Корнелия

Невольничьи рынки… Не самое приятное место: смердит страшно, и куда ни глянь — все давят на жалость. Абсолютно голые лежат в своих стеклянных клетках, свернувшись калачиком, заглядывают в глаза, лебезят на коленях… Мерзость.

И зачем только Лана выбрала дисциплину «рабовладение»? Не, я понимаю, почему: простые оценки, свободное посещение, никакого напряжения… Но расплачиваться за это придется мне. Чтобы побыстрее покинуть отцовское поместье, я согласилась на обучение в Академии Благонравия. И я в самом деле туда летела, но по пути планы поменялись… И я очень кстати встретила Лану — почти безродную дворняжку, которая мечтала об этой шараге, но эти двери для нее были закрыты. По крайней мере до встречи со мной. В целом, от нашего соглашения и до сегодняшнего дня были одни плюсы. Но недавно пришло письмо от любимого папочки:

Вроде обычное письмо, но он презирает рабство, а о моем Дне Рождении уже 10 лет не вспоминал. Я же говорила ей не светиться… Но Лана тупее пробки. На других предметах засветиться ей не хватало ума, а тут, видимо, настал час славы. Я с брезгливостью осмотрела еще один экспонат. Хлипкий, грязный, смотрит как побитая собака… Не то… Хочется уже ткнуть в первого попавшегося. Только из принципа заглядываю в табличку, проверяю параметры и историю эксплуатации. Мне все-таки с ним еще какое-то время придется жить под одной крышей.

Все выглядят крайне плачевно: тощие, забитые, потерянные, запуганные, хилые, с остекленевшими глазами, которые явно не блещут интеллектом… Большинство даже не обучено писать. Мрак.

Так я бродила еще часа два в поисках чего-то эдакого, пока мои ноги не привели меня к силовому барьеру.

— Эшера, вы хотите посмотреть товар на утиль?

— Что?

Я сама не заметила, куда пришла. Хм… Не похоже на меня. Я редко так зависаю в своих мыслях… Да и о чем я думала? О Лане? Но это было два часа назад… Странно. Меня будто что-то манило за эту черту.

— За барьером выставлен товар, который готовится к утилизации. Качество, может быть, сомнительно, но по цене выгодно. Сойдет для экспериментов и всяких извращений, — последнюю фразу охранник особенно протянул.

— То, что надо, — буркнула я.

Может, и в самом деле взять утилизированного. С ним хоть можно поиграться вдоволь. Ломать сколько душе угодно…

— Прошу, — сделал небольшой проход в барьере, и я вошла.

Мда… Беру свои слова назад, те экземпляры на рынке выглядели еще опрятно. Тут все были избитые, покалеченные. Некоторые явно больные… Это буквально товар на один раз. Такие до просто Амселиды не доживут.

Я уже было хотела выйти, но застыла. Напротив меня находился парень с красными волосами и красными глазами. Необычно… Он смотрел в никуда, а взгляд его был до ужаса пустым. У меня пошли мурашки по коже. Не от страха… Они были приятными. Что-то в нем определённо было… Наверное, он чем-то похож на него… Сложно сказать, сколько ему лет. Даже несмотря на явное истощение и свежие следы побоев, он выглядел внушительно.

Я развернула карточку. Раса: человек. Рабское исчисление идет за последние 10 лет. Сменил 10 хозяев. Почти все жалуются на агрессию, вспыльчивость и недостаток воспитания. После последней хозяйки стал немым. Возраст скрыт. Имя скрыто. Навыки скрыты. Любопытно…

— Вас заинтересовал данный экземпляр? — ко мне подошел продавец.

— Да.

— Вынужден предупредить: он плохо поддается контролю. На прошлую свою владелицу вообще набросился…

Несмотря на плазму в голове? Становится все интереснее и интереснее. Меня это не особо пугало. Если рискнет наброситься, то это будет последнее, что он сделает.

— Да и почти начал программу утилизации.

Необычное явление: продавец пытается отговорить от покупки.

— Что это значит?

— Он месяц простоял на рынке утилизированных. Завтра его должны начать утилизировать.

— И?

— Его состояние уже вышло за границы нормы.

— С чего вы взяли, что меня интересует его состояние?

— Ах, прошу прощения, я полез не в свое дело.

— Именно. Я хочу его посмотреть.

Продавец приложил руку к камере. Стеклянная дверь поднялась вверх, открывая путь для раба. На нем был только ошейник, указывающий на положение. Никаких цепей и пут. В них не было нужды. Он попросту не сможет ничего сделать с плазмой, которая залита в его мозг. Достаточно одного нажатия кнопки, чтобы вырубить его, заставить кричать от боли или взорвать голову. Так что варианта не подчиняться у него попросту нет. Хотя, судя по его истории, он все же как-то умудрялся…

— Встань, отморозок. Тебя хотят осмотреть.

Раб с трудом поднялся. Он был выше меня на две головы, а меня при всем желании сложно назвать низкой. Какой-то гигант… Я не удержалась и присвистнула. Уверена, его кормили скудно, если вообще кормили, но мускулатура имелась. Сам он стоял неподвижно, пока я ходила вокруг и придирчиво осматривала его. Избивали и наказывая явно часто — всё тело в шрамах, свежих кровоподтеках и синяках. При этом хозяйство на месте…

— Наклонись.

Он послушно наклонился. Значит, понимает межгалактический. Уже хорошо. Я взяла его лицо руками. И в самом деле чем-то похожи. На нем почти не было шрамов, кроме одного — он пересекал глаз. Удивительно, что глаз не пострадал. Для достоверности я пощелкала пальцами свободной руки, то слева, то справа. Парень перемещал взгляд из стороны в сторону. Точно видит. Затем я приоткрыла его губы. Все зубы на месте. Неожиданно. Но у него даже заострены верхние и нижние клыки. Не похоже на человеческие…

— Человеческая раса?

— Да.

Значит, модификация.

— Предыдущая хозяйка хотела сделать из него звероподобный. Возможно, внесла изменения.

— Звероподобный?

Я знала только самые азы, так что понятие «звероподобный» мне совершенно ни о чем не говорило. Надо будет разузнать у Ланы, раз она стала экспертом в рабовладении.

— Да, рабы-животные.

Я не стала уточнять. И так ясно — это явно уже испорченный товар. Вот только… Мне редко чего-то хочется. Но его я хочу. Хочу, чтобы именно он был у меня. Моим.

— Я его покупаю. Подготовьте документы.

— Что?

— Документы.

Он удивленно посмотрел на меня. Я тоже удивлена не меньше. Зачем он мне? Можно купить идеального, выдрессированного… Не было никаких серьёзных причин, но я хочу именно его и всё. Да и вообще я довольно давно по-настоящему ничего не хотела.

Обычно я даю себе отчет. Все делаю согласно расчету и логике. Но тут… Причины и в самом деле не было. Вообще никакой. Перед тем, как ставить подпись, я замерла на секунду. А в целом… Это все равно временно. Не понравится — избавлюсь. А пока будет моим подарком на день рождения. Я поставила подпись.

Вживление чипа для контроля плазмы прошло довольно быстро, как и все остальное оформление. Меня подробно проинструктировали, что это бывший преступник ранга Х. Уровень межгалактического террориста. Нехило… Хотя по нему так не скажешь — вело мое приобретение себя весьма примерно.

Выйдя с невольничьего рынка, я задумалась: а что вообще мне нужно для содержания раба? Слишком спонтанно пришлось обзавестись таким экспонатом. Самое очевидное, что пришло в голову, — это одежда и средства личной гигиены. Так что я свернула в сторону торговых рядов. Контраст так и бросался в глаза — улочки были пёстрыми, грели вывески магазинов, завлекая яркими названиями покупателей, когда рынок рабов так и отдавал серыми нотками средневековья. Особого желания провести еще несколько часов, бродя по этому чудесному городу, не было, так что я зашла в первый более-менее подходящий магазин. Консультант сразу же подбежал ко мне.

— Доброго сияния, эшера! Могу я чем-нибудь вам помочь?

— Подберите ему одежду. Несколько комплектов одежды для выхода в свет, для повседневной носки, домашний комплект, — я перевела взгляд на своего раба. — Ты стой смирно и не дёргайся.

Он и стоял. Словно живое изваяние. Вокруг него стали носиться консультанты и работники магазина, но он не обращал на них внимания. Любопытно, что у него в голове… Я тем временем ходила между полками и скупала всё необходимое: гели для душа, шампунь, зубную щётку, бритву… Всё, что может пригодиться для личной гигиены.

Закончила я довольно быстро, просто понакидав упаковок с прилавка, и уселась в кресло напротив всё ещё стоящего раба. Он смотрел в пол, стараясь не выдать свои эмоции. А может, у него и в самом деле их не было. Вполне возможно, что их пичкают успокоительными широкого спектра, чтобы не были слишком буйными. Это очень даже похоже на правду…

— У вас есть успокоительные для рабов?

— Вы имеете в виду смириады?

— В клетках их этим накачивают?

— Да… Они ещё хорошо помогают при перевозке эмоционально неуравновешенных рабов… Или при корректировке их поведения. У нас они есть в наличии.

— Пробейте мне две коробки.

— Конечно, эшера.

За это время на моего раба уже примерили с десяток одеяний. Он всё так же стоял неподвижно. Видимо, смириада работает исправно.

— Мы подобрали несколько вариаций, — нерешительно обратился ко мне один из консультантов. — Посмотрите?

— Упакуйте всё и пробейте.

— Всё?…

— Да.

Смотреть показ мод мне совсем не хотелось. Всё равно не я плачу. Это же «подарок» от любимого папочки. В целом, даже если что-то пойдёт не так, то останется предостаточно средств на покупку нового.

Расплатившись, я покинула магазин, но, видимо, слишком поспешила. Моя главная покупка так и осталась голой с пакетами, полными одеждой, в руках… Я как-то уже привыкла, что он с самой клетки был обнажённый. Ладно… Я пошла дальше как ни в чём не бывало. Раб точно потерпит. В конце концов, его уже сколько дней без одежды держали. Нужно же показывать товар «лицом»… Да и вообще я не обязана беспокоиться о его самочувствии. Ну а меня не особо волнует, что обо мне подумают. Тем более на Перферинде.

Эту планету по-другому называют планетой-барахолкой. Тут можно купить практически всё, что угодно, главное — знать, где искать. Торговля здесь — самая толстая жила экономики. На ней завязан туризм, образование, архитектура, образ жизни… Есть целые торговые династии. Всё выстроено так, чтобы гостям планеты было максимально удобно закупаться. Но как следствие, всё, кроме торговли, находится в упадке. Это второсортный мир. Сюда приезжают только чтобы закупиться по дешёвке и улететь восвояси… Прямо как я сегодня.

Наконец-то я вернулась в космолет. Этот день ужасно вымотал, хотя я ровным счётом ничего не сделала. Парень послушно шёл за мной, таща покупки. Мой корабль не очень большой, но в нём есть всё необходимое для комфортной жизни. За последние несколько лет я стала считать его настоящим домом. Это последняя скоростная модель, полностью собранная и оснащённая передовыми технологиями сильвов. Второго такого в галактике нет. И не будет. Каждый его сантиметр создан под мои запросы. Так рядом со входом расположилась маленькая комната. Изначально я планировала сделать её гардеробной со встроенной прачечной и душевой: помылась, постирала вещи, оделась… Но она как-то не прижилась, так что в эту каморку я закидывала ненужные вещи, чтобы не мозолили глаза. Это была их промежуточная точка до мусорки. Но в связи с последними событиями решила переделать под рабскую комнату. На удивление, в ней уместилась кровать, шкаф, стол, один стул, даже был отдельный санузел с душем (остатки прачечной), но развернуться в такой комнате всё равно сложно. Только это явно не мои проблемы.

— Иди сюда.

Он послушно перешагнул. Вместе с ним комната стала еще меньше.

— Это теперь твоя комната.

Раб осмотрелся и уставился в иллюминатор. Он был напротив стола. Небольшим, как и вся комната. Но уж как-то подозрительно долго он в него смотрит. Надеюсь, не додумался попытаться его разбить. Конечно, вряд ли у него получится…

— Попытаешься разбить или выломать окно, тогда я заменю его на титановую стену.

Ноль реакции.

— Ты меня понял?

В ответ лишь неопределённый кивок. Может, он не так хорошо знает межгалактический? Надо будет проверить.

— Иди прими душ. Тщательно помойся. У тебя пять минут.

Раб быстро направился в сторону душевой. А он умеет ей пользоваться? Впрочем, пускай сам разбирается. Я тем временем разложила купленную одежду, а когда закончила, он уже вышел. Видимо, воспринял мои слова про пять минут всерьез.

— Пойдем за мной.

Мы пришли в медотсек. Поскольку мне нужно, чтобы он дожил до визита к отцу, то его стоит подлечить. Так-то даже я знаю, что на лечение рабов не стоит тратиться.

— Залезай внутрь, — я открыла медикопак.

Ему ничего не оставалось, кроме как залезть внутрь капсулы. Она с человеческий рост и оснащена всеми медицинскими инструментами и программами. Она способна оказать первую помощь, провести операцию или сделать какую-нибудь последнюю инъекцию. После их создания многие врачи стали безработными. Какой смысл в их услугах, если одна такая капсула способна работать круглые сутки и делать буквально всё? Ее нужно только перезаряжать веществами и обновлять паек инструментов, а дальше она сама разберется.

Его лечение минимум на час, может, больше. Я оставила на тумбочке один комплект одежды. Наверное, стоило ему сказать до того, как он залез, чтобы после оделся. Может, додумается сам?

Впрочем, я уже видела его голым со всех сторон. Вряд ли обнаружу что-то новое. Я уселась за штурвал корабля. Время вылетать с этой планеты. Я включила питание и активировала антигравитационные диски. Взлет прошел как всегда плавно. Как-никак это последние технологии. И они еще долго будут «последними». Даже самые передовые разработки от межгалактических ученых с этим не сравнятся. Сильвы идут на сотни шагов впереди. Я летела на двадцати процентах скорости света. Вообще, можно было бы включить автопилот, но мне нравится ручное управление. Наверное, это единственное, что по-настоящему приносит мне удовольствие. Я не заметила, сколько часов провела за штурвалом. Медикопак должен был закончить работу. Я уже хотела было встать, как обнаружила раба прямо за своей спиной.

Корнелия

Дамлин

— Давно здесь?

Он сидел за моим креслом на коленях и рассматривал пролетающие созвездия. И лишь услышав вопрос, медленно перевел взгляд на меня. Я внимательно присмотрелась. В нем не было страха. В нем вообще ничего не было. Только невыносимая усталость. Это из-за смириады? Или он сам по себе такой?

— Что у тебя в руках?

Он держал травролгер. Парень неторопливо протянул его мне. Было видно невооружённым глазом, как он старается не делать это резко. Любопытно…

На травролгере была запись медотчета о его состоянии. Я хотела проверить его на хронические и инфекционные заболевания, так что запросила подробную версию. А он додумался не только одеться, но и взять его с собой. Сообразительный… Вот только приказа я такого не давала. Но с его поведением разберусь позже. Я пробежалась по данным. Мда… Я предполагала, что у утилизированного будет предостаточно травм, но чтоб настолько. Забавно, что он еще способен шевелиться. Перелом на переломе, куча трещин, сильное истощение, нехватка микроэлементов, токсины в организме, травмированы суставы и сухожилия… А вот модификаций никаких не было. Выходит, он либо мутант, либо не человек.

— Ты человеческой расы?

Он хотел было помотать головой, но скрутился в три погибели. Это что еще раз, реакция? Я открыла панель управления через чип, который мне вживили в руку. Возникла зеленая голограмма с меню. Хм… С моей стороны никаких болевых сигналов послано не было. Странно. Я открыла фантом его тела. Разряд пошел от шеи. На светящемся макете там была черная точка. Причём она явно взаимодействует с плазмой.

Я нагнулась к своей покупке. Похоже, боль уже начала утихать, но он все равно старался не шевелиться, так что я беспрепятственно осмотрела его шею. В целом, ничего не бросалось в глаза. Но это только если не знать, куда смотреть. А я знала. Едва заметный бугорок возле артерии. Печать Забвения. Высшая мера наказания. Улыбка так и растеклась на моем лице. Мне повезло…

— Так ты, выходит, не простой террорист вселенского масштаба? И где ты устроил геноцид?

Он крепко сжал челюсти, так что заиграли желваки. Наверное, неприятно, когда тебя буквально стирают. … Даже я смогла узнать лишь крупицы об этой процедуре. Межгалактическое правительство считает гуманным отправлять неисправимых преступников в рабство, так, под чутким контролем, они будут способны принести пользу законопослушному обществу. Плазма в мозгу не даст совершить ничего противоправного, а если попытки будут, то достаточно нажать всего одну кнопку.

Но есть особая категория деяний, которые выходят за всевозможные рамки. Таких стирают, используя высокочастотные радиоволны — никто не помнит их и то, что они сделали. Им же вживляют закодированную капсулу, запрещающую что-либо говорить о своем прошлом. В теории, такой подход должен не допустить повторения инцидентов и появления сторонников у преступников.

— Совсем не говоришь?

Он уставился на меня, пытаясь сфокусироваться, и помотал головой. Жаль. Я давно охочусь на экземпляров с печатью Забвения. Его бы не помешало допросить.

— Ясно, пошли.

Я не собиралась с ним нянчиться. Он явно взрослый мальчик, может сам по себе позаботиться. Просто покажу, что и где, а дальше пускай как-нибудь сам.

— Это кухня. Холодильник, клориатор. Умеешь ими пользоваться?

Он кивнул. Она была компактной, но в ней было всё, что нужно. В холодильнике хранилась еда, клориатор ее приготовит по запросу. Стол, стулья, шкафы с посудой и небольшой краник. А больше ничего и не надо. Мы пошли дальше.

— Это спортивный зал.

Все тренажеры выполнены сильвами, как и этот корабль. Последние технологии с датчиками считывания состояния тела. С ними невозможно получить травмы или перестараться, а эффект гарантированно будет в кратчайшие сроки. Ну и сломать их тоже тяжело, так что пускай раб позанимается.

— Это твоя комната, как ты уже понял.

Она располагалась сразу после зала.

— Вопросы?

Моя покупка сообразительно вошла внутрь и молчаливо уставилась на меня.

Вопросов не было. А если и были, то сказать их он не мог. Удобно. Я закрыла дверь, оставляя его одного. Мне еще предстояло писать отчет, так что я пошла в кабинет. Пускай сам обживается, мне главное, чтобы он не сдох и выглядел нормально. По крайней мере, до прибытия на Амселиду.

Дамлин

Я потерял себя. Даже не знаю, в какой именно момент за 10 лет это произошло. Наверное, первому хозяину всё-таки удалось меня сломать. Он знал, что купил новичка. Ему нужна была свежая кровь, потому что ему нравилось ломать. Это же так весело… Ещё вчера ты капитан и восходящая звезда кадетской академии, а сегодня безвольная игрушка для утех. Мне наивно казалось, что я смогу выдержать всё. Что это какая-то ошибка. Со дня на день со всем разберутся и мне вернут мою жизнь… Каким же глупцом я был. Время шло, но никто так и не приходил. Мой кошмар продолжался. Каждую минуту я проводил с болью и унижением. Они чередовались, а иногда сплетались. Я отказывался подчиниться. Несмотря на невыносимую боль, стоял на своём. Даже когда плазма плавила мне мозги, я не вставал на колени. Но я не учёл его больной фантазии… Тот конь определённо сломал меня в первый раз. Меня ткнули в грязь, от которой никогда не отмыться.

В тот день не стало славного капитана, который всей душой любил свою работу. Я искренне хотел помогать людям, стоять на страже справедливости… Мне казалось, что я смогу сделать вселенную чуточку лучше, но… В тот день наконец-то дошло, какая участь меня ждёт. Это был не конец, а начало ада, из которого нет пути назад.

А ещё в тот день я нарушил обещание.

И больше её не увижу.

Никогда.

Может, это и к лучшему. От прошлого меня ничего не осталось. Меня сломали. И ещё раз сто переломали. Я бы и сам не хотел, чтобы она меня видела. Такого…

Хотя как же мне хочется на неё взглянуть. Хотя бы одним глазком… Мне будет достаточно знать, что с ней всё в порядке. И она смогла отпустить меня… Ха. Точно. Она же меня не помнит. И никогда не вспомнит. Для неё меня никогда и не было. Я же теперь никто. Хотя в этом есть что-то хорошее — она точно обо мне не волнуется. Наверное, живёт полной жизнью. Надеюсь, смогла обрести счастье.

Прошло уже 10 лет… Наконец-то меня утилизируют. Я давно уже не хочу жить. Мог бы наложить на себя руки — давно бы свел счёты. Но даже этого я не могу. И привилегия говорить мне недоступна. Не то чтобы рабу позволено много говорить… Но и этих крох я был лишён. Последняя хозяйка отчаянно хотела сделать из меня песика.

Я не помню, что с ней произошло. Видимо, опять сорвался и убил. Когда-то я и помыслить о таком не мог… А сейчас стал жалким убийцей. Одним из тех, кого презирал.

У меня уже всё тело затекло. Немного осталось. Скоро затекать будет нечему. Из-за смириады я едва понимаю, что происходит вокруг. Очень сложно воспринимать внешний мир. Я как будто нахожусь без сознания в сознании.

Но эти зелёные глаза, что смотрят прямо на меня… Такие знакомые… Где я мог их видеть? А… У неё тоже были зелёные глаза. Я забыл цвет её глаз? Нет-нет, точно были зелёными. Зелёные же?

Уходи. Я не хочу снова быть игрушкой. Уходи. Зачем ей вообще нужен утилизированный? Их… Уже нас… Берут полные извращенцы или садисты… А…

Видимо, мне «повезло». Снова.

С каждым новым хозяином я думал, что хуже быть не может… Но каждый раз я ошибался. Каждый новый знатно превосходил предыдущего…

«Звероподобный», я чуть не вздрогнул. Нет… Только не снова. Я не животное. Я…

Но я даже не смогу сказать это…

Она осматривает как товар. Снова… А я даже только её разглядеть не могу… Когда это уже закончится? Видимо, не так скоро, как я хотел. Она меня купила. Может, она садистка и любит убивать? Тогда я буду даже рад… Всё закончится. Хочется верить, что быстро.

У всего этого есть один плюс — мы ещё поживём с ней в одной вселенной. Ещё немного. Я иногда вижу её во снах… А может, я брежу. Но во сне она всегда мне улыбается. А если бы увидела в жизни… Наверное, посмотрела бы с отвращением.

Всё очень мутно. Я вроде куда-то иду, а вроде и не я… Лишь на доли мгновения что-то проясняется, а потом меня снова отбрасывает в омут бессознательного. Я видел, как ей вживили хозяйский чип в руку. Теперь у меня есть госпожа. Опять… Надеюсь, в этот раз всё закончится быстрее. Плазма зашевелилась. Я будто стою под прицелом. Но ружьё не стреляет. По крайней мере пока… А что «пока»? О чём я только что думал? Опять? Что опять?

Мы куда-то зашли.

Много рук вокруг…

Почему руки без людей?

А… Это люди с руками…

Они меня окружили…

Зачем они меня окружили?

Что у них в руках?

Что им нужно?

Мне нужно стоять и не двигаться.

Я почти ничего перед собой не видел, лишь на автомате исполнял приказы. Возможно, невпопад, но плазма молчала, а значит новую госпожу всё устраивает.

Госпожу?

Откуда у меня госпожа?

А… Эти зелёные глаза…

При чём тут глаза?

Я где-то шёл…

Почему я иду?

Где я иду?

Я не обращал внимания на улицы, на дома… Всё равно всё выглядело размыто. Реальность ускользала, но что-то заставляло находится в сознании. Я понял, что иду абсолютно обнажённым. Ничего не прикрыто, но люди почему-то не удивляются… А, это же норма для рабов. На мне разве не было одежды?

Одежда…

При чём тут одежда?

А почему я на улице?

А я и не на улице… Космический корабль?

Это что-то новое…

Иллюминатор?

Почему из него не видны звёзды?

Почему я мокрый? Я в душе?

Где комната с иллюминатором?

На подкорке приказ: пора выходить…

Но куда выходить?

И как я заходил?..

Я уже в какой-то кабине.

Зачем я залез в какую-то кабину?

Где я нашёл эту кабину?

Но в кабине хорошо…

Только она открылась.

Или я её открыл?

Запищал травролгер.

Травролгер?

А… На него же данные записываются… И считываются.

А что на нём написано?

Буквы расплывались…

Даги… Дигинот… ДаГниотика?

Похоже на диагностику…

Может, это и есть диагностика?

Чёрт… Буквы не складываются в слога…

А зачем мне слога?

А слога — это слова?

А зачем мне слова, я же не говорю…

Наверно, возьму…

Что возьму?

Я на кого-то смотрю…

На кого-то яркого… Красивого…

Это так ярко светит…

Светит?

А, это ж звёзды…

Красиво светит.

На меня кто-то смотрит?

Это тоже светит… Зелёным светит…

Нет, не светит… Светят. Это же глаза…

Вопрос? Мне? Человек? Я? Я не человек. И не животное. Но… Тело пронзила боль.

А. Я же не могу об этом говорить.

Говорить?

Я вообще теперь не способен говорить?

Апочему я не могу говорить?

О чём?

Я где- то шёл, но шёл ли я?

Этот кто- то другой идёт?

Или я иду? Где я? В космосе?

Но почему я лежу?

А … Я на полу.

Но почему я лежу на полу?

Откуда в космосе пол?..

Я то и дело проваливался в сон. Всё тело трясло. А голова буквально раскалывалась. Одно из побочных действий смириады — ломка после дня без инъекции. Её подают как успокоительное для буйных рабов, но такое успокоительное оставляет от тебя лишь послушную оболочку. Сознание в плену когнитивных искажений, стираются все убеждения и принципы… А ещё обнажаются все неосознанные мотивы. Неудивительно, что я думал о ней… Хотя в трезвом уме уже давно запретил себе о ней думать.

Свернувшись калачиком напротив иллюминатора, я смотрел на бескрайний космос. Как же я по ним скучал. Почти всё время меня держали внутри планет. Интересно, а ей так же нравится смотреть на звёзды, как в детстве? Может, она сейчас тоже на них смотрит? Видимо, смириада всё ещё работает.

Шли уже 4 сутки, если верить звёздам.

Разум медленно трезвел, но я плохо помнил последние события. Попытки напрячь память не давали никаких результатов. Надо ещё немного подождать, и всё уляжется. Пока ясно одно — у меня появилась новая госпожа, которая, видимо, решила морить меня голодом. Или просто забыла. Может, купила в подарок? Моя чёртова выносливость выше человеческой. Я дольше проживу без пищи, но чувство голода никто не отменял.

Дверь отворилась.

Госпожа всё-таки обо мне вспомнила…

Корнелия

О своей покупке я вспомнила спустя 4 дня. Я погрязла в рабочих отчетах, и за все это время мы ни разу не пересеклись. Не то чтобы мне нужно было с ним пересекаться… Но корабль не настолько большой, чтобы можно было меня настолько хорошо избегать. Я даже не слышала и не видела его присутствия. Еда нетронута, тренажеры в зале стояли на тех же местах, на которых я их оставила. Разве что он не выходил из своей комнаты… Может, и в самом деле не выходил? Я открыла трансляцию с корабля. Камеры установлены в каждой комнате и в каждом углу. Они дают полный обзор, так что спрятаться от них просто не получится.

Впрочем, раб и не прятался. Он лежал на полу напротив иллюминатора. Кровать не понравилась?

Хотя не разбил иллюминатор — уже хорошо.

Я промотала прошедшие 4 дня. Раб либо лежал на месте, либо отходил в туалет. Из комнаты не выходил ни разу. Решил объявить голодовку? Думает, меня такой трюк возьмет? Или решил довести себя до истощения и сдохнуть? Не мог что ли пару недель подождать…

Раздражает.

Вместо того чтобы заниматься своими делами, мне нужно тратить на него время.

Раб не отреагировал на мой приход, так и продолжил лежать на полу, хотя явно заметил. Бесит. Я трачу на него время, а он решил не обращать на меня внимания?!

Я раскрыла панель управления и ткнула в первую попавшуюся кнопку. Он мгновенно изогнулся дугой. Вены на висках и шее вздулись, раздался скрип зубов. А вот криков не было… Видимо, и в самом деле немой, а то я уже начала сомневаться. Среди всех данных о его состоянии не было нарушений в связках. Язык тоже на месте. Значит, дело в чем-то другом.

Лишь разряд плазмы отпустил, раб сразу же принял позу на коленях. Так бы сразу.

А в нем что-то изменилось… Взгляд стал более осознанным, я бы даже сказала внимательным. Он явно оценивал каждое мое действие, каждый невербальный посыл… И при всем этом не встал, чтобы меня поприветствовать. Любопытно…

— Пошли за мной.

Ему ничего не оставалось, кроме как исполнить приказ.

Он внимательно следит за каждым движением. Пытается предугадать? Я снова открыла его панель. Нужно еще раз проверить его характеристики. Раб сжался. Видимо подумал, что я сейчас продолжу экзекуцию. В принципе, можно устроить… Но тогда это все растянется на несколько часов, а я хочу побыстрее со всем этим покончить.

— Ты решил объявить голодовку?

Раб помотал головой.

— В чем тогда дело?

Он сжался еще сильнее. Ну да, объяснить у него не получится. Забавно наблюдать, как такая махина пытается сжаться. Он чуть ли головой в потолок не упирается, но всеми силами пытается слиться с пространством.

Я обратилась к голограмме. По всему зеленому фантому тела видны красные разводы. По характеристикам — истощение с тахикардией. Волнуется? Напуган?

Ладно. Мне все равно этого не понять.

В камбузе я сразу же уселась на стул, а раб остался в нерешительности стоять возле меня.

— Открывай холодильник, — скомандовала я.

Он и открыл.

— Бери суповый брикет.

Моя покупка либо слишком сообразительна, либо умеет неплохо читать на межгалактическом, поскольку суповый брикет он нашел сразу. Это простой кусок вакумированного бульона, который обычно использую как основу для полноценного первого, но в его состоянии ничего лишнего добавлять не стоит.

— Клади в клориатор.

Он положил и даже сам додумался нажать на кнопку. Только потом ему явно стало не по себе. Не знает, оставаться стоять на ногах или опуститься на колени. А я продолжала смотреть. Видимо, смириада больше не действует. Это занимательно наблюдать за его метаниями. Но от сложного выбора его спасло мигание клориатора.

— Накладывай в тарелку. Бери ложку. Ставь на стол.

Выполнил все в точности, вплоть до порядка действий.

— Садись.

Сел на колени. Мда… Похоже, я переоценила его умственные способности.

— Садись на стул.

Все же наконец-то сел на стул.

— Ешь.

Он нерешительно зачерпнул ложкой суп. Если приглядеться, можно было заметить, как его рука подрагивала. Так боится? Или это от голода?

— Понял, как все работает?

Раб кивнул, не поднимая глаз.

— Когда проголодаешься, сам выходи и готовь себе есть. После этого обязательно убирай. Я ненавижу беспорядок. Если не будешь есть хотя бы один раз в день, я вставлю в тебя трубки и буду кормить так. Ясно?

Снова кивнул.

— С залом точно так же. Минимум один раз в день, есть желание — можешь чаще. Если горит лампочка красным, значит, я там занимаюсь, подожди, пока выйду. Это ясно?

И снова. Походил на болванчика, но никак по-другому ответить не мог. Интересно, что происходит у него в голове? Черт… Почему меня вообще это интересует? Но знать бы все равно хотелось. Я в открытую разглядывала его. Его чистые волосы были алыми прямо в цвет глаз. Высокие скулы, прямой нос, аккуратные губы… А что-то в их чертах и в самом деле похоже…

Раб старался есть бесшумно, не смотреть на меня, но я все равно ловила его мимолётные взгляды. Пытался меня разглядеть? В очередной раз наши глаза встретились. Он тут же уставился на еду.

А вот рука дрогнула. Ложка стукнулась о тарелку. Все-таки он стал дёрганым. Он всегда такой напуганный без смириады? Или это я его так пугаю? Да почему мне вообще на это не все равно?

Мне всегда было плевать на все и всех. Я с детства поняла, что отличаюсь от других. Не понимаю, что такое совесть и почему она должна у меня быть. Как можно кому-то сочувствовать или чего-то стыдиться… Почему люди чего-то боятся? Я даже боли не чувствую, а вот со злостью я хорошо знакома. И за всю жизнь было только одно исключение… Но последние дни творится что-то странное. Я будто стала что-то чувствовать. Что-то непонятное. Непривычное.

И единственное, что изменилось в моей жизни за эти дни, — появился этот раб.

17 лет назад

Прошло уже три дня. Никто так и не вспомнил о ее Дне Рождении. Впрочем, она привыкла. Всем было плевать. Абсолютно всем. Начиная от родного отца, заканчивая слугами. Даже те, кто помнил о нем, предпочли игнорировать. Корнелия слышала их разговоры. Их мерзкое хихиканье. Все в этом поместье делали вид, будто ее не существует.

Ей исполнилось семь. И за все семь лет ни одного поздравления она не получила. Никто даже о ней не волновался. И никому не было дело, когда она в ночи решила сбежать в лес. Ей хотелось хоть на минуточку привлечь к себе внимание. Чтобы хоть в ее праздник ее заметили. Но всем было все равно. Никто не спохватился. Никто ее не остановил. Никто не отругал. И никто не пошел искать.

Уже несколько часов Корнелия блуждала по темному лесу. Сначала она злилась. Потом ждала. А спустя ещё несколько часов поняла, что заблудилась. Дорога домой давно растворилась в гуще деревьев, а темнота ночи не давала увидеть просвета. Был только лес, небо и звезды. Девочка плюхнулась прямо на землю и заревела. Почему никто не пришел? Почему всем на нее все равно? Почему они делают вид, будто ее нет? Что она сделала не так? Хотелось иметь хоть кого-нибудь, с кем можно поболтать… Кого-нибудь, кто будет только ее. Ей хватит всего одного… Только одного человека.

Поднялся ветер, который перерос в бурю. Облака вихрились в небесах. Корнелия ревела. И вдруг из нее что-то выбралось. Она не поняла, что это было, но… Стало удивительно легко. Все в миг стихло. Плакать больше не хотелось.

Раздался хлопок. Прямо перед ней на землю рухнул мальчик. Чуть крупнее ее, в лохмотьях, с черными волосами и карими глазами. Он моментально вскочил на ноги и стал с опаской оглядываться, но, не увидев вокруг ничего враждебного, успокоился и перевел взгляд на девочку. Корнелия сидела с раскрытым ртом.

— Ты чего плачешь? — хрипло проговорил мальчик, рассматривая ее во все глаза.

— Никто не подарил мне подарков на День Рождения… Я ушла в лес… Но никто не пришел за мной и… — она всхлипнула. — Я заблудилась.

Мальчик нерешительно подошел к ней и протянул ей руку.

— Давай искать дорогу вместе.

Они пошли вместе. Корнелия шла и хлюпала носом. Слез уже не было. Страха тоже. Вместе с ним ей стало спокойно. Ночь уже не была такой темной и страшной.

— Ты все еще боишься?

— Нет…

Он вдруг отпустил ее руку и присел. Девочка растерянно на него посмотрела. Почему он отпустил? Она сделала что-то не так? Слезы снова поступили к глазам.

— С Днем Рождения.

Мальчик протянул ей цветок.

— Что… — невнятно пробормотала Корнелия.

— Ты сказала, что тебе никто ничего не подарил на День Рождения… У меня с собой ничего нет… Но это не дело, что тебя никто не поздравил. Буду рад, если примешь.

Корнелия нерешительно взяла цветок. Он был невероятно красивым — алым с золотым обрамлением на конце.

— Спасибо… Он очень красивый!

— Идем дальше?

— Да! — радостно закивала Корнелия и сама схватила его за руку.

Мальчик как будто знал, куда идти. Он уверенно поворачивал и шел по невидимым Корнелии путями. Она почему-то сразу же доверилась ему, даже не обращала внимания на дорогу. А еще… Заворожённо на него смотрела. Хоть он и был грязным и в лохмотьях, но все равно таким прекрасным!

— Как тебя зовут? — вдруг спросила Корнелия.

— Дамлин…

— А меня Корнелия… Ты знаешь, куда идти?

— Я тут ни разу не был… Но к людям вывести нас смогу, не бойся…

— А как ты узнаешь, где люди?

— По звукам, по запаху…

— А почему я так не могу?

— Не против, если я попозже отвечу? Мне сейчас нужно сосредоточиться…

— Ладно…

Корнелия и в самом деле замолкла, но сильнее сжала его руку. Она была такой горячей… Ей совсем не хотелось снова ее отпускать. Хотелось, чтобы Дамлин всегда держал ее за руку.

Они наконец-то вышли из леса.

Раздались крики. К ней подлетел разгневанный мужчина.

— Корнелия, где ты была?!

Это был ее отец. Мальчик сразу расцепил их руки. Все волшебство ночи закончилось.

— Я заблудилась в лесу… — пробормотала девочка.

Ей уже хотелось вернуться обратно в лес. Вместе с Дамлином. И снова взять его за руку…

— Зачем ты пошла ночью в лес?!..

Корнелия огляделась. Вокруг не было стражи. Только ее отец вместе со своими детьми и мачехой. У них был пикник. Пикник… Они так и не заметили, что девочка сбежала в лес и провела там почти сутки. И как только она вернулась, готовы были только наругать. Они даже не волновались. Просто разозлились, ведь она перервала их трапезу. Корнелия зажмурилась. Им и в самом деле было все равно! Никто бы не пошел за ней в лес…

— Извините, что вмешиваюсь, но она провела ночь в лесу. Думаю, ей нужно отдохнуть и поесть…

Девочка распахнула глаза и уставилась на Дамлина. Нет, не никто. Он пришел. Солнце только поднималось на небосвод, его лучи осветили мальчика. В них он сиял подобно звездам. Нет… Для нее он стал самой настоящей путеводной звездой, от которой не хотелось отводить взгляд… В этот момент Корнелия поняла, что наконец-то получила свой подарок на день рождения.

Наступило утро. Корнелия распахнула глаза. Он же ей не приснился? Дамлин же реален? Она посмотрела на тумбочку, где лежал цветок, и улыбнулась. Не приснилось. Ей казалось, что всё как в сказке. Он появился из ниоткуда, когда она звала. Спас из тёмного леса и защитил от отца. Нет, Дамлин не сказочный принц… Он намного лучше.

Каждый день у нее был один и тот же распорядок. Проснуться, привести себя в порядок и пойти в учебный класс заниматься с учебниками. Преподаватели приходили редко, поэтому девочка была предоставлена сама себе. Но от скуки она стала сама изучать материал. Это помогало сократить время до вечера. А потом наступала ночь. И новый день. Такой же, как предыдущий.

Только сегодня до класса Корнелия не дошла. В коридоре девочка увидела знакомую фигуру и бросилась к ней со всех ног. Это был он. Ее Дамлин. Уже не в лохмотьях, а вполне себе обычной одежде. И выглядел он уже опрятно.

— Дамлин… А что ты делаешь?

Дамлин замедлился, увидев ее, но продолжил идти. Корнелия же твердо решила не отставать от него.

— Твой отец определил меня в подмастерья…

— А можно с тобой?

Она заглянула в его карие глаза и подумала, до чего они красивые. Ей хотелось смотреть в них вечно. И чтобы они смотрели только на нее… Корнелия не собиралась отводить взгляд, отчего мальчик растерялся.

— У тебя разве не должны быть… — он запнулся. — Уроки? Или другие занятия?

— Никто из преподавателей не приходит… — пожала плечами Корнелия. — А учебники, которые они оставили, я уже прочитала…

В целом, ее это даже устраивало. Обычные уроки для нее слишком скучные. За целый час по кругу мусолится одна и та же тема, когда она могла самостоятельно изучить пять. Именно поэтому Корнелия не спешила жаловаться на преподавателей. Тем более сейчас, когда это время может проводить с Дамлином. Всё равно ее никто не проверяет. Всем на нее было наплевать. Но со временем она к этому привыкла. И лишь иногда становилось обидно…

— Все?

— Ну… Почти.

Остался один устаревший, который она даже не собиралась разбирать. Зачем? Если половина информации в нем наверняка не была актуальна даже для прошлого века.

— А почему они не приходят?

— Считают, что не нужно тратить на меня столько времени. Я и сама могу прочитать.

Это была практически цитата. Именно так ей сказала мачеха, а потом вторили и преподаватели.

— Так и говорят? — не поверил Дамлин.

— Ага…

— Ладно… — он запустил руку в волосы, думая, как бы поступить. — Тогда возьми учебник, который не дочитала, и пошли.

— Это как раз мой класс.

Корнелия указала на неприметную дверь, которую они проходили. Отворив ее, перед ними предстала пустая комната с двумя письменными столами, на которых громоздились десятки учебников, а рядом с ними исписанные тетрадки и ручки.

— И в самом деле никого нет… — удивился мальчик.

Ему было непонятно, как такое вообще возможно? Корнелия была дочкой лорда. По идее, с нее должны были сдувать пылинки, но за несколько дней, что он провел в поместье, создавалось ощущение, будто ее существование игнорировали абсолютно все. Начиная от прислуги, заканчивая преподавателями и родителями. Пока он думал, девочка резво взяла учебник со стола и вернулась к нему.

— Идем?

— Культурные особенности народов… — прочитал Дамлин название. — Звучит сложно…

— Это скучно, а не сложно.

— Поэтому не дочитала?

— Это устаревший учебник. Там уже неактуальная информация.

— И как ты это поняла?

— В прошлом учебнике по истории часть этих народов числилась как вымершие.

— Даже так…

Они ненадолго замолчали. Корнелия безотрывно пожирала Дамлина взглядом. Ей нравилось его разглядывать. В ее глазах он был совершенен. Выше ее, с блестящими черными волосами и карими глазами… В лучах солнца, которое проникало сквозь окна, глаза становились медовыми, с глубиной, которая приобретала благородный темный оттенок. Правильный профиль, прямой нос… На фарфоровой коже проглядывали маленькие родинки: возле глаза, под бровью, а еще одна скрывалась под ухом. Нет… Он был не просто совершенен. Для нее он был произведением искусства. Девочка обладала невероятной памятью, зачастую ей хватало одного беглого взгляда, чтобы все запомнить. И даже когда она изучила все черты его лица, ей хотелось продолжать на него смотреть. Наверное, даже пресловутой вечности ей было бы мало.

Мальчик же терялся в догадках: почему она на него так уставилась? Может, у него что-то на лице? Или волосы растрепались? А может, рубашку надел наизнанку? Но мельком глянув на нее, понял, что все-таки надел все правильно.

— Дамлин, а сколько тебе лет? — вдруг спросила Корнелия, нарушая тишину.

— Тринадцать.

— А мне восемь…

— Мы пришли. Я тут работаю, — с облегчением произнес Дамлин.

Они стояли перед служебным помещением. Никогда раньше Корнелия сюда не приходила.

Внутри всё было заставлено контейнерами и стеллажами с самыми разными деталями. О многих из них девочка ничего не знала, а что-то выглядело знакомо. Дамлин взял контейнер и уселся за стол, что-то перебирая. Корнелия же нерешительно мялась у входа.

— Можешь сесть на софу, — мальчик указал на серое подобие дивана. Пусть оно и выглядело несуразно, но оказалось очень даже удобным. Дамлин вернулся к работе. А Корнелия какое-то время смотрела на его спину, как он увлечённо разбирал какие-то детальки и… Был настолько увлечён, что перестал обращать на неё внимание. Тяжело вздохнув, девочка приступила к чтению. Учебник был невероятно муторным и явно не нес никакой пользы даже для расширения кругозора. Корнелия быстро пробегала глазами по строчкам и ещё быстрее листала страницы. Она смогла управиться за два часа и наконец-то захлопнула эту бесполезную книжку.

— Ты уже дочитала?

— Да… — Корнелия, бросив учебник, подошла к нему.

— Узнала что-нибудь интересное?

— С обычаями этих народов неудивительно, что они вымерли.

Дамлин усмехнулся, а девочка с интересом взглянула на стол, за которым он сидел. На нём были рассортированы какие-то пластинки. Они были разных размеров, и на них был разный серебряный узор. Но Корнелия не знала, что это за такие странные штуковины. Ни в одном из её учебников о них не было написано.

— А зачем ты их разделяешь?

— Такая работа…

— А что это?

— Микросхемы. Они управляют током внутри электроники.

Корнелия распахнула глаза. Ей не давали никаких электронных приборов и доступа к технологиям, но что-то о них она слышала. И не раз пыталась что-нибудь раздобыть, чтобы разобраться, как они работают. А тут всё прямо перед её носом.

— А как ты их отличаешь?

— Смотри, видишь, они разных размеров, и у них разное количество ножек. Вот эти для хранения памяти, а вот такие для процессора…

Дамлин рассказывал. А Корнелия восхищённо на него смотрела. Её подарок на День Рождения оказался не просто красивым и храбрым, но и умным. Он так быстро во всём разобрался, а ещё ей впервые кто-то так подробно что-то объяснял. Пускай она не имела ни малейшего понятия, в каких устройствах работают эти микросхемы и как они могут управлять током, но слова Дамлина девочка внимательно запоминала. Не важно, что он говорил и имело ли это смысл. Она запомнила всё.

— Такая для хранения памяти?

Она покрутила в руках прямоугольную пластинку с ножками из кремния на концах. Отдалённо микросхемы напоминали жуков с большим количеством лапок. Корнелия уловила принцип, по которому они разделяются, но никак не могла понять механику их работы. Уж лучше б преподаватели оставили ей учебник по этому, а не об бесполезной культуре дохлого народа.

— Да, правильно, — улыбнулся Дамлин.

Корнелия перенесла её в ящик для остальных микросхем памяти.

— А эта получается логическая микросхема?

— Да. Ты быстро схватываешь.

Девочка распределила и её. Она дальше продолжила помогать Дамлину их сортировать. Всё меньше и меньше уточняя их тип.

— Ты совсем не пользуешься технологиями? Ты же тут живёшь…

— Отец не допускает к ним, — пожала она плечами.

— Только тебя?

— Мне ещё рано ими пользоваться, — по крайней мере так ей говорили. — А так… Тут пользуются отечественными. К межгалактическим есть доступ только у моего отца. И, наверное… У тех, кому позволено вылетать с планеты.

Корнелия знала об этом лишь по обрывкам разговоров взрослых. Вроде отечественные всегда в зоне видимости служб безопасности. Это предотвращает утечку данных в межгалактическую сеть и не даёт доступ населению к определённым информационным сегментам. Но девочке особо не было до этого дела — она видела компьютер лишь на столе у своего отца. Даже ни разу не заглядывала в его монитор… О реальном пользовании хоть чем-то технологичным и говорить нечего.

— Даже так…

— Ага, мы оторваны от всей остальной галактики, но соблюдаем минимум, чтобы входить в межгалактический союз.

— Об этом написано в учебнике?

— Нет, это я один разговор подслушала.

Дамлин хотел ещё что-то спросить, но дверь в служебное помещение распахнулась. На пороге стоял отец Корнелии. Он явно не ожидал увидеть свою дочь здесь, отчего его брови нахмурились.

— Корнелия, что ты тут делаешь? У тебя разве не должны быть уроки?

— Преподавателя всё равно нет, а учебники я уже прочитала…

— Что значит «нет»?

— Сегодня не день, когда он приходит.

— А в какие дни он приходит?

Корнелия лишь пожала плечами, ведь обычно они не приходят. Ей было всё равно на реакцию отца, всё равно на его гнев… Девочке хотела лишь и дальше сортировать микросхемы, слушая объяснения Дамлина.

— Корнелия, у тебя должно быть четыре разных преподавателя, которые приходят каждый день. Когда последний раз они приходили?

— Преподаватель по культурным особенностям народов приходил 28 дней назад. Он дал мне учебник и сказал, что я сама могу прочитать.

— А другие? — с каждым её ответом его лицо становилось мрачнее и мрачнее.

— Их уже давно не было.

— Корнелия, ты же знаешь, что лгать — это плохо?

— Я не лгу!

— Пойдём со мной.

Он схватил её за руку и повёл в свой кабинет.

Мандерил Ле Шадо всегда хотел быть справедливым лордом. Поступать как человек чести… Но за свою жизнь уже абсолютно точно запятнал свою честь, причем не единожды. 

Сначала была измена. 

Кто бы ему сказал такое лет пятнадцать назад — он приказал бы вырвать тому наглецу язык, при всей своей гуманной натуре. Когда-то он клялся в любви своей невесте. Просил ее руки, преклонив колено. Чуть ли не плакал от счастья, когда услышал заветное «да». Он искренне приносил ей брачные обеты. И любил их сына, но… 

Однажды он увидел ее. 10 лет назад Мандерил встретил Карнлию. И одного взгляда хватило, чтобы понять: он никогда никого не любил… До этого момента. Он никогда не любил свою законную супругу, хотя долгие годы твердил ей об обратном. Лгал? Нет… Он был уверен, что говорил правду. Но Карнлия… Она никогда не соблазняла его, не уговаривала… Напротив, была против их отношений, ведь он замужний мужчина… Только Мандерилу было все равно. Он, лишь взглянув на нее, забывал все обеты, все его клятвы становились ничтожными, а обручальное кольцо растворялось на пальце… 

И самое ужасное, он не сожалел. Никогда. Ни единой секунды. 

Именно с ней он понял, что такое настоящая любовь. Его манило к ней каждое мгновение, хотелось дышать ее кожей, слышать только ее голос… Игра в приличия быстро пала, обнажая горящую правду — их любовь была взаимной. Тогда потянулись долгие дни и быстрые ночи, когда они могли наслаждаться друг другом. Прикасаться. Изучать. Пробовать. Шептать… 

Их любовь горела. Нет, она пылала страшным костром. Они не боялись обжечься, напротив, им хотелось сгореть в нем вместе. 

Только их пламя потухло так же неожиданно, как и началось.

Карнлия погибла при родах. 

Но от нее осталось нечто поистине ценное — Корнелия, которая как две капли воды похожа на мать.

И сейчас она стояла в кабинете, со скучающим видом разглядывая потолок. Лорд же просматривал каждый день по записям с камер наблюдения. Его дочь не лгала. Никто из нанятых учителей не приходил к ней уже 28 дней. И все эти дни она сама сидела в классе, читая учебники и что-то записывая в свою тетрадь. Только сегодня она решила не идти, но все равно взяла учебник.

— Корнелия, как давно это продолжается? — тихо спросил он, не понимая, как такое вообще возможно.

— Что продолжается?

— Такая… регулярность прихода преподавателей.

— С самого начала. Матушка… — девочка запнулась. — То есть мачеха, сказала, что им не стоит тратить на меня столько времени.

В глазах Мандерила — она просто поправила себя, но он обратил внимания на эту «оговорку». Корнелия же редко говорила что-то просто так. Она всегда продумывала все на несколько шагов вперед. Ее никогда не учили играть в шашки, но девочка уже давно играла в шахматы. И научилась этому сама. Как и всему остальному.

— Когда она такое сказала?

Корнелия сделала вид, будто призадумалась, будто вспоминая, но она отчетливо запомнила «когда».

— 984 дня назад… Или 985…

Лорд не поверил ей. Было же невозможно, что его дочь помнит все с точностью до дня? Но все же открыл запись кабинета, сделанную 984 дня назад. Там и в самом деле стояла его супруга. В том самом пустом классе. И что-то говорила Корнелии, а она смотрела в пол, кивала. Но чего Мандерил не заметил, так это ее мимолетный взгляд на камеру. При дочери он решил не включать звук, но стало ясно одно — она и в самом деле говорила правду.

— Почему ты назвала ее мачехой? — ему казалось, что этот разговор у них с женой уже был. Лорд Ле Шадо просил принять девочку как свою дочь… Тогда было бы меньше слухов, меньше осуждающих взглядов на ребенка. И тогда она вроде как согласилась… Но эта оговорка…

— Она сказала, чтобы я никогда не смела называть ее матушкой… — потупив взгляд, ответила Корнелия.

— Когда?

Это единственный вопрос, который он мог задать. От всей этой ситуации его чуть ли не трясло. Уже больше двух лет его дочь, оказывается, не получала нормального образования, а он, как последний истукан, об этом даже не знал. Теперь еще это… Но ему не хотелось показывать свой гнев девочке. Она тут была непричем.

— На мой третий день рождения.

— Ясно, я разберусь. Иди к себе.

— Но я хочу к Дамлину… — пробормотала Корнелия, но так, чтобы ее отец услышал.

— Что?

— Можно к Дамлину? Я все учебники уже прочитала. А с Дамлином интересно… — тихо проговорила она, отмечая, что семена раздора уже посеяны, а причин отказывать ей у отца точно нет. Особенно сейчас, когда его разум застилает гневом.

— Если он не против.

Корнелия кивнула и выбежала за дверь. К Дамлину.

У Дамлина было много секретов, о которых он не мог говорить, и невероятный слух был одним из них. На его родине это было в порядке вещей, но в мире людей становилось сущим адом. Мальчик слышал всё, что хотел, и даже больше: каждую комнату, каждый скрип передвигаемого кресла, каждый разговор, каждый шепот… Дамлин слышал всё, но учился делать вид, будто ничего не слышал. Вот и сейчас, стоя перед дверью лорда, ему совсем не хотелось слышать его разговор с супругой…

— Я не прошу тебя быть для Корнелии матерью. Просто относись к ней с уважением. 

Голос Мандерила Ле Шадо звучал устало, чего нельзя было сказать о его супруге, Саманте Ле Шадо, которая явно была в ярости.

— С уважением? — У женщины аж перехватило дыхание. — А ты относился ко мне с уважением, когда изменял?! 

— Нет, и я сожалею, что так с тобой поступил… Но Корнелия — это ни в чем неповинный ребенок. 

— Ребенок, из-за которого за моей спиной смеется весь высший свет. Ребенок, который будет вечным напоминанием о… 

— Я прошу тебя… 

Лорд Ле Шадо, видимо, не хотел слышать это и, судя по всему, уже знал, что ему скажет супруга. Но ее было уже не остановить. Одно упоминание Корнелии вместе с упреком было для нее как красной тряпкой, после которой она впадает в бешенство.

— Я тоже тебя просила. Просила не изменять. Когда ты изменял, просила хотя бы не делать это у всех на виду. Просила не обрюхатить ее. Просила отдать этого ребенка семье той шалавы… Но ты… Ты был глух к моим просьбам. А сейчас смеешь у меня что-то просить?! 

От ее крика Дамлин хотел зажать свои уши руками, но это бы его не спасло. Еще сильнее он хотел бы всего этого не знать, но даже находясь в служебном помещении, он бы всё равно всё услышал. От этого складывалось впечатление, будто он втихаря роется в чем-то грязном белье. Но ничего поделать с этим мальчик не мог.

— Можешь выплеснуть всю свою ненависть на меня. Но я не потерплю такого пренебрежения к Корнелии. Все преподаватели, которых ты подкупишь, будут тут же уволены. Я буду каждый день проверять всё по камерам и буду их менять до тех пор, пока ты не устанешь, — тихо, но твердо проговорил лорд, ставя точку в разговоре.

— Ты… — Его супруга зашипела.

— Я всё сказал. 

Но Саманта Ле Шадо не собиралась останавливаться.

— Ты даже назвал ребенка в честь этой потаскухи! Как мне на нее смотреть? 

— Не смей так говорить о Карнлии! Как ты можешь о ней так говорить?! Она уже мертва… 

Дамлин чуть не отпрянул от двери. Лорд Ле Шадо, обычно спокойный и рассудительный, впервые за все его пребывание тут поднял голос. Его явно задели слова о Карнлии.

— Она мертва, а мне жить в вечном позоре. 

— Ты не та женщина, за которую я выходил… — Похоже, слова супруги и в самом деле его задели. 

Женщина рассмеялась, но совсем не веселым смехом. Он был истеричным. Даже Дамлин, который стоял за дверью, понял: Мандерил Ле Шадо до сих пор любит Карнлию.

— Это я?! Я сдержала каждую из клятв, которую тебе давала. Каждую! Я тебя любила, была в горе и радости, всегда рядом, я родила тебе твоих детей. А ты… Ты меня растоптал. И знаешь что? Я бы простила измену. Но ты не просто изменил… 

Мальчику даже стало жаль его супругу: быть в браке, зная, что тебя никогда не полюбят так, как ее. Смотреть на измену с другой и быть не в силах что-то сделать…

— Я виноват. И я несу и буду нести ответственность за свои поступки до конца жизни… 

— А я в чем виновата? Что я такого совершила, чтобы нести ТАКУЮ ответственность? 

Лорду было нечего ей ответить. И Саманта это тоже поняла. Она вышла из его кабинета, ничего не замечая на своем пути. В том числе Дамлина. Он же нерешительно стоял у распахнутой двери.

— Извините, лорд… Я, наверное, лучше зайду в другое время… — Мальчик решил, что сейчас Мандерилу Ле Шадо точно не до него.

— Нет, заходи. Что случилось? 

Он с осторожностью зашел в кабинет.

— Меня просили провести ревизию и со сметой подойти к вам. 

— Сам высчитал? 

— Да… 

Лорд взял стопку его листов и внимательно просмотрел.

— Молодец. Ты талантливый парень, Дамлин. Быстро учишься. Думал, чем будешь дальше заниматься? 

— Не знаю… Весь этот мир в новинку. 

— Так ничего и не вспомнил? 

Покачал головой. Меньше всего мальчику хотелось лгать лорду, но и рассказать о своем настоящем происхождении он не мог. Да и если бы рассказал… Это бы всё равно ничего не изменило. Дорога домой для него закрыта.

— У тебя еще в запасе несколько лет подумать, чем бы ты мог заняться. В восемнадцать сможешь поступить куда-нибудь учиться, — Мандерил Ле Шадо посмотрел на него и вдруг сменил тему. — Корнелия к тебе часто заглядывает? 

Дамлин кивнул. Девочка прибегала к нему каждый день без исключения и проводила почти весь день с ним. Его это не напрягало: оказавшись выброшенным в чужой для него мир, с ней было не так одиноко… Ворох его тревожных мыслей хоть ненадолго засыпал. Ему повезло, что лорд его взял под свое крыло, но… Он оказался оторван от дома, семьи, привычного уклада… Всё, чему Дамлин учился, было бесполезно тут. Новые законы, правила, технологии… От всего этого голова шла кругом. Он был всего лишь ребенком, но ему резко нужно было стать взрослым.

— Не мешает? Если мешает, я могу с ней поговорить… 

— Нет, она совсем не мешает. Даже пытается помочь. 

— И помогает? — Мандерил Ле Шадо приподнял бровь. 

— Ну да… Еще читает про прикладную механику. 

Корнелия и в самом деле взяла в библиотеке несколько книг, чтобы лучше понять, чем занимается Дамлин. Так что последние дни она читала ему учебник, а он показывал, как это работало на практике. И у него складывалось впечатление, будто понимает девочка гораздо больше него. 

— В восемь?

— Говорит, что ей это интересно, — пожал плечами он. 

— И хоть что-нибудь оттуда понимает? 

— Насколько я могу судить, да. 

— Ничего себе… — Лорд подпер щеку рукой, явно не особо в это веря. — Она тебе доверяет?

Дамлин напрягся. Корнелия определенно ему доверяла, но ему не хотелось пользоваться этим. 

— Не знаю. 

— У меня сложные отношения с супругой… — Он вздохнул. — И я не могу уделять столько времени Корнелии, сколько ей нужно. Если вдруг она тебе жалуется: преподаватель не пришел, был слишком строг или что-то еще случилось… Можешь передавать это мне? 

— И вы с этим разберетесь? 

— Конечно… Я не знал, что к ней не приходили преподаватели. Просмотрел все записи с камер. Оказывается, они приходили раз в два месяца. И это в лучшем случае… Давали ей книги, говорили разобраться самой и уходили. Моя супруга занимается воспитанием наших детей. Я просил ее нанять и ей достойных преподавателей, но вышло то, что вышло. Извини, глупо на тебя все это вываливать… 

Дамлин слушал и очень хотел понять, но не понимал… Почему он так слепо верит своей жене? Как можно настолько не интересоваться своим ребенком? Неужели есть что-то важнее благополучия собственного ребенка? А еще почему он все это говорит ему? Но это он понял уже спустя года: лорду было нужно просто кому-то выговориться. Кому-то, кто не будет осуждать, кто, пусть и не поймет, но услышит. И Дамлин оказался этим кем-то. Несмотря ни на что, мальчик был искренне благодарен Мандерилу Ле Шадо и вопреки всему считал его хорошим человеком, который однажды оступился. 

— Моя супруга не будет участвовать в подборе преподавателей. А я никогда этим не занимался. Даже не знаю, какие предметы Корнелии подойдут…

— Думаю, ей понравится математика и физика.

Спустя неделю Дамлин сидел в служебном помещении. Корнелия направлялась к нему после первого урока с новым учителем, а ее преподаватели отчитывались в кабинете лорда. Мальчик же вновь невольно подслушал разговор… 

— Что вы скажете о ее способностях? Все сильно запущено? 

— Запущено?! Девочка — гений. 

— Что? Вы шутите? 

— Нет, она уже знает программу для детей четырнадцати лет, при этом прекрасно ей владеет. Корнелия уверенно решает уровня равных уровней задачи по физике, способна рассчитывать в уме пятизначные цифры… Если честно, я никогда не встречал такого за всю свою практику. Вы уверены, что ее никто не учил?

Корнелия

Отчеты, отчёты, отчеты, отчеты, отчеты и отчеты…. Дни тянулись однотипно. Скучно и муторно. Муторно и скучно. Впрочем, как всегда. После каждого задания нужно заполнить десятки разных форм и однотипных шаблонов. Причем само задание обычно идет пару дней, а писанина занимает следующие несколько недель. И никакой автоматизации, только ручное заполнение для соблюдения полной конфиденциальности. Пускай я справляюсь за пару дней, но все равно раздражает. Логичнее было бы сделать отдел, которые занимаются заполнением всего этого… Я откинулась в кресле. Время на эти отчеты, конечно, предусмотрено, но… В какой момент моя жизнь превратилась в сплошную писанину? Хотя, если так подумать, я сама к этому шла… Была цель… Цель есть. Так что это мой выбор. Я вернулась к заполнению тридцать шестой формы… 

За эти дни сплошных отчетов я пару раз просматривала камеры — раб исправно ел, ходил в зал и пытался не привлекать к себе лишнее внимание. Ничего не портил, сам за собой убирал… Единственное, завесил зеркало в ванной полотенцем, но эта странность, по идее, мои правила не нарушает. А так он быстро понял, что к чему. Видимо, плазма еще не все мозги ему поджарила.

Тридцать девятая форма отчета отправлена успешно. Всё. До следующего задания с этой писаниной покончила. Я пошла в камбуз, где столкнулась со своей покупкой. Он сразу же опустился на колени. Взгляд в пол. И едва заметно подрагивает. Какой нервный… А я же с ним веду себя вполне по-доброму… Не трогаю. Интересно, как он будет реагировать на по-настоящему жестокое обращение? Но, увы, пока он мне нужен хотя бы в относительно целом состоянии.

— Заодно сделай мне кофе. Без молока и сахара, — я уселась за стол.

Он вздрогнул от приказа, но все-таки поднялся и достал зерна. Значит, уже освоился настолько, что запомнил, где что лежит… Я наблюдала за его действиями. Хм, варит вручную, хотя кофемашина стоит перед ним. Если он научился пользоваться клориатором, то и кофемашиной должен. Хочет меня впечатлить? Пока мотивов его действий я не понимала, решила проверить по камерам, пользовался ли он кофемашиной, и уже на основе этого делать предположения.

Раб аккуратно поставил кружку передо мной. Клориатор как раз звякнул. Его еда приготовилась. Он в нерешительности застыл. А мне было интересно посмотреть, что он будет делать. Тишина затягивалась. У него стал подрагивать кадык, но меня этот момент особо не смущал. Было в этом что-то интересное. И что он предпримет? Останется стоять? Вопреки моему присутствию будет есть? Я по привычке ловила мельчайшие изменения в его мимике: загнанный взгляд, губа, незаметно прикушенная с внутренней стороны, нервный глоток слюны… И двигающиеся кончики ушей?! Я незаметно присмотрелась, не выдавая свой интерес… Они и в самом деле едва уловимо двигались, будто хотели что-то найти… Точнее услышать. Он же опустился на колени. Решил, что это беспроигрышный вариант? Вполне логично. 

Только это признак ума или смирения?

— Садись и ешь.

Раб послушно наложил себе тарелку с едой. И сел. Даже невооружённым взглядом было видно, как он напряжен. Несмотря на то, что опустил глаза, все равно следил за каждым моим действием… И движение его ушей совпадало с тактом дрожи зрачка… Хм…

— У тебя хороший слух? — я отхлебнула кофе, наблюдая, как он нерешительно съел первую ложку. Мое приобретение застыло, а потом медленно кивнуло. От него так и веяло напряжением — начиная от неестественной позы, заканчивая попытками что-то рассмотреть в моем выражении лица. Возможно, он пытается понять мое настроение через сердцебиение? Я была уверена с вероятностью в 70 %, что была права. Уши двигались практически как локаторы, улавливая малейшие волны звука. Да, это были едва заметные внешне движения, но для ушной раковины это настоящая смена плоскости. И если его уши к такому приспособлены, то у этого должно быть следствие. А учитывая, как простой вопрос о хорошем слухе вывел его из себя, значит, у него он не просто «хороший».

— Слышишь мое сердцебиение?

Ложка выпала из его рук. Он мог уже не кивать, все и так было понятно.

Меня это не особо волновало. В конце концов, я обычно контролирую сердцебиение, держа его всегда в умеренном ритме. Это всего лишь подтвердило, что он не человеческой расы. Я больше не обращала на него внимания, дав спокойно поесть. Кофе, между прочим, вышел отменным, так что вероятность того, что он хотел меня впечатлить, повышается. Я развернула голографический монитор и стала проверять свои почты. 

Висели наметки следующего задания, которые автоматически удалились сразу после моего прочтения, но этого хватило, чтобы все запомнить. Десяток рабочих писем, которые я пока не планировала открывать — все же формально у меня отпуск. Письмо от бабушки, назначившей даты моего визита, которые не подразумевают даже возможность переноса… Да и в целом возражений она не терпела… 

А еще письмо от Ланы, которая наконец-то соизволила ответить. Видите ли, у нее скоро сессия, и она не увидела моего письма, погрузившись с головой в учебу… Во что мне верилось с трудом. Для нее важна не учеба, а удачное замужество, чтобы состояться в высшем свете… Но меня ее дела не особо волновали, главное, чтобы она исправно выполняла пункты нашего соглашения. Тем не менее она может уже на днях встретиться в Ахалоре… Видимо, придется мне немного сменить направление полета… 

Раздался сигнал, который вывел меня из размышлений. Требуется разрешение на построение межкорабельного пути. Кто-то решил зайти ко мне в гости? 

И этот кто-то пытается шифроваться, чтобы не остаться в базе данных. Что ж… Гость знаком, цель ясна. 

Я дала разрешение на построение пути. Они позволяют прямо в космическом пространстве построить проход для перехода между кораблями. 

— Иди к себе и ближайший час не выходи. 

Скомандовала я рабу, который уже все съел и просто сидел за столом, не зная, куда себя деть. Для него этот приказ был облегчением. Он быстро удалился.

А я пошла встречать гостя. Прямо у входа. Нет смысла их приглашать внутрь. Учитывая, что он пришел в рамках графика наших «встреч», то важных новостей для меня у него нет.

— Ну и?

Передо мной стоял Сейрих. Внушительный мужчина лет тридцати, весь забрызганный татуировками. Все лицо было накалото по подобию человеческого скелета, переходило к шее и дальше под костюм. За чернилами было сложно отличить его черты лица, только черные глаза и губы, перечеркнутые шрамом. Сейрих был капитаном пиратского «Обледенения», хотя сами себя они называют «Альянсом», но сути это никак не меняет.

— Ничего не нашли, — выдохнул он.

— Мне начинает казаться, что ты не заинтересован в нашем договоре.

Он побледнел даже сквозь татуировки.

— Я заинтересован! Я клянусь! Мы проверяем каждого, кто подходит под описание, и нет… Но его среди них нет.

Похоже на правду. По крайней мере пока скрывать что-то у него нет причин. А как появятся, я первая об этом узнаю.

— Тех, кто с печатью забвения? — на всякий случай уточнила я.

— В первую очередь, — твердо ответил Сейрих. — Он через нас не проходил. Если вдруг будет, то мы сразу к тебе.

— Свободен.

Прошло уже практически десять лет. Его нигде нет. Вообще нигде. Космос бескраен, но не мог же он исчезнуть? Если бы погиб, остались следы. Хоть какие-нибудь… По крайней мере мне хочется в это верить.

Если найду его, то никогда не отпущу. 

Чего бы мне это ни стоило. 

В этот раз он будет моим. 

Только моим. 

Иначе ради чего все это?

Лана меня раздражала. И раздражало меня в ней абсолютно всё: ее тупость, ее наивность, ее легкомыслие, ее пренебрежительность, ее посредственность, ее невнимательность… Она умудрялась болтать на отвлечённые темы, перепрыгивая от одной к другой, даже не заканчивая мысль. И это при том, что встретились мы для одной конкретной цели, о которой она пока даже не вспомнила… Лана почему-то решила, что из-за нашей договоренности мы теперь подруги, и теперь трепалась мне буквально обо всем. Наконец-то ее взгляд уставился на мою покупку, которая с самого начала была с нами.

— О, ты уже завела?

Никогда не понимала, зачем задавать очевидные вопросы, ответы на которые и так уже ясны. Мы расположились в портовом кафе, а раб сидел на коленях возле меня, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания. Видимо, даже успешно, учитывая, что Лана заметила его только спустя десять минут.

— Да. Зачем тебе нужно было брать углубленные курсы рабовладения?

Учитывая, что рабов у нее никогда не было. Как и финансов на них. И даже малейшего интереса к ним тоже.

— Если бы ты видела, кто преподает эти курсы, ты бы меня поняла… — она мечтательно закатила глаза.

— Разумеется.

Я бы не поняла. Начиная от полного отсутствия логики и причинно-следственных связей в ее действиях, заканчивая моими… предпочтениями. За всю жизнь меня в романтическом плане интересовал только один человек. Начиная с детской влюбленности, закачивая подростковой одержимостью. Впрочем, стадия одержимости так и не закончилась, я просто научилась ее скрывать. Но тем не менее на всех остальных мне глубоко все равно. Кроме него меня в целом никто не интересует. Вообще.

— Ну я же не знала, что твой отец заинтересуется учёбой… — Лана надула губки.

Возможно, кто-то бы посчитал это милым. В целом, ее детская манера поведения и искренняя наивность может многих зацепить. Как и ее миловидная внешность: пышные русые волосы, веснушки, светло-карие глаза и вечная улыбка, которая не сходит с ее лица. Да… Многим это нравится. Но стоит с такими начать вести дела, и понимаешь, что ничего кроме этого они из себя и не представляют.

— Что от него требуется?

Мне хотелось побыстрее с этим закончить.

— Он что, не твой?

Ну да, только спустя уже 15 минут поняла, что он не сказал ни слова, даже не пробормотал тихого «госпожа» в знак приветствия.

— Да.

— Ты серьёзно?!

Я еле сдерживалась, чтобы не закатить глаза. И в самом деле очень хотелось. Но еще больше мне не хотелось вступать в бессмысленную полемику, которая очевидно никакой пользы не принесет.

— Так что от него требуется?

— Если он не твой, то почему его не утилизировали?

— Он как раз с утилизации, — я все же закатила глаза, но открыла перед ней голограмму его личного дела.

— Это что? — Лана побелела.

И снова вопрос, ответ на который и так ясен.

— Личное дело.

— Ты понимаешь, что взяла?! Он же дефектный по всем фронтам.

Хм… Она специально игнорирует мой вопрос? Я к ней присмотрелась — нет, она просто тупая… Ожидаемо.

— Так что от него требуется?

— Ему делали языковую пластиру… Жесть. Представляешь, это когда раз за разом отрезают язык, а потом восстанавливают. Но с каждым новым разом полость находится без языка все дольше и дольше. Мозг теряет чувствительность к языку, воспринимает его как посторонний предмет, так формируется устойчивая нейронная связь, что говорить нельзя… Все равно, что парализованная конечность. А еще рубцы сильно мешают. Для звероподобных потом делают звуковую корректировку, дрессируя на определенные звуки, но… У него все до этого этапа не дошло…

Меня не волновало, что там с ним делали. Меня интересует, что от него требуется. Я посмотрела так, что даже Лана вспомнила вопрос, ответ на который я хотела получить с самого начала. Она сглотнула и стала тараторить заученные предложения.

— Для свободного перелета нужен минимум один профилактический воспитательный акт в две недели. В твоем случае, один раз в неделю. Тогда проблем быть не должно. Минимум 30 плетей розгами через плазму. А можно и реальных, даже лучше больше. Он же преступник, так что его можно не жалеть…

— Ясно.

Я выстроила график наказаний. Поскольку пока я его сильно травмировать не хочу, то остановилась на минимуме — 30 розг раз в неделю.

— Еще что-нибудь?

— Раб должен находиться на коленях в присутствии господ. Никогда не смотреть в глаза. Говорить без приказа запрещено…

— Он и с приказом не заговорит.

— Вот мои конспекты, — она порылась в сумке и дала мне… простые тетрадки. — Тут все подробно описано. Я бы на твоем месте наказывала его за любую провинность. С такими преступниками только так.

Я смотрела на тетради. Она всерьез пишет на бумаге?.. Уже во всех ведущих учебных заведениях систематизированная цифровая база. Тетради — это не просто прошлый век… Счет пойдет на тысячелетия. Хотя в моем детстве и были классические бумажные материалы, но это была прихоть отца. А тут…

— У тебя же пыточная есть. Можешь на нем тренироваться, руку набивать…

Лана, оказывается, все это время о чем-то увлеченно говорила.

— Ты думаешь, я ее еще не набила? 

Я приподняла бровь. Даже зная малую часть о моей жизни, Лана побледнела. Видимо, поняла, какую глупость сказала. Раб начал еле заметно подрагивать. А для меня это было идеальным моментом, чтобы завершить нашу встречу. После такого она точно ближайшее время прекратит мне спамить сообщениями. Все же какой бы тупой Лана не была, но чувство самосохранения у нее есть.

Как только мы вернулись на корабль, раб сразу же упал на колени… Как обычно, глаза в пол, но в этот раз убрал руки за спину.

— Ты ее слышал?

Кивнул.

— Все запомнил из того, что она сказала?

Очередной кивок.

— Понял, что от тебя нужно?

Кивнул.

Посмотрим, как он понял. 

А я пошла читать Ланины конспекты.

Дамлин

Не то чтобы я не заметил, как отворилась дверь… Я слышал шаги, направляющиеся ко мне, знал, что сейчас откроется дверь. Но мне не хотелось вставать. Не хотелось снова становиться на колени. Не хотелось вообще что-либо делать… 

Хах… Забыл, что совсем не важно, чего я хочу. Мне бы вообще это слово забыть. Плазма имеет свойство — быстро напоминать, где мое место. Всего одна кнопка и… По всему телу стали наносятся раскаленные удары, оставляя ожоги. Если бы мог, я бы закричал, но язык не слушался… Клянусь, я чувствовал, как лопается кожа, как она плавится миллиметр за миллиметр. Боль не затихала, становилась ноющей, а поверх нее наносились новые и новые удары. Я не знаю, сколько длилась эта агония. По моим ощущениям несколько часов, но, наверное, прошло всего пара минут. Как только удары прекратились, я встал на колени. Они были обожжены, как и все тело. Стоять было невозможно, будто с ног сняли скальп и заставили встать на соль. 

Стопы полностью сожжены. Она открыла панель. Нет, только не снова. Пожалуйста… Я встану на колени, буду послушным, не надо… Но язык не слушался, я мог лишь молча смотреть. 

Плазма уникальна в своём роде. Ее создавали с благими намерениями — помочь людям снова ходить, ощутить свои конечности и, в конце концов, жить полной жизнью. Но со временем появились более продвинутые методы в медицине. А плазму стали внедрять рабам. Прямо сквозь череп, напрямую в мозг. Она переплетается с нервами, проникает в лобные доли, нейроны, медиаторы… Плазма заполняет собой всё, становясь вечной частью организма. На моей коже не было свежих ожогов, со стороны я выглядел вполне здоровым. Но я четко ощущал каждый раскаленный след. Для меня это было реально. И проходят такие удары так же, как настоящие. Их нельзя лечить, нельзя обработать — это же всё в голове. И даже «безвредно»… Всего лишь доставляет непутевому рабу дискомфорт. 

Госпожа свернула мою голограмму, так ничего и не выбрав. Я едва слышно выдохнул. Оказывается, она просто решила объяснить новый порядок моей жизни… И было видно невооружённым глазом, как ее это раздражает. Но после «объяснений» она, казалось, про меня забыла… Я же исправно выполнял все ее требования, хотя это было больше похоже на довольно неплохой режим дня. Только отсутствие каких-либо действий с ее стороны напрягало даже мой поврежденный ум… Совсем не ясно, чего от нее ждать, к чему готовиться и… Зачем всё это? 

Вряд ли она купила себе раба просто, чтобы он ел и спал где-то на одной территории… Но сколько я ни думал, причин не находил. Кому нужен практически утилизированный раб? Только господам с определёнными вкусами, те, которые хотят вдоволь насладиться агонией… Дать волю всем порокам, особенно зная, что это спокойно сойдет им с рук. Ведь у рабов нет никаких прав, а у утилизированных все равно одна дорога. Просто с разными ощущениями. 

Я даже не знаю, что хуже — находиться под смириадой или в полной тишине, которая навевает воспоминания. В тишине мысли особенно громкие. Судя по всему, хозяйке я особо не нужен. Наверное, тогда была демонстрация — она может и будет использовать плазму как ей заблагорассудится. 

До сих пор чувствую следы от ожегов. Плазма очень занимательная игрушка для хозяев. Хотя некоторые предпочитают ручное «воспитание»… 

В один из дней мне почему-то стало интересно, как я выгляжу. Я уже много лет не задавался этим вопросом, но… В ванной было зеркало, в которое я не решался взглянуть. Но мне все равно рано или поздно предстоит столкнуться со своим отражением. И в очередной раз искупавшись, я не стал намеренно прикрывать глаза, чтобы не увидеть себя. Наоборот, я резко взглянул прямо… И… 

Какой же мерзкий… Тощий, с загнанным взглядом, без тени былых амбиций и силы… А эти красные глаза и волосы… Когда-то я был так рад… Но это было так давно… Как же противно. Зеркало хуже любых пыток. С ним приходит осознание, кем я стал… Я накинул на него первое, что попалось мне в руки, но образ прочно осел в моей памяти…

Через пару дней, готовя себе еду, я столкнулся с госпожой. Неожиданно… Но я даже ждал. Все же, находясь на одном корабле, рано или поздно мы встретимся. Только воспоминания о прошлой встрече еще живы, как и следы.

Кофе… Можно же было воспользоваться кофемашиной… Она хочет ручной варки? Я вроде сделал все правильно, но почему госпожа так на меня смотрит?.. Ее сердцебиение в норме, судя по дыханию, она не злится… Но все равно не ясно, могу ли я есть в ее присутствии или нет. Вот же…

Но видимо, она поняла мои метания, раз позволила есть. Только бы снова не использовала плазму… Я ужаснулся своим мыслям. Каким же жалким я стал… Ничтожеством.

Ее вопрос выбил меня из себя. Как… Как она это поняла?! Я столько лет жил, скрывая свой слух. Столько старался не обращать внимания на вещи, которые не должен был узнать… А она… Поняла это так быстро?

Я напрягся. И что она будет делать?..

Но госпожа, казалось, потеряла ко мне интерес. И всё?

Этот сигнал… Знакомый…

Построение межкарабельного пути? Да, это точно этот сигнал… Я ушел к себе, но прекрасно слышал все происходящее… Значит, это не просто личное судно? Чтобы построить межкарабальный путь нужно иметь особое разрешение, либо быть пиратом. Но разговор озадачил меня еще больше — либо госпожа и в самом деле занимается пиратством, либо у нее есть повышенные полномочия…

Только после того дня не особо что-то поменялось — я продолжал жить по режиму, который она озвучила, все больше и больше времени проводя в зале. Это хоть какая-то деятельность, чтобы себя занять…

Я удивился, когда она взяла меня с собой на встречу. Это хоть что-то новое… А еще это очередная череда унижений… Ведь в обществе рабу положено вести себя как рабу. Наверное, можно было привыкнуть, но… Каждый новый раз ощущается так же, как первый. И вроде ощущаешь себя живым человеком, но каждый раз тебе напоминают, что ты вещь.

Я не очень хорошо понимал, о чем их разговор… Видимо, каким-то образом моя покупка связана с Ланой… И эта девушка с точностью угадала, почему я стал «немым». Я бы усмехнулся, но мне не давали на это разрешения…

Прошлая хозяйка. Ферсилия Нея Отрит. У нее была мания сделать из меня пса. Максимально приближенного к настоящему. Ее методы… Сильно ломали. Все. Сознание. Тело. Душу. И как же ей не нравилось, что ее «песик» может говорить. Языковая пластину придумали вместо полного отрезания языка. Хотя в данной методике язык отрезается больше сотни раз. Тем более современными медицинскими технологиями можно вернуть отрезанную конечность, если она не начала разлагаться. И язык тоже. Сначала язык отрезается на час, потом возвращают, потом на несколько часов и снова возвращают, потом на десять часов и снова возвращают, а потом на сутки, на несколько, на неделю… И так больше года… Без пауз. Уже после нескольких часов без языка плохо его контролируешь, говорить сложно. А через сутки практически невозможно. Я просто не чувствую свой язык, не могу напрячь связки… Единственное, что мне ещё подконтрольно — сжимание и разжимание челюсти. Всё.

Мы вернулись на корабль. Да, я понял требования… И после этого дни снова пошли своим чередом. Ничего не изменилось… Она все также не обращала на меня внимания. Я все также жил по распорядку: зал, поесть, убрать за собой, сон… Когда-то я мечтал о такой жизни… Но я так больше не могу. В тишине. С мыслями. И помня каждое мгновение из десяти лет рабства.

Я больше не могу находиться один в этой комнате. Просто не могу. Пускай накажет, использует плазму… Уж лучше боль… Тогда не будет этих мыслей.

Не хочу больше думать. Не хочу… Я знал, где она находится. Мне даже не нужно было выходить из комнаты — я слышал ее всюду. В каждом отсеке корабля. И сейчас госпожа листала страницы книг. Бумажных… Я их давно не встречал… Где-то в прошлой жизни. Мне всегда они нравились больше, чем электронные. Напоминали о доме… Меня вел шелест бумаги, знакомые заломы в уголке и лёгкое похрустывание перплета… Дверь была приоткрыта. А за ней была… Настоящая библиотека. На космическом корабле. И всюду стеллажи с бумажными книгами.

— В чем дело?

Она сидела на диване с книгой в руках. А я… Прошел внутрь. К ней. Без приказа. За это меня можно избить до полусмерти, и это было бы вполне обосновано… Но я все равно взял книгу и указал на знакомые буквы. Госпожа внимательно на меня смотрела. Интересно, что ее зверюшка сделает? А мне просто хотелось побыть с ней… До чего я опустился…

Но в одиночестве я схожу с ума…

Так хоть узнаю, дозволено ли мне с ней общаться или она хочет полностью безмолвного раба.

— «Можно»?

Госпожа сложила буквы, на которые я указывал в словах. Я стал показывать дальше…

— «Пожалуйста»…

— «Побыть»…

Мой палец на мгновение замер. Возможно, я и в самом деле совершаю ошибку…

— «Тут»?..

Я кивнул, подтверждая свой вопрос. Госпожа несколько секунд смотрела на меня, будто пыталась просканировать, а потом…

— Оставайся, — она пожала плечами.

Разрешила? Так просто? Неожиданно… Но я опустился рядом. Тихо… Стараясь больше не привлекать к себе внимания. Почему-то рядом с ней тревога утихла. Страх отступил. Гул мыслей затих. Стало удивительно спокойно. Я будто снова стал собой. По крайней мере на эти мгновения.

17 лет назад

Корнелию редко брали в семейные поездки. Всегда это было исключением из правил. Вот и сейчас отец должен быть на совещании по вопросам развития Амселиды. Приглашаются не только члены совета, но и их семьи. И зачем-то он решил взять Корнелию с собой, хотя ей самой не особо хотелось ехать, ведь тогда придется разлучиться с Дамлином.

Так она уже больше часа билась в истерике. Формально из-за того, что ей предстояло ехать одной почти весь день в карете. А неформально из-за того, что тот день и последующую неделю ей предстояло провести без Дамлина. Так что ее слезы были почти искренними.

— Она просто хочет привлечь к себе внимание, — закатила глаза Саманта Ле Шадо.

В этот день у их желания совпадали. Корнелия не хотела ехать. Саманта Ле Шадо не хотела, чтобы Корнелия ехала. Так что девочка на это время мысленно перенесла ее из списка врагов в союзники.

— Она ребенок, может бояться ехать одна. Я тогда поеду с ней в карете.

Наверное, Мандерил Ле Шадо был единственным, кто хотел, чтобы Корнелия поехала. Собственно говоря, он и был инициатором всего этого. С появлением Дамлина он почему-то стал больше времени уделять дочери: иногда заходил в учебный класс, чтобы лично убедиться в проведении уроков, стал пресекать неподобающее поведение слуг, а порой и даже своей супруги.

— И что подумают люди? Я одна в карете с детьми, а ты с этой… — не унималась Саманта.

— Тогда езжай с ней ты, — лорд уже сжал пальцы на переносице от криков с обоих сторон.

— И бросить моих детей одних?!

Мандерил опустился перед дочерью на корточки, взяв за руки. Отчего та чуть не скрипнула зубами. Весь ее замысел рушился на глазах. Она не понимала, зачем ее брать в эту поездку, какая от этого польза?

— Корнелия, я и… — он сглотнул роль Саманты, не зная, как ее назвать: для Корнелии она точно не «матушка», но лорд и не станет называть ее «мачехой». — Не сможем поехать с тобой в карете. Ты уже взрослая девочка. Ничего страшного в этом нет…

Да, ничего страшного в езде на карете нет, а вот остаться без Дамлина… До Корнелии дошло, что ее скорее возьмут в поездку, несмотря на ее слезы и недовольство мачехи, чем оставят дома… Тогда девочка решила поменять план.

— Д-дамлин, Д-д-дамлин… — стала повторять Корнелия, будто мантру.

— Я у него спрошу, но настаивать не буду.

— Хочу к Дамлину. Дамлин… Я останусь с Дамлином…

Мандерил Ле Шадо тяжело вздохнул и направился к мальчику. Он был на своем месте — в служебном помещении, как всегда, разбирая запчасти. Дамлин вовсе не был удивлен появлению лорда, ведь ему прекрасно был слышен весь их разговор. И в этом самом разговоре ему было непонятно всё: такая принципиальная позиция мачехи, которая не терпит компромиссов, отсутствие твердости у самого лорда и странная реакция Корнелии, хоть девочка и в самом деле к нему привязалась.

— Ты бы не мог поехать в карете с Корнелией?

— Сейчас?

И все же это предложение звучало комично. Ведь вместо того, чтобы поехать с ней самому, попробовать как-то всем уместиться в одной карете или нанять няню… Он просит об услуге у ребенка. Но при всем этом Дамлин был даже рад предложению — ему давно хотелось побывать в этом мире где-то за пределами поместья.

— Да… Не переживай, я все куплю. Вещами снабдим.

— Ладно…

— Спасибо.

Корнелия все это время не выходила из образа и все еще заливалась слезами. Даже когда вернулся отец с Дамлином.

— Эй, Корнелия… Пойдем в карету?

Но стоило ему задать вопрос, как плач резко стих.

— Ты поедешь с нами?

Дамлин кивнул. Взгляд Корнелии резко загорелся, и пока никто не передумал, она потащила его в свою карету. Но никто передумывать и не хотел — все уже порядком устали от выяснения отношений, поэтому как только первоисточник стих, лорд с супругой последовали примеру девочки.

Карета тронулась. Она была высокотехнологичной и не нуждалась в лошадях, но тем не менее сохраняла черты классической кареты. На Амселиде их использовали для демонстрации знатного статуса, ведь большая часть населения ездила на простых машинах.

Девочка посмотрела на Дамлина, который сидел напротив. Он впервые ездил на таких каретах, так что с плохо скрываемым любопытством оглядывался по сторонам. А как только они набрали скорость, так вообще прилип к окну.

Они ехали тихо, лишь изредка переговариваясь на отдаленные темы. Но Корнелии большего и не надо. Главное, что Дамлин поехал с ней. Виды за окном менялись с бешеной скоростью, и уже к вечеру кареты остановились в прибрежном городе. Их сразу же встретили, расселив по номерам элитного отеля. Для ужина нужно было спускаться в ресторан на первом этаже. За Корнелией ожидаемо никто не пришел, поэтому она пошла есть одна. На нее, как всегда, все косо поглядывали и перешептывались за спиной, думая, что она их не слышит, но все равно не посмели отказать в обслуживании…

Уже возвращаясь в свой номер, девочка заметила приоткрытую дверь в покои Саманты. Она с отцом развалились на большой кровати, а их дети лежали между ними. Для своих чад они делали видимость любящей семьи. Причем весьма успешно — дети никогда не видели их ссор, даже не знали, что у родителей есть какой-то разлад, ведь они так часто проводят время вместе… Вот и сейчас — они читали им сказку. Из очень красивой книги с картинками. Читали по ролям… Саманта была то за принцессу, то за леди… А отец говорил за рыцаря и короля… Получалось просто чудесно. Корнелии тоже хотелось послушать. Но еще больше ей хотелось бы лежать на той кровати, хоть сама себе она в этом никогда не признается. Ведь даже будучи ребенком она понимала — с ней этого никогда не будет. Она всегда будет тут лишней.

У нее на глазах появились слезы. Девочка и сама не понимала отчего — возможно, от зависти, обиды, несправедливости, ведь у нее такого никогда не было и вряд ли будет…

— Корнелия, — раздался тихий голос Дамлина.

Она не могла ничего сказать. Мальчик аккуратно заглянул в проем. До него все сразу дошло. Да и не нужно обладать большим умом, чтобы это понимать.

— Пойдем.

Он аккуратно потянул ее за руку, а Корнелия, шмыгая носом, шла за ним. Дамлин отвел ее в номер, а сам ушел в свой. Только через несколько минут вернулся с толстой книжкой.

— У меня с собой только «взаимодействие механизмов в моторе»… Хочешь почитаю?

— Да… — шмыгнула носом девочка.

Она улеглась на кровать, Дамлин сел на стул возле… И начал читать. Корнелия слушала его методичный голос и медленно засыпала с улыбкой на лице.

Это была лучшая книжка на ночь, которую ей когда-либо читали.

Корнелия

Моя покупка стала частенько приходить ко мне. Просто так. Приходил, садился рядом и всё. И сколько я ни пыталась понять причину — ее словно не было. Он не пытался больше выйти на контакт, не пытался подлизаться, не пытался сделать вообще что-либо…

Но мне он не мешал. Да и в целом его присутствие никак не напрягало. К моему удивлению, он меня даже не раздражал… Раб создал некий ритуал — тихо стучал, и если я кивала, он заходил, если нет — так же тихо уходил. Вот и сейчас он просто сидел рядом, пока я спаивала соединение аккумулятора с точками передатчиков. Это была уменьшенная модель классического жучка. И по моим расчетам весь функционал должен вместиться, и это при сокращении размера в 4 раза.

Я закончила установку модуля. Осталось только запрограммировать, и можно приступать к тестированию… Но стоило мне приблизиться к жучку с кабелем для подачи заряда, как раб меня схватил. Именно схватил. Резко. И слишком быстро для человека. Его рука сжала мою. Не больно, но крепко, не давая мне дальше ей пошевелить.

— И что это значит?

Он не отпускал мою руку. Только взгляд стал растерянным. Ну да, ответить он вряд ли сможет… Тогда в чем смысл его действий, если он не может даже объяснить?..

— Еще раз, что это значит?

Раб отпустил руку. Взял жучок и положил мне в ладонь. Ясно, что-то связанное с моей разработкой. Он опустился на колени, но кадык подрагивал. Не удивительно — рабу не позволено без разрешения прикасаться к господам. Это одно из самых грубых нарушений. По конспектам Ланы за такое можно спокойно отрезать руку. К тому же, он действовал без приказа…

Но мне было интересно другое — все это время покупочка вела себя примерно и вроде даже подавала признаки интеллекта. А сейчас берет и хватает меня руками, зная, что ему за это будет. Мне вообще его мотивы не особо понятны, а этот поступок вообще загадка.

— Ты понимаешь, что тебе за это будет? — я перевела взгляд на запястье.

Он отвел взгляд в сторону и едва заметно кивнул. Значит, знает. И все равно посмел схватить меня за запястье. Какая-то сомнительная во всем этом логика…

Я уставилась на свой жучок. Занимательно… Если с устройством и в самом деле что-то не так, то… Он хотел помочь? Но как узнал, что есть проблема? Понял быстрее меня? Тогда ему нужно не просто разбираться в технологиях, а передовых разработках…

Хах… А это и в самом деле интересно… Я взяла свой жучок и раскрыла корпус. И что же такого он заметил, раз осмелился ко мне прикоснуться? Я пододвинула микроскопид, чтобы разглядеть все детали. Микросхема, процессор, аккумулятор, объектив, аудиосистема… Все есть. Все на местах, согласно моей схеме. Я стала наблюдать за спаянными контактами — припой серебра аккуратно лежал по всем дорожкам, контактные площадки… Хм… Контактные площадки были спаяны, я точно проходилась по ним всем. Но один участок был недопаян. Припой в большинстве своем состоит из серебра — оно выдерживает большие температуры и долговечно, но долго застывает. Видимо из-за наномасштабов я не заметила, как контакт отошел… Причем он соединял систему с аккумулятором. Это бы мгновенно замкнуло всю цепь… Оно бы просто взорвалось у меня в руках.

Я посмотрела еще раз. Контакт не спаян до конца. Да, точно недопаян, видимо, отошел, пока припой был накален… И он это заметил? Но невооруженным взглядом этого не видно. Выходит, у него не только нечеловеческий слух, но и зрение… Только зачем было меня останавливать? Если бы она взорвалась у меня в руках, его вины бы в этом не было. Его бы не задело взрывом, он сидел в недосягаемой зоне… Но он все равно меня остановил, зная, какие могут быть последствия… Хм… У меня все сводится только к одному вопросу: зачем? У меня просто не сходится его парадигма мотивов.

— Заметил, что контакт не до конца спаян?

Он резко кивнул. Я пригляделась: взгляд перестал упираться в пол, зубы перестали сжиматься, расслабил костяшки пальцев, которые были добела стиснуты за спиной… Да, он определённо ждал этого вопроса.

— И зачем?

Он приоткрыл рот, но из него не вышло ни единого звука. И снова ничего объяснить у него не выйдет… А я думала, что его немота будет для меня плюсом. Ха… Занимательно…

— Иди к себе.

Раб поднялся, но промедлил с первым шагом. Он явно хотел что-то спросить. Его глаза скользнули по моему запястью, потом по его руке, которой он меня схватил. Пальцы на ней мимолетно сжались… Да, он с точностью знает, что за такие действия следует. Видимо, хочет узнать, отрублю я ее или нет.

— Пока наказывать не буду.

Разумеется, ключевое слово «пока». И раб это тоже понимал. Он кивнул и направился к себе. А мне же очень хотелось услышать от него объяснение. Для меня это и в самом деле было настоящей интригой… Я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он заговорил. Недолго думая, я отодвинула все мои работы и взялась за новую. Это было довольно простое устройство: сенсорная клавиатура, имитатор голоса, батарея, работающая от тепла тела, наруч… И компактный «донор голоса» готов. Вообще эта технология довольно древняя. Обычно немым внедряют чип для быстрого считывания мыслей, которые они хотят произнести, а маленькая колонка озвучивает все их голосом без промедлений — причем ее можно как внедрить в тело, так и носить как аксессуар… Но в случае с моей покупкой это не сработает — плазма не дает даже малейшего шанса установить чип.

Конечно, ему можно было бы просто открыть монитор, дать дрейтон, обычный телефон, ну или простую ручку с бумагой… Но до сегодняшнего дня меня устраивала его полнейшая немота. А сейчас… Мне хочется услышать, что он скажет. Более мне интересно, что будет, когда он сможет «говорить». Как же все это странно…

Через два часа я позвала его обратно. Донор голоса был готов, но я решила еще внедрить несколько дополнительных функций, все же плазма дает поверхностный доступ к его характеристикам. А так через частоту и скорость печати будет можно получать данные о его эмоциональному состоянию. Раб застыл на пороге. Глаза в пол. Кончики ушей будто прижаты к макушке. Выглядел совсем как провинившийся щенок.

— Подойди сюда.

Раб подошел и сразу же опустился на колени. Он даже не пытался поднять голову. И лишь побелевшие костяшки пальцев за спиной выдавали его волнение. Судя по всему, думает, будто сейчас я вынесу приговор.

— Буквы же ты знаешь?

Он удивился вопросу, но медленно кивнул. В целом, было очевидно, что он знает — читать же умеет. Я протянула ему наруч — он вышел небольшого размера с гибким дисплеем-клавиатурой.

— Держи. Всё, что напечатаешь, будет озвучено.

Хотя думаю, раб и сам понял, для чего этот гаджет. Он неверяще уставился на него, а затем стал медленно надевать, будто всем видом давал мне возможность передумать. Но вот браслет застягнулся, экран закорелся. А его пальцы стали соединять буквы в первые слова.

«Спасибо, госпожа».

И это первое, что он напечатал… При этом очень быстро. Мое приобретение определенно знакомо с раскладкой клавиатуры, к тому же он печатает, даже не глядя на клавиши.

— Ты знаешь последствия от прикосновения к господам без разрешения. Зачем?

«Она бы взорвалась у вас в пальцах», — он опустил голову. — «Простите, госпожа».

Датчики показали, что он растерян. Ха… Да и не выглядит раб сожалеющим, скорее озадаченным… Он что, и сам не знает зачем? Я присмотрелась к нему… И в самом деле не знает. Выходит, действовал на автомате? Но что это за автоматизм такой? Не давать взорваться чему-то? Спасать? Он же преступник…

Я решила отложить эти размышления на потом.

— Как ты понял, что устройство взорвется?

Раб замер, словно не решаясь ответить. Но солгать он не мог, а я смотрела на него в ожидании ответа. А… Рабы же не могут указывать на недостатки и ошибки хозяев. Это считается недопустимым поведением. Но он все же стал печатать…

«Припой серебра полностью застывает за 33 секунды. Прошло 29. Я увидел, что эта капля стала крупнее остальных, значит, контакт отошел».

Сухо. По делу. С поразительной точностью. Я до этого пересматривала момент его захвата по видеокамерам. Все же я даже не заметила, как он меня схватил — настолько резко это было… Но до этого… С момента нанесения серебряного припоя прошло ровно 29 секунд и ни миллисекунды больше. Я была в восторге. И самое ужасное — сама не знаю отчего.

Все же не буду его наказывать.

И, пожалуй, оставлю донор голоса.

— Придумай себе какое-нибудь имя.

Все же он у меня уже не первый день, а я до сих пор не дала ему имя. Да и вообще не решила, как к нему обращаться.

«У меня нет идей, госпожа. Как вы пожелаете, так меня и будут звать».

Универсальный ответ. Слишком пресно и точно, как по Ланиной методичке. Видимо, правила поведения ему все же объясняли… Другое дело, что он их будто не признает… Но это дело поправимо.

— Мне все равно. Можешь взять на размышления несколько дней.

И это было правдой. Имя нужно только чтобы на него откликаться. Это его функция. Мне будет абсолютно все равно, как его звать…

«Ладмин».

Мне показалось, что раздался гром. Я вздрогнула. Беру свои слова назад, мне не все равно… Секунду… Я вздрогнула?! Когда я вообще последний раз вздрагивала? Но «Ладмин» — это же так созвучно с «Дамлин»… Совпадение?

— Хорошо, Ладмин.

Мне пришлось и в самом деле постараться, чтобы сохранить лицо. Я ушла к себе в каюту, оставив его там. Но это уже было совсем неважно… Стоило мне услышать что-то созвучное, как Дамлин снова захватил все мои мысли. Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин, Дамлин… Я открыла неприметную дверь в своей комнате, за которой скрывался верх моего безумия.

Здесь было всё. Всё, что от него осталось. Маршруты, по которым летал Дамлин, весь список лиц, с которыми он когда-либо контактировал, данные о его оплатах, кораблях, которыми он руководил, кадры с камер видеонаблюдения с ним, копии документов с упоминанием его имени…

Но ничто из этого не приоткрывало завесу тайны — что же с ним случилось?

Всего за несколько лет он стал настоящим героем. Самым молодым капитаном, которого любили все в межгалактическом союзе. Восходящая звезда, которая сияла невообразимо ярко. Дамлин был по-настоящему добр, умен, красив, легко находил со всеми общий язык… В отличие от меня, он и в самом деле хотел сделать мир чуточку лучше. Это тот редкий тип людей, которые всегда уступят место в электробусе бабушке, даже если у самого сломана нога, пожертвует собой на миссии, но спасет хотя бы еще одну, пусть и незначительную, жизнь. И всё это было искренне. Он совершал такие поступки так легко… Даже не осознавая их значимость для окружающих. Его сложно было не любить…

Когда он обрел такую популярность, я буквально рвала волосы на голове от ревности. Ведь когда-то он был только моим, только я видела, какой он… Но когда стал капитаном, о нем узнали все. Мне казалось, что я растворилась в толпе его фанаток. А что, собственно говоря, меня отличало от них? Я была так же одержима им, имела кучу его фотографий на стене и на обоях устройств, следила за ним, за его упоминаниями в новостях… И только его редкое внимание давало хоть какое-то утешение. Ради него я была готова на безумные поступки. Хах… Да я и сейчас готова. Что угодно, лишь бы получить толику его внимания.

Только так же резко, как он однажды появился, в один день Дамлин просто исчез. О нем все забыли, словно его никогда и не существовало. Никто больше не помнил его имени, никто не знал, как он выглядит, никто даже не слышал о его заслугах… Никто, кроме меня.

Я провела пальцем по цветку, навечно застывшему в стекле. Его первый подарок мне. Рядом лежала маленькая микросхема, которую я когда-то стащила — та самая, на которой он мне объяснял их различия. Книга «Взаимодействия механизмов в моторе», которую он мне читал на ночь. Наши первые «поделки» из списанных деталей. Мой первый телефон, который мы собрали вместе… Еще 6 застекленных цветков — каждый был подарен на моё день рождения. И его пиджак от старой формы с погонами, которую он мне когда-то дал… Я взяла его и вышла, закрыв дверь на ключ, который всегда висел у меня на шее, скрытый особой маскировкой под кожу…

Его форма согревала… Почему-то именно в ней я чувствовала, что он еще жив. Жалко только, что его запах выветрился… Запах… Пусть у меня и феноменальная память, но с каждым днем мне труднее его вспомнить. Я помню, чем он пах — костром, мускусом и чем-то свежим, но не помню как… Я рухнула на свою кровать, завернулась в его старую форму и уснула.

Уже на грани сна мне показалось, что я уловила тихий, но такой знакомый аромат.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17 лет назад

Корнелия прочно прилипла к Дамлину. Шла к нему сразу же после занятий с преподавателями и оставалась до самого конца. Мальчик к этому уже привык, к тому же Корнелия не доставляла никаких проблем, не задавала лишних вопросов, будто зная, какие темы трогать не стоит, ничего не ломала, а когда нужно, вела себя тихо…

Ему не хватало простого общения. Из его ровесников тут был только старший сын лорда, но тот сразу его невзлюбил. Дамлин несколько раз пытался с ним завести беседу, но Герил Ле Шадо предпочитал его игнорировать, надменно задрав нос.

Корнелия же была и в самом деле гением. Большинство вещей она понимала сама, а если Дамлин ей что-то и объяснял, то повторно повторять было не нужно. За пару месяцев девочка стала работать наравне с Дамлином. Он щедро делился с ней выведенными формулами, прочитанным, а она о том, что проходила на занятиях, и отвечала на все вопросы про Асмелиду. Корнелия не спрашивала, откуда Дамлин, человек ли он, помнит ли он на самом деле свое прошлое, будто уже знала ответ. Но для нее это было совсем не важно. Важнее, что они могли вот так просто собирать устройства в служебном помещении, говорить на самые разные темы и спорить из-за закорючки в формуле.

— Дамлин, посмотри — я правильно спаяла?

Это была грубая работа. Сегодня Корнелия впервые взяла в руки паяльник, но вроде все дорожки были ровными.

— Схематично да, но всегда проверяй место припоя, иногда контакты могут отходить.

Девочка уставилась на корпус устройства, пристально его разглядывая.

— Мне кажется, ничего не отходит. Если вдруг контакт отошел, то произойдет замыкание системы?

— Да, может взорваться. Может просто не включится. Всегда лучше перепроверять. Еще учитывай материал спайки. Если это сплав из бронзы, то будет застывать дольше серебра.

— Понятно… — Корнелия кивнула. — А почему у нас не используются сплавы из серебра?

— Думаю, на Асмелиде просто нет таких перепадов температур… Серебряный обычно используется в космических приборах — универсально и долговечно. А на Асмелиде достаточно и бронзы. Какой смысл переплачивать за серебряный сплав?

— Логично.

Корнелия вернулась к деталям, в этот раз уже собирая корпус. Дамлин время от времени поглядывал на нее, проверяя, чтобы все было правильно…

Они провозились до самого вечера.

— Пойдем? — мальчик первый поднялся из-за стола.

Корнелия кивнула. Он часто ее провожал до восточного крыла, где она жила практически одна. В отдалении от основного корпуса. Все это благодаря стараниям мачехи. Но все же ее комната была просторной. Была мебель, пусть и старая, мягкая кровать, большие окна… Только восточное крыло минимально оснащено технологиями, часто бывают проблемы со светом, время от времени выключается отопление, а слуги вообще не доходят. Да и как их позвать, если в комнате нет даже кнопки для вызова?

Но Корнелию это уже не особо волновало. Она привыкла к таким условиям. Для нее во всем этом был один минус — комната находилась слишком далеко от Дамлина.

— Может, ты будешь жить у меня в комнате? — вдруг предложила она.

От такого предложения мальчик аж споткнулся на ровном месте.

— У меня же есть своя комната.

— Но со мной же лучше…

— И… Что я там буду делать?

— Жить. Спать. Я буду о тебе заботиться: кормить и одевать.

Корнелия обо всем этом говорила так, будто это само собой разумеющееся. Только почему-то от ее слов у Дамлина глаза становились все шире и шире.

— Эм… Ты хочешь запереть меня у себя в комнате?

— Да. А ты не хочешь?

— Ну как тебе сказать… А как же работа?

— А зачем тебе работать, если я тебя буду кормить?

Девочке казалось, что все логично.

— И не поспоришь… Но тогда тебе станет со мной скучно. Я буду целыми днями сидеть в комнате и не развиваться.

— Я буду приносить тебе книги. И буду читать вслух.

— Мне же нужно с кем-то общаться…

— Будешь общаться со мной! — довольно улыбнулась она.

— Корнелия…

Дамлин даже не знал, что ответить на такие планы девочки.

— Ты не хочешь? — расстроенно проговорила она.

— Мы же можем и так общаться?

— Но ты общаешься со всеми…

Ей хотелось, чтобы Дамлин проводил все время только с ней, так же как и она с ним. Но все же, уже задавая вопрос, знала, что, скорее всего, он откажется. Слишком много помех было в ее плане, а в этом поместье слишком много людей, которые начнут задавать вопросы. Корнелия грустно вздохнула.

— Ты не хочешь, чтобы я с кем-то общался?

— Почему ты не можешь общаться только со мной?

— А ты этого хочешь?

— Угу…

Дамлин проводил Корнелию задумчивым взглядом. Она и в самом деле не видела ничего такого в своей идее, а как ей объяснить, что это неправильно, мальчик не знал. Тем более тут она была единственной, с кем он подружился. Был главный технарь, его сотрудники, лорд… Они все были к нему достаточно лояльны: что-то объясняли, где-то направляли и в общем-то относились к нему по-доброму, за что Дамлин был им несказанно благодарен, но… Простое дружеское общение было только с Корнелией. Почти… Она не пользовалась своим высоким положением, не вела себя высокомерно, как ее единокровный брат. Даже относилась к мальчику с неким уважением… Из нее была интересная собеседница, особенно учитывая ее начитанность и ум. Вот только время от времени проскальзывало нечто… Странное. Как ее «невинное» предложение запереть его в спальне.

Он шел к себе, настолько погрузившись в свои мысли, что не заметил, как врезался в Герила Ле Шадо. Старшего сына лорда.

— Смотри, куда прешь, нищенка.

— Прошу прощения, я задумался.

Дамлину не хотелось лезть в конфликт. Тем более с сыном лорда.

— Пфф… Такому, как ты, нечем думать.

— Вы правы, — со вздохом согласился мальчик. Пускай он его пооскорбляет, удовлетворит свое эго, и Дамлин спокойно уйдет к себе. Ему вообще было не свойственно с кем-то ругаться. Он по своей натуре был рассудителен и спокоен.

— Ты прямо как это мелкое отродье. Матушка говорит не обращать на нее внимания. Что эта грязь под ногами, которая не заслуживает моего взора. Но я считаю, что этой дряни нужно показывать ее место. Думаешь, что умнее всех? Что можешь просто проигнорировать меня?!

Видимо, Дамлин выбрал неправильную тактику поведения. Своим спокойствием он напомнил наследнику Корнелию, которую тот явно недолюбливал. И это будет мягко сказано. Дамлин видел, как Герил замахнулся. Он мог бы запросто с ним справиться. Просто уложить на лопатки, заломить руку, перехватить удар… Но мальчик не стал этого делать. Кулак пришелся ему прямо по носу. Тот неприятно хрустнул. Потекла кровь. Сын лорда нанес еще один удар, и еще… Но Дамлин не отвечал. Он вдруг понял.

