебли, но кое-где среди корней виднелись клубневидные утолщения, крайне отдаленно похожие на плоды картошки или топинамбура. Или имбиря. Или чего-то такого, клубневидного. Некоторые лианы были с шипами, некоторые подозрительно пульсировали, что-то светло-зелёное, что-то тёмно-зелёное, что-то с пугающими бордовыми прожилками, что не прибавляло мне спокойствия.
И всё равно я оказалась совершенно не готова к тому, что, пройдя от силы метров десять по этому жуткому коридору и, вздрагивая от каждого шороха, я окажусь в плену очередной мутировавшей лианы, которая молниеносно захватит и сожмет меня в своих удушающих объятиях, возомнив себя питоном.
Это. Было… Больно!
Я точно расслышала хруст собственных костей, а потом и ощутила дикую жгучую боль, когда сочащаяся слизью лиана начала растворять меня прямо так, ещё не убив, но потом… Боль стала настолько невыносимой, что я потеряла сознание.
И, кажется, умерла.
А потом очнулась.
Открыв глаза, я словила пугающий приступ дежавю. Большая комната, заполненная растениями. Я лежу в центре огромного мясистого цветка с багрово-коричневыми лепестками.
И перед глазами электронные строчки сообщения:
И чуть ниже портянка с характеристиками. Почти, как прежде, но всё же немного иная.
М-м… И что это значит? Я теперь бессмертна? И на что влияет мутация?
Пролежав в откровенном ступоре минут тридцать, не меньше, следом я догадалась посмотреть на себя. Точнее на свои руки. Кожа больше не была привычно розовой, приобретя подозрительный зеленый оттенок с бордовыми прожилками.
Ага…
Ну, допустим, понятно. Мой головной компьютер проанализировал слизь, которой меня растворили, и превратил меня… Допустим! В ту лиану, которая меня сожрала.
Она больше не будет на меня нападать или как?
Прекрасно понимая, что это можно проверить только опытным путем, я не могла заставить себя даже просто встать. Меня трясло. От страха. От фантомной боли. От непонимания, черт возьми!
Что я⁈ Кто со мной это сделал?
Зачем???
Обняв себя руками и скукожившись в центре цветка, я просидела так, наверное, часа два, прежде чем осознала, что в комнате начало темнеть, а я снова хочу есть. Очень хочу!
Ругнувшись, но на всякий случай шепотом, я встала и, замирая после каждого шага, добралась до дверного проёма. То, что это не сон и не бред, и я уже тут была, можно было определить по наличию проёма. Правда, мне показалось, что он стал уже, видимо, лианы потихоньку затягивали его обратно. И всё же… Он был.
Вот только в коридоре стояла такая темень, что я не рискнула отходить от своей комнаты дальше, чем на пару метров, на пробу выдрав из корней два разных клубня картофельного вида, и вместе с ними вернулась обратно. Если я бессмертна, то мне не грозит и смерть от отравления едой, верно?
И лучше уж так, чем от голода.
И я обманчиво смело вгрызлась зубами в корнеплод, который смутно пах чем-то сладким. По вкусу он сильнее всего напоминал именно топинамбур — был крахмалистым и хрустел. Система в моей голове никак это не прокомментировала, подозрительных ощущений в желудке тоже не наблюдалось и я, выждав минут двадцать, съела и второй корнеплод. Он оказался от другой лианы и был чуть более кислым с намеком на лимонную горечь, но я съела и его.
И снова никаких негативных ощущений.
Фух! Живем!
Попить бы ещё…
Подумав, прошлась вдоль стен, придирчиво изучая оплетающие их лианы, и не знаю, какая именно во мне генетическая память проклюнулась, но среди десятка разных оттенков я выбрала самую нежно-зелёную средней толщины. Отрываться она категорически не хотела, оказавшись невероятно тугой и прочной, так что я впилась в неё прямо зубами и оказалась права — лиана была сочной с едва заметно сладковатым нектаром внутри.
Сделав несколько глотков и чувствуя, как желудок заполняет приятная на вкус живительная влага, я заставила себя оторваться от лианы, чтобы с непривычки не перепить. Мало ли какая побочка есть у этого сока?
Тем временем в комнате темнело всё стремительнее, я едва ли могла рассмотреть пол, так что поспешила вернуться в «свой» цветок и лечь, задумчиво размышляя о том, какие поразительные странности меня окружают. Хищные растения. Компьютер в голове. Способность мутировать…
Хорошо это или плохо? Наверное… Всё же хорошо. Так есть шанс прожить хотя бы ещё немного.
А ведь если бы я не съела тот «помидор», я бы умерла! Вот прям реально бы умерла!
Снова обняв себя руками и на всякий случай поблагодарив богов за этот своевременный и крайне подозрительный, но уместный дар, сосредоточилась на другом. Теперь, когда я выяснила, что условно бессмертна и после смерти возрождаюсь здесь, можно действовать немного смелее. Понятно, что не рваться с голыми сиськами на амбразуры, особенно учитывая тот факт, что они у меня и впрямь голые, а исследовать новый мир активнее.
Мой ли это вообще мир? Сколько времени прошло с первой смерти? Почему я вообще ожила?
Вопросы без единого ответа заполонили мозг, в какой-то момент пойдя по кругу и перегрузив сознание неприятными воспоминаниями о последних месяцах прошлой жизни, и в итоге я уснула.
Спала, как ни странно, крепко, без сновидений. Проснулась по ощущениям утром и уже голодная. К счастью, теперь я знала, чем утолить голод, и не стала с этим затягивать: вынырнув в коридор, оторвала от корней несколько клубней, съела их один за другим, запила соком из лианы, мысленно перекрестилась и снова вышла в коридор.
Заставляя себя не трусить, снова повернула в ту же сторону, что и вчера, замирая после каждого шага, но ни через десять метров, ни через пятнадцать на меня никто не напал. Причем не увидела я и своего тела, так что так и не смогла ответить самой себе на вопрос: я — это я, или клон?
Меня убили, сожрали и я родилась заново? Или меня убили… кхм, выплюнули и кто-то невидимый, но заботливый вернул моё тело, починил и оживил?
Звучит в принципе бредово. Что первая, что вторая версия.
Но как в принципе объяснить то, что я снова жива⁈
С трудом, но отодвинув эту навязчивую мысль на задворки сознания, я сосредоточилась на том, что меня окружало. По большому счету… ничего нового. Корни и лианы, лианы и корни. Какие-то лианы цвели, какие-то были уже с плодами, похожими на стручки гороха и корнишоны, какие-то с корнеплодами.
Не рискуя пока пробовать ничего нового, я дошла до конца коридора, определив, что нахожусь в здании, где есть как минимум три этажа, потому что увидела лестницу с лестничными пролетами ведущими вверх и вниз.
Хорошенько подумав, решила для начала исследовать верх, справедливо рассудив, что растения, какими бы огромными они ни были, всё-таки тяготеют к земле и вряд ли доползут, допустим, до пятого этажа. При этом лестница тоже была сплошь увита лианами, я едва ли различала ступени, а перила так и вовсе были напрочь заросшими.
Тем не менее мне удалось подняться на два этажа, попутно констатируя, что лиан меньше не становится ни на лестнице, ни в коридорах, а потом удача мне отказала — следующего лестничного пролета просто не существовало. Он был обрушен.
Зато в дыре наискосок я увидела проблески неба, что намекало на то, что наверху не больше одного-двух этажей, а потом здание всё-таки разрушено. Ла-а-адно!
Свернув с лестничной площадки на этаж, я поискала дверные проёмы, чтобы добраться до окон, и мне повезло почти сразу. Более того, я сумела разорвать переплетение лиан и протиснуться в комнату, но так и застыла на пороге, обнаружив не просто помещение, один в один похожее на моё, но и цветок в его центре.
И существо в цветке.
Именно существо.
Сам цветок был размером чуть меньше, чем мой, его лепестки были частично сомкнуты, словно прикрывая то, что лежало внутри, но я всё равно увидела, что там кто-то есть.
Буквально обмирая от страха, который был совершенно нерациональным и даже отчасти потусторонним, тем не менее я подошла ближе и с откровенной опаской начала рассматривать гуманоида, сильнее всего похожего на лысого шимпанзе с бордовой кожей. И вроде бы просто существо, но… какое-то омерзительное. Грубые и гротескные черты лица, шишки на лбу, похожие на зачатки рогов, короткие задние ноги и мускулистые, непропорционально длинные передние.
Внезапно существо распахнуло глаза, увидело меня… И кинулось.
Я не успела ничего. Вообще ничего!
Разве что коротко взвизгнуть, а через секунду уже хрипела на полу, захлебываясь собственной кровью, потому что эта тварь в один миг разворотила мне грудину и горло своими кинжально острыми когтями.
Мир померк.
Очнулась я снова в своём цветке. Живая. Целая.
Злая!
Не торопясь вставать, какое-то время я просто лежала с закрытыми глазами, невольно снова и снова переживая ту резкую боль и животный ужас от осознания скорой смерти, которые охватили меня в момент нападения твари.
Это было ужасно.
Просто ужасно…
Обняв себя руками, далеко не сразу я поняла, что что-то не то. В итоге сначала поднесла к лицу пальцы, чувствуя, как невольно дергается правое веко, а потом и сфокусировала взгляд на системном сообщении.
Да уж заметила!
Ещё раз внимательно изучив свои как минимум трехсантиметровые чёрные когти, отчасти похожие на птичьи, внезапно задумалась над тем, почему они похожи на птичьи. Та обезьяна… Она ведь примат? Или нет?
Хотя какой к черту примат⁈ Она меня когтями убила! Когтями! Как какой-то… медведь! Или тигр! Или… не знаю, коршун!
Немного поистерив, но молча, я села и ещё раз внимательно изучила свой обновленный маникюр. Ну, учитывая тот факт, что в новом мире меня хочет убить всё, что меня окружает, когти определенно лишними не будут. Но немного настораживает тенденция…
Что у меня вырастет после очередной смерти? Клыки? Рога? Хвост⁈
И сколько ещё этих тварей вызревает поблизости?
Последняя мысль мне не понравилась особенно и я поняла, что прежде, чем идти дальше, нужно обследовать свой этаж. Потому что, если какая-нибудь очередная тварь проснется, пока я сплю тут совершенно беззащитная, то она получит возможность убивать меня раз за разом. И так до бесконечности.
Вот уж нет!
Вообще по натуре своей я не была кровожадной и даже просто агрессивной. Успела закончить институт по специальности «Банковское дело» и даже поработала специалистом по профессии. Одно время сожительствовала с мужчиной. Мы даже думали о том, чтобы пожениться и стать семьей, но… Не успели. Когда начались серьезные мировые волнения, он умудрился проявить себя таким мелочным подлецом, просто бросив меня, перед этим сняв со счетов все деньги, что я могла только радоваться тому факту, что всё вышло именно так. И мы не успели действительно стать семьей.
Сейчас же… Думая в первую очередь о выживании в новых, совершенно непонятных для меня условиях, я отчетливо понимала, что моя жизнь только в моих руках. И мне придется бороться на неё своими когтями и клыками.
И пусть лучше они у меня будут, чем нет!
Посидев ещё немного и по косым лучам солнца определив, что снова утро, я привычно подкрепилась корнеплодами, запив их соком лианы, и снова вышла в коридор, но на этот раз не торопясь идти к лестнице. Наоборот, я свернула в другую сторону и медленно зашагала по центру трехметрового коридора, скользя внимательным взглядам по стенам в поисках намека на дверной проём.
Мне повезло метров через шесть и я, сначала просто раздвинув руками лианы в центре, убедилась, что с той стороны тоже находится помещение. И в центре него тоже есть цветок!
Желудок неприятно сжало резко подступившим приступом страха, но я всё равно расширила проём и пролезла внутрь. Внутри этого цветка тоже лежало существо, причем снова иного вида. Лысое, толстое, с коричневой кожей, ростом не выше метра, оно походило на гуманоидную свинью, но опять же выглядело… неприятно. Словно неизвестный художник намеренно исказил черты лица (точнее морды), сделав их гротескно омерзительными. Уродливыми.
При этом я предусмотрительно не подходила вплотную, рассматривая уродца метров с двух, но первым делом подмечая такие важные для меня нюансы, как внушительные нижние клыки и когти на передних лапах. Кстати, эти лапы больше походили на лапы какого-нибудь крота — широкие, плоские, с массивными черными когтями. Такими наверняка очень удобно копать.
Или убивать.
Прошло минут семь, может десять, и существо сначало завозилось, а потом распахнуло глаза и рывком село, начав жадно принюхиваться. То ли почуяло меня во сне, то ли просто настало время просыпаться, сложно сказать.
При этом глазку у «свиньи» оказались маленькими, глубоко посаженными, непроглядно черными. Но стоило твари увидеть меня, как она издала истошный хрюк, подскочила и, выставив вперед руки, кинулась на меня.
Я была готова. Умирать снова не хотелось и я, немного отстраненно радуясь, что выше и проворнее монстра, сначала просто метнулась в сторону, удивляясь, насколько неповоротлива свинья, а потом… было сложно. Правда сложно!
Но когда на кону жизнь, уже не до сантиментов.
Сначала я просто полоснула когтями по спине твари, отчего та истошно завизжала, а я в шоке уставилась на нереально глубокую рваную рану, откуда кровь рванула чуть ли не фонтаном. Долго изучать её не получилось — свинья развернулась и снова кинулась на меня, молотя своими лапами по воздуху, но я снова увернулась и отвесила смачную оплеуху уже по затылку…
Снеся нахрен половину черепа.
Свинья рухнула, как подкошенная, подергалась ещё пару секунд и притихла, а я, на слабых ногах отступила шаг, другой…
Это сделала я? Реально? Вот прямо просто когтями???
Это какой же они у меня остроты и крепости⁈
Продолжая отступать, пока не уперлась спиной в стену, я медленно сползла по ней, чувствуя, как меня потряхивает. Перед глазами стало почему-то мутно и я не сразу поняла, что это не только слезы от подступающей истерики (оказывается, убивать даже сложнее, чем умирать), но и новое системное сообщение.
Проморгавшись и обняв себя руками, потому что начало немного подмораживать от нервного всплеска, я сфокусировала взгляд на сообщении и прочла:
Та-а-ак!
В каком бы стрессе я ни была, быстро сообразила, что это ничто иное, как игровая фраза, после чего мысленно активировала личные характеристики и пробежалась по ним глазами. Ага!
Ну, понятно, чо…
Я в игре. Я в гребаной игре.
Или нет.
Не понимая, как такое возможно, я пощипала себя за бедро и бок, но лишь поморщилась, потому что боль была реальна, а здравые мысли в мою голову не торопились.
Ладно, возьмем за аксиому то, что в меня проник вирус. Или шиза. Что в принципе в моей ситуации равнозначно. И теперь всё, что происходит вокруг меня, будет влиять на моё развитие. Или деградацию…
Снова посмотрела на окровавленные когти, скривилась, но заламывать руки не стала.
С когтями мои шансы были определенно выше, чем без.
Что ж… Я так понимаю, надо найти и убить как минимум ещё одного Свина, да? Интересно, почему у них такие странные длинные названия… Это латынь, да? Увы, я в ней не сильна. И в конце приписка — демонические. Ну, с этим не поспоришь. Выглядят они омерзительно. Может, поэтому?
И тем непонятнее то, что рядом с ними делала я.
Нет, пожалуй, я подумаю об этом позже.
Обманчиво уверенно поднявшись на ноги, я бросила напряженный взгляд на труп и мои глаза распахнулись сами собой. Лианы, до этого лежавшие неподвижно, зашевелились, словно ожившие змеи, начав ловко оплетать труп, превращая его в кокон. Ох, кажется, я начинаю догадываться, за счет чего они такие сочные и толстые выросли…
Не торопясь убегать прочь с воплями, я, наоборот, замерла и минут пять смотрела на этот оживший кошмар. Во мне проснулось какое-то совершенно ненормальное, несвойственное мне прежней кровожадное любопытство. А что будет дальше? Они его просто сожрут или как?
Возродится ли он снова?
Дождавшись, когда лианы превратят труп свина в плотный кокон и замрут, я перевела взгляд на цветок. То ли некий фантастический инкубатор, то ли некое высокотехнологичное устройство… растительного происхождения!
Как оно вообще работает?
Ничего не понятно!
Постояла ещё немного, но больше ничего не происходило, и я поняла, что нужно двигаться дальше. Искать новых противников и убивать. Звучит ужасно. Ощущения ещё отвратнее. Но, наверное, именно так и жили люди древности. Когда либо ты. Либо тебя.
Одежду бы мне ещё…
Поморщившись, снова усилием воли отбросила эту мысль и вышла из пустой комнаты, пройдя дальше. Новый дверной проём я нашла в стене напротив через несколько метров. Комната была практически один в один, как предыдущая, разве что внутри было немного темнее, потому что сторона была не солнечной, и лианы почти полностью перекрыли оконный проём. Тем не менее остальное было чуть ли не один в один, включая цветок в центре и свинью в цветке.
И снова прошло минут десять, прежде чем свинья проснулась, словно сработал некий механизм или алгоритм пробуждения, после чего тварь снова бросилась на меня, а я, действуя практически точно так же, как в прошлый раз, снова снесла ей полбашки когтями и убила с одного удара.
И снова приступ омерзения, густо смешанный с нервной дрожью, заставил отойти меня к стене и медленно сползти по ней вниз. Слез уже не было, но я всё равно обняла себя руками, пережидая, пока схлынет тот адреналин, который вскипел в крови в момент, когда свин проснулся и атаковал.
А потом я активировала свой внутренний интерфейс и прочла:
Ага.
Вызвав полотно личного состояния, я глянула и на него, отмечая, что на втором уровне у меня прибавилось здоровья и увеличилась шкала опыта. Теперь, чтобы достичь следующего уровня, надо завалить как минимум пятерых свиней. И это если за них будут давать всё те же пять очков! А то, помнится, в играх, в которые я играла прежде, чем выше становился уровень игрока, тем меньше очков давали за убитых врагов. Мол, их становилось слишком легко убивать, а значит и опыт рос медленнее.
Пришлось хорошенько напрячь память, чтобы вспомнить, за что обычно отвечают сила, ловкость и выносливость. По идее и так всё понятно, но в играх сила отвечала ещё и за здоровье. Если повышать её, то росли и очки здоровья. Сейчас за уровень мне прибавили всего пять (всего их стало тридцать) и, подозреваю, это совсем немного. Та макака убила меня слишком быстро.
Ловкость в играх обычно отвечает за скорость создания заклинаний, проворство и рефлексы в целом. К сожалению, я не маг и маны у меня нет. Значит, просто скорость и отточенность рефлексов.
Выносливость нужна для роста интенсивности определенных действий. Чем выше выносливость, тем дольше я смогу бежать, не запыхавшись, прыгать, плавать и всё такое. Очень полезно, особенно учитывая шустрых и агрессивных врагов.
В итоге я вложила свободное очко характеристик именно в выносливость и полюбовалась на обновленный перечень своих пока весьма скромных способностей.
К сожалению, я понятия не имела, за что отвечает «химероген» и чем мне грозит «ошибка» в строке «матрица сознания», но пока вроде бы ощущала себя вполне неплохо, и надеюсь, так оно будет и дальше.
Посидев ещё немного и снова отметив, что лианы окутали труп плотным коконом и цветок пока неподвижен, я вышла в коридор и отправилась дальше — на поиски новых противников.
К сожалению, как выяснилось почти сразу, в первых двух комнатах мне везло. В третьей просто никого не оказалось, только пустой цветок и подозрительная дыра в оконном проеме, в четвертой свин уже проснулся и нагло кинулся на меня, когда я только-только начала расширять дверной проём, так что даже пришлось отступить и дождаться, когда он сделает это сам. Кстати, у него это получилось довольно быстро — лапы-ковши рвали лианы только так, и уже через тридцать секунд мне пришлось дать бой свину прямо в коридоре.
Победа была за мной.
Увы, за этого противника на втором уровне дали только четыре очка опыта, как я и подозревала, но в целом это было лучше, чем совсем ничего.
Дойдя до конца коридора и проверив оставшийся десяток комнат, я нашла в них всего трех свиней, но убила уже безо всякой жалости и сантиментов. С каждым разом это давалось мне проще, словно я действительно находилась в некой игре с полным погружением, где мне отключили всяческую жалость и брезгливость.
Нет, на вкус я их не пробовала. Всё-таки они могли быть такими же разумными существами, как я, и переступить через понятие «каннибализм» я не могла. Тем более голод и жажду вполне неплохо утоляли корнеплоды и лианы. Ну и, если уж развивать мысль до конца, то я крайне слабо представляла, как буду питаться сырым мясом. А вдруг у них глисты или ещё какая дрянь? А у меня ни спичек, ни мультиварки…
Ни трусов!
Отсутствие трусов, к слову, расстраивало сильнее всего.
Добравшись до конца коридора и выяснив, что там тупик, я повернула обратно и нашла во втором краю коридора ещё двух свинов. Итого — двадцать четыре очка опыта. Неплохо!
Задумавшись о том, куда теперь пойти: наверх или вниз, решила рискнуть и спуститься, но мне не повезло почти сразу. Я была ещё на лестнице, когда моё непривычно чуткое обоняние зафиксировало странный запах, похожий на мокрую шерсть и одновременно тухлую псину.
А потом я увидела их.
Три особи выше меня ростом. В кожаных набедренных повязках, но по торсам видно, что самцы. Серо-коричневые шкуры с черными пятнами покрыты даже на вид жесткой, редкой шерстью. Но ужаснее всего выглядели морды.
Это были гиены!
При этом в руках у каждого было зажато короткое копье самого что ни на есть древнего образца, что совершенно не прибавляло мне спокойствия, так что, когда один из них завыл, а его дружки зловеще осклабились, показывая в оскалах внушительные желтые клыки, я поняла, что дело дрянь. И рванула наверх.
И я почти убежала… Да, почти!
Но гиены тоже оказались не промах и кто-то из них метнул своё копье мне прямо в спину, отчего меня по инерции бросило вперед, а из груди показался острый кончик копья. При этом боль была не так чтобы запредельная… Я даже сумела сделать ещё несколько шагов вперед, цепляясь быстро слабеющими пальцами за лианы, оплетающие стены, но потом меня всё равно схватили, уронили, подмяли под себя и я ощутила, как в мою ещё живую плоть с омерзительным чавканьем вонзаются чужие клыки.
И снова умерла.
Черт!
В очередной раз открыв глаза в цветке, я не торопилась подскакивать и куда-то бежать. Меня до сих пор не могло отпустить то дичайшее омерзение, которое я испытала, когда меня начали жрать.
Живьем!
Но хуже всего было даже не это, а то, что с мутацией на этот раз мне не повезло. Очень сильно не повезло!
Челюсти, м-м-мать!
У меня теперь морда, как у гиены!
Протяжно простонав и скосив глаза к носу, с грустью констатировала, что человеческого во мне теперь точно мало что осталось. И пускай морда не один в один, как у тех тварей (хотя не факт, зеркала у меня нет), но зубы у меня теперь определенно собачьи. При этом клыков далеко не по две пары сверху и снизу, а намного больше. Даже пальцами специально себе в рот залезла, едва не поранившись когтями, и в итоге выяснила, что жевательных зубов у меня нет в принципе и те, что растут после клыков, тоже заостренные.
Кош-мар!
Полежав и пострадав, но не сильно долго, я попыталась понять, что мне с этим делать дальше. Определенно мне ещё рано выходить против врага, который превосходит меня числом. И убегать точно не стоит. Надо было хотя бы попытаться дать им бой. Вырвать копье. Располосовать их мерзкие рожи когтями. Убить хотя бы одного!
Шумно выдохнув и силой заставив себя забыть о том, что испытывала, когда чужие клыки драли мою плоть, я встала и тихо-тихо, буквально на цыпочках подошла к двери, проём которой снова затянулся на треть.
Сложно было сказать, сколько точно времени прошло с моей последней смерти. Сутки? Или намного больше? При этом за окном снова было утро, в коридоре не воняло мокрой псиной и это искренне радовало.
Интереса ради заглянула в несколько соседних помещений, но там никто новый не народился, что с одной стороны огорчило, а с другой — порадовало.
Никто не будет меня убивать!
Быстренько позавтракав корнеплодами и впервые задумавшись о том, что со всей этой чехардой ещё ни разу не успела сходить в туалет, обдумала эту внезапную мысль со всех сторон и пока отодвинула в сторону.
Не актуально.
Вот проживу хотя бы раз дольше суток!
Тогда и подумаю!
Сегодня я выбрала для исследования этаж, расположенный надо мной. Там мне начало везти с первой же комнаты: в ней я обнаружила только-только проснувшуюся свинью и без раздумий сделала ей лоботомию, наконец подняв свой уровень до третьего и вложив свободное очко характеристик в ловкость. Она мне определенно понадобится, если придется снова схлестнуться с гиенами.
Следующие два с лишним часа я исследовала этаж, где, как и на моём, было ровно двадцать комнат, но свиней я нашла только в шести. К сожалению, за них теперь давали только по три очка, что не могло не огорчать, но и так я сумела накопить аж двадцать одно очко (с учетом тех трех, которые остались после достижения уровня), вот только теперь надо было копить аж до пятидесяти.
Но как говорили в моё время умные люди: курочка по зернышку клюет…
Вот и я, окончательно отбросив всяческую жалость и сомнения, убивала свиней одну за другой, а когда они закончились, отправилась на следующий этаж. Помнится, именно там меня убила обезьяна… Интересно, она ещё там?
Немного мандражируя, тем не менее я поднялась на новый этаж и начала обследовать комнаты. Пустая, снова пустая… Даже цветка нет! Хм, странно…
И только в пятой комнате я обнаружила спящую лысую макаку, которая при моём приближении подозрительно бодро подскочила и ринулась в бой безо всякого предупреждения, но на этот раз я была уже вооружена и не позволила ей себя убить.
К сожалению, в процессе обмена ударами тварь полоснула меня по руке своими жуткими когтями-саблями, расхреначив плоть аж до кости, но это лишь подстегнуло меня и я, взвыв, снесла ей за это бошку.
Так тебе, гнида!
Ох, больно-то ка-а-ак…
Отступив от трупа на несколько шагов и чувствуя, что аж шатает от боли и стремительной кровопотери, тем не менее я попыталась зажать рану пальцами, а потом, словно шепнул кто, поскорее добралась до стены с лианами, когтями располосовала самую гибкую и сочную, и обвязала получившимся зеленым лоскутом рану.
Поразительно, но рука онемела почти сразу, тем самым намекая, что в соке именно этой лианы есть какой-то анестетик. Лишь бы не ядовитый!
Присев тут же у стены и уперевшись в неё спиной, я отстраненно наблюдала, как лианы окутывают собою труп, готовя к дальнейшему поглощению, но не испытывала по этому поводу ни единой эмоции. Боль почти прошла, адреналин начал падать и я внезапно очень сильно захотела есть.
Кстати, сколько там мне очков дали за убийство этой гадины? М-м, четыре… Почти приятно. Но могли бы дать и больше!
Итого двадцать пять. И до нового уровня надо еще двадцать пять. Эх…
Переведя немного заторможенный взгляд на свою руку, попробовала пошевелить пальцами, но получилось откровенно вяло. Понятно. На сегодня с убийствами всё. Или плюнуть и дать убить себя?
Старательно обдумав эту мысль, вдруг поняла, что в при-и-инципе… Это выход. Если рука не заживет, я всё равно долго не проживу, кто-нибудь найдет и убьет. А если начнется заражение крови или какая-нибудь гангрена, то мучиться буду намного дольше.
Пожалуй…
Спущусь-ка я снова вниз! Хотя бы попробую выяснить, сколько тут вообще этажей и какие твари обитают внизу. Вдруг найду хотя бы одного человека? А то такими темпами и с ума сойти можно — постоянно убивая и мутируя. Хотя не факт, что этот человек захочет общаться со мной…
Вздохнув, попробовала произнести «привет», но из-за изменившейся челюсти получилась какая-то совершеннейшая ерунда. Это так меня расстроило, что я даже слегка прослезилась и посидела так минут пятнадцать, упиваясь жалостью к самой себе. Посидела бы и дольше, но о себе напомнил голодным урчанием желудок и я отправилась добывать пропитание. Парочка корнеплодов, лиана с соком… И я снова в строю!
Показалось даже, что пальцы раненой руки начали шевелиться получше, но я могла и обмануться, ведь сама этого желала, а потом, вдруг вспомнив про пресловутые очки здоровья, любопытства ради вызвала перед глазами системное полотно. Убедилась, что здоровье у меня действительно просело, но в целом не критично и составляет 32/35, так что в принципе помирать рано.
Самое время исследовать окрестности!
В итоге я спустилась на три этажа вниз, постоянно принюхиваясь, но пока не ощущая запаха гиен, что не могло не радовать, и начала заглядывать в комнаты.
Повезло в третьей. Ну, как повезло…
Стоило мне только зайти в комнату, лианы в которой были подозрительно опутаны невесомой паутиной, как откуда-то сверху на меня спрыгнула довольно тяжелая и крупная тварь размерами с овчарку, и последнее, что я увидела перед смертью, были её гигантские клыки, влажные от яда.
Или как правильно называются эти штуки у пауков?
В общем, я снова умерла.
Проснувшись в цветке в очередной раз, первым делом я прочла новое сообщение системы и смачно выругалась. Дерьмо! Дер-р-рьмище!
Ну вот нахрена, а⁈
Хотя, с другой стороны, лучше восемь глаз, чем восемь лап, да?
Протяжно вздохнув, я предельно аккуратно ощупала пальцами свою голову, стараясь не выколоть сама себе глаза когтями, и выяснила, что два основных глаза остались на месте, где они обычно располагаются у человека, но над бровями появился ещё ряд из шести некрупных глазок размером примерно в треть обычного. Причем век у них не было, прикасалась я к ним вполне спокойно, без боли, ощущая, как бугорки, и видела теперь немного иначе. В том числе пространство с боков.
И в более сером спектре, словно кто-то подкрутил яркость, снизив её раза в два.
Ну, в при-и-инципе…
Жива — уже хорошо, правда?
Вздохнув и перекусив, я задумалась над тем, что делать дальше. Определенно мне не хватает слишком многого. И черт с ней, с одеждой! Мне нужно оружие и броня. Щит, чтобы принимать на него атаки тех же макак, копье, чтобы убивать врага издали. Накладки на руки, ноги, торс и шею, чтобы не умирать в первые же секунды.
В общем… Мне много чего надо!
Прикинув и так, и эдак, я внимательно осмотрела заросшую лианами комнату. В голову пришла довольно бредовая мысль, но если подумать… То почему бы и нет?
Я даже в коридор вышла, где было намного больше материала для творчества, и весь следующий час мастерила «доспехи», выбирая для этого непростого дела крепкие корни и тугие лианы. Первое я использовала в качестве бронированных пластин, точнее «дощечек», с усилием разрывая когтями и даже зубами на палочки примерно одинаковой длины. Из лиан делала ленты, которыми все это добро обвязывала-скрепляла, мастеря своего рода «полотно». В итоге сделала «майку», то есть полотно на грудь и полотно на спину, скрепив на плечах лентами из лиан. Сильно длинную майку делать не стала, примерно до середины бедра, чтобы не потерять в мобильности. Вещь получилась тяжеленькая, давая понять, что нужно качать и силу, да и просто больше тренироваться, наращивая в том числе мышечную массу. Но в целом… То ещё убожище, но на пробу сойдет.
Вспомнив, как меня ранила макака, схожим образом я сделала и «наручи», которые в случае чего можно использовать, как щит. Понятно, что хватит его на один-два удара, но больше мне и не нужно.
На все эти самоделки ушло часа три и я снова проголодалась, так что охотно подкрепилась кореньями и вернулась на верхний этаж, решив обследовать его до конца. Повезло уже в четвертой комнате, где сосредоточенно сопела макака, продирая себе путь наружу. При этом на меня она нападать сама не спешила. То ли опешила, то ли испугалась… Я не поняла.
При этом сама я долго раздумывать не стала, поспешив замахнуться на тварь когтями, но та оказалась неприятно ловкой, и мой первый удар получился откровенно смазанным, лишь оцарапав её морду. Естественно, макаке это не понравилось и она бросилась на меня в контратаку. Тут-то я и проверила в деле и свои наручи, и свой нагрудник, которые оказались не самой идеальной защитой, начав крошиться под когтями разъяренной твари с первого удара, но в то же время и спасли меня от него.
Да и я не терялась — снесла твари голову только так!
И снова, отойдя в сторонку, чтобы не мешать лианам поглощать свою законную добычу, я изучила серьезно поврежденные доспехи, с досадой цокнув на то, что второй такой стычки они уже не выдержат, но в то же время была рада, что на этот раз победа за мной.
Безоговорочная победа!
В итоге я сделала себе новые наручи и только после этого отправилась на поиски очередной обезьяны. До конца дня мне повезло ещё дважды и каждый раз мне удавалось принять первый удар противника именно на наруч и после этого нанести свой — смертельный. Причем складывалось ощущение, что макаки в принципе не ожидали от меня серьезного отпора, не умея защищаться.
Нет-нет, я нисколько не против! Просто… странно.
К сумеркам я дошла до конца коридора, с досадой выяснив, что оставшиеся комнаты пусты, и не стала пока возвращаться к себе, устроившись на ночь в одном из «инкубаторов», как я их для себя называла.
Я до сих пор не понимала, как цветок может «родить» полноценное существо из плоти и крови, причем как минимум четырех типов, включая меня, но решила пока просто об этом не думать. Я в принципе весьма далека от биологии и генетики. Ещё дальше от той мистической дичи, что творится со мной сейчас. Так чего без толку голову ломать?
При этом в туалет мне до сих пор не хотелось, даже писать, что немного напрягало, но пока не сильно и я, приказав себе расслабиться, уснула. Увы, далеко не сразу. Ночь в новом для меня мире почти сразу наполнилась самыми разными звуками, доносящимися из-за затянутого лианами окна, и я долго их слушала, пытаясь понять, кому они могут принадлежать.
Какие-то писки, какие-то визги. Цокот, клекот, шуршание. Где-то далеко, но очень проникновенно рыкнул кто-то большой и злой.
Да уж… Новая жизнь определенно будет непростой!
К счастью, уснуть всё-таки получилось, а утром, позавтракав корнеплодами и запив всё это соком лианы, я снова оделась в свою простейшую броню и отправилась изучать здание дальше. На всякий случай снова прошлась по этажу, но больше никого не нашла. Для верности спустилась на этаж ниже… И приятно удивилась тому, что нашла трех свиней.
А вот это приятная новость! Значит всё-таки эти цветы воспроизводят местную фауну регулярно. Совершенно непонятно по какому принципу и с какой периодичностью, но сейчас это не главное. Главное то, что я уже накопила сорок шесть очков опыта и до пятидесяти осталось всего ничего.
И я отправилась на свой этаж.
Там мне повезло снова, причем сначала я убила двух свиней, получив заветный четвертый уровень, отчего здоровье само по себе выросло до сорока очков, а когда я вложила свободное очко характеристик в силу, то поднялось ещё на десять.
Отлично!
Одна беда — чтобы получить пятый уровень, придется накопить сто очков опыта, а со свинок (я нашла ещё трех) теперь капало только по два очка. Досадно!
По всему выходило, что мне нужно идти вниз и тут я задумалась. Попробовать исследовать этаж с пауками и научиться противостоять им? Или всё-таки попробовать выйти наружу? Выглянув в окно, я уже выяснила, что сейчас нахожусь на втором этаже. Этаж с пауками — первый. А дальше джунгли. Огромные непроходимые джунгли, где живут в том числе гиены.
И… пожалуй, с пауком мне встречаться больше не хочется.
Пойду в джунгли!
Подкрепившись в очередной раз корнеплодами и запив всё это «великолепие» соком лианы, я аккуратно спустилась вниз, постоянно принюхиваясь. Гиенами пока не пахло…
При этом выход наружу располагался совершенно не рядом с лестницей — пришлось дойти до конца коридора, постоянно прислушиваясь к подозрительному шуршанию, доносящемуся из комнат, но то ли пауки не умели продираться через лианы, то ли им я сегодня была не особо интересна, у меня получилось добраться до выхода без приключений на свою задницу.
Выйдя на небольшое крыльцо без козырька, я обернулась, чтобы изучить здание снаружи, но особо не преуспела — снаружи его тоже полностью оплели лианы, причем на уровне пятого этажа здание было криво-косо разрушено и невозможно было определить, было оно таким изначально или намного выше. Впрочем… Вокруг вроде бы особых руин не было, а значит примерно такой высоты оно и было изначально.
Увы, ни вывески, ни номера дома на углу рассмотреть я не сумела — стены были покрыты лианами так плотно, словно дом состоял из них целиком.
Ну да ладно. Что тут есть ещё?
Осмотревшись внимательнее и не увидев под ногами асфальта или какого иного дорожного покрытия, я озадаченно хмыкнула и присмотрелась к деревьям. Названия им я не знала. Ни единой березы или сосны, ни единой пальмы. Скорее что-то невообразимое, как гигантские баньяны, сплошь увитые лианами.
Присмотревшись к одному такому повнимательнее, почти примерилась, чтобы попробовать взобраться, но тут в его кроне мелькнула злобная морда макаки, и я передумала. Та-а-ак… Кто-то успел занять дерево раньше меня. Непорядок.
И ладно, если он один… А если десяток?
С досадой поморщившись, я присмотрелась к дереву внимательнее, но пока вроде бы больше никого не увидела. Решив рискнуть, нашла на земле небольшой булыжник и кинула в сторону, где видела макаку.
Кидать пришлось ещё раза четыре, пока эта тварь не вылезла снова и, обматерив меня на своём, обезьяньем… не скрылась снова.
А почему?
Это так меня удивило, что я подумала… ещё подумала… и вспомнила! В некоторых играх, если игрок намного выше противников уровнем, они уже не нападают. Наоборот, стараются всячески избегать контакта. Ага… Неужели тут так же?
Я уже достаточно страшная и сильная, чтобы на меня не нападали хотя бы макаки?
Хмыкнув себе под нос, я решила пока придерживаться этой версии. Всё равно другой нет. Но для того, чтобы осмотреться, выбрала себе другое дерево, пройдя совсем немного вглубь этих странных джунглей и довольно ловко взобравшись по исполину, весьма отдаленно напоминающему дуб.
Намного выше той пятиэтажки, где я очнулась, он был приятно крепким, со множеством веток и развилок, так что взбираться было удобно. Особенно с моими когтями. Стараясь не думать, как буду спускаться, я добралась почти до верхушки, где ветки ещё выдерживали мой вес, и внимательно осмотрелась.
Хм-м…
В при-и-инципе, если меня не подводит зрение, то на западе видно воду. Большую воду. Тот самый Таганрогский залив, куда впадает Дон, текущий сквозь Ростов.
То есть я всё ещё в Ростове? Точнее в той точке земного шара, где он находился раньше.
Хотя не факт…
К сожалению, сам Дон со своей точки обзора я не видела — джунгли шли сплошным ковром и даже если где-то их и разрывала река, это было незаметно. Опять же высоких зданий я не увидела. Либо они были разрушены бомбежкой, либо были ниже леса.
И хрен его знает, сколько вообще прошло времени с того жуткого дня!
Продолжая осматриваться, неожиданно я заметила тонкую струйку дыма на юге. Сначала даже подумала, что показалось, но нет. Это был… дым от костра! Да, именно дым от костра!
А теперь вопрос! Кто его там развел? Навскидку это примерно в двух километрах от места, где сейчас нахожусь я. Идти по джунглям напрямик — явно самоубийственная затея. Подозреваю, тут даже насекомые захотят меня убить.
И стоит ли? Те же гиены ходили в набедренных повязках и с копьями. Может и костры они умеют разводить?
Кстати, о копьях…
Не торопясь покидать дерево, я придирчиво изучила его не самые ровные ветки и пока отказалась от этой затеи. Нет, надо выбрать что-то другое.
Черт возьми, почему мне в голову не закачали инструкцию для выживания в условиях дикой природы⁈ Я негодую!
Выразительно вздохнув, я аккуратно слезла с дерева и осмотрелась снова. Наверное, лучше всего выбрать западное направление. Рядом с морем должно быть меньше леса, осмотреться будет проще. И может даже именно там будут расположены какие-нибудь поселки? В любом случае других идей у меня просто нет.
Не на месте же топтаться?
И я направилась на запад. Очень аккуратно, постоянно останавливаясь, прислушиваясь и принюхиваясь, сверяясь с положением солнца на небе. При этом приходилось тщательно смотреть под ноги, выбирая, куда наступать босыми ступнями, потому что подошвы у меня оказались неприятно нежными и всякие там веточки-камушки очень неприятно впивались в кожу.
Пару раз мне встретились шуршащие по кустам демонические свиньи, которых я безжалостно убивала, пополняя очки опыта. Заодно снова констатировала, что эти твари тоже не торопятся нападать первыми, а значит моя версия о том, что мой уровень выше и я для них опасна — вполне жизнеспособна.
Прошло часа четыре, навскидку я преодолела расстояние километров так в десять, когда мне в очередной раз фатально не повезло и прямо на меня, сбив с ног, не спрыгнула огромная хищная кошка, отчасти похожая на леопарда.
Всё, что я успела рассмотреть — это её пятнистую шкуру и горящие голодом глаза, а потом её клыки сомкнулись на моём горле, её когти вонзились в мою плоть и свет померк.
И снова здравствуйте!
Открыв глаза… центральные глаза, ага, я сфокусировала взгляд на системном сообщении.
Ага…
Сев, я с интересом изучила свои ноги, которые действительно изменились и, начиная с нижней части бедра, стали кошачьими. При этом зеленая кожа растения плавно перетекала в шерсть песочного окраса в пятнышку, ступни стали уже, длиннее, отчего пятка теперь выглядела, как ещё один подвижный сустав, а ходить предлагалось буквально на пальчиках.
Хм, слушайте, а это удобно!
Пройдясь по комнате и похмыкав, я не поленилась потратить время на то, чтобы снова смастерить себе бронированную майку и наручи, после чего пробежалась по своему этажу и безжалостно убила четырех свиней.
На третьем этаже свиней было уже пять и их я тоже грохнула.
На четвертом этаже я нашла трех обезьян и они категорически не хотели умирать, но мне было нужнее. И их я тоже убила.
Итого тридцать семь очков опыта из ста необходимых.
Неплохо, но мало.
Хорошенько обдумав мысль о пауках… Снова отложила её до лучших времен. Нет, пока у меня нет толкового оружия, это бессмысленно. Просто когтями я их не убью, особенно учитывая их ловкость и ядовитость.
При этом сегодня я решила разведать юг, где в прошлый раз видела дымок. Снова идти четко на запад и надеяться, что в этот раз леопард пройдет мимо — глупо.
Но сначала я всё равно залезла на дерево, откуда придирчиво изучила окрестности, констатировав, что полдень уже давно миновал, а значит медлить не стоит. И да, дымок я увидела снова.
Отлично!
Понимая, что ни в коем случае нельзя торопиться навстречу собственной смерти, я шла медленно, попутно прислушиваясь к звукам леса и собственным ощущениям. Кошачьи ноги оказались невероятно удобны в плане покорения местных джунглей, позволяя не отвлекаться на неприятные ощущения в ступнях, и всего минут за сорок я добралась до места.
Как я и думала, это оказалась стоянка гуманоидных гиен, причем мне повезло и я залезла на удобное дерево заранее, откуда рассмотрела её во всех подробностях. Сложно сказать, на каком уровне развития были эти твари, но у них было некое подобие шалашей (аж пять!), причем в каждом жило по две-три этих мерзких особи, а в центре утоптанной поляны горел костер и жарилось мясо. Предположительно свинина.
Принюхавшись, вдруг ощутила настолько зверский приступ голода, что пришлось приложить немало усилий для того, чтобы просто остаться на месте. Запах был настолько манящим, что у меня аж голова кругом пошла!
А потом… На поляне началось месилово.
Я не поняла, откуда они выскочили, эти крупные мужчины, подозрительно похожие на людей, но именно они в итоге перебили всех гиен, не понеся ни единой потери, хотя мужчин было всего трое, а гиен в пять раз больше.
Вот только мужчины выглядели, как мускулистые спортсмены, вооруженные мечами, и были одеты непритязательно, но всё же в штаны, ботинки и плотные тканевые куртки, и сколько я ни всматривалась в их лица, не заметила никаких генетических отклонений.
То есть люди тут всё-таки живут, ага…
И нет, я к ним не пойду. Для них я мутант и не факт, что меня оставят в живых. А если оставят, то явно не для того, чтобы вести светские беседы…
Тем временем мужчины, коротко и не совсем понятно переговариваясь (но вроде бы по-русски), изучили содержимое лачуг, даже что-то нашли для себя полезное, затушили костер… И ушли. На запад.
Ага…
Выждав для верности ещё час, только потом я спустилась и тоже занялась мародеркой. И пускай моей добычей стали лишь три самодельных копья сомнительной убойной силы и две более или менее приличных набедренных повязки, лично я считала, что день удался.
И да, я не удержалась и оттяпала от жареного поросенка кусок мяса, который сожрала прямо на месте, давясь слюной и жутко чавкая, но это была просто пища богов.
Немного подумав, я отчекрыжила себе на ужин ещё один кусок мяса и задумалась, куда идти. День потихоньку клонился к вечеру и я прекрасно понимала, что не стоит рисковать и оставаться на открытом пространстве ночью, в которой наверняка охотятся хищники пострашнее гиен. Да и копья у меня теперь есть! Можно попробовать себя против пауков!
Почему бы и нет?
В итоге я вернулась в свою «Цитадель», решив называть её именно так, причем нашла обратный путь безошибочно, словно сама стала больше животным, чем человеком, и ориентировалась в лесу инстинктивно. Это радовало. Ещё сильнее радовало мясо на ужин.
Копья и запасную набедренную повязку я сразу положила в свою комнату, какое-то время понаблюдав за лианами, на которые их положила, но вроде бы они не пожелали сожрать мою добычу, и я выдохнула.
Ночь прошла спокойно. Утром я привычно позавтракала корнеплодами, с тоской вспомнив про мясо, которого больше не было. Оделась, причем не только в набедренную повязку, моментально повысившую моральный дух на десять баллов, но и в бронежилет из корней, а так же наручи. Взяла в руки копье и интереса ради обошла свой этаж и верхние. Увы, лишь на четвертом нашла одну макаку, пополнив баланс всего на три очка опыта, так что становилось предельно ясно — оставаясь здесь, быстро я не прокачаюсь.
Что ж, попробуем пообщаться с паучками…
Поразительно, но эти твари были в каждой комнате, причем нападали абсолютно однотипно — с потолка. Дожидались, когда я полностью войду в комнату и спрыгивали сверху. Так как я была уже дама ученая, то сначала просто разрывала проход когтями до приемлемого состояния, затем изучала комнату визуально, находила тварь взглядом, выставляла вперед копье и только после этого заходила.
И непонятно. То ли они были тупыми. То ли не видели копья… Но каждый раз у меня получалось безошибочно насаживать их на острие, рывком выставляя оружие перед собой, чтобы пауки не могли дотянуться до меня ни своими клыками, ни своими лапами.
При этом за каждого убитого паука начислялось по четыре очка опыта, а на седьмом у меня не выдержало и сломалось первое копье. Обидно!
К счастью, в заначке лежало ещё два и до конца вечера я зачистила все двадцать комнат, угробив второе копье на восемнадцатом пауке. Итого с первых пятнадцати пауков мне дали шестьдесят очков опыта и я добралась до пятого уровня, снова вложив очко характеристик в силу, отчего моё здоровье повысилось до шестидесяти пяти очков, а за последних пятерых тварей в общей сумме дали только пятнадцать очков. То есть по три за тушку.
Своего рода намек, что пора двигаться дальше и искать противника сильнее и опаснее. Вот только я не хочу! Чтобы взять шестой уровень, теперь придется горбатиться и копить аж двести пятьдесят единиц опыта! Немыслимо!
Это как минимум сотня свиней и макак!
Интересно, а сколько очков опыта дают за гиен? Наверняка же больше…
Вздохнув и понимая, что против гиен надо идти группой, ну или один на один, но это ещё найти противника надо, я вернулась в свою комнату, поела и легла спать, раздумывая, куда пойду дальше.
По уму надо идти к людям.
Но… Серьезно? С моей мордой? Да они убьют меня раньше, чем я скажу «ква»!
Вот только где ещё я найду жилье, еду и безопасность? В самом деле, я всего лишь банковский работник! А не вот это вот всё…
Немножечко пострадав, я уснула, а утром, проснувшись, поела, заглянула в комнаты первого этажа, где ещё никто не народился, цокнула и вышла на улицу. Любопытства ради взобралась на ближайшее высокое дерево, но сколько ни всматривалась вдаль, нигде не увидела ни домов, ни дыма.
Досадно.
Хотя… Что это?
Далеко-далеко на границе видимости показалось, что на северо-востоке возвышается некая башня. Высокая, черная… Любопытно! Что за штуковина? Высотой со стоэтажку, не меньше!
Навскидку прикинув, что до неё километров шестьдесят и там, если мне не изменяет память, находился город Шахты (это если я всё ещё в Ростове), поняла, что для меня это пока бесперспективное направление. Слишком далеко. Просто не дойду.
Что ж… А не поискать ли мне реку?
И я отправилась на юг.
Пока шла, не забыв прихватить копье, за первый час убила трех свиней (за каждую дали только два очка), затем нашла в кустах какую-то подозрительную змею размерами с анаконду, успев выставить вперед копье до того, как тварь обвилась вокруг меня, и в итоге приятно удивилась, получив за неё пять очков опыта.
Заодно мне сообщили, что я убила свою первую Eunectes murinus giga и я тоже этому порадовалась. Было бы намного хуже, если бы она убила меня! Даже думать не хочу, в кого бы я тогда мутировала!
При этом пару раз я натыкалась на руины, которые раньше были крупными зданиями, но сохранились едва ли на пятую часть, однако соваться внутрь не рисковала. От них пахло чем-то непонятным, но точно опасным, и я могла лишь предполагать, что это логово какого-нибудь сильного хищника, который мне точно пока не по зубам.
А потом я вошла в город…
Лес стал немного пожиже, угадывались улицы и даже дома в два-три этажа, но всё выглядело настолько древним и почти разрушенным, что определить, сколько точно прошло времени с моей первой смерти, было попросту невозможно.
Могло пройти и десять лет, и двести — судя по тому, как стремительно тут растут лианы, уже ничему не удивлюсь.
Тем не менее дома меня заинтересовали и я, соблюдая максимум осторожности, начала их обследовать. Первое, что меня удивило, это отсутствие стёкол. Вообще! Ни единого осколка!
Второе — древесина. Такое ощущение, что она просто сгнила.
Третье — пластик. Его не было. Оконные проёмы были в этом плане пугающе девственны вплоть до чистого бетона. Словно корова языком слизнула!
То же самое обстояло и с дверными проёмами. Проёмы есть — дверей нет. Никаких. Ни деревянных, ни пластиковых, ни металлических.
Это попахивало откровенным бредом и даже мистикой, но мне некому было задать все эти вопросы, и в итоге я просто складывала их в копилку на будущее. Вдруг найду какого-нибудь умника, который всё знает?
В самих домах я тоже ничего полезного не нашла — это были голые бетонные коробки, обильно заросшие вездесущими лианами. Мои надежды найти хоть что-то похожее на одежду и оружие пошли прахом, но вместе с тем я констатировала, что ни в одной изученной мною комнате нет тех огромных цветков, в которых зарождались макаки, свиньи, пауки… и я.
Как я вообще затесалась в эту компанию? Непонятно!
В итоге обследовав таким образом три многоквартирных дома, я решила больше не тратить время и отправилась дальше. К сожалению, по этой улице, на которую я вышла, невозможно было понять, как она называлась прежде и в какой части города находилась, так что я просто шла вперед на юг, точно зная, что однажды доберусь до реки.
Один квартал, другой, третий… Иногда я видела пробегающих вдалеке демонических свинов, иногда макак, но они были слишком далеко и бежали мимо, не торопясь вступать в бой. Один раз на меня напала крайне странного вида псина, похожая на черного волка, только с иглами дикобраза на загривке, но я вполне неплохо справилась с ней с помощью копья, и мне дали за неё аж семь очков опыта.
Труп псины, что примечательно, забрали себе лианы уже через пять минут. Я специально задержалась, чтобы посмотреть, как это будет происходить.
Посмотрела.
Безотходное производство!
До реки я дошла ещё где-то через час, обойдя парочку серьезно разрушенных улиц, поперек которых лежали крупные каменные кучи бывших домов, и утроила бдительность. Показалось, что пахнет гиенами, но не сильно. То ли они тут недавно прошли, то ли где-то поблизости была их нора… Пока я не могла понять.
При этом река на первый взгляд была спокойной, полноводной и чистой. По берегу не пузырилась пена, не валялась дохлая рыба и всякое такое. И опять же — ни единого следа бытового мусора! Ни металла, ни стекла, ни пластика! Словно в один день это всё просто исчезло. И если бы не бетонные остовы домов, можно было бы подумать, что человечества в принципе не существовало.
Но я видела! Видела тех троих мужчин!
Глубоко вдохнув и заставив себя успокоиться, я приказала себе сосредоточиться на текущей задаче. Какая она у меня вообще? Реку я нашла. Это здорово. По хорошему мне надо теперь найти нормальное оружие и хоть какое-то поселение, где меня не прибьют сразу.
Вопрос! Куда пойти? Вверх по реке или вниз по реке? Ни в окрестностях, ни на другом берегу на первый взгляд нет ни единого намекая на жильё. Интересно, а как обстоят дела с мостами? Их тоже все разрушили? Или хоть один остался? По идее они сделаны из бетона… Да, с использованием металла, но всё же.
Встав максимально близко к воде, я приложила ладонь к нижним глазам, чтобы сфокусировать внимание на изучении того, что находилось прямо по курсу, но ничего не увидела. Ни вверх по течению, ни вниз.
А ведь в Ростове было как минимум четыре моста на момент моей смерти… Досадно!
Ладно, пойду потихоньку вниз.
Пользуясь тем, что джунгли не сильно вплотную подступают к воде и есть несколько метров каменистого берега, не поросшего даже травой, я пошла по нему, не забывая прислушиваться и принюхиваться к окружающей меня среде.
Прошла километров шесть, прежде чем путь преградила неширокая речушка, которую можно было вполне перейти вброд, что я и сделала. Почти. Шириной всего метров сто, не больше, с отмелями и островками, она выглядела безопасной, но только до момента, когда я внезапно не ухнула в яму, одним махом погрузившись с головой. Естественно, сразу вынырнула, ведь отлично плавала, но успела сделать лишь парочку гребков, когда ощутила первый укус.
Следом ещё дюжину.
Ещё через секунду меня жрали уже сотни голодных рыб, вырывая из тела куски…
И я снова умерла.
Медленно открыв глаза, я обхватила себя руками и долго-долго смотрела вперед и вместе с тем в никуда.
Это. Было. Больно!
Блестяще. У меня появились жабры!
Звонко цокнув, скривилась. В глобальном смысле слова это было неплохо. Было бы! Если бы в местных реках не водились рыбы, способные сожрать заживо!
Тяжело вздохнув, села. Жальче всего было профукать копье. Запасная набедренная повязка ещё была, а вот копья уже нет. Обидно.
Кажется, придется делать самой.
Качнула головой, потому что те же гиены как-то умудрялись обрабатывать камни, вставляя в свои копья каменные наконечники, которые обвязывали жилами, а вот мне придется ограничиться обычной палкой. В любом случае даже палка лучше, чем ничего, на своей шкуре ощутила!
В итоге я сначала поела, затем прошлась по этажам, с наслаждением убив девять свиней и трех макак, а вот к паукам с голыми руками не полезла. Обойдутся.
Вместо этого я вышла на улицу, где долго выбирала подходящее для моих замыслов дерево, затем отломала от него длинную крепкую ветку, ободрала листья, по возможности заострила, действуя в основном когтями и пару раз даже зубами, и только после этого… Дошла до высокого дерева и залезла, чтобы осмотреться. Ага!
Немного восточнее того места, где я сейчас находилась, вился дымок костра. До него было километра полтора, если не ошибаюсь. Надо проверить!
Никуда не торопясь и тщательно прислушиваясь к звукам леса, я прошла где-то километр, когда заметила, что стало резко тише, и, не раздумывая, вскарабкалась на ближайшее дерево. Прошло минут двадцать, может чуть больше, когда где-то неподалеку послышались голоса и я окончательно слилась с деревом, навострив уши.
— Да, бля… Опять впустую сходили! — ворчал кто-то низким мужским голосом с хриплыми обертонами.
— Не ной, — осадил его другой. — И ничего не впустую. Девятерых минусанули. Или ты гиен уже за противника не считаешь?
— Да не в этом дело. Гиен минусовать надо, без вопросов. Найти бы ещё их гнездо, где они почкуются… И выжечь всё к хренам собачьим! Задрали! Но меня другой вопрос волнует, сам знаешь. Архангел сказал, что она тут. Мы уже месяц в этом квадрате и нихрена. Где она?
По моему позвоночнику прошла нервная дрожь, когда мне вдруг показалось, что речь обо мне. Могу я находиться тут уже месяц? Вполне… Я ведь не знаю, сколько дней нужно, чтобы я возродилась после очередной смерти.
— Где-то тут, — подал голос третий мужчина, причем говорил он со странными ироничными нотками, словно находил происходящее забавным. — И мы её найдём, я уверен. В любом случае без неё нас обратно не ждут.
— И всё бы ничего…
Голоса стали чуть громче, словно мужчины шли именно в мою сторону.
— Но нахрена она нужна? Согласен, баб мало. Но ради одной чесать лес секторами уже месяц? Что в ней такого? — возмущался Хриплый.
— А ты у Архангела спроси, — хохотнул Весельчак.
— Юморист, — процедил его собеседник. — Я ещё из ума не выжил. И прекрасно знаю, что Архангел сотрудничает с таурианцами. Мне оно надо, к себе внимание привлекать? Наверняка какая-нибудь сбежавшая из их лаборатории очередная мерзкая, но особо ценная особь.
— Вот придержал бы ты при себе эти откровения, Олежа… — шикнул на него тип со строгим голосом. — Мы, конечно, не на базе, но слышал поговорку: даже у стен бывают уши?
— Ты где тут видел стены?
— Тебе мало местных лиан?
— Всё-всё, молчу, — проворчал Хриплый уже совсем тихо, потому что мужчины уже миновали моё дерево и удалялись.
А вот я задумалась. Обо мне речь была или нет? Или я бессовестно натягиваю сову на глобус?
И рада бы догнать мужиков и спросить, но нет ни единой гарантии, что они меня поймут и не убьют. И нужна ли я им живой? Впрочем, от мертвой меня будет мало толку…
Нет. Не буду догонять. Не нравится мне это. Какая-то база, какие-то таурианцы, какой-то, прости господи, Архангел!
У него реально крылья есть или ЧСВ зашкаливает?
Задумавшись над этим вопросом, в итоге лишь хмыкнула, потому что ответить на него мог лишь сам Архангел, а добровольно идти в гости к типу с таким именем у меня желания не было. В итоге я выждала ещё немного и отправилась дальше.
Место бойни нашла по запаху. И пускай лианы уже почти поглотили тела, потихоньку подбираясь и к погасшему костру, на котором гиены жарили очередного кабанчика, я успела отчекрыжить себе когтями заднюю ногу, содрать парочку набедренных повязок прямо с тел и найти аж пять целых копий.
Ура, живем!
Естественно, путешествовать с такой добычей было бы опрометчиво, так что первым делом я вернулась обратно, тем более день уже потихоньку клонился к вечеру, и сытно поужинала жареным мясом. Внутри оно было сыровато, так что я не усердствовала, обкусывая лишь верхний готовый слой, но и так это было настолько изумительно, что спать я легла в благодушном настроении.
А наутро задумалась, куда идти.
Точно не на запад. Там база и Архангел. Туда мне не надо.
А куда мне надо?
По всему получается, что подальше отсюда, где меня активно ищут. Ну или не меня, но всё равно место опасное.
В принципе я ещё не ходила на север…
Правда, там ничего нет. Ну, в смысле рек, городов и прочего. Смысл туда идти?
А может стоит разведать северо-восточное направление? Там, где высится башня? За день точно не дойду, но если повезет, то дня за три — вполне.
В любом случае что-то делать надо.
Так почему бы и не это?
И я, повязав набедренную повязку, надев броню из корней и лиан и подхватив одно копье, отправилась на северо-восток.
Шла медленно, внимательно изучая местность. Не пропускала ни одного кабанчика, ни одну макаку. Их было немного, но я старалась. К обеду на моём счету было четыре кабанчика и три макаки, то есть плюс семнадцать единиц опыта, и в общей сложности уже семьдесят семь из двухсот пятидесяти.
В обед на меня вылезла анаконда и я вышла из этой схватки победителем, после обеда повезло ещё с тремя свиньями, которые в этих джунглях были самыми многочисленными жильцами, так и снующими по кустам, и пару раз я на всякий случай прибила двух подозрительно крупных чёрных жуков размером с болонку. За них дали по одному очку. Мизер, но всё вперед.
Ближе к вечеру я задумалась, где ночевать. По дороге мне не попалось ни одного здания, так что пришлось подыскивать большое и ветвистое дерево, но…
Я ошиблась. Фатально.
Сразу не поняла, что это за писк такой приглушенный, а потом было поздно — меня атаковала просто невероятно огромная стая… ну, допустим, летучих мышей, облепив тело плотным кожаным коконом, и по ощущениям высосав кровь в считанные минуты.
Я снова умерла.
— Пу-пу-пу… — пробормотала с легкой досадой, проснувшись очередным солнечным утром в центре своего цветка.
Оказывается, умирать от кровопотери почти не больно… Только укусы зудят и противный писк до сих пор в ушах стоит. Но кто ж знал, что местные летучие мыши не только вампиры, но и живут в кронах деревьев⁈
Досадненько…
Что там нам пишет по этому поводу система?
То есть? Я теперь пищать буду что ли?
Озадачившись, попыталась что-нибудь произнести, но из пасти вырвалось невнятное рычание, а вместе с ним что-то ещё, отчего я «увидела» комнату целиком. Та-а-ак… Ничего не понятно, но жутко интересно!
Любопытства ради закрыла все восемь глаз ладонями и снова булькнула, мгновение спустя получив картинку прямо в мозг. Ясно! Теперь я, как летучая мышь, могу «щупать» пространство эхолокацией!
Но разве это орган речи?
Прислушавшись к себе, ровным счетом ничего не ощутила, но в целом не расстроилась. Эта мутация явно произошла глубоко внутри меня, никак не повлияв на внешность, а значит, пусть будет.
Жаль только, что копье профукала и набедренную повязку… Ну да ладно.
За дело!
Не надеясь только на удачу, я поела, затем сплела себе очередной доспех из корней и лиан, не забыла про наручи, надела набедренную повязку, прошлась по этажам, убив пятерых свиней и одну макаку, напоследок заглянула к паукам. Их народился уже десяток, что меня искренне порадовало, чем я не преминула воспользоваться, пополнив свою шкалу опыта ещё на тридцать единиц и теперь там красовалась вполне приятная цифра «133». Из двухсот пятидесяти.
И пускай полдень уже миновал, я всё равно отправилась в путь, по дороге прибив ещё трех свиней и одну анаконду, пятерых жуков, которые почему-то стали встречаться чаще и одну крайне подозрительную лягушку. Относительно небольшую, буквально с две моих ладони, но мне она всё равно не понравилась и за неё дали одно очко опыта.
Ближе к вечеру я снова задумалась о том, где ночевать.
Внимательно изучила ближайшие деревья. Сначала кроны. Затем рыхлую землю в районе корней. Решила для разнообразия попробовать переночевать в норе и, найдя особенно крупный баньян (ну или что-то вроде него), в два счета вырыла своими когтями весьма приличную нору, накидала туда прелой листвы и обрезков лиан, потом подтащила поближе корни, чтобы прикрыть вход, перекусила найденным неподалеку корешком, который признала съедобным по виду и запаху, залезла в нору, свернувшись в позу эмбриона и попыталась расслабиться.
Уснула на удивление быстро, вот только проснулась ночью от чьего-то злобного рычания и натужного сопения, но не успела толком продрать глаза, как какая-то тварь невероятно метко цапнула меня за ногу, вытащила из норы… И убила.
Да вашу ж мать!
— Это было тупо…
Хотела бы сказать я, но из горла вырвалось лишь какое-то невнятное рычание озлобленной тональности, а следом и тяжкий вздох, когда я в очередной раз проснулась в центре своего цветка, который меня возродил.
Ну и как прикажете путешествовать? Где в таком случае ночевать⁈
Или я зря дурью маюсь и лучше остаться тут? Ну а что? Еда-вода есть, свиньи-макаки-пауки периодически появляются. Так не проще ли задержаться на недельку тут, чтобы хотя бы повысить уровень до шестого?
Обдумав эту мысль со всех сторон, констатировала, что на фоне происходящего она не выглядит глупо, так что… задержусь.
Кто, кстати, меня убил, и чем мне это грозит?
В смы-ы-ысле⁈
Тут же хапнув адреналина, рывком села и начала себя ощупывать. Что там у меня с костями? Тварь я едва ли рассмотрела, но по виду она напоминала толстого саблезубого броненосца, так что… Ох!
С изумлением нащупав и следом рассмотрев поразительного вида зеленовато-серую мелкую чешую, которая покрыла моё тело необычными островками, для верности встала и осмотрела себя всю, как смогла.
Нда-а… Если не придираться к мелочам, то… Я стала бронированной!
Класс!
Тверже и грубее всего броня ощущалась на спине, плечах, локтях и бедрах, мягче всего — на груди, щеках, животе и ладонях. При этом мохнатые ноги тоже покрылись чешуей, но между ними проглядывали и рыжеватые волоски шерсти.
Почему-то позабавил тот факт, что волосы на голове у меня всё ещё росли, хотя сама голова ощущалась чешуйчатой.
Эх, мне бы зеркало… Хоть посмотреть, в какую тварь я превратилась!
Эксперимента ради провела по руке когтями. Сначала аккуратно, потом с нажимом. Под конец ударила даже, но не со всей дури, а где-то в треть силы. И даже не поцарапалась!
Круть!
И нет, я не рванула на поиски новых приключений и смертей, предпочтя задержаться в Цитадели на несколько дней. Их понадобилось аж четыре, чтобы, убивая своих соседей, набрать нужное количество единиц опыта и достигнуть шестого уровня. Новое очко характеристик я, подумав, вложила в силу. Выносливости и ловкости вроде бы пока хватает. А сила лишней не будет.
Немного нервировала строка «химероген», которая после восьми смертей равнялась девяти единицам, самостоятельно повышаясь каждый раз, когда система информировала меня, что генетический код противника занесен в базу, но на что это влияет, я не могла понять. Только ли на то, что я становлюсь всё менее человеком?
Непонятно.
Как бы то ни было, натянув на себя очередную набедренную повязку и прихватив предпоследнее копье, я снова отправилась в путь, причем с самого утра.
Шла легко, как никогда остро чувствуя, что происходит вокруг меня в лесу, словно с новым уровнем обрела новые знания и умения. По дороге убивала свиней и макак, но на шестом уровне за них давали всего по единице опыта, а за жуков вообще ничего. Досадно. Анаконд я не встречала, как и гиен, но особо на расстраивалась. Сейчас больше всего меня интересовала цель, а не повышение уровня. Ближе к вечеру, учтя все свои прошлые ошибки, сначала я изучила дерево, на первый взгляд подходящее для сна. Затем забралась на него, убеждаясь, что в кроне никого.
И снова спустилась. Внизу набрала охапку лиан, скрутив их в куль, а наверху переплела этими лианами пару соседних ветвей, сделав из них небольшой, но крепкий гамак. Отлично!
Эту ночь я спала не очень хорошо, то и дело прислушиваясь к тому, что происходило вокруг, но на меня никто не напал, и утром я подремала ещё пару часов после того, как взошло солнце.
Второй день пути прошел схожим образом, причем я периодически залезала на высокие деревья, чтобы убедиться, что иду в верном направлении, и видела, что башня становится ближе.
Из животных мне встречались всё те же свиньи и макаки, которых я убивала, но так и не смогла пересилить себя и попробовать их сырое мясо. Увы, добывать огонь без спичек и зажигалки я не умела, так что питалась в итоге корнеплодами и плодами лиан, которые казались мне съедобными. Пока, тьфу-тьфу, я угадывала и ни разу не траванулась.
Позабавил нюанс, когда пришлось сходить в туалет. Оказывается, организм у меня функционирует стандартным образом. Расстроило отсутствие туалетной бумаги. Пришлось искать подходящий лопух, но я справилась и с этой задачей. Честь мне и хвала!
К концу второго дня на меня попыталась напасть какая-то бешеная лысая ворона размерами с овчарку, но я дала ей жесткий отпор, заметив вовремя, так что в кои веки сдохла не я, а она, а мне в копилку опыта капнуло аж десять единиц. Недурно!
Вторую ночь я проспала на дереве схожим образом, на этот раз уснув крепко и довольно быстро, и снова никто на меня не напал. Прогресс!
К обеду третьего дня я заметила, что лес стал мельчать и редеть, местность стала более каменистой, один раз показалось, что донесся запах гиен, но их самих я не увидела. Ещё через час я добралась до края леса, который постепенно переходил в каменистое плато окружностью где-то километров десять, а в центре него возвышалась огромная чёрная башня цилиндрической формы, отливающая глянцем металла.
При этом я видела, что она окружена высоким забором, даже скорее крепостной стеной, причем никак не ниже пяти этажей. Сама башня высоченная и такое ощущение, что какая-то… нечеловеческая.
Неужели её построили пресловутые таурианцы? Эх, и почему я ничего не знаю? Несправедливо!
Немного подумав, поняла, что туда мне не надо, но-о-о… всё равно жутко интересно!
Внимательно изучив пространство, с недовольством констатировала, что оно слишком открытое, и если его просматривают дозорные (или видеокамеры), то подобраться незамеченной нет ни шанса.
Но просматривают ли тут пространство в принципе?
Решив, что стоит выяснить это лично, я обманчиво смело зашагала вперед и очень удивилась, когда дошла до стены примерно за час бодрого шага, никем не остановленная и не убитая. Стена, как я и подозревала, оказалась высотой метров пятнадцать, причем выглядела монолитной, словно отлитой из чёрного металла.
Потрогала её даже, но толком не поняла структуру. Вроде бы прохладный металл… Но это не точно.
Вот только почему прохладный? Солнце ведь должно было его серьезно нагреть!
А значит, это что-то другое.
Любопытства ради попыталась поцарапать металл когтями, но он оказался невероятно прочным, и мои когти не оставили на нём даже царапины. Ла-а-адно! Будем изучать дальше!
Прикинув в уме, что диаметр сооружения примерно километра два, а значит окружность — плюс-минус шесть километров, я обернулась, чтобы зафиксировать точку отсчета, оценив местоположение солнца на небе, и отправилась налево.
И вот иду я, никого не трогаю…
Прошла уже где-то три четверти запланированного расстояния, уже понимая, что ворот скорее всего в заборе нет, что странно, но не невозможно, и тут на меня сверху безо всякого предупреждения пикирует огромная крылатая и рогатая тварь, сильнее всего похожая на ту бордовую макаку, которых выращивала моя Цитадель, но вместе с тем были и отличия.
Эта макака была больше, её кожа была более чёрного цвета, задние лапы выглядели, как птичьи, летала она благодаря большим кожаным крыльям, а на голове у твари виднелись козьи рога.
Четыре штуки.
При этом я её даже не заметила, скорее почуяла, рухнув на землю в последний момент, отчего тварь, зло зарычав, пронеслась мимо, промазав, но потом пошла на второй заход, явно не планируя остаться сегодня без добычи.
И всё бы ничего…
Но я совершила огромную ошибку, решив, что монстр охотится в одиночестве, и стала следить только за ним. И, соответственно, проворонила атаку второго, который напал на меня со спины, вонзив запредельно острые когти птичьих лап мне в плечи, пропоров не только броню, но и мышцы насквозь, отчего я зашипела от резкой боли. Но и этого твари оказалось мало! Она, как какой-нибудь коршун или орел, рванула вместе со мной в небо, явно планируя то ли унести меня в своё гнездо, то ли сбросить с высоты, чтобы я умерла сама, разбившись.
Понимая, что итог в целом предрешен и если лететь долго, то я могу запросто помереть от кровопотери, я покрепче сжала копье, вывернула голову, чтобы видеть, что делаю, и всадила копье твари в её беззащитное брюхо.
Мы рухнули вместе.
На этот раз я умерла, разбившись, но перед этим всё равно увидела, как в опыт капнуло аж пятнадцать единиц, что вызвало на моих губах злобную ухмылку удовлетворения.
Хоть так, но я в прибыли!
А вот интересно, почему система написала, что я погибла от когтей твари и последующей кровопотери, если я просто разбилась? Только ли потому, что в этот момент её когти были во мне? Но сама-то тварь была уже мертва!
Загадка…
Как бы то ни было, я снова проснулась в центре цветка в Цитадели, причем с не самым приятным апгрейдом.
У меня выросли рога.
К счастью, всего два и не слишком длинные, сантиметров по пятнадцать. Наощупь — козьи.
Всё сильнее хотелось посмотреть на себя в зеркало, чтобы просто хотя бы понять, как во мне сочетается вся эта дикость, но увы, зеркала у меня не было. Не было ни стекла, ни лужи… В реке тоже толком отражения не увидеть.
Эх, лучше бы крылья выросли, честное слово! Я бы тогда просто взлетела и изучила мир сверху! Сколько бы проблем одним махом решилось!
Как бы то ни было, северное направление меня больше не привлекало, башню я, можно сказать, изучила, а что не изучила — то и не смогу при исходных данных, так что, пожалуй…
Стоп.
А это ещё что?
Да что вы говорите? Какая прелесть!
Уж лучше бы функцию «отменять» предложили! Как минимум морда гиены мне совершенно не к лицу!
Но в принципе… Штука интересная. И может быть даже полезная. Главное, чтобы предлагали не что попало!
Так, что там у меня по опыту? Тридцать семь из пятиста? Негусто…
Кого б убить?
К сожалению, в моём распоряжении осталось последнее копьё и ни одной набедренной повязки, так что я сначала поела, хоть немного, но повышая настроение приятной сытостью в желудке, а потом прошлась по этажам, пока не став тратить время на создание бронежилета. Местных свиней, макак и пауков я убивала только так, ни разу об них не поранившись.
Увы, их было немного: девять свиней, три макаки и восемь пауков. Причем за первых давали только по одной единице опыта, а за пауков — две. Итого жалкие двадцать восемь очков. В общей сложности шестьдесят пять из пятиста.
Нда, маловато…
Присев на дорожку и придирчиво изучив копьё, которое выглядело уже не ахти, а значит хватит его максимум на трёх врагов и это если они будут не сильно крупными, я вышла на улицу и чуть ли не нос к носу столкнулась с тремя гиенами, которые сами решили заглянуть ко мне на огонек.
О, да-а! По одному, ребятки! Тетя Майя как раз не в духе!
Воспользовавшись замешательством тварей, которые точно не ожидали увидеть на своём пути такую красивую меня, я удачно атаковала ближайшего, сходу пропоров ему горло своим копьём, а вот потом пришлось побегать и даже попрыгать, выяснив, что мои когти, кошачьи задние лапы и паучье зрение идеально помогают не только избегать атак с двух сторон, но и запрыгивать на стены, увитые лианами, одним махом взбираясь по ним на высоту до пяти метров.
В общем, долго ли коротко — я убила всех троих. Пару раз в опасной близости от живота мелькнуло копьё третьего, напоследок больно чиркнув по ребрам, но когда у моих ног валялись уже все три бездыханных тела, я внимательно изучила бок и не нашла даже царапины.
Отлично!
Естественно, я тут же занялась мародёркой, унеся свою добычу наверх, в свою комнату, и так как моё копьё в процессе боя приказало долго жить, то я взяла новое, заодно воспользовавшись чужой набедренной повязкой, и вышла из здания снова.
Попутно глянула системные сообщения, удовлетворённо кивнув сама себе, когда выяснила, что за каждую гиену мне прилетело по десять очков опыта. Немного, конечно, особенно на фоне тех пятиста, что надо набрать, но всё лучше, чем единица за свинью или макаку.
А теперь в путь!
Сегодня я решила сходить на запад. Почему бы и нет? Естественно, не прямиком в жаркие объятия Архангела, кем бы он ни был, а просто на разведку. Было интересно в принципе посмотреть на базу людей, которые не только выжили в этих условиях, но и успешно охотятся на окружающих тварей.
Планируя маршрут, я не пошла сначала на юг к Дону, а сразу двинула на запад, и всего часа через три дошла до речки, которую навскидку опознала, как Мертвый Донец. На самом деле Донец являлся одной из нескольких проток, на которые распадался Дон перед тем, как влиться в Азовские море, но не суть.
Главное было в том, что я не рискнула соваться в воду, взяв немного правее и севернее, чтобы продолжать двигаться вдоль берега. Так я в любом случае выйду на берег залива. И там уже будем смотреть, есть в этом смысл или нет.
При этом я точно знала, что раньше вдоль реки шла железная дорога, но сейчас, сколько ни всматривалась, не увидела ни рельсов, ни шпал. Разве что небольшой намек на насыпь… Но это не точно.
Более того, не увидела я в густых джунглях ни единого хутора, ни единого поселка, которые прежде располагались именно на этом берегу протоки, зато до конца вечера повстречала дюжину свиней, трех макак, двух анаконд и одного полноценного крокодила. От последней твари я предпочла ретироваться на дерево, слишком уж большим оказался монстр и навскидку даже бронированнее меня, так что я не рискнула ломать об него копьё.
За анаконд, кстати, теперь давали только по три очка. Обидно!
Как бы то ни было, ближе к вечеру я вышла на берег залива и тут же резко сдала назад под прикрытие джунглей, потому что немного левее, буквально через двести метров, увидела полноценное поселение.
С людьми!
Это было настолько поразительно, что я минут десять только приходила в себя, унимая бешеное сердцебиение и безумное желание подойти ближе и всё внимательно изучить. Увы, это было невозможно и я прекрасно понимала, почему.
Я чудовище. Мутант.
Безумная химера, состоящая из десятка существ.
И ладно бы просто была бронированная и с когтями! Хрен с ним, даже кошачьи лапы можно замаскировать, если постараться!
Но как быть с рогами? Мордой гиены? Восемью глазами!
Кривясь и морщась, я вернулась чуть назад в поисках подходящего дерева для дозора и сна, набрала по дороге лиан, затем забралась повыше и сначала оборудовала себе площадку для сна, а потом поднялась ещё выше. Очень уж хотелось хотя бы посмотреть на других людей.
Вдруг я зря себя накручиваю и мутанты для них обыденность?
Сумерки подкрадывались всё ближе, моё паучье зрение в таких условиях оставляло желать лучшего, эхолокация тоже передавала далеко не все интересующие меня нюансы, но главное я рассмотрела и это меня очень сильно удивило.
Во-первых, это был посёлок. Вот прям реально посёлок! С крепкими кирпичными домами преимущественно в два этажа, с дверями и окнами. Издалека я не могла разобрать, из чего точно они сделаны, но они были. Не дыры, не провалы, не проёмы, а всё, как полагается.
Во-вторых, посёлок был огорожен высокой стеной. Метров семь точно. Как в средневековье. С дозорными башнями! На башнях точно кто-то был, да и по стенам ходили дозорные, так что сразу становилось ясно, что внутри живут явно подготовленные к жизненным невзгодам люди, а нападения для местных — обыденность.
И это не так чтобы хорошо…
Но логично. Я бы тоже не рискнула жить в чистом поле рядом с джунглями, где водится всякое.
В-третьих, внутри поселка я не заметила лиан и деревьев. Вообще. Вроде бы были какие-то кустики и газоны, но не более. Это было не то чтобы подозрительно, но на заметку я взяла.
Ну и в-четвертых, чуть правее поселка я увидела возделанные поля, где колосилась вроде как пшеница. Ну или что-то вроде того.
То есть люди тут живут далеко не первый год и на полном самообеспечении.
Наверное…
Дольше всего я пыталась понять, во что они одеты и чем вооружены.
К сожалению, видно было плохо, да и темнело всё стремительнее, так что я предпочла спуститься в свой «гамак» и лечь спать. Завтра найду точку обзора получше и изучу быт местных выживших подробнее.
Быть может, у меня всё-таки есть шанс присоединиться к ним? Одна я как-то уже подзадолбалась…
В итоге новая ночь в опасной близости от поселка, где проживало по меньшей мере несколько сотен людей, прошла тяжело. Беспокойно. Я всё никак не могла заставить себя уснуть, нервничая и подсчитывая свои шансы выжить, если выйду к этим людям.
Я хотела! Очень хотела!
Просто хотя бы увидеть нормальных людей! Пообщаться! Надеть нормальную одежду. Поесть нормальной еды. Поспать в нормальной кровати, черт возьми! Не бесплатно, конечно, нет! Я готова отработать каждый кусок хлеба, каждую вещь! Ухаживать за грядками, ходить на охоту. Убивать гиен! Стоять в дозоре! Я могу, правда! Всё могу!
Другой вопрос — поверят ли мне люди, что я союзник, а не угроза их жизни? Выгляжу я наверняка ужасно.
В итоге извздыхавшись и перенервничав, я забылась тревожным сном лишь под утро, но по ощущениям проспала не больше пары часов до того, как пугающе близко раздались множественные мужские голоса.
— Где?
— Архангел сказал, где-то здесь.
— Обследуйте деревья. Осторожно. Предельно осторожно!
Мне могло и показаться, но почудилось, что я узнала голоса как минимум двух мужчин, которых уже слышала пару смертей назад. Ага… То есть ищут всё-таки меня?
Поколебавшись, решила проверить эту версию, уже понимая, что бегать от судьбы вечность не получится, и лучше проверить свои догадки сейчас, когда я ещё не отчаялась, чем ждать у моря погоды и не дождаться.
Потому что, если меня ищут, чтобы убить, то лучше выяснить это сразу.
Подумаешь, помру снова…
И я, прикинув в уме, как бы дать о себе знать, но не напугать, издала звук, крайне отдаленно похожий на стон. Сама бы я опознала его, как скулеж.
— Тихо! — шикнул тут же кто-то из поисковиков. — Слышали?
Я проскулила снова.
— Тут!
Мужчины, а их точно было несколько, но точное число я пока не могла понять, зашушукались, окружили моё дерево и кто-то очень смелый и с приятным голосом произнес:
— Девушка, мы вас слышим. Очень прошу не бояться. Вы можете спуститься самостоятельно или вам нужна помощь?
И как я им проскулю, что не нужна?
Тяжко вздохнув, я поправила на бедрах повязку, не желая светить своими сомнительными прелестями перед посторонними, надела свою бронемайку из корней и лиан, прихватила копьё и спустилась немного вниз, присев на толстой и удобной ветке метрах в семи над землей, чтобы увидеть мужчин, и они, в свою очередь, увидели меня.
И уж не знаю, как им, а мне увиденное не очень понравилось.
Их было больше дюжины!
— Матерь божья… — прошептал кто-то отчетливо дрожащим голосом. — Это… она⁈
Я выразительно вздохнула, продолжая изучать местных, причем не только лица и оружие, но и одежды. Отдельно отметив, что все примерно одного возраста около тридцати, то есть самый «тот» возраст для сильного и опытного бойца, пробежалась взглядам по лицам. Типаж тоже плюс-минус один. Волосы от русого до каштанового, глаза преимущественно карие. Стрижки короткие, грубые. То есть никаких там модельных челок и выбритых висков, а классический сантиметровый «ёжик». Щетина в наличии, но умеренная, от трех до пяти дней, не больше.
Из одежды все до единого одеты в грубоватые брюки-карго военного образца цвета хаки, майки и плотные куртки. На поясах ножны с мечами и охотничьими ножами. На ногах грубые ботинки на толстой подошве. Хм-м… Самодел или военную базу огра… посетили? Так сразу и не сказать…
И ни один не выглядел мутантом. Досадно!
Пока я рассматривала мужчин, мужчины в ответ рассматривали меня. Пауза откровенно затягивалась, но тут темноволосый мужчина с небольшим шрамом на виске привлек моё внимание:
— Вы меня понимаете?
Кивнула, не рискуя говорить.
— У вас есть имя?
Почти смешно…
Выразительно вздохнув, снова кивнула.
— Вы… — мужчина сдавленно кашлянул, — способны говорить?
Вот тут я отрицательно качнула головой.
Мужики подозрительно оживились и я, кажется расслышала, как кто-то шепнул: «разумная, смотри-ка!».
Вообще-то у меня даже высшее экономическое образование в наличии, мальчики! А у вас?
— Меня зовут Глеб, — тем временем продолжал выстраивать диалог мужчина, чей голос я опознала, как голос того самого, из первой троицы. Который был самым строгим. Кажется, он тут за начальника. — Мы предлагаем вам пройти с нами.
Я выразительно наклонила голову набок, всем своим видом задавая немой вопрос.
— У нас свой посёлок, — мужчина махнул рукой себе за спину, разговаривая со мной, как с ребенком. — Вас накормят и выделят жильё.
Ну, допустим…
Допустим, я тебе верю, Глеб.
Интересно, сколько правды в твоих словах, а сколько лжи?
Прекрасно понимая, что если меня захотят скрутить и убить, то скрутят и убьют, тем не менее я рискнула и аккуратно слезла на землю, тут же выясняя, что все до единого мужчины довольно крупные и самый невысокий выше меня как минимум сантиметров на пятнадцать и шире в плечах раза в полтора.
Заметила я и то, как они напряглись, изучая меня уже вблизи. И пускай не спешили выхватывать оружие, по их лицам было видно, что, если вздумаю глупить, это секундное дело.
— Эм… кхм, — замялся Глеб, когда я обманчиво смело и плавно шагнула к нему, не выпуская из рук копьё. — Как к вам обращаться?
Подумав, булькнула нечто невразумительное, отчего мужчина справа аж присел слегка, но мы дружно сделали вид, что всё в порядке, а потом я опустилась на корточки и когтем написала своё имя прямо на земле.
Интересно, их учили грамоте?
— Майя? — с искренним изумлением прочел Глеб, радуя меня своими познаниями в великом и могучем, но расстраивая следующим вопросом. — А вы… кхм, кто вас научил письму?
Не без труда вспомнив имя-отчество своей первой учительницы, предпочла пожать плечами. Я до сих пор не знала, сколько времени прошло с момента моей первой смерти. Существуют ли в новой реальности школы? А учителя? Распространена ли грамотность повсеместно? Или это удел избранных?
Одно ясно — буквы те же, язык тот же. И одно только это уже прекрасно!
— Так. Эм-м… Ладно, — решительно выдохнул Глеб, когда молчание затянулось. — Майя. Идемте. Тут недалеко. И это самое… Я заберу ваше копьё? Хорошо? Иначе на воротах могут возникнуть проблемы.
Начина-а-ается…
А ключи ему от квартиры не дать, где деньги лежат?
И нет, я не сказала это вслух. Не смогла. Лишь сдавленно фыркнула и медленно протянула ему копьё, которое мужчина так же медленно забрал, словно не рискуя двигаться быстро. Словно я была коброй, которую необходимо заворожить, чтобы не быть укушенным.
Хотя я, наверное, всё же пострашнее буду…
Невольно из моей груди вырвался тоскливый вздох, который снова заставил мужчин напрячься, а потом и желудок присоединился к моему горю, издав вопль подыхающего кашалота.
Кто-то сдавленно хмыкнул, кто-то даже издал понимающий смешок, а вот Глеб даже изобразил что-то похожее на улыбку и задал глупый, но логичный вопрос:
— Проголодались?
Естественно, я кивнула, на что он снова высказался:
— Идемте. Вас покормят. Вы как по еде? Мясоед или травоя… эм, прошу прощения, глупый вопрос. — Кажется, он вовремя понял, что такие зубки не могут принадлежать вегану, так что сразу задал новый вопрос: — Мясо сырое или приготовленное?
Ну и как я должна ответить на этот вопрос, если могу общаться лишь элементарными жестами?
К счастью, Глеб догадался сам и, снова кашлянув, упростил вопрос:
— Мясо сырое?
Я отрицательно замотала головой.
Новый вопрос прозвучал сразу, причем с удивленными интонациями:
— Жареное?
Я охотно закивала и кто-то справа рассмеялся. Резко повернула голову, находя взглядом широкоплечего и почти лысого громилу, которого явно «подстригли» совсем недавно, и он резко осекся. Судя по всему, моё внимание было ему неприятно.
А вот мне неприятно, что меня принимают за чудовище! Но я же молчу!
— Олежа, помолчи, — тут же шикнул на него Глеб, всем своим видом давая понять, что целиком и полностью на моей стороне.
Естественно, я не собиралась обманываться его показной заботой, ведь прекрасно понимала, что они на задании. И их задание: привести меня к Архангелу. Интересно, они сами-то догадываются, что я в курсе? Или им всё равно?
Как бы то ни было, мы уже шли в нужную сторону и совсем скоро добрались до массивных ворот, которые действительно охранялись бойцами, несущими дозор на башнях и стенах, но стоило им увидеть поисковый отряд и услышать от Глеба приказ:
— Открывай!
Как обе створки мощных деревянных ворот приоткрылись внутрь, но лишь на пару метров.
Тем не менее этого вполне хватило всем нам, чтобы войти на территорию поселка. Правда, сначала мы оказались в длинном «таможенном» коридоре, справа и слева от которого находились штуки, которые я опознала, как «ежи» — конструкции из заточенных бревен, способные нанизать на себя чрезмерно ретивого противника только так.
Ага…
Даже не пытаясь делать вид, что мне безразлично всё, что вижу, я крутила головой по сторонам, как провинциалка, впервые посетившая столицу. Интерес вызывало всё!
И защитные сооружения, и вояки, и дома, и мирные жители!
Я даже ребятёнка одного увидела, мелькнувшего в конце улицы! При этом сразу было видно, что посёлок скорее военного образца, чем мирный — по улицам никто бестолково не шарахается, по крайней мере там, где проходили мы, а окна и двери в домах с дополнительной защитой в виде грубых металлических решёток и скоб.
То есть даже внутри посёлка может быть не безопасно…
Тут же вспомнила летучих мышей-вампиров, а потом летающую макаку и кивнула самой себе. Да, даже стены — не панацея.
Но при этом я увидела главное: тут есть и стёкла, и металл!
В какой-то момент, прислушавшись, даже различила звуки, подозрительно похожие на удар молота по наковальне (ну или как я их вообще себе представляла), так что можно было сделать вполне логичный вывод, что мечи и ножи мужики куют себе сами.
Дела-а…
Дом, куда меня, наконец, привели, располагался ближе к центру поселка и выглядел крупнее соседних. Не в высоту, потому что выше двух этажей тут ничего не было, а в ширину. При этом я бы не сказала, что он богаче или представительнее. Просто больше.
И всё бы ничего…
Но его хозяин встречал нас на улице.
Это был мужчина. В простых светлых брюках и белой рубашке. Без крыльев. Без нимба. Относительно молодой, то есть не старше сорока, высокий и физически крепкий. Из удивительного: у него была светлая кожа, длинные белые волосы и полностью белые глаза. Без зрачков.
И я как-то сразу догадалась, что это Архангел…
Аж мурашки по позвоночнику пробежали, когда мне показалось, что он смотрит на меня.
При этом, если не обращать внимания на волосы и откровенно пугающие глаза, мужчина был привлекателен той классической красотой, которую приписывали богам, греческим героям, эльфам и корейский айдолам.
Как описать его внешность иначе, я просто не понимала. Вроде бы просто лоб, нос, губы, подбородок и скулы, но всё вместе — идеал уровня «я б дала».
Но стоит только посмотреть в глаза…
Он слепой? Или это мутация, как у меня?
— Вижу, вы наконец её нашли, — глубоким, пробирающим до мурашек баритоном произнёс белоглазый, когда мы подошли ближе. — Молодцы. Премия всем. Свободны.
— Архангел… — попытался обратиться к нему Глеб, но был остановлен резким жестом, и послушно осекся.
— Позже. — Тон белоглазого был всё тот же, но лично я не рискнула бы спорить и вызывать его недовольство.
Вот и поисковая команда, ещё секунду назад окружавшая меня внушительной толпой, рассосалась в два счета и я осталась один на один с откровенно нервнирующим меня типом. А он, повернув голову ко мне и чуть заметно улыбнувшись, жестом предложил пройти в дом, сопровождая свои действия словами:
— Прошу. Взял на себя смелость приготовить для вас комнату, одежду и трапезу. Идемте, провожу вас.
Какой… вежливый и жуткий тип! Ему точно от меня что-то надо!
Но что? И когда я это узнаю? Давайте хотя бы после завтрака! А?
Вместе мы вошли в дом, причем мужчина прошел чуть вперёд, придержав для меня дверь, тем самым давая понять, что не чужд элементарным манерам, и очутились в большом холле. Чуть дальше располагалась широкая лестница, ведущая на второй этаж, и белоглазый сразу направился к ней.
— Идите за мной, — произнёс с чуть заметным нажимом, когда я замешкалась, изучая по-деревенски простую обстановку.
Пришлось пригасить интерес и поторопиться за хозяином, пока он настроен доброжелательно. Вместе мы поднялись на второй этаж и он свернул направо. Дошёл до конца коридора, открыл дверь и жестом предложил войти первой.
— Ваша комната. Это спальня. Туалет и ванна тут. — Он указал на соседнюю дверь. — Будут вопросы, задавайте. Как вас зовут?
И рада бы ответить, но…
Нет, я попыталась! Правда! Но вместо привычных букв из горла вырвался полурык-полувсхлип, так что я даже заканчивать не стала, с досадой шикнув. А вот мужчина замер. Он стоял всего в полуметре от меня и смотрел так пронзительно, что мне снова стало не по себе. А потом он начал медленно поднимать руку, произнеся:
— Я коснусь.
И это был не вопрос.
Напряженно следя за рукой и констатировав, что он всё-таки слепой, то есть банально не видит, какая я страховидла, я всё равно вздрогнула, когда его горячие пальцы коснулись сначала моего звериного носа, а потом аккуратно провели по щеке, скуле и мазнули по уху, под конец скользнув на шею. Мужчина нахмурился, чуть прикрыв глаза, и снова спросил:
— Это мутация?
О…
Так он в курсе? Или… Система в голове не только у меня? Черт, даже не спросить! И не написать! Как нам вообще общаться⁈
В итоге я кивнула, хотя не была уверена, что он зафиксирует это движение, но большой палец белоглазого как раз лежал на моей шее и вроде бы он понял меня правильно, потому что спросил ещё:
— Вам доступна речь?
Я отрицательно мотнула головой.
По его лицу скользнула досада.
— Ладно, я подумаю, как нам общаться дальше. Но вы меня понимаете?
Я снова кивнула.
— Хорошо. Оденьтесь и умойтесь, если нужно. Жду внизу, на кухне. Можете не торопиться.
Ага! Щаз! Я есть хочу вообще-то!
Не знаю, как он интерпретировал мой сдавленный хмык, но задерживаться не стал, а я прошла в комнату. Она оказалась небольшой и просто обставленной. Где-то три на четыре, с узким окном. Первым делом выяснила, что в него вставлено стекло, а снаружи решётка, то есть ни я не сбегу, ни враг не проникнет. Затем обратила внимание на кровать, стул и шкаф. Всё простое, деревянное, явно сделано вручную. Не лакированное, не крашенное, но вроде бы чем-то натёртое… Не суть.
При этом я не нашла в комнате осветительных приборов и розеток, а значит, электричества в доме то ли совсем не было, то ли преимущественно. Сам дом был построен из кирпича, причем внешние стены были довольно толстыми, до полуметра, а внутренняя отделка была деревянной из качественно оструганных досок, покрытых скорее всего воском.
На кровати лежал относительно тонкий матрас, по ощущениям набитый или ватой, или шерстью, затем хлопковое белое постельное бельё, подушка и стёганое одеяло. Без покрывала. Поверх одеяла лежало опять же довольно простое тёмно-зелёное льняное платье «А»-силуэта и пояс. Относительно безразмерное, без рукавов, длиной чуть ниже колена, оно подошло бы почти на любую фигуру.
Ни обуви, ни белья мне не предложили — шкаф был пустым. Что ж…
Не собираясь отказываться от платья, я подхватила его и заглянула в соседнюю комнату, где обнаружила сантехнику уровня «деревня». Никакого фаянса или керамики, труб и смесителей. Всё максимально по простому: раковина-тазик и рукомойник с пимпочкой, деревянная ванна-лохань и деревянный трон-унитаз. Зеркала, к сожалению, не было.
Ага… А канализация тут как выглядит?
Интереса ради заглянула в дырку унитаза, но там было темно и можно было лишь предполагать, что желоб прямой и скорее всего тоже деревянный. Максимум глиняный.
Но это не точно…
Как бы то ни было, вода в бочке рядом с ванной была теплой, так что я разделась и ополоснулась из ковшика, стараясь не мочить волосы, затем вытерлась полотенцем, которое висело на крючке на стене, и аккуратно оделась в платье, едва не порвав его рогами. Но нет, справилась.
Подпоясалась, заплела длинные волосы в косу, тем самым давая понять, что более чем разумна и умею всякое, унесла свои вещи в комнату, убрав в шкаф, отдельно отметила, что копьё у меня всё-таки увели (и вряд ли вернут), а потом отправилась на поиски пропитания.
Не торопясь.
Пользуясь тем, что за мной никто не подсматривает, я прошлась по второму этажу, насчитав десяток комнат, причем двери в них были закрыты. Любопытства ради заглянула внутрь ближайших, но ничего интересного не увидела — это были такие же спальни, как моя.
Я бы и дальше пошарахалась, пока есть возможность, но желудок снова напомнил о себе голодным урчанием, так что я спустилась по лестнице, принюхалась и безошибочно определила верное направление. На кухню!
Большая, светлая, наполненная запахами и условно поделённая на кухню и столовую, она была всё такой же — условно деревенской, как и остальное, что меня окружало. Деревянные полы и стены, деревянные стол и стулья, большая русская печь и глиняная кухонная утварь.
Ждали только меня, причём сам белоглазый сидел за длинным столом, сплошь заставленным тарелками с самой разной едой, а между столом и печкой суетилась полноватая темноволосая женщина средних лет с некрасивым шрамом на щеке, но добрыми глазами и приятной улыбкой. Она была одета, как среднестатистическая деревенская женщина — в длинное однотонное ситцевое платье чуть выцветшего синего цвета, на плечи была накинута шерстяная жилетка, на талии — повязан белый фартук. Волосы убраны под простую белую косынку.
Правда, увидев меня, она истошно вскрикнула, выронив блюдо с пирожками, и прижала руки к груди, попятившись к стене, а вот Архангел её страха не разделял, строго произнеся:
— Анна, успокойся. Это моя гостья, она не опасна.
— Но она же… Как же… — забормотала Анна, не прекращая смотреть на меня, как на чудовище.
Которым я, судя по всему, и выглядела.
— Она. Не. Опасна. — чуть ли не по слогам и с явным нажимом произнёс белоглазый, поворачивая голову ко мне и жестом предлагая приблизиться. — Присаживайся. Завтракай. Бери, что тебе нравится.
Между делом отметив, что мужчина как-то слишком резко перешел с «вы» на «ты», но мне самой это совершенно не принципиально, сначала я собрала с пола пирожки на деревянное блюдо и поставила их на край стола, тем самым давая понять Анне, что не просто не опасна, но и ещё и не чужда элементарных приличий, после чего села на единственный свободный стул и внимательно изучила стол.
Тут были каша, оладьи, пирожки, нарезанные дольками яблоки, что-то похожее на варёный картофель и тушеное мясо в подливе.
Естественно, я начала с мяса!
Подвинув к себе котелок с мясом, я щедро наложила его себе в тарелку, проигнорировав всё остальное, затем проверила, с чем тут пирожки (с яйцом и луком, м-м!), и, стараясь вести себя прилично, начала есть.
Получалось… средне.
В смысле, есть получалось, но я чавкала.
Судя по тому, как ко мне прислушивался Архангел, чавкала достаточно громко, чтобы он задумался над тем, зачем ему такая гостья. Ну, простите! Я вообще-то не навязывалась!
При этом я ела и ела, не в силах остановиться — это было слишком вкусно и долгожданно, чтобы я добровольно оторвалась от мяса, но в какой-то момент желудок сказал «стоп», и я, тяжко вздохнув, откинулась на спинку стула. Божечки, хорошо-то как… Даже немного плохо.
— Чаю? — дрогнувшим голосом предложила Анна, всё это время проведя у плиты за моей спиной.
Повернулась к ней и отрицательно покачала головой. Боюсь, если сделаю хоть глоток, то всё полезет обратно. После чего выразительно прижала ладонь к груди и чуть поклонилась, надеясь, что меня поймут правильно.
Судя по нервной улыбке Анны, посыл до адресата дошел.
И это всё хорошо… Но что дальше?
Немного подумав и понимая, что стоит проявить немного инициативы, я помахала рукой, привлекая внимание женщины, а потом изобразила, что пишу когтем по столу слово. Ещё труся, но явно заинтересовавшись моими действиями, она шагнула ближе, и я медленно вывела по столу сначала букву «я». Убедилась, что интереса на её лице стало больше, и вывела вторую букву — «м».
— Я… — повторила она за мной с легкой вопросительной интонацией, и я несколько раз одобрительно кивнула. — М?..
Следующими буквами стали «а», «й», «я».
— Майя? — сообразила Анна всего лишь с третьего раза. — Вы — Майя?
Бинго!
— Анна? — строго обратился к ней белоглазый. — Что вы делаете?
— Она умеет писать, Архангел! — выпалила Анна. — Это суще… эм, ваша гостья умеет писать!
— Вот как? — озадачился мужчина. — А это интересно…
После этого он сразу поморщился, явно уже сообразив, что нам понадобится кто-то третий для продуктивной беседы, но потом его лицо странным образом разгладилось и он заинтересованно хмыкнул.
— Хорошо. Это очень хорошо. Значит, Майя. Очень приятно, Майя. Ты наелась?
Я кивнула, причем прежде всего глядя на Анну, и уже та произнесла вслух:
— Да.
— Хорошо. Идем за мной. Нам стоит многое обсудить.
Не мешкая, я поднялась из-за стола следом за Архангелом, и мы прошли по первому этажу в противоположный конец длинного коридора и вошли в другую комнату, которая оказалась кабинетом.
В центре стоял массивный стол со стулом, у стены — парочка основательных шкафов с книгами, которые моментально заинтересовали меня тем, что в принципе тут были, но Архангел махнул рукой на широкий кожаный диван, и пришлось сесть на него.
Сам он прошел к столу, вынул из него прибор, подозрительно похожий на электронный планшет размером с две моих ладони, и вместе с ним вернулся ко мне.
Сел на диван, причем вплотную, без спроса дотронулся до моей щеки, чем ввел в ступор, и только после этого спросил:
— Знаешь, что это?
Не торопясь отвечать, я аккуратно забрала у мужчины вещицу, покрутила, нашла сбоку кнопку включения и изучила снова. И впрямь планшет… Фантастика!
Но как⁈
— Напиши что-нибудь, — тем временем потребовал белоглазый, когда я так ничего и не ответила, сосредоточившись на осмотре. — Тут есть иконка «блокнот». Открой. Напиши своё имя.
Ага…
Искомое я обнаружила практически сразу, потому что иконок на экране было всего пять: пресловутый «блокнот», затем «ежедневник», «планы», «связь» и «карта».
Ужасно интересно! Искренне надеюсь, что мне расскажут всё!
И я послушно набрала в блокноте: «Майя».
Пришлось, правда, постараться, слишком уж сильно мешали когти, но я справилась.
— Написала? — тем временем уточнил мужчина. Я кивнула. — Найди функцию «озвучка» и нажми.
Ага… Нашла. Нажала.