Вместе с разбитым носом и парой ссадин на него снизошло озарение. Корнелия же и в самом деле не понимает, что ее поведение странное. Он же уже не первый день здесь и сам всё видел своими глазами. Ей никто не занимался. Никто не воспитывал. Никто не объяснял, что правильно, а что нет. И никто не говорил, что может быть странным. Она сама себя воспитала, сама себе объяснила нормы общества и сама вывела свое понятие странного. И всё это благодаря своей гениальности. Только, несмотря на выдающийся интеллект, она оставалась ребенком. Из-за ее сообразительности и начитанности Дамлин относился к ней как к равной, забывая, что она младше его. Он привык, что Корнелия понимает сложные объяснения, сама выводит сложные формулы, может с ним даже спорить… Но это всё касается наук. Ее гениальность сбила его с толку. Ей же всего 8…

И за всё время, пока Дамлин жил здесь, лорд занимался ей только чтобы усыпить свою совесть, а как та сладко засыпала, вновь забывал. Она была цветком на могиле его любви, и Мандерил Ле Шадо относился к ней как к цветку, забывая, что Корнелия живой человек. Его дочь. Саманта Ле Шадо намеренно сделала из девочки изгоя, не в силах вынести плод измены. Ее дети в этом потакали. Слугам ничего не оставалось, кроме как поддержать ее. А Корнелия… Росла сама по себе, много не требуя. Наверное, полагала, что во всем может разобраться своими силами, или просто не любила большое внимание к себе… Но даже гениям книги не заменят родительской любви и воспитания.

— Что ты творишь? — раздался окрик Мандерила Ле Шадо.

Лорд сам снял своего сына с Дамлина. Он же не обращал внимания на свои повреждения. Он отстраненно наблюдал, как ругают Герила Ле Шадо, все еще пребывая в своих мыслях.

Ему казалось, что в этот момент он собрал невероятно сложный пазл воедино. Корнелия не хотела ему вредить. Ей всего лишь хотелось провести с ним побольше времени, проявить подобие заботы, на которое она была способна. Ведь в ее понимании это то, что делал отец. Кормил и одевал. Держал подальше, но в довольно просторной комнате. Где ее часто оставляли, чтобы девочка не портила картину идеальной семьи. Может, логически Корнелия и понимала, как подлинно обстоят дела, но как ребенку ей хотелось верить, что о ней заботятся. Просто… По-особенному. Ведь от нее все же не отказались?

И при всем этом она искренне привязалась к Дамлину. Мальчик подумал, что это от недостатка общения. Ему ведь тоже его не хватает. Хотя, будучи просто случайным незнакомцем в этом поместье, к нему относились значительно лучше, чем к Корнелии. Всё происходящее с ней было так… Несправедливо. Ни один ребенок этого не заслуживает. И почему-то тут никто даже не пытался ее защитить.

Тогда Дамлин решил: он сам будет ее защищать, попытается объяснить, что правильно, что неправильно, а что просто странно. И если вдруг ее будут и дальше игнорировать, он будет напрямую докладывать об этом лорду. В конце концов, тот сам об этом когда-то просил.

Дамлин, сам того не зная, стал единственным, кто протянул ей руку.

Дважды.

После занятий Корнелия, как всегда, направилась в служебное помещение к Дамлину. Слуги о чем-то шептались, но она не стала обращать на это внимание — ей хотелось побыстрее попасть к нему, так что, спрыгнув через пролет, она открыла дверь и…

Девочка застыла на месте.

Дамлин был за своим столом. Сидел, что-то собирая, но… У него явно был разбит нос. Корнелия не могла пошевелиться.

О нет, она не была напугана… Она была в ярости. Ей впервые захотелось снести это поместье с лица земли, ведь тут пролилась его кровь… Вот только за время общения с Дамлином девочка поняла, что ему не очень приятны вспышки гнева. Он вообще обладал невероятной миролюбивостью. Уступал в споре, даже будучи правым, только чтобы он не перерос в ссору. Извинялся, если его кто-то задел…

И при всем этом был удивительно силен. Корнелия всегда всё подмечала. Также она подмечала, что мальчик пытается скрывать свою силу, но даже так… Он сильнее любого взрослого. Сгорбившись от «натуги», тащит коробку с запчастями… Ту самую, которую обычно и двое хорошо сложенных мужчин навряд ли унесут.

Но Корнелия хранила его секреты и не собиралась никому рассказывать, просто потому что Дамлин позволял ей находиться рядом. Не прогонял. И не требовал ничего взамен за свою доброту. Это были не учителя, которым платили за уроки. Это был не отец, для которого она была «ответственностью»… Наверное, впервые у нее появился кто-то, кого она могла смело назвать другом.

И сейчас у ее друга разбит нос.

— Дамлин… — прошептала девочка, стараясь скрыть всю ту злость, что кипела по венам.

— Корнелия? Ты уже тут?

Он привычно улыбнулся и отодвинул ей стул, будто ничего не изменилось. Вот только взгляд Корнелии зацепился за синяк на предплечии. У него не просто разбит нос…

— Корнелия, не смотри так, будто я умираю. Это пустяки. Заживут за пару дней.

— Но кто-то тебя ударил…

— Всё в порядке, — добродушно улыбнулся Дамлин.

— Это не в порядке, — она указала пальцем на его повреждения.

Глаза девочки защипало от слез. Она не хотела плакать, но бессилие бесило. Ее ярость не находила выход, закопанная где-то глубоко внутри. Ладно, когда ее шпыняют, игнорируют, смеются за спиной… Она привыкла и прекрасно знала, что в ней много порока, ухищрений, манипуляций… Но Дамлин… Он такого не заслуживает.

— Эй… Корнелия… Ты чего?

Дамлин испугался ее слез и присел на корточки. Мальчик видел, как она плакала, только в первый день их знакомства и в ту странную поездку… После этого Корнелия всегда улыбалась, когда была рядом с ним, так что сейчас он растерялся, не зная, что сделать. Ведь в этот раз он причина ее слез.

— Мне не нравится, что кто-то сделал тебе больно… — хлюпнула носом девочка.

— Не нравится… — задумчиво пробормотал он. — Мне не больно, правда. Они очень быстро заживут, и следов не останется.

— Но кто-то же посмел тебя ударить…

— Я позволил меня ударить. Мне не хотелось бить в ответ.

— Почему? — от удивления Корнелия даже плакать перестала.

— Его удары заживут на мне за пару дней. Мои удары будут заживать несколько месяцев.

— Его?

Корнелия увязалась за это местоимение. Ее список подозреваемых сузился вполовину. В целом, она понимала, что, скорее всего, бил кто-то мужского пола, но теперь у нее было подтверждение.

— Корнелия, давай отпустим эту ситуацию? Я не хочу мести или скандалов…

— Но он посмел тебя ударить…

— Хм… А если я пообещаю, что больше не дам себя ударить? Тогда отпустим ситуацию?

— Никому и никогда больше? — сузила глаза девочка.

— Ну… Я постараюсь.

— Ладно…

Корнелия кивнула и стала вытирать слезы, хотя глаза все еще были на мокром месте. Но она понимала, что сейчас лучше отступить. И если Дамлин не хочет, то мстить она не будет. По крайней мере, пока не подставится случай…

— Давай садись, смотри — это новая модель процессоров Асмелиды…

Они, как всегда, просидели до самого вечера, разбирая и собирая детали к самым разным устройствам, а потом уже по их обыкновению Дамлин провожал Корнелию. К этому моменту она и в самом деле стала меньше прокручивать избиение Дамлина в своей голове. Тем более, он попросил отпустить ситуацию. Да и его раны будто к вечеру уже почти зажили — нос вернулся в норму, а синяк едва можно было различить.

— Может, зайдешь ко мне в комнату? — как бы невзначай спросила девочка.

— Корнелия, с твоими планами запереть меня в комнате, я уже боюсь в нее заходить.

— Почему? Разве так плохо остаться со мной в комнате?

— Понимаешь… Одну комнату делят только муж и жена.

Дамлин только хотел как-нибудь соскочить с неудобной темы. Он не ожидал, что Корнелия так скоро вернется к вчерашней теме… И уже тем более не ждал ее следующего предложения.

— Тогда женись на мне.

— Что? — мальчик аж поперхнулся.

— Выходи за меня замуж. И оставайся со мной в комнате, — а она продолжала говорить это без тени шутки.

— Тут правильнее сказать «женись», это обычно мужчина предлагает выйти замуж…

Дамлин и сам не знал, зачем стал поправлять ее.

— Так ты согласен?

— Я не могу.

— Почему?

— Ты для меня как младшая сестра.

— У нас нет кровных связей, — нахмурила брови Корнелия.

Для нее родственные связи не были показателем чего-либо. Братья относились к ней ужасно, так что ставить Дамлина с ними в один ряд ей уже точно не хотелось.

— Но отношусь я к тебе именно как к сестре.

— Почему ты не можешь поменять отношение и относиться ко мне как к жене?

— Потому что… — он запустил руку в волосы, пытаясь найти подходящие слова. — Это просто не так работает. Вот ты, к примеру, сможешь относиться к… Герилу, как ко мне?

— Если это понадобиться, то да, — даже не думая ответила она.

— Искренне или наигранно?

— Наигранно.

Корнелия и в самом деле ради своих целей готова была притворятся. Ей бы не составило труда сыграть, будто они с Герилом друзья. Более того, ничего плохого в этом девочка не видела. Она наблюдала за взрослыми из тени — так делали все. Сначала улыбались друг другу в глаза, а потом обсуждали за спиной. Так что для Корнелии это стало нормой.

— Ты хочешь, чтобы я искренне относился к тебе как к жене или наигранно?

— Искренне.

Да, она могла играть что угодно, притворяться во всем, но… Только не с Дамлином. Почему-то во всем этом мире лжи ей хотелось, чтобы с ним она находилась на островке правды.

— Но искренне я отношусь к тебе только как к сестре. Что будем делать?

Корнелия стукнулась об свои же логические несостыковки. Вроде продумала всё, но пришла к непробиваемой стене здравого смысла. Стало до ужаса обидно. Она даже не заметила, как ее глаза вновь намокли.

— Корнелия, пожалуйста, не плачь. Только не плачь…

Дамлин чуть не полез на стену. Она за сегодня уже второй раз из-за него плачет. И он снова не знает, что делать.

— Я не останусь у тебя в комнате, мне правда не понравится, если меня запрут где-то, но… Можем вместе один часик что-нибудь почитать. Хочешь?

Корнелия кивнула. Не понравится… Она даже об этом не думала. Но ведь и в самом деле ей не хочется, чтобы Дамлину что-то не нравилось. Наоборот… До этой фразы девочки почему-то казалось, что если нравится ей, то и ему понравится…

— Может, два часа? — тихо спросила Корнелия.

— Идет, — улыбнулся он.

Корнелия

Я ожидала от своего покупки многого: бунта, оскорблений, попыток договориться, слезный историй… Но с появлением донора голоса ничего не изменилось. Совсем. Добавилось несколько банальных фраз из разряда «Спасибо, госпожа», «Как скажете, госпожа», «Да, госпожа»… При этом обычно больше четырех слов он не говорил.

Хотя чего я ожидала от раба?

Мда… Наверное, меня ввела в заблуждение характеристика от прошлых хозяев. Он же «агрессивный», «не поддается воспитанию»… Но пока единственное, что Ладмин сделал выходящим из обычного рабского поведения, — не дал жучку взорваться в моих руках. Всё. В остальном раб как раб. Причем довольно послушный. Хотя есть вероятность, что он пытается пустить мне пыль в глаза, а сам ждет подходящего момента, чтобы себя проявить. Всё же когда спустя годы в рабстве и с плазмой в голове говорят, что его сложно контролировать… Ожидать можно всего. С плазмой априори практически нереально не выполнять приказы, а у него…

Тут явно что-то не так.

И почему этот раб вообще меня волнует?

Уже в который раз я ловлю себя на мыслях о нем. Да что со мной?!

Я вообще-то сидела в библиотеке, сверяя шифр с расшифровочным пособием. С чего вдруг я снова начала думать о Ладмине? Сжав зубы, я вернулась к коду. Вообще я знала его наизусть, мне не нужны были никакие дополнительные файлы, чтобы понять написанное. А вот проверить кое-что… Хм… Занятно. Это и в самом деле был адрес. И всё.

«Можно, госпожа?»

В дверях показалась красноволосая голова. Ладмин… И опять два слова. Интересно, он из-за своей нечеловеческой натуры специально подбирает момент, чтобы появиться? У него есть какие-то врожденные способности для чтения мыслей? Или он способен ощущать, когда о нем думают?

Хм… Чисто в теории это возможно. У него и зрение, и слух в разы превосходят человеческое. Может, это лишь верхушка айсберга? И я все еще не понимаю, зачем ему просто сидеть рядом со мной. Сколько вариаций не перебрала — все нелогичны. В конце концов я как-то спросила его напрямую, на что получила только пожимание плеч. Он даже донором голосом не соизволил воспользоваться, лишь когда увидел мой слишком долгий и напряженный взгляд, все же добавил: «Прикажите — я уйду, госпожа». И снова эти четыре слова.

Я чуть не вздрогнула.

Почему я снова о нем задумалась?

Это слишком не похоже на меня…

— Принеси мне кофе.

«Сейчас, госпожа».

Два слова.

Может, ему просто лень печатать остальное?

Ладно, я отправила его за кофе, чтобы спокойно разобраться с кодами. Все же материалы конфиденциальные. Я вернулась к файлам с шифрами. Все слишком очевидно. Это определенно была шифровка Паутины. Что ж… Другой вопрос, намеренно это так очевидно или нет? Впрочем, в обоих случаях действовать я буду одинаково. Видимо, у меня немного изменились планы. Я закрыла файл со знаками и пошла к штурвалу.

Лана еще не скоро закроет сессию в Академии Благонравия. Время до Асмелиды еще есть. Я ввела новый пункт назначения корабля. Жерстрик. Планета, которая уже пару десятилетий как вылетела из Межгалактического союза. А все из-за особой жестокости ее граждан.

Вообще, это очередное лицемерие Межгалактического Союза. Есть и более жестокие нравы на других планетах, но даже речи об их исключении никогда не шло. Всё дело в ресурсах, которых на Жерстрике попросту нет. Точнее, есть жалкие крупицы, едва хватающих для самого населения.

А оно состояло из вполне себе простых людей, которые не обладают выдающимися способностями. Здесь нет никаких богатств, скудная природа, никто не потянет собственное производство… Поэтому, когда Жерстрик вступил в Межгалактический Союз, это был настоящий праздник для местных. Планета прочно подсела на иглу импорта, но практически ничего не могла дать взамен. Кроме голоса в Совете.

Чем активно и пользовались… Межгалактический Совет при Союзе состоит из 15 верховных советников, каждый из них избирается раз в пять лет парламентом Межгалактического Совета, чтобы избежать главенства одной цивилизации… И бла-бла-бла, в таком ключе… По факту, это представители планет, которые сегодня доминируют. Это может быть что-то одно: ресурсы, золото, технологии, армия… А может и всё сразу. Логично, что именно их и выбирают. За выбор направления межгалактического развития они готовы делиться своими ресурсами между членами Межгалактического Союза…

В те времена, когда Жерстрик вошел в Совет, как раз была повестка о помощи даже отстающим мирам, ведь все существа равны и должны иметь равные возможности… А еще право голоса за общее развитие. Большинство решений принимает парламент Межгалактического Совета, куда входит 132 представителя каждой из союзных планет. Из Жерстрика пригласили сразу три члена — это максимально допустимое число с одной планеты. «Неважно, насколько богата планета — мы все равны…». А на самом деле, это было просто четыре голоса, которые поставят галочку там, где скажут, лишь бы поставки Союза продолжались.

Так прошли десятилетия… Пока Межгалактический Совет не разделился в вопросе Сильверы. Тогда планета впервые согласилась на подобие сотрудничества, но на своих условиях и вступать в Союз, а уж тем более менять свой устав не собиралась. Беспрецедентный случай. Но у Сильверы были на то основания… И это нарушало все принципы Межгалактического Союза, но… Иметь хотя бы частичку их технологий и кристалов… Было по-настоящему соблазнительно. Но мог ли такой прецедент стать постоянным? Если появятся другие такие планеты? Тогда это развалит весь Совет. Все уставы Межгалактического Союза станут простыми пустышками…

Дебаты шли долго. Сильвера ясно дала понять, что в следующий контакт ожидает только прямой ответ, а не «доработку условий». Это был настоящий раскол совета. Часть считала, что других таких планет, как Сильвера, нет и не будет. Другая часть, что ничего неповторимого нет и рано или поздно появятся похожие случаи, тогда вся система Союза придет в упадок… К тому же многие потеряют свое влияние, это значительно уменьшит прибыль…

Голоса шли поровну. Буквально процент за процентом. Но именно на такие случаи в Межгалактическом Совете нечетное число участников. Последними голосовали представители Жерстрика. Они ждали, что кто-то им скажет, за что голосовать, но… В этот раз никто не дал им указаний, а они сами и в самом деле не обладали выдающимися способностями, в том числе умственными. Так что додумались разделить голоса — два за вариант «за», один «против». Они не учли, что поровну их голоса не поделятся, и что обычно все представители одной планеты голосуют за один вариант. Совет и так негодовал, а их тупость стала последней щепоткой в динамите. Половину это разозлило, а другая половина не стала мешать… Представители Жерстрика стали козлами отпущения, на них буквально повесили все грехи и вышвырнули из Совета, а потом и из Межгалактического Союза. Вместе с этим остановились все поставки, свернулись все межгалактические производства. Это была настоящая паника, пока не появились пираты.

Неудивительно, что Жерстрик стал у них популярен, ведь если планета не входит в Межгалактический союз, то и межгалактических патрулей нет. Никакого боя или вторжения не было. Они просто прилетели, а жерстриковцы просто ничем не смогли ответить. Местным жителям не оставалось ничего, кроме как смириться. И тут ты либо адаптируешься к новой среде, либо конец твой крайне печален.

Жерстрик пошел по первому варианту. Пиратов становилось всё больше, вместе с ними появлялись преступники и прочие маргиналы… Разумеется, воцарила вакханалия. А потом… Местные жители стали им уподобляться. Это был единственный путь к «нормальной» жизни. Так, большинство пиратов теперь родом из Жерстрика, тот же Сейрих там родился и вырос…

Межгалактический Союз долгое время не замечал происходящего, а как заметил… Просто осудил. Был целый слезный эфир, где репортеры под прикрытием поражаются жестокости граждан. Но через пару лет о Жерстрике все забыли. Эту планету просто не рекомендуют к посещению и всё. Но я никаких советов не спрашивала.

Сероватый объект показался в поле видимости. Жерстрик. Даже вид из космоса удручающий. Минимум водоемов, практически нет зелени. Только камни, которые ни на что не годятся.

За моей спиной раздались аккуратные шаги.

«Госпожа, ваш кофе».

Три слова. Опять…

Ладмин аккуратно поставил кружку в подставку рядом со мной. Его взгляд скользнул по космическому горизонту. Пальцы в нерешительности замерли над наручем с клавиатурой.

Хм… Думает печатать или нет… Редкое явление. Поймав мой взгляд, всё же напечатал:

«Жерстрик опасен для посещения».

Четыре слова. Свой лимит не превысил, но уже не входящие в рабское пособие.

Любопытно…

— Да?

Я сделал выражение лица, будто впервые об этом слышу. Видимо, достаточно правдоподобно, раз он стал вновь печатать.

«Это база для переговоров и сделок у многих пиратов, а среди местного населения высокая преступность…».

Пятнадцать слов. Да ладно… Его явно цепляет Жерстрик. И он неплохо осведомлен… Может, был пиратом? Вполне логично, учитывая ранг Х.

— Тогда ты идешь со мной.

На самом деле я изначально не планировала его с собой брать. Думала оставить на корабле, но… Мне захотелось немного развлечься. С этой вылазкой всё слишком очевидно, а очевидность порождает скуку. Так хоть за его реакцией понаблюдаю…

Возможно, его и в самом деле не стоило брать с собой. Всё-таки это было импульсивным решением. Как же странно. Вроде в этом рабе нет ничего такого, но почему-то, когда дело касается его, я уже который раз веду себя нелогично. Хм…

Я взглянула на него. Ладмин шел буквально в шаге от меня. Не отходил, но и держал дистанцию. Как всегда сутулился, пытаясь казаться меньше. И по сторонам особо не смотрел. Вроде примерное поведение для раба. Только у меня перед глазами вновь вспыхнул момент, когда он схватил меня за руку. И вот что занимательно… Ладмин явно не тупой, он думает перед тем, как ко мне подойти, перед тем, как что-то напечатать и перед тем, как куда-то пойти… Но когда он хватал мою руку, никаких мыслей у него не было. Думал Ладмин уже после. Я пыталась отследить его эмоции через донор голоса, но ничего из ряда вон выходящего не было: страх, напряжение, тревожность, растерянность… И всё это было довольно в расплывчатом секторе определения — похоже, он пытается прятать свои эмоции… Но зачем? Из-за плазмы?

Я неспешно шла по Жерстрику, подмечая все изменения в толпе. После выхода из Союза здесь стало довольно оживленно. Эта планета стала странным сочетанием довольно неплохих технологий, бедных построек и людей из самых разных каст. Серые многоэтажки допотопного времени, а авиамашины почти такие же, как в довольно развитых мирах. Все девайсы завозят пираты.

Что примечательно, магазинов в привычном понимании тут нет. А есть нечто похожее на древний рынок. Развивать и вести бизнес при господстве преступности практически нереально. Но в зонах для продаж можно быстро сбагрить добытое не самыми порядочными путями и смыться с кушем восвояси. Единственным исключением являются отели — даже пиратам хочется получить нормальный сервис после долгих космических перелетов, так что гостиничный бизнес особо не трогают. Впрочем, это негласная договоренность — если всё же разнесут, никто возмущаться не будет, даже владельцы отелей.

Приезжают сюда для незабываемого «курорта», чтобы вкусить плоды, запрещенные Межгалактическим Союзом. А еще для нелегальных сделок, разборок, продажи награбленного… Тут нет никакого контроля. Никаких законов и проверок. Приехать может любой и даже уехать, если повезет. Главное — не переходить дорогу преступным диаспорам. А если вдруг ограбят или прострелят колени, то лучше не ныть — сами знали, куда ехали.

Слежку я заметила практически сразу. В общем-то, ради нее и выходила на многолюдные улицы и практически не скрывалась. Так… Приняла банальные меры для вида, которые на Жерстрике точно будут бесполезны.

Он несся прямо на меня. Не сворачивал. Не пытался затормозить. Нет… Гонщик ехал так, будто хотел в меня врезаться. Оставалось буквально пару метров перед столкновением. В целом, я успе…

Додумать мне не дали. Чьи-то сильные руки схватили меня и убрали в сторону. При этом очень легко, словно я пушинка. Я посмотрела на владельца этих рук и встретилась с алыми глазами. Ладмин… Опять.

Гонщик же умчался дальше. Вообще не сбавляя скорости. А мой раб все еще держал свою ладонь на моей спине, придерживая… Да что с ним такое?

Он же знает правила. В прошлый раз сам подтвердил, что за подобное конечности можно ампутировать. И все равно вмешался…

— Руки убрал.

Он моментально меня отпустил. А сам потянулся к пульту. Ну уж нет. Не хочу ничего слышать. Я быстрее его сняла. Пускай пока побудет без него. Мне нужно сосредоточиться уж точно не на Ладмине.

— Это останется у меня.

Он явно хотел что-то сказать. Но не мог. Напечатать тоже. И, судя по всему, в этот раз тоже действовал на автомате. Только сейчас мне не особо интересно было слушать его извинения. Тем более, когда преследователи явно напряглись. Было ли это покушением?

Мы дальше пошли по улице. Точнее, подобию улицы в рамках Жерстрика. Гонщик все равно в кого-то врезался. И этот кто-то был уже не жилец. Он просто случайный идиот? Или смертник? Может, вообще робот?.. Только их производство запретили во всем Союзе. Но в теории пираты могут воссоздать что-то примитивное.

Только разглядывать место аварии я не могла. Тогда хвост, который тянется за мной, станет действовать осторожнее. Они поймут, что я что-то подозреваю. Могут и затаиться… А мне хотелось с ними быстро разобраться.

Уже в номере я расселась с чашечкой чая. Антураж был весьма простенький: серые стены, кровать, стол, стулья… Никаких излишеств и авторского дизайна. Оно и ясно, на Жерстрике всё делают из расчета, что буйные посетители могут в один момент могут всё порушить. Снаружи остались мои жучки. Незаметные, сливающиеся со средой. Их невозможно разглядеть, даже если смотреть в упор. Они же записывают видео с аудио и сразу же перенаправляют все на облако…

Я перевела взгляд на Ладмина, который застыл на коленях возле порога, не зная, куда себя деть. Я вспомнила его прикосновения. Ладонь на спине, хватку на запястье. Было не противно, но… Он действовал без приказа. Самостоятельно. Нарушил правило неприкосновенности господ. Снова. И в то же время хотел меня… спасти?

Занимательно. Этот раб — настоящая загадка, которую я не могу разгадать. По крайней мере пока.

Ладмин все еще стоял на коленях возле порога. Видимо, думал, что я про него забыла, так что старался не привлекать к себе внимание.

У меня было время более детально ознакомиться с его характеристиками от прошлых хозяев:

Агрессивный;

Кидается на господ несмотря на плазму;

Не выполняет приказы;

Отказывается вставать на колени;

Смеет смотреть в глаза хозяину…

И целый список задокументированных актов о непослушании. Каждый серьезный поступок раба архивируется в системе. Всё же большинство из них бывшие преступники. Как и Ладмин. Только за годы рабства общий список убитых им превысил 30 человек. И это всё с плазмой… А еще он и в самом деле убил четверых своих хозяев. Буквально разорвал их голыми руками. Еще двое получили серьезные травмы. И каждый из прошлых хозяев отмечал его вспыльчивость, бесполезность воспитания… Да даже на прошлую хозяйку он набросился. Правда, без особых для нее последствий.

А сейчас стоит на коленях, взгляд в пол и дрожит. Может, у его непокорности истек срок годности? Или притворяется? Тогда он очень хороший актер, раз может даже эмоции для датчиков считывания подделать. Мне захотелось проверить грани его послушания. Может, всё-таки сорвется? И что будет, если он сорвется? Как ему удавалось с плазмой и голыми руками наносить такие травмы? Он явно не человек, но что он тогда?..

— Встань.

Он встал. Послушно. Без нареканий.

— На колени.

Опустился. Так же послушно.

— Встань.

Встал. Я разглядывала его лицо, отслеживала украдкой пульс через свой чип… Никаких признаков агрессии. Только легкое напряжение. Но это пока…

— На колени.

Я повторяла одно это целый час. Он же то и дело опускался на колени и вставал. Никаких эмоций. Никаких попыток меня разжалобить. Просто прямое исполнение приказа. Пульс тоже был в норме. А обычно бессмысленные и повторяющие действия как минимум раздражают людей. Взять хоть муху. Она то и дело летает где-то рядом. Жужжит. Садится на тебя. Стоит ее прогнать, она снова жужжит и садится. Ты ее прогоняешь. Она вновь летает рядом, противно жужжит и… Опять садится. Прогоняешь. Садится. Прогоняешь. Садится. Прогоняешь… Садится. Мухи же на самом деле любят питательные вещества, которые всегда в избытке на нашей коже. Но для человека никакого смысла в этом нет. Это просто тупое, повторяющееся и раздражающее действие.

Но Ладмин… Был спокоен.

— Подойди сюда.

Он подошел и опустился на колени. Я же дала ему обратно донор голоса. Ладмин же нерешительно его взял и не стал надевать на запястье, продолжая держать в руках.

— Что бы ты сделал, если бы заранее знал, что за это будет жестокое наказание?

Вообще, как раб он и должен был это знать. И знал. Мы это уже проходили с тем жучком. Но даже зная это, он повторно нарушил правила.

«Все равно убрал бы вас с его пути», — напечатал он.

Восемь слов. Видимо, Жерстрик — двигатель его прогресса.

— Если бы я приказала ко мне не прикасаться?

«Попробовал бы убрать. Не касаясь».

Да ладно… Я присмотрелась к нему. Алые волосы, такие же алые глаза… Которые, судя по всему, не лгут. Да и плазма не позволила бы.

— Если бы такой возможности не было?

«Нарушил бы ваш приказ».

Хах… Маска моего спокойствия треснула. А он зажмурился, скрипнув зубами… Плазма? Ну да, не пристало рабам в открытую говорить господам о нарушении приказа. Да что с ним не так? Ладмин же и в самом деле в открытую говорит о нарушении приказов, их нарушает, а если учитывать его «послужной список», то даже плазма не держит его на коротком поводке.

Я приподняла его подбородок. …. Зацепилась за шрам на глазу. Он пересекал бровь, веко, сам глаз. Хм, все-таки как его глаз уцелел? Я невольно провела по нему пальцем.

— А если бы знал, что в наказание я вырву твои глаза?

«Все равно бы убрал».

И все это он напечатал с таким спокойствием… Да, он определенно не лжет.

— Почему?

«Глаза не равноценны жизни».

— До этого тоже проверял равноценность на хозяевах?

«Да».

То есть пытался спасти жизни своих господ? Ну и идиот. Мог бы постоять в стороне и дать сдохнуть. Это не нарушает правила. Плазма бы не сработала. Вот только… Немного не вяжется со списком его убийств. Где как раз эти господа и были.

— Ты знаешь, что написано в твоём послужном списке?

«Да».

— Не находишь, что здесь что-то не сходится: говоришь о ценности жизни, но при этом убиваешь господ через одного? А печать забвения поставили просто для красоты?

Он застыл. Не то чтобы Ладмин пытался двигаться… Но сейчас стал похож на живое изваяние. Обычно он настолько быстро печатал, что я даже не замечала его движений. Сейчас же его пальцы в нерешительности зависли над клавишами. Не знает, что ответить?

«Я не хотел никого убивать».

— Но все равно убивал?

Ладмин снова завис. Пальцы слишком медленно выбирали буквы, будто на эти мгновения он забыл, как быстро печатать.

«Я не помню, как это происходило. Когда я приходил в себя, все уже были мертвы».‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Этого стоило ожидать… Может, у него ПТСР? Надо будет просмотреть камеры на корабле…

«Я могу узнать, какое меня ждет наказание?».

— Я еще думаю.

Я взяла вилку и хотела было приступить к своему обеду, но… В это мгновение Ладмин бросил донор голоса и… На меня навалился. Да что с ним?! Но его ничего не останавливало. Ни плазма, ни этот разговор, ни угроза наказания…

Он быстро схватил меня и выпрыгнул в окно. Я ему совсем не мешала залезть на крышу соседнего здания… И тут я осознала кое-что — я не могу пошевелиться. Совсем. Меня буквально парализовало. Тело не слушалось. Даже слова сказать не могу…

Прошло десять минут. Обычно мне нужно сорок восемь секунд, чтобы понять чьи-то мотивы. Но не в этом случае. Ладмин ничего не делал: сидел на крыше, держал меня в руках и… Всё. Никаких угроз, попыток отомстить за недавнее унижение, сбежать, воспользоваться положением… Да он даже держал меня аккуратно, словно я фарфоровая кукла.

За это время я еще раз прокрутила в голове все последние события. Шифр с самого начала был ловушкой. Это было очевидно. Но мне все равно нужно было узнать, кто за этим стоит. И насколько далеко они готовы зайти. Слежка была ожидаемой. Как и нападение. Только я думала, что они заявятся в номер и начнут угрожать… А эти идиоты выбрали яд. Единственное их относительно хитрое решение — нанести его на вилку, а не подсыпать в пищу. Еду я проверяла через детектор, а вот столовые приборы не учла. Вот только по этому самому яду их будет проще вычислить. Цена, доступность, место распространения… Сам выбор токсина значительно сузит группу подозреваемых.

Даже «встреча» на Жерстрике говорит о том, что они недалеко ушли от дилетантов. У них нет мощной крыши, которая бы прикрыла их на планете, входящей в Союз. Меня во всей этой ситуации больше напрягали действия Ладмина. Он начал двигаться еще до того, как я взяла вилку. Значит, знал, что там яд. Но он не мог быть к этому причастен. Никак. Но как он понял, что на вилке яд? Зачем вообще стал действовать? По-моему, я ему кристально чисто дала понять, что в качестве наказания могу отрезать руку и вырвать глаза. Но он уже третий раз нарушает правила. Не верит в то, что я смогу это сделать? Или для него это снова будет «неравноценно жизни»?

Хах… Хотя если исключить эти ситуации, то он вроде и придерживается необходимых правил. Почти… В обычной среде этот раб не позволяет себе прикасаться ко мне. Только если это что-то в его понимании… Экстренное. А вообще рабам не полагается без приказа подходить к хозяевам. Но он приходить ко мне. Сам. Я это спустила ему с рук, потому что он обычно тихонечно сидит, сливаясь с мебелью, и никак мне не мешает… И если не даю прямого разрешения ко мне войти, то он уходит… Но по факту это нарушение правил, за которое можно наказать. Складывается ощущение, что Ладмин живет по каким-то своим законам. Тогда появляются уже к себе. Почему я ему это позволяю? Почему установила только воспитательные акты, необходимые для свободных перелетов? Ладно, он себе на уме… Но со мной-то что не так?

Я увидела краем глаза. В моем номере зажегся свет. Кто-то вошел внутрь. Мне нужно было увидеть кто. Я попыталась повернуть голову. Безрезультатно. Даже язык не двигается.

Ладмин посмотрел на меня. Прямо в глаза. Правила для него не писаны? Что ж… И как он понял, что я что-то хочу? По учащенному сердцебиению? С ним это возможно… Теперь пытается понять, что именно? У меня промелькнула идея. Может, он знает допотопную кодировку Морзе? Ее разве что дети в играх используют, поскольку она уж слишком простая для кодировки. Да и с современными системами кодирования не осталось мест, где ее применяют. Но когда-то это был наш с Дамлином язык. Так что я выучила эту кодировку наизусть. Какая вероятность, что раб ее знает?

Ладно, попытаться можно. Я все равно сейчас кроме как моргать ничего не могу. Коротко, длинно, коротко… Все складывалось в одно слово: «Разверни».

Надо же… Он понял. И в самом деле меня развернул к окну, так что я видела часть происходящего в номере. Там было два силуэта, которые ходили из стороны в стороны. Судя по рваным движениям — нервничали. Это все, что я увидела. С такого расстояния никаких деталей не рассмотреть. Да и ушли «гости» быстро. Поняв, что нас нет в номере, поспешили свалить, видимо подумали, что это все может быть ответной ловушкой. Ладмин явно тоже видел их уход. У него же зрение получше, чем у меня. Но он не спешил двигаться. Мы все еще продолжали сидеть на крыше. Мне было сложно разглядеть выражение его лица — я все еще оставалась повернута к окну, но вроде он прикрыл глаза и… Пытался прислушаться? Хм… Проверяет, точно ли они ушли?

Я бы не выжидала и сразу ушла. Судя по всему, эти двое испугались. Слишком уж быстро они ушли, явно не ожидав такого развития событий. Наверняка боятся, что это засада для них. Вот и поспешили смыться. Искать в открытую меня явно не будут. Но из-за чертова яда сказать об этом не могла. Ладно… Осторожность тоже не плохо.

Спустя пятнадцать минут Ладмин стал спускаться с крыши. Причем держа меня в одной руке, другой цепляясь за выступы. Обычный человек так бы не смог. Но у него даже руки не дрожали от напряжения. Он, конечно, следуя моему приказу, ходит в зал… Но вряд ли дело в этом. У него еще и сверхсила есть?

Но чем дальше он действовал, тем больше я удивлялась. А меня в общем-то редко что удивляет. Но Ладмин… Запомнил весь маршрут на Жерстрике. Шел по неприметным местам, избегая людей. Когда мы подошли к кораблю, то он, оказывается, знал код. Только это не спасло от взорвавшейся сигнализации — при вводе кода берутся мои омертвевшие частицы кожи, сверяя с базой ДНК. Если совпадений нет, то раздается рев и блокируются все отсеки. Но он знал, как выключить сигнализацию…

Сам зашел в медотсек и запустил медикопак, чтобы обезвредить яд во мне. Причем на правильную программу… Когда находишься в капсуле, обычно на несколько минут вырубаешься, чтобы мыслительные процессы и микродвижения не мешали лечения. Вот и я «уснула»… Как открыла глаза, поняла, что все закончилось. Наконец-то могу шевелиться. Только теперь наступил отходняк… Я вышла на ватных ногах. Меня потряхивало от детоксикации. И дико тошнило.

Впрочем, это обычная реакция на вывод яда из организма. Ладмин же был рядом. В этот раз он не касался меня, но протянул руку, предлагая опереться…

Я уже не знаю, как на все это реагировать, поэтому решила проигнорировать его жест и пошла в камбуз. По ощущениям путь занял час, хотя обычно доходила меньше чем за минуту. Ладмин тихо шел за мной. Зайди внутрь, сразу уселась на стул. Может и нужно было опереться на его руку… А лучше приказать меня донести. Но ладно, все равно уже дошла…

Ладмин снова жил своей жизнью и действовал без приказов. Поставил мне стакан с водой. Сделал в комбайне питательный суп. Всё прямо по инструкции при отравлении ядом. И только после этого он замер передо мной. Я же молча наблюдала за ним. Видела, как сосредоточенное выражение лица сменилось на… Нерешительное?.. Но за сегодняшний день я поняла, что касательно него нельзя быть в чем-то уверенной. Он был… нелогичным. Но на удивление всё-таки сделал нечто логичное. Опустился на колени.

Я открыла голографический монитор. Проверила облако — жучки всё записали. Ни сил, ни желания сейчас ознакамливаться с файлами не было. Вместо этого я открыла пустой документ и переместила виртуальную клавиатуру к Ладмину, который теперь почему-то выглядел озадаченным… Мне уже ничего сегодня слышать не хотелось. Голова раскалывалась. Так что режим озвучивания текста я не включала. Передо мной пока что был самый базовый чистый документ.

— Как ты понял, что на вилке яд?

«По запаху».

Два слова… У него снова включился лимит на слова?

— Почему тогда не предупредил, когда у тебя был донор голоса?

«Я долго думал, что это от прошлых…», — его руки замерли над клавиатурой. Было видно, как он подбирает слова. — «Посетителей. Концентрация была слабой. Понял, что запах исходит от вилки, только когда вы взяли ее…»

Слух, зрение, сила… Ещё и обоняние. И им он смог определить даже концентрацию. Я смотрела свои данные на травлогере — и в самом деле яд был разбавлен. Расчет был именно на мою парализацию. На данный момент моя кровь полностью очищена. Состояние удовлетворительное. Из рекомендаций — лечь поспать, и всё нормализуется. Только сначала мне нужно разобраться в произошедшем.

— Что ты видел в окне?

«Две мужские фигуры. Они были одеты во всё чёрное, в шлемах для космогонок. Ничего особенного больше не заметил.»

Шлемы? Странное решение. Если они скрывали свои лица, то могли выбрать и что-то другое. А так…

— Слышал, о чём они говорили?

Он прекрасно знает, что я в курсе его феноменального слуха. Так что и вопрос должен был понять правильно. Но Ладмин медлил.

«Да…», — и снова его пальцы нерешительно зависли над клавиатурой. — «Но это был диалект резериода. Не уверен, что всё правильно понял.»

Удивительно, что он вообще хоть что-нибудь понял. Кто вообще учит диалект резериода? Кроме того сейчас редко кто изучает какой-либо язык кроме межгалактического, а он спокойно учится за месяц. Его специально создали для упрощения межпланетных коммуникаций, поэтому этот язык буквально примитивный и построен на логике. Никаких исключений, лишних правил, культурного кода… Нет, это просто универсальный инструмент для общения. Диалект резериода же практически нигде не используется. Он пока не числится как вымерший язык, но близок к этому. Эти два чудика в шлемах сильно себя спалили. Диапазон для их поиска всё сужается и сужается.

— Напиши дословно.

Я внимательно читала написанное. Есть босс, есть план и есть явная неопытность в подобных вопросах. Они даже не дилетанты — они новички. И зачем им соваться в Паутину?

«Это не всё, о чём они говорили, только то, что я разобрал», — пояснил Ладмин, на что я кивнула.

На самом деле даже я вряд ли бы поняла что-то большее. А он… Он не просто умен. У меня складывается ощущение, будто его IQ сравнимо с моим. Тем временем в документе появилось ещё несколько слов.

«Могу я узнать…» Я перевела взгляд на него.

«Что будет дальше?»

Ладмин не написал «со мной», но и так было ясно, о чём он. Какое же наказание его ждёт? Хах, но я и сама не знаю. И не хочу сейчас об этом думать.

— Иди к себе, — коротко приказала я.

«Мне позволено выходить из каюты?»

— Правила те же.

А значит снова его выходки остаются без последствий. И с каких пор я стала такой сердобольной? Но почему-то мне и в самом деле не хотелось его наказывать. Может это из-за отравления? Я думала он сам закроет клавиатуру и уйдёт… Но он продолжил что-то печатать.

«Извините, если своими действиями вас напугал. Я не хотел. Мне правда жаль.»

Только после этого он ушёл к себе в комнату. А я зачем-то раз за разом перечитывала его последние строки. Это не были его шаблонные ответы «Извините, госпожа» или «Прошу прощения, госпожа»… Нет… В этот раз было по-другому… Эти слова были написаны… Искренне? Вот же…

Я встряхнула головой, прогоняя все мысли о нём. Самой уже надоело, что так или иначе постоянно думаю о Ладмине. А в файле, где он писал, была расшифровка диалога нападавших. Я ещё раз прошлась по их фразам. Хм… Из этого можно сделать много выводов, но все они сходятся к одному. Это далеко не случайность.

Кто-то вышел на Паутину.

Я открыла почту и отправила короткий отчёт, прикрепив записанные жучками файлы.

Дамлин

Даже когда ты выбираешься из кошмара, он не выбирается из тебя. Это происходит снова и снова. Алая вспышка, а потом… Я открываю глаза. Меня снова окружают мои товарищи, союзники, даже враги… Только всё в крови. Тел нет… Есть только обрубки от них. И кровь. Она стекает со стен. Пол залит ей по щиколотку. Нет ничего, чего бы она не коснулась… Всё было залито красным, куда ни посмотри… И я сам…

Вот только я был единственным выжившим.

Без ранений.

Живой.

И…

Я не помню, что произошло.

Мы только что были в корабле, я озвучивал план и…

Всё.

Очнулся я тут.

Стоя.

Я не спал.

Я…

Это же не могло быть?..

Я перевел взгляд на руки. Они тоже в крови. Кровь почернела, забившись под ногти… Кровь высохла багровой коркой до локтей. Кровь пропитала мою форму, отчего ткань мерзко прилипала к телу.

Это…

Этого не может быть.

Это сон.

Кошмар.

Я закрываю глаза.

Открываю.

Кровь никуда не исчезает.

Она всё течет и течет из обрубков, что когда-то были телом.

Ручейки перетекают в лужи.

А в луже… Я.

Мое отражение.

Светящиеся от ужаса глаза…

И эти красные волосы…

Они поменяли цвет всего пару дней назад…

Это был знак.

Должно было быть новое начало…

Но я больше не могу на них смотреть.

Я беззвучно рассмеялся.

Столько ждал этого момента…

Я наконец-то мог…

А впрочем, это уже не важно.

Теперь это мое вечное клеймо.

Напоминание…

Я снова закрываю глаза.

Это же сон?

Да, это был сон…

Я наконец-то очнулся…

Рабом.

Передо мной… Трэвис Весиало.

Он был моим первым хозяином.

Купил меня, зная, что я еще пару дней назад был свободным.

Я пытался договориться…

Я мог бы быть полезным…

Но ему нравилось ломать.

Унижать.

Подчинять.

И снова ломать.

Я первое время держался…

А потом…

Этот конь…

Ненавижу.

А ему нравилось об этом упоминать.

Он упоминал этого проклятого коня снова и снова…

Всерьез считает, будто я смогу всё вынести?

Я же…

Я же тоже человек…

Я защищал людей…

Спасал…

Почему…

Почему нужно снова и снова ломать меня?!

Я закрываю глаза…

Нет…

Я не могу это вынести.

НЕ МОГУ.

Алая вспышка.

Я открываю глаза.

Я…

Я все еще сплю?

Почему снова все в крови?

Стены, полы, потолок…

Это определённо особняк Трэвиса Весиало.

А вот и он сам…

Точнее половина его тела.

Другой нигде не было видно.

А во рту мерзкий привкус железа, что еще секунду отдавал сладостью.

Сладостью?

Что?

Кровь никогда не отдавала сладостью…

Откуда я вообще это взял?

Но…

Я вновь огляделся по комнате.

Кровь никуда не исчезла.

Отрезанное тело тоже.

Не мог же я… Снова?

Нет…

Плазма бы этого не допустила…

Так ведь?..

Это всё сон.

Кошмар.

Я все еще сплю.

Я закрываю глаза.

Открываю.

Снова кровь.

Снова этот привкус железа, что некогда отдавал сладостью.

А потом снова…

И снова…

Лица разные…

Места разные…

Их слова тоже разные…

Но все их связывает одно…

Алая вспышка.

После которой все в крови.

А самое ужасное — это мои руки…

Они тоже в крови.

Всегда в крови…

Ненавижу красный цвет.

Этот сон.

Сон…

Сон?

Я распахнул глаза.

Сердце бешено билось.

Мои руки…

Я поднял их перед собой.

Чистые.

Я уже не сплю.

Но самое ужасное, что все это никогда не было сном.

Я закрываю глаза.

Алая вспышка.

Я распахнул глаза и вскочил. Опять эти кошмары… Они никогда не прекращаются. Я перевел дыхание и осмотрел комнату. Та же маленькая каюта. Небольшая незаправленная кровать, с которой я вскочил. И иллюминатор, за которым мерцают звезды. Все же это был кошмар… А самое ужасное, что в этом сне я не могу понять, когда начинается реальность. Я засыпаю и просыпаюсь снова и снова… Но никак не могу очнуться по-настоящему. Это сон внутри сна, и он сам решает, когда выпускать из своих пучин.

Но сегодня так… Необычно. Словно я проснулся по-настоящему. Нет привычной каши в голове. Сознание будто впервые чистое за годы рабства. Я кристально ясно ощущаю плазму, которая переплетается с нервами и проникает в каждый участок мозга. Как и печать забвения… Она никогда не спит. Вибрирует вечно, напоминая о том, что меня больше нет, а для всей вселенной никогда и не было.

Должно быть, смириада полностью вышла из организма. Основное действие проходит около недели, но вспомогательное может проходить месяцами. Мне давали эту дрянь столько лет… Обычно ее либо кололи прямо, либо добавляли в пищу. А тут я сам себе готовлю. Уколы госпожа мне явно не делала. Это даже как-то беспечно с ее стороны, учитывая, что ей известен мой послужной список… Хотя я благодарен за это.

За последние дни я не отбился от ее расписания: ел, спал, ходил в зал… Вообще большую часть времени проводил в зале — в нем можно загрузить мышцы, а не голову, которая и так объята туманом. Единственным исключением стала госпожа. Я всегда сам приходил к ней, но она разрешала остаться. Так было спокойнее. Меньше ненужных мыслей… Интересно, это из-за смириады или я просто схожу с ума? Возможно, все вместе.

И этот инцидент с жучком… Что я мог ответить? Сам не знаю… Я был в прострации, а рука сама к ней потянулась, как заметил угрозу. Спасибо хоть не отрезала руку. Но… Я задумчиво посмотрел на наруч. Донор голоса… Причем самодельный. Госпожа определенно сама его делала. Тонкая работа. Не ожидал, что она даст мне что-то подобное. Я вообще думал, что ей нравится моя немота. Я покрутил его в руках. Наверняка есть встроенные датчики слежения. Хм… Не доверяет показателям плазмы? Или хочет отследить что-то особенное?

Впрочем, неважно — это хоть небольшая возможность говорить. Хотя после пластиры говорить не особо хочется. Зачем? Господам не особо нравятся говорящие рабы… Тем более те, которые что-то советуют или пытаются договориться. Удел раба — молчать, пока не спросят. Я не молчал. И вот какой итог… Несколько раз пытался произнести хоть что-то, но из-за пластиры выходило лишь невнятное мычание. Язык практически не шевелится. Я вообще слабо ощущаю свой речевой аппарат. Но какой смысл об этом уже переживать? Ничего не исправишь.

Я пошел к ней. Пока действовали остатки смириады, с ней почему-то было спокойно. Она была островком, где меня не находила тревога… А что будет сейчас? Я почувствую ее как-то по-другому?

Но проверить свои ощущения у меня не получилось. Госпожа захотела кофе. Хотя, судя по всему, в том файле было что-то важное, раз даже при рабе она не готова его читать. Но это не мое дело. Я привычно сделал кофе и пошел к ней. Мне было достаточно взглянуть на горизонт, чтобы понять направление. Жерстрик.

Зачем ей на Жерстрик? Я был там на заданиях… И это определенно не место для развлечения. Там по-настоящему опасно. В порядке вещей убить за неправильный взгляд. Уличные перестрелки — повседневная норма. Туда буквально слетаются все преступники и нелегалы. Но ее спокойствие… Поражало.

Она совсем не видит угрозы?

Или у нее есть что противопоставить этим угрозам?

И зачем ей брать меня с собой?

Хм… Может, для защиты? После жучка решила, что я настроен защищать ее? Хотя это очень маловероятно… Больше похоже на спонтанное решение. В любом случае скоро узнаю. Я опустился на колени возле нее, ожидая прибытия.

Но, к моему удивлению, на Жерстрике она знала, где можно безопасно оставить корабль и пути для незаметного проникновения в город… А как она шла по этому городу… Была тут не в первый раз? Определенно. И те, кто обычно нападают на новичков, ее не трогали, а лишь отводили глаза. Неожиданно… Еще неожиданнее была слежка. Но, учитывая это ледяное спокойствие, госпожа о ней знала. Через двадцать минут пути стало очевидно, что она действительно в курсе хвоста. Госпожа то и дело сбавляла темп или шла немного быстрее, давая преследователям чувствовать погоню. Это определенно была игра в поддавки. Но зачем?..

А потом раздался трещащий звук мотора… В этот раз я видел заранее. Слышал. Знал. Это было не действие автомате. Я намеренно ее схватил, убирая с дороги. А что мне было делать? Стоять в стороне и смотреть, как ее насмерть сбивает гонщик? Он бы не остановился — я не уловил даже намека на скрип тормозов. И сворачивать явно не собирался. Больше похоже на смертника. Я и в самом деле хотел объясниться, но она забрала донор голоса. Ладно… Вряд ли я бы сказал ей что-то новое. Пускай лучше меня накажет, чем умрет тут…

В номере я ждал всего: наказания, игнорирования, включения плазмы… И, разумеется, приказа опуститься на колени. Я устал от этих унижений. Но в то же время настолько к ним привык, что уже ничего внутри не противиться опусканию на колени. Я год за годом пытался поговорить… Объяснить, что могу быть полезен не только как игрушка или инструмент для удовольствий. Но мне кололи смириаду и включали плазму на полную, ведь раб посмел подумать, будто он может договориться… И в какой-то момент я перестал даже пытаться. Хотят видеть меня на коленях? Хорошо… Я опущусь.

Все равно с того дна, в котором я погряз, уже некуда падать ниже.

Пока я вставал и опускался на колени, меня привлек запах. Это был легкий сладковатый аромат… Я слышал такие в борделе… Или нет? Но этот запах был очень знакомым, только едва уловимым. Может, просто не выветрился? Пираты целомудрием не отличаются. Я напряг память. Я же точно уже где-то его ощущал… Но где? После стольких лет со смириадой воспоминания немного размыты. А раньше я запоминал все с первого раза, даже трудиться не нужно было…

Эти вопросы… Ну да, я полный идиот, который пытался помочь хозяевам в опасности. Спасти… В благодарность с меня снимали кожу, избивали металлическими прутами, жгли, не выключали плазму неделями… Ведь я раб, который посмел прикоснуться к ним без разрешения…

И снова наступаю на эти же грабли.

Спасли ли я ее снова?

Плазма, к сожалению, зашевелилась, не давая солгать. Но да, даже зная последствия, даже имея прямой приказ… Я бы все равно посмел прикоснуться к ней и убрать с дороги. Я жалок… И самое мерзкое — я все это заслужил. Плазму, печать забвения, все эти годы пыток и унижений… Ведь в день, который окрестили Кровавым Восстанием. В день, который стерли из истории… Я стал виновен в гибели несчетного числа людей.

Она взяла вилку.

Я застыл. Да, именно в борделе был такой парфюм. Особый. Только там же я понял, что это никакой не парфюм, а яд. Его называют «объятие». Он парализует жертву. Но мое осознание пришло слишком поздно. Черт… Вот и что мне делать?

В этот раз она меня точно убьет. Но я уже вставал на ноги с молниеносной скоростью, которая не допустима для раба, и схватил ее. Нужно убираться отсюда. Я услышал шаги. Они были пока далеко, но определенно направлялись сюда. Вот же… Из двери уже не выйдешь. Остается окно.

Я выпрыгнул в окно. Уходить пока нельзя. Я мог ошибиться с ядом, если это не «объятие», а что-то серьезнее, то в ее медикопаке может не быть антидота. Я слушал… Этот язык… Я когда-то его учил… Но сейчас понимал только отдельные фразы… Но яд и в самом деле был «объятием». Значит, не смертельно. Сразу идти пока не стоит — они могут увидеть. Да и лишнее внимание пока ни к чему.

Оставалось ждать.

Я прислушался к своим ощущениям — выдалась пусть и странная, но возможность понять, что я чувствую… Но… Как это вообще возможно?! То, что я раньше принял за спокойствие, было вовсе не спокойствием… Это было настоящим ураганом и извергающимся вулканом… Все мое тело оцепенело. Я едва сдержался, чтобы не вздрогнуть. Этого же не может быть. Так ведь?

Хотя…

Если вспомнить все с самого начала…

Ну конечно… Как я раньше не понял?

Это все древний инстинкт, о котором кричит все естество. Он велит защищать кое-что ценное. По-настоящему особенное. То, что приходит лишь раз в жизни.

Свою истинную пару.

17 лет назад

Герилу Ле Шадо совсем скоро должно было исполниться тринадцать. Он был долгожданным ребёнком. Центром родительской любви, только недолго. В те времена, когда всё было по-настоящему. Мальчик до сих пор помнил те моменты — мутные из-за раннего возраста, но искренние… Тогда родители были счастливы вместе. Он был и в самом деле интересен отцу, а его мать звонко смеялась, и… Они были настоящей семьёй. Порой ему кажется, что все эти воспоминания навеяны сном. А порой он задаётся вопросами, которыми не должен задаваться ребёнок. Когда всё пошло наперекосяк? Почему?..

Вся семейная идиллия треснула с появлением Карнлии. Герил не сразу понял, что произошло, но матушка вдруг перестала смеяться. Вообще. Она пыталась улыбаться и делать вид, будто в порядке, но мальчик чувствовал фальшь. Всё было далеко не в порядке. Это была вымученная, натянутая улыбка, от которой не веяло и толикой былого тепла. Потом отец стал реже проводить с ним время. Если раньше он приходил каждый день, то теперь его могло не быть около недели. А порой он и вовсе не приходил месяцами. И хоть дети часто забывают свои ранние воспоминания, но он всё прекрасно запомнил.

Герил чувствовал себя забытой игрушкой. В которую поиграли и поставили на дальнюю полку в шкаф. Эта игрушка приелась. Надоела. Стала слишком скучной. Совсем маленьким он спрашивал: «Где папа?», «Почему он снова не придёт?». Это наказание? Но Герил же не вёл себя плохо, чтобы его наказывали. А Саманта не могла ничего ответить на эти вопросы, кроме как: «У него очень много работы, но он обязательно придёт. Скоро».

Ужаснее всего было видеть слёзы матери. Слышать непрекращающиеся рыдания, которые она пыталась заглушить подушкой. Наблюдать, как медленно она угасает, становясь тенью прежней себя. Хоть мать и пыталась это скрыть, но Герил всё видел. Она и в самом деле пыталась дать ему свою любовь, сосредоточилась на заботе о нём, но… Сама того не замечая, стала похожа на живую куклу. Улыбалась без эмоций, гуляла с ним на автомате и говорила одни и те же фразы… Даже её забота была механической, будто её завели на определённую программу.

А ещё видел её взгляд, направленный на Карнлию. Это был взгляд даже не ненависти, а полного отчаяния. Бездонного. Утягивающего глубоко в свои пучины. В какой-то момент его отец даже перестал скрывать свои отношения с любовницей. Тогда Герил не удержался и спросил у мамы: «Кто эта женщина?», «И почему отец теперь всегда с ней?».

Тогда Саманта впервые не смогла сдержать слёз, как и не смогла ответить на вопрос ребёнка. Просто молча увела его в покои, оставив на попечении няни… Но мальчик совсем скоро получил ответ на свой вопрос — слуги шептались, порождая довольно громкие сплетни. Герилу даже спрашивать не нужно было — он случайно услышал несколько разговоров… И всё равно не мог понять — почему его отец выбрал не его с мамой?

Прошло несколько лет. Он видел отца изредка. Хорошо, если раз в месяц. А потом… Карнлия погибла. Хоть это и плохо, но Герил обрадовался. Может теперь всё будет как в тех мутных воспоминаниях?

Но всё стало только хуже. Отец закрылся ото всех. Если раньше он изредка обращал внимание, то теперь и вовсе прекратил. А сплетни о рождении сводной сестры подливали масло в огонь. И только его матушка во всей этой ситуации расцвела. Она буквально наслаждалась каждой минутой.

Мандерил Ле Шадо страдал так же, как и она, когда узнала о его измене. Видела его любовницу, слышала мерзкие слухи… А дочь разлучницы осталась без родителей, так же как и Герил когда-то…

Было это злорадством или справедливостью, но Герил радовался — ведь матушка снова искренне улыбается.

Со временем всё будто стало снова налаживаться. Отец всё чаще приходил. Они вместе проводили время. Прогулки. Игры. Родился братик, который и не знал об этом разладе в семье… А потом…

Подросла Корнелия. Дочь той любовницы, что осталась в поместье. И она унаследовала все черты матери. Была её точной маленькой копией. Стоило матушке посмотреть на неё, как она снова становилась живой куклой. Только в этот раз её глаза горели ненавистью — к тем годам, когда её растоптали, и плод этих унижений рос прямо у неё под носом. А стоило на Корнелию взглянуть отцу — и он снова отдалялся, закрываясь в себе.

Так шли годы. Мандерил Ле Шадо создал расписание, по которому проводил время с детьми. Но в это «время» плохо играл вовлеченность, возможно, даже и не пытался… Герил начал вести себя вызывающе. Унижать слуг, портить антиквар, задирать стражу и всех, кто под руку попадётся… Разумеется, отец его каждый раз ругал и наказывал… Но это хоть как-то привлекало внимание. Хоть изредка разбивало его маску необходимой заинтересованности. И хоть в эти моменты он снова был в центре его внимания.

А теперь ещё и Дамлин. Отец то и дело приглашал его в свой кабинет и… говорил. Просто говорил, как с равным. Не притворяясь заинтересованным. Не пытаясь продемонстрировать своё участие в жизни… Это были самые обычные беседы. Каких он никогда не проводил с Герилом.

Почему отцу интереснее проводить время с каким-то бездомным отбросом, а не с родным сыном?

— Матушка, отец сегодня придёт на ужин?

Герил уже сидел за столом, на который слуги расставляли тарелки изысканных блюд. Каждые десять дней у них «семейный ужин». Всё проходит строго по расписанию. Буквально минута в минуту.

— Конечно, родной, — матушка сидела рядом, поправляя платье.

Герил не понимал, почему для семьи он создал расписание со встречами. Ещё хуже, что он приходит на них чисто для формальности. В его расписании: «сделать вид, что заинтересован сыновьями и женой», поставить галочку напротив этого пункта и забыть об их существовании до следующего пункта в расписании. Вот и сейчас, ровно в 18:00 дверь открылась и зашёл Мандерил Ле Шадо. Уйдёт он тоже ровно в 19:00.

Лорд сел за стол и завёл привычный разговор об учёбе, погоде и планах на ближайшее время. Это звучало не как беседа, а как отчёт, который необходимо произнести. Муторно. Скучно. На отвали.

— Пап… — Герил поднял на него глаза.

— Да, сынок?

— Я не хочу больше приходить на эти ужины.

Ему надоели эти игры. Для кого они нужны? Ему? Он с самого раннего детства видел их насквозь. Всё время, каждую встречу они надевали маски любящей друг друга семьи. Те же сказки на ночь… Может и брату было интересно, но это всё было картонной картинкой, за которой буквально ничего не было. Герилу уже скоро тринадцать. Какие сказки на ночь?!

— Что?.. — вилка стукнула о тарелку.

— Герил, что ты такое говоришь? Твой папа очень старается найти в своём расписании время, чтобы провести время с нами…

— Да? А мне кажется, что он так составляет своё расписание, чтобы специально не проводить время с нами. Провел один ужин и можно забыть о нас до следующего.

Глаза Саманты предательски заблестели, но она не нашла слов, чтобы остановить сына.

— Да ты хоть раз без напоминания мамы к нам подходил?! Ей же приходится тебя упрашивать, чуть ли не умолять… Чтобы ты на нас хоть на минуту взглянул.

Повисла тишина. Вилка в руках Мандерила замерла. Саманта затаила дыхание. Даже братик прекратил свои попытки разрезать кусок мяса. И только Герил встал из-за стола и направился к выходу.

— Не утруждай себя. Я больше тебя не побеспокою. Извини, что отнял твоё драгоценное время.

Герил вышел из зала, хлопнув дверью.

Корнелия шла по коридору и улыбалась… Последнее время она единственная выглядела счастливой в этом проклятом поместье. Герил впился в неё взглядом. Ведь всё… Всё из-за неё. Герила посетила страшная мысль, которая в ту же секунду, как появилась, стала прорастать корнями. А что… Если бы Карнлии никогда не было? Если бы никогда не было и Корнелии? Тогда они смогли бы вновь стать счастливой семьей?

Ведь неспроста его матушка так огораживает Корнелию от них.

— Корнелия?

Девочка резко вскинула голову, посмотрев на него. Улыбка исчезла. Всё же Герил обычно ее либо игнорировал, либо задирал. А тут он просто к ней обратился. Причем по имени. Корнелию сразу это напрягло.

— Что-то случилось?

— Я думаю… Что должен тебе кое-что рассказать…

— Не стоит себя утруждать.

Корнелия хотела было пройти мимо, но Герил схватил ее за запястье.

— Я хочу рассказать тебе про твою мать.

— Мою… маму?

Корнелия замерла. Это тема была для нее табу. Никто не рассказывал про ее мать. Пару раз даже пыталась спросить у отца, но он говорил, что она еще мала для этого разговора. Слуги шептались, что

Так что всё, о чем знала девочка, сводилось к тому, что ее маму звали Карнлия и та была любовницей отца. Второе было очевидно — Саманта была в браке с Мандерилом задолго до рождения девочки. Но больше она ничего о своей родной матери не знала…

— Хочешь полетать? — вдруг предложил Герил.

— Полетать? Ночью?

— Да. Я уже два года учусь с инструктором летать на вертолётах. Пошли полетаем. Там нам никто не помешает…

Корнелия приподняла бровь. Герил впервые практически дружелюбно ей предлагает провести время вместе. Ей было восемь. Она была ребенком. И порой ей хотелось верить в чудеса… Особенно после встречи с Дамлином… Но Корнелия не была тупицей.

Только чем запретнее плод, тем сильнее хочется его вкусить. А девочка ненавидела то, что не поддавалось логике. В ее мире любое действие имеет причину и следствие, у любой тайны есть разгадка и любая задача имеет свое решение. Каждый раз натыкаясь на преграду неизвестность, Корнелия даже неосознанно начинала искать обходные пути, чтобы добраться до истины. Всё поддается объяснению. Просто до этого объяснения нужно дойти. Так и поведению Герила найдется объяснение, нужно только время для решения этой загадки. К тому же девочке хотелось узнать и про мать. Так что она пошла за Герилом на вертодром.

— Это старая модель… — с сомнением проговорила Корнелия.

Старший сын лорда подошел чуть ли не к антикварной модели вертолета. У него в руках блеснул ключ, которым он отворил дверь и забрался внутрь.

— У меня есть ключи только от него.

— Ладно…

Корнелия села на сидение рядом. Идея была крайне сомнительной… Но ей было интересно разгадать причину его действий, потому что пока что ничего логичного в голову не приходило. Разве что он решил ее убить. Но это глупо делать на вертолете — тогда Герил и сам погибнет, а камеры наблюдения выдадут его с головой.

Мальчик тем временем плавно поднял рычаг. Винт начал захватывать воздух. Вертолет потихоньку стал отрываться от земли. Герил довольно хмыкнул. Инструктор всегда говорил, что у него есть талант к управлению вертолетом. Когда тот стал крениться, мальчик уверенно нажал на педаль, выравниваясь в воздухе. Всё шло по плану. Они взлетели.

Корнели же напряженно за всем наблюдала. Она не боялась, но вся эта ситуация все еще не поддавалась логичному объяснению. Какая на самом деле цель у Герила?

— Тебе никто не говорил о твоей матери… — он первый нарушил тишину. — Но я ее хорошо запомнил.

Девочка навострила уши, запоминая каждое слово. А вертолет уже поднялся над поместьем, взлетая в ночное небо, усыпанное звездами. Все снизу стало невероятно маленьким, как игрушечные фигурки. Но вглядеться во что-либо было крайне сложно — вертолет шатало из стороны в сторону.

— Ты на нее похожа. Буквально ее маленькая копия, — перекрикивая гул лопастей сказал мальчик.

— И это все, что ты хотел сказать?… — Корнелия и сама понимала, что, скорее всего, похожа на мать, ведь у отца совсем другие черты лица.

— Нет… — Герил внезапно наклонил нос вертолета и поднял рычаг, ускоряясь и отлетая все дальше от поместья. — Твоя мать не из этих мест. Вообще никто так и не понял откуда она. Она просто в один день появилась тут из неоткуда. А отец практически сразу потерял голову. Матушка пыталась его вразумить… Но ему было все равно. Вообще он наплевал на все, кроме этой… Карнлии, — мальчик чуть ли не выплюнул это имя. — Я слышал, как слуги шептались, будто у них была особая связь. Но как по мне у них не может быть никакого оправдания. Мой отец был женат. Твоя мать об этом знала… — Он сильнее сжал ручку управления. — Но я подслушал один их секрет…

— Какой же?

— Карнлия не просто так сюда попала. Она сбежала. От своей матери. Твоей бабушки.

— Зачем ей от нее сбегать?

— Судя по всему, она страшная женщина… Она влиятельна. При желании может дотянуться даже до Асмелиды. Карнлия всерьез ее боялась.

— И это все? Ты из-за этого хотел со мной полетать?

— Нет… — Герил перевел взгляд на Корнелию. — Мы летим в космопорт. Там я выйду в межгалактическую сеть и сдам тебя твоей бабушке. Видишь ли… Я запомнил полное имя твоей матери.

Девочка лишь приподняла бровь. Ее удивляла наивность Герила. Даже если ее бабушка и в самом деле обладает таким влиянием, то она бы уже давно забрала Корнелию отсюда. Но если взять за основу слова сводного брата, то эта женщина даже может не знать о смерти Карнлии. А сама «сдача» Корнелии вызывала еще больше вопросов. Как он планирует проникнуть в космопорт? Кто ему даст выход в межгалактическую сеть? Да, даже если кто-то даст… Как он планирует искать ее бабушку? Выходить с ней на связь?

К тому же их отец известен на Асмелиде. В космопорте сразу поймут чьи они дети. Их просто сразу же отправят с сопровождением обратно в поместье… И это был весь его план? Девочка едва сдерживала разочарованный вздох. Уж лучше бы она провела это время с Дамлином…

— Тут правильные показатели бака топлива? — Взгляд Корнелии задержался на приборной панели.

— Ты о чем?

— Они с момента взлета не изменились ни на градус…

Она точно запомнила в каком положении находилась стрелка и за все это время та осталась на том же месте.

— И что?..

— Эта старая модель, — Корнелия закатила глаза. — У них часто показатели не отображаются. У нас прямо в полете может закончиться топливо и мы об этом не узнаем…

Она читала об этом. На таких моделях и в самом деле обычно отстают показатели. На них вообще практически не летают. Риски слишком велики. За годы эксплуатации многие детали могли прийти в негодность. Еще и управление требует особой аккуратности…

— Не неси…

Герил не успел договорить, словно в подтверждение слов Корнелии обороты несущего винта стали падать. Загорелись тревожные лампы. Топливо и в самом деле закончилось.

Он быстро опустил рычаг полностью вниз и всем весом надавил на педали, чтобы попытаться сохранить курс. Это была правильная техника с идеальным выполнением. Это и в самом деле бы сработало при резком отсутствии топлива. Это могло бы помочь… Но модель самолета была и в самом деле слишком старая. От столь резких действий вертолет тряхнуло. Герил удержал позиции, вот только… Лопасть надломилась.

— Нет-нет-нет… — он в ужасе переключал режимы, дергал рычаг… Ничего не помогало.

— Нам нужно к водоему… — пробормотала Корнелия, видя, что он летел к скалистой местности.

— Ты умеешь управлять вертолётом?

— Нет, но…

— Вот и молчи.

И она замолчала, наблюдая за ситуацией. Все же управлять вертолетом девочка и в самом деле не умела. Большинство ее знаний были теоретическими, и редко что удавалось проверить на практике…

Раздался режущий звук. Лопасть вошла в кабину. Прямо насквозь. У старых моделей материалы вертолета были не облегчённые, в конструкции использовались тяжелые металлы. Поэтому и лопасти делали громадными, чтобы те были способны поднимать фюзеляж.

Ветер моментально засвистел внутри. Потоки были столь мощными, что стекла стали покрываться трещинами. Мальчик с паникой в глазах смотрел на происходящее. Вертолет разламывался прямо на глазах. Педаль заклинило. Рычаг больше не поднимался.

— Ты все же решил меня убить? Разве было не очевидно, что тогда ты погибнешь вместе со мной? — несмотря на ситуацию, Корнелия оставалась удивительно спокойной.

— Что ты несешь?! — он уже перестал пытаться что-либо сделать. — Я хотел передать тебя твоей бабушке. Чтобы ты ушла из нашей семьи. И тогда… Все было бы как раньше…

— Ты всерьез думал, что это сработает?

Она и сама не знала почему… Но ей не было страшно. Они находились в падающем вертолете. Кабина разламывалась на части. Ветер неприятно резал кожу и глаза… А Корнелия осталась спокойной. У нее было странное… До ужаса нелогичное ощущение извне, что ей ничего не грозит. Как будто для нее это неопасно. И беспочвенная уверенность в том, что она выживет.

— Ты серьёзно сейчас хочешь об этом поговорить?!

Вертолёт накренился. Лопасть прошла еще дальше. Они услышали странный щелчок. Похоже, та вошла в бак… Он был пустой. Лишь на мгновение Корнелию посетила мысль, что там могла быть протечка.

Вертолет взорвался. Она оказалась права, но только какой от этого толк. Взрыв снес кабину, в которой они находились. Все разделилось на небольшие части и стало стремительно лететь вниз.

Корнелия на автомате схватила Герила, а сама… Зависла в тягучей невесомости. Ее не коснулись осколки и волны огня. А еще… Она не падала. Воздух вокруг едва заметно искрился легким сиянием. Это было едва заметное свечение, которое окружило девочку. Она и сама не особо понимала, что произошло, но чувствовала, как может этим управлять… «Этим»… Корнелия не могла понять сокрытое за «этим»… Был это воздух, ветер или сам ее полет над землей… Но она не падала. А вот обломки самолета летели вниз и с грохотом разбивались о скалы.

— Что за… Это… Что… — Герил затрясся, всеми силами стараясь держаться за руку сводной сестры. — Только не отпускай. Пожалуйста… Пожалуйста…

Видимо, от взрыва кусок металла вошел в глаз мальчика. Половина его туловища была обожжена. Мерзкое зрелище. Но он все еще отчаянно держался за ее руку. У Корнелии вдруг перед глазами всплыл разбитый нос Дамлина, тот синяк на предплечии… Тогда он сказал «его». Она обещала отпустить ситуацию и не мстить… Только было не сложно догадаться, кто был инициатором драки. Взрослые поместья бы не стали драться с ребенком. Из детей тут только Дамлин, Герил, Корнелия и Вейрид. Корнелия бы никогда не навредила Дамлину. Вейрид еще мал для драк. Так что остается только Герил.

— Скажи… Это ты тогда ударил Дамлина? 

— Что?… — то ли от боли, то ли от страха, но он стал дрожать еще сильнее. 

— Это. Ты. Ударил. Дамлина? — тихо повторила Корнелия. 

— Корнелия, пожалуйста… Только не отпускай… 

— Это ты ударил Дамлина?

— Да, да… Я… Прости… — по его щеке потекла слеза, а из раненого глазницы текла кровавая дорожка. Мальчик зарыдал навзрыд. — Пожалуйста, прости… Хочешь, я и перед ним извинюсь? Что угодно… Только не отпу… 

Он не смог договорить.

Корнелия уже разжала руку.

Герил полетел вниз.

Он совершил одну большую ошибку.

Посмел прикоснуться к ее Дамлину.

Никто в поместье не знал о происходящем. Никто, кроме мальчика, у которого был слишком хороший слух.

Дамлин уже собирался лечь спать и сначала даже не понял, что происходит. Это был очень странный разговор, свидетелем которого он невольно стал. Ему и раньше все их семейные отношения казались слишком странными. Едва ли это все можно было назвать «семьей», к которой он привык.

Казалось, что это не его дело, и Дамлин не вмешивался. Какой бы это разговор ни был — это их дело. Он в этом доме лишь гость. Дамлин и в самом деле не собирался вмешиваться, пока не услышал, как взлетает вертолёт. Он подскочил с кровати. Тут уже неважно, его это дело или нет, он побежал к вертодрому. 

Только было уже поздно. Вертолёт поднялся в небо.

Дамлин никогда особо не ругался. Но сейчас позволил себе самые грязные ругательства на родном языке. Он слышал тарахтящий звук. Этот вертолёт был не просто старым, он был неисправен. У них не получится далеко улететь. 

И что делать? 

Дамлин прислушался. Мендерил Ле Шадо завершил натянутый ужин с супругой и как раз отправился в свои покои. Мальчик развернулся и рванул к нему. Бежал так быстро, как только мог. Но ему казалось, что этого все равно недостаточно.

Он проигнорировал слуг и стражу. Вообще всех. 

С размаху чуть не выбил дверь. И только перед шокированным лордом вспомнил крохи приличия. Тот уже готовился отойти ко сну, неспешно снимая с себя дневное одеяние.

— Извините, что врываюсь…

— Дамлин? — он напрягся, видя растрёпанный вид мальчика. — В чём дело?

— Герил и Корнелия… Они взлетели на вертолёте.

— Что?!

— Я услышал… — запыхаясь проговорил он. — Но не успел…

Лорд сосредоточенно выслушал сбивчивый рассказ Дамлина. Хотя и слушать особо было нечего. Но действовать нужно было срочно. И лорд действовал. Он сразу же отдал приказы, и за считанные минуты спасательная группа была готова выдвинуться из поместья.

Корнелия сидела на обрыве скалы. Кругом были каменные пики. И ни единой души вокруг. Вообще, вряд ли кому-то понадобиться сюда подниматься… Её взгляд был устремлён на пики снизу. Там были остатки вертолёта. И тело Герила. Но девочку это зрелище не особо волновало.

Что всё это было? Это же невозможно. Никакие законы физики не объясняли происходящего. Она буквально парила в небе. На такой высоте девочка даже не почувствовала холода, у неё не было обморожения… А от взрыва, из-за которого Герил получил ожоги, у неё не осталось даже ссадин. И после… Эта невиданная, странная сила практически аккуратно её спустила на скалу. Единственное, что она получила — ссадины, когда совсем рядом с землёй всё вдруг прекратило работать. Так резко, что она не удержалась на ногах.

Корнелия перебирала в голове самые разные варианты. Но ни единого объяснения не было. Это была какая-то… магия?

Но на Асмелиде её не существует. Да и во всей вселенной формально отрицают её существование. По крайней мере, это всё, о чём было известно Корнелии. Но как тогда назвать произошедшее?

Это же было… что-то… Без этого нечто она бы не выжила от падения с такой высоты. Девочка затрясла руками, пытаясь снова вызвать сияние воздуха, но ничего не получалось. Даже призрачного сияния не вышло, не говоря уже о потоках воздуха и полёте… Ей нужно было как-то всё снова повторить. Но как? Что стало причиной? Из-за чего это «нечто» возникло?

И Герил ещё упомянул её бабушку… Выходит, она жива. У неё где-то во вселенной ещё есть родственники, которых нет на Асмелиде. Может, это как-то связано с ней? Это единственное логичное, что приходило в голову Корнелии. Но всё же девочка находилась в замешательстве. Всё произошло слишком быстро. Много непонятного. Много вопросов. Много нелогичных странностей. А ответов и хоть какого-то объяснения нет.

За её спиной раздался шум. Корнелию обдало потоком ветра. За спиной раздались шаги. Много. Но девочка не обернулась. Она знала, что скоро за ними придут. Скорее за Герилом, чем за ней. Но придут. Вот только как объяснить происходящее Корнелия пока не придумала.

— Корнелия…

Мендерил Ле Шадо уже стоял за её спиной. Он с группой медиков и спасателей только приземлился. Это была целая спасательная команда.

— Корнелия, что случилось? — лорд подошёл вплотную к ней. — Где Герил?

Она молчала.

— Девочка, должно быть, напугана и шокирована… — выступил вперёд мужчина в врачебной форме.

Только сейчас Корнелия медленно обернулась и обвела всех взглядом. Странно… Она думала, их будут искать дольше. Но так даже лучше, пока сидела на каменной поверхности, девочка стала замерзать.

— Вертолёт взорвался в воздухе. Герил там… — она показала рукой на пропасть.

Мендерил Ле Шадо проследил в указанном направлении. Герил уже давно не дышал. Его глаза закатились. Лицо и рука были покрыты ожогами. Повсюду была кровь. А сам он был нанизан на горный пик. Даже малейшего шанса выжить у него не было. Он не сразу осознал, что видит. Тело отреагировало быстрее него — он упал на колени.

— Нет…

Что хуже — потерять своего сына, увидеть его растерзанное тело или сообщать об этом его матери? 

Мандерил Ле Шадо так и не нашел ответа на этот вопрос. Но стоило ужасным словам сойти с его губ, как тишину кабинета пронзил душераздирающий крик. Она даже не пыталась удержаться на ногах и стала медленно оседать на пол. Саманте уже и до него доложили о вылете Герила на вертолете… Только лорд сразу не мог провести этот разговор — нужно было сначала все проверить, узнать детали, расспросить Корнелию, сопоставить все улики и свидетельства… Это была долгая ночь, и только спустя несколько часов ему предстояло обо всем рассказать супруге.

— Скажи, что это просто шутка…

Он отвел взгляд. А что ему вообще говорить? 

Нет слов, которые бы подошли в этой ситуации.

— Дай мне посмотреть… — прошептала она.

— Саманта, тебе не стоит видеть эти кадры…

— Я сама решу, что мне стоит видеть.

Пошатываясь, женщина поднялась. Ее руки дрожали, слезы не переставали течь, но она упорно продолжала идти к столу, за которым находился ее муж. Он вздохнул, открывая кадры с видеорегистратора экспедиции. Там была Корнелия, которая сидела на каменном выступе. Обломки вертолета. И ее сын на пике. Вид его мертвого тела заставил Саманту содрогнуться в рыданиях. Это не было дурным сном или шуткой — это было ее новой реальностью. Кадр остановился на силуэте Корнелии, которая равнодушно смотрела на Герила.

— Почему… почему она жива?!

— Ей повезло…

— А почему моему сыну не повезло?!

— Я не знаю…

Никто не знал. Мандерил спрашивал об этом Корнелию напрямую, как и врачи, как и члены спасательной группы… Но она упорно отвечала, что не знает. Очнулась уже на уступе. Доктора разводили руками — никаких серьезных травм у девочки не было. Это было самым настоящим чудом.

— Эта дрянь… Это она его убила! — прошипела Саманта Ле Шадо.

— Я посмотрел камеры видеонаблюдения — это Герил предложил ей полетать на вертолетах. Корнелия его не уговаривала.

— И при этом Корнелия выжила, а мой сын нет.

— Саманта… Мы извлекли черный ящик. Изучили обломки. Вертолет был неисправен. Корнелия ему не угрожала. Это был несчастный случай…

— Нам же придется хоронить его в маске. Его тело придется сшивать по кусочкам, просто чтобы было что похоронить… А ТЫ ЕЁ ЗАЩИЩАЕШЬ?!

— Это больно… Но послушай…

Он включил запись. Последний разговор Герила с Корнелией. В черном ящике все сохранилось. По всем доказательствам к произошедшему его дочь никак не причастна. Инициатором всего был Герил. От последних слов сына у женщины потекли слезы с новой силой. Но потом… Она услышала то, что для ее ушей не было предназначено.

— Ты… Все это время ты мог отдать Корнелию ее бабушке?! И этого не сделал?

— Ты не представляешь, кто она…

— Ты прав — не представляю. Я лишь твоя тупая жена, о которую ты можешь вытирать ноги…

— Саманта, прошу, хватит… Я тоже…

— Не смей. Ты не имеешь никакого права говорить, что сожалеешь или скорбишь. Не смей даже произносить его имя. Мой мальчик всего лишь хотел твоего внимания. Расти в любящей семье… А ты… — по ее щекам не прекращали течь слезы, разъедая тушь. — Ты разрушил все, что у нас было. Это все твоя вина. Это все из-за тебя.

— Я знаю, что виноват, но…

Мандерил и в самом деле знал, понимал, что супруга права. Это его вина. Это все и в самом деле было из-за него. Но что он сейчас мог сделать? Даже самые передовые технологии Межгалактического Союза не способны вернуть кому-то жизнь.

— Какие «но»? — женщина истерично рассмеялась. — Ты изменял мне, когда у нас уже был ребенок. Он видел, как ты изменяешь мне. И вместо того, чтобы провести время с сыном, ты проводил его с любовницей… 

— Саманта… Ты уже сходишь с ума от горя. Я тебя понимаю…

— Нет. Ты меня не понимаешь. Это был мой сын! Сын! Для тебя он был обузой, на которую приходилось тратить время… А я его любила и растила. Он был частью меня. И ты… Ты… — ее голос дрогнул от рыданий. — Я… Я стерпела все эти унижения ради него. Я давала тебе столько шансов ради него… Ты же не сделал ничего. Ни единого шага нам навстречу. Ты мог позаботиться о том, чтобы у этой шлюхи не было от тебя детей. Ты мог не признавать ее ребенка. И оказывается, все это время ты мог отдать Корнелию ее бабушке… Но ты оставил ее. Вечное напоминание о моем позоре. Скажи… Если бы ты сразу отдал ее, стал ли мой мальчик вообще садиться в этот чертов вертолет?

Лорд молчал. Ответ и так был очевиден.

— Не смей больше называть его своим сыном. Никогда. Ты сделал все, чтобы он чувствовал себя брошенным. Даже когда умирал…

Она не смогла договорить. В ее глазах потемнело, а комната стала вращаться. Воздуха не хватало. Саманта потеряла сознание.

Для Корнелии же практически ничего не изменилось. На нее все так же едва ли обращали внимание. Все поместье гудело, слуги носились, организуя похороны. В поместье постепенно съезжалось высшее сословие Асмелиды, чтобы выразить формальное соболезнование. Был объявлен повсеместный траур. Даже занятия Корнелии временно отменили. Но зато все эти дни до похорон она могла провести с Дамлином в мастерской.

— Корнелия, ты точно хорошо себя чувствуешь?

В этот раз мальчик озадаченно смотрел на нее. Он не ожидал, что сразу после происшествия она практически сразу же придет к нему, будто ничего не произошло. И все и в самом деле выглядело так, словно это их обычный день. Корнелия не выглядела болезненной, без травм, даже напряженной ее было сложно назвать.

— Да.

Девочка упорно вертела в руках процессор, пытаясь понять, правильно ли сделала спайку.

— Хочешь поговорить о произошедшем?

— Отец уже допросил меня.

— Допросил? — поперхнулся Дамлин.

— Спрашивал о произошедшем, записывал мои ответы… Разве это называется не «допрос»?

— Ну, наверное… А как ты…

Дамлин не знал, насколько правильно спрашивать о произошедшем. Вдруг воспоминания той ночи для нее болезненные, хоть таковой она и не выглядела. Но все это было странно. Корнелия будто даже стала пахнуть по-другому. Этой ночью с ней точно что-то произошло. Изменило ее. Но это было столь неуловимо, что мальчик никак не мог понять, в чем дело.

— Ты хочешь узнать, как я выжила? — прямо спросила она.

— Если не хочешь об этом говорить, не надо…

Корнелия кивнула и, немного помедлив, заговорила.

— Я и сама не поняла, как это произошло. И что произошло. Я видела взрыв, и меня не задело… И… Я как-то приземлилась, только коленки разбив… — она отложила процессор в сторону. — Дамлин, а ты веришь в магию?

Девочка прекрасно понимала, что вся правда Дамлину точно не понравится. Да и сознаваться под камерами было тупо. Так что она решила рассказать частичную правду. Ведь сколько Корнелия ни ломала голову, так и не могла понять, что произошло.

— Хм… Верю… — тихо ответил он. — Но я думаю, в этом мире… В смысле, тут. На Асмелиде и в Союзе. У магии найдется научное объяснение — особенности генетики, энергетическое поле, импульсы, ток тела, интуиция, особая форма нейронных связей… А когда у магии есть объяснение, она перестает быть «магией». Становится обычным явлением…

— Звучит логично… — пробормотала девочка.

Это совпадает с ее единственным возможным объяснением — наследственность. У нее и в самом деле могла быть какая-нибудь генетическая особенность. По материнской линии. Только это тупик. Корнелия больше ничего не знала, а даже если бы и спросила у отца — он бы, как всегда, не ответил.

— Ты переживала из-за смерти Герила? — вдруг спросил Дамлин.

— Нет, мне все равно, — она осеклась. — В смысле…

— Понимаю, вы же практически не общались…

— Да.

Девочке и в самом не хотелось врать Дамлину, поэтому она снова переключилась на сборку процессора. Он сам нашел себе объяснение.

Похороны назначили через три дня. В поместье собрался чуть ли не весь высший свет Асмелиды. Не было ни одного человека, кто не знал бы о смерти Герила. Новость шумела повсюду. Даже члены Межгалактического Союза выражали соболезнования.

Рядом с фамильным склепом семьи Ле Шадо состоялась церемония прощания. Его хоронили в маске. Тело было сшито, облаченное в дорогие ткани. Корнелия с безразличием смотрела на гроб. Ей вообще было все равно на это мероприятие, если бы отец не сказал прийти, она бы сама вряд ли бы пошла. Зачем ей с ним прощаться?

Тишину разорвал женский крик.

— Что она тут делает?! Уберите эту мразь отсюда!

— Саманта…

Супруги Ле Шадо стояли в первом ряду, поэтому Саманта не сразу увидела падчерицу. А как увидела ее, лицо перекосило от ярости.

— Как ты посмел привести ее сюда?!

— Корнелия тут, чтобы выразить сожаление и проститься с ним… — попытался ее остановить лорд, но женщина даже не услышала его слов.

— Эта дрянь его и убила! Это она… Она…

Саманта Ле Шадо потеряла всякий рассудок, кинулась на девочку. Последние дни женщина даже не выходила из своих покоев. За это время у нее поседела половина волос. Она постарела. Даже дорогие крема и косметика не могли скрыть десяток новых морщин. А в ее глазах теперь плескалось безумие.

Саманта неслась на Корнелию, наплевав на все нормы, что когда-то были для нее важны. Ее единственной целью было достичь Корнелию. Но стража не дала ей этого сделать. Они преградили путь, стараясь аккуратно обезвредить женщину.

Мандерил Ле Шадо быстро оказался рядом. Он переводил взгляд с Саманты на Корнелию и, тяжело вздохнув, обратился к дочери.

— Корнелия… Извини, но не могла бы ты уйти?

Пусть это было и не совсем правильно, но Мандерил не мог лишить супругу дня прощания с сыном. Корнелия же пожала плечами — она не видела смысла устраивать сцену с мачехой, так что молча ушла. Ей даже не хотелось находиться на этих похоронах, ведь Дамлина на них нет — он, как всегда был в служебном помещении. Туда девочка и отправилась.

О том дне больше никто и ничего у нее не спрашивал. Во всем поместье это стало запретной темой для разговоров после похорон. Камеры видеонаблюдения, черный ящик, техническое заключение о состоянии вертолета — сделали кристально понятным произошедший инцидент. Никаких сомнений ни у кого не было.

Но «понятное» вовсе не означает истину, и, наблюдая за всем этим со стороны, Корнелия усвоила этот урок.

Герил Ле Шадо погиб в возрасте двенадцати лет. Его смерть признали несчастным случаем из-за детской выходки. Саманта Ле Шадо не смогла справиться с утратой сына и сразу после похорон была отправлена в пансионат для душевнобольных. Мандерил Ле Шадо практически прекратил выходить из своего кабинета.

И только Корнелия знала правду — в тот день она совершила свое первое убийство.

Без всякого сожаления.

И наказания.

Корнелия

Наказать его или нет? 

Хах… Он определённо помог, но действовал без приказа. Не единожды. Уже ясно, что если захочет что-то нарушить — непременно сделает это. И пока меня останавливало только то, что Ладмин пытался этим помочь мне. Его мотивы все также для меня не ясны. Вообще, я бы все свела к двум наиболее возможным: хочет подлизаться ради более выгодного положения или пускает пыль в глаза, чтобы я расслабилась, а сам потом что-то выкинет. Только больше Ладмин ничего не предпринимал, не просил… А навредить мне спокойно мог тогда, просто ничего не делая.

А сейчас он снова сидел у стены в библиотеке. Практически рядом со мной.

Я же накладывала набросок карандашом. Скоро мне должен прийти ответ от Паутины. А пока оставалось только ждать. Возвращение на Асмелиду откладывалось. Мне, скорее всего, придётся лететь на базу… Разбираться с этими имбицилами. Хотя дело не столь сложное, больше проблем будет от разбирательств с последствиями. Эти идиоты даже взяли «Донор голоса», так что и их маршрут уже не был тайной. Другой вопрос — сколько их. Двое такое бы провернуть не могли. Скорее всего, это целая команда. Не очень умная, но команда. И из-за этой «команды» я растрачиваю дни своего отпуска впустую. От Паутины сложно отмахнуться. Влезешь в нее — застрянешь. Попытаешься выбраться — запутаешься еще сильнее. Попытаешься избавиться — разозлишь паука. А паук может быть и ядовитым. Но даже паук зависим от паутины. 

Так что оставалось ждать…

Тот яд довольно быстро вышел. Все же даже меня поразило, как четко Ладмин действовал. Это было настолько правильно, что казалось неправильным. Еще любопытнее, что теперь он делал вид, будто ничего и не было. Сидел так тихо, что я забывала о его присутствии. Только его взгляд следил за движениями карандаша, но стоило мне посмотреть в его сторону, как Ладмин опускал глаза в пол. Идеальное поведение. Даже слишком… 

Может, он все-таки ждет, что я расслаблюсь и попытается меня убить? 

Так хотя бы будет логично…

Я продолжала наносить штрихи. На самом деле — это единственное, что я умею рисовать. Дамлин. Как он исчез, решила научиться, чтобы точно запомнить каждую деталь. Только его и рисую. Каждый раз, когда скучно. Или когда в руках карандаш.

Порой пыталась нарисовать его старше. Как бы он выглядел спустя 10 лет?

Возмужал? Стал бы еще выше? Может, у него бы изменилась улыбка?

Я рисовала карандашом и зачем-то перевела взгляд на Ладмина.

Они похожи. Черты Ладмина и Дамлина… Если бы я рисовала Ладмина, вышло бы что-то очень похожее на рисунок в моем блокноте.

— Сядь прямо.

Он напрягся, но послушно сел. Новый «Донор голоса» я ему так и не сделала, так что ничего спросить Ладмин не мог. Хотя по выражению лица вопросы у него явно были.

— Смотри на меня и не двигайся.

Я быстро стала срисовывать с натуры. Черточка за черточкой. Стараясь соблюсти все пропорции. Наложить тени. Воссоздать правильную мимику. И…

Это… Невероятно. Их черты совпадают. Если не учитывать шрам на глазу. Немного огрубевшие линии… Простым карандашом алый цвет не предать, от этого сходство становилось невероятным. Я перевернула страницу блокнота. И еще одну. И еще. На всех них были портреты Дамлина — по память, по сохранившимся у меня кадрам, по добытым записям…

Если забыть, что это рисунок Ладмина, даже я бы приняла его за Дамлина.

Они очень похожи. Практически идентичны. Наверное, поэтому он меня и привлек. На каждой планете встречаются двойники. Что говорить о них в масштабах вселенной?.. Это же вполне логично… Но слишком невероятно.

Раздался сигнал уведомления, который прервал мои мысли. На голографическом мониторе отобразилось новое сообщение. Точнее шифр. Как я и ожидала — это дата и место встречи. Придется заехать на базу… Все же Паутина не дремлет.

Пусть это было и ожидаемо, но приятного все равно мало. Крайне не люблю посещать базу. Это пустая трата времени, причем большая его часть уходит на дорогу. Приходится петлять по межгалактическим путям, перепроверять отсутствие хвоста, обеспечивать алиби… И все ради нескольких часов приватного разговора.

Но и Паутина не принимает отказов. С другой стороны, я все равно не горю желанием возвращаться на Асмелиду. Лучше полетать по космосу еще несколько дней, чем гнить от скуки в поместье. Хотя что одно, что другое — бесполезные действия. Впрочем, жизнь целиком и полностью состоит из бесполезных действий. Просто одни чуть менее неприятные, чем другие…

Ладмин и в этот раз был рядом, да и в целом без приказа старался все время быть где-то поблизости. Разглядывал меня, пока я «не видела». Если так подумать, с того дня он даже не пытался со мной как-то коммуницировать. Не хочет нарываться? Боится наказания? Только вряд ли наказания его пугают, учитывая, что он вытворяет… По большей части выглядит задумчивым. Но при этом не было прежней растерянности, он стал… сосредоточенным. Что-то определенно в нем изменилось. Но что именно?

Это и в самом деле любопытно…

Может все-таки оставить его после Асмелиды у себя?

Изначально план был прост — показать его папочке и после избавиться. Но… Меня не напрягает его присутствие, даже приятно видеть кого-то похожего на Дамлина… Я будто завела живую куклу с лицом, очень похожим на его…

Зубы сжались сами собой. Да что со мной не так?!

Мало того, что этот раб занимает слишком много, думаю о нем, так еще и всерьез планирую оставить?! Зачем он мне нужен? Это же нелогично…

Раздался звонок.

Не отслеживаемый.

Неизвестный адрес.

Скрытый номер. Прямо как в стародавние времена, когда звонили по телефону. Только мне поступил вызов с всплывающей голограммы моей почтовой страницы…

Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза.

— Под тебя копают.

Голос изменен. Всего одна фраза и сброс.

Меня такое не особо удивляет, а вот Ладмин ощутимо напрягся. Если до этого он пытался делать вид, что заинтересован в космических пейзажах, то теперь не сводил глаз с меня. Так открыто пялился… Забыл, что рабам это запрещено? И чего это он? С ним же это никак не связано?

Под меня копать — все равно, что себя же закапывать. Скорее всего, это же кучка дилетантов с Жерстрика. Знающие люди не станут даже косо в мою сторону смотреть. Ну а незнающие узнают довольно быстро, с кем связались. Звонил, скорее всего, Сейрих. Это он любит проворачивать такую схему для быстрого предупреждения.

И все же раздражает.

Нужно тратить столько времени на этих идиотов…

Мы уже подлетали к станции Офролем. Со стороны можно принять за очень маленькую светящуюся планету — только сделана она из особого сплава. На деле же это космоцентр для починки кораблей с отелем. Крупнейшая сеть в Союзе. Сюда слетаются с самых разных уголков вселенной — от туристов до перевозчиков. На космических путях не всегда попадаются планеты, пригодные для остановки, и уж тем более имеющие запчасти для починки или заправки космических кораблей. Так что создали специальные станции, где можно провести транспортную диагностику или обновить запасы.

Только у меня немного другие планы.

Я установила сопряжение связи с Офролем, подлетая к входу. Ввела данные и гигантский шлюз сразу же распахнулся передо мной.

— Вы с проживанием или только на ремонт? — раздался идеально выверенный женский голос.

— Проживание. Две недели.

Влетая внутрь, ожидает бесконечный коридор из самых разных отсеков. «Стены» этого коридора подвижны и могут самоперестраиваться. Все для того, чтобы подобрать ячейку подходящего размера. Это полноценные гаражи для кораблей самых разных габаритов.

Система продумана, но крайне муторная… Может понадобиться лететь до получаса, чтобы приземлиться в подходящем месте. Только если учитывать, сколько посетителей ежедневно проходит через Офролем, такая задержка становится вполне объяснима.

— Диагностику корабля доверите нашим специалистам…

— Сама, — отрезала я.

Их специалисты ни одной детали моего корабля продиагностировать не смогут. Но на Офроле вполне спокойно можно самостоятельно заниматься и диагностикой, и починкой…

— Раб в отсек для рабов или с вами?

Я на секунду задумалась. Вообще не люблю с кем-либо делить комнату, но для видимости лучше будет взять его с собой. Тем более, Ладмин ведет себя вполне тихо.

— Со мной.

В конце концов, мне нужно алиби.

— Обслуживание?

— У меня есть обслуживание.

Хоть сервис у них и признан критиками со всей галактики, обслуживание только будет мешать мне. Пускай думают, что для этого я беру с собой раба.

— Вас поняла.

Ячейка открылась, и я быстро посадила корабль внутрь. Вот мы и на месте.

На самом деле диагностика, пополнение запасов и починка корабля — последнее, что мне нужно на Офролее. Главная цель — сбросить хвост. Паутина не любит незваных гостей, а я и подавно не переношу преследователей. Они и в самом деле считают себя настолько выдающимися, раз поверили, будто я их не замечу?

Мой корабль в полном порядке, но чтобы создать видимость «диагностики», нужно было немного покопаться во «внутренностях». Так что я ходила вокруг, с умным видом брала инструменты и ничего с ними не делала… А вот двигательную установку все же решила нормально проверить. Так что закрепила ее на шарнирах и пошла за лежаком.

Вообще, двигательная установка спокойно выдвигается из корабля на разного плана установках. Но вертеть и крутить ее было нереально, все же вес приближен к пятистам килограммам, так что проверить реально, только находясь прямо под ней. Это нельзя назвать недоработкой — у сильвов центры диагностики снабжены всем необходимым оборудованием для комфортной проверки из любого удобного положения, но их стандарты превосходят межгалактические. Так что приходится приспосабливаться. Именно с этими мыслями я закатывалась под двигатель на подкатном лежаке.

На деле я просто перепроверяла крепления, но с камер видеонаблюдения открывается прекрасный ракурс работы в поте лица. Особенно приятно, что лицо было скрыто под запчастью. И совсем неважно, что я паяла по воздуху. Технологии сильвов не выходят из строя, и уж тем более местными инструментами их не починить… Но все же я и в самом деле все тщательно осматривала — искала жучки и возможные инородные крепления. В двигательную установку суют чаще обычно — она спокойно выдвигается, и так просто в открытом космосе от жучков не избавишься.

Раздался щелчок. Это было слишком резко. Я абсолютно точно ни на что не нажимала. Более того, нажать не могла, лежа под поднятым двигателем. Но конструкция пошатнулась. Двигатель стал опускаться прямо на меня. Стопоры подо мной заклинило. У меня аж зубы скрипнули. Дело плохо… Тогда мне остается только…

— Э-н… н-н-н… и-э-э… е… к… д… д… д-т.

Вдруг раздались нечленораздельные звуки. Я была наготове, но все также резко, как и началось, остановилось… Двигатель просто перестал на меня опускаться. И этот голос… В помещении со мной был только Ладмин… Это он? Пытался сказать «нет»?

— Ф… Б-б… п-п-по… л. я… т..д..д-д..г..к…к-к-к… э?

По ходу, и в самом деле он… С каких пор он заговорил? И, видимо, решил спасти мне жизнь. Опять… У него хобби что ли такое? Хм… Он имел в виду «в порядке»? Я пригляделась. Он голыми руками удерживал двигатель, который весит полтонны… Какой же силой он обладает?..

— Да.

— Й… Т-т-д… и… э… э-э… е… г… з-з… а… т-ть.

«Держать»? Может, «я держать»? Его речь была совсем нечёткой. Даже речью это назвать сложно. Набор отдельных звуков, которые очень тяжело складывались в слова. Ладмин пытался произнести каждую букву, но язык будто его не слушался. После пластиары он и не должен его слушаться… Каким образом он вообще смог хоть что-то произнести?! И при всём этом Ладмин и в самом деле всё ещё держал двигатель…

Нет… Пошло всё в чёрную дыру. Я точно не буду его продавать обратно. Такой кадр упускать нельзя.

Я быстро, буквально одним движением выползла из-под мотора и встала рядом с ним. Он же всё ещё держал двигатель. Голыми руками. Со стороны даже для меня поражающее зрелище. А самое удивительное, что он даже не трясся от усилий. Было видно, что ему тяжело, руки напряжены… Но всё ещё мог продолжать его удерживать.

— Всё, можешь отпускать.

Ладмин аккуратно поставил мотор и развернулся ко мне. Его лицо было красным, и сложно сказать — от физической нагрузки или от смущения. Значит, он всё-таки и в самом деле заговорил. И всё очень даже хорошо понимает. Это не ручная зверушка, а человек, и при этом весьма умный, но всё равно мой. Ладмин же взволнованно меня оглядывал, похоже, и в самом деле переживал.

Он пальцем указал на мою руку и изобразил печать. Намекает на голографический монитор? Хочет написать?

Ну уж нет.

Хочу, чтобы он говорил.

— Теперь словами.

Ладмин растерялся и поднял свой потерянный взор на меня. Так жалостливо на меня ещё не смотрели… Всё-таки все его эмоции прямо налицо. Если хочу его оставить, то нужно приучать его говорить, тем более раз уж на какие-то звуки он способен.

— Х-х… Н. н-н-н… э… е-е… б…б-п… п-п… а… н-н… й… а-а… т… о…

Непонятно? Ну да, есть такое. Хотя если немного подумать, то в слова сложить можно.

— Так постарайся, чтобы было понятно.

— И… й… А-а… й… Т-т-т… Д… Т… а… О… Г-г-г… Л… Г… К…а…

Долго? Я долго?

— Я не тороплюсь.

Он замолчал и вновь растерянно уставился на меня. Было видно, как ему не нравится так говорить… Может, попробовать как с одичавшими животными? С ними нужно спокойно, даже успокаивающе… Как говорилось в одной статье, «показать, что опасности не представляю»…

— Ладмин, я же не собираюсь тебя наказывать или ругать. Расслабься, всё равно придётся ждать поддержку и им предъявлять.

Я всеми силами пыталась изобразить радушие.

Он кивнул и сам опустился на пол, уткнувшись в мои колени. Работает… Я сделала то, чего ни с кем и никогда не делала. Очень аккуратно… невесомо, чтобы его не спугнуть, погладила его по волосам. Если уж я решила его оставить, то нужно приручить. А волосы у него оказались удивительно шелковыми. Их даже довольно приятно трогать.

— Тс-т… д-д… д…а.

— Что значит «да»? — я попыталась сделать голос до невероятного мягким… Нужно показать ему, что всё в порядке.

А тактика и в самом деле работает… Напряжение в его плечах спало, он будто и в самом деле успокоился… То, что нужно. Я продолжала его гладить по волосам, подстегиваю к ответу… Пускай сосредоточится на них.

— И-и… А… й… А… б… П-п-п… А… В..Б… П… Л-л-л… Т… У…и…

Наверное, «я попробую»…

Вот и правильный ответ. Я даже улыбнулась уголками губ, не прекращая его гладить. Пускай продолжает…

— Зачем ты полез к двигателю?

— Н… Н-н-н… г… Э… е… Х…х… х-х-х. Э… А… д… Т..Е… Э… д-д-д… т… Б… в-з-в… И… Ы… П… б… п… А… З… С-с-с… С… Д…т… Л… л-л… А… Д… Т… Т… т..

Хм… «Не хотеть вы пострадать»? В письменном виде он вполне сносные предложения составлял… Выходит, выбирает выбирает слова, чтобы меньше говорить? Вполне логично, вряд ли он сразу сможет всё по-нормальному произносить.

— Как ты понял, что что-то не так?

— С… с-с…з…в… Ю… Г-г… К-к-к… — он запнулся. — Э…н-н. Б… П-п-п… Л… Л. Б-б… Бл… А… Б…. В-а… Ы… и… Л-а… Л… Н… И..

Звук неправильный? То есть он знает, какой правильный? Он раньше бывал на Офролее? Занимательно…

— Что с ним было не так?

— З…т… С-с… Г-к… Л… И… ы… Б… Б-п…

Скрип. Поразительно. А вот я никакого скрипа не слышала. Но во многих устройствах, особенно подъёма — скрип обычное дело… Это специфика механизма. Только если этот скрип не исходит оттуда, откуда исходить не должен. Выходит, он не просто слышит слишком хорошо, он по звуку может понять локацию источника?

Я хотела ещё его расспросить, но вошли менеджеры Офролея. В своей идеально выглаженной белой форме, с идеальной до волоска укладкой и, как всегда, с натянутой вежливостью. Они сами по себе очень похожи, разве что один низкий, другой высокий. А так на таких станциях нежелательно иметь какие-либо личные отличительные знаки… Я со скучающим видом слушала их, поглаживая время от времени Ладмина. Ну да, увидели по камере крайне нелицеприятную ситуацию, порочащую их репутацию… Они по шаблону выразили обеспокоенность и сожаление. Как же они сожалеют… Даже безразличное выражение лица забыли сменить и хоть ради приличия сделать вид, что это не заученный текст..

— Мы приложим все усилия, чтобы такой инцидент больше не повторился, — завершил низкий.

— Проведите меня к директору безопасности, — я не дала им так просто удалиться.

— Боюсь, это невозможно, но вы можете быть уверены, он уже разбирается с происшествием.

А этот низкий всё ещё стоит на своём. Что ж… Дам им ещё десять секунд на принятие правильного решения.

— Проведите меня к директору безопасности.

— Мы можем предложить вам купон со скидкой 10 процентов на следующее посещение…

Я не стала спорить. Просто достала из внутреннего кармана лазерный бэйстер и выстрелила. Тело менеджера рухнуло на землю. Голову напрочь растворил выстрел. Ладмин вздрогнул. Но крови даже не текло… Огрызок от шеи хорошо прожарился.

— Так вы проведёте меня к директору по безопасности? — обратилась я ко второму менеджеру.

Всё и так было предельно понятно… Эти идиоты и в самом деле решили, что на Офролее можно попытаться меня грохнуть. Я их переоценила… Попытаться меня убить в космоцентре… Где камеры и биометрия на каждом шагу. Сюда прилетают персоны разного уровня, стоимость кораблей которых может достигать состояния целой планеты. Разумеется, всё должно быть под контролем: действия механиков, персонала, инженеров, посетителей… Никому не нужны иски.

Офролей уже не один десяток лет держит репутацию.

И они решили меня попытаться грохнуть тут?

Это тупость или отчаяние?

Длинный менеджер вёл меня по коридорам. Он же не пытался больше со мной заговорить. Лишь кидал испуганные взгляды и «незаметно» жал на экстренную кнопку у себя в кармане.

Ожидаемо в кабинете директора по безопасности меня ждала стража.

Это место совсем не меняется. Директор был одет в вылизанный синий костюм. Седые волосы, серая бородка, всё ухоженное и, как всё в Офролее, выглядело совершенно. Стража положила руки на оружие, они были наготове, видимо, уже посмотрели с камеры видеонаблюдения, что произошло в зале. Наверное, мне бы стоило напрячься, но…

Как же это тупо… Могли хотя бы за это время выяснить, кто я. Для этого даже особыми умственными способностями обладать не нужно — всего лишь открыть мой клиентский профиль…

— Вы совершили убийство менеджера… — раздался голос этого индюка в костюме.

Я вздохнула. И почему я трачу на это время? Мне даже за это дополнительно не платят, но, видимо, как всегда, придётся разжёвывать, раз сами они этим заняться не могут.

— Он отказался выполнить требование, которое я повторила несколько раз. Я расценила его как соучастника преступления.

Я видела, что директор хочет ещё что-то сказать, но не дала ему закончить фразу. Зачем? Он снова будет лепетать бесполезный бред, который я уже слышала тысячи раз. У меня не было никакого желания слушать его — это и в самом деле пустая трата времени с одним исходом. Ничего нового этот директор мне не скажет, а учитывая, что он даже не удосужился узнать, кто я, то явно его интеллект на уровне ниже среднего.

— Передайте мне файлы ваших клиентских баз, видео с камер и данные биометрии. За этот год.

Это была не просьба, это был приказ. Прямой приказ. Его реакция была ожидаемой. Как и у всех людей, особо не блещущих когнитивными способностями и неспособных к логическому мышлению… Он рассмеялся. Стража, видя его реакцию, тоже начала ухмыляться. Ему нужно было просто открыть мой клиентский профиль и просмотреть его дополнительно, тогда бы он знал, с кем говорит. И над кем только что начал смеяться…

— Вы, должно быть, шутите… Вас сейчас поместят под стражу за убий…

Я достала своё удостоверение и открыла прямо перед его носом. Всё же читать он умел, так что первые строчки заставили улыбку исчезнуть с его лица. Больше в его кабинете никто не смеялся. Стража ожидаемо убрала руку с оружием. Нападать на меня явно себе дороже.

— Это я в случае отказа помещу вас под стражу, если вы не будете выполнять мои требования.

Причём это не было блефом. Их и в самом деле бы забрала стража в случае отказа выполнять мои требования.

— Вы?.. — Он мгновенно побледнел. — Просим прощения… Вышло недоразумение… Я… Мы… Извините за неудобства… Сейчас же перешлём…

Ну конечно же, «недоразумение»… Я просто жестом указала ему убраться со своего стола и села за его рабочее место. Мне проще самой было сделать все копии, заодно просмотреть всю биометрию, которая у них была за этот день. Хвост уже за мной и в самом деле был. И теперь я знаю этот хвост в лицо. Я сделала копию всех доступных данных, а биометрию имбецилов, которые решили совершить покушение, выделила крупным планом.

— Удалите это на своих серверах.

Всё же их пока рано светить. Сначала пусть посмотрит Паутина и уже сама с ними разбирается.

— Что? — Этот директор, как рыбка, стал открывать и закрывать рот. — Да… Конечно…

Я кивнула и одним неуловимым даже для камер движением прикрепила анрэиловый брэйз. Невидимая наклейка, которая позволит взломать их систему. Всё же мне нужен полный доступ, а не только эти данные. И разумеется, смотреть в кабинете при директоре безопасности, страже, камерах видеонаблюдения, которые были активны, я бы не стала. Да, у Офролее невероятная система защиты. Камеры и биометрия повсюду… И вероятно, никто не может их взломать. Никто, кроме меня.

Я вернулась в зал, где проводила диагностику. Ладмин был на том же месте. У меня даже появилось ощущение, что он и не шевелился с моего ухода. И явно боялся поднять на меня глаза… А вот тело уже убрали. Интересно, он напуган? Или просто в шоке? Я подошла к нему и потрепала его по голове. Может, это покажет ему, что на него я не злюсь? И пока ему ничего не угрожает… Ладмин же не дёрнулся, что уже хорошо.

— Иди на корабль. Выбери себе несколько книг из моей библиотеки. И возьми вещей на несколько дней.

— Д… Т… д-а… К..К..К-г… Г-г о… а…о… з. З..б.б. Б-п… а..з..С — з… а..

Он, видимо, пытался произнести «Да, госпожа».

Я тоже пошла, но вещи собирать мне было не нужно, вот всё необходимое для взлома системы Офролея как раз взяла. А именно физический ноутбук и кучу аппаруры для скрытие своего следа. Всё же голографические мониторы хоть и удобны, но для такого не особо подходят. Я вышла и стала ждать Ладмина. Он показался через пару минут, в одной руке неся свои вещи, а в другой у него была стопка книг.

— Мм… М-м. а… о..О..з..З..с..Ж..н..Н-н…а… Е..Э…Э-э…. Т…с. Т-т…Ы…

Я кивнула. А он с каждым разом говорит всё чётче и чётче. Репетировал, пока собирал вещи? Возможно, со временем сможет говорить как раньше. Хотя странно. Я хоть и не особо интересовалась модификациями рабов, но ни разу не слышала, чтобы можно было обходить пластиару…. Может, это связано с его расой?

Мы зашли в мой номер. Весь интерьер по последней технологичной моде. Абсолютно белые стены, мраморный белый пол, панорамные окна с видом на просторы космоса, устройство последних межгалактических моделей… Кресло, диваны, мини-бары и несколько разных комнат… Одна из которых спальня, кабинет, ещё одна спальня и, разумеется, санузел. Всё вычищено до блеска и буквально сияло. Впрочем, чего ещё ожидать от люкса?

— Убери вещи в комнату и возьми одну книгу.

Я же уселась на кресло. Ладмин вышел, держа одну книгу в руках. Я присмотрелась к названию «количественные методы классификации звёзд». Логично, учитывая, как он любит на них смотреть…

— Начинай читать вслух.

На его лице отобразился целый спектр эмоций. Страх. Стыд. Смущение. Боязнь… Чуть не дошло до паники…

— Я не могу.

— Читай, как можешь. Наказывать не буду.

Он шумно сглотнул слюну. Устроился у меня в ногах и нерешительно открыл первую страницу. Это сложно назвать чтением. Больше походило на заикающееся мычание разных звуков, где едва что-либо можно понять. Но я никак не комментировала. Просто дала ему шанс снова научиться говорить и ясно дала это понять. А воспользуется Ладмин им или нет — уже другое дело. У же меня было чем заняться. Я открыла свой ноутбук, вставила связующий модуль с анрэиловым брэйзом.

Внедрение в их сервер прошло успешно. Как ни странно, до сих пор используют кодирующую систему нулей и единиц… Хоть я и считаю ее устаревшей, но не могу отрицать её практичность. Даже мне пришлось попотеть, прежде чем я попала в засекреченные архивы. Тут было абсолютно всё. Полный доступ к каждому, даже незначительному файлу Офролея. Все документы, переводы, снимки, видео… Я не стала долго копаться и сделала полную резервную копию для Паутины. Разве что проверила, действительно ли стёрли информацию о моих несостоявшихся убийцах — и в самом деле, всё было оперативно подчищено…

Но меня интересовало совершенно другое… И у этого «другого» всегда одно имя. Дамлин. Неважно, каким было стирание, у меня осталась полная его биометрия. Я запустила программу сравнения. Через Офролею проходят буквально миллионы людей. У них есть рабы, питомцы, слуги… Хоть где-то же он должен засветиться. Программа работала медленно, анализируя каждый файл, каждый кадр, каждое даже мельчайшее совпадение, но результат, как всегда, был один.

«Совпадение не найдено».

Я закрыла ноутбук.

Это может длиться бесконечно… Но я всё равно его найду. В каждом своем путешествии, задании… Я всегда сверяю данные… Наверное, этого стоило ожидать и в этот раз. Никаких совпадений… Даже если на нем сейчас Печать Забвения, он же не мог просто исчезнуть? Хоть где-то Дамлин должен быть. Я до сих пор храню все данные о нем, биоматериалы, биометрию… И каждый раз сверяюсь с разными системами, но о нем нет ни единого упоминания, ни единого совпадения, абсолютно ничего. Это же невозможно. Я точно знаю, что он существует. Вопрос только где?

Очевидно, что хвост был. Даже не «очевидно» — это просто факт. Но, ясное дело, с Офролея они уже скрылись. Скорее всего, затаились вблизи и ждут, когда я вылечу, чтобы полететь за мной следом… Наивные идиоты. Паутину невозможно найти, даже зная, где искать. Попасть можно только по личному приглашению, а если такового нет… Что ж… Участь незваных гостей заканчивается крайне быстро.

Утром я неспешно собиралась, пришло время выдвигаться, но как-то было впадлу.

Столько лететь только ради одного личного разговора… Ладмин же внимательно за мной следил, хотя упорно делал вид, что разглядывает пол. Со вчерашнего вечера он притих. Видимо, все-таки инцидент с менеджером его напугал. В любом случае, у него будет время успокоиться.

Уже на выходе я обернулась к нему.

— Меня не будет около недели. Ты остаёшься тут. Еду будут приносить 3 раза в день. Читай книги — вслух. Выходить из номера не советую.

Вроде указания точные. Возможно, Ладмин хотел мне что-то ответить, но я уже ушла. Ничего сверхнепосильного я ему точно не задала. Все было довольно элементарно.

Так что он должен справиться.

Свой корабль я оставила на станции, ведь для моего «хвоста» он будет явным ориентиром. В Офролее есть возможность брать в прокат космические корабли для личного пользования. Всё логично — пока основной находится на ремонте, можно летать на арендованном. Этим я и решила воспользоваться. Всё равно нужно было бы делать пересадку.

Путь до базы занял два дня. Постоянные остановки, смены кораблей, отвлекающие маршруты… Хотя мой хвост так и остался на Офролее. Слежки не было… Но всего этого бреда требовал протокол. И спустя двое суток я наконец-то подлетала к Базе. Она находилась в открытом космосе и не имела ни одной точки ни на каких планах. Ее местоположение постоянно менялось. Да и сама она находилась в движении — это была космическая станция новейшего образца. Она имела вид ленты древнего Мебиуса. И даже с моим скептицизмом к разработкам Межгалактического союза… Выглядело это впечатляюще. Наверное, именно Паутина была ближе всех по технологиям к сильвам.

Я влетала внутрь, приземляясь на площадке. Меня тут же окружили десятки служителей, но стоило выйти с корабля, как они расступились, пропуская меня. Я кивнула.

— Моерзе где?

Один из толпы вышел вперед. Ясно, он будет провожающим. Шли мы молча. Вообще все служители были безмолвными. Младшим — мошкаре по градации — вводили инъекции для немоты. Старшие мушки обходились без этого. Доросшим до мухи позволялось говорить, если к ним обращаются. Коридоры были бесконечными. Это не Офролей, где всё красиво и изящно, сделанно на усладу глаз гостей… Тут всё было из высокопрочной стали. Видимых дверей не было. Только зная о комнате и как раскрыть стену, можно было пройти внутрь. Но даже если пройдешь, не факт, что сможешь выйти.

Служитель подвел меня к сплошной стене и провел по ней, рисуя тайный узор. Смысла запоминать не было — они меняются каждый день. Металл разъехался по бокам, образуя проход. Мой провожающий поклонился. Значит, дальше я иду сама.

Я прошла прямо и наконец-то добрела до кабинета. Любят же они скрытность…

— Извини, что пришлось вызвать тебя из отпуска…

Моерзе стоял перед иллюминатором. Это был импозантный мужчина, облаченный в кожу. У него явно свой стиль. Я даже не могла сказать, сколько ему лет. Видимо, использует особые технологии для продления молодости и вряд ли законные…

— Давай ближе к делу, — обрезала я его вступление.

Всё же мне еще двое суток лететь обратно. И задерживаться тут точно не хотелось…

— Ты не единственная, кому приходило послание. Все ситуации схожи.

Я так и думала. Это было вполне логично. Разослать сразу нескольким, чтобы хоть кто-нибудь попался в их ловушку. Вот только какая у этой ловушки цель?

— И скольким пришло?

— Еще двум.

— Поразительная осведомленность, но всё же обо всех они не знают. Основной вопрос — откуда у них шифр и как они узнали про Паутину. Уже вторично, что им от Паутины нужно и как они на нас вышли.

Моерзе даже я не могла назвать глупым. Он был умен. По-настоящему. И наверняка сам об этом задумался.

— Тут пока нельзя сказать наверняка, но…

— Но? — я приподняла бровь.

— Данные, которые ты отправила с Жерстрика, были обработаны. Все они — рабы.

Он посмотрел выжидающе на меня. А, видимо, мне нужно озвучить их цель…

— Они думают, что у Паутины есть способ избавиться от плазмы, — хмыкнула я.

Отчаянные идиоты…

— Именно… Статистика по побегам рабов растет. Мы за рабством не особо следим… Но если они рабы и так свободно передвигаются по галактике… Судя по всему, у них есть способ блокировать действие плазмы.

Рабы… Ну да, такая «гуманная» система не всем по душе. Но она есть. И уже укоренилась в обществе. А кто-то хочет всё изменить…

— Без помощи извне это невозможно.

— Именно… Поэтому пока их трогать не будем. Наблюдаем. Пусть сами нас приведут в свое логово. А мы срежем всё на корню.

В целом логично… Только меня же запрягут с этим заниматься…

— Еще вопросы ко мне есть?

— Нет. Можешь идти.

Я кивнула и вышла.

Ну всё.

Теперь у меня точно отпуск.

Пришло время возвращаться к отцу на Асмелиду.

Дамлин

Как такое вообще возможно… Она ведь и в самом деле моя истинная. Без смириады это ощущается практически кристально чисто… Но как?

После стольких лет рабства это выглядит как жестокая насмешка судьбы.

С ней рядом не было ненужных мыслей. Просто тишина. Успокаивающая, отгоняющая тревоги… Но… Она моя истинная пара… Это никак не укладывалось в голове. Смысла ей говорить нет… Да и новый донор голоса она мне не дала, так что, видимо, на диалог не настроена. Но даже если и сказать, вряд ли это будет иметь для нее значение. Для людей понятие истинной пары — бред. Иногда повод для насмешки или демонстрации «силы привязанности». Для своей истинной пары такие, как я, готовы на всё… Любой каприз, любое желание, даже если нужно рискнуть жизнью из-за мелочи. Самое ужасное, что и без плазмы я был бы в схожем положении… Просто по воле судьбы и… относительно добровольно.

Так что мне не оставалось ничего, кроме того как просто находиться рядом.

Станция Офролем. Вип. Да кто она такая?! Это же стоит целое состояние… Зачем тогда ей нужно было покупать практически утилизированного раба, если средств у нее явно предостаточно?

Чем больше я нахожусь с ней, тем больше вопросов. И ни на один из них я не могу даже предположить ответ. Что ж… Может, довольствоваться тем, что есть? Она не пытается сделать из меня животное. Не использует изощрённые методы наказаний. Не унижает. Я могу есть и пить в любое время. Заниматься в зале. У меня даже своя комната есть… И тем не менее всё это выливается в море вопросов…

Но я мог только наблюдать.

Я не мог понять, что не так с самого начала. Эти звуки… Они были неправильными. И еще не выветрился шлейф посторонних. Мне казалось, что это от менеджеров, если бы не уловил едва заметные ноты Жерстрика.

Время остановилось.

Всё стало происходить прямо как в замедленной съёмке. Двигатель стал опускаться прямо на нее. С его весом он непременно ее раздавит.

Сам не понимая как, но я крикнул. И кинулся вперед. Успел… Все-таки успел…

Я буквально впился в него. Тяжело… Но мне под силу его удержать. Тем более ради истинной пары.

Ладно, она же и так знает, что я не человек… Вряд ли ее удивит, что я смог удержать двигатель. Но сильнее меня озадачило то, что вырвалось из моего рта. Это было непроизвольно… Я просто хотел предупредить ее хоть как-то и… Язык по-прежнему не слушался. Но теперь он хотя бы едва шевелился. Совсем чуть-чуть, ощущаясь как неподъемная ноша… От каждого звука горло сдавливало спазмом… Но это были реальные звуки.

Она не смеется? И в самом деле понимает, что я хочу сказать? Это странно… Но я и в самом деле пытался говорить. Простые слова. Хоть что-то. Удивительно, что она все понимала. Я бы ничего не разобрал из своей речи.

Я едва не вздрогнул… Это… Ее рука в моих волосах. Она меня гладит?.. Это… Еще страннее. Что на нее нашло? Зачем? Хоть в этом и есть что-то приятное, ощущение сюрреалистичности происходящего никуда не уходит.

Эти менеджеры. Они всегда такие. Даже в мое время говорили что-то подобное. Интересно, через сколько госпожа поймет, что разговаривать с ними бесполезно?

Тело упало.

Я не успел понять, что произошло. Никто бы не успел. Это…

Вот так просто? Она же убила человека. И как ни в чем не бывало пошла за другим менеджером?

Я едва сдерживал дрожь, стараясь не смотреть на нее. Это… Как?.. Неужели отказ от ответа равносилен жизни? Даже лицо было трудно держать.

Я многое видел. Но больше всего меня пугало выражение ее лица. На нем ни сожаления, ни раскаяния, ни наслаждения… Она это сделала так, словно это ничего для нее не значило. Жизнь другого человека для нее ничего не значила. И это было ужасно…

Еще страннее, что вернулась она тоже как ни в чем не бывало. Как такое вообще возможно?! Кто она? Это даже членам Совета не позволено. Они бы так просто не отделались.

За эти годы я, конечно, отстал от происходящего… Может, это вошло в норму? Как следить за ними, когда сам не в себе и накачан смириадой? Да и простого доступа ни к чему, откуда можно было бы получить новости, у меня не было… Только несколько раз случайно узнавал. Так что… Эта вселенная и в самом деле могла измениться до неузнаваемости.

Если в ее голографическом мониторе не было ошибки, то… Я напряг память. Дата… Дата на ее рабочем столе всплыла перед глазами.

Прошло где-то десять лет.

Треть моей жизни.

Это больше, чем я провел на Асмелиде, которую стал считать домом.

Это практически столько же, сколько я был на своей родине. Это… В разы меньше того, сколько я был капитаном.

Я настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил ее прощания.

И… Она ушла.

Это… Могло бы быть славным временем. Спокойным. Один в номере — спи сколько хочешь, хорошо кормят, нет никаких приказов и необходимости унижаться… Но стоило ей уйти, как меня затрясло. Перед глазами вновь всплыло тело того менеджера. Хоть крови и не было… Но смерть и без неё полна ужаса. Одна эта картина потянула за собой другие.

Эти воспоминания… Они всегда были при мне. Просто под смириадой… Все было мутно… Без нее кошмары приходили каждую ночь, но в присутствии госпожи было спокойно. И вот она ушла. Я один. Наедине со своими мыслями и прошлым. И это… невыносимо. Тишина была хуже любого крика. В одиночестве не осталось никаких преград. Ни единого уголка покоя. А где-то из темных глубин раздался рык.

Я вновь переживал самые ужасные события раз за разом. Им не было ни конца ни начала. Все сливалось в одну нескончаемую череду боли, ужаса и унижений. Они возвращались с новыми деталями, о которых я предпочёл бы не знать никогда. Но память… Она подкидывала момент за моментом…

Я всегда был частью происходящего, знал, что это было со мной, но не осознавал этого. Бежать было некуда.

Не знаю, сколько времени прошло, но мой взгляд смог сфокусироваться на книге. Точно… Она же дала мне их…

Я взял первую попавшуюся и стал читать. Вслух. Чтобы хоть эти несвязанные звуки заглушили мысли.

Слово за словом, страницу за страницей… Когда прочитал все, начал по новой уже прочитанные. В какой-то момент звуки все стали складываться в слова. Все также тяжело, язык еще плохо слушался… Но хоть что-то сказать я мог.

А дни тянулись нарочито медленно.

Так что я продолжал читать и снова читать… Лишь бы чем-то себя занять, чтобы ничего не вспоминать.

Она вернулась.

Шум в голове затих.

Тревога отступила.

Воспоминания вернулись в глубины разума.

Рык стих.

Это просто от ее присутствия?

Потому что она моя истинная пара?

— Собирайся, мы уходим.

Я даже обрадовался этому приказу, мне и самому уже было невыносимо находиться внутри этих стен.

— Да, госпожа…

Я сказал четко и даже практически своим голосом.

Вау, не думал, что она умеет удивляться. Так выглядит даже миленькой. Уголки моих губ дрогнули, но я тут же себя одернул и натянул отсраненную маску.

Не стоит выводить ее из себя — тело того менеджера все еще было у меня перед глазами. И кто знает, может, мне предстоит занять его место…

— Так ты за неделю членораздельно заговорил?

— Да, госпожа…

Прошла неделя?

Я как-то не считал…

— Только два слова? — она приподняла бровь, разглядывая меня.

Я напрягся… Говорить и в самом деле все еще было тяжело. Даже больно. И не факт, что это хоть когда-нибудь пройдет. Все же пластиару делают, рассчитывая на постоянный эффект.

— Не только… Просто… Больше двух… Тяжелее… Госпожа…

И это было правдой. Два слова без задержки — пока мой лимит. Ну хоть уже слова, а не просто звуки.

— Не удивительно, — она кивнула.

Не сочла это забавным, и на том спасибо… Вообще поразительно, что она довольно терпимо относится ко мне, хотя менеджера, явно стоящим по иерархии выше, убила без промедления… Это так странно…

На корабль мы вернулись молча. Без проблем взлетели, даже без задержания ее за убийство… Это и в самом деле сошло ей с рук. Я же тихо зашел в библиотеку, чтобы вернуть книги. Госпожа уже была там, видимо включив автопилот. Мой палец непроизвольно задержался на корешке книги. Последняя, которую я поставил на полку. Хоть я и запомнил ее наизусть, но расставаться не хотелось. Когда еще мне предоставиться возможность почитать? Никто из хозяев этого не позволял. Даже за вопрос наказывали.

И все же… Бумажные книги… Внутри галактики их уже крайне редко используют. Они сохранили свою популярность только на Асмелиде… В остальных мирах все предпочитают информационные носители. А у нее есть целая библиотека внутри корабля…

— Хочешь что-то спросить?

Я вздрогнул от неожиданного вопроса.

— Можно… иногда читать? — тихо спросил я.

Она задумалась? Хм, а я ожидал однозначный отказ. Или смешок. Может даже наказания…

— Только тут и очень аккуратно.

Я вопреки всем правилам поднял на нее взгляд и уставился прямо в эти зеленые глаза.

Серьёзно? Она разрешила?

— Спасибо, госпожа…

Только и мог ответить я. С трудом все же отвел его на виды космоса из библиотеки.

В иллюминаторе мелькали созвездия. Я их знал… Они были слишком знакомые.

И этот маршрут… Я его помню. Но… Разве это возможно?

— А куда… мы летим?

Вопрос сам вырвался из моих уст.

И, кажется, в этот раз ответ я все же уже знал.

— На Асмелиду.

Да быть этого не может…

15 лет назад

Поместье Ле Шадо погрузилось в тишину. Целых два года затишья. Смерть Герила разорвала на мелкие улочки привычный уклад. Его имя больше никто не смел упоминать. Это было негласным табу. Иронично, что навеки запечатленный в истории член рода Ле Шадо стал безмолвным призраком в когда-то его родном доме. Его тень давила на всё вокруг, его прекрасно помнили. Саманта Ле Шадо так и оставалась в пансионате для душевнобольных. Ее отсутствие формально объясняли «отдыхом после потрясения», но все, начиная от слуг и заканчивая высшим светом, знали правду.

И только жизнь Корнелии, казалось, никак не изменилась. Все вокруг все также не обращали на нее внимания. Разумеется, все, кроме Дамлина, с которым девочка проводила свободное время. Отец даже выделил им отдельную мастерскую, где они экспериментировали со списанными запчастями. Там она могла проводить сутки напролет, разве что учеба отвлекала.

Занятия с преподавателями ей быстро наскучили. Хоть они стали регулярными и приходящие специалисты брали в оборот ее умственные способности, прохождение тем все равно шло для нее невероятно медленно… Корнелии не нужно было их разжевывать и объяснять элементарные вещи, но учителя исправно этим занимались. Раз за разом, а в иной раз могли и отчитать за успешное прохождение, ведь «так быстро материал не мог устроиться…». Поначалу Корнелия подыгрывала и делала вид, будто Но в какой-то момент ей это так наскучило, что девочка перестала притворяться. Такая «учеба» для нее была пустой тратой времени. Она сама за час в библиотеке больше материала поймет и усвоит… Жаль только, библиотека не резиновая и скоро книг по нужным ей темам не останется. И это не могло не угнетать. Корнелия хотела общаться с Дамлином на равных, чтобы он наконец-то понял, что она взрослее своих лет… И пока только через свои знания девочка могла это показать. Но

— Корнелия, вы меня слушаете?

Девочка подняла глаза на преподавателя. Очередное занятие, очередные задания, которые она могла просчитать в уме… А этот напыщенный тип в очках и бабочкой разжёвывал их, будто Корнелия умственно отсталая. Она даже и не думала его слушать. Весь учебник, по которому он преподавал, был пройден ей еще в прошлом году.

— Мы можем перейти к другой теме? — все же спросила девочка. Сегодня ей даже не хотелось делать вид, будто она вовлечена.

— Что? — растерялся преподаватель. — Мы же только начали прохождение…

— Я занималась сама и уже эту тему знаю… — Корнелия отвечала довольно вежливо, помня о камерах отца по всему поместью. Ее плохое поведение могло негативно сказаться на дальнейшем времяпровождении с Дамлином, поэтому она сдерживала свои порывы.

— Что ж, решите задания по этой теме… — он быстро распечатал копию контрольной работы.

Корнелия со скучающим взглядом прошлась по номерам. Это был целый лист с дифференцированными уравнениями свободных колебаний. Слишком просто для нее. Девочка управилась меньше чем за 10 минут, и то, потому что для «правильного выполнения» нужно расписать решение, а не просто написать ответ.

— Хм… — чем дольше преподаватель проверял выполненную работу, тем выше поднимались его брови. — Ни единой ошибки… Тогда и в самом деле перейдем к следующей…

— И следующую я тоже уже прошла.

Все эти бесполезные занятия надоели. Ей просто хотелось поскорее к Дамлину.

— Тогда… — он начал листать учебник.

— Я изучила весь учебник вместе с дополнительными материалами. Можете не утруждать себя поиском темы посложнее.

— Эм… — он медленно впадал в осадок, столкнувшись с тотальным непониманием происходящего. Как эта девочка могла знать чуть ли не весь материал, который он преподавал? Тем более на таком высоком уровне…

Пока преподаватель находился в рефлексии, зашел лорд Ле Шадо. Все же после отсутствия нормальных уроков у дочери до 8 лет он пытался загладить произошедшее, так что регулярно просматривал камеры с ее занятиями и время от времени заходил, дабы убедиться, что все в порядке. Корнелия не особо шла с ним на контакт. Отвечала по мере необходимости на его вопросы, приходила на мероприятия, если он звал, ездила в поездки (при условии, что и Дамлин поедет), но не более. Ее собственный отец не особо интересовал девочку, но и отношения с ним портить было нецелесообразно, ведь при желании он мог ограничить общение с Дамлином.

— Как у вас проходят занятия?

— Мне… нечему ее учить. Она уже знает всю программу, которую я преподаю, — удрученно признался преподаватель, сняв с себя очки.

— Но вы же преподаете в универе…

— У первых курсов, — кивнул он, начав собирать свои вещи. — Но с ее знаниями она уже спокойно может поступить в университет или академию… Причём экстерном закончить первые курсы. Если хотите, чтобы ее научили чему-то новому, то ищите преподавателей… Другого уровня.

Ему тут больше делать нечего, поэтому он ушел.

Корнелия проводила его взглядом.

Ничего нового.

— Это был уже 6-й преподаватель за два месяца…

— Я могу сделать вид, что не знаю эту программу, он может сделать вид, что учит меня, — она пожала плечами.

— Нет, я… — лорд осекся, понимая, что ничего такого дочь и не сделала… — Корнелия, почему бы тебе не торопиться с изучением?

— Я и не торопилась. Это просто очевидно.

Мандерил потер виски — как и ушедший преподаватель, он не знал, что ей ответить. А Корнелия поняла — это идеальный момент для вопроса, который она давно откладывала.

— Мне проще самой заниматься. Можно мне компьютер?

Обычно детей на Асмелиде к ним вообще не допускают. В высших кругах дарят на совершеннолетие в шестнадцать. И то отечественные с ограниченным доступом ко многим ресурсам. Но Корнелия уже изучила большую часть библиотеки. Приглашенные преподаватели особо ничему не могли ее научить. А с компьютером… У нее будут развязаны руки.

— Я изучила всю теорию по пользованию. С ним мне будет проще учиться. Ведь с отечественным я ни на какие плохие ресурсы не зайду. Тогда и преподаватели будут не нужны…

— Я подумаю.

Глаза девочки загорелись. Отец не отказал. А это значит, что скоро ей преподнесут подарок.

В техническом отделе Дамлина не было. В мастерской тоже. Корнелия разочарованно вздохнула. Казалось бы, освободилась пораньше, но пользы никакой.

Девочка раздраженно посмотрела в окно… Если так подумать, то он мог быть и в городе. Даже не «мог», а, скорее всего, в городе. Как Дамлину исполнилось пятнадцать, отец разрешил ему самостоятельно покидать поместье. Корнелии же до такого еще расти и расти… Да и даже если она достигнет совершеннолетия, вряд ли сможет так же свободно самостоятельно уходить в город. Там уже будет муж, который имеет право ограничить передвижения жены. Все же Асмелида слишком консервативная. Да, формально никто никого не угнетает, женщины могут получать образование и даже в теории выйти на работу. Но ключевое слово «в теории». На практике же лишь половина полноценно заканчивает образование, а занимающиеся карьерой сущие единицы. В большинстве же своем женщины посвящают себя семье, занимаясь детьми и ведением хозяйства. Причем во всех слоях населения. Даже та же Саманта, имея хорошее образование, всю свою жизнь посвятила детям и мужу.

Корнелии же это совершенно не нравилось, ведь еще лет 5, и ее начнут водить на знакомства с потенциальными женихами… И вряд ли среди них будет Дамлин. Все же в Асмелиде брачный возраст начинается с 16. О том, что Корнелия внебрачный ребёнок, знают все, но лорд еще до рождения признал ее официально и дал свою фамилию, а поскольку девочка, то и в наследовании никакого участия не принимает.

Девочка тряхнула головой — она уж точно к тому времени что-нибудь придумает, чтобы избежать брачную участь, ведь если она и выйдет замуж, то только за Дамлина. Никого другого и быть не может.

Она уверенно шла по коридору. Корнелия знала все схемы поместья, мало охраняемые ходы, время смены стражи… Беспрепятственно выйти не составила труда, да и не было за ней такого жесткого надзора…

И наконец… Город. Раствоин.

Вообще все города Асмелиды гармонично в себе совмещали в себе средневековые мотивы и технологии. В верхней части города, где обитали довольно зажиточные жители, улочки были вымощены из белого камня, здания без излишеств с очень аккуратной лепниной, а через каждый квартал проходили аллеи с живыми растениями и вечно цветущими деревьями. И одновременно с этим по улицам летали почтовые электроны, были широкие дороги для карет без лошадей и машин…

Тут Корнелия не особо выделялась. Любой, кто взглянул бы на нее, принял бы за простого ребенка, который просто отошел от родителей. Но чем дальше она спускалась по улицам, тем мрачнее становилась атмосфера. Кареты остались далеко. Как и здания с лепниной. Садов больше не было. Настали настоящие трущобы. Вот здесь она стала белой вороной. Недоразумением, что по ошибке забрело не туда…

Только девочка шла сюда намеренно.

Ей хотелось проверить сразу несколько вещей. Во-первых, насколько карты города совпадают с теми, что она изучала. Пока все было согласно тем схематичным чертежам, но вдруг трущобы отличаются?

Во-вторых, до этого дня Корнелия никаких прямых проблем отцу не доставляла. Вела себя в рамках приличия, специально ни на что не нарывалась, да и внимания к себе не привлекала. А сейчас нарушила правила, о которых прекрасно знала. Как отец ее накажет? Ведь вечно «послушной девочкой» она не будет. Рано или поздно у них произойдет настоящая ссора. И что будет тогда? Ей нужно было узнать заранее, что она ставит на кон, вступая в конфликт.

У Корнелии было несколько вариантов. Самый худший и наиболее вероятный из них — ограничение общения с Дамлином. Поскольку это первая ее «выходка», то ничего серьёзного он не предпримет. Тем не менее его угроза или предупреждение зададут динамику для всего последующего…

А ещё… Сможет ли Дамлин ее найти? Корнелия уже давно догадывалась, что у него есть особые способности. Да и сам он вряд ли человек. По крайней мере, точно не чистокровный. Он как-то мог узнавать о происходящем в поместье. При этом доступа к камерам у него не было — отец бы с ним не поделился, да и сам он не стал бы их взламывать. И тем не менее ее друг слишком много знал. Напрямую Корнелия ничего не спрашивала, но продолжала молча наблюдать. Его случайные оговорки, фразы и вопросы, которые бы не возникли у него, не услышь он «лишнего». Порой девочке казалось, что он может видеть мельчайшие детали механизмов без микроскопа. Так каков предел его сил? Где границы дистанции, о которой он может узнать? По силам ли ему спасти ее из трущоб?

Корнелия беззаботно бродила по городу, отходя все дальше и дальше от благоприятных районов, прекрасно зная, как это выглядит: девочка в довольно богатой одежде и совершенно одна идет в трущобы. Совсем уж без защиты она, разумеется, идти не стала — в складках платья был припрятан электрошокер вместе с парой самодельных устройств. Только для чистоты эксперимента использовать все это Корнелия планировала в самом крайнем случае. Если Дамлин не придёт… Или если его физическая сила не такая масштабная, как Корнелия предполагала… Все же ей не хотелось, чтобы из-за ее выходки Дамлин пострадал. Так что запасной план у нее был и не один.

— Потерялась, малышка?

Скрипучий прокуренный голос раздался совсем рядом. Корнелия подняла голову. Как она и рассчитывала… Не прошло и часа, как на нее вышли ребята лет 16, похожие на бродяг. Их было трое, и смотрели они на Корнелию, как на внезапно упавший кошель с золотом.

— Вовсе нет. Благодарю за ваше беспокойство.

Она прекрасно понимала, что так просто они от нее не отстанут. Да и ей не нужно было, чтобы они отставали. Лишь немного потянуть время — дать Дамлину возможность услышать…

— Не, ну вы ее слышали?

Эта шайка гиен загоготала. Они стали постепенно окружать девочку, отсекая путь к отступлению. Корнелия же спокойно на них смотрела, незаметным движением нащупав электрошокер. Ребята же не торопились — это была настоящая стая хищников, которые почувствовали, что жертва уже в их когтях. Все складывалось даже лучше, чем она планировала…

— Идем с нами.

— Не хочу.

Корнелия беззаботно пожала плечами, даже не гадая, что им нужно. Она и так знала — похитить и запросить выкуп. Раз она так одета и спустилась из хорошего района, то «любящие родители» уж точно неплохо им заплатят.

— Тебя не учили слушаться старших?

— Вы не намного старше меня, — парировала Корнелия, крепче сжимая спрятанный электрошок.

Одного из бродяг этот ответ выбесил, и он потянулся, чтобы схватить Корнелию. Девочка застыла. Пора или нет? Может еще потянуть время? Неужели Дамлин все-таки ничего не услышал?

Электрошокер в складках казался все тяжелее. Она уже нажала на переключатель, как поняла…

Его рука так и не приблизилась к ней, хотя уже должна была схватить.

— Отошли от нее.

Корнелия распахнув глаза уставилась на темный затылок, который возник прямо перед ней из ниоткуда. Дамлин. Он все-таки ее нашел. И его вид…

Корнелия никогда его таким не видела. Пусть и растрёпанный, но впервые Дамлин выглядел по-настоящему злым.

Она буквально чувствовала, как воздух сгущается от угрозы, которая исходила от него. Дамлин с силой. Чуть ли не до хруста костей сжимал все еще зависшее в воздухе запястье.

— Ты еще кто? — чуть ли не взвизгнул неудавшийся похититель. Его «сообщники» многозначительно переглянулись.

— Мне повторить? — он сказал это тихо, но от того угроза в его голосе стала по-настоящему зловещей.

Дамлин стукнул по каменной стене кулаком. Та от одного удара пошла трещинами. Этой демонстрации хватило, чтобы спугнуть шайку.

— Валим…

Они свалили так же быстро, как и появились. Пара минут, и даже их след простыл. А Корнелия так и смотрела в искреннем восхищении на Дамлина.

— Дамлин… — дрожащим голосом проговорила девочка и кинулась на него, распахнув руки для объятий.

Не то чтобы она испугалась — все пошло по ее плану… Корнелия просто не хотела упускать возможность обнять Дамлина. Хоть они и проводили много времени вместе, но он практически не допускал фамильярных жестов. Это была четкая граница, которую он не пересекал и, более того, не давал пересечь девочке.

Но сейчас… Дамлин не такой человек, который будет отталкивать девочку, на которую только что чуть не напали. Чем и внаглую пользовалась Корнелия, пока он стоял, напрягшись от неожиданности.

— Корнелия… — он вздохнул, но его тон изменился — от ярости не осталось и следа. — Ты же не напугана?

— Не особо, — вздохнула и отпустила руки.

Глупо было с ним спорить. Да и еще пара секунд, он бы сам пусть и аккуратно, но отодвинул бы ее от себя.

— Знаешь, мне кажется, я не удивлюсь, если ты эту шайку и подговорила напасть… — мальчик говорил это без злобы, поправляя растрёпанные волосы. Видимо, бежал сюда со всей скорости.

— Не, они сами… Я только моментом воспользовалась.

— Какой ужас…

— Извини… — вздохнула Корнелия.

— Больше не будешь так делать?

Дамлин не уточнил, что именно он имеет в виду. И даже не стал спрашивать, как и зачем она вышла в город. И тем не менее на все это у Корнелии был один ответ.

— Ты хочешь, чтобы я ответила правду или то, что ты хочешь услышать?

— Корнелия, пожалуйста…

— Я могу пообещать, что никогда ничего плохого тебе не сделаю… — она отвела взгляд и уже тише добавила. — По крайней мере, не совместимого с жизнью.

— Это определённо успокаивает… — фыркнул Дамлин и кивнул на улицу, по которой Корнелия сюда вышла.

Добрались обратно они намного быстрее. В конце концов, до трущоб девочка шла нарочито медленно, чтобы собрать больше внимания. А рядом с воротами в поместье уже ждал лорд Ле Шадо. Корнелия не удивилась. Наверняка охрана или он сам по камерам заметили ее отсутствие, ведь хоть и вышла она без проблем, но и не особо скрывалась. Даже наоборот, сделала так, чтобы в конце концов ее уход обнаружили.

— Корнелия, и как это понимать?

— Я испугалась, что Дамлин потеряется… — совершенно без раскаяния ответила девочка.

— А о том, что ты сама можешь потеряться, ты не подумала?

Корнелия пожала плечами — она знала карту города наизусть, средства самозащиты у нее были. Но посвящать в это отца не собиралась. Ей нужно было увидеть его реакцию. Какие последствия будут от ее выходки?

— Ничего не случилось? — Мандерил Ле Шадо перевел взгляд на Дамлина.

— Нет… — к удивлению, девочки он соврал. — Все в порядке.

— Корнелия, иди к себе. Сегодня никакой мастерской.

Что и требовалось доказать. В качестве наказания отец будет лишать ее времени с Дамлином. Корнелия кивнула и ушла, молча сделав все выводы сегодняшнего дня.

Вопреки произошедшему, на следующий день Мандерил Ле Шадо подарил ей не компьютер, а ноутбук, что тоже было неплохо. Устройство было последней модели и явно стоило целое состояние. Корнелия в этот раз даже радость не изображала — она и в самом деле была рада. Так что, когда отец раскрыл руки, девочка без долгих раздумий обняла его. Приятного, правда, в этом было мало.

Он откупился от нее этим подарком, махнув рукой на подбор достойного преподавателя. При желании он мог бы найти. Мог бы увлечь дочь в отрасль культуры и духовных наук… Но он предпочёл пойти по простому пути. Впрочем, как всегда… Корнелия же видела его насквозь и давно не тешила себя надеждами на любящую семью. Порой ей казалось, что так даже лучше — она могла без особого труда обводить всех вокруг пальца. Вот только этот подарок запустил целую цепочку событий, которые перевернули жизнь Корнелии на все сто восемьдесят градусов.

Попрощавшись с отцом, девочка даже не стала открывать сразу подарок. Вместо этого она потащила его в мастерскую. Уже там, сидя в слепом угле от камер, взломала модули ограничений и контроля, переустановила всю внутреннюю систему. Корнелия не лгала, когда говорила, что изучила теорию пользования. Она и в самом деле это сделала. Только не упомянула, насколько глубоко. Конечно, на сто процентов в успехе данной «операции» девочка не была уверена, но с самого начала решила попробовать.

Получение ноутбука было лишь вопросом времени. У девочки было два плана. Просто попросить у отца, и если повезёт, то он купит. А если не повезёт… Она бы собрала его сама. Недаром столько времени проводила в мастерской. Конечно, в основном из-за Дамлина… Но попутно, незаметно, отбирала нужные запчасти. И рано или поздно смогла бы собрать всё необходимое для своего компьютера. Заодно разобралась, какая часть за что отвечает, что можно отключить, а что взломать и настроить под себя.

Ей сыграло на руку, что Дамлина пока не было. Она даже знала, где он — мальчик часто бывал в кабинете ее отца. Ей нужно было узнать, что они обсуждают. У нее были предположения, но хотелось все увидеть и услышать самостоятельно.

А еще… Через межгалактические сервисы Корнелия смогла бы понять, что же произошло в день смерти Герила. В доступных ей источниках Асмелиды абсолютно ничего не было. В межгалактической сети же были совершенно несравнимые объемы данных. Там должно быть хоть что-то, хоть какое-то объяснение. Из-за чего она тогда зависла в воздухе? Как избежала взрыва? Как смогла приземлиться?

С того дня она пыталась найти ответы в книгах, но все сводилось к глупым сказкам. О реальных фактах и задокументированных событиях ничего не было. Корнелия даже пыталась прыгать с лестницы, чтобы возобновить атмосферу… Как итог, новые синяки с ссадинами и никакого повторного зависания в воздухе.

Она даже замеряла все свои показатели и отслеживала любые изменения в организме. Только вот в ней особо ничего не изменилось. Разве что она стала мерзнуть. Буквально. Даже в жаркую погоду ей было немного прохладно. А в зимнее время года девочка спала сразу под пятью одеялами. Но насколько это можно отнести к странностям? Бывают же люди, которые всегда мерзнут?

Сколько Корнелия об этом не думала, слишком нелогичная взаимосвязь между этим всем. Поэтому она списала всё на личную особенность организма.

И вот теперь Корнелия сидела в руках с включенным ноутбуком. Сначала ей нужно потренироваться взламывать. Поэтому первый этап — взломать камеры поместья. Это самый легкий уровень из того, что она запланировала. И если даже спалят, то ей за это ничего не будет. Максимум накажет отец, может, отберёт ноутбук… Но в этом случае девочка вернётся к запасному плану и соберет свой с нуля. Заодно учтет ошибки, из-за которых ее заметили.

Юная хакерша достала припрятанную тетрадку, где уже полгода придумывала код для взлома. За годы в поместье она узнала модели камер, изредка наблюдала, как отец и стража входят в систему, училась быстро печатать на доске с вырезанными клавишами, а еще читала… На Асмелиде довольно примитивные книги по программированию, но это лучше, чем ничего.

Корнелия запустила сканер сетей, ее ноутбук уже был подключен к системе, так что сложностей не возникло. Через утилиту нашла несколько открытых портов. Оставалось только ввести нужную команду и обойти систему аутентификации… И вот… Получилось присоединиться к протоколу трансляции. У нее получилось… Девочка завершающим этапом установила бэкдор — постоянный доступ к данным камер видеонаблюдения.

И… Все и в самом деле прошло успешно.

Она уставилась на экран, перебирая настройки…

Видео есть. Кабинет Мандерила. Звук есть. Там как раз был Дамлин. Он спокойно сидел на кресле… И они… Пили чай?

Корнелия смотрела на это как на чудо света. Ее отец. Пьет чай. С Дамлином. В кабинете. И этот же человек с нежеланием приходил на семейные ужины, устраиваемые Самантой, на которых были его родные, законные дети… А с Дамлином устроил чаепитие…

— Думаю, я все же должен тебе кое-что сказать…

Дамлин отложил кружку чая и внимательно посмотрел на лорда. Корнелия же наблюдала за этим еще внимательнее.

— Два года назад я официально взял тебя под опеку.

Девочка скрипнула зубами. Это объясняло, почему Дамлин так спокойно живет в поместье. И она даже о чем-то подобном догадывалась, но вовсе не хотела, чтобы ее догадки подтвердились.

— Что?

Дамлин же растерялся, при всем своем сверхъестественном слухе не услышав вопроса.

— Ты все же еще ребенок. И просто так оставаться в поместье без законных представителей не можешь. Если бы нагрянула проверка, то тебя бы забрали в детский дом. Так что… Я решил оформить тебя под свою опеку, как приемного сына.

— Я… Спасибо…

Он даже не знал, как реагировать. Хоть и его родители были живы, но вернуться назад мальчик не мог, как и сказать о них Мандерилу Ле Шадо напрямую… Наверное, для него это и в самом деле было благоприятным исходом, но ощущалось крайне странно для него — при наличии матери и отца стать подопечным практически чужого человека.

— Не переживай, все останется как и раньше. — Лорд отпил чай, наблюдая за его реакцией. — Я ничего от тебя не требую… Просто… Я оформил ее незадолго до смерти Герила. Даже не успел сказать Саманте. А после…

— Я понимаю, вам не нужно объясняться… — кивнул Дамлин. Тема его родного сына не стала менее болезненной даже спустя время.

— Спасибо…

Они некоторое время пили чай в тишине, каждый думал о своем. Дамлин списывал их «чаепития» на некое замещение Герила. Лорд делился с ним своими размышлениями, снабжал всем необходимым, дал полный доступ к библиотеке и нанял ему преподавателей… При этом сам мальчик никогда ничего не просил. У него складывалось ощущение, будто Мандерил пытался дать ему все то, чего не смог дать Герилу при жизни. И, возможно, в чем-то он был прав. А может, и во всем сразу…

— Тебя точно не донимает Корнелия?

Если так подумать, именно с этого и начались их встречи. С Корнелии. Дамлин и в самом деле рассказывал, если у нее возникали какие-то проблемы… Но их практически не было. Если бы девочка поделилась с ним откровенностями, он бы смолчал. Да и Корнелия, будучи неглупой девочкой, прекрасно знала о существовании камер, так что секретами особо не делилась. Лорд же при желании в любой момент мог увидеть, чем они занимаются, подслушать через камеры их разговоры, что порой он и делал… Так что вопросы о Корнелии стали лишь формальностью. И все меньше и появлялись в их беседах.

— Нет, все в порядке…

— Ты уверен? Она же каждый день к тебе приходит…

— Все правда в порядке, я не чувствую какого-то дискомфорта. Да и она очень умная. С ней и в самом деле интересно.

Дамлин ничуть не врал. С Корнелией и в самом деле было интересно. К тому же и проблем она практически не доставляла. Напротив, всегда старалась подстраиваться под настроение мальчика, не досаждать. Со временем научилась настолько остро чувствовать малейшие изменения в его эмоциях, что Дамлина это даже немного пугало. Но ничего плохого же она этим не делала?

— Да… Только неясно, что с ее умом делать. Наверное, уже слышал, что шестой преподаватель ушел?

— Да, Корнелия говорила…

— Я все же решил подарить ей ноутбук… Так что, возможно, будет больше времени проводить с тобой… Если вдруг станет совсем надоедливой, ты мне намекни. Я поговорю с ней.

Корнелия, все еще наблюдавшая через камеры, сжала кулаки. Ее собственный отец, с которым она практически не общается, считает, что она может быть «надоедливой»?! Так еще и обсуждает это с Дамлином!

— Вы не переживайте, мне и в самом деле комфортно в обществе Корнелии. Никогда не встречал никого с подобным интеллектом.

И только этот ответ успокоил ее.

— Дамлин, ты же и сам умен. За несколько лет с нуля все освоил. Выучил несколько языков. Разобрался за пару месяцев, как ремонтировать технику, хотя рабочие этому учатся годы. Познаешь незнакомую тебе культуру…

Мальчик пожал плечами. Родители его с детства учили скромности, уважению и смирению. Для его крови эти качества крайне важны. Поэтому он никогда не выставлял свои способности напоказ. Для него это был не повод для хвастовства, а ответственность, которую он должен нести.

— Может, поэтому Корнелия к тебе и тянется?

— Может…

Он не стал ни отрицать, ни соглашаться, лишь плавно ушел от ответа, уставившись в отражения чая. Их самое большое отличие Корнелии в том, что, в отличии от него, ее никто и ничему по-настоящему не учил, не объяснял… Девочка большую часть времени была предоставлена самой себе и сама все познавала. Так, как считала нужным…

— Видишь ли… — вздохнул Мандерил Ле Шадо, и именно с этого «видишь ли» чаще всего начинались его откровения, а слушателем практически всегда становился Дамлин. — Карнлия даже мне немного рассказала о себе… Она была сильвой. Чистокровной. Ее мать, насколько я понял, из влиятельного рода. Ты понимаешь, что означает сильва, еще и из влиятельной семьи?

Он понимал. За это время успел ознакомиться не только с нравами Асмелиды, но и Межгалактического Союза.

— Это бы могло стать межгалактическим скандалом.

О Сильвере ходили целые легенды. Ее «поставки» на деле были пожертвованием страждущим. Доход от этого был явно по сильверским меркам крошечным, если они вообще его учитывали.

— Именно. Сильвера — единственная планета, которую буквально упрашивали вступить в Межгалактический Союз. Для них готовы были изменить правила вступления. Но они раз за разом отказывались. При этом в их поставках нуждаются все. Если бы моя связь с Карнлией вскрылась… И пусть даже просто дворянская семья отправила жалобу…

Дамлин кивнул. Планеты исключали из Межгалактического Союза и за меньшее. А за оскорбление сильвов санкции были бы разгромными. Сильвера чуть ли не единственная планета, которая не нуждается в союзе. Но все остальные планеты созависимы в этом симбиозе. И Асмелида не исключение.

— Но что она делала на Асмелиде?

— Убегала от своей матери.

— Разумно… — протянул Дамлин. — Асмелида все же держится обособлено от Межгалактического Союза, так что искать стали бы в последнюю очередь… Но почему?..

— Ее мать обладает и влиянием и силой. Карнлия же была слаба. Она не могла выносить амбиции матери, которая требовала от нее слишком много. Мне неизвестно, какие силы есть у сильвов… Но Карнлия обмолвилась, что она не дотягивала даже до самого низкого порога среднего уровня.

Мальчику очень сильно захотелось прикрыть лицо рукой, но из-за уважения к лорду он сдержался. Как его вообще угораздило переспать с сильвой?! И более того завести от нее ребенка…

— Даже если бы я и передал Корнелию ее бабушке, то… Вряд ли от Карнлии ей бы передались невероятные силы. К тому же я человек, так что ее кровь уже разбавлена.

— И она бы тоже не оправдала ее ожиданий… — закончил за него Дамлин.

— Поэтому я и держу ее от всего в стороне. Пускай лучше незаметно растет тут, чем вызывает вопросы…

На этом Корнелия обрубила связь. В ней клокотала чистая и уж точно ничем не разбавленная злость. Ее отец так откровенничает с Дамлином, будто-то он и в самом деле его сын… А Корнелию обсуждали, будто она маленькая тупая девочка. И эта «бабушка»… Герил тоже о ней говорил перед смертью. Выходит, она наполовину сильва?! И отец от нее это скрывал?! Но при этом рассказал Дамлину…

Эта ярость вылилась в необдуманный поступок. Она перешла ко второму этапу, который планировала провернуть лишь через пару месяцев. Взломать внутренний надзор Асмелиды и выйти в Межгалактическую сеть.

Корнелия первым делом на внутренних серверах отыскала несколько ключевых узлов. Именно с них начинается отфильтрованный трафик. И тем не менее, у Асмелиды, разумеется, есть канал связи со всем Межгалактическим пространством. Ей нужно его найти… Работа монотонная, но переключаясь от узла к узлу, получилось засечь исходящий сигнал. Вот оно… Следуя за ним, девочка вышла на шлюз. Это было близко. Еще чуть-чуть и выход в сеть будет готов. Она стала аккуратно, команда за командой, код за кодом, создавать зашифрованный туннель внутри этого шлюза. Он бы имитировал привычные запросы для внешних служб, а на деле маскировал трафик, исходящий из него.

Получилось.

Во второй раз…

Все ответы были у сильвов.

Так что Корнелия ввела первое слово в межгалактической поисковой строке «Сильвера». Вылез их официальный сайт. Она задумалась… Если это их официальный сайт, то можно отследить айпи адрес, откуда происходит обновления и… возможно зайти в их внутреннюю сеть. В ее планах изначально взламывать систему Сильверы не было. Она к этому не готовилась. И толком никакой информацией о сильвах не владела…

Даже не имея большого жизненного опыта, Корнелия всегда знала, что эмоции толкают людей на необдуманные поступки. Вот и сейчас… Девочка позволила гневу поглотить себя и без всякой подготовки, опьянённая легким успехом выхода в межгалактическую сеть, решила попробовать взломать базу Сильверы.

Но стоило ей нажать лишь на одну кнопку, чтобы начать, как пространство вокруг стало искажаться. Воздух заискрился. Сжался. А Корнелия…

Оказалась в абсолютно незнакомом месте.

— Вот же не иметься союзу. Очередная жалкая попытка проникнуть в нашу систему. Взломщика уже доставили на разъяснительную беседу?

Ваеридали Фейш Лейри Мади сидела на террасе из переливающихся камней, сияющих подобно хрусталю, но на деле прочнее алмаза. Лейрадис. Одна из самых дорогостоящих пород. В межгалактических просторах всего карат стоит целое состояние и даже больше. Тут же ими было украшено абсолютно всё. Один из самых драгоценных камней союза здесь же был просто подобен обычному мрамору. Им было выложено всё: полы, стены, парапет… Создавалось ощущение, будто она сидела в хрупкой стеклянной постройке, хоть эту «постройку» не пробьет и выстрел танка.

— Да, стража как раз встречает нарушителя, — с коротким поклоном ответил мужчина возле нее с низкой, убранными в хвост практически белоснежными волосами и глазами изумительно фиолетового цвета. Тваэйринд Форсе Гри. Он был в камзоле из легчайшей позолоченной ткани, которая даже на вид ощущалась невесомой. Тваэйринд подал ей поднос с напитками.

Дама хмыкнула, уже поднося охладительный напиток к губам, как… Внезапно бокал треснул. Повсюду прошла дрожь. По террасе из лейрадиса. На это мгновение всё вокруг нее и в самом деле показалось стеклом. Чужеродный бриз разлетелся легким дуновением. Только ветра не было. Всё это исходило откуда-то изнутри…

— Что это… — Мужчина пошатнулся от невидимой силы…

Глаза же женщины вспыхнули огнем. Это было нечто забытое, но тем не менее знакомое. И спутать это было ни с чем нельзя.

— Немедленно отзови стражу.

Ваеридали Фейш Лейри Мади поднялась, снимая с себя тяжёлую накидку, расшитую камнями, складывающимися в сложные переплетения узоров, и направилась к источнику.

Это был зал. Только таких она никогда не видела. Стены были из… стекла? Нет… Толще, как камень, но прозрачные и упирались в пол. В этой комнате не было люстр и светильников, но откуда-то исходил свет. И вокруг Корнелии были люди. В странных нарядах… Будто… воздушных? С неким подобием шлема из непонятного материала, из-за которого были только и видны их фиолетовые глаза.

— Ни с места.

Это был межгалактический. Корнелия, как и все народы, входящие в Союз, с самого детства учила межгалактический, помимо родного… Правда, из-за долгого отсутствия преподавателей она выучила его сама. Когда же появились учителя, ее уровень уже был довольно высок, и асмелидский преподаватель, в жизни не общавшийся на межгалактическом за пределами планеты, вряд ли мог научить хоть чему-то новому… А тут… был совершенный межгалактический. Без акцента.

— Где я?

Она постаралась звучать на межгалактическом тоже без акцента. Так же, как и они. Но страже явно не было дела до этого. Они ничего не ответили. И посвящать ее ни во что не собирались. Эти люди окружали ее, направив странные укороченные копья из черной стали. Их концы, мигнув, засверкали маревом, от которого пространство рядом искажалось. Корнелии и без объяснений стало ясно — это оружие.

В ней что-то перещелкнуло. Ведь если они выстрелят, то всё может кончиться. Мгновенно. Это… не то, чего она хотела. И не то, на что она расчитывала. Да и она вообще ни на что не расчитывала. Было глупо без подготовки вламываться в базу Сильверы. Но даже так… Всё не может кончиться на этом. Просто… не так.

Корнелия не сразу поняла, что произошло.

Всё было как тогда… Во время взрыва вертолёта. Только в этот раз Корнелия четко ощутила, как эта невидимая волна исходила из нее. Всего миг, и стража, окружавшая ее, с оружием рядом больше не было. Воздух дрожал и был сжат рядом с этими людьми. Они буквально были прижаты к стене и не просто прижаты, а вдавлены странной силой Корнелии.

Девочка не шевелилась, боясь, что даже мельчайшее движение собьет это что-то. То, что их удерживало, чем бы оно ни было. Тогда она лишиться своего единственного козыря. Эта стража тогда уж точно не будет с ней церемониться и в этот раз доведут дело до конца. Корнелия продолжала стоять, упорно думая, что же делать… И выхода не видела. Ни один из сотни вариантов развития событий ей не подходил…

Как вдруг она ощутила еще что-то… Инородное… Но и в тоже время знакомое… Это было просто незримое чувство. Практические прозрачное, неуловимое… Но вместе с этим и не чужое. И самое нелогичное, что никогда раньше испытывать она его никак не могла…

Раздался цокот каблуков. Уже потом распахнулись двери. Зашла женщина.

Корнелия все еще как-то удерживала стражу. Но с приходом этой дамы что-то стало обравать эту силу. Ниточку за ниточкой. Это она. Ее рук дело. Стража, вскочив, метнулась к оружию, чтобы вновь окружить девочку, но…

— Все вон.

Один ее жест остановил их всех. Тихие слова заставили моментально подчиниться. Никто не замешкался даже на секунду. Эта женщина была буквально живым воплощением слова «власть».

В комнате остались только они вдвоем. Ваеридали Фейш Лейри Мади не нападала, не приближалась ближе… Но Корнелия все еще чувствовала угрозу, витавшую в воздухе.

— Как твоё имя?

Девочка внимательно ее рассматривала. Сейчас она явно не в том положении, чтобы показывать характер, увиливая от ответа. У нее слишком мало данных о происходящем. Тем более что-то ей подсказывало, что уловки не сработают. Не с этой женщиной и не тут. Ещё бы понять, где это тут…

— Корнелия…

Корнелия нутром чувствовала, что эта женщина при желании сама может узнать правду о ней. Да и вряд ли она позволит вводить себя за нос. Так что девочка внимательно следила за ее реакцией.

— А твоей матери?

Вопросы про мать… Сразу же. Она о чём-то догадывалась. А может и не догадывалась — знала. Когда Корнелия с трудом пыталась понять, что вообще происходит…

— Карнлия.

На этот ответ бровь Ваеридали приподнялась. Ничем больше свои эмоции она не выдавала. Девочка вглядывалась в лицо женщины. У нее была идеальная кожа, ни единой морщинки. Глаза такие же зеленые, как и у нее. И светлые волосы убраны в изящную причёску, ни единого седого волоска… Но какая-то неуловимая деталь выдавала ее явно немолодой возраст.

— Карнлия… Видимо, это недоразумение все же смогло сделать хоть что-то стоящее…

Корнелия нахмурилась.

Они знакомы?

Если так подумать… Эта женщина чем-то похожа на Корнелию. Или Корнелия на нее. У них определённо было что-то общее…

— А вы кто?

Она не ответила сразу. Ее тяжелый взгляд в очередной раз прошелся по девочке, осматривая ее с ног до головы.

— Твоя бабушка.

Бабушка… Так это она? Но как она может быть так уверена? Не прошло и минуты, как они встретились… Корнелия же толком ничего о ней и не знала… Лишь немногословные упоминания от Герила и отца…

— Вы уверены? Вы даже теста на ДНК не сделали…

Это было слишком странно. Слишком неожиданно. Даже для обычно спокойной Корнелии все было из ряда вон выходящее. За меньше чем полчаса она узнала, что наполовину сильва, взломала внутреннюю сеть Асмелиды, оказалась в незнакомом месте и вновь появилась эта странная сила… А теперь еще и бабушка…

— Он мне не нужен.

— Но вы ни разу меня до этого момента не видели. Карнлию тоже не видели долгие годы…

Корнелия никак не могла понять, как можно определить родство одним взглядом.

— У тебя проявился геном сильвов. Зеленые глаза — отличительный знак нашего рода. И твою энергетическое поле я прекрасно чувствую. Оно очень похоже на мое.

Геном Сильвы? Выходит, эта женщина Сильва, а раз так… Она на Сильвере. У Корнелии всплыли слова отца, которые она подслушала через камеры.

— Но если я и сильва… То только на половину.

— Кто тебе сказал такой бред? — Ее… бабушка выразительно приподняла бровь. — Нет таких сильв «на половину». Ты либо сильва, либо нет. Чистокровная сильва — это не про чистоту рода, а про геном. И у тебя он прекрасно проявился.

— Разве я тогда не могу быть дочерью… другой сильвы?

Корнелия впервые поняла, какого это — когда голова кипит. Пусть девочка и не паниковала, не боялась, держала относительно спокойное лицо… Но все равно осознать все происходящее в данный момент было непосильной задачей. Даже для нее. Ее словно бросили в водоворот событий, который затягивал все сильнее и сильнее в свои пучины, на самое дно…

— Таких идиоток, как Карнлия, сбежавших с Сильверы, больше не было. И у «дочери другой сильвы» были бы фиолетовые глаза, — Ваеридали Фейш Лейри Мади едва заметно склонила голову.

— У сильвов только фиолетовые глаза?

— И у большинства светлые волосы, — она кивнула. — У организма минимальное содержание меланина.

— Как у альбиносов?

— У альбиносов это заболевание, у нас генетическая норма без сопутствующих заболеваний.

В зал вошел мужчина… Корнелия сразу отметила, как его одежда отличалась от стражников. Была изящной, легкой… И явно дорогой. Он, коротко поклонившись, не обращал никакого внимания на Корнелию, словно ее в этой комнате и не было. Девочка же ни единым жестом не показала недовольства. За годы на в поместье отца она к этому давно привыкла.

— Ваше… — было начал он, но под взглядом женщины осекся и прочистил горло. — Госпожа. Мы собрали информацию. И экспресс-тест ДНК…

Он явно не понимал, зачем тот нужен, хоть и словесно ничего не сказал. Только…

Корнелия нахмурилась. Как он понял, что нужен тест? Эта… бабушка всё время стояла с ней и ни с кем не связывалась.

Пока она об этом размышляла, Ваеридали уже достала из упаковки полоски, иголки и маленькое устройство. Одним движением женщина проколола себе палец, пролив каплю крови на полоску.

— На, — женщина протянула ей весь набор с полоской, пропитанной ее кровью. — Пока делай тест.

Корнелия повторила ее махинации и вставила две полоски в устройство. Запустился процесс анализа. Это было чем-то похоже на тесты, что были на Асмелиде… Только там такое занимало около суток. Тут же… Не прошло и минуты, как на маленьком экранчике высветилось число. 32 %.

Девочка подняла глаза. Эта женщина… И в самом деле ее бабушка. Та же даже не посмотрела на тест, слушая этого мужчину. Корнелия окрестила его для себя как «дворецкий», уж чем-то он был на него похож…

— Корнелия Ле Шадо. Незаконнорождённый дочь лорда, но формально признанная. У нее… — он зачитывал и зачитывал информацию про нее из своего планшета, который мало того, что выглядел стеклянным, так еще и парил в воздухе перед ним.

Не прерывая его, Ваеридали Фейш Лейри Мади поманила ее рукой и направилась к двери. Девочке не осталось ничего, кроме как идти за ней. Корнелия впервые почувствовала себя и в самом деле ребёнком. Это было не поместье, где она могла крутить всеми, не особо прилагая усилий. Здесь она едва ли что-то улавливала. Всё произошло так быстро… И девочка уж точно не была к этому готова. Она лишь шла за только что обретенной бабушкой и вертела головой, разглядывая и запоминая всё вокруг. Но едва ли ей это могло помочь. Всё было незнакомо. Слишком.

Этот коридор был словно сотворен из хрусталя… Поверх него лег рукотворный плафон из тончайших мазков серебра. Или серебренной краски. Корнелия внимательно следила за картиной. В ней определенно была скрыта история, которую у нее пока не получалось понять. С каждым шагом девочка старалась отмечать любую деталь. Здесь, как и в том зале, было светло, но никаких видимых источников света не было. И тем не менее с каждым их шагом коридор загорался дальше и дальше… Камеры Корнелия тоже не нашла, но даже не сомневалась, что где-то они были…

И пока они шли, этот дворецкий зачитывал чуть ли не всю немноголетнюю биографию Корнелии. Найти информацию про нее и взломать Асмелидские базы данных у них заняло всего лишь несколько минут. Возможно даже секунд… Да, она и сама довольно неплохо управилась с взломом системы, но они сделали всё в разы быстрее. Умом девочка понимала, что это логично, особенно учитывая слухи о Сильвере, но отчего-то всё равно было досадно…

Ее завели в очередной зал, чем-то похожий на тот, в который она переместилась сначала… Только тут были столы, а внутри стен аккуратно вырезанные отсеки полок. Их содержимое было слишком непонятным даже для Корнелии, как бы она не пыталась всё это распознать. Вроде техника, но такие устройства девочка никогда и нигде не видела…

— Проверь ее умственные способности.

Вот так сразу? Ни нормальных приветствий, ни семейных историй, ни объяснений… Сразу сбор всей ее личной информации и какой-то дурацкий тест. Ладно, Корнелия и сама не любила все эти прелюдия и лобызания… Но ее бабушка даже для вида не удосужилась изобразить радость от обретения внучки. Она бы скрипнула зубами, но не хотела пока навлекать на себя гнев этой… бабушки. Ее возможности, силы и влияние… Корнелии пока не известны. Как и способности сильвов, которыми она сама явно обладает.

Девочка уселась за стол. Перед ней было устройство, чем-то похожее на ноутбук, что ей подарил отец. Только экран был практически прозрачным, клавиатура и вовсе была в виде голограммы. Клавиши не имели физической формы, находясь в воздухе в миллиметрах от поверхности стола. Стоило Корнелии их коснуться, как в пальце отдалась вибрация. Она никогда не слышала и уж тем более не видела подобных технологий…. На экране высветился текст. И эти задания… Девочка напряглась… Впервые… Это было сложно. По-настоящему сложно. Незнакомые формулы, слова, цифры, исчисление которых уходит за грань возможного… Язык был межгалактический, но понятнее от этого не становилось.

И это надменное… «Проверь ее умственные способности», словно она слабоумная дикарка. Дворецкий наблюдал за ней, что-то отмечая в своем планшете, пока Корнелия пыталась решить задачу за задачей. В случае провала вряд ли ей что-то сделают… Но в этом месте девочке не хотелось даже выглядеть тупой.

Корнелия не считала сколько времени прошло. Может час, может два, а может вообще 30 минут. Но всё было решено. Оставалось нажать на финальную кнопку для проверки результатов и…

54.

— 54 из 100… — кивнул мужчина, сделав очередной очерк в планшете. — Если мне не изменяет память, Карнлия и в взрослом возрасте не приближалась к 30 баллам. Так что это неплохой результат, потенциал есть.

— Сойдет, — только и сказала Ваеридали, кивнув дворецкому.

Тот мгновенно понял намек и вышел. И вновь Корнелия осталась наедине с бабушкой. Девочка прикусила себе щеку, чтобы не выдать новой волны досады. В этот раз она и в самом деле старалась. Причем искренне. И набрала всего лишь 54 балла… На Асмелиде даже в тестах университетских программ набирала максимальное количество баллов. А тут едва перешагнула порог половины.

Но Корнелия затолкнула все эмоции поглубже. Пока нужно понять происходящее. Наблюдать. Запоминать. Уже потом она всё обдумает.

— Это было твое первое пробуждение силы?

— Что? — вопрос вывел ее из размышлений.

— Когда ты прижала стражу к стене.

— Я не уверена… — это была возможность узнать, что произошло тогда. — Два года назад я была в вертолете, который из-за неисправности взорвался прямо в воздухе. Меня не задело и… Я зависла над землей, а потом как-то опустилась на землю… По идее, от такого я должна была погибнуть, но у меня только коленки были ободраны из-за приземления…

Вчера она сочла бы это бредом. Но сейчас была уверена, что это связано с ее геномом сильвы. Только от этого всё становилось еще запутаннее.

— Прямо-таки зависла в воздухе? — глаза женщины загорелись интересом… — Два года назад? И сколько тебе тогда было?

— Да, вертолет же был в воздухе, — кивнула Корнелия. — Восемь. Что значит пробуждение силы?

— То, что ты можешь теперь делать вот так. — Она взяла и подняла всю мебель вокруг.

Корнелия едва заметно ощущала, как нечто исходило от этой женщины, но не могла уловить что именно. Только понимала — всё это она… И выглядело это пугающе. Но в тоже время невероятно.

Если подумать, то со стражей она сделала нечто подобное… Тогда появлялся еще один насущный вопрос.

— Как я сюда попала?

— Через разлом материи.

Корнелии от этого понятнее не стало. Ваеридали Фейш Лейри Мади всё снизошла до объяснения.

— У сильвов геном отличный от человеческого. Мы способны управлять тонкими материями. Чувствительнее к энергиям. И можем осязать неосязаемое. В отличии от… магических миров, решили идти бок о бок с технологиями, а не замещать их магией. Если соединить наши возможности с техникой… возможно довольно многое. К примеру, за пару секунд достать человека с другой планеты.

— Но как это работает? — для девочки, прожившую всю жизнь на Асмелиде это звучало слишком неправдоподобно.

— Вселенная соткана из материй. Разумеется, всю ее обуздать никому не под силу, но вот часть… Мы можем создать разлом.

Ваеридали Фейш Лейри Мади сделала неуловимое движение пальцами, и воздух возле нее стал марево, а потом и вовсе образовал дыру. Сначала она была абсолютно черной, но потом… Частицы стали собираться, образуя сад с цветущими деревьями. И это всё прямо посреди комнаты. Женщина погрузила руку внутрь разлома, срывая лепестки дерева. А через несколько мгновений эта «дыра» стала втягиваться внутрь себя, как вода заполняющая лунку… И вовсе закрылась, словно ничего и не было. Только на ладони остались лепестки.

— Видишь?

Корнелия второй раз за всю свою жизнь потеряла дар речи. Первый раз был, когда она встретила Дамлина. А второй прямо сейчас. Всё, что девочка увидела, никак не укладывалось в ее голове. Это же… Было просто невозможно.

Но она всё видела… Своими глазами.

— Думаю, на сегодня для тебя достаточно зрелищ, — видя ее удивление, кивнула Ваеридали. — Я выделю тебе покои, можешь идти отдыхать…

— Но… На Асмелиде Дамлин… — невпопад пробормотала Корнелия. Мозг отказывался работать. Но даже так… Забыть о Дамлине она не могла.

— Дамлин? — ее бабушка приподняла бровь. — Кто он?

— Мой… друг.

— Заведешь новых друзей тут.

— Мне не нужны новые. Мне нужен он.

— Зачем он тебе?

— Не знаю… Он просто мой. И всё.

Ваеридали Фейш Лейри Мади достала странное устройство, которое развернулось прямо перед ней в большой голографический экран. На нем были все камеры наблюдения с Асмелиды.

— Этот? — кивнула женщина на мальчика в кабинете Мандерила. Они, видимо, до сих пор разговаривали, так и не заметив отсутствия Корнелии.

— Да…

— Доставьте его сюда. — приказала Ваеридали Фейш Лейри Мади по незаметному аудио передатчику в ухо. — Сам покинуть Сильверу он не сможет. Внутри планеты его местонахождение легко отследить. Пускай будет… Можешь сама придумать ему должность…

Услышав это, она практически обрадовалась. Ей никогда особо не нравилось на Асмелиде. Не нравились их устои, ее положение, комната, люди, окружавшие ее… Даже если бы она выбирала сама, то предпочла бы остаться на Сильвере. Это незнакомое место за пару часов стало ближе «дома», где ей довелось прожить всю жизнь.

Но…

«Мне правда не понравится, если меня запрут где-то..»

Всплыл голос Дамлина в голове у Корнелии.

— Ему не понравится, если я его здесь запру.

— Пару годиков пообижается, потом смириться, — махнула рукой Ваеридали Фейш Лейри Мади.

— Я так не хочу…

— А как ты хочешь? — она приподняла бровь.

Корнелия задумалась. Действительно… Как?

Ведь это всё, чего она хотела — чтобы Дамлин был ее. И такая возможность прямо сейчас буквально у нее в руках.

Вот только…

— Я хочу чтобы… — она отвела глаза. — Все было по-настоящему… А не так…

Женщина лишь хмыкнула, но тем не менее отозвала приказ.

— Что ж… Пока живи на Асмелиде. Будешь приходить на учебу сюда.

Корнелия резко перевела на нее взгляд. Она ее вот так просто отпустит обратно на Асмелиду?

— На весь день? — тихо уточнила девочка.

— А на сколько ты хочешь?

Корнелия знала этот прием и ничего не могла поделать. Эта женщина… Ее бабушка… Дала ей иллюзию выбора. «Сколько ты хочешь заниматься?», но еще пару минут назад речи о занятиях на Сильвере даже не шло. Она уже решила за нее — Корнелия будет заниматься. Вероятно, и предметы подберёт. А девочка, так уж и быть, можно выбрать количество часов, ведь большой роли это не влияет… И если часов слишком мало, то и добавить может на свое усмотрение.

Корнелия скрипнула зубами, ведь ей и в самом деле совсем ничего не оставалось, кроме как играть по ее правилам. Хотя… В целом это был неплохой вариант. Ей и в самом деле было интересно узнать больше о себе, о Сильвере… И понять, как решить те задачи из теста.

— Часов на 6…

Это было оптимальное время.

Чтобы после этого провести оставшийся день с Дамлином.

— Хм, шесть так шесть. Я подумаю, как составить твоё расписание…

Дверь в зал отворилась. Вошел тот же дворецкий, неся шкатулку с кольцом. Он передал его Ваеридали и поспешил удалиться.

— Держи. С помощью него будешь приходить сюда.

Девочка взяла кольцо и покрутила в руках.

— А как он работает?

— В основе лежит принцип изменения материи сильв. Работает только с пробужденным геномом. Поверни кристалл и сможешь пройти с Сильверы на Асмелиду и наоборот. Завтра утром буду тебя ждать. Не опаздывай.

Корнелия кивнула и повернула кристалл на кольце. Воздух начал наполняться маревом, размывая стены комнаты. Но в темноте, если приглядеться, уже формировались знакомые очертания. Она шагнула вперед, оставляя Сильверу за спиной.

Но точно знала…

Ей совсем скоро предстоит вернуться.

— Ваше величество… Вы уверены, что стоило не отпускать?

— Конечно. Ей нужно время, чтобы все устаканилось в голове. Да и если разлучу с ее истинной парой, то вмиг стану врагом. Мне же нужно, чтобы она сама поняла — ее место здесь. Среди своих. Нам отведено гораздо больше времени, чем людям, так что пускай пока подумает в знакомой ей среде. Я могу подождать.

Ваеридали Фейш Лейри Мади уже вернулась на террасу. Сидя с тем же бокалом. Разве что без трещины. Ее взгляд задумчиво скользил по пейзажам, открывающимся с высоты замка.

— Эрлэй будет продолжать настаивать на выборе вашего преемника.

— Я выбрала, — отрезала она.

Как правительница Сильверы порой ей важно мнение Эрлэй. Все же это совет из самых выдающихся сильвов столетия… И тем не менее уже века она единовластно правила сначала своей страной, а потом и всей планетой. Если Ваеридали приняла решение.

— Но… Она не была представлена двору. Ее же никто не знает.

— И не узнает. Мне не нужно, чтобы эти… советники… впутали ее в свои интриги.

— Вы поэтому согласились оставить ее на Асмелиде?

— Да… Этот… Мандерил. Все сделал чисто. У девочки нет никаких задокументированных и зафиксированных связей с Сильверой. Признанный ребенок от безродной любовницы… Оскорбительно для моей крови, но… Это может сыграть нам всем на руку.

Все проверили лучшие агенты Сильверы. Корнелия и в самом деле являлась уроженкой Асмелиды. Никаких даже косвенных упоминаний Сильверы. Тем более связи с Ваеридали Фейш Лейри Мади. Сам того не зная, Мандерил Ле Шадо профессионально замел следы. Никто и никогда не сможет определить в Корнелии наследницу правящего рода Сильверы.

Тем более Межгалактический Союз, на целые века отстающие от Сильверы в прогрессе. А Эрлэй Ваеридали сможет осадить.

— Но…

— Они могут настаивать на чем угодно. Это лишь совет из сильвов, которых я выбрала. Я принимаю решения. Не они. Корнелия и в самом деле неглупа… Не зная сильверских формул, смогла пройти тест на 54 балла…

— Подождите, вы хотите сказать, что она не знала, как решать эти задания?! Я думал, она готовилась к тесту пред посещением Сильверы…

— Она сегодня впервые задания увидела, решения ей никто не показывал, — хмыкнула она.

— Тогда я совершенно неправильно оценил ее способности… Это же…

— Ты все правильно оценил. Она обладает исключительным интеллектом. Но она все еще ребенок. Ей еще рано влезать в сильверские интриги. Эрлэй был готов видеть Карнлию у власти, раз в ней текла моя кровь… И не важно насколько та была глупа и слаба… Карнлия была полнейшим разочарованием. И она сделала единственную полезную вещь, на которую была способна — подарила мне настоящую наследницу.

Дамлин замер посередине разговора. Он знал обо всем происходящем в поместье, и ему вообще не было обязательно видеть что-либо. Прямо сейчас что-то было не так. Он не слышал ни сердцебиение Корнелии, ни её дыхание, ни шагов… Словно в одно мгновение она испарилась.

Он долго пытался услышать хоть что-нибудь. Малейший намек на ее местоположение. Но ничего. Тишина. Ее точно не было в поместье.

Она просто исчезла.

— Извините, а где сейчас Корнелия?

— В вашей мастерской. Разбирается с ноутбуком.

— Прямо сейчас?

— Да, вот…

Лорд повернул к нему монитор. Корнелия и в самом деле на записи сидела с ноутбуком и справочником по его пользованию, увлеченно что-то печатая. Но Дамлин, слыша всех обитателей замка, не мог разобрать ни биения ее сердца, ни дыхания, ни клацанья клавиатуры.

Как так? Он никогда не сомневался в своих способностях… Но это… Не имело никакого разумного оправдания.

— Что-то не так?

— Нет… — мальчик сглотнул. Не мог же он сказать Мандерилу Ле Шадо правду? — Мне просто кое-что показалось…

— Точно всё в порядке?

— Да… — он кивнул. — Я думаю, Корнелия меня ждет. Мы договаривались вечером посидеть в мастерской.

— Конечно, иди. — кивнул лорд. — Извини, я тебя задержал…

— Да что вы… Всё в порядке…

Уже идя по коридору, Дамлин услышал детский плач, а через пару минут выбежал зареванный Цэйрид Ле Шадо. Мальчик растерянно на него уставился. Он часто слышал, как тот плакал по ночам… Но прилюдно — впервые.

— Эй, ты чего?

— Я по маме скучаю… А няня постоянно говорит, что я скоро ее увижу… — Цэйрид вздохнул и зарыдал с новой силой. — Но я так ни разу ее так и не увидел… Я назвал няню лгуньей… А она… — он вздохнул… — Она сказала, что пожалуется на мое поведение отцу… Он теперь не захочет меня видеть…

Дамлин растерянно смотрел на ребенка. Ему вроде было около пяти. Он не был близок с Цэйридом, они даже практически не пересекались… Но… Эта ситуация казалась ему такой неправильной… И в то же время, что он мог сделать?

— Давай я провожу тебя к твоему отцу, и ты сам расскажешь ему, что было. Конечно, называть свою няню лгуньей неправильно, но и ей не стоило…

Мальчик осекся. Он не смог договорить «давать ложные надежды», глядя в зареванные глаза малыша. Пусть это и правда, но слишком жестокая. Дамлин вздохнул. Он уж точно не тот человек, который должен объяснять Цэйриду, где его мама и почему он сейчас не может ее увидеть…

Дамлин поманил малыша за собой.

— Извините, это снова я… — он открыл дверь кабинета. — Но я не один…

Мандерил Ле Шадо напряженно посмотрел на Дамлина и заплаканного сына.

— Мы встретились в коридоре. Цэйрид очень скучает по маме…

Лорд потер переносицу. Малыш же тихо шмыгнул носом, боясь нарушить тишину.

— Спасибо, Дамлин. Оставишь нас?

Он кивнул и вышел. Пусть и это будет тяжелый разговор, но именно отец должен хоть как-то ему всё объяснить. А не няня и тем более не Дамлин. Хотя что-то подсказывало мальчику, что даже «хоть как-то» у Мандерила Ле Шадо. Из их разговоров возникало ощущение, что он попросту не знает, что и как делать с детьми… Удобно, конечно, переложить всю ответственность на нянь и слуг… Но для Цэйрида Мандерил — единственный родитель рядом… А тот повторяет ошибки, что совершил с Герилом. Может хоть этот разговор поможет ему раскрыть глаза?

Дамлин встряхнул головой. В любом случае, это не его дело. И намеренно лезть он во всё это не собирался.

Корнелия смотрела на горящий экран ноутбука.

Она сильва.

У нее есть бабушка, которая вопреки ожиданиям отца приняла ее. Пусть и в странной форме.

Но что делать?

Да и нужно ли ей что-то делать?

Корнелия прикрыла глаза. Эта… Ее бабушка вроде ничего плохого не сделала. Даже учла ее пожелания и в итоге отпустила обратно на Асмелиду…

Пусть теплым приемом это назвать сложно… Те немногочисленные технологии, возможности и способности, что она увидела на Сильвере, были… Именно тем, чего ей не хватало на отсталой Асмелиде. Она все равно не собиралась жить тут всю жизнь. Из интересов здесь есть только Дамлин. Все остальное на век или два отстает от Межгалактического Союза… А от Сильверы и того больше… У нее были идеи для побега, но реализовывать до своего совершеннолетия она бы их не стала…

А тут…

Можно ли считать это возможностью?

Дверь в мастерскую отворилась. Зашел Дамлин и внимательно взглянул на Корнелию. Как ни странно, сейчас все было в порядке. Только…

От нее пахло иначе. Неуловимые ноты чего-то лёгкого… Незнакомого.

— Дамлин? Ты в порядке?

— Да… — Дамлин растерянно кивнул. Могло ли ему показаться? — Извини, я немного задержался…

— Ничего, я все равно бы тебя дождалась.

На деле Корнелия вернулась лишь пару минут назад. Ровно на то же место, где и была. При этом так и не могла понять, что это было — телепортация? Одна из особенностей сильвов? Их технологии?

Она просмотрела запись с камер, пытаясь понять произошедшее, и не могла поверить своим глазам. Все это время девочка была тут. Прямо в этой комнате. С ноутбуком в руках. Ничего не указывало на перемещение в другой мир. Если бы не кольцо на пальце, то Корнелия бы всерьез задумалась о состоянии своего рассудка…

— Дамлин… — Корнелия улыбнулась как ни в чем не бывало и кивнула на ноутбук. — Мне отец все-таки подарил ноутбук. Хочешь покажу?

Дамлин кивнул. Что-то определённо изменилось. Нечто невидимое даже для его осязания. Но он так и не смог понять что. Корнелия же в этот день наконец-то получила ответы, которые столько искала… Вот только вопросов стало еще больше.

Корнелия

Ничего нового я не выдумывала. Оставила свой корабль в прилагающейся к Конмао гаражной сфере и направилась на регистрацию. Это самый простой космопорт без особых излишеств — всё из высокопрочного метала, двухцветные экраны и никаких декораций. Но отсюда отправляются прямые рейсы без пересадок в самые разные уголки вселенной. В том числе на Асмелиду. Ладмин шел за мной, неся наши вещи.

Все же в нем что-то изменилось вместе с новообретенным голосом. Хоть и говорил все также немногословные рабские фразы, но его поза… выражение лица… даже походка… Изменились. Практически неуловимо. Но тем не менее были другими.

Это из-за меня? Вполне возможно… Может, у меня профдеформация, но без нужды в нерабочее время руки не очень хочется марать. Я была на закрытых вечеринках, в кругах высшего сословия, на посиделках с отбитыми садистами… С рабами не церемонятся даже самые простые люди, что говорить о тех, у которых… Особые предпочтения. В большинстве случаев рабами становятся головорезы и террористы. Они знали, на что шли, так что никому их не жалко. Совершил преступление — лишился человечности. А без нее тело вполне сравнимо с вещью. Тем более с плазмой в голове. Только сколько я не наблюдаю за Ладмином, он не похож на таких «типичных» рабов. Они обычно либо грубые, либо тупые, либо запуганные до смерти. А бывает и всё вместе. Он же… другой. Умен. Наблюдателен. И со всей его силой ни разу не пытался навредить мне или кому-нибудь еще… Да он даже на того безголового менеджера смотрел с жалостью вперемешку с ужасом. Я своих замечаю сразу, и Ладмин определенно точно не убийца. По крайней мере вряд ли он убивал по собственному желанию или за деньги… Чего только стоят его слова на Жерстрике… И при этом в личном деле у него убийства присутствуют. Как и заметки о буйном поведении… И как он умудрялся с плазмой в башке убивать хозяев?

Наброситься, перетерпев боль, еще может реально… Но убить с плазмой… Она скорее выжжет мозги. А за ним тянется не одно убийство. Один раз — случайность, а два раза — уже статистика… Может, у него психика подводит?

Я перевела на него взгляд. Ладмин выглядит обычно вполне уравновешенным, при этом большинство предписаний для рабов соблюдает. Даже сейчас — аккуратно несет вещи, позади меня ровно на два шага, глаз от пола не отрывает… Есть, конечно, странности, когда он остается в своей комнате один. Может часами сидеть, забившись в углу. Иногда чуть ли волосы себе не выдирает. Зеркало в ванной до сих пор занавешено полотенцем…

Но при мне ведет себя вполне прилично. Значит, контролировать себя может. Тогда в чем дело… Он не туп, чтобы не знать о последствиях убийств. Самозащита? Его дело стерто, но чтобы получить ранг Х нужно убить не одну сотню… Какая уж тут самозащита.

— Положи вещи в зону багажа, дальше тебя проведут сотрудники.

Билеты уже куплены и оплачены отцом. Я лишь изменила дату.

— Как скажете, госпожа… — он ушел в указанном направлении.

С фамилией Ле Шадо регистрация прошла быстро и без очереди. Никто даже и не думал меня задерживать. Наоборот, одной из первых посадили в зону бизнес-класса. У рабов же отдельная проверка, скан плазмы на отсутствие сбоев, инструктаж и надевание наручников. Сотрудники вводят их на борт отдельно ото всех, либо в отсек для рабов, либо к хозяину. Но в обоих случаях после полной посадки пассажиров.

Ожидание затянулось, что часто тут бывает, и только спустя час лайнер двинулся. Медленно. Я даже на своем самом первом корабле так медленно не плелась. А мне было всего двенадцать…

Ладмина наконец-то ко мне привели. Ожидаемо в наручниках. Вид у него был напряженный, пусть он и пытался это скрыть. Боялся отсека для рабов?

Я кивнула ему на кресло возле меня. Он послушно сел. Наручники автоматически щелкнули, пристегивая его. Распространенная мера предосторожности на бортах. И это были простые наручники. С его рангом — обычная форма для перевозок. Но на его руках они смотрелись столь неправильно. Вид этого чужеродного метала вызывал отторжение…

Но… Почему? Он же явно преступник. Что такого в этих наручниках?

Я отвернулась к иллюминатору… Ну и что опять со мной-то такое?

Я же сама столько раз надевала эти наручники. И не только эти, вообще-то есть модели и похуже… Уже молчу, сколько я их видела на других… Но в этот раз я буквально чувствовала неправильность их нахождения на нем.

Правила есть правила. Я ничего не сказала. Ничего не сделала. Но при этом думала об этих чертовых наручниках всю дорогу. Как же это… Нелогично.

Меня отвлек от этих размышлений тихий вопрос.

— Мне разрешено говорить?

— Да.

Ему нужно было разрешение? Ну, пускай будет.

И что дальше?

— С вашего разрешения или без?

Хм…

С одной стороны, мне не нравится пустая болтовня и шум. А с другой даже интересно, что он будет говорить. И будет ли вообще…

— Без.

Все равно в любой момент могу запретить.

— Спасибо…

Он осёкся.

Как оказалось, говорить он особо не собирался. Просто так уточнил? Я же ждала вопросов… Ну или попытки завести диалог… Все же не могу его понять. И еще страннее, что обычно разговоры меня утомляют. По большей части они состоят из воды и разглагольствований на несколько часов о сути, которую можно выразить одной фразой… И на это приходится тратить время…

Мне нравилось говорить только с одним человеком… Дамлином. И вот теперь мне вдруг стало интересно послушать, что может сказать раб… И как я к этому пришла?

Может, потому что они чем-то похожи?

Или от скуки на этом лайнере…

Ладмин же смотрел на меня. Причем довольно пристально. Не особо скрываясь. Его взгляд был заметен даже через стекло иллюминатора.

— В чем дело? — я повернулась к нему.

Он даже растерянным не выглядел, лишь для вида перевел взгляд в пол. Знает правила и все равно их нарушает. Скорее всего, прощупывает почву… Ему интересно, насколько я готова ослабить поводок?

— Прошу прощения… госпожа. Вы… выглядели напряженной…

Я приподняла бровь.

Он же продолжал молчать.

«Вы выглядели напряженной»… Не заученная фраза. И явно такое в лексикон раба входить не должно. И в самом деле проверяет границы дозволенного. Занимательно… И для чего ему это нужно?

Хах… В целом, это неважно.

— Просто не люблю это место, — будто ничего не поняв, ответила я.

— А зачем тогда летите?

Вопрос. Без разрешения. Да он даже не скрывает…

Но так, может, и не скучно будет на Асмелиде.

Пускай, ведь почему-то пока мне это интересно.

— Это мой дом. Формально.

— Формально?

— Неформально — гнездо лицемерия, но формально — «дом», — пояснила я.

Да и делать на Асмелиде нечего. Я осталась там только ради Дамлина. А теперь… Возвращаюсь тоже только ради Дамлина. На случай, если… А впрочем, неважно.

Ладмин же замолчал, будто собираясь с вопросом.

Решил взять паузу?

— Почему я не в отсеке для перевозки рабов?

— Хочешь туда?

— Нет, извините за вопрос.

Хах… И тут же «извините». Старая добрая тактика: два шага вперед, один шаг назад. Ну ладно…

— Перелет оплачивает отец, так что я ничего не теряю, — продолжила я «беседу».

Вообще, он, скорее всего, взбесится. Ведь сплетни о рабе в бизнес-классе будут гулять еще пару месяцев. А уж когда станет известно, что я привела раба в особняк… Конечно, формально это его подарок. Но я более чем уверена, что Саманта приложила к этому руку. Хотела устроить шоу? Она его получит.

— У вас с ним хорошие отношения? — вдруг спросил Ладмин.

— У нас с ним вообще нет никаких отношений.

— Но он же оплачивает этот перелёт…

— Это единственное, на что он способен. Никаких выдающихся способностей и достижений у него нет. И уж тем более тёплых взаимоотношений со мной.

— Почему?

— Пока его не ткнут, он не увидит последствия своих поступков. Любит совершать «добрые дела», не подумав как следует. Он проповедует мораль, хотя сам полон аморальных поступков. Да и много ещё всего.

— А вы… Вам важна мораль?

— Нет. Но я и не строю из себя моралистку.

Он замолчал. Я же вновь отвернулась к иллюминатору. В целом, я сказала ему правду. Если бы не пропажа Дамлина, я бы уже давно отреклась от этой семьи. И вряд ли у меня когда-нибудь будут хорошие отношения с отцом. Мы слишком разные.

И мне это не нужно.

— Извините, госпожа… А разве вас не должны были встретить?

Асмелида встретила привычным гамом, хоть сейчас и было раннее утро.

— С чего вдруг такое предположение?

— Вы летели в бизнес-классе, туда доступ есть только у высокопоставленных персон Асмелиды…

А еще, видимо, подметил, что мое появление там вопросов не вызвало… Но откуда он может знать о порядках среди высшего сословия Асмелиды? Это довольно узконаправленная информация, которую из межгалактической сети практически нереально достать. Да и зачем? Асмелида буквально — среднесортное дерьмо, которое держат в Союзе, пока она не доставляет проблем. Ну и скудные поставки руды бонусом, но это лишь жалкая песчинка, не дотягивающая и до одной тысячной от общего объема производства. Ничего значимого тут нет, не было и вряд ли когда-то будет.

— Интересные у тебя познания.

— Извините… Я был неправ?

Не то вопрос, не то утверждение. Видимо, прошлые хозяева не любили его наблюдательности, а тем более умозаключений…

— Прав. — Меня же его размышления почему-то не раздражали. — Мне забыли отправить транспорт.

— И вы этому не удивлены?..

— Каждый год так «забывают». — Хмыкнула я и направилась к выходу. — Идем. Вещи долетят позже…

Всё же это Асмелида. И ее «гениальные» решения. Багаж летит на отдельном судне, чтобы вместить больше пассажиров. Только не учли, что пассажиры и их пожитки прилетают в разное время. Поняв просчет, компенсировали это доставкой вещей на дом. Но через какой временной период не уточняется.

Я, погрузившись в свои мысли, шла по знакомым улицам. Царлир. Город при космопорте. Он вообще никак не изменился. Ни за год моего отсутствия, ни за целую декаду. За десяток лет ни единого нового здания. Да и вообще на Асмелиде чаще занимались ремонтом, чем созданием нового. Пытались сохранить наследие предков… И сами не заметили, как замерли во времени вместе с ними. Эпохи должны сменять друг друга. Что-то всегда должно меняться, но не тут.

Технический прогресс на Асмелиде остановился лет 200 назад. Альянс королевских семей решил, что для комфортной жизни этого достаточно. Дальнейшие инновации будут укреплять влияние Межгалактического Союза на внутренние дела планеты. Поэтому они рассчитали внедрение «новых» технологий на годы вперед. Никаких прорывов, стремления угнаться в гонке научных достижений… Только где-то они просчитались и вместо этого лишились своего влияния. В те времена она была среднестатистической планетой Союза, сейчас уже в числе отстающих. Тут соблюдают самый минимум, внедряя базовые технологии союза и вплетают их конвенции в законы. Но личного развития практически нет. То, что мы когда-то с Дамлином принимали за новшества, на деле были чуть видоизмененные старые модели либо дары с барского плеча Межгалактического Союза.

При этом подавляющее большинство на Асмелиде устраивает такое положение дел. Сохраняют стабильное число рабочих мест. Никто никуда не спешит. Нет адских условий труда. Население держится примерно на одной цифре, с незначительным увеличением и уменьшением каждый год. Есть ли в этом прелесть? Разве что для тех, кто любит пресную скучную жизнь. Минимум технологий, которые не замещают людей, природа, обычаи и нравы средневековья… Для меня же повседневность и так невыносимо скучна. На Асмелиде же даже миллисекунды тянуться вечность. При этом статистика вполне интересная. Кому-то даже из Межгалактического Союза такое нравится — переселенцы на Асмелиду всё же есть. Правда, за счет удержания численности населения в определенных цифрах, количество мест всегда ограничено.

Мне кристально ясно, что вопрос лишь пары сотен лет, когда Асмелиду выпрут из Межгалактического Союза. Для этого будет достаточно одного косяка… Да и для Союза нужно иметь, что предложить… Асмелида же с каждым таким размеренным годом теряет нужные показатели и когда-нибудь непременно достигнет дна. Просто пока не доставляет проблем. Вот и всё.

— Госпожа… Если вы заблудились, я могу вывести вас к поездам или… — раздался тихий голос Ладмина, который шел за мной.

— Я не заблудилась. И поезда мне нужны, я машину арендую.

Пусть поезда тут и быстрее машин, но ехать на них не было ни малейшего желания. Толпа людей, некоторые точно меня знают, так еще и у отца знакомые на вокзале. Они сразу же оповестят его о моем отбытии и прибытие. К тому же ехать не так далеко.

— Но вы же…

Нет, он определенно был на Асмелиде. И очень даже хорошо знаком с местными нравами. Его счастье, что ему хватило мозгов не продолжать предложение. Хотя и так понятно, о чем он хотел сказать.

Я зашла в салон аренды автомобилей. Снаружи у магазинчика всё усыпано лепниной с барельефами, а внутри практически современный автосалон. Ну, насколько он может быть современен на Асмелиде. На других планетах я бы сочла эти машины раритетом, если не свалочным барахлом. Но тут выбирать не приходится.

— Мне эту машину в аренду на сутки, — я заполнила бумаги, ткнув в первую попавшуюся машину из люксовой категории. Я быстро вывела последние буквы. Даже немного непривычно. Это одна из немногих планет, где до сих пор бумажный документооборот, так еще и пишут от руки… Древность.

Консультант. Уже приосанившийся, сморщенный мужчина преклонных лет, взял их, внимательно сверяя каждую прописанных мной строчек. В конце концов, кивнул, доставая ключи для машины. Я пошла к водительской двери.

— Девушка, неужели вы сядете за руль? — брови консультанта поднялись.

— Да.

Это вообще не его дело. Но я уже знала, что будет. Мне сегодня не везет с консультантом. Был бы кто-то молодой или хотя бы среднего возраста, проблем бы не возникло, но с этим старикашкой…

— Тогда я вынужден вам отказать… Ради вашей же безопасности.

— На каком основании?

— Вы можете врезаться в кого-нибудь. Разбиться. Не учесть какие-нибудь правила… Могу вам предложить женскую модель…

«Женскую модель» с ограниченной скоростью и маневренностью. Старый маразматик. Если бы это была не Асмелида, я бы с ним уже разделалась.

Отношение к женщинам тут чуть ли не по древнесредневековым понятиям. Из-за требований Межгалактического Союза все люди независимо от пола могут получить образование и работать в равных условиях, но… Медленно… Крайне медленно это входит в норму (уже которое столетие). Но вот старое поколение всё ещё свято верит в подобные стереотипы.

С ним даже спорить и что-то доказывать бесполезно. Не хочу тратить время на этого слабоумного без пяти минут покойника.

— Водить умеешь? — я повернулась к Ладмину, который стоял рядом.

— Что?..

Вся эта сцена его не удивила. Впрочем, как и меня. А вот последующий вопрос явно завел в ступор.

— Водить такую рухлядь, — я кивнула на машину.

— Ну да… Но я давно не…

— Он будет вести, — я выхватила ключи у этого хмыря, кинув несколько купюр, которые с излишком покрывали расходы на аренду этой развалюхи. — Жалобы и пожелания можете прислать на эту почту.

Я бросила ему в ноги визитку отца и, видя, как этот старый хрыч хочет продолжить возмущаться, села на переднее пассажирское место. Ладмин уже сидел за рулем. Каким бы неподобающим не было мое поведение, задерживать нас не могли. Договор заключен, деньги заплачены, за рулем мужчина. Так что мы выехали без проблем.

— Гони.

— Тут же…

Он перевел взгляд на знак ограничения скорости.

— Не ты же будешь платить за штрафы. Гони.

Ладмин увеличил скорость на пару десятков километров, доходя до грани допустимого, но не переступая ее. Он что, нормально на газ нажать не может? У него ранг преступника террористического масштаба, а правильность как у самого законопослушного гражданина. Хотя даже те редко соблюдают скоростные ограничения на Асмелиде.

— У вас не будет проблем?

— Нет. Этот старик нарушил закон. Он не имел права мне отказывать в предоставлении услуг по половому признаку. Всё записано на камеры в сервисе. Начнет буянить, и проверка быстро выяснит все его нарушения.

Я бы могла настоять на своем, но всё это заняло бы кучу времени. Этот «консультант» упирался бы до последнего. Пришлось бы вызывать зашидонцев. Они, как стражи порядка, всё бы рассудили. Но был бы скандал. Ещё ждать их прибытия. Писать заявление. Вся эта морока растянулась бы до вечера. И наверняка бы сообщили отцу…

— А со штрафами?

— Не я их буду оплачивать. И если бы и я… Это сущие копейки. Так что нажми уже нормально на газ.

Ладмин нажал. Только быстрее особо не стало. Так, чуть-чуть превысил допустимую норму. Ладно, всё равно ехать не так долго…

И тем не менее это странно.

— Почему просто не нажмешь на педаль до упора?

— Я могу не справиться с управлением. У меня… давно не было опыта.

— Да ладно… Ты умеешь гнать. У тебя руки на руле расслаблены, ты не боишься смотреть на меня через зеркало… И даже кочки аккуратно проезжаешь.

Ладмин и в самом деле был слишком спокоен для того, кто «может не справиться с управлением».

— Вы можете мне приказать в любой момент.

Опять решил походить по грани?

Я пока не использовала плазму, но может и стоит… Вот только у меня было одно предположение… К тому же он явно продолжает свою проверку.

— Ладно…

Я прикрыла глаза, откинувшись на спинку сиденья. На Асмелиде всё равно некуда торопиться. Разве что сегодня… Но вряд ли что-нибудь произойдёт. Я всё отслеживала, никаких предпосылок не было. Так мы и ехали. Он педантично соблюдал каждое правило дорожного движения. Буквально чистая езда без единого нарушения. И как-то умудрился вести машину так плавно, что даже я позабыла, в какой развалюхе мы находимся. При этом доехали практически до границы города быстрее, чем я ожидала. Ладмин сделал всё… Слишком идеально.

На горизонте появилось знакомое здание. Первое входящее в Шадориел. Город, под управлением рода Ле Шадо.

— Припаркуйся у этого кафе.

Это было весьма средненькое заведение на границе города. Особо ничем не примечательное. Меню скудное. Это место выживает только за счёт проезжающих автомобилей. Я всё же не побрезговала и заказала себе лёгкий завтрак.

Ладмин же взял просто крепкий кофе и задумчиво уставился в окно.

Он явно не решался что-то сказать, задумчиво смотря в окно.

— В чём дело? — напрямую спросила я.

Ладмин поставил чашку кофе, который только пригубил, и перевёл взгляд прямо на меня.

— Можно мне… уйти?

— Уйти?

Это финальный акт его проверки в виде шутки?

— Всего на день… — уже тише добавил он. — Я не доставлю проблем…

А… Он всерьёз.

Любопытно…

— Хочу убедиться, что всё в порядке. Я не буду ни к кому подходить… Всего лишь посмотрю издалека…

Как он выбирает слова. Не говорит ничего конкретного. Хотя даже это своего рода обход Печати Забвения. Ясно, что он раньше бывал на Асмелиде. У него тут кто-то есть. Друзья? Семья? Родственники? Может жена? Хотя теперь они его не вспомнят, даже если он вплотную к ним подойдёт. Просто не узнают, ведь для них он никогда и не существовал.

— Значит, ты раньше бывал на Асмелиде?

Ответить он не сможет. Печать Забвения не даст. Но это и не было вопросом. Я в этом и до его просьбы уже была уверена. Мне просто было интересно, сможет ли он ещё что-нибудь сказать.

— Я… — Ладмин задумался, неосознанно приложив руку к шее. Там, где была печать забвения. — Я подойду к воротам здания и послушаю. Мне только важно узнать о состоянии… Мужчины, которому это здание принадлежит. И некоторых обитателей. Если повезёт увидеть хотя бы силуэты в окне. Ничего больше. Я не стану с ними сближаться, разговаривать, что-либо передавать, идти на какой бы то ни было контакт, нарушать законы…

Не прямой ответ, но конкретики он дал. Его интересует мужчина и ещё пара человек. Их здоровье. Как они. Если ему просто важно их благополучие, то они, должно быть, были близки. Всё больше похоже на семью.

Я взглянула на него. Все эти ответы были прямо как по методичке ВУЦМО. Ключевые детали понятны. Контекст замылен. Базовый шифр для агентов под прикрытием и не только… Он мог там учиться? А почему нет…

— Я бы подумала, что ты про своего отца, но ты не можешь быть родом с Асмелиды, — я произнесла это на асмелидском.

Ладмин напряжённо посмотрел на меня, нарушая правила… Но мне было не до них.

Тут все, кроме меня, человеческой расы. Но я скорее исключение. А ещё… Я знаю кое-кого, тоже нечеловеческой расы, кто был когда-то на Асмелиде.

Я не дала этим предположениям захватить мой разум. Совпадений было слишком много. Но… Пока не время. Точно не сейчас…

— Не обязательно иметь родственные связи, чтобы быть… — он ответил практически на чистом языке Асмелиды и скривился.

Видимо, это грань. Больше Печать Забвения сказать не даст. Но… Он знает асмелидский язык. Причём свободно на нём говорит. Для этого нужно изучать его не один год…

— Ладно, не продолжай, — я положила на стол рядом с ним ключи. — Припаркуй машину в точке сервиса.

Ладмин вопросительно уставился на меня, не веря в происходящее.

— Что? Иди. В восемь часов будь по этому адресу, — я дала ему сложенный вдвое листок.

Вылететь отсюда Ладмин не сможет. Рабство на Асмелиде не принято, так что если не будет выделяться, то вопросов ни у кого не возникнет. Тем более он знает язык, нравы, законы… Сойдёт за простого городского парня…

А наделает шуму… Тогда я пойму, что явно переоценила его умственные способности. Пусть этот день будет его проверкой. Потом посмотрю по камерам, куда он ходил и чем занимался. Это многое прояснит.

Заодно пока не будет мне мешать…

Ведь сегодня тот самый день.

Дамлин

Вроде эффект от смириады сошел на нет, но ощущение, будто я все еще в бреду. Асмелида. И в самом деле… Еще и отношение госпожи слишком… Слишком нормальное и в то же время ненормальное в своей нормальности. Своя комната, ванна, сон, еда… И практически ничего от меня не требует. Зачем тогда нужно было покупать? Как украшение? Или элемент интерьера? Так, заполнить пространство…

Нет, в это верится с трудом. Как бы не хотелось… Мда… За десять лет рабства мне захотелось стать тумбочкой… Видимо, в какой-то момент мои жизненные приоритеты сместились. Но… Она все же моя истинная. Так что и в самом деле лучше быть тумбочкой, чем жертвенным ягненком, ведь его откармливают перед убоем.

Сколько я не наблюдаю за госпожой, но так и не могу понять, чем она занимается. Все слишком странно. У нее есть свой корабль. Легализованный для личного полета в открытом космосе. Значит, должна быть и подтвержденная категория. Я бы подумал, что она входит в межгалактические правоохранительные органы… Но то убийство менеджера Офролея никак не вяжется в эту картину. Ей буквально ничего за это не было, даже не попросили покинуть космоцентр. Межгалактический Союз еще существует, а значит, подобное должно быть недопустимо. Для всех.

Кто же она такая, раз для нее делают такие исключения?

Конмао.

Зачем пересаживаться на лайнер, если есть собственный корабль?

Если на Офролее ей сошло с рук преступление, то и на Асмелиде пропустят на любом корабле. Они стараются избегать любые конфликты, так что спокойно закроют глаза.

Причем со всеми документами разрешено иметь личный корабль. Это никак не запрещается. Только… Если она уроженка Асмелиды, могут порицать за такое…

Но я сильно сомневаюсь, что ее волнует чье-то порицание.

Ожидаемо, что я полечу в отсеке для рабов. Сотрудники со мной не разговаривали. Просканировали. Измерили. Куда-то вели. Как какое-то животное…

Но почему… Привели в бизнес-класс к госпоже, а не в отсек для рабов?

Зачем?..

— Мне разрешено говорить? — вопрос вырвался сам собой.

Мне не стоило вообще ничего говорить, но… Нервы сдают. Она могла мне что-то сказать, перекинуться парой фраз или дать приказ, вот только простого человеческого разговора у меня давно не было. Хотя, может, я и есть пустое место… Без имени, прошлого и будущего.

Мне нужно просто заткнуться.

Это как игра. Ты раз за разом повышаешь ставки, выигрывая очередной куш… Все больше и больше… Главное — вовремя остановиться, чтобы не потерять все… Но я не мог. Еще пару недель назад я и представить не мог, что снова смогу произнести вновь хоть одно слово… Пластиара отрубала все возможности для речи. Да даже до ее установки… Хозяева только отдают приказы и не ждут разговоров со своей собственностью. Они им не нужны. Зачем? А в тишине, когда собственные мысли кричат, воспоминания режут еще не зажившие раны снова и снова, а ты ничего не можешь, кроме как молчать.

И теперь… Когда я снова могу говорить, пусть отголоски боли еще и остались… Ничего не изменилось. Она относилась ко мне как раньше. И я не имел права жаловаться, ведь у нее самые лояльные условия, которые только были за эти 10 лет. Просто… Без смириады я снова чувствую себя человеком, пусть более им и не являюсь.

И я так больше не могу… Мне нужен просто разговор… Хотя бы один простой разговор без напоминания, кем я стал. Просто всего лишь разговор.

Почему она… Спокойно отвечает? Даже плазму не включила?

Выходит, и в самом деле разрешила говорить?

Это касается всего? Любой темы?

— Почему я не в отсеке для перевозки рабов?

Я идиот.

Заткнуться.

Не важно, что она разрешила, мне нужно заткнуться.

Просто закрыть рот и молчать.

И зачем я нарываюсь?

Уже сколько раз это проходил…

Выходит, и в самом деле родом с Асмелиды. Причем из знатной семьи. По крайней мере, в мое время только для них были открыты двери бизнес-класса лайнеров. Наверное, оставила корабль, чтобы не было сплетен в высшем свете… Хотя…

Если дело в сплетнях, то зачем позволять мне ехать тут?

Мне просто стоит заткнуться и тихо ехать. И так позволила ехать тут.

Но больше ничего спрашивать я не стал, незаметно прикусив щеку. Пусть она и разрешила, но позволил я себе явно большее.

Только сегодняшний день явно проверял меня на прочность. И я раз за разом проигрывал. Сама Асмелида. Вождение. И… город.

Все происходящее было… Так знакомо. Словно я вернулся в те времена. До всего этого. Может, из-за того, что это Асмелида? А может, потому что впервые чувствую себя практически обычным человеком…

И она почему-то никак не пресекала мое поведение, явно выходящее за границы допустимого для раба. Почему?

Но ее мотивы я уже перестал понимать. Может, чувствует, что я и без плазмы безопасен для нее? Даже мысли причинить ей какой-либо вред не допускаю. Всё же она моя истинная.

Я не сразу понял, по какой дороге и куда еду… А как понял…

Это, видимо, глобальная насмешка судьбы.

Этот город.

Шадориел.

Первая мысль — сбежать. Плазма начала накапливаться. Ничего, я смогу перетерпеть. Всё, что мне нужно — увидеть их. Нет… Просто услышать.

Я старался не смотреть на нее.

Черт… Она же моя истинная.

Я и сам не могу понять всю природу своих чувств к ней. Это… нечто странное. И не поддается объяснению привычными словами. Есть природная потребность защитить. Отгородить от всего. Узнать. Заботиться. Быть рядом. И просто быть… Вечно.

Если я сбегу, то она точно избавится. Вернет на утиль. Или просто прикончит… И на этом конец. Я больше ее не увижу.

Наверное, мне не стоило спрашивать… Ни у кого из прошлых хозяев я бы даже о таком не думал, но она… Другое дело. Мне не хотелось портить с ней отношения. Но и просто пребывать на Асмелиде в неведении я не мог.