И планшет немного безжизненным электронным голосом произнес:
— Майя.
— Отлично, — удовлетворенно кивнул Архангел, только после этого убирая ладонь с моей щеки. — Мы сможем общаться. Думаю, у тебя накопилось очень много вопросов… начну с главного. Сегодня двенадцатое мая двести семьдесят третьего года Новой Эпохи. Новая Эпоха наступила почти сразу после начала третьей мировой войны, когда на планету высадились таурианцы и в считанные дни уничтожили всё, что им мешало. По нашим понятиям таурианцы — инопланетяне. Более того, это не один вид существ, а несколько. Они живут в своеобразном симбиозе. Носители доминантного гена отчасти похожи на людей, но они крупнее, у них есть хвосты и кожа голубого оттенка. Они ученые, исследователи и… — белоглазый хмыкнул, — завоеватели. На текущий день наша планета — их ресурсная база. Человечество не уничтожено в ноль, но серьезно деградировало и отброшено на уровень доядерной эпохи. У нас нет огнестрельного оружия, электричества, пластика, двигателей внутреннего сгорания и много чего ещё. Но, как видишь сама, в целом жить можно.
Архангел говорил медленно, словно понимал, как тяжело мне воспринимать его откровения. Боже мой… Почти триста лет! Меня не существовало почти триста лет!!!
Но почему я родилась снова? И… такая?
— Помимо таурианцев на планете доминирует ещё одно… скажем так, живое существо.
Я снова навострила уши.
— Это сложный организм, скорее даже комплекс организмов растительного происхождения. Уверен, ты их видела. Это лианы. Точнее то, что похоже на лианы. Их несколько видов и даже я не знаю их точное количество. Некоторые способны охотиться и пожирать живых существо живьем, растворяя в себе. Некоторые способны растворять пластик и даже металл. Некоторые, — белоглазый выдержал отчетливую паузу, — способны воспроизводить на свет существ самого разного типа. Я бы сказал «рожать», но это не совсем верно. Но ты понимаешь, о чем я сейчас говорю?
«Да», — вывела дрогнувшей рукой, ведь была именно таким существом. Рожденным лианами.
— Прекрасно, — удовлетворенно произнёс Архангел. — До недавнего времени считалось, что эти лианы способны воспроизводить только дюжину видов существ, но лет пятьдесят назад именно таким образом родился первый человек. Точнее… гуманоид. Химера. Тебе о чем-нибудь это говорит?
«Да».
К сожалению, электронный голос не был способен передать весь спектр обуявших меня эмоций, но белоглазому этого оказалось достаточно.
— Как я и думал, — кивнул мужчина. — Эти химеры… не совсем люди. Они появляются на свет уже взрослыми в районе двадцати лет. И самое удивительное — с полноценным разумом и воспоминаниями эпохи, которая предшествовала новой. Более того, в их телах… скажем так, живет электронный симбионт. Ты ведь видишь иногда буквы перед глазами?
«Да».
Да, черт возьми!
— Этот симбионт помогает отслеживать уровень опыта, степень развития навыков и многое другое, — продолжал рассказывать белоглазый то, что я уже знала. Но не знала причины. — Это всё стало доступным благодаря технологиям таурианцев. Я не знаю, зачем они это делают. Быть может, для них это своего рода эксперимент. Сам я родился схожим образом сорок три года назад и не в этом регионе. Долго пытался понять, что к чему. Внезапно попал в поле зрения хозяев, — он коротко и с явной неприязнью хмыкнул. — Был изучен в их лаборатории. И лишь через двенадцать лет меня отпустили. Мы… Сотрудничаем. Иногда я выполняю их задания, за это посёлок снабжают медикаментами и вот такими штуками, одна из которых у тебя сейчас в руках. А теперь можешь задавать вопросы.
Вопросы, вопросы… Если бы могла, я бы закидала мужика тонной вопросов!
Увы, сдерживающий фактор в виде морды гиены тормозил только так и я несколько раз набирала, а потом стирала сообщение, в итоге решив начать с малого. Со знакомства.
«Как тебя зовут»?
— Архангел, — усмехнулся белоглазый. — Чем не имя?
Внимательно изучив его отчасти самодовольное лицо, решила проверить степень его лояльности.
«Как тебя звали раньше?»
— Сейчас это не имеет значения, — твердо произнёс он, тем самым давая понять, что тема развитию не подлежит.
Ла-а-адно!
«Кем ты был раньше?»
И снова подозрительная усмешка с долей снисходительности, словно я задаю неуместные и детские вопросы. Ну, простите! Мне действительно это интересно!
— Почему тебя это интересует, Майя?
«Хочу понять».
— Что?
«Всё!»
— Моё прошлое не отражает нынешнюю суть, — качнул головой белоглазый. — Это всё равно что отучиться на программиста, а в итоге заниматься садоводством. Или наоборот. Важно не то, что было. Важно то, что есть. Вот ты. Кем была раньше?
Ну-у… Ладно, согласна.
И нет, я не ответила. Вместо этого написала:
«Симбионт. Он у всех химер одинаковый?»
— Насколько я знаю, да, — кивнул белоглазый. — И предвосхищая твой вопрос, скажу сразу: у меня сорок третий уровень и я глава этого поселка. Есть слабый дар предвидения и целительства. Умею лечить окружающих своей энергией. Отчасти я слепой, но вижу в тепловом и чую в эмоциональном спектре, есть зачатки эхолокации. В целом ориентируюсь в пространстве нормально, но не вижу лиц, лишь очертания фигуры. Это… последствия эксперимента таурианцев. И говорить об этом мы не будем.
Афигеть…
«И много в поселке химер?»
— Немного, — качнул головой Архангел, причем, как мне показалось, с сожалением. — В последние годы джунгли стали агрессивнее и до нас доходят едва ли две химеры в год. В основном, это мужчины. Крайне редко женщины. Я стараюсь предугадывать рождение каждого, но не каждого мы успеваем найти вовремя. Сейчас в поселке живёт триста двадцать шесть человек и всего сорок три химеры. Из них двадцать семь детей в возрасте до шестнадцати и шестьдесят две женщины. Это мало. Если так пойдет и дальше, то мы выродимся уже через два-три поколения.
«А что в других поселках? Они вообще есть?»
— Есть. Немного. Ближайший такой в Ейске, у них плюс-минус так же. Но дойти до них отрядом не так уж и просто. По морю невозможно, на глубине водятся агрессивные монстры, атаковать лодку для них — обычное дело. Идти по берегу долго и не всегда безопасно.
Да уж в курсе…
Ладно, переходим к главному!
«А у тебя есть химероген? Для чего он нужен?».
— Конечно. У всех химер стандартных набор характеристик. Сила — это физическая сила и очки здоровья, — начал Архангел немного издалека, видимо, решив, что стоит сразу рассказать обо всём. — Ловкость — это преимущественно проворство. Выносливость — способность длительное время выполнять определенные действия. Также влияет на скорость восстановления. А вот химероген… — белоглазый взял паузу, — в зависимости от матрицы сознания, количества вложенных очков и развитых навыков, он может влиять на самые разные аспекты развития тела и личности.
Ага… Стоп!
«А какие бывают матрицы сознания?»
— Основных пять: воин, следопыт, лекарь, мастер и рабочий. Есть ещё редкие, например, травник, исследователь, зверовод. Но такие химеры появляются редко. Один на сотню. Симбионт присваивает эти матрицы в зависимости от личных предпочтений человека в прошлом. Кто-то был бойцом по жизни, кто-то серой массой… — Архангел цинично усмехнулся и задал не самый удобный вопрос: — Какая матрица сознания у тебя, Майя?
Пу-пу-пу…
«У меня её нет».
— Она есть у всех, — недовольно поджал губы мужчина, после чего чуть прищурился… и хмыкнул. — Стесняешься? Нет смысла. Важны все профессии. Кто-то должен охранять стены, а кто-то печь хлеб. Кто-то строить дом, а кто-то наводить в нём порядок. Но не хочешь говорить, не будем. Давай лучше обсудим твой облик. Почему он… настолько странный?
Начина-а-ается…
Задумавшись всерьез, я прокрутила в голове всё, что услышала от белоглазого, и чуть нахмурилась. Он сказал, что многие химеры не доходят до поселка… Значит ли это, что они не бессмертны, как я? И стоит ли это скрывать?
В итоге, аккуратно сформулировав вопрос, я написала:
«Мне кажется, этот симбионт похож на какую-то игровую опцию. Как в компьютерных играх. А можно ли это как-то изменить? Или переиграть? Или… перезагрузиться? Что происходит с химерами, когда они умирают?»
— Хм, хороший вопрос, — цинично хмыкнул Архангел. — Я так понимаю, ты применила некий навык… Скажем так «мимикрии», да?
Вот он дотошный тип!
«Да».
— Под кого мимикрировала?
Эй, а на мой вопрос ответить⁈
«У меня морда, как у гиены», — ограничилась для начала кратким, ведь именно её он щупал.
— А чешуя?
«Броненосец».
— Как интересно… — белоглазый потер подбородок.
Ну а я, пользуясь тем, что он задумался, повторила свой вопрос:
«Если химеры рождаются взрослыми, как персонажи компьютерной игры, то мы бессмертны или нет?»
— Нет, конечно, — фыркнул Архангел, но потом добавил: — Условно. Я могу ошибаться, потому что сам ни разу не умирал, и не встречал тех, кто умирал хоть раз после рождения химерой. Я не отрицаю того, что после смерти под Ростовом тот же условный Иван не возродится второй раз где-нибудь под Иркутском, но сама понимаешь, проверить это невозможно.
Та-а-ак…
«А как появляются навыки и умения? И чем они отличаются?»
— У тебя до сих пор ни одного?
«Нет».
— Странно. За месяц уже должен был появиться хотя бы один, — недоверчиво протянул Архангел. — Но как скажешь. Навыки — это способности, которые применяются без усилий. Приятный голос, приятная внешность, легкий шаг, твердая рука и так далее. Ты используешь их, не задумываясь. Они всегда с тобой. А умения — это что-то, на чем нужно фокусироваться. В основном это то, чему ты научилась в процессе жизни. То, что получается лучше всего. Например, умение шить, вязать, печь, ковать и так далее. Как только у тебя появляется это умение, ты начинаешь делать это лучше. И чем чаще делаешь, тем сильнее растет мастерство. Приготовила десять пирожков — пекарь первой категории. Приготовила сто пирожков — пекарь второй категории. И так далее. На самом деле это ничего особенного не значит. Элементарная констатация факта — да, ты это умеешь. Но при этом уже не способен разучиться. И если ты прокачал умение «пекарь» до пятого уровня, то всегда будешь божественно готовить, иного не дано. Понятно?
«Да, спасибо. А как понять, какие умения мне доступны?»
— Ну, тут только перебором, — развел руками белоглазый. — И тут мы переходим к главному. Что ты хочешь от новой жизни, Майя?
О-о-очень смешно!
Не сдержавшись, хмыкнула и написала:
«С моей чудовищной внешностью? Наверное, хочу на конкурс мисс Мира!»
— Хорошее желание, — иронично усмехнулся Архангел, давая понять, что оценил шутку. — Главное, что руки не опускаешь. Уже хорошо. А всё же? Давай серьезно. Что умеешь? Что хочешь? Вакансий много. От охоты до стражи, от огородничества до ткачества. Жить пока будешь тут. Я понимаю, что твоя внешность нетипична и поначалу люди будут тебя бояться. Но привыкнут, я уверен. Не стану утверждать категорически, но мне кажется, со временем ты сможешь это изменить.
«Как???»
— Не знаю. Видение было не четким. И я видел тебя… — он задумался, погладив подбородок, после чего довольно уклончиво произнёс, — более человекоподобной.
«Когда? Как? Ты маг?»
— Нет, — хмыкнул. — Совсем нет. Это… скажем так, своего рода энергетические видения. По принципу снов. Но я точно знаю, что это видения будущего. А вот насчет «когда»… Не могу сказать. Скоро. Относительно скоро. Так что с желаниями? Учти, кто не работает, тот не ест.
Да уж догадываюсь!
Немного подумав, спросила:
«Я могу посмотреть на всё, чем занимаются люди? Выбрать? Я умею ориентироваться в лесу, убивать и искать съедобные клубни. Насчет остального пока не уверена.»
— Да, вполне. Пройдем вместе чуть позже, после обеда. Сейчас у меня собрание и тебе стоит пойти к себе. И да, это я заберу… — Он уверенно протянул руку к планшету, с которым я уже почти сроднилась, так что пришлось со вздохом расстаться. — Если скучно в комнате, можешь выйти на задний двор. Но с участка ни ногой. Дверь за лестницей.
Так как планшет у меня уже забрали, я не смогла даже поблагодарить, так что просто вышла из кабинета и направилась именно на задний двор. В комнате мне определённо будет скучно: ни книги, ни телевизора. А так хотя бы на травке посижу!
Дверь я нашла безошибочно, она была не заперта. Причем только на ней я увидела массивную задвижку изнутри. Ни в спальне, ни в ванной запоров не было. Однако… мда. Ну, ладно, в спальне! А в ванной? Вдруг я буду думу думать на унитазе и кто-то в этот момент войдёт? Это будет слишком неловко!
Надо будет прояснить этот момент. Да и в принципе много чего я ещё не спросила… Надо будет заранее накидать список вопросов хотя бы карандашом, чтобы не забыть!
Ну а пока я вышла на задний двор, который оказался относительно небольшим, где-то десять на двадцать, причем толком тут ничего не росло: буквально пара грядок с какой-то мелкой зеленью и куст смородины. Всё остальное было засажено травой и с торца у стены стояла широкая лавочка со спинкой.
И нет, я не стала на неё садиться.
Пройдясь по участку и между делом отметив, что соседи тут есть со всех трёх сторон, но забор достаточно высокий и сплошной, чтобы на меня никто не пялился, я выбрала участок с травой посимпатичнее и улеглась прямо на неё, заложив руки за голову и уставившись в безоблачное голубое небо.
И вроде бы всё хорошо складывается… На первый взгляд.
Но всё равно мне немного не по себе.
Сколько всего Архангел может увидеть в своих видениях? В чем именно он сотрудничает с таурианцами? Двенадцать лет провел в их лабораториях! Немыслимо!
И при этом выглядит едва ли на тридцать пять. Хм-м… Что-то не сходится! Если он появился в цветке в двадцать более сорока лет назад, то сейчас ему должно быть уже за шестьдесят!
Неужели срок жизни химер больше? Или мы не стареем в принципе? Вопросы, вопросы…
Неожиданно меня разморило на солнышке и так как ночью я спала от силы пару часов, то сейчас лишь легла поудобнее и уснула. И снилось мне что-то настолько хорошее, что я улыбалась, даже несмотря на то, что губ у меня, как таковых, не было.
— Что скажешь?
— Это самая странная химера, которую я когда-либо видел.
— Опиши мне её.
— Хм, это будет… непросто. — Пробарабанив пальцами по подоконнику, потому что стоял у окна и видел спящую на траве… ну, пусть будет девушку, Глеб чуть прищурился. — Проще всего опознать лицо. Точнее челюсть. Это действительно Hyaenidae demonicus, но с рядом особенностей. Кожа покрыта не шерстью, а чешуйчатой броней. Видел такую у Cingulata demonicus, но у Майи она с прозеленью. Причем этой броней она покрыта вся… Но есть нюанс!
— Не тяни, — хмыкнул, стараясь не показывать своего раздражения и даже досады, потому что сам не мог увидеть. Только потрогать.
Но… Такую её он трогать не желал. Не желал рисовать перед глазами облик, который в его видениях был иным. И это было странно. С этим требовалось ещё разобраться.
— У неё восемь глаз, как у паука. Два центральных и шесть над бровями. Все восемь непроглядно чёрные, без век и ресниц.
— Как у паука… — произнёс медленно, не желая верить. — Фантастика. Что ещё?
— Два рога. Видел такие у Sivapithecus demonicus. Только у тех четыре, а у Майи два.
Арх медленно кивнул, прося продолжать.
— Ноги кошачьи, как у леопарда. Но при этом бронированные. На руках когти, похожие на когти Pan troglodytes demonicus. И ещё… Мне могло показаться, но вроде бы заметил жабры.
— Да, я тоже, — кивнул, погружаясь в собственные мысли. — Очень необычно. И тем интереснее понять, как это стало возможно. Ни одна известная ветка развития не предполагает подобного. К тому же она утверждает, что у неё нет матрицы. И до сих пор нет ни навыков, ни умений.
— Так разве бывает? — нахмурился Глеб и первый заместитель главы поселка среди химер.
— В том-то и дело, что нет… — протянул глава, при этом хмурясь. — Но она не лгала. И это странно. Как она тебе в целом? Характер, повадки?
— Боец, — произнёс Глеб уверенно. — Отлично двигается. Не трусит. Когда мы её обнаружили, была одета в самодельный нагрудник из корней и лиан, набедренную повязку, какую обычно носят гиены, и с их копьём. То есть как минимум одна тварь на её счету есть.
— Больше. И разных…
Задумчиво потерев подбородок, спустя пару минут кивнул своим мыслям.
— Пройдись с ней по поселку. Покажи всё. Пусть попробует себя во всём, что её заинтересует. Пока не могу понять, в чем её суть, не вижу. На охоту сходите завтра с утра, проверишь её в деле. Потом расскажешь.
— Сделаю.
Мой сладкий сон прервали самым бесцеремонным образом, дотронувшись до плеча, причем не пальцем, а по-хозяйски так, крепко.
Поначалу даже не поняла, что происходит, и даже замахнулась, но запястье тут же перехватили со смешком.
— Неплохие рефлексы. Но не стоит. Не боишься обгореть? Солнце тут коварное.
И рада бы ответить, но вместо нормальных слов из горла вырвалось лишь невнятное фырканье. Впрочем, Архангела это не смутило.
Да, это был он. Сидел рядом со мной на корточках и словно рассматривал.
Захотелось прикрыться и буркнуть «чего пялишься?», но даже это я сказать не могла, так что в итоге лишь села и выразительно вздохнула.
Не знаю, что об этом подумал белоглазый, но произнёс:
— Обедать пора. После обеда за тобой зайдет Глеб и покажет посёлок. Он химера, как и мы, так что в целом понимает, что к чему. Бумага у нас в дефиците, планшет я тебе с собой не дам, так что учись общаться с окружающими как минимум жестами. Вечером обсудим твои впечатления и желания. А сейчас идем в дом.
Мужчина поднялся первым и протянул мне руку, вроде как предлагая опереться, чтобы встать, но я предпочла подняться на ноги без его помощи, снова начав без причины нервничать. Нормально ли это вообще, что он со мной так возится? И не спросить ведь прямо сейчас!
Нет, как бы чисто теоретически я понимаю, что поселку важны любые жители. Особенно женщины! Но разве я подхожу для… кхм, создания семьи? Я же мутант! А каким родится ребенок?
Нет-нет, не собираюсь я это выяснять опытным путем!
А с другой стороны, я всегда могу стать универсальным бойцом… Это ведь тоже нужно, правда?
Внезапно приуныв, тем не менее я вошла в дом следом за его хозяином и вместе мы прошли на кухню, где снова хлопотала Анна. Женщина вроде бы немного пообвыклась в отношении меня и больше не пугалась так сильно, как в первый раз, но всё равно выглядела настороженной. Тем не менее стол был уже накрыт, причем самым разным: и супом, и котлетами с картошкой и овощным салатом, так что можно было выбрать разное.
Рисковать с супом не стала, всё-таки не то у меня сейчас строение челюсти, а вот котлетками закидалась. М-м… боже, как же вкусно! Кто б знал!
Чай, кстати, попить получилось, причем с безумно вкусной булочкой, так что я, не имея возможности поблагодарить Анну словами, показала ей универсальный жест «класс». Женщина даже немного смутилась.
Ну а потом на кухню заглянул уже знакомый мне Глеб, и Архангел снова повторил:
— Пройдитесь по поселку, посмотрите, чем занимаются остальные. Всем недовольным сообщай, что это мой приказ. К ужину жду отчет.
— Сделаем, — коротко отозвался Глеб и перевел взгляд на меня, довольно доброжелательно взмахнув рукой, а когда я подошла ближе, поинтересовался: — Тебе нормально босиком?
Кивнула.
— Хорошо, идем.
Вместе мы вышли из дома и повернули направо, а Глеб, явно не в первый раз примеряя на себя роль экскурсовода, начал рассказывать:
— Посёлок у нас хороший, был основан ещё до новой эпохи. Когда началась вся эта катавасия, первыми разгромили крупные города, а потом и остальные. Не знаю почему, но таурианцы уничтожали в первую очередь именно города, а потом высаживали там свои лианы и они захватывали местность в считанные дни, заполоняя собой всё. Сам я из Перми, погиб как раз во время такой зачистки, а заново родился двадцать три года назад. И уже взрослым.
Так. Стоп.
И при этом выглядит едва ли на тридцать?
Я даже притормозила, злясь на то, что не могу задать сложный вопрос, но Глеб удивил, потому что сообразил о причине моего замешательства сам.
— Да, химеры почти не стареют. Мы ещё не знаем, сколько точно можем прожить, но определённо дольше людей. Мы в принципе их во всём превосходим и Арх говорит, что со временем Землю будут заселять именно химеры, а не люди. А люди — всего лишь промежуточный этап.
Хм-м… А что думают по этому поводу люди? Неужели нет конфликтов по этому поводу? Не верю!
— Кстати, в семье, где один родитель — химера, ребенок тоже рождается химерой. Симбионт активируется в шестнадцать лет. Так что тут, как ни крути, человечество обречено.
А вот это любопытный нюанс…
— В поселке у нас есть несколько ферм: птичья, козья, овечья и свиная. Свои яйца, мясо, молоко, шерсть, кожа. Иначе никак. Живность не совсем такая, как мы привыкли, но смысл тот же. Тут почти всё мутировало и почти всё хочет тебя сожрать, — он криво усмехнулся и ткнул себя по шраму на виске. — Будешь смеяться, но этот «подарочек» мне оставила птичка размером с голубя.
Нда, действительно… смешно.
— Помимо ферм у нас своя мастерская по дереву, коже и ткани. Гончарная. Полностью ручной труд от и до, как в восемнадцатом веке. Плюс-минус. Сам я профессиональный военный, до зачистки служил в регулярный войсках, спецназ. Кстати, мы с парнями вывели любопытную закономерность, что химерами в основном рождаются люди, погибшие в возрасте от двадцати пяти до тридцати. Но это так, к слову.
Я с умным видом кивнула, потому что мне тогда было двадцать восемь и я тоже вписывалась в этот промежуток.
— Ещё у нас есть своя агроферма, теплицы. Ну а поля ты сама видела. Видела же?
Я снова кивнула.
— Ты вообще раньше в какой сфере специализировалась?
Хм-м… и как он думает, я буду отвечать?
— Я буду перечислять, ладно?
Ну, давай попробуем.
— Врач?
Нет.
— Учитель?
Мимо.
— Инженер?
Я так понимаю, он начал с профессий, которые нужны в поселке? И снова мимо.
Глеб перечислил ещё дюжину разных профессий, но всё не те, и в итоге я притормозила и прямо на дороге написала когтем: «финансы».
— О-о… ясно. — Мужчина поскучнел и со смешком развел руками. — С финансами у нас тут туго. То есть никак. Денежной системы до сих пор нет. Натуральный обмен и универсальная система распределения благ. За этим следят старосты. Их пятеро, каждый в своей сфере. Бумагу делаем в очень малом количестве и только на книги. В школе детей учат по упрощенной системе, мелом на доске. Если очень нужно — пишем грифелем по дереву. В общем, в этом плане всё… непросто. А в плане самообороны у тебя как? Ты ведь уже разобралась, что повышать уровень можно, лишь убивая местных тварей?
Я сосредоточенно кивнула и следом неопределенно пожала плечами, тут же продемонстрировав маникюр.
— Реально? Прям когтями? — озадачился мужчина. Я снова кивнула. — Нда-а… И многих ты так? Какой у тебя уровень?
Я снова не выдержала и присела, интересуясь:
«А у тебя?»
— Двадцать девятый, — с намеком на превосходство заявил Глеб и я уважительно промычала. — С каждым новым уровнем растет шкала опыта. И если на первом надо было набрать десять единиц, то на десятом — уже десять тысяч. Потом, к счастью, так и остается. Но проблема в том, что твари тут, — он скривил губы, — мелкого уровня. А на крупных уже у нас силенок не хватает. Так что в итоге капает еле-еле и только когда сами в рейды намеренно ходим. С тех же свиней уже после седьмого по нулям, а с гиен на пятнадцатом единица, а на шестнадцатом уже ничего. Кстати, о них. Своего рода альтернативный разум, если я всё правильно понял. Но ты и сама видела. Копья, повязки. Огонь разводить умеют. Но при этом совершенно не контактные, подлые и кровожадные и мы предпочитаем их убивать. У тебя с этим как?
О, у меня с этим всё отлично… Особенно после того, как меня сожрали живьем!
Не зная, как ответить вслух, выразительно провела когтем по горлу.
— Понял, — усмехнулся мужчина, причем одобрительно.
Ну а потом мы дошли до первой мастерской, которая оказалась гончарной, и Глеб после определенного шока окружающих познакомил меня с тремя мужичками возраста чуть за пятьдесят, которые невероятно ловко крутили гончарные круги, делая кружки, кувшины и тарелки.
Посмотреть — посмотрела.
Потом выразительно показала Глебу на свои когти и он понял меня без слов. Даже пробовать не стала. Определенно не для меня это занятие.
После гончарной мастерской мы зашли к ткачихам, швеям и вязальщицам, вызвав глубокий шок у местных дам, но снова я лишь посмотрела на то, чем они занимаются, и помотала головой. Определенно не для моих когтистых пальцев занятие.
Немного задержались в плотницкой мастерской, где мне понравилось рассматривать древесину, и я даже смастерила простейшую табуретку под чутким руководством старшего плотника Валерия Ивановича, заслужив его одобрение по части глазомера и аккуратности исполнения, но потом мы всё равно отправились дальше.
На фермах мне не повезло. Живность реагировала на меня, как на хищника, и отчетливо нервничала, так что пришлось двигаться дальше. В теплице излишне впечатлительная Оксана Валентиновна грозно заявила, что ей работники не нужны (подозреваю, это был банальный страх), так что я настаивать не стала, и напоследок мы заглянули в шорную мастерскую и в кузню.
Ни там, ни там меня ничего не заинтересовало, особенно учитывая то, что в кузне грохотали молотами три мускулистых гиганта. Да они меня одним плевком перешибут, если им вдруг что-то не понравится!
— Так-с, — задумчиво потер лоб мой провожатый. — В принципе, мы везде побывали. В школу-сад я тебя точно не поведу к детям, меня потом их мамаши живьем сожрут. А сама как? Любишь детей?
На это я пожала плечами. Ну не говорить же «люблю», правда? С такой-то рожей!
— А как насчет готовки? У нас есть централизованная пекарня.
На это я снова показала свои когти и помотала головой. В большинстве сфер ручного труда необходим именно ручной труд. А ручной труд и когти — не сочетаются.
— Понял. Что ж, тогда будь готова к завтрашней вылазке на охоту. Пойдем, кстати, заранее подберем тебе амуницию.
Оказывается, из-за того, что в посёлке нет денег… у них есть план!
Каждую неделю старосты и просто ответственные руководители своих отраслей собираются на совещание в доме Архангела и каждый докладывает о том, что сделано и что надо. Например: семье Орешкиных нужна новая кровать, потому что маленький ребенок вырос из люльки и пора ему переезжать в полноценную кровать. Точнее кроватку. Тут же дают задание мастерской плотников на кроватку. И они её делают. Бесплатно!
Или отчитывается учительница, что сегодня дети изрисовали все мелки и доска уже старая, негодная. Тут же дают мастерам задание сделать новую доску и новые мелки в нужном количестве.
Бесплатно!
Точно так же проходит распределение продуктов питания: по пять кило мяса в неделю, десять кило крупы, десять кило овощей… В общем, всё подсчитано и поставлено на поток.
Работают все, кто старше шестнадцати. Кто в охране, кто на поле, кто на фермах, кто в мастерских.
В итоге все живут примерно в равных условиях, нет совсем бедных и чрезмерно зажиточных. Это просто невозможно. Да и смысл? Кабриолет в таких условиях не купишь, золотыми украшениями обвешиваться бессмысленно…
Кстати, об украшениях. Они тут вообще есть?
Пришлось даже тормозить, чтобы узнать этот момент у Глеба, который с интересом прочел мой вопрос и кривовато усмехнулся.
— Нет. Преимущественно нет. Все без исключения ценные ресурсы на контроле у таурианцев. Единственное, что нам разрешено добывать — это железо и немного сопутствующих компонентов, чтобы ковать оружие. Чуток меди, олова, алюминия… Но это мизер. Ни золота, ни серебра у нас нет. Вообще. Умельцы делают бусы из минералов, но простейших. Никаких брюликов и рубинов-сапфиров. Банальный агат, сердолик и всякое такое, что находят в ручьях и на разломах. А что? Интересная тема?
Я пожала плечами, давая понять, что просто спросила. Из любопытства. Ювелир из меня никакой, а знать интересно.
Наконец, мы дошли до общественного склада, который снабжал поселенцев одеждой. В основном она шилась на заказ, но были и кое-какие запасы на случай, если вдруг резко порвется или придет в негодность. Да и ребятишки порой весьма неожиданно росли. Ну или пришельцы случались, как я.
На складе дежурил немного меланхоличный Михалыч — невысокий бородатый дядька с цепким взглядом, причем меня он рассматривал ну очень внимательно, под конец хмыкнув и уточнив:
— И где у нас такие красивые нынче рождаются?
Не удержавшись, оскалилась, на что он фыркнул и махнул рукой.
— Ладно-ладно, не обижайся. Это я так, шуткую. Чего надо?
— Штаны, рубаха, куртка, — перечислил за меня Глеб. Затем покосился и не очень уверенно уточнил: — Запасное платье надо?
Кивнула.
И-и-и?
Видя, что мужчины на этом решили, что мне больше ничего не нужно, возмущённо цокнула, пошарила взглядом по ближайшим полкам и просияла, ткнув пальцем.
— Эм-м… — Глеб проследил и отчетливо смутился. — Да, точно. Трусы. Сколько надо?
На всякий случай показала три пальца (ну а что?), на что Михалыч хохотнул, Глеб поморщился, а я изобразила невозмутимость. И что теперь? Не носить их что ли?
— Иди сюда, размер прикину, — махнул мне рукой кладовщик, беря в руки веревку с разноцветными узелками. — Не дергайся.
Обмерили меня быстро, без лишней суеты и касаний. Оказалось, что у меня классический женский сорок второй размер, но униформа нужного размера на складе нашлась — в поле женщины выходили работать именно в штанах, так было удобнее.
В общем, получив в своё распоряжение столько одежды, сколько у меня не было ни разу с момента рождения химерой, я даже немного разволновалась, прижимая к груди стопку, словно величайшую ценность.
Это. Всё. Моё.
Боже, я сейчас расплачусь!
К дому Архангела лично я шла откровенно притихшая, погрузившись в личные переживания, надежды и страхи. Глеб не мешал, но в дом мы вошли вместе, и когда я начала подниматься по лестнице наверх, он притормозил внизу, заявив:
— Положишь вещи, подходи в кабинет. Надо отчитаться Арху о том, как прошел день.
Кивнула, давая понять, что услышала и сделаю, после чего чуть прибавила шаг. В комнате первым делом разложила одежду по полкам, примерив на себя местные труселя. Они были скроены по типу коротких шорт из приятной хлопковой ткани, а на талии завязывались шнурком. Резинок, я так понимаю, тут не было. Ну да не беда. Главное, что трусы были!
Одним махом ощутив себя почти человеком и повеселев, я спустилась вниз, коротко стукнула в закрытую дверь кабинета и вошла.
И Архангел, и Глеб были внутри, причем белоглазый сидел за своим столом, а Глеб на диване, куда махнул рукой и мне. Но сначала я прошла к столу и забрала из рук главы поселка планшет, который он мне протягивал.
Моя пре-е-елесть!
— Итак, рассказывайте. Везде были? — поинтересовался Архангел, когда я села на диван и включила планшет, активировав вкладку «блокнот».
— Да. Я сначала вкратце пройдусь, — взял слово Глеб. — С рукоделием пока никак, у неё слишком большие когти. Майя говорит, что использует их в бою. Стричь под корень, я думаю, не стоит. На фермах ничего не выйдет, живность чует в ней хищника, паникует. В теплицах паникует Валентиновна. Есть неплохие задатки плотника. В прошлом Майя работала с финансами.
Мужчина повернул голову ко мне.
— Вроде всё сказал?
Подумав, с умным видом кивнула.
— В бою, значит… — белоглазый почему-то недовольно пробарабанил пальцами по столу и посмотрел в мою сторону. — Сама что скажешь? Ты готова стать именно воином?
Не торопясь отвечать, внимательно изучила мужчину, а потом и написала вопрос, который так и крутился на языке:
«Почему ты недоволен?»
— Потому что ты женщина, — хмыкнул, даже не пытаясь как-то завуалировать ответ. — Женщины в поселке ценность. Да, именно потому, что вас мало. А рожать кто-то должен. Нет, тебя никто не будет принуждать, это бессмысленно. Да и у нас не диктатура. Но это ваша природа. Если ты погибнешь в бою, значит на свет не появится хотя бы один ребенок.
«С моей внешностью⁈», — не выдержала, под конец скривившись.
— Твоя внешность — это… — он на пару секунд замялся, словно подбирая слова, — не наследуемые изменения. Она принадлежит только тебе. Ребенок родится чистой химерой.
Во-о-от как… И всё же!
«Понимаю, звучит грубо, но кто на меня такую позарится? Я же чудовище!»
Вот тут мужчины оба подозрительно замялись, странно переглянувшись, после чего Глеб кашлянул в кулак, а Аристарх невозмутимо произнес:
— Не будем сейчас об этом, ты права. И чтобы тебе было спокойнее, скажу сразу: ты под моей опекой. Ни один мужчина из поселка не посмеет к тебе приставать. В этом плане у нас очень строгие правила. Воровство, драки и насилие под жестким запретом. Если кипит кровь, то есть спортивная площадка и можно сбрасывать агрессию в спаррингах. Под присмотром инструктора. И никак иначе. Сама что скажешь по итогам прогулки? Что-нибудь заинтересовало? Или всё-таки чистый боец?
Подумав, написала:
«Понравилось работать с деревом. Мне кажется, я его чувствую. Не могу объяснить точнее».
— Неплохо. После вылазки сходим с тобой к Валерию Ивановичу, обсудим. А теперь честно и без прикрас расскажи нам, какой у тебя уровень, куда ты вкладывала очки характеристик и кого убивала.
Задумавшись снова, активировала перед глазами интерфейс, пробежалась по нему глазами и начала писать. В принципе скрывать мне было нечего. Разве что про «помидорку» я умолчала, как и про количество смертей, а так же не стала упоминать про химероген, который у меня уже десятка.
Придержу. Что-то мне подсказывает, что пока не время. Не понравилось мне, как они переглянулись…
Остальное же я выложила спокойно:
«6 уровень, три очка в силу, один в выносливость, один в ловкость. Свиньи, макаки, пауки, гиены, анаконды. Чёрные жуки. Лягушка одна была. Видела крокодила, но не рискнула, сбежала. И одна летучая макака с рогами.»
Последнее Архангелу почему-то совершенно не понравилось и он нахмурился.
— Где ты ее видела?
«На северо-востоке. Там большая чёрная башня. Что это?»
— Ты ходила к башне? — белоглазый отчетливо напрягся.
«Да. Было интересно. Что это?»
— Центр по добыче полезных ископаемых из недр Земли, — произнёс он чуть отстраненно, глядя сквозь меня. — Сооружение принадлежит таурианцам. И они очень не любят стороннего внимания… Удивительно, что ты смогла вернуться живой.
Кхм. Ага. Очень удивительно. Потому что живой я не вернулась…
— Не делай так больше. Таурианцам чужда человеческая логика и сострадание. Если ты их заинтересуешь, как объект исследования, я не дам гарантии, что ты выживешь. Это понятно?
«Да».
То есть сам он меня им отдавать не планирует? Ну хоть тут можно выдохнуть!
— А теперь по развитию. — Голос белоглазого стал строже и более сосредоточенным. — В силу пока больше не вкладывайся, будет перекос. Ты не мужчина, чрезмерные мускулы ни к чему. Следующее очко лучше вложи в ловкость, затем в выносливость. Уровень достойный, значит, всё-таки боец… Не скажу, что рад. Завтра сходите с Глебом и его командой на пробную вылазку. Что по оружию? Предпочитаешь копьё? Или рассматриваешь и другие варианты?
«Копьё. Я к нему уже привыкла. Удобно»
— Хорошо. Глеб, подберешь Майе копьё из арсенала.
— Сделаю.
А у меня родился вопрос!
«Почему вы не могли найти меня так долго? Разве вы не знаете, где точно я появилась из цветка?»
— Удивишься, но нет, — поморщился Архангел. — Видение было нечетким. А в районе Ростова больше дюжины гнезд, которые периодически производят на свет как тварей, так и химер. Угадать, какое на этот раз сподобилось выродить нового человека, невозможно. Как и уничтожить. Да и смысл? Это не в наших интересах. Для новичков это своего рода «мобы». Расходный материал для роста в уровне.
О, ну это всё объясняет…
Хотя нет. Не всё.
«Эти лианы. Они разумны?»
— Скорее да, чем нет. Это уникальный живой организм, причем гигантских размеров. Я бы сравнил его с компьютерной программой и разветвленной сетью.
А ведь верно… Очень похоже!
И немного жутко от осознания того, каких масштабов достигло происходящее.
«Вы едите мясо из джунглей? А фрукты и корнеплоды?»
— Нет. Не рискуем. Охотники из числа химер могут переварить всё, но люди в этом плане… менее выносливы.
Тц. Досадно! Значит, стать собирателем полезных лесных ресурсов не получится.
Что ж, вроде бы всё спросила, да? Хотя нет!
«А что за книги на полках? Можно почитать?»
— Можно, — странно хмыкнул белоглазый, — но вряд ли тебе это будет интересно. В основном это раритетные по нынешним меркам справочники по разным отраслям жизни поселка, в том числе медицинские. Прежний глава в этом плане был довольно рачительным хозяйственником, сохранил наследие предков. Раздумываешь, чем скрасить вечер?
«Да. А что делают остальные?»
— Кто как. Много времени занимает ручной труд. Женщины шьют, вяжут, вышивают. Присматривают за детьми. Готовят, моют посуду, прибираются. Мужчины тренируются или просто отдыхают. В отличие от нас, современные люди не знают слов интернет, автомобиль и электричество. Это уже плюс-минус десятое поколение, выросшее в новых условиях. И ещё…
Он странно пробарабанил пальцами по столу.
— Тебе это может показаться странным, но из-за серьезного перекоса в соотношении полов тут не возбраняется иметь и мужа, и любовника. Но это так. Кхм… На будущее. Заставлять никто не будет, как и запрещать, просто имей в виду. Это не скрывается и этого никто не стыдится. Но это выглядит именно как муж и любовник, а не два мужа. При этом дети только от мужа.
Ахр… чешуеть!
«Для меня это дико», — написала, кое-как справившись с эмоциями.
— Добро пожаловать в реальность, — хмыкнул белоглазый, после чего резко перевел тему. — А сейчас идемте ужинать. Планшет.
Да, планшет пришлось вернуть.
После этого мы дружно перебазировались на кухню, причем пока шли, мне в голову пришла новая мысль и я моментально пожалела о том, что поговорить больше не получится. Потому что очень уж заинтересовал меня вопрос: женат ли Архангел и есть ли у него дети. А если не женат, то почему? Это очень подозрительно!
При этом Глеб ужинал с нами, а Анна снова хлопотала по хозяйству. И насчет неё меня тоже ужасно интересовали вопросы. Кто она? Жена? Или прислуга? Почему не садится за стол с нами?
Ох, как же бесит эта невозможность просто поговорить!
Как бы то ни было, поела я с удовольствием, снова уделив максимум внимания мясу, а потом чаю с булочками, причем всё время то и дело ловила на себе задумчивые взгляды Глеба. Под конец даже выразительно на него посмотрела, но он резко сделал вид, что увлечен своей едой, и пообщаться не вышло.
Ну а после ужина Архангел порадовал тем, что сам осветил ряд немаловажных моментов.
— Сейчас в доме живем только мы: я, Анна и ты. Ходить по дому можешь везде, книги читать аккуратно и только в кабинете. За пределы участка одна пока не ходи, не время. Из искусственного освещения тут только свечи, но особого толка от них нет, темнеет поздно и проще лечь спать. Моя спальня на первом этаже в конце коридора. По пустякам не беспокоить. Утром разбужу сам. Отдыхай.
Мужчины разошлись, я тоже не стала задерживаться на кухне, видя, что Анне в тягость моё присутствие и проще уйти, чем предлагать свою помощь.
И рада бы просто погулять, посмотреть на те же тренировки, но из дома мне выходить запретили и я даже не знаю, в каком краю поселка они проводятся, так что… Поглазею на книги!
Увы, как и предрекал Архангел, они оказались дико скучными, но я всё равно нашла среди них справочник юного плотника и полистала, с интересом выяснив, каких сортов бывает древесина, как её правильно сушить, строгать и прочая. Поняла далеко не всё, но в целом было познавательно.
Изучив где-то треть не самой тонкой книги, неожиданно раззевалась и решила, что можно и другими делами заняться. Например, помыться!
Кстати! В ванной я видела только мыло и полотенце. Но ни зубных щеток, ни зубной пасты… Прокладки! Наверное, и они мне скоро понадобятся, да? Надо будет завтра обязательно задать этот вопрос Архангелу! Да, неловко, особенно про прокладки, но лучше узнать заранее.
Пока же, войдя в «свою» ванную комнату, я с удивлением выяснила, что вода в бочке всё ещё теплая и это очень странно, но охотно наполнила ею кадушку, посидела, поблаженствовала, вымыла тело и волосы, вытерлась, оделась и прошла в спальню.
Там, с приглушенным стоном блаженства рухнула на кровать и долго-долго лежала без единой мысли в голове, глядя в дощатый потолок.
У меня есть дом. У меня почти есть работа. Почти есть будущее…
Но почему царапает осознание, что я чего-то не понимаю? Эти их странные переглядывания, недоговоренности… Мне уже уготована некая роль, которая мне точно не понравится? Или как?
Как бы то ни было, я сумела уснуть, так и не сняв платье, а утром меня разбудил глава поселка, причем снова дотронувшись до плеча.
На этот раз я не махала руками бездумно, лишь что-то сонно проворчав, потому что разбудили меня по ощущениям рановато, но Архангел был неумолим.
— Вставай, Майя. Умывайся, одевайся в штаны и спускайся завтракать. После завтрака за тобой зайдет Глеб. Не затягивай.
Мужчина вышел, а я, от души прозевавшись и первым делом переодевшись в штаны, рубаху и курточку, вмиг ощутила себя иначе. Не женщиной, а бойцом. Размялась, помахав руками, чтобы понять, легко ли двигаться. С небольшой досадой констатировала, что не очень, куртка всё-таки стесняет движение рук, но в целом терпимо.
Хотя, конечно, странно. Почему местные не носят броню? Хотя бы кожаную! Или… Носят! Точно видела, что носят! Но только те, кто несет дозор на стенах. Хм, странно. Почему её не носят охотники? Те, кто вчера пришел за мной в лес, были одеты слишком легко. Не как воины.
Надо спросить!
Пока же, с превеликим трудом расчесав спутанные волосы пальцами и точно не до конца, а так же не найдя ни единого шнурка, чтобы собрать их хотя бы в хвост, тем не менее заплела подобие косы и перекинула через плечо. Надо будет попросить у Анны хоть какую-то тесёмку.
Но сначала завтрак!
Когда я спустилась, сам Архангел уже сидел за столом, а Анна привычно суетилась у плиты. На столе стояли и каша, и оладьи… И мясо! Естественно, я начала с него, но закусывала оладьями, слишком уж они были ароматными. Не устоять! Уделила внимание и чаю, хотя, наверное, правильнее будет сказать травяному настою. Вряд ли тут выращивают настоящий чай, да? Тем более пахнет он мёдом, смородиной и чем-то лимонным. Но точно не лимоном.
После чая я, как и хотела, привлекла внимание Анны, на пальцах объяснив, что нужно скрепить кончик косы, и она меня поняла — принесла тесёмку. Поблагодарила, снова приложив ладонь к груди, завязала, а там и Глеб подошел.
В отличие от меня, мужчина выглядел возмутительно бодрым, словно не спал как минимум уже пару часов, сумев завоевать по меньшей мере один мир, и мы отправились на улицу.
— Сейчас идем до военно-спортивной части посёлка, — пояснил Глеб наш маршрут, удивив тем, что сначала приветливо поздоровался, на что я немного заторможено кивнула. — Там у нас пара бараков для молодежи из числа мужчин. Кто старше тридцати, живут в основном в домах. Кто по одному, кто с семьей. По желанию. Кто не хочет — те в общих казармах. При них есть кухня, прачка, отдельная душевая, расписание тренировок. Ты сама со спортом как? Дружишь?
Я жестом показала «так себе», на что Глеб понятливо усмехнулся, но всё равно уточнил:
— Единоборства? Курсы самообороны?
Я отрицательно покачала головой.
— Элементарный шейпинг?
И снова ответ отрицательный. Как-то всё время было не до того в прошлой жизни…
— Ладно, разберемся. А вот тут у нас арсенал… — Меня подвели к крепкому кирпичному строению и пригласили внутрь. — В основном пользуемся мечами и копьями, алебардами и редко арбалетами, в нынешних условиях и за неимением лучшего это оптимально. Кстати, система практически с первого пробного занятия подсказывает, к чему есть склонность и на что стоит сделать упор. Если интересно, вечером проведём полноценную тренировку. Интересно?
Естественно, я кивнула! Если это поможет мне выжить, то мне интересно всё!
По-доброму усмехнувшись, Глеб познакомил меня с местным оружейником Егором, крепко сбитым мужчиной лет сорока без левого глаза, который внимательно меня изучил и уточнил:
— Доспехи надо?
Естественно, я заинтересовалась!
В итоге моему вниманию предложили самые что ни на есть средневековые наручи, поножи, наплечники и нагрудник из толстой кожи, местами прошитой в несколько слоёв, но я, подумав, взяла только наручи. Корпус у меня и так неплохо защищен естественной броней, по ногам вроде никто никогда не бьет, а вот руками я иногда прикрываюсь.
— Уверена? — уточнил мой скромный выбор Глеб. — Ты на меня не ориентируйся, у меня реакции, как не у каждой мухи. В основном держим это всё для людей и новичков.
Я старательно изобразила «уверена» и мужчина удивил тем, что не стал настаивать. Видимо, решил, что в случае чего просто скажет пару ласковых, пройдясь по моему интеллекту. И будет мне уроком.
Но я-то прекрасно знаю, на что способна!
Подобрали мне и короткое копьё, причём оно было намного качественнее, чем те, что изготавливали для себя гиены. И по балансу, и по заточке — наконечник был стальным.
При этом Глеб сам помог мне закрепить наручи поверх куртки, несколько раз уточнив, удобно ли мне, и только после этого мы вышли на улицу, где нас уже ждали его коллеги.
— Знакомьтесь. Это Олег…
Мне кивнул тот самый лысый бугай с хриплым голосом.
— И Павел.
Паша выглядел лет на двадцать семь, был симпатичным, светловолосым, голубоглазым и с очаровательными ямочками на щеках.
— Оба химеры, как мы. Моя основная команда, с которыми мы ходим на охоту и прочие задания. Павел — отличный следопыт, Олег у нас за грубую силу, я координирую и прикрываю. Все трое мечники. Сейчас идём на восток и немного севернее, там часто гнездятся гиены и много свиней, встречаются анаконды. Проверим тебя в реальном столкновении. Готова?
Я с умным видом кивнула, поудобнее перехватив копьё, и мы, покинув посёлок, отправились по озвученному маршруту. Шли молча, причём Павел и Олег впереди, а мы с Глебом за ними. Мне было интересно наблюдать, как в принципе двигаются и взаимодействуют между собой мужчины. Было очень хорошо видно, что они действительно опытные военные и сплочённая команда. Никакой суеты, всё четко по делу. Мягкий шаг, бодрый темп.
При этом достаточно комфортный и для меня, что не могло не радовать.
Однако…
Первую анаконду, которая заинтересовалась нами слева, первой почуяла именно я, успев тронуть Глеба за плечо, как он и просил, а потом просто удобнее перехватила копьё и насадила на него тварь.
— Вот это поворот… — озадаченно хмыкнул Павел, стремительно обернувшись на нас. — У тебя чуйка на зверьё?
Подумав, кивнула. Я в принципе после множества смертей и мутаций очень хорошо чую именно лес. Кто где шуршит, кто где притаился…
Жаль, словами прямо сейчас сказать не могу!
Более того, уже через сто метров я снова тронула Глеба за плечо, почуяв пока ещё лёгкий, но уже весьма отчётливый запах гиен. Мужчина снова замер, приглушенно спросив:
— Что?
И я, за неимением альтернативы, прямо на земле вывела когтем:
«Гиены. Чую запах. А вы?»
— Нет.
— Ничего.
— Вот ты зверюга… — высказался последним Олег, причём глядя на меня с уважением. — Не в обиду! А направление?
Замерев и сосредоточившись, уверенно показала чётко на север.
И не ошиблась ведь! Каких-то двести метров — и мы наткнулись на стоянку этих тварей, где они жарили очередного незадачливого свина. Всего гиен оказалось девять, причём половину из них мужчины убили в первые секунды столкновения, пока я ещё только примерялась к своему противнику, но потом мне стало обидно и я тоже поучаствовала во всеобщем «веселье», успев заколоть двоих.
— Неплохо, очень неплохо, — похвалил меня Глеб, предпочитая не вмешиваться, а наблюдать. — Но технику надо ставить. Паш, пошурши по шалашам и двинем дальше.
Искренне заинтересовавшись тем, что они в принципе могут взять у гиен, которые всё-таки больше животные, чем разумные, с удивлением выяснила, что это…
— Огниво, — пояснил Глеб, показывая мне два непримечательных камня немного разной текстуры. — У этих тварей чуйка на кремний и металлы, а вот у нас с этим обычно затык. Есть небольшой карьер по добыче железа, но там слёзы. Так что оружие из стали на особом счету, имей в виду. Идемте дальше.
И мы пошли. По дороге грохнули парочку свиней и одну замешкавшуюся макаку, я подловила почти в прыжке ещё одну анаконду, а ближе к обеду на нас безо всякого предупреждения вылезла какая-то совсем жуткая хтонь, похожая одновременно и на медведя, и на стегозавра, и на саблезубого тигра. Мешанина была та ещё! Огромных размеров, бронированная, с костяными наростами на черепе и по хребту, с подозрительно длинным лысым хвостом с ничуть не менее подозрительным шипом на его конце.
И самое неприятное — тварь была агрессивной.
— Твою мать… — с досадой шикнул Глеб, тем самым давая понять, что просто не будет. — Майя, на дерево! И не отсвечивай! Паха, Олежа, по привычной схеме. Работаем!
Понимая, что буду только мешаться, я поспешила выполнить приказ командира, метнувшись к ближайшему местному баобабу, буквально в последний момент инстинктивно вильнув в сторону и увидев, что мимо меня промелькнула какая-то… плётка.
Это что такое вообще сейчас было⁈
Как бы то ни было, на дерево я практически взлетела, а потом замерла на нижней ветке, пристально наблюдая за разворачивающимся боем, и быстро выяснила, что это была не плётка. Это был невероятно длинный язык твари, которым та орудовала, словно опытная куртизанка.
Сами мужчины действовали невероятно грамотно, поражая своей ловкостью и бесстрашием, так что даже смогли несколько раз ранить монстра, но его это только больше разозлило и его язык с хвостом замелькали просто с сумасшедшей скоростью. В какой-то момент не повезло Олегу, которого сбили этим самым хвостом и уже планировали затоптать, но Глеб смог отвлечь монстра.