— В чём дело?

Я чуть не вздрогнул от ее вопроса и аккуратно отложил чашку в сторону.

Она сама спросила первая. Мне нужно просто произнести эти слова…

— Можно мне… уйти?

Сказав вслух, понял, какую же глупость сморозил…

Как же бредово звучит. Ну давай, смейся.

Только если даже и хотела засмеяться, то вида она не подала.

Просто стала узнавать подробности… Зачем?

Зачем я спросил, и так же ясно, что не отпустит? Это невозможно, особенно с моим рангом… Зачем она спрашивает, если всё и так ясно?..

Но ее «Иди» прозвучало громом. Так спокойно и легко, будто ничего такого в этом нет.

Серьезно?

Вот так просто?

И всё?

Так и в самом деле было можно?

Кто вообще будет разрешать рабу с моим рангом позволять свободно гулять? Если так подумать, у меня ни разу такого не было… Даже по поручениям никогда не отправляли.

Но вот я тут. Один. В городе.

Всё происходящее было до невозможности сюрреалистичным.

Я как в бреду добрался до поместья Ле Шадо.

Поместье. Такое же, как его помню. Ничуть не изменилось. Я подошел к стороне ворот, скрытой от камер. Я не обманывал госпожу. Просто постою, послушаю и уйду. Прикрыв глаза, звуки стали четче. Мандерил… Он был в своем кабинете. В том же самом. Один. Он что ли стал… Сердце вроде в порядке… Но суставы уже начинали скрипеть. Годы брали свое. Прислуга… Вроде большинство из них не изменилось. А ещё… Это Саманта? Да… Ее голос. Статный. Командный. Но в то же время ласковый. Она читала сказку какому-то ребенку рядом… По речи ему лет шесть. У них родился еще один сын? И старший тоже идет по коридору. Цэйрид. Он вырос. Практически всё как раньше. Вел с кем-то разговор о замужестве Корнелии. Только…

Самой Корнелии тут нет… Нигде. Она куда-то уехала одна? Ей же уже должно быть двадцать пять… Выходит, вышла замуж? По идее, на Асмелиде у женщин ее возраста уже есть дети. Она тоже обзавелась своей семьей? Счастлива? Может, это и к лучшему. Особенно теперь, когда я встретил свою истинную пару.

Да и вряд ли хоть когда-нибудь между нами что-то могло возникнуть. Мы же росли вместе, практически как брат с сестрой. Ей просто не хватало общения, вот и придумала влюбленность… Для девочек в ее возрасте это было вполне нормально. Но все равно было бы интересно встретиться. Какой она стала? Чем сейчас занимается?

Это для меня время не имеет значения…

А у нее ведь наверняка жизнь бурлит событиями.

Я тихо рассмеялся. Из головы вылетело, что они меня не помнят.

Никто из них.

Я и сам теперь никто.

Идиот…

Но всё, что меня волновало, я узнал. Они живы. Здоровы. И вроде у них всё в порядке… Это главное. Я повернул в сторону леса. Пытаться сбежать смысла никакого нет. Но пока было время, хотелось прогуляться по знакомым местам. Я не думал, что у меня когда-нибудь получится сюда вновь вернуться. Снова увидеть эти края…

Даже не вериться, что я снова тут…

После всех этих лет…

Тут я впервые встретил Корнелию. Хоть и до сих пор не могу понять, как меня угораздило сюда переместиться. Да и это уже не важно. Наверное, тогда судьба благоволила мне. Поляна была практически передо мной. Пусть и с опозданием… Но я пришёл. Хотя ей уже точно не до меня. Наверняка погрузилась с головой в семейные хлопоты.

Всё же это было славным временем…

Издалека блеснул золотой локон. Корнелия? Она тут? Почему я даже не заметил чужого присутствия? А какой сегодня день? Число?

— Ты?.. — раздался голос госпожи.

Она сидела в тени деревьев, прислонившись к стволу. И что-то убирала в карман. Впервые на ее лице было искреннее удивление. Словно я застал ее за чем-то постыдным.

— Извините, я не знал, что вы тут находитесь…

— Уже увидел, что хотел? — к ней вернулось привычное хладнокровное спокойствие.

— Да, спасибо. С ними всё в порядке… А вы?

Я едва не зарядил сам себе. Зачем я спросил… Опять?

Никому не понравится, если их будут вечно закидывать вопросами, а сегодня я только этим и занимаюсь.

— Я… Жду.

— Чего? — вопрос вырвался сам собой.

Да что я несу…

Заткнись.

Просто заткнись.

Но эта поляна…

— Когда кончиться «торжество».

— Торжество? — тихо переспросил я.

— У меня сегодня день рождения.

День рождения?

Но нигде не было звуков торжества. Я обошел практически весь город. Точно бы услышал об этом. И сегодня… Это место… Какое сегодня число?

Я напряг память. На регистрации было табло. По старому исчислению 27 июля… Это же…

Совпадение?

Да не бывает таких совпадений.

Та же дата, Асмелида, тот же лес, близ поместья Ле Шадо…

Это…

— Госпожа… — язык вроде уже лучше меня слушался, но почему-то именно сейчас поворачивался с трудом. — Я могу спросить, как вас зовут? Мне до сих пор неизвестно ваше имя…

Да даже внешне… Я будто увидел ее впервые. Золотые волосы, холодные зеленые глаза…

— Разве?…

— Я не помню, чтобы вы представлялись…

И она определённо умна. Также как и…

— Ну да… Я не представлялась тебе. — ее задумчивый взгляд сфокусировался на мне. — Корнелия Ле Шадо.

Воздух покинул мои легкие.

Это… Это просто… Невозможно… Как?! Как ей удалось покинуть Асмелиду? Что она вообще делала в космосе?! За штурвалом корабля?! На Жерстрике?! На Офролее?! И выходит, того менеджера она…

Почему я сразу не понял?

Она не использовала свою фамилию. И имя я не слышал. Не использует его вне Асмелиды? Да даже в космопорту никто его не произнес, никто не встретил ее после приземления… Если бы мы поехали на поезде, я бы наверняка услышал или увидел, но добирались мы на машине… Наверное, единственное, по чему можно было понять, так это по нашему разговору на корабле…

Все это отказывалось укладываться в голове.

Но… Внезапно пришло и иное осознание.

Выходит, Корнелия моя истинная?!

Мой взгляд переместился вниз. Совсем рядом блеснуло нечто знакомое. Ийрилис. Цветы, растущие в лесах Асмелиды. С алыми лепестками и золотым обрамлением на конце. Я сорвал его… Удивительно, что они все еще растут на этом месте. Видимо, волей судьбы, я все-таки сдержу обещание. Пусть и спустя десять лет.

— Я не знал, какой сегодня день, но… — забавно, но все вышло как она хотела. — Позвольте поздравить вас с днем рождения…

Корнелия посмотрела на цветок, на меня…

Что-то мелькнуло в ее взгляде. То, чего я не смог понять.

И она…

Лишилась сознания.

Корнелия

Ладмин и Дамлин. Так созвучно… И так похоже на осознанную анаграмму.

Я не спешила открывать глаза. Это было очередным наваждением. Его образ и Дамлина слились воедино. Всё, как и тогда…

Подозрения… Нет… До ужаса нелогичная надежда у меня была. Так или иначе всё слишком хорошо сходилось. Если собрать всё воедино… Единственная логичная причина, почему Дамлина никто не помнит, — процедура Забвения. У Ладмина печать есть. Дата его рабского исчисления близка к исчезновению Дамлина. Он тоже умен. Наличие плазмы объясняло, почему не вернулся и никак не мог связаться…

Внешнее сходство невозможно не заметить.

Но возможны ли такие совпадения?

Из всего рынка рабов я абсолютно случайно нашла Дамлина?!

Конечно, у Ладмина натуральный алый цвет глаз и волос, у Дамлина был чёрный… Но это может быть модификацией или расовой особенностью. Тем более я уверена, что и Дамлин человеком не был. Ладмин был раньше на Асмелиде. Знает язык. Есть знакомые, о которых он переживал, знает улицы и на это место вышел не случайно. А цветок…

Я хотела выяснить наверняка на Сильвере… Там получилось бы провести точную проверку. Но этот цветок…

Это может быть и в самом деле он? Дамлин?

Или я уже брежу наяву?

— Что ты только что сделал? — я все же приоткрыла глаза.

— Эм… — он растерянно отвел глаза в сторону. — Пытался привести вас в чувства.

Ну да… Пусть я и сидела, до такого, как случился обморок, он все равно меня подхватил и слегка потряхивал. Только сейчас меня совсем не это волновало.

— До этого.

— Хотел поздравить вас с днем рождения и подарил цветок.

— Это шутка?…

Мне не показалось.

Почему именно этот цветок? Именно так…

— Извините, мне не стоило…

— Еще раз… — я не дала ему закончить. — Что ты только что сделал?

Я хотела услышать это еще раз. Убедиться. Возможно ли такое вообще?

— Подхватил вас.

— До.

— Хотел подарить вам цветок.

— Почему?

— Эм… Мне больше нечего подарить.

Также как и тогда… Практически в точности. Словно я переместилась во времени вспять. Безумие.

— Дай сюда.

— Что?… — Ладмин удивленно посмотрел прямо на меня, явно пытаясь понять, о чем я.

— Цветок сюда дай. Ты же мне его подарил?

Он свободной рукой поднял сорванный цветок. Должно быть, тот выпал из моих рук, и передал мне. Тот же самый… Ийрилис. Это может быть знаком? Его подсказкой?

Он… и в самом деле может быть Дамлином?

— Вы в порядке, госпожа?

— Душно стало, — я не могла оторвать глаз от ийрилиса.

— Мне вас отпустить? Я прошу прощения… Не знал, что делать в такой ситуации… Поэтому подхватил.

Он еще что-то говорил, но я не особо слушала. Всё сходилось… Но слишком просто. У меня ушло десять лет на его поиски. Стоило мне обнаружить хоть какой-то след, как он обрывался. И сейчас… Дамлин вот так просто попал ко мне в руки?

Из-за случайности?

Я хотела было подняться, но Ладмин мягко меня удержал.

— Мне кажется… Вам рано вставать.

— Что? — я перевела взгляд на него.

И все же… Похож. Очень.

Я отметила это еще в первый день.

Но сейчас это сходство играло новыми красками.

— У вас ещё… давление повышено… учащенное дыхание… тахикардия…

В чем-то он прав. Ладмин, видимо, теперь даже не пытается скрывать свои способности… И ладно… В конце концов не в первый раз у него на руках.

Ничего он не сделает.

— Извините, просто… если вы сейчас встанете… — наверное, Ладмин принял мое молчание за раздражение. — У вас, вероятно… снова закружится голова…

Иначе зачем продолжать так объяснять то, что не дает встать?

Даже забавно… С его-то силой и так оправдываться всего лишь за то, что подхватил меня, когда я потеряла сознание. Тем более держит так аккуратно, словно я из хрусталя.

Есть в этом что-то милое…

«Милое»?!

И как я к этому пришла?!

— Так и будешь меня удерживать? — мой голос звучал хрипло.

Я всерьез считаю его «милым»?! Да что со мной такое…

Когда-то я могла такое сказать только про Дамлина…

Это… Может, я так думаю, потому что Ладмин и есть он?

Меня ведь кроме Дамлина никто и никогда не интересовал…

— Нет… Извините… — Ладмин прикусил губу. — Но может… я вас донесу?

— До куда?

Скажет до поместья? Но он не знает, что мне нужно в поместье. У него есть только адрес, где я планировала его подобрать. Давай, скажи, что в поместье… Скажи. Скажи. Скажи.

— До куда вы захотите.

Бездна…

Если он Дамлин, то меня знает. Сказал бы до поместья, я бы за это зацепилась. Он же с печатью Забвения может это сказать?

Так почему не назвал?

И как это понимать?

Почему?

— Неси, — я кивнула.

— Эм… — Ладмин встал со мной на руках. — Куда?

Причем поднялся он так легко, как будто я не вешу и грамма.

Он даже не напрягался…

— Не знаю, я заблудилась.

Конечно, ложь… Только я заметила, как его зрачки расширились. Вспомнил нашу первую встречу? Этот же день. Та же поляна. И я снова «заблудилась».

Ну же… Скажи что-нибудь. Намекни. Скажи…

Ладмин же молчал.

Имеет ли смысл спросить в лоб? Из-за печати он не сможет ответить… Но его реакция… Она должна его выдать. Хотя… Что это даст? Если это Дамлин, то печать Забвения может доставить ему дискомфорт. А если будет пытаться что-то сказать, то печать может и рвануть. При этом все равно ничего не выясню. Вряд ли будет что-нибудь кроме его реакции. Вот же… Но как это возможно? Такая случайность даже по теории вероятности и одной тысячной процента не составляет. И все же…

Он вышел к поместью.

Сам.

— Все. Поставь меня на землю.

Ладмин очень аккуратно… Даже бережно опустил меня, придерживая, пока я полноценно не встану. В этом необходимости не было, но все равно… Ощущалось странно. Логике его действия не поддавались.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Как ты понял, куда идти?

— По звуку…

Как и Дамлин тогда… Только… Он и в самом деле мог не знать, куда идти, и выйти просто по звуку. Поместье не так далеко. Да и если он раньше был на Асмелиде, скорее всего слышал мою фамилию.

Я пошла ко старым воротам, которые давно уже пора менять… Только никто этим не занимается и заниматься вряд ли будет. Мне это на руку. Через них легко можно незамеченной проникнуть на территорию.

Скорее всего для меня устроили «засаду» у главных ворот. Из космопорта должны были уже доложить отцу, что я приземлилась. Разумеется, на радушный прием можно и не надеяться… Но Саманта наверняка уже махнула платочком своим шестеркам.

Так что я пошла к черному входу, который в этот раз был закрыт на массивный навесной замок. Ее рук дело? Видимо, посмотрела, как я в прошлом году зашла в свое крыло.

— Сломать сможешь? — я повернулась к Ладмину.

Уж если он удержал двигатель, то этот замок для него не составит проблему.

— Но это же будет вторжением на частную территорию…

Он сейчас серьезно?..

— Уверена, мой отец сможет покрыть расходы на один ржавый замок.

Ладмин определенно точно едва сдержал вздох, но все же подошел и… Одним легким движением сорвал его. Будто этот стальной замок был из дешёвого пластилина.

— Идем, — я махнула ему рукой и пошла по знакомым коридорам. В заброшенное… То есть отведенное для меня крыло. Хотя формально оно было «гостевым», только если в нем и размещали гостей… То только нижайшего чина. Либо лиц вообще без какого-либо статуса.

Мельком я поглядывала на Ладмина. Тот шел рядом. Осторожно. Время от времени задерживал взгляд на интерьере. Ничего необычного. Никаких подсказок. Вообще ничего…

Мы дошли до моих покоев довольно быстро. И эта комната… будто стала ярче. И дело не в новом интерьере. Он как раз был старый и не менялся с самого детства. А вот вокруг цвета… Они будто обрели насыщенность… Хотя еще в прошлом году я считала выцветшими и обои, и ковры, и занавески. Это потому что он Дамлин?

Ведь… И эмоции я будто ярче испытываю… Или я это себе выдумываю?

Я вообще могу выдумывать?..

От всех этих мыслей голова потихоньку закипала.

Тем не менее, если смотреть трезво, все было как прежде. За год, что меня тут не было, прислуга даже пыль не удосужилась убрать к приезду.

Отопление выключено. Стекло разбито. Ни света, ни электричества… Комната в целом выглядела заброшенной. Мебель старая, частично поломанная. Шкафы полупустые, будто часть вещей из них вынесли. Другую часть намеренно испортили. Оставили лишь трухлявое тряпье. Собственно, такой она и была, но никто даже не попытался создать видимость порядка перед моим приездом. Скорее наоборот. А еще…

На Асмелиде летом довольно тепло, вот только днем. Ночью наступает дубак. Сейчас как раз солнце склонялось к горизонту и начинало заметно холодать. По крайней мере, я такие изменения в температуре остро замечаю. Так еще и окно разбили… Сомневаюсь, что они знали о моей слабости, скорее по приказу дорогой мачехи комплексно «поработали» и попали в точку.

Геном сильвов в большинстве своем дает ряд преимуществ и в принципе жизни не мешает… Обычно. Все это при условии, что в холодную среду не попадаешь. Или просто одеваешься соответствующе. Другой вопрос, что не всегда это удается. Порой возникают самые разные обстоятельства… Но что поделать… Приходится терпеть.

Я стряхнула пыль со стула и достала свой старенький ноутбук из ниши под столом, которую не тронули. Удивительно, но заряд еще был, так что подключиться к камерам не составило проблем. Прислуга на месте. Все. В старом составе. И, судя по всему, со старыми нравами. Я нажала на кнопку вызова. В их комнате отдыха засветилась графа с сигналом моего вызова. Они даже не шелохнулись. Посмотрели и продолжили как ни в чем не бывало общаться. Значит, в поместье уже известно, что я прибыла на Асмелиду.

Конечно, они все находятся под крылом Саманты… Но неужели из-за нее эта шваль настолько в себя поверила? Смешно…

— Госпожа… Я могу прибраться тут, если пожелаете…

Ладмин стоял у двери, осматривая каждую деталь комнаты. И почему-то сжимал кулаки… Злится что ли? Да, тут не просто бардак… Создается ощущение, будто это комната какого-то заброшенного дома. Ни света, ни тепла, ни электричества, ни чистоты… Даже окно разбито.

— Нет. Ничего тут не трогай.

У меня на все это были другие планы.

Один день в этом сраче потерплю.

Я всучила ему пульт с кнопкой вызова.

— Стой здесь. И нажимай с интервалом в тридцать секунд.

— Как скажете… — тихо, сквозь зубы произнес он, принимая пульт.

Занимательно… Я его таким еще не видела. И с чем связана такая реакция? Ладно… Потом об этом подумаю. А сейчас будет душещипательное зрелище для папочки. Я незаметно перевела взгляд на камеру видеонаблюдения в коридоре.

Давно уже пора разогнать весь этот сброд.

Не вижу смысла тратить время на бесполезные разговоры. И скандалы… Я же просто пошла за одеялами в отдаленные покои этого крыла. Опять же, формально они были гостевыми, так что в них убирались и меняли белье. Разве что тут размещали гостей низшего сословия, но те не жаловались. Мне же все равно, где спать, главное, чтобы было тепло. А запасные одеяла и простынки были в любой комнате с излишком. Разумеется, кроме моей…

Когда я вернулась, уже заметно потемнело. Света не было.

И во мраке сумерок Ладмин выглядел иначе.

Первое, что он увидел, — охапку одеял.

Я же… Не могла отвести взгляд от него.

— Я могу вас согреть… — едва слышно произнес он.

Даже казалось, что это мне послышалось…

— Что? — я и не заметила, как резко горло пересохло.

При таком освещении, а точнее его отсутствие… Волосы и глаза становились гораздо темнее. Оставались лишь алые лики… И так… Он был практически копией Дамлина. Одно дело — прикинуть на рисунке… Но видеть вживую — немыслимо.

Дамлин… Он и в самом деле Дамлин?

Так похож…

Чуть старше, с тяжелым взглядом, с шрамом, пересекающим глаз…

И все равно, примерно такой, как я его запомнила…

Я смотрела на Ладмина и видела Дамлина.

Эта галлюцинация никуда не уходила.

— У меня температура тела поднимается в противовес холоду. И в целом я горячее… — он запнулся. — По температуре…

Я отстраненно кивнула.

В борьбе с холодом все меры хороши…

— Только могу вас попросить…

— О чем?

— Без интима…

Смешок вырвался сам собой. Вылитый Дамлин. Я не сдержалась и прикрыла лицо рукой. Не могу его развить…

Еще и в этом мраке…

— Просто… Я какое-то время… Принадлежал борделю… — наверное, он по-своему воспринял мою реакцию и уже совсем тише добавил. — Со всем вытекающим…

У меня же сейчас глаз задёргается.

Даже этот призрак Дамлина отвергает меня…

Это какое-то издевательство…

— Извините… Мне не следовало… Если вы хотите, то я, конечно…

— По-твоему, я нуждаюсь в секс-услугах? — брови поднялись сами собой.

Если бы это был Дамлин, то еще может быть…

Но пока я не уверена в этом.

Тем более, у меня есть зеркало. Я знаю, как выгляжу. И прекрасно знаю, что для большинства привлекательна. У меня нет никаких видимых недостатков во внешности. Все сходиться с параметрами стандартов красоты. Характер и поведение несложно подстроить при необходимости. Так что при желании спокойно смогу удовлетворить физиологические потребности, завязать отношения… Или просто заняться совокуплением…

Загвоздка только в том, что желаю я только Дамлина и никто кроме него меня не интересует.

— На. Постели. — я передала ему белье. — И ложись.

Я еще раз посмотрела камеры. Все на своих местах. Ничего нового. На Асмелиде все будто застыли во времени. И это поместье не исключение. Батарея ноутбука села. Ожидаемо, и так долго продержалась.

Ладмин за это время все аккуратно постелил и лег прямо как солдатик с краю. Руки по швам. Сжался. Хотя с его мускулатурой выглядело комично…

Я легла рядом, накрываясь слоями одеял.

От него и в самом деле исходил жар. Слой одеял удерживал тепло. Так что было тепло. Если бы не завывания ветра сквозь разбитое стекло, я бы и не почувствовала, что оно разбито.

Если это Дамлин… И он сейчас лежит со мной в одной кровати… Я накрылась одеялом с головой.

И зачем я об этом подумала?!

— Вам все еще холодно?

— Нет… Спи.

Это какое-то издевательство…

Даже голос… Не видя его лица, практически как у Дамлина. Чуть больше уходил от баритона в бас… Но так похож…

Вот же засада… Он же слышит мое сердцебиение. И дыхание.

Нужно успокоиться.

Замедлить пульс.

И прекратить о нем думать.

Я хочу, чтобы это был Дамлин. Очень… Но… Пока это только гипотеза. Мне нужны реальные доказательства.

Так что сейчас это Ладмин. Просто Ладмин.

И терять голову из-за пары совпадений точно не стоит.

Этот день был слишком странным… И нелогичным.

Уже сквозь дремоту я вроде перевернулась и улеглась на что-то тёплое.

И на этом «что-то» спалось удивительно хорошо.

Пока меня не разбудил крик.

— Корнелия Ле Шадо, потрудись объяснить, что тут происходит?!

Папаша приперся.

А так хорошо спалось… Давно такого не было. Сама не заметила, как разлеглась на Ладмине.

— Что-то случилось?

Я зевнула, даже не собираясь вставать. Лишь краем глаза отметила его реакцию. Он выглядел удивлённым, несмотря на правила, всё же смотрел на моего отца. Но всё-таки не шевелился, не пытался скинуть меня с себя. Ему повезло, что кое-кто даже не в курсе норм для рабов.

Причины такого визита от отца могли служить два фактора. Первое: ему сообщили в космопорте, что я прибыла вместе с рабом. Более чем уверена, что он не в курсе «своего» подарка. Вторая же: тот старикашка из автомобильного центра ему позвонил… В обоих случаях глубоко плевать.

Мне были важны хорошие отношения с ним, чтобы он никак не препятствовал моему общению с Дамлином. Но с его исчезновением исчезли и причины притворяться. Зачем? Он всего лишь лорд с Асмелиды. Один из многих. Ничего дать мне он уже не может. Никаким влиянием не обладает. Никакой пользы в будущем ни в каком виде не будет.

И единственная причина, почему я до сих пор возвращаюсь на Асмелиду, — Дамлин. Только из-за него еще не оборвала все контакты. Вдруг… когда-нибудь вернётся сюда. Он же, в конце концов, обещал…

Тогда, может быть, снова поиграю в послушную дочку. А может, уже и не придется.

— Как ты можешь себе такое позволять?

— А что такого?.. — я приподнялась, опираясь на Ладмина. Он оставался подо мной. Я буквально кожей чувствовала, как от него исходил жар. Не опаляющий, а довольно приятный. Мягкий. Неудивительно, что во сне я к нему прижалась.

— Кого ты затащила в свою постель?!

— А какая разница?..

— Ты незамужняя женщина в постели с мужчиной! — у него даже глаза стали наливаться кровью.

Хм… Он и в самом деле злиться? С чего бы… Большую часть времени мы даже не общаемся… Боится репутационного урона? Или в очередной раз подготовил женихов? А если кто-то вдруг увидит меня. В постели с Ладмином… Я же прославлюсь распутицей. Упс… Какая жалость. Не удастся выдать меня замуж за достойную партию?

— А… какой кошмар… Но не переживай, он просто раб. — я зевнула. — А вообще настоящий кошмар — моя комната и то, в каком она состоянии. Это тебя, я так понимаю, не волнует?

Он, казалось, впервые обратил внимание на всё вокруг. Весь хаос в комнате остался. А в свете восходящего солнца выглядел еще хуже, чем в сумерках. Это отвлекло его от нотаций.

— Наверное, у прислуги, — он устало провел рукой по лицу. — Ты можешь их вызвать в любой момент, а не устраивать демонстрацию…

— О… Я их вызывала. Никто из них даже и не подумал прийти.

— Быть такого не может… — но в его голосе не было уверенности.

Ведь такое уже было. И не один раз. И мы оба знаем, кто всегда стоит за такими «странностями».

— Прям так не может? Проверь журнал вызовов. Посмотри камеры.

— Это не повод ложиться в кровать с посторонним мужчиной.

— Конечно, не повод… — я наигранно мягко зевнула, проведя рукой по плечу Ладмина. — Это и не было поводом. Просто из него чудесный любовник. Он же обучен для этого…

Мне хотелось посмотреть за его реакцией, проверить его допустимые границы. Так что я несла не очень связную чушь. Если бы он просто критически поразмыслил, понял бы, что я лгу… Но отец купился на этот бред довольно быстро…

Всё же на Ладмине было удивительно хорошо спать.

— Корнелия, я не понимаю, зачем тебе раб. Ты же знаешь мое отношение к ним. Я жду объяснений.

И вот состояние моей комнаты вновь перестало быть главной темой разговора. Но, зная отца, успокоившись, он всё проверит. Ему же хочется быть справедливым. Или хотя бы казаться…

— Не понимаю, о чем ты… Это твой подарок мне. — «удивленно» ответила я.

— Мой? — отец даже поперхнулся.

Ну да… Рабов он еще никому не дарил.

— Конечно… Я получила от тебя письмо с признанием моих заслуг в рабовладении… Ты же сам предложил купить раба… — я захлопала глазами. — Даже средства на его покупку дал.

— Я не мог этого сделать…

Как раз на этот случай я была готова и достала распечатку «его» письма. С его подписью. Его знаком. И верифицированным отправителем был он.

— Тогда это что? Я тоже удивилась… — Я сделала вид, будто задумалась. — Но проверила подпись и отправителя на подлинность. Это точно был ты.

— Я не… — он читал строчки и бледнел.

Конечно же, таким сочинительством занималась Саманта. Ее стиль. Доступ к его почте у нее есть. Как и к счетам. Так что… Ладмин был подарком от него. Ну или скорее от нее. Смысла это не меняло.

— Спасибо за подарок… — Довольная улыбка расползлась на моем лице. — Я думала, что ты вновь забыл про мой день рождения…

Он уже сливался со стеной. Более вероятно, что мой день рождения вновь не был отмечен в его графике. Так что и о реальном подарке речи идти не может… До него тоже уже должно дойти, кто же «отправил» такой чудесный подарок мне. Вариантов немного. А если точнее, всего один. Опять же формально на Асмелиде рабство разрешено, ведь это часть системы Межгалактического Союза… Вот только внутри самой планеты рабство является негласной причиной осуждения. Причем наносит непоправимый репутационный урон. Завести раба — это смешать себя с грязью… Использовать рабов в постели и того хуже. Разумеется, негласно.

— И чем ты… с ним занимаешься?

— У нас была прекрасная ночь… И… — я перевернулась, оказавшись лицом к лицу с Ладмином, который едва дышал, но меня это не останавливало, и я стала опускаться все ниже — ближе к нему, к его губам, едва их касаясь. — Я надеялась на утреннее продолжение.

Оставаясь в считанных миллиметрах от его губ, я перевела взгляд на отца, застывшим в коридоре. Уж на мою «брачную партию» мне было абсолютно плевать. Тем более внутри Асмелиды. Пока мне несложно тянуть время. Отказываться от очередного кандидата. И числиться на рынке около завидных невест. Усилий это особо не требовало. Если же попытаются прижать к стенке и заставить за кого-нибудь выйти замуж… То я просто попрощаюсь с Асмелидой. И всё.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты хочешь остаться посмотреть?

Он наконец-то свалил.

Громко хлопнув дверью.

Ожидаемо.

Я же вернула взгляд на Ладмина. Его зрачки, обычно едва суженные на конце, сейчас были расширены. Он смотрел на меня затаив дыхание. Не двигался. Не сопротивлялся. И только заметные мурашки на коже выдавали его реакцию. Так похож… И так близко…

— Ладмин? — хрипло проговорила я, не отодвигаясь.

Имя Дамлин тебе о чем-нибудь говорит?

И что он ответит? Да даже если говорит, ничего сказать не может.

— Госпожа? — также хрипло спросил он.

«Госпожа». Меня будто ледяной водой окатили. Я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться. Это Ладмин. Пока Ладмин. По крайней мере, пока у меня не будет достоверных доказательств. Сказал бы он просто «Корнелия» и… И сама не знаю, что бы я сделала.

— Неважно.

Я встала с кровати. Просто валяться в такой засраной комнате как-то не хотелось. Что ж… Оставалась бездельно пошататься по поместью. Уверена, все будут рады меня видеть.

Быстро собравшись, я вышла из своих покоев. Ладмину ничего не оставалось, кроме как идти рядом. После утреннего визита отца он почему-то притих. Испугался, что я воспользуюсь его интимными услугами?

Пф… Мог бы и не волноваться. Меня интересует только один человек. И пока это не он. Я могу полежать рядом, прикоснуться, погладить… Но близость с кем-то кроме Дамлина вызывает у меня только отвращение.

Через пару пролетов, уже подходя к лестнице, обнаружила группу служанок. Те, даже не кивнув, прошли мимо, высоко подняв нос. Чудесно. От скуки на Асмелиде можно и сменой кадров заняться.

Я все же задержалась, наблюдая за прислугой, которая продолжала заниматься своими делами, напрочь меня игнорируя, а когда перевела взгляд на Ладмина, наткнулась на крайне интересную картину. Мелкий отпрыск несся, как обычно, по лестнице. Правила ему не писаны. Кэрил. Родился, когда мне было восемнадцать. Это и стало основным рычагом давления Саманты, чтобы отправить меня в Академию Благонравия. Собственно говоря, я особо против не была, так что подыграла ее второсортным интригам.

После смерти Герила, мачеха растила детей во вседозволенности. Им можно было буквально всё. Носиться повсюду, кричать, приказывать всем и вся, малейший каприз чуть ли сразу же удовлетворялся… Так что, когда тот навернулся с лестницы, я и не удивилась. Кэрил уже было ушел в полет… Но Ладмин в секунду среагировал, успевая его схватить и не дав соприкоснуться с лестницей в болезненном падении. Он очень аккуратно поставил мальчика на лестницу. И отошел. Зря… И зачем он это сделал? Был бы хоть урок от жизни для этой мелочи. Я подошла к ним, но вместо должных слов благодарности, этот шкет устроил истерику на ровном месте. Ничего нового…

— Как ты смеешь мне прикасаться?! Я сын Лорда! — верещал он на фальцете.

— Прошу прощения, вы бы упали…

— Убери от меня свои грязные руки! И не смей со мной разговаривать! Я знаю, кто ты! Ты — раб!

Ладмин явно не знал, как реагировать, растерянно смотря в пол. А чего он ожидал? Благодарности? Не от этого избалованного ребенка.

— Ты не имел права ко мне прикасаться! Тебя нужно наказать!

И это ребёнок, который рос на Асмелиде… Да он рабов никогда в своей жизни не видел. Где только понабрался? Может, у Саманты есть какие-то фетиши, о которых я не знаю…

Подойдя к ним, я присела на корточки рядом с братиком.

— Что-то случилось? — даже мило улыбнулась при вопросе.

— Этот раб посмел мне прикоснуться! Накажи его! Я приказываю тебе, чтобы ты его наказала! — у него аж ноздри раздувались с каждой последующей репликой, да так, что я разглядела все козявки у него в носу. До чего же важная персона. Приказы отдает.

Только мне не было до этого дела.

— Ты приказываешь мне? — я приподняла бровь.

— Да! Я приказываю! — он и ножкой топнул.

До чего же бесячий ребёнок. Эх, если бы не камеры…

— Но если б не он, ты бы и в самом деле упал… — я наклонила голову вбок и спокойно спросила у него: — То есть, если будешь падать еще раз — тебя не ловить?

— Да!

Я просто взяла и нежным движением руки толкнула его с лестницы.

Ладмин уж было потянулся, чтобы вновь его поймать, но я схватила его запястье быстрее, чем он успел прикоснуться к Кэрилу.

— Ты же его слышал… Он не хочет, чтобы его ловили.

Рёв раздался даже раньше, чем он соприкоснулся с полом. Симулянт. Это всего четыре ступеньки. Не настолько больно. Ждет жалости?

Пфф… Я даже не взглянула на него, проходя мимо. На балкон. Ладмин, разумеется, шел за мной. Я закрыла дверь. Это одна из немногих зон, где камер нет.

— И зачем ты к нему полез?

Да уж… Он вроде умен, но его поведение такое нелогичное…

— Он бы упал… Извините… Я просто… хотел помочь, — тихо ответил он.

— Помог?

— Простите… Вам следует меня наказать.

Я хмыкнула. Может и стоит… Но, видя в нём Дамлина, у меня рука просто не поднимется. Да и не настолько он накосячил.

Дверь балкона с грохотом распахнулась.

— Ты! Как ты посмела?!

А вот и второй братик. Быстро же ему нажаловались…

А Цэйрид подрос. Всё больше стал походить на отца. Буквально те же черты лица, разве что волосы, как у Саманты, каштановые.

— И я рада тебя видеть, — я мило улыбнулась, натягивая на себя маску всеобъемлющего добродушия. — Как поживаешь?

— Зачем ты с ним так?

М-да… Даже мой вопрос проигнорировал. Ну что за манеры?

— Как так?

— Ты толкнула его с лестницы, — процедил он. — А если бы он себе что-нибудь сломал?!

— Но он ничего себе не сломал. И даже сам приказал, чтобы его никто не ловил.

— Ты… Он же ребенок!

— Бывает… — Я пожала плечами.

— Твое своеволие уже всем надоело. Мать который раз волнуется. И всё из-за тебя. К тебе сегодня приехал достойный кандидат… Ты согласишься на брак. В этот раз без твоих выкрутасов. Это больше не обсуждается. Ясно?

— Мой младший братик мне что-то приказывает?

Еще один…

Может, его столкнуть с балкона?

— Да. Приказываю. Я будущий лорд и потакать твоим капризам не буду.

— Братик… — Я подошла к нему и невзначай стала стряхивать невидимые пылинки с костюма, поправляя и без того ровно лежащий галстук. — Знаешь… Ведь каких-то семнадцать лет назад лордом должен был стать Герил… Но какая же трагедия с ним произошла… Вдруг и с тобой случится несчастье?

— Ты мне угрожаешь?

Я даже мелодично рассмеялась.

— Кто я такая, чтобы угрожать будущему лорду?..

Всего лишь предупреждение, чтобы меня не бесил.

Я ушла с балкона, оставляя его одного.

Ни на Асмелиде, ни уж тем более внутри этого поместья ничего интересного нет. Но есть одно менее удручающее место. Библиотека. Настоящая бумажная библиотека. Где стеллажи ломятся от книг, распределённых по не очень оптимальному порядку. И тем не менее в большинстве точек галактики таких уже не осталось. Зачем, если всё в электронных архивах? Но…

Именно тут или в дальней беседке с книгой в руках я обычно провожу «каникулы» на Асмелиде. В большинстве случаев никто не трогает… А я просто отсчитываю дни от отбытия, коротая время за каким-нибудь произведением.

Наверное, мне всё это еще не надоедает из-за Дамлина. Это ему нравились настоящие бумажные книги.

Что ж… Видимо, теперь и мне тоже. По крайней мере, они напоминают о нём.

Я зашла вглубь зала, выбирая раздел наугад.

Да, стеллажи валились… Но выбор литературы был весьма посредственный. Всё же Асмелида…

— Можешь выбрать, что хочешь почитать, — бросила я Ладмину.

— А можно? — хрипло переспросил он.

И с чего он так удивился?

— Я же только что сказала…

— Спасибо…

Я бродила между стеллажами, пока мой взгляд не наткнулся на один корешок. «Взаимодействие механизмов в моторе». До сих пор тут…

Что ж… Выбор очевиден.

Мы уселись в отдаленной беседке внутри сада поместья.

Ну как уселись… Я вполне удобно сидела на лавочке, а Ладмин сел на пол у моих ног. Вообще я не заставляла, но и комментировать никак не стала.

Исходя из Ланиных конспектов для рабов это нормальное положение… Только на Асмелиде явно не поймут. Но кого это волнует?

Он за сегодня, видимо, настолько перенервничал, что решил не рисковать. Я же… зачем-то решила положить руку на его волосы и довольно аккуратно гладила… На Офролее это же его вроде успокоило. Да и его волосы довольно приятные на ощупь. Мягкие, рассыпчатые…

Ладмин напрягся в первые секунды прикосновения, но потом его плечи опустились.

Так мы и сидели, читая в тишине. Я гладила его по волосам, и похоже, что это уже входило в какую-то странную привычку. Он же явно расслабился. Только в один момент шелест его страниц затих.

Я скосила глаза на его книгу. Ха… А это довольно древний культурный трактат.

И он понимает?

— Ты настолько хорошо знаешь асмелидский, что и в литературе, полной архаизмов, разбираешься?

— Когда-то учил…

Он осекся и поморщился. Сработала печать Забвения? Ну да… Упомянул о прошлом, пускай и вскользь.

Видимо, учил углублённую версию языка.

— Это диалект.

— Что?

— Фраза, на которой ты застрял. Это старый диалект южного народа. Их раньше часто использовали на мероприятиях высшего света. Но последнее время они практически вышли из обихода. Дословно переводится как: «С Праздником Великой Бэриады». Праздник, кстати, тоже уже давно не отмечается. Бэриада была местной богиней. Но сейчас тут мало кто верит в старых богов. — пояснила я.

Если быть точнее, то и процента не наберется.

— Так намного понятнее… Спасибо.

Он вернулся к чтению. А я вернула свою руку на его голову. Волосы приятно рассыпались под пальцами. Интересно, а ему приятно или он терпит, потому что не может возразить?..

Но додумать мысль об этом я не успела. Показалась знакомая фигура. Надо же… То годами не практически не замечает, то уже приходит второй раз за день. Теперь-то что?

— Корнелия.

— Отец.

Ладмин еле ощутимо напрягся. Я бы этого и не заметила, если бы не зарыла ладонь в его волосах.

— Что ты тут делаешь? — Он нахмурился.

— Сижу. Читаю.

— Почему он на полу?

— А где ему нужно быть?

— Как ты можешь так издеваться над живым человеком?

Он всерьез снова пришел читать мне нотации? И как ему еще не надоело…

— Я пока что ничего не делаю. Просто глажу его по волосам.

— Да кому будет от этого приятно… Разве так я тебя растил?!

— Держу в курсе, ты меня вообще не растил.

— Да как ты смеешь?! Я…

— Отправил меня жить в самое дальнее старое крыло, избегал, забывал про мои дни рождения, не приглашал на семейные праздники, с радостью сослал в Академию Благонравия, а сейчас активно ищешь мне хорошую партию, чтобы побыстрее избавится, — и я молчу о том, что это всё лишь верхушка списка.

Вообще мне было все равно. Просто не хотелось тратить время на разговоры с ним. А когда он злиться, то чаще всего сваливает.

— Я делал для тебя всё, что мог…

Пфф… Лучше бы не делал вообще ничего.

— Определенно, — даже спорить не буду. — Это, видимо, твой удел.

— Видимо, мои попытки воспитать из тебя высоконравственного человека закончились полным провалом.

— Забавно, что про нравственность, и тем более высокую нравственность мне говорит человек, которой изменял своей жене. Между прочим, от которой уже были дети.

— Я полюбил. Я искренне любил твою мать. И несу ответственность за эту любовь и по сей день.

Как бы меня не раздражала Саманта, но логики в ее действиях побольше, чем у него. Да и с какой стороны не посмотри, отец явно сам загнал себя в такое положение. Но меня его душевные терзания и уж тем более личная жизнь вообще не волновала.

— Как благородно…

Может, это и правда. Но мне-то какое дело?

— Я пришел не ссориться с тобой… — Он подошел ближе. — А извиниться. Я… посмотрел камеры и журнал вызова… Прислуга и в самом деле намеренно довела твою комнату до такого состояния. Они уже всё убирают с моего личного приказа.

Вовремя… Я надеялась, что сказав это, он наконец-то уйдет, но отец продолжал стоять. И зачем? Еще о чем-то хочет сказать?

— Лучше бы нанял штаб рабов. Их за такое хотя бы можно наказать.

— Ты бы своего за такое наказала?

— Конечно.

Если бы не сходство с Дамлином, к Ладмину у меня было бы абсолютно другое отношение.

— И как часто ты его наказываешь? — На его глазах блеснуло что-то отдаленно похожее на слезы.

Вау, какие эмоции… Может, теперь не будет портить мне воздух тут и уйдет?

— Довольно часто. Продемонстрировать?

— Я сделал всё, чтобы вырастить из тебя достойного человека. Мне искренне жаль, что у меня не вышло. — Он положил коробку на противоположную. — Я выбирал подарок с твоим будущим супругом. Это мой настоящий подарок, а не, — Отец перевел глаза в сторону Ладмина. — Тебя уже ожидают в гараже. Не задерживайся.

Он развернулся.

И наконец-то ушел.

Я же задумчиво перевела взгляд на мою руку, застывшую в его алых волосах. Хм… А Ладмину это и в самом деле может быть неприятно? Вроде я в его реакции дискомфорта не наблюдаю. Да и поглаживание по голове это же безобидное прикосновение?

— Ладмин… — Он обернулся на меня. — А тебе приятно, когда тебя гладят по волосам?

— Из всех его слов вас волнует только это?

Вот и вопросы не по рабскому уставу вернулись. Но Ладмин, казалось, удивился ему больше меня.

— В общем-то, да. Всё остальное я уже слышала и не один раз… — Я будто ничего не замечая ответила. На Асмелиде и без того со скуки можно сдохнуть, так зачем мне гасить мое главное развлечение. — Так что?

— Довольно приятно…

Надо же… Он даже покраснел.

Ну, а мне, видимо, пора идти знакомиться с этим «будущим супругом».

Мой подарок стоял в гараже — женская модель автомобиля. И «будущий супруг» тоже.

Занимательно, что даже не на парковке при поместье, не на внутренней. А в гараже… И без камер. Хм…

Цэйрид бы до такого не додумался. Отец скорее бы наоборот выбрал место с камерами. Значит, либо Саманта, либо этот «жених».

— Позвольте представиться… — он поклонился. — Хэровин Фрид Уройт. Надеюсь, мы с вами сможем найти общий язык…

Это был черезчур мускулистый коренастый мужчина средних лет с козлиной бородкой и по-ослиному прямыми зубами. Мерзкий тип. Интересно, кто из этой семейки решил, что вот это — идеальный кандидат для меня?

— Не сомневаюсь… Корнелия Ле Шадо, — я присела в реверансе. — Так это и есть мой подарок? — мне пришлось широко улыбнуться от дикого восторга, ведь такую рухлядь подарить еще нужно додуматься.

— Теперь я понимаю, что ваш отец ни капли не преуменьшил вашу красоту… — завел он свою шарманку.

А он не похож на асмелидца… И либо у него дефект в речи, либо едва заметный акцент…

— А я теперь понимаю, почему о вашей он предпочел промолчать, — также любезно ответила я.

Со стороны Ладмина раздался кашель.

— Что?

— Что? — Я наигранно вздохнула… и захлопала глазками, как это любит делать Лана. — Я лишь сказала, что вы чудесно выглядите.

— А… прошу прощения… Я должно быть ослышался…

— Возможно… — Я все держала это по-дебильному милое выражение лица. — Можно ваши документы?

— Прошу прощения? — он аж поперхнулся.

— Документы. Вы же понимаете, что вероятно… — разумеется, никогда в жизни. — Нам предстоит брак. Я хочу убедиться, что на данный момент вы не женаты.

— А… Да, конечно, — он похлопал себя по карманам и достал довольно тонкую книжечку.

Паспорт Асмелиды. На первый взгляд. А на второй… Один из многочисленных баронов Кролевийских островов. Самая популярная байка среди тех, кто хочет выглядеть статусно. Этих баронов такое количество, что даже всех в базе данных нет… Для некоторых очень удобно.

Да и оттенок бумаги немного светлее. Она будто бы свежая. За более чем десять лет с указанного момента получения ну успела состариться? Шрифт букв и размер похож… Но их расположение в масштабе на пару микромиллиметров отличается от стандартного..

Паль? Да… Причём довольно среднего качества, но в космопроте с таким могут и пропустить.

Я отдала ему документ.

— Желаете прокатиться? Я лично выбирал… — Хэровин с невероятной гордостью подошел к этому подобию машины и похлопал по бамперу.

— Боюсь… Меня не предупредили о нашей встрече заранее… — Я сделала вид, будто смущена своим «домашним» платьем. — Я бы хотела предстать в другом платье и с… более подходящей прической. Вы дадите мне пару часов подготовиться?

— Да… Конечно… — он снисходительно улыбнулся. — Прошу прощения, я даже об этом не подумал.

Этот кретин ушел.

А я развернулась к этому металлолому.

Хм… Он хочет со мной покататься?

Тогда пусть это будет его первый и последний раз.

— Госпожа… Можно вам кое-что сказать о нем?

А это интересно…

Ладмин до этого момента стоял не вмешиваясь у стены.

— Говори, — я кивнула, разглядывая эту развалюху.

— От него исходит шлейф Жерстрика…

Так я и думала.

— И документ… — он продолжил.

— Паль. — закончила я за него. — Это как ты понял?

— Плотность отличается от оригинала…

То есть он хорошо знаком с оригинальными документами Асмелиды настолько, чтобы понимать их плотность. Интересно…

— Ладмин… Ты машину приподнять можешь?

Я бегло оглядела приборы, стоящие в гараже, подбирая нужные.

— Что? — он растерялся.

— Приподнять. Я ее немного… усовершенствую.

— Но…

— Так можешь или нет?

Он подошел и даже не напрягаясь приподнял… Да что за силой он обладает? Приподнял машину, словно это была простая гантелька на два килограмма.

Я же запихнула инструменты под машину и сама легла рядом с ними.

Ну и рухлядь…

Даже на примитивном велосипеде можно ехать быстрее.

Вообще на Асмелиде нет отдельного завода для «женских» автомобилей. Все делается на одних и тех же предприятиях, просто внося некоторые корректировки при сборке. В системе зажигания угол зажигания специально завален для позднего поджига смеси. Это буквально всю потенциальную мощность убивает, а если и пытаться хоть на каком-то подобии высоких оборотов ехать, то начнётся перегрев. В выпускной системе глушитель с повышенным сопротивлением, который буквально душит двигатель, не давая ему раскручиваться. И это не говоря про сам двигатель буквально из отходов машинного производства. Я решила начать с простого и немного выправила угол зажигания.

— Госпожа… Конструкция машины может не выдержать езды на большой скорости.

— Я в курсе.

Интересно, а есть то, в чем он не разбирается?

Понял, что я делаю, знает о сборке женских автомобилей, еще и подделке документа догадался сам… Порой мне начинает казаться, что интеллект у нас примерно на одном уровне, что редко встречается.

Разобрать глушитель, особенно у такой рухляди, не составило труда. Выбить перегородки… И в целом такая простая прямая конструкция на один раз сойдет.

Я вылезла из-под машины.

— Можешь отпускать.

Ладмин осторожно отпустил… У меня вообще складывается ощущение, что он эту машину с легкостью мог бы и в воздух подбросить… Есть, конечно, расы, которые отличаются физическими способностями, но даже так его сила выделяется. Дамлин же тоже был сильнее среднестатистического человека, но по моим наблюдениям старался это скрыть. Так что я даже не знаю, мог бы он как Ладмин с легкостью поднять автомобиль…

Мне же осталось поработать над двигателем.

Я открыла капот, демонтировала коробку передач и отсоединила двигатель.

— Вам помочь?

— Да, можешь его достать и на стол положить?

Он кивнул и без труда вытащил двигатель. Сильно изменять его нельзя, а то такое вмешательство могут и заметить. Так, все мелочи, которые я внесла в свой «подарок», можно списать на брак или ошибку при сборке… Поэтому и в двигателе я просто аккуратно сточила кулачки родного вала. На один заезд этого хватит.

— Все. Возвращай на место.

Ладмин кивнул и с присущей ему аккуратностью вернул ровно в то же место. Я все закрепила. Убрала всевозможные следы с улик и отправилась готовиться к незабываемой поездке.

Разумеется, для вида перед приходом жениха я привела себя в порядок и даже сделала легкий макияж. Нужно же было продемонстрировать, куда было потрачено время. Ладмин уже сидел на заднем сидении этого «автомобиля», а я же ожидала Хэровина. Он появился ровно минута в минуту.

— Прошу прощения, я заставил вас ждать?

— Не стоит переживать, это я подошла раньше… — я отвела глаза в сторону, — Боялась опоздать.

— Что вы… Я бы подождал ради созерцания такого великолепия.

Льстит. Я, конечно, по всем параметрам была красивой, но с нашей первой встречи не настолько сильно изменилась. Да и его заискивающий взгляд, наигранная интонация выдавали все с головой.

— Вы хотели прокатиться… — я села на водительское кресло, и ему ничего не оставалось, кроме как сесть на пассажирское сидение рядом. Вероятно, он предполагал, что раз это первая поездка на новом автомобиле, то поведет он.

Научит меня пользоваться настолько сложным устройством. Это буквально в его взгляде читалось.

— Вы умеете водить? — он все же сел рядом.

Я пристегнулась. Заблокировала двери и повернула ключ зажигания.

— Да, еще в двадцать права получила…

На Асмелиде. Тут женщины могут получить водительские права только с двадцати лет, в то время как мужчинам разрешено с шестнадцати… Но зато на Сильвере у меня был личный автодром, где я могла кататься на скоростных высокотехнологичных автомобилях с юного возраста.

— Я впечатлен. Не так часто встретишь женщину, которая умеет водить. Тогда я могу не беспокоиться… — он улыбнулся, глядя на меня. — Но если вдруг вам что-то будет незнакомо, вы не стесняйтесь спросить меня…

На этом металоломе и водить не нужно уметь. Обычно максимальная скорость женских автомобилей ограничена на тридцати километров в час.

— Всенепременно, — я изобразила улыбку и нажала на газ, выезжая из гаража.

— Вы всегда с собой берете раба? — Хэровин покосился на Ладмина через зеркало заднего вида. Тот вполне себе спокойно сидел, смотря в окно.

— Да.

Мы уже выехали на загородную трассу, где практически не было машин. Лишь дорога, фонари по краям и лес.

— Даже на свидания?

— Да.

— Почему?

— Мне с ним спокойнее.

На деле, если бы я его оставила, Саманта или отец могли устроить ему допрос. Саманта захотела бы узнать всю подноготную обо мне, разумеется, ради моего же блага. Отец был бы больше озабочен тем, как я к Ладмину отношусь. Может, попытался бы ему как-то помочь… Готовить его к нему не было ни времени, ни желания, так что проще было взять его с собой. Да и я привыкла к его присутствию рядом.

Он щебетал о своем бизнесе. Я не особо слушала, лишь изредка коротко отвечая.

Мне и так было кристально понятно, что все это едва ли можно назвать «бизнесом». Больше звучало как рандомные фразы, которые лишь на слух воспринимаются солидно. Вряд ли хоть что-нибудь из этого есть в реальности.

Но у меня было блаженное выражение лица, будто я верю каждому его слову.

— Вы окажете мне честь сопровождать вас на бал? — вдруг спросил Хэровин.

— На бал?

Я сильно сомневаюсь, что мы вообще увидимся второй раз.

— Мы с вами все же в скором времени заключим брак. Пора начинать вместе выходить в свет…

Ничего себе у него разрыв с реальностью. Это он сам выдумал или ему кто-то лапшу по самые барабанные перепонки засунул?

Только сегодня встретились, а он уже настроил себе воздушных замков…

— Я не знаю, предупредили вас или нет, но… Пусть я и ношу фамилию Ле Шадо, но являюсь рожденной вне брака. Мое придание будет скудным и без дальнейшего содержания от семьи, — обычно на этом этапе большинство уже отваливается.

Это одна из причин, почему Саманта так заинтересована в моем браке. Первая — не видеть мою персону никогда более. Вторая — сама идея тратить на меня семейный бюджет приводит ее в бешенство. Разве что на «вред» мне — попадает в категорию исключения. С логикой у нее, конечно, есть проблемы.

— Не переживайте, я достаточно обеспечен, чтобы содержать вас.

Ясно, почему Цэйрид так уверен, что я за него выйду замуж. Наверное, они в узком кругу уже все обговорили.

— Мы с вами еще совсем немного знакомы… Можем не сойтись характерами…

— У нас впереди целая жизнь, чтобы познакомиться. Это тоже не повод для ваших переживаний… У меня современные взгляды, и я позволю вам доучиться…

Какая прелесть. «Позволит»…

— Миледи… Может немного помедленнее поедем? Мы же никуда не торопимся…

Пейзаж за окном уже стал сливаться в единое марево. Скорость и в самом деле возрастала.

— Не могу… Педальку заклинило.

Пока еще ничего не заклинило, но вот через пару минут…

— Эшера…

Вот и спалился. Только я виду не подала. Это обращение используют к женщинам на проходных второсортных планетах типа Перфениды. В высококлассных планетах считается дурным тоном. Ну, а на Асмелиде, где большинство населения практически не вылетает за пределы орбиты, никто о таком и не знает.

— Что-то случилось? — как ни в чем не бывало спросила я.

Он побледнел. Ах… Это скорость приблизилась к двумстам километрам.

— Я… — Хэровин явно терял самообладание, начиная паниковать. — Эшера, женские автомобили на такой скорости не ездят.

— Да? Не знала, — удивленно захлопала глазками я. — Должно быть, у меня отказали тормоза.

— Это… Это… — он уже стал чуть ли не серым. — Мы же…

— Жаль… Мы с вами даже пожениться не успели… — скорость нарастала. — И на бал так и не сходили…

Раздался скрип. Крепление колес не выдерживает. Что ж…

Я переключила сцепления. Включила аварийный тормоз и вывернула машину на сторону дражайшего будущего супруга. Машина влетела в столб. Ровно в переднее пассажирское кресло. Стекло выбило. Ремни безопасности стали каменными. Что-то под капотом хлопнуло и повалил дым.

Прекрасное первое и последнее свидание.

— Госпожа…

Я через разбитое зеркало посмотрела на Ладмина. Он был цел. Только глаза встревожены. Ну, его я и не планировала задевать.

— Выходи.

Я спокойно вышла, стряхивая с себя осколки и всякую пыль. Дым из-под капота уже валил во всю. Прекрасно… Следов моего вмешательства не найдут. Спишут на неисправность.

Жаль только, что из салона раздались стоны. Выжил все-таки…

Ну ладно. Если от него несет Жерстриком, то в этот раз от «жениха» мне и избавляться не придется.

— Идем, — кивнула я Ладмину и неспешно пошла по обочине трассы.

По моим расчетам, идти часов шесть… Но, скорее всего, по пути попрошу у кого-нибудь вызвать водителя из особняка Ле Шадо. Тут все знают эту фамилию. Желающих помочь даме в беде точно будет море.

— А… — он обернулся на Хэровина.

— Совсем забыла о нем подумать… У меня шок. — абсолютно спокойно произнесла я и продолжила идти. Это будет моим официальным оправданием. И никто не посмеет даже возразить. До Ладмина дошло, что спасать его я не собираюсь. Он еще пару раз обеспокоенно посмотрел в сторону разбитой машины и все же пошел следом.

Вообще я каждый раз задумываюсь… И зачем мне участвовать в этом Асмелидском зверинце? Могла бы давно уже разорвать все контакты с ними. Но Дамлин… Отец ему нравился… Все же он был его опекуном и почему-то именно о нем по-настоящему заботился. Из-за Дамлина я и не разбираюсь с Самантой. Если ее не станет, то отец сломается. Случится трагедия с еще одним сыном — тоже. Да и возраст у него уже немолодой. Такие переживания могут быстрее его свести в могилу. А Дамлин… Ему нужно место, куда он сможет вернуться. Может, и Асмелида. Поэтому я их и не трогала, да и мне хоть на бумаге нужно быть частью этой семьи… До его возвращения.

Вдруг он из-за этого не захочет со мной разговаривать, если я причиню кому-то из них серьезный вред? Или вообще оборвет связь… Ведь проблема в том… Что я никогда не была уверена, каков будет его выбор — между мной и родом Ле Шадо. Я никогда не была приоритетом. Да и вряд ли стану…

Если так подумать, то и общался он со мной по большей части из-за уважения к отцу и своего чересчур правильного воспитания. Да и в поместье особо общаться было не с кем. Порой мне кажется, что Дамлин и не осознавал, насколько важен для меня… Да и зачем ему это осознавать? Вполне вероятно, что я как раз была одной из тысяч его фанаток… Я просто была первой.

— Госпожа… — раздался голос рядом. — Вы в порядке?

— Нет… Видишь ли… Для того, кто был для меня всем миром, я была лишь частью рутины дня.

— Эм… — он растерялся.

И чего я вообще ему об этом говорю?

Он же о моем состоянии после аварии спрашивает…

— Забей.

— Корнелия, Хэровин мне сказал, что ты не отвечаешь на его письма…

Я бы это второсортное дерьмо даже не читала, не то что отвечать. Сразу ясно, что написано ботами по запросу «для знатной дамы Асмелиды». Мог бы хоть для вида сам сделать, но нет…

Так что я очередной раз лишь убеждаюсь в его корнях. Все же след Жерстрика с себя сложно отмыть.

— У меня недомогание… — я вздохнула. — После аварии так и не отошла.

— Он все же ждёт ответа…

Пфф, хочу увидеть лицо папочки, когда он узнает, почему же мой «жених» так рьяно желает на бал и заваливает меня своим спамом.

На деле лежать на кровати и ничего не делать — меньшее из зол, на которые я способна. Меня никто не бесит, и я никого не бешу. Идиллия. Тем более комнату убрали. Теперь появились новые лица среди прислуги. Старые забились подпол, некоторых даже уволили. Ко мне приходили по первому требованию. И вообще за мной был особый уход, ведь я пережила аварию… А это такой стресс.

Даже удивительно, что отец в этот раз никак не комментирует присутствие Ладмина на кровати. Он лежал со мной и грел постель. Не в такой близости, как в прошлый раз, но его тепла было вполне достаточно. К тому же отопление в комнате уже работало.

— Я бы еще пару дней полежала… Чувствую себя нехорошо, — я натужно вздохнула, изображая слабость.

— Корнелия…

Да что ж он не уймется… Надоедает. Надавить на жалость?

— Я же чуть не погибла… — у меня даже слезы к глазам подступили. — А тебя волнуют какие-то письма?!

Простая реакция тела, которую при тренировке не так уж и сложно вызвать. Зато иногда может пригодиться.

— Я понимаю… — его голос сразу смягчился. — И я не представляю, что произошло с машиной… Но ты же не будешь до конца дней не выходить из комнаты?

— Мне всего лишь нужно еще пару дней, чтобы прийти в себя…

Точнее, чтобы через пару дней еще раз сказать, что нужно пару дней, а потом еще и еще… Пока мои «каникулы» на Асмелиде не подойдут к концу.

— Пару дней… — повторил отец. — Хорошо… Но через три дня мы принимаем гостей на бал, и тебе нужно будет присутствовать. Там будут и межгалактические посетители…

Я слабо пролепетала, что, конечно же, буду, а слезы так и катились по моим щекам… Стресс все-таки. Может и в самом деле пойду. Если все правильно спланировать, то этот бал станет удобной причиной, чтобы свалить отсюда пораньше. Отец ушел, довольный этим ответом.

Мой старенький ноутбук уже был подключен к нужным серверам. Это только на вид он держится на последнем издыхании. На самом деле новый модуль, обновленный процессор с оперативной памятью. Для Асмелиды довольно мощное устройство, но по внешнему виду никто этого и не заподозрит. Я же открыла почту. Еще одно спамовое письмо.

— Госпожа, вы в порядке? — раздался тихий голос.

А… Я же при Ладмине этот спектакль разыграла.

— В полном, — я смахнула слезы рукой, и их как и не бывало.

Он же никак свою настоящую реакцию не выдал. Только едва заметно приподнял брови и тут же вернул их на место. Видимо, не сильно и поверил в мои слезы. Услышал, что сердцебиение не участилось?

В любом случае, ничего больше он не спрашивал. Мне вообще кажется, что за последние дни он все глубже и глубже уходит в себя. Но мне это никак не мешает, так что пускай.

Я вновь перевела взгляд на почту. Еще и Лана строчит. Предлагает на горнолыжный курорт съездить.

Все, конечно, как мы и договаривались…

Но «горнолыжный»?

Она серьезно?..

По-хорошему, и в самом деле сделать так, чтобы этот день был последним на Асмелиде. Дамлин в этом году не вернулся, а значит, все эти дни — пустая трата времени. В целом ожидаемо. Если бы он даже начал движение в сторону Асмелиды, мои системы наблюдения его бы заметили. Но в этом году, как и в предыдущих десяти, никаких предпосылок для его появления нет.

Разве что…

Я перевела взгляд на Ладмина, которому подбирала костюм.

— Госпожа… — он стоял на месте, не мешая мне подносить к нему разные комбинации. — А вы уверены, что мне нужно идти с вами?

— Да.

Предпосылок нет, но есть до ужаса невероятные совпадения.

— Но разве… рабам можно посещать такие мероприятия?

— В законодательстве Асмелиды об этом ничего не сказано.

Всё отношение к рабам сформировано лишь общественным мнением. Никаких формальных и уж тем более задокументированных правил нет. Межгалактический Союз бы это не одобрил. Так что и я, появившись на балу с Ладмином, ничего не нарушила. Формально…

Неформально это вызовет… Определённую реакцию. Разумеется, негативную. И даже если мои предположения о мотивах Хэровина неверны, меня всё равно будет проще отправить куда-нибудь подальше. А то мало ли… Вдруг я буду излишне часто попадаться на глаза многоуважаемым представителям высшего света Асмелиды и напоминать о произошедшем казусе. Тут даже «горный курорт» будет очень кстати. Вероятность того, что отец согласится меня туда отправить, составляет семьдесят девять процентов.

— Из-за меня к вам могут предвзято отнестись…

Ладмин неплохо осведомлён и в настроениях высшего света. Впрочем, меня больше удивит, если он в чём-то не осведомлён. У него явно есть хорошее образование. Может, и в самом деле в ВУЦМО?

— Ко мне и так предвзято относятся, — я пожала плечами.

Он, видимо, смирился с посещением сего мероприятия и продолжил стоять ровно. Я же разбиралась в куче костюмов, которые ему заказала.

Пока остановилась на белом и бордовом. Но белый…

— Как мне нужно себя вести?

— Спокойно. И по возможности далеко от меня не отходить.

Хм… Я вернулась к выбору его одеяния. Ему и бордовый, и белый костюм практически одинаково подходят…

— Можно, пожалуйста, белый, — неожиданно тихо попросил он.

— Не нравится бордовый?

Мне, наоборот, казалось, что он лучше сочетался с его волосами. В белом же он выглядел… Как-то уж слишком чисто. Да и этот цвет…

— Все оттенки красного.

Иронично.

— Ладно.

Костюм всё равно ни на что не повлияет. Просто…

Белый цвет чаще всего носил Дамлин.

Мои же сборы проходили слишком скрупулёзно для Асмелиды. В этот раз со мной работали визажисты и стилисты. Такого даже когда меня впервые представляли высшему свету не было… Это из-за псевдожениха или отцовского чувства вины? А может и из-за межгалактических посетителей.

Ну ладно… Рядом с теми же сборами на Сильвере эта пародия и близко не стоит. Ладмин надел этот белый костюм и теперь что-то высматривал в окне, я каждые несколько минут пыталась высмотреть что-то в нём. Опять… Я снова вижу Дамлина. Наваждение какое-то…

Это иллюзия частности? Или я просто схожу с ума?

Если бы не печать Забвения, я бы давно спросила напрямую… Устроила бы допрос, как только зародилось первое подозрение. Но с ней… Какой смысл даже спрашивать?

— Мы закончили. Вы хотите что-то поправить? — обратилась ко мне визажистка.

Я посмотрела в зеркало. Обычный аккуратный макияж. Неплохо сочетался с моими внешними данными. Да и дополнял моё платье, расшитое изумрудами.

— Нет, благодарю, — кивнула я, и мастера ушли.

Ладмин обернулся ко мне и буквально уставился, распахнув глаза, словно впервые меня увидев. Так даже просто в обществе невежливо смотреть, не говоря уже о допустимости подобного поведения для раба.

— Что-то не так? Видишь какие-то косяки?

Может его зрение уловило что-то, чего не видела я?

— Нет… Вы… невероятно выглядите, — хрипло ответил Ладмин.

Я невольно приподняла бровь. Так ему понравилось? Это вполне обосновано. Никаких косяков в макияже нет. Платье, макияж, причёска — всё гармонировало. Должно быть ему просто непривычно меня видеть в таком амплуа.

— Пошли. Пора.

Я вышла из комнаты, зная, что он пойдёт за мной.

Само мероприятие началось вообще-то час назад. Но на церемонии приветствия и знакомства мне присутствовать было вовсе не обязательно. Всё же я отношусь к принимающей стороне.

Коридоры поместья же сияли. Был вылизан каждый уголок. На стенах висели информирующие экраны, которые в обычные дни пылились в хранилище. Видимо и в самом деле прибыли межгалактические гости. Причём немало.

На Асмелиде какой-то культ на жизнь с минимумом технологий. Разумеется, жить без всех благ цивилизации сложно… Но тут зачем-то усложняют себе жизнь, сокращая пользование устройств до самого минимума. Мне, можно сказать, повезло с подарком ноутбука, детям обычно вообще не дают пользоваться гаджетами. Взрослое поколение использует технику только для работы, не перенося её в личную жизнь или свои хобби. Такова чуть ли не основополагающая идеология — технологии инструмент только для необходимой работы, а остальное время жизни принадлежит чистому сознанию человека. Не очень популярные идеи в рамках вселенского масштаба, но кто-то из Межгалактического Союза проникается этой идеей, так что пусть и небольшие, но регулярные туры на Асмелиду идут. А вместе с ними редкие исследования, бизнес-сотрудничества и даже переселенцы.

Хэровин ждал меня у самого входа в бальный зал. Все уже должны были собраться внутри. Ладмин отступил на полшага назад, давая нам больше пространства.

— Вы обворожительно выглядите. Я рад, что мне выпала честь сопровождать вас… — он склонился в приветственном поклоне.

Я кивнула, даже не сделав не реверанс, направилась к двери.

— Благодарю.

Его даже присутствие раба не смутило?

Мог бы и получше ознакомиться с нравами местной среды. Даже Ладмин об этом в курсе. Хотя я сравнивать их глупо. Хэровин определённо вне конкуренции. Да и редко кто из Жерстрика обладает хотя бы средним интеллектом. Я вот только Сейриха знаю… И то, он, как и Ладмин, скорее исключение из общей статистики.

— Вы позволите? — он подставил мне локоть.

— Конечно… — я немного брезгливо, но взялась за него, стараясь не особо прикасаться.

Портье распахнули двери.

Но стоило нам войти, как в зале разговоры стихли. Воцарила тишина. Все взгляды уставились на нас. Разве что Саманта, стоящая в отдаление возле отца, демонстративно разглядывала свой маникюр. Ну да, она после психушки вживую со мной никак не коммуницировала. Её максимум — пакости издалека, чтобы показать свою неизменную позицию.

— Должно быть, мы настолько чудесно смотримся вместе, — тихо улыбнулась я Хэровину.

Он нервно кивнул, не понимая, в чём дело.

Оркестр начал играть. Их расписание не зависело от всеобщего «удивления».

— Вы не будете против, если я начну как полагается? — шепнула я «жениху» на ушко, убирая свою руку с его локтя.

— Конечно… — кивнул он.

Мой вопрос не услышали, а вот его согласие видели все. Замечательно…

Я подошла к Ладмину и, взяв его за руку, вывела в центр зала. Он не сопротивлялся, но явно не понимал, что происходит. Я сделала перед ним формальный грациозный реверанс. Мне показалось, что его дыхание замерло. Нервничает?

Возможно…

Но все же Ладмин сделал формальный поклон и с секундным промедлением протянул мне руку.

Первое па.

И оно было… Изящно.

Мне было неважно, умеет он танцевать или нет. Важно само действие, а оно уже произошло. Таких прецедентов на Асмелиде еще не было. Мне в целом на мою репутацию тут все равно. Но этим поступком я растоптала ее вдребезги. Ни один аристократ не пожелает на мне жениться. Можно сказать, я теперь павшая женщина. Недостатков не вижу.

Куда больше меня волновал Ладмин. А точнее, его движения. Он неожиданно умел танцевать. И это было… Так знакомо. Я позволила ему вести. И он вел. Плавно. Осторожно. С присущей ему нежностью. Его взгляд был устремлен на меня. В этот миг… В миг, когда наши взгляды встретились, у меня перехватило дыхание. Кровь хлынула к щекам. Сердце пропустило удар. Казалось, зала больше не существует. Нет никаких гостей. Никто на нас не смотрит.

А Ладмин продолжал кружить меня в танце, не сводя глаз. Я на автомате делала нужные движения, заученные годы назад. Но все мое внимание переключилось не на план, не на порядок танца, а на… Его руки, едва прикасающиеся ко мне сквозь ткань. Он не пытался доминировать, обладать, схватить, облапать или грубо вести… Нет… Он всего лишь мягко направлял и поддерживал нужный ритм. Он даже не задел открытых участков кожи… Это…

Это совсем как тогда…

Я отчетливо ощутила что-то. Что-то настолько хрупкое, неуловимое… Призрачное… И такое… Теплое. Всего на миг.

Мелодия кончилась.

Ладмин, казалось, тоже выглядел немного растерянным и… Печальным? Но через секунду его выражение лица стало нейтральным. Он аккуратно отвел меня к фуршету, как и полагается кавалеру. Сам встал возле.

Я прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Хэровин… А Хэровин даже не смотрел на меня. У него поменялись интересы. Его взгляд был прикован к Цэйриду.

Моя функция выполнена, и «невеста» ему больше не нужна.

Так я и думала…

Самый лучший план — это тот, в котором ничего делать и не нужно. Так что я отошла под руку с Ладмином к стене. Хэровин даже не вспомнил обо мне. Он сконцентрировался на моем брате.

Классика среди пиратов или наемников. Они не все грабят, похищают и творят беспредел. Обычно просто берутся за всякие разные заказы внутри разных планет через теневые сети. Это даже не всегда что-то незаконное, порой может быть просто грязной работой. Для них деньги не пахнут, а с моралью среди такой страты населения крайне туго. Но если наняли такого дилетанта, значит бюджет был скромным. Так что, скорее всего, очередные разборки внутри Асмелиды.

Как приблизиться к цели?

Проникнуть внутрь. Ума прикинуться послом или межгалактическим гостем ему не хватит. Как и навыков, ведь просто так абы кого на балы Ле Шадо не приглашают. Остается зайти с другой стороны…

Если бы Хэровин осведомился о положении дел чуть больше, то, может, и смог бы достичь цели. Ну, и если бы меня тут не было. Это в межгалактическом сознании высокопоставленных лиц планеты охраняют как небывалое сокровище. На Асмелиде можно и с заднего входа зайти. Стража, конечно, есть, но их уровень настолько низок, что даже наемник с Жерстрика мог бы справиться.

— Госпожа, вы же знаете, что происходит… — Ладмин наклонился к его уху.

— Знаю.

Я не стала отрицать. Он сам по себе сообразительный, а с его способностями мог понять всё и раньше меня.

— И вы ничего не сделаете?

— Сделаю. Но не сейчас.

Я отсчитывала секунды в ожидании. Хэровин не стал бы сразу нападать. Это бы привлекло шум, а ему еще назад нужно возвращаться. Так что он постарается разобраться с братиком потише, пусть это и займет больше времени.

— Но… Может быть слишком поздно.

— Знаешь, что всем больше всего нравится в историях про героев?

Ладмин не ответил, вопросительно посмотрев на меня.

— То, что они приходят в самый последний момент. Успевают остановить зло за считанные секунды до трагедии.

— Я не понимаю…

— Тогда весь путь и прошлое забывается, ведь в центре внимания блестящая победа, которая, казалось, была невозможной. Это самая идеальная кондиция, от которой можно получить максимальную выгоду. Можно даже ни о чем не просить, тебе сами всё принесут на блюдечке.

— Но он же может погибнуть…

— Он уже погиб?

— Еще нет, но…

— Вот видишь. Еще рано.

Я мысленно отсчитывала время. Прошло две минуты. Ладмин же рядом со мной застыл. Так переживает? А может, что-то услышал или заметил…

В любом случае, по моим прикидкам, пора. Я неспешно двинулась к балкону. Он был закрыт от основного зала, давая уединение от шумного мероприятия. Для парочек на балу крайне романтичное место, но его еще можно использовать и по-другому…

Я открыла дверь и как ни в чем не бывало зашла. Хэровин уже направлял на Цэйрида пистолет. Вот только мое открытие двери его спугнуло. Он вздрогнул от неожиданности, выронив оружие. Дилетант. С большой буквы. Мог бы перед операцией хоть успокоительное выпить.

— Ты…

— Мы с вами на «ты» не переходили, — ровно ответила я, не реагируя на его казус.

Он выругался и налетел на Цэйрида, выталкивая его с балкона, а сам бросился к двери. Я наблюдала, как брат перевалился через балюстраду и, не успев ни за что ухватиться, падает вниз. Высота тут довольно внушительная.

На его лице отразилась паника, которая за миллисекунды перерастала в ужас.

А вот и нужная кондиция.

Тот самый последний момент.

Я в мгновение подскочила и схватила его за руку.

Может внешне по мне и не скажешь, но мне вполне хватало сил его удерживать навесу. Прелести генома сильвов.

— Держись, братик… А то упадешь, и всё.

Из его горла раздался невнятный всхлип облегчения.

— Что ты там говорил, «будующий лорд»? — Я наклонилась к нему.

На самом деле хоть высота и внушительная, но он вряд ли бы погиб… Так… Позвоночник переломал, что в теории можно было бы вылечить. Но в такие моменты люди редко мыслят здраво…

— Прости. Пожалуйста, прости… Я больше не буду. Прости. Прости…

Ведь страх смерти он такой… Быстро доводит до правильных мыслей.

Я подтянула его руку к перилле балкона и помогла зацепиться.

— Если вежливо попросишь у Ладмина, может он тебя и вытащит…

Ладмин как раз только подошел. Но он явно слышал обо всем произошедшем.

— Если хочешь, можешь помочь, — я кивнула Ладмину.

Даже сомнений в том, что он спасет его, не было. Цэйрид только открыл рот, чтобы начать молить о помощи, как тот его в одно движение вытащил.

— Вы в порядке?..

— Да… Спасибо… Спасибо…

Ожидаемо. Дальше можно не наблюдать.

Я же направилась за Хэровином. Он все еще был в зале. Женишок не настолько идиот, чтобы бежать прямо среди гостей. Стража бы не пропустила.

Так что Хэровин пытался делать вид, что ничего не произошло, и медленно направлялся к дверям зала.

Обернувшись на меня, он замер. Дилетант от мозга костей. И зачем развел этот детский сад?

Лучше бы вообще не совался.

А это даже для Асмелиды… Скучно.

Я выстрелила. Один раз. Этого было достаточно. Жаль, только из электрошокера.

Пластины впились в него. Раздались разряды, а сам он мгновенно подкосился и скрючился на полу.

В зале вновь воцарила гробовая тишина. И вновь все взгляды прикованы ко мне.

Стража растерянно подошла к нему, явно не понимая, что происходит. Но и на меня оружие направить не решались.

— Он покушался на моего брата, — коротко объяснила я.

Цэйрид подтвердит. На балконах в поместье камер практически нет, но на фасадах здания их более чем хватает. Только из-за дальности никакой звук записать не получится. Так что когда они будут просматривать кадры, им откроется душещипательное зрелище, как я в последний момент помогла младшему братику. Но слабой женщине, разумеется, не по силам поднять его на балкон, так что я попросила своего раба. Цэйрид не в том состояние, чтобы вякать против меня. Да и оказавшись в шаге от «гибели» надолго это запомнит.

Мой танец с Ладмином определенно разрушил мою репутацию на рынке невест. Но для семьи Ле Шадо… В свете всех событий это не станет поводом для лишения меня фамилии. Даже Саманта не посмеет заикнуться об этом. А вот надоедливые знакомства с женихами прекратятся. Как минимум лет на пять.

Но взаимоотношения не испорчены. Отец явно будет мне благодарен, несмотря ни на что. Саманта со своими недоинтригами затихнет. Цэйрид и вовсе будет молчать в тряпочку.

И самое главное, в случае, если Дамлин вернется, меня тут примут.

Я обернулась. Ладмина рядом не оказалось. Странно. Обычно он от меня не отходит. А это… На балкон сразу со мной не вышел. Подошел позже, хотя так переживал… Брата поднял еще перед моим уходом. Что там еще делать?

Я вышла на балкон. Цэйрид сидел на полу, прижавшись к перилам, а какая-то женщина не в местной одежде стояла рядом с Ладмином. На вид ей было лет пятьдесят. Аксессуары и украшение не очень дорогие даже для Асмелиды. Значит, не из высшего круга. Я бы даже сказала, что занимает низшую грань среднего класса. Но при этом хочет казаться значимой персоной. Похожа на приглашенную межгалактическую гостью. Может, исследовательница… При этом ее лицо я уже определенно видела.

Эта женщина что-то ему говорила на межгалактическом.

А Ладмин просто смотрел на нее и… дрожал?

Я его никогда таким не видела.

Тут эта особа с размаху ударила его по щеке. Судя по его покрасневшей коже, это был уже не первый удар. Она.

— Подождите… Не надо… Он… — лепетал Цэйрид.

— Видимо, тебя совсем разбаловали, ничтожество. — Еще одна пощёчина. — Забыл, где твоё место?

И снова удар.

— Смеешь смотреть на меня?!

Еще один.

Она настолько увлеклась, что даже не замечала моего приближения.

Он с лёгкостью мог бы переломить ей хребет. Почему терпит?

Я в это мгновение поняла одну простую истину…

Мне не нравится, когда его кто-то бьёт.

Я бы даже сказала, очень не нравится.

— Соизвольте объяснить, что вы делаете с моим рабом.

— Вы его совсем распустили.

Она замахнулась для очередного удара, но я перехватила ее руку еще до их соприкосновения.

— Милочка, ты ещё юна… Но с рабами только так и обращаются, а не танцуют. Особенно с такими… Понимаю, ты выросла на Асмелиде и тебе это в новинку… Но он преступник. И должен знать свое место…

Я просто взяла и схватила ее за шею. За эти несколько слов мне уже порядком надоел ее голос.

— Я не расслышала, может, повторите? — Улыбка расплылась сама собой. — Ну давай… Говори.

Я продолжала ее душить.

— Помогх… Гхк… Гхк…

— Что? Громче. Я не слышу.

— Ахг… Гхх…

— Погромче, а то совсем ничего не понятно…

Ее глаза закатились. Только тогда я ее отпустила, и та грохнулась на пол.

Пнула ее пару раз. Видимо, немного увлеклась, не заметив, как дверь балкона отворилась. Стража только решила обеспокоиться состоянием наследника. Вот это скорость… Но из-за их «своевременного» появления высшему свету и гостям предстала удивительная картина…

— Она участвовала в покушении на жизнь моего дорогого брата… — Я как ни в чем не бывало заправила прядь волос за ухо.

Впрочем, можно было бы и не оправдываться. Итак, моя репутация уже должна была опуститься в минусовую степень по всевозможным системам координат.

Бал определенно точно окончен.

— Идём.

Я повернулась к Ладмину. Тот даже не шелохнулся. Все также стоял на месте, едва заметно подрагивая. И что с ним? Шок? Ужас?

Ладно, потом разберусь…

Я взяла его за руку и дёрнула за собой. Так он пошел. Как какой-то робот, но все же шёл. А в моей комнате он осел, прислонившись к стене, скрыв лицо за коленями.

И что с ним делать?

А я-то с чего так разозлилась?

Мне было плевать на Цэйрида и Хэровина, но… Эта ситуация с Ладмином вывела из себя за пару мгновений.

— Вы… тоже хотите меня наказать? — шепотом спросил он.

— Нет. — Я стала снимать с себя тяжелые украшения и неудобные туфли. — Если я правильно помню из твоего личного дела… Это была моя предшественница.

Я видела фотографию этой женщины в личном деле Ладмина. Его прошлая хозяйка. Та самая, которая хотела сделать из него звереподобного.

— Да… Я… Я не животное.

И как мы к этому пришли?

Я ничего ему на это не ответила.

— Я не животное.

— Я и не говорю, что ты животное.

Мое платье оказалось на полу, а сама я, не особо стесняясь, переодевалась в более удобную одежду. Все равно тело — это всего лишь тело. Но на Ладмина я поглядывала, оценивая его состояние. Ему же на мою наготу было все равно.

— Я не животное… не животное… Не животное… Я…

Ясно, у него истерика. Хм, когда он один в комнате, то такое поведение допускал. Но вот со мной… Это у него впервые.

Интересно… А если попробовать так?

Я присела на корточки и нежно провела рукой по его щеке.

— Ладмин, я не отношусь и не считаю тебя животным, — я даже старалась, чтобы мой голос звучал мягко. — Так что ты прав, ты не животное.

Но…

Он на меня накинулся. Не сработало?

Быстро… Я ничего не успевала сделать.

Это его скорость, если он намеренно не замедляет свои движения?

Я приготовилась к атаке, удару, но Ладмин меня…

Обнял?

Ха… Необычно. Я редко с кем обнимаюсь… Вообще ни с кем. Только с Дамлином когда-то. А это…

Ощущения были интересными.

Его руки крепко меня сжимали, наверное, даже если бы захотела, то с трудом смогла бы выбраться. Зато… Было тепло. От его тела исходил приятный жар. И сам он ничего больше не делал. Лишь положил голову мне на плечо и судорожно дышал, шепча что-то неразборчивое на странном гортанном языке.

Что страннее… Противно мне не было.

Так что я не стала его отталкивать, да и как-то желания отстраниться не было.

Пускай…

Если уж он со мной остаётся, то мне нужна его привязанность и доверие.

Через какое-то время его дыхание выровнялось.

— Я думал, что самое страшное — это когда тебя забывают все… — прошептал он. — Но я ошибался. Страшнее, когда ты сам себя начинаешь забывать.

Я аккуратно провела пальцами по его волосам. Ладмин вроде успокоился. Хорошо…

— Ладмин… Поговоришь со мной? — тихо, чтобы не спугнуть, спросила я.

— Угу…

— Что она может делать на Асмелиде?

Надо было с ней по-быстрому разобраться. Это не сложно, но нужно выяснить несколько нюансов.

— Могла выиграть грант на исследование…

Ясно, скорее всего, исследовала планетарную культуру. На Асмелиду иногда для этого прибывают. Один из инвесторов в гранты — мой отец, так что неудивительно, что она была приглашена на бал.

— Она нарушала когда-то закон?

— Нет… Она, наоборот, очень скрупулёзно соблюдала все правила. Ненавидит всех тех, кто их нарушает.

Не повезло ей. Тогда завтра в ее ноутбуке найдут несколько крайне занимательных программ с засекреченными файлами. Обвинят в шпионаже и сотрудничестве с пиратами. О свободной жизни эта дамочка может забыть.

Что интереснее… Так это то, сколько всего Ладмин подмечает. Он же находился у нее под смириадой, и столько всего запомнил.

Ладмин еще какое-то время сидел, обнимая меня. Я не торопила. Напротив, мне почему-то… Хотелось расслабиться. Это так странно… И только выдержка удерживала меня от этого.

— Сюда идет стража… — Он осторожно отстранился.

В этот раз намеренно медленно, чтобы я видела каждое его движение. И я видела.

— Прости… Те… Я не… Я не специально… — Ладмин отвёл взгляд в сторону. — Я вам… Противен после всего этого?

Он засмущался? Его смущает такая близость со мной? Хм…

— Нет, — я погладила его по волосам и встала.

Дверь в мою комнату распахнулась.

Видимо, отцу уже обо всём доложили.

— Корнелия Ле Шадо, ваш отец просил сию минутно явиться в его кабинет.

Ожидаемо. Я правда думала, что они нагрянут чуть позже.

— Посидишь тут, мне нужно отойти? — Я направилась к выходу из покоев, но перед дверью обернулась на Ладмина.

Он растерянно кивнул.

— Что произошло на балу?

Стоило мне усесться в кресло, как сразу вопрос в лоб. Отец же стоял, отвернувшись от меня, наблюдая из окна, как стража рыскает по территории поместья в поисках возможных сообщников. Бесполезное занятие. На Асмелиде «Хэровин», скорее всего, работал один.

— А тебе Цейрид еще не рассказал? Камеры можешь посмотреть…

Более чем уверена, что он уже всё просмотрел.

— Я хочу услышать твою версию.

Да ладно… С чего бы вдруг?

Я не спешила с ответом.

— Корнелия…

— Мой «жених», который, по идее, не покидал Асмелиду, назвал меня «эшерой». У него есть легкий акцент. Паспорт, скорее всего, подделан. Наверное, наемник или пират, которому заказали убийство Цэйрида.

Я монотонно пересказала ему свою версию. Даже и не лгала. Так… Опустила ненужные детали. Отец в курсе моих умственных способностей, так что вряд ли его это удивит.

— Как ты к этому пришла?

— Для меня это логично.

— И как ты думаешь, кто заказчик?

Об этом я не знала. Никогда не вникала во внутренние интриги Асмелиды. Конечно, при желании смогла бы это выяснить довольно быстро… Но желания у меня не было.

— Скорее всего, кто-то из внутренней элиты Асмелиды.

— Ясно… Спасибо, — он повернулся ко мне и сел в свое кресло. — Правда, спасибо.

Я равнодушно пожала плечами и кивнула. Мне было все равно.

Если бы не Дамлин, даже палец о палец бы не ударила…

Но… Это они его не помнят.

А я не забывала ни одного мгновения, проведенного с ним.

И почему-то род Ле Шадо имел для него значимость…

— Пришел отчет из техсервиса. Списали на брак на производстве. Либо кто-то с инженерным образованием и невероятным опытом внес ювилирные изменения в автомобиль.

Он даже не намекает, а буквально говорит прямым текстом. Пфф… Но какой смысл мне признаваться?

— Не понимаю, о чем ты.

— В любом случае, чек с компенсацией на твое имя уже отправили, — он вздохнул, достав распечатку.

Я взглянула на бумаги. По Асмелидским меркам заоблачная сумма, но в соотношении с моими личными активами… Копейки, которые даже брать не имеет смысла.

— Корнелия… Зачем ты устроила это представление на балу? Ты же прекрасно понимаешь, какую тень на себя набрасываешь? Ты совсем не хочешь выходить замуж?

— Не хочу, — коротко ответила я.

Только за Дамлина. Только за него.

Но какой смысл объяснять все это отцу?

— И как ты видишь свою жизнь?

Даже нотаций не будет?

Это он от практически десятилетия безуспешных попыток выдать меня замуж отчаялся? Или сегодняшняя ситуация с Цэйридом повлияла?

— Ты и в самом деле думаешь, что я ничего не смогу без замужества?

— В этом и проблема, что ты слишком многое можешь… Вышла бы замуж, и я был бы за тебя спокоен. И какие у тебя планы?

Конечно же, я прямо сейчас ему детально все расскажу…

— Меня друзья зовут на горнолыжный курорт.

Он удивленно приподнял брови.

— Горнолыжный курорт?

— Да. В Завре. Будут девочки из Академии Благонравия.

Ни слова лжи. Разве что на круиз я залечу для вида, а дальше исчезну с радаров до следующего года.

— Может, останешься еще на пару недель?

— Не горю желанием.

— Комнату же теперь регулярно убирают?

— Ты и в самом деле не понимаешь, что дело не в комнате? — я наклонила голову, наблюдая за ним.

— Она считает тебя виноватой в смерти Герила… До сих пор…

Видимо, все-таки понимает. Еще не настолько стар, чтобы мозги барахлили.

Я молча смотрела на него, ожидая решения. Вероятность того, что он откажет, минимальная. Это его паттерн поведения — откупаться и избегать проблем.

Саманта же меня игнорирует. Она буквально демонстративно отрицает мое существование в ее жизни. Предпочитает не пересекаться. Вообще. Все ее манипуляции точечные и работают издалека. Напрямую она никогда не действует. Но свою позицию показывает довольно прямо.

— Ладно, курорт так курорт. Только позови своего… — отец запнулся. — Раба. Я хочу лично с ним поговорить.

Чего и следовало ожидать. Я кивнула и пошла к дверям. Больше нам не о чем было говорить. А если он хочет побеседовать с Ладмином… Пускай.

— Корнелия… — я обернулась. — Спасибо за Цэйрида.

Я позволила Ладмину наедине переговорить с моим отцом.

Но это вовсе не означает, что я поддержу их приватность. На моем ноутбуке уже была открыта прямая трансляция с камер в его кабинете.

Ладмин зашел в кабинет. На нем был все тот же белый костюм. Он остановился напротив отцовского стола и не спешил опускаться на колени.

— Садись, — тот кивнул ему на кресло рядом.

— Спасибо, — Ладмин кивнул и сел.

— Как к тебе относится Корнелия?

— Хорошо, — осторожно ответил он.

Отец кивнул.

— Буду прямо говорить… Я хочу предложить тебе остаться тут. Я дам тебе работу в поместье. Достойную оплату. Комнату для проживания. К тебе тут не будут относиться как к рабу.

Ожидаемо. Поскольку покупка была совершена на средства отца, он бы и в самом деле мог бы это сделать… В его случае даже и репутация не пострадает, наоборот… Расценят как благородный жест.

Я скрипнула зубами. Ладмин, разумеется, сейчас согласится. Это практически свобода. Кто в его положении от такого откажется?

— Я благодарен вам за это предложение… Но я вынужден отказать.

Что?..

— Ты в нее влюблен?

Ладмин не торопился с ответом. А я уже перестала понимать нить их разговора.

— Почему вы так решили?

— Ваш танец. Я видел, как ты на нее смотрел.

— А если и так?

— Ради чувств оставаться в рабстве? Терпеть все прихоти другого человека?

— Это человеческие чувства быстротечны. Для таких же, как я, проще перетерпеть физическую боль, чем душевную.

И в самом деле, что ли?… Этот фактор… Я не учитывала.

— Ты еще молод. Уверен, ты сможешь ее разлюбить.

— Не в моем случае.

Он даже не рассматривал его предложение всерьез…

— Как знаешь. Я не смогу вытащить тебя из рабства. Но могу взять к себе. Сможешь иметь достойную работу и оплату. Это я могу гарантировать. Если надумаешь — мои двери всегда открыты.

— Спасибо.

Он вежливо попрощался и ушел.

Но… Почему? Ладмин выбрал меня? Так просто? Из-за света в кабинете его волосы казались темнее. Глаза и вовсе стали передавались через камеру черными.

Я не сразу поняла, как по моей щеке потекло что-то мокрое.

Да… Мне всегда хотелось, чтобы Дамлин так же выбрал меня. Просто так. Чтобы мне не нужно было притворяться. Не нужно было играть в хорошую девочку. Чтобы он забыл о своей справедливости. И просто выбрал меня. Настоящую.

Ладмин же… Видел многое. Я перед ним даже не пыталась сделать вид… И имея шанс на практически свободную жизнь, он все равно выбрал остаться со мной?

Я открыла потайной ящик в столе. Там не было драгоценностей. Не было денег. Не было никаких секретных бумаг. Были лишь засушенные алые цветы. Десять ийрилисов. Цветы, подаренные Дамлином, я храню застекленными на корабле. Но тут… Те, которые он мне так и не подарил.

Каждый год я жду его на той поляне. Весь свой день рождения.

Дверь за моей спиной отварилась. Я закрыла тайник.

— Хочешь у него работать?

Он не выглядел удивленным. Лишь отводил глаза в сторону. Знает, что я смотрела по камерам. А может и слышал… Если его слух настолько феноменален.

— Нет.

— Почему? Он же даже оплату предлагает.

— Я бы хотел остаться с вами. Если можно…

Он и в самом деле в меня влюблен? Ладмин довольно умен, но… Совершает такую глупость?! Он же и в самом деле может быть почти свободным. А Ладмин хочет остаться со мной… Почему?

Это так нелогично…

— Иди купаться и ложись в постель.

Ладмин быстро справился и вернулся ко мне. Я к этому моменту уже сама улеглась. Он лег с краю, стараясь не занимать много места. А я… Была в замешательстве. Снова.

С каждым мгновением рядом с ним я все больше вижу в нем Далмлина. До Сильверы нет смысла об этом думать, но… Как мне его развидеть?

Более того… Я хочу, чтобы Ладмин оказался Дамлином.

Это то, о чем я даже мечтать не могла. Он со мной. Рядом. Знает все мои темные стороны и принимает их. Влюблен в меня. Не может от меня уйти. Даже… Сам не хочет. А еще… Целиком и полностью… Мой.

В комнате уже было довольно тепло. Отопление и окно отремонтировали. Не было смысла приближаться к нему…

Но я сама легла ему на плечо.

Его рука нерешительно легла мне на спину. Практически невесомо.

Недопустимая вольность.

Но я не стала ее скидывать.

13 лет назад

— В чем ты видишь истину?

Корнелия сидела с Ваеридали Фейш Лейри Мади за поздним завтраком. За столом с кучей блюд. Тарелки были переполнены изысками. Слуги меняли их по одному жесту бабушки. Были времена, она завидовала Саманте с ее детьми, ведь вся семья собиралась за столом… Кроме Корнелии, которую намеренно забывали пригласить. А сейчас девочка пила вкуснейший чай. Так же, как тогда в кабинете Дамлин с отцом. Только в этот раз Корнелия не наблюдала со стороны. Она сама сидела за столом. И ее разговоры с правительницей Сильверы шли абсолютно на ином уровне.

— В логике, — немного подумав, выговорила Корнелия на сильверском.

Он был практически чистым.

— Логике?

— Если что-то логично, то это правильно, — пожала плечами она, отпивая чай.

— Не все логичное правильно, дитя.

— Почему же? Если логично решить пример, то получится правильный ответ. Если выработать логичный план, то он будет успешнее, нежели нелогичный. Если логично провести операцию, то человек выживет. Законы физики, химии, права… Они все подчиняются логике.

Для нее все и в самом деле сводилось к логике. Банально, потому что если рассуждать логически, то вероятность ошибиться значительно меньше. Логика есть во всем, что имеет силу и чему люди склонны подчиняться.

— Логика все упрощает. Без нее был бы хаос в нашем мире… — Женщина согласилась с ней. — Но именно из полного хаоса и родилась вселенная. Нелогичность — двигатель для познания. И самые нелогичные действия порой приводят к невероятным последствиям.

— Хочешь сказать, что логики нет? — Корнелия нахмурилась, пытаясь уловить, к чему она ведет.

Ее бабушка любила так делать. Хоть Ваеридали Фейш Лейри Мади и не говорила загадками, но смысл ее слов было сложно осознать. Это была не просто мудрость старца… А умозаключение существа абсолютно иного уровня. На фоне нее этот старец будет выглядеть юным глупцом.

— Нет. Дело в том, что логичное и нелогичное всегда должны существовать вместе.

— Но если бы все было логично, то и существование нелогичного станет логичным, — ответила Корнелия, все больше путаясь.

— В абсолютно логичном мире было бы до ужаса скучно. Нелогичность всегда добавляет красок, — хмыкнула женщина.

— Это… — Она осеклась. Может бабушка и права. Если ей скучно в «нелогичном мире», то как будут обстоять дела в мире, где кругом царит логика.

— Вот ты проводишь время с Дамлином… Почему?

— Мне с ним… хорошо.

Это была простая правда. Ни больше, ни меньше.

Просто хорошо и всё.

— И в чем тут логика? Разве не логичнее посвятить это время учебе? Себе?

Она не спешила с ответом. Дамлин был исключением из всего. Из ее привычной рутины… Да и вообще из всего. В первые месяцы, проведенные на Сильвере, Корнелия прекрасно поняла, что тут ее место. До всего этого она думала, что ведущие планеты Межгалактического Союза — верх ее стремлений. Но нет… Сильвера была настоящим сокровищем вселенной. Технологии сильвов обходили все, что за века было создано ведущими умами Союза. Но научный прогресс — далеко не единственное преимущество Сильверы. Когда-то Корнелия посчитала это магией. Но здесь оно имеет совершенно другое название. Геном сильвов. И у нее он был.

Причем довольно сильный. Как Корнелия выяснила, летать далеко не все могут. У сильвов это признак, что способности выходят за средний уровень. К тому же с возрастом сила генома усиливается. Только пока ее не обучали им управлять. Бабушка лишь рассказывала о возможностях, на уроках обучали теории, но на Сильвере практику даже при пробужденном геноме детям разрешено начинать лишь с 12 лет. Так что Корнелия ждала. И наблюдала за всем происходящим вокруг, делая свои выводы.

Ваеридали Фейш Лейри Мади была к ней крайне благосклонна. Ежедневно встречала при переходе с Асмелиды, устраивала им совместные прогулки и трапезы. Никогда не кричала, не наказывала… Наоборот, если видела, что девочка в чем-то заблуждается, спокойно объясняла, в чем та неправа, но при этом и выслушивая ее позицию. Корнелии давали буквально всё. Стоило ей обратить на что-то внимание, как она это получала. Деньги, драгоценности, украшения, которые в Межгалактическом Союзе могли бы считаться настоящими реликвиями… На прошлый день рождения ей даже подарили космический корабль. Последней сильверской модели. Более того, она уже год как активно училась им управлять с инструкцией.

Разумеется, у Ваеридали Фейш Лейри Мади были и свои мотивы. Корнелии было ясно это с самого начала. Как минимум, первое время та умалчивала о своем статусе. Конечно, и так было ясно, что она вовсе не простая добродушная бабушка. Но Корнелия только через несколько недель поняла, что с ней нянчится Правительница Сильверы. Да и изучая сильверский язык это стало еще яснее. «Мади» означает «носящий корону», и только одна сильва во всем мире может иметь такую приставку к имени. Сама же Ваеридали Фейш Лейри Мади никак об этом внучке не сообщала, а ее догадку приняла как должное.

И все равно…

Из всех мест, где она была, на Сильвере в самом деле комфортнее всего находиться… Рассуждая логически, ей бы разумнее остаться тут. Где у нее есть все, где ее ценят, где принимают и даже в странном смысле этого слова «заботятся». И только Дамлин был якорем, что тянул ее обратно на Асмелиду. Девочка просто не могла себе представить реальность, где нет его.

Корнелия молчала.

Логики в этом и в самом деле не было.

— Водя за логику легко обмануть. Она — путеводная нить для глупцов. Накидай в чушь немного логичных фактов, свяжи с реальными событиями, и в нее поверят… Ты хочешь быть среди таких глупцов?

— Нет… — задумчиво ответила девочка.

— Хорошо. Помнишь, что сегодня вместо оставшихся занятий у нас будет одно мероприятие? — Дождавшись ее кивка, Ваеридали Фейш Лейри Мади показала слугам жест, чтобы те уносили блюда. — Тогда иди собираться.

Корнелия вышла. И чуть ли не столкнулась с мужчиной средних лет. Хоть сильвы и не старели в привычном понимании, но девочка потихоньку научилась понимать их возраст.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Прошу прощения, очаровательная леди…

— Не стоит.

И взгляда было достаточно, чтобы понять — он специально там стоял, но девочка подавила раздражение, сохраняя спокойствие. Все сильвы, с которыми она общалась, проходили тщательный отбор Ваеридали Фейш Лейри Мади. И данный индивид в число прошедших явно не входил.

— Полагаю, нас с вами так и не представили друг друга…

Корнелия молча его разглядывала. Знакомы не были, но она видела его. Этот мужчина входил в Эрлей. Что-то отдаленно напоминающее совет при правителе.

— Троуриалор фериде Мафвэл.

— Приятно познакомиться, — сухо ответила она, не проявляя особый интерес.

— Так как твое имя, дитя?

Бабушка вышла.

— Корнелия, тебе пора в твои покои. 

Девочка кивнула и пошла к себе. Сегодня после утренних занятий Ваеридали Фейш Лейри Мади подготовила для нее какое-то мероприятие. Так что Корнелии предстояло к нему подготовиться. Но она запомнила это имя. Троуриалор фериде Мафвэл… 

До нее еще доносились отрывки их разговора.

— Это и есть новая наследница?

— Вас это не касается.

— При всем уважении, я как член Эрлея…

— Мне повторить, что тебя это не касается?

Задрожали стены.

Дальше Корнелия ничего не услышала. 

Ее покои даже близко не могли сравниться с асмелидскими. Окна в пол. Просторные комнаты. Гигантская гардеробная, наполненная самыми разными нарядами. Полки были забиты новейшими техническими разработками Сильверы. Комод, заполненный украшениями из редчайших драгоценностей. Вместо ванны позолоченное джакузи на двести литров с десятком навороченных функций.

Ее уже ждал Тваэйринд Форсе Гри, которого она окрестила мысленно как бабушкиного дворецкого. Обычно он всегда ходил за правительницей хвостиком и был в курсе всех ее распоряжений. В ее покоях мужчина был не один, а вместе с командой по сборам. 

За эти годы многое изменилось. Так что девочка привычно сидела в кресле, пока ее красили, делали прическу и подбирали наряд. На Сильвере долго не возились со сборами, и буквально за полчаса Корнелия уже была одета в изысканное платье с легкой, но в то же время изящной прической. 

— Мне обязательно нужно присутствовать?

Корнелия пришла в особый зал. 

Он был пустым, и только по середине стояла переливающая арка, которая постепенно начинала заполняться частицами.

— Да.

— Зачем?

— Ты когда-то займешь мое место. Так что тебе пора начинать вникать в дела Сильверы.

Корнелия кивнула. Она не соглашалась с ней, но и не спорила. Это было бы бесполезно. За эти два года девочка прекрасно поняла, что Сильвера — не та планета, которую можно обвести вокруг пальца. А ее бабушка была, безусловно, одним из мудрейших существ во всей вселенной. Корнелия не спрашивала о ее возрасте, но, судя по их разговорам и возможностям генома сильвов, тот давно уже перевалил за пару тысяч лет. С ней девочка даже не решалась на манипуляции, которые обычно проворачивала с отцом. Без сомнений, Ваеридали Фейш Лейри Мади с легкостью бы их раскусила. В итоге это бы ни к чему не привело. Так что Корнелия для себя решила оставаться во что бы то ни стало на стороне своей бабушки. Как минимум, это выгодно. Как максимум, та вроде и в самом деле ее ценила.

Частицы заполнили собой все пространство арки. Материя разошлась. В зал зашла величественная женщина. Ее одеяние было странным для Корнелии. Ткань из материала, который она никак не могла определить, вручную расшитый чем-то переливающимся, создавая эффект змеиной кожи. За ней мальчик и девочка. Близнецы. У обоих каштановые волосы и голубые глаза. Похожи друг на друга как две капли воды. Даже наряды были парные. Они синхронно поклонились, не говоря ни слова.

Гостья надела на себя преэйвор. Корнелия внимательно наблюдала за ее действиями — судя по всему, та была не первый раз на Сильвере. Но зачем им тогда нужно переводить свою речь? Все же знают межгалактический язык… Только речь из уст женщины была странной. Корнелия никогда не слышала такого языка. Судя по всему ее звали Рарирана Жарьерже Гоньир.

Второй преэйвор был у бабушки, поэтому Корнелия понимала лишь отрывки фраз. Есть и более качественные устройства для прямого перевода на незнакомый язык, но сильверский не был загружен ни в одну базу данных. На нем дозволялось говорить лишь чистокровным сильвам. И из этого правила есть только одно исключение.

Поэтому преэйвор создавал намеренное языковое искажение, смешивая язык, но два его носителя прекрасно понимали друг друга. На время их диалога создавался их персональный язык, смоделированный мгновенно под них. Так что даже находясь с ними в одной комнате, до Корнелии доходили лишь крупицы их диалога.

— Пойми меня не как правительница правительницу… А как мать, что потеряла свое дитя…

— Вы же протретов до инициации не пишете… Как ты себе это представляешь?..

— Если кто-то и способен найти моего первенца, то это сильвы…

— Даже… обручение наших наследников?

Девочке удалось сохранить маску на лице, но внутри все заклокотало. Обручение? С этим мальчиком напротив?

— В знак моей искренной воли…

Судя по всему, они пришли к соглашению, и на этом переговоры были окончены. 

Правительница Сильверы вызвала своего дворецкого.

— Я подготовлю договор. Пока можете расположиться в террасе, вам принесут чай.

Тваэйринд Форсе Гри поклонился и жестами показал следовать за ним. Ваеридали Фейш Лейри Мади же кивнула Корнелии, и они вышли из зала. 

Девочка молча шла за ней, но стоило дверям в кабинете закрыться, как она спросила в лоб. Вопрос, который не давал ей покоя, как только она услышала «обручение».

— А как же Дамлин?

Ей вообще никого кроме Дамлина не хотелось видеть рядом с собой. Тем более связывать каким-то обручением. И ее бабушка должна прекрасно знать об этом.

— Это просто фиктивное обручение. До брака не дойдет, — женщина уселась в кресло, составляя договор обручения. — Но так наш союз будет иметь дополнительную силу.

— А она этого не понимает?

— Прекрасно понимает. У них, как и у сильвов, есть понятие истинной пары. Когда вы обретете свою, то сможете спокойно разорвать обучение. Собственнолично. Это не людская помолвка и обязательство к браку. Это залог нашего сотрудничества за счет мира будущих поколений.

Девочка вздохнула. В этом была логика. Чем дольше они обручены, тем больше укрепляются партнерские отношения планет. Но был у нее и другой вопрос.

— Почему сильвы занимаются поиском пропавших?

— Мы находимся на перекрестке рас. Для людей мы просто закрытая раса, но они будут вымыслом. Тем, что находится за гранью их понимания. И в то же время мы сохраняем нить связи с магическими расами. Они знают, как нас найти.

— В Межгалактическом союзе тоже много разных рас…

— И все они подходят под стандарты людей.

Корнелия задумалась. Действительно. Так или иначе, отличия у рас были, но все сводилось к немного иной внешности, чуть-чуть сильнее или слабее, выше или ниже… Но если сравнивать сильва и человека — то это небо и земля. Поэтому сильвы и скрывали свои настоящие способности от людей. А магические расы и вовсе не выходили на контакт, став сказочными легендами.

— Техникой люди пытались приблизиться к мифам… Но все эти мифы писались с них. Насколько бы совершенной ни был прогресс технологий, ему не по силам догнать мощь духа.

— А как же сильвы? Кто сильнее?

Краешек губ Ваеридали Фейш Лейри Мади дрогнул.

— Корнелия, что ты знаешь о свойствах вселенной?

— Вселенная постоянно расширяется… — ответила девочка первое, что пришло ей в голову, не до конца понимая, как это связано с ее вопросом.

— Не постоянно.

— Что? После большого взрыва вселенная расширяется… Если что-то расширяется, то значит что-то взорвалось, — это были столбы развития древней космической индустрии. И стоят они и по сей день. Никто в Межгалактическом С. юзе не станет отрицать этот факт.

— Она жива и мертва одновременно.

— И как это связано с расширением? — она снова запуталась, перестав улавливать мысль разговора. — Что было до… — Корнелия опустила слово «взрыв» — в теории, что она жива и мертва одновременно?

— Ничего. Не было ни цветов, ни света, ни материи, ни мыслей, ни ощущений, ни самого пространства. Это нельзя описать словами, потому что буквально ничего и не было. Только жизнь и смерть существуют вне этих систем. Это единственные истинные столбы мироздания. Стоит им соединиться, как рождается все и умирает одновременно. Так наша вселенная состоит из всего и ничего одновременно. Время одновременно идет и стоит на месте. Может, взрыв и произошел, но его волна замерла в движении. И сколько ты не будешь гнаться за его границей, догнать край вселенной не получится. Но есть еще одна сила во вселенной…

— Материя, — догадалась Корнелия.

— Правильно. Темная материя способствует расширению вселенной. Внутри планеты наши способности сильно урезаны. Но в космосе материя дает нам… — Ваеридали Фейш Лейри Мади подбирала правильное слово. — Преимущества.

Девочка молчала, пытаясь переварить все сказанное ее бабушкой. 

— Поэтому невозможно ответить на твой вопрос «кто сильнее». Мы слишком разные для этого. По грубой они. По возможностям мы. Но это все равно что сравнивать огонь и ветер. — проговорила Ваеридали Фейш Лейри Мади, ставя подпись на свидетельство об обручении. — Пока иди прогуляйся с ним. Его зовут Варцэр. Мы с Рарираной обсудим детали. 

— Корнелия Фейш Лейри, — девочка присела в легком реверансе, наблюдая за мальчиком. С виду самый обычный. Абсолютно ничем не примечательный… Разве что нарядом, но, очевидно, это не его заслуга.

— Чтобы ты знала, ты мне не нравишься.

Он даже и не собирался представляться. Но Корнелии было на это абсолютно все равно. Ваеридали Фейш Лейри Мади дала ей ознакомиться с договором и свидетельством об обручении. И она и в самом деле по собственному желанию могла в любой момент расторгнуть все, так что этот союз уже не так ее волновал.

— Я вроде не спрашивала.

— Ладно, идем. Пройдемся для вида и все. Ясно?