Правда, лично мне стало ясно, что ненадолго…
И у меня родился план.
Самоубийственный.
Но что только ни сделаешь ради хороших людей?
И я, уже выяснив, что у твари самое уязвимое место — это горло, причём изнутри, но добраться до него в принципе невозможно, не попав в плен явно непростого языка, поудобнее перехватила копьё, выждала подходящий момент… И рванула вперед.
В атаку!
— Майя! Не-е-ет! — рявкнул на меня Глеб.
Но было уже поздно. Язык твари уже обвился вокруг моей левой руки, которую я подставила специально, после чего меня с чудовищной силой дёрнуло вперед, прямиком на зубы монстра, но первыми в пасть я успела сунуть копьё, причём безошибочно пробив верхнее нёбо и по ощущениям достав до мозга. Или почти достав…
К сожалению, умирать быстро и без сопротивления тварь не захотела, начав истошно верещать, брыкаться и конвульсивно подергиваться, ну а так как моя рука до сих пор была в её плену, то всё это досталось и мне. И когтями в живот, и кончиком хвоста в горло… насквозь.
В общем, я умерла.
Но ни о чем не жалею!
— Твою ма-а-ать… — уже не в первый раз простонал Глеб, потому что других слов в голове не было. — Ну куда ж ты полезла, дура…
И ведь даже тело на забрать! Рамсозавр просто размазал её по поляне, под конец вцепившись так, словно желал поглотить всем телом. И пока он с Павлом оказывал спешную скорую помощь Олегу, чтобы тот элементарно не истек кровью, к телам уже подобрались лианы. А вырывать законные жертвы у них — самоубийственнее идеи не придумать.
Не отдадут.
— Арх нас грохнет, — мрачно констатировал Олег, с нескрываемой горечью глядя на девчонку, которая пожертвовала собой, чтобы спасти ему жизнь. Точнее на кровавые ошметки, которые от неё остались. — А может не будем возвращаться, а?
— Смешно, — скривился Глеб. — Оборжаться просто… ладно, пошли. Кто бы знал, что сюда забредет эта тварь… Они же намного восточнее обитают! Какого хрена, а?
В итоге, думая каждый о своём, отряд вернулся в посёлок.
Втроем.
Докладывать Глеб пошел сразу, как только сдал прихрамывающего Олега в травмпункт. Пара дней — и будет, как новенький. Даже кость не сломана.
А вот Майя…
Дура! Трижды дура!
Вот поэтому баб в бойцы и не берут! И нахрена он вообще согласился⁈
Архангел выслушал его молча. Внимательно. Ни словом, ни мимикой не показал, что зол. И это напрягало лишь больше. Лучше б кричал! Спустил пар! Он бы понял. Это было бы логично.
Но Арх в принципе… слишком не такой, как остальные. И что от него ожидать в итоге…
— Это очень странно, — произнёс глава посёлка через пару минут, когда Глеб уже замолчал. — Я не ощущаю её мертвой. Это очень… странно. Мне надо подумать. О произошедшем особо не распространяйся. Если кто спросит, где Майя, отправляй всех с вопросами ко мне. Предупреди своих. Иди.
Коротко кивнув, Глеб буквально выскочил из дома главы, чтобы поскорее найти Павла и Олега.
Приказы главы необходимо исполнять в точности.
Всегда.
Вот прям даже и не знаю… Всё такое «вкусное»!
И да, это был сарказм. Естественно, я выбрала «крепкий желудок», потому что не нуждалась ни в саблезубых клыках, ни в шипах на позвоночнике. Хватит и того, что у меня уже вырос хвост!
Как теперь штаны носить?
Кстати, хвост у меня вырос невероятно длинный, гибкий. Метра два точно. При этом он выглядел бронированным, был такого же цвета, как моя шкура — то есть серо-зелёным, весь в мелких чешуйках, и ощущался, как полноценная пятая конечность.
Более того, его кончик — последние пять сантиметров — был костяным, просто запредельной твердости, тем самым давая понять, что я запросто могу пользоваться им, как полноценным оружием.
И я, вложив свободное очко характеристик в выносливость, пошла тренироваться.
Девять свиней, четыре макаки и одиннадцать пауков я уничтожила за каких-то два часа и очень удивилась, когда мне прилетели новые системные сообщения одно за другим.
Прико-о-ольно…
В итоге моя подноготная выглядела следующим образом:
Уже есть, чем гордиться!
Мне бы ещё осознанно мутировать обратно челюсть… Для начала!
Тихонько хмыкнув, принарядилась в запасную набедренную повязку, на этот раз не став тратить время на создание бронемайки. Единственное, что сделала — это повязку из лианы, чтобы прикрыть ею грудь и соски, и отправилась в путь.
В посёлок.
К сожалению, придется рассказать мужикам, что я в каком-то смысле неубиваемая, и может даже выслушать в свой адрес пару ласковых. А может и поболее…
Интересно, они смогли вернуться живыми? Будет обидно, если нет. А с другой стороны, пятьсот очков опыта на дороге не валяются. И хвост — очень полезная в хозяйстве штука!
Путь до посёлка я прошла как-то совсем легко. Мне почти никто не попался по дороге, свиньи так и вовсе разбегались в священном ужасе, но я за ними не бегала. Опыта за них уже не давали.
Часа за четыре я дошла до западной границы джунглей, после которых начиналось открытое пространство, и немного замешкалась, прикидывая, как бы так выйти поаккуратнее, чтобы меня не расстреляли из арбалета издалека. Выгляжу-то я престранно!
При этом я намеренно стояла на виду, не прячась, так что меня заметили дозорные, и всего через десять минут из приоткрытых ворот в мою сторону выбежали трое. Я мигом опознала в них Глеба, Олега и Павла, даже успев порадоваться тому, что они в это время были именно в посёлке, но чем меньше между нам оставалось расстояния, тем тревожнее мне становилось.
Лица у них были далеки от дружелюбных…
Наконец, они добежали, подозрительно окружили, внимательно изучили, причём внимательнее всего хвост, который чрезмерно нервничал за моей спиной, стегая воздух, но высказался лишь Глеб:
— Выпороть бы тебя профилактически… Но ты же сопротивляться будешь, да? А насилие у нас вроде как под запретом. Жаль… Пошли, героиня. Арх ждет объяснений.
То есть простого человеческого «спасибо» я не дождусь, да? Не очень-то и хотелось!
Презрительно фыркнув и приняв гордый и независимый вид, я позволила мужчинам отконвоировать меня в посёлок, причём не просто к дому главы посёлка, а сразу в кабинет, где Арх сидел за столом ну очень задумчивый. А стоило мне войти, то уставился на меня своими белыми глазищами, как маньяк.
И словно этого было мало, зашедший следом за мной Глеб сдал меня с потрохами:
— Она себе ко всему прочему ещё и хвост отрастила. Как у Gulo аnkylosauridae demonicus. Один в один.
— Только хвост? — в тоне белоглазого мне послышалась немного отстраненная заинтересованность бесстрастного ученого.
— Так вроде не видно… — Глеб бесстрашно шагнул ко мне и заявил: — Язык покажи?
И вроде ничего такого не сказал, но так меня это выбесило, что я сама шагнула вперед… и смачно лизнула его по лицу своим отчасти собачьим языком.
И тут же отскочила назад, когда он начал ругаться и плеваться. А вот так тебе!
— Тьфу… ты… блин… дура! Какого…
— Глеб! — резко осадил его Архангел, пока я гнусно хихикала, как самая настоящая гиена. Правда, и мне досталось: — Майя, не дури. У нас не в ходу физические наказания, но я могу отправить тебя на очистку выгребных ям, если и дальше будешь вести себя неприлично.
Он так и сказал. Неприлично.
Фу ты, ну ты… Какие мы грозные!
В общем, я фыркнула, ни капельки не впечатлившись, после чего сама дошла до стола Архангела, взяла лежащий на краю планшет и устроилась на диване, активируя гаджет и набирая текст. Что примечательно, Глеб не ушел, а Архангел не стал его выгонять.
И вот сижу я, сочиняю… И думаю.
Сильно сочинять или всё-таки правду выложить? Как мне это аукнется в дальнейшем? Хм-м… Ладно, чуток приукрасим действительность. Обойдемся без упоминания помидоров, дарящих бессмертие. Почему-то мне кажется, это был очередной эксперимент этих условно разумных лиан, и акция была разовой. Ну не могли они вырасти там случайно! Только намеренно!
«Когда я очнулась первый раз, перед глазами мерцали буквы, что созревание плода прошло с ошибкой. В строке „матрица сознания“ написано слово „ошибка“. Я не лгу. Теперь каждый раз, когда я умираю, какое-то время спустя я рождаюсь заново. В том же месте. Но при этом моё тело самопроизвольно мутирует, я это не контролирую. За раз меняется что-то одно, причём мутация зависит от того, кто меня убил. В этот раз меня убила бронированная тварь с хвостом и липким языком. У меня вырос хвост».
— Поразительно… — вполголоса пробормотал белоглазый и тут же потребовал подробностей: — Сколько раз ты уже умирала и что мутировало?
А давайте не будем?
Скривившись, выразительно вздохнула и начала перечислять:
«Самый первый раз меня убила хищная лиана. После этого моя кожа стала зелёной и больше на меня лианы не реагировали. Второй раз меня убила макака. Выросли когти. Третий — гиены, — меня передернуло от омерзения, когда я это вспомнила. — Изменились челюсти. Четвертый — паук. У меня появилось восемь глаз. Кстати, удобно для обзора, но яркости меньше. Пятой был гепард, от него мне достались задние ноги. В шестой раз… — тяжкий вздох, — меня сожрали местные пираньи, когда я неудачно переправлялась через реку. Потом были летучие мыши, от них мне досталась эхолокация. Следующим был огромный броненосец, у меня появилась крепкая броня. Предпоследней была летающая макака с рогами — выросли рога. И юбилейным стал динозавр. Пока всё».
— Пока⁈ — нервно хохотнул Глеб, когда планшет закончил озвучивать мои откровения. — То есть ты реально… Планируешь умирать ещё?
«Я ни разу не планировала!», — написала сердито. — «Но этот мир сам убивает меня снова и снова!»
— Спокойно, — вскинул руку Архангел. — Согласен, тенденция странная. Не слышал, чтобы кто-то из новичков так часто попадал в смертельные ситуации. Либо… — он привычным жестом погладил подбородок, — это норма. И до нас химеры не доходят именно потому, что убиваются в первые же два-три часа после появления на свет. Что в целом слишком логично…
Он погрузился в свои мысли, Глеб тоже хмурился, а я, наконец, смогла задать вопрос, который интересовал меня давно:
«Долго меня не было?»
— Неделю. Ровно неделю.
Ого… Думала, меньше. Но даже так поразительно! Чтобы взрослое, полностью дееспособное тело с четким осознанием себя, как личности, выросло всего за неделю. Попахивает полноценной фантастикой!
Или… Лианы просто сожрали меня, разложили внутри себя на молекулы и атомы и пересобрали в центре «родильного» цветка? Ну а что! Версия ничем не хуже прочих!
«А где моё прошлое тело?», — написав это, я выразительно уставилась на Глеба.
Тот поморщился и пояснил:
— Тот рамсозавр размотал тебя в фарш. Вас обоих поглотили лианы.
Ага… Моя версия почти жизнеспособна!
— Так, ладно! — привлек наше внимание Архангел. — Майя, с этого дня никаких вылазок за пределы посёлка. Ежедневные тренировки под руководством Глеба и работа на благо посёлка под присмотром плотников. Пока Глеб не отчитается мне, что ты действительно можешь за себя постоять, не умерев ближайшие пять минут, никаких боевых вылазок. С этим всё ясно?
Тут же захотелось взбрыкнуть и огрызнуться, но… В целом он говорил дельные вещи. Хотя и слишком деспотичным тоном. В итоге даже порадовалась, что не могу говорить, коротко отписавшись:
«Ясно. А можно уже пообедать? Есть хочу.»
— Можно, — хмыкнул белоглазый. — Сегодня отдыхай. Тренировки и практика начнутся завтра. Что по одежде? Надо чего?
Эм-м… Да!
«У меня теперь есть хвост. И это проблема. Трусы, штаны — мимо».
— Не было печали, — проворчал себе под нос Архангел, пока Глеб смущённо кашлял в кулак. — Возьмешь на складе стандарт, дойдешь до Анны. Она неплохо шьет, должна помочь. В крайнем случае вместе сходите к швеям. Пусть думают.
Точно! Анна!
Решив, что пока планшет в руках, надо воспользоваться этим, быстро застрочила:
«Анна — она кто? Твоя жена? Любовница? Или прислуга?»
— Я не женат, — странно усмехнулся Архангел. — И детей у меня ещё нет. У химер в этом плане всё… непросто. Чуть позже пообщаешься с Ольгой, она расскажет. Анна — моя помощница по дому. Её муж погиб, дети уже взрослые. Жила одна, взял к себе.
«А как узнать, кто вообще женат и в отношениях?»
— Тебе зачем? — в тоне белоглазого мне послышалась подозрительная то ли ирония, то ли полноценная издевка. — Уже чувствуешь тягу к размножению?
Что? В смысле?
Я так сильно растерялась, что повернула голову к Глебу, заметив, как мужчина поморщился, словно ему тоже было неприятно услышать такое от своего главы.
В итоге повисла тяжелая пауза и я, так и не придумав, что на это ответить, просто вернула планшет на стол и вышла.
Меня ждал обед. А он пусть подумает над своим поведением!
Придурок…
— Это было грубо.
— Да… — поморщился, — понимаю. Вспылил.
И тут же криво усмехнулся.
— Все мы не без греха, Глеб. Сам знаешь.
После чего шумно выдохнул и сосредоточился на деле, попросив:
— Предупреди Анну, Михалыча и плотников. Пусть будут готовы. С её проблемой по части связной речи так будет быстрее. Как она тебе в остальном? По части поведения? Стандарт?
— Да, отклонений не заметил. По мимике судить сложно, но если не зацикливаться на собачьей морде, то в целом понять её можно. Удивление, ехидство, задумчивость вполне читаемы. Немного сбивают с толку полностью чёрные глаза, но в целом терпимо и можно абстрагироваться.
— Хорошо. Присмотрись к ней на тренировке. Загрузи по полной. Пусть сил остается только на сон и еду.
— Уверен?
— Да. Она нужна мне живой.
— Сделаю.
Глеб ушел, а вот Архангел ещё какое-то время сидел за столом, тщательно анализируя собственные ощущения, слова и даже действия.
Да, все они не без греха… А он особенно.
Стоил ли рисковать, обращаясь к таурианцам с нетипичной просьбой? Или слишком опасно? Они ведь заинтересуются. Обязательно заинтересуются.
Но он и так слишком долго ждал.
Слишком долго!
Однако ничего не предпринимать тоже не выход.
Или всё-таки… подождать? Месяц, два, три… Год! Отправлять охотиться максимум на гиен, чтобы повышала уровень понемногу. И быть может…
Да. Поднимет ей уровень до десятого и тогда точно будет понятно, стоит ли ждать и дальше.
Решено.
Ну а пока стоит запастись терпением и просто смотреть на её свет. Нежный. Манящий…
Совершенно нетипичный и от того лишь больше влекущий.
Выйдя из кабинета, я первым делом поспешила в «свою» спальню. Надеюсь, туда ещё никого не заселили? И что там по одежде?
Ага!
Не знаю, чем руководствовался Архангел, ну или просто упустил из вида, но все до единой мои вещи лежали в шкафу. Даже прошлая набедренная повязка и бронемайка. Кстати, выкинуть бы её… А вот повязки стоит отнести обратно. Кто знает, сколько ещё раз я буду умирать, пока не стану сильной настолько, чтобы прожить хотя бы месяц без новой смерти?
Хотя, учитывая угрозу Арха, что за забор меня не выпустят, пока не научусь качественно давать отпор…
Ладно, посмотрим. Как хорошо, что я догадалась взять не только штаны, но и платья! Хоть есть, под что спрятать свою «неземную красоту»!
В итоге, принарядившись в синее платье «А»-силуэта без рукавов и подпоясавшись широким поясом, я заплела косу, спустилась вниз и приветливо помахала рукой Анне, которая привычно хлопотала у плиты. При виде меня женщина почему-то странно охнула, но не испуганно, а так… по-домашнему.
И тут же выпалила:
— Садись-садить, горемычная. Изголодалась поди в этих диких джунглях? Что? Опять ленточку для волос надо? Садись, кушай, сейчас принесу. Кушай.
Немного недоумевая, с чего столько заботы, но, подозревая, что моё отсутствие как-то всё-таки объяснили (и явно не смертью), я предпочла сосредоточиться на тушеном мясе с пирожками и с упоением наслаждалась действительно вкусной домашней едой. Черт с ним, с Архом! Пусть болтает, что хочет. Я отсюда никуда не уйду!
Ну, если только вместе с Анной…
А вот интересно, как тут распределяют дома? Могу ли я претендовать на отдельное жилье? На самом деле, если подумать, то мне это не сильно нужно. Просто интересно. Это в квартире, где магазин под боком, можно жить, особо не задумываясь над тем, где взять воду, электричество и прочее. В крайнем случае вызвонить мужа на час — и он всё сделает.
А в частном деревенском доме проблем выше крыши!
Надо бы ещё выяснить, кстати, как тут с временами года. Всегда ли тропическое лето? Есть ли сезон дождей? Штормов? Мигрируют ли опасные твари? Ох, сколько же я всего на самом деле ещё не знаю!
Хоть за парту заново садись!
Интересно, какие сейчас предметы вообще изучают дети? Наверное, тут как минимум каждый день уроки физкультуры! Никогда их не любила, но… хочешь жить, умей вертеться!
Тем временем вернулась Анна, причём не просто с ленточкой, а притащила целую корзинку с мелочами, куда я с откровенным интересом заглянула, искренне порадовавшись и ленточкам, и расческе… и зеркалу на ручке!
Даже замерла, когда поняла, что это именно зеркало, но пока заставила себя отложить его в сторону. Не сейчас. Точно не сейчас.
— Маюшка, — ласково обратилась ко мне Анна, явно заметив заминку. — Ты, если надо чего, не стесняйся. Обращайся. Я мужикам нашим уже грифельную доску с мелками заказала. Уже завтра принесут и вот сюда в уголочек поставлю. Пиши. А по одежде всё сделаем, у меня младшенькая Юляша — отменная мастерица. Только покажи, как там у тебя и чего, чтобы понимание было. Хорошо?
Ого… Вот это сервис!
Спасибо, конечно… Но почему так резко отношение изменилось? Что там Архангел ей про меня рассказал? Меня ж сейчас любопытство загрызет!
— Покушала? Идем вместе к Михалычу сходим. Он тот ещё жук, ничего сам не предложит! Идем-идем, оденем тебя от и до по нормальному!
Заинтригованная, я позволила Анне проявить инициативу и к Михалычу мы отправились вместе. Там, бодро поздоровавшись с кладовщиком, домработница главы посёлка тут же накидала ему заявку из дюжины пунктов, он аж растерялся, а потом они с таким упоением начали спорить по каждой позиции, что я отошла в сторонку, предпочитая не вмешиваться, а забавляться.
Три платья, две юбки, три блузы, вязаную кофту, шерстяной жилет, две косынки, два комплекта униформы, три нательных сорочки, халат, шорты, трусы… Полотенца!
Кстати, о гигиене.
Вспомнив по зубную щетку и пасту, решила всё-таки задать вопрос Архангелу. Кто их знает, нынешних людей. Вдруг чем-то другим пользуются? Вряд ли совсем не следят за гигиеной рта, зубы вроде бы у тех, кого видела, нормальные.
А ведь тут ни медицины толком, ни прививок… ничего!
Страшно подумать, как тут рожают!
Да и вообще, если задуматься… Страшно. Парадокс, однако. Умирать уже не страшно, а вот жить…
— Фух! Вот ты куркуль, Михалыч! Скряжья твоя морда! Приди ещё ко мне с просьбой! Ещё сто раз подумаю, выслушать ли тебя! Не для себя ж стараюсь, дурень старый!
— Ой, ну раскудахталась, — со смешком парировал кладовщик, подмигивая мне. — Тебя на склад одну пусти — весь вынесешь. А у меня отчетность! Всё, кышьте, бабоньки. Перерыв у меня. Плановый. На чай!
— Всё бы тебе чаи гонять! Жмотина-обормотина. Тьфу! Идем, Маюшка. Идем сразу к моей Юляше, там и поболтаем о нашем, девичьем.
Тут уже я не выдержала — захихикала. Получилось гнусненько, но Анна вроде не обиделась, рассмеявшись в ответ легко и звонко. Ну а потом мы, подхватив стопки одежды, отправились в нужный дом. Пока шли, Анна спокойно рассказала, что за свою бурную молодость, пока был жив муж, родила аж пятерых детей, но старший Прохор сгинул на рыбалке, выйдя слишком далеко в море, а среднего Харитона задрала тварь в джунглях в позатом году. Тогда из семи охотников только четверо полуживыми вернулись, но Архангел и местный лекарь всех выходили.
— Дочки у меня Юляша и Танюша за мужиками хорошими, уже бабулей меня сделали, — улыбалась она, рассказывая, — а Сёма в меня пошел, хозяйственник. На козьей ферме за живностью следит. Танюшка-то опять на сносях, мы её с тобой беспокоить не будем, впечатлительная она у меня. А вот Юляшка лёгкая на подъем, вы обязательно подружитесь.
Ну, не знаю…
Как бы то ни было, до нужного дома мы дошли, формально постучав, внутрь зашли и сразу прошли в дальнюю комнату направо, где, я так понимаю, находилась женская мастерская: вдоль одной из стен стоял длинный стеллаж с рулонами ткани, вдоль окна располагался массивный стол с выкройками, а по центру сидела румяная русоволосая женщина лет двадцати пяти с шитьем в руках, при виде матери моментально посветлевшая лицом.
Правда, стоило ей заметить меня, как её ясные голубые глаза моментально изумлённо округлились, даже промелькнуло что-то похожее на страх, но быстро прошло. А потом она выпалила:
— Ого! Думала, брешут бабоньки. Какая вы… кхм, неординарная! А говорить умеете?
Я покачала головой, в целом радуясь, что меня посчитали за экзотику, а не чудовище, ну а потом, когда женщины обсудили причину, по которой мы вообще пришли, спокойно сняла платье и позволила себя рассмотреть.
— Чудеса… — цокала Юляша, обходя меня кругом и с любопытством (и с моего разрешения) прикасаясь. — Чего только эти гады ни придумают! Мало им чудищ лесных, теперь ещё и над людьми эксперименты ставят. Тьфу! Ироды. Ладно, одевайся. В целом проблема ясна. И это совсем не проблема. Сегодня же одни трусишки сделаю и штаны, чтобы завтра было в чем тренироваться, ну а остальное за сутки поправлю.
Радуясь, что Юляша действительно оказалась доброжелательной и приветливой, я выразительно приложила ладонь к груди, на что женщина смущенно рассмеялась.
— Ой, брось. Свои же. Будет время и желание — заглядывай. Я в основном на дому шью, мне так удобнее. И по дому больше успеваю, и за близнецами пригляд. Школа-то только с утра, а потом только успевай этих шалопаев друг от друга растаскивать. Вот чесс слово, лучше б не рожала!
И сама же заливисто расхохоталась, когда мать, с возмущением цокнув, шлепнула её по плечу.
Я так понимаю, это была шутка.
В итоге я с умным видом покивала, забрала юбки-блузки и остальное, что не требовало перешивки, и мы с Анной вернулись обратно в дом Архангела.
Навскидку время было где-то к четырем, так что я, в два счета распределив одежду по полкам шкафа, задумалась, чем занять себя дальше. И вроде бы не стоило навязываться местному главе, но…
Если он не занят, то почему бы и нет?
В общем, я просто спустилась вниз и, стукнув в дверь кабинета, аккуратно заглянула внутрь. Архангел сидел за столом с отрешённым видом и закрытыми глазами, но стоило приоткрыть дверь чуть шире, как ровным тоном произнёс:
— Проходи, Майя, я не занят. Что ты хотела?
Заметив планшет на краю стола, я смело подошла ближе, включила и написала:
«А вы пользуетесь зубными щетками и пастами?»
— Точно, — усмехнулся. — Да, есть такое. Скажу Анне, она соберет тебе самого разного. За одеждой уже сходили?
«Да. Зашли к Юле, она обещала всё нужное перешить. Сказала, что проблем не будет. Очень милая и приветливая женщина»
— Рад слышать. Анна сказала, что ты каждый раз ешь только мясо и иногда выпечку. Почему?
Тц! Всё-то вы замечаете, господа…
«Соскучилась по домашней еде. Всё это время ела в основном корнеплоды. Надоело. Но я всё ем. Супы только неудобно, не то строение челюсти.»
— Челюсти, да… — мужчина отчетливо поморщился. — Знаешь, я тут подумал… Ты определенно самая странная химера из всех, кого я знаю. Думаю, тебе стоит развивать характеристику «химероген». Как только она станет больше десятки, должна открыться какая-нибудь полезная ветка дополнительного развития. С другими именно так и происходит. Прежде не интересовался именно этим моментом, но если тебе качать именно химероген, а не всё остальное… Быть может ты научишься контролировать эти мутации?
Ах, если бы!
Не сдержавшись и цокнув, приоткрыла ещё часть своих откровенно крапленых карт:
«Она у меня уже десятка. Каждый раз, когда я умирала и непроизвольно мутировала, она сама поднималась на единицу. Сейчас она равна одиннадцати. Когда стала десяткой, было сообщение, что при получении нового уровня мне будут предлагать одну мутацию из трех на выбор. Когда я убила динозавра, то набрала нужное количество очков на новый уровень. И кроме хвоста, который вырос сам, мне предложили клыки, шипы и крепкий желудок. Я выбрала желудок.»
Внимательно меня выслушав, Архангел почему-то помрачнел и вперил в меня свой тяжёлый взгляд абсолютно белых глаз. Но при этом я чётко знала, что он смотрит на меня.
— Майя, давай договоримся, что ты больше не будешь скрывать от меня настолько важную информацию. Я уже голову сломал, как тебе помочь. Что ещё ты мне не рассказала?
Ну, начнем с того, что я не обязана ничего никому рассказывать…
Не знаю, как Архангел распознал в моём сопении сердитую тональность, но вскинул руку и примирительно произнёс:
— Не обижайся. Я понимаю, для тебя здесь всё чуждо. Ты не доверяешь. Но я тебе не враг. Серьезно. Я правда хочу помочь. Здесь, в посёлке, тебе ничто и никто не угрожает. Наоборот, я всеми силами стараюсь, чтобы посёлок стал самым безопасным местом в этом грёбаном новом мире, который у нас отняли. Просто. Прошу. Ответь. Ты мне всё рассказала?
«Да»
А помидоры пусть так и останутся за кадром. Это слишком дико, чтобы стать достоянием общественности.
— Хорошо. Значит, говоришь, ветку развития тебе уже дали… Как называется?
Я напрягла память, покопалась в интерфейсе и нашла нужную фразу.
«Углублённая ветка развития класса 'рождённая химера».
— Необычно. Явно что-то новое… Что ж, раз класс и углублённая ветка развития получены, то разовьем эту характеристику до пятнадцати единиц. Должен появиться ещё один бонус. Надеюсь, полезный в плане именно осознанной мутации. Как только это произойдёт, сразу говори мне. Договорились?
«Хорошо. А как развивать, если мне нельзя выходить за ворота?»
На это глава посёлка подозрительно усмехнулся… и ответил:
— Вместе будем ходить на тварей. Через пару недель. И только попробуй умереть…
И почему мне не нравится ни его предвкушающий тон, ни его вымораживающий взгляд? Не подскажете?
Так и не дождавшись от мужчины продолжения, я спросила сама:
«Ты мечник?»
— Да, — усмехнулся, причём довольно странно. — В своё время я… пользовался разным. Мне не принципиально. Но по джунглям удобнее ходить с мечом.
И вот вроде бы хочется пообщаться, но как-то неловко у меня это выходит рядом с ним… Переворошив в голове мысли, которые шуршали там откровенно беспорядочно, попросила:
«Расскажи про климат. Тут есть времена года?»
— Отчасти, — качнул головой Архангел. — Преимущественно тепло, но бывают циклоны. Своего рода сезон дождей. В июне и декабре. Заморозков тут нет, минимальная ночная температура не ниже пятнадцати. С августа по октябрь довольно жарко, в среднем тридцать пять по Цельсию. Градусники сейчас довольно грубые, приблизительные, но в целом показывают верно.
«Ясно. Спасибо. Мне нужно помогать Анне по дому? Уборка, посуда?»
— Разве что в своей комнате. С остальным она справляется сама. Грязные вещи можешь отдавать ей, тут есть комната под прачку. Стирка отчасти механическая, не ручная. Что-то вроде простейшей стиральной машинки, только на ручном приводе.
Ужас!
«А химеры болеют? Простуды, вирусные болячки? Чем лечиться в случае чего?»
— О, тут я тебя обрадую, — усмехнулся мужчина, откидываясь на спинку кресла и отстраненно улыбаясь. — Именно химеры не болеют. Вообще. У нас безупречный иммунитет. Да и в принципе, насколько я успел понять, большинство вирусных и бактериальных болячек кануло в лету. Судя по всему, в местных животных и растениях есть либо весь нужный комплекс витаминов, либо что-то подобное, отчего даже у людей иммунитет очень хороший. Не безупречный, как у нас, но хороший. Основные болячки этого мира — от когтей, зубов и яда местных хищников. Ну и переломы, но это уже больше бытовые травмы. У нас свой опытный лекарь, Демид Романович, очень хороший человек. Подучил его кое-чему из того, что умею сам, в тандеме у нас получается довольно неплохо.
«Ты медик?»
— Я говорил, — он снова мимолетно улыбнулся, причём не мне, а как будто своим мыслям. — Умею исцелять энергиями. Это больше похоже на магию, но всё же не оно. И нет, я не учился на доктора, мне… скажем так, пришлось это освоить. Не хочу говорить.
«То есть роды вы принимаете нормально? Какой процент выживаемости матери и ребенка?»
— Сто процентов, — отчеканил Архангел. — В этом плане я лично контролирую каждую беременную и младенца до годовалого возраста. Для меня это дело принципа.
«Почему?»
— Потому что это мой посёлок, Майя, — усмехнулся мужчина и чуть прикрыл глаза веками. — Я обещал самому себе, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы люди не выживали, а жили. Я не безгрешен, но… скажем так, верю, что человечество заслуживает большего, чем те объедки с барского стола, которые нам оставили таурианцы. И однажды мы вернём себе эту планету.
Ого. Вот это амбиции!
Но, наверное, именно таким и должен быть глава посёлка. Стремиться к лучшему и заботиться о том, чтобы всё было хорошо. У всех.
И раз уж мы затронули тему таурианцев…
«А эти таурианцы, они посещают посёлок?»
— Нет. Никогда, — мотнул головой Архангел. — Иногда присылают мне сообщение с заданием. Когда выполняю его, то сам посещаю их ближайшую базу. Ту самую, что на северо-востоке.
«Что за задания?»
— Тебя это не касается, — последовал грубоватый ответ. — Это только моё дело.
Ну посмотрите на него… Деловой какой!
Не удержавшись, фыркнула и Архангел это прекрасно расслышал и недовольно нахмурился.
— Майя, если я не вижу твоего лица, это не значит, что можно вести себя дерзко.
Я поморщилась, уже догадавшись, что сейчас меня будут ставить на место, но Архангел удивил снова, когда вполне вежливо попросил:
— Постарайся держать себя в руках. Я не прошу поклонения, у нас всё-таки не монархия, а почти демократия, но всё же имей уважение к тем, кто имеет достаточно опыта и смелости, чтобы нести ответственность не только за себя.
Ага. Меня сейчас оскорбили или как? Не пойму.
Но я всё равно написала:
«Извини. Была не права. Расскажи о других посёлках. Мы с кем-нибудь торгуем? К нам приезжают гости? Или каждый сам за себя?»
— Как таковой торговли сильно нет. До нынешних времен дотянули только те, кто преимущественно на самообеспечении. Но раз в три года приезжают делегации за невестами. Происходит своего рода обмен населением, чтобы не случалось слишком родственных браков. Наши мужчины тоже ездят по соседям. Не слишком часто, чтобы девушки успели подрасти, в среднем раз в три-пять лет. Это жизненная необходимость.
Логично. Удивлена. Но логично, черт возьми!
«Я всё думаю про химер. Ты видишь их рождение в своих видениях, верно?»
— К сожалению, не всегда, — качнул головой Архангел. — Уже думал об этом и не раз. В идеале бы выставить пост у каждого гнезда и проверять их каждое утро, зачищая лишнее, но у нас просто нет столько людей. Нужна хотя бы дюжина троек, это слишком много, чтобы снимать их с других участков. На днях хочу попробовать новую методику медитации. Если получится, это поможет четче фиксировать дату и место. Ты меня заинтересовала всем тем, что происходило с тобой… Это звучит слишком необычно, чтобы игнорировать. Если следующие химеры будут такими же, ну или просто нестандартными, лучше это контролировать, чем пускать на самотек. Скажу честно, поражен крепости твоей психики. Десять смертей и… кхм, нестандартная внешность — не каждый мужчина выдержит.
Может быть…
Грустно усмехнувшись, задумалась и всё же ответила:
«Наверное, я до сих пор в это не верю. Анна после обеда принесла мне зеркало, но я ещё в него не смотрелась. Наверное… боюсь.»
— Понимаю, — размеренно кивнул Архангел. — Но знаешь, внешность — не главное.
Я фыркнула.
— Я серьезно, — он прищурился, коротко хмыкнув. — Благодаря своему… особому зрению, я вижу суть окружающих.
Вот тут я отчасти напряглась, а Арх продолжал откровенничать:
— В основном, это яркие эмоции и общее состояние организма. Но иногда это… своего рода душа. Такие качества, как подлость, зависть, корысть — они тоже видны. Так же как доброта, трудолюбие, ответственность.
И безо всякого перехода заявил:
— Ты очень красиво светишься, Майя.
Да-а-а⁈
Вот тут я растерялась окончательно. Я? Свечусь? Красиво? Да он издевается!
Пауза откровенно затягивалась, моё недоумение граничило с раздражением на его нелепые заявления, так что в итоге именно Арх, порывисто поднявшись с места, заявил:
— Ладно, закончим с откровениями на сегодня. Пора ужинать. Дай мне планшет и идем.
Расставаться практически с единственным источником общения не хотелось просто до зубовного скрежета, и, наверное, это было нагло с моей стороны, но я торопливо набрала:
«Я могу оставить планшет себе? Для общения с другими людьми».
— Нет, — моментально последовал в целом ожидаемый, но такой неприятный ответ. — Это мой рабочий инструмент. Более того, большинство людей о нём даже не знают, буквально единицы. Для современных людей, — Архангел довольно цинично хмыкнул, — это всё равно что магия. Давай остановимся на том, что с его помощью ты будешь общаться лишь со мной. Обещаю, я буду стараться отвечать на все твои вопросы. Договорились?
Выразительно вздохнув, потому что вариант на самом деле был не идеальным, с тем же Глебом или Юлей я ощущала себя свободнее, тем не менее написала, прежде, чем отдать:
«Договорились. Спасибо. Я правда благодарна. Очень».
— Пожалуйста, — с легкой улыбкой произнёс Архангел, стоя так близко, что я невольно задержала взгляд на его губах, вновь отмечая, какой он на самом деле красивый мужчина.
Слишком красивый. Неземной.
Может он в чем-то и прав, называя себя Архангелом?
Интересно, это его родная внешность? Или он как-то поправил её химерогеном? Тц, уже не спросить!
— Идем.
Пока я думала о своём, глава посёлка сделал ещё шаг и, безошибочно приобняв меня за талию, подтолкнул в сторону двери. Внезапно ощутила просто дикую неловкость, которая ко всему прочему наложилась на мои мысли, так что поспешила прибавить шаг и практически выскочила из кабинета, поторопившись на кухню.
Арх угадал. Анна уже накрыла на стол и ждала только нас, причём со стороны, где я обычно сидела, стол был накрыт особенно обильно по части мясных блюд. Стало даже как-то немного неловко. И вслух-то ничего не сказать!
У-у, несправедливо! Чувствую себя калекой!
В итоге пришлось делать вид, что всё в порядке, и, внимательно ознакомившись со всем предложенным, выбирать самое вкусное. Раз уж меня балуют, грех отказываться!
При этом я постаралась не переесть и вроде даже почти получилось, причём к чаю Анна подала безумно вкусный пирог с яблоками, но я съела всего один небольшой кусочек и поняла, что больше не стоит. Да уж… Определенно силовые тренировки не помешают! Иначе такими темпами я скоро в двери не пройду! Не хотелось бы.
И снова, поев, я не забыла поблагодарить эту чудесную женщину за ужин, приложив ладонь к груди, на что Анна тепло улыбнулась и кивнула.
— Пожалуйста, милая. Рада, что понравилось. Если вдруг ночью проснёшься и перекусить захочется, вот тут в буфете всегда есть чем поживиться.
Интенсивно покивав и тем самым давая понять, что услышала и запомнила, я поднялась к себе и сначала просто завалилась на кровать, чтобы… да-да, отдохнуть после ужина. Это было просто нереально вкусно! И сытно. И здорово-о-о… Сама я в этом плане была не то чтобы совсем неумехой, но если можно было сварить пельмени или сделать бутерброды, то предпочитала обходиться ими. Тут же просто пир для глаз, обоняния и желудка!
Фух! Обожратушки!
Полежав минут тридцать и придя в себя, я уже далеко не в первый раз остановила взгляд на корзинке. Разбирая вещи, я поставила её на подоконник, пока оставив ленты, расчёску и зеркало внутри, но… хватит бояться. От того, что я увижу себя в зеркале, ничего не изменится. Люди меня уже видели и ничего, никто в истерике не бьется.
Даже наоборот, я почти подружилась с той же Анной и Юлей.
Так может и не всё так плохо?
И всё же мне пришлось приложить определенные усилия даже просто для того, чтобы дойти до подоконника и сунуть руку в корзинку. Достать зеркало. Покрутить в руках…
И, наконец, посмотреть на себя.
Хм-м… Ну, честно думала, будет хуже.
Из-за тёмно-серой чешуи с легким зеленоватым отливом я оказалась больше похожа на ящера, чем на гиену. Морда вытянутая, но не сильно. Забавный чёрный нос. Центральные чёрные глаза на этом фоне смотрятся достаточно гармонично. Крупные, выразительные. Те шесть, что поменьше, выглядят скорее, как украшение, чем как глаза. Как большие глянцевые стразы.
Нелепее всего выглядят русые волосы. Кажется, если бы я была лысой, было бы красивее.
А может… побриться? В самом деле, зачем мне эта грива? Только мешается. После пробуждения в цветке волосы всегда были идеально чистыми, шелковистыми, но когда проходит день-два, уже отчётливо становится ясно, что такая длина — не красота, а морока.
Да, определённо подстричься стоит. Хотя бы по лопатки. Перед кем тут красоваться? Удобство важнее.
Тихонько выдохнув и радуясь, что у меня нет ни птичьего клюва, ни прочего лишнего монстроузного, я вернула зеркало в корзинку и задумалась, как быть. Определённо мне надо придумать себе какое-то занятие. Просто сидеть часами на заднице ровно — скучно. Раньше можно было хотя бы позалипать в телефон, листая соцсети и рассматривая мемасики, сейчас же… Ни телефона, ни соцсетей, ни мемасиков.
Печально.
Присев на кровать, решила повспоминать, что вообще умею. Ну, помнится, когда я училась в школе, на уроках труда нас всех дружно учили шить, вязать и даже вышивать. Готовить. Ага… Ну, готовка точно мимо. Тут я Анне не конкурент, даже пытаться не стоит. Для шитья тоже нужно не только желание, но и место, ткани, нитки… выкройки!
Попробовать вязать и вышивать? Надо будет попросить завтра Анну, когда привезут доску и мел, дать мне что-нибудь на пробу. Да хоть тем же крестиком подол у платьев расшить! Всё наряднее будет.
Даже фыркнула под конец, снова подумав о том, перед кем тут красоваться. Архангел такие детали точно не увидит, а другие мужчины… Для других мужчин я монстр.
Или нет?
Невольно вспомнила Глеба, Павла и Олега. День, когда мы вместе ходили на охоту. Там они относились ко мне, как к полноценному боцу. Не монстру. Но и не женщине. Они видели во мне скорее… боевую единицу.
Но как будут относиться тут, в посёлке?
Пожалуй, это я узнаю уже завтра на тренировке.
Пока же я решила не терять время зря и всё-таки изучить комнаты второго этажа все до единой. Архангел вроде бы не запрещал этого делать, а мне было любопытно понять, зачем тут вообще так много комнат.
И я отправилась шарахаться по дому.
Это оказалось не особо увлекательно. Половина комнат были просто пусты, хотя и больше моей размером, но, судя по всему, не использовались довольно давно. Чувствовалось определенное запустение, хотя пыли я особо не нашла. Видимо, Анна тут всё-таки регулярно прибиралась. Ещё в двух комнатах помимо моей стояли шкафы и односпальные кровати, но не застеленные постельным бельём. Вероятнее всего это были запасные гостевые для таких новичков, как я. Наверняка всем пришлым сначала дают отдохнуть и осмотреться, социализироваться, а уже потом расселяют по другим домам. Я, конечно, могла и ошибаться, но в моём представлении это звучало логично.
Ещё одна комната была кладовкой под всякое. Как раз там я увидела полки и с запасными подушками-одеялами, и с прочими бытовыми вещами. Кладовок, кстати, было две. Во второй стояли ведра, тазики, веники, тряпки — всё для уборки.
Ага, буду знать.
Между делом вспомнила про то, что так и не спросила, почему в бочке тёплая вода, и поставила себе зарубку на память — спросить позже. Очередные технологии таурианцев? Или всё объясняется чем-то более простым, просто пока мне не известным?
Пока шарахалась по комнатам, ко мне поднялась Анна с очередной корзинкой полезностей и вручила её немного со смущённой улыбкой.
— Прости, сразу не подумала, что тебе это понадобится. Давно у нас девушек не было. Тут всё для гигиены и… кхм, по женски тоже. Глянешь.
Поблагодарив кивком, не стала задерживать женщину, ведь всё равно бы не получилось пообщаться, и вернулась к себе — разбирать очередной «пакет гуманитарной помощи». Внутри нашлись самые разные вещи: от маникюрных ножниц и пилочки (почти смешно) до зубной щётки и порошка с мятным запахом в деревянной баночке. Я так понимаю, это вместо пасты. Щётка, кстати, была непривычного вида — этакая палочка, размятая на конце до умеренной мягкости. То, что это именно зубная щётка, я догадалась больше интуитивно. Парочка полотенец для рук и лица. Крем в стеклянной баночке. Вероятно, для рук. И внушительная пачка тряпочных прокладок. М-м, живем!
Убрав все эти сокровища в шкаф, я ещё немного помаялась в комнате, но спать ещё не хотелось, и я решила посидеть на свежем воздухе. И снова я задумалась о том, что не уточнила: могу ли уже свободно передвигаться по посёлку или ещё нет, но рисковать не стала, и в итоге вышла на задний двор.
К сожалению, я была не первой, кто решил скоротать вечер именно там. Архангел уже сидел в центре участка прямо на траве в условной позе лотоса с закрытыми глазами, расположив руки на коленях, причём затылком на запад, так что его лицо было в тени.
Но стоило мне замереть на крыльце, как мужчина спокойно произнёс:
— Проходи, не стесняйся. Ты мне не мешаешь.
Угу. Хотелось бы сказать то же самое, но-о… Ты-то мне как раз и мешаешь!
И всё же интерес победил и я присела аккуратно на лавочку, начав рассматривать местного главу с любопытством. Что он делает и зачем? И если это полезно, то для чего? Можно ли этому научиться или это его уникальная ветка развития? Как она у него называется? Интересно — ужас!
— Ты невероятно ярко фонишь, — с приглушенным хмыком заявил Архангел через пару минут, отчего я невольно вздрогнула и напряглась. — Нет-нет, продолжай. Тебя интересно изучать. Очень нетипичные вибрации. Ты ощущаешься, как три в одном: химера, хищник и растение. Причём одно на заменяет другое, а накладыватся слой за слоем, отчего интенсивность свечения усиливается. Очень… любопытный феномен. Попробуй подумать что-нибудь особенно чётко. Громко. Какое-нибудь слово или объект. Хочу попытаться уловить колебания твоих речевых волн.
Чего-чего?
Откровенно опешив, я уставилась на Архангела во все глаза в искреннем изумлении. Он не торопил. Наконец, я взяла себя в руки и, зашарив взглядом по участку, попыталась сфокусировать внимание на чём-то одном. Как назло в голову ничего не шло и в итоге я, бросив сомневающийся взгляд на вечернее солнце, сосредоточилась на нём.
Солнце. Яркое. Тёплое. Немного оранжевое. Красивое, уютное, ласковое. Со-о-олнышко…
— Солнце, — чуть заметно улыбнулся Архангел, удовлетворенно кивая, а вот я снова замерла, вдруг ощутив себя откровенно неуютно. — Ты думаешь о солнце. Очень хорошо. Не надо бояться, Майя. Я не слышу мысли напрямую, скорее ощущения. Эфемерный образ. Подумай о чём-то другом, хочу убедиться, что это не случайность.
Придирчиво изучив мужчину, который выглядел немного «того», чрезмерно блаженным, я взяла себя в руки и, снова пробежавшись взглядом по тому, что нас окружало, зафиксировала внимание на траве.
Зелёная, мягкая. Очень приятная. Сочная. Травинка к травинке. Наверное, даже шелковистая на ощупь…
— Трава, — удовлетворенно кивнул белоглазый маг, потому что это точно была магия. Сто процентов! — Очень хорошо. Но теперь подумай о том, что ты не видишь. Что-то простое, но чёткое.
М-м… Вот так задачка!
Хмыкнув, подумала про кровать в своей комнате. Не самая идеальная, но спать в ней мне понравилось намного больше, чем в цветке или в гамаке из лиан. Деревянная. Мягкая, уютная. Подушечка, одеялко, м-м…
Я аж зажмурилась, представив, что нежусь именно в кровати, причём даже не в той, что наверху, а в той, что была у меня прежде. Двухспальная, с пружинным матрасом и объёмным пуховым одеялом. Как здорово было закутаться в него зимой, высунув только нос. Как приятно было обнять подушку…
— Сон? — не очень уверенно произнёс Архангел и тут же качнул головой. — Нет, не то… Отдых? Или… комфорт? Слишком абстрактно, не пойму.
Я тут же усиленно представила перед глазами именно кровать, как предмет мебели, и мужчина щелкнул пальцами.
— Кровать!
Я три раза хлопнула в ладони, давая понять, что он угадал. Хотя скорее… услышал? Как он вообще это делает?
— Не устала? — задал он вопрос подозрительно заботливым тоном. — Я бы хотел продолжить. Довольно интересный для меня опыт. Обычно никого не слышу так четко. Хлопни раз, если не против.
Подумав, сделала, как он просил. Думаю, это и в моих интересах. Если он станет слышать мои чётко сформулированные мысли без планшета, это существенно облегчит наше общение.
— Хорошо. Давай ещё немного пофантазируем о банальном. Вещи, одежда, предметы. Мне нужно понять, как они ощущаются.
Ну, давай попробуем… Подумать о котлетках!
Аж облизнулась, хотя и не была голодной, а потом представила их. Сочные, ароматные, только-только снятые со сковородки. Из свежайшего мяса с сальцем и лучком, с перчиком и травками, м-м…
Архангел вдруг ни с того ни с сего засмеялся и это моментально сбило меня с мысли. Я в первый раз услышала, как он смеётся. Чёрт возьми, нельзя быть таким… Безупречным!
— Про еду ты думаешь невероятно чётко! Котлеты, да? Аж сам снова есть захотел. Поразительно… Но давай не про еду, иначе придется перебираться на кухню.
Я тоже фыркнула, на всякий случай сглотнула слюну, которая сама пошла, чуть-чуть абстрагировалась и подумала про… книги. Представила форму, вспомнила шелест страниц и запах бумаги. Приятную тяжесть и искренний интерес, который вызывает чтение.
— Книга, — удовлетворенно кивнул Архангел. — Очень хорошо. Просто замечательно. Невероятно четкая передача. Продолжим.
Следом я подумала про железное ведро. Про воду, какая она мокрая и теплая. Про платье, как в нём уютно, когда оно вообще есть. Мягкость ткани, эмоциональный комфорт. Про цветок, который растет на клумбе… Эти все его нежные оранжевые лепестки, крошечные пестики и тычинки…
— Хорошо, — довольно улыбался мужчина, угадывая раз за разом, — очень хорошо. С предметами разобрались. Давай попробуем представить действия. Ходьба, бег, замах рукой, прыжок, полёт. Представь, как ты это делаешь. Или кто-то делает, стоя перед тобой.
Следующие десять минут я старательно сопела, фантазируя, а Архангел раз за разом безошибочно озвучивал все мои мысли. Под конец даже устала и он почувствовал это первым, поднявшись с травы и заявив:
— Всё, достаточно. Концентрация падает, образы становятся более сумбурными. Мы отлично поработали, спасибо. Думаю, на днях продолжим разбирать цвета и какие-нибудь мелкие предметы по типу вилки-ложки-ленты. Иди отдыхай. Завтра разбужу рано. Сначала тренировка, потом завтрак. За тобой зайдет Глеб. Спокойной ночи, Майя.
Произнося последние слова, он уже стоял рядом, зачем-то подавая мне руку, но я сидела всего лишь на лавочке, поэтому посмотрела на его ладонь с удивлением… И не рискнула принять. Не знаю, зачем он это делает, но мне неловко. Почему он постоянно хочет меня коснуться?
Не сказала бы, что отношусь к касаниям отрицательно, но всё же… это странно. Мы друг другу никто. Зачем лишний раз прикасаться? Или он так скучает по общению, что готов касаться кого угодно?
И ведь не спросить же прямо сейчас!
В итоге я просто встала и поспешила в дом, сразу же поднявшись наверх. Время и впрямь было уже совсем вечернее, так что можно было смело умываться, чистить зубы и ложиться спать.
Правда, когда я вошла в свою комнату, чтобы захватить щетку и порошок с полотенцем, то первым делом увидела лежащие на кровати штаны и трусишки. Судя по всему, их занесла Анна, пока мы тренировали мозги на заднем дворе.
Как я и думала, Юляша не стала изобретать велосипед, всего лишь вырезав дырочки в одежде под размер хвоста, и аккуратно их обметала, чтобы ткань не трепалась и не кололась. Отлично! Будет в чем завтра пойти на тренировку.
Интересно, что в его понимании «рано»?
Понимая, что узнаю об этом только завтра, когда меня придут будить, прихватила с собой в ванну и зеркало, чтобы видеть свои очаровательные зубки, когда стану их чистить, потому что так, на ощупь была в себе ещё не уверена.
В целом посещение ванны прошло успешно. Я даже ополоснулась перед сном, переодевшись в короткую сорочку и приятный телу плотный хлопковый халат в пол, на миг ощутив себя почти человеком.
Как же всё-таки немного надо для счастья!
Хотя телефончик с интернетом бы не помешал. Определённо!
Ну а так пришлось плотнее задергивать шторы, ложиться в кровать и, обняв подушку, уплывать в объятия Морфея. М-м, хорошо-то ка-а-ак…
Впервые за очень долгое время его вечер был наполнен смыслом.
Нет, он и раньше не бездельничал и не жил впустую, но именно сегодня… Мир стал живым. Объёмным. Он снова видел. Немного хаотично, но вместе с тем невероятно чётко.
Она была такой искренней в своих мыслях. Простой. Открытой. А он… Лгал. Не в главном, нет. Но всё же…
А с другой стороны, зачем пугать её ещё больше? И так не доверяет.
Маленькая глупая девочка…
Он ждал её рождения слишком долго, чтобы теперь просто жить рядом.
Нет, Маюшка. Теперь даже смерть не разлучит нас!