Девочка спокойно шла, полностью проигнорировав его вопрос. Это был невероятной красоты внутренний сад. Здесь вечно цвели самые разные растения, разработанные специально для этого места. Из кустов были вырезаны грациозные фигуры животных, не торчал ни единый лишний листик. Пахло легким ненавязчивым цветочными мотивами. Корнелия же неспешно шла, думала о Дамлине, полностью игнорируя косые взгляды ее спутника. А точнее, думала о будущем… Ведь Дамлин собирался покинуть Асмелиду. Они прошли круг по саду, вернувшись к террассе, где сидели правительницы.

Корнелия вежливо попрощалась со своим обрученным. И не произнесла ни единого лишнего слова — все в рамках этикета. Все было лишь для вида. Но общаться с ним, а уж тем более дружить она не видела никакого смысла. Уж если он в лицо его сказал: «Ты мне не нравишься», то он еще ребенок по развитию. Гости ушли.

Ей тоже пора было возвращаться в поместье Ле Шадо.

— Ты хорошо держалась. Молодец, — улыбнулась Ваеридали Фейш Лейри Мади. — Выглядишь задумчивой. Хочешь что-то сказать?

— Я бы… Хотела завтрашний день провести весь на Асмелиде…

— У тебя завтра День Рождения. И ты хочешь все время провести… там? — последнее слово она брезгливо выговорила. — Опять?

— Да.

— Ладно… — женщина достала из складок золотую коробочку и протянула ее. — Тогда подарок получишь сейчас.

Корнелия взяла и открыла крышку. В ней был тонкий браслет из практически невидимого материала.

— Это браслетный чип-ключ от одного коттеджа. Он твой. Корабль уже там. Сможешь там отдыхать от дворца.

— Спасибо… — растерянно пробормотала Корнелия. Такого подарка даже она не ожидала.

— Тебе пора. Иди, — улыбнулась ей бабушка, наблюдая, как Корнелия скрывается за разломом материи.

Ваеридали Фейш Лейри Мади и в самом деле баловала свою внучку, позволяя ей все. Она стала для нее фениксом, внезапно появившемся из опавшего пепла несбывшихся ожиданий. Когда-то она так надеялась, что Карнлия унаследует хоть долю ее способностей… Но нет. Даже врожденный геном сильвов у дочери был слабее любого придворного. Самый слабый из всего их великого родового древа. С детства занимаясь лучшими преподавателями планеты, она не могла набрать и 30 баллов за общий тест. Это был настоящий позор.

Корнелия же была воплощением всех ее самых смелых мечтаний о наследнике. Настоящее золотое дитя. Невероятно умна. Схватывала практически все предметы налету. Всего за год обучения спокойно набирала в тесте 80 баллов. В свои одиннадцать… И то только потому, что еще оставались незнакомые для девочки темы. Безупречно себя вела. А геном сильвов… Правительница Сильверы постоянно чувствовала его трепыхание. Это был очень сильный потенциал. Так похож на ее собственный в юные годы… Возможно, даже мощнее.

Еще в первую их встречу Ваеридали Фейш Лейри Мади поняла — в один день Корнелия станет правительницей Сильверы. Ее преемницей.

Этот День Рождение определенно был худшим. Причем самым худшим. Все началось еще со вчерашнего дня, когда Корнелия вернулась с Сильверы и обнаружила, что Дамлина нигде нет.

Пришлось вновь взламывать камеры и познавать неприятную истину.

Он и в самом деле улетел… На подготовительную лекцию для поступающих в ВУЦМО. Даже не попрощался с ней…

Так что с самого раннего утра Корнелия сидела на поляне в лесу. Тут они в первый раз встретились. И тут она решила провести свой день рождения. В полном одиночестве. Впрочем, ей не привыкать. Минуты тянулись довольно долго. Но девочка продолжала сидеть на своем месте, не собираясь возвращаться в поместье. Солнце уже светило в зените, как она услышала шуршание веток.

— Вот ты где…

Девочка подняла взгляд. Это был Дамлин. Видимо, он уже вернулся. За пару лет мальчик превратился в юношу. Возмужал. Вытянулся и теперь был ростом практически с ее отца.

— Корнелия, ты же не можешь провести здесь весь свой День Рождения…

— Могу.

Причем она и в самом деле могла. Никто из поместья, кроме Далмина, об этом не беспокоился.

— Это из-за того, что я поехал на лекцию, не попрощавшись? Или из-за того, что я планирую поступать в ВУЦМО?

— Что мне делать тут без тебя?

Дамлин всерьез стал готовиться к подготовке в ВУЦМО, и… Корнелию это не на шутку пугало. Что, если он и в самом деле поступит? Улетит учиться за тысячи световых лет. А она… останется тут. Или на Сильвере. Но без него.

— Но это же твой дом. Тут твоя семья.

На самом деле этот «дом» и «семья» ее давно уже абсолютно не волновали.

— Почему ты не можешь остаться?..

— Корнелия, мне через год исполнится восемнадцать. У меня тут нет семьи и знатного имени. Я сам в ответе за свое будущее. Рано или поздно мне придется двигаться дальше. Так что ВУЦМО для меня неплохой вариант.

Это было… логично. И вопреки своей любви к логике, такая девочке абсолютно не нравилась.

— Я могу поступить туда? Я же сдам вступительные экзамены…

Особенно после занятий с сильверскими преподавателями. Корнелия и без подготовки бы неплохо смогла их написать… Конечно, поступление в ВУЦМО в ее планы не входило, но если там будет Дамлин…

— Там не только умственные, но и практические испытания. И даже если ты вдруг придумаешь, как сдать еще и вторые, то принимают только с восемнадцати лет.

Повисла тишина.

Когда Дамлин впервые заговорил о ВУЦМО, девочка и не думала, что он всерьез. Но сейчас… Его цель стала слишком реальной.

— Дамлин… Не бросай меня тут. Пожалуйста… — тихо попросила Корнелия.

Далмин сел рядом с ней на корточки.

— Я тебя не бросаю. Я буду приезжать. На все каникулы и праздники. И на твой день рождения.

Он сорвал цветок. Тот самый, который когда-то подарил ей в первый день их встречи. Ийрилис. Корнелия аккуратно сжала протянутый стебелек.

— Я буду сидеть каждый свой день рождения тут. Прямо на этом месте. Пока ты не приедешь. Если не придёшь, то останусь тут на сутки.

— Может, обойдемся без таких радикальных мер?

— Неа, — уперлась Корнелия.

Ей было не страшно остаться одной в свой день рождения. Ей было страшно остаться без Далмина.

— Ладно, обещаю, что не пропущу ни единого твоего дня рождения. Всегда буду приходить. Только давай без ночей в лесу, хорошо?

Девочка кивнула.

— Вот и отлично, — он поднялся на ноги. — Идем? У меня для тебя есть особый подарок…

Гараж был выбран не случайно. Тут не было камер видеонаблюдения. Дамлин же достал из кармана небольшую коробочку и протянул Корнелии.

— Это твой подарок. Я на обратном пути зашел на рынок запчастей…

В коробке было два идентично смоделированных квантовых кристалла связи. Два дисплея, кассета с изотопным термоэлементом, солнечная панель-аккумулятор, корпусные пластины, динамики… Девочка подняла на него глаза, не веря в свою догадку.

— Если я все правильно расчитал, то из этих запчастей мы сможем собрать два телефона, имеющих между собой внутреннюю связь.

— Правда?

— Пока не попробуем, не узнаем, — пожал плечами Дамлин.

Корнелия кивнула и без промедления стала выкладывать детали, приступая к сборке.

Кристаллы же, имеющие даже одинаковую молекулярную систему, мгновенно передают мельчайшие изменения друг в друге. А значит, способны передавать звук и набор данных. В теории, даже расстояние в космосе не должно быть преградой. Но это лишь теория. Производство таких телефонов слишком затратно. Да и их функционал был бы как у допотопных версий древности. Но…

Они управились за несколько часов. Все же у обоих был опыт в сборке асмелидской техники. А устройство примитивного телефона не сильно от нее отличалось. Самой большой трудностью было стабилизировать сигнал кристалла. И вот… На столе лежало два идентичных небольших телефона.

Девочка, недолго думая, взяла свой новый телефон и сделала в упор несколько фотографий Дамлина с разных сторон.

— Улыбочку, — она не собиралась прекращать нажимать на кнопку камеры.

— Корнелия… — парень закатил глаза.

— Я просто камеру проверяю.

— Да ладно?

Он не возмущался, стоически сохраняя спокойствие, пока Корнелия.

Пусть и таким, но это отвлекло девочку от тревожных мыслей о его обучении в ВУЦМО.

— Ну… Можно с тобой вместе хотя бы одно видео записать?… — она состроила умоляющую моську. — У меня сегодня день рождения.

— Манипулируешь своим днем рождением? — усмехнулся Дамлин.

— Ну пожалуйста… Всего одно. Вот ты уйдёшь, а у меня оно на память останется.

— Ладно, что ты хочешь снять?

Как только прозвучало «Ладно», Корнелия сразу же нажала на кнопку записи видео, запечатлевая его с десятка ракурсов. А то мало ли, вдруг он передумает. Она вообще ни с кем не позволяла себе такое поведения, но Дамлин… Он всегда был и остается исключением.

— Что-нибудь…

— Ты собираешься меня со всех сторон на видео записать?

— Ага, со всеми деталями… — девочка уже настраивала десятикратный зум, так на экране телефона было видно его темную радужку глаз.

— Даже боюсь представить, зачем тебе это… — он провел рукой по лицу.

Карнелия поставила телефон на стол напротив Дамлина, все еще не останавливая съёмку видео, и сама уселась рядом с ним.

— А теперь что?

— Десять пожеланий мне на День Рождения, — Корнелия села рядом с ним в кадре.

— Что ж… Корнелия, с днем рождения! Желаю тебе счастья. Благополучия. Здоровья.

— Ты не хочешь остановить запись видео?

— Неа.

— Корнелия…

Прошло два часа. За окном уже стемнело. А запись видео время от времени возобновлялась. Дамлин занялся работой, которую все же никто не отменял. Корнелия помогала, но и снимать новые кадры не забывала.

— Мы не проверили главное… — закончив, повернулся к ней он.

— Связь? — поняла его с полуслова девочка.

— Да. Давай я останусь тут, а ты пойдешь к себе в комнату и там мне позвонишь?

Корнелии не нужно было дважды повторять, поэтому она, кивнув, отправилась к себе. Правда, первым делом она перекинула первое видео и то с пожеланиями на день рождения в свое сильверское облачное хранилище. Хотелось, конечно, весь архив сразу, но с Асмелиды бы загрузка растянулась на часы. Телефоны были из качественных материалов, но вдруг они что-то напутали? Вдруг она случайно удалит эти видео? А эти кадры для нее стали самым настоящим сокровищем. Девочка уже предвкушала, как будет пересматривать их снова и снова…

Раздался звонок.

— Как меня слышно? — из динамика звучал чистый голос Дамлина без помех.

— Хорошо, — расплылась в улыбке Корнелия.

У нее вылезло уведомление. Он предлагал включить видеозвонок. Разумеется, девочка сразу же на него нажала.

— Как меня видно?

На телефоне отчетливо отображался Дамлин, все еще сидящий в гараже.

— Тоже хорошо.

— Осталось только проверить, как будет работать на межпланетном расстоянии. Если работает, то когда я буду учиться в ВУЦМО, сможем созваниваться или переписываться.

Корнелия кивнула, прикусив щеку. Да, это был прекрасный подарок. Они теперь смогут созваниваться. Общаться на расстояние… Но если бы Дамлин не уезжал, то и общаться на расстояние им бы не пришлось.

Только между его отъездом без ничего и отъездом, имея телефон, через который можно будет связаться с Дамлином… Телефон был все же утешением. Тем более, это подарок от него.

— Дамлин… Спасибо! Это лучший подарок на День Рождения!

— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся он. — Ну, основное мы проверили. До завтра.

Звонок завершился.

Этот год же пролетел слишком быстро. Корнелия никогда не считала Дамлина глупым, даже на долю секунды не сомневалась в его умственных способностях. И видя, как он день за днем упорно готовится к поступлению ВУЦМО… Было невыносимо. Ведь он непременно поступит. Талант вместе с рвением всегда дают высочайший результат. Девочке же оставалось только наблюдать, как он шаг за шагом движется к их разлуке. Может, она и могла его остановить, что-то подстроить, в конце концов воспользоваться помощью бабушки… Но как бы скрытно не прошел ее план, Дамлин бы обо всем догадался. И вряд ли бы когда-нибудь простил крушение его мечты.

Так что ей только и оставалось, что бессильно наблюдать.

Это был плановый отлет. Дата была известна заранее. Всё было ожидаемо… Но всё равно слишком неожиданно. Всего несколько лет назад и речи об обучении в ВУЦМО не шло. А теперь Дамлина уже три часа как нет на Асмелиде. В этот раз он попрощался. Со всеми. И с отцом, и с Корнелией, и даже с Цэйридом. Все знали, что он пройдёт. В этом не было даже никаких сомнений. Это же Дамлин.

Корнелия же не могла просто сидеть в поместье. Не могла заниматься со сильверскими преподавателями. Ей даже видеть никого не хотелось. Какой вообще во всём смысл, если Дамлина рядом с ней больше нет?

Ей нужно было сделать что-то… Хоть что-нибудь. Даже самую отчаянную нелогичную глупость, на которую она была способна. Корнелия повернула кристалл на кольце. Материя разошлась. А спустя мгновение она уже была в своем коттедже на Сильвере. Начав развивать свой геном сильвов, у нее уже получалось перемещаться не только между двумя точками: дворцом и поместьем, но и в другие места.

Корнелия сразу же побежала в свой личный космопарк на минус втором этаже. Тут были ее корабли. На одном бабушка не ограничилась, и у юной наследницы уже собиралась небольшая коллекция. Это были как сильверские скоростные космические корабли, так и модель, экспортированная в Межгалактический Союз. Пусть и выпущенная десяток лет назад на Сильвере, но в остальном космическом пространстве считалась самой топовой моделью.

На нем ей даже разрешали выходить на орбиту Сильверы и немного летать внутри кольца. Причем самостоятельно и без инструктора, ведь скорость по сравнению с другими кораблями была значительно ниже. Вопросов, если она вылетит, быть не должно. По крайней мере, сначала… А вот когда не вернется через час и радар засечет ее отсутствие в близлежащем космическом пространстве…

Но к этому моменту Корнелия уже будет на месте.

Внутри была система навигации — выстроить маршрут не проблема. В самом крайнем случае она переместится экстренно обратно на Сильверу. Ей нужно было попробовать. Да, затея имела мало шансов на успех. Но даже призрачная вероятность того стоила.

Девочка села за штурвал и нажала пуск.

ВУЦМО, или «Высший Учебный Центр Межгалактической Обороны», располагался на Глэрии. Одной из самых высокотехнологичных планет Межгалактического Союза. Корнелии без вопросов дали приземлиться на космодроме. Никто даже и не проверял. Сегодня, в конце концов, тысячи желающих пройти вступительные испытания. А по предоставленным документам всё было вполне легально. Преступники же на Глэрию не заглядывают — кто в своем уме будет напрямую лезть к ВУЦМО?

Таких индивидов даже среди слабоумных не было.

Кампус находился в отдалении от места приземления, но его было сложно не заметить. Высочайший полукруг из соединенных между собой небоскребов. Их белоснежные корпуса блистали в свете семи светил. Пики было не видно за облаками. А вот позолоченные буквы «ВУЦМО» бросались в глаза.

Перед основным зданием располагался застекленный офис приемной комиссии. Очередь из абитуриентов уже подходила к концу. Корнелия выцепила взглядом женщину, которая уже было собиралась уходить. Она явно будет торопиться, желая побыстрее закончить с очередным поступающим, значит, и вопросов будет задавать поменьше. Так что к ней девочка и присела.

— Здравствуйте.

— Вы поступаете? — она скептично прошлась взглядом с ног до головы.

— Да. Я абитуриент.

— Вы слишком молодо выглядите…

— В ВУЦМО пренебрежительно относятся к расовым особенностям? — черезчур эмоционально возмутилась Корнелия. — На вашем сайте сказано, что любой желающий может попробовать.

Стоит только намекнуть на расовую дискриминацию в силу межпланетных отличий, как вопросы стихали. Никто не хотел выглядеть расистом. Расы, для которых характерен низкий рост, и в самом деле существовали. Да и сотрудница не хотела спорить.

— Успеха на вступительных экзаменах. Письменный этап начнется через пятнадцать минут.

Женщина из приемной комиссии все же выдала код с формой. Теперь ее кодовый номер 9862. Форма же скрывала всё. В ней не было видно никаких отличительных частей тела. Лицо находилось под специальной маской, изменяющей голос.

Всё это для того, чтобы испытания были максимально справедливы для всех групп населения Межгалактического Союза. Здесь не важен ни статус, ни положение в обществе, ни уровень дохода, ни внешность, ни иные факторы… Только прохождение самого экзамена. И всё. Поэтому такой наплыв желающих. Пройти отбор в ВУЦМО — всё равно что выиграть билет в лучшую жизнь, хоть и подводные камни были… Но с другой стороны, а где их нет?

Сопровождающие стояли на каждом углу, так что стоило Корнелии переодеться в форму, как ее отвели к остальным поступающим. Залы были освещены светодиодами. Куча столов, стульев и камер. Списать нереально. Да и стоит один раз попасться за такой махинацией, как пожизненно лишаешься возможности поступить в ВУЦМО и иные престижные заведения.

Первый экзамен был на умственные способности. Они проверяли не только уровень теоретических познаний поступающего, но и тип мышления, способ выстраивания взаимосвязей, скорость работы мозга… Пусть Корнелия и не думала, что будет сдавать экзамен, но за компанию с Дамлином решала пробные тесты и задания, а с сильверскими преподавателями уже давно прошла этот материал. Систему она прекрасно уловила. Выполнить всё нужно было не только правильно, но и быстро. За скорость добавляют дополнительные баллы. За промедления теряешь. Ей оставалось всего ничего, как какой-то абитуриент поднялся и сдал свою работу. Закончил быстрее нее?

Девочка вгляделась — на форме был номер 2837.

Корнелия встала только спустя три минуты. Она была второй сдавшей свою работу, и всё же… Этот абитуриент с номером 2837 на время занял ее мысли. Кто мог бы обойти ее в интеллектуальном тесте?

Напрашивается только одно имя. Дамлин.

Но поскольку Корнелия заявилась на вступительные испытания инкогнито, то так и не подошла к нему, хотя старалась всегда держать в поле зрения. Сразу после письменного экзамена их отвели в зону ожидания, на стенах которой висели гигантские мониторы. Постепенно комната стала наполняться и другими абитуриентами.

Так начался практический экзамен. Каждый год они разные. К ним заранее никак подготовиться нельзя. Остается только разбираться на месте.

В этот раз испытание проходило внутри полигона, где воссоздается реальная среда. В каждом раунде она разная, но перед началом участники могут ознакомиться с картой местности. Абитуриенты работают в группе из двадцати человек. При желании могут отделиться в свою команду, но тогда сражение будет идти сразу против другой команд, а одновременно с этим нужно и выполнять миссию.

Поступающих ставят перед выбором — тщеславие или разумный расчет. И тем не менее, проходить можно даже в одиночку.

Миссия же заключалась в захвате флага. Их всего было три. Захвати один — и пройдешь сам. Все три — вся команда.

Отделившийся участник становился врагом для всех сразу, ведь он подрывал командную игру в самом ее основании. С другой стороны, если это слабак, то вряд ли он что-то сможет сделать.

Из проигравших уже экзаменаторы выбирают тех, кто отличился, оценивая их действия по целому списку критерий. Но могут и не выбрать никого. Раундов много, а число абитуриентов доходит до десяти тысяч. Поступит всего сотня. Нельзя сказать, что это конец карьеры. За поступающими наблюдают не только экзаменаторы, но и представители других учебных заведений. Кому-то из непрошедших могут предложить место обучения там…

Только все значимые единицы космофлота — выходцы из ВУЦМО.

Все абитуриенты так и оставались сидеть в зоне ожидания. А монотонный голос из динамика называл кодовые номера участников группы.

Корнелия же неотрывно следила за экраном трансляции происходящего в полигоне, ища закономерности. Некоторые, проходившись, объединялись сразу, некоторые с самого начала действовали порознь. Кто-то начинал действовать в команде, но, найдя флаг, их дух единства испарялся. А монотонный голос из динамиков называл все новые и новые номера поступающих, которые отправлялись на испытание.

— 1726, 9862…

Наконец-то… Ей было уже всё понятно. Хватило и первых трех прохождений посмотреть. Но она не спешила отделяться от группы. Всё же в данном экзамене логичнее проходить его в команде. Тем более по ее плану они быстро придут к победе. Все в выигрыше.

Названные абитуриенты спустились в полигон. Всё вокруг выглядело как настоящий заброшенный город. Башни, полуразрушенные дома, заросшие поля и даже подобие леса по краям. Не зная, что это на самом деле телесное воссоздание, можно и поверить в реальность местности.

— Я могу… — начала было Корнелия, но договорить ей не дали.

— Мелочь, кыш. Ты вне нашей группы. — Этот кретин просто взял и толкнул ее прямо в кусты. — Будешь только обузой.

От некоторых поступающих раздались смешки. Ее вот так просто выгнали из группы? Из-за роста?.. Из-за какой-то там насмешки?..

Они серьезно что ли?!

— Номер 1726… — Запомнила девочка. — Ты об этом пожалеешь.

— Ага, еще как, — фыркнул он. — Идемте, нам нельзя терять время.

И все оставшиеся абитуриенты, как стадо овец, пошли за ним, оставляя Корнелию сидеть в кустах.

Она же медленно вздохнула, подавляя закипающую ярость. Пока рано… По логике, один из флагов должен был запрятан как раз недалеко. Места должны быть разными. Удаленные друг от друга. Чтобы соблазн единолично заграбастать себе флаг был велик. Корнелия прокрутила в уме карту. Было три локации. Одна известна. Две другие нет. Во всех предыдущих раундах они формировали пересечение хорд нефритового угла… А значит, девочка поднялась, отряхивая форму, ей нужно всего-то метров сто пройти на 4 часа.

А что там? Корнелия вспомнила небольшую рощу на карте. Логично… Идеальное место. Там будут искать в последнюю очередь. Поскольку они действуют в группе и никто о принципе расположения флагов не догадался, то сначала двинутся к известному флагу. Чем и воспользуется Корнелия.

Не прошло и десяти минут. Его даже искать не пришлось. Вот он. Прямо посреди маленькой полянки в роще. Золотой флаг. Ее пропуск. Можно было бы взять и уйти… Но девочка избрала другой путь. Они должны пожалеть. Заплатить за то, что посмели ее унизить и высмеять. Как жалкую шавку выкинуть из группы.

Она быстрым движением запрятала флаг под одежду.

У нее было две известные локации. По одному угловому коэффициенту сечения выходит… Корнелия веткой на земле вывела несколько формул, рассчитывая местоположение флага… Выходит, последний флаг в соседней башне. Иронично. Все три локации у нее есть. Флаг тоже. Осталось выполнить данное тому кретину слово.

Девочка еще раз прокрутила карту местности у себя в голове и двинулась уже на восток. К ангарам. Там, может быть, что-нибудь подходящее, ведь на этом экзамене всё не просто так.

И оно там и в самом деле было. Истребители. Настоящие. Это были самые настоящие истребители, выстроенные в ряд, а не иллюзия полигона. Что и логично. Им после поступления и не только на таких придётся летать. Почему не начать сразу со вступительных испытаний?

На Сильвере она уже который год летела с инструктором на космическом корабле. Вряд ли управление истребителем будет сильно сложнее. Схемы и инструкции она видела. Завести и взлететь сможет даже без ключа. А они тут где-то должны быть. Это же ВУЦМО…

Корнелия залезла внутрь. Кабина была тесной даже для нее. Зато ключи лежали прямо на сиденье. Значит, выбор между риском и здравомыслием. Мало кто из поступающих вообще хоть раз был за штурвалом. Что говорить про истребители?

Но Корнелию это не останавливало. На корабле она летала уже не первый год. Смогла же сама долететь до Глэрии, значит, и с истребителем справится. Да и среди поступающих прошлых лет не было летальных случаев, значит, какая-то система безопасности у них должна быть.

Она уселась в кабину. Экран, педали, рычаги, ряды кнопок… Часть из них была знакома, а что-то она и вовсе видела впервые. Сложнее всего было дотянуться до педалей. Ее роста едва хватало, чтобы, сидя на самом краюшке кресла, нажимать носочком. Только этого было достаточно. Она провернула ключи и со всех сил потянула рычаг на себя.

Взлет был рваным. Совсем не гладким. Но у Корнелии всё же получилось взлететь. Это самое главное.

Она смогла даже выровняться в полёте. Полигон был не столь гигантский, как настоящий город, так что с высоты было прекрасно видно башню с флагом, которую пытались штурмовать абитуриенты. Но подготовленные ловушки затрудняли все движения. А чего они ждали от флага, который был у всех на виду? Легкой добычи? Наивные… Видели же прохождение испытаний предыдущих команд.

Ей же этот флаг был вообще не нужен — для прохождения хватит и одного. Поэтому одним нажатием девочка открыла огонь, превращая его в щепки. Золотая ткань вспыхнула. От второго флага ничего не осталось. Снизу раздались вопли… Не ожидавшие такого поворота событий штурмовики стали разбегаться в разные стороны.

А Корнелия продолжала свой полет на истребиле, выворачивая дуги в «небе» полигона. У нее бы при всем желании не получилось приземлиться, да и она не планировала приземляться. Само управление истребителем несколько минут было для нее верхом пилотажа.

Так что ей оставалось только одно… Катапультироваться. Направив истребитель точно на цель, она нажала на экстренную кнопку, вытягивая все предохранители из-под сидения. Кабина над ней открылась. Вылет из кабины был мгновенным. Уже в свободном полете она видела, как истребитель врезался прямо в башню. Та самая точка нефритового сечения. Она вспыхнула. Вероятно, внутри было какое-то горючее, потому что взорвалась. А в эпицентре взрыва был последний золотой флаг.

Корнелия же в кресле вылетела точно за черту полигона. Очутившись за ней, девочка спокойно отряхнула одежду и достала флаг, вручая его экзаменатору. Единственный, который не уничтожила. Она не дала пройти никому из ее группы пройти. Причем сама и вовремя прекрасно уложилась, и все свои качества продемонстрировала. Ей не нужно было ничего чертить на земле, чтобы вычислить этот элементарный коэффецент, но показать оценивающим экспертам, что она провела систему, было как-то нужно. Способ примитивный, но вполне рабочий. Как и управление истребителем, попадание в цель, стрессоустойчивость…

Из минусов разве что приземление было жестким. Парашютов такие модели не предусматривают, кресло оснащено системой вздутия, но отдачу тело всё равно чувствует весьма болезненно…

Зона ожидания с остальными абитуриентами встретила ее тишиной. В такой же тишине вернулась группа.

— Ты… ИЗ-ЗА ТЕБЯ Я НЕ ПРОШЕЛ.

Номер 1726 мгновенно оказался рядом с ней.

— Не моя вина, что ты идиот, возомнивший себя лидером, и потащил всех с собой на самое дно, — Корнелия равнодушно пожала плечами.

— Зачем ты уничтожила два флага?! ТЫ СПЕЦИАЛЬНО НЕ ДАЛА НИКОМУ БОЛЬШЕ ШАНСА ПРОЙТИ! — Маска, конечно, приглушала децибелы, но даже через нее был слышен истошный крик.

— Ты еще поплачь, — она усмехнулась.

Еще немного, и этот кретин, выгнавший ее из группы, на нее налетит с кулаками. Тогда его вступительные экзамены тут же и закончатся. И даже самая жалкая шарашкина контора не предложит ему обучение.

— Я тебя…

— Эй, вы же не будете драться? — между ними встал рослый юноша. — За драку тебя точно дисквалифицируют. А если хорошо сдал письменный экзамен, то шансы точно еще есть. А ты… — Он повернулся к ней. — Не надо провоцировать. Я понимаю, что обидно быть выгнанной из группы, но мы все тут на нервах.

Кодовый номер 2837.

Тот самый, что первый вышел с экзамена. Больше ничего из-за формы абитуриента она понять не смогла. Но… Понимать и не надо. Это был Дамлин.

Никто больше бы не полез защищать незнакомого человека. Тем более так миролюбиво. Корнелия поняла это еще на экзамене, но сейчас даже малейших сомнений.

— Следующим абитуриентам подготовиться… — монотонный голос всё перечислял кодовые номера абитуриентов. — … номер 2294, номер 2837.

— О, это я. Не деритесь, ладно?

— Удачи желать не буду. — 1726 презрительно фыркнул и отошел.

Корнелия же и в самом деле больше не стала ничего говорить. Всё ее внимание сосредоточилось на экране, ведь сейчас испытание проходил Дамлин. Их местность была совершенно другой — скалы и довольно крутые склоны гор. Из обитаемого была только маленькая деревушка у подножия. Стоило абитуриентам зайти в полигон, как он развернулся к ним.

— Понимаю. Есть соблазн взять флаг себе и уйти. Но мы можем пройти всё вместе. У меня есть план. Если хотите отделится —

Никто не ушел. Вся группа одобрительно закивала. Было в нем что-то внушающее доверие, даже для тех, кто его впервые видел.

— Нам повезло, что мы выступаем уже в конце. Я знаю местоположение всех флагов. Их располагают по формуле пересечение хорд нефритового угла. Мы разделимся на три группы по пять человек и одновременно к ним отправимся. Будет еще одна группа из 5 человек, которая будет ждать нас у черты полигона. Нам выпала скалистая местность, кто плохо карабкается или боится высоты — будет в этой пятерке. Не переживайте, это нормально чего-то не уметь. Зато вы будете гарантом нашей командной работы.

— Ух ты, ты уже всё продумал, — фыркнул абитуриент под номером 2294. — Я тогда пойду во второй группе — я занимался скалолазаньем.

Дамлин кивнул. Другие ребята тоже распределялись в группы, оценивая свои возможности. Он рассудил, что таким образом даже если один захочет взять, все остальные из команды его остановят. А те, кто стоят у границы, будут дополнительным фактором — чтобы даже соблазна пройти как-то впятером не было.

Корнелия же наблюдала из зала, скрипя зубами. Он так легко стал лидером, и… люди к нему тянулись. Даже никогда не зная его до этого дня, не видя его лица, не слыша настоящего голоса… Это было просто естественной частью его.

У девочки заложило уши. В глазах потемнело. И вовсе не от маски.

Она неотрывно следила за экраном, даже забывая моргать. Это была слаженная командная работа людей, которые никогда до этого мгновения не были знакомы. Они просто шли за ним. Доверились с первых фраз. И вся группа управилась быстрее, чем Корнелия. По баллам в общем зачете практического испытаний Дамлин окажется на первом месте. Он определенно точно наберет максимальное количество баллов. Ей и результатов видеть не нужно, чтобы знать наверняка. Это было очевидно.

Спустя час все испытания абитуриентов закончились.

На экранах в зале ожидания появился рейтинг из тысяч граф. Прошло только сто абитуриентов. Каждый искал заветный кодовый номер в первой сотне. Корнелия сразу себя обнаружила на втором месте. Дамлин ожидаемо был на первом.

— Твою ж… — парень с кодом 1726 выругался. Он был за чертой. Ровно на 101 месте.

— У нас в этом году два абитуриента набрали выше максимального балла, — заговорил тот же голос из динамика. — Остальные могут принять участие в отборе в следующем году. Всем спасибо за участие. Прошедших абитуриентов просим пройти в кабинет директора по вашему порядковому номеру в рейтинге.

К Корнелии подошел сопровождающий и повел ее по коридорам в ВУЦМО. Рядом с кабинетом директора висела табличка «Финриксий Элри Нейин». И целый послужной список его заслуг ниже.

Дверь отворилась. Вышел Дамлин уже без маски. Он ей кивнул и придержал дверь, пропуская вперед. В центре кабинета за столом сидел мужчина средних лет с проседью в волосах. Его тяжелый взгляд задержался на девочке.

— Сними маску. Корнелия Ле Шадо.

Ей ничего не оставалось, кроме как снять, да и раз он назвал ее имя, то и о внешности осведомлен. Так что она стянула с себя маску.

— Ты и в самом деле сдала на высший балл и получила десять сверху от экзаменаторов… — Финриксий Элри Нейин задумчиво потирал подбородок. — В этом году только еще один абитуриент сдал на такие баллы…

— Я хочу поступить, — отчеканила Корнелия.

— И сколько тебе лет?

Смысла лгать уже не было — он же уже нашел всю необходимую информацию про нее. До сильверских корней, конечно, не докопал, но с асмелидской родословной ознакомился.

— Скоро будет тринадцать. Но я смогу освоить программу.

— Не сомневаюсь. — Он присвистнул. — А оборудование весом в 30 кг во время задания на себе утащить сможешь? А скрутить взрослого мужика весом под сто кг? Ты даже до педалей на некоторых кораблях не дотянешься…

— Это дискриминация…

— Это охрана труда детей, — отрезал Финриксий Элри Нейин. — Ты можешь быть хоть умнее всех зачисленных вместе взятых, но физподготовку пройти не сможешь. На практику тебя не допустят, как и на реальные задания.

Девочка сжала зубы, натягивая маску обратно. Всё уже было ясно.

— У нас прием абитуриентов от 18 лет. Без исключений. Приходи через 6 лет. Можешь прямо в мой кабинет. Зачислю без экзаменов. А пока скажи спасибо, что я не задаю тебе вопросов.

Корнелия, ничего не ответив, развернулась на пятках и ушла, хлопнув дверью. Где тут логика? Она же в рейтинге лучше всех поступивших, кроме Дамлина. А примут таких отбросов, как номер 1726, который никакими выдающимися способностями не блещет…

— Эй, это же ты была в истребителе? Это было… эффектно. — раздался совсем рядом голос Дамлина. Он стоял в коридоре уже без маски и приветливо ей улыбался. — Мы с ребятами собираемся после зачисления посидеть в кафе. Не хочешь с нами? Кстати, маски уже можно снять…

Юноша ее даже не узнал… Видимо, в кабинете была качественная система звукоизоляции. Корнелия же ничего не ответила, пройдя мимо. У него всего за день уже появились друзья. И их будет еще больше… И больше… И больше… В этом не было никакого сомнения. Дамлин один из тех немногих людей, к которым просто хочется тянуться. И может не сразу… Но пройдет время, и он забудет о ней. Зачем ему какая-то приставучая девочка с Асмелиды?

Дамлин же остался растерянно стоять посреди коридора, смотря ей вслед. Дверь отворилась. Вышел следующий абитуриент с номером 2294.

— Поздравляю, ты первый в рейтинге абитуриентов, — улыбнулся он.

Это был рослый юноша с русыми волосами и темно-карими глазами.

— Поздравляю и тебя с прохождением. Наконец-то можем нормально познакомиться… Я Дамлин, — он протянул руку.

— А ты крут. Я Ларне, — тот без промедлений пожал ее в ответ. — Третий после той ненормальной на истребителе.

Из кабинета директора вышел бледный блондин и стал оседать у стены. На его форме все еще горел кодовый номер 1726. Ребята переглянулись и кинулись к нему.

— Ты чего? Ты в порядке?

— Да… Ожидал уже всего, когда организаторы вне очереди меня завели к директору. — Он закрыл лицо руками. — Кто-то из сотни не стал поступать. Я прошел.

— Поздравляю! Мы как раз ждем еще несколько человек и идем праздновать. Хочешь с нами?

— Да, извини за тот раз. Я так волновался из-за экзамена. Это моя вторая попытка. Столько готовился и чуть не вылетел из-за той… Впрочем, уже не важно. — Парень поднялся. — Меня зовут Желин.

— Правильно, главное, что прошел. — улыбнулся Дамлин. — Мне нужно сделать один звонок, и я к вам вернусь.

****

Весь обратный полет до Сильвере Корнелия смотрела в одну точку на горизонте. Даже само слово «смысл» для нее потеряло значение. Зачем она вообще полезла? И так же было ясно с самого начала, чем все кончится…

Раздался звонок.

Это был Дамлин.

Больше никому доступ к этой связи она не давала.

И давать не собиралась.

— Привет, Корнелия. Ты в поместье?

— А где мне еще быть? — Корнелия сбавила скорость до пары сотен световых лет. — Как прошел экзамен?

— Я поступил.

— Поздравляю. Я рада за тебя.

А что ей еще говорить? Это пусть и стандартные фразы, но самые логичные в данной ситуации, хоть и ни грамма правды в них не было.

— Не похоже, что ты удивлена, — хмыкнул Дамлин.

— Я и не сомневалась, что ты сможешь поступить. Это же ты… Но все равно поздравляю.

— Спасибо. Мы с ребятами идем в кафе. Я как расположусь в комнате, пришлю тебе видео.

— Конечно, повесились там, — она улыбнулась, чтобы ее слова имитировали радость в голосе. Дамлин бы это услышал. Он всегда многое слышал.

Звонок завершился.

А по ее щекам текли слезы.

Она прошла это идиотское испытание, но все равно проиграла…

— Ты вылетела за пределы орбиты Сильверского кольца.

Ваеридали Фейш Лейри Мади ни кричала, ни упрекала, а лишь спокойно констатировала. Она даже не встала из своего кресла в кабинете. Корнелия же решила сама к ней прийти. Очевидно, что ее бабушка уже в курсе всего. Так что проще самой явиться с повинной.

— Будешь ругать? — в тон ей ответила девочка.

После ВУЦМО она испытывала странное опустошение. Ей было все равно. Не пугал ни гнев бабушки, ни возможное наказание. Какая уже разница?

— Ты уже сделала дело. Не вижу смысла, — она даже не отрывалась от цифровых документов.

— Я была на вступительных испытаниях ВУЦМО.

— Знаю. Мы уже замели твои следы.

— Я была на втором месте после Дамлина… — продолжила девочка.

— И?

— Меня не взяли. Из-за возраста…

— А ты думала, что они возьмут ребенка?

Корнелия вздохнула. Да, это было глупо. Нелогично. Но…

Была идиотская надежда, что ее блестящие результаты могут лечь в основу исключения. Ей ведь всего двенадцать, а она наравне со всеми абитуриентами проходила все испытания и оказалась в вершине рейтинга…

— Нет… Я вообще особо не думала… — призналась она. — Но я кое-что поняла…

Ваеридали Фейш Лейри Мади наконец оторвалась от своих дел.

— Я хочу стать сильнее.

Корнелия

Горнолыжный курорт. Что может быть хуже?

Кругом снег. Холодный ветер, обжигающий кожу. Мороз.

По идее, эта планета и не создана для людского обитания. Целелеа. Находится на третьем кольце от Перфениды, в отдалении от орбитальной звезды. Зима тут царит круглый год. Температура не поднимается выше минус двадцати. Торгаши же обустроили эту планету под склады и хранение. А кто-то посообразительнее открыл курорты, ведь найдутся такие идиоты, которые решат покататься в экстремальных условиях… Конечно, подают это как безусловно безопасный и аутентичный вид активности — снег, снег, снег, снег и ничего больше. Только горы снега. Поля снега. Дороги из снега… Да они даже свои склады и гостевые дома под слоем снега разместили, чтобы белоснежный пейзаж не портить.

— О… А вот и ты!

Лана выбежала во двор и кинулась ко мне с объятиями.

Я аккуратно отодвинулась. Уж не хотелось мне с ней никак соприкасаться.

— Долго добиралась?

— Не сильно.

От Асмелиды и в самом деле был прямой рельс. Чуть больше усредненных суток, и мы уже тут. К сожалению.

— Ты все еще с ним? — Лана озадаченно уставилась на Ладмина за моей спиной, который как ни в чем не бывало нес сумки, будто они весят всего несколько грамм. Он потупил взгляд, не смотря на нее, и, видимо, собирался продолжить косить под немого.

Признаться, если бы у меня была такая возможность, я бы сделала точно также.

— Да.

— Пойдем познакомишься с ребятами… Тут мой жених, подруга с Академии и друзья жениха… И вообще, — она повернулась ко мне, подмигивая. — Это наш совместный неофициальный девичник и мальчишник. Тут все только свои.

Мрак… Может, они не в курсе, что эта древняя традиция задумывалась, чтобы как раз проводить их раздельно? Ладно, даже спрашивать не буду. Еще и позвала в свою камерную тусовку… Видимо, свою главную цель Лана исполнила.

У всех планет разные ценности. Кто-то стремится к научному прогрессу, кто-то к военному доминированию, кто-то к сохранению культуры… Но у части из них есть общее — аристократия. Высшее общество, которое никуда не девается на протяжении тысячелетий. Взять хоть ту же Асмелиду…

На деле эта Академия Благонравия не входит и в первую тысячу ведущих учебных заведений Союза. Но среди высшего света есть тенденция отправлять туда дочерей, которые стремятся к престижному замужеству. Ну или которых нужно сбагрить с глаз долой.

А для кого-то вроде Ланы — это пик воздушных замков. Про дам из Академии Благонравия пишут романы. Их светскую жизнь обсуждают в самых разных уголках планеты. Приглашают на шоу. И… На них обращают внимание завидные холостяки. Вот и на Лану обратили.

— Это Лана, — мы уже прошли внутрь довольно просторной гостинной. — Та самая подруга, о которой я рассказывала. А это…

Ну да… Ничего умнее, чем назвать меня своим именем, она не придумала.

— Мирела, Креир, Эрик и мой дорогой Хэлис.

Я привычно запоминала имена с лицами. Все равно я их всех вижу в первый и последний раз. Побуду пару дней Ланой.

— Это раб? — Хэлис оглядел Ладмина с ног до головы. — Он что, немой?

— Да, прикинь, ему пластиару сделала прошлая хозяйка.

Он так и стоял, как полагается, смотря в пол. Даже не пытался привлечь к себе внимание, но все равно стал его центром.

— И он вообще не говорит? — Креир с ног до головы его осмотрел. — А че при господах на колени не опускается?

Раздражает.

Раздражает, что все на него смотрят. И о нем говорят. Еще и приказывать ему будут? Их вообще не смущает, что он мой?

— Да. Не говорит, — Я кивнула, переводя на него взгляд. — Ладмин, иди в комнату. Разбери вещи.

Все равно ему тут делать нечего. Пусть в комнате посидит, пока они не загорелись идеей «воспитания». Ладмин кивнул и поспешил уйти. Только мимолетно я заметила, как он благодарно выдохнул. Хм… Странно, но мне бы и в самом деле не хотелось, чтобы он сегодня был игрушкой для развлечения. Я прекрасно осведомлена, как на подобных камерных мероприятиях используют рабов. Многие от такого «использования» так и не отходят.

А члены этого девичника-мальчишника комментировать его уход никак не стали.

— Корнелия нам о тебе много рассказывала… — заговорил Эрик.

Из всех них он выделялся. Пусть и никакими выдающимися внешними качествами не обладал — простые карие глаза, светло-русые вьющиеся волосы, пара родинок на лице… Но…

Этот парень… Выправку ВУЦМО я определю за пару секунд. Он даже и не пытается ее скрыть. Я бы сказала, наоборот. Сейчас представится еще раз и точно похвалится своим образованием.

— Рада слышать, — Я мило улыбнулась, строя из себя саму доброжелательность.

— Позвольте представиться еще раз лично, Эрик Вествирн. Кадет 3 курса ВУЦМО. Уже завершаю обучение, скоро войду в состав отряда Гарпии.

Что и требовалось доказать, но…

— Гарпии? — переспросила я.

Вот же… Это может доставить проблем. Что-то от Ланы последнее время слишком много хлопот. То это рабовлодение, то «курорт» в глыбе льда, теперь и этот тип…

Она предупредить не могла?

Может, проще будет избавиться от нее?

— Да, элитное подразделение Борэя, — он подошел ближе ко мне. — А ты с Корнелией учишься в Академии Благонравия?

— Да, недавно поступила.

Вот же… Особи мужского пола обычно идут на сближение, когда начинают флиртовать. Ну или пытаются этим заниматься. И самое печальное, что в упор в него не выстрелишь. Свидетелей слишком много. Хотя…

Не, все-таки он из ВУЦМО… Проблематично будет объяснить свои мотивы. Ладно, потерплю этот дискомфорт. Всего пару дней.

— Лана застенчивая, но я понемногу вывожу ее в свет, — вмешалась «Корнелия».

Она… что делает?..

Эти имбецилы сейчас посчитают, что я в активном поиске… Тем более, учитывая, что я «учусь» в Академии Благонравия.

— Ты даже не представляешь, как я тебе благодарна… — Я посмотрела на Лану так, что даже до нее дошло, какую тупость она сболтнула. — Корнелия.

— Да, ты делаешь благое дело, Корнелия, — жених приобнял ее. Он, судя по всему, и в самом деле по уши влюблен в невесту.

— А я тебя не видела… — Мирела задумчиво накрутила прядь волос.

— Наверное, потому что мы на разных курсах, — пожала я плечами.

Поток в Академии Благонравия и в самом деле большой. Хоть я там не провела ни единого дня, но мало кто знает абсолютно всех студенток.

— Да, должно быть… — быстро переключилась она. — Мы идем в сауну? Там бар уже обновили…

— Я пока отойду немного от перелета и спущусь к вам, — я натянула на себя усталую улыбку.

Эта компания ко мне быстро потеряла интерес, отправившись в сауну. Я же надеялась свалить в комнату, но… Эрик задержался, оставаясь со мной наедине.

— Лана… Извините за столь бестактный вопрос, но увидев вас, он не покидает мою голову… Вы состоите с кем-нибудь в отношениях?

Мда…

Он даже прелюдию разыгрывать не собирается?

— Нет.

— Признаться, я поражен, что у столь красивой девушки еще нет жениха.

Я только от него избавилась.

— Увы, отношения у меня не особо складываются.

Всем приходится помогать отойти от жизни. Ну или более гуманно отвязаться от моей персоны.

— Лана… А вы не хотите со мной пройтись? Посмотрим на полярное сияние? На этой планете оно особенно ярко, — вкрадчиво произнес он, понизив голос.

Превосходно… Еще один… Этот недоразвитый считает, что меня впечатлит его выдавленный бас? Его самомнению можно позавидовать..

— Не горю желанием.

— Не желаете тогда спуститься к бару? Я могу приготовить вам вкусный коктейль.

До него с первого раза не доходит?

— Я не пью спиртное.

— Уверен, там есть ингридиенты и для безалкогольных коктейлей.

В окне что-то блеснуло.

— Прошу меня простить. Я сегодня слишком устала от перелета и хочу немного пройтись.

— Давайте я вам составлю компанию…

— Не стоит. После перелета мне хочется пройтись немного одной. Но я очень ценю ваше предложение…

Еще бы больше оценила его отсутствие.

— Но…

— Я правда хочу побыть одна. Благодарю за понимание. — отрезала я.

Надоел.

Если бы не одинокий мигающий сигнал в окне, я бы пошла в комнату. Только стоило мне выйти на порог, как все повторилось. Мимолетная белая вспышка. Незаметная сквозь падающий снег. Но она была.

И все же холодно на этой Целелее. Я шла по заснеженной дороге к источнику этого сигнала. Пришлось отойти от дома на несколько километров. Ожидаемо, там была космическая шлюпка, в которую я и залезла.

Он не привлекал к себе внимания. Замаскирован, так же как и все вокруг, под белоснежные снега.

— Сейрих, я скинула тебе координаты, только если будет очень важная информация.

В микрокабине два на два метра сидел знакомый пират. Неудивительно, что приземлиться решил на этой шлюпке. На ней можно как быстро и незаметно взлететь, так и приземлиться. Наверное, свой корабль оставил на орбите.

— Есть зацепка… И для тебя может быть очень важной. Я даже через шифр опасаюсь эти данные передавать.

Хм… Просто так он бы своей задницей не рисковал.

Реально что-то нашел, связанное с Дамлином?

— Что это?

— Я подумал… Пойти с другой стороны. — Он открыл голографический экран. — Ты тогда заметила что-то необычное с агентами ВУЦМО?

Необычно это «он» и «подумал»… Хотя прямо идиотом Сейриха сложно назвать. Так что, может, ему и прям хорошая идея пришла в голову.

— Десять лет назад многие агенты ВУЦМО погибли за один год на разных миссиях. Но это не было чем-то странным… Конечно, я все это изучала. И не один раз. Даже не одну сотню. — За пятьдесят лет подобные скачки не раз были, в рамках столетия и вовсе в глаза не бросается.

— Возможно, они все погибли в один день.

Это… Это вообще возможно?

У меня в руках база Паутны, Межгалактического Союза и Сильверы. События десятилетней давности я изучила вдоль и поперек. Единственная закономерность — повышение смертности среди агентов. Но она то повышается, то падает. До критичного уровня тогда даже не дошла.

— Фальсификация? — Нахмурилась я. — У тебя есть весомые доказательства?

— Да. Было объединение пиратов до Альянса — Ковен. Это было объединение реальных головорезов. Причем в немыслимых масштабах. Поговаривают, что их сеть выходила за пределы галактики, и незаконный рабский оборот — самое безобидное, чем они занимались. Они тогда заняли верховенство на Жерстрике. Планировали захватить Перфениду.

Про Ковен я слышала. Они лет пятьдесят были главной проблемой Межгалактического Союза. Детали для мирных не раскрывали. Только агенты ВУЦМО лет пятнадцать назад стали устраивать крупные облавы на них, так и вырубили практически с корнем. Отчасти из-за этого меня статистика смертности и не смущала — в период тех столкновений логично, что для многих исход может быть летальным. Часть из их лидеров прошли процедуру Забвения, поэтому люди частично забыли о Ковене. Помнят, что что-то такое было, что это что-то, связанное с пиратами, что это что-то плохое… Сами пираты могут знать и побольше, как Сейрих. Но самые грязные деяния Ковена стерлись из воспоминаний. Таким преступлениям нет места даже в истории. По крайней мере, Межгалактический Союз так распорядился.

Я открыла папку, извлекая файлы. И в самом деле в Ковене вели списки. До которых Забвение не дошло. Хм… Больше десяти тысяч пиратов мертво. И все в один день. 17 мая.

Это тот самый день…

День, когда Дамлин исчез.

— Зачем им Перфенида?

— Торговые пути. Идеальное место, чтобы сделать серый рынок. Да и захватить легче. В комплекте идет Целелеа. На ней можно создать целое производство. У них были грандиозные планы. Чуть ли не всю галактику захватить. Начать с одной планеты. У них было бы уже две подконтрольные — Жерстрик и Перфенида. Так к ним бы подтянулись все те, кто к ним еще не присоединился. И не только пираты. Нашлись бы и желающие среди верхушек заполучить поддержку Ковена. Или гарантии безопасности…

Логично… Хоть и опрометчиво.

Но все равно логично.

— Это достаточно весомый материал?

— Да.

Значит. Миссия и была 17 мая.

Против пиратов, которые планировали захват вселенной.

Но все мертвы? Тысячи за один день?

— Тогда… — Он нервно сглотнул слюну. — Скажи… Был ли кто-то, кого я забыл? Я… думаю, он был. Умнее. Намного умнее меня. Я едва справляюсь с Альянсом. Не могу понять, как я его вообще собрал…

Несколько лет назад мы заключили сделку. Через пиратов проходит много всякой грязи. К примеру… Нелегальные рабы. Есть заказы среди элит на «особых персон». Некоторые, как раньше Ковен, умудряются долетать до таких дивных существ, с которыми даже у сильвов контакта нет.

Когда Дамлин исчез, у меня было много теорий. Может, кто-то захотел его в виде личного раба. Людей много, а странных фетишей еще больше. Только… Пираты могут установить плазму. Но Печать Забвения? Провести процедуру стирания?

Вероятность этого меньше одного процента. И все равно… Информация прямиком из центра пиратского сообщества не будет лишней. Особенно, когда каждая ее крупица на счету.

— Зэин.

— Что?

Я отправила ему по шифрованному каналу данные. Его пропажу было довольно легко найти. Это о деле Дамлина нет следов. А о Зэине получилось собрать целое досье. Проверка по биометрии сразу же выдала совпадения.

— У тебя и в самом деле был кто-то. Брат. Зэин. В файле информации о его деле. Восстановленные заметки от журналистов. Четыре года назад прошел процедуру Забвения. Тогда же продан на аукционе.

— И… Что мне делать? — Сейрих растерянно посмотрел на меня.

— Сделка завершена.

Он мне уже не нужен. С новыми данными выходит, что Дамлин и в самом деле был на задании. Пираты и агенты ВУЦМО погибли в один день. Только вторых задним числом раскидали по другим датам, чтобы не привлекать внимания. А что… Это возможно. Учитывая процедуру Забвения — Дамлин в тот день выжил. Значит, либо он совершил непростительную ошибку в тот день, либо нарушил слишком важный приказ, либо перешел кому-то дорогу, либо на него повесили всю вину за произошедшее.

Но вся процедура все-таки прошла легально. Пиратами тут и не пахнет. Значит, Дамлин должен быть в официальной системе… Но почему его там нет?

— В смысле?..

— Меня это уже не касается. Ты свою часть выполнил. Я свою часть выполнила. Сделка завершена.

Пришлось вернуться в дом. Закоченеть на морозе мне не хотелось. Я даже спустилась отогреться в сауну. Лана тут же подсуетилась и налила мне бокал игристого. Знает же, что я и в самом деле алкоголь не пью. Какой смысл травить себя токсичным веществом?

Но размышления у меня возвращались к тем данным. Что теперь точно известно, так это масштаб миссии. Может, его и хотели скрыть. А для скрытия нужна процедура Забвения. Для легальной активации процедуры нужен кто-то, на кого накладывается Печать Забвения. И этим кто-то стал Дамлин? Что-то тут не вяжется…

Хм… А Сейрих сам догадался, что кого-то забыл. Даже сам пытался найти того, о ком ничего не помнил. Наверное, таких, как он, могло бы быть много. Если бы о Забвении знали все, то пропажу, может, и заметили… Но само ее существование под секретом. Доступ есть у строго ограниченного числа лиц.

А из простых людей никто не хочет выглядеть странным. Не таким. Да и проще спихнуть на усталость, на то, что показалось или еще что-то… Тем более это даже логично, если не знать о процедуре Забвения.

Я так и осталась с полным бокалом в руках. Для вида пригубила, но ни капли спиртного не выпила. Лана же уже напилась до той стадии, что решила, будто мы подруги и уселась рядом без перерыва о чем-то болтая…

— Я Хэлису всё рассказала, его не смущает мое настоящее положение… Как и… — Она наклонилась ближе, прошептав. — Наш договор.

— Прекрасно.

Меня это уже не особо волновало. И наш договор с Ланой уже подходил к концу. В целом, в нем и ничего серьезного для меня не было. Так… Небольшая махинация.

— А мы своих рабов не брали… — продолжала трепаться она. — Решили, что мероприятие без них. Извини, что забыла тебя предупредить. Ты не обижаешься?

— Нет.

— А когда ты его продашь?

— Когда будет надо.

— Ты передумала?

— Нет.

Какой смысл тратить время и ей что-то объяснять. Да и зачем?

Некоторым людям проще сказать то, что они поймут. И вовсе неважно, правда это или нет. До них иного не дойдет.

— Может тогда пока позабавимся с ним?

— Нет.

— Ну почему… Ты же все равно от него избавишься…

— Ты не поняла меня в первый раз?

— Ясно… — Она надула губки. — А ты понравилась Эрику…

Кошмар… Еще один.

— Как думаешь, волнует меня это или нет?

— Ой, да он же красавчик. — Она вновь наклонилась и шёпотом продолжила. — И из очень влиятельной семьи.

— Мне он не интересен.

— А тебе хоть кто-то интересен?

— Да.

Дамлин. Всегда Дамлин.

И только Дамлин.

Дамлин

Я всё никак не могу перестать прокручивать в голове события этих дней. Как… Как всё это возможно?

Но…

Это и в самом деле Корнелия…

Мне казалось, что мы уже никогда не увидимся, но…

Как такое вообще вышло?

Ощущение, будто я в бреду.

И этот танец. Всё как тогда… Мы ведь когда-то уже так танцевали. Только это было будто в другой жизни. Поразительно… Как будто и не было этих десяти лет. На эти минуты я забыл обо всём. О плазме. О рабстве. О Печати Забвения. Были только зелёные глаза и биение её сердца в такт моего. Всё остальное вдруг стало таким неважным.

Даже сейчас… Просто вспоминая этот танец, хочется повторить его вновь. И не останавливаться никогда. Навечно кружить с ней в вальсе.

Ну, это я, конечно, раскатал губы…

А Мандерил Ле Шадо и в самом деле немного постарел… Появилась седина на висках. Но взгляд всё тот же. Да и вообще с каждым днём, что я тут находился на Асмелиде, меня не покидает странное чувство. Могут ли они меня ещё помнить в глубоком подсознании? Не в своих воспоминаниях… А на каком-то интуитивном уровне понимают, что годы назад мы были знакомы.

Иначе зачем лорду предлагать какому-то рабу оплачиваемую работу?

Это же абсурд…

И вот мы уже в Целелее, а я всё витаю в тучах своих мыслей. Даже прослушал, когда речь друзей Корнелии пошла обо мне. Чёрт… Они же и в самом деле сейчас сделают из меня своё главное развлечение.

Но ответ Корнелии меня ввел в мимолетный ступор.

Она так просто дала мне уйти? Почему?

Я старался не доставлять ей проблем, так что сразу поднялся в нашу комнату и стал бережно разбирать вещи.

Вероятно, впервые за эти годы ко мне повернулась удача. Иначе никак объяснить всё это не могу.

Пусть плазма находиться в голове. Пусть я ничего не могу рассказать о своём прошлом. Пусть Корнелия меня не помнит… Но…

Я пережил утилизацию. Могу вновь говорить. Моя истинная пара рядом. Побывал вновь на Асмелиде. Корнелия даже относится ко мне по-человечески. Ну… Почти.

По крайней мере, жизнь определённо налаживается. Как бы странно в моём положении это ни было…

Я практически разобрал вещи, когда до меня донеслись слова.

— А когда ты его продашь?

— Когда будет надо.

Розовые очки, что я нацепил, разбились стёклами вовнутрь.

— Ты передумала?

— Нет.

Я даже не заметил, как опустился на пол.

Ну конечно… О чём я вообще думал?

Избавиться от меня… И правильно сделает.

Зачем ей я?

Это и было планом. Наверное, Лана учится вместо неё в Академии Благонравия.

Пока она… Я так и не понял, чем она занимается. Многое в их игре для меня так и неясно, но…

Раз Лана выходит замуж, то скоро рокировке конец.

Меня нужно было, наверное, для вида показать на Асмелиде. Только…

Зачем она тогда вела себя так, будто ей не всё равно?

Развлекалась?

Жестоко… Я же и в самом деле поверил, что мне повезло. Хотя этого стоило ожидать.

Теперь всё просто встало на свои места.

Всё, для чего я был нужен, исполнено.

Я сидел у стены, закрыв глаза, и просто слушал. Думать не хотелось.

Но… В этом всем есть и хорошее. Я теперь знаю, что с родом Ле Шадо всё в порядке. Корнелия тоже. Она сможет о себе позаботиться.

И только разговор на нижнем этаже заставил меня напрячься.

— Лана, вы уже уходите?

Лана, которая вовсе не Лана, а Корнелия. А спрашивал ее тот кадет из ВУЦМО… Эрик.

— Да.

— Вы так и не отведали мой коктейль. Безалкогольный. Я сделал специально для вас.

Я слышал, что она уже хотела уйти. Едва заметный вздох. Похоже, этот Эрик ей уж порядком надоел.

— Безалкогольный?

— Абсолютно. Вам понравилось?

Судя по звуку, Корнелия выпила то, что ей протянули, залпом.

— Безусловно, — она куда-то поставила бокал. — Я устала. Спокойной ночи.

— Подождите… — Эрик, видимо, взял ее за руку. — Может, посидим еще немного?

Но… Ее голос изменился. Дыхание сбилось. Корнелия обладает невероятным самообладанием, а этот парень даже ей неинтересен. Что-то не так.

— Усталость… берет верх. Прошу меня простить.

Что это… Она запнулась?! Да и речь стала медленнее… Не намного. Но для Корнелии даже такая мелочь не свойственна. Что-то не просто не так…

Этот кадет…

Я едва не зарычал.

Это его рук дело.

— Лана… — он к ней приблизился.

Я рывком поднялся и вышел из комнаты.

Плевать. Все равно Корнелия от меня избавится. Это же было ее планом с самого начала… Значит, я уже ничего не теряю. Накажет? Пускай.

Плазма начинала поджаривать мозги. За десять лет пора бы к этому привыкнуть. Меня ведь это никогда не останавливало.

Лестница, пролет, коридор… Стоило ли бежать? Не знаю… Но она моя истинная пара. Все внутри переворачивается, когда я представляю, как кадет ВУЦМО держит ее за руку, затаскивает в комнату и… Может, Корнелия и способная за себя постоять, только неизвестно, что было в этом «безалкогольном коктейле». Передо мной открылась ожидаемая картина. Эрик и в самом деле держал ее за руку.

Она стояла рядом с ним, рука заходила за спину… У нее там что-то было? Значит, сама понимает ситуацию.

Я же просто взял и поднял Корнелию. От неожиданности кадет разжал ладонь. Самое удивительное, что Корнелия и не сопротивлялась. Она даже не напряглась в моих руках. Будто так и должно быть.

— Эй, ты что творишь?! — возмутился Эрик, не ждавший моего появления.

Я молчал. Он же считает меня немым. Да и вступать в спор, когда ты раб, бесполезно. В любом случае будешь виноватым просто за то, что посмел открыть рот.

— Вернись сейчас же. Это приказ.

Я не собирался его слушаться.

Все равно. Я поднялся обратно по лестнице, неся Корнелию.

— Ты пожалеешь об этом, — донеслось до меня вслед, но я уже закрыл дверь комнаты на ключ. Для его же безопасности. Если бы Эрик сказал хоть еще одно слово, я бы потерял контроль над собой. Внутри все уже горело от ярости.

Этот кадет посмел прикоснуться к Корнелии. К моей истинной.

Посмел дать ей непонятное пойло. Я едва сдерживался.

— И что это было? — Корнелия скрестила руки на груди.

Хм… Она пьяна или нет? Дыхание выровнялось. Сердцебиение немного учащенное, но… Вроде не сильно. Я ошибся?

— Мне кажется, вам что-то в коктейль подмешали…

— И? — у нее даже глаз не дрогнул.

Вот и о чем она думает?

Мне не стоило так паниковать?

— Вы хотели с ним остаться наедине в таком состоянии?

— И почему тебя это волнует?

Потому что ты моя истинная пара и я никому не позволю тебе навредить.

Только вслух об этом вряд ли когда-нибудь скажу.

— Вы не хотите, чтобы меня это волновало?

— Ты не ответил на мой вопрос. — Корнелия явно старалась четко выговаривать слова. — И отпусти меня.

Она все-таки пьяна. Но самоконтроль даже в таком состоянии поражает.

Я аккуратно посадил ее на кровать. Корнелия же моментально откинулась назад, ложась. Не похоже на нее. С одного бокала так не пьянеют. Эрик явно что-то туда добавил…

Вот же… Не могу теперь воспринимать ее как госпожу. Это же Корнелия…

— Я был в ситуациях, когда… моим положением пользовались. Приятного мало. Не думаю, что вам этого хотелось было.

— А ты не воспользуешься? — она перевернулась на бок, подперев голову.

— Никогда. — честно ответил я. — Хочешь проверить кровь на наличие веществ?

— Да… У меня в сумке… Должен быть портативный… Этот…

Корнелия и забыла слово?

Она ничего не забывает.

Похоже, что действие усиливается.

— Я понял.

Я достал из сумки секрэн.

— Дай, я аккуратненько сделаю анализ, — я присел на корточки возле кровати.

— Я по-твоему сама не могу?

— Можешь. — я протянул руку. — Но сейчас я аккуратнее сделаю…

Корнелия все-таки протянула ладонь. Всего несколько капель с пальца, и устройство заработало. Секрэн покажет всё, что есть в крови и было за последние сутки. Я тем временем набрал в шприц щанри из ампулы.

— Это что?

— Щанри. Выведет быстрее токсины. Утром будет полегче.

Корнелия кивнула и дала вколоть себе укол. Я старался действовать максимально аккуратно, но ей, видимо, было все равно. Она никак не поморщилась, не напряглась…

Ну или я настолько безболезнненно колю уколы.

Раздался писк секрэна.

Анализ завершён.

Я пробежался по строчкам.

Гръенсе.

ОН ДАЛ ЕЙ ГРЪЕНСЕ?!

Этот тип вообще в своем уме?!

Спокойствие…

— Что там?

Я протянул ей листок. Корнелия взяла и нахмурилась, а потом отдала мне обратно.

— У меня перед глазами всё плывёт. Прочитай вслух.

— Лучше утром прочитаешь… — если я еще раз это прочитаю, то Эрик до утра не доживет.

— Ты… — Корнелия взяла меня за подбородок, прищурившись. — Я вообще-то и наказать могу.

— Хорошо… Давай только на трезвую голову. Я сам напомню. Обещаю.

— Напомнишь… А если я сейчас хочу?

— Как прикажешь… — я вздохнул, уж лучше пускай со мной поразвлекается, по крайней мере так жертв сегодня точно будет меньше. — Что мне нужно сделать?

— Разденься.

Твою ж… Я снял с себя рубашку, медленно растягивая пуговицу за пуговицей. Остальное снимать не спешил.

— Дай сюда руки.

Ну хоть штаны снимать не пришлось…

Я вытянул руки. Корнелия их взяла и стала связывать моей же рубашкой. Я и не сопротивлялся, лишь наблюдал за ней. Так усердно закручивает. Да и узлы крепкие. Интересно, где она такие научилась вязать? Хотя чему я удивляюсь?..

— Ты освободиться… не сможешь? — язык у нее уже заметнее заплетался.

— А мне нужно?

Зачем она меня тогда меня связывала?

— Попробуй.

— Вы уверены?

— Пробуй.

Я просто порвал, разведя руки в стороны.

Узлы-то хорошие, но это всего лишь ткань.

— А… Логично…

Я все же не сдержался и улыбнулся. Только Корнелия вновь на меня уставилась. Еще растеряннее, чем была.

— Извини, я…

— А ты красивый, когда улыбаешься… — она взяла меня вновь за руку, но в этот раз утягивая с собой на кровать. Я аккуратно лег с краю. Корнелия же решила устроиться у меня на плече. Это определенно менее кровожадное поведение под гръенсе, чем я ожидал…

— Что со мной не так?

Я это точно уже слышал… Причем из этих же уст.

— Чего во мне не хватает? Почему не нравлюсь…

Она не договорила.

Но так похоже…

— Мне нравитесь, — вдруг слетело с моих губ.

Я идиот.

Почему не мог просто промолчать?

Она же сейчас несет бред из-за этого «коктейля».

— Правда?

— Конечно, плазма не позволит мне солгать.

— Обними меня.

Ничего страннее за эти 10 лет явно не было. Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Хотя я определённо не был против такому приказу.

— Почему ты тогда… сказал «без интима»? Что за история с этим… как его… борделем?

Опять?

Твою ж…

— Вы сейчас хотите?.. — тихо спросил я.

Может, не стоило говорить, что она мне нравится…

— Нет. Я просто спросила. Почему ты думаешь, что я настолько озабоченная? Ты, конечно, симпатичный…

Вспоминать о том, что было несколько лет назад, не хотелось совсем. Каждый раз, когда я опускался на дно, оно становилось таким бездонным…

— Несколько лет в борделе и не только под смириадой. Для меня секс стал не формой удовольствия, а… — Я старался тщательно подбирать слова. — Рефлексом, наполненным не самыми приятными воспоминаниями.

— Почему?

Я вздохнул. И как это объяснить с печатью Забвения?

Что я всю жизнь думал, что вступлю в отношения со своей истинной парой?

Таковы обычаи моего народа.

И я искренне в них верил.

— До этого думал, что… — Я не говорил конкретно, лишь образно. — Близость будет особенной. Должна быть. Особенно первая. И при взаимных чувствах. Но бордель… То, что там происходило, всё исказило.

Не хочу вспоминать. Эту похоть. Это ощущение. Себя. Я даже не ведал, что творил… Мне не давали прийти в себя, вводя всё новые и новые «окрыляющие» средства. И всё превращалось в непрерывный калейдоскоп.

Смех клиентов. Игрушки. Их капризы.

Похоть, от которой я походил на животное.

И всё по кругу.

— А… Так ты хотел сохранить себя до брака или типа того?

— Типа того… — повторил я за ней. — Для вас это странно?

— Нет. Даже, наверное, понимаю… У меня что-то похожее…

— Хотите сказать, что у вас никого не было?

— Угу.

— Почему?

— Мне никто не интересен.

Странно… Выходит, в мире, в котором меня нет, Корнелии никто больше не интересен?

Даже сама эта мысль звучит слишком дико.

Может, она просто бредит из-за гръенсе?

— И никогда не хотелось просто так попробовать?

— Нет, так что можешь не напрягаться… До сексуальных услуг не дойдёт…

Наверное, потому что скоро она от меня избавится.

— А зачем тогда мне нужно было раздеваться?

— Спасибо… Что пришел… — еле слышно пробормотала она. — И за ийрилис… Ты подаришь мне его снова?

О чем она?

Точно бредит.

— Да, — тихо ответил я.

В любом случае, в таком состоянии с ней лучше не спорить.

— Я буду ждать…

Она уснула.

Видимо, ответ на свой вопрос я уже никогда не узнаю… Наверное, если бы я мог остаться, я бы даже смирился с плазмой в голове. Рядом с истинной парой не такая уж это и трагедия.

Только Корнелия решила всё еще до моей покупки. Но как я могу ее винить? Для нее я никогда и не существовал. Даже так, она относилась ко мне слишком хорошо.

Да и это… Неплохое прощание.

Больше, чем я мог вообще желать.

Необычно… Меня по-разному за десять лет использовали, но чтобы как подушку с подогревом… Ни разу. Впрочем, это определённо лучше. От неё я не ожидал чего-то настолько… безобидного.

Хотя когда спит, то выглядит такой беззащитной. Я не сомкнул глаз. Просто смотрел всю ночь на неё. Как же все изменилось за 10 лет… Как мы вообще к этому пришли? Корнелия моя истинная. Корнелия. Истинная. До сих пор в голове не укладывается…

А ведь, может, у нас и в самом деле могло бы что-то получиться… Но, видимо, не в этой жизни.

В любом случае…

Я ни о чем не жалею.

Корнелия

Голова такая тяжёлая. Я лежала на ком-то тёплом. Рельефном. Довольно приятном, но…

На чём я лежу?!

Я моментально поднялась.

Ладмин… И без рубашки.

— Только не говори, что… — прошипела я.

— Ничего не было, — он приоткрыл глаза. — Я вас унёс в комнату… Вы просто захотели, чтобы я разделся…

Я. Захотела?!

Что вообще вчера было?..

Последнее, что помню, этого прилипалу с его коктейлем…

Вот оно что…

Коктейль.

Ублюдок.

Я убью Эрика.

Мне казалось логичным, что в окружении своих друзей, находясь у всех на виду, никому и в голову не придёт устраивать такое безрассудство. Поэтому и выпила эту дрянь… А эта мразь настолько в свои силы поверила? Думает, что раз кадет ВУЦМО, то ему всё можно? Ха… Иронично будет.

Ладмин тонко уловил моё настроение. Сам поднялся и стал надевать новую рубашку. На полу валялись какие-то обрывки ткани.

— Вам принести кофе?

— Да.

Он вышел, оставив меня одну.

Ладмин и в самом деле просто взял и унёс меня оттуда.

И зачем ему это?

У меня на сгибе локтя едва заметная точка от укола. Мне что-то ещё вкололи? И на пальце характерный порез… Секрэн? Следы похожи.

Я оглядела комнату вокруг.

На тумбочке лежали результаты анализов.

Гръенсе.

Нет, я его не просто убью.

Его смерть будет мучительной.

Гръенсе вообще полузапрещённый препарат. Его используют для шлюх в борделях. Те становятся… Раскрепощёнными. На самом деле та ещё дрянь.

Эрик сдохнет. На этом точка.

Я встряхнула головой и пошла в душ, приводя себя в порядок, а как вышла, Ладмин уже вернулся с кружкой кофе.

— Ничего страшного, если я в письменном виде угрожал Лане, используя ваше имя?

— Нет.

Он и угрожал?

Пускай…

— У меня след от укола, — я кивнула на свой локоть.

— Я вчера вечером вколол щанри… Не нужно было?

Щанри… Ускоряет вывод токсинов из организма. Видимо, из-за этого я и избежала все прелести эффекта от гръенсе. Но голова ощущается, будто мне недавно хорошо по ней врезали.

— Нет, спасибо, — даже не хочу представлять, чем бы это закончилось, если бы Ладмин не вмешался. — Что вчера было?

— Обычно через какое-то время воспоминания сами возвращаются. Но я обещал напомнить, что вы хотите меня наказать…

— Издеваешься?

— Накажете? — Уголки его рта тронули. Мимолётно.

Издевается.

Совсем, видимо, страх потерял. Впрочем… Мне это почему-то нравится.

Но он как-то многовато знает об действии гръенсе. Я не слышала о таком эффекте. Помутнение рассудка. Отзывчивость тела. Лёгкая внушаемость. Но о том, что провалы в памяти возвращаются… Да и то, что они вообще есть. Почувствовал все прелести на себе?

— Да, — я отпила кофе, пытаясь привести все мысли в порядок, всё же голова гудела. — Пойдёшь кататься со мной на лыжах.

С Ладмином вероятность того, что я убью Эрика, как только его увижу, снижается. Нет, я его, конечно, убью… Но не сегодня. Слишком много свидетелей.

— Эм… Я не умею.

— Какое совпадение.

— Зачем ты взяла с собой раба? — Лана трещала об этом с того самого момента, как мы сели в гондолу.

Она покачивалась, поднимаясь на заснеженную вершину склона. Из окна снег. Снег. И еще снега. Ничего кроме снега. Мрак…

— Мне самой нужно лыжи тащить? — я смерила ее таким взглядом, что она быстро засунула свой язык куда поглубже.

Ладмин и так вел себя тихо, никак не привлекая к себе внимания. Я сама уселась у окна, а его посадила с другой стороны, чтобы никто ко мне не подсел. Особенно Эрик. Только этот кретин с самодовольной ухмылочкой решил расположиться напротив.

— Ну мы же сами как-то тащим… — влез он в разговор.

— Соболезную.

Я закончила разговор, уставившись в окно. Разговор сместился в обсуждение предстоящей свадьбы и церемонии после… Ничего важного.

Но стоило нам выйти из кабины, как Эрик за руку отвел меня в сторону. Просто взял. И потянул за собой. Я и так едва сдерживалась, чтобы не прикончить этого кретина на месте. Мы стояли в отдалении от нашей компании. Никто из них ничего странного в действиях этого имбецила не видел. И только Ладмин, доставая лыжи из чехла, напряженно смотрел в нашу сторону, явно готовый вмешаться.

— Лана, могу я с вами лично обсудить поведение вашего раба?

Любопытно, что он спрашивает об этом уже после того, как самолично меня увел.

— Не можете.

— Я боюсь, что вынужден настаивать. Раб проявил неподобающее неуважение, — поделился Эрик своим невероятно важным мнением, на которое я, разумеется, клала большой и толстый болт. Руки так и чесались, чтобы помочь ему испустить свой последний вздох.

— Можете настаивать на чем угодно. Ладмин мой. Я решаю, наказывать его или нет.

— Но его поведение выходило за все рамки. Я буквально требую, чтобы вы при мне его наказали.

— Я приму ваше пожелание к сведению.

Я ушла обратно к ребятам. За это время к ним уже подошел тренер, который был нанят для нашей группы. Он дребезжал о технике спуска и правилах безопасности… Скукота.

На лыжах я и в самом деле не умею кататься. Так… Приходилось ездить пару раз. Сложную дистанцию точно бы не осилила. Но я все равно поехала одной из первых, чтобы не видеть этих надоедливых рож. Ладмин же за мной. Ха… Он и в самом деле не умеет стоять на лыжах. Впрочем, я от него не так далеко ушла.

Как только ребята скрылись из виду, я тут же резко свернула с трассы, отдаляясь от них еще дальше. Сойдет. Я кое-как остановилась на этих досках и сняла их.

Ладмин подъехал ко мне сбоку, но замедлиться у него не получилось. Ноги разъехались, и он плюхнулся в сугроб снега. Лыжи на ногах взметнулись вверх.

Я не сдержалась и фыркнула.

— Вы… больше не будете кататься? — он попытался встать, но лыжи вновь отъехали в сторону. Кто-то опять не удержал равновесия и вернулся в насиженный сугроб.

— Нет, — я уже давилась смехом.

Не помню, когда мне было так смешно. И почему вообще меня это смешит… Но то, как он озадаченно смотрит на лыжи, все еще сидя в сугробе… Еще и покраснел. Есть в этом что-то комичное.

Может, потому что он копия Дамлина? Или это остаточный эффект от гръенсе?

— Можно… — Ладмин смущенно улыбнулся. — Я тогда лыжи сниму?

— Снимай.

Он разбирался с креплением лыж, потихоньку снимая одну за другой. Я едва заметно поёжилась от холодного ветра. Всё же больше в эту ледяную обитель не сунусь. Ладмин встал на ноги и зачем-то стал после лыж снимать еще и свою куртку.

— Можно? — он подошел ко мне ближе.

Я ничего не ответила, приподнимая бровь.

Ладмин же осторожно накинул ее на мои плечи и сам же стал застёгивать молнию. Учитывая его размер куртки, она легко налезла на мою, и я в ней буквально утонула. Но и в самом деле стало немного теплее.

— И что это значит?

— Мне все равно на холод, а вы замерзаете.

Мда… Ему и в самом деле не холодно в одной рубашке?

Тут, между прочим, минус двадцать. Повсюду снег. Жгущие потоки ветра.

— Какой план?

— Заблужусь до вечера. Завтра отсюда…

Я не успела договорить.

Голова от гръенсе была до сих чугунной, поэтому я не сразу заметила гигантскую снежную волну, что неслась с горных вершин прямо на нас.

Лавина…

Мне прямо везёт в этой снежной заднице.

Последнее, что я увидела…

Ладмина, который кинулся ко мне.

Холод пробирает до костей. Только подо мной что-то горячее. Одновременно и холодно, и тепло… Тепло. Я лежу на чем-то теплом. Приятно…

Опять?!

Сознание стало проясняться.

Все события вчерашнего вечера пронеслись перед глазами.

Бездна…

Я себя так вела?!

Эрик уже может назначать дату похорон.

— Корнелия… Корнелия, очнись. Пожалуйста…

Этот голос… Дамлин?

Я открыла глаза. И отшатнулась.

Нет, это Ладмин.

Хотя…

Я уже ни в чем не уверена.

Чем больше времени проходит, тем больше я вижу в Дамлине.

— Подожди… — он ладонью закрыл мою голову, не давая соприкоснуться со льдом. — Не так резко. Ударишься же…

Забыл в такой ситуации нормы рабского поведения?

Ха… Но когда он не ведет себя так… То Дамлин во плоти.

— Лучше… эм… прижмись ко мне. Тут должно быть холодно для человека. Я ничего такого делать не буду, правда…

Я и ответить не могла. Его тон. Манера речи. Даже если внешне практически двойник, то поведение же не может настолько совпадать?

Я осторожно попыталась оглядеться вокруг. Мы под толщей снега. Тело Ладмина источало жар, не остывая от мороза. Вокруг нас образовалась утроба, покрытая льдом. Ни развернуться, ни подняться… Темно… Но у сильвов зрение немного лучше, чем у людей, так что полностью я не ослепла от мрака. Ладмин, судя по всему, тоже все видел, ведь его глаза едва заметно подсвечивались красным сиянием.

Видимо, выбора нет. Я дотронулась до датчиков на запястье. Они невидимы для окружающих и любых межгалактических приборов сканирования, но с моим отпечатком и нейроным одобрением открываются показатели.

— Я сделал что-то не так? — тихо спросил Ладмин.

А… там же рядом и чип по контролю плазмы.

— Нет. Я проверяю состояние своей защиты.

— Защита?

— Да.

По всей моей коже пробежала синяя рябь. Защита стояла на месте. Она бы не дала мне сдохнуть. Ну, в восьмидесяти процентах случаев… Если бы у меня было прямое ранение, то не позволила бы истечь кровью. Поддерживала минимально приемлемую температуру. При сильном обморожении не давала коже пострадать, но никак не помогала с мерзким ощущением холода. А еще оснащена датчиками для считывания биометрических показателей, но самое главное, показывала, на какое расстояние хватит генома сильвов. Судя по ним, для Сильверы сил у меня достаточно. Значит, ситуация не настолько и плачевна.

— Работает?

— Да, — я перевела взгляд на него и озвучила вопрос, который уже давно не выходил из моей головы. — И все же… Зачем?

— На морозе нежелательно засыпать…

Он всерьез считает, что я этого не знаю?

— Я не про это.

— Привычка, наверно…

Я приподняла брови. Привычка?

— И я правда не хочу, чтобы вы пострадали… — уже тише ответил он. — Я… вы же знаете, о чем мы говорили с вашим отцом.

Странный…

Но если это Дамлин…

Это же может быть признание в любви от Дамлина?

Стоит только представить… Он единственный, кто может одной только мыслью о нем выбить из колеи. Я забыла, как дышать. Вот же…

— Я… просто и в самом деле не хотел, чтобы вы пострадали.

Внезапно стало так тесно… Еще и он подо мной. В одной мокрой рубашке, под которой горячее тело. Если это и в самом деле признание от Дамлина…

Да я даже в самых смелых мечтах такое не представляла.

Наверное, потому что Дамлин всегда не допускал и мысли, что между нами может что-то быть. Никогда. Даже когда я сама призналась…

А это…

То, чего мне бы невероятно сильно хотелось.

Я бы так хотела, чтобы это был Дамлин.

Но разве такое возможно?

— Вы в порядке?

— Да.

Как же хочется, чтобы это был Дамлин.

— Ничего, что я… — он едва заметно шевельнул рукой, которой придерживал меня за спину. Если так подумать, к Дамлину я никогда не была настолько близко. Физически. А тут…

— Нет, — хрипло ответила я.

Даже когда думаю о Дамлине, забываю о всяком здравом смысле. Только на его остатках я продолжаю называть Ладмина Ладмином. Доказательств иного пока нет. Нужно разбираться с насущными проблемами.

Я постаралась замедлить сердцебиение, возвращая контроль над дыханием.

— Я… Мне кажется, это была неестественная лавина.

Логично… Синоптики о естественных знают и их предотвращают. Другой вопрос, почему их цель — мое убийство? Нет, я многим перешла дорогу… Но меня гораздо логичнее похитить.

— Ты что-то заметил?

— Что-то похоже на ультразвук перед сходом лавины…

Хм… Бюджетно. Грубо. При разбирательстве явно будет ряд следов.

Это старые «знакомые» напоминают о себе?

Они могли как-то вычислить мое прибытие на Целелею?

Вполне…

Лана.

Если их слежка велась давно, то мою встречу с ней могли видеть. Ее устройства едва ли защищены от слива данных. А значит, и мишень она простая. Взломали ее аккаунты, просмотрели переписки… И поняли, где и когда я буду. Сколько же от нее проблем…

— Мне нужно, чтобы ты закрыл глаза, не подглядывал и не пытался понять, что я делаю, — я перевела взгляд на Ладмина.

Видимо, меня всё-таки запрягут с ними разбираться. Учитывая, что я почему-то стала их целью. Считают, что я легкая добыча? Или есть еще мотивы?

Они смогли выйти на Паутину, а значит, не такие уж и идиоты, чтобы считать меня простой целью. Однозначно, мотивы еще есть.

— Тогда будет проще меня убить…

— В плане? — я вообще не поняла, к чему это он.

— Я ощущаю давление, колебания, даже сквозь закрытые глаза буду примерно знать, что вы делаете…

Это проблема. Но не особо существенная.

Желательно, чтобы он ничего не видел, не слышал. А так все равно вряд ли поймет, что произошло.

— Я серьезно насчет убийства. Вам же ничего за это не будет?

— Не будет, — согласилась я.

И как мы к этому пришли?

— Я… Можно только безболезненно? — он закрыл глаза, словно был готов к тому, что я сейчас и в самом деле его прикончу. — Я… устал от боли…

— Мне ничего за твое убийство не будет. Но я не собираюсь тебя убивать.

С чего вдруг у него такие пожелания? Убить я могу любого. В большинстве случаев даже без последствий. Но Ладмина-то мне зачем убивать?

— Я слышал… Вы собираетесь вернуть на рынок. Меня вновь отправят на утилизацию, а в этот раз это точно смерть, просто медленная и мучительная. Поэтому можете убить, пожалуйста, сейчас? Пожалуйста… Плазма не позволит мне самостоятельно…

Так вот оно в чем дело… И даже считая, что я его верну на рынок, он все равно вновь пытался меня спасти… Еще и вчера… Да что с ним такое? Он всерьёз настолько в меня влюблён?

Это же вообще никакой логике не поддается. Но… такая преданность.

— Я решила тебя оставить. Перед Ланой не отчитываюсь за изменение планов и свои решения.

Ей бы пришлось объяснять около часа и то не факт, что она бы поняла хоть что-то. Да и зачем Лане вообще что-то объяснять и знать о моих планах?

— Правда?.. — его глаза распахнулись в неверии.

— Знаешь о программе «Страж»?

— Да…

Даже не удивлена. Меня уже удивит, если он чего-то не знает.

— Сможешь пройти?

Ладмин не дурак. Сможет здраво оценить свои возможности.

— Да…

— Значит, остаёшься, — я тоже так думала, поэтому кивнула. — Теперь закрой глаза.

Он послушно закрыл.

— Я все равно понимаю ваши движения.

Зато честно. В целом, этого достаточно. Я взяла микротелегр. На всякий случай всегда ношу с собой — хватит на одно сообщение заранее заданному адресату. В моем случае, Паутине. Так что я отправила короткое сообщение Паутине. Пока мой отпуск не подошёл к концу, это их забота. Пускай сами с ними разбираются. Наводка у них есть, а у меня заслуженный остаток отпуска и ни малейшего желания этим заниматься. По крайней мере пока. Потом все равно запрягут.

Я вновь взглянула на Дамли… На Ладмина. Пока нет теста — Ладмин.

Тот послушно держал глаза закрытыми. 

Никакие кольца мне уже давно не нужны. 

Материя под нами разошлась.

Единственное, что я не рассчитала, — приземление. Пространственная материя разошлась прямо под нами. Из ледяного мы свалились в мой сильверский коттедж.

Ну, он свалился, а меня довольно аккуратно придержал и при всем этом продолжал держать глаза закрытыми. Даже когда падал. Честный…

Дамлин был таким же…

— Всё, — я стала подниматься, он тут же убрал руку с моей спины. — Можешь открывать глаза.

Он заозирался по сторонам. Забавный… Толща снега и льда резко сменились на мою белоснежную гостиную. Всё выложено из особого вида лейрадиса, чем-то походящего на мрамор. С моим появлением стала автоматически загораться подсветка по всему дому, встроенная в стены и потолок. По полу прошла вибрация — включился внутренний подогрев. Белые стены стали растворяться в панорамные окна — и снова лейрадис, который соединен со мной нейрочипом, как и всё тут. Он покрыт нанотехнологичным слоем отражения — снаружи никто не видит происходящего внутри. Захочу — снова будут белоснежные стены, или оставлю несколько окон, а могу и одно маленькое окошко. Сами свойства материала не меняются — только уровень прозрачности.

— А… Где мы?

— У меня.

Я через дистанционное управление поставила воду кипятиться. Холод до сих пор пробирал до костей. Даже в двух куртках. При этом Ладмин в одной рубашке даже не поёжился…

— Я в ванну. Скоро закипит чайник, сделаешь мне чай и принесёшь?

По идее, не так уж и сложно разобраться с сильверским оборудованием. По крайней мере, бытовые вещи по виду схожи с межгалактическими.

— Как пожелаете… — растерянно пробормотал он. — А куда?..

— По звуку не поймёшь?

Мне не хотелось тратить время на объяснение.

— Пойму… — Ладмин отвёл взгляд. — Скорее всего…

Да, он определённо в шоке. Но как же холодно… Сильвы отчасти из-за этого и не покидают планету — климат других миров не всегда подходит. Холод ощущается особенно резко.

Ничего не остаётся, кроме как терпеть. Да, есть специальные технологии… Но незаметные, как вторая кожа, не особо помогают справиться с температурой — только выжить.

В ванной от ванной одно лишь название. Это адаптивный бассейн, высеченный прямо в полу. Тут нет кранов и душей — управление идёт через откалиброванные датчики. Вода уже подогрета до нужного уровня. Я неспешно погрузилась в воду, скинув мокрую от снега и льда одежду на пол.

Ладмин зашёл спустя десять минут.

Он поставил чайник с чашкой на подставку возле меня и аккуратно налил чай.

— Извините, а что это за планета?

— А что?

— Вы назвали это место домом… Я думал, ваш дом на Асмелиде…

Хм… И всё же он странный. Ему интересна эта планета не из-за незнакомой техники, не из-за неповторимого вида из окна сильверских красот, а из-за того, что я назвала коттедж своим домом. Может, он такой нелогичный из-за своей влюблённости?

Или…

— Это Сильвера, — я указала взглядом на вторую кружку у чайника. — Себе тоже можешь сделать.

— Спасибо…

— Переоденься из мокрой одежды. В том шкафу есть халаты.

Он кивнул, сразу всё выполнив.

Выглядит Ладмин как-то более раскрепощённым, что ли… Не так напряжён, как обычно. Должно быть, из-за вчерашнего… Или из-за того, что я предложила ему пройти программу «страж»… А может, просто привык.

Ладмин сел на пол у окна с чашкой в руках, разглядывая невероятный пейзаж. А посмотреть и в самом деле было на что. В ванной я не стала убирать прозрачность — всё равно меня никто не увидит, а вид нельзя назвать даже красивым… Это не то слово. Сильвера не похожа ни на одну планету. Уникальна в своём роде. Природа, технологии и то, что люди привыкли называть магией, в этом месте сливаются воедино.

Белоснежные небоскрёбы из лейрадиса. Его тут используют повсеместно. Соседние ненаселённые планеты космической системы хранят в себе целые залежи этого минерала. На Сильвере вывели кучу разных подвидов для абсолютно любых целей. Даже космические корабли покрыты прозрачным лейрадиусом — он позволяет легко увидеть внутреннюю работу механизмов. Если что-то даёт сбой, то это сразу видно. Во всём Межгалактическом союзе и одного процента лейрадиуса не наберётся, когда Сильвера буквально купается в нём.

В отличие от "высокотехнологичных миров", деревья и растения не вырубаются. Вообще. Они пересажены на специальные парящие платформы, образуя парки и лесные зоны, а благодаря датчикам и синоптическим прогнозам механизм перемещает фауну в благоприятную среду. Так что зелень здесь повсюду, куда ни глянь. Любой желающий "подышать свежим воздухом" может открыть материю и подняться туда. Для тех, кому она даётся с трудом, есть спусковые подъёмники.

Мой дом располагался на окраине закрытого города, но окна выходили на "открытую" часть, так что местный колорит можно было разглядеть с лихвой.

— А можно у вас спросить… — вдруг заговорил он.

— О чём?

— У сильвов есть понятие истинной пары?

Хм… К чему это он? О сильвах ходили разные слухи. Часть из них распускали специально, часть придумывали в Межгалактическом союзе. Наличие феномена истинных пар в том числе…

Только это вовсе не беспочвенный слух.

— Да, — я ответила не сразу. — Но редкое явление.

Обычно истинные пары одной расы. Исключения бывают… Но это именно исключения. У сильвов же всё немного по-другому. Истинной парой могут быть как сильвы, так и абсолютно любой другой разумный вид. Бабушка считает, что это связано с нашей способностью повелевать материей. Границы мира для нас размыты, а вместе с этим и размывается связь истинной пары. В сказаниях сильвы порой отправлялись в странствия по иным мирам, чтобы отыскать свою истинную пару. Ну, это если совсем уже крыша едет от одиночества. А…

Занимательно.

Выходит, я от этих странников не так уж и далеко ушла.

Но почему он вообще завёл об этом речь?

— А как это происходит?

— По-разному. Интуитивно понимаешь в первую встречу. А потом… Связь становится крепче. Есть обряды, которые позволяют проявиться ей более сильно. Сделать её как бы… официальной.

— И это… С любого возраста?

При чём тут это?..

Его интересует мой возраст?

Вряд ли… Это и никакая не тайна.

Только если он не Дамлин, который помнит меня в детстве и прекрасно осведомлён о моих чувствах к нему… Разумеется, он понял, кто я, на Асмелиде. Тогда…

Тогда логично предположить, что "истинной парой" он хочет объяснить мои прошлые поступки. Или… Это будет подтверждением, что его влюблённость взаимна…

— Да… Но вероятность в детстве встретить свою истинную пару — одна на миллион. Разумеется, у детей это проявляется не в формате страсти, а скорее… в привязанности. Обряды после совершеннолетия, если обе стороны согласны.

Он о чём-то задумался, отвернувшись к окну.

Всё так хорошо сходится.

Слишком хорошо.

Настолько, что вопреки всему я уже верю — это Дамлин.

К тому же, он снова меня спас. Даже дважды за сутки. Нужно показать, что такое поведение одобряю. Неважно, Дамлин это или просто Ладмин.

— Ладмин… Можешь попросить какую-нибудь награду за ночное происшествие и лавину. Если реализуемо, я исполню.

Если это что-то материальное, то я практически всё могу достать. Цена для меня не проблема. Тем более интересно, чего именно он захочет.

Ладмин задумался и ответил далеко не сразу.

— Можно… — он запнулся. — Звать вас по имени?

— Что?

— Извините… Мне не стоило…

Если это не Дамлин, то зачем об этом просить?

И так периодически забывает обращаться, как полагается рабу. Но он… Помня всё, переживает, что по случайности назовет меня просто по имени.

Да он уже звал…

Под лавиной.

— Почему именно эта просьба?

— Я… Мне… — Ладмин замешкался, отводя глаза в сторону. — Хочется немного… нормальности.

Он явно хотел сказать ещё что-то, но, видимо, понял, что печать Забвения не позволит.

— Ладно, если поблизости никого постороннего нет, зови.

Всё. Не могу больше ждать. Пришло время проверить его ДНК.

Мне кажется, я никогда не подбиралась так близко в поисках Дамлина. По идее, всё сходится. Совпадает рабское исчисление. Его знания. Явное прошлое на Асмелиде… И это не говоря о внешности с характером. Сразу, как отогрелась, пошла за фийрил.

Нужно только убедиться…

— Ладмин, дай руку.

Сразу дал и даже не спросил зачем.

А нужна мне кровь.

Я же набрала ее в колбу через фийрил — на Сильвере можно просто наклеить пломбу на вену, и кровь наберётся матричным вытяжением прямо в колбу. Никакой шприц с иголками не нужен.

Стоит ли ему что-то сказать? Обозначить?

Нет… Пока рано. Если и говорить, то после совпадения ДНК.

Да и стоит ли говорить?..

— Можешь выбрать на этом этаже себе комнату, — я кивнула ему, так ничего и не объяснив.

Тут были пустующие гостевые спальни. Ладмин озадаченно посмотрел на кровь в колбе, но всё же послушно ушел. Выглядел он уставшим, наверное, поэтому никаких вопросов и не задавал.

Я же спустилась в свою лабораторию на первом этаже. Это одна из самых передовых лабораторий во всей галактике.

Мониторы материализовались в воздухе с моим приходом — они были сотканы из сияющих частиц, образуя матрицу экрана.

Совпадений так много, что случайностью это быть попросту не может.

Даже не верится, что после стольких лет я его нашла. Наконец-то…

Осталось только запустить наносеквенатор. Новейшая модель. Он сравнит буквально каждый атом структур образцов. Анализы имеют безошибочный результат. Наконец-то я точно смогу убедиться, что это Дамлин. Мой Дамлин.

Все биоданные Дамлина у меня есть. Часть я собирала еще до его исчезновения. Часть восстановила по остаткам. Этого более чем достаточно для сравнения ДНК.

Я буквально каплю собранной крови перенесла на стекло и вставила в наносеквенатор.

Сравнение пошло.

Шкала загрузки запустила отсчет.

Ну же…

Сейчас будет.

Анализ завершён.

На экране вышли строчки результатов, в которые я незамедлительно стала вчитываться. Глаза зацепились за одну проклятую цифру, которая преследовала меня уже десять лет.

0%

Да как…

Я на всякий случай обновила результат.

Только ничего не изменилось.

0%

КАК?!

Почему снова 0 % совпадение?!

Как такое возможно… Он же… Он так на него похож… Во всем.

Это… Это какая-то ошибка.

Еще… Еще раз. Колба его крови полна.

Я налила еще каплю крови на стекло и запустила сравнение.

Второй раз, тот же результат. Третий раз, всё те же 0 %. Четвёртый. Пятый. Уже десятый. Двадцатый…

Я не останавливалась, пока кровь в колбе не закончилась.

На экране всё также было 0 %.

Это не Дамлин.

Я уже настолько схожу с ума?

Не знаю, сколько я так просидела, просто смотря на результаты, которые выучила наизусть. Совпадений нет. Никаких. У них абсолютно разное ДНК.

Я идиотка.

Так поверила, что это Дамлин просто из-за какого-то сходства.

Сама себе всё придумала.

Всё же надежда любит приводить за руку к отчаянию.

Эта дамочка та еще мразь…

Два светила Сильверы заливали светом мою лабораторию. Утро подкралось незаметно.

Я так и не сдвинулась с места. Не оторвала глаз от цифры 0 %. Знала же, что не стоит надеяться…

Но вечно тут сидеть глупо. Нелогичная трата времени. Это мои проблемы, что я поверила в чудо. Да и… Не в первый раз цепочка совпадений обрывается. Я просто впервые понадеялась.

От того, что я смотрю на эти проценты, их значение не изменится. Результат будет тот же. Ошибки нет.

Ладмин не Дамлин.

Я провела рукой по лицу, отгоняя… В целом, всё так же, как и вчера. И неделю назад. И месяц. И год… Я не откатилась назад в поиске Дамлина… А только до сих пор его не нашла. Это временно. Если идти к цели день за днем, год за годом, результат с большей вероятностью будет достигнут. Значит, я его найду. Когда-нибудь… Пусть и не сегодня.

Надо будет сверить данные Сейриха…

Но позже. Сейчас мне нужно взбодриться.

Получить свою дозу адреналина…

Мы встретились возле моего спортзала.

Ладмин немного сонный стоял напротив. Тоже хотел потренироваться?

Вовремя…

— Пошли.

Я кивнула ему на дверь. Он удивлённо приподнял брови. Ну да, обычно я люблю заниматься одна, так что до этого вместе мы не тренировались. Но сейчас Ладмин подошёл вовремя.

Сам зал — это не маленькая каюта космического корабля, где тренажёры можно пересчитать по пальцам. Нет… Это полноценный спортивный центр, занимающий практически весь этаж. Светлый. С стеной из лейрадиса, которая имитирует панорамные окна.

Обычно я люблю тренироваться одна, но сегодня мне хочется другого.

— Вы… не в настроении?

— Есть такое.

Всего лишь вместо сна провела ночь перед экраном монитора. Но хуже всего ноль, который до сих пор перед глазами.

— Что-то случилось?

— Ничего.

В этом и проблема.

Ничего не произошло.

Совсем.

— Надевай, — я кинула ему боксёрские перчатки.

Вообще, я для этого и позвала Ладмина с собой. Мне нужно хорошенько встряхнуться. И он в этом поможет. Ни за что не поверю, что этот здоровяк не умеет драться.

— Вы… — он поймал их на лету, но не торопился надевать. — Хотите спарринг со мной?

— Да.

— Мне плазма не позволит вас ударить…

В этом есть доля правды, только вот…

— Не позволяет ударить, но позволяет убивать?

Он вздрогнул как от пощечины. Интересная реакция. До сих пор его задевает? Или он просто об этом не думал?

— Если бы и не плазма, я бы все равно не стал с вами… — тихо проговорил он, отводя глаза в сторону. — Спарринговаться.

— Почему?

— Я боюсь не рассчитать силу. Это не потому, что я считаю вас слабой… В смысле… Я не считаю, — он прикусил губу, отводя взгляд в сторону. — Я правда могу не почувствовать разницу и случайно ударить слишком сильно.

Хм… Логика тут присутствует. Учитывая, что он спокойно может поднять двигатель. И все же…

— Насколько сильно?

Он пожал плечами.

— Разбей стекло.

— Вы уверены, что это необходимо?

— Да. Просто разбей его.

Ладмин подошёл к окну. Материал и в самом деле особо не отличишь от стекла. Разве что немного толще и всё. Ему точно неведом настоящий состав «стекла», ведь этот минерал слишком ценен в Межгалактическом Союзе, чтобы использовать его в стройке.

Он уже прицелился для удара. И я готова поклясться, что даже не пытался ударить в полную силу. Замах был слабым, да и сам Ладмин выглядел расслабленным. Только вот…

Лейрадис треснул.

— Мне кажется, это не стекло…

Ему кажется… Это «стекло» едва ли разобьётся от прямого залпа ракет. А у него с одного удара…

Весь мой коттедж не просто так из этого минерала — это мера безопасности. Я как-никак вторая по важности персона на Сильвере. А он просто чуть не разбил лейрадис с одного удара…

— Ладно… Без спарринга. — Всё же я свои возможности оценивала здраво.

Против него в рукопашном бою у меня ни единого шанса. А если он вдруг не рассчитает силу, то… Вероятнее всего, смерть будет довольно быстрой.

— Можете на мне отработать удары, если хотите… Я просто не буду бить и всё.

Как вариант… Но смысла в этом особо нет.

Я так и по груше могу…

— Возьми лапы.

Я кивнула ему на самые простые боксёрские лапы для отработки ударов. Когда начинала изучать боевые искусства, тренер всегда работал со мной в них. Сейчас же я предпочитаю либо тренироваться одна, либо спарринги. Техника у меня и так идеальная. С дисциплиной проблем нет. Так что-то в какой-то момент тренер оказался бесполезен. В реальном же бою можно отпустить все мысли и сосредоточиться на одном. Как убить противника. Ну… Победить.

Ладмин в этот раз не мешкая надел их и выставил передо мной.

— Хочу поработать на скорость.

Он кивнул и выставил руки.

Вот же…

Я считала себя быстрой… Но он уже ставит лапу туда, куда я хочу ударить. Стоит мне приблизиться, сделать обманный хук… Его рука уже там. Я работала на пределе. Даже не пыталась сдерживаться. Взмокла вся до нитки… Ладмин же…

— Лучше сделать паузу, — спокойно заметил он. — У вас пульс слишком участился.

Я мрачно на него посмотрела.

Этот монстр даже не запыхался.

Да что он за существо?

Тренировка растянулась на пару часов, пока я окончательно не выдохлась. Если бы с Ладмином был реальный спарринг, я бы по нему даже не попала. Более того, с вероятностью в девяносто один процент проиграла бы в первые десять секунд. Восемь, что в первые двадцать. И один процент, что мне ещё захочется пожить и я свалю, открыв материю. Только вот я не уверена, успею ли я это сделать, если Ладмин и в самом деле будет моим противником.

Хм… Выходит, Ладмин всё это время мог со мной разобраться. И, судя по всему, без особой возни. Но тем не менее этого не делал.

А вообще…

Давно у меня не было настолько интенсивных тренировок.

Заодно привела мысли в порядок.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ладмин подал мне утренний кофе, аккуратно придерживая кружку, пока я плотно её не возьму. Я кивнула. Он же смущённо отвёл взгляд, будто в чём-то провинился. Это он так на мой халатик реагирует? Я привыкла жить одна, так что после душа натянула на себя полупрозрачный шелк, который больше раскрывал, чем скрывал.

М-да… И как в нем только совмещается эта невинность и такая необъятная сила?

Мне пора было собираться. Слишком долго оставаться на Сильвере я не могу — моё исчезновение со всех радаров вызовет вопросы в Паутине. Так что в ближайшие дни предстояло в ускоренном темпе разрешить накопившиеся дела. Да и просто показаться во дворце, чтобы не забыли о моем существовании.

Очередная скука…

Я собирала нужные мне вещи в рюкзак. Отцифрованные на носители файлы от Сейриха. Собранные мной наводки. Несколько засекреченных документов… Взгляд упал на смириаду в шприце. Ту самую, которую я купила на Перфениде. С Ладмином мне больше нравится без нее, так что использовать пока не довелось. И тем не менее шприц всегда ношу с собой. На крайний случай. Особенно после того, как узнала, насколько он силен.

Но… Ладмин раз за разом спасает меня. Может, выложить?

— Можно… пожалуйста… погулять по городу? — вдруг спросил Ладмин, рассматривавший виды из окна.

Мой взгляд скользнул по прозрачной глади, за которой простирался пейзаж.

Нет… Я положила шприц со смириадой в потайной карман. Нельзя расслабляться, даже если он выглядит безобидным. Этот парень одним ударом чуть не разбил лейрадис.

— Я не гулять иду, — ответила я.

— Извините… — он поник, но так и не оторвался от окна.

Вот же… Взгляд как у побитого пса. Да, он не настаивает… И явно больше об этом не заикнется…

— Ладно, минут тридцать можем погулять.

И зачем я это делаю?

— Правда? — Ладмин удивленно обернулся на меня.

— Да.

Зачем?..

Но и в самом деле от нескольких минут прогулки ничего не будет. Я открыла настройки второй кожи и убрала часть слоя. Маскирующего. Рябь прошлась по всему моему телу, обнажая сокрытое. Не буду же я своим настоящим лицом светить в Межгалактической Союзе? Тем более с возрастом кровь сильвов дала о себе знать.

Внешность, наложенная второй кожей, была искусно смоделирована ещё в детстве, учитывая прогнозы генетиков. Я бы действительно так выглядела, если бы была человеком. Но на самом деле…

Черты лица немного заострились. Волосы стали светлее на пару тонов, часть прядей и вовсе были практически белесые. И глаза… Они по-прежнему оставались зелеными, но радужка перестала быть темной. Напротив, теперь не имела чёткой границы. А если я обращаюсь к материи, то и вовсе начинают подсвечиваться. И тем не менее, не приглядываясь, на человека я очень даже походила. Но главное: в Корнелии Ле Шадо никто не разглядит Корнелию Фейш Лейри. И наоборот.

Мера предосторожности, на случай если мы недооценили Паутину и у пауков есть глаза на Сильвере.

Ладмин замер.

Упс…

Наверное, нужно было заранее его подготовить.

— Я… — аккуратно спросил он. — Это ваша настоящая внешность?

— Не нравится?

— Нет… Нравится… В смысле… Я… Не ожидал. — Он и не думал отводить от меня взор, разглядывая… Халат резко перестал его смущать.

Я отошла переодеться, давая ему время прийти в себя. За эти несколько минут Ладмин и в самом деле выглядел привычно спокойным.

— Идём, — кивнула я ему, направляясь к двери. — Не отходи от меня.

Он молча последовал за мной, и мы вышли.

Реакцию на Сильверу вживую не сложно предугадать.

Ладмин смотрел на все с детским восторгом. Он вертел головой в разные стороны, будто попал в сказочный мир. И не удивительно — такое нигде больше не увидишь. Барлэриал — город, парящий в небе. Прямо в воздухе над верхушками крыш были ниспадающие водопады — фонтаны из переливающегося в солнечных лучах лейрадиса. Потоки воды попадали прямо в цветущие клумбы растений. На каждом цветнике, бордюре, двери, оконной раме была неповторимая роспись. Это мог быть как узор, так и настоящая живописная картина. И самое главное, все изящно сочеталось вместе, не выглядя аляписто. Сильвы считают, что искусство таиться в мелочах, и всячески это демонстрируют. Сами мы шли по полупрозрачной дороге, а под нами — золотое озеро, вокруг которого стоял город уже на земле. Жители там предпочитали жить в менее высоких купольных домах с видом на небо и город мади, который специально построен таким образом, чтобы с любого угла обзора являть свое великолепие в полной мере.

Сильвера, наверное, действительно удивительна для того, кто увидел её впервые вживую. Мне же это наскучило за год. И то, это беря в расчёт обучение. Но стоит к чему-то привыкнуть, как оно становится скучным.

Сейчас же на меня спихнули часть обязанностей. Приходится выслушивать советников, участников Эрлея и разбираться с насущными вопросами. Она уже давно не скрывает ни от кого, что через какое-то время я займу её место. Разве что официального назначения наследницей мади не было.

Я же не отказывалась и не соглашалась. Лишь поставила условие — когда Дамлин будет всецело моим, тогда и пройду церемонию. Но раз нет Дамлина, то у меня до сих пор нет титула. Эти 0 % процентов в очередной раз всплыли перед глазами.

Ладмин, словно уловив моё плохое настроение, оторвался от разглядывая города:

— Вам… — Он вроде уже привык к моей настоящей внешности. — Что-то не понравилось на тренировке?

Не то чтобы не понравилось…

— Не люблю проигрывать.

Я вообще обычно не проигрываю. В этот раз… Исход очевиден.

— Но… — Он выглядел озадаченным. — Мы же и не соревновались…

Ну да… Он даже не почувствовал.

— Я привыкла, что всегда лучшая. Дело не в тренировке, так что забей…

Меня это не особо волновало. Разве что думала, что будет полноценный спарринг, а не игра в поддавки, да еще и в лапах. Но, разумеется, причина не в тренировке. Все дело было в результатах. Этот ноль никак не выходил из головы.

Даже сейчас Ладмин так похож на Дамлина… Буквально всем.

Только их ДНК и на десятую долю от процента не совпадает.

— Почему тут нет никого? — вдруг спросил он. — Это же все… не может быть запрошено?

На этих улицах и в самом деле не было никого живого кроме нас. Ни единого прохожего. Только мы. И белоснежные точенные фасады домов, обрамленные плавучими в небе садами. Окна некоторых украшены голубыми или синими витражами, на которых высечены узоры. Эти оттенки последнее время пользуются популярностью у знати. Платформы обтекали здания, плавно перемещаясь по своей оси.

— Это закрытый город. Только с определенным уровнем доступа можно сюда зайти. К тому же местные выходят в город, когда хотят прогуляться и насладиться видами — для всего остального есть более быстрые методы передвижения, — пояснила я.

Обычно можно просто открыть материю и оказаться в любимом магазине. На конференции. Или в школе. Где угодно. Внутри планеты сильвы используют это повсеместно. Куда сложнее перемещаться между мирами и галактиками. На слишком больших расстояниях безопасно воспользоваться материей практически невозможно.

— Необычно… А другие улицы городов тоже так пустуют?

— Нет. Но такой толпы, как на Перферинде или еще где-нибудь ты не увидишь.

— Выходит, мы сейчас все еще на частной территории?

— Что-то типа этого, — кивнула я.

Этот город — буквально искусственно созданн

ый летающий остров. Все здесь находится буквально в шаговой доступности от дворца. Тут позволено жить только высшей аристократии, тем, кто входит в Эрлэй и носителям фамилии Фейш Лейри. То есть весьма узкий круг. Так что в этом городе и в самом деле пустующие улицы.

Особых проблем от прогулки с Ладмином не будет. Да, по камерам службы безопасности увидят моего «гостя» и донесут бабушке… Но она явно уже в курсе, что прибыла на Сильверу я не одна. Иллюзий на этот счет у меня нет.

— Можно личный вопрос?

Я даже знаю какой вопрос…

— Я не расскажу, как сюда попала.

— А… Откуда вы знаете, что я об этом хотел спросить?

— Логично, что после культурного шока возникнет такой вопрос.

— Наверное… — согласно пробормотал Ладмин.

Тридцать минут прогулки подходили к концу. Я дала Ладмину насладиться видами. А он… Несмотря на свое положение, прошлое, забвение, так искренне был очарован Барлэриалем, что широкая улыбка незаметно украсила его лицо. У него она слишком ослепительная. Непривычно, но ему она очень идет… Он даже забыл о моем присутствие. Просто радовался мгновению, наслаждаясь внеземной красотой.

И как такой человек мог совершить террор? За что его предали забвению?

— Мне интересно, что ты такое совершил, чтобы получить ранг Х?

Мой вопрос прозвучал в гробовую тишину.

Он молчал.

Но вопрос абсолютно точно услышал. Улыбка медленно сползла с его лица, превращаясь в гримасу. Взгляд потух. Видимо, своим вопросом я испортила момент.

Что ж… Бывает.

После результатов было еще любопытнее узнать, за что его стерли из истории.

На меня «забвение» не распространяется, так что я помню тех, кого обратили в забвение. Разумеется, если знала об их существовании до самого стирания.

Но Ладмин… Я должна была запомнить кого-то вроде него. Просто так на простых людях печать забвения не применяют. Да и не похож он на тех, кого обычно стирают. Так кто же он тогда, если не Дамлин?

— Это… — Его голос дрогнул. — Я не…

Его настолько один только вопрос выбил из колеи?

Упс… Видимо, до сих пор это чувствительная тема.

Все-таки задевает.

Раньше я упоминала его убийства, но прямо такой реакции не было. А тут… Видимо, дело именно в происшествии, которое повлекло за собой кару Забвения. Тем любопытнее…

— Мои руки… — наконец выдавил он из себя, смотря на свои дрожащие ладони. Со стороны казалось, что Ладмин видит то, чего нет. Галлюцинации? Или настолько яркие воспоминания? Может, это намек, как в Асмелиде? Некая метафора?

— И что с твоими руками?

— Они в крови…

— В крови?

Хм… Я допускала мысль, что его могли подставить. Уж слишком Ладмин… Правильный. Честный. Но «руки в крови»… Выходит, и в самом деле что-то совершил?

— И из-за чего они в крови?

— Я… — Ладмин скрутился, опускаясь на колени. Печать Забвения не дремлет. Его потряхивало. Видимо, ответов от него ждать бесполезно.

— Корнелия, отойди от меня.

Впервые его тон был настолько серьезен.

Я не сдвинулась с места. Мне вдруг стало очень любопытно… Насколько далеко он может зайти? Что сделает? Судя по его личной карте, может и убить. Но есть ли у него хоть какие-то тормоза?

— Пожалуйста… Я не знаю, что со мной…

Его трясло. Глаза заблестели от подступившей влаги. Я достала из кармана заправленный смириадой шприц.

— Знаешь, что это?

На его лицо искривилось ужасом. Конечно, знал… Его держали на ней не один год.

— Смириада… — прошептал Ладмин. — Вколи…

Это… Не те слова, которые я ожидала услышать.

По моим предположениям, он будет умолять её убрать.

Занимательно…

— О чем ты?

— Вколи… мне… смириаду.

Надо же… Сам просит?

Но он же явно не хочет снова испытать на себе эффект этой микстуры. Смириада довольно долго выходит из организма. И это не говоря о побочных действиях.

— Зачем?

— Я… Я не хочу никому навредить… Особенно тебе.

Да что с ним такое?

Я через чип открыла голограмму его тела, где были видны разряды плазмы. Она могла активировать от явного намерения причинить вред, что, видимо, и происходило. Хм, он хочет мне навредить? И одновременно выглядит так, будто и не хочет…

Борется сам с собой? Но зачем?

И как он планирует с плазмой в голове мне вредить?

— Плазма работает?

Значит, боль чувствует.

— Да… — хрипло прошептал он. — Но она меня не удержит. Вколи… Пожалуйста… Я не смогу жить дальше, если наврежу тебе… — в глубине его глаз затаилось алое свечение.

Любопытно вдвойне… Я не удержалась и приподняла его подбородок, наблюдая за разгорающимся светом его глаз. Зрачки задрожали, вытягиваясь вдоль. Он не вырывался, позволяя его держать.

Почему это так чарующе выглядит? Особенно когда слезы застыли, не решаясь упасть.

Шприц со смириадой «случайно» соскользнул с моих пальцев, разбиваясь вдребезги.

— И что же делать? — я изобразила испуг. Не очень правдоподобно, но Ладмин этого не заметил — всё его внимание было приковано к разливающейся эссенции.

Он не пытался напасть, схватить или ударить. Наоборот, замер, не шевелясь, не поднимаясь с колен… Но в воздухе витала опасность. От него.

А мне почему-то хотелось растянуть момент, посмотреть на него еще в таком состоянии. Такой сильный и такой беззащитный одновременно… Да что со мной такое?..

— Пожалуйста, уходи… — едва слышно прошептал Ладмин. — Не хочу тебе навредить…

— Тогда не вреди.

А лучше продолжай.

Покажи мне.

Ну же…

Как ты смог убивать с плазмой в голове?

Что с тобой происходит в эти моменты?

— Я это не контролирую. Пожалуйста… — он всё это произносил сквозь стиснутые зубы, словно что-то сдерживал, и от потуги на шее и висках стали вздуваться очертания вен. — Корнелия… Пожалуйста…

Его глаза стали сиять алым. Невероятно… Видимо, его природа борется с плазмой. Я точно не уйду. Хочу увидеть всё. Абсолютно всё до конца.

Поняв мой настрой, одинока слеза сорвалась с его ресниц.

Он вцепился себе в голову.

— Ладмин?

В ответ раздался не то стон, не то рычание…

Вот же…

На разговор Ладмин уже не способен. Его пальцы вцепились в кожу на шее. Он скреб по ней ногтями, словно хотел содрать с себя. Потекла первая кровь. Хм… Выходит, даже так действовать против меня он не намерен, скорее готов сам себя разорвать.

Такими темпами он может сам себе серьёзно навредить…

Это не Дамлин. Я выяснила это уже определённо точно…

Ладно… Посмотрим, что будет после. Я сжала материю вокруг его головы, не пропуская воздух. Он изогнулся, пытаясь сделать хотя бы вздох, но не получалось. Алый свет, исходивший из его глаз, постепенно затухал. Тело же продолжал содрагаться в попытках вздохнуть. Тщетно. На мгновение мне показалось, будто по его венам метнулась красная молния. Но через секунду всё стихло.

Ладмин потерял сознание.

Я же под ним порвала материю, отправляя его в кровать.

Раздался один судорожный вздох, за которым последовала равномерное дыхание. Надеюсь, когда Ладмин очнется, не разнесет мой дом.

Ммм… Даже зайти во дворец не успела, а этот прилипала, видимо, поджидал меня с самого утра. Прекрасно…

— Вы вернулись?

Троуриалор фериде Мафвэл, конечно же, не был в курсе моего возвращения. Сам явно уже видел мою прогулку по городу. У всего Эрлея есть доступ к хранилищу видеокамер. Этот же тип, наверное, засек ещё и само отражение всплеска материи на матрице, когда я прибыла на Асмелиду.

— И что же вы предлагаете?

— Сильвера может войти в Межгалактический Союз. Открыться миру. Наши технологии способны помочь миллиардам людей.

Прям так сразу?

Неужели за несколько лет «намеков» и нашептывания мне идей вступить в Межгалактический Союз его терпение иссякло?

— Напомните, в Эрлее вы также активно выступаете с этой инициативой?

На совете Троуриалор фериде Мафвэл чаще всего молчит в тряпочку и кивает в такт решений мади. Порой и вовсе за всё заседание не произнесет ни слова. Зато наедине заливается соловьем.

— Вы знаете, что мади всегда будет против этого. Но вы… Ее наследница можете раскрыть новые горизонты для нашей планеты.

Что-то он стал слишком активным. Даже уже не намеками говорит. Надо будет выяснить, в чем дело.

— И какие же это «горизонты» для нас?

— Что?

— Всё, что вы сказали, — чудесные горизонты для Межгалактического Союза. А какая выгода Сильверы?

— Общие усилия над развитием. Это всегда будет перспективнее, чем в одиночестве.

Ясно… Ничего нового он не придумал.

— Я подумаю. Благодарю вас за ваше неравнодушие к судьбе Сильверы.

Простая формальность, от которой этот профан просиял и отлип от меня. Что было очень кстати, ведь меня уже заждалась бабушка.

— Корнелия, ты привезла на Сильверу раба?!

Наше чаепитие началось не с радушного приветствия, а с вопроса в лоб. Как я и предполагала, эта женщина уже всё знала. Зачем тогда спрашивать?

— Ну да…

— Ты же знаешь, что тут рабство запрещено.

На Сильвере нравы кардинально отличаются от межгалактических. И если на Асмелиде рабство приравнено к грязи, то тут не терпят оковы на разумных существах, ведь само сознание разума раскрывается в свободе. Какое тогда покаяние может быть от подчинённого ума, мысли которого ограничены плазмой?

— Формально его поработили службы Союза. Я лишь купила.

— Корнелия… — она укоризненно покачала головой.

Ладно, я понимала, о чем мади говорит. В общем-то, сильвы относились негативно не к самому факту рабства, а к ограничению разума. Это как-никак святая святых. А заливание плазмы в мозг — вероломное осквернение.

— Да не буду я с ним ничего такого делать. Он просто тихо побудет тут.

Если снова не сорвется. Но пока без сознания у меня дома, явно ничего натворить не сможет. А если и придёт в себя… Сначала ему предстоит превратить в руины мой коттедж. Наверное, к этому моменту я успею среагировать.

Надеюсь…

— Зачем он тебе?

И что мне на это ответить?

Никакого логичного ответа у меня нет.

— Похож на него… — вздохнула я.

— Что?

— Он чем-то напоминает мне Дамлина.

Она запустила в воздухе проецирующий экран с записью с камер, разглядывая Ладмина.

— И в самом деле… похож.

— Я проверила на ДНК. Совпадений нет. Так что, если ты хочешь от меня логичного ответа, то его нет.

— Порой именно логика вводит в заблуждение…

— Даже сотая часть процента не совпадает, — хмыкнула я.

В утешении я не нуждаюсь. Всё, что мне нужно, — Дамлин. И она это прекрасно знает. Бабушка предоставила мне всевозможные неограниченные сильверские ресурсы для поиска. Всё, что я смогла сделать, — восстановить в личный архив материалы, где упоминалось его имя. И ничего больше…

Дамлин будто растворился в небытии.

— Этот твой Дамлин… — мади изящно отпила чай. — Был какой расы?

— Не знаю. Он не говорил. Но не человек.

— А раб?

— У него печать Забвения, он тоже сказать ничего не может.

— Ладно, пусть будет, — кивнула бабушка.

Легко она согласилась, но ее позиция абсолютно не нова. И нас обеих это явно устраивает.

Я возвращаюсь на Сильверу. Идеально исполняю свои обязательства. Она дает мне буквально неисчислимые ресурсы. Счета, на которых количество нулей выше, чем у самых успешных компаний Союза. И это даже не говоря о передовой технике, образовании, статусе… И всё это я могу направить на поиски.

— Ко мне подходил Троуриалор фериде Мафвэл, — я решила сменить тему. — Снова плел свою серенаду… О перспективах открытия Сильверы для Межгалактического Союза.

— Ты же живешь среди людей… Что люди делают, когда видят то, чего не могут объяснить?

— В истории обожествляют и начинают поклоняться…

— А если вживую увидят, как материя расходится? Предметы взлетают? Ты за секунду перемещаешься из одного мира в другой?

— Примут за какое-нибудь подобие бога.

— Ну, сейчас у них не настолько примитивное развитие… Но обожествлять будут.

— Правда в том, что мы не равны… Но одновременно и не выше их. Мы просто другие. — Она повела плечом. — Они же хотят «объединения» не из бескорыстных мотивов. Захотят ли люди посетить Сильверу?

— С большой вероятностью…

— А работать с высокопоставленными лицами Сильверы?

— Тоже.

Это очевидно.

— Наши ресурсы несоизмеримы. То, что мы считаем жалкими крохами, для людей из Межгалактического Союза будет целым состоянием. Люди станут дешевой силой. Причем быстротечным. И легко невосполнимым ресурсом.

Хм, то, что она описывает, имеет и иное название. Рабство. Только в реалиях Сильверы…

— Но на Сильвере же нет рабства…

— Формально и не будет… Люди сами на это пойдут. А часть сильв будет только рады этому. Власть развращает. Поэтому есть то, что никогда не нужно совмещать…

Логика в этом пролетает красной нитью. И всё это вполне реалистично. Часть сильв на деле относится к людям как к низшим существам. А для дешевого найма человеческий разум трогать не нужно. В то же время для любого работника в галактике «дешевый найм» в сильверских реалиях будет самой высокооплачиваемой работой.

Но есть и другая сторона медали. Самая сильная человеческая черта, которая рано или поздно даст о себе знать. Жадность. Увидев богатство Сильверы, кому-нибудь точно придет в голову его присвоить. Пока они прос.

— Зачем тогда вообще было начинать сотрудничество с людьми?

— Они развиваются, пусть и по-другому. Смогли изобрести оружие, способное уничтожать целый мир… Смогли вылететь за пределы планеты. Развить скорость света. Выйти на другие формы жизни… И у них удивительная способность обращать вещи, которые изначально были созданы на благо, в оружие… Возьми хоть плазму. Мало ли что они еще придумают. За ними нужно наблюдать и желательно не давать играться с чем-то слишком опасным, что попало к ним в руки. Таким как Забвение.

На это мне даже сказать нечего. Она права.

Впрочем, как всегда…

Эта женщина вообще умеет ошибаться?

Сколько я тут, ни разу не видела, чтобы она в чем-то просчиталась.

— Что там у Паутины? Есть имена пауков?

— Только четырех. Остальные открыто не выходят. Моерзе может знать их всех, но он очень осторожен, — я выложила засекреченные документы с персональными данными раскрытых пауков. — Тебе нужны прямо все?

— Да.

Мади ознакомилась с тем, что я собрала. Информации было не так много. Могла ли я добыть больше? Разумеется. Но, играя в долгую, приходится довольствоваться крупицами. Слишком активный интерес вызовет подозрение.

— Неплохо. Продолжай в том же духе.

Разумеется, моё вступление в Паутину не было просто инфантильным решением. Всё было спланировано заранее. Ещё до того, как на меня вышли.

— Хорошо, — кивнула я.

Могут ли сильвы взломать их базу данных?

Да.

А вот сделать это незаметно практически невозможно. Стоит отдать Паутине должное — их система не полное дерьмо. Только я не понимала, почему бы нам по-тихому с ними не разобраться?

Взять и взломать. Заметят? Хорошо — какая разница, если сразу их всех перебить.

Есть только одна возможная причина…

— Почему ты так осторожничаешь с Паутиной? Они что-то могут сделать против Сильверы?

— Как ты думаешь, почему на сильвов не действует печать Забвения? — задала мне встречный вопрос мади.

— Из-за генома?

Я всегда думала так. Мне казалось это вполне логичным.

— И да, и нет… — бабушка отпила чай. — Когда-то расы, наделенные магией, решили выйти на контакт с людьми Межгалактического Союза. Идея развиваться вместе пусть и была утопична, но манила всех… Сильвов тоже. Поэтому мы выступили посредниками и их проводниками. Только… Ничего хорошего из этого не вышло.

Я нахмурилась. Странно… Я об этом даже не слышала. Сильвера находится на пересечении галактик. Там, где окраина одной сталкивается с другой… Межгалактический Союз еще не создал таких кораблей, которые позволяли бы покидать пределы галактики. Но вот сильвы в этом преуспели. В соседней.

— И что было дальше?

— Союз сначала воспринял очень даже дружелюбно. А потом стал видеть угрозу. Их силы и способности выходили за рамки самих основ представления о бытие. Они в тайне стали разрабатывать оружие, чтобы противостоять им. Ведь то, что человек не способен понять и контролировать, становится настоящей угрозой. Тогда вмешались мы. Передовые умы Сильверы изобрели технологию радиоволн, которые способны корректировать определённые участки памяти сразу у всех людей. Тогда расы, наделенные магией, ушли. В воспоминаниях людей осталось лишь то, что они обозначили свое существование, но жить им лучше по отдельности… Ничего не напоминает?

Я застыла. Это же…

— Печать забвения?

— Не в том виде, в котором она существует сейчас и внедряется в рабов. Но наша технология вошла в ее основу. Только люди не учитывают, что если стереть историю — она непременно повторится. Все случается именно так, как должно случится.

Но тогда… Здесь многое не сходится.

— Как ты это поняла?

— Видишь ли, когда мы создавали данную технологию, то специально разрабатывали её под определенную частоту. Частота существ, имеющих магическую… Не поддаётся радиоволнам Забвения. Мы и обычные люди на слишком разных частотах.

Логично…

Тогда вот почему я помню…

— А теперь скажи… Хоть одна Печать Забвения была наложена без одобрения Паутины?

— Нет, — тут и думать нечего. За годы, что я в Паутине, каждый приказ стирания исходил оттуда.

— Значит, технология принадлежит им.

— Именно. Кто-то передал им ее… Не этому поколению пауков… Но.

— Троуриалор фериде Мафвэл?

Он только и твердит о вступлении в Межгалактический Союз.

— Корнелия, не относись ко всем как к идиотам. Ты действительно умна. Умнее многих. Но это не значит, что все остальные идиоты.

Не моя вина, что все вокруг тупые.

Но все же в Эрлей вступают исключительно за счет личных заслуг. Поэтому, может, она и права.

— Троуриалор фериде Мафвэл знает, что подозрение в первую очередь падёт на него. Если бы был связан с Паутиной, тогда бы даже не заикнулся о Межгалактическом Союзе.

Ее слова имеют место быть. Он трус.

Так что, видимо, даже не кандидат. У него есть ряд предприятий по всей Сильвере, а открытие планеты для людей и в самом деле привлечет дешевую рабочую силу…

— Варцэр Жарьерже Гоньир ожидает тебя уже несколько дней.

— Может еще подождать, — я закатила глаза.

Желания идти к нему не было. Пустая трата времени.

— Корнелия…

— Ладно, — я вздохнула. — Но ты же помнишь наш договор? Как только появится Дамлин, ты не мешаешь нашей помолвке и свадьбе.

— Я не буду в это вмешиваться. Даже когда «жених» станет орать «нет» и молить о пощаде, — хмыкнула бабушка.

Конечно, ей смешно… Я, наверное, в ее глазах полная идиотка. Год за годом ищу призрака. И тем не менее…

— Я никогда не причиню вреда Дамлину.

Кому угодно, но не ему…

— Для помолвки требуется взаимное согласие. Если мне не изменяет память, десять лет назад он тебе уже отказал.

Вот же… И зачем я ей об этом рассказала?

— Он сказал, что мы вернёмся к этому разговору, когда мне будет двадцать.

— И это тоже не звучит как «согласен». Но ты не переживай, на Сильвере проведем церемонию, даже если он будет отказываться и сопротивляться.

Ее определённо это забавляет.

Уж лучше с тем сбродом посижу.

— Благодарю, — я поднялась с кресла.

— Иди к Варцэру, дитя.

Это уже традиция. Я в практически каждый из своих визитов провожу время с Варцэром. Мы же обручены. Сам наш статус не обязывает к отношениям. Это действительно не помолвка и не замужество… Скорее вынужденное партнерство. И для поддержания нашего статуса в глазах высшего света Сильверы приходилось находиться вместе.

Варцэр Жарьерже Гоньир сидел в саду, положив ногу на ногу. Кто-то не в настроении. Ничего нового.

— Приветствую вас, — я из-за предписанных норм этикета присела в реверансе.

— Вы задержались на несколько дней, — он это напрочь проигнорировал. Как всегда. Этот высокомерный выскочка и в самом деле считает, что его положение позволяет такое пренебрежение? Что ж…

Найду Дамлина, и этот прелестный обручённый либо будет на задних лапках ходить, либо испустит последний вздох.

Я спокойно села рядом с ним. Он может себя вести как ребёнок или как полное быдло, меня это не выведет из себя.

— Обстоятельства так сложились, — равнодушно ответила я.

Он буравил меня взглядом, но извиняться я не собиралась.

В большинстве своем наше «общение» проходит молча во взаимном презрении. Сегодня не исключение. Я в это время по обыкновению рисовала Дамлина в своём блокноте, он же делал вид, будто заинтересован во флоре дворцового сада.

— Есть продвижения в поиске моего брата? — в какой-то момент вдруг спросил он.

Мне пришлось оторваться от процесса.

Хм… Варцэр уже несколько лет о нем не вспоминал.

— Мы предоставили все зарегистрированные, — равнодушно напомнила я.

Это была чистая правда. Сильвера со своей стороны делала всё, чтобы выполнить свою часть договора. Мы собирали данные из открытых и закрытых источников… Портретов этого ребенка у нас не было, поэтому модерировал всю важную информацию Варцэр. К чему я всегда скептично относилась…

— Или кто-то не хочет реально искать…

— Ты на что-то намекаешь? — он резко переменился в лице.

— Я прямым текстом говорю. Абсолютно все возможные данные за период исчезновения и несколько лет после мы предоставили.

Я более чем уверена, что разбирает предоставленные материалы он спустя рукава. Если вообще разбирает…

— Как ты смеешь…

— Еще скажи, что тебе это не приносит никакой выгоды.

Варцэр молчал.

Ну да, сказать ему было нечего…

Я права.

Со слов сестры народ его любит. Вообще рождение этих близнецов стало чудом. У нас, как и у многих рас долгожителей, дети рождаются крайне редко. В лучшем случае раз в столетие. А они родились спустя пару лет после первенца.

Теперь рождение Варцэра Жарьерже Гоньира считают благословением свыше. Ведь наследник престола исчез. А младший сын оказался достойной заменой. Умный, показушно милосердный, с далеко идущими планами… Даже наше обучение в детстве ему на руку сыграло — уже ребенком принес своему королевству выгодное сотрудничество. Так еще и благородно который год «ищет» пропавшего брата. Ну разве не прелестный принц?

— Тебе же нравится власть, — продолжала я. — Ты спишь и видишь корону на своей голове. Появление брата всё испортит…

Осталось на самом деле и в самом деле не так много времени до коронации. Инициация. Одобрение старейшин. И всё.

Варцэр определенно точно считает, будто он заслуживает корону больше всех.

— Может скажешь, что я в чем-то неправа?

В таком я не ошибаюсь. Его мотивы просчитать проще простого.

— Планируешь пожаловаться? — стиснув зубы спросил он.

— Нет. Пока крути свои интриги. Меня это не волнует. Но не выставляй так, будто Сильвера ничего не делает для поиска твоего брата.

Какой смысл доносить, если пока мне это никак не мешает? Да и обручение с королем, а не принцем мою репутацию неплохо так поднимает. Это не Асмелида, где мне на всё насрано.

А вот если Варцэр начнет возникать…

— Я и не выставляю.

Разумно с его стороны. Самое примечательное, что уже и не отрицает свое реальное отношение к дорогому братику.

— Тогда мы поняли друг друга.

Я вернулась к рисованию. Ещё один портрет Дамлина. В этот раз в профиль. Таким, как я его увидела в первый раз. В лесу… Варцэр перестал докучать.

Мы оба считали минуты, когда по предписанным нормам сможем разойтись. Час проходил к своему концу. Формальности соблюдены.

— Час прошел, — первый встал он.

— Рада была насладиться вашей компанией.

— Взаимно. — Варцэр «провожал» меня к выходу из сада. — В ближайшие месяцы меня ждут дела при дворе на родине. К сожалению, не сможем увидеться.

Скорее к нашему общему облегчению.

Я вернулась домой только под вечер. Поскольку неясно, в каком состоянии Ладмин, решила перейти через материю. Он уже не спал. Сидел на диване в гостиной. Побледневший, но уже не дрожащий, разглядывал свои руки.

— Всё ещё видишь кровь?

Он вздрогнул, переводя взгляд на меня. Без прежнего алого свечения, с зрачком на месте…

— Нет… — тихо ответил Ладмин, переводя взгляд с рук на меня. — Вы не вкололи мне смириаду…

— Не вколола.

Я села в кресло напротив него.

— Я… Мне нужно готовиться к утилизации?

С чего это вдруг?

— Нет. Я же говорила — пройдёшь программу «Страж».

Конечно, его ранг было бы сложно пропихнуть в программу. Но уверена, мне сделают исключение, как и в том, что Ладмин её пройдёт. С его навыками труда вообще не составит.

— Почему? — он так тихо задал этот вопрос, что мне показалось, будто послышалось.

— Что «почему»? — Я подперла голову рукой, наблюдала за ним.

— Я могу сорваться и навредить вам. Зачем рисковать?

Ладмин напрочь упускает из виду, что никакого вреда мне не нанес. Но в то же время и в самом деле причин нет.

— Ты слишком самоуверен.

Чтобы навредить мне, нужно постараться даже с его мощью.

— Нет… Вы не понимаете… — он скрутился в очередных судорогах.

Хм… не похоже на плазму. Ладмин же спокойно сидел. Никаких порывов у него я тоже не заметила. Печать Забвения?

— То, что ты можешь превосходить меня по физической силе, не делает тебя всемогущим.

Против него и без оружия я бы ничего сделать не смогла, но… Я никогда не бываю безоружной. Ладмин выдохнул. Боль отпустила, он поднял глаза на меня, будто впервые увидел.

— Я не всемогущий… — наконец хрипло ответил Ладмин. — Я… боюсь вам причинить вред. Я не хочу… Но это я не контролирую.

В этом и есть вся прелесть… Пусть он не Дамлин, но мне всё равно его отношение чем-то нравится.

— Так хочешь на утилизацию? — я приподняла бровь.

— Не хочу… Но ещё больше я не хочу навредить вам.

С ним определённо скучно не будет. Впервые встречаю такую… Преданность? Обычно все ведутся на мою внешность или статус. Да и на эти нелепости мне абсолютно всё равно. С Ладмином же всё по-другому. Он даже готов на утилизацию, лишь бы я не пострадала…

— Я уже приняла решение. Оно окончательное.

Он ничего мне на это не ответил, вновь переводя взгляд на свои руки.

Даже если решу избавиться — его и в самом деле тогда ждёт медленная смерть на утилизации. Но я не хочу. Странно… Но даже со всеми этими странностями его присутствие рядом меня почему-то устраивает.

В общем-то это всё, что я хотела ему сказать. Хотя…

— И Ладмин… Если что-то не можешь сказать из-за Печати, произнеси «Забвение». Считай кодовым словом. — Я уже поднялась с кресла. — Какой смысл от твоих мучений, если всё равно печать сказать не позволит?

— Спасибо… — тихо прозвучало мне вслед, но я уже покинула гостиную.

Недели прошли своим чередом. Заседания Эрлея. Встречи с советниками, ведущими специалистами… Разбор документов вместе с мади — ее уроки вышли на новый уровень. В целом, я уже давно не маленькая девочка и могу сама со всем разобраться… Полагаю, бабушка хочет этим показать основной ориентир Сильверы. И… Стоит признать, во многих вопросах я солидарна с ней.

Ладмин же вновь притих. Я приходила только вечером и уходила утром. И даже так заметила, что он меня избегает. Пойти на прогулки больше не просил. Как и вообще о чем-либо. Я практически не ощущала его присутствия. Все выглядело нетронутым, но я точно знала, что он в своей спальне и придерживается старого расписания даже в сильверских реалиях.

Пускай отходит…

Я его не трогала. Тем более погрязла в делах Сильверы. И только… Его глаза с зарождающимся алым сиянием не выходили из моих мыслей. Было в них что-то манящее… Чего таить, я даже пару раз всерьёз задумалась, чтобы вновь его довести до такого состояния…

Только зачем?

Логики в этом не было.

В последний день на Сильвере я постучала в дверь его спальни:

— Ладмин…

Он сразу же открыл ее.

— Да, госпожа?

М-м… И все ещё «госпожа»… Любопытно, что в его голове? Зачем тогда было просить звать меня по имени?

— Собирайся. Сегодня вылетаем.

— Как скажете…

Собирать ему особо было нечего, ведь прибыли мы без вещей, так что Ладмин сразу пошёл за мной. Я поднялась в космодром, где расположились мои корабли. У меня с два десятка самых разных моделей. На паре можно бороздить космическое пространство Межгалактического Союза. Остальные основаны на новейших разработках сильвов, в некоторых даже я принимала участие. Если вылечу на них в галактику, то вопросы возникнут у всех.

— Это…

Ладмин почему-то застыл рядом с одной из старых моделей.

— А, да. В Союзе они до сих пор на пике популярности…

Но на самом деле старье. Просто один из самых адекватных вариантов, допустимых для вывоза.

— Я… Вы когда-то летали на этом корабле?

— Один раз.

И то, когда хотела сделать подарок. Только было это очень давно. После этот караблик стоит тут… Уже как часть интерьера.

Я поднялась на свой корабль, который уже доставили на Сильверу. Ему тут провели в порядок, сделали диагностику… Подготовили на все случаи жизни. Самое главное, что насыщенный последними сильверскими технологиями, выглядел как просто неплохая модель Межгалактического Союза.

— Заходи, чего ждешь?

Ладмин все ещё что-то высматривал в том старье, но, услышав мой вопрос, зашёл внутрь. Наверное, это единственное место, из которого улетать не особо хотелось. План мади прекрасно работал. Эта планета из всех, на которых я бывала, больше всего походила, чтобы называться моим домом.

Но что ж…

Работа есть работа.

Корабль взлетел.

Стратосфера пройдена.

Сильвера осталась позади.

12 лет назад

— Не устала? — Тваэйринд Форсе Гри держал лапы, направляя движения.

Удар. Отход. Ещё удар. Нырок.

— Нет, — выдохнула Корнелия, отскочив.

Она нанесла ещё один сдвоенный удар по лапам, а следом и добавила комбинацию с ног. Тваэйринд Форсе Гри продолжал держать лапы перед собой, изредка поправляя технику. Корнелия так и не поняла, какую роль он занимает при дворе. Вечно рядом с мади, ведает чуть ли не о всех её планах и решениях… Так ещё и когда девушка изъявила желание заняться боевыми искусствами, её личным тренером стал именно он.

— У вас хороший прогресс.

Удар ещё быстрее. Боковой. И добивающий апперкот на отходе.

— Я знаю, — Корнелия вытерла выступившие росинки пота. — Продолжаем.

Ваеридали Фейш Лейри Мади стояла, прислонившись к стене. Она уже некоторое время наблюдала за тренировкой внучки. Это уже была не та маленькая девочка, случайно попавшая на неизведанную планету, а юная девушка.

— Корнелия, на сегодня достаточно. Пора на заседание Эрлея.

Корнелия остановилась, молча сбрасывая перчатки.

— Мне снова нужно присутствовать? — девушка сделала глоток воды из грааля, что принесли слуги.

— Конечно. Ты будущая мади.

Девушка сделала вид, что не заметила последней фразы, а спокойно пошла переодеваться в чистую одежду. За годы на Сильвере многое изменилось. Корнелия полностью освоилась. Более того, это была единственная точка во вселенной, где она ощущала себя на своём месте.

Если Дамлин будет с ней… То она даже не против стать мади. Пусть…

Будущее в виде правительницы целой планеты намного привлекательнее, чем просто стать бесправной женой на Асмелиде.

Да и её это ничем не ограничивало. Наоборот, открывало новые горизонты. В конце концов, с властью в руках не так скучно жить.

Эрлей это не просто сборище аристократов из сливок общества. Напротив, сюда попадали только за личные заслуги. Те, кто действительно имел влияние в Сильвере.

Восемь выдающихся умов планеты.

Нлэиони Пистрак Ролие один из первых ввел наноразработки атомных частиц в биоинженерии. Фэйини Выхилэ Ноуси лучший в кибербезопасности и программировании нового образца. Слэыйри Нершэли — геоинженер, открывший предприятия по всему миру. Гинулэе Хиуши Леслин — ведущая архитектор, проектирующая объекты немыслимых масштабов. Милсоу Соритсэ Рэили уже столетия ведёт анализ данных неисчислимых в привычных системах счисления. Зэили Елинэ Шилину — старейшая из ныне живущих сильв, слуги даже шептались, будто она застала зарождение правящей династии. Луринзе Коулинэ Блэйри — глава компаний по добычи лейрадиса.

И был ещё один.

Церлизоин Йорхал Гоэлди.

Корнелия даже предполагала, что он ровесник её бабушки. Молчалив. А если и говорит, то по делу. При этом не участвует в отчётах, как другие члены Эрлея. За годы на Сильвере девушка даже не выяснила, чем он занимается…

Девушка сидела молча по правую руку от мади. Не влезала. Как бы ей не хотелось признавать, но среди них она явно слабое звено. Так что Корнелия только наблюдала. И запоминала. Всё.

— Лейрадис собирается в соответствии с намеченными планами, — закончил свой доклад Луринзе Коулинэ Блэйри.

— Новые породы засажены? — Ваеридали Фейш Лейри Мади ознакомились с переданными ей документами, листая графики добычи на своём экране.

— Да. Мы, как всегда, обгоняем намеченный план.

— Хорошо.

— Что в Межгалактическом Союзе? — перевела мади своё внимание на Фэйини Выхилэ Ноуси.

— Без изменений.

Только… Могу отметить кое-что… Я уже несколько лет наблюдаю… — задумчиво вмешался Нлэиони Пистрак Ролие. — Появился один интересный кадр. Он как никто подбирается близко к нашему уровню биоинженерии Сильверы. Я бы сказал… Такие кадры даже на Сильвере редкость. Может в будущем стать проблемой.

— Не трогай, — кивнула ему правительница. — Просмотрела полученные файлы. — Безродный выходец из Жерстрика, взлетевший слишком быстро на вершину. Его съедят свои же.

Корнелия даже тут не могла не согласиться с решениями бабушки. Логично, что ещё можно сказать? Чем больше она тут, тем больше у неё ощущение, будто эта женщина вообще не умеет ошибаться.

— Тогда… — Фэйини Выхилэ Ноуси отправил данные на экран мади. — Переходим к Паутине. Они по-прежнему пытаются зайти на наши сервера. Не так явно, как специалисты из Межгалактического совета, но также безуспешно.

— Выявили их цель?

— Нет. Они делают массовый заход на разные платформы без единой связи.

— Корнелия, а ты что думаешь? — тут Ваеридали Фейш Лейри Мади повернулась к юной наследнице, которая уже успела заскучать.

Хоть и с Паутиной у неё вся картина сразу не складывалась, но для чего они пытались подобраться к Сильвере девушке было в целом понятно.

— Если они пытаются зайти на всё и сразу, то у них нет чёткой цели. Вероятно, хотят выяснить наш истинный уровень развития, состояние ресурсов и исследовательской среды. Пока они добывают информацию. Если бы у них уже была единая цель, то били бы они не так разрозненно.

Мади довольно кивнула. Несмотря на возраст Корнелия зрела в корень.

— Нам стоит усилить защиту наших серверов, — Фэйини Выхилэ Ноуси сделал записи в своих заметках.

— Передай моё распоряжение этим заняться.

А вот этого Корнелия не понимала. У Сильверы столько ресурсов, такой уровень развития… А сильвы нянчатся с шайкой возомнивших себя великими владыками. Зачем?

— У нас не получится их взломать, уничтожить их систему?

При желании она даже сама могла бы ворваться в их систему. Не факт, что смогла бы стереть подчистую… Но проникнуть и запустить троян вполне себе.

— Их сервера очень чувствительны к вторжению, так что наши действия сразу заметят.

— И что?

— Тогда они перейдут к активным действиям. Они мало знают о нас, как и мы не знаем всего о них. Корнелия, даже медведь не лезет в осиное гнездо.

— На Сильвере нет ни медведей, ни ос, — себе под нос прокомментировала девушка. — Им не подходит наш климат.

Только до ушей мади донеслись её слова.

— Я бывала в самых разных уголках планеты. Видела существ, о которых ты даже в легендах не слышала. Пауки плетут свою паутину не для красоты, а чтобы случайно забредший мотылёк в ней погряз.

Корнелия кивнула и больше не вмешивалась. Да и пока она только наблюдатель, а не реальный участник. Обсуждение среди членов Эрлея продолжалось.

Её же мысли вернулись к одному. К Дамлину. Уже минул год с того злополучного экзамена. И этот год она провела без него…

Хоть он и сдержал обещание — они действительно созванивались каждый день, Дамлин всегда отвечал на её сообщения, только… Корнелии этого было мало.

Спустя два часа разговоры стихли и мади провозгласила:

— Заседание Эрлея закончено. Благодарю вас за присутствие.

Сильвы стали расходиться, и только девушка не спешила вставать. Напротив, она активировала маскировку второй кожи, меняя внешность на человеческую. Недавно внесли последние корректировки в программу — весь проектируемый образ был без единого изъяна.

— Корнелия? — Ваеридали Фейш Лейри Мади вопросительно подняла бровь.

— Дамлин скоро прилетит из ВУЦМО. Хочу на это время остаться на Асмелиде.

До их встречи оставалось совсем немного. Если ещё несколько дней назад она бы поместье и в глаза не видела, то теперь поскорее хотелось вернуться.

— А ты всё об одном… Милая, ты расцвела…

— Это вторая кожа, — поправила её Корнелия, чем вызвала улыбку у бабушки.

— Вовсе нет, ты так бы и выглядела, если бы не геном, но и твой настоящий облик прекрасен. Если захочешь, любой будет у твоих ног.

— Мне не нужен любой, я хочу только Дамлина.

— Хорошо, дитя, — закатила глаза, понимая, что с ней спорить бесполезно. — После встречи с Варцэром можешь отправляться на Асмелиду.

— Благодарю.

Корнелия кивнула.

Эти встречи уже стали привычными, пусть и не самыми приятными. Раз за разом одно и тоже. Тот же сад. Та же кислая мина. То же молчание. И тот же шелест карандаша.

Корнелия от скуки начала рисовать. Научиться оказалось не сложно. Тем более, рисовала она всегда одно и то же. Точнее одного и того же. Раз за разом. Штрих за штрихом.

— Кого ты всё рисуешь? — раздался ломающийся голос Варцэра Жарьерже Гоньира.

Он подрос, так же как и Корнелия. Перестал быть просто надоедливым мальчишкой. Вытянулся. Возмужал в плечах. И только их общение оставалось прежним. Корнелия проигнорировала его. Также как он в каждую из их встреч игнорировал её присутствие. Никто из них и не стремился к миру. Игнорирование было штилем, державшим их в шаге от открытой вражды.

Только девушка сильно недооценила воспитание Варцэра. Тот за секунду выхватил блокнот из её рук.

— Верни немедленно, — сквозь зубы прошипела Корнелия.

Варцэр и ухом не повёл, разглядывая рисунок Дамлина.

— И кто это?

— Тебя не касается, — Корнелия попыталась вернуть свой блокнот, но парень в разы быстрее, отскакивая сразу на метр от неё.

— Пфф… Ты всерьёз думаешь, что сможешь сравниться со мной в скорости? Мади совсем ничего не рассказывала тебе о моей расе? — самодовольно хмыкнул Варцэр, наслаждаясь моментом.

— Это ты, видимо, забыл о моей.

Корнелия не стала сдерживаться. Уже который год она овладевала силу генома сильвов. В её глазах на миг отразилось сияние звёзд. Материя разошлась сразу в двух областях — рядом с девушкой и возле Варцэра. Её рука прошла сквозь пространство, оказываясь прямо рядом с целью.

Варцэр от неожиданности ослабил хватку.

— Полагаю, вас утомило моё общество, — Корнелия выхватила свой блокнот, захлопывая вместе с тем материю, и покинула принца, прижимая к себе блокнот.

Он не стал её останавливать, но самодовольная ухмылка так и не сошла с его лица.

Корнелия переключала камеры. Теперь это были не только из поместья Асмелиды, но и ВУЦМО, и большая часть Межгалактического Союза. Корнелия щелкала по клавишам, меняя планы. Вот его затылок, выходящий из главных ворот. И его белая форма кадета с золотым окроплением, мелькающая по оживленным улицам. Он с кем-то разговаривал по гарнитуре, неся как ни в чем не бывало тяжеленный чемодан.

Корнелия безотрывно следила за трансляцией с камер, отмечая все детали перемещения Дамлина.

Он уже вошёл в космопорт.

Девушка достала телефон, набирая цифры, выученные наизусть. Раздался гудок. Второй. А вместо третьего знакомый голос из динамика.

— Ало?

— Привет, Дамлин!

Пусть и это был простой звонок, но Корнелия сразу же улыбнулась.

— Привет, что-то случилось? Мы же утром созванивались…

— Да… В смысле, нет… Как будто одного звонка на несколько минут ей было достаточно. Я просто жду тебя. Ты скоро будешь?

Корнелия вбила в взломанную базу порта заветные буквы имени. Время в пути до Асмелиды составит больше трех часов.

— Обещают прибытие через несколько часов. Так что уже скоро…

— Не скоро, ещё целых 204 минуты… — вздохнула девушка. — Это 12 240 секунд.

— Корнелия, я правда уже в пути. Кстати, приеду не один. Познакомлю тебя с моими друзьями.

Корнелия стиснула зубы. Мало того, что она практически целый год его не видела, так еще ей придётся делить его внимание с какими-то отбросами. А ведь когда-то всё внимание Дамлина принадлежало ей. Она могла в любую минуту пойти в мастерскую, и он был бы там. Всегда рядом.

А этот год был настоящей мукой.

Теперь у него ещё и появились эти «друзья».

— Прекрасно… — улыбнулась Корнелия, чтобы было слышно ее улыбку. — Жду с нетерпением.

— До встречи.

Дамлин сбросил звонок. Корнелия ещё какое-то время смотрела на экран телефона.

— Ваше высочество, вы звали? — дверь в её покои открыла прислуга. Девушка кивнула им.

— Мне нужен лучший макияж и лучшее из подходящих для Асмелиды платьев.

Они не заставили себя ждать.

Корнелия провела несколько часов в руках визажистов. Но оно того стоило. Пусть и поверх второй кожи, но макияж идеально подчёркивал её зелёные глаза, а волосы в изящной причёске переливались золотом.

— И как я выгляжу? — она смотрела в зеркало, не видя никаких изъянов. Всё было и в самом деле идеально.

— Роскошно… — восхищенно выдохнула служанка.

— Тогда передайте бабушке, что я ушла, — бросила девушка, раскрывая материю.

Корнелия блуждала по коридорам поместья в поисках Дамлина. Но тот, как назло, не попадался ей на глаза. Хотя она проверяла — он точно должен быть тут.

— Привет… — вдруг незнакомый тип вывернул из-за угла. — Я не думал, что в поместье такие красотки водятся…

Парень же навис над Корнелией, прижимая к стене. Девушка и бровью не повела, разглядывая нахала.

Ее привлекла форма. Знакомая…

Она уже видела такую.

И высокомерие этого незнакомца, судя по всему, бралось с одной нашивки.

— Детка, скажешь, как тебя зовут?

— Ты еще кто такой?

— Желин Ерхано. Кадет ВУЦМО.

ВУЦМО. Корнелия всё правильно поняла.

Значит, и Дамлин где-то недалеко.

— Отойди от меня, — ледяным тоном приказала девушка.

Только кадет и с места не сдвинулся. Напротив, прижался практически вплотную. Настолько, что она почувствовала это мерзотное дыхание.

— Впервые встречаю умственно отсталого кадета. У ВУЦМО настолько низкие стандарты?

— Что?

— Ты еще и межгалактический язык плохо знаешь?

У Корнелии промелькнула мысль, ведь если этот недоумок на неё нападёт, из поместья его вышвырнут. Как бы её тут не презирали, но она носит фамилию Ле Шадо. Стоит ему ударить, как обратный экспресс-путь обеспечен.

И тогда для Дамлина будет меньше отвлекающих факторов.

— Ты… — прошипел Желин.

— Отойди от меня. Не позорься ещё больше.

Выводить из себя она умела. Неудивительно, что этот скудоумный тип уже занёс руку в порыве гнева. Корнелия же незаметно перенесла баланс тела на заднюю ногу, принимая стойку, но соприкоснуться с Желином ей не дали. Надоедливый кадет отлетел в сторону, врезаясь в противоположную стену коридора. А возле возникла знакомая высокая фигура. Стоило девушке его увидеть, как выражение лица моментально изменилось.

— Дамлин? Дамлин! — Корнелия с разбегу кинулась к нему с объятиями. — Я так скучала…

— Корнелия… А ты подросла, — юноша аккуратно пытался убрать ее руки, но девушка вцепилась как клещ.

— Дамлин… — незнакомый кадет, покачиваясь, поднялся. — Какого черта?

— Желин, ты вел себя неподобающе с дочерью лорда…

— А это… — он окинул Корнелию, которая все не отпускала Дамлина, и Дамлина, который все также пытался выскользнуть из этих объятий, — подобающе?

Девушка смерила его таким взглядом, что казалось, еще секунда — и испепелит этого кадета на месте. Его не должно было тут. Она ждала только Дамлина.

— Дамлин, ты знаешь этого нахала?

— Да… — Корнелия наконец-то ослабила хватку, и он смог аккуратно отодвинуть от нее. — Этот нахал — мой товарищ из ВУЦМО. Извини, я не объяснил ему норм этикета…

Желин как ни в чем не бывало отряхивал свою форму, словно ничего и не было.

— Дамлин, — намеренно громким шёпотом произнесла Корнелия. — Как он с таким развитием… смог вообще сдать экзамены?

Этого оказалось достаточно, чтобы вновь вывести его из себя. Расчет даже превзошёл ожидания.

— Да я тебя… — Желин готов был снова кинуться на девушку, и только тихие слова Дамлина остановили его.

— Не смей. Желин, ты мой друг… Но Корнелию трогать не смей, — он как лев. — Думаю, тебе лучше пойти к себе. Лорд выделил вам с Ларне покои.

Девушка довольно улыбнулась. Пусть этот тип пока и остаётся на Асмелиде, но теперь её Дамлин видит, насколько он не сдержан. Зерно раздора посеяно.

— Корнелия, ты не испугалась?

Она замерла. Дамлин даже не подумал, что всё это специально. Незванный гость, конечно, первый начал, но и Корнелия специально продолжила его провоцировать.

— Да… Я никогда не видела тут незнакомцев… — Она смущённо отвела глаза в сторону. — И тех, кто настолько не умеет держать себя в руках.

— Не переживай. Я с ним еще раз поговорю. Больше он к тебе не приблизится.

— Спасибо, Дамлин…

— Вы начали знакомство не с того… Но на самом деле Желин неплохой парень.

Корнелия скептично посмотрела в сторону, куда тот ушёл. Странно, что Дамлин не видит всю мерзость этого типа. Но для нее время с Далмином слишком драгоценно, чтобы тратить его на каких-то мудаков.

— Не хочу о нем сегодня думать, — девушка наклонилась к нему поближе. — Пойдем. Я хочу кое-что тебе показать.

— Ладно… — Он отошёл на шаг от неё, но все же улыбнулся. — Далеко?

— По пути узнаешь… — Корнелия постоянно оглядывалась, ведя Дамлина за собой.

Это было старое заброшенное в отдалении от поместья. Полуразрушенные стены скрывали от чужих глаз кое-что… То, что никак не могло попасть на Асмелиду. Космический корабль. Настоящий, не муляж. По меркам Межгалактического Союза — последняя модель.

— Что это? — Брови Дамлина стали медленно, но верно подниматься вверх.

— Подарок. Для тебя, — девушка, улыбаясь, наблюдала за реакцией друга. — Нравится?

Он застыл, не находя нужных слов. Откуда на Асмелиду мог вообще взяться этот корабль? Тем более такая модель? Его цена — целое состояние… И почему он стоит в развалинах? Без надзора?..

— От кого? — спросил Дамлин, немного оправившись от шока.

Корнелия пожала плечами. И в самом деле… От кого?

— Наверное, от какого-нибудь спонсора…

Девушка даже не пыталась сказать правду, а лишь дала ответ, который устроит его. Да и сам Дамлин не поверит, если она расскажет. Ну а спонсоры у кадетов ВУЦМО и в самом деле бывают.

— Я бы подумал на тебя, если бы у тебя были такие деньги…

— И как бы я сюда его затащила? — поддержала его сомнения девушка.

— Действительно… — Он озадаченно взъерошил волосы.

— Тебе же уже выдали лицензию на управление?

— Только кадетскую…

— Пойдем покатаемся, — Корнелия открыла дверь корабля, приглашая внутрь.

Дамлин медлил. Это всё было слишком неожиданно. Непонятный корабль, непонятно откуда взявшийся… И полетать на нем? Выйти самостоятельно в открытый космос?

Ему казалось, что это какой-то странный сон.

— Подожди, я же не могу…

Но девушка уже проскочила внутрь, так что ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

— Корнелия, как ты вообще себе это представляешь?!

Юная леди же, пока Дамлин не понял, что происходит, быстро нажимала кнопки запуска. Корабль дрогнул. Двигатели начали гудеть.

— Как ты… — Договорить он не успел.

Корабль дрогнул и оторвался от земли. С технологиями Сильвов старт занимал сущие секунды.

— Где-то прочитала, — пожала плечами Корнелия и развалилась в кресле второго пилота. — А дальше я не знаю, что делать…

Всё шло по ее плану. Атмосферу Асмелиды они уже покинули. Вероятность возвращения обратно стремительно падала. Если вдруг Дамлин не справится с управлением, то она спокойно сможет безопасно приземлить корабль. А если справится… То день обещает быть веселым.

— Вернуться обратно. — Дамлин взял управление кораблем на себя.

— Ну, Дамлин… Я никогда не покидала планету…

— Корнелия, это не шутки, — он осматривал панель управления, ища знакомые клавиши и рычаги. — Космическое пространство опасно.

— Ничего не будет.

Уж об этом девушка позаботилась еще на Сильвере. Весь этот подарок имеет чистейшую юридическую историю. А сам корабль никаких проблем в управлении не вызывает. Дамлин же тем временем вошел во вкус. Лучшие технологии Межгалактического союза, плавный полет, откалиброванные механизмы управления…

— Ладно…

Корнелия наблюдала, как Дамлин уже уверенно управлял кораблем, но, отвлекшись, застыл, глядя на что-то сквозь окно иллюминатора, и сбавил скорость. Девушка выглянула за его плечо, пытаясь разглядеть, что же привлекло его внимание. Только там ничего не было. Привычные пейзажи открытого космоса.

— Дамлин, там что-то есть?

— Да… Звезды.

— Логично… Мы же в космосе.

Она ничего не поняла.

— Знаешь, в детстве я очень любил смотреть на звезды, — юноша так и не оторвал от них взгляд. — Меня к ним всегда тянуло. Но я и представить не мог, что когда-то буду летать среди них. Это так… Захватывающе.

— Дамлин… Ты забыл, что «потерял память»?

Корнелия никогда в это не верила. В первые дни знакомства её это даже и не волновало, а потом… Для неё стало просто очевидно, что свое прошлое кто-то очень тщательно старается скрывать. И только в последнее Дамлин стал слишком беспечен. Пусть пока с ней, но… У него же появились эти новые друзья.

— Я не об этом… В смысле…

Девушка едва сдержала улыбку. Все же Дамлин не умел лгать, да и отмазку придумать не смог.

— Я похожа на идиотку?

— Ладно… — Он сделал медленный вздох, стараясь сбросить напряжение. — Ты говорила кому-то?

— Дамлин, я никому и никогда не расскажу твои тайны.

Тот оторвался от звезд, смотря на Корнелию. Не зло, не испуганно… А будто впервые увидел. В миг она стала для него незнакомкой. Это не могло не напрячь девушку. Он никогда так на неё не смотрел. Видимо, все-таки не стоило эту тему поднимать. Корнелия рассчитывала на полностью противоположную реакцию. Все его секреты были в полной сохранности. Она умела держать рот на замке. И все, чего девушка хотела, — показать это Дамлину. Ей можно доверять.

— Я же до этого тебе ничего не говорила. Это ты сам забыл, что у тебя амнезия, — намеренно равнодушно произнесла Корнелия, словно не замечая никаких перемен.

— Я…

— Сделаю вид, что ничего не слышала и этого разговора не было, — продолжила она намеренно будничным тоном.

— Спасибо, — облегченно кивнул парень.

Перферинду было видно издалека даже в космосе. Это яркая планета. С высоты полета корабля на ее земле простирались сотни тысяч огней. Не было и уголка в тени.

— Это и есть Перферинда?

— Да, — Дамлин надавил на рычаг.

Корабль стал снижаться, входя в атмосферные потоки планеты. Он открыл панель навигации, приземляясь недалеко от города. В целом, на Перферинде не было жёсткого контроля над одиночными кораблями, это бы попросту замедлило поток покупателей, которые были жизненно необходимым кислородом для местных жителей. Здесь закрывали глаза даже на преступность, нелегальную торговлю, чёрные рынки… Скрывая их за пестрой мишурой красочных мегаполисов.

— Ты уже тут был?

Корнелия знала, что был. Всё-таки по камерам она бдела за ним ежедневно. Они вышли из шлюза корабля. Дамлин уверенно пошёл по дороге в сторону города.

— Желин выходец из именитого рода торговцев. Я успел побывать у него в гостях.

Девушка едва сдержалась, чтобы не подать виду. Он нашёл время заехать в гости к другу на другую планету, но на Асмелиду за целый год так и не заглянул. Ну да… Кому нужно это отсталое место? Особенно когда жизнь кадета ВУЦМО в разы увлекательнее.

Тем временем дорога перешла в тротуар. Вокруг разгорались огни города. Людей становилось всё больше и больше.

— И… — она из-под ресниц отмечала мельчайшие изменения в его реакции. — Как тебе? Понравилось?

— Даже не знаю… Эта планета такая… Шумная. Я привык к другому.

— Хорошо, — улыбнулась девушка своим мыслям.

— Может отпустишь? — Дамлин приподнял руку, в которую незаметно вцепилась Корнелия.

— Нет.

Парень тяжело вздохнул.

— Корнелия, пожалуйста…

— Тут такая толпа… И город очень большой… А вдруг я заблужусь?

— Я не дам тебе далеко от меня отойти.

— Ладно… — девушка с явным нежеланием отпустила его руку. — Тогда проведи мне экскурсию… Ты же тут уже был?

— Хорошо…

Они бродили по улицам города. Тут было слишком много всего. Такое обилие, что не за что просто зацепиться. Пёстрые вывески, от которых рябило в глазах, магазины на каждом шагу, торговые площадки, летающие автоматы с закусками и мелочами, в воздухе витал смог технического дыма… А ещё люди. Очень много людей.

Дамлин рассказывал о истории планеты. Всё то, что узнал из прошлой поездки с Желином. Только Корнелия ничего не слышала из-за гула толпы. Но это и неважно. Главное, он рядом. Так что она наслаждались каждым мгновением, позабыв о времени. И только холод вывел её из эйфории. Девушка поёжилась. На Асмелиде было теплее, чем на Перфениде. Да и сезоны отличались.

— Ты чего? — моментально заметил её жест юноша.

— Прохладно… На Асмелиде было теплее.

— Держи, — он надел свой пиджак.

Корнелия затаила дыхание. Ткань была ещё тёплая от тела Дамлина. Он даже наклонился, аккуратно застёгивая пуговицы, но так и не соприкасаясь с её кожей.

— Спасибо… — прошептала она, боясь спугнуть мгновение.

Но стоило последней пуговице попасть в дырку, как юноша отстранился, продолжая неспешную прогулку по улице Перферинды.

— Надо было сразу сказать, как замёрзла.

Девушка кивнула, ступая за ним. Ничего нового.

— А это что? — её взгляд зацепился за мигающую яркую вывеску, где толпился народ. Оттуда доносился грохот вперемешку с гомоном. Разноцветные лампочки переливались. А всё вокруг было установлено мягкими игрушками.

— Тир.

— Тир?

Девушка нахмурилась. Межгалактический она знала в совершенстве, но слово всё равно слово было незнакомым.

— Да, тут стреляют в качестве развлечения… Если хорошо попадаешь, то дают приз.

— Вот оно что…

Для неё развлечения в целом были чужды. Нелогичная трата времени. Да и на Сильвере бабушка всегда находила чем её занять. Такие простые развлечения в список занятости наследницы не входили. Но с Дамлином…

— Пойдём… — Корнелия за рукав потянула его туда.

С Дамлином за спиной прорваться сквозь толпу зевак не составило труда. Он, оказавшись у стойки, и оплатил десять выстрелов. Ему выдали эмулятор ружья.

— Смотри, нужно просто попасть по этим летающим шарикам, — юноша показал на мишени.

Дамлин не мешкался и за минуту выстрелил десять раз, выбивая абсолютно все. Хозяин с кислой миной выдал ему большую игрушку.

— Хочешь попробовать? — он обернулся к Корнелии с мягким мишкой в обнимку.

— А ты мне покажешь как?

— Хорошо… — Дамлин заплатил ещё за десять выстрелов. — Смотри. Нужно, чтобы мушка накладывалась на цель. Была ровно за ней. Как убедишься, что все выстроились в ряд — стреляй.

Корнелия послушно выстрелила. И попала. Вообще её учили стрелять на Сильвере. Не из настолько примитивных устройств, но всё же принцип был тот же. Оттого и попасть не составило труда. Во все мишени. Без единого промаха.

Дамлин ошарашенно на неё смотрел.

— Есть пожелания к игрушке?

Корнелия осмотрела ассортимент… Скудные пылесборники с примитивным дизайном. Кроме… Одного красного дракончика.

Что-то в нём было…

— Дракона. Вон того.

От взгляда девушки не укрылось, как Дамлин вздрогнул. Но так и не поняла почему. Ничего же не произошло.

— Корнелия, этому-то ты где успела научиться?

— А вот если бы на столько долго не оставлял меня, узнал бы, — хмыкнула девушка.

Дамлин не стал допытываться и повёл её дальше. Они вышли к небольшому островку на возвышенности города. Магазины всё ещё были, но людей вокруг уже не было. Шум толпы раздавался откуда-то издалека.

— Дамлин?

— Я хотел кое-что сделать наедине.

Девушка моментально переменилась в лице. Ей казалось, что настал момент, которого она ждала столько лет. Неужели Дамлин сейчас?..

— С Днём Рождения, Корнелия.

Она застыла с улыбкой на лице.

— Он же у меня завтра…

— Я на всякий случай подарю сегодня.

— Что значит «на всякий случай»?

— Нас предупредили, что сроки практики могут сдвинуться… Поэтому мы и решили все вместе поехать.

— Что?.. — девушка решила, что ей послышалось. — То есть ты тут не на все каникулы?

— Не знаю…

Ей пришлось приложить всевозможные усилия, чтобы сохранить толику самообладания. Дамлин тут, и вот он снова ускользает из её рук.

— Примешь подарок?

Девушка кивнула, не в силах что-либо ответить вслух, всё ещё пытаясь успокоить мысли.

Он достал бархатистую коробочку. Корнелия незаметно сделала длинный вдох, заталкивая панику куда подальше в закрома разума. Ничто, даже эти неприятные известия не должны испортить сегодняшний день с Дамлином. В конце-концов, она столько его ждала… Девушка с интересом разглядывала протянутую коробочку, не решаясь взять.

— Это подвеска, — Дамлин раскрыл ее, доставая вылитый кубик рубик на цепочке. — Я сам сделал.

— Правда?

— Да, если соберёшь нужную комбинацию, то откроется… — он приподнял подвеску, показывая грань из частички алых камней. — Тайник.

— Тайник? А что там?

— Ты сама решишь.

— В смысле?

— Можешь загрузить сюда файл… Видео, фото, рисунок… А он отобразится голограммой, когда «соберёшь» кубик.

— Вау… — она трепетно взяла подвеску, боясь раздавить. — Это фотокабина?

Ее взгляд устремился вдаль. Там крупными буквами было написано нужное ей слово. Дословно переводящееся с межгалактического как «фотобудка».

— Корнелия…

Но она уже тащила его внутрь, вновь взяв за край рукава рубашки. Внутри ничего кроме экрана с камерой не было. Корнелия быстро оплатила сеанс, пока Дамлин не надумал бежать, и щенячьими глазками посмотрела на него.

— Улыбнешься? Я же на это буду каждый день любоваться…

— Что?..

— Улыбнись..

Юноша вздохнул, но всё же улыбнулся. Девушка нажала на кнопку, и фотокабина заработала, записывая всё происходящее. Спустя десять секунд всё кончилось. Но этого было достаточно.

— Это было видео?

— Конечно, — Корнелия переписывала данные на внутреннее микрохранилище кулона, несколько аккуратный движений, собирая грань алых квадратиков. Стоило последнему встать на место, как вспыхнула объёмная голограмма видео. — Спасибо! Это точно лучший подарок за этот день рождения.

— Тебе же ещё никто кроме меня ничего не подарил…

— Нет ничего лучше, чем подарок от тебя..

Каждый раз она ждала только одного подарка, который не могли заменить все несметные богатства Сильверы.

— Давай возвращаться, а то нас в поместье уже, наверное, обыскалась… Я уже взял билеты на лайнер. Он будет через час. Как раз нам хватит, чтобы дойти.

Девушка резко обернулась на него, не понимая, откуда взялся лайнер.

— В смысле на лайнере? Тебе не понравился корабль?

— Корнелия, дело не в том, понравился он мне или нет… А в том, что я никак не смогу объяснить его появление. На Перфениде его быстро кто-то приберет к рукам. Если заберу я, то у меня могут возникнуть проблемы.

Корнелия буравила его взглядом. Она столько выбирала подходящую модель, сама следила за наполнением, продумывала каждую мелочь под Дамлина…

— И у меня нет прав на ведение такого корабля, — продолжал юноша. — Он даже не зарегистрирован на моё имя…

Она закусила губу, чтобы не расколоться. Корабль был зарегистрирован. На него. И принадлежал ему. Всё официально. По документам, в системе, везде…

Только объяснить всё это Дамлину было невозможно.

Возвращение прошло быстро. На Асмелиде же только начало смеркаться. К досаде Корнелии, Дамлина куда-то увёл Желин. А ей ничего не оставалось, кроме как скитаться по поместью. Девушка решила по старой памяти зайти в библиотеку, надеясь побыть одной, вдали от назойливых взглядов слуг. Только там уже было занято. Незнакомый юноша сидел за столом.

Он, нахмурившись, что-то писал на планшете. Она внутри скривилась — планшеты уже давно прошлый век. Да и его модель явно поддержанное старье… Стоило Корнелии войти, как тот поднял голову, встречаясь с ней взглядом.

— Ты как твой дружок будешь ко мне клеиться? — первая спросила она.

— Я, может, и не голубых кровей, но голова у меня на месте.

— Отрадно слышать.

Корнелия кивнула и расположилась в кресле. День прошел чудесно… Но все её мысли теперь крутились об одном. Что, если даты практики и в самом деле сдвинут?

Дамлин снова надолго уедет?

— Ты не находишь, что если будешь так открыто проявлять свои чувства, то только отпугнёшь Дамлина? — раздался голос со стороны стола. Она уже и позабыла, что не одна в библиотеке.

Он же оторвался от своих записей, бросив стилус на стол. Корнелия на автомате отметила, что, исходя из его реакции, у него что-то не получается.

— Как тебя зовут? — не торопилась она с ответом.

— Ларне.

Она кивнула. Вообще всех друзей и знакомых Дамлина девушка давно уже изучила. На всех было составлено резюме. Но формальное знакомство никто не отменял.

— У меня есть только несколько дней в году. Я не собираюсь упускать ни единого часа.

— Как знаешь… — Ларне пожал плечами.

Они посидели в тишине. Пока Корнелия не повернулась к нему.

— Почему я не нравлюсь Дамлину?

— Он рассказывал о тебе. Насколько я могу судить… — кадет задумался. — Ты для него как младшая сестра…

— У нас нет родства.

— Дело не в крови, а в том, как он тебя воспринимает.

— И как мне ему понравиться?

— Повзрослеть.

— Серьёзно?

— Это я так думаю. В его глазах ты всё. Если бы вы были ровесниками, у тебя было бы больше шансов. Хоть я вообще не уверен, что Дамлина интересуют отношения…

Корнелия вздохнула, ничего не отвечая. Дамлин и в самом деле ко всем всегда относился хорошо, но… Никогда и ни с кем не переступал личную грань. Сближался ровно настолько, чтобы считаться товарищем или другом… Но никогда чем-то большим.

— Мне всегда было интересно, каково это — жить в таком роскошном месте… — решил сменить тему он. — Я с Жерстрика. Даже на билет экзамена ВУЦМО пришлось наскребать несколько месяцев.

— А на обратный? — этой информации не было в ее досье.

— Обратного не было.

— А если бы не поступил?

— Выкрутился бы как-нибудь. Но обратно ни за что не вернулся в тот ад.

Корнелия, наклонив голову, по-разглядывала своего нового знакомого. Всё же тот отличался от Желина, так что его можно потерпеть.

— Скучно, — через паузу в разговоре произнесла девушка.

— Что?

— Светская жизнь. Высший свет… Всё это очень скучно.

— Ты даже не представляешь, что я готов отдать, чтобы жить в таком месте.

Она этого не понимала. Как можно желать такой скуки?

Кстати о скуке…

Этот разговор ей наскучил. Девушка планировала побыть одна в библиотеке, а не болтать с непонятно кем. Корнелия поднялась и собиралась уже было уйти, но скосила глаза на задания в планшете.

— У тебя тут ошибка.

— Это вообще-то углубленная математическая программа ВУЦМО…

— Там настолько слабое образование?

— Издеваешься?

— Немного, — Корнелия взяла стилус в руку и написала подробное решение в углу его работы. — Это так решается.

— Как ты?!.. — Ларне в шоке на неё смотрел, ведь задача, над которой он бился уже час, эта девушка решила за сущие секунды.

— Это разовая акция, — она положила стилус.

— Спасибо…

Уже у двери парень её окликнул.

— Ты так и не будешь снимать его пиджак? Это вообще-то наша форма…

— Нет. Я его оставлю. Спрячу так, что Дамлин не найдёт.

— Ты настолько свихнулась на нем?

Корнелия смерила его взглядом, но так ничего и не ответила, сделав вид, будто не услышала, и покинула библиотеку. Ларне был прав. Но признавать это вслух девушка не собиралась.

На рассвете в кабинет Мандерила Ле Шадо постучались. Дамлин аккуратно отворил дверь, заходя. Лорд сидел на своём месте. Всё также в кипе работы, даже ранним утром. Но приход юноши его удивил.

— Извините, что так рано беспокою… Зашел попрощаться.

— Попрощаться? — он приподнял бровь. — Ты же планировал на месяц…

— Увы, вчера вечером с Желином узнали, что практику все-таки перенесли. Она начнётся уже завтра. Нам нужно выезжать.

— Жаль… — он откинулся на своем кресле, откладывая работу. — Корнелия вчера выглядела такой счастливой.

— А в другие дни?

— Она закрылась от меня. Целыми днями ни с кем не общается. Только сидит в библиотеке и мастерской.

И Мандерил не врал. Просматривая камеры, он день за днем видел схожую картину. С уходом Дамлина Корнелия стала настоящей затворницей.

— А с Цейридом не поладила?

— Вообще с ним не общается. Как и со мной. Я думал, что твой приезд поможет как-то улучшить ситуацию…

— Мне жаль… Я могу попробовать…

— Не стоит, езжай. ВУЦМО — это серьезно. А у Корнелии… наверное, начался подростковый период.

Этим раз за разом успокаивал себя лорд. Всё же, зная умственные способности дочери, ее «подростковый период» мог идти иначе. Не в бунте… А наоборот, в закрытии в себе. И, как всегда, он избирал путь наименьшего сопротивления — не трогал ее.

— Может быть… Спасибо.

До Корнелии дошли неутешительные новости. Она, как всегда, просматривала камеры видеонаблюдения с утра пораньше, так и наткнулась на разговор Дамлина с её отцом. На второго девушке уже давно было все равно. Но то, о чем шла речь…

Времени практически не оставалось, поэтому Корнелия прямо в ночном платье выбежала из поместья. Она успевала. Кадеты еще не успели сесть в машину.

— Дамлин!

— Корнелия?

— Ты… почему ты не предупредил? — отдышавшись, спросила девушка. — Хотел уйти, не попрощавшись?!

— Нет, конечно… Я не хотел тебя будить. В ночи пришло письмо.

— Как так, Дамлин? Ты же обещал на все каникулы…

У нее было столько планов… Она даже готова была провести время на Асмелиде. Лишь бы рядом с Далмином. А в итоге он уходит обратно всего лишь спустя день.

— Дамлин, у нас скоро рейс! — из окна высунулась голова Желина. — Садись уже.

— Иду, — бросил ему он. — Прости, Корнелия. ВУЦМО решили перенести начало практики.

— Ну, Дамлин…

— С днем рождения! — юноша наклонился, срывая один единственный ийрилис рядом с ним. — Не расстраивайся, мы же еще увидимся.

Он ушел.

А Корнелия так и стояла, глядя вслед уезжающей машине, сжимая в руке цветок.

Он и в самом деле так просто ушел.

Ей только и оставалось, что проклинать тот день, когда Дамлину пришла идея поступить в ВУЦМО. Но девушка еще не знала, что сегодняшний день станет в разы хуже. Ведь именно он изменит все.

За преждевременную практику ВУЦМО взял на себя расходы на билеты до точки её проведения. И это всё к довольно солидной стипендии. Финансирование кадетов тут било все рейтинги Межгалактического Союза. Так что ребята без зазрения совести расположились в трехъярусном лайнере люкс-класса. На их последнем этаже даже пассажиров было не так много.

— Ты так и явишься без пиджака? — фыркнул Ларне, осматривая друга, смотрящего в окно. Тот и в самом деле был в одной рубашке с фирменной вышивкой.

Асмелида уже осталась позади.

— Точно… Я про него забыл, — Дамлин взъерошил волосы. — Думаешь, они мне новый не выдадут?

— Выдадут, конечно… Куда они денутся, — хмыкнул кадет. — Но Корнелия явно по уши влюблена в тебя. Уверен, она бы и не вернула пиджак.

— Ларне… — Дамлин закатил глаза.

— Что «Ларне»? Она этого даже не скрывает.

— Перерастет. Я просто единственный, с кем она общалась долгое время. Поэтому ей и кажется, что «влюблена». С возрастом всё поймёт, — отрезал он и уставился обратно на звёзды за стеклом.

— Не думаю… — Ларне не стал дальше раскручивать эту тему, всё равно оставаясь при своём мнении.

Всё же Корнелия кристально чисто обозначила свою позицию, без всяких утаек. Для него было странно, что Дамлин этого в упор не видит.

— Тогда ты не будешь против, если я в следующем году приударю за этой красоткой? Как думаешь, лорд Ле Шадо будет не против видеть меня в роли жениха? — Желин до этого не лез в беседу, всё ещё обиженный за недавнюю стычку, но когда речь зашла про Корнелию, он оживился.

— Ты специально нарываешься? — Дамлин мгновенно повернулся к нему. Ему вообще не было понятно поведение друга. В эти дни он просто не узнавал его.

— У неё определённо острый язычок, а это по мне, — усмехнулся кадет. — Да и ты её видел? Она же моделям даст фору.

Этого было достаточно. Дамлин стал подниматься с места. Желин не отставал, резко вставая со своего. И только Ларне кинулся им наперерез.

— Эй-эй… — тот старался не допустить драки в лайнере, да и другие немногочисленные пассажиры уже стали на них поглядывать. — Хватит. Желин, Корнелия как сестра для Дамлина. Ты понимаешь, что несёшь?!

— Ладно… — он демонстративно поднял ладони, усаживаясь назад. — Ты чего завёлся? Я же не оскорблял ее…

— Она ещё ребёнок, а ты уже пытаешься к ней… — Дамлин не спешил садиться.

— Так у неё через год уже начнётся брачный возраст. Ей исполнится шестнадцать, — парировал Желин. — Разве на Асмелиде в это время уже не начинают устраиваться… Знакомства?

— Издеваешься?

— Тебе она как сестра. А уже в следующем году эта красотка может стать чьей-то женой. Почему я не могу быть кандидатом? Может, я в неё с первого взгляда влюбился…

— Что ты несёшь… — Далмин уже сжимал что есть мочи свои кулаки, пытаясь сдержать гнев.

Слова Желина казались ему абсурдными. Словно друг свихнулся с катушек. Как тот вообще мог всерьёз интересоваться Корнелией?

— Желин. Ты понимаешь, что ты? Дамлин рос вместе с Корнелией. Её отец — его опекун…

Ларне не смог договорить. Его прервал грохот.

Вслед за ним раздались крики. И совсем не радостные. Это были вопли ужаса.

— Что это?.. — пробормотал Ларне.

Корабль покачнулся, выходя из зоны лётного маршрута. Пассажиры, сидевшие с ними, заозирались по сторонам. Паника среди них росла. И как назло не было ни одного сотрудника лайнера поблизости.

— Может, что-то с пилотом? — нерешительно предположил Желин, бледнея с каждой минутой. Он и сам не верил в это.

— Их два. И тогда бы люди не кричали, — Дамлин закрыл глаза, прислушиваясь к происходящему. То, что он услышал, было хуже некуда. Ситуация с каждой секундой становилась критической.

— О… чем-м ты?

— На лайнер напали.

— Кто? — вмешался Ларне, тоже не улавливая ход мыслей друга. — Зачем нападать на лайнер?

— Пираты, — тихо произнёс он, чтобы его не услышали другие пассажиры. Нельзя было допустить паники толпы, — Это лайнер люкс-класса, тут куча важных персон… Наверное, хотят взять их в заложники.

— Ты шутишь…

Но Дамлин не шутил, а лишь пересказал услышанное и уже осторожно пробирался сквозь ряды. Нельзя было медлить. Если он всё правильно расслышал…

— Ты куда? Совсем рехнулся?!

— Ларне… Тут вся система безопасности ликвидирована… Из тех, кто может хоть что-то сделать, остались только мы.

Пираты действовали очень слаженно. Никто из лайнера не мог ожидать такого нападения. Буквально всё складывалось в их пользу.

— Что ты несешь… Не выдумывай. Ты не можешь этого знать…

— Могу. Просто поверь мне. Пожалуйста… — Далмин отвёл взгляд. — Неужели ты думаешь, что я стану такое выдумывать?

Как ему объяснить другу, что он слышит всё, что происходит на этом лайнере? Что даже из персонала уже никого не осталось? И что эти пираты не собираются никого оставлять в живых?

— О чём вы там шепчетесь? — влез Желин.

— Я думаю сходить проверить, что там происходит, — развернулся к нему Дамлин. — Вы останетесь тут? Присмотрите за пассажирами на этом уровне.

— Ладно, — закатил глаза Желин.

Этот командный тон. План без обсуждения… Заставляли его чуть ли не впадать в бешенство. Но даже он не стал спорить в такой ситуации. И никогда не признается, что незаметно облегчённо выдохнул.

— Эй, ты думаешь, я тебя одного отпущу? — Ларне же вцепился в руку Дамлина.

— Так будет лучше. Вместе идти слишком рискованно.

— А одному идти не рискованно?

— Ларне… Если я погибну, то вас останется двое. Вы что-нибудь придумаете. А если мы погибнем вдвоём, то останется один Желин.

— Ты на что-то намекаешь? — вспыхнул тот.

— Нет… Ты хочешь остаться тут один?

— Ларне, мы с тобой, видимо, последний оплот, — быстро принял кадет решение. — Правда непонятно от чего и с кем… Может там просто кому-то плохо стало, вот люди и орали…

— Хорошо бы… — Далмин точно знал, что происходило. И дела обстояли хуже некуда, — Я пошёл.

Ребята кивнули. Он же зашел на аварийную лестницу, не решаясь ехать на лифте. Пираты уже могли войти во внутреннюю систему и отследить всё. Лестницы же пока были вне их зоны видимости. Юноша сосредоточился на своих ощущениях. Звуках. Запахах. На первом этаже люди даже боялись шептать, прячась за креслами. На втором еще раздавались крики. Несколько пиратов поднимались на третий, но Ларне и Желин построили баррикаду, одновременно пытаясь успокоить всех, кто был с ними. Повсюду витал металлический аромат, который сложно с чем-то спутать. Кровь. Много крови.

Дамлин крался к зоне управления кораблем. Та находилась на втором ярусе. Нужно было оценить, сможет ли корабль приземлиться. Он знал, что там еще до открытия двери. Но знать и видеть вживую — вещи совершенно разные. Кабина пилотов вся была в брызгах крови. Тела так и остались на сиденьях. Только голов не было видно. Багровые капли до сих пор стекали с обрезанного края. Дамлин зажал рукой рот, чтобы не заорать.

Ему потребовалось несколько минут, чтобы справиться с дрожью. Стараясь хоть как-то обойти алые лужи, Дамлин подошёл к панели управления. Та была ещё цела… Но, судя по датчикам монитора, пираты задели двигатель. Автопилот был взломан, настроенный на неизвестный маршрут. Если только Дамлину и Ларне с Желином удастся взять пилотирование на себя, то шанс успешно приземлиться ещё был.

Времени больше не было. Дамлин выскочил из кабины, ведь туда направлялись пираты. Он скрылся в тени прохода, внимательно слушая их разговор.

— Док был прав… И зачем мы только целились на торговые с километровой охраной, когда за один лайнер получим столько же…

— Да он чертов гений… А что с этими кошелями?

— Сначала получим выкуп, потом прибьем. Союз точно заготовит ловушку. Да и сесть никуда они уже смогут, — тот мерзко рассмеялся. — Будут лететь, пока заряд не сядет.

Запищала рация. Кадет насторожился. Это нетипично для высокотехнологичного века, но и неудивительно — пиратам нужны их личные прямые каналы связи, без риска быть прослушиваемыми.

— Вы отстаете от плана действий на 2 минуты и 10 секунды. Вы сейчас должны находиться в другом крыле.

Дамлин вздрогнул. Этот голос был ему знаком. Но как это вообще возможно?

— Да расслабься ты… Никого из охраны и пилотов не осталось. Куш уже наш.

— Нет. Я дал вам чёткие указания.

— Ладно, не кипишуй… Мы ещё немного поразвлекаемся…

Пират сбросил вызов.

Шаги пиратов раздавались всё ближе. Медлить было нельзя. Юноша тихо вышел, удаляясь всё дальше от увиденного кошмара. Дамлин дальше их не слушал.

Раздался взрыв. Где-то внутри корабля. Кадет заскочил в приоткрытую дверь пассажирского отсека на втором этаже. Первое, что он увидел, — напуганные пассажиры, которые, как и он, слышали взрыв. А потом… Прямо перед ним оказалось знакомое лицо.

— Дамлин?

— Ларне? Ты что тут делаешь?

— Желин там справится. Дверь забаррикадировали. Решили, что нужно и на других этажах… Вот я и… — он развёл руками, показывая поломанные кресла, из которых с несколькими пассажирами брали детали, чтобы заделать двери.

Дамлин подошёл к нему, пожимая руку. Но на самом деле тихо произнёс на ухо другу:

— Они убили пилотов.

— Черт… — прошептал он. — И куда мы летим?

— Тише… — тот с намёком посмотрел на пассажиров, которые напряжённо следили за кадетами, но в глубине этой напряжённости таилась надежда. — Они уйдут в сингулярность со всем экипажем. Пассажиры — их заложники. Получат выкуп, всех убьют и скроются на своём корабле. Нам нужно с ними разобраться.

— Дамлин, мы просто кадеты. У нас нет никаких полномочий…

— Какие полномочия? Если мы ничего не сделаем, то все эти люди умрут. И мы вместе с ними.

Ларне побледнел, едва сдерживаясь.

— Я… Я с тобой, — его голос дрогнул. — Скажи, что сделать.

— Просто… — он посмотрел за спину Ларне. Туда, где стояли простые напуганные пассажиры. — Прикрой мирных.

— Сколько их всего?

Ларне стал закрывать дверь, заделывая её по всем щелям.

Дамлин прислушался.

— Четыре.

— Уверен?

Кадет кивнул. Слух его никогда не подводил. Да и в ВУЦМО они разбирали нападения пиратов. Те любили нападать малыми группами. Такие помещались в малогабаритных кораблях, которые могли набрать высокую скорость, что крайне удобно для побега.

Бам. Бам. Бам.

В забаррикадированную Ларне дверь кто-то настойчиво пытался зайти. Паника вернулась к пассажирам с новой силой. Ларне побледнел ещё сильнее, но остался стоять на месте.

— Эти крысы решили забаррикадироваться?

— Вы либо сами открываете, либо мы взрывам весь этот этаж.

Дамлин вытянул руку, призывая к молчанию. Все в зале затихли.

— Я считаю до трех, — грубый голос усмехнулся. — Один.

Юноша беззвучно стал двигаться к двери.

— Два.

Он уже стоял за ней.

— Три, — закончил за пирата Дамлин, снося дверь, а вместе с ней и пирата, что стоял за ней.

Такого никто из пиратов не ожидал. Да, их было больше. У них было оружие.

Но физической силой превосходит их всех вместе взятых. Сейчас был единственный момент, когда можно было не притворяться человеком. Не делать вид, что слаб. Не медлить. А показать этим отморозкам, на что он способен на пределе своих возможностей.

Выстрел. Уворот. Один из них попытался напасть на него сзади, но Дамлин с неестественной скоростью перекинул его через себя. Осталось только двое.

Пираты переглянулись. Этого хватило. Им уже нечего было терять. Двоих Дамлин уже вынес. Такими темпами они следующие на очереди. Первый побежал на юношу, отвлекая… А второй выстрелил. Из бластера. Один раз. Второй… Тот даже не целился. Просто стрелял на поражение.

Стало понятно, что за взрывы раздавались на корабле.

Потолок второго этажа — полтретьего снесло. Пассажиры, что были там, закричали, краем глаза Дамлин уловил пробегающие тени. Сам же он успел вырубить нападающего.

— Следующий выстрел будет рядом, — последний пират самодовольно усмехнулся. — Пока весь этаж не обрушится.

Кадет кинулся на него, но тот успел нажать на кнопку. Выстрел пришелся вниз. На месте пола образовалась дыра. Снизу разбегались люди с первого этажа.

Еще одного выстрела не последовало. Оружие отлетело в сторону. Пират в другую. Кулак Дамлина впечатался прямо в его висок, лишая сознания. Кадет, тяжело дыша, огляделся. Все были обезврежены. Пассажиры замерли, затаив дыхания.

Раздался писк рации.

— Что у вас там?

Этот голос… Опять.

— Ответьте.

Дамлин поднял ее.

— Они не в состоянии сейчас ответить.

Он готов поклясться, что слышал усмешку в динамике. Что-то внутри прибора заклинило. До тонкого слуха юноши донесся звук. Кадет вовремя подбросил ее в воздух, где она взорвалась.

Только этот взрыв никого не напугал. Наоборот… Раздались овации. Пассажиры, которые несколько минут назад были готовы проститься с жизнью, теперь ликовали.

Дамлин всего этого не слышал.

Он замер, глядя на пиратов без сознания.

У него и в самом деле получилось с ними справиться…

— Да как ты с голыми руками справляешься с пиратами? — Ларне хлопнул его по плечу.

— Ларне… — выдохнул Дамлин, стараясь сохранить спокойствие. — Нужно их связать…

— Я помогу, — Желин уже успел спуститься. Видимо, увидел сквозь дыру третьего яруса, что все пираты уже повержены.

Пока ребята их связывали, со всех сторон то и дело раздавались тихие переговоры:

— Он один справился с ними всеми?

— Да… Это было невероятно…

— Вышел, чтобы всех нас защитить…

— Один… Голыми руками одолел пиратов…

— Шутишь, как это возможно…

Пассажиры стекались посмотреть через пробоины в полу и потолке. Все с трех этажей видели одну и ту же картину. Как один юноша разобрался со всеми пиратами. И он до сих пор стоял на ногах. Разбирался с последствиями. Пираты уже были прочно связаны, но все взгляды все равно были прикованы к нему.

Дамлин не сразу их заметил. Да и не заметил, если б Ларне не пихнул его в бок.

— Надо им что-нибудь сказать…

— Что?

— Что-нибудь… Успокой их как-нибудь.

— Спокойно… — он прочистил горло, собираясь с мыслями. — Меня зовут Дамлин. Я и мои друзья — кадеты ВУЦМО. Теперь вы все в безопасности. Сохраняйте спокойствие и вернитесь на свои места. Мы посадим лайнер в ближайшем космопорте.

Осталось только разобраться, как посадить поврежденный лайнер, когда никто из них такими махинами не управлял. Со стороны пассажиров раздались облегченные вздохи.

— Как мы сможем его посадить? — шепотом спросил Ларне.

Дамлин уже повел ребят в комнату управления.

— Как-нибудь…

Стоило им увидеть кровавую картину, как все замерли. Дамлин, пусть и видел это во второй раз, не смог сдержать дрожи. Его друзья и того хуже едва держались, чтобы не убежать. Только выхода у них не было. Никто кроме них не смог бы посадить лайнер. А у них и в самом деле был шанс.

Повисла тишина.

— Я завалил сдачу управления кораблем… — тихо прошептал Желин. — У меня даже кадетской лицензии на управление кораблем нет.

— Выбора нет… Спокойно, — последнее слово он произнёс больше для себя. — Желин, ты попробуй связаться с ближайшим космопортом. Любым ближайшим. Запроси экстренное разрешение на посадку. Ларне, ты второй пилот.

— Как скажешь… — тот поспешил уйти.

— Я не завалил, но тоже очень хочу свалить, — хрипло пробормотал Ларне.

— Давай уберем тела… Нам нельзя терять время.

Они стащили тела с кресел и, переборов ужас, сели. Дамлин первым делом отключил двигатель синхронный поврежденному. Ларне выравнивал полет. Желин уже предупредил ближайшую планету, где им одобрили посадку.

Все шло относительно спокойно, пока они не приблизились к орбите.

— Нам нужно зайти ровно под углом шесть-семь градусов. Если слишком круто, то разобьемся от перегрузки. Если плоско, то отрекошетим, — Дамлин быстро пытался просчитать все риски.

Просто не будет. Кадет знал это с самого начала. Мощности на мягкую посадку у корабля уже не хватит. Оставалось приземлить его хоть как-то… И сохранить жизни всем внутри.

— Я постараюсь… — Ларне изо всех сил старался сосредоточиться.

Они синхронно потянули рычаги на себя. Нельзя было допустить оплошность ни на миллиметр. Они вошли в термосферу, преодолевая линию Кармана. Как Дамлин выругался. Все его расчеты, что он выстраивал в своей голове, подводили.

— Дамлин?

— Нам не хватает тяги, — ответил он, стиснув зубы.

— Что делать? Мы разобемся?

— Сворачиваем налево, — кадет резко развернул рычаг, меняя направления.

— Что?

— Сядем на воду.

— А мы сможем?

— Выбора нет.

Посадка космических кораблей занимает всего минуту. Быстрый старт. Быстрый финиш. Но когда корабль в столь плачевном состоянии, это становилось главным недостатком. Времени на запасной план и ошибки не оставалось.

Они летели прямо в прибрежную зону. Оставалось совсем немного. И вот… Соприкоснулись с водной гладью. Брызги стали собираться в волны. Лайнер накренился, но не упал. Они были на воде. Внутреннего воздуха хватало, чтобы держаться и не затонуть. К ним на скорости уже мчались спасательные вертолеты и корабли.

— Получилось… — облегченно прошептал Ларне.

— И сколько дней ты здесь будешь сидеть? — вопрос Ваеридали Фейш Лейри растворился в безответной тишине.

Корнелия и плечом не повела. Всё её внимание было приковано к монитору в воздухе. Она смотрела раз за разом одно и то же видео, обновляя страницу. Просмотры росли, а вместе с ними лайки с восторженными комментариями.

Кадры с Дамлином разлетелись повсюду. Он был везде. Всё в Межгалактическом Союзе обсуждали его. Его фанатские аккаунты насчитывали уже миллионы подписчиков.

— Корнелия, ты уже неделю из комнаты не выходила…

— Это можно стереть? — это было единственное, что ее волновало. — Удалить отовсюду?

— Удалить из сети не проблема. Но с воспоминаниями людей ты что будешь делать? Изменишь память всему человечеству?

Ей ничего не оставалось, кроме как скрипнуть зубами. Удаление всех материалов только привлечет еще больше внимания.

Девушка нажала клавишу. Страница обновилась. Просмотров стало в два раза больше. Поток новых комментариев не прекращался.

— Есть же такие технологии…

— Корнелия… — Ваеридали Фейш Лейри укоризненно покачала головой.

— Но что мне делать?! Он должен быть моим! — она зажмурилась. Всё происходящее было каким-то бредом. Дурным сном. За каких-то пару дней весь мир перевернулся с ног на голову. Юная наследница не сдержалась. Сила вырывалась из нее. Стены задрожали.

— Дитя, я предлагала тебе забрать его сюда, — женщина положила руку ей на плечо.

Корнелия вздохнула, пытаясь успокоить геном. Воздух замер. Напряжение понемногу сходило, но она продолжала молчать. В голове крутилось столько вариантов ходов… Но ни один из них не реализовать.

— Ты можешь отдать такой приказ в любой момент. Так почему медлишь?

— Он не простит… — прошептала девушка.

— Я же говорила, ты недооцениваешь силу времени. Пообижается год. Десять. Но в твоём распоряжении вечность.

Это предложение звучало как никогда заманчиво.

— Я… — она запустила пальцы в волосы. — Я… не хочу его обижать.

— Будешь искать способ стереть память всему человечеству?

— Нет… — Корнелия, прикрыв глаза, откинулась на кресле.

Всё это было очень заманчиво. Но… Что потом? Если она заберет сюда Дамлина, удалит тысячи видео с его участием, сотрет память… Тогда он и в самом деле будет ее. Только… вряд ли будет относится также, как раньше. Это стало бы точкой невозврата, которую девушка не готова переступать.

— Хочешь совет? — мади отошла к выходу из покоев внучки. — Сосредоточься на себе. Ты же и сама понимаешь, что ничего делать не будешь. Чем больше тут сидишь, тем больше себя же накручиваешь. Ты одарена всем. А ты тратишь время на стенания по какому-то мальчишке…

Девушка ничего не ответила. Видеоряд с Дамлином продолжал играть на повторе.

— Я поставлю завтра заседание Эрлея на утро, — уже у двери Ваеридали Фейш Лейри обернулась. — Приходи.

Она ушла.

Корнелия же так и осталась перед экраном.

А число просмотров всё росло и росло.

— Дамлин, ты должен это увидеть… — Ларне ворвался в его комнату без стука.

— Что там? — тот еще даже не встал с постели, едва разлепив глаза.

Последняя неделя выдалась тяжелой. Только вчера поздно ночью ребята прибыли в ВУЦМО. До этого их держали в особом отделе. Им пришлось с десяток раз отвечать на вопросы руководства, проходить анкеты, писать отчёт за отчетом. Практику в итоге отменили. Но Дамлин даже выдохнул. Его больше волновало, что из-за самовольных действий им может грозить отчисления из ВУЦМО. Только, как ни странно, никаких выговоров не последовало. По крайней мере пока…

— Ты ничего не знаешь?

— Что я должен знать?

— Где твой лейрион?

Дамлин заозирался по комнате. Он и так всегда забывал его. Это тонкое маленькое устройство связи, пользующееся бешеной популярностью в Межгалактическом союзе.

— Наверное, остался в лайнере. Даже не вспомнил о нем, — он протёр глаза. Единственное, что у него осталось, — парный телефон собственноручного производства, через который он общался с Корнелией. Только новости на нем он не смотрел. Да и вообще не подключал к общей Межгалактической сети.

— Тогда ты не поверишь…

— О чем ты? Что-то с Желином?

— Поверь, с ним всё прекрасно… — фыркнул кадет. — Купается в лучах славы.

— Что? Какой славы?

— Смотри, — Ларне развернул ему свой старенький планшет, где было видео. С Дамлином. Начинающееся с того самого момента, как он вышел против пиратов…

— Эм… Я не понимаю, что это…

— Ты теперь звезда!

— Как это связано?

— Оно разошлось на миллиарды просмотров… По всей галактике! У тебя только на фан-аккаунтах уже несколько миллиардов подписчиков.

Их допрос занял практически неделю, которую они провели в службе безопасности. С утра и до позднего вечера обсуждали с сотрудниками произошедшее. Времени на выход в сеть просто не было. Они даже между собой не успевали общаться. И за это время кто-то из пассажиров лайнера выложил видео боя, а то разлетелось повсюду.

Дамлин же даже не мог в дурном сне представить такое развитие событий.

— Что?..

— О тебе уже столько в новостях говорили… Даже репортажи сняли. А вырезок с тобой… Ты даже не представляешь сколько… Ты совсем ничего не видел?

— Ларне… Я из того, что ты сказал, ни слова не понял.

— А… Ну, это, наверное, потому что ты с Асмелиды… Там, видимо, нет соцсетей и межгалактических новостей.

Дамлин неопределенно пожал плечами. Да, на Асмелиде ничего из этого не было… На ВУЦМО доступ ко всем ресурсам появился, но его самого не интересовали ни новости, ни социальные сети… Он даже никогда не создавал там аккаунтов.

— В любом случае, крепись. Сегодня возвращается Финриксий.

— Насколько всё плохо?

Словно в ответ на его вопрос раздался роботизированный голос из встроенных в стену динамиков:

— Директор ожидает вас в кабинете. Пройдите к нему.

— Видимо, настолько, — хмыкнул Ларне.

— Ты накаркал…

— Я-то причем… — он развел руками. — Тебе собрать вещи?

— Ларне… Не нагнетай.

Но всё же настрой друга передался Дамлину. Да, они спасли кучу народа, но вместе с тем нарушили закон. Как кадеты ВУЦМО они не имели права действовать без прямого приказа начальства… Лайнер, который они смогли посадить, не подлежит ремонту… И отчасти из-за корявого приземления. Даже пираты не нанесли такой ущерб компании, как ребята, в один момент возомнившие себя героями. Стоит только ей подать иск о материальных потерях… К тому же он не знал, как реагировать на всю эту внезапно свалившуюся славу…

Дверь в кабинет директора отчего-то сегодня выглядела особенно массивной. Непрошибаемой. Оттого стучаться в неё совсем не хотелось. Дамлин всё же набрал побольше воздуха в грудь и… Раз. Два. Три. Костяшки пальцев отбивали привычный ритм.

— Входи, — прозвучал голос за дверью.

Юноша прошел внутрь, останавливаясь в центре зала.

— Здравствуйте…

— Ты понимаешь, почему я тебя вызвал?

— Да, директор, — Дамлин опустил взгляд.

— Мы не можем не отреагировать на твои действия.

— Я понимаю… И готов принять любые последствия.

Финриксий Элри Нейин кивнул.

— Ты молод, но должен осознавать все риски. Твои действия были… опрометчивыми. Дерзкими. Безответственными. Ты мог стать причиной гибели всего экипажа.

— Мне жаль. Я… В тот момент я хотел сделать хоть что-нибудь. И… Я просто рад, что все обошлось.

Дамлин незаметно сжал кулак за спиной, пытаясь сдержать эмоции. Он видел суровое лицо директора. Знал, что нарушил все возможные постановления для кадетов… И во всех этих постановлениях написана цена такого проступка — незамедлительно исключение.

— По хорошему, мне нужно написать приказ о твоем немедленном отчислении.

Кадет вздрогнул. Земля стала уходить у него из-под ног. Сердце забилось столь громко, что все окружающие звуки стихли. И только слово «отчисление» громыхало в его мыслях. Он знал, что так будет. Знал в тот самый момент, когда покинул свое кресло в лайнере. У него лишь было время подготовиться, чтобы встретиться лицом с приговором. Но это слово из уст директора будто бы поставило точку там, где было многоточие.

Дамлин собрался и кивнул. Пусть так.

Любая жизнь бесценна.

И если такова цена за сотню…

Оно определенно того стоило.

Он ни о чем не жалел.

— И я бы уже его написал, но… Победителей не судят.

Дамлин поднял вопросительный взгляд на директора, не понимая, о чем он.

Речь же шла об его отчислении?

— Готовься. Через час у тебя пресс-конференция.

— Я не понимаю… Вы не отчислите меня?

— Нет. Ты нарушил правила. Нарушил закон. Но сделав это, ты всех спас. Иногда нужно делать исключения из правил, не находишь?

Кадет растерянно кивнул, не в силах осознать происходящее.

Всё произошло слишком быстро. Дамлин даже не успел понять, как всё так обернулось. Несколько дней назад он был простым студентом ВУЦМО, подающим успехи… А сегодня сотни корреспондентов роем окружили его. Бессчетные вопросы прессы сыпались с разных сторон. Всё это уже спрашивали у него сотрудники безопасности, так что он знал, что говорить… И всё равно голова шла кругом.

Финриксий Элри Нейин вышел вперед:

— Руководство ВУЦМО не может не отреагировать на произошедшее. Мы внимательно ознакомились со всеми материалами. Несмотря на возраст, кадет смог действовать в экстренной ситуации, самостоятельно оценил все риски, принимал взвешенные решения, которые спасли жизни всему экипажу. Всё, что он делал, сделал бы настоящий профессионал, так что… Мы с коллегией приняли решение присудить Дамлину звание капитана. Его кодовое имя — Метеор.

Дамлин не знал, что и сказать. Он просто застыл.

Пресса же взорвалась:

— Подождите… Никто ещё не становился капитаном в таком возрасте!

— Это же первый случай в истории!

— Он будет обладать полными полномочиями капитанов?

— Дамлин будет участвовать в новых миссиях?

— Выходит, нам стоит ждать новых подвигов?

Сотрудники ВУЦМО объявили о закрытии конференции, так и оставив эти вопросы без ответа. Все стали расходиться, и только Дамлин остался стоять, смотря на пустой зал невидящим взором.

Как всё так обернулось?

Плохо это или хорошо, Дамлин не знал. Он словно несся в омут неизвестности без возможности нажать на тормоза. И оставалось только надеяться, что будущее, которое подготовила для него судьба, окажется милосердным.

Его учили с детства, что сила порождает ответственность. Но в этом мире… В реалиях Межгалактического Союза истинная ответственность появляется от миллионов прикованных глаз, замерших в ожидании нового чуда.

Дамлин слышал, как в коридорах ВУЦМО то и дело обсуждали бессчетные заголовки статей: «Самый молодой герой ВУЦМО», «Герой, вошедший в историю», «Метеор — настоящие герои среди нас»… И лента из пестрящих строк не кончалась. С каждой секундной появлялись всё новые и новые материалы. Всё новые и новые разговоры раздавались отовсюду, докуда доставал его слух.

Он не мог в это поверить. Всё будто бы происходило не с ним.

И что ему делать?

— Прячешься от поклонников? — незнакомый мужчина зашел в зал.

— Я… — Дамлин вздрогнул, словно выходя из транса, даже не ведая, сколько времени он так простоял. — Извините, всё произошло очень неожиданно для меня. Я не привык к такому вниманию. Хотел побыть немного один.

— Боишься?

— Что?

— Ты боишься такого внимания?

— Не знаю…

Он вообще ничего уже не знал и не понимал.

— Знаешь, в жизни есть один простой закон: чем ты выше взлетаешь, тем проще упасть. Нужно всегда иметь того, кто поддержит тебя на вершине.

Дамлин впервые взглянул на него. Этого незнакомца он видел впервые. Но его слова… Почему-то вызвали холодок, что прошелся по спине.

— Простите, вы не представились…

— Меня зовут Моерзе. Я член Межгалактического Совета.

Корнелия

Хм… Мне не нравилось, как отреагировала Паутина на моё покушение. А если точнее, практически никак. Обошлись только формальным протоколом, и ни единого лишнего телодвижения. Возможно, у них внутренняя перегрузка… Но тогда почему меня не поставили в известность? Очевидно же, что меня намеренно пытались убить этой лавиной.

Я откинулась в кресле корабля. Не считают важным сообщать мне? Или что от меня можно так просто списать? Пока я была на Сильвере, никто не искал. Да, пусть я и была в отпуске, но… Никакого внутреннего расследования не проводилось.

Что ж…

Это раздражает.

Видимо, нужно напомнить некоторым, как я попала в Паутину. Паук никогда не становится ручным. Не меняет своих принципов. Любой забредший в его сети будет съеден. Даже если это другой Паук.

Ну а с Дамлином…

Я вернулась туда, где начинала. События 15 мая только немного прояснились. Это не просто очередное задание, где он должен был блиснуть, а что-то более серьезное. Что-то, связанное с Ковеном. Куча имен, данных, событий…

И никакого продвижения дальше.

Никаких новых зацепок.

Всё как всегда.

Нужно что-то менять.

Я посмотрела на Ладмина, который заполнял данные на мониторы. Вообще, вводит их хозяин, но он и сам может их внести. Всё, что потребуется от меня, подгрузится автоматически внутри системы.

— Выбрал, какую программу «Страж» будешь проходить?

— Да… — Он на удивление живо кивнул. — Можно сразу две?

— Ты сможешь пройти две?

Это редкое явление. Рабов, прошедших программу «Страж», и так мало. С двумя квалификациями единицы.

— Да…

— Какие?

— Телохранитель и напарник.

Хм, выбрал самые сложные. Всё же он не поддается никакой логике. Отказался от мирной работы на Асмелиде и теперь выбирает практически непроходимые программы. Да, «Страж» — это часть этапа «искупления» для преступников. Шаг вперед на благо служению законопослушному обществу… Но как будто кто-то хочет, чтобы они искупляли свои грехи… Зачем? Никому это не нужно.

Да и сам материал программ зачастую невероятно сложен. Рабы же поголовно необученные либо имеют минимальное образование. Преступники, у которых есть мозги, умеют ими пользоваться и не попадаться. Вот и получается, что пройти даже одну средненькую программу «Стража» простому рабу становится нереально. Да и для обычного хозяина от этого никакой выгоды нет…

Они остаются рабами. Никакого освобождения. Никакого извлечения плазмы. Никакой смены статуса. Но… После прохождения программы «Страж» раб имеет квалификацию. Часть ограничений снимается. Появляются новые возможности. Пропускают туда, куда обычных рабов не пускают.

Мне нужно именно последнее. Если он остается, то ему нужна какая-нибудь пройденная программа… Она существенно снизит мою будущую мороку с документами, да и прикроет его ранг Х.

— Если сможешь экстерном пройти «телохранитель», то дам разрешение на вторую квалификацию «напарник».

Глаза Ладмина расширились. Не ожидал, что я разрешу? Я не ожидала, что он выберет сразу две. Но мой раб уже заполнил и отправил формы. Видимо, чтобы я не передумала. Мда… И зачем ему это? Мог бы на Асмелиде наслаждаться спокойной жизнью…

«Напарник» — самая сложная и редко проходимая программа. Попросту из-за того, что она дает рабу полномочия практически свободного человека с разрешения хозяина. «Телохранитель» пусть и непроста, но по прохождению будет легче. Если сможет ее пройти в кратчайшие сроки, то имеет смысл подать и на программу «Напарник».

— Вы… правда будете не против?

— Да. Но для начала мне нужна одна пройденная квалификация. Потом сколько угодно можешь проходить.

Пусть хоть десять пройдет, если будет время… Мне же достаточно одной для соблюдения формальности.

— Спасибо…

Я кивнула и отвернулась к датчикам панели управления. Вспыхнул сигнал бедствия. Очень кстати… Кто-то попал в беду. Я на такую мелочь редко обращаю внимания, но…

У меня появился план.

Я развернула свой корабль.

И в самом деле нужно что-то менять.

— Этот корабль дрейфует в космосе? — Ладмин вглядывался сквозь иллюминатор, не сразу поняв смысл моего маневра.

— Нет. Слишком дорогой лайнер, чтобы дрейфовать.

Занимательно…

Я резко развернула корабль, подлетая вне зоны видимости иллюминаторов в лайнере.

— Вы не можете… — До него дошло, что я делаю.

— Могу.

Мы практически подлетели к нему с задней стороны. Лайнер и в самом деле дорогой. Внешних следов повреждения нет. Хорошо…

— Возьми штурвал. Подлети поближе, — я кивнула Ладмину, передавая ему управление.

Это, конечно, против правил. Но я же не стану саму себя сдавать?

Вот на такие случаи и нужна программа «Страж».

Наверное, даже правильно, что он стремится пройти программу «Напарник». После нее я смогу передать штурвал, и это будет даже вполне законно.

— Что?.. Вы мне… — Он на автомате положил руки на пульт управления, но не торопился на что-либо давить. — Мне даете управление?

В том, что он справится с управлением, у меня не было никаких сомнений. Я слишком давно за ним наблюдаю…

— Да. Ты же хочешь пройти программу «напарник»? Считай, это демотест.

Я пошла переодеваться, ведь какой герой приходит без своего плаща?

Только в моем случае не плащ, а белоснежная форма с золотыми нашивками.

В целом, тоже сойдет.

Уже у выхода я обратилась к нему снова.

— Ладмин… Подлети и сделай принудительное построение межкорабельного пути, — Я не сомневалась, что он меня услышит. С его-то слухом… Он, наверное, отсюда и биение моего сердца слышит. — Потом посади корабль вслед за лайнером.

И он и в самом деле услышал. Межкорабельные пути присоединились, создавая трап к лайнеру. Я прошла внутрь. Если всё пойдет по моему плану, то дел на пару минут.

Только вот всё это навевает какое-то дежавю…

Хм… Дорогой лайнер. Пираты. Напуганные пассажиры. Что-то мне это напоминает… Я разве что геройствовать, как Дамлин, не могу себе позволить. Сил у меня не настолько много… Аккуратно я прошла через приоткрытую дверь на первом ярусе. Мужская фигура у противоположной стены что-то агрессивно говорила напуганному пассажиру. Пират? Секунда. Лазерный бэйстер не просто так всегда под рукой. Я прицелилась. И… Выстрел был бесшумным. Тот пират осел, оружие выпало из его рук. Пассажиры было хотели закричать, но я поднесла палец к губам и ободрительно улыбнулась, кивнув им. Эта стая высокоразвитых закивала мне в ответ… Пфф… Легче простого.

Я пошла дальше. Их не должно быть много. Корабля со своей подлетной зоны я не видела, значит, у них он тоже не большой. Группа до десяти человек, вероятнее всего, пять.

Это не заняло много времени. Высчитать их маршрут. Цель. Расположение. Так на третьем ярусе я тихо и незаметно избавилась от еще двоих. Остальные даже не поняли, что произошло. Их товарищей стало вдвое меньше за несколько минут.

Остался второй этаж. Там должны быть остальные.

Всё правильно. За следующим поворотом показались две тени.

Еще два пирата, заблудших в мои руки.

Но они тоже заметили меня. Один из недоносков выстрелил из бластера.

Бластер.

— Только дернись, и я всё тут разнесу, — ухмыльнулся он.

Потолок третьего яруса обвалился. Это была демонстрация? Он с мерзкой улыбкой выстрелил в пол. Ясно, и в самом деле просто тупая демонстрация. Передо мной расползлась дыра. Хм…

Почему бластер? Его не было в моих расчетах… Зачем брать на задание бластер? Они же хотели взять заложников.

Но всё это…

Он направил бластер в сторону пассажирского зала. Еще чуть-чуть, и нажмет на спуск. Но я была раньше. Один выстрел в гортань. И никакой бластер ему не помог. Кровь стала растекаться ручейком по полу, капая через дыру на первый этаж.

Последний пират стал пятиться назад, в сторону лестницы. Очень не вовремя раздался писк рации.

Рации?

— Док… Вы просчитались! Нас всех…

«Док»?

Опять?

Я выстрелила. Этот неудачник даже договорить не успел. Но надо признать… Эта моя маленькая шалость привела все мои расчеты в тупик. Особенно последние слова уже мертвого пирата.

А если…

Я перепрыгнула через дыру и подняла рацию.

— Док, значит? — спокойно произнесла я.

Да, пассажиры слышат. Они уже давно включили камеры на своих устройствах, снимая всё происходящее. И меня крупным планом. Всё идет как я спланировала… Кроме пары деталей, я взглянула на тела.

Эти недоноски не похожи на пиратов. С ними явно что-то не так. А бластер, рация, Док…

— А ты, блондиночка, представиться не хочешь? — раздался хриплый голос мне в ответ, полный нескрываемого ехидства.

Блондиночка?

Я перевела взгляд на камеру видеонаблюдения, которая качнулась в приветственном кивке. Значит, этот загадочный «Док» взломал систему корабля. А нужен ли ему вообще был лайнер? Заложники? Куш от выкупа?

Но этот тип задал вопрос, что ж…

Я отвечу.

— Мое кодовое имя Гарпия. Глава Борэя. И Док… Ты повторяешься.

Я бросила рацию за спину до того, как она взорвалась. Ожидаемо, взрыв прогремел прямо на замершую камеру, которая вдруг перестала кивать.