Какая ирония…
Сегодня я спала крепко, сладко. Не уверена в том, что мне снилось хоть что-то, но когда Архангел пришел меня будить, я как никогда сильно пожалела, что не могу послать его к черту. Хочу спа-а-ать… Спать!
Но он был бессовестно настойчив!
— Майя, вставай. Пора. Понимаю, сон — вещь хорошая, но тело само себя не натренирует, — уговаривал меня мужчина, словно ребенка, при этом сидя на краю кровати и поглаживая меня по плечу, что сначала было просто странным, а потом начало откровенно нервировать.
Да он меня… лапает⁈
Эта мысль взбодрила меня в один миг и я, не рискнув дергаться, тем не менее перехватила его запястье, мешая гладить дальше, а потом и вовсе отодвинула от себя. При этом я внимательно смотрела ему в лицо, но так и не поняла, какие эмоции он испытывал.
— Проснулась, молодец, — улыбнулся мужчина мимолетно и сразу встал, так что уже мне пришлось отпускать его руку. — Одевайся сразу в штаны и рубашку, куртку не обязательно. Не замерзнешь. Умывайся, заплетайся и спускайся вниз. У тебя десять минут.
Не задерживаясь, Арх ушел, ну а я, целую минуту поборовшись с собственной ленью, всё-таки сначала села, смачно зевнув и потянувшись, а потом и встала.
Надо. Просто надо.
Он прав, тело само себя не натренирует. А жаль!
Самое смешное — дольше всего я расчесывалась, под конец психанув и, найдя в корзинке маникюрные ножницы, отчекрыжила спутавшуюся гриву как минимум вполовину. Теперь волосы, перекинутые на грудь, даже не прикрывали её, но голове моментально стало легче, и я заплелась уже в два счета.
Давно надо было сделать!
По времени я уже едва ли успевала умыться, так что пока просто сгребла отрезанные волосы в угол, чтобы прибраться после тренировки, и, поплескав воды в лицо, поторопилась вниз. Как Арх и грозился, Глеб меня уже ждал.
Как и я, он был одет в универсальные местные штаны и рубашку, но немного иного кроя, чем моя. Моя была на пуговицах, а его — на шнуровке и без рукавов, идеально подчеркивая тренированные мышцы рук и загар. Совершенно не к месту захотелось спросить, женат ли он, но… я не могла. И даже порадовалась этому факту, потому что выглядело бы это слишком глупо.
С моей-то мордой!
— Доброе утро, — улыбнулся мне Глеб, даже не подозревая о том, с каким именно выражением и мыслями я на него смотрю. — Готова познать боль и унижение?
Эм-м, надеюсь, это шутка?
— Шучу, — рассмеялся он приглушенно и взмахнул рукой. — Но не сильно. Идём. Судя по тому, что для тебя сегодня всё будет в новинку, будь готова к тому, что тебе действительно будет тяжело. И сегодня, и ближайшие три дня особенно. В это просто надо втянуться. Уже через месяц будешь порхать, как бабочка, и жалить, как пчела.
Я насмешливо фыркнула и помахала своим хвостом, под конец перехватив рукой самый кончик, чтобы привлечь к нему внимание.
Глеб моментально заинтересовался, особенно когда я потыкала пальцем именно по острию, и протянул ладонь.
— Можно?
Так как ответить не могла, просто вручила ему свой хвост, чтобы сам оценил твердость и остроту.
— Ага… Ого… Та-а-ак… Уже пробовала его в бою?
Я размеренно кивнула.
— Отлично. Покажешь. Но сначала общая физическая подготовка. Давай за мной рысью до спортивной площадки. По идее выносливость у тебя уже не нулевая, не должно быть слишком сложно. Но учти, нагружать я тебя буду, как взрослую. Никаких поблажек! Погнали.
И мы погнали. Естественно, не спринт, а приятной размеренной рысью, причём для меня это было совсем не сложно.
При этом я сразу отметила, что на улице только-только начало светать, то есть утро действительно бессовестно раннее, но в целом понимала, почему всё именно так — чтобы осталось больше времени на остальные дела.
Пока бежали, к нам потихоньку присоединялись мужчины и парни из других домов и соседних улиц, мимо которых мы пробегали, так что в итоге на спортивную площадку прибежали внушительной такой толпой примерно в четыре десятка тел.
Я очень удивилась, когда бегло рассмотрела всех и увидела, что среди этих четырех десятков мужчин в возрасте от шестнадцати до сорока затесались две женщины примерно лет двадцати. причём выглядели они именно бодро и спортивно. Ого!
— Прошу всеобщего внимания! — громко заговорил Глеб, когда мы добрались до турников и уличных спортивных тренажеров. Простейших, конечно, но тем не менее они были. — Знакомьтесь, это Майя. Химера. Есть мнение, что это очередной эксперимент таурианцев и в скором времени возможны новые побочки. Когда Майю ранит какая-нибудь тварь, она непроизвольно мутирует. Пока откатить невозможно. Арх анализирует её состояние, будем наблюдать…
Он продолжал говорить умные вещи, а я порадовалась тому, что окружающие не могут прочесть мою мимику и правду по глазам. Когда меня ранят, ага… Нет, ну как бы это звучит лучше, чем «когда меня убивают». Согласна, общественности лучше лишнего пока не знать.
В итоге парни, мужики и девушки мне искренне посочувствовали, почти перестав коситься, ну а потом Глеб поделил нас на команды по пять условно человек, причём меня поставил к совсем молодым парнишкам лет так шестнадцати-восемнадцати, и озадачил каждую команду комплексом упражнений, просто назвав их буквенно-цифровой код.
Естественно, мне это ни о чём не сказало, но ни расстроиться, ни порадоваться я не успела — Глеб подошел к нам и начал показывать, из чего состоит комплекс. Упражнение за упражнением.
И вроде бы всё простое, сначала вообще элементарная зарядка и растяжка, но минут через сорок мне было уже тяжело, особенно, когда пошли силовые упражнения с гантелями на выносливость, а к концу часа я уже откровенно тяжело дышала, тогда как занимающиеся рядом со мной мальчишки даже не вспотели.
У-у-у, гадство!
И да, я превозмогала. Ну а как иначе? Взрослая, не один десяток тварей убившая тётка, а такая размазня. Фу такой быть!
Сам Глеб не отходил от меня дальше, чем на десяток метров, и дольше, чем на минуту, так что откосить и не сделать хоть одно упражнение не было ни шанса, да мне и самой было прекрасно ясно, что саботаж тренировки — путь в никуда.
Если я не хочу умирать снова, я обязана стать сильнее!
Вот только и это был не конец.
— Закончили разминку!
О, бо-о-оже… Это была только разминка⁈ Убейте меня!
— Разбираем тренировочное оружие, приступаем к спаррингам! Майя, как дела?
К этой минуте я уже просто лежала на спине с отсутствующим видом, но когда Глеб присел передо мной на корточки, внимательно изучая, повернула к нему лицо, давая понять, что ещё не сдохла.
— Не лежи. Хотя бы просто походи. Это вредно для сердца и артериального давления. Давай руку.
Он протянул мне ладонь и мне пришлось её принять, хотя встала я с очень большим трудом и крайне нехотя.
— Давай, прогулочным шагом вокруг площадки. Один круг и подойдешь ко мне. Хочу всё-таки оценить бойцовские качества твоего хвоста. Обещаю, потом провожу до дома. — Мне подмигнули и вроде как пошутили. — Может даже на руках, м?
Э-э… Это шутка?
Впав в откровенный ступор, когда мне показалось, что мужчина флиртует, проводила его откровенно заторможенным взглядом в спину, потому что сам Глеб не стал ждать, когда я отвисну, отойдя к парням, которые разбирали деревянные мечи и маленькие щиты.
Однако… мда.
Нет, мне даже интересно, слушайте! Он снова пошутил или реально понесёт, если я буду совсем без сил? Пожалуй, я хочу это проверить.
Задумавшись о том, как это странно, я потихоньку пошла по утоптанной множеством ног беговой дорожке, которая пролегала вокруг спортивной площадки. Сначала просто шла, практически ковыляя, погрузившись в свои мысли, затем начала поглядывать на то, как окружающие тренируются, причём только с мечами и только с деревянными.
Выглядело это… отчасти забавно, но в то же время вызывало уважение — бойцы действовали не бестолково, наоборот, это было невероятно грамотное почти рубилово, причём в полную силу и стук-треск стоял такой, что было даже немного страшно.
А если кто убьется?
Найдя глазами девушек, отметила, что они тоже без дела не прохлаждаются, причём бьются не друг с другом, а с парнями. И невероятно толково!
Даже позавидовала их мастерству, но потом напомнила себе, что обязательно со временем смогу так же. Они тоже когда-то были новичками, как я. И явно научились этому не за один день.
И я научусь. Обязательно научусь!
Заметила я и Олега, и Павла, обратила внимание на двух рыжеволосых близнецов лет двадцати пяти — они вроде бы и бились, но вместе с тем словно дурачились, что выходило у них довольно забавно и одновременно невероятно зрелищно. Немного зависла, увидев, как мастерски бьется на двух мечах черноволосый мужчина лет тридцати с монгольскими чертами лица, причём сразу против двоих. Это было невероятно! Казалось, он предугадывает каждое их движение и заранее знает, что они будут делать, умудряясь не только защищаться, но и контратаковать.
Фантастика! Вот он точно сто процентов химера! Зуб даю!
— Понравился Чингиз? — понимающей усмешкой встретил меня Глеб, когда я всё-таки дошла до него, не раз и даже не два оглянувшись на монгола. — Наш мастер меча. Химера. Первым делом прокачал боевую ловкость, да и в прошлом, сам говорит, был реконструктором-мечником. Он тут появился одним из первых почти одновременно с Архом. Кстати, вон те два рыжих оболтуса — его сыновья.
Э-э… Стоп. Рыжих?
Я изумленно наклонила голову и для верности развела руками. Как так⁈
— А ты думала, — хохотнул Глеб. — Удивишься, но рыжие среди монголов — не такая уж и редкость. Сам не знал, пока мне Арх про генетику втирать не начал. Сам я, конечно, нихрена не понял, но предпочел сделать вид. В общем, знай: Амин и Амир — химеры, рожденные уже в посёлке. Одни из немногих, кто уже вошел в возраст бойца. Как и Валя, — он показал мне на одну из девушек. — Дочь Константина. Он сейчас в дозоре. А вот Ольга — из тех, кто родился в цветке. Добралась до нас лет пять назад. Учительница, кстати, ведет младший класс, но по собственным словам в школе посещала секцию фехтования и решила, что лишним не будет. В дозоры её никто не ставит, но для поддержания фигуры — почему бы и нет?
Поразительно… Что ж, буду знать. Со временем, глядишь, выясню, как зовут всех. И может даже запомню!
— Так, теперь к делу. Двигаться ещё можешь?
И рада бы изобразить умирающую, но нет. Кивнула.
— Отлично. Давай отойдём к мишеням. Покажи мне, что умеешь хвостом. Насколько он у тебя гибкий, меткий и убийственный?
Мы действительно отошли в сторонку, где на пяти соломенно-кожаных чучелах самые младшие парнишки отрабатывали индивидуальные удары. Шестое чучело, я так понимаю, дожидалось именно меня. Встав в полутора метрах от «противника», сначала я оценила его визуально, затем оценила расстояние хвостом, мазнув кончиком по кожаному нагруднику, а потом стеганула им в воздухе, как хлыстом, и безошибочно вогнала кончик в центр лба мишени.
— Хм, неплохо. Попробуй пробить центр груди.
Сделано.
— Шею.
Есть.
— Короткие тычки-уколы по ногам.
И это я смогла.
— Отлично. Ты только колоть можешь или хлестать тоже?
Так как ответить я не могла, то просто хлестанула мишень по плечу с усилием, отчего она аж покачнулась.
— Ого! Сильно. А как насчет захвата?
Сделав шаг ближе, чтобы хватило длины, я в тот же миг стремительно обвила хвостом шею «жертвы» и сдавила.
— Фантастика! Попробуй напасть на меня. Я буду только защищаться. Давай.
Я развернулась к Глебу и посмотрела на него с сомнением. Не знаю, получилось ли передать мордой именно эту эмоцию, но он поманил меня пальцами правой руки, взяв в левую небольшой круглый щит размером чуть больше блюда под пирожки.
— Давай-давай, не бойся. У меня ловкость — восьмерка. Увернусь. Давай, Майя. К бою!
Ну, если ты настаиваешь…
На самом деле мне и самой было интересно, смогу ли я сделать хоть что-то против действительно сильного и опытного противника. Сначала я, естественно, примерилась аккуратно. Хлестанула справа. Слева… Затем по бедрам.
Глеб каждый раз успевал подставить щит, так что слышался лишь звонкий щелчок, а я ещё старательно анализировала собственные ощущения. Больно не было. Что ж…
Немного ускорившись, я задумала одну интересную комбинацию и сначала замахнулась самым кончиком хвоста выше корпуса, метя в лицо, чтобы Глеб поднял щит и тем самым сам себе перекрыл обзор, а потом стремительно метнула хвост в ноги, сумев обхватить им мужчину за щиколотку, и резко дернула на себя.
И-и-и… Черт!
Чего я не ожидала, так это того, что он окажется сильнее и у меня просто не получится его опрокинуть, воспользовавшись фактором внезапности, ну а потом он уже и сам встал удобнее, так что, как ни дергала — смысла в этом не было.
Зараза!
А вот Глеб стоял довольный.
— Неплохо. Мыслишь нешаблонно, с долей коварства. Это хорошо. Но ещё не умеешь рассчитывать силы. Это не плохо, но… есть с чем поработать. Но давай всё-таки сделаем упор на копьё. Или меч?
Подумав, отрицательно качнула головой. Нет, меч точно не моё. Меч предполагает слишком ближний бой. Не хочу.
Вместе мы дошли до стойки с тренировочным оружием и Глеб сам подобрал мне даже не копьё, а шест, и первым делом начал показывать, как его правильно держать, чтобы враг банально не выбил его из рук. И рада бы делать всё правильно, но он не учитывал то, что у меня были длинные острые когти и я банально не могла сжать пальцы в кулаки — тогда бы когти пропороли мне ладони.
Специально показала ему, чтобы понял мою проблему, и Глеб поморщился, признавая:
— Нда, стандарт к тебе не применим даже в этом. Досадно… Ладно, хватай, как удобно тебе. Будем разучивать базовые движения.
И весь следующий час, а затем и второй я под его чутким руководством крутила этот чертов шест сначала правой рукой, потом левой, под конец обеими… Господи, дай мне сил не сдохнуть уже сегодня!
В общем, не знаю, как выдерживают такие нагрузки окружающие, но под конец тренировки у меня просто отваливались руки и неприятно дрожали пальцы, словно у алкаша. Ноги тоже устали, ведь Глеб заставлял меня двигаться, не позволяя стоять на месте. Мол, движение — жизнь, все дела. И неподвижная цель — мёртвая цель.
У-у, изверг!
В итоге когда он произнёс долгожданное:
— На сегодня закончили.
Я даже не пыталась скрыть своего облегчения, сев прямо там, где стояла, а потом и вовсе легла. И вроде вагоны не разгружала, да и в принципе не дохлячка, но за эти три часа (а по ощущениям все десять!), он выжал из меня все соки.
— Эй, ну что такое? — присев рядом со мной, этот изверг лишь самодовольно ухмылялся. — Майя, не притворяйся. Я дал тебе минимальную нагрузку для новичков. Ты же уже не первого уровня малёк. И сила прокачана, и ловкость с выносливостью. Давай, подъём. Давай. Или понести?
Хмыкнув, из вредности протянула ему не просто руку, а обе, как ребенок, всем своим видом давая понять, что хочу на ручки. И пусть несёт! Никто за язык не тянул!
— Ну ты нахалка, — цокнул мужчина, хохотнув. — Ладно, только сегодня. Иди сюда…
Невероятно ловко и пугающе легко меня подхватили под спину и колени и под свист каких-то шутников понесли в сторону дома Архангела. При этом сам Глеб на свист внимания не обратил, а вот мне стало почему-то неприятно. Я же в шутку согласилась… Они же не думают, что мы… Это самое?
Да я первая у виска покручу! Это каким извращенцем нужно быть, чтобы хотеть со мной встречаться?
Или не встречаться…
Почему-то вдруг подумалось, что раз мужчин тут в четыре с лишним раза больше, чем женщин, то им и отношения-то не особо нужны. А вот секс…
С подозрением покосилась на Глеба, который шел спокойно и даже отчасти сосредоточенно, явно задумавшись о своём, но взгляд мой заметил сразу, и с усмешкой спросил:
— Что такое?
И на какой ответ он сейчас рассчитывает?
— Сейчас поешь побольше, затем прими ванну и постарайся растереть мышцы, чтобы улучшить кровоснабжение. И вечером повтори, иначе уже завтра начнет всё болеть, а послезавтра вообще не встанешь. Знаешь, была бы ты кожаная, я бы предложил сделать массаж, но твоя броня… Не представляю, как её разминать. И не знаю, будет ли смысл. В общем, постарайся сама. После обеда пойдем к плотникам. Иваныча я уже предупредил, он не против. Сейчас особо заказов нет, так что будешь просто учиться основам, там тоже не всё так просто. С гвоздями напряженка, как что нужно ещё уметь правильно соединять детали в пазы, чтобы ничего не разваливалось. Это тоже целая наука. Ну или если больше понравится работать с мелкими деталями, можешь заняться игрушками. У нас сейчас их только Макар Тимофеевич делает, но он уже в годах. В общем, смотри сама. Заставлять никто не будет, главное, чтобы тебе самой это было интересно. Понимаешь?
Я с умным видом кивнула, ну а потом мы дошли до дома и Глеб первым делом донес меня до спальни, ведь сначала стоило помыться и переодеться, и только потом идти завтракать.
— Ну всё, приходи в себя, отдыхай. Зайду ближе к двум.
Не задерживаясь, мужчина ушел, ну а я, испытывая просто нестерпимое желание лечь и ничего не делать, всё-таки нашла в себе силы на то, чтобы прихватить полотенце с платьем, и отправилась ополаскиваться.
И снова я отметила, что вода в бочке приятно теплая, разделась донага, ополоснулась из ковшика и надела лишь платье. Поудачнее переплела косу, ручками прополоскала рубашку от пыли и пота, не став ради этого напрягать Анну, ну а штаны и вовсе пока стирать не стала. Не такие уж они и грязные, ещё на пару тренировок хватит.
Вернувшись в комнату, повесила штаны просто на спинку стула, а рубашку отправила сушиться на приоткрытую дверцу шкафа. Покосилась на волосы в углу… И решила, что уборка подождет. Водные процедуры пробудили во мне просто зверский голод и я поспешила вниз — завтракать.
На кухне всё было чудесно! Стол к завтраку накрыт, Арха не видно, а Анна сидела у окна и вязала. Увидев меня, женщина улыбнулась.
— Проходи, милая, завтракай. Всё, как ты любишь, мяска побольше. И пирожки с рыбкой, только вчера мужчины с роскошным уловом вернулись. И Евгеньич с утра уже доску с мелками принес, так что если чего интересно — спрашивай.
Благодарно кивнув, я села за стол и мне пришлось приложить немало серьёзных усилий, чтобы есть спокойно, а не мести всё, что видят глаза и куда дотягиваются руки.
Ну и, кто бы сомневался, я снова объелась!
К счастью, не сильно, встать из-за стола смогла, но потом на слабых ногах сумела лишь дойти до своей кровати, завалилась на неё и блаженно простонала. О, да-а… Есть в жизни счастье! Есть!
После такого сытного завтрака и серьезных нагрузок на площадке я даже подремала, причём точно не меньше пары часов, а проснулась от того, что на краю кровати сидел Архангел и подозрительно меня рассматривал. Моментально напряглась, замерев под его белым, немигающим взглядом. Отстраненно порадовалась, что прилегла в платье, и мысленно попыталась передать ему всё своё возмущение и один-единственный вопрос: «что⁈».
— Извини. — Его тон прозвучал ровно, но вместе с тем мне показалось, что он немного смущен. Но едва ли на процент. — Мне нравится на тебя смотреть. Согласен, неприлично. Не думал, что проснешься. Как дела?
Э-э… Он серьезно⁈
Выражение «смотреть во все глаза» сейчас не казалось мне странным. Я действительно выпучилась на него всеми глазами и как никогда прежде не могла найти слов.
Но потом нашла.
«Извращенец!!!»
Думаю, я транслировала это слово достаточно громко и отчетливо, отчего он поморщился и даже потер пальцами висок.
— Нет. Не согласен. Хотя понимаю твои эмоции. Со стороны это выглядит… странно. Но только если не знать суть химер. Помнишь, я просил тебя обратиться с вопросами по поводу отношений к Ольге? Она очень хорошо в этом разбирается. Видишь ли, мы… в этом плане отличаемся от людей. Не скажу, что глобально, но всё же отличия есть и одно из них довольно существенно влияет на выбор партнера. Пары. Это своего рода биохимия. Как между животными одного вида.
Он шумно выдохнул, словно эти слова и формулировки давались ему тяжело, затем коснулся моей руки и слегка сжал ладонь, попутно погладив большим пальцем.
— Ты знаешь, как ученые описывают любовь и влюбленность? Как набор гормонов. У химер в этом плане всё сложнее и глубже. Мы инстинктивно чувствуем оптимальную… пару. Кто-то угадывает её в движениях, кто-то по голосу, кто-то по запаху. В целом принцип влюбленности мало отличается от человеческого, если подумать. Просто у нас это немного более… гипертрофировано. Не нужны недели и месяцы, чтобы присмотреться. Это понятно буквально с первого дня. Я… — он прикрыл свои пугающие белые глаза веками и чуть усмехнулся, — в своём роде ничуть не менее мутант, чем ты. Только это отразилось прежде всего не снаружи, а внутри. В энергиях. То, что местные называют магией. И мне… — он снова тяжело вздохнул, — до сих пор не удавалось найти… пару.
Он снова погладил мою руку большим пальцем и я отчетливо поняла, что это уже не намек. Это прямое заявление.
Я для него пара.
Бред какой…
Нет, я не могу воспринимать это серьезно! Не могу! Просто не могу! В конце концов, ему уже… Сколько там ему уже лет? Дохреналион!
Да он мне в деды годится!
Не знаю, что услышал из моих сумбурных и откровенно шокированных мыслей Архангел, но вдруг помрачнел, убрал руку и встал.
— Я не буду принуждать. Просто хотел, чтобы бы знала. Если тебе интересна эта тема, поговори с Ольгой, она объяснит более… подробно. Анна уже накрывает обед, присоединяйся.
С этими словами он вышел, а вот я не торопилась вставать. Меня так качественно пришибло его откровениями, что минут десять я просто бездумно пялилась в потолок, пытаясь понять, что делать дальше.
Ну, как бы… Мне, наверное, лестно, да?
Или нет?
Не пойму.
Наверное, мне всё-таки… страшно.
А почему мне страшно?
Попыталась разложить по полочкам всё, что услышала от него сейчас, и в итоге сумела кое-как сформулировать главное: я ему не верю.
Но с другой стороны, зачем ему мне лгать? Чтобы что? Затащить в койку? Пф! Вот на что угодно готова спорить, что с его внешностью у него нет проблем с желающими. Хотя бы одна женщина в этом посёлке, но точно не будет прочь с ним… это самое. Переспать, да.
Или тут всё так плохо с женщинами? На каком уровне тут вообще мораль? Все со всеми или только после свадьбы?
Определенно мне нужно поговорить с Ольгой!
И ведь, если подумать, то я не могу его ни в чём уличить. Особенно в извращенстве. Он тупо меня не видит! И если для него главным фактором привлекательности является яркость свечения «души» (ну или что там у всех нас светится?), то он сам сказал, что у меня чуть ли не тройное свечение.
И нет, я не отрицаю того, что любовь — это гормоны. Что любовь — это когда нравится голос, касания, запах. Это нормально. Это… стандарт.
Но вот так сходу и между нами?
Бред какой-то…
Полежав ещё немного и чувствуя, что здравые мысли сменяются новыми опасениями и осознанием, что для меня это неприемлемо, потому что я сама считаю себя чудовищем и для меня это просто гигантский стоп-сигнал, в итоге села, мотнула головой и приказала себе не думать. Просто не думать.
Он не будет принуждать. Сам сказал. Просто хотел, чтобы я знала.
Вот на этом и остановимся. Я знаю.
Пока даже этого для меня будет многовато.
А дальше… Дальше будет видно. Вдруг я действительно со временем научусь контролировать свои мутации? Вдруг?
Тогда и поговорим! Обстоятельно и как взрослые люди!
То есть химеры, да. Химеры.
Глубоко вдохнув и шумно выдохнув, я заставила себя не думать об этом, как о трагедии века. Ну да, нравлюсь мужику. Бывает. Это даже как бы… лестно.
Наверное.
Коротко хмыкнув, качнула головой. Нет, не получается об этом думать именно так. Сейчас для меня это просто дико.
Как бы ещё перестать об этом думать?
О, котлетки!
К счастью, стол был снова накрыт невероятно обильно и я нашла на нём не только котлетки, за которые была готова продать Анне не только душу, но и всё остальное, включая рога и когти, так что обед удался. Тем более Архангел вёл себя привычно невозмутимо и ни на что такое больше не намекал.
Вот и молодец.
После обеда за мной зашел Глеб и мы отправились к плотникам, где следующие четыре часа я постигала непростую науку работы с деревом. Удивительное дело, но я как-то сразу всё понимала с первого раза. Более того, я «чувствовала» древесину. Степень просушки, сучки, микротрещины и даже наличие следов присутствия короеда. Наверное, это из-за того, что во мне есть генный код лианы. Ну или просто я вся из себя такая молодец!
Помимо прочего мне невероятно понравилось изучать варианты креплений, была в этом какая-то своя завораживающая магия — способность соединять деревянные чурбачки между собой без единого гвоздя.
Сам Валерий Иванович, старший плотник посёлка, тоже был приятным в общении мужчиной. Немного ворчливым, но по-доброму, без издевки. Быстро принял меня, как свою персональную ученицу, и охотно раскрывал нюансы и секреты плотницкого дела. Показал инструменты, рассказал, как они называются и для чего используются. Похвастался специальными резцами по дереву. С интересом проследил, как я пытаюсь вырезать узор по дереву прямо когтями… Похмыкал и подсказал пару уловок.
В общем, что я хочу сказать? Вторая половина дня мне понравилась намного больше первой!
Ну а когда ближе к вечеру за мной зашел Глеб, чтобы проводить обратно в дом Архангела, словно я была ребенком (или это был намек на конвой?), Валерий Иванович деловито ему сообщил:
— Есть чуйка у девки. При должном желании отменным плотником будет. Мне тут бабоньки давно плешь проели, что красивостей им на прялках и прочем не хватает. Если поставим руку, Майя будет им эти красивости наводить. Сашку ко мне ещё отправь, художника. Пусть завтра с самого утра нарисует мне на доске всякого разного, будем пробовать художественную резьбу.
— Сделаю, — пообещал ему Глеб, а когда мы с ним вышли на улицу, спросил уже у меня: — Самой-то хоть понравилось? Хочешь этим заниматься?
Я так активно закивала, что мужчина рассмеялся.
— Отлично. Идём. Ты, кстати, разминалась, как я говорил?
Озадачилась, не сразу сообразив, о чем он сейчас говорит.
— Разминала мышцы, чтобы завтра не болели?
И мне бы соврать, кивнув с умным видом, но я смущенно качнула головой.
— Майя, не ленись, — нахмурился Глеб. — Самой же легче будет.
Вот тут я уже предпочла кивнуть, старательно изображая паиньку, хотя не уверена, что по мне это было видно.
А когда мы пришли домой, то я очень удивилась, услышав с кухни несколько женских голосов. Даже заглянула туда сразу, не став подниматься к себе, и удивилась ещё сильнее, увидев, что за столом пьют чай не только Анна и её дочь Юля, но и Ольга.
Её я тоже узнала, ведь только утром Глеб показывал мне её на тренировке. Только сейчас женщина была одета в славный зелёный сарафан без рукавов с глубоким декольте, но под него была надета белая блуза с вышивкой, а через плечо была перекинута толстая русая коса, отчего Ольга выглядела, как какая-нибудь классическая боярышня. Невероятно стильно!
— Маюшка, привет! — весело махнула мне рукой Юляша, как всегда улыбчивая и непосредственная. — Доделала твои вещицы, занесла. Слушай, неловко спрашивать, но мама видела в твоей комнате отрезанные волосы. Они тебе нужны?
Озадачившись, отрицательно качнула головой, но не успела задать вопрос, зачем они ей, как Юля радостно всплеснула руками.
— Здорово! Слушай, ты не против, если я их заберу? Шью иногда маленьким девочкам куколки, как вдохновение находит, а волосы из ниток слишком грубые получаются. Я бы их куклам приделывала. Ты не против?
Кивнула, надеясь, что она поймет меня правильно, и Юля моментально просияла.
— Отлично! Вот и договорились. Кстати, знакомься: это Ольга. Она у нас тут за главную учительницу для малышни. Ужасно умная!
Ольга смущенно рассмеялась, всё это время внимательно меня рассматривая, а Юля широко взмахнула рукой.
— Да-да, ужасно умная! Она, кстати, тоже химера. Так что вам точно есть, что обсудить. Я пока пойду, волосы соберу. Хорошо? Мам, поможешь?
Мне, конечно, могло и показаться, но Юля явно намеренно оставила нас одних. Причём сама Ольга тоже встала из-за стола и подошла ближе, не прекращая рассматривать моё лицо, и её взгляд метался от носа к глазам, от клыков к рогам и так по кругу.
— Кхм… — кашлянула она немного неловко, — в общем, как ты уже слышала, меня зовут Ольга. Не против, что я на ты?
Я размеренно качнула головой.
— Ты совсем не можешь разговаривать?
Я попыталась произнести «совсем», но вместо этого из горла вырвалось сдавленное рычание-ворчание.
— М-м… да, досадно. — Она смущенно поморщилась и её взгляд остановился на доске с мелками, которые ждали своего часа у стены. — Ладно, будем, как в школе. Пройдем в гостиную? Там будет удобнее.
Не совсем понимая, зачем это нужно Ольге (может, её о чём-то Архангел попросил?), я проследила взглядом за тем, как она спокойно подошла к доске и прихватила её с собой, после чего гостья первой прошла в нужную ей сторону и вошла в соседнюю комнату, которая действительно оказалась гостиной.
Комната была большой, светлой. С двумя широкими диванами, стоящими буквой «Г», и парой кресел, резным чайным столиком и фигурной полкой, где стояла керамическая вазочка и какие-то фигурки, с ковром на полу и картиной на стене. С красиво подвязанными шторами. Это делало комнату невероятно уютной и одновременно слегка напрягало.
— Присаживайся, куда тебе будет удобно, — предложила мне Ольга, словно именно я тут была гостьей, а она хозяйкой. А когда я села в кресло, то поставила доску ближе ко мне, вручая мелки. Сама села на ближайший диван. — Итак, начну с главного. На момент смерти мне было двадцать девять, я погибла от бомбежки под Саратовом. До этого работала школьным психологом, — она коротко усмехнулась, — так что не удивляйся, если тебе покажется, что я тебя «лечу». Это не так, но у меня… кхм, своего рода профдеформация. К тому же тут мне дали схожую ветку развития. Но это так, для общей информации. Архангел уже рассказал мне твою предысторию и я согласна с ним, это всё очень странно и нетипично — то, что с тобой происходит. Обычно система более лояльна к новорожденным химерам и дает своего рода подсказки и поблажки, а то и полноценные задания, чтобы помочь добраться до других людей. Даже мне удалось сделать это всего за сутки и лишь раз на меня попыталась напасть свинья, но я отлупила её палкой и она отстала.
На этом Ольга чуть прикрыла глаза и рассмеялась, словно вспомнила что-то забавное.
— Хотя было довольно страшно, если подумать. Это сейчас кажется забавным приключением, а тогда у меня была часовая истерика, если не дольше. Хорошо хоть в принципе понимала суть подобных компьютерных игр, и смогла взять себя в руки. Но сейчас давай поговорим о тебе.
Женщина уставилась на меня так пристально, что мне стало неуютно.
— Архангел рассказал мне, что ты… кхм, условно бессмертна. Я никому не скажу. Это вопрос профессиональной этики. И я понимаю, какие чувства тебя могут раздирать. Особенно в свете того, как твоё тело подвергается принудительной мутации, причём… не самого приятного внешнего вида. Скажи, тебя это сильно угнетает?
Не совсем понимая… точнее совсем не понимая, зачем ей это знать, я чуть наклонила голову набок. Это принудительная психотерапия что ли? Так я не заказывала!
— Не хочешь говорить? — догадалась Ольга и я медленно кивнула. — Я понимаю. Тебе сложно довериться. Тем более мне, ведь ты совсем меня не знаешь. Но я правда хочу помочь. Ты не одна такая. С особенностями. Просто у тебя они приняли… м-м, скажем так, вид, который виден. Но поверь, внутри каждой химеры происходят самые разные и порой не всегда приятные изменения. Мы все живем с этим и как-то справляемся. Иногда не очень… — она вздохнула. — Просто знай, если тебе захочется выговориться, ты всегда можешь на меня рассчитывать.
Выговориться… Смешно.
Выразительно вздохнув, я всё же взяла в руки мел и написала:
«Я не могу выговориться. А писать — долго и не то. Не передает чувств, интонации. Бесит»
— Понимаю, — Ольга с сочувствием вздохнула. — Но хотя бы так. Я буду пробовать помочь тебе хотя бы разговорами. Архангел сказал, что ты считаешь себя монстром. Но ты ведь понимаешь, что это всё субъективно? Внешность — это всего лишь внешность. Это как пострадать при пожаре и выжить, но остаться в шрамах. Но внутри-то ты сама. Ты спокойная, внимательная. Интересная. Добрая…
Вот тут я фыркнула. Откуда ей знать, что я «добрая»?
— Я вижу, — улыбнулась Ольга, словно услышав мои мысли. — Психология — это не только про таблетки и по душам поболтать, это и мимика, и жесты. Ты отдала свои волосы Юле, а ведь могла и запретить. Мелочь, но всё равно маркер поведения и внутреннего содержания. А ещё Анна рассказывала, как ты её благодаришь за еду. Да и в целом в тебе ощущается спокойная зрелая личность. Мы, химеры, это очень остро чувствуем. Не как Архангел, у него это умение возведено в абсолют, но всё же лучше людей. А у меня тоже от ветки развития свои бонусы. В общем, что я хочу сказать?
Она уставилась на меня с загадочной улыбкой.
— Ты хорошенькая.
У меня явно очень выразительно вытянулось лицо, потому что она рассмеялась, но потом посерьезнела и кивнула.
— Правда. Я не лгу. Да, у тебя звероморфные черты лица и восемь глаз, но это… Скажем так, это как в мультике про зачарованную принцессу. Её превратили в лягушку, но даже лягушкой она хорошенькая. Смотрела мультик про Шрека?
Пришлось напрячь память, чтобы вообще понять, о чем она говорит. И я медленно кивнула.
— Вот! Он огр. Вроде бы жуткий, да? Но обаятельный. И заколдованная принцесса там тоже была. Днем — огр, а ночью — человек. Но при этом даже в виде огра её рисовали милашкой. Понимаешь? Вот и у тебя. Нет ничего отвратительного или действительно мерзкого. Это скорее… кхм, изюминка внешности.
Я выразительно прикрыла глаза ладонью и покачала головой. Нет, не верю.
— Но я серьезно! Да, сейчас ты мне не веришь, но это факт. Поверь, если бы было иначе, окружающие бы до сих пор от тебя шарахались. Но разве это так? Вспомни сама. Анна от тебя в восторге, Юляша щебечет. Глеб, — она хитро усмехнулась, — на руках носит. Чем не аргумент, м?
Ну-у-у, как бы-ы-ы… ладно. Аргумент.
Сама я об этом в таком контексте не думала.
Кстати, о Глебе!
И я, пока не передумала, быстро написала:
«Глеб женат?»
Прочитав немного корявые буквы (я почему-то разволновалась), Ольга загадочно улыбнулась.
— Нет, Глеб не женат. И даже не в любовниках. Кстати, об этом. Архангел просил меня осветить этот вопрос максимально подробно. Ты ведь уже в курсе, что тут на одну женщину как минимум четверо мужчин?
Кивнула.
— Раньше было ещё хуже. Я не знаю, почему, но девочек рождается мало. И это ты ещё учитывай, что мужчины гибнут на вылазках. Но именно благодаря Архангелу и какому-то его полумагическому прибору, который он выторговал у таурианцев, нам удается проверить пару перед тем, как они поженятся. Именно этот прибор способен показать процент совместимости в плане детей. Я не буду сейчас лезть в дебри, сама в них сильно не разбираюсь, так что просто поверь на слово: далеко не каждая женщина может родить от первого попавшегося мужчины. Возьмем для примера Машу, Сережу, Колю и Петю. Если Маша выйдет замуж за Сережу, то никогда не родит. У них нулевая совместимость. При этом оба фертильны и в парах с другими такой проблемы не будет. Всё дело в личной совместимости. Если Маша выберет Колю, то сможет рожать от него хоть каждый год, но только мальчиков. Это… не плохо. Но и не сильно хорошо. Потому что, если таких пар будет много, то через пару поколений девочки просто вымрут, как вид. А вот если Маша выберет Петю, то рождение мальчиков и девочек будет если не пятьдесят на пятьдесят, то хотя бы два к одному. Понимаешь?
Ачешуенно…
Я медленно кивнула, хотя, если бы могла, высказалась бы тысячью слов. Это действительно было слишком сложно даже просто для понимания. Но в целом не невозможно.
А ведь в жизни именно так и происходит. Просто никто не оформлял это в исследование и не подтверждал фактами.
— Вот! И у Архангела есть такой прибор, который показывает оптимальную совместимость между людьми. А теперь мы переходим к главному! Химеры сами чуют своего оптимального партнера. Причём он будет оптимален во всём. В каждой такой паре, которая создается независимо от мнения и желания остальных, прибор показывает максимально высокий результат.
Так! Стоп!
Я выставила вперёд руку и снова взялась за доску.
«В паре химер это притяжение чувствуют оба?»
— Вот знаешь, сложный вопрос, — не торопилась с чётким ответом Ольга. — Обычно, да. Но у меня очень узкий круг… кхм, подозреваемых, — она рассмеялась. — В нашем посёлке всего сорок три химеры, из них дюжина уже рождённые здесь. И только половина нашли свою пару, причём преимущественно среди людей. Девушек химер всего пятеро, ты шестая. Причём ни я, ни Валя свою пару ещё не встретили. — Она поморщилась и со вздохом пожала плечами. — К счастью, отчаиваться рано. Если мои догадки верны, то срок жизни химер раза в три дольше, чем у людей. Так что ещё лет пятьдесят можно не отчаиваться. Но и так, — она иронично хмыкнула, — у меня есть любовник. Это Павел, ты знаешь его. Это не любовь, скорее тёплая привязанность, причём мы понимаем это оба, но обоих это устраивает. Одной, знаешь, в принципе тяжело.
Я кивнула, невольно вспомнив своего бывшего и следующие ужасные недели не жизни, а существования. Да уж, одной тяжело, особенно когда не ждешь от, казалось бы, близкого человека настолько вероломного предательства…
— Кстати, о любовниках! — Ольга выставила палец вверх, привлекая к нему моё внимание. — Тут это норма. Не скажу, что всеми желаемая, всё-таки ревность никто не отменял, но местные воспитаны с этим понятием и для них это не так шокирующе, как для нас. Причём любовник тут скорее идет в контексте второго мужа с ограниченными правами по части рождения общих детей. Но бывают и исключения, тут всё строго индивидуально. В общем, всё сложно, но можно. Но опять же, я много общалась с мужчинами-химерами и вот что тебе скажу — они такое не потерпят. Мы все дети своей эпохи и для нас это дикость. Просто перестроить психику и воспитание по щелчку пальцев невозможно. Так что, если ты приглядишь себе мужа среди химер, имей в виду: любовника он не потерпит. Но если вдруг ты влюбишься в человека, то знай, он не будет против, если ты однажды сообщишь ему, что завела себе любовника. Понятно?
Медленно кивнула, потому что ответить на это мне было нечего. И впрямь шокирующая информация… Но, наверное, всё логично, да? Пусть лучше будет любовник, чем неудовлетворенный маньяк-насильник.
Да уж… такое переваривать и переваривать!
— В общем, как-то так, — через пару минут улыбнулась Ольга, видимо, решив, что я достаточно осмыслила всё, что она уже рассказала. — Если захочешь поболтать, приходи в гости, буду рада. Я живу на соседней улице, дом под номером четыре-девять, табличку очень хорошо видно. Живем с Пашей, нам так удобнее. Я с десяти утра и где-то до трех обычно в школе, потом дома. У тебя сейчас есть ко мне вопросы?
Немного подумав, причём пришлось серьезно напрячься, кивнула и написала:
«Тут есть противозачаточные? А если я не хочу мужа, но хочу любовника, мне надо спрашивать разрешения? Дома тут полагаются только парам или я могу рассчитывать на дом? Как это происходит?»
— Так, — усмехнулась Ольга. — Давай по порядку. Противозачаточные тут в виде травяных настоек для мужчин. Только так. Причам скажу сразу, они тут в этом плане невероятно ответственные. Пока сама официально не заявишь, что хочешь замуж и ребенка, никто принуждать не будет. Женщин тут берегут. Не сказала бы, что преклоняются и боготворят, но заботятся. Нас мало, мы, так сказать, ценный ресурс. И лишний раз подвергать нас стрессу никто не вправе, это почти закон. Рожать тут рекомендуется не чаще одного раза в три года. Архангел следит за этим лично. При мне осечек не было, но раньше бывало всякое и, поверь, далеко не всегда выживали и дети, и матери. Так что местные на него практически молятся. Разрешения на любовника спрашивать не надо, это только твоё дело. Но с замужеством уже сложнее — пара должна получить официальное одобрение и разрешение у Арха. Опять же только после тестирования на приборе совместимости. Понятно, что сердцу не прикажешь и всё такое, но лучше сразу знать, что там будет по части детей, чем разочароваться в дальнейшем. Согласись.
Я с умным видом кивнула.
— Да, дома тут полагаются либо парам, либо ценным специалистам. Мне почти сразу дали, как узнали, что я учитель, — она усмехнулась. — Но первый месяц жила тут, пока Арх меня в чувство приводил и рассказывал, что и как. Он вообще классный мужик. Хотя и с прибабахом немного. Но кто из нас без него? Мужчины, если долго не могут найти пару, живут или в общей казарме, или при мастерских, там тоже есть общие дома. Кто-то получает отдельный, но только если ему это реально надо. Но мало кто так выбирает. Обычно в пустой дом заезжают молодожены, причём перед этим всем посёлком помогаем привести его в порядок. Сейчас пустует порядка тридцати домов. Они на своего рода консервации. Так что, если очень хочется, то можешь подать заявку, но я, если честно, не рекомендую. Свой дом — это реально морока. Причём учитывая местный климат, то тут хотя бы топить его по ночам не надо. Были б зимы, я бы точно чокнулась. Мне ещё повезло, что Пашка рукастый и никогда не отказывает, если о чем прошу. Да и мастера местные тоже никогда не против помочь. Я тут уважаемая дама, — она легкомысленно рассмеялась. — Родители учеников то и дело подкармливают, приходится на тренировки ходить, чтобы жирком не зарасти. Так что… Живи тут, это реально удобнее. Или тебе неуютно?
Я неопределенно дернула плечом, пока не рискнув сообщать Ольге об интересе Архангела. Не та эта тема, о которой я хочу общаться с психологом. Хотя…
«Почему Архангела так зовут? Это слишком странно.»
— О, я не знаю, — развела руками Ольга. — Никто не знает, как звали его раньше. Мне он тоже не открылся. Мне кажется, это что-то глубоко личное. Из тех времен, когда его исследовали в лаборатории таурианцев. Суть не знает никто, но все знают, что он там был. И его волосы и глаза, как и уникальные способности — это всё произошло там. Я зову его Арх и он не против. Тебя это… задевает? Ты верующая?
Я? Хах!
Из моего горла вырвался лающий бульк, но я всё равно написала:
«Нет. Я атеистка. Особенно в свете происходящего. Просто это слишком странно. Похоже на манию величия».
И замерла, ожидая, что на это скажет Ольга.
— Ну, знаешь… — она подозрительно облизнула губы, — может быть. Да, похоже. Но поверь, кем бы он сам себя ни считал, посёлок видит от него только хорошее. Даже если он объявит себя вторым Наполеоном, Цезарем или Мессией, его суть не изменится. Он действительно невероятно грамотный управленец и желает людям добра.
Людям, да…
Вздохнув, я не рискнула развивать тему, предпочтя написать:
«Спасибо за разговор. С тобой приятно общаться. Скажи, а если я захочу заняться рукоделием, чтобы не скучать по вечерам, где можно купить всё необходимое?»
— Купить? — Ольга странно рассмеялась. — О, нет, дорогая. Тут сейчас в принципе нет такого слова «купить». Как и денег. Бумажные банкноты обнулились в первый же год новой эпохи. Драгоценные металлы изъяли таурианцы. Наш максимум — это железо и по мелочи медь-олово, да алюминий. Но тратить его на монеты — кощунство. У нас сейчас полностью натуральное хозяйство и план. Каждому жителю посёлка, кто работает, полагается бытовой минимум, за этим строго следит Архангел. Если хочется чего-то уникального — делай сам. Если хочется вязать или вышивать, то нужно подойти к старшей мастерице и она выделит пряжи, тканей, ниток и прочего. В зависимости от того, что ты вообще хочешь. Ты вообще умеешь это делать или сначала учиться надо?
«В школе научили. Я всё помню. Хотела вышить узор на платье и связать что-нибудь. Тут бывает холодно? Шарфы, шапки нужны?»
— О, нет. Так сильно холодно не бывает. Давай так… — она задумалась. — Я подойду завтра так же перед ужином и покажу, что у меня есть из вязаных вещей. Сама глянешь. Заодно принесу тебе всё для рукоделия. Договорились?
Я интенсивно закивала и Ольга по доброму улыбнулась.
— Вот и хорошо. Знаешь, я рада, что ты добралась до нас. Ты славная. Искренне надеюсь, что Арх решит твою проблему. Но даже так, знай, ты хорошенькая. И у тебя всё обязательно будет хорошо. Я уверена.
Подмигнув напоследок, Ольга попрощалась и ушла, ну а я, подхватив доску с мелками, вернулась на кухню, где Анна уже накрывала на стол. Арх ещё не подошел, так что можно было немного выдохнуть и просто присесть на стульчик, наблюдая за ловкими действиями Анны.
А ведь она действительно очень быстро перестала меня бояться…
Может я действительно не ужас-ужас, а просто… фурри?
Или как там в интернете называли звероподобных мультяшных девочек?
Как бы то ни было, Анна снова мне улыбнулась, расставляя на столе самые разные блюда, причём мясные — поближе ко мне, а всего минут через пять к нам присоединился и Архангел. Привычно отстранённый и невозмутимый.
— Добрый вечер. Майя, после ужина приглашаю в кабинет. Хочу послушать, как прошел твой день. Надеюсь, ты не против? Не сильно устала?
Задумалась, какого ответа он от меня сейчас ждет, и в итоге постаралась мысленно передать ему слово «договорились». Судя по удовлетворенному кивку, он меня понял, а вот я задумалась. Как хорошо он вообще меня понимает?
А остальных?
Он в принципе способен читать мысли и желания или нужно прям сильно о чём-то концентрированно думать, чтобы он уловил суть?
И ответит ли он мне честно на этот вопрос, если я его задам? Потому что, если бы я могла читать чужие мысли, я бы ни за что не призналась.
В итоге лично для меня ужин прошел немного напряженно. Я всё никак не могла отделаться от мыслей, что Арх читает меня, как раскрытую книгу. А с другой стороны, что в этом плохого? Я не правительственный шпион. У меня нет ни одной тайны за пазухой.
Так почему мне страшно?
Это был совершенно иррациональный страх и я понимала это, но при этом не могла отделаться от мысли, что таким образом мужчина может выяснить обо мне что-то постыдное. Заглянуть внутрь меня. В то личное, что доступно только мне. Туда, где хранятся страхи, мечты и даже глупости, которые порой не хочется вспоминать, но они сами настырно лезут в мысли и заполняют собой голову так плотно, что не отделаться.
Например, во втором классе я украла у подружки ластик. Глупейший поступок, но он был таким красивым и приятно пах, что я… его украла. И не призналась. Подружка плакала. Мне было стыдно, но я его так и не вернула.
В пятом классе мне дико нравился мальчик из класса. Я написала ему об этом записку, а он нашел и высмеял меня перед всем классом. Мне было так стыдно, что я проревела весь вечер, а потом проболела всю неделю. Отказывалась идти в школу, но мама заставила. К счастью, уже через месяц родители мальчика переехали в другой район и его перевели в другую школу, а остальные словно и вовсе не обратили на этот эпизод особого внимания. Словно и не было ничего. Тем не менее меня это дико угнетало вплоть до выпускного.
Своего рода детская психотравма. Это сейчас я её осознаю, тогда же это казалось мне концом света.
На первом курсе в институте у нас была философия. Скучнейший предмет. Мы коротали его, как могли. Я рисовала в тетрадке шарж на преподавателя. Глупейший и довольно неприятный. Не заметила, как он начал ходить по рядам, и когда над головой раздалось: «а что это тут у нас?», и моя тетрадь оказалась в руках преподавателя, я думала, что провалюсь от стыда в подвал.
Обошлось. Препод оказался в целом понимающим дядькой и лишь хмыкнул, отправившись дальше, но ещё долго я не могла даже просто смотреть в сторону кафедры. Мне было стыдно.
И таких эпизодов в моей не такой уж и долгой жизни хватало. Казалось бы, мелочи, но в моменте они были ужасны.
Что из этого сможет против моей воли извлечь из моей памяти Арх, пока я даже не знаю об этом?
Как бы то ни было, поужинали мы хорошо и очень вкусно, к чаю Анна подала плюшки с повидлом, ну а потом мы с Архангелом отправились в его кабинет. Причём я шла… И нагло думала про себя одну бессовестную мысль.
Если он в меня влюбился (ну, допустим!), то я могу потребовать у него что-нибудь особенное? Нет, не ухаживаний и подарков. Да и что он тут мне может подарить из того, чего у меня нет? Ни украшений, ни телефонов, ни, прости господи, автомобилей в этой реальности нет.
Меня интересуют ответы!
Ответы на очень личные вопросы!
Например, как его зовут и почему он именно Архангел? Скажет он это мне, своей (тьфу-тьфу, блин!) любимой женщине?
— Ты светишься ехидством и корыстью, — вдруг заявил Арх, закрывая за собой дверь, когда я, войдя в кабинет, поспешила к столу за планшетом. — Причём слишком ярко и… с любопытным оттенком смущения. Очень интересно послушать твои мысли вслух. Напиши.
Черт!
Тут же уровень неловкости пробил потолок и я сначала просто замерла на месте, потом мысленно чертыхнулась, схватила планшет, лежащий на краю стола, и поспешила на диван, забравшись на него с ногами и сердито нахохлившись. Паранойя пошла на новый виток, но я не спешила набирать ответ, глядя на мужчину, как на личного врага.
— Я тебя обидел своими словами? — он прошел за стол и со всем комфортом устроился в кресле, глянув на меня своими полностью белыми глазами. — Почему? Почему ты… так странно на меня реагируешь? Тебя кидает из крайности в крайность. И вроде бы интересно наблюдать и анализировать, но настораживает. Напиши, я хочу понять.
И я написала.
«Как тебя зовут?»
— Майя… — он поморщился. — Ну в самом деле, к чему эта глупая настойчивость? Я уже сказал. Меня зовут Архангел. Если не нравится, зови Арх.
«Это ложь».
— Нет, девочка, — хмыкнул, подозрительно кривя губы. — Это новая реальность. При рождении человеку дают имя. Я дал его себе сам. Ты тоже можешь назваться хоть кем. Хоть Афродитой, хоть Императрицей. Это твоё право — иметь имя, которое тебе нравится. Которое хочется именно тебе.
«Ладно. Допустим. Почему именно Архангел? Объясни. Я хочу знать»
— Хочешь знать для чего? — он слегка прищурился, словно рассматривая меня. А потом по его губам скользнула мимолетная, но почему-то испугавшая меня улыбка жутковатого предвкушения. — Чтобы узнать меня ближе?
И тут мне подумалось… что нет. Не хочу.
Он меня пугал. Вот прямо сейчас реально пугал. Словно человеческого в нём не было ни процента. А что было, так это… Цель?
Минут пять я молчала, просто изучая его. Арх не торопил. Смотрел с обманчиво расслабленным прищуром, чуть улыбался. Его правая рука лежала на столе, и я могла рассмотреть широкую ладонь и длинные музыкальные пальцы с аккуратно обработанными ногтями.
Пальцы хирурга или убийцы…
Какой там, говорите, у него уровень? Сорок… третий? Не путаю?
Это скольких тварей он в своё время завалил, чтобы получить этот нереальный для меня уровень?
И я, поймав пугающую мысль за хвост, решила прояснить один довольно скользкий момент.
«За убийство людей или химер дают опыт?»
— Внезапно, — хмыкнул белоглазый. — Только что говорили про моё имя и вдруг такое. Хочешь меня убить?
Я аж растерялась. Ну, как бы… Да, наверное, со стороны логики не видно. Все мои переживания глубоко внутри меня и озвучен лишь их результат.
«Нет. Просто ответь».
— Дают, — хмыкнул, чуть скривив губы. — Да, убивал. Пришлось. Нет, я не был инициатором драки. Защищался. Дают мало, кстати. Нет смысла. Но вернемся к нашим баранам, Майя. Точнее… — он взял паузу, посмотрев словно сквозь меня, а потом, как мне показалось, сказал совсем не то, что планировал изначально. — В прошлой жизни меня звали Михаил. Мне не нравится это имя. Есть причины. Я был… скажем так, не совсем законопослушным человеком. Бандитом, если тебе угодно. Родился в Архангельске, жил в Москве. Архангелом меня назвали, когда я начал выстраивать свою преступную империю в соответствии со своими принципами. Да, они у меня были. Я был против убийств и насилия. Особенно в отношении женщин и детей. Меня боялись и уважали… — он хмыкнул с долей неприязни, — отчасти в том числе и за это. Я удовлетворил твоё любопытство, Майя?
Замерев, я смотрела на человека, который только что признался мне в своём тёмном прошлом, и не знала, что сказать. Как вообще можно отреагировать на такое?
Просто кивнуть?
В мыслях воцарился откровенный сумбур и я, не зная, что сказать ещё, решила сделать вид, что всё отлично. Просто, блин, замечательно!
«Мне сейчас неловко. Я не знаю, что чувствую. Ты хотел узнать, как прошел день. Продуктивно. На тренировке было интересно, но тяжело. В мастерской было невероятно интересно. Мне нравится работать с деревом. Я чувствую его. Не могу объяснить. В моих руках оно „говорит“. Валерий Иванович очень хороший человек, всё доступно объясняет, мне нравится. Виделась с Ольгой. Поговорили с ней. Было очень познавательно. Есть о чем подумать. Скажи, я могу свободно ходить по посёлку одна?»
Внимательно меня выслушав, Арх медленно кивнул, причём я не совсем поняла, что это сейчас такое было. Разрешение или просто жест, дающий понять, что он меня услышал? Сам мужчина молчал, продолжая меня изучать на этот раз с совершенно нечитаемым лицом, но только я начала набирать на планшете решительное: «я пойду отдыхать», как он привлек моё внимание, небрежно взмахнув рукой.
— Хорошо. Вижу, ты не в настроении сейчас общаться. Хочу, чтобы ты знала: я не буду давить и принуждать. Для меня это принципиально. Хочу, чтобы ты понимала: я тебе не враг. Я не маньяк, не насильник и не извращенец. Да, не такой, как окружающие. Но мы все тут, — хмыкнул, — в чём-то не такие. Кто-то больше, кто-то меньше. У кого-то это видно снаружи, а у кого-то лишь внутри. Просто… — он тяжело вздохнул, внезапно став похожим на самого обычного, но очень сильно задолбавшегося человека, — знаешь, очень трудно сдерживаться рядом с тем, кто нравится. Надеюсь, когда-нибудь ты меня поймешь. Иди, отдыхай. Увидимся завтра.
Наверное, будь я умнее или… как правильнее сказать? Расчетливее? Да, наверное…
В общем, будь я умнее и расчетливее, обязательно воспользовалась бы моментом, ведь прекрасно видела, как он сейчас уязвим. Знала. Чувствовала.
Но вместе этого я поспешила подняться с дивана, положила планшет ему на стол и быстрым шагом вышла из кабинета. Мне надо было побыть одной.
Хмуро проследив за побегом Майи из кабинета, дождался, когда за ней закроется дверь и только после этого шумно выдохнул. Почти с рычанием.
Дьявол!
Как ему в этот момент хотелось поступить иначе! Схватить, скрутить… Заставить! Подчинить!!!
Но нет. Нельзя. Чёртовы принципы… Чёртова способность предвидения, предчувствия и прочая омерзительная дрянь! Чёртова грёбаная система!
Чёртов новый мир с его чёртовыми хозяевами!
Чувствуя, что гнев не гаснет, а лишь разгорается, причём как никогда ярко и стремительно, поспешил из дома прочь. Не стоит окружающим видеть его в гневе. И так через одного боятся…
— Открывай! — рыкнул дежурному на воротах и, дождавшись полуметровой щели, выскочил прочь.
Без экипировки. Без оружия. Без чёткой цели.
Но если кто думал, что за пределами забора ему грозит опасность, то этот кто-то очень сильно ошибался…
Самой хищной и безжалостной тварью этого региона был он.
И весь вечер и всю ночь из джунглей доносились крайне подозрительные хрипы раз за разом подыхающих тварей, оказавшихся настолько глупыми, что попались ему на пути…
Стоп. А это что?
На востоке только-только занималась заря, когда он ощутил вдруг странную вибрацию недр, как будто по залегающим на глубине проводам промчались килотонны энергии. Такое уже было… Но лишь в видениях.
Замерев, чтобы отследить направление, уже через пять минут сорвался на бег, а через двадцать уверенно входил в одно из гнёзд на северо-востоке от посёлка.
Второй этаж. Третий зал. Гигантский цветок и уже очнувшаяся особь. Женская.
Хм-м, с оч-чень приятным свечением и запахом… Любопытно.
Не торопясь проникать внутрь, дождался, когда хаос мыслей новорожденной химеры сменится ужасом, ужас сменится растерянностью с легким привкусом любопытства, и только после этого одним небрежным жестом разодрал лианы, перекрывающие вход.
— Привет, — произнёс небрежно, попутно сдергивая с себя рубашку и перекидывая её сжавшейся в испуганный комок девушке. — Я Арх. Местный охотник. Одевайся, провожу к людям. Оставаться тут опасно. Как тебя зовут?
— Вивиан, — прозвучал ответ уже совершенно спокойным голосом с отчетливо игривыми нотками. — Но ты, красавчик, можешь звать меня Вив. Слушай, вопрос на миллион, какого хрена у меня перед глазами буквы? Ни хера не вдупляю!
И всё бы ничего, голос у девушки бы в целом приятным, но уже с намёком на те самые стервозно-истеричные нотки, которые выдавали в ней истинный сучий характер. И как-то уже запах пожиже стал, и свечение тусклее…
И надо ли оно ему вообще?
Почему ему сейчас вообще кажется, что это очередная подстава от «хозяев»?
Или не кажется?
Покинув кабинет Арха, сначала я инстинктивно ушла в свою комнату наверх, спрятавшись от мужчины и его пронзительного взгляда за ещё одной дверью, но особого облегчения это не принесло. Естественно, я понимала, что все его слова и якобы хорошее отношение — всего лишь слова. Он тут царь и бог. И по хорошему мне бы его не злить…
Но я же не злю, правда? Я просто растеряна!
Мне нужно время. Мне нужно понимание, что я действительно в безопасности. Что я личность. Что могу выбирать!
Что могу вернуть себе хотя бы лицо…
Сев на кровать, я сдвинула в сторону вещи, которые принесла Юля, а потом рухнула на подушку боком. Мыслей не было. Никаких. Своими откровениями Арх в очередной раз выбил почву у меня из-под ног и я пребывала в прострации.
Что делать? Как реагировать?
Позволить ему себя трогать? Ухаживать? Или… как? Как он вообще себе представляет нашу совместную жизнь? Потому что я её себе не представляю совершенно!
Да, загоняюсь. Имею полное право. Я рогатая страховидла! В конце концов, у меня душевная психотравма после десяти смертей!
Ну и не будем забывать о предательстве бывшего…
Протяжно вздохнув, поморщилась, когда изо рта вырвался откровенно собачий скулеж. Вот-вот. Откровенно собачий!
И вообще, почему он решил, что я — та самая? Я вот в его отношении не чувствую особой неземной любви. Да, красивый мужик. Харизматичный. Властный. Всегда было приятно на таких посмотреть. Но издалека. Парой альфа-самца я себя никогда не представляла.
И нате. Кушайте, не обляпайтесь.
Но прав ли он, зацикливаясь на мне? Или просто настолько наскучило одному, что вцепился в первую попавшуюся, кто показался подходящим?
Мысль мне не понравилась, но я всегда считала себя трезво мыслящей особой. Зачем верить в единорогов и принцев, если точно известно, что их не существует? Лучше уж зазаемлиться заранее, чтобы потом не было мучительно больно.
Хотя… Наверное, мне всё-таки приятно. Чисто по женски. Льстит самолюбию. Очень льстит…
В итоге я повалялась ещё немного, а потом и сама не заметила, как крепко уснула, устав за этот непростой день сильнее, чем казалось.
Утром к моему удивлению меня пришла будить Анна.
И вроде бы радоваться надо, что Арх не навязывается, но я ощутила совершенно иррациональную обиду. То есть вот так, да? А мог бы и прийти!
Да, я бы сто процентов чувствовала бы себя неловко и может быть даже разозлилась, но зато бы точно знала, что он во мне нуждается. Всегда приятно знать, что кто-то в тебе нуждается!
А так что получается? Нет?
Наверное, с такими мыслями мне стоило посетить психиатра, но вместо этого я предпочла умыться и одеться, а внизу меня уже ждал Глеб. Совершенно не к месту вспомнилось, что вчера я так и не разминалась вечером, да и горячую ванну не принимала, но мужчина об этом не напоминал, да и я в целом ощущала себя нормально. Ничего не болело.
Сама тренировка началась бодро — с пробежки. Продолжилась уже знакомой разминкой. Ну а потом мне уже ожидаемо стало тяжело, но я всё равно заставляла себя продолжать делать всё то же, что и остальные, причём мне точно не показалось, когда вместо пяти подходов Глеб приказал делать шесть.
Я сделала. Чуть не сдохла, но сделала!
Потом мне дали перерыв на пятнадцать минут, снова заставив просто ходить, чтобы не сидеть на месте бездумно, и следующие полтора часа мы отрабатывали координацию при работе с условным копьём, причём я столько раз получила им по пальцам, что под конец едва ли их ощущала. Ноги тоже гудели от нагрузки, от чрезмерного напряжения ныли плечи и поясница, так что, когда Глеб скомандовал:
— На сегодня закончили!
Я просто легла на бок и уставилась в пространство перед собой. И кому я что хочу доказать? Добейте уже, а?
— Майя, что такое? — рядом со мной присел на корточки мой персональный тиран. — Не прикидывайся. Я знаю, что ты выносливее, чем пытаешься показать. Когда реально хотят сдохнуть, выглядят иначе. Вставай, провожу до дома.
Не в силах ответить, я просто угрожающе зарычала, но Глеб не впечатлился.
— Согласен, методы тренировок у меня жесткие, но поверь, результат тебя порадует уже к концу месяца. Давай, идем. Или опять понести?
И рада бы его послать… матом. Но даже это мне недоступно.
В итоге я кое-как села, зло отмахнувшись, когда он протянул руку, и какое-то время просто сидела, тупо глядя перед собой. Тело не желало вставать. Мозг просто отключался. И вместе с тем я точно знала, что не хочу, чтобы он меня нёс. Это было… унизительно.
— Майя, — снова напомнил о себе Глеб, зайдя мне за спину и силой приподнимая за подмышки. — Не сиди на земле. Тебе ещё рожать.
Ну, спасибо!
И вроде бы ничего обидного не сказал, но я обиделась. Сильно обиделась! Дернулась, вырываясь из его крепкого захвата, оскалилась. Хлестанула хвостом так, что он увернулся едва ли в последний момент, отскочив, а потом посмотрела, как на личного врага.
И уж не знаю, что понял по моему лицу Глеб, но выставил перед собой руки ладонями и ко мне и примирительно произнёс:
— Всё-всё, не трогаю. Остынь.
Точно знаю, в этот момент на нас обернулись многие, ведь никто не спешил уходить с площадки. Народ весело общался и перешучивался. Но когда я злобно рыкнула, окружающие притихли. Покосилась на них, заметив, как Чингиз покрепче перехватил деревянные мечи, скривилась… и с обманчиво гордым и независимым видом, немного пошатываясь от усталости, пошла в сторону дома Арха.
Что бы ни утверждала Ольга, я для них чудовище.
Я и для себя чудовище…
Как же это на самом деле омерзительно!
Идя домой и не видя Глеба, я всё равно чуяла, что он идет следом. Присматривает. Зачем? Хрен его знает. Может, Арх приказал. Может, сам решил инициативу проявить. Вдруг на кого кинусь? Уверена, он не будет медлить с наказанием. Не тот он мужчина.
Как бы то ни было, в дом я вошла одна и сразу прошла наверх, хоть и слышала, что на кухне кто-то беседует, причём одна из них точно молодая женщина со звонким голосом.
Нет, никаких молодых женщин я сейчас видеть не хочу.
Зайдя в свою комнату, я взяла платье и полотенце, и прошла в ванную. Убедилась, что вода в бочке теплая и сначала наполнила ею купальню, после чего разделась и с тихим стоном погрузилась в воду, чувствуя, как мышцы окончательно расслабляются и тело превращается в безвольное желе. Напади на меня сейчас монстр — и я бы не смогла поднять даже руку.
Откинув голову на бортик и безумно жалея, что в кадушке можно только сидеть, согнув ноги, да и функции гидромассажа тут нет, как и массажиста, я протяжно вздохнула и позволила себе помечтать. О разном.
О роскошной купальне, об ароматных маслах и пушистой пене, о пятерых мускулистых наложниках… И чтобы один стоял с опахалом, второй развлекал меня игрой на арфе, третий массировал ножки, а ещё двое просто радовали своим видом.
И чтобы всем было плевать, как я выгляжу…
— А-а-а! А-а-а-а-а!!! — ворвался в мои ленивые мысли чей-то истошный визг со стороны двери, причём, когда я повернула туда голову, источник визга уже сбежал, оставив меня в недоумении.
По тональности это была вроде бы не Анна. Но кто ещё мог сюда войти? В посёлке меня, кажется, все видели…
Или не все?
Искренне недоумевая и хмурясь, а ещё злясь, что испортили настрой и мечту, я кое-как помылась, покряхтывая, потому что двигаться в принципе не хотелось. Вытерлась, надела платье, но сил на то, чтобы прополоскать рубашку, уже не осталось, и я забрала вещи в комнату.
И рада бы просто завалиться на кровать, чтобы позволить телу растечься снова, но желудок недвусмысленно намекнул, что и о нём забывать не стоит, и я отправилась вниз. Там, где в подозрительно истеричной тональности звучал незнакомый женский голос.
Ну а когда я вошла на кухню, то увидела и его обладательницу.
Это была яркая фигуристая брюнетка лет двадцати. Одетая по местной моде, но в простое синее платье с короткими рукавами. Чуть волнистые волосы были распущены по плечам, карие глаза горели гневом, а рот кривился в отвращении.
А ещё она была красива. Просто красива, как молодая женщина. Среднего роста, стройная, с пышной грудью. Правильные черты лица, безупречная ухоженная кожа, соболиные брови, пухлые губы, ровные зубы.
Но голос… Таким голосом только в порту орать.
— Я не буду жить рядом с этой страшилой! Слышите⁈ Да я чуть не обосралась, когда её увидела! Мне плевать, кто она! Она монстр! Не человек! Да она меня сожрет ночью!
Хм-м… ну, как бы… Можно попробовать. Желудок у меня крепкий.
Замерев в дверях, я прислонилась плечом к косяку и продолжила слушать, как эта мадам продолжает смешивать меня с дерьмом, выдумывая на мой счет новые и новые ужасы.
При этом Арх сидел за столом, а Анна замерла у печки, увидев меня первая, и её глаза округлились от шока и искреннего сочувствия. Но только когда эта мымра пошла на третий заход, белоглазый вскинул руку и произнес:
— Хватит. Вивиан, прекращай вести себя, как недалекая истеричка. Это мой дом и тут будут жить те, кому позволю я. Майя точно такая же химера, как и ты. Ей просто не повезло с мутациями. Кстати, она не ест людей… — только после этого он повернул голову ко мне и ровно уточнил: — Не ешь же?
Та, кого назвали Вивиан, рывком обернулась, дернулась и уставилась на меня. Причём не испуганно, а зло. Я видела, как она изучила меня от и до, первым делом отметив, что я тоже в платье, и только после этого она с отвращением уставилась мне в глаза.
А я пожала плечами.
Ем… Не ем… Даже и не знаю. Ещё не пробовала.
На кухню опустилась вязкая тишина, которую разорвал мой призывно буркнувший желудок, на что Вивиан дернулась, а я фыркнула и прошла мимо неё на своё место, где меня уже ждал завтрак.
Дайте угадаю. Новенькая химера? Поражена спокойствию Арха. Если тут каждый второй так права качает, то я просто рукоплещу его выдержке и спокойствию. Я бы давно такую истеричку прибила.
— Нет, вы видели? Видели? Она на меня посмотрела, как на еду! — снова взвизгнула брюнетка, когда я уже наложила себе в тарелку тушеного мяса и оладий. — Почему она пожала плечами? Почему молчит? Ты! Отвечай, чтоб тебя!
Повернув голову к этой истеричке, я смерила её предельно внимательным взглядом. Дождалась, когда она снова испуганно ругнется, начав обвинять меня в том, что я планирую на неё напасть, а потом повернула голову к Арху и попыталась мысленно спросить:
«А можно как-то минимизировать наше общение?»
Не знаю, получилось ли у меня передать мысль, но я сразу заметила, как белоглазый нахмурился и недовольно поджал губы. Что такое? Только не говорите, что химеры со смазливыми мордами в приоритете?
В итоге я так и не дождалась ответа на свой вопрос, что было вообще-то обидно, поэтому быстро закидала в себя мясо, наколола на пару когтей оладьи, прихватила чай и отправилась на выход. Находиться в этой комнате, где одна истерит, а второй ей это позволяет, не было ни малейшего желания.
Кажется, мне пора съезжать…
Поднявшись к себе, я плотно закрыла дверь, присела на широкий подоконник и доела свой завтрак, под конец запив оладьи чаем. Чай был вкусный. Кажется, со смородиной…
А вот на душе было погано. Наверное, я слишком много от него хочу, но почему он за меня не заступился? Или считает это лишним? Как же мне сейчас дико не хватает способности говорить… Просто ужасно не хватает!
А ещё я не из тех, кто умеет вот так же орать на ровном месте и требовать к себе какого-то особого отношения. Зря, наверное. Именно такие и добиваются высот. За счет таких, как я.
Зло хмыкнув, скривилась.
Да уж, ситуация — дерьмо, как ни крути. И вроде бы даже её понимаю… Ну, отчасти. И даже Арха. Ему-то любая женщина важна, даже истеричка. Ведь это будущие дети, жители посёлка. Причём химеры, а значит априори сильные и полезные.
И как он будет это разруливать? Не знаю. Честно.
Хотелось бы, конечно, чтобы не за мой счет. А с другой стороны, это позволит мне понять, что ждать от него в дальнейшем. Важна ли ему я? Или всё только на словах?
Посмотрим…
В итоге я всё-таки сумела разложить ситуацию по полочкам и это, как ни странно, помогло мне успокоиться. В самом деле, смысл истерить вместе с этой… Вивиан? Я в принципе не ожидала от Арха чего-то особенного. У меня нет к нему каких-то особых чувств и требований. Да, обидно. Но лучше сразу понять, кто я для него, чем потом тоннами снимать с ушей лапшу и рыдать в подушку.
Тем более… Кто я для него? Это не звучало. Лишь намеки, но я могла банально неправильно его понять. Верно?
И сама же себе ответила: верно.
Посмотрим, что будет дальше. Просто посмотрим. Не как заинтересованная сторона, а как отстраненный зритель.
Посидев ещё немного, поняла, что спать не хочется, сил на прогулку нет, но сидеть в комнате без дела — дико скучно. Что делать? Пожалуй… Пойду на задний двор. Искренне надеюсь, что там никого! И рада бы хоть какую книгу почитать, но в кабинете Арха нет ничего развлекательного, а справочники — это не то чтиво, ради которого хочется тратить время. Пусть даже его с избытком.
Надо будет уточнить этот момент у Ольги. Или… у Анны?
Увы, когда я спустилась вниз, старательно прислушиваясь к тому, что происходит в доме, я услышала голос Вивиан и он доносился из кухни. Она явно жаловалась на жизнь Анне. Тц! Не повезло.
Заходить туда, чтобы выслушать в свой адрес новый виток истерики, мне не хотелось и я, подумав, вышла на задний двор. Но и там не повезло — в центре лужайки сидел Арх.
Мысленно чертыхнувшись, я уже хотела повернуть обратно, когда была остановлена его словами:
— Майя, подожди. Сядь, я хочу кое-что тебе сказать.
Поморщившись, тем не менее заставила себя притормозить, хотя и не села, как он просил. Арх явно это заметил, хоть и сидел с закрытыми глазами, но по эмоции, промелькнувшей по его отчасти отстраненному лицу, я поняла, что он недоволен.
— Речь пойдет о Вивиан. Тебе обидно, я понимаю. Прошу быть терпеливой и снисходительной. Я нашел её в джунглях только этим утром. Она ещё не осознала новую реальность. Пока мы шли от гнезда к посёлку, на нас не напала ни одна тварь. Грубо говоря, ты первый монстр, которого она увидела. Её реакция понятна и логична. Я не оправдываю её, я хочу, чтобы это поняла ты. Я уже поговорил с ней, запретив оскорблять тебя и провоцировать. Надеюсь, поймёт. Если нет, приму иные меры. Сама по возможности старайся избегать контакта. Она… не такая стойкая, как ты. Избалованная. Ближайшие две недели она будет жить тут, социализироваться. Я провел краткий опрос, она… — Арх криво усмехнулся, — вроде как художница. Красота, стиль, макияж, ногти. Всё такое. В посёлке это не актуально, сама понимаешь. Но если сможет хотя бы просто рисовать — уже хорошо. Матвей, Тимур и Арина делают книги, она могла бы рисовать в них картинки для детей. Буквари, сказки и прочее. В любом случае работать она будет, даже хотя бы просто в теплице. От тебя я прошу только быть терпеливой и не конфликтовать. Договорились?
И вроде бы всё правильно сказал, но царапнуло меня то, что он сделал это наедине. Не при ней. Не показал ей, что я под его защитой. И есть ли она вообще? Или я себе это выдумала?
И как именно он поговорил с ней? Что пообещал? Поставил на место выговором и строгими ограничениями или успокоил, нежно обняв?
Казалось бы, итог один, а подтекст — ох, какой разный!
Как бы то ни было, я всё равно протранслировала в эфир согласие, но задерживаться на улице не стала — мне было некомфортно рядом с мужчиной, которого я до сих пор не понимала.
Немного подумав, решила прогуляться до Юляши. Слабость по телу ещё бродила, но уже не такая запредельная, как сразу после тренировки, так что идти я могла. С домом тоже не ошиблась, не забыв вежливо постучать и дождаться хозяйку, а когда она мне открыла, то сразу стало видно, кто адекватная женщина, а кто не очень — увидев меня, Юля моментально разулыбалась и весело заявила:
— О, какие люди! Приветики. Заходи, мы с Варварой как раз чаи гоняем. Сноха моя. Наши мужья братья.
Стало немного неловко, потому что я рассчитывала пообщаться только с Юлей, но стоило только пройти на кухню, как сразу стало ясно, что Варя — такая же общительная веселушка, как и Юля. Мне с улыбкой махнули рукой и первым делом спросили:
— Слушай, не в обиду. А рога не мешают?
Задумавшись, отрицательно качнула головой. На что Варя простодушно заявила:
— Просто, если бы мешали, наверное, можно было бы их спилить, да? Они же, как у козы? Или не совсем?
Вот тут я задумалась и пожала плечами, крайне слабо представляя в принципе строение рогов. Кость ли это от и до? Или там проходят сосуды? Понятия не имею! По идее рога вроде как сбрасывают только олени, а у тех же коз они растут всю жизнь. И я не слышала, чтобы их в принципе спиливали.
Хотя что я вообще знаю о козах? Да почти ничего!
— Ой, ладно, не бери в голову. Вечно как что скажу, сущая ерунда. Чаю будешь?
Я помотала головой, не зная, как показать, что сыта, но женщины настаивать не стали. А Юляша попыталась выяснить, зачем я пришла.
— Ты поболтать или по делу? Уже мерила перешитые вещички? Все подошли?
На это я пожала плечами и развела руками. Мол, ещё нет. Не знаю. А вот цель своего визита… Изучив наряды женщин, я аккуратно дотронулась до рукава Юлиной вышитой блузы и провела пальцем по вышивке, под конец выразительно постучав по ней коготком.
— О, кажется, я поняла! Хочешь, чтобы я тебе вышила?
Я отрицательно замотала головой и потыкала себя в грудь.
— А-а! Сама хочешь вышивать?
Я интенсивно закивала.
— А умеешь? — с любопытством поинтересовалась Варя.
На это я пожала плечами. И вроде бы что-то умею, но буду не против, если покажут. К счастью, обе подружки оказались азартными и доброжелательными, так что Юля тут же заявила:
— Ты пришла по адресу! Сейчас допиваем чай и я тебе покажу на примере пару любопытных техник. Даже мелкие девчонки справляются. Только ты учитывай, что процесс это небыстрый. Не один вечер займет. Готова к этому?
Я сосредоточенно кивнула и Юля разулыбалась сильнее.
В итоге женщины допили чай и мы прошли в мастерскую, где мне первым делом показали своего рода каталог из более чем двух десятков кусков ткани с вышивкой, на которых красовались и васильки, и розочки, и ромашки, причём и крестиком, и гладью, и даже необычными узелками. Ни разу не видела такой техники!
Одна такая понравилась мне сильнее всего: вышивка выглядела объемной, нарядной, и я, задержав внимание именно на ней, потыкала в неё ноготком.
— О, моя любимая, — разулыбалась Варя. — Техника называется «рококо», для этого на иголку наматывается ниточка, потом продевается стежок и в итоге получается вот такая объёмная гусеничка. Нитки лучше использовать шерстяные, они дают больше объема. Давай, покажу.
После этого мне вручили деревянные пяльца и показали, как правильно натягивать ткань, как правильно выбрать иглу и какой толщины брать нитки, как делать узелки… В общем, мне показали всё!
А потом начался мой персональный ад.
Оказывается, длинные острые ногти — это кошмар. Это ужас, как неудобно в рукоделии!
Иголку пришлось зажимать под немыслимым углом, постоянно следить, чтобы когти не пропороли ткань и не перерезали нить, чтобы пальцы именно наматывали нить на иглу, а не что-то ещё, совершенно непонятное, и чтобы эта самая чёртова игла входила и выходила именно там, где нужно!
Кажется, я даже начала материться внятно.
Но это не точно.
При этом что мне нравилось сильнее всего: женщины не стояли над душой и не контролировали каждое моё действие. Они занимались своими делами, не мешая мне пыхтеть, сопеть и проклинать систему и свой мутировавший организм, так что стежке так на двадцатом я даже немного приноровилась и он получался у меня уже не после десятой неудачи, а где-то так с третьего раза.
И нет, я не бросила.
Я доделала эту чертову розу!
Потом, правда, с протяжным выдохом откинулась на спинку стула, запрокидывая голову к потолку, полюбовалась им и покосилась с Юляшу, которая старательно кусала губы, но сдерживала смех. Понимаю. Очень хорошо понимаю.
Немного продышавшись, чтобы не психовать даже мысленно, я тронула женщину за плечо и жестами показала, что мне нужно идти. Потом ткнула на пяльца, иглы, нитки и снова на себя.
— Хочешь домой взять? — догадалась Юля. Я кивнула. — О, давай, не эти. Я сегодня забегу на склад нашей мастерской, подберу тебе самого разного. Через маму передам, хорошо?
Я кивнула, ведь это было лучше, чем ничего, ну а потом, выразительно приложив руку к груди, чуть поклонилась и ей, и Варе, отчего женщины дико засмущались, но я просто не знала, как ещё их поблагодарить. Словами-то не могу.
— Ой, брось. Будет скучно, заходи ещё. Заодно похвастаешься, что получилось. Пока-пока!
Домой я шла откровенно нехотя, понимая, что за обедом снова придется столкнуться с этой фифой по имени Вивиан. Что за имя вообще такое — Вивиан?
Как у проститутки!
И да, я понимала, что во мне говорит обида, причём не только на её слова, но и на её внешность.
Внешность молодой красивой женщины!
Ну почему жизнь так несправедлива, а? Почему⁈
Вздохнув в очередной раз, я вошла в дом и первым делом заглянула на кухню. По ней плыли невероятно притягательные ароматы свежего супа и рагу, овощей и выпечки, но я первым делом отметила, что Анна ещё у плиты и стол пустой, а новенькая сидит у окна с видом хозяйки и пространно рассуждает о современной моде и том, как её нужно улучшить.
Понятно. Всё сложно.
Сама я не видела смысла лезть со своим уставом в чужой монастырь. Смысл? Мы для местных пришлые и они не первый год живут так, как удобно именно им. Никто не будет подстраиваться под моду канувшего в лету двадцать первого века. Да и какая там вообще была мода? Кроп топы и леопардовые лосины? Чулки в сетку и прозрачные платья в обтяг? Нет, спасибо. Я лучше буду носить льняные блузы с вышивкой крестиком и сарафаны, а при острой необходимости переодеваться в штаны, а не то, что она там с умным видом пропагандирует.
Поди ещё маткой дышать умеет… Что-то мне подсказывает, что она именно из этих. Просветленных!
И нахрена её Арх в посёлок притащил?
Ах, да. Точно. Размножаться!
Интересно, кому из местных «повезёт»? Или он для себя её приглядел?
В общем, я невольно снова начала думать гадости, но пока поднялась к себе, чтобы не мозолить глаза нервной новенькой. В комнате делать было решительно нечего. Подоконник и полы были на первый взгляд чистыми, так что даже уборку не затеять, и в итоге я поставила себе галочку на память: при случае попросить книги у Ольги. Почему-то мне кажется, что у неё они должны быть, причём самые разные. Учительница же! И вообще, буду ходить после ужина в гости к ней! Сама звала, никто её за язык не тянул!
В итоге я стояла у окна, задумчиво глядя вдаль, а в голове лениво бродили мысли о том, как, оказывается, скучно жить без высоких технологий. И мне бы сейчас повести себя, как умная женщина, намекнуть Арху, что готова пойти на определенные уступки по части отношений, чтобы он дал мне хотя бы планшет… Вдруг там есть хотя бы игра «пузырики»? Всё время убить.
Но я же «нитакая»!
И кому от этого лучше?
Неожиданно в дверь дробно стукнули и я обернулась, невероятно удивившись личности гостьи. На пороге стояла откровенно напряженная Вивиан, причём на лице женщины была натянута улыбка, но даже с моим приглушенным зрением было видно, что откровенно не натуральная.
— Эм-м… Привет. Слушай, не в обиду, но ты реально страшная. Мне местные объяснили, что мы типа в игрухе и тебе тупо не повезло с персом. Типа сочувствую, все дела. Не обижайся. Мир?
Ну, допустим…
Удивленная уже тем, что она в принципе пришла (или Архангел отправил?), я кивнула. Вивиан опять же не особо натурально изобразила радость и с любопытством спросила:
— А ты разговаривать вообще не можешь?
Уже не удивляясь однотипности вопросов, качнула головой.
— А лаять умеешь?
Смешно.
Не собираясь изображать клоуна, я снова покачала головой. Даже если и умею, то не собираюсь.
— Ну… ладно. Это самое, пошли обедать. Анна накрыла.
Выполнив миссию, Вивиан не стала дожидаться и ушла первая, ну а я, прихватив кружку из-под чая, тоже отправилась вниз. Когда я вошла, Архангел уже сидел за столом и, как мне показалось, очень внимательно наблюдал за нашим появлением. Не знаю, чего он ожидал, но его лицо не выражало ни единой эмоции. При этом он сидел в торце стола. Мне Анна накрыла с другого торца. А вот для Вивиан было подготовлено место ближе к хозяину дома.
Нет, меня не накрыло ревностью, я просто это констатировала. Судя по всему, для того, чтобы новенькая меня не шугалась. И вроде бы логично… Но не логичнее было бы мне и Арху накрыть рядом, а новенькой на другом конце стола? Нет?
Как бы то ни было, мы расселись, Вивиан обманчиво радостно пожелала всем приятного аппетита, Архангел ответил ей любезностью и мы взялись за вилки-ложки.
А потом Вивиан скривилась.
— Фу, ты не могла бы не чавкать? Какие мерзкие звуки!
Замерев, я подняла голову и посмотрела сначала на неё, а потом на Архангела.
Тот молчал.
Коротко хмыкнув, я сделала новые для себя выводы и, просто положив в тарелку всё, что мне было нужно, подхватила её и вышла из комнаты. Это ведь идеально решает проблему, верно?
Не став уходить наверх, в свою комнату, где не было стола, я прошла в гостиную. И пускай там имелся лишь чайный столик, это не помешало мне сесть прямо на пол и спокойно поесть. И никого в пустой комнате не раздражало моё чавканье.
Интересно, как быстро она залезет к нему в постель? А ведь полезет же… По характеру видно — не привыкла быть на вторых ролях. И работать наверняка не привыкла. Значит будет приспосабливаться. Логично?
Будет искать «покровителя». И Арх на эту роль подходит лучше всего… Вот так ирония!
Хмыкнула даже, покачав головой, а потом просто приказала себе не думать об этих двух… ну, допустим, людях. Они друг друга стоят.
В самом деле, на них свет клином не сошелся. Хотя обидно… Черт возьми, реально обидно!
Почему он промолчал? Или считает так же, как она? Ну, простите! Строение челюсти у меня такое, я не могу не чавкать!
Так, периодически вздыхая (и чавкая), я поела и с максимально невозмутимым видом вернулась на кухню с пустой тарелкой. Там, не обращая внимания на отчетливо напряженного Архангела, тревожно застывшую у печки Анну и замершую со своим чаем Вивиан, я жестами попросила Анну налить мне чаю, отчетливым кивком поблагодарила, прихватила плюшку и снова ушла.
Чай я тоже «сюпаю» и это тоже мерзко. Не буду портить аппетит царственной особе.
Да, это сарказм.
После того, как и подошел к концу и чай, я вернула пустую посуду на место, а потом, не став дожидаться Глеба, потому что не была уверена, что он сегодня за мной тоже зайдет, отправилась к плотнику сама.
Валерий Иванович меня уже ждал, причём не один. В его мастерской у окна сидел незнакомый молодой парнишка лет восемнадцати, и старательно вырисовывал карандашом на доске замысловатые узоры.
Симпатичный, чернявый, с любопытными карими глазами и открытой улыбкой, при виде меня он приветливо улыбнулся и взмахнул рукой.
— Привет, я Сашка. А ты Майя, я знаю. Иваныч говорит, у тебя резьба неплохо получается. Вот, рисую. Если что заинтересует, обращайся. Я в казарме живу, меня парни знают. Лады?
Я с умным видом кивнула и подошла ближе, с интересом рассматривая действительно красивые узоры. Были видно, что нарисовано рукой мастера, а не абы как. Взяла в руки одну досочку, другую… Какие-то были уже в форме разделочной доски, какие-то для прялки, какие-то просто широкими досками, причём явно заготовки для чего-то большого и глобального, но я решила попробовать свои силы именно на разделочной доске. Убедившись, что можно брать и приступать к работе, я сама выбрала среди резцов те, что вчера приглянулись мне больше, прихватила доску, села за рабочее место… и всё, мир перестал существовать.
При этом я самым фантастическим образом «видела», где рисунок ляжет безупречно, а где его нужно слегка «подвинуть», чтобы древесина не пошла сколами и занозами, причём действовала неторопливо, отчасти даже медитативно, порой снимая совсем крошечную стружку, чтобы только не испортить конечный результат.
И мне это нравилось!
Нравилось трогать дерево пальцами, очищать его от лишнего, придавая именно ту форму, которая подойдёт ему лучше всего. И в какой-то момент, когда я уже заканчивала, выцарапывая тончайшие нюансы когтями, система напомнила о себе сообщением:
«Внимание, получен навык „чуткие древопальцы“. Вы чувствуете структуру дерева подушечками пальцев. Внимание, получен навык „отточенное микродвижение когтей“. Вы безупречно выполняете мелкие манипуляции когтями. Внимание, получено умение „резчик по дереву“ первого уровня. Создаваемые вами предметы и узоры по дереву хорошего качества.»
М-м, ну просто феерия для моих глаз!
Оказывается, это всё-таки работает. Приятно! А то уже думала, что и в этом плане меня система обделила. Но нет. Работает!
Искренне за себя порадовавшись, я доделала вещицу и предъявила её мастеру. При этом Саша тоже сидел в мастерской, продолжая рисовать на досках самое разное и явно дожидаясь итога моих стараний. И пока Валерий Иванович придирчиво изучал исполнение, заранее за меня порадовался.
— Слушай, у тебя реально талант! Очень здорово получилось. А хочешь фигурки повырезать? Малышня любит играть со зверюшками и солдатиками. Одна беда, — он рассмеялся, — иногда они умудряются их сломать. Дети! Откуда только силы берутся. Ну как? Я тут накидал кое-чего… Смотри.
Мне предъявили несколько маленьких чурбачков, причём их Саша умудрялся разрисовывать чуть ли не со всех шести граней. Как проекцию. Вид сбоку, спереди-сзади и сверху-снизу. И в при-и-инципе…
Взяв в руки классическую будущую овечку, которая понравилась мне своими кучерявыми боками, я сосредоточенно кивнула и снова вернулась за свой стол.
И вроде небольшая игрушка, меньше моей ладони, но времени у меня на неё ушло ничуть не меньше, чем на большую разделочную доску! Пока с боков лишний слой сняла, пока аккуратно голову с ушками обозначила… Дольше всего вырезала кучеряшки, но мне это нравилось. Нравилось, черт возьми, делать что-то своими руками!
— А-фи-ге-е-еть! — восторженно выдал Саша, когда я протянула ему на раскрытой ладони результат. — Майя, ты реально сделала лучше, чем я нарисовал! Мелкотня будет пищать от восторга! Иваныч, скажи!
— Достойная вещица, — с улыбкой кивнул мастер. — Чувствуется легкая и добрая рука. У тебя талант, девочка. Давай на этом пока и сосредоточимся. По мебели пока каких-либо серьезных заказов нет, а красивости всегда не хватает. Давай пока эту недельку игрушки поделай и доски, а дальше посмотрим. Договорились?
Конечно, да!
В итоге до вечера я успела вырезать ещё лишь одну игрушку — толстоногую приземистую лошадку, но грива у неё была — волосок к волоску!
Я бы и дольше в мастерской посидела, мне было только в радость, но мастер бессовестно объявил завершение рабочего дня и пришлось идти домой, где меня никто не ждал и с распростертыми объятиями не встречал.
Хотя, нет. Вру.
Когда я вошла, то увидела, как из кухни в сторону гостиной идут двое: Ольга и Вивиан. При этом Ольга идет впереди и у неё задумчиво-сосредоточенный вид, а Вивиан за ней и на лице крупными буквами читается откровенная неприязнь. Меня женщины заметили только через несколько секунд, когда я уже успела рассмотреть их, и если Ольга приветливо улыбнулась, взмахнув рукой, то Вивиан на секунду скривилась сильнее, но потом натянула на лицо маску фальшивого дружелюбия.
— Привет, Майя. Ты из плотницкой? — поинтересовалась Ольга.
Я кивнула.
— Как успехи? Нравится? Получается?
Я кивнула с особым удовольствием и Ольга меня поняла, улыбнувшись шире.
— Рада за тебя. Я минут через двадцать к тебе зайду, хорошо? Побудь пока в своей комнате, есть разговор.
Немного удивилась, но снова кивнула и поднялась наверх. Заглянула в санузел, помыла руки, стряхнула с платья стружку, которую не заметила сразу, и прошла в свою спальню, присев на подоконник. Задумалась о том, что мне не помешал бы стол для рукоделия и может даже комод для мелочей. А ещё неплохо было бы приобрести себе персональные резцы по дереву и в свободное вечернее время вырезать какие-нибудь мелкие штучки в своё удовольствие. Тот же гребень для волос, например… Или основу для зеркала. Ну или те же игрушки. Почему бы и нет?
Ольга, как и обещала, подошла минут через двадцать, причём в руках у неё чего только не было. Это и объемная корзина с пряжей, тканями, нитками и мелкой фурнитурой, это и доска с мелом, и даже охапка каких-то вязаных вещей.
— Фух! Донесла! — весело заявила она, сгружая это всё прямо в центр комнаты. — В общем, смотри сюда. Это пряжа для вязания и набор крючков-спиц на все случаи жизни, а это для вышивки, Юляша передала. Сказала, что ты к ней сегодня заходила, интересовалась. Было?
Я размеренно кивнула.
— Будут вопросы, забегай, всегда подскажу. Вот тут смотри, что мы обычно носим в прохладную погоду…
Ольга разложила на моей кровати кофту, шаль, жилет и свитер.
— По большому счету больше и не нужно, — заверила она меня. — Температура крайне редко опускается ниже пятнадцати. Максимум ещё носки можно связать, чтобы в них по дому ходить, но ты, как я поняла, в этом не нуждаешься, да?
Я пожала плечами, ведь ещё не было возможности проверить — будут ли у меня мерзнуть кошачьи лапы, когда станет прохладнее.
— Если что — скажешь, организуем, — улыбнулась Ольга и переключилась на следующий презент. — Вот тут я тебе немного книжек принесла. Из своих запасов. Книги сейчас вообще жуткий дефицит, особенно по части развлекательного чтива. Сама понимаешь, ни бумаги толком, ни печатных станков. Наши ребята кое-что организовали под чутким руководством Архангела, но это так… Домашняя мануфактура. Смех один. Но тоже выход. В общем, читать бережно. Ага?
Ага.
— А теперь рассказывай, — она внезапно посерьезнела и посмотрела на меня тем особым взглядом, каким обычно смотрят учителя на провинившихся школьников. — Что за агрессия была утром на спортивной площадке? Тебя кто-то обидел?
Коротко хмыкнув, качнула головой и дошла до доски, чтобы написать:
«Нет. Просто сильно устала, сорвалась. У Глеба довольно жесткий стиль обучения. Ну и бесит, что не могу говорить. Объясниться на месте. Наложилось. Я постараюсь держать себя в руках.»
— О-о… — на меня посмотрели с сочувствием. — Понимаю. Да, он у нас… суровый вояка. Просто потерпи. Скоро будет полегче. А что у вас с Вивиан?
Вот тут я наклонила голову. А что у нас с Вивиан?
— Что ты о ней думаешь? — озадачила подозрительным вопросом психолог.
«Пока особо ничего. Она напугана. Понимаю. Ей неприятно меня видеть, она в агрессии. Стараюсь не обращать внимания».
И нет, я не стала писать, что оскорблена до глубины души. Этого не было. Была обида, но такая… с оттенком брезгливости.
— Да, Вивиан в этом плане… — Ольга чуть сморщила нос, странно хмыкнув, — довольно сложная девушка. Чувствуется, что не привыкла себя хоть в чем-то ограничивать. Ей будет непросто в новых реалиях. А что у вас с Архом?
Я снова наклонила голову. А что у нас с Архом? И в каком именно смысле?
— Ты его боишься?
Так. Что за вопросы? Он ей на меня жалуется что ли? Плакался? Или что? Не пойму.
«С чего ты взяла?»
— То есть не боишься? — Ольга прищурилась, словно силилась понять ответ заранее.
«Почему ты вообще задаешь этот вопрос? Он тебе жаловался?»
— Арх? — она изумленно распахнула глаза и вдруг заливисто рассмеялась. — О, нет. Нет, конечно. Архангела вообще на откровения сложно развести. Просто мне показалось по его поведению, что у вас… не ладится. Он сегодня был особенно зажат, когда я начала расспрашивать о тебе и Вивиан. Хотя… Может это из-за Вив? Неприятная девица. Гонору много, а толку, как я подозреваю, будет мало. Не из тех она людей, кто способен прожить без смартфона и гламура.
Не собираясь это обсуждать, просто пожала плечами.
— Ладно. В любом случае ты помнишь, что можешь обратиться ко мне по любому вопросу и с абсолютно любой проблемой. Помнишь ведь?
Я с умным видом кивнула и Ольгу это устроило — лезть в душу дальше она не стала.
Вместо этого она забрала свои вязаные вещи, прихватив и доску, попрощалась и ушла. Я же занялась тем, что перебрала все её презенты, выяснив, что шерстяных ниток мне положили с ну очень внушительным запасом, причём это преимущественно коричневые, оранжевые, розовые и белые, а палитра катушек ниток для вышивки насчитывает больше дюжины цветов, включая зелёные, желтые, красные, синие и фиолетовые. Причём разной толщины и текстуры. Самые разные иголки и булавки, спицы и крючки, дополнительные ножницы для рукоделия. Немного ткани и пяльца трех разных размеров.
В общем, рукодельничай, Майя, сколько влезет!
Определенно мне нужен стол и кресло-качалка! Буду, как старая бабка в нем сидеть, качаться и вязать бесконечный шарф!
Представив эту картину, расфыркалась. Да, уж. Как говорится: старость подкралась незаметно!
И вообще, что я теряюсь? Я же работаю в плотницкой мастерской! Что мешает мне самой сделать себе всё, что хочется? Только, наверное, не сразу, да? Сначала недельку повырезаю игрушки, чтобы окружающие оценили мои старания и вклад во всеобщее благо, ну а потом можно будет и о себе подумать. Да же?
Неожиданно в дверь коротко стукнули, причём не так, как днем. Заглянула Анна и, неловко улыбаясь, пригласила меня к столу на ужин. По женщине было видно, что она ощущает себя скованно, и я догадывалась почему. У нас тут вроде как конфронтация назревает, да? Полноценный конфликт. С одной стороны — я, которая уже почти своя. Но страшненькая. С другой стороны новенькая Вивиан. Но красивая. С третьей, вообще Арх, который взялся следить за порядком и обязан контролировать всех.
И несчастная Анна, которой приходится лавировать между всеми нами.
И рада бы её успокоить, сказав, что всё в порядке, но даже этого не могу. Просто сказать. А жесты… Увы, жестами можно показать далеко не всё.
Когда я спустилась на ужин, Арх уже сидел за столом, как и Вивиан, старательно изображающая роковую красотку. Почему-то это я поняла с первой секунды, как увидела и услышала. Тембр её голоса стал ниже, сама она практически уложила пышную грудь на стол и ворковала с белоглазым так нежно, что ошибиться было просто невозможно.
Так-так… Тяжелая артиллерия в дело пошла?
Я покосилась на Анну, сразу заметив, как она неодобрительно поджала губы, затем сфокусировала взгляд на Архангеле. Тот сидел с отчасти отстраненным лицом, словно к чему-то прислушивался, причём явно не к щебету Вивиан.
При этом сама она говорила снова о моде и своих желаниях. Что надо бы выделить ей людей в подчинение и она тут откроет полноценный швейных цех, чтобы шить «нормальную одежду» и продавать её повсеместно. Чтобы разбогатеть и прославиться.
Нда-а… Какая очаровательная незамутненность сознания.
Не удержавшись, я коротко хмыкнула, тут же заработав от Вивиан косой взгляд с отчетливой неприязнью, но задерживаться на кухне не стала, сразу положив себе на тарелку побольше еды и уйдя в гостиную. Меня никто не задерживал. За чаем и куском пирога я тоже зашла дополнительно и снова ушла, как и в обед, ну а потом просто вернула посуду Анне, жестом поблагодарила и ушла к себе, стараясь не прислушиваться к тому, как Вивиан приседает на уши Арху уже с другими вопросами, вроде как активно интересуясь его ментальными практиками. Мол, она тоже умеет самое разное и надо бы им всенепременно обменяться опытом.
Ну, понятно. Обрабатывает по полной программе. А он, судя по всему, и не против…
Черт возьми, мне реально обидно!
Эмоция оказалась настолько яркой и на первый взгляд нелогичной, что я просто рухнула на кровать и уставилась пустым взглядом в потолок. Ну и почему? Почему я так ярко на это реагирую? Только ли потому, что во мне говорит уязвленное эго? Или потому, что он первым намекнул, что я для него значима и одновременно с этим так легко переключился на другую женщину?
Но…
Конкурировать с ней? Серьезно? Это нереально! Она превосходит меня во всём! В наглости, в незамутненности, в красоте! И самое главное — ей доступна речь. Она может банально его заболтать там, где я могу лишь промолчать.
И это, черт возьми, просто отвратительно…
Особенно осознание того, что он сам ей это позволяет. Нет, как бы я догадываюсь, что можно было просто поговорить, высказав ему свои претензии, но моя самая главная проблема в том, что я… не умею. И не хочу. Мне сложно.
Да и на каком основании?
То-то же…
В итоге я провалялась и прохандрила целый час, но потом меня немного отпустило, и я, решив, что стоит вспомнить хотя бы элементарные навыки вязания, взяла спицы побольше, затем коричневый клубок с шерстяными нитками, и попробовала набрать нужное количество петель на простейший шарф.
Получалось ужасно. Когти мешали просто дико и десять минут спустя я сдалась. Не то. Не моё.
На пробу взяла в руки крючок и тут повезло намного больше — действовать одним предметом оказалось проще и уже через пять минут я старательно вывязывала столбики с накидом и без, в принципе вспоминая, какие вообще бывают узоры, если их вязать крючком.
Вспоминало плохо, вязать крючком я в принципе умела только элементарное, но в целом мне нравился сам факт того, что у меня хоть что-то получается. Это даже чем-то походило на медитацию, так что я увлеклась, под конец и вовсе действуя отчасти на рефлексах, так что в чувство меня привело сообщение от системы:
Спасибо, приятно. Значит, всё-таки крючок. Хотелось бы, конечно, чтобы то же самое было и на спицах, всё-таки вязаные именно на спицах вещи мне нравятся больше. Но дареному коню, как говорится, в зубы не смотрят.
А если… Отпилить когти?
Отложив в сторону вязание, придирчиво изучила свой звериный маникюр. В самом деле, почему бы и нет? Для мирной жизни они не нужны. Максимум оставить один, чтобы помогать им себе в резьбе, а остальные отчекрыжить к чертовой бабушке. На охоту, я так понимаю, меня одну не выпустят. А если и выпустят, то я буду с копьём, да и хвост у меня тоже не для красоты.
Надо будет завтра обсудить это с Валерием Ивановичем. Видела у него на верстаке мощный напильник.
Пока же, отложив вязание в сторонку, я глянула книги. Всего их было три. Старые, явно со времен прошлой эпохи. Даже нашла год издания, заглянув под обложку одной — 2003. Раритет!
Все три были из числа развлекательной литературы, причём та самая легендарная классика, которая на все времена — Жюль Верн, Дюма и Дефо, который написал про Робинзона Крузо. В своё время я так и не прочитала эту историю, хотя даже кино смотрела и в целом много слышала, так что взяла именно эту книгу, решив выяснить, как же можно выжить на необитаемом острове в одиночку.