Это любопытно… Не только я решила повторить историю?

А раз так…

Сделаю всё в точности с оригиналом.

Я повернулась к повскакивающим с места зевакам, которые поняли, что их жизням ничего не угрожает, и натянула милую улыбку:

— Сохраняйте спокойствие. Как вы уже слышали, меня зовут Гарпия. Я глава элитного подразделения космических войск Борэя.

Я пересматривала запись с Дамлином тысячу раз. Знаю наизусть каждую фразу, каждую интонацию, которую он тогда произнёс…

И раз сработало тогда, сработает и сейчас.

— Пилоты мертвы, но они успели спасти ваши жизни. Благодаря им я получила сигнал о помощи. Вы очень отважные, раз не поддались панике и сохраняли спокойствие. Спасибо вам, без этого я бы не справилась.

Похвалила мертвых, оценила их бездействие, приуменьшила свои заслуги, вроде ничего не забыла в этой чуши… Будто в подтверждение раздались овации от овц, которые только и рады, что им навешали лапшу на уши. От их хлопков и оглохнуть можно…

Как мило…

— Теперь вы все в безопасности. Сохраняйте спокойствие и вернитесь на свои места. Я посажу лайнер в ближайшем космопорте.

Нужно только посадить лайнер. Я это и с закрытыми глазами могу сделать… Но нужно сделать видимость, будто я прикладываю колоссальные усилия. Особенно пока камеры этих простофиль направлены на меня.

— Зачем было лезть? — Финриксий Элри Нейин буквально буравил меня взглядом.

Я сидела на кресле напротив директора. Всё как в старые добрые… После посадки лайнера, разумеется, поднялся шум. Пассажиров эвакуировали. Я же дала пару комментариев и вернулась на исходный маршрут к Глэрии.

— Если не забыл, это вообще-то мой долг, — спокойно ответила я.

Ну еще дополнительная гарантия. И… Быть может, Дамлин это увидит. Я же повторила его речь практически слово в слово. Такие «невероятные» геройства разносятся со скоростью света, и в какой бы части галактики он ни был, должен когда-нибудь меня увидеть. Узнать свои же слова.

Если я не могу найти Дамлина.

Может, он сможет выйти на меня?

— Долг?.. — У директора даже глаз практически задергался.

Забавно.

— Корабль был захвачен. Подавал сигнал бедствия. Я как уполномоченный страж общественного порядка не могла не отреагировать…

Свою присягу я прекрасно помню, особенно когда ей очень удобно можно воспользоваться.

— Ты раскрыла свое лицо. Теперь все знают, как выглядит Гарпия.

Какая трагедия…

Ну да, по протоколу большинство специалистов ВУЦМО обязаны сохранять анонимность и не светить никакими личными данными. Бывают исключения, есть те, кто специально работает на публику… И всё же около 80 процентов остается в тени, скрывая свои данные. Но он всё равно что-то сильно волнуется. Хм…

— И?

— О подразделении «Борея» ходили легенды. Никто не должен знать лиц сотрудников ВУЦМО в лицо. Ты представляешь, какой это урон для репутации?!

Что-то тут не так. Да, маска анонимуса с загадочной Гарпии слетела, но репутация от спасения жизни бедных пассажиров никогда не поползет вниз. По моим данным, всё как раз наоборот — линии графиков летят ввысь. Некоторые сложности возникнуть могут… Но даже в Межгалактическом Совете есть способы сменить внешность. В конце концов, надену какую-нибудь маску.

— Ты о моей репутации беспокоишься или о том, что моя медийность подскочила до небес?

Он не то чтобы хоть когда-то был моим авторитетом. А после выпуска на его мнение можно забить большой и толстый… Кхм. Так что вся его напыщенная речь носит не более чем рекомендательный характер, которые я, разумеется, приму к сведению… И сделаю всё по-своему. Куда более занятно, что его почему-то эта ситуация так сильно беспокоит…

А он продолжал распыляться. Сколько же у него свободного времени…

Я пока вспоминала все детали произошедшего, давая ему возможность выговориться. Да, всё прошло успешно. Да, всё как я планировала, но в то же время… В этом нападении на лайнер многое было не так. То, как они действовали. Их оружие было… Не типичным для пиратов. Бластер? Серьезно? Когда они собирались брать заложников и требовать выкуп? Да и от этого маскарада с захватом быстро отошли, когда запахло жареным… Тогда зачем вообще было нападать на лайнер?

Они что-то проверяли?

Но зачем это пиратам…

А с чего я вообще взяла, что это пираты?

Элри наконец-то сделал паузу в своей броваде.

— Подпиши постановление о постановке раба на программу «Страж» по направлению «телохранитель». Ускоренное обучение, — я отправила ему файл, воспользовавшись моментом затишья.

— Что?.. Ты завела раба?

— Да.

— Ранг Х… — глаз у него всё-таки задергался. — Это шутка?

— Нет.

Он ознакомился с документами. И устало стал заполнять форму о зачислении Ладмина на программу «Страж».

— Наставникам разрешено применять наказания? Воздействовать на плазму? Физические наказания?

— Нет.

Что… Я же даже не раздумывая это ответила…

Директор, судя по всему, удивился не меньше меня, но вопросов задавать не стал. Вероятно, дошло, что это бесполезное занятие.

Из кабинета я вышла озадаченной. Опять Ладмин просто своим существованием ставит меня в тупик…

Он как раз подпирал стену, ожидая, когда я закончу встречу с директором. Увидев, что я вышла, сразу же приблизился ко мне.

— Госпожа?

Серьёзно… Зачем было тогда просить звать меня по имени?

— Что?

Ладмин медлил, словно не решаясь о чем-то сказать.

— Не отправляйте меня, пожалуйста, в казарму…

Он и об этом знает?

Я пока его туда даже не посылала. Но рабы сотрудников и кадетов обычно живут отдельно в казармах. Такой регламент. По необходимости можно, конечно, размещать в своих аппартаментах. Но в большинстве таких случаев их используют в постели…

— Я… могу спать на полу. В углу… Можно только… Недалеко от вас?

— Почему?

Если я позволю ему это, то все растрактуют положение Ладмина крайне однозначно. С другой стороны… Мне нет дела до этих «всех».

— Я… Извините, если это ваш приказ, я пойду. Мне не стоило спрашивать.

— Я еще ничего не приказала.

Он смущается? Из-за меня?

Что страннее… Вместо раздражения мне это будто… Нравится.

Абсурд, и только.

— Так ты ответишь или нет?

— Я… Боюсь нового… приступа. Мне с вами спокойнее. Их практически нет, когда вы рядом… Ну… Если речь не заходит о…

Он так и не назвал. Но мне и без слов было понятно.

— И почему тебе спокойнее со мной?

У него вверх скул заметно порозовел. Легкая краснота плавно переходила на кончики ушей. Невольно я стала слишком пристально рассматривать каждое движение его губ. Как он уводил взгляд в сторону. Нервно сглотнул…

— Я… Думаю, вы и сами понимаете… Или вы хотите, чтобы я произнёс вслух?

И в самом деле все сходится на его чувствах?

— Произнеси.

Ладмин окончательно покраснел.

Занимательно все же…

— Я… — он прикрыл глаза. — Я влюблен в вас.

Нелогично, конечно… Но честно.

Вообще такое и в самом деле должно меня раздражать. Обычно раздражает… Но с ним как всегда что-то идет не так…

— Ладно, можешь в моих аппартаментах… — вздохнула я, махнув рукой.

Вряд ли он доставит мне проблем. Да и как уже выяснилось… Его присутствие рядом не особо меня напрягает. Я уже хотела было уйти с коридора, как…

— Лана? — меня прервал окрик.

Я даже не обернулась. Вообще надеялась, что больше не услышу этот мерзкий голос.

— Ты тут? Как ты выжила? Ты… — Эрик побежал ко мне, беря меня за плечи. — Слышала, что случилось с Корнелией?

Эрик Вествирн… Может снести голову ему прямо тут?

— Не стоит ко мне прикасаться, — я брезгливо убрала его руки.

— Ты… Ты не понимаешь, что случилось? Они мертвы. Все мертвы. Их тела нашли под лавиной. Часть даже нельзя узнать по внешним чертам…

Жаль, что его эта участь миновала.

— Какой ужас, — сухо ответила я.

В целом, это было ожидаемо. Мне даже не интересно, как этот таракан выжил.

— Я… — Эрик взял меня за руку. — Я тяжело переношу их утрату. Рад, что ты пришла навестить меня.

Я… Что?! Что этот слабоумный несет?

— Пришла тебя навестить? — медленно переспросила я.

Мне же эта ересь не послышалась?

— Конечно, иначе почему ты здесь? Я понимаю, ты… — А он все продолжал нести этот бред, не выпуская моей руки. — Видимо, скучала… Я тоже думаю, что на Целелеи между нами пролетела искра…

Плевать. Я прикончу его прямо здесь. На камерах видно, что он первый ко мне подошел, сам несколько раз прикоснулся… Я расценила это как нападение. Моя рука уже потянулась к незаметному карману, в котором я носила лазерный бэйстер. Это будет один быстрый выстрел…

Краем глаза я уловила, как Ладмин начал движение, но…

Его опередили.

Кое-кто проходил рядом с нами в коридоре… И остановился.

— Парень, ты явно не в ее вкусе.

Ларне… Вовремя. Он хлопнул кадета по плечу и не спешил убирать руку, пока тот не выпустит мою ладонь.

Я заметила, как Ладмин вздрогнул и буквально застыл. Его странности, видимо, не закончатся…

— Коммандер Ларне… — Эрик же побледнел. — Прошу меня простить. Я… Мне пора идти.

Хм… А Ларне на удивление может быть полезен.

Особенно для тех, кого считает друзьями.

— О, стоит тебя оставить одну, тебе проходу не дают… — фыркнул он. — Давно не виделись… Ты надолго?

— Привет, — я даже улыбнулась. — Наверное, на месяц.

Потом дадут какое-нибудь задание, и я снова улечу. И если выживу, прилечу… И так, пока не найду Дамлина, или Мади не придумает что-нибудь более занимательное. Стабильный круговорот для ВУЦМО.

— Знаешь его? — Я кивнула в проход, за которым скрылся таракан.

— Эрик Вествирн. Довольно талантливый выпускник. Метит в твое подразделение…

Я скептично на него посмотрела.

— Не смотри так… У него все шансы. Особенно с влиянием его родителей.

Хм… Ларне лучше меня разбирается в новичках. Все же он не только коммандор, но и время от времени проводит интенсивы пилотирования. Многие профессионалы участвуют в обучении кадетов, чтобы заранее отобрать самородков.

В подразделение Борея набор не проводится. Новичков нет и быть не должно. Так что я такой благотворительностью не страдаю.

— Кто его родители? — все же решила спросить я.

Ларне же должен понимать, что этого сопляка в своем подразделении я видеть не желаю… Откуда у него шансы?

— Отец — адмирал Удроси. Мать входит в Межгалактический Совет.

— Удроси? — С этим стариком я, к сожалению, знакома.

Если это его сын, то у этого таракана шансы не просто есть… Он реально может попасть в мое подразделение. Даже будучи едва выпустившимся зеленым кадетом.

Почему тогда «Вествирн»? Носит фамилию матери?

— Ну… Поздравляю с пополнением в Бореи, — усмехнулся Ларне.

Я закатила глаза. Этого мне только не хватало.

— Не хочешь размяться? — вдруг предложил он. — Мы с Желином договорились встретиться в полигоне минут через двадцать. Я только к Элри зайду и догоню.

Вообще я за последние несколько дней нормально не тренировалась из-за последствий моих геройств… Действительно размяться было неплохой идеей. Так что я кивнула. Ларне махнул рукой и зашёл в кабинет директора. Я же двинулась в сторону моих аппартаментов. И только Ладмин так и остался стоять на месте.

Ну и что его так удивило?

— Чего ты застыл? — Кинула я ему через плечо, который неподвижно стоял все это время. — Идем.

Он вздрогнул, но все отмер и медленно пошел за мной. Странный…

В апартаментах я быстро переоделась в спортивную одежду. Ладмин так и стоял потерянный у порога, даже не взглянув на отведенные мне комнаты.

Хм…

— Пойдешь? — я подошла к нему.

— Хотите, чтобы я пошёл с вами? — он наконец-то посмотрел на меня.

— Да. С ними скучно.

Ладмин же может действительно заставить попотеть. На Сильвере времени не хватало с ним позаниматься, все же я больше времени проводила с Мади… Но в прошлый раз и в самом деле было неплохо, пусть у меня и не получилось победить.

На потуги же Желина и Ларне даже смотреть скучно. Но через них можно избавится от одного назойливого таракана…

Полигоном назывался закрытый плац для тренировок. Во время экзаменов и занятий технологии могли воссоздавать необходимую среду. Но большую часть времени это были ринги и куча тренажеров для спорта. Ладмин снова решил застыть в дверях…

— Корнелия? — Желин сразу же подскочил ко мне, едва я зашла. — А я думал, Ларне пошутил…

Тот еще прилипала. Ларне тоже был тут. Он, как обычно.

После исчезновения Дамлина мы не виделись, но… Когда я поступила в ВУЦМО, у них что-то переклинило, и они решили, что мы друзья. Наверное, так их мозг объяснил ту встречу на Асмелиде. Что ж…

Иногда эта «дружба» может быть полезной, а иногда крайне раздражающей… Я перевела взгляд на Желина.

— Привет, — сухо поприветствовала его и, не медля, залезла в ринг.

— Ты прям так сразу, без разминки? — хмыкнул Ларне.

— Да.

Разумеется, Желин пошел следом. И вот мы трое на одном ринге. Я щелкнула шеей и махнула рукой, чтобы нападали. Ларне не спешил, обходя по кругу, а прилипала даже и вовсе все еще витал в облаках.

— Может, мы сходим… — Я с ноги разбила ему нос, не давая закончить. Залечит в медикопаке. Даже смысла отвечать не вижу. И так ясно, что никуда я с ним не пойду.

Подключился Ларне, думая, что я занята Желином, который пытался пальцами остановить кровь. Желание говорить у него временно отпало.

— Ты сразу лютуешь… — он только и успел улыбнуться…

А потом я перекинула его с прогиба.

— Как вы достигли такого уровня, мастер? — фыркнул он с пола.

Желин тем временем отдышался и даже попытался нанести несколько ударов… Но все медленно. Слишком медленно. Я могла бы увернуться от них и с закрытыми глазами.

— О… Ты раба завела, — его взгляд остановился на Ладмине. — А чего он там стоит? А давай на твоем рабе отработаем удар… — я кулаком врезала ему по челюсти. Раздался хруст. Вышло немного сильнее, чем я рассчитывала…

— Чесо тсшы тсшак сжлишьсшя?.. — прошипелявил Желин, придерживая свой подбородок.

— Он мой.

— Иди к медикопаку, а то у тебя сейчас лицо раздуется, — похлопал его по плечу Ларне.

Желин хлюпнул окровавленным носом и пошел в соседнюю комнату. В ВУЦМО крайне предусмотрительно установили отделение с медикопаками рядом с полигоном, ведь травмы на тренировках — обычное дело. Вообще Желин-то знает толк развлечений с рабами. Но Ладмин мой. Я не дам этому прилипале к нему прикоснуться.

Кстати о нем…

— Ладмин, иди сюда. И лапы возьми.

Он опять вздрогнул. Да что с ним такое? Я же его даже еще не била…

— Вы хотите медленно или быстро? — Ладмин все же подошел ко мне.

— Быстро и без промедлений.

Ладмин кивнул и выставил лапы. Вот это был уже другой уровень… Спарринг с Желином и Ларне был просто песочницей. За Ладмином я вообще не могла успеть. Для него мое «быстро» — явно детский сад. Он мог бы и быстрее. Намного быстрее… Но подстраивался под мой ритм, не говоря ни слова.

Желин тем временем вернулся, подлатав себя, и они начали заниматься вместе с Ларне. Время от времени до меня доносились обрывки их разговора:

— Эрик к ней клеился прямо в коридоре… Вот и пар выплескивает.

— Кто?

— Эрик Вествирн.

— Ты как всегда шутишь?

— Зачем мне так шутить? Это даже не особо смешно…

Мне и говорить ничего не надо. Ларне сам все разболтал. Прекрасно.

То, что надо.

— Еще раз. Он. Что делал?..

— Говорю же, клеился к ней… Хочет в подразделение «Борея».

— И ты его возьмешь? — Желин остановился прямо посреди спарринга с Ларне.

Я вздохнула, прерывая серию ударов.

— Не знаю… Еще не решила.

Конечно, нет. Только если его папочка лично будет просить за сыночка. Но Желину надо дать понять, что мысль об этом я допускаю и… Три. Два. Один.

— Я предложу ему место у меня. «Молот» не сильно уступает «Борее».

Это было легко.

— Знаешь… Буду благодарна… — кивнула я, даже улыбнувшись. — Не хочется проблем с его отцом. Ты же знаешь, чем мое подразделение занимается?

Желин знал. По крайней мере частично. И воодушевившись этим, быстро свалил, напрочь забыв про Ларне. Надеюсь, все же Эрик перейдет к нему. Его подразделение и в самом деле довольно популярно. Я отработала еще несколько приемов с Ладмином, пока не решила, что достаточно.

— На сегодня хватит, — выдохнула я. — Молодец…

Хвалить же надо?

— Спасибо… — немного смущенно пробормотал он.

Ларне же все это время для чего-то расставлял реквизит по местам, не торопясь уходить. Он тянет время? Зачем?

Увидев, что я закончила, он окликнул меня:

— Корнелия?

Я обернулась.

— Можем поговорить наедине?

Любопытно… С чего бы это вдруг?

— Ладмин, до апартаментов сам дойдешь?

Он кивнул. Не думаю, что по пути ему приспичит что-то выкинуть.

— Держи, — я кинула ему пропускную карточку.

Ладмин ее поймал. И почему-то посмотрел на Ларне. Даже не посмотрел, а вглядывался. Целых 12 секунд.

Я пощелкала пальцами.

— Иди.

Он вздрогнул.

— Извините… — и наконец-то удалился.

Ларне наблюдал за всем этим, приподняв брови, даже не пытаясь скрыть свое удивление.

— И ты даже его не избила? — ошарашенно пробормотал он.

— Зачем мне его избивать?

— А Желина же тогда зачем? Бедняга едва смог на своих двух уползти до медикопака…

Я закатила глаза. Желина не жалко. И Желин не Ладмин. Какой смысл их вообще сравнивать?

— Вообще не ожидал, что ты заведешь раба… — вдруг сказал он.

И что тут удивительного?

— У Желина их два. И еще больше на родине.

— Так это Желин.

— Ты об этом хотел поговорить?

Если да, то я не вижу в этом смысла.

— Нет… — Ларне же вдруг стал серьезным. — Пойдем ко мне.

Ларне и серьезный…

Еще интереснее.

Никогда не заходила к нему в апартаменты. Они, как выяснилось, не особо отличались от моих, разве что базовый интерьер Ларне поменял свой.

И, судя по всему, этот разговор не просто пустяк…

Как ни странно, Ларне не так сильно меня раздражал. Туповат… Постоянно лыбится и по-идиотски шутит… Но терпимо. А ещё лучший друг Дамлина. Был, по крайней мере.

Пока он собирался с мыслями, я достала из кармана свой любимый блокнот. Судя по всему, это «поговорить» растянется на непонятное количество времени. Ларне же и не спешил начинать. Так что я, как всегда, стала рисовать Дамлина…

— Корнелия, ты же с Асмелиды?

И к чему этот вопрос?

— Да.

— Поступила в ВУЦМО в восемнадцать?

— Да.

Он решил допрос устроить?

— На втором курсе я был помощником инструктора и вёл у тебя практику по пилотированию?

— Да.

— Но мы с тобой встречались до твоего поступления в ВУЦМО?

Любопытно…

Все эти его вопросы, если так подумать, указывают на кое-что очевидное: он в чём-то сомневается.

— Да.

Ларне замолчал, явно пытаясь подобрать слова для следующего вопроса.

— Слушай… Ты же знаешь программу Забвения?

Вот оно в чём дело…

Я оторвалась от рисования, поднимая на него взгляд. Хм, из его уст это звучит чужеродно. И что он ожидает от меня услышать?

— Корнелия, ответь, пожалуйста…

— Зачем тебе это? — спросила я.

— Мне кажется, я мог кого-то забыть.

Да ладно…

Интересно, кого?

— И? — что его мимолетное озарение меняет? Ничего. — Ну забыл ты кого-то, и что сделаешь? Этого человека уже не существует.

— Я… — Ларне запнулся. — Просто так не могу. Мне кажется, этот кто-то был для меня важен.

И кто ему открыл доступ к программе Забвения?

Паутина решила и его завербовать?

— А у тебя никогда не было ощущения, что мы кого-то забыли?

Мы…

— Что?

С чего он взял, что «мы»?

— Я как узнал о программе, не могу выкинуть это из головы. Сначала я подумал, как бы было стрёмно о ком-то забыть… О ком-то важном… Насколько это вообще ужасно для забытого человека… А потом… Я перебираю все свои воспоминания и нахожу… Несоответствия.

Ларне, Ларне… Он оказывается умнее, чем я думала. Видимо, всё-таки не тупой… Большинству проще убедить себя в том, что это с тобой что-то не так. Никаких проблем. Всё так, как должно быть. А отголоски разума — просто странность, ведь окружив себя ложью, рано или поздно она становится единственной существующей истинной.

Забвение стирает поверхностные воспоминания о человеке. Но человеческое сознание многогранно. В тени самости кроется память. Та, которая вечно живёт внутри. Одно неловкое движение для призрака. Мелкие несоответствия в настоящем. Фраза, обращённая в пустоту… Всё это можно сложить в единый пазл и понять, что некоторые кусочки отсутствуют.

И Ларне сделал именно это.

— Какие? — всё же спросила я.

— Ты.

— Я?

— Мы с тобой встречались на Асмелиде. Ты подтвердила, я это не придумал. Там была ты. Я. Желин. И ты была кому-то рада. Но ты бы точно не была рада мне. И уже тем более Желину. И зачем нам вообще посещать Асмелиду? Почему мы с тобой познакомились?

А я и в самом деле его недооценила. Догадался практически до всего сам. Вообще, я не посылала Ларне только из-за Дамлина. Всё же когда-то он был его другом…

— И?

— Я думаю, тогда с нами был кто-то ещё. Я прокручиваю годы обучения…

— С чего ты взял, что я помню, если сработала программа Забвения?

И в самом деле похвально, что он сам догадался. Только сейчас ему не стоит в это лезть. Вряд ли он «случайно» наткнулся на материалы о Забвении. А если он так активно начнёт копать, то явно привлечёт внимание.

Зная Ларне, он точно не захочет в Паутину.

Но будет ли у него выбор?

Оказаться в Паутине имеет высокую цену.

Но это если его и в самом деле вербуют…

Надо будет проверить.

— Я же вёл у тебя пилотирование. Видел, что ты всегда рисовала у себя на полях… Да ты даже сейчас рисуешь… — он изловчился и выхватил блокнот из моих рук.

Я его прикончу раньше, чем Паутина. Но Ларне невозмутимо листал страницу за страницей. Там были разные рисунки, но на всех них был Дамлин. В анфас, в профиль, по пояс, в полный рост, сидящий, стоящий, за штурвалом корабля…

— Верни сейчас же, — сжав зубы потребовала я.

— Кто это? — он всё листал и листал.

— Тебя это не касается.

— Похож на твоего раба… Ладмин, верно? Ты поэтому решила его в своих апартаментах держать? Так вот кто в твоём вкусе…

Я встала, подходя к нему вплотную.

— Ларне, я не шучу. Верни.

Он всё же протянул мне блокнот обратно. Я моментально выхватила его.

— Да у тебя фляга свистит похлеще моей… — присвистнул Ларне.

На этом разговор закончен.

Я ушла, хлопнув дверью.

Я раздраженно уселась на диван. Ларне выбесил. Может, не вмешиваться и оставить его наедине с Паутиной?

Ладмин молча опустился на колени. Я от злости даже не сразу заметила, что он рядом, но моя рука сама потянулась к его волосам, поглаживая. Вроде у него ничего не случилось… Почему он-то выглядит таким… потерянным?

Я же ничего ему не делала…

Может, масштаб ВУЦМО поражает?

Или ему тут непривычно, ведь он преступник с рангом Х?

— Можно я… кое-что сделаю? — практически прошептал Ладмин.

Любопытно…

— Сделай.

Он нерешительно приблизился еще ближе и… Положил голову мне на колени. Она была тяжелая… И приятно теплой.

— Я правда… правда тебя люблю, — тихо проговорил Ладмин с закрытыми глазами. — Из-за этого никогда не смогу причинить вред. Или предать. Можешь не сомневаться в этом.

Хм… В этом и в самом деле что-то есть. Он похож на котенка. Вполне себе ручного. Только чересчур большого…

Интересно, а на что хватит его любви?

— Убьёшь себя, если я скажу?

— Да, — Ладмин ответил, даже не задумываясь.

Нет… Это слишком лёгкое. Ладмин… Ценит жизнь.

А если спросить так?

— Убьешь того, на кого я покажу?

Он затаил дыхание.

— Если…

— Без «если»…

С «если» можно всё. Ладмин не спешил с ответом, обдумывая всё всерьёз…

— Да… — прошептал он.

— Ребенка, старика?

Ладмин не ответил вслух. Но он закрыл глаза и медленно кивнул. Реально?

Плазма же не даст ему солгать…

Ничего себе.

— А что еще?

— Всё.

— Всё?.. — задумчиво повторила я.

— Я не позволю никому вам навредить. Сделаю всё, о чём вы попросите, только…

Мне это определённо нравится. Но это «только»… Разумеется, у всего будет цена.

— Только что?

— Позвольте быть рядом… Это всё, что мне нужно. Просто быть рядом с вами.

Хм… Я же и так не собиралась его никуда девать. Он теперь даже в моих аппартаментах живет. Мог бы себе попробовать что-нибудь выторговать. Странный он всё-таки…

— А мне сегодня сказали, что это у меня крыша едет…

Месяц прошел довольно быстро… Пришлось снова погрязнуть в отчетах за спасение лайнера. Вдобавок к этому пресса приставала всё чаще и чаще. Видео со мной не сбавляло обороты и уже которую неделю было одним из самых популярных. Появились аккаунты от фанатов. Мне от ВУЦМО приставили менеджера, который вел уже мои «личные» социальные сети. А стоило выйти на улицу, как вокруг меня сразу же собиралась толпа.

Это всё… Раздражало. Интересно, а что испытывал тогда Дамлин?

Ладмин так и жил со мной в просторных аппартаментах. Всё же в корпусе ВУЦМО для высших рангов дают элитное жилье. Так что я выделила ему гостиную с диваном. Он проблем не создавал. Исправно ходил на все занятия. Я отслеживала через внутреннюю платформу его прогресс в личном кабинете… Ладмин справлялся с программой без единого промаха. Все тесты на максимальный балл.

К тому же я заметила, что… Он как будто… Перестал дергаться. Может, окончательно привык… Настолько, что всё чаще заводил какой-нибудь нейтральный разговор… Даже пару раз сам предлагал пойти потренироваться… Странно. Но я не пресекала всё это.

Срывов, о которых он переживал, больше не было. Может, это на него так атмосфера на Сильвере повлияла? Или именно та формулировка слов? В любом случае я не видела смысла его лишний раз триггерить.

С Ладмином я начинаю понимать многое нелогичное. К примеру, почему люди любят заводить живность. Вроде ничего суперполезного и не делает, но что-то в этом есть. Просто в самом присутвии. Да и когда совсем нечего делать, и погладить можно, и приручить… У меня даже пару раз было желание затащить его в свою постель, как на Асмелиде. Всего один приказ. Но меня останавливала полная нелогичность этого. Я ведь даже не нашла доводов «зачем».

Сегодня день обещал быть таким же скучным, но я проснулась от уведомления. Такого даже в моих расчетах не было… Жучки с «Жерстрика» изменили свою локацию… Разумеется, я их не трогала. Ха… Эти рабы вышли из спячки?

Я отправила скан этих данных в Паутину. Ответ пришел через несколько минут. Выходит, дело с этими имбицилами перевели на особый уровень?

И не сказали мне.

Мило…

Следующее сообщение пришло уже мне лично. Приглашение на встречу. Через тридцать минут. От того, с кем пересекаться мне не хотелось… Но от прямого приглашения отказаться я не могла. Раздражает.

Ладмин уже ушел на занятия. Я же быстро собралась и вышла. Времени на большее всё равно не хватит.

В ресторане никого кроме них не было. Адмирал Удроси и гранд-адмирал Лиридзе. У этих двоих в руках все космические войска. И речь не только о флоте. Какой прекрасный завтрак. Видимо, завтрак изначально был рассчитан на них двоих… Но после новых данных, видимо, решили и меня пригласить. А тридцать минут… Так, для соблюдения приличий.

— Истинная власть у тех, кто держит армию. Что сделают эти советники, если в один день я просто прикажу своим людям их перебить?.. — до меня донеслись слова Лиридзе. Какая же прелестная у них тема разговора за завтраком. Увидев меня, он кивнул на пустой стул, даже не поздоровавшись.

Что ж… Я тоже не спешила с приветствиями.

— Зачем влезла в нападение на лайнер?

— Не боишься такого повышенного интереса к твоей персоне? — поддержал его Адмирал Удроси.

Вот прям так сразу?

Мы вроде тут все Пауки, а они разговаривают со мной как с нашкодившей девчонкой. Раздражает.

— Я считаю, что это был не просто пиратский разбой, — спокойно проговорила я. — Личность нападавших установили?

Они переглянулись.

Значит, я попала в цель.

— Я думаю, они не пираты. Предполагаю, что это наши старые знакомые… Беглые рабы.

Я долго думала об этом. И единственные, кто мог напасть, кроме пиратов, таким образом… Те имбицилы. Осталось понять, кто такой Док. Что ж… Я свою гипотезу произнесла. Теперь мячик у моих чудесных собеседников.

— На телах нападавших найдены частицы Шалинс, — помедлив, все же произнес гранд-адмирал Лиридзе. — Мы посылали дроны, и, судя по всему, там возобновилась чья-то активность. Мы собираем экспедиционную группу. Ты в нее войдешь.

Как будто я могу сказать «нет»…

— И кто будет под моим руководством?

— Войдешь, а не возглавишь.

Занимательно.

И это меня должно задеть?

— И кто возглавит? — равнодушно спросила я.

— Мой сын, — коротко ответил Удроси.

Пфф… Он так хочет, чтобы его сын сдох?

— Полагаю, у него хватит опыта возглавить узконаправленную экспедицию?

Видимо, это «наказание» за лайнер. Только на что эти два старика рассчитывают?

Истерики я не устраиваю. От миссии, ясное дело, не откажусь…

— Я с детства его воспитывал как капитана. Ты сомневаешься в моей квалификации?

И как это в его голове взаимосвязано?

Старческий маразм крепчает?

— Опыт, а не квалификация, — парировала я.

М… У него аж ладошки сжались в кулачки от негодования. Он начинает злиться. Прекрасно.

— Корнелия, ты уверена, что хочешь продолжать разговор в таком тоне? — с напыщенным снисхождением спросил Удроси.

— Я лишь предупреждаю, что если не возглавляю группу, то ответственность несу сама за себя, — невозмутимо ответила я.

— Корнелия…

— Это от тебя и требуется, — опередил его гранд-адмирал.

— Какие-нибудь дополнительные задания будут? — как ни в чем не бывало спросила я.

— Есть предположение, что там могут быть важные базы данных, — сквозь зубы проговорил Удроси. — По возможности скопируй их. Если не получится, уничтожь.

— И еще кое-что… — Лиридзе наклонился ко мне. — На Шалинс никто из врагов не должен выжить. Никаких допросов. Никаких контактов. Огонь на поражение.

— Принято.

Дамлин

Может, я уже умер, и всё происходящее — последний бред моего разума?

Иного объяснения всему этому я не вижу.

Целелеа, Сильвера, Глэрия…

Калейдоскоп, из которого я ничего не понял.

Вообще.

Но чего в моей голове никак не может уложиться…

Так это как Корнелия вообще стала Гарпией?!

Впрочем, я уже и не пытаюсь ничего понять.

Вести корабль? Ладно… Ходить с ней по отделу экстренной службы спасения? Ладно… Не мешать? Ладно… Подождать её в пункте временного размещения? Ладно…

В ступор я впал, когда до меня донеслись слова сквозь толщу стен. Смазанный от технических помех, но голос Корнелии различим. Они просматривали записи с камер. Видео свидетелей. Восстанавливали хронологию событий…

И это…

Было совсем как тогда.

Пираты. «Док». И слова…

Может, у меня начались голосовые галлюцинации?

Это же…

Очень похоже на то, что сказал я.

Когда-то давно…

Но это же мои слова…

Как это может быть возможно?!

Двери автоматически распахнулись.

— Идем, — кивнула Корнелия не глядя и пошла. — Мы улетаем.

Разумеется, я двинулся следом.

Но её слова… Мои слова… Эти несколько фраз…

Они никак не выходили из головы.

Я бы подумал, что совпадение…

Может, подсознательно вырвалось…

Но опять этот «Док»?

Опять нападение на лайнер?

Что за чертовщина происходит…

Слишком много событий за сутки.

Корнелия занялась своими делами, а стоило мне вернуться в каюту корабля, я не заметил, как уснул. Веки стали тяжелыми. И вот я снова на Сильвере. Этот мир как хрустальная сказка. Настоящая жемчужина среди миров. И я опять стою на этой сияющей улице.

Корнелия рядом. Всё выглядит как простая прогулка. Я. Она. Простой разговор… И.

Алая вспышка перед глазами в миг разрушает идиллию.

Одна фраза.

И кошмар ожил наяву.

Я взглянул на свои руки. Они снова в крови. Она еще теплая. Масляная. Настолько реальная, что будто еще пульсирует. Ей нет конца. Она не просто на моих руках… Кровь всюду. Везде. Я весь покрыт ей.

Рык изнутри заставил содрогнуться.

Нет… Не сейчас.

Зверь приоткрыл глаза.

Он хочет еще.

Кровь ему понравилась.

— Прибыли. Подъем, — раздалось над ухом.

Я вздрогнул и распахнул глаза. Корнелия стояла надо мной. Уже в белоснежной форме, полностью готовая к выходу.

Я проспал?

Да…

Точно…

Я на корабле.

На Сильвере всё обошлось.

— Мы… — я не смог сдержать легкую дрожь в голосе. — Мы уже в ВУЦМО?

— Да, в ангаре. Идем.

Каждый день подкидывал новые и новые сюрпризы. Этот не стал исключением. Стоило переступить порог ВУЦМО, как я услышал их. Мне казалось, что наши пути окончательно разошлись и больше никогда не пересекутся. Но их голоса я узнал сразу. Ларне. Желин. Преподаватели. Те, кто когда-то со мной учился…

Корнелия уверенно шла по коридорам. Она явно была тут не в первый раз.

— Подожди здесь.

Я кивнул и отошёл к стене. Ясное дело, что после такой шумихи нужно будет к Финриксий Элри Нейин. Их разговор не особо содержательный. Больше похоже на формальность.

Разве что…

Корнелия его вообще ни во что не ставила.

И он так просто допустил меня к ускоренной программе «стража»?

Стоит ли мне вообще хоть чему-нибудь удивляться?

Я перевёл взгляд на руку. После сна на ней будто до сих пор чувствовала кровь. И это всё?

На ВУЦМО рабов обычно селят отдельно от господ. Проще за всеми следить. Не мешают свободным. Если нужны хозяину — плазма об этом быстро даст понять. А хозяева здесь люди занятые, персонал в ВУЦМО имеется, а в рабах не всегда есть необходимость.

Но в казарме…

Я там не смогу.

Я не хочу снова всё повторять.

С Корнелией почему-то срывов практически нет. Только тот на Сильвере, и то она что-то сделала. Смогла меня остановить. И не только меня…

Это из-за связи истинной пары?

Или плазма всё-таки окончательно расплавила мои мозги?

Корнелия вышла из кабинета.

Я… Какой же я жалкий.

Но… Может… Если я просто спрошу, она меня хотя бы выслушает?

— Не отправляйте меня, пожалуйста, в казарму…

Почему каждая моя фраза звучит как бред?

— …Мне с вами спокойнее. Их практически нет, когда вы рядом… Ну… Если речь не заходит о…

Я бы уже сам себя послал. И нажал на все кнопки в меню от плазмы.

Хоть перестану мямлить, как школьник.

— Почему?

Ну да…

А что еще она могла спросить?

«Логично», как любит говорить Корнелия.

— Я… Думаю, вы и сами понимаете… Или вы хотите, чтобы я произнёс вслух?

Не заставляй меня…

Пожалуйста.

— Произнеси.

Черт…

Она не может не знать.

Хочет посмеяться?

Унизить меня?

Впрочем, я закрыл глаза, за десять лет я к этому привык:

— Я… Я влюблен в вас.

А когда-то строил воздушные замки о своей встрече с истинной парой. Насколько волшебным будет этот миг. Как я подберу момент, чтобы признаться…

Но у судьбы на меня явно другие планы.

— Ладно, можешь в моих апартаментах…

Я её не понимаю.

И в самом деле хотела просто услышать вслух о моих чувствах?

Эрик возник на горизонте внезапно. Да, он говорил, что учится тут. Но пересекаться с ним не хотелось. Тем более после того, что он сделал. Надо дать должное, Корнелия неплохо держалась, но этот тип явно не знает о понятии границ.

И я уже было сделал шаг, чтобы вмешаться, как… Замер, просто не в силах пошевелиться.

Я слышал голос. Я слышал шаги.

Но я не видел его столько лет.

Это… Ларне.

И в самом деле Ларне.

Он так изменился.

Возмужал. Появились первые морщины.

Но глаза остались такими же.

Я застыл как истукан, не в силах просто отвести взгляд. Даже не мог разобрать слов из их разговора. Сердце билось в груди так, что буквально оглушало. Мысли так и вертелись в голове…

Они знакомы?

Конечно, они знакомы.

Но…

Корнелия теперь дружит с Ларне?

Все дальнейшее происходило как в трансе. Будто мне снова вкололи смириаду. Тренировка прошла как в тумане. И только в апартаментах Корнелии наступила абсолютная тишина. Видимо, здесь внутренняя звукоизоляция. Прекрасно…

Отсутствие внешнего шума отрезвляло.

Я сегодня признался прямо Корнелии в чувствах. И она не послала. Можно ли считать это успехом? Ларне и Желин живы. Здоровы. А я сплю не в казарме. Наверное, всё же это хороший день.

Жить в мире, в котором меня больше нет, довольно… Необычно. Я их знаю. Их прошлое. Их переживания. Их откровения. Я даже не призрак… Призраки оставляют следы. Я просто никто.

В целом, я знал, чего ожидать от обучения. С пройденными курсами ВУЦМО эта программа «телохранителя» довольно проста. Лекции о нормах поведения, теория боя, оказания первой медицинской помощи, анатомия защиты… Практикумы, чтобы запомнить свое положение — пусть я и становлюсь телохранителем, но всё ещё раб. И, разумеется, тренировки. Дважды в день. С моей генетикой это было легко. Но для новичков такой экспресс-курс практически нереален для прохождения. Я же не пытался никак выделяться. Сдавал всё на высшие баллы, и всё. Не хотелось создавать проблем Корнелии… Да и завершив программу, уже будто не такое ничтожество.

Да и Корнелия… Будто определила меня на ступеньку фаворита. По непонятным причинам никогда не ставит меня на место. Позволяет создавать иллюзию общения… Наблюдает, как за интересным зверьком… Наверное, ее забавляет, что «зверек» в нее влюблен и готов на задние лапки встать, лишь бы она его не оставляла.

Но могу ли я вообще на это жаловаться?

Конечно нет…

Я должен быть благодарен за саму возможность находиться здесь. Знать, что с ними всё хорошо. Тем более рядом с моей истинной парой…

Подумать только… Это и в самом деле Корнелия.

Может и к лучшему, что она меня не помнит…

Кажется, всё вернулось в довольно привычное русло, и я как-то расслабился. Но ключевое слово «кажется». В этот день, возвращаясь с последнего экзамена, я услышал один разговор. Он был далеко от меня. Совсем в другой части здания. И я бы не обратил внимания, если бы незнакомый голос.

— Твои люди всерьёз вербуют Ларне? Зачем?

Желин. Я долго думал, стоит ли попробовать к ним подойти. Попытаться заговорить…

Но это с самого начала плохая идея. Никто меня не помнит. Для них я просто раб. Сказать о прошлом не смогу из-за Забвения. А эта жалкая попытка только доставит проблем Корнелии, чего бы мне совсем не хотелось.

— Он командор. У него растёт влияние в ВУЦМО.

Это был голос, искаженный связью, но не узнать его было сложно. Моерзе…

Тогда… Он был в этом замешан?

Я думал, 10 лет назад мне померещилось…

Но…

Желин и в самом деле связался с Паутиной?

— Ларне не согласится. Брось эту затею.

— Ты это мне? — холодно спросил Моерзе.

— Да. Он уже начинает копать под меня, — раздраженно ответил он, едва сдерживая голос.

— Так не вызывай подозрения.

— Если он продолжит, это может разрушить мою репутацию.

— Это не твоего ума дела.

О чем они?

Я опять чувствую себя идиотом, который ничего не понимает.

— После всего, что я сделал для Паутины, ты считаешь, что это «НЕ МОЕГО УМА»?

— Именно так я и сказал.

Голос стих. Помехи связи исчезли. Видимо, Моерзе закончил разговор, разорвав соединение.

— Нет. Да ты в край охерел! — он бросил лейрион.

Глухой удар.

Что-то разлетелось на осколки.

Тогда… Многое встаёт на свои места.

Но что я могу сейчас сделать?

Ничего.

Я просто раб. А Дамлина… Все забыли.

Что было, то прошло…

Наверное, стоит всё это отпустить и пытаться жить дальше.

По крайней мере, это единственное, на что я сейчас способен. Я уже хотел было пойти, как услышал его шаги по направлению к… апартаментам Ларне?

Мне могло показаться?

Черт… Я понимал, что нарушаю правила. Мне следовало бы пойти в апартаменты. Но я просто не мог…

Я не успею его просто перехватить. Он находится слишком далеко от меня.

Да и как я с плазмой его перехвачу?!

Желин нажал на звонок.

Дверь открылась.

— Привет.

— Привет… Выглядишь не очень… — хмыкнул Ларне. — Бурная ночь?

— У меня проблема… — выдохнул Желин, переводя дыхание.

— Что-то серьёзное? — у него мгновенно голос стал собранным. Не осталось и толики былой улыбки.

— Да… Ты можешь сходить со мной?

Нет. Не иди, Ларне!

Но он, разумеется, согласился.

Конечно, они же дружат больше десяти лет. Наверняка были не на одной операции вместе. Прикрывали друг друга. Ясное дело, что Ларне ему доверяет.

Я побежал.

Только как бы быстр я ни был, они уже вышли из основного корпуса ВУЦМО, идя по аллее к ангарам. Там корабли, куча камер… А вот за ним есть заброшенная стройка. Туда вряд ли успели провести систему безопасности ВУЦМО.

Я свернул на повороте, решив срезать.

Что бы ни задумал Желин, его нужно остановить.

До меня доносились обрывки из их разговора:

— Так ты мне расскажешь, что за проблема?

— Не здесь… Я боюсь нас могут услышать. Тут жучки повсюду…

— Настолько серьёзная проблема? Я думал, тебя в очередной раз отшила Корнелия…

— Не в этот раз…

Я продолжал бежать.

Плазма начала жечь.

Плевать…

Я только ускорился.

Он его увёл за ангар с кораблями сотрудников. Здесь были недостроенные здания. Когда-то планировалось расширение зоны ангара, но корабли стали мобильнее, меньше, и необходимость отпала. А зона так и осталась в собственности ВУЦМО…

— И мы в глуши, — фыркнул Ларне, оглядываясь. — На заброшке. И вокруг никого.

Черт. Черт. Черт.

Я не успеваю.

— Нам не нужны лишние глаза.

— Ну и что за проблема?

— Ты, — тихо ответил Желин.

Я уже видел их фигуры. Оставалось совсем немного… Ещё чуть-чуть и… Он выстрелил. Без предупреждения. Без последних слов. Без злорадства… Просто достал бэйстер и бесшумно выстрелил лазером.

НЕТ…

— Же… Желин… — Ларне не успел ничего сделать. Он ошарашенно смотрел, как на его белоснежной форме расплывается красное пятно.

Тот, ничего не говоря, выстрелил ещё раз. Совсем рядом с первым попаданием. Ларне попятился, зажимая живот. Кровь сочилась из-под его пальцев. Он медленно шел назад, не видя, что там был разрытый котлован.

Желин вновь прицелился. Но в его выстреле не было нужды. Ларне сделал еще один шажок и… Не нашел опоры и полетел вниз.

Я рванул вперед, отталкивая Желина.

— Успел… — выдохнул я, хватая его за руку.

Ларне уставился на меня, распахнув глаза.

— Не отпускай… — прошептал он. — Пожалуйста… Не отпускай…

— Не отпущу.

Я хотел его вытащить. Я бы легко смог его поднять, но…

Мне не хватило чуть-чуть. Совсем немного. Какой-то секунды… Плазма включилась на полную мощность. Конечно, я же напал на Желина. В глазах системы все выглядит очень однозначно: раб напал на свободного.

Перед глазами все застилало от боли. Жгло так, будто меня облили раскаленным маслом.

Гадство…

Встать не получится.

Но руку я не разожму.

Ни за что.

Пускай сжигает все внутри.

— Ты мерзкий выродок… — Желин поднялся, неспешно отряхиваясь. Он не спешил поднимать лазерный бэйстер. Наоборот, залез в карман, доставая пробирку. До меня донесся едкий аромат. Желин вообще рехнулся?!

Это хириа?!

Я и пошевелиться не могу. Он же сейчас это использует.

Надо что-то сделать… Хоть что-нибудь…

Просыпайся, монстр.

Давай…

Хотя бы сейчас.

Ну же…

Хоть раз сделай это, когда мне нужно…

Пожалуйста…

Умру я, умрешь и ты.

Изнутри раздался раздраженный рык. А потом… Огонь потек по венам, застилая боль от плазмы. Руки вновь обрели силу, я успел затащить Ларне.

Желин практически подошел к нам… Когда за его спиной практически бесшумно оказалась женская фигура. Она приложила палец к губам и…

Одним ловким движением забрала пробирку.

— Интересные у тебя игрушки…

— Корнелия? — Желин развернулся.

А она взяла и вылила все содержимое на него. Он даже ничего не понял, когда прошелестел разряд хириа и первые капли коснулись его.

Я никогда не забуду этого кошмара.

Даже зверь затих.

Это… Запрещенное всеми возможными конвенциями оружие. И ясно почему… Стоит им воспользоваться, и жертва прямо на глазах начинает гнить заживо. Кожа пузырится, разлагаясь за считанные секунды. Мышцы распадаются. Кости крошатся. Не остается ни единого следа ДНК на месте, где когда-то стоял человек.

— Ты… — это единственное, что вырвалось с булькающим звуком из уст Желина до того, как его язык с гортанью распался. Но осознание ужаса все же мелькнуло в вытекающих глазах.

Корнелия повернулась ко мне и Ларне.

— Пожалуйста… Помоги ему… — прошептал я.

— Ума хватит держать язык за зубами? — она наклонила голову, следя за каждой чертой его мимики. От этого даже мне стало жутко.

— Да… — едва слышно произнес он посиневшими губами.

Судя по всему, напуган. Еще и потерял кучу крови, но довольно честен.

— Ладмин, отнеси его в медикопак на моем корабле.

Мне не нужно было повторять. С ее появлением заряды плазмы окончательно стихли. Осталось лишь боль от последствий. Но к этому я давно привык, так что подхватил Ларне на руки и понес на корабль. Быстро положил в кабину и запустил программу для экстренных случаев. Что ж… Осталось только ждать. Но у программы высветился положительный прогноз.

Корнелии все не было.

Я сел у стены напротив медикопака.

Из ее корабля было мало что слышно о происходящем извне. Видимо, заметает следы… Хотя какие следы заметать, если от Желина буквально ничего не осталось?

Его смерть все еще проносилась перед глазами. Как она может так спокойно убить того, кто недавно был другом?

Я слышал ее сердцебиение. Оно оставалось ровным…

Медикопак прозвенел. Дверца кабины отъехала.

Ларне уже был в сознании. Бледный… Но главное живой.

— Тебе можно разговаривать? — хрипло спросил он.

— Да. Что-то случилось?

Не по правилам… Но я остался сидеть. Сил вставать не было. Все тело болело после плазмы.

— Нет… Спасибо. Правда спасибо. Если бы не ты… Я…

— Пожалуйста, — улыбнулся я.

Ларне сделал шаг… Пошатнулся и решил сесть на пол рядом со мной.

Мы просидели какое-то время в тишине, пока он не нарушил ее:

— Давно хотел спросить. Ты служил?

— У меня печать Забвения. Я не смогу ответить на этот вопрос.

— Да… Извини. Просто… — он запустил пятерню в волосы. — У меня есть ощущение, будто мы знакомы. Не первый раз уже. Тогда… Эм, на тренировке… Да и потом…

Я застыл. Как… Ларне же не может меня помнить.

— Может, звучит как бред сумасшедшего… — продолжил он. — Но я часто перебираю воспоминания прошлого. И многое у меня не сходиться. Мне кажется, что еще в кадетские годы у меня был лучший друг… Но из друзей, с которыми я тесно общался, помню Желина. Почему я вообще дружил с Желином? И зачем нам нужно было лететь с ним на Асмелиду во время каникул? Ни у него, ни у меня там даже знакомых не было… Почему мы знали Корнелию до ВУЦМО?

У меня ком застрял в горле. Что я вообще могу на это сказать?

Ворох идей, но ни одной о том, как обойти эту дрянь и сказать всего два слова: «Это я».

— Ты так рисковал сегодня, чтобы помочь мне… И так смотрел, что… У меня реально ощущение, будто мы знакомы.

Я не смог сдержаться. У меня по щеке потекла одинокая слеза.

Я быстро ее стер, но Ларне все-таки заметил.

— Ты чего?

— Я… Я правда не смогу сказать…

Корнелия зашла внутрь и выглядела задумчивой.

Она оглядела нас, остановившись на Ларне.

— Подпиши рапорт, что на тебя напал Желин. Угрожал тебе хириа… — Корнелия передала ему голографический монитор. — Можешь в зоне управления сесть, ознакомиться.

— Хорошо… Спасибо… — Ларне, пошатываясь, поднялся и ушел из медотсека.

Мы остались одни. Корнелия подошла к медикопаку, просматривая сводку из отчета.

Все произошло так быстро… Я же нарушил столько правил…

Как я объясню ей свои действия?

Никак…

Но попытаться стоит.

— Я…

— У него нет переломов? — перебила меня Корнелия.

— Нет, только ранения…

— Ни одного? Ребра?

— Нет. Все кости целы. Было несколько ушибов…

Я точно это знал. Следил за работой медикопака… Да и Ларне на самом деле крепкий орешек. Сколько тренировок, операций… Обычно выходил с ссадинами. Он бы не попал в такую ситуацию, если бы не доверял Желину.

— Сделай подробное заключение и перенеси на травлогер. Несколько копий. Сможешь?

— Да… Сейчас займусь.

Я сдерживая дрожь поднялся.

Наверное, ей нужно это приложить к рапорту. Учитывая все… Вряд ли у Корнелии будут проблемы. Но формальности нужно соблюсти.

Переброс данных занял какое-то время…

Я привычно прислушивался к разговору за стеной:

— Я прочитал, подписал… Спасибо, что занялась этим. Желин, завтра экспедиция… Я бы даже вспомнил о рапорте…

Корнелия кивнула. У нее в руке что-то было… Но на слух не разберешь, что именно.

— Жаль, ты не сможешь поехать с нами.

— Это ещё почему? Я уже в порядке, — Ларне явно попытался улыбнуться. — Посплю, вообще свеженьким буду.

— А как ты будешь с переломанными ногами?

О чем она?

— У меня не…

Я услышал хруст. Его ни с чем нельзя спутать. Так ломаются кости.

В груди похолодело.

Еще один хруст.

Я рванул наружу.

Картина, которая открылась, была еще ужаснее, чем Желин с бэйстером. Корнелия стояла с металлической битой над Ларне. У которого уже голени были вывернуты под неестественным углом.

— Вот видишь… — хмыкнула Корнелия.

На его лице застыла гримаса боли и ужаса. Только что давний друг пытался его убить, теперь еще и Корнелия…

В ее глазах не было ни жалости, ни сочувствия… Она выглядела как обычно, будто писала отчет или управляла кораблем. Сердце все также билось ровно, не сбивая ритм.

Она замахнулась ещё раз, но я перехватил рукоятку.

— Хватит… Пожалуйста… — прошептал Ларне. Он от шока и боли даже не мог кричать. — Пожалуйста… Хватит… Прошу.

Я никогда не видел его в таком состоянии… Даже при Желине.

Корнелия перевела взгляд на меня.

— Зачем?

Спросил я единственный вопрос, который крутился у меня в голове. Зачем ей это? Это же Ларне…

В ответ тишина. Биту из рук она не выпускала. Я продолжал ее держать, не давая нанести удар. Плазма вновь запустила свои щупальца, заставляя подрагивать от импульсов боли.

— Пожалуйста, Корнелия… — тихо проговорил я. — Не надо…

Ее пальцы разжались. Она как ни в чем не бывало пошла за рапортом и внесла в него какие-то изменения.

— Вали отсюда, — обратилась она к Ларне.

— Как?! — сдерживая стон ответил Ларне. — Ты мне вообще-то ноги сломала…

— Тогда ползи.

Я сделал шаг к нему, но это не укрылось от глаз Корнелии.

— Ладмин. Возвращайся в апартаменты.

Это приказ…

Плазма зашевелилась еще сильнее.

— Корнелия… — прошептал я, глядя на трясущегося Ларне.

Довести его до такого?! Да что с ней не так?

Она подняла взгляд на меня, наконец-то смотря прямо в глаза.

— Иди к черту, — выплюнул я.

Корнелия ничего не ответил, но было видно как желваки заиграли на нее щеке.

Я молча взял его на руки и понес. Да, прямое нарушение приказа. Так еще и самовольные действия. Но это же Ларне… Как я могу поступить иначе.

Боль пронзала все тело.

Плевать.

Да, она моя истинная…

Но сейчас…

Плевать.

На все плевать.

Захочет убить — убьёт.

Я буду не первым и явно не последним.

Ларне я погрузил в медикопак в полигоне. Переломы ног серьезные. Если бы не уровень современной медицины, неизвестно, чем бы это все закончилось.

Плазма гудела, не давая расслабиться.

Кабина открылась. Ноги в синяках, зафиксированы ортезами, но целы.

Ларне спал от введенного наркоза. Я взял его на руки и отнес в его комнату.

Пускай спит…

Только выйдя в коридор, я не знал, куда идти. Прошел пару поворотов и опустился у стены.

Возвращаться в апартаменты к Корнелии?

Не могу.

Остаться сидеть тут в коридоре?

Тоже не могу.

Плазма так и полностью мозги может сжечь.

Но самое паршивое даже не это… А то, что меня по-прежнему тянет к Корнелии. Несмотря на то, что она сотворила. Несмотря на то, что ее жестокость переходит всякий здравый смысл. Несмотря на то, что, видимо, у нее нет даже толики совести.

Несмотря на все это, мои чувства к ней не стали меньше.

Вот каково это — иметь истинную пару?

— Ты специально нарываешься?

Корнелия стояла прямо надо мной. Наверное, отследила мое местоположение по плазме.

— Да.

Но мои чувства не означают, что я закрою глаза на то, что она сотворила с Ларне. Со мной ладно… Пускай развлекается как хочет. Но с Ларне… Не позволю.

— Что сегодня с тобой не так?

— Это что с тобой не так?! ЭТО ЖЕ ЛАРНЕ! Ларне, который…

Печать Забвения активировалась, заставляя меня скрутиться от боли. Корнелия нажала на чип. Вспыхнула панель управления. Обширное меню для плазмы.

— Давай, нажимай на плазму. Добей. Можешь еще битой пройтись, если тебе так нравится… Или прикончи меня.

Уже все равно.

Я заслужил, наверное… Вообще у нее уже было с десяток причин для настоящего наказания. Просто сейчас будет особенно больно. Она поднесла палец к кнопке… но так и не коснулась ее.

— Это всё из-за Ларне?

О чем она… Я молчал, переводя дыхание.

— Тогда… — она смотрела прямо на меня, будто что-то искала. — Месяц назад в коридоре ты застыл, потому что увидел Ларне?

— Что?

Ничего не понимаю.

— Тридцать дней назад. Когда мы прибыли в ВУЦМО. Ты застыл из-за Ларне?

— Да…

Я не очень понимал, к чему этот вопрос. Почему ей сейчас интересно именно это?

Корнелия, конечно, с детства была наблюдательной…

Но ход ее мыслей сложно понять.

— Возвращайся в апартаменты и ложись спать.

Корнелия закрыла голограмму меню.

Боль от постоянных разрядов плазмы отступила.

Вот так просто?…

Серьезно?

Я и в самом деле пытался уснуть. Но сон никак не шел. Перед глазами Желин, стреляющий в Ларне. Корнелия использует хириа. А потом ломает ему ноги.

Никак не могу понять, что на нее нашло.

Зачем?

Ларне бы и так ничего не сказал.

Раздались тихие шаги из спальни. Дверь приоткрылась. Если бы не мой слух, я бы их не распознал. Корнелия же подошла ко мне. И… села?

Если бы не плазма и не мое положение, я бы не стал с ней разговаривать. Не сейчас. Не после того, что она сделала с Ларне.

Но Корнелия сидела возле меня и не двигалась.

Это одновременно напрягало и… смущало.

Мда… После этих событий она все равно меня смущала…

Что она пытается во мне разглядеть?

— Я вижу, что ты не спишь. Ты покраснел. Ресницы дергаются.

Черт…

Я открыл глаза.

За окном была глубокая ночь. А она и в самом деле сидела на корточках возле моего дивана… И просто на меня смотрела. Ну и как это понимать?

Передумала и все-таки решила наказать?

Пускай.

Хуже уже не будет.

Но… Она просто молчала и ничего не делала.

— Что-то случилось? — не выдержал я этой игры в молчанку.

Тишина…

Через несколько минут мне стало казаться, будто я так и не произнес вопроса.

— Ты знаешь, как можно полностью изменить ДНК человека?

Она сейчас серьёзно?

Ей ночью больше нечем заняться?

Но она так и продолжала сидеть, ожидая ответа.

— В Межгалактическом Совете нет таких разработок… И вряд ли реально абсолютно изменить ДНК с помощью науки…

Не знаю, зачем ей это… С другой стороны, если из-за этого она собирается не спать всю ночь… Я вряд ли смогу простить Корнелию за Ларне. Причины так с ним поступать у нее были. Это была жестокость в чистом виде, но… Почему-то ей важно получить ответ именно от меня. Корнелия и сама может вдоль и поперек изучить тему ДНК, если не уже… А тут ночью приходит ко мне. Это и в самом деле так важно?

— Я не смогу никак доказать, но… У некоторых рас есть особенности, из-за которых ДНК меняется. Не знаю, насколько процентов… Никто не проверял. Возможно, и полностью. Это переход из одной фазы в другую.

Корнелия закусила губу, собираясь с мыслями.

— А твое ДНК менялось?

Вопрос в лоб.

Да.

Но как я на это отвечу вслух?

И почему вдруг речь зашла обо мне?

— Я не смогу ответить на этот вопрос… Забвение.

Корнелия кивнула, так и не сдвинувшись с места.

— Скажи то, что допускает печать Забвения.

Я прикрыл глаза, думая. Сказать о прошлом, не говоря о прошлом…

Хм…

А если так:

— Почему вы не знаете о существовании таких рас, а я знаю?

Корнелию будто током ударили. Она распахнула глаза и… плюхнулась на спину.

Да что это с ней?

Я подскочил, помогая встать.

— Мне… — ее голос дрогнул. — Мне нужно подумать.

У нее голос задрожал? У Корнелии?

Что вообще происходит?

Это из-за моего ДНК?

С ним что-то не так?

— Не хочешь лечь спать?

Корнелия отстраненно кивнула.

И осталась стоять на месте…

— Хочешь, донесу до кровати?

Снова кивок.

Я поднял ее и уложил на кровать, накрывая одеялом.

— Останься, — ее рука обхватила мое запястье.

Серьезно, что ли?

— Я… Ты уверена?

Я был бы только рад, если бы она сказала это вчера, но сегодня… Я медлил.

— Ляг.

Я постарался лечь на самый край, чтобы не мешать Корнелии, но… Она сама перевернулась ко мне, укладываясь на плечо.

— Ни слова, — прошептала Корнелия.

Ни слова так ни слова…

Только как мне теперь уснуть?

Ее вообще ничего не смущает?

Только за сегодняшний день… Желин, оказывается, входил в Паутину. Работал с Моерзе. Попытался убить Ларне. Корнелия убила Желина. Ларне понял, что мы были товарищами… Сам. Она же ему раздробила ноги битой… И посреди ночи решила задать странные вопросы, а потом затащить меня в кровать.

Ладно, здесь хотя бы точно никто не пострадает. По крайней мере, кроме меня, но… Действовать дальше она вроде не собирается, а просто так лежать рядом с ней довольно… приятно. Особенно если забыть обо всем произошедшем.

Я должно быть и в самом деле умер и нахожусь в последнем бредовом глюке от моего сознания.

Где-то внутри прозвучал согласный рык.

Заткнись.

Это всё из-за тебя.

10 лет назад

«Вествирен». Главное шоу в Межгалактическом Союзе. Сюда приглашают звезд, мировых лидеров, членов совета… Но сегодня был особый гость. Молодая ведущая, одетая по последним трендам моды, провозгласила:

— У нас в гостях Метеор. Герой Межгалактического Союза — Дамлин. Самый молодой капитан в истории ВУЦМО.

Все софиты устремились в одну точку сцены. Там, где стоял Дамлин. Он подошёл к креслу. Голограммы, висящие за ними, транслировали крупным планом всё происходящее на зрительский зал.

— Здравствуйте, эшера Ирели…

Юный капитан даже не успел закончить приветствие, как в зале раздались овации. Из рядов доносились восторженные возгласы от поклонников и поклонниц.

— Ох, не часто услышишь такую бурную реакцию… Вы настоящая звезда, — улыбнулась Ирели, которая не только была популярной ведущей, но и звездой журналистики, чьи расследования порождали небывалую шумиху. — Обычно наши защитники из ВУЦМО не раскрывают свои личные имена. Свое же вы назвали сразу. Это как-то повлияло на вашу жизнь?

Дамлин сдержанно улыбнулся. За этот год его научили вести себя на публике. Да, было это не первое интервью. Моерзе уже спустя пару дней после знакомства вплотную занялся его медийностью. Дамлин сначала посещал внутренние мероприятия ВУЦМО, а потом вышел и на более крупный уровень. Его слава только росла с небывалой скоростью… И Моерзе взращивал её день за днем.

— Конечно… Мне не стоило этого делать, ведь с раскрытием имен раскрывается и личная информация. Я не был к этому готов. Но когда я представился своим именем, то ситуация была критическая.

Ответ в точности как написал тогда Моерзе. Вопросы для интервью были согласованы заранее, его текст заготовлен ещё раньше. Никакой конкретики, никаких деталей… Всё это спектакль для услады публики и многочисленных фанатов.

— Видео, где вы один противостоите пиратам на лайнере, набрало рекордное число просмотров… Мы все знаем, что произошло. Как вы осмелились броситься на вооруженных пиратов с голыми руками?

И почему все так изменилось? 

Дамлин уже не понимал, где он, а где образ, тщательно созданный Моерзе. Герой, сотворивший невозможное. Идеальный капитан.

— Я… Я же всего лишь не хотел, чтобы кто-то пострадал, — он запнулся.

Все эти речи, выверенные до буквы, так угнетали. А что произойдет, если он немного отойдёт от плана?

— И я был не один, — добавил Дамлин. — Со мной были мои друзья. Без них ничего бы из этого не вышло.

И в самом деле сказал. Мир не перевернулся. Время не остановилось. Ирели сделала вид, что не заметила, и продолжила:

— Прошел уже год. За это время у вас было с десяток успешных миссий. Все они выполнены безупречно… Без жертв. Как вам это удается?

— Я просто выполняю свою работу и делаю всё, что в моих силах, — говорить почему-то стало намного легче. Да, то, что написал.

— Для капитанов существует много наград… Какая для вас самая желанная?

— Для меня главная награда — то, что я смогу кому-то по-настоящему помочь…

Все эти слова… Он бы мог сказать и сам. Часть из них действительно откликалась ему, часть была близка к его идеалам… Дамлин даже верил в свою речь, только вся она была написана Моерзе. И где тогда заканчивается этот образ героя и начинается настоящий он?

Шоу шло час. Всё, как и было запланировано. Закончив, Дамлин вежливо попрощался. Софиты погасли. Люди стали расходиться. Подошли сотрудники, снимая с него петличку микрофона. Юноша спешно поднялся и направился к выходу, но его окликнули.

— Дамлин, — к нему подошла Ирели.

Это было странно… За весь разговор ему казалось, будто она только и ждет, когда это шоу кончится, ведь вопреки всей её деятельности не было ни одного каверзного вопроса — всё прошло как согласовано.

— Да? — он остановился.

— Ты выглядел немного взволнованным. Всё в порядке?

— Да. Просто для меня до сих пор публичные выступления непривычны…

Дамлин замешкался.

— Понимаю. В любом случае, — она достала визитку. — Я хотела поделиться с тобой своим контактом.

Дамлин задумчиво уставился на визитку. Ирели не ждала ответа и, попрощавшись, ушла. Он ещё стоял какое-то время, крутя в руках кусок бумаги. Зачем она её дала? 

Ответа у него не было. 

Но и выкидывать столь ценный контакт никто бы не стал, так что юноша убрал её в карман.

Первым делом в гримерке он уставился в зеркало. Последнее время он себя не узнавал. Внешность его. Тело его. Голос его. Но то, что он делал, было чуждым. Да, он помогал людям, как и когда мечтал. Да, на миссиях он выкладывался во всю. Но… Вся эта показуха. Эти интервью. Его аккаунты в социальных сетях, которые ведут профессиональные пиарщики… Всё это просто не он.

Зазвонил телефон.

Тот, на который никто, кроме одного человека, звонить не мог.

— Корнелия?

— Привет! — раздался звонкий голос в динамике. — Я не помешала?

Дамлин присел на стул. Она всегда как-то угадывала, когда позвонить…

— Нет, конечно, — он по привычке. — У вас всё в порядке?

— На Асмелиде всегда всё в порядке. Ты как?

— Я… — парень хотел было сказать «в порядке», но язык просто не поворачивался. Всё давно уже не в порядке. Его жизнь перевернулась с ног на голову одним днем. И… он не знал, что с этим делать. Да и что можно сделать? Время вспять не повернешь… А если бы он вдруг вновь оказался на том лайнере, то поступил точно также.

— Дамлин, что-то случилось?

— Не знаю… — тихо ответил он. — Наверное, просто устал.

— Может… приедешь на Асмелиду? Проведем время как раньше… Отдохнешь.

Корнелия затаила дыхание в ожидании ответа.

— Не смогу. Учеба. Работа. У меня на ближайшие месяцы дни расписаны буквально по минутам, — Дамлин провел рукой по лицу. — Я правда бы хотел, но… Ты и сама понимаешь.

Пусть они это никогда напрямую не обсуждали, но он не сомневался, что у нее был доступ к Межгалактической сети. Так что Корнелия, вероятнее всего, о его славе и похождениях была в курсе с самого начала.

— Дамлин… — тихо начала Корнелия. — А завтра? На мой день рождения у тебя тоже всё расписано?

Дамлин вздрогнул.

Он забыл…

Как он мог забыть?

— Я… — юноша сжал руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу. — Нет… Я смогу только на этот день прибыть. Просто… не на все каникулы.

Этот мир был совсем не таким, как он себе представлял, поступая в ВУЦМО. Ему казалось, что так он сможет помогать людям. Пусть немного… но делать галактику лучше. Только этого оказалось совсем недостаточно.

— Правда? — с нескрываемой надеждой в голосе спросила Корнелия.

— Конечно.

— Можно я тогда заранее попрошу тебя о подарке?

— Я внимательно слушаю.

— Мне исполняется шестнадцать, — вздохнула Корнелия. — И скоро меня начнут сватать. В день рождения состоится мой первый бал, официальный выход в свет. Сопроводи меня, пожалуйста.

Дамлин замер. То, о чем она просила… Консервативный высший свет Асмелиды поймет крайне однозначно.

— Корнелия…

— Это будет мой первый раз. Я очень переживаю. С тобой мне будет легче.

Он прикрыл глаза — может, это и в самом деле простая просьба? Вполне нормально, что она волнуется…

Да и какое ему дело о том, что подумают на Асмелиде? О нём и так во всем межгалактическом союзе гуляет столько слухов…

Из коридора донёсся знакомый ритм шагов.

— Хорошо… — поспешил попрощаться юноша. — Завтра буду. Мне пора.

Дамлин сбросил звонок ровно в тот момент, когда дверь отворилась. На пороге стоял Моерзе.

— Ты как всегда был идеален, Дамлин. Но что это за бред про друзей?

— Это же правда…

— Они не вмешивались? — перебил его Моерзе. — Просто стояли в стороне?

— Ларне и Желин помогали мирным пассажирам, — возразил он. — Это спасло им жизни.

— Допустим… — кивнул советник, не желая больше спорить.

Он вошел в гримерку и выложил конверт на столик возле зеркала. Дамлин перевел на него, но ничего странного не увидел. Самый обыкновенный старомодный бумажный конверт без каких-либо отличительных знаков.

— Что это?

— У тебя скоро задание… По моим данным, ты там можешь с кое-кем пересечься… Ликвидируй его.

— Что? — растерялся Дамлин.

У него слуховые галлюцинации? Или Моерзе только что предложил ему…

— Этому, — тот постучал пальцем по конверту, убирая из момента всю неоднозность. — Не стоит давать шанса выжить. Увидишь — стреляй на поражение. Не переживай, оформим всё чисто. На грядущем задании и так многие могут погибнуть.

Дамлин застыл. Ему и в самом деле предлагают совершить… убийство?!

Да, на заданиях бывает всякое… Но он никого не убивал.

И не собирался переходить эту грань.

— Я не буду никого убивать, — резко отрезал Дамлин. — Я не наемник. И не убийца.

— Дамлин… Иногда для всеобщего блага необходимо совершать жертвы.

— Я верю, что для истинного блага не нужны жертвы.

— Ты не понял. Многие влиятельные люди вложились в твоё продвижение. Чтобы ты был на первых местах в новостях и заголовках. Чтобы тебя звали на шоу такого уровня. Чтобы тебе, кадету, давали задания профессионалов. И за это всё, что тебе нужно сделать, — выполнить одно маленькое поручение… А ты говоришь мне «нет». Ты хоть представляешь, сколько мечтали оказаться на твоем месте? И они уж точно были бы более благодарными.

Моерзе говорил это всё таким тоном, словно объяснял элементарные вещи недалекому школьнику… А у Дамлина от этого кровь стыла в жилах. Всё это время он и подумать не мог, что ему предложат нечто подобное. Разве он давал хоть один повод посчитать, будто способен на убийство?

— Я не просил об этом. И я не говорил, что буду выполнять такие… поручения.

— Дамлин, ты уверен, что хочешь отказать мне?

— Я не стану никого убивать, — твердо ответил Дамлин.

— Что ж… Ты сделал свой выбор.

Моерзе развернулся и вышел. Конверт так и остался лежать на столе. Дамлин взял его в руки, но не решался открыть… Какой-то червячок, беспокойство, зашевелился где-то внутри.

Особенно когда из приоткрытой двери гримерки долетел разговор. Моерзе был осторожен. Отошел далеко. Туда, где никто не проходил. Где не было камер и эха. Но против острого слуха Дамлина это не работало.

— Что с звёздочкой? — прозвучал голос, искривленный помехами.

— Отказал.

— Щенок решил укусить руку хозяина? — со смешком спросил незнакомец.

— Я дам ему время одуматься, — усмехнулся Моерзе.

— Ты не успел ему рассказать про Паутину?

— Я о Паутине на каждом углу рассказываю.

Дамлин напрягся. Этот разговор был странным. Да и он никогда не слышал, чтобы Моерзе так с кем-то общался.

— И зачем ты столько с ним провозился? — вновь ехидно поинтересовался таинственный собеседник.

— У щенка была народная любовь. Слава. Причём с очень красивой историей восхождения на пьедестал. За такими миллионы следуют даже на убой. А уж речи принимают за чистую монету. Разве я мог пройти мимо такого самородка?

Юноша слышал. Слушал. И не понимал, что всё это значит?

У члена Межгалактического Союза есть и власть, и влияние… Зачем ему Дамлин?

— Ты как всегда…

— Хотя бы не тащу в Паутину пиратов, — подколол его Моерзе.

— Он был очень талантлив, — возразил он. — Смог преобразовать процедуру забвения в печать забвения. Нашел недостающие компоненты для идеальной работы волн. Выявил местонахождение залежей лейрадиса…

— А потом свалил с нашими наработками и своим экспериментом уничтожил целую планету, — закончил за него Моерзе.

— А кто из нас не без греха… — усмехнулся голос в телефоне. — Заглянешь на базу?

— Как раз собирался, — советник завершил звонок и ушел к своему кораблю.

И только Дамлин остался стоять, пытаясь понять, что он только услышал. Весь их разговор крутился вокруг одного слова, которое не имело для него никакого значения:

— Какая еще Паутина?

По какой-то странной инерции Дамлин последовал за Моерзе. Корабль ему выдали ещё в ВУЦМО, а звание капитана позволяло спокойно летать по межгалактическому пространству. У него были на мушке координаты корабля советника, ведь порой они летали вместе… Так что Дамлин без какого-либо плана рванул за ним. Точка корабля отражалась на голограмме карты.

Было в этом разговоре что-то зловещее… И его поведение до этого… Дамлин не мог неправильно понять — ему вполне однозначно предложили совершить убийство. Причем предложили как что-то само собой разумеющееся.

А что он вообще знал о Моерзе?

Он стал прокручивать в голове всё. Каждую мелочь, каждую деталь… Год назад советник сам предложил ему помощь с внезапно свалившейся славой. Как считал Дамлин — в их договоре всё было чисто. Моерзе получает процент от дохода с медийности.

Сам он не особо понимал, что делать — популярность давила, фанаты требовали внимания, его звали на бесконечные интервью и шоу… А присуждение звания капитана не освобождало от последнего курса учебы. Более того, это звание накладывало обязанности: ему было необходимо участвовать в миссиях, к которым он не был готов.

В таком круговороте событий было ощущение, будто ещё минута — и он просто потонет вслед за грузом ответственности и новых обязательств. От этого Дамлин и зацепился за предложение Моерзе как за спасительную соломинку. А тот на удивление быстро всё организовал так, что юноша мог продолжать и учиться, и работать, и участвовать в мероприятиях…

График был жёстким. Расписан на месяцы вперёд практически по минутам. Но это был порядок, который помог наконец-то вздохнуть.

Было ли что-то, что могло вызвать подозрения? Нет… Моерзе всегда был учтив. Соблюдал границы. При этом обучал Дамлина поведению на публике. Поначалу давал советы, а потом как-то незаметно стал писать за него речь, корректировать каждый выход вплоть до движений. Ведь он считал, что жесты и позы говорят громче слов. И Дамлин соглашался. Моерзе был опытнее его. Умнее. Оттого и вызвал иррациональное доверие.

Но что же изменилось сегодня? Дамлин нахмурился… Всё было как всегда. Разве что интервью с Ирели — выход на новый уровень. Эта женщина — настоящая акула. Стоит ей почуять кровь — погоню за дичью не остановить. И в ее расследованиях не имеет значения ни должность, ни деньги, ни положение… Журналистка выпускала компрометирующие материалы даже про лидеров планет, после которых те были вынуждены оправдываться. Или и вовсе складывать свои полномочия.

Быть может… у нее уже что-то было на Моерзе? А через Дамлина стало быть проще подобраться?

— Или до Паутины… — прошептал вслух свою догадку Дамлин.

Додумать он не успел. Корабль Моерзе залетел внутрь… И исчез.

То, что ему открылось, нельзя было просто описать словами.

Прямо посреди космоса гигантская конструкция, которая постоянно была в движении. Темный незнакомый металл покрывал всё. Ее кольца двигались будто живые. Свет далеких светил не отражался — это нечто его поглощало. Не было видно ни входа, ни выхода.

Дамлин открыл панель навигации. Никаких данных об этом объекте не было на карте. Только подпись «неопознанный объект»…

И если это и есть Паутина…

То всё, что он знает об этой галактике, не имеет совершенно никакого смысла.

Иначе как может быть скрыто такое?

Дамлин не решился приземлиться… Да и куда?

Но он мог попробовать подключиться к системе.

Всё же он находился поблизости. Юноша развернул голографические экраны и стал подбирать код для входа в сеть. Минуты тянулись мучительно долго. Он печатал алгоритмы, пытаясь найти хоть одну лазейку, но защита была на голову выше всего, что он видел. Даже коды ВУЦМО по сравнению с этим детский лепет. Но он заметил системную адаптивность к его действиям. Тогда… Он создал зеркальный шифр… Программа повторяет действия защиты, защита повторяет действия программы, и… Есть микросекунда задержки, которой Дамлин сразу же воспользовался.

Он проник в систему.

В ее архив.

Это были файлы. Сотни. Тысячи… Приказы о смерти. Эти имена принадлежали как простым людям, так и чиновникам, правителям, главам корпораций. Файлы с подтверждениями убийств. Указания к решению Межгалактического Совета до самого заседания. План острых тем для общественных дискуссий на годы вперед… Заранее запланированные катастрофы и кризисы. Даты были расписаны на далекое будущее вплоть до дня.

И досье на граждан… Дамлин листал и листал. Но счёт этих папок шёл на миллиарды и больше. Это досье было на каждого человека Межгалактического Союза. Стоило ему появиться на глазах у камеры, как он попадал в архив. Каждый след на сайте. Каждый поисковый запрос. Каждое фото. Каждая покупка… Буквально всё. Эти мелочи хранились в папках, а алгоритм создавал портрет и оценивал человека. Насколько он опасен, просчитывал его дальнейшие действия, распределял в системе рейтингов… Некоторые были в зеленой зоне, а у некоторых была пометка «рекомендован к устранению».

Он не знал, что с этим делать. Не в силах был осознать, что только что увидел. Но бездействовать нельзя. Дамлин сделал первое, что пришло ему в голову — стал копировать данные. Их было слишком много. Настолько много, что не хватило бы ни одного из известных ему межгалактических накопителей… Но всё, что получится скопировать, он скопирует.

Высветилось окно.

Вирус…

Он попался.

Дамлин мгновенно вышел из системы. Одной рукой он потянул рычаг на себя с места, разгоняя скорость до 30 процентов световых лет, второй, как мог, зачищал следы своего присутствия. Оставалось только гадать, утекли его личные данные или нет.

— И сколько ты будешь это пересматривать? — Ваеридали Фейш Лейри Мади зашла в комнату к Корнелии и не увидела ничего нового. Эта картина повторялась изо дня в день. Ее внучка напротив голографического монитора, на котором Дамлин во всей красе.

— Сколько нужно, — буркнула девушка и вернулась к просмотру, нажимая на повтор.

— Дитя, ты каждое его интервью до дыр пересмотрела…

— И? — она даже не оторвалась от просмотра.

— И не стоит так сходить с ума.

Мади покачала головой. При всех талантах, при всем её интеллекте, при силе… Она тратила часы на наблюдение за Дамлином. Это была чистая одержимость, которую у Мади никак не получалось загнать хоть в какие-то рамки.

— Он меня сопроводит на бал, — последнюю фразу бабушки Корнелия полностью проигнорировала.

— Тебе есть дело до асмелидского бала? — приподняла брови Ваеридали Фейш Лейри Мади.

Девушка на Асмелиде была всего пару раз за этот год. И то только когда отец вспоминал о ее существовании и собирался наведать… Программа через взломанные камеры отслеживала эти моменты… И тогда Корнелия и приходила. Делала вид, что чем-то увлечена в стареньком ноутбуке, и при первой возможности возвращалась обратно.

— Конечно нет. Но если там будет Дамлин…

Мади казалось, что скоро при звуке этого имени у нее будет дергаться глаз… И это учитывая всю её тысячелетнюю выдержку.

— Мне нужны лучшие специалисты Сильверы, — Корнелия наконец-то оторвалась от экрана и поднялась. — Самые лучшие. Я должна выглядеть.

— Развлекайся, — Ваеридали Фейш Лейри Мади махнула рукой.

В конце концов, это увлечение внучки было пока безобидным и кроме головной боли никаких проблем не доставляло. Во всем остальном Корнелия оставалась безупречной. Ее учебная программа давно перешла на углубленный уровень с лучшими умами Сильверы. Она принимала участие на заседаниях Эрлея, приходила на официальные приемы… Ее поведение было безукоризненным.

И только Дамлин был красной тряпкой, на которую Корнелия тут же бросалась, теряя весь здравый смысл.

В этот раз команда мастеров превратилась в настоящую армию. Среди них были массажисты, которые проработали каждую мышцу, придавая ей естественное расслабление и убирая отеки. Платье делали прямо на ней по последней технологии — оно идеально повторяло изгибы, было невесомым, но в то же время с пышной юбкой, как требуют асмелидские стандарты… А в ткань были вдеты наноскопические светодиоды, что придавали сияние крупицам россыпи камней под любым углом.

Стоит ли говорить, что макияж и прическа были доведены до совершенства, не оставляя и малейшего изъяна?

Дамлин вырос именно в такого человека, каким когда-то Мандерил хотел быть. Он был честным, благородным, справедливым. С самого детства его искренность и желание помочь располагали к себе, и, к удивлению, с возрастом это никуда не ушло. Если бы можно было повернуть время вспять… Мандерил сделал бы всё, чтобы стать таким же, как он. Но что прошло, уже не вернуть. Годы берут своё, а время не прощает ошибок. Стал бы Герил таким же, как Дамлин?

— Корнелия достигла брачного возраста… Я спросил у неё, есть ли кто-то, за кого она хочет выйти. Она назвала твоё имя.

Лорд откинулся на кресле стула. Дамлин как раз только прибыл. Время летело очень быстро, а ведь вроде только вчера он переступил порог поместья, а уже сегодня стал капитаном. Корнелию же вот-вот представят свету как молодую леди.

— Я… Я даже не знаю, что вам сказать.

Парень немного смутился. Было довольно некомфортно обсуждать такое, тем более учитывая, что речь о дочери лорда.

— Разве это было не очевидно?

Дамлин окончательно растерялся. Он знал, что рано или поздно ему предстоит этот разговор, но не думал, что так скоро. И что ему ответить?

— Но она еще слишком юна… Я не могу…

— Дамлин, если Корнелия тебе небезразлична, то мы можем подождать. Я хочу для вас двоих лучшего.

— Я правда не могу.

— Почему?

Удивительно, что лорд был вовсе не против его кандидатуры. Создавалось ощущение, как будто бы даже наоборот поддерживал идею Корнелии.

— Мы росли с ней вместе. Она для меня как младшая сестра. Я не могу воспринимать её как… девушку.

— Ты уверен? После её выхода в свет начнут поступать предложения на её руку.

Он провёл пальцами по глазам. Ну и что ему сказать?

У Дамлина отчётливо прозвучала одна мысль: «Правду».

И в самом деле…

Хватит масок, хватит лжи…

Быть может, такого повода рассказать о себе больше и не будет.

— Я… Я хочу вам в кое-чём признаться.

У него было время остановиться… Было время подумать… Но вчерашний день будто бы что-то надломил в нём. Со всех сторон сжимался капкан, который давил и давил. И вот плотина рухнула.

— Я солгал вам… Ещё тогда… — самыми сложными были первые слова. — Восемь лет назад. У меня нет и не было амнезии. Я помню, кто я и откуда. И я… Моя раса сильно отличается от человеческой.

А после первых слов говорить стало легче. Словно тяжёлый камень рухнул с плеч. И на душе стало легче. Мандерил Ле Шадо смерил его тяжёлым взглядом, но он вовсе не выглядел удивлённым.

— Знаешь, Дамлин… Почему-то я с самого начала так и думал.

Юноша выдохнул. Не было осуждения, ярости или страха, которых он так боялся. И мир не рухнул. И никто не пострадал. Всё было так же, как и до его слов. Так что Дамлин продолжил:

— У нас брак возможен только с истинной парой. Просто… Если находясь в союзе мы вдруг встречаем свою истинную — это может разрушить не одну жизнь. Что, если я женюсь на Корнелии, а через пару лет встречу свою истинную пару? Она не заслуживает такого. Я не могу с ней так поступить… Ни с одной из них.

Мандерил вздрогнул. «Поступить так»… А ведь он практически так и поступил так с Самантой. Годами ему казалось, что иного исхода и быть не могло. Каждый раз на его месте поступил бы так же… Но, видя, в какого мужчину вырастает Дамлин, становится очевидно — не каждый.

— У нас возможность обрести истинную пару происходит, — продолжал юноша. — На определённом этапе взросления. Сейчас… Мне ещё рано.

— И к какой же расе ты относишься? — спросил лорд, внимательно слушая Дамлина.

— Из того, что я узнал… Для вас… Эм, для межгалактического сообщества мы являемся закрытой расой, существование которой доподлинно не установлено. Думаю, если я вам скажу, кто я, вы будете обязаны доложить в Совет. Я бы не хотел взваливать на вас такую ответственность…

Он досконально изучил этот вопрос. Никаких упоминаний не было. Были лишь околомифические догмы о существовании иных — закрытых рас в соседней галактике. И ничего конкретного, кроме ряда обязательств при контакте с представителями этих рас.

— Ты прав… Не важно, кто ты. Главное, что для меня ты как сын, — Мандерил подошёл и похлопал его по плечу. — Поступай, как знаешь, Дамлин. У тебя всегда получается найти правильный путь, а я тебя поддержу в любом случае.

— Спасибо… Я смирился, что больше никогда не смогу вернуться домой. К своей семье. Близким. Друзьям. И… Я правда вам благодарен, ведь из-за вас я не остался один.

Дамлин не сдержался и вопреки всем предписанным нормам обнял лорда. Тот вздрогнул, но не оттолкнул. Напротив, положил ему руку на спину, слегка похлопывая. Ему нужно было всего несколько минут. Просто чтобы вспомнить, что он не один…

И Дамлин отстранился.

— Извините… — пробормотал он, немного смущённый своим же детским поведением.

— Всё в порядке, — улыбнулся Мандерил. — Бал скоро начнётся. Корнелия, наверное, тебя уже ждёт…

— Точно…

— Дамлин? — Корнелия уже стояла у дверей в зал.

Её платье было расписано мельчайшими камнями, что складывались в узор, переливаясь в свете люстр подобно звездам. Невесомые локоны оттеняли лицо, а сзади переплетались в изящную причёску. Макияж был дополнением её естественной красоты, аккуратно подчёркивая каждую деталь внешности.

Она выглядела так, словно только что сошла с подиума. Даже профессиональные модели померкли бы рядом с ней.

И даже Дамлин замер на мгновение, приоткрыв рот.

— Ты восхитительно выглядишь, — он подошёл, галантно подавая локоть девушке.

— Спасибо! — она аж засветилась от комплимента из его уст. — Тебе правда нравится?

— Корнелия, ты не найдёшь никого, кому твой образ не понравится… — ответил Дамлин, приоткрывая дверь.

И стоило ему это сделать, как церемониймейстер провозгласил:

— Корнелия Ле Шадо!

Все взгляды устремились на неё. Когда-то пренебрежительные и брезгливые вдруг стали загораться интересом. Всё, что строила Саманта годами до лечебницы, рухнуло в один вечер. Только шепотки сплетен перетекали из угла в угол, но и они стихли, стоило заиграть оркестру.

Дамлин, не обращая ни на что внимания, протянул ей руку:

— Позвольте пригласить вас на танец…

Корнелия едва сдерживалась, чтобы не подпрыгнуть от восторга. Всё было даже лучше, чем она ожидала. Он сам… И её на танец…

Сон на мгновение стал реальностью. Дамлин закружил её в вальсе… И Корнелия ни о чём больше не думала. Только смотрела в его глаза… И ей чудилось алое свечение, но быть может, это так падал свет?

Эти секунды были дороже всех богатств мира. Призрачное тепло его рук сводило с ума. Он не прикасался к ней. Лишь невесомо обозначал движение, где могли бы быть его пальцы. Это было на грани.

И всё равно…

Даже так…

Ей хотелось кружиться с ним вечно.

Но музыка как назло стихла.

А Корнелия всё ещё не могла оторвать взгляд от Дамлина, ища хоть нечто похожее на её чувства в отражении его глаз.

— Ты в порядке? — напрягся он.

— Мне немного душно, — тихо произнесла Корнелия.

Дамлин, как и предписывал этикет, сопроводил её на балкон. Они остались одни. Сквозь тяжёлые двери доносились лишь отголоски бала.

— И в самом деле душно? — обеспокоился юноша.

— Нет… — улыбнулась Корнелия, подходя ближе. — Просто хотела остаться с тобой наедине.

— Корнелия, ты меня пугаешь…

Но девушка уже всё решила. Сейчас или никогда. Это идеальный момент. Они одни. Она выглядит идеально. А ему некуда бежать.

— Дамлин… — Корнелия набрала побольше воздуха, чтобы выдохнуть эти три заветных слова. — Я люблю тебя.

— Корнелия, ну это уже не смешно, — парень отошёл от неё на шаг. — Не придумывай.

Но она сделала этот шаг к нему и схватила руку. Его горячая, немного шершавая ладонь в её пальцах едва ощутимо пульсировала жаром. Девушка вцепилась мёртвой хваткой.

— Это правда. Я не лгу! — Корнелия и сама не заметила, как на глазах выступили слёзы. — Пожалуйста… Дамлин… Ты единственный, кому я никогда не лгу. Я правда…

Уж точно не такой реакции ожидаешь на признание в любви. Ей казалось, что раз многие очарованы её внешностью, то и Дамлин будет. Раз все восхищаются её умом, то и Далмин обратит на это внимание. Но…

Ему этого было недостаточно?

Почему он не мог ответить взаимностью?

Это было единственным, чего она столь отчаянно желала.

— С того самого дня, как ты появился на Асмелиде, я больше не могу представить свой мир без тебя. Я правда тебя люблю. Люблю. Очень люблю. И хочу быть только с тобой… Дамлин, я тебя люблю.

Парень застыл. Он был не в силах ни отойти, ни приблизиться, ни забрать свою руку. Корнелия могла в детстве устраивать истерики, наигранно плакать, но… Впервые её слёзы были настолько искренними.

— Корнелия… Прости, — Дамлин тихо вздохнул. — Я… Я не имел в виду, что ты лжёшь, но… Я боюсь, что то, чего ты хочешь, невозможно.

— Но почему? Я недостаточно умна?

— Нет, ты одна из самых умнейших людей, которых я встречал.

— Я недостаточно красива?

— Корнелия, ты и сама знаешь, что очень даже красива.

— Тогда что во мне не так? Просто скажи, и я изменю…

Если бы Дамлин сказал, она бы изменила в себе всё. Всё, что нужно, лишь бы он ответил хотя бы иллюзией взаимности.

— Ты слишком юна. Тебе всего шестнадцать. Мне уже двадцать один.

— На Асмелиде в этом возрасте уже разрешены браки.

В конце концов, этот бал был приглашением для других знатных семей — буквально сигнал, что можно начинать устраивать смотрины. А вследствие и сделать предложение о замужестве.

— Это на Асмелиде. А в остальном Межгалактическом Союзе обычно браки с восемнадцати.

— Это всего два года. Я могу подождать… — сбивчиво забормотала девушка.

Дамлин провёл свободной рукой по лицу, собираясь с мыслями.

— Корнелия, дело не только в возрасте.

— А в чём ещё?

— Это не так просто… — он отвёл взгляд в сторону.

— Просто скажи мне. Всё, чего я хочу и всегда хотела, был ты. Почему нет?

Дамлин замешкался. Стоит ли?

С другой стороны… Он уже рассказал о себе её отцу.

Может и Корнелия сможет его понять?

— Ладно… Я не человеческой расы.

— Я это давно поняла, — она сказала это так легко, что у Дамлина чуть глаза из орбит не выпали.

— И никому не сказал?

— Нет конечно, — Корнелия замотала головой.

Девушка замечала это с самого детства. Но разве будет она раскрывать его секреты?

— У моей расы есть… такое понятие как… «истинная пара».

А это… Была новая для неё информация.

Корнелия застыла.

— Корнелия, это будет нечестно ни по отношению к тебе, ни по отношению к моей будущей истинной паре. Как я могу завести с кем-то отношения, говорить о чувствах, когда знаю, что встретив истинную пару всему этому придёт конец. Я… Мне бы хотелось, чтобы первые и единственные отношения были с моей истинной парой.

— А я?

Если он считает, что только в будущем встретит свою истинную пару, то Корнелия…

Мысль сформировалась быстрее, чем девушка успела её осознать: выходит, она — не его истинная пара.

— Корнелия, мне правда жаль… Но я не хочу тебя обманывать. Между нами ничего не может быть.

Пальцы Корнелии бессильно разжались. Его слова эхом звучали в её голове, застилая шум ветра и отголоски бала, который внезапно стал таким далёким…

— Давай я провожу тебя до твоих покоев?

Девушка не помнила, кивнула она или нет…

Но спустя какое-то обнаружила себя в старой асмелидской комнате.

Выходит… Она и в самом деле для Дамлина ничем не отличается от других фанаток, которые сходят по нему с ума?

Времени остаться даже на ночь не было. Сразу после бала Дамлину уже нужно было вылетать, чтобы успеть на грядущее задание. Корнелия была еще слишком юна. Может, ей и в самом деле кажется, что она влюблена, но с возрастом это пройдет. У нее просто такой период, что эмоции с гормонами так и плещут через край. Но через год-другой подрастет и встретит достойного человека.

А с Дамлином им вряд ли суждено быть вместе. В конце концов, ему отведено намного больше времени, чем людям. И пусть истории про истинную пару — сказки, в которые хочется верить.

Ведь порой реальность слишком сурова, чтобы быть реальностью. Но всегда есть завтра, которое наступает изо дня в день. Светило встает независимо от погоды. Планета делает круг своей оси. Ночь открывает двери новому дню. Именно в него сеют самые желанные ожидания. Пока есть завтра, еще можно что-то исправить, построить или изменить… Такой неизменный круговорот времени в его народе и назывался вечностью. Пусть банально и просто, но это были неоспоримые столпы жизни — помня о вчерашнем прошлом, жить в настоящем сегодня и верить в будущее завтра.

И все равно… Дамлин был не в силах был осознать увиденное из архивов Паутины. Нужно было что-то сделать. Хоть что-нибудь… Но что он мог?

Слить просто данные в сеть? Это быстро подчистят. Да и окрестят как дешевую подделку. Выступить лично? На это нужно время, которого у него, возможно, уже не было. Будет ли у него вообще «завтра»?

Юноша этого не знал.

Но… Ему пришла отчаянная идея.

Он достал визитку из кармана.

Возможно, это будет ошибка… Только ничего больше в голову не приходило.

— Здравствуйте, извините за поздний звонок. Это Дамлин.

— Дамлин? — удивилась Ирели. — Не ожидала твой звонок так скоро…

— У меня есть материал, и я думаю, он вас заинтересует.

— Насколько? — сразу же тон журналистки сменился.

— Может стать сенсацией надолго. Это доказательства существования теневой организации в правительстве… Замешаны десятки высокопоставленных персон. Они называют себя «Паутиной».

Повисла тишина.

— Паутина? До меня доходили слухи, но я думала, это все выдумки…

— У меня есть доказательства, — он старался, чтобы его голос звучал твердо.

— Разумеется. Отправьте мне эти материалы.

Дамлин отправил все.

Будь что будет.

Но разве мог он в такой ситуации поступить по-другому?

Молчание на том конце связи было долгим. Юноша слышал, как ее дыхание потеряло спокойный ритм. До него доносился сбивчивый темп сердца. Но сама женщина молчала.

— Дамлин, — наконец хрипло произнесла она, боясь говорить громче шепота. — То, что вы мне прислали…

— Знаю. Буду признателен, если придадите делу огласку.

Ирели ведь сможет? Ее расследования всегда были громкими. Ее подпись под работой не оставляла сомнений в достоверности материала. Репутация, которую журналистка накапливала годами, делала свое дело.

Если кто-то и мог раскрыть всей галактике о Паутине, то это она.

— Я этим займусь, — наконец произнесла Ирели.

— Спасибо.

Вызов завершился.

Оставалось только ждать.

Дамлин задумчиво смотрел на звезды вдали горизонта. Обычно их манящее сияние в бесконечности вселенной успокаивало… Но не сегодня. Червячок беспокойства не прекращал шевелиться. С того самого разговора в гримерке он не затихал.

Лейрион завибрировал. Высветилось знакомое имя.

Дамлин ответил:

— Привет, Желин…

— У нас вылет на задание через три часа. Ты где?

— У Корнелии было день рождения. Я залетел на Асмелиду.

Он и так летел на предельной скорости. Если верить навигации, то должен как раз успеть.

— Мог бы и меня позвать… — хмыкнул друг.

— В следующий раз обязательно. Я скоро буду.

Дамлин не выпускал лейрион из рук, задумчиво глядя на экран. Он сделал всё, что мог… Но было ли этого достаточно? Может ли он всё ещё верить в свое «завтра»?

И только очутившись в своих покоях на Сильвере, Корнелия закричала. Она подошла к большому зеркалу высотой от пола до потолка. Всё. Сегодня всё было идеально. Идеальное платье. Идеально уложенные волосы. Идеально сделанный макияж.

Но этого всё равно оказалось недостаточно. Почему?

Зачем тогда всё это вообще было нужно?

Корнелия дрожащей рукой потянулась к волосам, судорожно распутывая перекрученные плетения. Одна прядь не желала поддаваться… Тогда она взяла и вырвала ее. Прямо с корнями. Так, что кончики были обрамлены кровью. Но ей было глубоко плевать. Какое уже дело до причёски? До этих паклей? До красоты?

Ее взгляд упал на ножницы.

Она схватила их и стала резать. Не разбирая. Не сожалея.

Просто срезала волосы.

А те светлыми лоскутами летели на пол.

Она резала до того мгновения, пока не осталось ни одной длинной пряди. Лишь торчащие в разные стороны обрубки. Из зеркала на нее смотрело обезумевшее нечто — в слезах, с непонятным ершиком на голове, но до сих пор в роскошном платье.

Корнелия замахнулась. Ее кулак пришелся прямо на гладкую поверхность. Громадное зеркало с грохотом разлетелось на мелкие осколки, окрашенные алым.

Сама она осела. Прямо на упавшие осколки.

И продолжала беззвучно кричать.

На шум прибежали слуги. Чьи-то руки усадили ее в кресло. Кто-то стал смывать кровь с ладони и залечивать порезы. А кто-то занялся волосам… Точнее тем, что от них осталось.

— И что ты наделала? — вошла Ваеридали Фейш Лейри Мади. Видимо, ей уже доложили.

— Надоели длинные волосы, — прошептала севшим голосом Корнелия.

— Сразу пойти к парикмахеру не вариант для тебя?

Она не ответила. Мади села на соседнее кресло, больше ничего не говоря.

Парикмахеры пытались привести что-то в порядок, но что можно сделать из коротких обрубков вместо волос?

Корнелия молчала, глядя на осколки разбитого зеркала.

Чего ей не хватает?

Почему она не истинная пара Дамлина?

Почему он даже мысли не допускает, что это может быть она?

— Я уж думал, ты не успеешь, — Желин хлопнул его по плечу.

Юный капитан буквально только и успел приземлиться на внутренний ангар космического судна ВУЦМО, как они отлетели. Он даже не успел ответить товарищу, как к ним подбежал Ларне:

— Ребят, а вы новости видели?

Дамлин сглотнул.

Неужели Ирели управилась так быстро?

— Что там? — спросил Дамлин.

— Точно… Ты же был там позавчера… Здание, где проводиться шоу Вествирен, взорвали. Произошёл теракт. Столько народу погибло… Даже Ирели. Видимо, заработалась до конца…

У юноши внутри всё похолодело. Это… это могло быть просто совпадением?

Как такое можно провернуть за несколько часов?

Их разговор прослушивали?

Но…

— Это всё, конечно, очень грустно… Но, — первый оправился от шока Желин. — Капитан, нам пора.

— Мы реально выступаем во флоте? — спросил Ларне.

— Тебе не дали детальнее ознакомиться с делом?

Дамлин не слышал их вопросы. У него звенело в ушах. Происходящее было неправильным. Ужасным. Могла ли…

Могла ли Ирели погибнуть из-за его опрометчивости?

— Дамлин? — Ларне пощелкал перед ним пальцами. — Ты чего завис?

— Извини… Мне не особо много деталей дали. Только чтобы наше крыло сразу же исполняло распоряжения от ведущего фланга.

Эта миссия и в самом деле была полностью засекречена. И впервые Дамлин был в настоящем военном флоте ВУЦМО. До этого у него были лишь частные вылеты, да и операции были не настолько крупные… А это — командование целым крылом во время небывалой по масштабу миссии. Но на фоне последних новостей радости от этого совсем не было.

— А ты решил стиль сменить? — вдруг фыркнул Желин, заглядывая ему куда-то за затылок.

— Что? — растерялся Дамлин, не сразу поняв друга.

Ему сейчас было совершенно не до шуток.

— У тебя сзади пряди волос красные. Странное окрашивание… Так теперь модно?

Сердце пропустило удар.

Юноша едва сдержался, чтобы сохранить более-менее спокойное лицо. Этого не могло быть. Не сейчас… Хотя… Рано или поздно оно должно было произойти.

— Я… — он сглотнул, его голос едва ли не дрожал. — Мне нужно отойти.

Дамлин поспешил удалиться в свою каюту, оставив друзей растерянно смотреть ему вслед. Но ему было нужно было срочно увидеть себя. Одному.

Плотно закрыв дверь, он встал перед зеркалом, проверяя каждую прядь волос… И вот они. Совсем немного… Но там действительно были алые волоски.

— Черт… Это уже началось?

Время его пробуждения пришло.

Экстренное заседание Эрлея заставило Корнелию выйти из покоев. Все взгляды были прикованы к ней. Высокопоставленные члены совета несколько минут в полном молчании следили за наследницей, которая как ни в чем не бывало садится за стол. Её волосы парикмахер как мог пытался привести в надлежащий вид, но прическа все равно вышла слишком короткой. Даже мужчины носили стрижки длиннее.

— Моя внучка решила сменить стиль, — нарушила тишину Ваеридали Фейш Лейри Мади.

— Весьма… — Зэили Елинэ Шилину сделала паузу, подбирая подходящее слово. — Радикально.

— Господа, тема обсуждения серьёзная, — прокашлялся Фэйини Выхилэ Ноуси, возвращаясь всех в деловое русло. — Флот союза резко стягивает практически все свои силы. Они готовятся к нападению. Первые неподтвержденные данные появились вчера. Сейчас корабли уже вылетели.

— Их цель смогли выявить? — перешла к насущной теме мади.

— Нет. Операция не запланирована. Только вчера появилось первое упоминание в их системе.

Все складывалось в очень странную картину. Межгалактический Союз не способен так действовать. Перед любой миссией такого масштаба проходят заседания, долгие обсуждения и, в конце концов, голосование за целесообразность подобных решений.

— Направление? — коротко спросила Ваеридали Фейш Лейри.

— Судя по обрывочным данным… Шалинс.

— И это вся информация, которая у вас есть? — она вскинула брови.

В конце концов, экстренное заседание Эрлея состоялось не из-за очередных непонятных боевых действий внутри Союза, а потому что о целом флоте, который через несколько минут вылетит на задание, они узнали буквально только что. И это со всеми технологиями и развитой сетью слежения, что находится в распоряжении Сильверы. Такой прецедент просто не может остаться без внимания.

— Никто из высокопоставленных членов экипажа не в курсе о целях миссии, — промямлил советник.

— Паутина?

— Не исключено, — Милсоу Соритсэ Рэили кивнул. — Я проверил данные, никаких предвестников не было. Могу выдвинуть предположение, что Паутина засекла что-то…

— Риск нападения на нас есть? — перебила его мади.

— Ниже процента, — ответил он. — Для нападения на Сильверу у них бы была долгая подготовка. Это что-то спонтанное.

— И нет никаких жучков слежения поблизости. Проверили всю орбиту, — добавил Фэйини Выхилэ Ноуси.

— Тогда нас пока это не касается, — хмыкнула мади, просматривая сводку отчета. — Но усильте слежку за Паутиной. Они уже не только ВУЦМО с советом, но и весь флот под себя прогнули…

— Да… — Фэйини переслал ей ещё один файл. — Я подумал… Может, нам внедрить в Паутину своего человека? И план примерный составил, если вы позволите…

— Это явно не тема для обсуждения на экстренном заседании, — прервала его мади.

Члены Эрлея еще некоторое время обсуждали текущую обстановку, но с отсутствием прямой угрозы все шло к завершению. И только два человека провели совет в полном молчании — Церлизоин Йорхал Гоэлди и Корнелия. Она не произнесла ни единого слова. Не сводила взгляда с противоположной стены. В ушах был шум, заглушающий все вокруг.

Ее Дамлин оказался не ее…

— Корнелия, ты хоть слушала?

Все уже разошлись. Они с мади вновь остались вдвоем. Но Корнелия этого даже не заметила.

— Союз собирает свой флот. Направляются на Шалинс, — отстраненно проговорила она.

А был ли он ее?

— А твой Дамлин где?

Его имя резануло по ушам.

— Не знаю…

Она вообще уже ничего не знала. И почему ей и мысли не пришло, что Дамлин может ее отвергнуть?

Он же никогда и не подавал повода считать, будто ее чувства могут быть взаимны. Никогда…

Выходит, Корнелия просто все это время придумывала себе воздушные замки?

— Корнелия, даже я знаю, что он в этом флоте.

— Мне все равно.

Если все это вымысел, то какое ей до этого дело?

Пусть они и росли какое-то время вместе, но, выходит, совершенно чужие друг другу люди.

— Не хочешь забрать Дамлина оттуда? Эта срочность не просто так взялась. В Союзе происходит что-то серьезное.

— Пускай.

Корнелия сжала кулаки.

Имеет ли вообще хоть что-то теперь смысл?

— Если не прямо сейчас, то будет уже поздно — флот вылетит с минуты на минуту.

— Мне плевать, — она резко встала из-за стола и направилась к выходу. — Пусть сгинет.

— Корнелия… Ты уверена, что потом не пожалеешь?

Девушка остановилась у двери.

— Это он пожалеет, что отверг меня, — бросила она через плечо.

— Как знаешь… — Ваеридали Фейш Лейри лишь покачала головой.

Ее покои мгновенно разбудили дремлющую истерику… Тут всё напоминало о Дамлине. Его фотографии и портреты на стенах, живые проекции с его расцветающей улыбкой…

Корнелия взяла портрет. Один из первых удачных, что она когда-то нарисовала… Она провела пальцем по его лицу и… и разорвала его пополам. Это оказалось легче, чем она думала. Два обрывка быстро стали четырьмя.

— Я ненавижу тебя, — едва слышно прошептала Корнелия, будто сама боясь своих слов.

— Ненавижу, — уже громче повторила она, снимая новый рисунок.

Он недолго сохранился целым. Девушка управилась за минуту, превращая его в кучку лоскутков.

— Ненавижу… НЕНАВИЖУ! — закричала Корнелия. — Почему ты вообще появился в моей жизни?! Лучше бы тебя никогда не существовало!

Она рвала рисунок за рисунком. Плакат за плакатом. Фотографию за фотографией. Не осталось ничего… кроме одного фото. Точнее, кадра из видео, который она распечатала. Там она и Дамлин впервые засняли видео на собранный телефон. Корнелия пыталась ее разорвать. Но пальцы не слушались. Девушка смотрела на нее. Вглядывалась в это идеальное лицо, которое знала до мельчайших черт… И сама не заметила, как опустилась на пол.

Слёзы неконтролируемо текли по щекам.

Время потеряло смысл.

Даже когда Ваеридали Фейш Лейри зашла, обводя весь беспорядок комнаты абсолютно спокойным взглядом, Корнелия этого не заметила.

— Корнелия…

— Я хочу его забыть, — не оборачиваясь к мади, прошептала она. — Никогда с ним не встречаться. Хочу… хочу не чувствовать. Ничего. Никогда.

— Дитя, даже боль — это прекрасное чувство. Пока есть чувства и живая мысль — значит, ты еще существуешь.

Корнелия закрыла уши, замотав головой.

— Тогда я не хочу существовать.

Сегодня Дамлин ее отверг. Отверг.

Раз и навсегда.

Это конец.

— Не стоит так разбрасываться словами, о которых потом можешь пожалеть, — вздохнула мади.

Корнелия слышала ее слова, но не могла их разобрать сквозь гул мыслей.

— Он сказал, что у его расы есть связь истинной пары и он ждёт свою, — пробормотала она.

Ваеридали Фейш Лейри хмыкнула, усевшись в кресло:

— У сильвов тоже есть истинные пары.

Девушка застыла.

— И… у меня? Тоже есть?

— Ты же тоже сильва, так что есть или будет… — кивнула мади.

— Это… Дамлин?

Одной лишь вселенной известно, сколько сил приложила правительница Сильверы, чтобы не закатить глаза.

— Если я что-то и усвоила за свои годы, так это то, что во вселенной возможно всё. Но ни разу я не встречала, чтобы у двух существ, способных на связь истинных, эта связь была невзаимной.

Пальцы Корнелии ослабли, уронив надорванную фотографию. Дамлин еще может быть ее истинной парой? Но тогда почему…

— Почему он считает, что его истинная пара не я?

— Корнелия, я даже этого Дамлина не видела. Откуда я знаю? Может, вам и в самом деле не по судьбе, а ты просто привязалась к красивому юноше. Может, его связь истинной пары от чего-то еще зависит… А может, невозможное возможно.

Девушка с минуту смотрела на свою бабушку, пытаясь понять, издевается она или серьезно?

В покои вошли слуги, поднеся к ней на подносе стакан с мутной жидкостью.

— Выпей, это успокоительное… — кивнула мади.

Корнелия залпом осушила стакан.

Наверное, успокоиться сейчас для нее самый логичный вариант.

А утром она сможет обдумать все произошедшее.

Ваеридали Фейш Лейри подвела ее к кровати и накрыла одеялом. Веки становились все тяжелее и тяжелее, пока девушка не погрузилась в тяжёлый сон. Слуги незаметно просочились в покои, спешно убирая беспорядок, чтобы в завтрашнем дне ничего не напоминало о вчерашнем.

«Внимание. Пиратское объединение Ковен захватило Перфениду. Мы обнаружили их базу на Шалинсе. Наша цель — обезвредить угрозу всему Межгалактическому Союзу, ведь на Перфениде они не остановятся…» — звучал глас адмирала из всех устройств, подключенных к общей трансляции.

До этого момента никто не понимал, что происходит. Все заняли свои позиции согласно постановлениям от штаба. Под командованием Дамлина поставили крыло 456. После объявления повисла тишина. Перфенида захвачена… И никто об этом не знал? Абсолютно точно не было даже новостей об этом. Как такое возможно?

Дамлин нахмурился. Что-то тут было не так.

О трагедии с Ирели все узнали за считанные секунды. А о захвате целой планеты, входящей в Межгалактический союз, не было ни единой строчки. Но долго размышлять ему не дали.

Прямо перед ними в воздухе что-то всплыло. Никто толком сразу и не разглядел это нечто, а те, кто разглядели, не спешили прерывать тишину…

— Это и есть… Ковен? — первый прошептал Ларне.

Стоило им приблизиться к Шалинсу, как все панели датчиков взревели разом. Сквозь темные пучины космоса лучи повернувшегося светила проявили орду кораблей. Их было невозможно сосчитать. Локаторы для установления точного числа моргали, меняя цифру с каждой секундой.

Ряды кораблей были выстроены в строй. Новые всё вылетали и вылетали с планеты, занимая свое место в их бесчисленном числе. Это была не просто шайка пиратов… А настоящая армия.

«Крыло 456, встать в первую линию. Крыло 456, встать в первую линию. Крыло 456, встать в первую линию», — прозвучал приказ из динамика.

— Мы в первой линии? — Ларне побледнел.

Дамлин и сам едва сдерживался, чтобы сохранить лицо. Его никто об этом не предупреждал. Никаких распоряжений до этого не было. Юный капитан был уверен, что его крыло оказывает поддержку ведущему флангу, но рокировка, которую собиралось сделать начальство, означала только одно — они живой щит.

— Всем собраться, — тихо проговорил капитан.

Он встал в центр круглой площадки отсека управления кораблем. Отсюда его слова транслировались всем кораблям его крыла. Подчиненные ему офицеры сидели по краям, образуя непрерывный круг. У каждого из них была своя панель управления: кто-то отвечал за атаку, кто-то за маневрирование, кто-то за защиту… Но все вместе они создавали единый организм корабля. Дамлину же нужно было этот организм направить. И не только этот, но и всех, кто находился в крыле 456.

Ковен атаковал первым.

— Огонь по их залпам. Нам нужно все сбить, — отдал приказ Дамлин, стиснув зубы. На первой линии им нельзя было даже уклоняться. Смещение в сторону — и урон придется на ряды за ними. Им оставалось защищаться силовым полем вокруг корабля. Поддержка полного покрытия истощала энергетические запасы, поэтому оставалось выстраивать локальные заслоны под летящие в них выстрелы.

— Желин, координируй щит… — капитан осекся. Его место пустовало.

Желин куда-то исчез. Дамлин огляделся по сторонам. Друга и в самом деле не было. Но ситуация отправиться на поиски не позволяла. Юноша прислушался, чтобы хотя бы определить, где его товарищ. Тот с кем-то говорил… тихо. Из-за сторонних звуков даже Дамлину было сложно разобрать… но он четко расслышал фразу Желина:

— И место главы «Молота» будет моим?

Слов собеседника слышно не было. Но, судя по следующему слову кадета:

— Сделаю.

Ему ответили согласием. Дамлин ничего не понял. «Молот» — это одно из новых подразделений на базе ВУЦМО, со всеми шансами перейти в разряд высококлассных. Но почему в такой важный момент его друг решил пойти с кем-то поговорить?! О «Молоте»? Сейчас? Когда они буквально в шаге от гибели на передовой…

Что-то здесь было не так…

Очередной залп выстрелов от Ковена заставил его переключиться на насущные проблемы. Враг не собирался сбавлять темп атак.

— Поворот на семь часов, — Дамлин скрипнул зубам, это был лишь допустимый минимум. — Ответный огонь через три. Два. Один.

Разряды, летящие из кораблей, оглушили на несколько минут. И вроде цикл ответной атаки кончился, но грохот остался. Дамлин никак не мог понять, откуда он доносится. Откуда-то изнутри корабля. Будто во что-то стреляют. Причем место дальнее… видимо, вблизи отсека с эвакуационными капсулами. Там же, откуда доносился странный разговор Желина.

Его прошибло холодным потом.

Да быть этого не могло…

— Ларне…

— Что-то случилось? — его друг, с стекающим потом по вискам от напряжения, сразу же повернулся к нему.

— Да… Проверь эвакуационные капсулы. Срочно… — Дамлин закрыл глаза — хоть бы он ошибался. — И держи бэйстер наготове.

Ларне, уловив его настроение, напряженно кивнул и ушел. Капитан же занял его место. Ему статус не позволял уйти. Да и, находясь на первой линии, даже секундное отвлечение может стать причиной гибели всего экипажа. К тому же отсутствие одного члена команды корабля еще терпимо, но двух значительно осложняло их удержание на первой линии. Ковен теснил. Их число давило. Но они пока могли давать отпор.

Дамлин продолжал командование, одновременно выполняя задачи Ларне.

Но события в зоне капсул доносились до него… Ему не хотелось в это верить, но слишком острый слух просвещал юношу в самые разные вещи, не спрашивая.

Ларне и в самом деле воспринял слова друга серьезно. Он подошел к залу, где располагались эвакуационные капсулы. И то, что он увидел, не поддавалось никакому объяснению. Желин. Тот самый, которого он знал с самого момента поступления в ВУЦМО… Заходил и бэйстером широкого диаметра выстреливал внутрь капсул, превращая их в развалины. Делая их абсолютно непригодными для спасения. Они бы могли спасти их всех. Никто из команды не паниковал, потому что у всех был шанс выжить. Количество капсул рассчитано ровно на всех членов экипажа. Если по ним прилетит, то часть точно бы смогла спастись…

— ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! — Ларне подбежал, отталкивая Желина от следующей капсулы.

Тот был практически у края. Осталось только две в пригодном состоянии.

— Не стоило тебе сюда приходить… — он хладнокровно направил на него бэйстер.

— Ты вообще о чем?.. — ошарашенно прошептал кадет, так и не достав оружие, заправленное за ремень. Разве сможет он выстрелить в своего друга?

Они только утром вместе завтракали, обсуждая какую-то веселую чушь.

Жили в ВУЦМО под одной крышей.

Учились бок о бок.

— Не строй из себя идиота, — нервно рассмеялся Желин. — Мне нужно выполнить задание.

Ларне застыл, ничего не понимая.

— Какое еще задание?! Ты всех нас угробишь!

— Это и есть мое задание, — Желин вновь направился к предпоследней капсуле, перезарядив бэйстер.

— О чем ты?! — Ларне вновь перехватил его руку.

И тогда Желин выстрелил.

В него.

Ларне наивно верил, что его товарищ так не поступит.

Они же друзья?

Или это всё была игра?

Но ради чего?..

— Моё задание, чтобы никто на этом корабле не выжил. Особенно Дамлин.

Ларне, стиснув зубы, достал бэйстер. Он дрожащей рукой направил его на Желина.

Нужно было только нажать на спусковой крючок, но… Кадет медлил.

— Да у тебя кишка тонка, — рассмеялся тот.

Взрыв прозвучал всюду. Корабль тряхнуло. От этого они оба не удержались на ногах. Желин поднялся первым и кинулся к капсуле, почувствовав скорый конец для всего корабля. Он и не думал никого спасать. Стоило капсуле захлопнуться, как она мгновенно покинула корабль. И только Ларне остался один в этом отсеке, истекая кровью. Сил подняться не было.

Дамлин всё это слышал.

Но очередной прицельный залп ударов от Ковена пришелся прямо по центру. На их корабле специализировался на защитных механизмах Желин. Но его тут нет. Защиту пробило. Выстрелом снесло боковую часть корабля.

Резко стало холодно.

Воздух выходил со сверхзвуковой скоростью, превращаясь в ураган, унося вместе с собой часть команды. Оставшимся попросту не хватало кислорода. Нулевое давление раздувало тела, вены вздувались буграми…

— Капитан… — обернулся на него офицер. Дамлин так и не узнал, что тот хотел сказать. Мужчина посинел быстрее, чем смог договорить, а его безжизненные глаза продолжали смотреть куда-то вдаль.

Сам капитан вздрогнул.

Сражения в космосе чреваты. Одна пробоина — и это конец для корабля.

Вся его команда погибла за 60 секунд. Не осталось никого. Он перевел взгляд влево. Остатки его крыла постигала та же участь. Без командования их действия перестали быть слаженными. Ковен стрелял на поражение. И только вылетающие эвакуационные капсулы давали надежду, что хоть кто-то выживет.

Этого следовало ожидать. На что он, впрочем, рассчитывал? Что в очередной раз всех блестяще победит? Глупо… Первая линия — путь в один конец. Целью было выиграть время, будучи живым щитом для основных сил. Пока они проанализируют атаки врага, поймут их слабости, сделают анализ, выявят их оружие… И цена этому — жизни его крыла.

Дамлин понимал, что не имеет права на эмоции. Особенно сейчас… Но вина комком засела в горле. Это он был капитаном. Он не справился. И эти смерти — его ответственность. Какое теперь у него право на эмоции?

Никакого.

Дамлин прислушался. Выживших практически не осталось. Корабль стремительно притягивался к орбитальному полю Шалинса.

И только из внутренней зоны с капсулами раздался стон. Юноша уловил его сразу. Ну конечно… Капсулы для эвакуации как раз рассчитаны на такие экстренные ситуации, потому находятся в особо защищенной каюте с внутренним запасом кислорода. И если Ларне не выходил, то его могло не затронуть.

Дамлин сразу же бросился туда. Его пока отсутствие кислорода не трогало. А вот при начавшемся разрушении корабля каждая секунда на счету. Нужно успеть, пока их не притянуло к Шалинсу, до входа в термосферу.

Он вбежал внутрь, мгновенно закрывая за собой дверь на все уровни защиты. Его друг сидел, прислонившись к стене, зажимая кровоточащее плечо.

— Ларне… — юноша опустился на корточки рядом с ним. — Ты живой?

— Да… — тот судорожно вздохнул, приоткрывая глаза. — Это Желин. Он…

— Знаю, — кивнул Дамлин и огляделся по сторонам. Все капсулы разрушены. Их внешний слой крайне сложно уничтожить, он выдерживает давления открытого космоса и перемещения на скорости света. Чтобы их сломать, нужно действовать изнутри. И Желин всё сделал продуманно. Даже если бы команда успела добежать сюда, никто бы не спасся.

Все капсулы перебиты. Одна платформа пустовала, видимо, ей Желин и воспользовался. А последняя… Он не успел ее уничтожить. Датчик кислорода пищал, опускаясь вниз с каждой секундой. Скоро даже в зоне эвакуации его не останется. Дамлин поднял друга на руки.

— Что… — Ларне закашлялся от неожиданности. — Что ты делаешь?

Но тот, не теряя времени, поместил его в уцелевшую капсулу, стараясь не потревожить рану.

— Они запрограммированы на приземление в Офролей, там тебе окажут помощь.

Локации приземления всегда разные в зависимости от задания. Обычно выбирают из тех, кто подписал межгалактический меморандум о взаимопомощи. Стражи порядка обеспечивают безопасность, а взамен те оказывают содействие в экстренных ситуациях. Офролей был включен в этот список и находился ближе всех к месту сражения.

— Дамлин… — он попытался приподняться. — Нет, эта капсула для тебя…

— Ты сопротивляешься своему капитану? — усмехнулся Дамлин.

Датчик кислорода запищал еще сильнее. Времени больше не оставалось.

— Ты…

— Ты главное выживи, Ларне. Это последний приказ. И… — он закрепил своего друга в капсуле. — Ларне, если есть перерождение… Давай и в следующей жизни станем друзьями?

— Не надо… Ты же…

Дамлин закрыл крышку. Звуки стихли. Ларне еще что-то говорил, но он не слышал. Внутри началась подача кислорода. Капитан нажал на сенсорную кнопку, в последний раз взглянув на своего друга. Тот, несмотря на потерю крови и раненное плечо, стучал по крышке, пытаясь открыть капсулу. И, может, показалось, но у него в глазах стояли слезы…

Эвакуационная капсула оттолкнулась от платформы и улетела за секунду. Он провожал взглядом улетающего товарища, пока тот не скрылся вдали.

Корабль рушился. Потоки космических материй уносили за собой части стен. Корабль притягивало к себе притяжение планеты. Ковен прорвал защиту и палил на поражение. Пленники из ВУЦМО им точно не нужны. Остальное сражение переходило в стратосферу. Герметично целые корабли выдерживали любые условия, а сражение в космосе намного менее эффективное, чем в месте с гравитацией, для обеих сторон.

Для Дамлина же бой окончен. Обломки, в которых он находился, притягивало в дэкзосферу. Эвакуационный отсек имеет усиленную защиту, но от такого он не спасёт. Просто немного выиграет время.

Что-то в кармане зашуршало… Точно. Тот конверт от Моерзе. Дамлин из какого-то странного любопытства вскрыл его, доставая фотографию. Все равно через несколько минут его не станет, так почему бы не узнать, кто перешел дорогу Паутине.

— Это какая-то шутка?! — парень выронил фотографию. Но лицо на ней он никогда не забудет. Именно этот человек лишил его дома и семьи. А сейчас он находится где-то здесь?! Сражается на стороне Ковена?!

Остатки его корабля вошли в термосферу. Все вмиг накалилось. Края покрыло сияющее пламя. Вот и конец…

Скоро он столкнется с землей. И какой бы выносливостью юноша не обладал, даже для него это будет смертельно.

Но, минуя мезосферу, Дамлин отчетливо услышал рык, исходящий изнутри. Точно… Сегодня должен быть день его пробуждения.

Все вокруг плавилось. Скоро даже не останется пола, на котором он стоит, но рык превратился в вибрацию. Она стала сильнее. Громче. Это охватило все тело. Жар в груди усиливался. Его вены вспыхнули золотым свечением.

Вздох.

И весь мир Дамлина перевернулся.

Юноша осторожно выдохнул. Он смог. У него и в самом деле получилось…

Дракон пробудился. Его сущность была и родной, и незнакомой… Чувства обострились. Взгляд стал острее. А за спиной… Он повел лопатками. За спиной были громадные крылья.

Дракон развернул крылья, ломая остатки горящей конструкции.

И взревел.

И Дамлин вместе с ним.

Это был чистый восторг.

Безграничная сила и мощь, которую невозможно удержать.

Все вмиг стало мелочью. Даже корабли вокруг, ведущие сражение.

Ведь эти корабли по сравнению с драконом были назойливыми мушками. Он, может, перекусит их пополам и не подавится.

Дамлин сделал несколько несколько взмахов крыльями, наслаждаясь свободным полетом. Ветер рассекался от каждого его движения. Сила, столько зревшая внутри, требовала выхода. Еще один взмах и…

Какой-то снаряд полетел прямо в него. Он даже не разобрал, с чьей стороны тот был…

А дальше…

Дальше была темнота.

Сквозь нее прорывались вспышки криков.

Лязга металла.

Запах сожженной плоти.

И что-то теплое, стекающее по подбородку.

Дамлин заморгал. Он не помнил, как очутился на земле. Травм вроде не было. Глаза не сразу привыкли к палящему светилу Шалинса, из-за которого цвета вокруг были особенно яркими. Точнее, один цвет. Красный.

Кровь была повсюду. Она текла ручьями, и все ее течения в алый океан. В воздухе стоял невыносимый запах железа, оседающий на языке.

— Что… — Дамлин не договорил, как к горлу поступила тошнота.

Его вырвало. И еще раз. И еще. Дамлин сквозь слезящиеся глаза попытался разглядеть содержимое, но счел это помутнением сознания. Наверное, это радиация Шалинса вызывает галлюцинации, ведь то, что из него вышло, была кровь. Много крови. Куски костей и плоти. Его рвало и рвало, а реки крови уносили все в нескончаемую гладь. Все это смешалось с кровавым массивом, на котором юноша находился.

Он не останавливался, пока не изверг всё содержимое желудка. Только тогда он смог сделать аккуратный вздох, до конца не понимая, что случилось.

Сосредоточиться было сложно. Последнее, что он помнил, — Ларне, улетающий в капсуле, падающий корабль и… Пробуждение. Размытый взгляд уловил фигуру на горизонте. Мысли путались… Это спасательная группа? Они пришли забрать его отсюда?

Но вместо помощи прицел лазера скользнул по глазам и сфокусировался на лбу.

— Ни с места. Подними руки так, чтобы мы их видели.

Это же какая-то ошибка?

Он капитан…

Это все пираты разгромили?

Дамлин перевел взгляд на свои руки.

Они были в крови. Целиком и полностью. Кровь до сих пор теплая стекала по его пальцам.

— Руки вверх. Это приказ.

В эту же секунду к одной красной точке на его лбу добавилась еще сотня.

Он как во сне поднял дрожащие руки.

Это же ошибка?

Или нет?..

Дамлин не обращал внимания, куда его вели. Если бы его спросили, не смог бы даже описать корабль, на котором летел, до камеры, в которую его поместили. Внутри не было практически ничего. Только голые железные стены и он.

Дверь отворилась. На пороге возникла знакомая фигура.

Парень не то чтобы не удивился… Он даже не поднял на «гостя» взгляд.

— Никого убивать не будешь? — усмехнулся Моерзе. — Как ты смог замочить их всех? Видишь ли… Корабли в таком состоянии, что даже черные ящики буквально расплавились… Что же ты такое выкинул?

Дамлин молчал. Что он мог на это ответить?

— Я таких лицемеров, как ты, еще не встречал… И знаешь, а я ведь и в самом деле купился на эту невинную мордашку.

Ничего.

Ему доподлинно было известно две вещи. Первое: его зверь пробудился. Второе: это и в самом деле он всех убил. Юноша не сдержался и закрыл лицо руками.

Что он наделал?!

Когда-то ему рассказывали прекрасные сказки о обретении своей истинной сущности. Крыльев, рассекающих небосвод. Рыка, которому отвечает эхо гор. И мощи, которой повинуется сам ветер.

И Дамлин в это верил. С самого детства искренне верил, что пробуждение дракона — волшебный момент. Он так этого ждал… Не проходило ни дня, чтобы он не мечтал об этом мгновении: когда сможет обернуться, расправить крылья и взмыть в небеса…

Но реальность оказалась совершенно иной. Внутри него не чудесное создание из легенд, а жестокий и кровожадный зверь. И хуже всего то, что он вкусил плоть на своем кровавом пиру. И та ему понравилась.

— Тебе стоило согласиться на мое предложение…

Дамлин ничего не ответил. Это едкое замечание вообще прозвучало мимо него.

Он и в самом деле всех убил?

— Суд пройдёт в закрытом режиме. Надеюсь, тебе мозгов хватит не оказывать сопротивление, — хмыкнул Моерзе на прощание и вышел.

И только когда Дамлин остался один, он позволил себе судорожно вздохнуть. Но воздуха в легких не хватало. Он задыхался. Очередная попытка сделать вздох перешла в всхлип и… Парень судорожно зарыдал.

— Почему это все происходит со мной? — едва слышно спросил он.

Дамлин перевел взгляд на руки, что еще были в крови. Та засохла тонкой корочкой, не желая слезать. Эта кровь некогда живых людей, от которых уже не осталось и следа. Свидетельство его преступления.

— Простите… Простите… Я… Я не хотел. Я…

Тошнота подошла к горлу. Дамлин, забывшись, зажал себе рот ладонью и тут же ощутил металлический привкус на губах.

Вынести все это было выше его сил.

В камеру вошли стражи, которым было абсолютно все равно на состояние заключенного. Они под руки повели его в зал, где началось заседание суда. Его продолжало трясти. Слова судьи и инспектора, дающего показания, осыпались пустым звуком в воздухе, не долетая до Дамдина. Вокруг него были люди. Их было много. Они сидели на заседании, кто-то был экспертом, кто-то свидетелем из группы захвата… Но для Дамлина все силуэты расплывались, словно на заседании был только он и судья, который с минуты на минуту определит его судьбу.

— Число жертв… — Инспектор сделал паузу, сверяясь с базами данных.

Его народ верил, что духи предков, парящие среди звёзд, оберегают живущих. Юноша давно не молился им, ведь теперь его окружали совершенно не знакомые светила…

Но в эту паузу он начал молиться всем предкам: новым, древним и забытым. Лишь бы их было немного. Лишь бы на его руках не так много крови, как он думает. Лишь бы все его догадки — ошибки…

— Тридцать четыре тысячи жертв среди флота Межгалактического Союза, — сухо произнес инспектор. — И восемьдесят шесть тысяч среди пиратов. Цифры пока примерные, осталось много неопознанных тел…

Дамлина будто оглушило.

Всех…

Всех этих людей…

Убил он?…

— Обвиняемый признает свою вину?

Шутки разума бывают жестоки.

И когда так хочется забыть тот ужас, что стирает все идеалы и негода возвышенные принципы… Разум дает воспоминаниям нахлынуть на него одним потоком из картин пиршества зверя. Раз. И его челюсти сомкнулись на корабле, разрывая его пополам. Два. Дракону захотелось поиграться с огнем, окрашивая небо алым. Три. Этого было мало, в нем взыграло любопытство — какова человеческая плоть на вкус. Четыре. Дракон в восторге от бьющегося в судорогах лакомства. Пять. Он слышит гул двигателей, а за ним тихое биение сердец… Значит, еще можно повеселиться.

Кровавый пир будет продолжаться, пока не останется никого кроме владыки неба.

— Да… Признаю, — онемевшими губами прошептал Дамлин.

Судебная коллегия удалилась для принятия решения. В зале то и дело звучали осуждающие шепотки, но юноша их не слышал. На эти мгновения все мысли стихли.

Сейчас ему вынесут приговор.

Их совещание не заняло много времени.

Всем было очевидно, что никакие его заслуги не способны смягчить то, что он совершил.

— Коллегия суда приняла решение избрать высшую меру наказания. — Молот судьи ударил по столу. — Обвиняемый признается террористом за массовое убийство. За особую жестокость при исполнении задания. За расправу над преступниками, которых должны были судить. Единым коллегиальным решением ему присваивается ранг Х.

Среди мертвой тишины внутри в его голове проросла одна единственная мысль: «Заслужил».

— Избрать высшую меру наказания… — продолжал судья. — Забвение. Подготовьте процедуру вживления плазмы.

Что бы ни было дальше, он это заслужил.

Даже пираты не должны умирать как скот.

А он…

Он растерзал всех. И своих. И чужих.

Прервал тысячи жизней за один день.

Стража завернула ему руки за спину. Дамлин не сопротивлялся. Совсем.

Не сопротивлялся, когда его фотографировали со всех сторон. Не сопротивлялся, когда брали его данные для внесения в базу.

Не сопротивлялся он и когда его привели в маленькую комнату со стальным креслом. Когда его усадили и зафиксировали цепями. Когда мужчина, похожий на врача, с каменным выражением лица взял в руки орбитокласт.

Тот медленно приближался к его глазу. Шило вошло в глазницу. Сверху. А потом раздался удар молотка. И еще и еще. Раскачивая из стороны в сторону.

С затылка кто-то стал высверливать кость. Металл с противным скрежетом погружался все глубже.

Чудовище внутри взревело, намереваясь вырваться из бренной плоти, но юноша ему не позволил.

«Заткнись. Заткнись. Заткнись. Я не позволю тебе больше никого убить. Пусть с каждой минутой такого существования ты будешь помнить, что это твоя вина», — мысленно обратился к нему Дамлин.

Зверь будто внял словам и стих. А может это из-за субстанции, что полилась сквозь дыру в черепе, заглушило его рык. Плазма. Ее закачали в него с двух сторон, чтобы та обволокла собой каждый миллиметр мозга, не оставив ни одного изгиба без внимания. Она выжигала все под собой. Любые мысли и отголоски рассудка. Глас зверя. Воспоминания. Мысли. Все перекроилось болью. Дамлин не заметил, в какой момент он начал кричать. А может это не он, а кто-то другой?

Но какая разница, ведь даже это…

Он заслужил.

Корнелия бежала по коридорам поместья, спрашивая каждого из прислуги о Дамлине. Но его никто не знал. На неё смотрели как на сумасшедшую. Может, это козни Саманты? Подговорила всех сыграть с ней злую шутку?

Но есть человек, который не стал бы участвовать в этой затее. И очень кстати дверь в кабинет отца была приоткрыта… Девушка ворвалась туда без стука.

— Где он? Где Дамлин?!

— Кто? — он недоуменно оторвал глаза от документов.

Она застыла. Это одно слово звучало как плохая шутка. Но отчего-то ужас пробирал до костей.

— Корнелия, что-то случилось? Что с твоими волосами?! — переключился лорд на насущный вопрос.

Дочь его проигнорировала. Какое сейчас вообще дело до её причёски? Ей казалось, что отец просто не услышал её первый вопрос.

— Дамлин не писал, когда приедет? — решила спросить по-другому она.

— Кто такой Дамлин?

— Это шутка?

— Корнелия, у меня нет времени для шуток. Я не знаю никакого Дамлина.

Как?..

Что происходит?

Она, не теряя ни секунды, кинулась к себе в комнату. Там был ноутбук. Старенький, но с выходом в межгалактическую сеть. Корнелия открыла его и стала искать любые материалы о Дамлине, о Метеоре, о восходящей звезде из ВУЦМО… Но поиск ей раз за разом выдавал:

«По данному запросу ничего не найдено».

Как такое вообще могло быть?

Не мог же Дамлин и в самом деле исчезнуть от её глупой истерики, которая теперь казалась попросту абсурдной…

Но что тогда случилось?

Она побежала в лес. Туда, где они впервые встретились. Место, где всё началось.

Где до сих пор цвели ийрилисы…

— Дамлин, ответь, пожалуйста, мне страшно. Почему тебя никто не помнит? Почему? Я ничего не понимаю… Дамлин… О тебе ничего нет ни в одной базе. Как такое возможно… Это… Это же, наверное, какая-то миссия, да? Ты ее пройдешь и вернешься ко мне?

Но на звонок ей никто не ответил.

По ту сторону канала поселилась тишина.

Навечно.

Корнелия проснулась в холодном поту. Ей редко снились сны, но этот…

Этот был до ужаса реалистичен.

Еще и покои выглядели такими пустыми. Не было ни единого напоминания о Дамлине. Никаких фотографий. Никаких портретов.

Она вскочила с кровати и стала искать хоть что-то. Ничего.

Точно… Она же сама вчера всё порвала. Слуги, должно быть, всё выкинули.

Корнелия побежала босиком в мусоросортировочный комплекс. Именно сюда вывозили все отходы дворца, чтобы рассортировать по категориям и через инертные трубы отправить в нужный отдел переработки. До этого мусор хранился в контейнерах.

Корнелия открывала один за другим, но нигде ничего похожего на те порванные фотографии и портреты не было.

— Нет. Нет. Нет. Нет…

Не могли же они распределить мусор и спустить его в трубы?

Девушка, наплевав на свой статус, полезла прямо в отходы руками. До сортировки всё было перемешано. Воняло стухшими продуктами… Но где-то на дне могли лежать эти порванные изображения.

— Я не хотела…

Вся вчерашняя истерика вмиг показалась ей такой ничтожной. Она рылась в контейнере. Во всех, которые были в помещении. Ничего не было… Слуги, видимо, уже отправили всё на переработку. Девушка перевела взгляд на трубы. Там… Под одной из них забился сморщенный листочек. Корнелия подобрала его и аккуратно развернула. Это был вовсе не листочек, а старая надорванная фотография, которую она прижала к груди как самое ценное сокровище.

— Это же был просто дурной сон? — прошептала девушка.

Впервые ей было так страшно. И всё из-за какого-то кошмара.

Корнелии нужно было срочно убедиться, что всё с Дамлином в порядке.

На всех камерах видеонаблюдения, которые мониторили чуть ли не каждый угол Межгалактического Союза, висело окно «Совпадений не найдено». Совпадений не найдено с биометрией Дамлина. Кошмар оживал наяву.

Каждый день тут были сотни совпадений. Невозможно находиться в Межгалактическом пространстве и не попадать на камеры. Корнелия нащупала телефон в кармане, с которым не расставалась.

— Дамлин… Пожалуйста, ответь… — девушка судорожно нажимала на клавиши. — Ответь… Пожалуйста… Я не хотела…

Но шли только гудки.

Пип. Пип. Пип.

— Дамлин… — прошептала Корнелия.

Гудки прервались.

— Корнелия? — едва слышно спросил хриплый голос. — Что-то случилось?

— Дамлин… — она облегчённо всхлипнула. — Дамлин, мне приснился кошмар, будто тебя нет…

— Кошмар? Ты… ты плачешь?

Корнелия зажала рот ладонью, чтобы сдержать захлебывающееся рыдания. Это всё-таки был дурной сон. Дамлин никуда не исчез. Вот он тут. На связи. А камеры… Он же на миссии был, логично, что мог пока не вернуться.

— Да… прости, пожалуйста… — девушка закусила губу, пытаясь справится с нахлынувшими эмоциями. — Извини… прости… прости…

— За что ты извиняешься?

— Я… Чуть не порвала фотографию и…

— Корнелия… Ты плачешь из-за порванной фотографии?

Она и сама себе не понимала. Последние дни было ощущение, словно она стала одним нервным комком, который достаточно ткнуть, и он расплачется. Но это чувство чего-то неизбежного просто разрывало изнутри.

— Да… Нет… Я… Я не знаю… — почему-то у нее не получалось остановить град слез. — Дамлин?

— Я тут… — тихо ответил он.

— В этом кошмаре о тебе никто не помнил, даже отец… и не было ни одного упоминания в сети… ничего… — сбивчиво пыталась пересказать Корнелия.

— Да?

— Проблема в том… что я не сплю.

Корнелия сидела перед голографическими экранами, свернув записи с камер. Сильверские технологии быстро взламывали даже устаревшие архивы межгалактического союза. Алгоритм работал на любые упоминания о Дамлине. В статьях, фотографиях, видео… Везде. Еще вчера их счет был на миллионы, а сегодня не было ни одного.

Ни единого слова.

— Почему нет ни одного совпадения с твоей биометрией? — озадаченно прошептала Корнелия.

Как такое могло быть?

Всё как и в ее кошмаре?

— У тебя есть моя биометрия? — закашлял от удивления парень.

— Да…

Может, она еще до конца проснулась?

— Почему я даже не удивлён, — всё тем же сиплым голосом пробормотал он.

Но если она с ним говорит, то главное Дамлин жив и сейчас где-то находится.

Нужно всего лишь определить где.

— Опиши место, где ты…

— Корнелия…

— Дамлин. Место… Мне нужно только место…

Корнелия свернула старый алгоритм и стала писать код. Для взлома.

— Корнелия, хватит… У меня особая миссия. Я не могу разглашать детали. И она может занять много дней… Меня какое-то время не будет…

— Дамлин, ты не умеешь лгать…

— Корнелия…

Девушка не собиралась останавливаться. Если эта экстренная миссия была организована Паутиной, то и информация о Дамлине там должна быть. У них точно есть свои защищенные архивы, где хоть что-то должно быть. А Сильверское оборудование дает реальные шансы к ним прорваться.

— Мне нужно место. Тогда я смогу…

— Корнелия… Не надо. — он сипло вздохнул. — Можем просто поговорить?

— Ты говоришь это так, будто прощаешься… — Корнелия стиснула зубы, продолжая нажимать на клавиши. Нужен такой код, который обойдет всю их защиту. Их сеть она уже обнаружила. Осталось только проникнуть внутрь.

— Я… Не думаю, что мы сможем когда-нибудь увидеться. Прости…

— Не смей так говорить. Я тебя найду, — девушка как могла сдерживала вновь подступающие слезы, ведь отвлекаться нельзя, точно не сейчас. — Дамлин… Скажи последние координаты, где ты был… Пожалуйста… Пожалуйста…

— Мы были на Шалинсе, а потом… — Дамлин вздохнул, не споря. — Потом… Не знаю, что это за место.

У нее получилось. Она прорвалась в систему. Только тут же внутри Паутины ее засекли. Но Корнелию это уже не волновало. Главное прямо сейчас найти, где Дамлин. Девушка перебирала комбинации, ища клон базы данных… Там обычно хранятся заметки последних дней. Глубоко капнуть у нее не получится, ее тут же закинут в изолированную песочницу…

— Корнелия, ты еще тут?

— Да… — напряженно ответила Корнелия. — Я не сброшу звонок.

— Спасибо… Знаешь… У меня была младшая сестрёнка и братик. Чем-то похожи на тебя… Я надеялся, что поступлю в ВУЦМО… И быть может в одну из миссий смогу долететь до них. Вернуться домой…

— Скажи, как называется планета… — она пыталась уследить за защитой системы Паутины, которая меняла схему данных на лету. — Я, как тебя найду, помогу вернуться домой.

— Было бы славно… О ней нет даже упоминаний в Межгалактическом Союзе. Не знаю, как она может называться на вашем языке.

— Дамлин… — Корнелия не могла оторваться от запуска кода для обхода защиты, но и прервать разговор с Дамлином не могла. — Почему ты так тихо говоришь? Ты в порядке?

Он всегда говорил громко, а сейчас его речь нельзя было назвать даже шепотом. Поначалу Корнелии казалось, что это помехи… Но чем дольше шел разговор, тем больше она понимала — Дамлин почему-то и в самом деле говорит слишком тихо, слишком слабым голосом. И откуда взялась эта сиплость, словно тот сорвал голос?

— Всё в порядке… Просто голова болит, — ответил он. — Знаешь… Я очень хочу домой.

Защита дала небольшую пробоину, через которую Корнелия вытащила частичку координат и тут же наложила ее на галактическую карту. Есть… Эта движущаяся точка. Значит, он не на планете, а на каком-то объекте. Корнелия старалась установить более точную геолокацию, спрогнозировать их маршрут. Она вытерла слезы. Это оно?

Если у нее получилось определить правильное… Они оставляют термический след. Такое может быть только у крупных баз с нанофотоэлектрическими пластинами. Для чего-то им нужно было много энергии, которую они собирали у звезд. Под ультрафиолетом с звездным ветром верхний слой этих пластин частично разлагается, а если учесть нагрев до трехсот градусов, то металл испаряется на атомном уровне.

Корнелия нахмурилась, значит, логично, если внутри будет разить железом.

Чтобы подобраться к безопасному углу для подзарядки, нужно было пройти сквозь галилеевый спутник Целелеи. Сам пролет через разреженную атмосферу безопасен, но плазменный шлейф микрочастиц осядет на внешней обшивки, а система шлюзов и вентиляции должна была втянуть их внутрь. Тогда… Должно пахнуть и серой.

— Дамлин, ты чувствуешь запах железа? Серы? — спросила девушка.

Ей нужно знать наверняка. Если Дамлин и в самом деле на этом объекте, то…

— Есть… Откуда ты?.. — Дамлин осекся, замолчав на несколько секунд. — Корнелия, не смею сюда соваться! Они идут ко мне… Прощай.

Последнее, что услышала Корнелия, — хруст. Дамлин раздавил телефон, превращая его в крошку.

— Нет. Нет. Нет… Нет… Дамлин?

В ответ тишина.

Больше ни единого звука.

Корнелия судорожно высчитывала координаты, где будет объект в следующие минуты. Получалось установить локацию с точностью диапазона до двух километров. В масштабах космоса допустимая погрешность.

— Корнелия, сейчас же прекрати… — в зал ворвалась Ваеридали Фейш Лейри вместе с Церлизоин Йорхал Гоэлди.

Конечно, они засекли ее действия. Времени заботиться о сквозной зачистке шифрования у нее не было.

Но теперь она знала координаты. Это всё, что нужно. Они находятся в зоне досягаемости ее генома… Теоретически. Сил если и хватит, то только на односторонний перенос.

— Не смей, Корнелия!

Вопрос раскрывать материю или нет перед Корнелией даже не стоял. И разрешения спрашивать девушка уж точно не собиралась. Она распахнула пространство и прыгнула.

Ее окружили коридоры. Серые. Металлические и тянущиеся бесчисленными лентами вперед. Дверь за дверью. У каждой замок с биометрическими данными, которых, конечно же, у Корнелии не было. Оставалось только надеяться на геном сильвов.

Она сосредоточилась на силе и направила материю в дверь перед собой. Та поддалась и с грохотом вылетела. Только внутри было пусто.

Девушка повернула голову. Ряды шли дальше. Дамлин может быть за одной из них. Так что она пошла к следующей двери. А потом к еще одной и еще…

Раз за разом сшибая двери. Все тело гудело от изнеможения. Корнелию это не волновало. Она продолжала сбивать двери…

Только его не было. Нигде не было. Перед тупиком была последняя дверь. Корнелия ее распахнула на последних искрах силы. Кровь хлынула из носа.

Тут тоже пусто.

Никого не было.

От слабости подкосились коленки. Она слишком часто использовала геном. Об обратном перелете не шло и речи. Выходит, всё это было напрасно? Она просчиталась?

Взгляд упал на пол, где были рассыпаны странные крошки. Очень похожие на кусочки корпуса и дисплея, а совсем в уголке осколок кристалла. Того самого, что она когда-то держала в руках. И даже сама вставляла в устройство.

Дамлин был тут.

— Я опоздала… — прошептала Корнелия.

За ее спиной разошлась материя. Стража Сильверы под руки увели ее в разрыв, возвращая обратно. Корнелии было уже все равно, что будет дальше.

В один миг все потеряло смысл.

Прошло полгода. Сильвера стерла все свои следы вмешательства в Паутину. Никаких улик не осталось. Но наследницу это вовсе не волновало.

Корнелия стала чаще проводить время на Асмелиде. Не в самом поместье. Туда она даже не заходила, а в лесу, где впервые встретила Дамлина. Именно тут почему-то было не так одиноко.

Девушка просматривала старую запись с телефона: 

Девушка закрыла видео и позвонила единственному контакту в этом телефоне. Шли гудки. На звонок никто не отвечал. Включилась голосовая почта.

— Дамлин, тебя уже нет полгода. Никакая миссия у кадетов не может столько идти. Выйди, пожалуйста, на связь. Или… Дай знак. Любой. Я пойму. Просто дай какой-нибудь знак. Мне кажется, я схожу с ума…

Никто на Асмелиде и Межгалактическом Союзе больше не помнил о существовании Дамлина, будто не было никогда никакого Метеора. Никаких упоминаний в сети. Никаких шоу или интервью. Никаких статей. Ничего.

О нем стерли всё.

Словно его никогда и не существовало.

— Дамлин… Я не знаю, где ты и жив ли вообще, но знай. Я тебя помню и жду.

— Дамлин, это снова я… Мне исполнилось семнадцать. Я не хочу проводить день рождения без тебя. Поэтому будем считать, что ты на связи. И я подарю себе от тебя… Ийрилис. Как в нашу первую встречу. Возвращайся, пожалуйста. Я правда тебя жду. И буду сидеть тут каждый свой день рождения, пока ты не вернешься.

— Дамлин, я больше не заговорю о своих чувствах. Правда. Даю слово. Просто вернись. Давай вернем всё как раньше? Я больше не буду ни на чем настаивать. Пожалуйста…

— Дамлин… Мне исполнилось двадцать. Я на нашем месте. Как всегда. Знаешь, логически понимаю, что ты вряд ли придешь. Но надежда была… Какая же это глупая штука. Ждать чего-то заведомо невозможного. А мне и в самом деле интересно, что бы ты мне ответил в этот раз… В любом случае, где бы ты ни был… Я все еще тебя жду.

— Знаешь, мне уже двадцать один. И мне до сих пор тебя не хватает. Все-таки стоило запереть тебя в моей комнате. Хорошая же была идея? Я, как ты хотел, много где побывала, завела кучу друзей и знакомых. И это крайне утомительно. Мне с ними скучно. Приходится каждый раз натягивать улыбку и притворяться кем-то… Эти тупые разговоры ни о чем, сплетни… Пустая трата времени. С тобой было всё иначе. Я многое бы отдала, чтобы хотя бы раз еще поговорить с тобой. В общем, я скучаю и все еще жду. Возвращайся. Обещаю выпускать прогуляться из комнаты.

— Дамлин, Дамлин, Дамлин… Я никак не могу перестать о тебе думать. Мне сегодня двадцать два. И да, я все еще тебя жду. На нашем месте. Хотя знаешь… За эти годы у меня появились весьма логичные теории, что могло произойти. И если они верны… То ответить ты мне вряд ли сможешь. А жаль… Я бы хотела вновь услышать твой голос. Но знаешь, я не перестаю тебя искать. Думаю, скоро я подберусь совсем близко к разгадке. Можешь даже не возвращаться. Я сама тебя найду. Ты… Ты главное выживи. Это единственное, о чем я тебя прошу.

— Мне двадцать три. Мне кажется, я поняла, что случилось. Ну, в общих чертах. Хотя точных доказательств у меня нет, если бы ты мне сказал тогда, какой расы, это бы значительно упростило поиски. Но у меня в запасе есть несколько тысячелетий. У тебя тоже не одна сотня, насколько я предполагаю. Может за это время и я успею перерыть всю вселенную.

— Дамлин… Мне уже двадцать четыре. И как бы банально ни звучало, я бы хотела, чтобы ты был рядом. Представляешь, звезда упала… Может хоть в этот раз желание сбудется? Наверное, я и в самом деле выросла. Мне немного не по себе перед тобой за то, как я вела себя в детстве… Просто тогда ты и в самом деле был единственным… А впрочем, сейчас тоже. С возрастом вкусы не поменялись. Мне и сейчас нужен только ты. Но спасибо, что был рядом, когда я в тебе нуждалась. Только сейчас поняла, что никогда не говорила тебе «спасибо». Только требовала… Сказал бы, чтобы я закатала губу… Или хоть спасибо научилась говорить. Мне тогда бы небольшая трепка не помешала. Не понимаю, зачем ты все это терпел? И все равно ты правда был моим героем. И остаешься. Что бы ни случилось. Я уже проверила все рудники, тебя там не было. Сейчас под прицелом пираты. Я тебя найду. Это лишь вопрос времени. Я уверена. Теперь ты меня немного подожди.

— Привет, Дамлин. Мне сегодня исполнилось 25. И в этом году я тоже планирую весь день просидеть тут, ведь все еще держу свое обещание… — Корнелия не договорила. Шорох в кустах отвлек ее. Тут кто-то был. Девушка убрала в карман телефон, оборвав запись. Знакомая фигура приблизилась к ней.

— Ты?..

Это Дамлин.

И в самом деле Дамлин.

Настоящий…

И я не знаю, как должна реагировать.

Да и поверить в реальность этого трудно…

Я до сих пор не могу. Даже банальное осознание этого до меня недоступно. Непостижимо.

Меня даже не волновало, что Эрик свысока мании своего величия великодушно поселил меня в рядовую каюту.

Это нарушает регламент. Но нарушения его явно не беспокоили — он же руководит миссией такого высокого уровня. Впервые. И сразу семь высокоранговых членов под его начальством. По непонятным мне причинам этот идиот воспринял всё как повод повеселиться… Взял с собой двух рабов и положил на скрытность операции болт небывалого размера, публикуя оды о себе великом в сети.

Ну, пускай веселится… Пока может.

А я… Я провела прекрасное утро, второй час наблюдая, как Дамлин спит в моей кровати. Это же и в самом деле он?

Мне точно не кажется?

И почему я раньше этого не поняла?

Идиотка…

Это ж было ясно с самого начала.

Его поведение, речь, привычки, даже внешность…

И вчера он не просто нарушил правила. Ему не было никакого смысла нарушать их. Весь месяц вёл себя примерно. Для такого нужна причина. Весомая причина. Особенно Дамлину. И если всё было ради спасения Ларне… Не просто какого-то незнакомого типа, а когда-то близкого друга… То всё встаёт на свои места.

Почему до меня не дошло, что в первый день он удивился именно, увидев Ларне?

А потом и так же отреагировал на Желина…

Полнейшая идиотка.

Пазл сложился только когда я додумалась посмотреть камеры видеонаблюдения на корабле. Точнее, разговор Ларне и Ладмина в медотсеке… Не называя имён, не раскрывая деталей, не вспоминая прошлого… Их разговор был, словно они давно знали друг друга. Да и кто пустит слезу от слов незнакомца?

Выходит, даже Ларне додумался быстрее меня.

Никогда себя настолько тупой не чувствовала.

Но почему тогда ДНК не совпадает?

Я проводила проверку на сильверском оборудовании, межгалактическом и вручную. Совпадений нет ни на один процент. Как такое возможно?

Должно же быть хоть одно логичное объяснение?..

И в самом деле расовые особенности?

Он сказал: «Переход из одной фазы в другую…»

И в какую же фазу ты перешёл?

— Госпожа, с этим рабом что-то не так? — Дамлин приоткрыл глаза, обнаружив, что я на него смотрю.

И как тут сдерживаться?

Хоть как-то пытаться сохранить лицо?

Я даже прикоснуться к нему теперь боюсь. Вдруг дотронусь — и он растворится. Снова исчезнет. Или Ладмин и вовсе окажется плодом моего воображения.

Почему я даже сейчас не могу поверить, что это Дамлин?

И он прямо передо мной…

Ладм… Дамлин же, похоже, реально обиделся на этот казус с Ларне… На следующий день практически перестал со мной разговаривать, только заученные рабские фразы по предписанным правилам.

И, видимо, сегодня тоже…

— Всё так, — хрипло ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Очень даже «так», но от этого легче не становится. Непривычно что-то чувствовать. Я от этого как-то отвыкла. Но рядом с ним… Всё и в самом деле по-другому.

Дамлин молча поднялся с кровати и стал собираться. Ни единого лишнего слова… То «позвольте просто быть с вами рядом, и я сделаю всё», то игра в молчанку. Он говорил эти слова не всерьёз? Или всё это из-за Ларне? Может, дать ему время остыть?

На самом деле для Ларне пока всё складывалось относительно безопасно. Устранять его Паутина пока не собиралась. Желин действовал самостоятельно и напортачил. В рапорте от «Ларне» давние подозрения на психические отклонения у друга, так что из зоны риска командор временно выбывает. В моем рапорте указано о его тяжёлых травмах «после Желина». Таких, с которыми на миссию не допускают. По крайней мере до полного восстановления. Медикопак всё поправит, но остаточный эффект сохранится на пару месяцев.

С ногами я действительно облажалась…

Нужно было их ломать так, чтобы никто не видел. Особенно Дамлин.

Он же не будет вечно на меня обижаться?

Ладно, пусть успокоится. А пока…

Пока пора взять себя в руки и переться на собрание команды.

В зале заседаний висела голограмма Шалинса со всех уровней строения — ядро, мантия, кора… На коре располагались очаги потенциально аномальной активности, рассчитанные системой. Если все вычисления верны, то в одной из них будет база рабов. Наиболее вероятно, что та в одной из уцелевших построек. Может, в резервных станциях… Это было бы логично.

За круглым столом уже сидели офицеры. Рабы, получившие квалификации «телохранитель» и «напарник», встали у стен. В брифинге они не участвуют, но их задача — быть рядом на случай чрезвычайной ситуации и для понимания контекста предстоящих задач.

— Итак, мы через четыре дня мы прибудем на Шалинс. У нас есть двенадцать локаций, каждую из которых мы посетим, — начал Эрик, даже не делая вид, что воспринимает экспедицию всерьез.

Группировка рабов, у которых в голове плазма, не выглядит даже близко угрожающей.

Шалинс после масштабной катастрофы на базе когда-то крупнейшего научного центра во всей галактике теперь просто планета непригодна для жизни. Радиация от токсичных веществ до сих пор активна. Фауна вымерла. Биоресурсы, гидроресурсы заражены и не подлежат восстановлению. Но Шалинс остается планетой — гравитация работает, молекулы газов не улетучиваются в космос, а значит и дышать там можно.

Ну какое-то время… На практике, без пригодного для человека кислорода есть риск поражения радиоактивными веществами. Межгалактическая медицина может излечить многое, но до нее еще нужно успеть добраться из Шалинса.

В глазах этого придурка самое сложное в миссии — как раз таки посещение зоны отчуждения. Рабы — мелочь. Даже если собрались в банду, то что они смогут сделать?

— Наш маршрут будет начинаться от ближайшей точки приземления, от которой мы совершим продвижение к следующей, что находится ближе по удаленности…

Несет чушь полную…

Ну и пускай.

Я перевела взгляд на Дамлина, стоящего у стены. Он стоял, глядя в пол, как полагалось, но я была уверена, что кто-то все внимательно слушал. Шалинс… Это же последнее место, где он был как капитан. И я до сих пор не выяснила, что там произошло…

Все мои гипотезы остаются лишь предположениями без подтверждения.

— Прошу прощения, — одна из рабынь вдруг сделала шаг вперед. — Я сократила двенадцать возможных очагов до четырех наиболее вероятных. Один из них в резервной ба…

— Я ослышался? — Эрик резко повернулся в ее сторону.

— Я сказала, что один из наиболее вероятных очагов с положительным результатом — бывшая резервная база, — немного сбивчиво продолжила девушка. — Считаю, нам следует начать с нее. Если будем летать от точки к точке, нас могут засечь, и мы упустим элемент неожиданности. Враги смогут подготовиться, отчего наша группа понесет урон…

Надо отдать ей должное… Логично.

Причём слишком.

Я перевела на неё взгляд, отрываясь от Дамлина. Рыжие волосы, тёмные глаза. Ей на вид было лет двадцать пять. При этом за пару минут она сказала больше разумного, чем Эрик за все время заседания.

— У Элизы хорошие аналитические навыки… — объяснил Марк Дринадо, который, судя по всему, был ее хозяином. — Поэтому она прошла программу «напарник» и часто дает дельные советы.

— Дельные советы от рабыни? Которая перебивает капитана миссии?

Вообще она не перебивала. Наоборот, дождалась паузы в его монологе чуши и сказала…

Но кто будет разбираться?

Особенно когда Эрика так и прет.

— Прошу прощения… — девушка тут же опустила глаза в пол. — Я просто думала…

— Думала? Смешно, — он обернулся к Марку Дринадо. — Накажите ее.

— Элиза, конечно, зря так встряла на брифинге. Но она просто привыкла, что может участвовать в обсуждении. Я не предупредил ее о новых… — тот запнулся, подбирая подходящее слово. — Правилах.

Вообще кампания на этой миссии очень занимательная. Марк Дринадо — почетный командор, который через несколько лет уйдет в отставку. На его счету не одна миссия высокого уровня, которые открыли ему доступ к межгалактическим тайнам и прочему с пометкой «совершенно секретно». Насколько мне известно, Марк в курсе даже про Паутину, хоть и не входил в нее. Ликзире Сроу подозревали в сливе материалов прессе. Но этот старый жук все делал чисто, так что за руку поймать никак не получалось.

Да и остальные были не простыми рядовыми — у всех тут свои прегрешения и заслуги. Я бы сказала, своеобразные. И в самом деле занимательная кампания…

Особенно если с миссии никто не вернется.

Вдруг обстоятельства сложатся так удобно…

Или кто-то поможет им так сложиться.

— Вы позволяете слишком много вольностей этой рабыне, — «бравый» гнев Эрика только набирал обороты. — Она уже лезет с непрошенными советами на заседании. Перебивает капитана. И считает себя умнее всех. Повторяю: накажите ее.

Значит, кто-то из Паутины решил попробовать и меня списать?

Или базы данных на Шалинсе не просто «важные»…

— Это ваш приказ как капитана? — уточнил командор.

До этого сопляка не дошло, что ему очень даже открыто намекали. Эрик только недавно был простым рядовым кадетом. Все на этой миссии имеют весьма масштабный список регалий. А Эрик… Эрик пусть и носил фамилию матери, но получил лидерство целиком и полностью благодаря влиянию папочки.

— Да, — он даже и не пытался в это врубиться. — Накажите ее прямо сейчас, чтобы она запомнила свое место.

Марк Дринадо молча открыл меню чипа и нажал на первую попавшуюся кнопку.

Элиза вскрикнула, падая на пол, и зарыдала. Видимо, было больно…

Бывает.

— Еще.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но от боли не смогла произнести ни слова, содрогнулась в беззвучном крике. Я со скучающим видом наблюдала, как Эрик превратил и без того бесполезное совещание в цирк.

— Еще.

У девушки стали закатываться глаза. Вены вздулись. Все её тело дрожало от непрекращающегося действия плазмы, а с каждым нажатием Марка Дринадо по кнопке меню, сила воздействия только усиливалась.

Под ней стала растекаться лужа.

Мда…

Командор, поморщившись, свернул голограмму, исходящую из чипа.

— Я не говорил вам останавливаться, — не унимался Эрик. — Еще.

Дамлин вышел вперед, становясь между Марком Дринадо и Элизой.

— Хватит. Она больше не может.

И как я раньше не поняла, что это Дамлин?

Он же за эти десять лет практически не изменился.

Тот же характер.

— Ты? — сощурился капитан.

— Я прошу вас остановиться, — твёрдо проговорил он. — Она же не сделала ничего плохого. Только хотела помочь…

— Накажи его. Это приказ.

Я наклонилась голову, приподнимая бровь.

Он всерьёз на что-то рассчитывает?

— Еще что-то?

Я скорее прямо здесь Эрику шею сверну.

— Это приказ капитана. Накажи его за дерзость, — повторил он.

Не то чтобы было шумно… Но после его слов воцарилась такая тишина, что даже дыхание звучало громко.

— Многоуважаемый капитан, — прокашлялся Ликзире Сроу. — Вы имеете право отдавать приказы только в отношении миссии, которая проходит на Шалинсе. Мы на данный момент в космическом пространстве. Формально сейчас ваши приказы носят не более чем рекомендательный характер.

Хм… Кто-то решил попробовать сбавить градус напряжения?

Ну, с его опытом мотив понятен. Конфликты на миссии — прямой путь к провалу. Это как простреливать свое же колено. Особенно в самом начале и из-за пустяков, которые никакого отношения к ней не имеют. Одно недовольство порождает другое, надуваясь в пузырь, который непременно лопнет. И лопнуть он может в самый неподходящий момент.

От этого и Марк Дринадо пошёл на поводу у одного недалёкого индивида, а Ликзире Сроу напрямую не назвал его придурком. Моё же «недовольство» на этого таракана зреет ещё с Целелеи. И мой пузырь определённо точно скоро лопнет, причём весьма целенаправленно и с весьма однозначным исходом.

— Корнелия, я настоятельно тебе… рекомендую, — последнее слово он прямо выделил нажимом. — Наказать раба.

— Ваша рекомендация принята к сведению, — кивнула я, разумеется, ничего не делая. — Ладмин, вернись на место.

Пока и в самом деле не до конфликтов. Не хочется тратить время на это недоразумение. Дамлин же не сразу отошёл, смотря на Элизу, которая всё ещё содрогалась от остаточных разрядов плазмы.

— Наша великая Гарпия согласна с планом? — сквозь зубы спросил Эрик, явно омрачённый тем, что его «приказы» никто не поддержал.

— Текущую миссию возглавляете вы, так что вам решать. Могу только сказать, что план слишком опрометчивый.

Как бы то ни было вся эта миссия — прикрытие. Вероятнее всего, чтобы всех нас убрать. Или… Большинство.

— Эта просто шайка рабов, — закатил глаза Эрик. — Нет смысла тратить на них ресурсы и осторожничать.

— Вам решать.

Какой толк спорить с идиотами?

Пустая трата времени.

Я так и сидела, пока этот одарённый индивид, словно ничего и не произошло, распинался о своём гениальном плане и «важности» миссии, в которую и сам не верил. Элиза так и лежала на полу, изредка содрогаясь. Дамлин стоял у стены, глядя в пол, и только ходившие желваки по его щекам выдавали напряжения. Я же вернулась к более приятному занятию — рассматривала Дамлина. А у него и в самом деле черты лица практически не изменились. Только стал взрослее… Но тот же прямой нос, те же скулы и… те же глаза. Разве что цвет глаз с чёрного сменился на алый.

— На сегодня у меня всё, — наконец-то прозвучали заветные слова. — Вопросы?

У меня вопросов точно не было. Так что я поднялась и уже собиралась уходить, как…

— Корнелия… — этот надоедливый таракан окликнул меня. — Задержись, пожалуйста.

Что ж такое… Решил сделать личный выговор за Дамлина?

— Слушаю, — мрачно проговорила я.

— Мне кажется, между нами возникло небольшое недопонимание, и…

«Небольшое»?

Это он про то, как подмешал мне гръенсе на Целелее, или про его сегодняшние приказы?

— Я понимаю, что тебе может быть неприятно находиться под командованием кого-то сильно младше тебя по званию… Но…

Я приподняла бровь.

Вот он про что…

Он всерьез в упор не видит причин, почему мне может быть «неприятно»?

И что там после «но»?

— Еще я считаю, что мы неправильно начали наше знакомство… И…

Даже так?

Он теперь будет делать вид, будто на Целелее ничего не было?..

— Я думаю, мы очень хорошо подходим друг другу.

Опять?

Он так хочет ко мне в подразделение? Решил через постель попробовать?

Или просто умом тронулся?

— Да? — я решила сделать вид, что не понимаю, куда он клонит.

— Я бы хотел загладить вину… — продолжал он. — И узнать тебя поближе.

Хм, что же делать…

Выстрелить в упор или послать?

Пока я думала, Дамлин оторвал взгляд от пола и посмотрел прямо на него… И так напрягся… Даже ладонь в кулак сжал. Это намного больше привлекло мое внимание, чем бред, который решил повесить на мои уши Эрик.

Он ревнует?

Или просто злится?

Может, эта реакция на Эрика?

Надо проверить…

— Я подумаю, — улыбнулась я, заправляя прядь волос за ухо.

Эрик — очередной надоедливый прилипала… Но если ему подыграть?

Дамлин будет сильнее ревновать?

Я скосила на него глаза, а у него аж желваки заходили по щекам.

Я на своей памяти такого еще не видела.

Хах… То, что надо.

— Сегодня буду ждать тебя в своей каюте на ужин, — Эрик воспринял мое «подумаю» как явное согласие. — Приходи, если вдруг решишь дать мне еще один шанс. Обещаю, в этот раз ты не пожалеешь.

— Ладмин… Если скажешь одно волшебное слово, я не пойду и останусь с тобой здесь, — я повернулась к нему, стоило дверям каюты закрыться за нами.

Я наклонила голову, наблюдая за ним. Ну же… Ты же говорил, что влюблен в меня. Значит, по идее, должен ревновать. Хоть немного.

Кончай обижаться…

Скажи, что не хочешь, чтобы я шла.

— Раб не может указывать госпоже, что ей делать, — абсолютно ровным голосом проговорил Дамлин.

Я едва не скрипнула зубам. Как он даже сейчас умудряется меня отшивать?

— Я не шутила…

Я же уже не намекаю, а говорю прямым текстом.

Давай…

Скажи…

— Не понимаю, о чем вы, госпожа. Вы желаете, чтобы этот раб что-то сделал? — он поднял на меня глаза.

Вот же…

Хах…

Видимо, у Эрика сегодня счастливый день.

Как-то по особенному собираться к этому прилипчивому банному листу не хотелось. Так что в нужное время я просто вышла из каюты под провожающий взгляд Дамлина. Он так ничего и не сказал.

В коридоре же я увидела знакомую темноволосую фигуру. Очень кстати…

— Элиза же? Подойди сюда, пожалуйста…

— Госпожа? — та аж на месте подпрыгнула.

Видимо, после заседания еще не отошла.

— Я считаю, что на собрании ты всё правильно сказала. Это было и в самом деле очень хорошее предложение, — я натянула на себя дружелюбную улыбку.

— Спасибо, госпожа… Я правда хотела как лучше…

И зачем рабыне хотеть как лучше для господ, которые над ней глумились?

— Верю… Ты давно у Марка Дринадо?

На его счет у меня сомнений не было. Может, он и не отбитый садист, но у него были свои причуды.

— Уже несколько лет… — девушка потупила взор.

— И он прямо так сразу направил тебя на программу «напарника»?

— Да… У меня фотографическая память и высокие аналитические способности… Так говорят…

Какая скромница… «Напарник» — самая сложная программа «Стража».

И она ее прошла.

А для этого одних аналитических способностей и памяти маловато.

— Ты, видимо, очень талантливая…

— Что вы, госпожа… Я могу быть вам еще чем-нибудь полезна?

— Можешь… — я незаметно накрыла нас куполом невидимой материи, которая не пропускала ни единого звука. — Расскажи, как давно ты шпионишь для Дока?

— Что?.. — глаза Элизы распахнулись. Она правда пыталась сохранить лицо. Но от меня не укрылось, как она нервно сглотнула слюну. Как ее зрачки задрожали. Как дрогнула челюсть.

— Как давно ты шпионишь для Дока? — повторила я вопрос.

— Я не понимаю, о чем вы…

О чем. Не о ком. Она даже не спросила, кто такой док.

— А я думаю, прекрасно понимаешь. Твои товарищи — рабы с неработающей плазмой — устроили засаду на заброшенной базе. Ты им наверняка уже успела сообщить, что мы в пути. Осталось только убедить нас направляться к нужной точке… Я ничего не упустила?

Элиза сделала шаг назад, упираясь в стену.

— Это не так… Я не…

— Давай я помогу тебе принять правильное решение, — я ей улыбнулась той же дружелюбной улыбкой и приставила бэйстер ко лбу. — Я считаю до трех.

— Вы не можете…

Могу.

— Один.

— Пожалуйста… Я просто хочу выжить…

А это похоже на правду.

— Два.

— Не надо… прошу… Расскажу… что угодно… Расскажу…

Ужин был при свечах. И с блюдами, которых на обычном корабле попросту не достать. Только если кто-то готовился заранее.

— Знаешь, я как только увидел тебя, понял, что ты особенная… — начал Эрик, стоило мне присесть.

Дамлин так меня и не остановил. Хотя в коридоре я пробыла довольно долго. Из каюты он так и не вышел. Выходит, Дамлин не ревнует… Конечно, с чего бы ему ревновать?

Это же Дамлин…

Он на такое просто не способен.

Видимо, просто был зол на Эрика за публичное унижение Элизы.

Может, и за то, что на Целелее было…

А я в силу своих чувств предположила, будто он ревнует…

Еще и с этим клопом разговор нужно поддерживать…

— Прямо с первого взгляда? — скептически приподняла я бровь.

— Да… Я даже не думал, что это возможно. Стоило мне тебя увидеть, как сердце остановилось…

Что ж ты тогда не сдох от инфаркта?

Какое же упущение…

— Даже не думала, что вызываю у вас такие чувства… — произнесла я то, что он хотел услышать. — Эрик… Я мало о вас знаю. Расскажите мне немного о себе.

Разумеется, слушать его россказни о себе великом мне не хотелось. Но еще больше не хотелось вступать в светский разговор. Пусть лучше начинает ссать мне в уши, а послушаю с очень заинтересованным видом, будто впечатлена.

Вообще у меня уже было на него досье. Учеба с отличием. Лучшие наставники. Выступление в составе групп с инновационными предложениями. Для Удмурси он явно был золотым ребенком.

И непонятно, отчего так нелепо себя ведет на этой миссии.

Отчасти это мне и хотелось выяснить этим вечером. Уж слишком переменчивым было его предложение, но…

Наше… Кхм… Свидание шло уже второй час.

А он и не собирался его сворачивать. Вёлся обо всём… Но ничего из того, о чём я бы не знала, не говорил.

— И вы представляете? Мы действительно выиграли грант на разработку микрокораблей на одного… — он нес уже третью историю про эти гранты.

Самое любопытное, что ни одной действительно новой или инновационной идеи не было. Его команда, видимо, брала старые забракованные наработки, которые лет двести назад было проблематично реализовать на их витке развития… Немного меняли, чтобы было не точь-в-точь и можно выдавать за свои. Сейчас ресурсов больше, и на всякое необычное обычному обывателю выдают гранты. Вот они этим и пользовались.

— Признаться, я поражена глубиной вашего увлечения…

И очень надеюсь, что в этой комнате хотя бы нет звукоизоляции и до Дамлина всё доносится…

— Да это еще что… — Эрик самодовольно улыбнулся, расправив плечи. — У меня была еще идея…

Да когда ж он заткнется?

— Эрик, прошу меня простить, но я за сегодняшний день устала. И хотела бы пойти спать.

— Я и не заметил, что уже прошло два часа… — он озадаченно посмотрел на время. — С вами, Корнелия, время пролетело невероятно быстро…

Скорее с самим собой. Я едва ли за эти несколько часов сказала и пару фраз.

— Да… Я тоже не заметила, что уже ночь…

Разве что отсчитывала каждую минуту по секундам с самого начала.

— Что ж… Надеюсь, вы будете не против еще раз повторить, — улыбнулся Эрик, галантно отодвигая стул.

— Обязательно.

Никогда более.

Попрощавшись с ним, я направилась к выходу.

Двери раздвинулись, и я чуть не врезалась в Дамлина.

— Что твой раб здесь забыл? — раздалось за моей спиной.

— Ладмин? — я вопросительно подняла на него взгляд.

Он стоял за стенкой всё это время?

Да ладно…

— Прошу прощения, но со вчерашнего дня я телохранитель госпожи. И забочусь о ее сохранности, — только на меня он даже не посмотрел. Его взор был устремлен на Эрика.

— По-твоему, я ей наврежу? — вскинул брови тот.

— Должно быть, я неправильно понял ваши мотивы на Целелее… Не напомните глупому рабу, что вы подмешали ей в коктейль?

Пусть это и прямое нарушение правил, наглость для раба, но…

Вау…

Дамлин и так может?

Я уже решила, что ревновать — это только моя прерогатива…

— Да как ты сме… — возмутился Эрик и подлетел к нему, замахиваясь кулаком. Но я перехватила его запястье быстрее, чем он успел нанести удар. Дамлин же специально завел руки за спину. Логично… Заботиться о моей сохранности он может, а вот нападать на свободного нет. Если бы удар достиг цели, он бы не стал защищаться, не то драться…

— Если ты к нему прикоснешься, то я позабочусь о том, чтобы с этой миссии ты живым не вернулся, — тихо проговорила я, до хруста сдавливая его конечность.

Переломать бы ему их.

А лучше свернуть шею.

Жаль, тут камеры…

А его папочка мне может доставить проблем.

— Что? — переспросил вдруг Эрик.

— Эрик, вы же не хотите испортить этот чудесный вечер? — я как ни в чем не бывало захлопала глазками. Мда… Этому придурку, оказывается, такой нелепости достаточно, чтобы покраснеть. Он долго буравил меня взглядом, было видно, как недоразвитые шестеренки крутятся в его голове, после чего он наконец буркнул:

— Прошу простить, было приятно провести с вами время, — и оставил нас с Дамлином в коридоре одних. Я перевела на него взгляд и наклонилась к самому уху:

— Мог бы сразу сказать, и я бы никуда не пошла…

Сколько же сил приходится прикладывать, чтобы сдержать улыбку. Выходит, он и в самом деле ревновал. Есть вероятность, что это не ревность, а злость… Но ему не все равно, а это главное.

— Не понимаю, о чем вы, госпожа, — холодно ответил Дамлин.

— Ладмин, на что именно ты хотя бы дуешься?

Может, просто выговориться? Поорет немного?

Не может же он вечно на меня обижаться?

— Раб не может «дуться» на свою госпожу…

Хотя…

Пусть обижается.

Главное, что обижается рядом со мной.

В моих руках.

А не где-то на неизведанных окраинах космоса.

— Хорошо, а как это называется? — все же спросила я.

— Госпожа, может объяснить своему глупому рабу, что подразумевает под «это»?

Просто восхитительно…

Даже когда холоден Дамлин, он по-особенному прекрасен.

Миссия еще даже полноценно не началась, а всё уже было скверно. Следующие дни Эрик не слушал никого и ничего. Вообще. Все наши были посвящены его великим монологам без права на дискуссию. Элиза затихла со своими доводами разума. Ее хозяин изредка доносил от нее советы, но как будто они кого-то волновали.

Кроме этих бесполезных собраний я и вовсе перестала выходить из каюты… У меня были дела поважнее. Например, лицезреть Дамлина воочию. Вероятно, его это немного смущало, но дуться за Ларне никак не мешало.

— Госпожа… — обратился он ко мне.

Дамлин наконец-то хочет поговорить?

Перестал обижаться?

— Мне кажется, у плазмы какой-то сбой.

Видимо, не перестал.

Хм… Сбой плазмы?

Мне не послышалось?

Как и в любой технологии сбои бывают, но во время сбоя плазмы рабы корчатся от того, что их нервные окончания буквально плавятся.

Дамлин же как ни в чем не бывало стоит на месте.

— О чем ты?

— Сегодня должно было быть недельное наказание. Его нет. И я не чувствую вообще ее активности.

Сегодня.

А сегодня мы подлетели к Шалинсу.

Хм… Выходит, все рабы становятся неподконтрольными вблизи орбиты Шалинса? Я предполагала, что они просто разработали мобильное устройство, которое ее действие нейтрализует… А выходит, всё еще связано с планетой? Поэтому они выбрали ее своей базой?

— Виду не подавай.

— Что? — удивился Дамлин.

— Сделай вид, что она работает и ничего необычного не происходит, — пояснила я.

Это самый оптимальный вариант из всех. Если в команде первый сбой плазмы всплывёт у Дамлина, то для Эрика и всех в команде наиболее логичным решением будет от него избавится. А так… Он с неработающей плазмой все равно вел себя примерно — это определенно добавит ему очки.

— Но… — он, видимо, еще что-то хотел сказать, но осекся. — Как скажите, госпожа.

Когда ему уже надоест на меня обижаться?

Плазма у Дамлина не проблема. В конце концов, ничего опрометчивого он делать не будет. А вот у других рабов…

Что ж…

Эрика сегодня ждет сюрприз.

***

Нашему великолепному капитану явно доставляло удовольствие устраивать ежедневные собрания, на которых он нес очередную бесполезную чушь, зато с очень важным видом. Сейчас хоть микроповод был — мы влетали в экзосферу Шалинса. Отсюда должен начинаться наш маршрут по локациям.

— Наша миссия начинается, господа. Прошу вас серьезно отнестись к этому заданию. Сегодня мы проверим первую точку…

Этот индюк продолжал распыляться. Целый час заливался соловьем, когда суть можно было бы изложить в два предложения: «Мы подлетаем. Будьте начеку. Все».

— Хм… Ликзир. Твой раб посмел посмотреть на меня без разрешения. Накажи его. Нам не нужны своевольство, когда приземлимся.

Ликзире Сроу без лишних слов открыл панель чипа и нажал на кнопку, активирующую наказание. Он не славился особой сердобольностью к рабам, да и тот и в самом деле уже довольно долго буквально пожирал Эрика взглядом.

Только плазма…

Не сработала.

Раб остался стоять на месте. И все так же плотоядно смотреть на Эрика.

Видимо, Дамлин все же не стал исключением.

— В чем дело? Я же сказал наказать его.

— Я при вас нажимаю на кнопку, но почему-то…

Этот раб просто взял и накинулся.

Зачем мешать таким благим намерениям?

Я, поднявшись со стула, отошла в сторону.

— Прикажи ему остановиться! — закричал Эрик.

— Плазма… — растерянно пробормотал Ликзире Сроу. — Плазма, похоже, вышла из строя.

Двое рабов Эрика многозначительно переглянулись. Надо же… И в самом деле не работает. Это искажение магнитных волн?

Из-за того, что мы подлетаем к Шалинсу? Или здесь есть аналоговые спутники?

В зале воцарилась неразбериха. Ясное дело, что, почувствовав свободу от плазмы и весьма серьезный шанс изменить свое положение, они, не сговариваясь, пришли к одному выводу: убить господ. А господам умирать не очень хотелось. Они отчаянно нападали с кулаками, другие, спустя секундное замешательство, достали бэйстеры.

И только двое не нападали. Элиза рухнула на колени перед Марком Дринадо.

— Господин, я ничего не сделаю. Пожалуйста, поверьте, я не с ними… Я верна только вам, — у нее задрожала нижняя губа.

Очень даже правдоподобно. Особенно на фоне этой потасовки. Но слишком у нее правильные слова для слез. Эта женщина все просчитала в считанные секунды…

Интересный кадр.

Еще интереснее, что командор ей поверил и не стал убивать.

Дамлин подошел и встал рядом со мной, ничего не предпринимая. Просто стоял. И старался не смотреть по сторонам. Из-за крови?

Ему ее вид не нравится?

Ну, сейчас тут ничего не поделаешь.

Исход был очевиден.

Кулаки и бэйстер изначально порождают неравные условия. Все тут были офицеры с опытом, так что быстро преодолели сиюминутную растерянность. Даже Эрик пусть и был беспросветным гордецом, но все подготовку ВУЦМО он прошел. Так что среагировать успел вовремя.

Несколько минут, и наша команда лишилась практически всех рабов. На полу зала заседания валялся десяток трупов. «Капитан» же развернулся ко мне, не выпуская оружие из рук:

— Твой раб тоже угроза. Его нужно обезвредить.

— Ладмин, ты планируешь на нас нападать? — я перевела взгляд на Дамлина.

— Нет, госпожа, — тотчас же ответил он.

— Он не планирует, — передала я Эрику.

— Ты издеваешься?! — у него аж глаза кровью налились. — Ты видела, что эти ублюдки сейчас выкинули?

— Ладмин сейчас нарушил правила?

— Нет, но ты…

— Вот именно, что нет. Он под контролем.

— Под каким контролем?

— Под моим, — я поставила точку в этом вопросе. Пускай делает что хочет, но навредить моему Дамлину я ему просто не позволю. И плевать на миссию. Понадобиться, собственными руками всех перебью. Эрик в очередной раз побуравил меня взглядом, но, махнув рукой, пошел разбираться с телами. Может, он не такой уж и идиот, как прикидывается?

Дамлин же почему-то не выглядел радостным.

Наоборот, слишком напряженным. Я вплотную подошла к нему и тихо спросила:

— В чем дело?

— Госпожа, я сделал что-то не так? — также тихо ответил он.

— Плазма не работает. Ты выглядишь… Озадаченным. А мог бы радоваться…

Любой бы на его месте плясал от счастья, ведь теперь нет ни боли, ни контроля. Он практически свободен. Пусть и временно.

— Плазма была хоть какой-то преградой для… — Дамлин осекся.

— Для чего? — я сощурила глаза.

— Простите, госпожа. Этот раб несет чушь.

Серьезно?

Был же просвет… Да когда он уже перестанет на меня обижаться?

В конце концов, Ларне остался жив, я ему только ноги переломала…

Спустя 30 минут заседание восстановилось. Ну, или мы начали новое из-за произошедшего. Разницы особой не было. Видимо, все идет по плану. Жаль только, не по нашему. Ряды экипажа резко сократились. Рабы пусть и не были незаменимыми членами, но предполагалось, что участие в ней они принимают. Их единица силы была принята во внимание при разработке плана.

Я, лишь бы не слушать очередную чушь от Эрика, стала сверяться с данными нашего маршрута. Экзосфера была пройдена, но наш корабль летел все ниже по верхней грани стратосферы. Это входит в гениальный план этого придурка?

— Извините, но мы летим слишком низко. Так нас могут засечь радары. Нам нужно подняться в термосферу, — раздался голос Дамлина.

И зачем?

Вот надо ему в это лезть…

— Ты капитан? — моментально вспыхнул Эрик.

Чем же Дамлин так его раздражает? Или его все рабы так бесят?

— Нет, я… — хотел было еще что-то объяснить он, но назойливый таракан не позволил.

— Ты раб. Так что молчи и не лезь.

— Простите… — вздохнул Дамлин, поняв наконец-то, что с этим придурком бесполезно вести разговоры.

Я огляделась вокруг. Члены команды с таким же скучающим выражением лица молча сидели, ожидая конца этой цирковой каторги под названием собрание.

А вот Элизы что-то нигде нет…

Хм…

— И как тебя сделали «телохранителем» — тебя еще воспитывать и воспитывать. Собрание окончено. Высадка в течение часа. Подготовьтесь.

Офицеры поспешили ретироваться, пока «капитану» не придет в голову устроить еще одно заседание. Я была с ними полностью солидарна, но на подходе к двери что-то липкое коснулось моего запястья.

Я перевела взгляд вниз. Этот таракашка посмел ко мне прикоснуться своими потными ручонками.

— В чем дело?

— Корнелия, можем отойти? — неожиданно спокойно спросил Эрик.

Я кивнула, едва сдерживая напряжение. Дамлин, как мой телохранитель, разумеется, шел следом. Мы вышли в коридор близ шлюза. Шум двигателей заглушал наш разговор.

Хочет конфиденциальности?

И зачем ему приватность?

— Ты мне нравишься, и я не хотел снова поднимать эту тему при всех… — начал говорить он, прислонившись к стене. — Но этот твой тупой раб лезет с непрошенными советами. Тебе нужно его наказать. Он не раз уже переходил черту.

Ладмин… Нет, Дамлин на самом деле пытался этому идиоту донести правильные вещи. В термосфере снижается риск обнаружения из-за температурных условий, особенно при термических датчиках. Летя в стратосфере, мы практически как на ладони. Но зря… Зачем тупоголовым что-то объяснять, если они все равно ничего не поймут?

Вот он теперь и стоял у шлюза, потупив глаза в пол. Эрик же продолжал говорить о нем, будто тот не стоял в двух шагах от нас.

Я покрутила дымовой фаер в руках, который лежал в отсеке. Должен хорошо дымить. Ярко.

— И? — я подняла взгляд на Эрика.

— Плазма не работает. Ты уверяла, что контролируешь его, но он спустя полчаса уже перечит капитану, — говорил он слишком выверенной интонацией для того, кто вел себя буквально пять минут назад как последняя истеричка. — Мы на Шалинсе. Я капитан миссии. Мои приказы теперь обязана исполнять даже ты. Накажи его.

Его клинит на наказаниях?

Фетиш такой?

— Вынуждена отказать, — отрезала я.

— Я возглавляю миссию, если ты не забыла.

— Это не имеет никакого отношения к Ладмину.

Ладно, в общем-то, Дамлин и в самом деле грубо нарушил правила. Телохранитель именно телохранитель. Ему не положено влезать в обсуждение и тем более спорить с капитаном миссии. Его задача буквально охранять мое тело и всё.

— Я тебе приказываю его наказать, — настаивал на своем Эрик.

— Хорошо, отшлепаю его в своей каюте, — хмыкнула я и развернулась, чтобы уйти.

Если это и было целью разговора, то для меня он закончен.

Какой смысл его продолжать?

— Корнелия, я не шучу. Наказывай его сейчас. Здесь. При мне.

— Эрик… — я обернулась. — Ты уверен, что хочешь перейти мне дорогу?

Должен же был его папочка предупредить обо мне?

То, чем я на самом деле занимаюсь в Паутине…

— Ясно, — усмехнулся он. — Тогда это сделаю я сам.

И прежде чем я успела понять, Эрик сдвинул рычаг, открывая шлюз, и вытолкнул Дамлина из корабля.

ЭТОТ КУСОК ДЕРЬМА ВЫТОЛКНУЛ ДАМЛИНА?

А ДАМЛИН…

КАКОГО… ОН НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ?

ПРОСТО ПОЗВОЛИЛ СЕБЯ СКИНУТЬ?!

— А надо было просто…

Я не стала слушать, что этот придурок несет. Одним движением разбила его лицо о стену. Что-то хрустнуло, заливая пол кровью. А я…

Разбежавшись прыгнула.

Наверное, нужно было все-таки взять с собой парашют…

Дамлин летел вниз. А я вслед за ним.

Уже виднелись разрушенные пустыри Шалинса. Уши закладывало от рева ветра. Он же хлестал по лицу, будто желая разрезать кожу. Чего еще можно ожидать от свободного падения?

Но хуже, что ближе к Дамлину я не становлюсь.

Я так не доберусь до него. Он тяжелее. Приближается к земле быстрее. Выбора не остаётся… Впрочем, тут все равно пока никого кроме нас нет.

Я собрала вокруг материю, уплотняя ее за собой, силой подталкивая себя к Дамлину.

— Дай руку, — прокричала я.

Его глаза распахнулись от ужаса.

Он уставился на меня.

— Что ты творишь?

— ПРОТЯНИ МНЕ РУКУ, — я понемногу раздвигала воздух, сближая нас.

Пока Дамлин не рядом, делать это опасно. Находясь в открытом падении, могу его случайно оттолкнуть. Материю не разрезать. И в такой ситуации ровный портал не получится.

Дамлин, стиснув зубы, вытянул ее. То, что нужно. Ещё немного себя ускорить и… Изловчившись, я схватила за его предплечье. А он… Он даже пальцы свои не сжимает.

— Держи меня.

Дамлин аккуратно оплел мою руку своими пальцами. Второй рукой притянул за спину к себе.

— Ты без парашюта? — его ладонь прошлась по моей спине.

Дамлин сильнее прижал меня к себе…

То, что нужно.

Я активировала геном на полную, замедляя падение. Только себя я бы могла бы и в воздух поднять, и парить, и в неком извращённом варианте летать. Но с весом Дамлина даже простое приземление сложнее сделать. Банально трудно найти баланс. Да и времени на эти поиски нет.

Мягкого приземления не было.

Хоть я и пыталась как могла…

Но Далмин все равно глухо упал на спину, так и не отпуская меня.

Только спустя пару минут, поняв, что мы уже на земле, разжала руки.

Дамлин…

Не исчез.

Не растворился от прикосновения.

Живой. Теплый. Даже дышит…

Может, не вставать и так хорошо?… Все же странно к нему так спокойно прикасаться… Еще страннее, что, судя по всему, он не особо против. По крайней мере, не отталкивает меня. Только он мог от столкновения с поверхностью сломать себе ребра или позвоночник. На Сильвере поправят за пару дней, но вряд ли приятные ощущения, поэтому я нехотя перевалилась с него на землю, ложась рядом.

— Ты… в порядке? — спросил Дамлин, смотря в небесную даль.

Интересно, а он уже перестал на меня обижаться?

— В полном, — ответила я. — У тебя ничего не сломано?

Дамлин закрыл глаза, громко вздыхая.

— Нет.

Вот же… Можно было остаться на нем полежать.

— Почему ты позволил себя вытолкнуть?

Этот вопрос так и не давал мне покоя. Он определённо точно именно «позволил». С силой Дамлина Эрик и в жизни бы не смог его сдвинуть с места.

— Я… Он был прав. Я боюсь, что с неработающей плазмой могу быть опасен…

Дамлин… опасен…

Забавно.

Но, похоже, он и в самом деле в это верит. Тогда на Сильвере он сказал, что не может что-то контролировать. Да и выглядел тот срыв действительно убедительно. Хм… И чего же он так боится?

— Я не думал, что он тебя тоже вытолкнет… — отдышавшись, произнес Дамлин.

— Я сама прыгнула.

— Что? — он приподнялся на локтях.

Ммм… Он так мило приподнимает брови. И в самом деле удивлен?

— Что ты сделала? — повторил вопрос Дамлин.

— Вырубила Эрика и прыгнула.

Он поднялся на ноги. И зачем? Хорошо же лежали…

Я вслед за ним села, скрестив ноги и подперев голову. Разумеется, чтобы лучше видеть его. Какой же он красивый… Особенно сейчас.

— КОРНЕЛИЯ, ТЫ В СВОЕМ УМЕ? ТЫ ВЫПРЫГНУЛА БЕЗ ПАРАШЮТА ИЗ ЛЕТЯЩЕГО КОРАБЛЯ?!

М… Он волнуется?

И ругается так же мило, как Дамлин…

И в самом деле живой и прямо передо мной.

Почему так трудно в это поверить?

— Угу…

— ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧЕМ ЭТО МОГЛО ЗАКОНЧИТЬСЯ?!..

Он продолжал. И я продолжала… Любоваться им.

— Ты вообще слушаешь?

— Каждое слово… Продолжай.

Мне нравится…

Дамлин закрыл глаза, и, будто считая до десяти, сжав переносицу пальцами… Он действительно так волновался из-за меня?

— Извини… Можешь нажимать на чип и наказывать за дерзость.

— Плазма не работает, — напомнила я.

Он вдруг подошел ко мне и наклонился.

Так близко.

Его лицо…

Прямо перед моим.

— Тогда ударь…

Я же поднесла к его лицу ладонь, едва касаясь, проводя пальцем по шраму, пересекающему глаз. Возможность прикасаться к нему… Вот так просто… Это настолько невероятно.

— Ты тогда всерьез сказал, что влюблен в меня?

— Да… — так это была правда? — На самом деле я когда-то об…

Обещал?

Ну да… Он же все помнит. И меня, вероятнее всего, узнал еще на Асмелиде, если не раньше.

Я приложила палец к его губам.

— Если ты хочешь сказать что-то о своем прошлом — не советую. Плазма может и деактивировалась, но Печать Забвения — это взрывчатка внутри. Она соединена с плазмой, по подобию нервных окончаний. Это как… Если у тебя нет чувствительности, то что будет, когда ты засунешь руку в огонь?

Дамлин нахмурился, переваривая сказанное. У меня не было сомнений, что он все правильно поймет.

— Хочешь сказать, что она и тут активна?

— Я знаю, что она тут активна, — кивнула я. — У нее другой принцип работы. Она никогда не отключается, поэтому про «когда-то» лучше не говорить.

Если бы у него была только плазма… Я бы сразу сказала, что помню его, что искала, что он до сих для меня значит все. Но Печать Забвения не дремлет. Ну расскажу я ему все, а что будет дальше?

Дамлин ни слова ответить не сможет, но обязательно попытается. Даже если не сразу — соблазн обойти Забвения станет слишком велик. А он сможет что-то придумать, как на Асмелиде… И это даже может сработать… Только в этот раз парой фраз будет сложно ограничится. Придумывать придется постоянно. И в очередную такую попытку печать может активироваться.

Он провел рукой по лицу, сбрасывая напряжение, и уже через несколько минут абсолютно спокойным голосом произнёс:

— Понял. — после чего перевел взгляд на небо. — Они не вернутся за тобой?

М… Он следил за точкой улетающего корабля. Эти уже точно не вернутся.

— Вряд ли… — хмыкнула я.

— Почему?

— Никогда не видела, чтобы взорвавшийся корабль возвращался…

— Что? — переспросил Дамлин, думая, что ему послышалось.

— Пиф-паф, — я навела два пальца, сложенных пистолетиком, на точку корабля, который уже едва был виден вдали.

Навела очень вовремя. В них летел снаряд самонаводящихся ракет. Миг. И корабль столкнулся с ней. Взрыв был красивым… Небо в огне. Дождь из обломков. Падающие вместе с ними тела.

— Они… — хрипло начал Дамлин, но запнулся, проведя взглядом чью-то половину тела. — Все?

— Ну, тараканчик довольно живучий…

Раз он выжил под лавиной… Наверное, папочка снабдил технологиями для экстренных случаев. Вероятнее всего, Элиза не просто так просто так пропала с поля зрения.

— Ты знала об этом?

— Откуда я могла об этом знать?

Разве что Элиза любезно поделилась со мной одним прелестным планом, а я… Просчитала самое удачное время, чтобы катапультироваться. Правда, из-за Эрика без катапульты. Точнее, без катапультрирующихся капсул, но сейчас уже какая разница?

— У тебя… Есть план?

Я достала из кармана припасённый фаер и надломила его. Сразу же повалил мощный столб красного дыма, который я вручила в ладонь Дамлину.

— Док явно заинтересован в рабах. Особенно талантливых. Ты присоединишься к нему. Меня возьмешь в плен, как… трофей или игрушку…

— Корнелия… — Он провел свободной рукой по лицу, собираясь с мыслями. — Что ты творишь?

— Хочешь связать?

Я протянула ему свои запястья ладонями вверх. Вообще, Дамлин еще никогда меня не связывал. Но сама идея… крайне любопытна.

— Корнелия… Хватит вести себя так безрассудно…

— Если хочешь, можешь меня убить… — Я взяла его ладонь и положила на шею. — Всего одним движением.

Я прикрыла глаза. Такая тёплая… его рука. Он так и не сжал пальцы, лишь одним легким движением провел по гортани. Интересно, это было случайно или нет?

— Корнелия, зачем ты это делаешь?

— Что это? — ответила в его же манере.

— Я не собираюсь причинять тебе вред. Ты же знаешь…

В общем-то я это знаю… Но слышать особенно приятно. Дамлин стоял и так близко, но мне было этого мало.

Я притянула его за воротник к себе. Хотя… он скорее позволил это сделать.

— Мне интересно, что ты сделаешь, если тебя ничего не будет ограничивать, — практически прошептала я.

— Ничего, если ты будешь против, — так же тихо ответил Дамлин, переводя взгляд на мои губы.

— А если я не против?

Этого момента я столько ждала…

И вот наконец он настал.

— Точно можно?

Дамлин наклонился ко мне практически вплотную. Неужели это и в самом деле происходит?

Может, я окончательно сошла с ума?

Ну и пускай…

Ради такого я сама свою крышу сдвину, чтоб она поехала.

— Все, что угодно, — выдохнула я и прикрыла глаза, кожей чувствуя, как он приблизился ещё на миллиметр…

И одним ловким движением закинул меня себе на плечо.

Я едва не выругалась от досады.

Серьёзно?!

— Ладмин… — прошипела я.

— Ты же в плен хотела? — хмыкнул он.

По моим подсчётам, мы шли где-то полчаса. В течение следующего часа на нас должны выйти. Дамлин так и продолжал нести меня, как какой-то мешок. Я не вырывалась, напротив, поудобнее устроилась, подперев голову руками.

Самое главное, что хоть в таком виде…

Но Дамлин несёт меня на ручках.

Во всём есть свои плюсы.

Да и если подумать, то вид неплохой. Такие плавные изгибы не каждый день перед глазами — настоящие холмы, возрастающие на каждом шаге. Симметричные такие…

Жаль, нельзя проверить на ощупь, насколько они упругие.

— Корнелия, почему ты затихла? — он первый подал голос.

Так ещё и по имени назвал…

Значит, и в самом деле перестал обижаться?

— Занимаюсь лицезрением природных красот.

— Тут кругом разруха.

— Это смотря куда смотреть, — усмехнулась я, переводя взгляд обратно немного ниже поясницы.

Интересно, а он специальные упражнения делает? Или это природное?

Как вернуть, нужно будет проверить по камерам видеонаблюдения…

Да и в целом, если смотреть только на Дамлина, то любая планета станет крайне живописной. Истинная красота во всём своём чарующем проявлении.

Он остановился и перевернул меня обратно с плеча на ручку, будто я была каким-то котёнком, весящим пару сотен грамм. Ладно… Ему можно всё, да и отсюда тоже вид очень даже неплохой — спереди можно на его лицо полюбоваться. В чересчур ярком свете Шалинса оно заиграло новыми красками.

— Корнелия… — Дамлин вздохнул. — Это же не шутки. Ситуация и в самом деле опасная.

— Не волнуйся, тебе ничего не угрожает.

Из всех моих расчётов, ему на тут и в самом деле ничего не угрожает. Самая большая проблема будет уже после… Но если я всё спланирую правильно, то, может, и получится избежать…

— Я про тебя… — Он укоризненно смотрел на меня. — Ты не сможешь сделать так же, как на Цел? Перенестись на Сильверу?

— Не могу, — я развела руками.

— А просто куда-нибудь отсюда?

— Не хочу.

Это правда… С Шалинса слишком далеко до Сильверы. Мне хватит сил только на себя. Но… Чисто в теории, я могу переместиться куда-нибудь поближе… Только зачем?

Ну, открыла я портал на Жерстрик. С него сил переправить нас куда-то не хватит. Разве что там можно временно затеряться и отправить экстренный сигнал на Сильверу… Только вот у Дамлина сразу же врубиться плазма, и неизвестно, как она поведёт после глушения на Шалинсе. Не зря же имбецилы из этой шайки носили эти стрёмные шлема…

Так что такой вариант оставлен на самый крайний случай.

Да и Дока мне повидать очень хочется.

— Корнелия… — Дамлин осекся, слегка наклонив голову.

Что-то услышал?

— Что?

— Сюда кто-то… — Он нахмурился, вслушиваясь. — Едет? Звук странный.

Они быстро.

— Ты точно уверена? Сейчас самое время уйти.

— Расслабься. Тебя примут с распростёртыми объятиями.

А вот меня вряд ли…

В мареве алых песков показались силуэты на палубных вездеходах. Быстрые махины, внешне похожие на вездеходы без крыши, но с парусами и надстройками для лучшей манёвренности. Они стали кружить вокруг нас, рассматривая. Не спешили переходить к диалогу. Не сбавляли скорость. И вообще взяли нас в кольцо, так что и путей к отходу не осталось.

Дамлин так и стоял со мной на руках. Я тоже не дёргалась.

— Брось оружие, — первый подал голос борзый тип в ядерно-жёлтом костюме.

— У меня ничего нет, — спокойно ответил Дамлин. — Её я тоже обыскал. У неё нет оружия с собой.

Этот микроотряд наконец-то перестал поднимать пыль в воздух и сбавил скорость, спрыгивая с платформы.

— Ничего личного, — он направил в него пистолет. — Но мы не настолько близки, чтобы я верил тебе на слово.

Старая модель. Классическое огнестрельное оружие. Количество выстрелов упирается в объём магазина. Но когда его направляют в голову — эффективность неоспорима.

Со спины к Дамлину подошло ещё двое.

Если бы хотели убить, выстрелили бы, не сходя на землю. А это просто довод для продуктивных переговоров.

— Стой смирно, если ты не солгал, — приказал тип в жёлтом костюме. — Они тебя осмотрят.

Он, видимо, у них за главаря. Те двое со спины послушали. Дамлин, подавив вздох, застыл, пока их руки бродили по его телу.

— Чисто, — ответил гнусавый голос.

М-да… Они и в самом деле забыли осмотреть меня?

Видимо, я сделала завышенное предположение об их умственных способностях.

Дождавшись кивка от второго своего подчинённого, тип в жёлтом продолжил:

— Это был твой красный дым?

— Да, я хотел выйти на кого-нибудь… — ответил Дамлин.

— Зачем?

— Чтобы выжить. Меня сбросили с корабля.

Он выбрал говорить правду. Ну, по большей части. Правильная стратегия.

Главарь одобрительно кивнул, не особо скрывая, теплел после каждого слова Дамлина. Как я и думала, он сойдёт за своего. Его история способна зацепить любого из них. А учитывая, что они любят кучковаться, и стараться особо не нужно.

— А эту цыпу где подобрал?

— Это моя госпожа… — Дамлин запнулся. — Бывшая. Её вытолкнули вслед за мной. Но поскольку плазма не работает… Я решил её взять с собой.

Раздались смешки. Жёлтый буравил Дамлина взглядом. Когда до всех дошло, что он не шутит, то звуки стихли.

— Прикончи свою суку. Уверен, она на тебе как только не отыгрывалась…

— Ты прав, но… — кивнул он. — Я хотел перед этим с ней… Поиграться. Так же, как и она со мной. Просто убить — как-то слишком милосердно.

Это он вжился в роль или всерьёз решил «поиграться»?

Ха…

Даже не знаю, какой вариант мне нравится больше.

Я для приличия сделала испуганное выражение лица, а то моё любование Дамлином скоро даже для этих идиотов станет подозрительным.

— А ты не промах, — хмыкнул главарь. — Я Хлэир. Это Маркус, — он кивнул на гнусавого. — Там Ричи и Жорс.

— Я Ладмин.

— Мы, походу, поторопились со своими расправиться, — гнусаво присвистнул Маркус.

Назвать этих недалёких шестерками язык даже не поворачивался. Разве что в десятой степени от шести, и то авансом. Док, видимо, разделяет всех из своей шайки на категории. И эти попали в команду «не жалко отправить на убой». Хотя для них наверняка выдумали что-то поэтичное, из разряда «Шторм Ярости» или «Гнев Зверя». Для таких идиотов самое то.

Факты говорят сами за себя. Скудный лексикон. О кругозоре вообще молчу… И их отправили к подозрительному сигналу от выжившего с корабля ВУЦМО. Док проверяет, только и всего. Примитивно и логично.

— Не, от наших надо было сразу избавиться. Тогда у нас другого шанса и не было, — покачал головой придурок в жёлтом. — От одной девки проблем не будет. Иди садись.

Хлэир пошёл к своему палубному вездеходу. Дамлину ничего не оставалось, кроме как идти за ним. А вот слова этого главаря вещь уже интересная… Никаких других посетителей Шалинса не было за последние пару лет. Выходит, от господ они избавились в другом месте. Так как же у них не сработала плазма? Почему они ещё живы?

У Ладмина я делала скидку на нечеловеческую расу. Но эти… Явно обычные люди.

— Док, источник красного дыма у нас, — Хлэир отчитался в радиорубку.

Раздались помехи. И только после этого зазвучал голос. Оттого, что я была у Дамлина на руках, я остро ощутила, как он моментально напрягся.

— Везите его на базу.

— С ним девка. Бывшая госпожа в погонах.

— Её тоже везите.

Этот Док… Даже не спросил никаких уточняющих вопросов. Он наблюдает откуда-то? Тут камеры? Или прослушка?

— Ты теперь у нас новенький, — главарь обернулся к Дамлину. — Не дрейфь, своих не бросаем. И даже не обижаем.

— Я польщён.

— Свяжи её, чтобы не рыпалась, — он достал из бардачка верёвку.

Самую обыкновенную. Из какого-то растительного волокна.

Серьёзно?

Дамлин как ни в чём не бывало посадил меня на кресло и стал связывать руки. Я даже их выставила вперёд, чтобы ему было удобнее. Тем временем вездеход тронулся. Хлэир наблюдал за нами в зеркало заднего вида.

Что ж… Пускай.

До их базы у меня есть время подумать.

Меня всё-таки решили попробовать убрать?

Логично, почему им не понравилось, что я засветилась…

Паутина, используя Забвения, стирает воспоминания всем. Без исключения на себя любимых. Оттого и повторяется: кто-то резко засветился, набрал популярность, всё это не согласовано… Почему бы не отправить на миссию на Шалинсе, во время которой вдруг произойдёт несчастный случай. Для них это абсолютно новый гениальный план. Для меня же паршивая стратегия, которая возникла из ассоциаций подсознания.

Если человека во второй раз поставить в ту же ситуацию, то с большей вероятностью он поступит как и в первый раз. Это будет уже знакомый путь. Проверенный. Оттого и выглядит более надёжным. А учитывая, что Пауки и себе подтирают память…

Старикашки явно что-то знали. Может, оставили себе какие-нибудь подсказки. Или просто догадались. При этом их это нечто озадачило. Вопрос, что же это… Вероятно, из-за своих игр с Забвением сами не заметили, как стёрли Паука. Иного объяснения такой подготовки от простых тупорылых рабов нет. Ими кто-то управляет. Кто-то, кого называют «Док». А если он был Пауком… Допустим, лет пятнадцать назад. То всё резко встаёт на свои места.

— Док приказал расположить тебя здесь, — Хлэир открыл дверь, кивком приглашая Дамлина войти внутрь. — Он скоро пришлет за тобой. Жди.

Хм… Ни одна из предполагаемых точек ВУЦМО не оправдалась — это была не резервная база, а сам научный центр. После взрыва ее должно было разнести ударной волной. И его разнесло. Но… Подземные этажи сохранились. И весьма неплохо.

Только тут по идее должен быть очаг токсичных веществ.

Радиации Док не боится?

Ладно, у меня сильверская кровь. У Дамлина, судя по всему, свои приколы… Но остальные выглядят человеческой расы.

Комната как комната. Кровать, стул, стол и дверь, видимо, в ванную. При действующей лаборатории такие выдавали сотрудникам. Писк. Механизм замка зашевелился. Они нас закрыли. Видимо, все же мера предосторожности у них есть.

Дамлин зачем-то всю дорогу с палубного вездехода нес меня на руках и только сейчас усадил на стул.

Он опустился на корточки.

— Не слишком туго?

М… Он заботится? Или хочет посильнее завязать. Если так подумать, я и в самом деле полностью во власти Дамлина. Это так… Волнительно. Что он будет делать?

Веревки меня не удержат, но разве стану я выбираться из такого прекрасного пленения?

— Туговато, — я прикусила нижнюю губу и отвела глаза в сторону.

Давай, завяжи потуже.

Такой шанс…

Может, отнесет меня на кровать?

Покажет, каким надзирателем может быть?

Скрасим ожидание Дока…

Дамлин аккуратно ослабил узел.

Я едва сдержала микроимпульсы, что заставил бы мой глаз дергаться.

— А так? — как ни в чем не бывало поинтересовался он.

— Сойдёт.

И что еще ему сказать?

Ничего, это же Дамлин.

Он поднялся и прошелся по комнате, внимательно ее осматривая. Я не особо вертелась. Разве что наблюдала за ним. Но и так понятно, что камеры видеонаблюдения тут должны быть. Прослушка, наверное, тоже. Остальное зависит от того, какими сведениями обладает Док.

Дамлин, видимо, тоже камеры обнаружил, поэтому больше ничего мне не сказал. Лег на кровать, прикрыв глаза. Может, и в самом деле устал… А может, подслушивает, что происходит в этом подземелье. Второе более вероятно.

Тут не было часов. Не было экранов. Ничего, что могло бы помочь определить время. По ощущениям прошло пару часов. Сложно точно это сказать в помещении без окон и с искусственным светом. Я дошла до семи тысяч пятиста, но скорость секунды может отличаться от моего темпа счета. В конце концов, сидеть на стуле надоело.

Я подошла к Дамлину и легла рядом. В какой-то момент он, похоже, и в самом деле уснул. Вряд ли бы он стал расслабляться под камерами… Я не удержалась и аккуратно запустила пальцы в его волосы. Почему мне до сих пор не верится, что это он? Прямо передо мной. Живой.

Я столько к этому шла…

А теперь так глупо не могу свыкнуться с этой мыслью.

— Ты проснулся? — тихо спросила я. — У тебя ресницы подрагивают.

Они и в самом деле едва заметно дрожали.

— Можно ещё немного притворяюсь спящим? — хриплым ото сна голосом произнес он.

Я тихо вздохнула, сохраняя ровный ритм сердцебиения. Нужно просто сохранять спокойствие… Но о каком спокойствие речь, когда Дамлин так говорит?

Я, едва сдерживая дрожь в пальцах, продолжила перебирать его волосы. У него дрогнул уголок губ. Такое вообще возможно?

Чтобы Дамлин так спокойно относился к близости со мной?

Он и в самом деле не шутил в своих словах о чувствах?

Вот же… Я могу мыслить трезво в абсолютно любой ситуации, но когда дело касается Дамлина… Мой уровень интеллекта резко падает до нуля. Я даже с эмоциями едва могу совладать… Да что со мной такое?

Наконец, он приоткрыл глаза, смотря прямо на меня.

— Что тут с камерами? — я постаралась, чтобы мой голос звучал как обычно.

— Только муляжи. Из-за аварии сложности с проводимостью тока. Генераторы на такое тратить для них нецелесообразно.

Хм… Ясно, значит, дверь закрыли из-за этого. Значит, камер либо и в самом деле нет, либо установлены в минимальном количестве. Но если Дамлин здесь не услышал никаких высокочастотных механических или электрических шумов — в этой комнате их не установили. Это упрощает задачу.

— Ты правда знала, что так будет? — вдруг спросил он.

Я вопросительно на него посмотрела.

К чему этот вопрос?

— Поэтому не дала Ларне взяться за это задание? — уточнил Далмин.

Опять Ларне…

Мы же так прекрасно лежали вдвоем…

Зачем снова об этом вспоминать?

— Что-то похожее предполагала, — все же ответила я.

— И с Ларне это было связано?

Я не спешила с ответом — о нем я вообще в последнюю очередь думала.

— Корнелия, пожалуйста, это важно для меня, — он приподнялся на локтях. — Объясни, зачем ты это сделала.

Какова вероятность, что если я ему расскажу часть — он больше не будет на меня обижаться? Ладно… Может, и попробовать?

— Очевидно, что Ларне впутался в то, во что впутываться не стоит, — копать под Паутину плохая затея. — Желин мог по своим убеждениям попытаться его убить… Но ты думаешь, он сам достал хириа?.. У него было множество способов прикончить Ларне. Только сомневаюсь, что ему пришла в голову идея использовать запрещенное химическое оружие, которое стоит целое состояние….. Кто-то одобрил использование. Кто-то, кому он подчиняется, кто его надоумил, кто его снабдил и кто в случае чего бы его защитил…

Я бы сделала ставку на Удорси или Лиридзе. Эти старики старой закалки, которые буквально воспринимают «нету тела — нет проблемы».

— Желин действовал слишком опрометчиво. Но его действия были одобрены. Если бы не спешка Желина… Был аккуратный план А: на этой миссии Ларне, вероятнее всего, бы погиб. Они намеренно набрали такую команду, от каждого из членов которой хорошо было бы избавится. Но сломанные ноги, даже после восстановления в медикопаке — крайне уважительная причина месяц быть на больничном. Заодно подумать о своем поведении.

Сразу снова пытаться убивать его не будут. Если перестанет совать свой нос куда не нужно, то могут и «забыть». Все же ничего серьезного Ларне пока не нарыл.

Дамлин молчал. Причем долго.

Слишком.

Может, не нужно было все так на него вываливать?

— Ты бы могла его предупредить… Он бы понял…

— Ларне? Он не умеет притворятся.

Дамлин совсем затих.

— Тогда… Не знаю… — он провел ладонью по лицу. — Это просто было слишком жестоко.

Надо будет больше при нем ничего такого не делать.

Все же для него и в самом деле, видимо, жестоко.

— Ты продолжишь обижаться? — меня больше интересовало это.

— Нет… Я… — Дамлин осекся. — Они сейчас сюда придут.

Дверь открылась с тем же писком. В этот раз Хлэир был только с Маркусом. Увидев меня на кровати с Дамлином, они одобрительно присвистнул.

— А ты времени зря не терял… — хмыкнул Маркус.

Я едва не закатила глаза. Интересно, они в упор не видят, что мы в одежде?

К моему сожалению…

— Новичок, пошли в общий зал, — этот главарь местного разлива так и не сменил свой ярко-желтый костюм.

Дамлин кивнул, вновь взял меня на руки и вышел с ними в коридор. В этот раз оружием в него они не тыкали, идя по бокам.

— Бабу-то ты зачем тащишь? — спросил Хлэир.

— Не нужно ее недооценивать. Без присмотра может что-нибудь натворить, — со всей серьезностью в голосе ответил он.

Хм… И в самом деле планы были. Хотя и на загадочного Дока посмотреть интересно. У меня есть одно предположение…

Мы миновали пролеты нижних ярусов лаборатории. Все же странно, что она сохранилась настолько хорошо после взрыва на поверхности. Были небольшие сколы у стен, трещины на потолке, но совсем не критичные… И более ничего не выдавало катастрофу, которая произошла на поверхности.

Я рассчитывала, что нас ведут в зал совещаний. Может, старое помещение для планерки… А эти двое привели нас в лабораторию. Причем явно действующую. И довольно большую. Стены увешаны дисплеями. На части из них все же были кадры с внешних камер и объектов, которых на Шалинсе точно нет. Столы ломились от оборудования. Полки заполнены разными веществами, половина из которых явно запрещена. В Межгалактическом Союзе лаборатории такого масштаба нередко становятся основными. Выходит, ее спрятали под землю?

Откуда тогда произошла авария?

В поверхностной части здания?

— Можете садиться, — кресло развернулось.

И кто бы там мог быть…

Я долго думала. Кто за всем этим стоит? Кто знает о Межгалактическом Союзе столько, чтобы найти такие лазейки? И что более важно, кто знает о Паутине, чтобы с ней так заигрывать?

Если бы эти типы из группировки отчаянных и в самом деле были такими дилетантами, как хотели показаться, то Паутина бы в два счета накрыла всю их шайку. А у них получалось ускользать. Подбираться. Прощупывать. И снова исчезать.

За всем этим всегда стоял кто-то знающий.

Кто-то, кто готов сыграть ва-банк.

Я подняла взгляд на фигуру, сидящую на кресле.

Зэин Магфирум. Выходец из Жерстрика. По совместительству брат Сейриха.

Когда-то талантливый учёный, примкнувший к Паутине. Это был его научный центр на Шалинсе. Ясно, почему он его выбрал.

Даже ходили слухи, что он связан с пиратами — не все его исследования были в рамках межгалактического законодательства, не на все давали грантов, а некоторые и вовсе граничили с псевдонаукой, нарушая любые нормы. Я не застала его ни в Паутине, ни среди пиратов, ни партнеров ВУЦМО. Но кое-что мне все-таки доподлинно известно — его тоже предали процедуры Забвения.

Зэин Магфирум привлек внимание даже Эрлея. Так что мне довелось за ним понаблюдать. И мади как всегда была права — его съели свои же. Ну… Частично. Сам он не такой уж белый и пушистый. Они с Альянсом водили за нос Паутину с Ковеном еще до Забвения. Причем весьма успешно. У него получилось устроить крупное побоище между флотом Межгалактического Союза и крупнейшим объединением пиратов. Только почему-то спустя время о нем все забыли.

Не было ни крупной потасовки, ни облавы на Альянс… Просто в один день в Межгалактической Сети информацию о нем подтерли. У меня было лишь одно логичное предположение — Паутина. Тихо его выловила и избавилась от проблемы.

Но как он попался?