Это показалось мне как никогда актуальным.
Не скажу, что книга захватила меня с первых страниц, лично для меня повествование оказалось тяжеловатым, но я всё равно старательно вникала в суть написанного и старалась сразу анализировать всё, о чем пытался сказать автор. Окружение, быт, личные переживания героя — я пыталась переложить их на себя и прикинуть, как бы поступила сама.
Потихоньку начало темнеть и как только я зевнула в третий раз, то убрала книгу в шкаф, прихватила зубную щетку с порошком… И с досадой поморщилась, когда выяснила, что ванна занята Вивиан — женщина сидела в кадушке и мурлыкала себе под нос что-то попсовое, явно не планируя думать об окружающих.
Вот же… зараза! И тут на ровном месте настроение испортила!
К сожалению, на втором этаже больше не было ванных комнат, так что я, подумав, решительно направилась вниз. Что теперь, грязной ходить что ли? А дожидаться, пока эта фифа соизволит выползти, нет никакого желания. Может ещё час там проторчит? А мне вообще-то утром рано вставать!
Вот только и внизу мне не повезло. Интуитивно дойдя до дальней комнаты, откуда сильнее всего пахло водой, я распахнула дверь… и застыла на пороге. Архангел тоже решил принять вечернюю ванну, причём у него кадушка была побольше нашей и он в ней практически лежал.
Голый.
Мысленно чертыхнувшись, я не могла не заметить, насколько у него красивое, идеально развитое тело. Полумрак комнаты только подчеркивал рельеф, а тени ласкали каждую мышцу, отчего все мои восемь глаз невольно сфокусировались в одной точке.
В горле резко пересохло, из головы пропали мысли и хотелось просто стоять и смотреть.
Стоять. И смотреть.
— Мне, безусловно, лестно твоё внимание, но ты не могла бы прикрыть дверь? Дует.
На мужских губах обозначилась ленивая усмешка превосходства и четкого осознания своей привлекательности, а меня как ледяной водой из бочки окатило.
Черт, что я делаю⁈
В итоге я выскочила из чужой ванны с гулко колотящимся сердцем, хлопнув дверью так, что это наверняка было слышно даже на улице, и сбежала к себе. Судя по всему, чистить зубы мне сегодня не придется.
Боже, какая я всё-таки… дура!
— Вообще-то я имел в виду другое… — проворчал Арх и тяжело вздохнул, когда понял, что Майя деверь, конечно, закрыла, но с неправильной стороны. — Женщины… Как же с вами сложно, а? И чего вообще приходила?
Этот день в принципе выдался непростым. И вроде радоваться нужно, но… Почему-то не получалось.
Вивиан.
Одна огромная проблема и полноценная головная боль. Ох, сколько таких Вивиан у него было в прошлом… Пустышка с амбициями.
Но как же притягательно светится, чёрт возьми!
И это сбивает с толку. Почему? Почему она?
Причём что самое странное, светится сильнее, когда молчит. Когда открывает рот, хочется просто заткнуть. Но при этом чётко видны все желания и приоритеты. Банальные, приземленные. Даже в каком-то смысле первобытные. Примитивные.
Стать самкой для альфа-самца. Ни больше, ни меньше. Всё. Это её максимум.
А вот Майя… Он так и не смог её прочесть до конца. Она была сложной. Слишком сложной!
И она была к нему равнодушна.
Почти…
А теперь вопрос жизни и смерти, господа: нужно ли рвать жилы ради той, кому это не надо? И стоит ли удовлетворяться той, кто вызывает вроде бы и желание, но с легким привкусом брезгливости?
Казалось бы, ответ ясен, да?
Вот только не всё так просто…
Стремительно войдя в свою комнату, снова чрезмерно громко хлопнула дверью и поморщилась.
Чертовы эксгибиционисты! Ну вот что им стоило просто понаделать задвижек внутри? Для этого даже не нужно особого металла! Банальные деревянные «барашки»!
А мне теперь с этим жить!
Скривившись, убрала средства гигиены обратно в шкаф, сняла платье и легла в кровать. Что ж, буду иметь в виду — уединиться в этом общежитии невозможно, как и использовать помещения в желаемое время. И, подозреваю, окружающим просто плевать на мои проблемы.
Так может действительно попросить себе отдельный дом? Я же ценный мастер, верно? Как долго это надо доказывать? И чем именно?
Невольно мысли переключились на быт и я попыталась представить, сколько проблем на меня навалится, если я буду жить одна. Сама себе готовить. Сама себя обстирывать. А с другой стороны, что мне ещё делать в посёлке, где нет других развлечений? Сама же от безделья маюсь. Вон, даже вязать начала, чего не делала со времен школы!
Потихоньку с этими мыслями подкрался сон, а утром…
Утром меня пришла будить Анна. Вот только встать я не могла.
У меня болело всё!
Кажется, даже рога и хвост, но это не точно. Я просто ощущала себя одним огромным куском концентрированной боли и даже мельчайшие движения давались с трудом, не говоря уже о чем-то большем.
Но я смогла.
Сначала встала. Затем добралась до туалета, потому что терпеть уже не могла.
Спустилась вниз, стараясь идти настолько ровно, насколько это вообще было возможно, чтобы при этом было задействовано как можно меньше мышц. Нет, я не собиралась пропускать тренировку и ныть. Хотя бы просто пройдусь. Телу нужно двигаться, разогреться. Так боль пройдет быстрее.
Наверное…
При этом, точно знаю, Глеб сразу заметил мои скованные движения и по его лицу скользнула легкая усмешка понимания, но не злая. Вслух он и вовсе ничего не сказал, но когда на улице сорвался на рысь, а я даже и не подумала к нему присоединиться, идя кое-как, быстро остановился, обернулся, дождался, когда я до него доползу, и всё ещё с усмешкой, но участливо уточнил:
— Совсем хреново?
Скрывать смысла не было и я кивнула.
— Я так понимаю, самомассаж мимо?
Кивнула снова. Если бы я о нём ещё вспомнила!
— Слушай, я вот не пойму. Ты вроде умная деваха… Но почему периодически тупишь?
Посмотрев мужчине в глаза, поняла, что оскорбить меня не хотели. Просто интересуются. Не торопясь обижаться, пожала плечами. Бывает… Что теперь, не жить что ли?
— Ладно, ползи до площадки, там дам разминочный комплекс как раз на такой случай, — шумно вздохнул Глеб. — На будущее просто запомни: я даю дельные советы не для того, чтобы ты их игнорировала. Понимаешь?
Кивнула.
— Ладно, догоняй.
Сам мужчина побежал вперёд омерзительно бодрой рысью, ну а я поплелась со скоростью беременной черепахи, причём той, у которой переломаны все четыре лапы.
Тем не менее я даже добралась до цели, ну а там, провожаемая многочисленными сочувствующими взглядами, я добралась до Глеба и под его чутким руководством сделала сначала простейшую зарядку для разогрева мышц, после которой действительно немного полегчало, а потом он удивил тем, что отправил меня к Ольге и попросил её показать мне десяток поз из йоги на пластичность и растяжку. Мол, толку от меня сегодня всё равно больше не будет.
Оля, стоит отдать ей должное, на мозги мне не капала. Наоборот, подошла к делу со всей ответственностью и приятным профессионализмом, помогая скрючиться в нужную позу и вслух проговаривая, как эта поза правильно называется, какие мышцы и косточки прорабатывает, и как при этом нужно правильно дышать.
Занимались мы чуть в стороне от основной группы на песочке, который уже прогрелся под ранним утренним солнышком и был приятно теплым, проникая в тело нежным обволакивающим жаром.
В какой-то момент я так расслабилась, что даже задремала, банально отключившись, и может мне приснилось, а может и нет, но совсем рядом со мной состоялся весьма занимательный разговор приглушенными голосами.
— Что скажешь?
— Что именно ты хочешь от меня услышать, Глеб? Девочка страдает. И очень сильно.
— Да? А по ней и не скажешь. Морда кирпичом, не у каждого опытного бойца такая.
— Сам ты морда, — с неприязнью цокнула Ольга. — Думай, что говоришь, а? Вот после таких мужланов у девочек и цветут буйным цветом психотравмы и комплексы.
— Не кипятись. Ты же знаешь, я не со зла.
— Я знаю. Ты знаешь. А она знает? Ты сказал, Олежа ляпнул. Вив припечатала. И что в итоге? Вы поболтали и забыли, а у девчонки глубочайший депресняк.
— Ну всё-всё, исправлюсь. Не ворчи. Что там с Вив? Видел её мельком. Красивая девка…
— Это всё, что у неё есть, — пренебрежительно хмыкнула учительница. — В двух словах — гламурная сука. Не понимаю, зачем вообще таким давать шанс? У меня в своё время были десятки, сотни знакомых. Хороших, добрых. Просто приятных людей! Но нет, второй шанс дали этой… прости господи, Вивиан. В общем, мой тебе совет: бди. Грядут проблемы и немалые. А Майю даже в шутку не оскорбляй, понял? Если сорвется, мы даже не заметим вовремя, а девчонку потеряем. Совсем потеряем.
— Услышал тебя. Работаем.
Голоса стихли, а я уплыла в более глубокую дрему, проснувшись по ощущениями минут через двадцать от легкого касания к плечу.
— Майя, просыпайся, — весело произнесла Ольга. — Лучше до вечера дотерпи, чтобы ночью нормально спать. Перед сном, кстати, сделай парочку асан, ту же «бабочку» или «кошку», они отлично снимают напряжение и расслабляют тело. Запомнила?
Я сосредоточенно кивнула и тут же, не теряясь, вывела на песке фразу:
«Хочу свой дом».
— Уже? — почему-то растерялась Ольга и посмотрела на меня с подозрительным прищуром. — А что так? Не нравится жить на всём готовом?
Я могла бы многое ей рассказать о том, что мне в принципе не нравится, но в итоге четко кивнула. Пусть думает, что хочет. Плевать. Главное, чтобы мои желания хоть как-то учитывались.
— Я поговорю с Архангелом, — с отчетливым сомнением произнесла местная гуру психологии. — Но не уверена, что он пойдет тебе навстречу. Вообще обычно социализация длится две-три недели…
Не сдержав эмоции, неприязненно оскалилась, сжав пальцы в кулаки. Терпеть эту суку ещё три недели? Увольте! Я не настолько «терпила»!
— Но я поговорю, — уже тверже добавила Ольга, явно заметив все мои действия. — Я сейчас может скажу обидное, но понимаю тебя. Ты ощущаешься зверем. А зверю важна своя территория. Своя нора. Да-а… Да, поговорю. Идем вместе, у меня как раз есть минут тридцать до начала занятий. Идем.
Пришлось отыскивать в себе скрытые резервы и для начала попытаться встать. Не без труда, но мне это удалось. До дома я ковыляла исключительно на морально волевых уже зная, что помыться сил точно не хватит. Не сегодня.
В итоге Ольга отправилась искать Арха, а я сразу прошла на кухню. Вивиан видно не было, зато Анна была на месте и быстро организовала мне плотный завтрак, на который я накинулась так жадно, словно голодала неделю. Я уже сюпала горячий чай, когда на кухню стремительно вошел Арх, причём на его лице крупными буквами читалось раздражение, и сходу выставил мне претензию:
— Майя, что за бред?
Я медленно наклонила голову набок и постаралась мысленно поинтересоваться, что случилось. Следом за ним на кухню вошла ничуть не менее хмурая Ольга, а за её спиной маячила в коридоре и Вивиан. Вот только её мне ещё для полного счастья не хватало…
— Что за заявление о том, что тебе нужен свой дом? — ещё злее конкретизировал свой вопрос Арх, причём я чуяла, что он действительно зол. Очень зол. — Что тебя не устраивает? Тебя никто не ущемляет в правах, ты живёшь на всём готовом! Что за… бред?
Не знаю, отразилось ли это на моей морде, но в этот момент я испытала просто дикое разочарование. Он серьезно? Серьезно не понимает? Вот прямо вообще-вообще? Он слепой что ли?
Ах, да… Он действительно слепой.
Коротко хмыкнув, не поленилась и дошла до доски, где написала:
«Я хочу свой дом. Я хочу свою нору. Она должна быть только моей. Если ты не можешь обеспечить мне нору, я уйду.»
И плевать, как это звучит со стороны. Я животное. Я так вижу.
Жестом позвала Ольгу, чтобы она прочитала это вслух, что женщина сделала после короткой заминки, заранее нахмурившись, но если Арх лишь отчетливо скрипнул зубами, то Вивиан в стороне не осталась, насмешливо высказавшись:
— Ой, да выделите вы этой твари нору. Вам жалко что ли? Всем же проще будет.
— Вивиан! — резко осадил её Арх под шумный «ох» ошеломленный Анны и неприязненный взгляд Ольги, вроде бы и потешив моё самолюбие, но следующие его слова снова кольнули больнее, чем бы мне хотелось. — Будет тебе нора. Собирай вещи.
После чего выскочил не просто из кухни, но и из дома в целом, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла.
И чего психовать? Истеричка престарелая…
— Я помогу, — напряженно произнесла Ольга, жестом позвав за собой и Анну, которая сосредоточенно кивнула, так что наверх мы ушли втроем, пройдя мимо брезгливо поджавшей губы Вивиан.
Лично мне на эту курицу было плевать, лишь бы под ногами не путалась, ну а женщины за моей спиной и вовсе начали обсуждать, в какие корзины лучше всего сложить ту же одежду и пряжу, которую мне вчера принесла Ольга.
— Знаешь, я вроде бы и понимаю тебя… — задумчиво протянула Ольга, когда я уже начала доставать из шкафа одежду, а Анна отошла за корзинами. — Но с долей осуждения. Как-то всё резко, бестолково… Ещё и с угрозами. Зачем?
Я предпочла никак на это не отреагировать, ведь не могла высказать всё, что уже давно накипело на душе. Проще промолчать.
— Ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. По продуктам тебе расскажет Анна, она в этом лучше разбирается. Раз в неделю можно ходить на продуктовый склад за овощами, фруктами и крупами. Мясо, яйца можно брать каждый день. Холодильников тут нет, только погреба, а там плюсовая температура. Долго ничего не хранится. В основном у нас ежедневный забой и сразу разбирают по семьям, нюансы расскажет Анна. А ты… не раскисай, хорошо? — Ольга шагнула ко мне и внимательно всмотрелась в моё лицо, сжав пальцами за плечо. — Не обращай внимания на Вив. Собака лает — караван идет. Будь караваном.
Тихонько фыркнула, потому что сравнение было забавным, и кивнула. Я стараюсь. Правда, стараюсь. Получается, правда, хреново…
— Ладно, я побегу. Не грусти, всё наладится.
Ольга ушла, но вошла Анна с парочкой вместительных корзин, куда всё отлично влезло. К счастью, вещей было умеренно немного и ничего крупногабаритного, так что уже через десять минут я была полностью готова к переезду и, подхватив обе корзины (они получились объемными, но не сильно тяжелыми), я спустилась вниз. И сразу на улицу.
Не хочу сидеть в доме, где ходит эта… Вивиан!
Я просидела на лавочке у дома минут тридцать, может сорок, когда в конце улицы показался мрачный Архангел, который даже и не пытался скрыть своего негативного настроя, но именно сейчас меня это интересовало меньше всего.
Когда мужчина приблизился ко мне, я невольно напряглась и поднялась, преодолевая очередной приступ боли в мышцах. Не хотелось смотреть на него откровенно снизу вверх.
— Собралась? — отрывисто поинтересовался белоглазый, глядя на меня так пристально, словно уже колупался в моих мозгах.
Кивнула, транслируя ему четкое «да».
— Пошли.
Он развернулся на пятках, даже и не подумав подхватить хотя бы одну корзину, что меня сначала озадачило, но потом я снова напомнила себе, что у него проблемы со зрением. Живых он видит благодаря свечению. А предметы наверняка видит далеко не все.
Ну или просто обиженка невоспитанная.
Мне же было не сложно… Вру, сложно и больно, но я была девочкой выносливой и просто целеустремленной, так что подхватила обе корзины и пошла за ним следом. Не так быстро, как он, потому что каждый шаг для меня был личным подвигом, но направление я видела и шла.
При этом лишь метров через пятьдесят Арх резко остановился, развернулся и неприязненно процедил:
— Можно быстрее? У меня совершенно нет ни времени, ни желания возиться с этим!
Ну вот как после этого думать о нём хорошо, а? Как? Я даже огрызнуться не могу! Даже просто сказать, что не могу! Не могу идти быстро! Мне больно!
Больно, черт возьми!
— Какого… чёрта⁈ — рыкнул Арх и так стремительно подлетел ближе, что чуть с ног не сбил. А когда схватил своими стальными пальцами за плечи, я и вовсе застыла, выронив корзины. — Что происходит, Майя⁈ Почему сразу не сказала?
А… простите, когда?
Не представляя, как реагировать на то, что он вдруг взялся меня ощупывать прямо посреди улицы, сначала я просто стояла в ошеломленном ступоре, но потом всё-таки очнулась от шока и зарычала, начав его отпихивать. Да он охренел⁈ Может ещё и разденет меня прямо тут???
— Не дергайся, — процедил. — Мозгов своих нет — считай калека. Какого хрена молчишь о том, что важно? Нет, млять, обиженку нам изображать проще! Говорил же, чтобы обращалась по любому важному поводу! Говорил?
Меня аж тряхнули, причём настолько сильно и бесцеремонно, что у меня клацнули зубы, а потом в груди заклокотала злость. Да пошел ты! Умник, ёпта! Только и можешь, что языком трепать! А как до реального дела дошло: все твои слова — мыльный пузырь!
Отпус-с-сти!
Арх отпустил меня настолько резко, что я пошатнулась, оступилась и плюхнулась на задницу, не сумев удержать равновесие, что было не столько больно, сколько унизительно, а он даже и не подумал придержать, глядя на меня с такой злостью, что она могла почти посоперничать с моей.
С минуту мы прожигали друг друга ненавидящими взглядами, а потом он развернулся снова, небрежным жестом подхватывая корзины, и с раздражением бросил через плечо:
— Догоняй.
На этот раз он шел медленнее, я видела, но мне даже просто вставать не хотелось, не то что догонять. Злость так резко сменилась горечью и отчаянием, что я аж всхлипнула от жалости к себе. Ну почему у меня всё так через задницу? Почему-у-у???
Из глаз против воли хлынули слёзы, причём таким бурным потоком, что справиться с ним не было ни единого шанса. Я снова всхлипнула, дико стыдясь и одновременно с каким-то мазохистским удовольствием наслаждаясь своей слабостью и истерикой, которые лично мне давали понять главное.
Я не бездушный робот. Я не кровожадная тварь.
Я просто… запуталась.
Я слабая.
Я глупая.
Я бракованная-я-я…
— Дьявол! — смачно ругнулся кто-то совсем рядом, а потом меня дернули наверх и так сильно встряхнули, что у меня снова клацнули зубы. — Прекращай истерику! У меня от тебя сейчас голова лопнет! Нет, млять, словами мы не можем. Мы предпочитаем до крайности доводить, да? Шевели ногами!
В итоге меня практически взвалили на плечо, как куль с картошкой, куда-то принесли практически бегом, сгрузили безо всяких церемоний прямо на пол под чужой испуганный «ох» и зло рыкнули:
— Твой дом! Обживайся. Ис-стеричка…
С этими словами Арх ушел, а я, закрыв глаза ладонями, разревелась уже в голосину.
И же просто… просто… хотела…
Понимания-я-я… у-у-у…
Наревевшись до соплей и першения в горле, я притихла и лишь какое-то время спустя смогла сфокусироваться на реальности. Я лежала в комнате. Средних размеров, светлая, пустая.
Совсем рядом слышались приглушенные голоса, причём не сразу, но я различила знакомую тональность. Кажется, одной из женщин была Анна. Был кто-то ещё, но по голосу я опознать не смогла, тем более по ощущениям они находились в соседней комнате.
Кое-как сев, потому что умудрилась реветь лежа на полу, сжавшись в комок, я с очень большим трудом встала и, пошатываясь от слабости, причём в том числе душевной, которая ощущалась чёрной ледяной дырой вместо внутренностей, вышла в прихожую.
Ага…
Свернула туда, откуда доносились голоса, и замерла на пороге. Это была кухня, но её опознала я только по печке в углу. Другой мебели в комнате не было.
Женщины, а их было трое, причём по имени я знала только Анну, при виде меня настороженно притихли, а потом именно Анна тихонько спросила:
— Успокоилась, горемычная? Или травок каких заварить? Ты смотри, у меня в запасах и пустырник есть, и валерьяночка. Надо?
Подумав, кивнула. Надо. Очень надо. Сама я уже не справляюсь.
— Ты моя девочка… — женщина подошла ближе и неожиданно привлекла меня к себе, аккуратно погладив по спине. — Ну не печалься ты так. Всё наладится. Вот увидишь. Познакомься пока, это Рита и Наташа, соседки твои из домов напротив. Архангел их попросил в комнатах прибраться. Пыль протереть, да по мелочи. Мебели в законсервированных домах нет, за этим мы с тобой отдельно сходим, как в себя придешь. Сама решишь, какую кровать, какой стол и стулья. Да же?
Я судорожно кивнула. Да, это очень важно — самой решать, что мне надо.
Очень важно!
— Ну вот и молодец. Присядь пока, я за травками схожу и досочку прихвачу. А ты пока подумай, что тебе надо. Дом не самый большой, но тебе одной хватит. Тут три жилых комнаты: спальня, гостиная и мастерская под рукоделие всякое. Кухню сама видишь, туалет рядышком.
Она махнула рукой куда-то мне за спину.
— Спальня с кладовкой под всякое наверху, на мансарде. Остальное всё внизу. Давай, умойся сходи, а я пока за пустырничком сбегаю.
Придерживая меня, как тяжело больную, Анна помогла дойти до санузла, который оказался практически один в один, как на втором этаже в доме Арха, только бочка для воды была практически пустой. Вода плескалась буквально на донышке.
— Тц! Запамятовала! — с досадой всплеснула руками женщина. — Погодь, принесу немного воды. Её тут с колонки качать нужно, потом покажу. А бочки у нас с подогревом, за что главе нашему огромное спасибо. Стой тут, я сейчас.
Даже не думая возражать и сопротивляться, я послушно дождалась, когда Анна принесет мне полведра воды, чтобы я смогла умыться и высморкаться, а потом снова уйдет. В ванной мне больше делать было нечего, так что я тоже вышла из этой комнаты и осмотрелась. Как Анна и перечислила, внизу были две большие комнаты, а ещё кухня с небольшим чуланом и санузел. Сбоку справа располагалась лестница, ведущая наверх, и я, крепко держась за перила, сползала и туда.
Спальня тоже оказалась большой, причём с двумя окнами — справа и слева. Одно выходило на крыльцо и на улицу, второе — на небольшой задний двор, где не росло ничего, только трава. И это хорошо, сама я в садоводстве полный ноль.
Рита с Наташей уже ушли, не мешая мне задумчиво шарахаться по дому, но я всё равно отметила, что уборка была качественной: нигде ни пылинки и пахнет свежестью.
Вниз я спустилась почти одновременно с приходом Анны, причём она несла не только мою доску с мелками, но и очередную корзинку, где я унюхала пирожки. И когда только успела? Настоящая супер женщина!
— Держи, Маюшка, — мне вручили керамическую кружку, откуда густо пахло успокоительными травами. — Пей. Вот тут в мешочке ещё на пару раз. Будет нужда, сама заваривай: на кружку — ложку, достаточно. И пирожков тебе на день собрала. Обед уже скоро, пока с остальным разберемся — и вечер подкрадется. Перекуси да пойдем. Вот эти с картошкой, вот эти с фаршем, а вот эти с яйцами и зелёным лучком.
Не знаю почему, но у меня снова запершило в горле и защипало в носу. Никто обо мне так не заботился тут, как она! Протяжно швыркнув носом, я всё-таки сумела сдержаться, первым делом до дна выпив успокоительный отвар, а потом присела прямо на пол и начала писать, что надумала из мебели.
В гостиную: диван и чайный столик. Пока больше не надо. В спальню: кровать, стул, шкаф, комод. В мастерскую: длинный стол, удобный стул и вместительные стеллажи, чтобы можно было разложить не только рукоделие, но и деревянные заготовки под всякое. На кухню: шкафы под посуду и продукты, разделочную поверхность, тумбу под раковину, стол и парочку стульев. Больше мне не надо. Гости мне не нужны. Максимум, кого я приглашу добровольно, это Анна и Юля.
Дописав, показала своё сочинение Анне и она рассудительно кивнула, хотя и добавила:
— Лавочку ещё в прихожую можно, лишней не будет. Ну а так вроде всё упомнила. Кушать будешь или сразу пойдем?
Подумав, мотнула головой. Нет, никакого аппетита.
Не став настаивать, Анна взмахнула рукой и мы отправились обустраивать мой быт. Дело это было не быстрое. Сначала мы добрались до плотницкого склада, которым заведовал Валерий Иванович, и вместе с ним я прошлась по помещению, лично показав пальцем на вещи, которые хочу. Анна шла рядом и вслух перечисляла, что и куда в итоге встанет.
— А дом-то какой?
— На третьей улице, седьмой.
— А-а, знаю. Сейчас мужиков позову, часика за два доставим. Даже не сомневайтесь!
— И дрова не забудьте!
— С вами забудешь, — рассмеялся плотник. — Всё привезем, не переживайте.
После мебельного склада мы отправились в посудный, где Анна лично набрала для меня всякого: от котелков и сковородок до кружек-мисок, вилок-ложек, досок и ножей. Это тоже мы не стали забирать сразу, пока что лишь отложив в сторонку. Полина Ильинична, дама в возрасте, заверила, что сейчас всё аккуратно уложит по корзинам и в течение часа всё принесут мальчишки.
Затем мы наведались к Михалычу и там набрали свежего текстиля, включая даже фартук и тряпки для пыли и пола. Ведра, тазик и швабру тоже взяли у него.
Это мы унесли домой уже сами, причём Анна безо всяких просьб помогала нести, потому что я сама могла нормально лишь ковылять. И вроде бы немного расходилась, но всё равно ощущала себя избитой и переломанной уткой, ковыляя, хромая и стискивая зубы каждый раз, когда надо было шевелиться.
Последним складом, куда мы отправились, был продуктовый. Им заведовал могучий мужчина с чёрной бородой и таким пронзительным взглядом, что я враз ощутила себя мелкой бестолковкой, но Анна вела себя с ним бойко и доброжелательно, а сам Митрофан Филиппович выдал нам всё чётко по списку, который висел тут же — на стене склада.
Мне, как взрослой особи женского пола, полагалось на неделю три кило самых разных овощей, полтора кило фруктов, два кило крупы, два мяса и так далее. Так как в доме в принципе по продуктам был голяк, овощей мне выдали с запасом, чтобы не получилось «две картошки, морковка, лук», а чуть больше и разнообразнее. Не забыла Анна и про масло, и про соль-специи, и про яйца, и про многое другое. Сахара тут не было, местные подслащивали чай и выпечку медом, так что и баночку с медом мне тоже дали.
Получилось несколько корзин, но их нам просто так не отдали, крикнув двух крепких мужчин, которые всё это донесли до моего дома.
Следующие несколько часов прошли в приятной домашней суете. И даже как-то боль в мышцах на задний план отступила!
Со склада привезли мебель и Анна ловко командовала мужиками, которые беспрекословно её слушались, таская всё, что нужно, по местам. Шторы тоже они мне вешали, как и таскали воду из колонки. Сама Анна показала мне, как правильно топить печь, и на что в принципе обращать внимание. Где хранить дрова, а где готовую еду, чтобы сразу не прокисла. Оказывается, на кухне имелся полноценный погреб, куда можно было спускать те же яйца, мясо и овощи, чтобы не переживать за их сохранность.
— Ну… — выдохнула она шумно, когда всё было разложено и развешано по местам, а мы с ней попили чаю с её пирожками. — Как-то так. Ты не бойся за помощью обращаться, слышишь? На обед-ужин заглядывай, я всегда с запасом готовлю. Уж на тебя-то котлеток всегда наделаю, мне несложно. И пирожков настряпаю, и рагу натушу. Договорились?
Было ужасно неловко, но я кивнула, после чего Анна ушла, надавав ещё кучу житейских советов, а я, наконец, осталась одна.
И шумно выдохнула…
Что ж… Здравствуй, взрослая жизнь, да?
Тихонько хмыкнув, помыла кружки и накрыла остатки пирожков полотенцем, чтобы не черствели. После этого поднялась наверх, в спальню, и аккуратно разложила-развесила одежду. Книги отправились на комод. Корзину с рукоделием отнесла вниз, в свою будущую мастерскую.
Ещё раз прошлась по комнатам, отмечая, что в гостиной пустовато и по идее не помешали бы ещё два кресла, картина и ковер, но… Зачем мне вообще гостиная? Захочется общения, сама пойду в гости к той же Юле. Так всем будет проще.
Снова захандрилось, подступила апатия. Хотелось просто свернуться клубочком, спрятаться под одеялом и уснуть. И чтобы когда проснулась, всё оказалось сном.
Всё.
Но нет, это всё правда. И не получится ни спрятаться, ни сделать вид, что этого нет.
А значит… Подобрала сопли, Майя!
И работать!
Отрывисто кивнув сама себе, я не поленилась взять доску с мелком, чтобы обсудить с мастером возможность поработать в том числе на дому, вышла из дома и внимательно изучила его снаружи, чтобы в принципе понять, где теперь живу, и не ошибиться.
Снаружи дом был кирпичным, добротным, как и всё в этом посёлке. На углу висела деревянная табличка «3–7». Судя по всему, мой новый адрес. Четко оформленного палисадника не было, какой-то простенький самосев из одуванчиков и то ли колокольчиков, то ли чего-то подобного. Зато имелась полноценная ограда, но забор не сплошной, а штакетник чуть выше метра, причём со всех сторон.
Не поленилась, обошла дом, чтобы проверить, как обстоят дела на заднем дворе, и чуть поморщилась. Сам задний двор был меньше, чем у Арха, и соседние участки просматривались только так. Да уж… Топлесс не позагорать!
А с другой стороны, зачем он мне вообще нужен? Разве что иногда на травке полежать.
Коротко хмыкнув, я отправилась в мастерскую по месту своей работы, кивком поздоровалась с Валерием Ивановичем и, не теряя времени, сначала написала ему на доске благодарность за мебель и рабочих, а потом поинтересовалась, можно ли сделать на дверях задвижки, потому что я специально глянула все до единой двери и нашла внутренний запор лишь на входной, причём довольно мощный. А хотелось бы ещё в санузле и спальне!
— А зачем? — озадачился мужчина.
Я тоже уставилась на него с удивлением, не понимая, почему я вообще должна объяснять элементарные вещи, но он с интересом ждал ответа и я, подумав, написала:
«Мне некомфортно без них».
— А-а… — протянул, но, кажется, решил, что я привередничаю. — Ладно, сделаем. Как закончим работу, вместе сходим, гляну.
Вот и договорились!
Повеселев, написала дальше, что хотела бы набрать работы и домой, чтобы было чем заняться по вечерам, если вдруг заскучаю, но при этом мне нужны свои резцы, чтобы не носить эти туда-сюда. И вообще, мне уже резчика первого уровня дали. Так что точно буду тут работать!
— О, это хорошая новость. Ты пока садись, присматривайся, что сегодня делать будешь, а я к кузнецам схожу, задание дам. Давай-давай, не стесняйся. Всё в твоих руках, девонька.
И я села работать. Сложно сказать, сколько прошло времени, но несколько часов точно, ведь пришла я после обеда, но до конца рабочего дня я успела вырезать всего две фигурки — ёжика и сову, причём сегодня на этом работа не закончилась: вернувшийся от кузнецов мастер начал рассказывать и показывать, каким маслом стоит покрывать такие игрушки, чтобы они долго не темнели, не гнили и в принципе были приятного золотистого цвета.
— Ну тут, конечно, всё от случая зависит, — посмеивался он в процессе рассказа. — Детишки, бывают, заиграются — и тютю, нет больше фигурки. Рёв стоит на всю улицу, но дело уже сделано. А масло мы с тобой на следующей неделе варить будем. Всё от и до расскажу и покажу, запоминай. Будет тебе на будущее наука.
Я сосредоточенно кивнула, а потом написала на своей доске просьбу сделать ещё парочку таких досок. Одну, чтобы тут поставить, а вторую, поменьше, про запас. Вдруг куда пойду? Будет удобно носить с собой.
— Сделаю. Сам уже об этом думал. Тяжело, конечно, что в общении ты так ограничена. Но руки не опускаешь, молодец.
Потихоньку за этими разговорами закончился день, и мастер, прихватив сумку с инструментами и заготовками, отправился вместе со мной ко мне домой. Там быстро осмотрел и санузел, и спальню, и в два счета приделал в туалете просто «барашек», причём на деревянный чопик, перед этим просверлив дырочку ручным сверлом, потому что дверь открывалась наружу, а вот в спальне дверь открывалась внутрь и барашек бы тут не подошел. Тут Валерий Иванович приколотил задвижку. Не самую большую и, подозреваю, не самую крепкую, но она хотя бы даст понять окружающим, что я против проникновения на частную территорию.
А вообще по уму можно просто запирать входную дверь.
И почему я не подумала об этом сразу?
В общем, как только мастер ушел, я заперлась, ведь гостей не ждала и ни с кем общаться сегодня в принципе не планировала, а потом подступилась к печке и с горем пополам, но всё же сумела её растопить, благо Анна провела мне чёткий инструктаж и спички тут были, причём очень удобные — длинные.
Так как повар из меня был не ахти, от силы на троечку, я мудрить не стала и просто потушила мяса с луком, морковью и зеленью, сварила картошки и сразу кашу на утро, чтобы разнообразить своё меню. С утра я точно не смогу это всё быстро раскочегарить, так что проще приготовить еду с вечера.
За выпечку я браться в принципе не стала, не с моими когтями. Их я, кстати, пока передумала отрезать. Паранойя или нет, но мне не хотелось больше оставаться беззащитной.
Этот мир не для слабых.
Пока готовила, размышляла о том, что как бы ни было мне тяжело, ни в коем случае нельзя бросать тренировки. Категорически! Через месяц, два, три — но я должна стать достаточно сильной, чтобы начать снова ходить в джунгли и убивать.
Убивать тварей за опыт!
Я помню слова Арха о том, как для меня важно поднимать характеристику «химероген». Очень хорошо помню. Но для этого мне надо поднять как минимум четыре уровня.
Или четыре раза умереть.
Вот как-то даже и не знаю… Что быстрее и выгоднее?
Шучу. Конечно же, поднимать уровни! Ещё неизвестно, в кого я снова мутирую, если меня убьет какая-нибудь кракозябра! Шипы? Шерсть? Хобот? Копыта? Спасибо, обойдусь!
Вот если бы можно было выбирать мутацию… Я бы точно выбрала крылья! Сто процентов! Причём именно кожаные, как у летучей мыши. За ними и ухаживать проще, и эстетически симпатичнее. По крайней мере в моём понимании. А ещё я бы не отказалась от острого зрения, идеального слуха и чуткого обоняния.
Интересно, местные охотники уже составили базу тварей, за которых дают хороший опыт на каждом уровне? Допустим, сейчас более или менее оптимально убивать только гиен. Свиней и макак уже бессмысленно. Динозавров опасно. Сами кого хочешь грохнут.
Кто ещё есть более или менее подходящий? И где именно они обитают? Мне бы кратенький гайд по монстрам окрестностей… Вдруг я вообще просто тупо теряю время, тратя его на ерунду? Глупые бабские разборки, кому достанется местный Властелин. Нелепые придирки от этого самого Властелина. Попытка Ольги залезть в душу и вывернуть её наизнанку… Зачем?
Да, они хотят, как лучше. Но как лучше для меня или для них?
Разница есть.
А ещё эта Вивиан…
Скривившись, усилием воли заставила себя о ней не думать. Она для меня никто. Пустое место.
А мне надо сосредоточиться на том, чтобы просто жить и становиться сильнее.
Остальное вторично.
После того как ужин был приготовлен и съеден, оставшееся я накрыла крышками и убрала в погреб, помыла посуду и добралась, наконец, до ванны. Повздыхала на тему того, что ванной это корытце можно назвать лишь с огромной натяжкой, но всё равно начерпала в него уже подогретой воды (интересно, за счет чего?), залезла и просидела минут двадцать, отмокая физически и морально.
К вечеру мышцы заныли с утроенной силой, было тяжело даже просто лежать и дышать, но я заставила себя ополоснуться, накинула халат и перебралась в кровать.
И вроде бы хотелось почитать, но даже руки дрожали, не желая листать страницы, так что в итоге я просто лежала, отстраненно думая о том, какие ещё фигурки хочу вырезать.
Я видела, что Саша уже набросал эскизы для черепашки, лягушки, медведя и волка, причём такие, какими они были в прошлую эпоху. До того, как Землю поработили таурианцы. Интересно, сейчас такие животные вообще существуют? Или он видел их только на картинках?
А сами таурианцы как выглядят? Зачем им экспериментировать над нами? Ради чего? Выясняют предел прочности психики? Способность мутировать? Ерунда какая-то… Они же не видят результат. Или…
Видят?
Продолжая немного отстраненно обдумывать эту откровенно параноидальную мысль, пришла к выводу, что всё вполне реально и, допустим, обо мне они получают сведения, когда я умираю в очередной раз и меня пожирают разумные лианы. Почему бы и нет? На фоне общей фантастичности происходящего, вполне жизнеспособная версия.
А потом я уснула.
Из-за всех этих переживаний снилась мне настолько фантастическая и неприятная дичь, где меня убивали то твари, то мрачно оскалившийся Арх, то злобно хохочущая Вивиан с его попустительства, что утром я была искренне рада тому, что в принципе проснулась. Причём по ощущениям — довольно рано.
Разлеживаться не стала, как бы ни хотелось иного, но одежду на сегодня выбрала свежую, заодно поставив себе зарубку на память выяснить, как тут выглядит стиральный аппарат. Каждому ли такое доступно? Или придется ручками?
Пока же я просто оделась, заплела волосы в косу, не в первый раз подумав о том, что можно в принципе побриться — меньше мороки, поплескала воды в лицо и вышла на улицу.
Там меня никто не встречал и я даже немного растерялась, но потом всё равно отправилась в сторону спортивной площадки. Неважно, что думают обо мне окружающие. У меня есть цель и я буду к ней идти!
При этом на площадку я пришла в числе последних, но сразу заметила, как отвлекся на меня Глеб, что-то сказав группе ребят, и направился ко мне. Подошел, пытливо изучая, и удивил вопросом:
— Доброе утро. Как самочувствие? Ты вообще способна заниматься?
Жестом попыталась дать понять, что «так себе» и «чуть-чуть», на что мужчина понимающе хмыкнул и махнул рукой в сторону Ольги.
— Давай, как вчера. Без напряга. Всё равно в полную силу не сможешь, а судороги мне не нужны.
Ольга тоже удивила тем, что не стала лезть в душу, словно вчера в принципе ничего неординарного не произошло, и мы с ней весь следующий час медленно и плавно перетекали из позы в позу, разминая мышцы и сухожилия.
В какой-то момент мне показалось, что атмосфера стала напряженнее, словно в воздухе повеяло озоном, как перед грозой. Даже на небо посмотрела, но оно было чистейшим — без единого облачка, а потом случайно оглянулась и увидела, что на площадку пришел Архангел.
Вроде как заниматься…
Даже с ритма сбилась, чуть не пропахав носом песок, а сердце в груди забилось быстро-быстро. Как при аритмии.
Следующие десять минут я старалась наблюдать за ним боковым зрением, сразу заметив, что делаю это не одна — тренировка практически встала, особенно когда Арх размялся и, взяв тренировочный меч, сошелся в жестком спарринге с Глебом.
Щепки так и летели!
За следующие пять минут мужчины измочалили мечи в хлам, но судя по их настрою, это было только начало. Стоило им отбросить испорченные мечи в сторону, как наблюдающие за боем другие химеры перекинули им новые, и бой продолжился.
Никто не выкрикивал подсказки, не подбадривал, но совсем скоро наблюдали уже все, а ещё через пять минут, когда пришли в негодность очередные мечи, Арх выкрикнул:
— Чингиз, присоединяйся!
Монгол даже и не подумал отказываться, влетев в чужой бой настолько стремительно, что я окончательно забыла о какой-то там йоге, просто сев на задницу лицом к бойцам, и уставившись на них безотрывно.
Это было… жутко.
Это было настолько стремительно, мощно и молниеносно, что некоторые движения я даже не улавливала, отслеживая перемещение бойцов уже постфактум, когда они замирали перед очередным броском и ударом.
В течение следующих десяти минут мужчины на троих уничтожили как минимум дюжину мечей, но в итоге никто не был даже ранен — их мастерство было поистине запредельным.
Как только все трое остановились в разных концах воображаемого ринга и Арх первым скомандовал:
— Стоп!
Я первым делом обратила внимание, как тяжело дышит Глеб, как порывисто стирает со лба пот Чингиз… И как спокойно невозмутим Арх, словно для него это была даже не разминка, а так… проходной эпизод.
Силён… действительно силён.
Сидящая рядом Ольга странно хмыкнула и еле слышно, практически себе под нос произнесла:
— Неужели уже допекла? Как-то быстро…
Я обернулась на неё, слегка наклоняя голову и тем самым прося пояснить, на что Ольга загадочно прищурилась и качнула головой.
— Не обращай внимания, мысли вслух. Но что-то мне подсказывает, что наш стойкий и непогрешимый не так уж и идеален. Обычно он появляется на тренировках, когда кто-то выводит его из себя. А если совсем в бешенстве…
— Ольга! — резкий окрик Арха заставил меня вздрогнуть, но учительница даже в лице не переменилась, продолжая иронично улыбаться.
А мне так и вовсе подмигнула.
— Не бойся, он только лает громко. Пойду, выслушаю пару ласковых. А ты давай-ка скручивайся в позу кобры. С твоей сидячей работой самое то для позвоночника.
Сама она преспокойно встала и направилась в сторону главы посёлка, до которого от нашей площадки было метров двадцать, так что, как я ни прислушивалась, так и не услышала, что он ей говорит, словно специально встав ко мне спиной.
Да и ладно. Не очень-то и хотелось. Но слова Ольги меня… скажем так, подтолкнули к размышлениям. Он злится на Вивиан? Или на кого-то другого? И вроде я сама не из тех, кто сует нос в каждую щель, но всё равно любопытно.
Немного отстраненно размышляя о том, что мне было бы… кхм, приятно, если бы его довела до ручки именно Вивиан (вот такая я мстительная дрянь, да), я с некоторой оторопью наблюдала за тем, как Арх, обменявшись прощальными рукопожатиями с теми мужчинами, кто стоял поблизости, чуть приобнял за плечи Ольгу, и они ушли со спортивной площадки вместе.
Ну и как это понимать?
Растерявшись, в итоге я просто села, не зная, что мне делать дальше. Глеб тоже был занят, наблюдая за спаррингом молодых парней и ставя им удар. Больше я тут особо никого не знала…
А мне-то что делать?
Посидев так минут десять, поняла, что на реальные спортивные подвиги всё равно не способна, так что не стоит терять время, и ушла домой. Сильно мыться не стала, предпочтя просто ополоснуться, а потом и вовсе пришлось попыхтеть, таская воду из колонки, потому что в моём доме кроме меня самой это сделать было некому.
И почему местные до сих пор водопровод не изобрели? Ужас!
После того, как бочка была наполнена и у меня отчетливо заныла поясница, я поняла, что мужик в доме — не такой уж и бесполезный аксессуар. И нет, я не вернусь в дом Арха.
Справлюсь!
Позавтракав холодной кашей и потосковав о микроволновке, поняла, что минимально топить печь всё же надо. Это ни воду на чай не подогреть, ни кашу… Она, конечно, и холодная не омерзительна, но и не «вау».
Эх… Как же всё-таки меня разбаловал прогресс!
— Тук-тук! — донеслось жизнерадостное из прихожей. — Есть кто дома?
Удивленная, я вышла в коридор и увидела подозрительно довольную Юлю с корзинкой.
— Приветики! С новосельем! Зашла проведать, а то мамуля моя, чрезмерно тревожная, весь вечер вчера мне мозг колупала, как ты тут одна без её пирогов и котлет. Но, смотрю, жива. Чаем напоишь?
Я ещё соображала, что к чему, а мне уже сунули в руки корзинку со снедью и аккуратно затолкали обратно на кухню.
— О, смотрю, Иваныч тебе гарнитурчик не пожалел. А чего печь не топлена? Или ты ещё не завтракала? Нет, так дело не пойдет! Питаться надо нормально! Мой тебе совет, даже не вздумай попадать на карандаш нашему лекарю, Демид Романычу. Он капец какой ворчливый!
В итоге я едва ли принимала участие в происходящем: Юля и печку в два счета растопила, и чай поставила, и пирожки подогрела, и котлеты на блюдо выложила… В общем, я уверенно забыла, что всего двадцать минут назад ела кашу, и охотно позавтракала снова, но на этот раз котлетками и пирожками.
Болтала Юля тоже за двоих, так что я узнала, что вчера после обеда Архангел водил по посёлку новенькую, которая неприятно поразила окружающих гонором и брезгливым выражением лица, кому-то даже в открытую нахамила, так что вечером, собравшись по гостям и кухням, местные бабоньки уже перемыли ей косточки и заранее пожалели того бедолагу, которому она достанется в жены.
— Красивая девка, — с пренебрежительным фырком констатировала Юля. — Но тупая. Ей бы улыбаться побольше и со всем соглашаться, в оба уха слушая, что ей знающие люди говорят, а она всё на каком-то своём лопочет. Про коучи, по лайфхаки… Хрен поймешь, в общем. Представляешь, при всех у Арха требовала, чтобы он тут организовал нормальный курорт и спа-комплекс, а не «вот это вот всё!».
Последнее она говорила, явно передразнивая Вивиан, на что я смешливо фыркнула, а Юля разулыбалась, качая головой.
— Ну дура же. Какой курорт? Мы тут от сезона к сезону то от выползней отбиваемся, то от мокрилок. Вообще не от мира сего девица. Знаешь, мне кажется, Арх уже и не рад, что из джунглей её приволок. От таких блаженных мороки больше, чем пользы. Ну да ладно, хрен с ней! Мне тут одна птичка на хвосте принесла, что ты не просто в плотники подалась, а в резчики! Правда?
Я размеренно кивнула и, не поленилась, сходила до доски, на которой написала:
«Да, мне нравится работать с деревом. Получается его чувствовать. И нравится делать красивости. Саша нарисовал разное, вырезаю. Пока игрушки. Можем вместе пойти в мастерскую, я тебе покажу»
— Ух, ты! Здорово! Игрушки у нас на вес золота! Особенно у мальчишек. Знаешь мне иногда кажется, что им нужно отливать их из чугуна и всё равно сломают!
Она заливисто рассмеялась своей шутке и посмотрела на меня с улыбкой.
— Слушай, если не сложно! Есть заказ! Мои близнецы просто обожают домино! У мужа был свой набор, но уже старенький, они его так в своё время заиграли, что некоторые костяшки уже сломались. Жалко. Вырежи нам новый, а? С меня пироги и котлетки!
Ага? Да с радостью!
Я так активно закивала, что Юля снова расхохоталась и протянула мне ладонь со словами:
— Договорились, Маюшка!
Но я всё равно вовремя спохватилась и написала на доске:
«Мне нужен образец. И точное количество нужных костяшек. Я сама не помню, как надо.»
— Нарисую! Всё нарисую! — заверила меня женщина. — А как твои дела в рукоделии?
Я жестом показала, что очень сильно так себе, а на доске написала:
«Когти сильно мешают. Но я потихоньку тренируюсь. Пока получается неплохо вязать крючком.»
— О, здорово! Но я больше шить люблю. По вязанию у нас Галка большая мастерица. Мы раз в недельку всем табором собираемся в их доме, обмениваемся, так сказать, опытом. Приходи тоже? Чаи погоняем, мужиков обмусолим, — она хитро мне подмигнула. — Может, и тебе кого посоветуем? М?
Я выразительно прикрыла лоб ладонью и покачала головой.
— Ой, да ла-а-адно! — она снова захихикала, как девчонка. — Ты очень славная. С тобой приятно общаться. А мужикам много ли надо? Пф!
Наверное… Она хотела, как лучше. Поддержать. Приободрить. Но мне стало неприятно и я написала:
«Давай не будем о мужиках. Мне неприятно».
— О, — Юля растерянно округлила глаза. — Прости. Не подумала. Прости-прости. Всё, молчок. Идем в мастерскую?
И мы пошли в мастерскую. Там я показала Юляше уже готовые игрушки, которыми она искренне восхитилась, и ту разделочную доску, которую сделала первой.
— Красоте-е-ень! — протянула она с нескрываемым восторгом и обратилась к мастеру: — Валерий Иванович, я к вам первая за заказом! Ещё не знаю чего, но мне надо!
— Вот как придумаешь, так и обращайся, — хохотнул мужчина. — В порядке живой очереди. У меня уже от Мишутиных заказ и от Потаповых. Нинка на сносях, сама знаешь. Колыбельку хочет резную. У нас беременные вне очереди, тебе ли не знать?
— Ой, да ладно вам, — вдруг смутилась женщина и подмигнула мне, добавляя, чуть понизив голос: — Я когда близнецами беременная ходила, дурная была — ужас! Хорошо, Васька мой — из тех, кого вывести из себя просто невозможно. Будь я на его месте, давно бы себя прибила. Но, как видишь, жива.
Внимательно выслушав Юлю, кивнула, сама заинтересовавшись словами мастера про колыбельку. А мне почему ничего не сказали? Сумев написать этот вопрос карандашом на маленькой деревяшке, услышала:
— Сегодня планировал. Да ты не суетись, ей до родов ещё больше месяца. Успеем. Сейчас руку ставь на игрушках, да на мелких досках. Люльку я сначала сам смастерю, а уже после тебе на роспись дам. Всё нормально, не переживай.
О, ну раз так… То отлично!
В итоге Юля, поболтав ещё немного с мастером, ушла, ну а я села за игрушки. Так как сегодня пришла пораньше, то успела вырезать аж четыре не самых сложных фигурки. Это был волк, черепаха, медведь и белка. И снова мне подумалось о том, какие вообще сейчас животные существуют. Захотелось обсудить это с кем-то… знающим.
Может даже с местной учительницей?
Хорошенько это обдумав, поняла, что да — стоит. Причём как можно раньше. И как только Валерий Иванович объявил завершение рабочего дня, перед этим презентовав мне две доски разного размера, одну, что побольше, я тут же поставила в свой уголок, чтобы нам было легче общаться, а вторую прихватила с собой и отправилась на поиски дома Ольги.
Что она там говорила? Какой номер дома? Четыре-девять, если не ошибаюсь? Вот сейчас и узнаю.
Нужный мне дом я нашла быстро, причём он был очень похож на мой, но всё-таки немного побольше — с полноценным вторым этажом. Вежливо постучав в дверь, я не рискнула заходить сразу, ведь не знала, как тут вообще принято, поэтому дождалась, когда мне откроют.
Это был Павел.
Увидев меня, мужчина почему-то очень сильно удивился, ну а я, неловко взмахнув рукой в приветствии, написала на доске:
«Ольга дома? Я хочу с ней поговорить».
— М-м… да-а… Да, привет, проходи. — Мужчина взмахнул рукой, приглашая меня в дом. — Она сейчас на кухне, готовит ужин. Проходи, кухня там.
«Я не вовремя?» — торопливо написала ещё.
— Да нормально всё, не парься. Ольга всегда рада гостям, — цокнул Павел и даже приобнял меня за плечи, подталкивая в нужную сторону. — Особенно из числа химер. У нас тут вообще одна большая деревня. Если кто реально хочет уединиться, то просто запирают двери и не пускают. А если двери открыты, то можно заходить. Имей в виду, кстати.
Я сосредоточенно кивнула, благодаря за подсказку, и вошла на кухню. Там и впрямь стоял дым коромыслом, причём Ольга месила тесто, забавно испачкавшись в муке, но при виде меня широко улыбнулась и произнесла:
— О, какие люди! Привет-привет. Проходи, не стесняйся. Я тут рыбный пирог хочу замутить по рецепту Анны. Сама я в выпечке посредственность, но хочется уже разнообразить меню. Вот, фигачу. Садись, рассказывай. Как прошел день?
«Спасибо, хорошо. Работала в мастерской, вырезала игрушки из дерева. Система оценила мои старания, дав умение 'резчик по дереву».
— О, слушай, отличная новость! Ты и впрямь счастливчик.
Вот тут я немного не поняла и спросила:
«Почему?»
Ольга сначала рассмеялась, не забывая про тесто, а потом пояснила:
— Мало кому из женщин удается взять через систему интересную профессию. У меня психология, но я ею прям живу. Валя — мечник, но её в джунгли толком не пускают. Так, баловство одно. Нина — огородница. Даже если в камни семечко воткнет — вырастет, никуда не денется. Галина — вяжет так, что может за вечер свитер сделать, причём сносу ему не будет. Но это же… Так, баловство.
«Так и это тоже баловство», — не согласилась. — «Вот если бы я инженером была или кузнецом… Или изобретателем! Это было бы серьезно».
— Не могу не согласиться, — с досадливым смешком хмыкнула Ольга. — Но всё равно, умение работать с деревом — это здорово. Поздравляю. А по навыкам есть что?
«Да. Чуткость пальцев и отточенные движения когтями. Это всё для работы с деревом».
И нет, я не стала говорить ей про навык «безжалостная». Придержу.
— Вообще супер, — покивала учительница. — Развивай. Месяц-два — и точно возьмешь второй уровень умения. А там и третий не за горами. В остальном как? По дому всё нормально?
«Да, всё хорошо. Анна помогла обставить. Она чудесная женщина.»
— Это да. Местная мамушка, — разулыбалась Ольга. — Всех знает, всё умеет. И дико заботливая, — судя по загадочной улыбке, Ольга вспомнила что-то своё. — Иногда даже чересчур.
Я кивнула и написала то, зачем вообще пришла:
«Расскажи мне про зверей. Саша нарисовал мне разных, какие жили в наше время. Волка, лису, белку. Сейчас они есть? Или только монстры?»
— Всё… неоднозначно, — хмыкнула Ольга, чуть заметно морщась. — В основном монстры. Но все они так или иначе прежде были знакомыми нам белками и волками. Какие-то максимально похожи на оригинал, какие-то сильно отличаются. Если интересны подробности, приходи в школу, покажу. У нас целый выставочный зал с картинками и описанием, чтобы дети учились на примерах. Тут за забор до шестнадцати вообще не выпускают, а после шестнадцати только тех, кто сдаст Глебу экзамен по самообороне. Так что учим жизнь по картинкам. Иначе никак.
«Мне очень интересно», — написала, интенсивно кивая. — «Я приду. Когда лучше?»
— Ну, в принципе… давай через три дня. Будет воскресенье. По воскресеньям тут официальный выходной у таких, как мы с тобой. По субботам по идее тоже, но у меня персональные консультации. — Она смешливо фыркнула. — Я ж психолог. Приходится соответствовать. Ты не смотри, что посёлок маленький, страсти тут порой кипят такие, как не в каждом сериале. А учитывая любовников… Ну да ладно, это вроде как врачебная тайна. Не будем о грустном.
Хорошо. Не будем.
Заинтересовавшись словами Ольги про выходные, попутно выяснила, что сегодня, оказывается четверг, а завтра пятница. Фермы и огороды работают посменно без выходных. А школа и мастерские — с двумя выходными для женщин и одним для мужчин.
— Но если сама хочешь, то можешь и по субботам работать. Ну или не работать. Тут сама решай. Кто-то на дому развлекается, если позволяет наличие комнат и увлечение. Кто-то по гостям ходит или на своём огороде возится. У кого дети, там вообще без вопросов — всё время ими занято. По будням у нас и ясли-сад, и школа работают, но суббота-воскресенье — домашние дни.
Поблагодарила кивком и задала может не совсем логичный, но всё же вопрос, который вдруг пришел в голову:
«А тут есть домашние животные? Кошки, собаки».
— Нет, — вздохнула Ольга, причём с отчетливым сожалением. — Чего нет, того нет. Ни кошек, ни собак. Они слишком агрессивно мутировали и держать дома их нельзя. Те, что на фермах, тоже не особо безопасны, но там они под замком. Жалко, конечно. Я б кошечку завела. — Она грустно улыбнулась и прикрыла глаза. — У меня раньше была… Муська. Скучаю по ней жутко.
Повисла тяжелая пауза, но Ольга быстро взяла себя в руки и встрепенулась.
— Вот такие дела.
Пока мы общались, она домесила тесто и накрыла его полотенцем, чтобы оно настоялось, и начала крошить лук. Рыба была уже разделана на филе, причём я видела, что это именно красная морская рыба, а не речная, и заинтересовалась ею.
«А тут опасно рыбачить?»
— Относительно. Главное, грамотно выбрать время суток и успеть быстро поставить сети. На мелководье до трех метров. Если глубже, то там уже такие твари водятся, что акулы им на один зубок, — скривилась Ольга. — Понятно, что не постоянно караулят, а от случая к случаю, но лучше не рисковать. Если почует, то даже завещание написать не успеешь. Шансов выбраться из моря — ноль.
Тут же вспомнились речные пираньи и меня передернуло всем телом. Помню-помню… Повторять не хочу!
— Но вообще опасностей тут тьма, — вздохнула она. — Ещё бывают сезонные миграции всяких прыгающих и летающих тварей. Вот это вообще ахтунг. Высокий забор для них не аргумент. Перелетают и перепрыгивают только так. В это время у нас объявляют комендантский час и мужики ходят на зачистку. Ближайший такой сезон будет через пару месяцев, к концу июля. Твари наподобие саранчи и богомолов, только размером с крупную псину, а то и пони. Омерзительные создания. Кстати, через недельку сезон дождей ждем, будь готова. Поливать будет так, что может с ног сбить. Сходи на склад за дождевиком, пригодится. Не идеальная защита, но хоть что-то.
И снова я поблагодарила кивком, задав новый вопрос:
«Архангел сказал, что мне нужно развиваться в уровнях и вкладывать очки характеристик в „химероген“, чтобы попробовать контролировать свои мутации. Кого лучше всего убивать на моём уровне? У меня уже седьмой. Вы же знаете, за кого и сколько дают?»
— О, тут у нас целая наука, — усмехнулась Ольга. — Но с этим тебе лучше к Арху. У него в планшете целый атлас по тварям с подробным описанием, как и что. Сама я не боец. Парни помогли прокачать уровень до пятого, но в целом это не так уж и сложно было. Просто таскали мне придушенных свиней и я их того… — она чуть поморщилась, — добивала. Мерзко, конечно, но по другому никак. А у тебя, значит, седьмой уже… Это теперь, получается, надо тысячу единиц опыта, да?
Я кивнула.
— Непросто будет… А химероген уже сколько?
«11»
— Ого! Это как?
Пришлось рассказывать, что он повышался у меня сам с каждой смертью. И на десятке мне система дала «бонус» в виде выбора мутации из трех предложенных.
— Жесть, — покачала головой женщина. — Форменное издевательство. Но Арх прав, если на десятке дали бонус, то по идее и на пятнадцати тоже должны что-то дать. Как и на личном десятом уровне. Что ж дерзай. Буду держать за тебя кулачки. На ужин останешься?
Я отчетливо заколебалась, понимая, что с моей стороны это будет нагло, но Ольга словно заметила это и весело добавила:
— Брось скромничать, Майя! Если предлагают, соглашайся. Поверь, я от души. Да и просто пообщаться с новым человеком всегда интересно.
Не став возражать, что я не человек, всё же написала:
«А Павел не будет против? Я чавкаю».
Ольга хохотнула и помотала головой.
— Поверь, не будет. Ты не слышала, какая отрыжка у Олега! Это не мужик, а одно большое собрание недоразумений. Ни манер, ни такта. Но сильный. И вообще добряк. — Она подмигнула мне. — Только глубоко в душе.
Вот тут я не поняла. Мне его сватают что ли?
Даже немного зависла, но сама Ольга тему развивать не стала, и я тоже решила не заострять на этом внимание. Вместо этого полюбопытствовала:
«А тут есть свадьбы?»
— О, да! Конечно! — Ольга снова воодушевилась, причём было видно, что тема ей понравилась. — Тут вообще с праздниками туго, так что стараемся разнообразить серую рутину. Дни рождения, день окончания сбора урожая, первый день весны — он тут сейчас вместо Нового года. Зимы-то нет. А свадьбы тут по деревенским меркам шикарные. Гуляем всем посёлком! Своего рода народные гуляния с застольями на свежем воздухе и конкурсами. Женщины лучшие наряды достают, мужики тоже прихорашиваются. Мы с Анной и Юлей кем-то вроде ведущих в это время, чтобы за всеми уследить и получился действительно праздник, а не попойка. Алкоголь, кстати, крепкий под жестким запретом. Мужики гонят самогон из пшеницы с медом, но потом разбавляют до состояния медовухи. Не больше восьми градусов. И только по праздникам. С этим у Арха строго. Да и сама понимаешь, слишком опасно, чтобы расслабляться. Ну а сам Арх проводит что-то вроде церковной церемонии, но попроще и больше похоже на языческий обряд. Очень красиво. Душевно.
Она с ностальгией вздохнула, чуть улыбнувшись и прикрыв глаза. Но потом встрепенулась, доделала пирог и отправила его в печь, занявшись гарниром и салатом.
— Книги учета населения тоже Арх ведет, чтобы знать, кто чей родственник. Сама понимаешь, это важно, чтобы случайно не поженить кузенов. Один-то раз может и обойдется, но если постоянно этим грешить, то так и до генетических аномалий дожить можно. Лучше не рисковать.
«А ты знаешь, как он сотрудничает с таурианцами?»
— Нет, — она поморщилась. — И он очень не любит вопросы на эту тему. Как и о своём прошлом. Подозреваю, оно было не особо радужным. Просто иногда он уходит, так сказать, по делам на недельку-другую и возвращается с какой-нибудь полезной штукой. Лет пять назад как раз таким образом притащил сотню… м-м, скажем так, артефактов. Нагревательных. Наши мужики встроили их в бочки, которые в санузлах стоят, теперь воду греть не надо. Почти сразу теплая становится. И не тухнет. Полезно же, правда?
«Очень», — согласилась. — «А что ещё?»
— Да, знаешь… так сразу не скажу. Планшет его сама видела. Есть ещё прибор для совместимости определения пар. Парочка медицинских штук, но ими Романыч заведует. На ферме точно что-то есть, в теплицах. На воротах тоже охранная штуковина оповещения. По типу сирены и громкоговорителя. В общем, если подумать, довольно много чего у нас тут есть. Причём знаешь, это настолько уникальные технологии, что в моём понимании они больше похожие на магию. Но Арх говорит, что нет. Это именно технологии. А с другой стороны, какая разница, правда? Лишь бы работало.
Я кивнула, соглашаясь и с этим, а потом вдруг снова ощутила… запах озона. За спиной.
Замерла, прислушиваясь к своим ощущениям, но обернуться не успела, услышав голос главы посёлка:
— Вот ты где…
Мне, конечно, могло и показаться… Но он опять злится? А сейчас-то на что?
— И тебе добрый вечер, — насмешливо произнесла Ольга. — Как дела?
— Твоими молитвами, — буркнул Арх, подходя ближе и вставая так, что я могла его видеть. — Майя, нам нужно обсудить, как прошел твой день. Мне надо убедиться, что твоя социализация проходит успешно.
— О, у Майи всё отлично! — на мой взгляд как-то чересчур жизнерадостно защебетала Ольга, хитро подмигивая мне. — Мы уже всё-всё обсудили, могу тебе кратенько пересказать.
— Мне не интересен краткий пересказ, — грубо отрезал Арх. — Особенно в чужом исполнении. Ты знаешь. Мне важно услышать саму Майю.
Вот тут я… растерялась. Во-первых, он не может меня услышать в любом случае. Только через планшет. Но это электронный голос и он скажет ровно то, что я напишу. А во-вторых, какая разница?
И я написала, показывая слово Ольге:
«Почему это важно?»
— О, — она усмехнулась. — Ты же знаешь: он не просто слушает слова, он читает твои эмоции. И если вдруг солжешь, сразу поймет.
— Ольга!
— Не ори, — она пренебрежительно фыркнула. — Это все наши знают. И вообще, шел бы ты отсюда со своим дурным настроением, а? У меня опять молоко от тебя скиснет. Или хочешь в кои веки выговориться? С удовольствием тебя выслушаю.
— Обойдусь, — скривил губы Арх, почему-то совершенно не делая Ольге ни единого замечания. Хотя она общалась с ним… не особо уважительно. — Майя, идем.
«А ужин?», — написала торопливо, показывая это Ольге.
— Я тебе отложу, — заверила она меня, улыбаясь с участием. — Пирог ещё минут тридцать печься будет. Думаю, за это время вы успеете всё обсудить. Ну а если нет, всё равно заходи, хоть чаю попьем.
«Спасибо», — не поленившись написать и это, я вдруг тяжело вздохнула, потому что совершенно не желала общаться с белоглазым, особенно когда он в дурном настроении, но вроде как отказаться не могла.
Он тут самый большой начальник и только по его милости у меня есть дом. Если вдруг впаду в немилость, кто знает, что он сделает? Нет, не будем обострять и без того непростую ситуацию.
При этом доску я прихватила с собой, если вдруг захочется перекинуться парой слов с Анной, а до дома Арха мы шли молча. Он немного впереди, а я за ним.
Как дошли, он сразу направился в кабинет, причём, когда я вошла, махнул рукой на диван, заявляя:
— Садись.
Сам сходил до своего стола, достал из верхнего ящика планшет, вернулся ко мне с ним… И тоже сел на диван, тут же вызывая во мне острый приступ дискомфорта.
— Держи.
Сам он вроде бы на первый взгляд подуспокоился, но при этом я всё равно ощущала рядом с ним густой запах озона, а по его лицу невозможно было прочесть ни единой эмоции. Расслаблен он точно не был.
— Расскажи, как прошел твой день, — потребовал Арх. — С самого утра.
Это будет… долго.
Снова вздохнув, причём даже не специально, я начала старательно набирать ответ на планшете:
«Утром проснулась сама. Сходила на тренировку. Немного болят мышцы. Глеб пока больше со мной не занимается. Мы занимаемся с Ольгой йогой. Мне нравится. После тренировки вернулась домой. Заходила Юля, поздравила с новосельем. Обрадовалась, что я теперь резчик по дереву. Попросила сделать для своих детей домино. Мы вместе дошли до мастерской, там пообщались с Валерием Ивановичем. Я узнала, что ему поступил заказ на люльку для Нины. Будем делать. Мне очень нравится работать с деревом. Система дала умение „резчик по дереву“ первого уровня и два полезных навыка: „чуткие пальцы“ и „отточенное микродвижение когтей“. Это для работы по дереву. Сегодня вырезала фигурки зверей. Сделала четыре штуки. Мастер хвалил. После работы зашла к Ольге. Интересовалась вопросом про зверей, какие сейчас есть. Она рассказывала. Обещала показать в воскресенье зал в школе, где висят плакаты. Мне интересно, как сильно изменился мир.»
На этом я притормозила с потоком откровений, решив, что для начала достаточно. Запустила кнопку «озвучить» и внимательно всмотрелась в лицо мужчины, который слегка наклонил голову, но при этом не прекращал смотреть на меня. И даже скорее внутрь, словно действительно видел душу.
Было неприятно.
Наконец, электронный голос замолчал, и Арх размеренно кивнул.
— Хорошо. Очень хорошо. Значит, дело по душе ты себе нашла. Отлично. Что с домом?
Вот тут я вопрос не поняла. А что с домом?
Судя по всему, моя растерянность была достаточно яркой, чтобы он её увидел и конкретизировал вопрос:
— Всё устраивает? Или хочешь обратно?
Вот уж нет!
Уверена, он услышал и так, но я всё равно написала:
«Мне всё нравится. Очень хороший и уютный дом. Много места. Всё моё. Для меня это важно.»
— Понятно, — произнёс вроде бы и ровно, но мне показалось, что всё-таки с легким оттенком досады. — Что ж, комфорт и душевное спокойствие жителей посёлка на первом месте. Хорошо, что ты всем довольна.
И безо всякого перехода спросил:
— Мышцы ещё болят?
Не понимая, что это изменит, тем не менее лгать не стала:
«Да. Немного»
Вдруг чего посоветует?
Но вместо этого Арх заявил:
— Повернись ко мне спиной.
Озадачилась, тут же прогнав в голове всё самое тревожное и неприличное, но даже в мыслях это звучало глупо и я, всё ещё немного недоумевая, немного развернулась на диване, чтобы оказаться к мужчине спиной.
И почти сразу ощутила его подозрительно горячие ладони на своих плечах. Невольно вздрогнула и услышала:
— Не бойся. Как уже говорил, я могу лечить своей энергией. Нужно прогреть места, где болит. Разогнать кровь и снять мышечные спазмы. Больно не будет. Будет тепло и немного щекотно. Расслабься.
Легко сказать!
И всё же… Я постаралась.
Сначала его ладони просто лежали у меня на плечах, согревая приятным теплом. Потом мне показалось, что они стали ещё на пару градусов теплее и Арх начал едва заметно сжимать и разжимать пальцы, словно пытался сделать массаж, но очень… поверхностно.
Да и не получилось бы у него сильнее — именно на плечах броня была ну очень твердой.
Тем не менее тепло его ладоней и пальцев проникало под бронированные чешуйки и действительно приносило облегчение мышцам. Затем он очень медленно повел ладони вниз, к лопаткам, по обе стороны от позвоночника, замирая каждую секунду.
И вроде бы никакого сексуального подтекста, да и между нами как минимум моя броня и слой ткани, но по позвоночнику промчался табун мурашек, а я сама… ощутила теплую волну подступающего возбуждения.
Ещё не яркого, скорее даже его томные отголоски, но это было именно оно — ощущение от близости мужчины за спиной. Сильно, привлекательного.
Стараясь фокусироваться на чём угодно, только не на этом, потому что не представляла нас вместе, да и он вряд ли захочет заниматься сексом с чудовищем, я шарила взглядом по кабинету, цепляя вниманием то плинтус, то дверное полотно, то щель между досками.
В общем, делала всё, лишь бы не усугубить своё и без того шаткое положение.
Мелькнула, конечно, мысль, что он делает это специально, но…
Серьёзно?
Да, он меня не видит, но не может не ощущать, что под пальцами не нежная женская кожа, а грубые чешуйки брони. Как по мне, притягательным это быть не может.
А целоваться как, простите?
Или он из тех, кому достаточно нагнуть партнершу раком?
Так я на такое не согласна! Если уж заводить отношения, то нормальные! Построенные на нежности и заботе! А потрахаться абы как — это не ко мне!
В общем, я нервничала и сопела, но сидела неподвижно, потому что помимо медленно разгорающегося возбуждения чувствовала и то, что тепло его рук действительно проникает в меня исцеляющими энергиями и мышцы начинают болеть ощутимо меньше.
Постепенно его ладони добрались до поясницы, замерли там, через пару секунд немного съехав вниз и в стороны, словно он хотел приобнять меня за талию, и Арх тихо, с подозрительно сексуальной хрипотцой произнёс:
— Привстань.
Не совсем понимая, что он хочет, тем не менее сделала это… и тут же ойкнула, когда он рывком пересадил меня к себе на колени. Всё так же спиной к его лицу.
— Замри.
Да я и так почти не дышу!
— Дыши, — хмыкнул, словно расслышал каждое слово в нервно подуманной фразе. А может просто заметил, что не шевелюсь. — Переходим к ногам.
Его ладони действительно скользнули чуть ниже, стекая на бедра, но лично я очень сильно засомневалась, что это правильная поза для оказания… кхм, медицинской помощи.
Он точно меня лапает!
Но-о-о… Мне нравится?
Не знаю. Не пойму. Нет, как женщине, мне нравится! Серьёзно! Такое в принципе не может не нравиться! Но как чудовищу… Я его не понимаю. Не понимаю ни его, ни его целей. Ни того, что будет дальше.
И это непонимание меня напрягает. Очень и очень сильно.
Тем не менее я замерла, уже гораздо внимательнее прислушиваясь к своим ощущениям и его действиям. Арх не спешил. Словно действительно лечил, причём это реально помогало — жар от ладоней проникал в мои мышцы и буквально растворял боль, принося с собой приятную негу и всё более отчётливое томление, которое фокусировалось между ног и внизу живота.
А учитывая то, что его ладони ну очень двусмысленно лежали именно на моих бёдрах, это будоражило дополнительно, заставляя дышать глубже и пытаться унять ту внутреннюю дрожь, которая неумолимо нарастала.
А потом он шумно выдохнул и чуть сместил ладони к внутренней стороне бёдер. И пускай я была одета в длинное платье, а не в брюки, это оказалось настолько неожиданно и чувственно, что я тоже невольно выдохнула… и прижалась к нему спиной, тут же замерев от того, какой обжигающе горячей оказалась его грудь.
Мы замерли оба.
Момент был тонким, непонятным и я, если честно, наверное, была уже не прочь, но…
Именно в это мгновение распахнулась дверь кабинета и на пороге возникла Вивиана со словами:
— Ангел мой, ну долго тебя ещё ждать? Твоя кошечка уже вся течет…
Тут она увидела меня и осеклась.
Я сидела к ней лицом и поэтому прекрасно видела, что она в одном тонком халате, который завязала так, что было прекрасно видно — под ним ничего нет.
И всё бы ничего…
Но стоило ей осознать, что я не просто сижу на диване, а на коленях у Арха, и его ладони лежат на моих бёдрах, как её лицо исказилось в гримасе злобного отвращения и она, ворвавшись в кабинет, рявкнула:
— Ах, ты сука! Вкрай охренела? Давалка подзаборная! А ну, пошла вон, шалава!
Это было настолько дико, стремительно и внезапно, что я успела лишь вылупиться на неё, пытаясь осознать, что она вообще орет, а Вивиан уже подскочила и вцепилась в мои волосы, дернув меня за них так сильно и больно, что из глаз моментально брызнули слезы, а я сама…
Отмахнулась.
Просто отмахнулась.
И в кабинете тут же поднялся такой дикий вой, что я шарахнулась в сторону, с ужасом глядя на то, как Вивиан, прижимая ладонь к лицу, истекает кровью.
Боже мой… Я…
Я её убила?
Хотя нет. Не убила. Она бы так не орала. Но… Кажется, красавицей ей уже не быть…
Попятившись назад, я быстро уперлась спиной в стену, обнимая себя дрожащими руками и наблюдая за тем, как Арх, сориентировавшись и рявкнув «тихо», подхватил Вивиан под локоть и куда-то торопливо повел. Прочь из кабинета.
Наверное, лечить, да? Зашивать…
Черт!
Медленно опустившись на пол, я обняла голову руками и протяжно простонала. Я ведь не хотела. Правда!
Я просто… отмахнулась.
Что теперь будет?
Не знаю, сколько я так просидела в полном ступоре. Кажется, не сильно долго, когда услышала, как меня зовут. Подняв голову, сфокусировала взгляд на двери. Там стояла Анна с крайне тревожным выражением лица. Мне стало отчётливо не по себе и пришлось даже сглотнуть нервный ком в горле, а потом и судорожно выдохнуть, чтобы сконцентрироваться на том, что она говорит.
— Маюшка, ты бы не сидела на полу… Что приключилось? Допросилась эта хабалка? Неужто Архангел на девку руку поднял?
Ах, если бы…
И вроде не сильно долго сидела, но ноги затекли и я, покряхтывая, встала, отмечая, что почти ничего не болит, разве что немного икры, до которых «лечение» не добралось.
Но что сказать Анне?
Поискав глазами доску, нашла её рядом с диваном. Не рискнув пользоваться планшетом, написала:
«У меня болят мышцы после тренировки. Арх лечил их своей энергией, убирая боль. Вивиан увидела, что он меня касается, назвала шалавой. Подскочила и схватила за волосы. Я просто отмахнулась… Забыла, что у меня острые когти. Поцарапала ей лицо. До крови. Арх увел. Я не знаю, куда».
— Ох, батюшки! — шокировано ахнула Анна, прижимая ладони ко рту. — Тьфу, прошмандовка чернявая! Так ей и надо! Ничего-ничего, Демид Романович зашьет, у него это дело поставлено. Будет наука! Не девка, а бедствие! Ты смотри-ка…
Она вдруг наклонилась и подняла с пола клок моих волос и её глаза снова изумленно расширились и на меня посмотрели с тревогой.
— Больно, Маюшка? Дай гляну. Вот же кура безмозглая…
Послушно сев, я позволила Анне осмотреть мою голову, потому что слева и впрямь было больно, но вроде бы обошлось без крови, о чем мне сообщили с облегчением.
Вот и хорошо.
А теперь…
Не успела я написать на доске вопрос, что мне делать дальше и можно ли уйти к себе, как в кабинет стремительно вошел Архангел. Заметил Анну и напряженным тоном произнес:
— Оставь нас.
Не рискнув возражать, Анна торопливо вышла, закрыв за собой дверь, а Арх, так и оставшись стоять практически на входе, устремил на меня свой откровенно пугающий пронзительный взгляд полностью белых глаз.
— Ты порвала ей всю левую щеку. Насквозь. Четыре рваных раны. Она сейчас под наркозом, лекарь зашивает.
Ох, ёп…
— И это… — он с шумом выдохнул, продолжая буравить меня взглядом, — я не могу оставить без наказания.
И вроде бы логично, но как же мне сейчас… гадко! Я же не специально! Я просто отмахнулась!
— Не кричи, — скривился. — Я понимаю. Но ранена в итоге она. С завтрашнего дня отрабатываешь наказание в забойном цехе. Неделю. Тренировки не пропускать. Предупрежу Глеба, он сделает упор на контроль эмоций. И ещё…
Он посмотрел на меня так тяжело, что внутри всё нервно сжалось и ухнуло.
— Когти подстричь. Полностью. Ты не в состоянии контролировать себя. Это опасно для окружающих. Иди.
И я пошла.
В откровенном ступоре. В полнейшей, мать его, прострации.
То есть это я во всём виновата? Серьезно? Это не он меня лапал, создав двусмысленную ситуацию? Не Вивиан налетела на меня с беспочвенными обвинениями, первая причинив мне боль?
А я себя не контролирую?
Охренеть, логика!
А может я реально что-то не понимаю, а? Может они реально уже пара? Он таким образом наказывает меня не за самооборону, а за то, что причина вред его любовнице?
Перед глазами снова пронесся её вид в одном халатике и слова про «киску» и «течку».
Фу, мерзость какая!
Слушайте… А они реально друг друга стоят.
Так может ну его нахер, такой посёлок, а?
Не выбирая, куда иду, я умудрилась прийти на спортивную площадку, где в этот вечерний час тренировались лишь несколько мужчин. Не помню, чтобы видела их на утренних тренировках… Ну да ладно.
Зачем я вообще сюда пришла?
Нахмурившись, мотнула головой и под чужими недоуменными взглядами развернулась и отправилась к себе домой. Не было никакого желания ни с кем общаться. На душе было так гадко, что лучше бы у меня и дальше мышцы болели.
Как же это всё мерзко!
Только дома сообразив, что не забрала с собой доску, лишь поморщилась. Я сейчас за ней точно не пойду. Пусть останется у Анны.
Вместо этого я заперла дверь на засов, растопила печь, достала из подпола вчерашнее рагу и подогрела сначала его, а затем сделала и чай. Настроение было настолько скверным, что захотелось просто кого-нибудь убить. Увы, за ворота меня вряд ли выпустят.
А я бы сходила… Почему жизнь так несправедлива, а? Почему кому-то можно всё… а когти должна стричь я?
А если враг нападет?
А если бы я ударила её хвостом⁈ Он бы мне хвост приказал отрезать? А ведь если у меня не будет когтей и эта «кура» опять на меня нападет, я так и сделаю! Серьезно! Я не умею в бабские склоки!
Зато я умею убивать.
Нахмурившись, я потерла лоб, не понимая, как мне в этом случае поступить. Оправдываться? Так бессмысленно. Он присутствовал и всё сам прекрасно видел-слышал. Хотя мне немного не понятен момент с местной администрацией… Имеет ли он право меня так наказывать? Хрен с ним, со скотобойней. Отработаю. Не сахарная, справлюсь. Но мне совершенно не нравится тот факт, что он и прокурор, и судья, и всё остальное.
А выслушать мнение присяжных?
Как тут это вообще происходит?
Как-то не нравится мне жить в посёлке, где меня якобы ценят, но как-то… однобоко!
Хрен с ним, я согласна! Я нанесла этой дуре увечье. Но это была самооборона! Серьезно! Я же не первая на неё кинулась! Тут уж, простите, как смогла!
А если она завтра кого-то другого приревнует и кинется? И не просто волосы выдерет, а реальную травму нанесет? Ей тоже всё сойдет с рук, потому что она красивая и любовница главы? Или как?
Что-то мне очень сильно хочется прояснить этот момент!
Накажут ли её за нападение на меня хоть как-то?
В итоге остаток вечера прошел в тяжелых размышлениях о том, что джунгли всем хороши, но там котлеток нет. Там всё честно. Или ты убил, или тебя.
Тут же… Скандалы, склоки, интриги! И ведь не я их зачинщик, что примечательно! Сидела, никому не мешала! Так нет, уволок, усадил… лапал!
А может и его тогда до кучи наказать, а? За то, что создал заведомо скандальную ситуацию! Давайте уже всем показательную порку устроим! Чего мелочиться?
А когти я отрезать не буду. Вот просто из принципа! И не заставит.
В общем, я не хотела, но… вечер закончился дерьмовенько. Настроение было на нуле, да и я сама себя накрутила, чего уж скрывать, так что спать легла с больной головой, и всю ночь мне снилось, что я сижу в жутком подвале, голая, привязанная к электрическому стулу и Арх лично выдирает мне когти жуткими ржавыми щипцами из арсенала палача.
Во сне у меня был голос, а у него голубые глаза. Я умоляла меня не трогать, ведь я ни в чем не виновата, но он меня не слушал и выдирал когти один за другим.
И на его лице написано наслаждение.
А потом… Он заклеймил меня раскаленным прутом. Прямо в центр лба.
Приговаривая:
— Какая же ты тварь, Майя… Об этом должны знать все!
Проснувшись в откровенном ужасе и с бешено колотящимся сердцем, какое-то время я просто лежала в кровати, обмирая от страха. И приснится же такое! Что-то мне уже и из дома-то выходить страшно!
А если и впрямь начнет выдирать?
Медленно сев на кровати, я просидела в вязком ступоре минут десять, пока не пришла в себя достаточно, чтобы встать и убедить саму себя, что это бред. Не тронет. Тут не издеваются над женщинами. Никто.
И тут же подленькое подсознание вякнуло: а над тварями?
Поморщившись, отмахнулась. Нет. Не будет такого. Потому что, если будет, то это садизм чистейшей воды. Я такая же химера, как и остальные. И я заслуживаю уважительного отношения!
Потому что, если нет… Ну, тогда всё совсем плохо. И это всё в принципе бессмысленно.
Шумно выдохнув, в очередной раз приказала себе не заниматься глупостями, после чего умылась, оделась в штаны и рубаху, попутно прислушиваясь к своему телу, и констатировала, что чувствую себя очень хорошо. Буквально слегка ноют икры, в остальном — стопроцентно хорошее самочувствие. Ну, если не считать душу и нервы. Там полный раздрай.
Но кого это волнует, да?
Коротко хмыкнув, я вышла из дома и трусцой побежала в сторону спортивной площадки. Сегодня я оказалась даже не последней, но сразу заметила, как на меня странно косятся окружающие. Переглядываются, перешептываются… причём не совсем понятно, с каким настроем.
Просто сплетничают или с осуждением?
И что именно им известно?
Ко мне подошел хмурый Глеб, приветствуя кивком, но почти сразу подбежала и Ольга с отчетливо тревожным выражением лица, и не успел Глеб даже открыть рот, как выпалила:
— Майя, что вчера произошло? Почему Арх сказал, чтобы я записала тебя сегодня на консультацию по поведенческим вопросам?
— Вчера произошел конфликт с Вивиан, — ответил за меня Глеб. — Ей вчера наложили двадцать три шва на лицо.
— Майя⁈ — в шоке уставилась на меня Ольга. — Ты что натворила?
Я натворила? Я???
Посмотрев на Ольгу долгим, изучающим взглядом и видя, что меня уже осудили, даже не выслушав, я подумала… И пожала плечами. Что ж, тут всё ясно.
Что дальше?
Я перевела взгляд на Глеба, который явно знал больше. Интересно, что скажет он?
Вот только и он не спешил за меня заступаться, предпочтя спросить:
— Как мышцы? Пришла в себя?
Я кивнула.
— Хорошо. Тогда иди в группу к своим, — мне указали рукой направление, а Ольге достались следующие слова: — Не пыхти. Твоё время — вечернее. Там и поговорите. Всё, начали!
А потом началась тренировка. Сегодня Глеб снова выжимал из меня все соки, словно желая проверить, не сдохну ли я после восьмого подхода, но я… Не сдохла.
Тряслись руки, подкашивались ноги, я дышала с такими хрипами, словно курильщик с тридцатилетним стажем, но отказывалась стонать и признавать поражение.
Я стану сильнее. Обязательно стану! Всем назло!
И ни одна Вивиан больше не посмеет ко мне даже просто приблизиться!
После выматывающей разминки меня снова отправили ходить, чтобы я не валялась на земле в позе трупа, а через двадцать минут вручили тренировочное копьё и мы продолжили заниматься. Повтор за повтором…
Выпад — удар.
Выпад — удар!
Раз за разом. Взмах, отскок. Выпад — удар!
Руки дрожали уже настолько ощутимо, что было видно, но я лишь крепче стискивала зубы и повторяла.
Выпад — удар! Смертельный удар!
Да что вы говорите! Радость-то какая!
Осклабившись, я продолжила тренировку, причём действительно ощутив приятный прилив сил, так что, когда Глеб объявил завершение, я не рухнула на землю там же, где стояла, а просто замерла, медленно выдыхая напряжение.
Я смогла. Справилась.
И с остальным тоже справлюсь!
— Сдаем инвентарь! — зычно заявил Глеб и сегодня я даже сумела донести своё копьё до стойки с оружием, которой заведовал незнакомый парнишка. — Майя, подойди!
Подошла.
— Я в курсе, что у тебя недельная отработка на скотобойнях, — сообщил он мне, внимательно изучая лицо. — И ещё о том, что тебе приказано остричь когти. Сама или к мастеру пойдем?
Не выдержав, оскалилась, всем своим видом давая понять, что не дамся.
— Это приказ, Майя, — жестко припечатал Глеб, продолжая смотреть на меня. — Приказы главы не обсуждаются. Либо…
Он выдержал паузу и многозначительно выгнул бровь.
— Тебе не место в нашем посёлке.
Ага…
Ну, как-то примерно так я и думала.
И, наверное, это было глупо. Порывисто. Неправильно.
Наверное, надо было подчиниться, ведь я действительно опасна…
Но разве можно сделать из хищника болонку, просто отрезав когти? А как же хвост? Клыки? Рога? Их мне тоже отрежут? А ведь, если подумать, я сильнее многих…
Какой смысл во всём этом? Только потому, что это приказ главы? Почему они не думают о том, что он тоже может ошибаться?
В итоге я присела и написала когтем прямо на земле:
«Ты прав. Я опасна. Мне тут не место. Я зверь. Я ухожу. Проводи до ворот, чтобы выпустили».
— Ты… — прочитав всё это, Глеб уставился на меня в таком шоке, словно это не он мне условие озвучил, а я чушь сморозила, — в своём уме?
На это я просто пожала плечами и, развернувшись, сориентировалась и сама направилась к воротам. Какой смысл обсуждать с этими людьми то, что они для себя уже решили?
Красивые и громкие всегда правы. Это я поняла ещё в прошлой жизни.
— Майя, подожди! — Глеб не просто догнал меня, а перегнал, не став хватать, но заступив дорогу. — Стоять! А ну, пошли к Арху.
Я отрицательно мотнула головой.
Он мне не хозяин, а тут не тюрьма.
— Не дури, — рыкнул мужчина, явно начиная выходить из себя. — Никто тебя одну за ворота не выпустит!
Эм-м… Не поняла. Он сейчас себя слышит? Да он сам себе противоречит!
Внимательно посмотрев мужчине в глаза, увидела в них стойкую решимость препятствовать моему уходу любой ценой, и не стала прорываться с боем. Я понимала, что он меня сильнее. И понимала, что если мы схлестнемся, то будет плохо. Возможно обоим. Но мне точно. Что ж…
Пойдем другим путем.
Прокрутив в голове всё, что от него услышала, снова присела и написала:
«Я сама решу вопрос с когтями. Вечером. Проводи меня на скотобойню. Это надолго? Мне надо в мастерской работать».
Покосившись на меня с недоверием, Глеб склонился и прочитал, что я написала. Его плечи ощутимо расслабились и он мотнул головой.
— Нет, не сильно долго. Часа на четыре. Основной забой идет с утра, потом только уборка. Пошли.
Скотобойня, как и цех по обработке мяса и рыбы, находился неподалеку от ферм и внешне выглядел, как обычный амбар. При этом метров за десять я почуяла густой аромат крови и вонь внутренностей, но даже не скривилась. Не самые ужасные запахи, нюхала и похуже.
Внутри работали трое мужчин, причём, как я поняла, основной забой уже прошел и сейчас они разделывали туши.
Навскидку это были две крупных свиньи, коза, овца и десятка три куриц.
В принципе немного.
— Приветствую! — обозначил себя Глеб, когда мы вошли и на нас сосредоточилось всеобщее внимание. — Это Майя. Недельная отработка. Речь недоступна, но всё прекрасно понимает. Химера, боец седьмого уровня с упором в силу. Вопросы есть?
— Кровищи не боишься? — поинтересовался у меня один кряжистый бородач с топором. — В обморок планируешь?
Я отрицательно мотнула головой.
— Лады, сработаемся. Меня Серега звать. А это Димон и Вован. Туши разделывать умеешь?
Я снова мотнула головой и в итоге меня приставили перебирать внутренности, отделяя от лишнего сначала языки, сердца, печень, легкие и почки, которые тоже шли в еду, причём иногда тем же свиньям, затем аккуратно кишки, которые частично использовались в качестве оболочки для создания колбас-сосисок, но, естественно, после дополнительной обработки, ну и так далее.
Работа была не самая приятная, но в целом терпимая. Мужики не ленились объяснять, что к чему, показывая, как лучше браться и с чего начинать, чтобы всё получилось, так что в целом отработка не вызвала у меня особого негатива.
Просто необходимая работа, которую кому-то надо выполнять.
Сложнее всего мне далось ощипывание куриц, с моими когтями это было ну очень неудобно делать, но Дима с Вовой мне спокойно помогали, пока Сергей рубил туши на удобные для использования куски, и вместе мы справились.
Примерно к обеду.
Из-за всех этих не всегда приятных ароматов особого аппетита не было, что только радовало, ведь я ещё не завтракала, ну а как закончили и мне показали, где можно помыть руки, первым делом я отправилась к Юле.
Точно знаю, она дома и у неё есть, что поесть! Потому что у меня дома еды нет.
Вот такая я бестолковая хозяйка!
Как я и надеялась, Юля была дома, работая в своей мастерской, причём встретила меня девушка с тревогой на лице. Судя по всему, уже весь посёлок был в курсе, что я садистка. Но Юляша сумела удивить.
— Как ты?
Я выразительно поморщилась, жестом изобразив «так себе», а потом, пошарив глазами по мастерской и найдя большие портняжные ножницы, аккуратно взяла их и протянула швее, пальцами показывая, что мне нужна ее помощь в стрижке.
— С ума сошла⁈ — ахнула Юля.
Да. И уже давно.
— Нет! Нет и не проси! — она выразительно сложила руки на груди, всем своим видом давая понять, что помощи от неё я не дождусь.
Что ж… Я и сама могу.
Примерившись поудобнее, перехватила первую прядь у лба и чикнула под придушенный писк Юли. Потом вторую прядь. Третью…
— Сумасшедшая… — приглушенно прошептала Юля, впрочем, не делая попыток помешать. Как и помочь. — Ну зачем так-то, а? Красивые же волосы!
Увы, только волосы…
Прядь за прядью я стригла себя сама, сумев подстричь почти половину головы, причём точно абы как, но потом снова протянула ножницы бледной от волнения Юле и та, протяжно вздохнув, произнесла:
— Глупая ты. Зачем себя истязать? Мне мама всё рассказала. Не твоя вина, что так получилось. С любым могло. Ох, Майя…
Вздыхая и ворча, тем не менее Юля достригла мои волосы, причём, как я и показала — максимально коротко. По ощущениям осталось не больше пяти миллиметров.
— В зеркало смотреться будешь?
А смысл?
Я отрицательно мотнула головой и показала на свои волосы, а потом на Юлю.
— Мне оставляешь? — уточнила она с нервным смешком.
Я кивнула.
— Спасибо, но… Ладно, просто спасибо. Не расстраивайся так, слышишь?
Вместо новых жестов я просто аккуратно её обняла и погладила по спине. Мне было приятно общаться с этой солнечной девушкой. Быть может даже буду скучать…
Внезапно буркнул желудок, бессовестно намекая, что я ещё не завтракала, хотя время к обеду, и Юля, всплеснув руками, возмутилась:
— Какая ж ты дуреха! Пошли обедать!
Вот тут я не отказалась и очень вкусно поела, бессовестно пользуясь чужим гостеприимством. Ну а потом, поблагодарив кивком, вышла на улицу и внимательно осмотрелась. Сейчас я находилась ближе к центру посёлка, причём ворота, точно помню, располагались на юго-востоке.
На востоке джунгли и бывший Ростов. На западе теплицы. На севере поля. На юге море.
Сколько у меня шансов на то, что мне дадут спокойно уйти? Судя по всему, ноль.
Значит… Придется умереть, да?
И быстрее всего это сделать в море.
Что ж, надеюсь, я не стану моллюском? Это будет слишком глупо.
Не став идти сразу напрямик к мастерской, сначала я прогулялась до южных окраин посёлка и присмотрелась к стене. Она была сложена из больших бетонных блоков высотой метров семь, причём с внутренней стороны я заметила удобную боковую лестницу, по которой можно было подняться наверх.
Поднялась.
Ага…
Тут же выяснила, что стена шириной метра полтора, то есть по ней можно спокойно ходить, но рядом вроде бы никого. Дозорные дежурят только в башнях.
Неплохо…
Немного перегнулась, чтобы посмотреть, как обстоят дела снаружи, но меня сразу окрикнули и я, не став рисковать, сделала вид, что любуюсь пейзажем. Морским, ага. Море, кстати, тут было практически в шаговой доступности — каких-то метров триста, не больше. И залив.
Что ж… если не переломаюсь сразу, как спрыгну, то до воды добегу быстро. А вот если переломаюсь… Будет очень обидно. В принципе можно попробовать зацепиться за бетон когтями. Уверена, они крепче, чем бетон. Даже если обломаю один-два — не страшно. Уж они-то отрастут. Быть может даже сразу, как меня снова родит Цитадель.
Шло время.
Иногда я поворачивала голову направо, иногда налево, чтобы понять, чем заняты дозорные. Сначала они то и дело косились на меня в отчетливом напряжении, но постепенно расслабились и сосредоточились на деле — изучении вероятной опасности снаружи.
Подождав ещё немного и убедившись, что оба бойца смотрят вперед, но точно не на меня, я извернулась… и зависла на руках снаружи, зацепившись за ограждение. Тут же откуда-то слева раздался гневный окрик, давая понять, что мой маневр был замечен, и я, шикнув с досадой, отпустила руки.
Приземлилась жестко. Всё-таки метров пять тут было. К счастью, ноги не переломала, мои кошачьи ступни идеально спружинили о землю, да и прокачанные характеристики, уверена, тоже помогли, так что я лишь присела, развернулась и стартанула прямиком в море, не обращая внимания на то, что за моей спиной кричат и матерятся.
Простите, ребята.
Вот такое я неблагодарное животное.
Триста метров до моря я пробежала по ощущениям секунд за тридцать, максимум сорок, после чего с разбега забежала в воду и нырнула, точно помня, что у меня есть жабры, так что задохнуться мне не грозит. Старательно работая руками и ногами, я не торопилась погружаться, но плыла под водой, видя, насколько пологий тут берег.
Плохо! Мне нужна глубина! Быстрее!
И я плыла и плыла, уплывая всё дальше и глубже от посёлка. Не задумываясь о том, что делаю. Потому что, если задумаюсь, то могу и передумать. Нет, я узнала достаточно.
А потом я увидела его.
Определенно это был… кальмар. Только большой. Размером с лошадь.
У него были огромные глаза, длиннющие щупальца и клюв в центре… Кхм, это рот или жопа?
И рада бы поразмышлять о строении чужого тела и дальше, но это тело стремительно приближалось ко мне с явным желанием сожрать, так что я оскалилась, приготовившись к драке, и как только его первые щупальца попытались меня схватить, чтобы сжать в приветственных объятиях, я полоснула по ним когтями, а сама устремилась вперед. К глазам монстра. В идеале мне бы его убить… на что угодно готова спорить, что за него дадут приятное количество очков опыта!
Увы, особой драки не вышло.
Щупальцев у твари оказалось намного больше, чем у меня когтей, так что уже через несколько секунд меня выдавливали, как пасту из тюбика, но руки у меня оставались снаружи, да и хвостом я не стеснялась действовать, так что, когда меня подтащили ближе к клюву и попытались первым делом откусить голову, я успела сделать несколько замахов, кроша чужую плоть, как тугое желе, но потом меня сжали сильнее и свет перед глазами померк.
Я умерла.
— Что-что она сделала? — не веря своим ушам переспросила Ольга, когда её вызвали на экстренное совещание к главе.
— Полтора часа стояла на южной стене, — сдавленно повторил дозорный, — потом спрыгнула и побежала к морю. Погрузилась в него и… кхм, уплыла.
— Ой, деби-и-илы-ы-ы… — протянула местная гуру психологии, закрывая лицо ладонью, но даже не пытаясь говорить вполголоса. — Я же просила сначала привести её ко мне. Глеб! Я же просила!!!
На последних словах она сорвалась, убрав руки от лица и уставившись на негласного куратора всех поселковых химер.
— Просила, черт бы тебя побрал, не оставлять её одну без присмотра!
— За ней присматривали, — огрызнулся мужчина, предпочитая буравить злым взглядом стену. — И вообще, я не в ответе за психов! Черт знает, что у неё вообще на уме!
— Точно, — саркастично согласилась с ним Ольга и перевела взгляд на главу посёлка, который сидел за своим столом каменным изваянием и на первый взгляд вообще их не слушал. — Царь-батюшка, не изволите ли рассказать суть происходящего, а?
— Не хами, — произнёс тихо, но так и продолжая смотреть в пустоту перед собой. — Глеб прав. Я не могу её прочитать. Она противоречит сама себе. И чего мы точно не могли предусмотреть, так это побега и самоубийства.
— Серьезно? — Ольга аж руками всплеснула. — Вы… серьезно сейчас⁈ Да вы сами её довели до этого! Вы… два… дебила!
Сорвавшись снова, она прикрыла глаза, шумно выдохнула и хмыкнула.
— Хотя нет… не два. Два дебила и одна сука. Арх, давай начистоту. Что вчера произошло?
Не торопясь отвечать, глава посёлка сначала небрежным жестом выставил вон и без того напряженного дозорного, и только когда за ним закрылась дверь с той стороны, медленно и, тщательно обдумывая каждое слово, произнес:
— Мы сидели в кабинете. Я… снимал ей болевые симптомы после интенсивной тренировки. Вошла Вивиан. — Закрыв глаза, Арх глубоко вдохнул и шумно выдохнул. — Она планировала… меня соблазнить. Ей…
Снова пауза, по которой отчетливо видно, как нелегко ему дается каждое слово, но Ольга права. Разобраться надо. И вроде сам не дурак, но…
— Ей показалось, что Майя ведет себя… двусмысленно.
— Стоп. — Мрачно прищурившись, потому что тоже умела чуять и слышать недосказанности, Ольга потребовала ясности: — Что именно вы делали? Кто и где в этот момент находился?
На скулах Архангела четче обозначились желваки, но он всё-таки ответил:
— Мы сидели на диване. Она у меня на коленях спиной ко мне. Мои руки были у неё на бёдрах.
— Серьезно? — Ольга выразительно и с отчетливо показным сарказмом округлила глаза. — А что, это сейчас именно так лечат, да?
— Да, — огрызнулся, потому что не привык ни перед кем оправдываться. — Вивиан ворвалась, увидела это, выпалила несколько оскорбительных слов и схватила Майю за волосы, дёрнув на пол. Та отмахнулась когтями и с первого раза разодрала ей лицо.
— Чуде-е-есно… — и снова сарказма столько, что можно грести лопатой. — Просто чудесно. Слушай, а вот мне интересно. Ты с обеими планировал трахаться? Одновременно или по очереди, а? Решил примерить на себя роль султана? Ничем другим я это в принципе объяснить не могу.
— Хватит! — рыкнул, не собираясь спускать подобного обращения.
— Нет, не хватит, дорогой! — рявкнула ничуть не тише. — Не хватит! Потому что это двойные стандарты, Арх! Настолько двойные, что мне тошно от того, какой ты двуличный мерзавец! В итоге та, кто затеял склоку, не при делах. А на ту, кто просто растерялась, спустили всех собак? Блестяще!
— Не передергивай!
— А ты не лги самому себе! — снова рявкнула Ольга, но потом подозрительно быстро успокоилась и хмыкнула: — А знаешь, я её понимаю. Майю. Тут у неё нет будущего. Она сама поняла это быстро. С такими жирными намёками трудно это не понять. Умная девочка… Ладно, я пошла. У меня ещё урок у старшего класса. Но знай, я в тебе разочарована.
Ольга ушла. Глеб, заметив короткий жест главы, тоже не рискнул задерживаться. Он уже успел рассказать о том, как Майя хотела уйти из посёлка сразу после тренировки, но… не ощущал себя виноватым в её побеге. В самом деле, она не гормонально нестабильный подросток, а он ей не цепной пес. Да и у них не тюрьма. Её решения и поступки только на её совести. Караулить таких бесполезно. Всё равно сделала бы по своему.
Но всё равно неприятно, да… Всё равно неприятно.
Оставшись в кабинете один, Арх сидел недолго.
Он был зол. Он был. Очень. Сильно. Зол.
На себя. На Вив. Но больше всего на Майю.
На то, что она… такая. На то, что тянет именно к ней против всех доводов разума.
На то, что живет звериными инстинктами, а не разумом. Почти как он… Но не в одном с ним направлении, а как будто перпендикулярно!
Непослушная. Бессовестная. Эгоистичная…
Никого не напоминает?
А ведь наказание было максимально мягким! Да и наказание ли? Для неё работа на скотобойне — всего лишь работа. После десяти смертей и сотен убийств — это даже не наказание. А вот для Вивиан сам факт того, что её безупречная внешность теперь под вопросом, не просто наказание, а трагедия века. Нет, он не будет сводить её шрамы. Будет ей уроком. Мог бы… Но не будет.
В ней много света. Яркого. Сочного. Манящего физически, на самом низменном животном уровне. Но гниль перечеркивает всё. И, пожалуй, на ближайшей ярмарке невест ему будет что предложить южанам…
— А с тобой, Маюшка, мы ещё не закончили, — процедил вполголоса, уйдя в джунгли и уничтожая очередную демоническую тварь, за которую давно уже не давали опыта. Не на его запредельном для местных уровне. — Мы ещё обсудим, кто из нас в этой ситуации был не прав!
конец 1 тома
≡=
п. с. если история вам понравилась — не пожалейте музу лайка и комментария, нам будет приятно)
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть:
1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.
2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: