Они встретились на благотворительном приёме в замке Локфуд. И, разумеется, сразу не понравились друг другу. Роскошная брюнетка в пышном платье немодного фиолетового цвета, с глубоким декольте, дерзким взглядом и громким смехом, явно выдающие в ней даму полусвета. И он – Лорд с большой буквы: высокий стройный эльф в белоснежном костюме с безупречно уложенными пшеничными волосами, серыми глазами и фирменным эльфийским высокомерием.

– Мадам, не имею чести быть вам представленным… – лицо лорда исказила гримаса, свидетельствующая о том, что он бы и впредь предпочёл не иметь такой чести.

– И это к лучшему, – сверкнула тёмными глазами брюнетка.

– Судя по всему, вы предпочитаете прямой разговор, – холодно произнёс эльф, недвусмысленно намекнув на отсутствие у собеседницы манер, – в таком случае скажу как есть: навряд ли ваш… попечитель обрадуется такой крупной растрате. Но я готов оказать вам любезность и выкупить импульсивно приобретённую вами вещь за полную стоимость.

Брюнетка уперла руки в бока, став похожей на базарную бабку, и выразительно хмыкнула.

– Не стоит утруждаться, лорд. Мой… как вы выразились? попечитель будет в восторге от этой прекрасной картины, ведь она чудесно гармонирует с отделкой моей спальни.

От столь прямолинейного намёка на то, по какой причине эта невоспитанная дама оказалась на королевском приёме и столь свободно разбрасывается деньгами на благотворительном аукционе, у эльфа на мгновение пропал дар речи. Но он все же взял себя в руки и с самой любезной из арсенала своих фальшивых улыбок продолжил:

– В таком случае, может быть, позволите выкупить её у вас за большую сумму? Так вы сможете подзаработать на шпильки, – и лукаво подмигнул.

– Увы для вас, лорд, в шпильках я не нуждаюсь, – гордо произнесла брюнетка и, не прощаясь, покинула балкон.

В крови девушки бурлило раздражение. На Вильгельма Дессо - гениального художника, не придумавшего ничего умнее, как завещать свои полотна Королевскому благотворительному дому. На высокомерного эльфа, поднявшего до небес цену за картину. “Но все равно потерпевшего сокрушительное поражение”, – злорадно подумала брюнетка и отправилась на встречу с распорядителем.

Месье Джером - главный распорядитель аукциона, лысоватый пожилой мужчина с намертво приклеенной улыбкой, долго не желал отдавать картину владелице прямо в руки, настоятельно рекомендую воспользоваться услугами службы доставки. Убедить его смогла лишь старая добрая женская истерика с недвусмысленным обвинением в воровстве. После чего месье Джером вытер вспотевшую лысину и лично вручил картину, обёрнутую в мягкую ткань. Лишь когда женщина удалилась с шедевром подмышкой, он отдал распоряжение помощнику: ни при каких обстоятельствах не пускать эту дамочку на порог благотворительного дома.

Впрочем, брюнетку это уже не волновало, она быстрым шагом пересекла гостевой зал, прошла насквозь великолепный вишнёвый сад и, оставив позади недоумевающих кучеров, скрылась за воротами. А через четверть часа близ замка Локфуд под покровом сумерек поднялся в небо дракон.

Присутствует мнение, что каждый уважающий себя дракон непременно должен иметь пещеру высоко в горах до отказу набитую золотом. Среди драконов такое мнение тоже присутствует, но не долго. Может, кто-то из молодых и балуется таким собирательством, и то, лишь до тех пор, пока однажды не вернётся в разорённую сокровищницу. На постоянной основе жить в пещере дураков мало, особенно если у тебя столько золота.

Еще на заре экономики мудрейший народ быстро смекнул, что деньги должны работать, ведь так можно не только сохранить богатства, но и приумножить. А умножать богатства излюбленное дело для любого дракона. Так крылатые стали владельцами земель, банков и предприятий. Впрочем, это нисколько не охладило древнейший драконий инстинкт - находить и присваивать себе сокровища. Только внутренний дракон может безошибочно определить, что, по его мнению, является стоящей внимания ценностью, такое открытие часто контрастирует с общественным мнением и редко напрямую выражается в драгоценном металле.

О пещерах и сокровищах и размышлял дракон, приземляясь на задний двор провинциальной усадьбы, деликатно держа в лапе драгоценный свёрток. Жилище располагалось удаленно от других владений в двух днях езды от столицы или трёх часах стремительного полёта.

Завидев дракона, во двор вышел высокий, как жердь, седовласый мужчина в опрятном костюме и белых перчатках.

– Добрый вечер, мадам Лемар, – поклонился старик, не выказав ни малейшего удивления.

Дракон неопределённо фыркнул, и в урагане фиолетовых искр на его месте появилась девушка в бальном платье. Прижав к груди картину, брюнетка бросила на дворецкого полный ликования взгляд.

– Юджин, вели мадам Торн подать праздничный ужин! Мне сегодня есть что отметить, – торжествующе потрясла свёртком девушка и, не дожидаясь ответа, чуть ли не вприпрыжку бросилась на второй этаж.

Там, плотно закрыв тяжёлую дверь кабинета, брюнетка, наконец, распаковала свою покупку. Но это было не её сокровище - на холсте несомненно рукой Вильгельма Дессо был изображён портрет прелестной маленькой девочки с золотыми кудрями. Красивая картина, но совсем не та, за которую она заплатила на аукционе.

Усадьба сотряслась от утробного звериного рыка. Кто бы это ни был: служащий благотворительного дома или напыщенный эльфийский лорд, они непременно пожалеют, что посмели покуситься на сокровище дракона!

Мадам Торн - пухлая немолодая дама, ловко совмещающая в усадьбе Лемар функции экономики, кухарки, а порой и психолога для госпожи – сунула под нос хозяйки очередную порцию ромашкового чая. У девушки закрылись подозрения, что после таких возлияний её второй облик рискует обрести небывалый бело-желтый окрас.

– Ещё чашечку, мадам? Отвар ромашки благотворно влияет на нервную систему, – в который раз повторила мадам Торн.

Девушка окинула быстрым взглядом пустые тарелки на обеденном столе. Судя по всему, на нервную систему ничуть не менее плодотворно влиял сытный ужин из четырёх блюд.

– Пожалуй, достаточно. – отмахнулась брюнетка. – Принеси лучше корреспонденцию.

Экономика неловко скомкала край передника и нервно улыбнулась

– Сейчас, мадам. Вы только это… все же выпейте чашечку чая… на всякий случай.

С этим не обнадёживающим пожеланием женщина покинула столовую, оставив госпожу на растерзание дурным предчувствиям.

По единому для всех миров закону подлости предчувствия себя оправдали. Среди деловых писем и выписанных из столицы газет оказался конверт без подписи, но с изображением крылатой ящерицы на восковой печати. Письмо, несомненно, от Совета древнейших - неофициального правительства драконов.

Еве уже приходилось получать от них послания: обычно они содержали занудные наставления касательно образа жизни драконов и ничего, кроме раздражения, не вызывали.

Вообще, представители крылатой расы живут обособленно друг от друга, зачастую инкогнито, на территориях разных королевств и в централизованном управлении не нуждаются. Но есть ряд вопросов, которые всё же контролирует Совет самых старых драконов.

С мрачными мыслями девушка распечатала конверт и прочла короткое послание, написанное крупным размашистым почерком:

Уважаемая Еванжелина Лемар, дочь Первородного пламени.

Доводим до Вашего сведения, что Вам выпала честь стать парой месье Артура Клода. Ваш жених прибудет третьего дня июля для заключения официальной помолвки.

Приносим свои искренние поздравления.

Ева залпом осушила остывший чай.

Драконы – гордая и свободолюбивая раса, но крайне малочисленная. Охота на сокровища и ценную шкуру поставила некогда хозяев земли и неба практически на грань исчезновения. Женщин среди них очень мало, именно поэтому каждой свободной драконице Совет рано или поздно подбирает пару – ведь это гарантия того, что на свет появятся новые представители вида. К сожалению, в парах с другими расами драконы рождаются нечасто.

Но, даже осознавая это, Ева рассчитывала ещё полетать в небе вольной птицей, в конце концов, для дракона ей не так уж много лет. Скомкав письмо, девушка порывисто выдохнула: до приезда жениха ещё есть время, пора заняться урегулированием текущих проблем. А начать следует с того, чтобы завладеть, наконец, своим сокровищем!

Пресветлый лорд Лиссэт Виталь прибыл в королевство Бриат в составе посольской делегации, а позже остался при дворе в качестве консультанта. Какие консультации высокомерный эльф давал Его Величеству Карлу II для широкой общественности оставалось загадкой, однако, ходили упорные слухи, что лорд Виталь шпионит для остроухих соседей.

Лиссэта эти сплетни несказанно забавляли, ведь уже много лет он исправно шпионил для самого Карла II. Свою работу он искренне любил: выводить людишек на чистую воду, а порой и из себя, было его излюбленным развлечением. Впрочем, окружающие даже не догадывались, что Пресветлый лорд вообще умеет развлекаться, ведь внешне он всегда был холоден как белоснежные земли Ледяной пустыни.

Но была у лорда и тайная страсть - коллекционирование предметов живописи. Многие его соплеменники не признавали “плебейского” искусства - всего, что не создано руками эльфов, но Лиссэт считал себя подлинным ценителем, умеющим найти бриллиант в груде стекла. Вильгельм Дессо привлёк внимание эльфа ещё при жизни: смешной и нелепый, но талантливый художник. Его последняя работа должна была стать той самой, жемчужиной в коллекции! Однако на аукционе всё пошло не по плану…

Неожиданный стук в дверь вырвал эльфа из размышлений, на пороге показался Люциан - меланхоличный слуга с безупречными манерами и страстным желанием дослужиться в доме Пресветлого лорда до долгожданной королевской пенсии.

– Милорд, вашей аудиенции желает мадам Еванжелина Лемар, – вежливо поклонился дворецкий, – вы её примете?

– Разве ей назначено? – холодно поинтересовался эльф.

– Никак нет, милорд, – понятливо кивнул старый слуга, и тут же скрылся из кабинета. Необычайная догадливость и умение своевременно исчезать из поля зрения хозяина делали Люциана незаменимым человеком на своей должности.

Лиссэт злорадно усмехнулся. Об этой дурно воспитанной выскочке лорд уже успел навести справки. Согласно досье: Еванжелина Лемар была молодой вдовой весьма состоятельного господина. После смерти супруг оставил единственной наследнице усадьбу и немалый капитал в банках и предприятиях. Дела ведут управляющие, а вдовушка развлекается, транжиря средства покойного супруга. Первое впечатление, составленное Лиссэтом на аукционе, подтвердилось - весьма неприятная особа, которой точно не место в доме Пресветлого лорда.

Поездка в столицу не задалась с самого начала. Начнём с того, что карета тащилась по разбухшей после дождя дороге со скоростью беременной черепахи. Так ещё и Матильду - юную дочь мадам Торн, дальновидно пристроенную к госпоже в качестве камеристки, от тряски то и дело укачивало. Ева даже заподозрила, что беременной в этой истории может оказаться не только гипотетическая черепаха.

По приезде в столицу выяснилось ещё одно неприятное обстоятельство. В связи с надвигающимся празднованием Дня рождения Его Величества Карла II город заполонили толпы народа, а места в приличных гостиницах были заблаговременно распроданы. Чтобы не пришлось ночевать на лавочке в парке, Ева была вынуждена снять две комнаты в постоялом дворе на окраине. При этом рыжий одноглазый хозяин требовал плату за номер, будто сдавал в аренду не крошечные коморки с удобствами на этаже, а целое крыло королевского замка!

Впрочем, отменная еда и чашка ароматного кофе слегка примерили девушку с временными неудобствами. И не теряя времени, Ева отправилась в Королевский благотворительный дом.

Здесь её уже поджидала очередная неприятность. По словам охваченного паникой секретаря, месье Джером спешно оставил пост главного распорядителя сегодняшним утром, а его помощник, ошарашенный внезапным повышением, заперся в кабинете и не собирается принимать никого до конца недели.

– При этом совершенно не ясно собрался он там отмечать или вешаться, – доверительно сообщил секретарь, но, заметив растерянное лицо посетительницы, взял себя в руки: – Если дело срочное, могу записать вас, мадам, на следующий вторник.

– Будьте любезны, – напряженно кивнула Ева.

Вся эта история с картиной стала обрастать странными обстоятельствами.

– А ещё, быть может, вы мне подскажете… На благотворительном вечере мне повстречался лорд из Эльфийской Империи, никак не могу вспомнить его имя…

– Думаю речь идёт о Пресветлом лорде Лиссэте Витале, – услужливо подсказал секретарь.

– Да, да! Такой вежливый, обходительный мужчина, – ослепительно улыбнулась девушка, и у секретаря закрылись подозрения, что на аукцион тайно пробрался ещё какой-то эльфийский лорд, только вежливый и обходительный.

Покинув здание фонда, Ева направилась в особняк семьи Виталь, благо извозчик понятливо закивал, стоило только упомянуть имя лорда.

“Судя по всему, этот сноб - фигура видная, раз его в столице все знают”, – с нарастающим раздражением подумала девушка. Надежда решить дело миром, не привлекая высокого покровителя, по милости которого молодая драконица поселилась в королевстве Бриат, таяла с каждой минутой.

Неприятности в тот день подстерегали не только мадам Лемар, но и упомянутого ранее лорда. Всё дело в том, что не так давно к Лиссэту с деликатной просьбой обратился Его Величество Карл II. Деликатные дела энтузиазма у эльфа не вызывали, но к завуалированным под просьбы приказам Лиссэт относился со всей серьезностью.

– Дело моё носит личный, я бы сказал интимный характер, – туманно произнёс монарх, чинно прогуливаясь по аллеям дворцового сада.

Ранее деловые встречи короля и лорда эльфийского происхождения протекали исключительно в стенах рабочего кабинета. О страсти монарха к пешим прогулкам и садовой растительности ничего не намекало.

– Я весь внимание, Ваше Величество, – учтиво кивнул Лиссэт.

Карл II - полноватый мужчина немногим старше тридцати с располагающим лицом и проницательными голубыми глазами - остановился возле куста гортензии и замер, будто наслаждаясь ароматом. На самом деле его взгляд внимательно изучал эльфа. Лиссэту стоило большого труда сохранить фирменное эльфийское хладнокровие.

– Я знаю, лорд, что вы со всем вниманием относитесь к моим делам. Именно поэтому я обратился со столь щепетильной просьбой, – губы монарха тронула ироничная улыбка, – вам знакома маркиза Александра Люгре?

По долгу службы Лиссэт был весьма вовлечён в жизнь столичного светского общества. И о Александре Люгре - дочери отставного генерала, слышал немало, в особенности потому, что последние полгода она считалась фавориткой Его Величества.

– Да, мне доводилось о ней слышать, – расплывчато ответил Лиссэт.

Король довольно кивнул и продолжил прогулку с самым непринужденным видом.

– До меня дошли сведения, что у маркизы появилась тайная связь… романтического характера, – размеренно произнес он.

Глаза эльфа расширились от удивления: изменять венценосному любовнику было явно не самой разумной идеей. И даже прежние боевые заслуги отца мадемуазель Люгре не позволяли смотреть на ситуацию снисходительно.

– Проблема в том, что личность любовного интереса маркизы так и не была установлена, – продолжил тем временем король, – и я крайне надеюсь, что вы, лорд, поможете мне исправить это досадное упущение…

В тот же день за маркизой Люгре была установлена слежка. Проникнуть в дом отставного генерала с наклонностями эльфоненавистника оказалось решительно невозможно, общение с прислугой и внешнее наблюдение за маркизой результатов не принесли. Отчаявшись, Лиссэт даже рискнул сблизиться с фавориткой лично, но незамедлительно получил холодный отказ. С сожалением он констатировал, что репутация надменного эльфа не во всех женщинах пробуждает интерес.

И вот сегодня Лиссэт получил короткую записку, в которой Его Величество выражал недовольство результатами его работы, а именно - отсутствием таковых.

Откинувшись на спинку кресла, лорд снова и снова прокручивал в голове всё, что удалось выяснить о маркизе. Никаких подозрительных встреч, строго очерченной круг общения, увлечения под стать положению: балы и приёмы, благотворительность и меценатство, председательство в женском клубе для юных богатых бездельниц.

Лиссэт устало потер виски. Это дело лишало его покоя. В надежде взбодриться чашкой крепкого кофе, лорд спустился в гостиную, где его поджидал сюрприз. Как уже повелось сегодня, неприятный.

Особняк Пресветлого лорда располагался в престижном Новом районе. Остроконечные башенки возвышались над соседними домами, и само здание отличалось изящной эльфийской архитектурой. Вокруг особняка за кованым забором раскинулся ухоженный сад. Ева была вынуждена признать, что у лорда явно есть вкус. И деньги.

На калитке располагался колокольчик, призванный оповещать о визитёрах. Ловко подцепив крючок, девушка открыла калитку и направилась прямо к дому. То, что её появление не обрадует хозяина особняка, тайной для Евы не являлось. В конце концов девушка решила, что не уйдёт отсюда, не выяснив, имеет ли эльфийский лорд отношение к пропаже её сокровища.

У дверей особняка Еву встретил крайне удивлённый дворецкий.

– Что вы здесь делаете, мадам? – осведомился слуга.

– Моё имя Еванжелина Лемар, – гордо сообщила девушка, – и у меня неотложное дело к Пресветлому лорду.

– Отчего же вы не воспользовались звонком на воротах?

– А я его и не заметила, – пожала плечами брюнетка и честно-пречестно захлопала ресницами.

– Подождите в гостиной, мадам Лемар, я уточню у милорда сможет ли он вас принять, – решил наконец дворецкий и проводил Еву в роскошно обставленную комнату с мягкими диванами.

Ожидание продлилось не больше минуты, вскоре слуга вернулся:

– К моему сожалению, милорд Виталь чрезвычайно занят и никак не сможет вас принять.

– И в самом деле, какая жалость, – притворно вздохнула девушка. – Дело моё чрезвычайной важности. Я два дня добиралась в столицу из провинции. Быть может вы смогли бы предложить мне хоть стакан воды перед дальней дорогой?

Дворецкий заколебался: лорд Виталь держал крайне скромный штат прислуги, и оставлять подозрительную девушку в доме без присмотра слуга опасался. В свою очередь отсутствие учтивости по отношению к гостям лорда, пусть и нежеланным, может весьма негативно отразиться на карьере самого Люциана - дворецкого в пятом поколении, которому осталось доработать восемь месяцев до вожделённой пенсии.

– Разумеется. Я распоряжусь, чтобы вам подали чай перед отъездом, – решился всё же дворецкий.

– Лучше кофе, – лучезарно улыбнулась брюнетка.

– Сию минуту, мадам, – поклонился слуга и быстрым шагом покинул гостиную.

Не тратя времени даром, Ева вскочила с дивана. В гостиной висели красивые пейзажи, но её картины здесь не было. В коридоре и просторной столовой пропажа также не обнаружилась. Несомненно, эльф мог спрятать картину, украсть для кого-то другого или даже вовсе быть ни при чём. Но древний драконий инстинкт требовал приложить все усилия для того, чтобы завладеть сокровищем.

– Вы что-то ищете, мадам? – раздался сзади звонкий девичий голосок.

Ева обернулась, на пороге стояла молодая блондинка в белоснежном переднике горничной.

– Да, да. Я ищу дамскую комнату, – смущенно произнесла незваная гостья, застигнутая врасплох посреди широкого коридора. Миссия по поиску картины в доме лорда с треском провалилась, едва начавшись.

– Я вас провожу.

По возвращении в гостиную Ева обнаружила на столике кофе в фарфоровой чашке и крошечные печеньки. А ещё весьма недовольного дворецкого. Под внимательным взглядом девушка чинно устроилась на диване и принялась маленькими глотками пить горький напиток, размышляя о своём тотальном невезении.

– Люциан, подай кофе в малую гостиную, – входя в комнату, распорядился эльф и тут же застыл в изумлении.

– Да, лорд, кофе сегодня просто отменный, – приветственно отсалютировала ему чашкой знакомая брюнетка.

Дорогие читатели, я искренне надеюсь на ваш тёплый приём!

Делитесь впечатлениями в комментариях, как вам начало истории?

⏳Продолжения выходят каждый день, подписывайтесь, чтобы не пропустить~тут~

🧡Гарантированно: от жмаканья на сердечко у эльфов растут уши, а у автора поднимается настроение.

С наилучшими пожеланиями, ваша Ася🍀.

Лиссэт сидел напротив и сверлил девушку недовольным взглядом. Сегодня брюнетка была одета в очередное немодное платье, а тёмно русые волосы собраны в высокую причёску. Но самым возмутительным было то, что она с аппетитом уплетала печенье, то самое, которые в редких приступах хорошего настроения готовила для него кухарка.

– Что вы делаете в моём доме? – резко спросил эльф, и девушка поперхнулась кофе.

– Дворецкий сообщил, что вы очень заняты, и я решила подождать вас здесь, – откашлявшись, сказала девушка, – тем более, что у вас такой вкусный кофе и изумительные печенья.

Взгляд эльфа остановился на последнем кусочке и стал ещё более мрачным.

– Зачем вообще вы пришли сюда? – с раздражением спросил Лиссэт.

– Разумеется, для того, чтобы обвинить вас в краже, – с улыбкой сообщила Ева, внимательно следя за реакцией эльфа.

Сначала Лиссэт удивленно расширил глаза, брови взлетели на лоб, а потом он вдруг рассмеялся.

– Это самое нелепое обвинение, которое мне доводилось слышать. Может, я ещё кого-нибудь убил или, не дай Светлейший, лишил вас девичьей чести?

– О таких инцидентах мне ничего не известно, – разочарованно отмахнулась Ева.

Уже стало понятно, что лорд был либо невиновным, либо блистательным актёром. В последнем случае вывести его на чистую воду будет совсем непросто.

Заметив реакцию девушки, эльф окончательно развеселился:

– И в краже чего вы решили обвинить Пресветлого лорда, Консультанта Его Величества и подданного дружественного государства?

– Картины, той самой с аукциона, – нехотя созналась Ева.

– Вы потеряли последний шедевр, написанный кистью Вильгельма Дессо?!

– Не потеряла, а его украли! – разозлилась девушка. – Прямо на аукционе, этот проходимец - месье Джером, подменил её на другую - портрет какой-то кучерявой блондинки! А вы, между прочим, весьма настойчиво пытались заполучить мою картину! Я предположила, что он сделал это по вашему приказу… – тише закончила Ева.

– Мда… – потёр гладкий подбородок эльф. – Кучерявая блондинка - это, вероятно, “Портрет маленькой мадемуазель М” - известное полотно того же Дессо. Судя по всему, картины просто перепутали, вы напрасно ищете тут преступный сговор.

– Если так, то почему же месье Джером спешно оставил пост главного распорядителя, никого не предупредив, а назначенный на его место заместитель заперся в кабинете и наотрез отказывается кого-либо принимать? Не считаете ли вы это странным?

– Быть может, а может это просто совпадение, – пожал плечами Лиссэт, допивая остывший кофе. – В любом случае вам стоит обратиться в благотворительный дом. Уверен, они смогут решить проблему юной богатенькой бездельницы…

И неожиданно замер, оглушенный идеей.

Ева выразительно поморщилась. Согласно “легенде” она и была юной богатенькой бездельницей, да ещё и вдовой. Во многих человеческих королевствах процветал патриархат, женщина могла вести дела либо под чутким руководством супруга, либо после его смерти.

– А знаете, мадам Лемар, мне кажется, что мы можем друг другу помочь, – хищно улыбнулся эльф.

– Вы, как я понимаю, из провинции, – вкрадчиво начал эльф. – Крайне состоятельны, но не вращаетесь в светском обществе и не имеете нужных связей. Боюсь, решение вашего вопроса может затянуться. В то время как я в близком знакомстве с многими влиятельными людьми и имею весомую репутацию. Думаю, вернуть вам ваше приобретение для меня будет значительно проще и быстрее.

Повисла выразительная пауза. Ева прекрасно понимала, что лордом движет далеко не любовь к ближнему, но времени на решение проблемы и в самом деле оставалось мало. Скоро прибудет жених, а поиски сокровища пока что завели в тупик.

– Что вы хотите в замен на вашу помощь? – подобралась девушка.

– У меня есть одна знакомая маркиза, – тщательно подбирая слова, начал излагать эльф. – Так вот, недавно мне стало известно, что у неё есть любовник, но выяснить, кто он, мне так и не удалось.

– Ооо, да вы ревнивец! – рассмеялась Ева. – Эта красотка наставила вам рога, но дальновидно умолчала, с кем…

– Может и так, – был вынужден согласиться Лиссэт.

Мысль о том, что его возлюбленная могла изменить ему, изрядно раздражала. Пусть даже возлюбленная и измена были исключительно воображаемые.

– Так чего вы хотите от меня?

– Я хочу, чтобы вы узнали, кто её любовник. Маркиза - председатель женского клуба, попасть туда для вас будет не сложно. А там уже за чашечкой чая с пирожными посекретничайте с подружками и выясните, кто он. Я, в свою очередь, добуду для вас картину, – озвучил свой план лорд.

– Хм, вопреки распространённому мнению, женщины весьма осторожные создания, и точно не рассказывают свои секреты первой встречной “подружке”, – обдумывая слова эльфа, сказала Ева. – Да и вы сами сознались, лорд, что решить мой вопрос для вас плёвое дело. В то время как мне придётся попотеть…

Девушка постаралась скрыть охвативший её азарт. Крайне интересно было взглянуть на девицу, вскружившую голову высокомерному эльфу, да ещё и виртуозно наставившей ему рога. Не зря говорят, что любопытство сгубило больше драконов, чем остриё меча.

– Чего ещё вы хотите? – сузил глаза эльф и мысленно усмехнулся: “Неужели рыбка так легко попалась на крючок?”.

– Видите ли, лорд, в связи с Днём рождения Его Величества номера во всех приличных гостиницах оказались решительно заняты, – трагично вздохнула девушка. – А у вас как раз такой большой, красивый дом. И кофе вкусный, и печеньки…

– Вы что же, хотите поселиться в доме молодого холостого мужчины? – поразился Лиссэт.

– Ну что вы, скажете тоже: “поселиться”, – деланно изумилась девушка, – временно погостить у уважаемого человека… то есть эльфа. Ваш дом такой огромный, что мы неделями можем не встретиться.

– Я как раз рассчитываю, что мы уладим наши дела значительно раньше, чем срок пойдёт на недели, – хмыкнул эльф.

В голове Лиссэта уже сложилась картинка: совместное проживание позволит ему контролировать и внедрённого агента и течение всей операции. Результат не заставит себя долго ждать.

– Я с вами полностью согласна, – кивнула Ева и по-мужски протянула ладонь для рукопожатия.

– Что же, надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным, – улыбнулся эльф и пожал неожиданно сильную руку.

– Признаться, лорд, соглашаясь разделить с вами крышу, я никак не рассчитывала на столь тесное знакомство, – скрестив руки на груди, скептически хмыкнула Ева.

Лиссэт стоял посреди просторной гардеробной и с видом дотошного следователя изучал наряды, заботливо развешанные Матильдой.

– Чулки тоже желаете глянуть? – невинно хлопая ресницами, поинтересовалась девушка.

– Что? Зачем мне ваши чулки?

– Ну, платья же зачем-то понадобились…

Лорд резко к ней развернулся. Весь его вид олицетворял полнейшее негодование.

– Ваши сомнительные намёки здесь совершенно неуместны, – строго отчеканил эльф. – У нас тут серьезная проблема.

– И что такого проблематичного в моих нарядах? – даже немного оскорбилась Ева.

– Да вы сами-то разве не видите?!

Девушка окинула задумчивым взглядом стройные ряды вешалок: бальные и повседневные платья, костюмы для верховой езды, которые так удобно надевать когда хочется размять крылья. Всё выполнено из дорогих качественных материалов с использованием изысканной фурнитуры.

– Я совершенно не имею понятия, о чём вы, – заключила Ева.

– Цвет, – сжалился, наконец, эльф, – все ваши наряды решительно не модного цвета.

Девушка скептически посмотрела на лорда, как и в прошлую их встречу одетого в белый костюм. Потом перевела взгляд на свой гардероб. Да, её наряды были всех оттенков фиолетового, но никакой причины для паники Ева в этом не видела.

– Но это мой любимый цвет, – возразила она.

– Как вы не поймёте, – страдальчески вздохнул лорд, – завтра вечером состоится приём, на котором вы должны произвести впечатление на маркизу, чтобы она пригласила вас в свой женский клуб. Какое впечатление вы произведёте, появившись в светском обществе в платье не модного цвета?

– Человека, не прогибающегося под тенденции моды? – оптимистично предположила Ева.

– Провинциалки, не разбирающейся в элементарных вещах, – припечатал эльф, – цвет наряда - это отражение не столько вкусовых пристрастий, сколько владения этикетом, тонкого понимания уместности в той или иной ситуации. Конечно, есть шанс, что маркиза вас пожалеет и захочет взять под свое покровительство, но вероятнее всего вы, как и на аукционе, выставите себя посмешищем.

– Куда уж мне до этикета, да ещё и тонкого понимания, – раздраженно проворчала девушка. – А ваш белый костюм, видимо, уместен в любой ситуации?

– Разумеется, это показатель статуса. В Эльфийской Империи только приближённые Императора могут надевать белое на официальные приёмы, – спокойно объяснил лорд.

Ева выразительно хмыкнула, но комментировать странные традиции ушастого народа не стала.

– В любом случае, маловероятно, что удастся сшить бальное платье за сутки, разве что подогнать по фигуре в лавках готовой одежды… – стала рассуждать девушка.

– Да, вы правы, без магии пошить за сутки бальный наряд невозможно, – согласился эльф. – Хорошо, что мы находимся в столице славного королевства Бриат, где случаются и не такие чудеса.

– Полагаю, чудеса эти стоят поистине фантастических денег, – тихо пробормотала Ева.

В доме семьи Виталь был собственный экипаж - повозка с гербом на двери и откидным верхом. Трясло в ней значительно меньше, чем в наёмной карете, которую арендовала Ева для путешествия в столицу. Но напряжение не отпускало девушку.

– Зачем вообще вы поехали со мной? – раздраженно спросила она.

– Не доверяю вашему вкусу, – прямолинейно ответил эльф.

Его бесцеремонность и манера всё контролировать вызывали у Евы аллергию. Такую страшную драконью аллергию, так и подмывало чихнуть в лорда пламенем. Увы, в человеческой ипостаси этот трюк был для девушки недоступен.

– Таким образом вы меня компрометируете, совместная поездка за покупками может породить слухи, что мы с вами пара, – передернула плечами Ева.

– Что-то вы не слишком пеклись о своей репутации, поселившись в моём доме. Уверен, слуги уже во всю судачат, – хмыкнул эльф.

– Может я ваша родственница? Приехала из провинции погостить к любимому дядюшке.

Лиссэт с головы до ног осмотрел невысокую брюнетку с курносым носом и большими карими глазами. Затем поймал в отражении витрины свой портрет: сероглазый эльф с тонкими губами, прямым носом и светлыми до плеч волосами. Вывод был очевиден.

– Мы с вами не слишком-то похожи. Хотя бы потому, что вы - человек, а я - чистокровный эльф.

– А что если слухи дойдут до вашей маркизы? Или вы планируете тем самым вызвать в ней ревность? – ехидно сверкнула глазами Ева.

– Мои отношения вас не касаются, – сурово отрезал эльф. – Тем более, что мы приехали.

Вопреки ожиданиям девушки, экипаж проехал насквозь торговую улицу и остановился возле уютного двухэтажного дома в Старом городе.

– Я думала, мы едем за платьем, – растерялась Ева.

– Именно. Но сшить бальное платье за сутки никому не под силу. Никому, кроме настоящей волшебницы.

Ева уже заметила, что в Бриате даже самые скромные жилища украшали садами и клумбами, а где не было такой возможности - стояли растения в горшках. Может быть, всему виной граничащие с королевством земли эльфов, а может, и просто местная мода.

Сад у дома, где остановился экипаж, поражал воображение своей дикой, неухоженной красотой, как будто к растениям никогда не прикасались руки человека, а цветы сами решили, где и как им расти.

Лорд, невольно копируя Еву, проигнорировал звонок и, просунув пальцы через решетку, открыл дверь в сад. На мгновение девушка заколебалась, проникать без приглашения в дома волшебниц ей ещё не приходилось, но всё же понадеялась на благоразумие эльфа. Навряд ли Пресветлый лорд мечтает заработать какое-нибудь проклятье, рассердив хозяйку дома.

Входная дверь оказалась распахнутой настеж, проход закрывала лишь колышущаяся на ветру узорчатая ткань. Не выказав удивления, эльф отодвинул шторку в сторону и смело шагнул внутрь. Прямо за дверью расположилась огромная светлая кухня. Посередине стоял обеденный стол, на плите кипела кастрюля. Повинуясь чьей-то воле, нож ловко шинковал овощи, гремела в раковине посуда, а скатерть самостоятельно расстелилась на столе.

Навстречу незваным гостям из противоположной двери в кухню вошла невысокая пожилая женщина. Её густые седые волосы были заплетены в мелкие косы и собраны в объемный пучок на макушке. Прическа открывала заострённые уши и испещренное морщинами лицо. Ева ещё никогда не видела такой старой и такой загорелой эльфийки.

– Ну наконец-то ты, внучок, решил вспомнить о своей престарелой бабке! Весь город болтает о том, что ты живешь с девушкой, а меня со своей невестой даже не удосужился познакомить, – неожиданно молодым, громким голосом возмутилась эльфийка.

– Бабуля, это не то, что ты подумала, – закатил глаза лорд. – Мадам Еванжелина Лемар мне не невеста.

– Да конечно, – скептически хмыкнула эльфийка. – Молодежь нынче боится прямо озвучивать свои намерения. Впрочем, у мужчин во все времена с этим было напряженно, – хихикнула бабуля и подмигнула Еве яркими зелеными глазами.

– Меня зовут Клотильда, но ты можешь называть меня - бабушка Тиль, – представилась эльфийка.

– Бабуля, мы по делу. Мадам Лемар срочно нужно бальное платье…

– Платье это чудесно! – всплеснула руками эльфийка. – Но сначала обед. Как чувствовала, с утра взялась за готовку. Марш мыть руки!

Лиссэт поборол обречённый стон и махнул Еве в сторону ванной комнаты. Оказавшись наедине, девушка накинулась на лорда с вопросами:

– Бабуля?! У вас есть бабушка?

– Представьте себе, с эльфами такое тоже случается, – иронично ответил Лиссэт. – Бабуля - настоящая эльфийская ведьма и служила модисткой при дворе прошлого Императора. Если кто и способен сшить бальное платье за сутки, то только она.

Ева вспомнила, как самовольно кухонная утварь справлялась с обедом. С таким талантом шитье и впрямь не должно занимать много времени.

Почти семейный обед прошёл в непринужденной обстановке. Клотильда оказалась веселой старушкой, даже лорд, не иначе как под действием бабулиного обаяния, заметно расслабился.

– Ну что же, внучек, на тебе посуда, а нам пора взяться за платье, – заключила эльфийка.

– Только ничего фиолетового! – встрепенулся Лиссэт.

– Разберемся, – отмахнулась старушка и, ловко подхватив Еву под локоть, направилась на второй этаж.

Дождавшись, пока они поднимутся по лестнице, девушка все же не смогла сдержаться:

– Неужели фиолетовый и правда такой не модный цвет?

– Ну что ты, милая, очень даже модный, – возмутилась эльфийка, открывая дверь в просторную швейную мастерскую, – Только не в летнем сезоне. Летом светским барышням полагается носить пастельные тона, а вот зимой он будет весьма уместен.

Ева трагично вздохнула: мир людей, где регламентировался цвет одежды, её категорически не устраивал.

– Видимо твоему дракону нравится фиолетовый, – усмехнулась бабуля.

Девушка застыла в изумлении:

– Что? Откуда вы знаете..?!

– Ну что же я дракона не узнаю? – пожала плечами эльфийка. – Скажу по секрету, я ведь и сама была замужем за драконом. Дед Лиса в зверином обличии был угольно-чёрным, любил одеваться мрачно, – подмигнула бабуля. – И вообще, я думаю, это прекрасная семейная традиция - заключать браки с драконами!

Ева шумно выдохнула. Вот вам, лорд, и чистокровный эльф.

Всю обратную дорогу Лиссэт хмурился в ответ на нежелание Евы сообщить, наконец, какого цвета платье они с Клотильдой выбрали. С одной стороны, бабуля бывает весьма здравомыслящей эльфийкой, а с другой - не так часто, как внуку хотелось бы.

– Ваша бабушка очень милая, – чтобы разрядить обстановку, сказала Ева.

– Угу.

– Вы с ней вдвоем живете в городе? А ваши родители?

– Погибли во время смуты в Империи, – нехотя отозвался лорд, – к тому времени бабуля уже давно жила здесь. В эльфийском дворе меня ничего не держало, и я перебрался в Бриат.

– Соболезную, – смутилась девушка, – а ваш дедушка?

– Дед умер задолго до моего рождения, но бабуля говорит, что он был мрачным типом.

Ева еле сдержала истерический смешок.

– А где ваши родители, мадам Лемар?

– Мне этого не известно. Я сирота, – привычно соврала Ева.

Не рассказывать же в самом деле, что иногда драконы рождаются из чистого пламени первородной стихии. Порой девушка жалела, что родилась не в семье. Её родители - большие, сильные драконы - не допустили бы свадьбы дочери с женихом, которого она даже ни разу не видела.

– Я не хотел вас расстроить, – заметив перемену в её настроении, сказал эльф.

– Вы ни в чем не виноваты, это я начала этот неловкий разговор.

Остаток дороги прошёл в тягостном молчании.

В особняке Виталь Еву встретила встревоженная Матильда:

– Из усадьбы вам переслали корреспонденцию, мадам. И посылку.

Поднявшись в отведённые для неё покои, Ева бегло просмотрела письма. В основном они носили деловой характер: отчеты управляющих, несколько предложений о партнерстве. Среди писем особенно выделялось присланное из усадьбы Лемар. Мадам Торн просила быть с Матильдой построже, беспокоилась о самочувствии, настойчиво предлагала прислать брикет ромашкового чая. При мысли о доме внутри поднялась теплая волна. Драконы ревностно берегут свою пещеру, даже если это усадьба.

Отложив письма, Ева взяла в руки коробку без опознавательных знаков. В ней оказалась прямоугольная деревянная шкатулка и карточка с короткой подписью: “Свадебный подарок”. Внутри шкатулки на бархатной подушке как наручники лежали пара широких браслетов-блокаторов, которые девушка хорошо помнила из своего не слишком-то веселого детства, их надевают малышам драконам, не способным контролировать свой оборот.

В раздражении Ева швырнула шкатулку об стену. Звериный рык застрял в горле. Отвратительный подарок.

Все драконы себялюбивые, вспыльчивые и жадные гордецы. Создать семью с таким набором качеств не просто, даже если в паре всего один крылатый. А уж если их двое… тогда кому-то приходится усмирять своего внутреннего зверя, подчиняться сильному. И своим подарком месье Клод ясно дал понять, какое место он отводит Еве в их семейной иерархии.

– Месье Виталь, если вы попытаетесь попасть внутрь, мне придется применить силу! – звонкий и сердитый голос Матильды вывел Еву из оцепенения.

– Мадемуазель Торн, это вопиющая наглость! – возмутился эльф. – Не забывайте, в чьём доме вы находитесь.

– Вопиющая наглость, лорд, пытаться проникнуть в покои молодой девушки, когда она переодевается, – решительно припечатала камеристка.

И Ева живо представила вздернутый подбородок и упёртые в бока руки. Боевой характер Матильде достался явно от матушки, месье Торн работал в усадьбе садовником и был наиделикатнейшим из людей.

– Если ваша госпожа не изволит явиться сию секунду, то мы опоздаем на приём…

– Что за безобразный скандал вы устроили, лорд? – поинтересовалась Ева, распахивая двери. – Имейте терпение. Я готова.

Лиссэт обескураженно замер. На девушке было роскошное нежно-жёлтое платье с открытыми плечами и золотой вышивкой на лифе и подоле. В жёлтом Ева выглядела заметно моложе, если раньше ей с легкостью можно было дать и двадцать пять и двадцать семь, то теперь она вполне могла сойти за девятнадцатилетнюю дебютантку. Весомости образу юной прелестницы добавлял ослепительной красоты гарнитур из крупных бриллиантов.

– Ваш покойный супруг явно не экономил на подарках, – взяв себя в руки, заметил эльф.

– Мой покойный супруг, да хранит его дух Светлейший, был большим ценителем прекрасного, – хмыкнула Ева.

Лиссэт не стал это комментировать, лишь подхватив девушку под руку, направился к экипажу.

– Признайтесь, лорд, вы были поражены моей красотой, – лукаво стрельнув глазками, прошептала Ева. И эльфу показалось, что зрачки в карих глазах на мгновение вертикально вытянулись.

– Вам к лицу этот цвет, – сдержанно похвалил лорд.

Ева задорно улыбнулась. Клотильда и в самом деле отлично разбиралась в повадках драконов. Нет такого крылатого, который не любил бы золото, и сегодня Ева будто сама стала изящной золотой статуэткой. Внутренний зверь довольно урчал. Новый, но невероятно волнующий опыт.

***

Экипаж остановился у ворот монументального особняка, один взгляд на который внушал мысли о надёжной крепости.

– Маркиз Люгре - отставной генерал, – ответил на невысказанный вопрос эльф, – приём приурочен к девятнадцатому дню рождения и выходу в свет младшей дочери - Маргарет. Александра, разумеется, тоже будет здесь.

– Чем увлекается ваша маркиза?

– Тем же, чем и остальные девушки её возраста и происхождения: благотворительностью, искусством, вышиванием, наверное, – пожал плечами лорд.

– Не много вы знаете о своей пассии, – хмыкнула Ева, покидая экипаж.

Внутреннее убранство особняка резко контрастировало с внешней сдержанностью. Интерьер поражал своим изысканным благородством, в каждом углу стояли высокие вазы с живыми цветами, здесь явно чувствовалась женская рука.

– Добро пожаловать, – глубоко поклонился слуга. – Позвольте проводить вас в бальный зал.

Лиссэт величественно кивнул. Его положение вполне позволяло заявляться на светские мероприятия без приглашения. Тем не менее маркиз, разумеется, и не подумал пригласить в свой дом лорда. Это сейчас Империя интенсивно дружит с человеческими королевствами, но ещё недавно на границах с соседями было неспокойно.

Бальный зал был полон народа, у фуршетных столов толпились мужчины в парадных костюмах, шуршали разноцветными платьями дамы, в центре зала под лёкую мелодию кружилось несколько пар. Лиссэт отыскал глазами хозяев приёма и пристроился к очереди желающих поздравить именинницу.

– Интересующая нас маркиза - брюнетка справа, – тихо шепнул эльф.

Ева перевела взгляд на статную красавицу с чёрными волосами и глубокими синими глазами. Цвет глаз мастерски подчёркивало небесно-голубое платье. В девушке чувствовалось достоинство и изящество. Ева невольно прониклась пониманием к чувствам эльфа: в такую женщину сложно не влюбиться.

Рядом с Александрой принимала поздравления совсем юная худенькая блондинка в воздушном розовом платье.

Возглавлял семейство крупный мощный мужчина с кустистыми бровями и такими же, как у Александры, яркими синими глазами.

– Маркиз Люгре, – символически кивнул Лиссэт, – позвольте поздравить вас с этим знаменательным днём. Ваши дочери очаровательны.

Отставной генерал нахмурил брови, но правила хорошего тона не позволили ему высказать наглому эльфу всё, что он о нём думает.

– Благодарю, Пресветлый лорд. Для меня большая честь, что вы решили посетить наш скромный семейный праздник, – сквозь зубы сказал маркиз, сверля эльфа недружелюбным взглядом.

Пока семейство Люгре заканчивало принимать поздравления, Лиссэт отправился здороваться со своими знакомыми. Ева же переместилась к столу с напитками и закусками. Знакомых среди высшего света у девушки не было, а своим друзьям лорд её представлять не пожелал.

– Вот напыщенный хам, – насаживая на вилку оливку, прошептала девушка.

– Совершенно с вами согласна, – раздался за плечом низкий женский голос.

Воспользовавшись замешательством Евы, оливка ловко соскользнула с вилки и покинула пределы стола. Девушка проводила беглянку возмущённым взглядом и только после этого развернулась к неожиданной собеседнице.

– Добрый вечер, мадам Люгре, – сделала легкий реверс Ева.

Видимо, утомленная приветствиями Александра тоже отдала предпочтение перекусу вместо пустой болтовни.

– Нас с вами не представили. Мужчины умеют проявлять галантность только тогда, когда им это выгодно, – улыбнулась маркиза.

– Еванжелина Лемар.

– Александра Люгре. Пресветлый лорд - интересная партия для выхода в свет, – заметила маркиза, в её словах не было и капли ревности, скорее простое любопытство. И с неожиданным облегчением Ева подумала, что чувства лорда, судя по всему, не взаимны.

– Да уж, месье Виталь вообще интересный чело… эльф, – согласилась девушка.

– Простите за любопытство, но неужели вы, как и многие до вас, планируете его ммм… окольцевать? – хитро улыбнулась маркиза.

Ева искренне рассмеялась, так, что на неё стали оборачиваться другие гости.

– Ну что вы, мадемуазель Люгре! Я молодая вдова с собственной усадьбой и немалым капиталом. Замужество связывает женщину по рукам и ногам не хуже верёвки. Я, конечно, понимаю женщин, которые соглашаются на такие жертвы ради большой любви…

– Или чтобы сбежать из отчего дома, – вставила маркиза.

– Вы совершенно правы, – кивнула Ева, – в этих случаях брак ещё имеет какой-то смысл.

Внутри всё сжалось от обиды. Предстоящий брак Евы обещал быть совсем невыгодным. О любви речи не шло, а сбегать ей решительно не от кого, разве что – от самого жениха.

– Вы придерживаетесь очень смелых взглядов, мадам Лемар, – неожиданно серьезно сказала маркиза. – Я председательствую в одном женском клубе. Мы с подругами помогаем попавшим в беду и пытаемся сделать жизнь женщин несколько… более комфортной. Не хотите прийти завтра к нам на собрание? Мне кажется, вам может быть интересно.

– С радостью приму ваше приглашение. Это и впрямь звучит очень любопытно, – пряча восторженный блеск в глазах, ответила Ева.

Кто бы мог подумать, что в сердце традиционно-патриархального королевства процветает настоящее сообщество феминисток! Впрочем, вспомнив слова эльфа о занятиях маркизы, Ева весело усмехнулась. Какое уж тут вышивание!

– Вы так сияете, как-будто уже стали с маркизой лучшими подружками, – хмуро заметил эльф за утренним кофе.

– У нас много общего, – не утратив позитивного настроя, ответила Ева. – Так или иначе, а я к выполнению условий нашей сделки подошла со всей ответственностью и уже добилась некоторых успехов. В то время как вы просиживаете свою эльфийскую жо…

Лиссэт едва успел проглотить кусок яичницы.

– Ну знаете ли, я вообще-то не мало этому поспособствовал! Раздобыл вам платье, привёл на приём…

– Бросили меня одну-одинёшеньку в окружении незнакомцев и свободолюбивых оливок, – вставила девушка.

– Это пошло только на пользу делу, – отмахнулся эльф. – Каких ещё оливок?

Ева неопределенно пожала плечами, сосредоточившись на завтраке. Драконы необычайно любят поесть, делают это много и с большим удовольствием.

– Как вы, кстати, намерены решить проблему с платьями? Успеете купите в лавке готовые или всё-таки поразите маркизу? Сомневаюсь, что хорошее воспитание позволит ей выставить за порог гостью, которую она же сама и пригласила.

– Об этом уже позаботилась ваша изумительная бабуля, – улыбнулась Ева и продемонстрировала кулон на длинной цепочке. – Удивительная вещь! Талисман иллюзии, ни делает ровным счётом ничего, кроме смены цвета одежды. Никогда бы не подумала, что уважаемые маги при эльфийском дворе могли заниматься такой ерундой.

– Хм, зачем же тогда было шить бальное платье, да ещё и за сутки? – справедливо заметил эльф.

– А это, лорд, подарок вашей уважаемой бабушки, – таинственно прошептала Ева, – на нашу помолвку.

Лиссэт всё же подавился яичницей. Пора было заканчивать с завтраком и отправляться в благотворительный дом. У лорда уже давно сложилась скверная репутация высокомерной эльфийский занозы, связываться с которой обычно не находилось желающих. Дело не обещало быть хлопотным. По крайней мере так думал лорд до того, как оказался в приёмной Королевского благотворительного дома.

– Никак нельзя! – возмутился секретарь, перегородив собой дверь. – Месье Верон никого не принимает до конца недели!

– Ещё раз вам повторяю, у меня срочное дело к главному распорядителю. Срочное! – повысил голос эльф. – Оно никак не ждёт до следующей недели. Да отойдите вы, наконец!

Приподняв секретаря за воротник рубашки, Лиссэт отодвинул его в сторону и дёрнул ручку. Дверь оказалась заперта.

– А месье Верон точно в кабинете? – на всякий случай уточнил эльф.

– Никуда не уходил со вчерашнего утра, – ошарашенный новым для себя способом передвижения, отозвался секретарь.

– Он что же и ночует на работе? – поразился Лиссэт, примериваясь к двери, – а ключи от кабинета у вас есть?

– Ключи от кабинета есть только у самого месье Верона, – проигнорировав первый вопрос, ответил секретарь.

– Месье Верон! К вам Пресветлый лорд по очень срочному делу, – постучался эльф, – откройте немедленно или я вышибу дверь!

Ответа не последовало. Секретарь сдавленно ойкнул и отодвинулся в сторону. Лиссэт тяжело вздохнул, разогнался и с размаху навалился на дверь, выбив замок. Посыпалась штукатурка, когда дверь врезалась в стену.

Взглядам эльфа и, выглянувшего из-за его плеча, секретаря предстал разгромленный кабинет. Всюду валялись документы и канцелярские принадлежности, в эпицентре всего этого безобразия, прислонившись к открытому сейфу, мирно посапывал растрёпанный мужчина.

– Месье Верон! Что же это такое? – кинулся к мужчине секретарь и потряс его за плечи.

Глаза распорядителя открылись, мужчина издал болезненный стон. Лиссэт наткнулся взглядом на пустую бутылку.

– Месье Виталь, он кажется болен, – предположил сердобольный секретарь.

– А мне кажется, что у вашего начальника обычное похмелье, – не согласился эльф, – месье Верон, вы меня слышите? Меня зовут Лиссэт Виталь, я являюсь консультантом Его Величества. И мне очень нужно уточнить у вас детали аукциона по продаже картин Дессо.

– Аукциона?! – неожиданно ужаснулся главный распорядитель. – Я ничего не крал! Клянусь Светлейшим, когда я заступил в должность, сейф уже был пуст, вся выручка от продажи картин исчезла!

Секретарь попятился, явно выискивая для обморока место почище и, желательно, помягче.

– Я правильно вас понял, месье Верон, что, неожиданно заступив в должность, вы обнаружили пропажу выручки от благотворительного аукциона и не придумали ничего лучше, чем уйти в запой? – вкрадчиво уточнил эльф.

– Вы ничего не понимаете! Я человек близкий к искусству, у меня тонкая душевная организация, – шмыгнув носом, грустно сказал распорядитель.

– Ясно, пусть с этим вопросом разбираются дознаватели, – поморщился лорд. – Скажите мне лучше, где находится последняя картина Дессо, которую купила мадам Лемар?

– Мадам Лемар сама же её и забрала, прямо с аукциона.

– Ей отдали другую картину, “Портрет маленькой мадемуазель М”. Видимо лоты перепутали.

– Это совершенно исключено! – возмутился распорядитель. – Хотя бы потому, что “Портрет маленькой мадемуазель М” не участвовал в аукционе!

На этот раз, видимо для разнообразия, Ева всё-таки воспользовалась звонком на воротах. Знакомый лакей проводил девушку в уютный зал с камином и мягкой мебелью.

Здесь уже собрались члены, так называемого, женского клуба. Сама председатель в зелёном домашнем платье с оборками. Её младшая сестра в очередном розовом безе. А также новые лица. Низенькая пухлая брюнетка с задорным румянцем на щеках. Щуплая рыжая девица с не слишком тщательно замазанными веснушками. А так же дама за сорок в чёрном траурном платье. Крайне колоритная компания.

– Добрый день, дамы, – присела в реверансе Ева.

– Здравствуйте, мадам Лемар, – улыбнулась Александра. – Девушки, я хочу вас познакомить с Еванжелиной Лемар, молодой вдовой, как никто понимающей тяготы современных женщин.

– Что-то вы, милочка, слишком жизнерадостны для вдовы, – сказала дама в чёрном.

– Так молодая же, – не осталась в долгу Ева.

Дама неопределенно то ли хмыкнула, то ли крякнула.

– Присаживайтесь, мадам Лемар, – перехватила инициативу маркиза, – я вам сейчас всех представлю.

– Это мадемуазель Франсуаза Штрау, – кивнула Александра на пухлую брюнетку, – внебрачная дочь графа Штрау.

Брюнетка приветливо улыбнулась, и на её щеках проступили обаятельные ямочки.

– А это виконтесса Луиза Бернар, – указала маркиза на рыжеволосую девушку, – и, конечно, наша любимая, мадам Эмма Руссо.

На определении “любимой” дама в чёрном закатила глаза, но по мелькнувшей улыбке Ева поняла, что женщина таким отношением польщена.

– С моей сестричкой Маргарет вы уже встречались на приёме.

– Очень приятно с вами познакомиться, дамы, – улыбнулась Ева.

– Нам тоже очень приятно, – ответила улыбкой мадемуазель Штрау, – не так часто в наше время встречаются девушки с прогрессивными взглядами.

– В нашем клубе принято опускать титулы и обращаться по именам, – тихим голосом пискнула рыжеволосая мадемуазель Бернар.

– Я с удовольствием поддержу эту традицию, можете называть меня просто Ева.

– Мы расскажем вам о деятельности нашего клуба, – переключила внимание на себя старшая маркиза, – разумеется за чашечкой чая с пирожными.

Александра позвонила в колокольчик и расторопная служанка вкатила в комнату тележку, заставленную посудой и этажеркой с пирожными. Когда все участницы клуба получили по чашке ароматного чая, маркиза наконец продолжила:

– Как я уже вам говорила, наш клуб помогает дамам, попавшим в беду. Мы стараемся обеспечить работой и кровом тех, кто в силу обстоятельств не в состоянии позаботиться о себе: молодых девушек, сбежавших от семьи и ненавистных мужей, женщин с детьми, оставшихся без дома, – вдохновенно рассказывала Александра. – Наша мечта - построить приют, где женщины могли бы получить помощь и поддержку. А также обеспечить повсеместное образование для девочек. Во многих семьях всё ещё считают, что женщинам качественное образование ни к чему, но мы то с вами понимаем, что это не так!

– Мой отец набожный человек и позволяет мне по выходным обучать детишек в воскресной школе при церкви Светлейшего, – тихо добавила Луиза, – мне часто встречаются такие родители, запрещающие девочкам ходить на занятия.

– Полагаю без повсеместной реформы образования эту проблему не решить, – покачала головой Ева.

– Мы уже работаем над этим, – улыбнулась маркиза, – Его Величество высказал заинтересованность в наших идеях.

– Вы обратились к королю, и он к вам прислушался?

– Конечно, я же фаворитка Его Величества, – спокойно, без стыда и гордости ответила Александра. – Мужчинам тоже порой хочется поговорить. А моя задача, как верной подданной королевства Бриат, доносить до своего короля проблемы народа.

Ева обескураженно застыла. Если король - любовник маркизы, у эльфа не остаётся и шанса добиться её внимания. Александра производила впечатление серьезного и целеустремленного человека, одержимого своими идеями. А уж что такое одержимость, любому дракону известно не понаслышке.

– Ваши усилия достойны уважения, – признала Ева.

– Нам очень приятно это слышать, – улыбнулась розовощёкая Франсуаза.

– Раз уж вы разделяете наши убеждения, я, как председатель, хотела бы предложить вам присоединиться к нашему клубу. Все участники вносят посильный вклад в общее дело, для вас это будет членский взнос в размере пятисот тысяч. Вся сумма целиком пойдет на строительство приюта, – увидев округлившиеся глаза Евы, поспешно добавила маркиза.

Мда, чего-то такого, пожалуй, и следовало ожидать. У четырёх незамужних барышень есть много идей, но нет денег, не считать же таковыми карманные средства на помаду и булавки. За пятьсот тысяч можно обустроить две усадьбы в провинции или купить небольшой особняк в не самом престижном районе столицы.

Большая часть капитала Евы была вложено в предприятия и инвестиции. Немало средств уходило на обустройство и поддержание усадьбы. Были, конечно, и деньги на так называемые “текущие расходы”, но суммы там фигурировали значительно меньше. На секунду Ева представила, как переписывает своё имущество в пользу женского клуба и остаётся, наверное, первым в истории бездомным драконом. “Интересно, не расхочет ли месье Клод в таком случае жениться?” – мелькнула в голове шальная мысль. Так уж повелось, что в драконьих семьях после брака сокровищницы супругов объединяются.

– Благодарю за оказанную честь. Это весьма лестное предложение, но мне необходимо подумать, прежде чем принимать такое хм… весомое финансовое решение, – демократично закончила свою речь Ева.

Дама в чёрном понятливо усмехнулась.

– Конечно! Обдумайте все хорошенько, – с детской непосредственностью улыбнулась Франсуаза.

– Мы будем с нетерпением ждать вашего ответа, – кивнула Александра. – На этом предлагаю наше сегодняшнее собрание закончить.

– Тем более, что мне уже пора на занятия, – вклинилась молчавшая ранее Маргарет. – Пойдемте, мадам Лемар, я вас провожу.

– Да, благодарю, всего доброго дамы, – ответила Ева.

– Не сердитесь на мою сестру, мадам Лемар, – сказала Маргарет, когда они покинули зал. – Для неё это очень важно! К кому только Алекс не обращалась за помощью, никто не хочет финансировать строительство приюта для женщин, многие вообще не понимают, зачем он нужен. Считают, что это увеличит количество разводов, ведь тогда бывшим жёнам, даже если от них откажется семья, будет куда идти.

– Да, я понимаю о чём вы, – кивнула Ева и перевела разговор на более нейтральную тему:

– А какие у вас занятия?

– Я занимаюсь живописью, мадам Лемар, – широко улыбнулась девушка. – Это очень меня вдохновляет.

– Боюсь, лорд, у меня для вас плохие новости, – сказала Ева и, не дожидаясь, когда служанка принесёт второй набор посуды, пододвинула к себе тарелку с жареным кроликом. Стресс всегда побуждал в девушке зверский аппетит.

– Вы так внезапно вернулись и аккурат к обеду, – заметил эльф.

– Ваше потенциальное семейное счастье разбилось о суровую практическую действительность, – покачала головой девушка, ловко орудуя вилкой.

– Что, простите?

– Мадемуазель Александра Люгре является фавориткой Его Величества.

– Это обстоятельство мне известно, – спокойно кивнул эльф.

Ева застыла с недонесённой до рта вилкой.

– И что же, вас это не смущает?

– Я желаю счастья Его Величеству, в том числе и личного.

– Хм, ваш патриотизм вне моего понимания, лорд, – заключила наконец девушка. – Если вы знали, что любовник маркизы - король, то зачем просили меня это разузнать?

– Я хотел, чтобы вы выяснили, кто ещё является любовником мадемуазель Люгре.

Ева смерила эльфа задумчивый взглядом.

– Не знаю, лорд, с чего вы решили, что у маркизы есть ещё какой-то любовник. Но мне показалось, что единственная ее страсть - это женский клуб.

– Неужели вышивание такое увлекательное занятие? – удивился Лиссэт.

– Вы не представляете насколько, мне даже предложили приобрести членский билет за пятьсот тысяч, – наслаждаясь изумленным лицом эльфа, сказала Ева, – но мне, к сожалению, такое рукоделие не по карману.

– Мда… – тряхнул головой эльф, – у меня для вас тоже не радостные новости. Сегодня я был в благотворительном доме. Новый главный распорядитель - месье Верон - сообщил, что выручка с аукциона Дессо пропала. Но не это самое странное. Он уверен, что вы забрали свою картину, а “Портрет маленькой мадемуазель М” в аукционе не принимал участия, картина находилась в чьей-то частной коллекции.

– Неужели месье Джером украл всю выручку и мою картину?!

– Быть может, – пожал плечами эльф, – но зачем ему было подменять вашу картину на другую того же автора, тем более не участвующую в аукционе?

– Хм, может эта картина, которая теперь у меня, не настоящая? Просто дешёвая подделка для отвода глаз.

– Тогда логичнее было бы сделать подделку именно той картины, за которую вы заплатили, – не согласился Лиссэт. – Пока вы занимались вышиванием, я навел справки, кроме вас все остальные покупатели свои картины получили и их подлинность сомнений не вызывает.

– И что же нам делать? – чуть не плача спросила Ева. Сокровище исчезло прямо из лап и вероятность найти его таяла с каждой минутой.

– Для начала можем и правда отнести портрет на проверку: хотя бы будем знать, подлинник ли это. А там, – махнул рукой эльф, – будем действовать по обстоятельствам.

***

Экипаж остановился возле Художественного музея. Величественное здание с широкими колоннами по фасаду располагалось на площади, окружённое беседками и фонтаном. Лиссэт проявил галантность и помог Еве выбраться из экипажа, после чего они направились к главному входу.

– Месье Кондини ждёт нас, – небрежно бросил лорд служащему у дверей.

– Месье Виталь, какая неожиданная встреча! – окликнул эльфа брюзжащий старческий голос.

Его обладатель - совсем низкий старичок с круглыми очками и крючковатым носом - вальяжной походкой шёл на встречу.

– Месье Кондини, рад видеть вас в добром здравии, – ничуть не смутившись, улыбнулся Лиссэт.

– Какая очаровательная с вами дама. А ещё говорят, что интеллигенция и романтика умирают! Свидание в музее - это весьма в вашем вкусе, лорд.

Ева с подозрением покосилась на эльфа: заподозрить в Пресветлом лорде закоренелого романтика, выгуливающего прекрасных дам по музеям, было весьма проблематично.

– Это мадам Еванжелина Лемар, – представил эльф свою спутницу, – у нас с ней к вам дело как раз по вашему профилю.

– Алистер Кондини, скромный управляющий музеем. Весьма рад знакомству, мадам, – галантно улыбнулся старичок. – Ну раз вы по делу, то добро пожаловать мой в кабинет.

Рабочее пространство руководителя музея представляло собой некогда просторную, а теперь до самого потолка заставленную книжными стеллажами комнату. Месье Кондини взгромоздился в высокое кресло за столом, а Лиссэт и Ева расположились на низком диванчике. Благодаря такому размещению разница в росте между эльфом и месье Кондини существенно сократилась, а вот невысокая Ева почувствовала себя совсем крохотной.

– Какое именно дело вас привело ко мне?

Эльф распаковал из бумаги картину и протянул её управляющему. Глаза музейного работника заблестели, выражая заинтересованность.

– Взгляните, пожалуйста, месье Кондини. Как вы считаете, это подлинник?

Старичок аккуратно взял полотно и, поправив на носу очки, стал пристально разглядывать.

– Несомненно это “Портрет маленькой мадемуазель М” кисти Вильгельма Дессо, написанный десять лет назад, и выставленный на продажу в Центральной галерее.

– Вы знаете, кто купил его? – спросил Лиссэт.

– Нет, галерея не разглашает имена покупателей, если они, разумеется, сами этого не захотят. А коллекционеры обычно очень скрытный народ, опасаются за сохранность своих коллекций, – покачал головой управляющий, возвращая картину.

Ева внимательно всмотрелась в черты лица девочки. Они неуловимо кого-то напоминали.

– А вы знаете, кто изображён на портрете?

– Нет, мне этого не известно, мадам.

Лиссэт и Ева озадаченно переглянулись.

– Спасибо вам, месье Кондини, вы очень нам помогли, – вставая с дивана, поблагодарил эльф.

– Всего доброго, – уныло попрощалась Ева. Вопреки ожиданиям полотно оказалось подлинником, принадлежащим всё тому же Дессо.

– И что мы будем делать исходя из открывшихся обстоятельств? – с надеждой спросила девушка, выходя на улицу.

– Месье Кондини прав, коллекционеры очень скрытный народ. К счастью, они регулярно собираются на закрытых приёмах, чтобы похвастаться друг перед другом пополнениями своих коллекций. Думаю, там мы сможем что-то разузнать об этой картине.

– Но как же мы попадём на закрытый прием?

– А вот об этом вам волноваться не стоит, я уже много лет являюсь почётным членом Общества Коллекционеров, – самодовольно сказал эльф.

Девушка облегченно выдохнула, устраиваясь на мягком сидении.

– Корреспонденция, господа! Свежая корреспонденция, – картавя слова, пронесся мимо экипажа кудрявый мальчишка со связкой газет. – Вблизи столицы был замечен дракон! Свидетельства очевидцев!

Ева побледнела и мёртвой хваткой вцепилась в руку забравшегося в экипаж эльфа.

– Вы, что же, боитесь драконов? – рассмеялся Лиссэт. – Уверяю, вам совершенно не о чем беспокоиться. Дракон никак не сможет вас похитить, при том количестве еды, которую вы поглощаете, он просто не сможет вас поднять.

Получить разрешение на аудиенцию с Его Величеством оказалось неожиданно сложно. Королевский двор трясло и лихорадило, уважаемые господа метались по дворцу в хаотичном порядке. Во дворе замка, первый раз на памяти эльфа, развернула учения дворцовая стража.

Месье Густо, щуплого молодого мужчину, исполняющего обязанности секретаря при Его Величестве, Лиссэту удалось изловить не с первого раза. Выглядел секретарь весьма помято, что за маниакально педантичным мужчиной никогда не водилось. Пересекая галерею он что-то беззвучно шептал и на ходу строчил в записной книжке. Не заметив подкравшегося эльфа, мужчина не снижая скорости врезался прямо в него.

– О, Пресветлый лорд! Прошу прощения, я вас не заметил, – смущенно пробормотал секретарь, поднимая с пола ручку.

– Это счастливая случайность, месье Густо, – величественно кивнул эльф. – Вы-то как раз мне и нужны.

– Я весь во внимании, – учтиво сказал секретарь, краем глаза поглядывая на часы.

– Мне крайне необходимо переговорить с Его Величеством. Не могли бы вы найти для меня окно в его расписании?

Секретарь неловко замялся.

– Боюсь, лорд, Его Величество крайне занят…

– Это напрямую касается дела, которое он мне поручил, – перебил его эльф.

– В таком случае, лорд, мне велено немедля сопроводить вас к Его Величеству, – огорошил секретарь. – Минуточку, только сверюсь с расписанием. Ага! У Его Величества сейчас примерка парадного костюма.

Кивнув своим мыслям, месье Густо круто развернулся на каблуках и уверенно зашагал в ту сторону, из которой пришёл. Лиссэту ничего больше не оставалось, как последовать за ним.

Провожатый привёл лорда во внутреннее крыло дворца, где располагались личные покои короля. Вход на территорию охраняли хмурые стражники. Лиссэту, как и большинству придворных, ещё никогда не доводилось здесь бывать. Секретарь остановился напротив массивной двери.

– Одну минуточку, я уточню, – коротко постучав, мужчина скрылся за дверями.

А через мгновение вернулся в компании подтянутого пожилого мужчины, на шее которого болталась измерительная лента. Портной смерил эльфа полным ненависти взглядом.

– Его Величество ожидает вас, лорд, – сообщил секретарь.

Лиссэт нерешительно толкнул дверь и оказался в огромной гостиной, выполненной в цветах бриатского флага - синем и зелёном. Король стоял посреди комнаты, хмуро взирая на своё отражение в высоком зеркале. Красный с золотом костюм кое-где болтался на булавках, но уже сейчас было заметно, что ажурная золотая вышивка делала Его Величество похожим на расписную игрушку, которыми традиционно украшали деревья в праздники Новогодья. Король это сходство, видимо, тоже подметил.

– Добрый день, Ваше Величество, – согнулся в поклоне эльф.

– Не слишком то добрый, – проворчал король, оборачиваясь. – Ваши родственники, лорд, рискуют свести в могилу половину моих придворных. И, возможно, даже вынудят меня сменить портного.

Лиссэт непонимающе на него посмотрел.

– Как вам, лорд, это удалось? Быть единственным эльфом при моём дворе и при этом оставаться единственным, кто не в курсе приезда эльфийский делегации? Во главе с самим Императором, между прочим.

– В Бриат прибудет Император? – ужаснулся лорд, невежливо ответив вопросом на вопрос.

– Именно что сам, – кивнул король, хитро прищурившись. – До меня дошли сведения о вашем скоропалительном романе с мадам Лемар. Я право думал, что вы готовитесь встретить родственников в, так сказать, хм… во всеоружии.

– Мои отношения с мадам Лемар излишне романтизируются общественностью, – скривился эльф, гадая чем же Ева способна отпугнуть его собратьев с Императором во главе. Не зверским же аппетитом?

– В вашем случае любой козырь в рукаве будет не лишним, – посерьезнел король. – Со своей стороны напоминаю, лорд, что наше соглашение всё ещё в силе. Вы находитесь на королевской службе и можете рассчитывать на моё покровительство.

– Но от досадных недоразумений с летальным исходом ни один королевский служащий не застрахован, – с грустной иронией заметил эльф.

– Вы всё верно понимаете. Не мне вам напоминать об осторожности.

Лиссэт благодарно кивнул. Неожиданные новости всколыхнули волну воспоминаний. Немало всего связывало лорда с эльфийским двором. Родственные связи, смерть родителей, унаследованный титул, пять лет шпионажа в пользу маленького, но гордого королевства Бриат. Не стоило надеяться, что эльфы не пожелают свести с ним счёты. Приезд Императора говорит лишь о том, что перед гибелью предателя дядя желает взглянуть ему в глаза.

– Вы напрасно так хмуритесь, лорд, – прервал размышления король, – я всего лишь просил вас быть осторожнее, а не начать копать себе могилу.

– Приношу свои извинения, Ваше Величество.

– Раз уж свежие сплетни мы с вами обсудили, то давайте вернёмся к цели вашего визита. Видимо в порученном вам деле забрезжил свет?

– Не совсем так, Ваше Величество,- слегка смутился Лиссэт, – все обстоятельства указывают на то, что у известной нам маркизы нет постороннего любовного интереса. Все её мысли заняты лишь вами и женским клубом.

– Ах да, женский клуб, – неожиданно тепло улыбнулся король.

– Именно так, – кивнул эльф, – в связи с озвученными обстоятельствами, я вынужден просить вас раскрыть источник информации о наличии у маркизы… неподобающих связей.

Король ненадолго задумался.

– Видите ли, лорд, я был бы рад вам поверить. Но источник информации самый что ни на есть надежный. Верный и проверенный человек, не единожды доказавший свою лояльность Бриату и мне лично, – устало вздохнул монарх. – О наличии у Александры любовника мне сообщил её отец, маркиз Люгре.

Для путешествия в загородную резиденцию виконта Бернар эльф нанял закрытую карету без опознавательных знаков.

– А почему мы не могли оправиться на вашем экипаже? – удивилась Ева, любуясь золотыми полями за окном.

– Это правило нашего Общества, – пояснил Лиссэт, – считается, что таким образом участники сохраняют некоторую конфиденциальность. Хотя, я думаю, о наших собраниях отлично известно всем заинтересованным.

– Вы всегда собираетесь здесь?

– Ну что вы, это бы тоже противоречило правилам, – усмехнулся эльф, – каждое собрание проходит в новом месте. Обычно мы арендуем загородные дома или, как сегодня, кто-то из участников проводит приём в своём доме.

– Вы лично знакомы с виконтом?

– Да, за столько лет я успел свести знакомство, пожалуй, со всеми членами Общества. Правда в гостях у виконта мне бывать не приходилось. А что, вы с ним тоже знакомы?

– Не с ним, – отрицательно покачала головой Ева, – с его дочерью Луизой. Славная девушка, учит детишек в воскресной школе.

– Довольно необычное увлечение для благородной дамы, – удивился Лиссэт.

– Вас послушать, лорд, так складывается впечатление, что женщины кроме нарядов больше ничем не интересуются, – хмыкнула девушка, – видимо, поэтому вас так тревожит моё пренебрежение модой.

– Я всего лишь хочу, чтобы дама с которой я выхожу в свет выглядела прилично, – холодно сообщил эльф.

Вопреки ожиданиям, Ева не стала ни злиться, ни обижаться. Мягкий ход кареты, запах луговых трав и яркое солнышко за окном настраивали девушку на благодушный лад.

– Вам стоит меньше беспокоиться об общественном мнении, – с улыбкой сказала Ева, – тогда, вероятно, вы сможете увидеть много интересного вокруг.

– Вам легко рассуждать о таком, вы же не аристократка.

– И ничуть об этом не жалею, – рассмеялась девушка. – Когда я только прибыла в Бриат Его Величество предложил мне купить титул, хотя бы баронессы. Но я отказалась, ведь к нему прилагались и обязательные посещения светских мероприятий. Это совсем меня не интересует. Поэтому я решила остаться самой обычной, но очень богатой дамой.

Лиссэт хмыкнул, но не стал комментировать слова Евы. Навряд ли девушка могла себе представить погрязший в интригах высший свет эльфийский аристократии: где каждый жест, каждое слово может быть использовано против тебя. Когда от этого зависит твоя жизнь, волей-неволей начнёшь подстраиваться под общественное мнение.

Когда молчание уже затянулось, Ева оторвала взгляд от окна.

– Как вы думаете, зачем маркиз рассказал королю о связи Александры?

– Я думаю, виной всему патриотизм, – пожал плечами эльф. – Маркиз и в годы службы слыл непрошибаемым солдафоном. Для таких дела короны превыше всего, даже собственной семьи.

– Или он надеялся, что король прервёт всякие отношения с его дочерью, – предположила Ева. – Для человека чести не слишком то отрадно наблюдать, как его родная дочь крутит неофициальный роман с королём.

– Вы все-таки думаете, она ему не изменяла?

– Александра - умная девушка, она прекрасно понимает, что связь с Его Величеством чуть ли не единственная возможность реализовать весьма амбициозные планы женского клуба. Она бы не стала так глупо рисковать.

– Я уже начал догадываться, что мы говорим далеко не о вышивании, – усмехнулся эльф, – непременно расскажите мне об этом после приёма.

***

Резиденция виконта представляла собой приземистый особняк, окружённый одноэтажными постройками. По сложившейся в Бриате традиции, здесь тоже не обошлось без роскошного сада, украшенного скульптурами. А главный дом утопал в зелени: вьющиеся растения поднимались до самой крыши.

Карета пристроилась в вереницу таких же безликих экипажей и вскоре остановилась у главного входа. Здесь гостей встречал расторопный лакей, он же сверялся со списком приглашённых.

– Добро пожаловать, месье Виталь, – глубоко поклонился слуга. – Боюсь, что вашей дамы нет в числе приглашённых. У меня строгий приказ: не пускать никого помимо лиц, указанных в списках.

– Мадам Лемар является обладательницей ценнейшего экспоната художественного искусства и хотела бы рассмотреть его продажу. Я дал слово познакомить её с истинными знатоками, – не повышая голоса, но с нажимом произнёс эльф.

– Боюсь, лорд, это невозможно, – испуганно прошептал слуга.

– Я думаю, что для мадам Лемар мы вполне можем сделать исключение, – раздался из зала бархатистый голос, – тем более все присутствующие знают о каком экспонате идёт речь. Мадам Лемар, вы так страстно торговались на аукционе. Я, признаться, за вас болел.

С этими словами в коридор вышел импозантный мужчина за сорок с копной каштановых волос.

– Месье Виталь, рад снова вас видеть, – коротко кивнул эльфу мужчина. – Мадам Лемар позвольте представиться: Антуан Бернар, хозяин сегодняшнего вечера и ваш тайный поклонник.

Виконт ловко поймал руку Евы и медленно коснулся губами пальчиков. Девушка смутилась, такие приветствия были распространены в кругах высшего света, но обычным девушкам аристократы руки целовали не часто.

– Месье Бернар, держите свои тайны при себе, – неожиданно раздраженно сказал эльф, – дама пришла не одна.

– Не стоит так переживать, друг мой, – развеселился виконт, – во имя Светлейшего, выпейте вина, поздоровайтесь с гостями, у нас сегодня чудесная вечеринка.

За спиной мужчины распахнулись двери в просторную двухэтажную комнату, до самого потолка заполненную книжными стеллажами. Между ними уютно располагались массивные кресла и столики с закусками и напитками.

– Вечеринка в библиотеке? Весьма оригинально, месье Бернар, – похвалила Ева, чем заслужила ещё одну ослепительную улыбку от хозяина дома и хмурый взгляд от эльфа.

Среди стеллажей негромко переговаривались парадно одетые мужчины. Судя по всему, Еве предстояло стать единственным украшением этого мужского общества.

– Месье Бернар коллекционирует книги, – пояснил лорд, протягивая Еве бокал, – мы сейчас находимся в самом сердце его коллекции.

– Выглядит внушительно, – сделав глоток, признала девушка, – а что вы коллекционируете, лорд?

– А вы не догадались? Разумеется живопись.

– Поэтому вы так хотели заполучить картину на аукционе. Всего лишь для коллекции? – даже немного расстроилась Ева.

– Всего лишь?! – изумился эльф. – В мою коллекцию попадают только лучшие полотна известных авторов. А вам она зачем?

– А для меня она такая одна единственная, совершенно особенная, – мечтательно улыбнулась девушка.

Не успел Лиссэт разузнать детали, как к ним потянулись участники Общества, здороваться и обсуждать последние сплетни. Не обошли вниманием и тему аукциона.

– Дессо - удачливый выскочка, хоть и не бесталанный. За свою недолгую жизнь написал около тридцати полотен, – рассуждал полный мужчина в синем костюме, – хотя, как и многие до него, настоящую славу сыскал только после смерти.

– И где же теперь все эти картины? – старательно хлопая глазками, спросила Ева.

Мужчина приосанился, ему определённо льстило внимание единственной на вечере девушки. И даже хмурые взгляды эльфа его не беспокоили.

– Все до единой разошлись по частным коллекциям. Часть ранее выкупили из Центральной галереи, оставшиеся ушли с аукциона.

– А мне в журнале однажды попалась репродукция “Портрет маленькой мадемуазель М”, там такая очаровательная девчушка с кудрями. До сих пор не могу забыть, – Ева театральным жестом прижала руки к груди, – интересно, где она сейчас?

– Это полотно было выкуплено много лет назад из галереи. В наши круги информация о нём не просачивалась. Сложно сказать, кто теперь владелец. Быть может месье Бернар знает больше, он же почти пятнадцать лет курировал выставку.

– Не знал об этом, – вмешался Лиссэт.

– На сколько мне известно, месье Бернар считает это чем-то вроде хобби, – пожал плечами собеседник.

Свернув разговор, эльф подхватил Еву под руку и отправился на поиски хозяина вечера.

– Вы что же полагаете, он помнит все картины, которые были проданы галереей за пятнадцать лет? – тихо прошептала девушка.

– Вы даже себе не представляете, какая хорошая у коллекционеров память, – так же тихо ответил лорд.

– Господа, позвольте украсть у вас месье Бернара, всего на пару минут, – бесцеремонно вклиниться в разговор эльф.

Собеседники вежливо покивали, и виконт отошёл от толпы гостей.

– Давайте обсудим кое-что наедине, месье Бернар, – предложил Лиссэт.

Виконт хищно глянул на Еву и предвкушающе улыбнулся.

“Должно быть решил, что я планирую продать картину ему,” – запоздало подумала девушка.

– Давайте уединимся в рабочем кабинете.

Месье Бернар вывел их в коридор и, поднявшись по лестнице, толкнул массивную дверь. На потолке тотчас зажглись синие огоньки, сделав атмосферу скорее интимной, чем рабочей. Да и сам кабинет больше напоминал мягкую гостиную, обставленную диванчиками, креслами и пуфами. Лишь письменный стол в самом углу напоминал о делах.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Я весь во внимании, – сказал виконт, занимая одно из кресел.

Ева и Лиссэт заняли сидения напротив.

– Видите ли, месье Бернар, мы разыскиваем владельца картины “Портрет маленькой мадемуазель М” Вильгельма Дессо, – сразу перешёл к делу эльф, – она продавалась в Центральной галерее много лет назад. Быть может владелец уже несколько раз поменялся.

– Я знаю, месье Витать, о какой картине идёт речь, и уже десять лет она владельца не меняла, – разочарованно произнес виконт.

– Так вышло, что эта картина попала ко мне, – сказала Ева.

– Вы уверены, что это подлинник? – мужчина не смог скрыть удивления.

– Так, по крайней мере, заключил Алистер Кондини, управляющий… – начал эльф.

– Я знаком с уважаемым месье Кондини, – перебил виконт, – картина у вас с собой?

– Нет, я не стала её брать в поездку, – покачала головой Ева.

– В таком случае ничем не могу вам помочь. Галерея не предоставляет сведений о покупателях, – отрезал виконт, но было заметно, что полученные сведения его взволновали.

– Даже нынешним владельцам? – буравя мужчину неприязненным взглядом, уточнил эльф.

– Ни-ко-му. Тем более, что я сомневаюсь в правдивости ваших слов. О вашей страсти к приобретению коллекционных жемчужин, лорд, ходит много слухов. Я бы не хотел, чтобы вы допекали уважаемо человека своим вниманием.

– Да как вы смеете! – раздраженно воскликнул эльф.

– Месье Виталь, покиньте, пожалуйста, кабинет, – раздался неожиданно спокойный голос Евы.

– Что, простите? – удивился Лиссэт.

– Оставьте нас с месье Бернаром на минуточку, лорд, – выдержав пылающий взгляд эльфа, ответила девушка, – пожалуйста.

Лиссэт раздраженно передернул плечами и вышел из кабинета.

– И как вы будете меня уговаривать, мадам Лемар? – вернув хитрую улыбку, поинтересовался виконт.

– А вы тот ещё лис, месье Бернар, – сказала Ева, внимательно разглядывая глубокие борозды на деревянных подлокотниках своего кресла, – только я - зверь покрупнее.

Частичная трансформация считается высшим пилотажем среди драконов, ещё ни разу Еве не удавалось провернуть этот трюк. Девушка сама не поняла, что разозлило её больше: нежелание виконта способствовать поиску сокровища или нелепые обвинения в адрес эльфа. Но факт остаётся фактом, она разозлилась и ладони покрыли мелкие чешуйки, удлинились и заострились когти. Какое счастье, что мужчины были в этот момент заняты друг другом.

– Лис? Что вы имеете ввиду? – взял себя в руки виконт, но хаотично заметавшийся взгляд выдал его с головой.

– Мы оба понимаем, о чём я.

– Оборотни такие же дети Светлейшего, как и люди. И по законам королевства Бриат все расы равны, – твердо отчеканил мужчина.

– Я ни в чём вас не обвиняю, месье Бернар, – улыбнулась Ева, – скорее хочу обратиться за помощью к… ммм дальнему родственнику.

И это было чистой правдой. Драконы хоть и высокомерно выделяют себя отдельной расой, а всё-таки остаются такими же оборотнями: магическими существами с двумя ипостасями.

– И о чём вы хотите меня попросить? – наконец обратив внимание на плачевное состояние мебели, осведомился виконт.

– Портрет на самом деле находится у меня, на него подменили МОЮ картину во время аукциона. Я понятия не имею, кто и зачем это сделал. Но ни перед чем не остановлюсь, чтобы вернуть своё сокровище, – сказала Ева, глядя мужчине прямо в глаза. – Устройте мне встречу с хозяином портрета, и я верну его собственность в целости и сохранности. Меня интересуют только ответы на вопросы.

– Какая интересная ситуация, – задумчиво протянул виконт, – но могу вас заверить: хозяин портрета никак не связан с этими махинациями. И он точно захочет вернуть свою картину. Так что ждите от меня, дорогая родственница, письмо о встрече. И счёт за починку кресла.

– Я даже не хочу спрашивать, как вам удалось с ним договориться, – всё ещё бурля раздражением, сказал эльф.

Сквозь сумерки карета мчалась обратно в столицу.

– Ну и не спрашивайте, – вздохнула Ева.

После случившегося навалилась внезапная усталость, может частичная трансформация израсходовала много сил, а может внезапно затянувшаяся погоня за сокровищем вымотала все нервы.

– Я вздремну немного? – спросила девушка, устраивая на сидении маленькую декоративную подушку.

Не дождавшись ответа, Ева с блаженным стоном скинула туфли и свернулась калачиком, подтянув колени к груди.

– Надеюсь вы осознаёте, что ведёте себя неприлично, – с иронией заметил Лиссэт.

– Да, общественное мнение будет шокировано этим обстоятельствам. Какая удача, что мы с вами в карете одни.

Эльф обреченно вздохнул, откинувшись на спинку. Столько всего произошло за последнее время. Жизнь замелькала как цветные треугольники в калейдоскопе. До абсурда странная история с картиной, кража выручки с аукциона. А ещё задание Его Величества. И предстоящий приезд родственников, который ещё надо пережить. Погружённый в свои мысли, Лиссэт сам не заметил, как задремал.

– Месье Виталь, – нерешительно постучал в дверь кареты возница, – месье Виталь, мы приехали.

Эльф с завистью покосился на сладко посапывающую Еву. Девушка и не думала просыпаться.

– Одну минутку, – крикнул лорд вознице. – Мадам Лемар, немедленно просыпайтесь, мы уже в столице.

Ева что-то неразборчиво пробормотала, но глаз так и не открыла.

– Светлейший с вами! – раздраженно сказал лорд, подхватывая девушку на руки.

Покинуть не слишком-то вместительную карету с пассажиркой на руках оказалось весьма нетривиальной задачей. Извозчик взирал на страдания лорда с неподдельным изумлением, а под конец даже стал давать советы как эксперт по “извлечению крупногабаритных грузов из пассажирской кареты”. Лиссэт даже не сомневался, что к утру эта новость разлетится по всей столице.

Наконец покинув экипаж, эльф успешно миновал калитку и, что есть сил, дёрнул за дверной колокольчик. Раз. Другой.

– Милорд, слава Светлейшему, вы вернулись! – торопливо открыл дверь Люциан.

Заметив девушку на руках Лиссэта, дворецкий испуганно воскликнул:

– Мадам Лемар стало плохо? Может послать за лекарем?

– Мадам Лемар очень даже хорошо, ведь она преспокойно спит, пока я упражняюсь в извлечении из кареты грузов, – отмахнулся лорд, заходя в коридор.

– Милорд, пока вас не было, к мадам Лемар пришёл посетитель, – замялся дворецкий.

– И что же?

– И остался вас ждать, – трагичным шёпотом закончил слуга.

– Почему вы его не выставили вон, Люциан? Второй час ночи, он что же остался в моём доме ночевать?

– Передайте мне мою невесту, лорд, и я сразу же покину ваш гостеприимный особняк, – раздался из малой гостиной мужской голос.

А вслед за голосом в коридор вышел совершенно невероятный мужчина. Фигурой он был крупнее эльфа, шире в плечах, стройный, но при этом гибкий и мускулистый. Черты лица имел крупные, неправильные, но при этом мимика завораживала. Таких людей принято называть некрасивыми, а обаятельными. У незнакомца были пронзительно-янтарные глаза, а волосы короткие и пепельно-серые. Лиссэт сразу предположил, что в родословной незваного гостя вполне могли быть эльфы или оборотни, а может и те и другие.

– Кто вы, месье? – холодно спросил эльф.

– Моё имя Артур Клод, и я являюсь женихом мадам Лемар, – так же прохладно ответил мужчина.

– Первый раз о вас слышу.

– Представьте себе, до сегодняшнего дня я о вас тоже ничего не слышал, – усмехнулся Артур.

– Я имею ввиду, что не слышал о вас от мадам Лемар, – начал раздражаться эльф.

– И у меня та же история, – развел руками мужчина, – направляюсь я к своей невесте и вдруг узнаю, что она живёт с каким-то эльфом. Женщины такие таинственные и непредсказуемые.

– Думаю, вам пора.

– И здесь я с вами согласен. Передайте, пожалуйста, мою невесту, и мы уйдём.

– Я думаю, что вы уйдёте один, – покосившись на девушку в своих руках, сказал эльф. На мгновение ему показалось, что ресницы дрогнули.

– А если нет? Раз вы имеете дело с мадам Лемар, то можете догадаться, кто я.

– Мне совершенно безразлично кто вы, месье Клод. Покиньте мой дом, пока я не вызвал стражу.

Мужчины скрестили взгляды, через минуту зрительного поединка Артур покачал головой и бархатно промурлыкал:

– Вы напрасно защищаете эту трусливую мышку, лорд. Хотя бы потому, что ей совершенно ничего не угрожает.

С этими словами мужчина подхватил пиджак и вышел из дома.

– Вы случайно ничего не хотите мне рассказать? – поинтересовался Лиссэт за завтраком.

Сегодня кухарка порадовала овсяной кашей, сырниками, фруктовым ассорти и пышными булочками, изумительно подходящими к кофе. Эльф обратил внимание, что до того, как в его доме поселилась девушка, столь разнообразным меню его никто не баловал.

– Конечно, я как раз хотела вам сказать, лорд, что планирую сегодня навестить вашу бабушку, – с самым невинным видом ответила Ева.

– Простите? – подозрительно спросил эльф, накладывая себе в тарелку кашу, – зачем вам понадобилась моя бабуля?

– От Его Величества пришло приглашение на бал в эти выходные, хочу проконсультироваться по поводу наряда. А то вдруг я опять что-то не то надену, и вам придётся за меня краснеть.

– Кажется, раньше светские мероприятия вас не интересовали?

– Кажется, раньше мне и не приходило именное приглашение, подписанное лично Его Величеством. Я может и не вращаюсь в высшем свете, но понимаю, что такие письма игнорировать не стоит, – разумно заметила Ева.

– А с чего вы решили, что я пойду туда с вами?

– Приглашение на нас двоих, – пожала плечами девушка.

Лиссэт тяжело вздохнул. Бал однозначно приурочен не только к дню рождения Его Величества, но и к приезду Императора. У самого эльфа не было ни малейшего шанса его пропустить. Но зачем король подвергает опасности Еву?

– Думаю, вам всё же стоит его пропустить, – ровным голосом сказал эльф.

Девушка отложила в сторону недоеденную булку и внимательно посмотрела на Лиссэта.

– По какой причине вы так думаете? Вас снова беспокоит общественное мнение?

– Как ни странно, но на этом балу чьё бы то ни было мнение меня будет беспокоить меньше всего, – грустно усмехнулся лорд. – В Бриат приезжает эльфийская делегация. А у меня весьма напряжённые отношения с сородичами.

– Ну не попытаются же они вас убить прямо посреди зала, полного гостей, – рассмеялась Ева, но заметив серьёзное лицо Лиссэта, замолчала.

– Я этого не знаю, – спокойно сказал эльф, – но пока они в королевстве, рядом со мной может быть небезопасно.

– Послушайте, лорд, я совсем не так беззащитна и труслива, как может показаться.

– О да, вчера вечером вы продемонстрировали небывалую храбрость, – усмехнулся Лиссэт.

Ева скривилась, разговор перешёл к весьма щекотливой теме.

– Кто этот человек - Артур Клод? Он правда ваш жених?

– Полагаю, он так считает, – тщательно подбирая слова, ответила девушка, – но я своего согласия не давала.

– Он что же, вас преследует? – помрачнел эльф.

– Не совсем так. О нашей помолвке договорились наши ммм…родственники.

– Но вы же сирота.

– Очень очень дальние родственники, – выкрутилась Ева, – мы с ним никогда не встречались до вчерашнего дня.

– Я так и знал, что вы притворялись спящей, – сузил глаза эльф.

– Вы так задорно ругались, вытаскивая меня из кареты. Тут и мётвый бы проснулся, – улыбнулась девушка. – И потом так отстаивали право оставить меня себе, что я постеснялась вмешиваться.

На это Лиссэт не нашёл, что ответить.

***

Клотильда встретила Еву крайне радушно и неожиданно предложила прогуляться по посудным лавкам.

– Магия отличный помощник в бытовых вопросах, но никто не застрахован от разбитого сервиза. Или двух, – туманно сообщила старушка, – жаль, что я никак не могу найти себе ученика, в моём возрасте уже не солидно чуть что самой за покупками бегать.

– А что это так сложно, найти ученика для мага? – удивилась Ева.

– Весьма не просто, талантливых ребят не так много, некоторые о своих способностях могут и не догадываться, – вздохнула Клотильда. – Ну да не для того же ты пришла, чтобы слушать стариковские жалобы. Что случилось, деточка?

– Я хотела бы обсудить с вами некоторые обстоятельства жизни представителей моей расы, – запутанно сказала девушка, – а то эти обстоятельства стали на неё влиять слишком сильно.

– Всё дело в мужчинах? – понятливо усмехнулась бабуля.

– Да куда уж без них, – вздохнула Ева, – вы знаете о Совете Древнейших?

– Ну разумеется, милая, ведь мой муж тоже когда-то состоял в этом обществе пенсионеров, – хихикнула старушка.

– Во как? – удивилась девушка. – Тогда вам, вероятно, известно, что Совет подбирает свободным драконицам пары?

– Да, крайне неблагодарная работа! Свести вместе двух драконов задача непростая, особенно если эти двое и знать друг друга не желают.

Ева задумалась. С этой точки зрения на действия Совета она не смотрела, и в самом деле не самое благодарное занятие.

– Я так понимаю, что тебе тоже досталось это письмо счастья, – утвердительно сказала эльфийка, бодрой походкой пересекая торговую улочку.

– И не только письмо! – воскликнула Ева так, что на неё обернулись прохожие. Понизив голос девушка продолжила: – Ко мне заявился жених собственной персоной.

– Ну-ну, и что же он не хорош? – хитро улыбнулась старушка.

– Да я не слишком-то подробно его рассмотрела, – смутилась девушка, – но по голосу вроде ничего.

– И в чём же твоя проблема?

– Я совершенно точно не хочу за него замуж, – решительно сказала Ева.

– Ну и не выходи, – с полнейшей непосредственностью рассмеялась эльфийка. – Драконы бережно относятся к своим женщинам, силком никто тебя не потащит.

– Вы думаете? – удивилась Ева, живо представив огромного дракона, хвост которого запутался в силках для ловли птиц.

– Я совершенно в этом убеждена, – важно кивнула старушка, переступая порог маленького антикварного магазинчика, ловко спрятавшегося в тени огромного соседа по торговой улице.

Лавка была наполнена самыми разными товарами, от игрушек и посуды до причудливого оружия в резных ножнах. Эльфийка легко сориентировалась в нагромождении товаров и принялась разглядывать представленные сервизы. В некоторых наборах явно не хватало посуды, но тончайший фарфор и изящная роспись приковывали взгляд.

Ева тоже не торопясь осмотрелась, её взгляд остановился на миниатюрном кинжале, рукоять которого обвивал примиленький дракончик. “Навряд ли таким удобно пользоваться,” – подумала девушка.

– Добро пожаловать, мадам, в мою скромную лавочку, – из-под прилавка показался худенький старичок.

Если раньше Ева думала, что никогда не встречала эльфа старше бабушки Тиль, то теперь ей посчастливилось изменить своё мнение. По крайней мере, хозяин антикварной лавки щеголял совершенно белоснежными волосами и был ещё более морщинистым.

– Я вижу, что вам приглянулся этот изумительный кинжал. У вас утончённый вкус. Долговечный сплав, ручная работа известного мастера! И всего за каких-то сто монет.

У Евы отвисла челюсть, с такими расценками за какую-то декоративную побрякушку хозяин лавки уже должен был купить себе целый дворец.

– Что ты несёшь, старый дурень! – вмешалась эльфийка. – Да за такие деньги можно купить кинжал из чистого золота.

– Клотильда, хватит влезать в мои разговоры с клиентами, – насупился старичок.

– Я тебе ещё покажу, пройдоха, – ничуть не смутилась бабуля, – а ну живо заверни нам сервиз с единорогами и эту игрушку. И только попробуй стребовать с моей невестки втридорога, я к тебе ходить перестану. А кому ещё ты будешь сбывать своё барахло?

– Так бы и сказали, что вы пришли вместе, – укоризненно посмотрел хозяин лавки почему-то на Еву, но принялся аккуратно заворачивать товары в бумагу.

В итоге кинжал обошелся девушке всего в одну золотую монету, что несказанно подняло девушке настроение. Поначалу она хотела оставить покупку себе, но потом решила подарить лорду. Так сказать, на память о совместных приключениях.

– Значит вы считаете, что замужество с драконом мне не грозит? – на обратном пути из лавки уточнила Ева.

– Я такого не говорила, – огорошила эльфийка. – всего-лишь сказала, что силком тебя никто заставлять не будет. Драконы действуют куда более утончённо в вопросах завоевания женщин. Думаю, тебя ждет не один месяц, а то и год весьма интенсивной осады. Пока однажды сама не осознаешь, что в восторге от мысли о том, чтобы выйти замуж за этого дракона.

На этих словах лицо старушки приобрело грустно-мечтательное выражение, видимо она вспоминала своего покойного супруга.

– Но как же мне этого избежать? – ужаснулась от такой перспективы девушка.

– Да очень просто! – воскликнула бабушка Тиль и заговорщицки подмигнула. – Драконы крайне трепетно относятся к институту семьи. Всего-то и надо, что выйти замуж, ну например, за эльфа!

Подъезжая к особняку лорда, Ева увидела почтовый экипаж с синей птицей на дверях. Почтальон уже раскланялся с дворецким и спешил уехать по своим делам.

В коридоре девушку встретило неожиданное столпотворение. Эльф определенно экономил на прислуге, по крайней мере за всё время проживания Ева видела только трёх работников: престарелого дворецкого, розовощёкую кухарку и постоянно витающую в облаках блондинку-горничную. Для такого большого особняка это было явно маловато. И вот теперь весь штат прислуги в полном составе с неизменной Матильдой во главе о чем-то оживленно беседовали в коридоре.

– Добрый день, господа, – поздоровалась Ева, – что-то случилось?

Слуги послушно расступились, и девушка увидела, как преобразилась малая гостиная в доме эльфа. На всех возможных поверхностях стояли корзины с цветами, причём самыми разными, многие из которых Ева видела первый раз в жизни. “Может быть у лорда завелась поклонница?” – с надеждой подумала девушка.

– Это вам, мадам Лемар, – протянул дворецкий сложенную карточку.

“Не знал какие цветы ты любишь, дорогая моя мышка. Поэтому купил все”, – не скромно заявляла записка.

– Месье Виталь явно не обрадуется, что вы превратили гостиную в оранжерею, – технично перевела стрелки Ева, обращаясь к слугам. – Думаю, стоит расставить цветы по всему дому, желательно не на самых видных местах.

Девушка мрачно подумала, что предсказание бабушки Тиль начали сбываться. Если масштаб ухаживаний дракона сохранится и дальше, то вскоре в особняке эльфа будет элементарно негде жить.

– Есть ещё корреспонденция для вас, мадам, – подсуетилась Матильда, вручая стопку писем.

Одно из них выделялось особенно – было напечатано из тонкой бумаги с розовым отливом, какую использовали благородные дамы для написания любовных посланий. Ева вздрогнула, представив как дракон строчит ей любовное письмо, может даже в стихах.

Но развернув конверт, девушка удивилась ещё больше. Письмо было не от месье Клода.

***

– А вы не думаете, что ваша подружка могла просто вас разыграть? – уточнил эльф.

Следующая встреча Лиссэта и Евы произошла только за ужином. Весь день лорд провел вне дома, ожидая его возвращения, девушка от волнения не находила себе места.

– Получив письмо, я тут же поехала в особняк Люгре, меня не пустили даже на порог, – погрузившись в неприятное воспоминание, Ева зябко передёрнула плечами.

– Даже если написанное правда, вы не находите, что это не ваше дело?

– Александра просила меня о помощи. Не могу же я оставить всё как есть! – возмутилась девушка.

– Вы видели её всего пару раз, не думаю, что ваши отношения настолько близки, чтобы вмешиваться в дела её семьи, – покачал головой эльф, – и уж тем более, просить от её имени о вмешательстве Его Величества.

Ева закусила губу. От стресса кусок не лез в горло, как назло кухарка приготовила на ужин её любимого запечённого кролика.

– А если Маргарет нуждается в помощи? – девушка не оставляла попыток воззвать к совести лорда.

– Она сама решила сбежать из отчего дома с каким-то проходимцем. Если маркиз не желает придавать этот постыдный факт огласке, это - его право, – развел руками Лиссэт.

– Она совсем ещё ребёнок и не понимает последствий своих поступков. Тем более, записку можно и подделать!

Эльф устало откинулся на спинку стула, этот спор рисковал затянуться до утра.

– Привлекать или не привлекать стражу к поиску сбежавший из дома девушки, решает её отец. Обратившись за помощью к Его Величеству, мадемуазель Люгре ставит под удар и репутацию своей семьи, и свою собственную. Не зря маркиз посадил её под замок. Как, интересно, ей удалось передать вам письмо?

– Письмо отправила приходящая служанка со своего домашнего адреса, мне удалось с ней встретиться. Александра хотела обратиться за помощью напрямую к королю, но его корреспонденцией занимается секретариат, шансов, что послание своевременно попадёт к адресату, не много.

– А как же её подружки по этому вашему клубу?

– Не одна из них не получила приглашения во дворец.

– А в том, что приглашение получили вы, маркиза, видимо, уверена?

– Я думаю, она уверена, что такое приглашение получили вы, лорд, – спокойно ответила девушка, допивая остывший кофе.

– Изумительно, эта предприимчивая девушка решила использовать и меня, – вздохнул эльф, – я считаю, что нам не стоит беспокоить Его Величество. Тем более, что поговорить с ним наедине во время бала навряд ли представляется возможным.

– Ну это мы ещё посмотрим! – с вызовом ответила Ева.

– Да вы в своём уме?! – воскликнул эльф, с изумлением глядя на свою спутницу.

– Я так и знала, что вы будете в восторге, лорд, – гордо приосанилась Ева.

– Да это… это просто немыслимое нарушение правил хорошего тона! Вы выглядите…

– Просто изумительно, сногсшибательно, волнующие, – подсказала девушка.

– И это тоже, – сдался наконец эльф, – но ваш наряд просто недопустим на королевском балу. Он не только не соответствует сезону по цветовой гамме, но и крой… весьма не классический, – нашелся Лиссэт.

– О да, таких нарядов в Бриате не носят, – с гордостью ответила девушка, – а вот в Южных королевствах в пышных платьях долго не проходишь. Эта красота оттуда, правда изначально оно было фиолетовым, но раз вас так сильно раздражает этот цвет, пришлось помучиться с подарком вашей несравненной бабушки.

– Но почему именно красное? – обречённо спросил лорд, бросая тоскливые взгляды на настенные часы. Время выезда неумолимо приближалось.

– Вы сами сказали, что на этом балу общественное мнение вас будет беспокоить в последнюю очередь, – припомнила слова самого эльфа Ева. – И потом в таком ярком наряде все взгляды будет прикованы к нам. Навряд ли ваши родственники рискнут навредить вам при таком количестве свидетелей.

– А я как раз хотел попросить вас держаться от меня на балу подальше, на всякий случай.

– Вы снова хотите оставить меня одну в окружении этих высокопоставленных снобов?! Не вздумайте, лорд. Бал закончится, а нам ещё предстоит жить под одной крышей, – пригрозила Ева.

Эльф устало вздохнул и окинул девушку оценивающим взглядом. Волосы убраны в высокую нарочито строгую прическу. Кроваво-красное платье струилось от плеч до самого пола, туго обтягивая фигуру. В свете ламп алыми огнями вспыхивал рубиновый гарнитур.

– Как вы будете танцевать на балу в таком тесном платье?

– Не волнуйтесь, лорд. Здесь все предусмотрено, – хмыкнула Ева, продемонстрировав туфельку на высоком каблуке в весьма смелом разрезе.

– Вы совершенно неисправимы, – то ли отругал, то ли похвалил Лиссэт.

– Не считайте меня неблагодарной, лорд. Я прекрасно понимаю, что не слишком-то помогла вам в вашей работе, хотя вы всё ещё терпите меня в своём доме и помогаете в поисках моей картины, – серьезно глядя в глаза эльфу, сказала девушка, – но я в самом деле считаю, что эпатажный наряд вашей спутницы не позволит недоброжелателям подобраться к вам незамеченными. Если вам всерьез не нравится, как я выгляжу…

– Я не говорил, что мне не нравится, – сдался наконец эльф. Засевшее внутри чувство тревоги понемногу отступало. – Вы выглядите совершенно не модно, но столь же притягательно. Боюсь лишь, что мне весь вечер придётся отгонять от вас кавалеров.

– А вы все-таки умеете делать комплименты, – восхитилась Ева.

– Разумеется, – важно кивнул Лиссэт, – искусство комплиментов входит в обязательную программу обучения всех эльфийских аристократов.

***

Королевский дворец буквально сиял. Искусно расставленное освещение добавляло таинственности роскошному саду и изящества громадине замка. Ворота в королевскую резиденцию были гостеприимно распахнуты, а у парадных дверей шустрые слуги проверяли приглашения.

Повышенное внимание Ева ощутила, едва покинув карету. Блистательный в своём белоснежном костюме лорд демонстрировал фирменную эльфийскую невозмутимость, умудряясь смотреть на всех свысока. Девушка старательно копировала выражение лица своего спутника, надеясь, что выходит хотя бы вполовину так же убедительно, как у эльфа.

Гости входили в тронный зал в строго определённом порядке под громкий голос церемониймейстера. Лиссэт невозмутимо вклинился в очередь, по тому, как спокойно отреагировали другие приглашенные, это вполне соответствовало протоколу. Судя по всему, порядок входа был понятен и известен абсолютно всем, кроме Евы.

– Месье Лиссэт Виталь, Пресветлый лорд, консультант Его Величества, – когда подошла их очередь, объявил громкий голос, - и мадам Еванжелина Лемар.

Лиссэт решительно потянул девушку в зал. Если Ева раньше ловила на себе взгляды, то теперь просто утонула во всеобщем внимании. Сотни глаз смотрели на неё с возмущением и удивлением, но были и откровенно восхищённые взгляды.

– Как вы и мечтали, все не могут оторвать от вас глаз, – не меняя выражения лица, тихо прошептал эльф, – думаю, ваше появление на балу породило сплетен до конца года.

– Ну и славно, нужно же представителям высшего света о чём-то болтать, – хмыкнула Ева.

После оглашения списка всех представителей королевского двора в зал потянулись иностранные гости.

– Месье Артур Клод, герцог Долийского королевства, – неожиданно произнёс церемониймейстер.

Дракон вальяжной походкой вошёл в тронный зал, вызвав повышенный интерес у представительниц прекрасного пола. Строгий чёрный костюм на нём сидел идеально, яркие янтарные глаза весело заблестели, стоило дракону увидеть Еву.

– Что он вообще здесь делает? – стараясь унять панику, спросила девушка.

– Полагаю, также, как и мы, получил приглашение Его Величества, – демонстрируя полное равнодушие, ответил Лиссэт.

– Император объединённой эльфийский империи Лилиан Август Виталь, Кавалер Ордена Алой Розы…- подглядывая в увесистую папку, начал перечислять регалии императора церемониймейстер.

– Вы что же, родственник Императора? – удивилась Ева.

– Если точнее - племянник, – сверля глазами вошедшего мужчину, ответил лорд.

Император был красив классикой эльфийский красотой, уже не молод, в его светлых волосах запутались седые пряди, а взгляд серых глаз был обжигающе ледяной. Ева отметила, что он очень похож на Лиссэта, и в то же время сильно отличался. Возможно, дело в том, что более тёплый оттенок волос и мягкие черты лица делали лорда более человечным.

Далее потянулась череда эльфийских подданных. Высокие стройные мужчины в одинаково белых костюмах и нечеловечески красивые эльфийские леди.

Последним в зал вошёл сегодняшний именинник и властитель королевства Бриат – Карл II. Лиссэт с радостью отметил, что король все-таки решил сменить видимый им ранее парадный красный костюм на патриотично синий. Этот цвет не только шёл королю значительно больше, но и подчёркивал цвет ярких голубых глаз.

Гости склонились в почтительных поклонах. Его Величество прошествовал к трону и, развернувшись, окинул зал цепким взглядом.

– Дамы и господа, подданные и гости, я искренне счастлив приветствовать вас, – хорошо поставленным голосом произнес монарх, – Да начнётся бал!

И со всех сторон грянула музыка. Музыканты располагались в самом углу, но звуки шли как-будто отовсюду, и Ева заподозрила, что без магии здесь не обошлось. Тут же в центр зала потянулись пары.

– Рискнёте своими дорогими туфлями, лорд? – спросила Ева, заметив, как к ним решительным шагом приближается дракон.

– Это вы рискуете выставить на всеобщее обозрение свои обнажённые ноги, – хмыкнул эльф, но всё же потянул девушку в круг танцующих.

В движениях Лиссэта чувствовалось много практики, он двигался легко и изящно, при этом уверенно вёл партнершу. Ева таким опытом похвастаться не могла, но танцевала с присущей всем драконам страстью, несколько раз в разрезе мелькнула ножка. Лысоватый мужчина из соседней пары сбился с такта, за что и получил по ноге острым каблуком от своей недовольной дамы.

Когда танец закончился, вопреки надеждам Евы, Лиссэт повёл её не к фуршетным столам, а к группе парадно одетых мужчин, каждый из которых посчитал своим долгом облобызать руку очаровательной спутнице лорда. Когда девушка просила эльфа не оставлять её одну, она даже и представить не могла, что знакомиться может быть так утомительно. Из всех ей запомнился разве что виконт Бернар, и то лишь потому, что они уже были знакомы.

– Мой друг будет ждать встречи с вами завтра в двенадцать часов в ресторане “Лунный берег”, комната номер пять, – стоило эльфу отвернуться, шепнул девушке виконт.

– Благодарю вас, месье Бернар, – искренне сказала Ева.

– Сочтёмся, – хитро улыбнулся лис, – и вы всё ещё должны мне за кресло.

Утомившись от общения, девушка убедилась, что никто из эльфийской делегации на её личного эльфа не покушается, и все же рискнула удалиться к фуршетному столу. Там-то её и подкараулил дракон.

– Ну здравствуй, мышка, – как сытый котяра промурлыкал Артур, – наконец-то мы смогли встретиться. Тот забавный инцидент на ручках у эльфа в расчёт не берём.

– Здравствуйте, месье Клод, – как можно более холодно ответила Ева, – предупреждаю вас сразу, что наше помолвка целиком и полностью инициатива Совета, и я своего согласия не давала.

– И я не давал, мышка, – усмехнулся дракон, одну за другой протягивая Еве закуски так, что вскоре у неё на тарелке образовалась целая гора. Оба дракона с интересом на неё посмотрели.

– Раз так, то думаю в наших силах эту помолвку расторгнуть, – подняв глаза на Артура, сказала девушка.

– Зачем же торопиться? – подтверждая слова бабули, деланно удивился дракон, – у нас столько времени впереди, вдруг ты передумаешь?

Ева возмущённо на него посмотрела, дракон ответил обаятельной улыбкой. Именно в этот момент кто-то решил привлечь к себе внимание деликатным покашливанием.

– Ваше Величество, – согнулся в поклоне Артур, а Ева присела в реверансе.

– Добрый вечер, – улыбнулся король, – герцог, вы не будете возражать, если я украду у вас даму на этот танец?

– Ни в коем случае, – учтиво ответил дракон.

Его Величество галантно подал Еве руку, придворные поспешно расступились. С одной стороны, девушка рассчитывала привлечь внимание короля, с другой - не умереть на месте от полных ненависти взглядов придворных дам помогла, наверное, только прочная драконья шкура.

– Вы чудесно выглядите, мадам Лемар, – начал светский разговор король, стоило только им закружиться в танце, – как столб пламени среди бледных мотыльков.

– Благодарю вас, Ваше Величество, – слегка улыбнулась Ева, – по правде говоря, я очень надеялась привлечь ваше внимание. У меня для вас послание от моей подруги.

– Какой интересный способ передавать корреспонденцию, – по-доброму усмехнулся король.

– Моя подруга находится под домашним арестом, изыскать другого пути возможности не было.

– И что же просила передать мне ваша таинственная подруга?

– Она хочет попросить вас об очень личной просьбе, – тщательно подбирая слова, ответила Ева, – её младшая сестра сбежала из дома с неизвестным мужчиной, а отец запрещает объявлять её в розыск.

– Я догадываюсь о ком вы, во всём Бриате есть только одна девушка, достаточно решительная, чтобы пойти против воли отца и обратиться сразу ко мне, – хмыкнул король. – Передайте своей подруге: я обязательно разыщу её пропавшую сестру. Без шума и лишнего внимания. Но в таком случае и она должна принять моё предложение. Ей прекрасно известно, о чём я.

– Я обязательно ей передам, – кивнула Ева, размышляя, не подставила ли она маркизу под удар передав её послание королю и невольно заключив сделку от её имени. Навряд ли Его Величество потребует от своей фаворитки чего-то по-настоящему ужасного.

– Благодарю за прекрасный танец, мадам Лемар, – сказал король, возвращая Еву к столикам, – и за важные новости.

Девушка ответила реверансом, выискивая глазами лорда. Эльф как сквозь землю провалился.

– Не меня ищешь, мышка? – раздался над ухом бархатный голос дракона.

– Вы не видели лорда Виталя? – накинулась на него Ева.

– Отчего же, прекрасно видел, как ваш кавалер в сопровождении эльфийской леди покинул зал и поднялся на балкон, – ничуть не смутился такой реакции Артур.

Девушка испуганно вздрогнула и сквозь танцующие пары бросилась к выходу из зала. В коридоре, где ранее ожидали приглашения гости, располагались ниши с лестницами, ведущими на смотровые балкончики.

– Если вы желаете уличить своего благоверного в измене, то вам нужен второй справа, – ничуть не отставал от неё дракон.

Ева поднималась по лестнице со всей возможной скоростью, которую позволяли развить высокие каблуки, оступившись, девушка почувствовала на своей талии сильную руку дракона. Затем мужчина ловко подхватил её под локоть, не позволяя потерять равновесие.

– Поаккуратнее, мышка, в порыве ревности можно и ножку подвернуть, и свернуть шею.

Девушка благоразумно не стала вырываться, ускорив шаг. Вскоре показалась площадка, тускло освещённая тревожным светом фонаря. Эльфийской леди здесь не было. Зато был Лиссэт, мертвенно-бледный с синими прожилками вен, он лежал привалившись к стене. Глаза его были закрыты.

Ева почувствовала, как, несмотря на крепкую хватку дракона, земля стала уходить из-под ног. В горле застрял то ли рёв, то ли стон.

– Не стоит сейчас падать в обморок, мышка. Если мне придётся выбирать, кого приводить в чувства: красавицу невесту или совершенно постороннего эльфа, последний здесь и скончается, – совершенно спокойно заметил дракон.

– Ты можешь ему помочь? – с надеждой глядя на мужчину, спросила Ева.

– Сейчас посмотрим, – сказал Артур, опускаясь перед эльфом на колени.

Он нащупал пульс, раскрыл веки и взглянул в почерневшие глаза.

– Изумительный пример самого настоящего эльфийского проклятья! – восхитился дракон. – Большая редкость по нынешним временам, говорят, что эльфы извели всех своих ведьм, и вот на тебе!

– Как его снять?

– Боюсь только ведьме это под силу, – пожал плечами мужчина, – я хоть и разбираюсь немного в магии, но с эльфийскими проклятиями дел не имел.

– Есть у меня одна знакомая ведьма! – воскликнула Ева. – Но как же нам его к ней доставить?

– Времени у нас в обрез. Хватайся покрепче, мышка, – сказал дракон, закидывая эльфа на плечо.

Второй рукой он подхватил опешившую Еву, легко шагнул на перила балкона и спрыгнул вниз. С четвертого этажа.

За спиной дракона раскрылись кожистые крылья. Такой потрясающей частичной трансформации девушка ещё не видела.

Оказавшись на твердой земле, мужчина отпустил Еву и бодро зашагал в направлении экипажей. Пиджак и рубашка были абсолютно целы, что свидетельствовало о большом мастерстве дракона.

Вообще, в отличие от оборотней вторая ипостась крылатых имела скорее магическое, чем физическое воплощение. Что позволяло драконам называть себя отдельной расой и не смущать окружающих своим обнаженным видом после трансформации. Частичная же смена облика сложнее поддавалась контролю и частенько оставляла следы воздействия на одежде.

– Вот этот, – догнала Артура Ева, указывая на экипаж эльфа.

Увидев необычную компанию, кучер изумленно замер.

– Месье Виталь слегка переборщил с дегустацией вин, – доверительно шепнул слуге дракон.

Мужчина понятливо закивал и вернулся на козлы. Артур легко втащил эльфа в карету, пока Ева отдавала распоряжение вознице.

– Это совсем недалеко, – сказала девушка, закрывая дверцу.

Экипаж тронулся с места. Лежащий лорд занимал всё сиденье, и Еве пришлось устроиться рядом с драконом.

– Очень хорошо, нам и в самом деле стоит поторопиться, – рассматривая стремительно бледнеющее лицо эльфа, ответил дракон.

– Что тебя связывает с этим ушастиком, мышка? – неожиданно спросил мужчина.

– Он помогает мне в поисках моего сокровища, – с тревогой глядя на эльфа, ответила Ева.

– И только? Судя по тому, как ты о нём переживаешь, он сам - твое сокровище, – хмыкнул дракон.

Девушка смерила Артура хмурым взглядом. Ей, конечно, доводилось слышать истории о том, как мужчины её расы похищали прекрасных девушек и объявляли их своими сокровищами, но чтобы так поступали гордые драконицы? Нет, такого решительно не бывает! Хотя картинка орущего во весь голос эльфа, которого уносит в закат дракон, выглядела призабавной.

Экипаж подъехал к хорошо знакомому дому в Старом городе. Ева выбралась первой и нажала на звонок. В такой поздний час бабуля может встретить вторгшихся в дом незваных гостей не пирожками с чаем, а ещё одним проклятием.

Калитка самостоятельно отворилась и дракон, взвалив на себя эльфа, быстрым шагом направился к дому.

– Здравствуйте, бабушка Тиль, – торопливо поздоровалась Ева, увидев старушку на крыльце, – у нас беда, Лиссэт получил проклятье.

– Судя по всему эльфийское, – добавил дракон, занося лорда внутрь.

– Клади его на диван, крылатый, – строго распорядилась бабуля, – сейчас, разберёмся.

Старушка щелчком пальцев зажгла в комнате свет. Ева заметила, как вздулись синие вены на шее у эльфа. Мысль о том, что они могли не успеть пробрала до дрожи.

Бабуля встала рядом с диваном, вытянув руки. Мгновение ничего не происходило, но после - лорд резко распахнул почерневшие глаза и схватился за горло.

– Подержите-ка его, – приказала эльфийка, перебирая в воздухе пальцами, как-будто играя на невидимом пианино.

Дракон жёстко зафиксировал за головой эльфа непослушные руки, Ева прижала ноги к дивану. А бабуля всё продолжала и продолжала наигрывать невидимую молодую. Минуты слились в часы мучительного ожидания. Но вот Лиссэт перестал сопротивляться, медленно исчезала синева, а дыхание выровнялось.

– Всё, можете отпускать, – удовлетворенно кивнула Клотильда, вытирая пот со лба, – теперь ему нужен только целебный сон.

Ева заехала в особняк Виталь только чтобы переодеться, но вовремя вспомнила о просьбе Его Величества и быстро написала письмо Александре.

Лиссэт наутро пришёл в себя, но его ощутимо штормило, и бабушка Тиль отказалась выпускать внука из дома. Дракон отбыл ещё вчера, церемонно раскланявшись с пожилой ведьмой: кажется, что демонстрация эльфийской магии привела крылатого в полный восторг.

– Мадам Лемар, вас ждать к ужину? – выглянула из кухни Роза, пухлая улыбчивая кухарка.

Со дня первой встречи между женщинами зародилась идиллия. Роза обожала свою работу, но упрямый эльф был весьма консервативен в еде и частенько обедал вне дома, чем крайне огорчал свою чувствительную кухарку. В Еве женщина нашла настоящую отдушину: как и любой дракон девушка любила есть много и со вкусом.

– Обязательно! Я ни за что на свете не пропущу встречу с вашим фирменным мясным пирогом, – заверила Ева, подхватив подмышку картину.

У калитки её поджидал греющийся на солнце дракон. Особенно сильное сходство с сытым котярой придавали жёлтые глазища.

– Доброе утро, мышка, – весело подмигнул Артур.

– Здравствуйте, месье Клод. Какими судьбами здесь, решили прогуляться по столице?

– Ну что ты, мышка, мы же вчера так непринужденно перешли на ты. И повод такой прекрасный, не каждый день спасаешь ушастого питомца своей невесты.

– Я не твоя невеста, – строго ответила девушка, отметив, что так эльфийского лорда, наверное, ещё никто не называл.

– Ну это дело поправимое, – непринуждённо пожал плечами дракон, – я как раз планировал пригласить тебя на наше первое свидание.

– Сожалею, но у меня деловая встреча, – без всякого сожаления ответила Ева.

– В таком случае на деловых переговорах хрупкой девушке не помешает крепкое мужское плечо. Или кулак.

Ева смерила дракона задумчивым взглядом. Вовлекать постороннего в свои дела не хотелось. С другой стороны, кто он, этот таинственный друг мистера Бернара, оставалось неизвестным. И даже если они с ним встретятся, это совсем не гарантирует, что владелец картины охотно ответит на все вопросы Евы. Дракон же выглядел опасно и респектабельно, с таким ведут дела намного охотнее.

– Вполне возможно, – взвесив все за и против, ответила девушка, – но никаких шуточек. И уж тем более никаких мышек!

– Хорошо, хорошо, – в примирительном жесте поднял руки вверх дракон, – моя прекрасная чешуйчатая птичка.

***

Ресторан “Лунный берег” считался самым престижным во всей столице. Славился он не только отменной кухней и завышенными, даже для столицы, ценами, но и своими приватными комнатами, где гости без шума и суеты могли насладиться кулинарными шедеврами.

– Добрый день, у вас забронирован столик? – осведомился администратор, и его длинные, свисающие ниже подбородка усы пришли в движение.

– Нас ожидают в пятой комнате, – ответила Ева, стараясь сохранить приличия и не пялиться слишком откровенно.

В Бриате растительность на лице не получила широкого распространения, и большинство жителей вслед за молодящимся королём гладко брились.

Администратор опустил взгляд на гостевую книгу, задумчиво покивал, заставив усы задорно подпрыгнуть. После чего позвонил в колокольчик, и из соседней двери выскочил молодой официант. Он тоже был с усиками, но значительно более скромными. Ева даже подумала, что, вероятно, усы - это фирменный стиль заведения.

– Луи, проводи гостей в пятую комнату, – распорядился администратор.

– Прошу за мной, месье, мадам, – низко, как на королевском приеме, поклонился официант.

Пока служащий ресторана вёл их по мягко освещенному коридору, Ева гадала, кем же может быть владелец портрета. Случайным покупателем, инвестором или профессиональным ценителем искусства? Но того, кто дожидался их за столиком, девушка встретить никак не ожидала.

Комнаты в “Лунном береге” были обставлены с вычурной роскошью: стол покрывала белоснежная ткань с золотой вышивкой по краю, с потолка свисала хрустальная люстра, а стулья заменяли мягкие кресла с маленькими подушками. В комнате с витиеватой цифрой “пять” на двери в глубоком кресле расположился месье Люгре, немолодой, но всё ещё подтянутый мужчина в строгом костюме. Поза его выражала нетерпение. Когда Ева и Артур вошли, отставной генерал поднялся.

– Мадам Лемар, – поприветствовал кивком девушку маркиз.

– Добрый день, месье Люгре, – взяла себя в руки Ева, – это месье Клод, мой деловой партнер.

Дракон пожал протянутую руку, не выказав ни малейшего удивления своему неожиданному назначению. Артур отодвинул для девушки кресло, и все трое расположились за столом.

– Мой добрый друг, месье Бернар, передал, что у вас находится моя картина, – сразу перешёл к делу маркиз.

– Давайте уточним, речь идёт о полотне Вильгельма Дессо “Маленькая мадемуазель М”? – доставая картину, спросила Ева.

– Всё верно, – кивнул отставной генерал, лишь мельком взглянув на портрет, – сколько вы за неё хотите?

– Я не возьму за неё денег, – задумчиво сказала девушка. – Эта картина попала ко мне по ошибке. Единственное, что меня волнует - это обстоятельства, при которых она покинула вас и оказалась у меня.

Маркиз нахмурил свои кустистые брови, синие, как у Александры глаза, опасно блеснули.

– Я не в состоянии поведать вам эти обстоятельства, они касаются внутренних дел моей семьи.

– Они как-то связаны с побегом Маргарет? – догадалась Ева.

– Видимо, домашний арест не в состоянии остановить мою старшую дочь, – то ли со злостью, то ли с гордостью ответил мужчина, – полагаю, уже вся столица гудит об этом постыдном инциденте?

– Ни в коем случае, месье Люгре, – заверила девушка, – Александра поделилась своими переживаниями только с членами женского клуба. И Его Величеством.

– Даже не представляю, как вас занесло в общество этих мадемуазелей, но надеюсь, что вы умеете хранить семейные тайны, – не слишком-то удивился участию короля маркиз. – Маргарет - творческая натура, слишком мечтательная и доверчивая. Возможно, что это моя вина. После смерти супруги, я старался сделать девочек счастливыми, потакал их увлечениям. В итоге старшая выросла даже слишком самостоятельной для благородной дамы, а младшая так и витает в облаках. Думаю, вскоре Маргарет разочаруется в своём благоверном и вернётся домой. Мне не хотелось бы, чтобы детская влюблённость разрушила всю её жизнь.

– Мне кажется, несмотря ни на что, вы гордитесь своими дочерьми, – с улыбкой заметила Ева.

Почему-то раньше маркиз представлялся ей грубым солдафоном, заботящимся о репутации больше, чем о своей семье. Стоило подумать сразу, что навряд ли в доме такого человека могли проходить собрания весьма оригинального женского клуба.

– Я сам когда-то пошёл в армию, чтобы защищать своих близких. Мне хорошо знакомо, каково это - жить с мечтой и какой жестокой бывает действительность, – грустно усмехнулся бывший генерал, – Александра унаследовала наше семейное упрямство, я думаю, что трудности не смогут поколебать её уверенность. Маргарет же придётся в жизни сложнее.

– Вы ошиблись, да? Любовник был не у старшей дочери, а у младшей, – задумчиво покачала головой Ева.

– Вам и это известно? – искренне удивился маркиз. – Да, это мой прокол. Считал, что Александра разрывается между любовью и желанием притворить свои идеи в жизнь. Хотел помочь ей, даже рассказал о своих подозрениях Его Величеству, надеясь, что он отпустит её. Моё собственное слепое следование идеалам чуть не сделало моих детей сиротами, и я не хотел, чтобы Александра отказалась от любви. Полагаю, теперь мне придётся покаяться не только перед дочерью, но и перед Его Величеством.

Месье Люгре опустил голову, враз сделавшись старше и как-будто бы меньше, но стоило услужливому официанту заглянуть внутрь кабинета, как мужчина властным движением тут же отослал его проч. Рассчитывать на сытный обед сегодня явно не стоило.

– Расскажите мне, пожалуйста, об истории этого портрета, – попросила Ева.

– Эту картину написал молодой художник, на нём изображена Маргарет в детстве. Моя покойная супруга покровительствовала многим талантливым художникам, устраивала за свой счёт выставки. Любовь к искусству у Маргарет от неё.

Я не успел сразу выкупить портрет и он попал в Центральную галерею, там-то я и познакомился с месье Бернаром, он помог мне приобрести картину. Много лет она висела в нашем доме. Но не так давно портрет пропал. Поначалу я и не обратил на это внимание, пока старый друг не поинтересовался судьбой картины. Как теперь понимаю, к нему обратились вы, и Антуан незамедлительно мне об этом сообщил, разумеется, он сомневался, что я продал портрет собственной дочери.

– Вы и не продавали? – вклинился в разговор до этого молчавший дракон. По азартному блеску янтарных глаз было заметно, что Артур весьма увлекся этой историей.

– Разумеется нет, месье Колод, – качнул головой маркиз. – Не найдя в доме картины, я поговорил с дочерьми. Александра лишь пожала плечами, а Маргарет вдруг расплакалась. Она вообще у меня чувствительная. Сказала только, что сама отдала портрет хорошему человеку, которому он был очень нужен. Теперь то я понимаю, что скорее всего это любовник выпросил у неё картину, чтобы, вероятно, продать. Навряд ли у домашнего учителя рисования нашлись бы средства для обеспечения благородной девицы.

– Любовником Маргарет был учитель? – уточнила Ева, припоминая счастливое лицо девушки, когда она рассказывала о своих занятиях.

– Всё так. Я сам не разбираюсь в живописи. Жаль, что я не догадался вовремя навести о нём справки...

– А что выяснилось? – с нетерпением спросил дракон, перебив маркиза на полуслове.

– Он представился как месье Дориан Вебер, после побега Маргарет я поднял свои каналы, благо связей хватает и в армии, и в разведке. Такого человека просто не существует. Кто бы он ни был, этот человек обманом проник в мой дом, получал жалованье за свои уроки и запудрил девочке мозги.

– Вы считаете, что месье Вебер просто продал картину Дессо ради денег? – спросила Ева, обдумывая услышанное. – Но это никак не объясняет обстоятельств появления картины у меня.

– И каких же? – одновременно спросили маркиз и дракон.

– Я купила на королевском аукционе совсем другую картину того же художника, но вместо моей покупки в ткань была завернута ваша. Главный распорядитель аукциона в тот же вечер скрылся со всей выручкой, а его заместитель свято уверен, что портрет на аукционе не выставлялся.

– Это и в самом деле странно, мадам Лемар, – покачал головой маркиз.

Ева печально вздохнула. Подробности побега Маргарет хоть и проясняли некоторые детали, но не давали никаких объяснений, где же искать её сокровище.

– Раз уж мы беседуем приватно… – внезапно вмешался Артур. – Я в столице совсем недавно, но и до меня дошли слухи, что вы, месье Люгре, недолюбливаете эльфов. Скажите, пожалуйста, почему?

– Я не испытываю никакой личной неприязни к эльфам, – насмешливо сузил глаза маркиз. – Просто я терпеть не могу высокомерных выскочек вне зависимости от их расовой принадлежности.

Дракон расплылся в довольной улыбке, проигнорировав намёк.

– Пожалуй, это было самое необычное свидание в моей жизни, – задумчиво сказал Артур, опираясь на калитку забора.

– Это не было свиданием, – строго напомнила Ева.

Экипаж доставил их к особняку эльфа, но приставучий дракон никак не хотел прощаться.

– Думаю, что в этом вопросе каждый из нас останется при своём мнении, мышка, – задорно подмигнул мужчина.

– А я думаю, что вам пора отправляться по своим делам, месье Клод, – теряя терпение, сказала девушка.

– Что же ты даже не предложишь чашечку чая? – деланно изумился Артур, но, заметив помрачневший взгляд Евы, сдался: – Ладно, в следующий раз, мышка. Я вообще-то пришёл к тебе с подарком.

Дракон ловким движением извлёк из кармана самодельное украшение - речную гальку на шнурке, из тех, что мастерят детишки в прибрежных деревнях.

– Выглядит весьма мило, – растерялась Ева.

– Дизайн не моя сильная сторона, – усмехнулся мужчина, – куда важнее, что он позволяет послать зов о помощи. Я же говорил, что немного разбираюсь в магии.

– И кому послать?

– Ну разумеется сильному и бесстрашному дракону, который тут же бросится спасать свою прекрасную невесту.

– Хм, месье Клод, вы забываете, что ваша… явно не невеста сама - сильный и бесстрашный дракон.

– Мышка, ситуации бывают разные, – теряя былую браваду, серьезно сказал Артур, – вокруг тебя происходят странные события. Никогда не знаешь, когда может пригодиться помощь. В случае чего, просто сожми его и подумай обо мне.

Ева покрутила талисман в руке, с виду ничего не выдавало в нём магическую вещь.

– Не думаю, что мне придётся прибегать к этому. Но спасибо вам… тебе.

– Так то лучше, – улыбнулся дракон, – буду рад, если он тебе не пригодится.

Ева хмыкнула, но талисман в сумочку спрятала. Девушка даже не подозревала, что опасность уже подстерегает её.

***

– Мадам Лемар, в столовой уже всё накрыто к ужину, – отчитался Люциан.

Дворецкий выглядел взволнованно: то и дело поправлял рубашку и приглаживал седые волосы. Ева даже заподозрила, что у старого слуги в отсутствии хозяина намечается романтическое свидание.

– Спасибо, я освежусь с дороги и спущусь вниз через минуту, – поражаясь догадливости Розы, ответила девушка.

Ведь она только подумала, что неплохо было бы заесть стресс сегодняшнего дня ранним ужином. Тем более, что в ресторане пообедать ей так и не удалось.

Как только Ева вошла в столовую, необычное поведение слуг тут же нашло своё объяснение. За накрытым столом чинно ужинала совершенно незнакомая эльфийская леди. Именно леди: молодая аристократка с длинными пальцами, чёрными шёлковыми волосами и цепким недобрым взглядом. Совершенно нереальная красота завораживала и заставляла сердце биться чаще.

– Добрый день, мадам, – поздоровалась эльфийка, изящно откладывая столовые приборы.

На её тарелке мясной пирог был разрезан на крохотные идеально ровные кусочки, Еве почему-то это показалось дурным знаком.

– Добрый день, леди, – ответила Ева, используя традиционное эльфийские обращение, – могу я узнать, кто вы?

– Не думаю, что вам что-то скажет моё имя. Достаточно лишь того, что я являюсь сестрой лорда, в доме которого мы находимся.

– Хм, весьма интересно.

Ева села за противоположный конец стола. Аппетит внезапно исчез, а в голову закралась мысль, что напрасно она оставила сумку в своей комнате. Эльфийка напротив выглядела хрупкой статуэткой, сбежавший из музыкальной шкатулки, но всё внутреннее естество дракона кричало об опасности.

– Я здесь, чтобы повидаться с братом, – глядя Еве в глаза, сказала эльфийка. Её голос звенел серебряным колокольчиком, а губы тронула легкая снисходительная улыбка. – Слуга был очень любезен, но так и не смог или же не захотел мне помочь.

– Месье Виталь не возвращался в особняк после бала, – стараясь унять дрожь в голосе, ответила Ева.

– В таком случае, скажите, пожалуйста, где он сейчас находится?

– Боюсь, мне это не известно. Вам стоит зайти попозже…

– Отчего же? Я могу дождаться его здесь. Ведь рано или поздно он вернётся домой.

Ева неожиданно подумала, что на месте лорда непременно завела бы в саду огромных сторожевых псов и строго-настрого запретила бы слугам пускать в дом гостей без разрешения хозяина. Сначала она сама не захотела уходить из особняка, потом наглый дракон, теперь опасная, как горная лавина, эльфийка. С такими гостями точно не соскучишься, как ещё особняк устоял?

– Не думаю, что это будет удобно.

– А я думаю, что вы догадываетесь, кто я. Полагаю, вам также известно и местонахождение моего брата. Из всего этого следует, что просто так я отсюда не уйду.

– Совершенно не понимаю, о чём вы…

– Бросьте, мадам, – эльфийка махнула рукой с аккуратными, но острыми ногтями, – вы побледнели как только меня увидели, держитесь на расстоянии, явно очень волнуетесь. Но я расскажу вам один секрет - мне нужен только мой брат. Это очень личное семейное дело, и мне совсем не хотелось бы вовлекать в него посторонних. Понимаете о чём я?

Ева осторожно кивнула. Инстинкты требовали немедленного превращения. В облике зверя проклятия не в состоянии навредить дракону, жаль, что человеческая ипостась не может похвастаться такой магической устойчивостью.

– Я найду брата, а сегодня на закате эльфийская делегация покинет Бриат, и мы больше никогда не встретимся. У меня мало времени. В конце концов, подумайте о людях, которые здесь работают. Если я не смогу ничего полезного узнать от вас, то мне придётся навредить им.

– Не надо никому вредить! – испугалась Ева.

Эльфийка явно не догадывалась, что пытается запугивать дракона, но у неё всё равно неплохо получалось. Превратись Ева сейчас, особняк разлетится вдребезги и шансы выжить у эльфийской ведьмы будут куда выше, чем у служащих здесь людей.

– В таком случае, я вас внимательно слушаю, – удовлетворенно кивнула эльфийка.

Девушка глубоко вздохнула, будто на что-то решаясь.

– Вы правы, не стоит людям вмешиваться во внутренние дела Пресветлых, – опустила голову Ева, надеясь, что в глазах не отразилось пламя злости, – месье Виталь находится здесь, в особняке. Он в очень плохом состоянии, и слугам приказано отсылать всех посетителей.

– Это очень мудрое решение, рассказать мне, – похвалила ведьма, поднимаясь со стула, – что же, ведите.

– Он в своей комнате, – кивнула девушка, направляясь на второй этаж.

У двери в комнату Лиссэта Ева остановилась, оперевшись на деревянные перила лестницы.

– Вы только… только не мучайте его сильно, – тихо прошептала девушка, глядя в пол.

– К сожалению, это не зависит от меня, – и во взгляде эльфийки мелькнула тоска. – Приказ есть приказ, – решительно сказала ведьма, распахивая дверь в комнату.

В ту же секунду сзади на её голову приземлился деревянный столбик, из которых состояли перила лестницы. Ведьма потеряла сознание и осела на пол.

Ева перевела ошарашенный взгляд с раскуроченных перил на своё оружие, зажатое в покрытой чешуёй руке. И только теперь заметила Лиссэта, приподнявшегося на постели, чтобы рассмотреть всё это безобразие.

– А бабуля уже вас отпустила? – нарушила молчание девушка.

– Как видите, – потрясенно кивнул эльф.

Лиссэт поднялся с постели, из одежды на нём были только мягкие домашние штаны. Придерживаясь за стены, лорд не твердой походкой добрался до двери.

– И так будет с каждой, кто попытается съесть мой ужин, – нервно пошутила Ева.

– А я думал, что с каждой, кто попытается пробраться в мою спальню, – то ли поддержал шутку, то ли на полном серьёзе сказал эльф.

– И это тоже. Между прочим бабуля предложила мне ваши руку и сердце, в смысле, выйти за вас замуж. У эльфов тоже принято договариваться о браке со старшими членами семьи?

Лиссэт оторвал взгляд от тела на полу, молча забрал из рук Евы столбик, проследив как исчезает чешуйчатый покров. Отвечать на провокационный вопрос лорд был явно не намерен.

– Она умерла? – не дождавшись ответа, спросила девушка.

Лиссэт осторожно опустился на пол, коснувшись шеи ведьмы.

– Нет, просто без сознания, – ответил эльф, и в его голосе послышалось облегчение, – но как только Лани придёт в себя, нам не поздоровится.

– Следите за ней, я сейчас, – спохватилась Ева и бросилась в свою комнату.

Там в шкатулке с украшениями поблескивали два широких браслета. Ева не единожды порывалась выкинуть сомнительный подарок дракона, но хозяйственная Матильда на всякий случай прибрала.

Вспомнив об Артуре, Ева перевела взгляд на сумочку. Сегодня амулет дракона не понадобился, она сама справилась с опасностью, хоть в тайне девушка могла признаться самой себе: ведьма её до дрожи напугала. Приятно позволять кому-нибудь себя спасти, но настоящая драконица должна уметь защитить себя, свою пещеру и свои сокровища.

– Вот, – вернувшись, продемонстрировала браслеты Ева.

– Даже представить не могу, для чего у вас хранятся антимагиские блокаторы, – покачал головой эльф, шустро застегивая украшения на запястьях ведьмы.

– Чего только не найдётся в женской сумочке, – невинно пожала плечами девушка, – может нам стоит её куда-нибудь перенести?

– Пожалуй, – согласился Лиссэт, – расположим её в гостевых покоях.

Эльф, пошатываясь, взвалил на себя ведьму, перекинув через плечо.

– Хотите я её понесу? Мне не сложно, – предложила Ева.

– Н-ненадо, я как-нибудь сам, – решительно отказался лорд и нетвердой походкой побрёл в конец коридора.

Гостевые покои представляли собой пыльное помещение с хаотично расставленной мебелью.

– Вы напрасно экономите на слугах, лорд, – наконец высказала свое замечание Ева.

– Я не экономлю на слугах, – ответил эльф, выгружая ведьму на покрывало.

В воздух поднялось облако пыли.

– Я просто не люблю гостей, – нашёлся Лиссэт.

Посреди грязи и бардака эльфийка выглядела особенно хрупко в этом своём традиционно-белом платье. Смоляные волосы рассыпались по плечам блестящим водопадом.

– Она правда ваша сестра? – спросила Ева.

– Да, младшая дочь Императора и моя двоюродная сестра.

– Это она вас… тогда на балу?

– Да, Лани попросила поговорить с глазу на глаз, я не знал, что в ней проснулось наследие ведьм. И уж тем более не догадывался, что Император поручит грязную работу собственной дочери. Впрочем, Лилиан всегда умел распоряжаться ресурсами, для удержания власти ему нужен был только наследник мужского пола и, несмотря ни на что, до некоторых пор меня не трогали. Слышал, что третья жена Императора, наконец, родила в прошлом месяце мальчика.

Лиссэт аккуратно опустился в кресло, его всё ещё пошатывало от слабости. Ева присела на подлокотник, не сводя взгляда с девушки на кровати.

– Что вы будете с ней делать, лорд?

– Я не знаю, но к дяде она не вернётся. Император пожертвовал Лани как разменной монетой. Мало кого из эльфов я подпустил бы так близко. Принадлежность к императорской семье не оправдывает убийство королевского служащего дружественного государства, портить отношения с соседом Император бы не рискнул. Если бы правда вскрылась, Лани казнили бы по законам Эльфийской Империи. Пусть теперь дядя гадает, чем закончилась наша с ней встреча, – невесело усмехнулся эльф.

– Вы планируете держать её у себя в плену?

– Будем считать это домашним арестом, – задумчиво подбирая слова, ответил Лиссэт, – я все-таки её старший брат. Надо отправить к бабуле записку, пусть пришлёт что-нибудь для успокоения нервов, что-то мне подсказывает - когда Лани очнётся, она будет крайне не в духе.

И Ева подумала, что эльфу очень жалко свою маленькую глупую сестрёнку. Несмотря на то, что эта девушка чуть его не убила.

– Бабуля рассказала мне, что произошло после того, как я получил проклятье. Я очень вам обязан, вам и вашему… жениху?

– Никакой он мне не жених! – вспылила Ева. – Самый обычный приблудный дракон.

– Дракон? – удивился эльф. – И вы тоже?

– Представьте себе, лорд, вы удостоились великой чести принимать в своём скромном и, прошу заметить, весьма неубранном доме представителя древнейшей расы, – гордо задрала подбородок вверх девушка.

– Ах вот оно что… что же, это всё объясняет, – задумчиво покивал Лиссэт.

– Что объясняет?

– Ваш поистине драконий аппетит.

– А если люди, то есть эльфы Императора придут сюда искать вашу сестру? – полюбопытствовала Ева.

Добросердечная Роза подогрела мясной пирог, и по столовой разливался по-истине божественный аромат мяса и выпечки. Ради ужина Лиссэт переоделся в домашний, но все таки костюм, чем несказанно огорчил Еву.

– То получат официальный ответ, что Лани здесь нет. Обыскивать дом добропорядочного служащего они не имеют права, в Бриате даже сам Император всего лишь гость. Но думаю, дядя не станет поднимать шум, постарается выяснить всё потом через своих информаторов.

Эльф жадно поглощал пищу, видимо, проклятие израсходовало много энергии и организм стремился её компенсировать. Ева отметила, что хороший аппетит Лиссэту даже к лицу, не то что это унылое ковыряние приборами, которое лорд демонстрировал ранее.

После ужина от бабули пришла посылка - сонный порошок, и эльф усомнился, что старушка верно истолковала его просьбу прислать что-нибудь успокоительного.

Но всё же Лиссэт вернулся в гостевые покои, которые теперь закрывались на ключ. Ему предстоял непростой разговор с сестрой.

Ева поднялась в свою комнату, пора было заняться работой. Уже пару дней её внимая дожидалась пухлая папка договоров и отчётов управляющих.

– Мадам Лемар, – заглянула в комнату Матильда, – доставили корреспонденцию, сейчас посмотрите или отложить на потом?

– Давай сейчас, – устало потянулась Ева.

– Там и от маменьки пришло письмо, она всё спрашивает, когда мы вернёмся домой. И почему-то всё время прорывается переслать ромашковый чай. Зачем он нам? Вы же вроде больше кофе уважаете.

– Да пока и без ромашкового чая справляемся, – хмыкнула Ева, – а ты тоже хочешь вернуться домой?

– В нашу глухомань?! – округлила глаза Матильда. – Еще и под строгий присмотр маменьки? Нет уж, спасибо. В столице столько всего интересного, я и площадь с фонтанами видела, и парки, и маленькие кофейни, а какие чудесные пирожные пробовала! Давайте останемся здесь навсегда.

“От такой перспективы один эльфийский лорд может невзначай и заикой стать”, – подумала Ева. Впрочем, девушка вынуждена была признать, что тоже уже пообвыклась. Навестить свою тихую усадьбу тянуло невероятно, но и в столичных кофейнях с пирожными была своя прелесть.

Взгляд Евы выхватил из горы писем знакомую розоватую бумагу. Никак маркиза решила продолжить переписку?

На этот раз адресом отправителя значился особняк Люгре. Девушка вытащила послание из конверта и развернула листок:

“Дорогая мадам Лемар.

Я не могу передать Вам всей своей благодарности. Ваш героический поступок спас мою ненаглядную сестрёнку. Его Величество сдержал своё слово. Маргарет нашлась в провинциальной гостинице в маленьком городке Нортон. Сегодня папенька выдвинулся за ней. Совсем скоро Маргарет вернётся домой.

Также хочу торжественно сообщить, что с этого дня вы принимаетесь в Женский клуб без всяких вступительных взносов. Не отказывайтесь, совсем скоро мы расширим свою деятельность, и нам понадобятся смелые идеи для реализации. Вместе мы обязательно сделаем мир лучше.

Искренне Ваша, Александра Люгре.”

Ева перечитала письмо два раза. Членство в женском клубе выглядело, пожалуй, даже немного пугающе. А вот новость о Маргарет обрадовала, правда, Александра не упомянула, нашли ли любовника маленькой маркизы. К нему у Евы была масса вопросов. И девушке было крайне невыгодно, чтобы он скрылся в тумане или, что ещё более вероятно, погиб от руки разъярённого генерала.

Письмо отправлено только сегодня, Нортон располагался на самой границе с Долией. Путь до него неблизкий, если ехать в экипаже займёт три-четыре дня, но месье Люгре может по старой памяти поехать верхом, это намного быстрее, но всё равно займёт два дня. Надо решать быстрого. Если Ева хочет не упустить след своего сокровища, в Нортоне ей необходимо оказаться раньше маркиза.

Придя к такому выводу, девушка быстро подскочила.

– Матильда, подготовь костюм для верховой езды и дорожный чемодан.

– Вы отправляетесь куда-то на лошади или…

– Или, – кивнула Ева.

Камеристка понятливо кивнула и торопливо скрылась в гардеробной. Осталось сообщить эльфу о результатах встречи с маркизом и предупредить о планах на неожиданное путешествие.

***

– Разумеется, вы не отправитесь туда в одиночку, – решительно сказал Лиссэт, поднимаясь с кресла, – я еду с вами.

– В карете или верхом мне ни за что не опередить месье Люгре, – напомнила Ева, – я планирую в Нортон полететь.

– Хорошо, давайте полетим, – как ни в чем не бывало согласился эльф.

Девушка скептически оглядела мужчину. Лорд шатался уже менее заметно, но то и дело касался стен в поисках опоры.

– Месье Виталь, вы когда-нибудь летали на драконе?

– Пока что не имел такого опыта, – пожал плечами Лиссэт, – но раньше я и не жил под одной крышей с драконом: незабываемые впечатления, я вам скажу.

– Это вы тонко намекнули, что будете по гроб жизни припоминать мне опустошённые кладовые?

– И это тоже, – невозмутимо согласился эльф.

– Но ваше самочувствие не позволяет вам и в карете перемещаться, не то что по воздуху, – скептически заметила Ева.

– Об этом не беспокойтесь, бабуля выдала мне бодрящий эликсир. Пара глотков и я буду как новенький, – пообещал лорд.

Через четверть часа, когда Ева облачилась в брючный костюм, а чемодан был собран, по лестнице бодрой походкой, изредка переходящей в подпрыгивания, спустился эльф. Зрачки его были расширены, а лицо светилось от счастья. Таким восторженным Пресветлого лорда никто и никогда не видел, даже в раннем детстве Лиссэт повсеместно демонстрировал полагающееся по статусу сдержанное высокомерие.

– Месье Виталь, а какую суточную дозу этого целебного эликсира рекомендовала ваша уважаемая бабушка? – осторожно уточнила Ева.

– По две капли три раза в день, – невероятно обрадовался эльф.

– А вы сделали пару глотков, – констатировала девушка.

– Именно! И чувствую себя прекрасно, просто отлично, самое то, чтобы прокатиться на драконе!

– Говорите чуть потише, – оборвала восторженные возгласы Ева, – идемте, до окраины города нас довезёт экипаж.

Девушка надеялась, что действие бодрящего эликсира вскоре закончится, лорд сладко заснёт в карете, и Ева со спокойной совестью отправит его домой. Но то ли бабушка Тиль была таким первоклассным зельеваром, то ли на организм эльфов эта дрянь действовала крайне эффективно, но к тому моменту, как экипаж остановился у молодого лесочка за стенами столицы, Лиссэт всё ещё лучился раздражающей бодростью.

– Может быть вы всё же вернётесь домой? – умоляюще спросила девушка.

– И пропущу свой первый полёт на драконе?! Ни за что! – воскликнул эльф, и кучер встревоженно на него покосился.

– Езжайте, мы дальше сами, – смущенно улыбнулась слуге Ева.

Девушку крайне нервировало и то, что лорд с такой непринужденностью рассказывал её секрет всем подряд, и то, что Лиссэт считает этот полет первым. А значит рассчитывал и дальше пользоваться бесплатным драконьим транспортом.

– Надеюсь, скоро вы придёте в себя, лорд, и вам будет очень, очень стыдно за своё поведение, – мстительно сказала Ева, шагая сквозь чащу леса.

День клонился к закату, и вскоре показалась широкая поляна.

– Стойте здесь и не двигайтесь, – сурово приказала девушка.

– А вы не улетите без меня? – подозрительно сощурился Лиссэт, и на мгновение в серых глазах промелькнули проблески разума.

– Оставить эльфа в лесу - это так жестоко, – усмехнулась Ева. – Нет уж, хотели полетать на драконе, я вам устрою это незабываемое приключение. Стойте здесь, я обернусь и возьму вас и багаж в лапы.

– В лапы?! Но на гобеленах прекрасные девушки летают гордо восседая прямо на спине дракона, – возмутился эльф.

– Вы, лорд, не прекрасная девушка. И я не имею ни малейшего желания ловить вашу тушку в полёте, так что расположитесь в лапе. Точка, – глядя в полные разочарования глаза, припечатала Ева.

Девушка развернулась, дошла до середины поляны и глубоко вздохнула. Её тело окутал сверкающий вихрь, он всё разрастался и ширился, а в какой-то момент померк, и на поляне оказался огромный дракон. Шкура его переливалась всеми оттенками фиолетового цвета, чуть более светлым было брюхо, а в огромных карих глазах зрачки сделались вертикальными. На голове дракона красовались изогнутые рога, а по спине тянулась цепь шипов, среди которых, видимо, и полагалось размещать прекрасных девушек.

Дракон размял перепончатые крылья, примерился и аккуратно подхватил эльфа и стоящие рядом чемоданы. До Евы донеслось тихое ворчание:

– Фиолетовый…совершенно не модная окраска.

А когда дракон взмыл в небо, этот наглый ушастый тип не придумал ничего лучше, чем преспокойно свернуться клубочком и уснуть.

Лучи рассветного солнца коснулись пшеничных прядей, правое ухо слегка шевельнулось. Ева всегда поражалась способности эльфов шевелить ушами, как отдельными конечностями. В чём состоял эволюционный смысл этой способности оставалось загадкой до сих пор, но есть мнение, что остроконечные подвижные уши привлекают потенциальных партнёров в брачный период.

– Вы так пристально меня разглядываете, как будто планируете съесть, – сказал Лиссэт, открывая глаза.

Эльф лежал прямо на траве, заботливо укрытый его же собственной курткой. Некогда белоснежный костюм с трудом пережил тяготы путешествия на драконе и ночёвки в лесу, покрывшись зелёными и бурыми пятнами.

– Сегодня вы выглядите не слишком аппетитно, – заметила Ева.

Девушка сидела на чемодане, доедая булочку, заботливо припрятанную в багаже тандемом из Матильды и Розы.

– Полагаю, на самом деле меня спасло только то, что у вас уже есть завтрак.

– Разве же это завтрак? – округлила глаза Ева. – Это всего лишь перекус. Вставайте, нам крупно повезло, что к Нортону вплотную примыкает лес, отсюда мы быстро доберёмся до города.

Лиссэт со стоном приподнялся, голова немилосердно кружилась, во рту пересохло, а мышцы двигались с трудом.

– Судя по самочувствию, я вчера знатно перебрал.

– Это слабо сказано, вы по самые ушки наклюкались бодрящего зелья своей бабули.

– Да? Странно, совсем ничего не помню, – пожал плечами лорд.

– То есть вы весь вечер чудили, а теперь даже не будете мучиться угрызениями совести?! – поразилась коварству эльфийского организма девушка.

– Хм, видимо так, – согласился Лиссэт, – а что я такого сделал?

– Да вы всему городу пытались сообщить о намерении полетать на драконе. Вели себя как восторженный болван. И раскритиковали цвет моей шкуры, что было, между прочим, весьма обидно!

– Да? – удивился эльф, выискивая сменную одежду в своём чемодане, – совершенно ничего из этого не помню, даже цвет вашей шкуры.

Ева возмущенно открыла и закрыла рот. А потом с оскорблённым видом отвернулась, позволяя себе остыть, а лорду переодеться.

– Я готов, можем отправляться в город, – сообщил эльф, опираясь на чемодан.

У девушки закрылись подозрения, что без чемоданной поддержки лорда снова начнёт шатать.

– Давайте я сама понесу багаж? Вы еле на ногах стоите, – сжалилась Ева.

– Я не настолько жалок, чтобы позволить девушке тащить чемоданы, – возмутился Лиссэт.

– Ну сюда то их я принесла.

– А я этого не помню, – выкрутился лорд, отрывая багаж от земли.

Лиссэт слегка покачнулся, но, нащупав хрупкое равновесие, эльф несмело двинулся к дороге.

– Такими темпами нам бы к обеду поспеть, – пробормотала себе под нос Ева, чем заслужила возмущенный взгляд спутника.

“Видимо эльфийские уши всё же не только для красоты, но и, вращаясь во все стороны, способны улавливать малейший звук”, – осенило девушку.

***

Нортен совершенно не оправдывал гордого статуса города, на деле представляя собой чуть разросшуюся деревушку. Широкий тракт между Бриатом и Долией пролегал севернее, там-то и располагался основной таможенный пункт между королевствами.

– А в какой гостинице мы будем искать мадемуазель Люгре? – осведомился эльф, пристраивая чемоданы к одинокой лавочке.

– Понятия не имею, – пожала плечами Ева, – Александра не указала название гостиницы.

Лиссэт смерил девушку хмурым взглядом. Ева не растерялась, оглядевшись по сторонам, девушка решительно двинулась в сторону хлебной лавки.

– Нам страшно повезло! В этом захудалом городишке всего одна гостиница, – вернувшись, радостно сообщила девушка. В руке она несла одуряюще пахнущий пакет с пирожками.

Лиссэт невольно сглотнул слюну.

– Хотите? – заметив его голодный взгляд, протянула свою покупку Ева.

– Нет, давайте уже найдём эту проклятую гостиницу, – проворчал эльф, вновь нагружая себя чемоданами.

– Я заметила, что вы нерегулярно питаетесь, лорд. Это крайне скверно сказывается на вашем характере, – откусывая пирожок, доверительно сообщила девушка.

– Да что вы говорите! – с издевкой протянул Лиссэт. – А вам не приходило в голову, что не для всех существ еда является смыслом жизни?

Ева на секунду задумалась, но, откинув эту идею как совершенно абсурдную, вернулась к трапезе.

Единственная в Нортоне гостиница располагалась в самом центре и представляла собой двухэтажное здание с деревянной обшивкой. Выцветшей вывеске не удалось сохранить название, и помнили его, наверное, только седые старики.

Внутреннее убранство так же не поражало воображение: грубые деревянные столы, наспех сколоченные лавки, массивная стойка бара и широкая деревянная лестница, ведущая в номера. Ева вспомнила, как нелестно отзывалась о гостинице на окраине столицы, по сравнению с этим заведение рыжего одноглазого пройдохи вполне могло считаться прибежищем королей.

– Чего вам? – не слишком-то любезно осведомилась толстая тетка в засаленном переднике.

– Мы ищем мадемуазель Маргарет Люгре, она должна быть постоялицей вашей гостиницы, – переборов брезгливость, ответила Ева.

– Мне нет дела до имён клиентов, если они платят за номера и обслуживание вперёд, – нахмурилась женщина, – здесь вам не клуб свиданий. Заказывайте или убирайтесь отсюда.

Ева опешила от такого обращения.

– Разумеется, мы хотим заказать два нома и сытный обед, мадам..? – ослепительно улыбнулся эльф, разгоняя хмурую атмосферу заведения.

– Мадемуазель, – приосанилась тетка, – мадемуазель Пронос, владелица единственной в этом городе гостиницы.

– Крайне польщён знакомству, мадемуазель Пронос, – ещё шире улыбнулся лорд и попытался поцеловать пухлую руку владелицы. В последний момент эльфа снова заштормило, и поцелуй пришёлся куда-то в район плеча.

Женщина залилась краской и смущённо улыбнулась.

– Поговаривали кумушки, что ушастый народ без ума от женщин в теле, а я и не верила, – восхитилась хозяйка заведения, – три монеты за два номера и обед.

Эльф порылся в своем чемодане и наконец извлек на свет тугой кошелёк. Положил на барную стойку четыре золотых монеты. Хозяйка благосклонно приняла их, спрятав в кармане передника.

– Я покажу вам комнаты, – бросая на лорда страстные взгляды, сказала женщина.

На втором этаже располагалось только пять дверей, видимо, особой популярностью единственная гостиница не пользовалась. Хозяйка открыла ключом первую из них и жестом предложила эльфу заселяться. Ева проворно выхватила у него свой чемодан и подтолкнула внутрь. Потеряв равновесие, Лиссэт едва удержался на ногах, но гордо выпрямился и, забрав ключи, закрыл за собой дверь. Еве же досталась третья комната на этаже, уже забирая свой ключ, девушка с любопытством спросила:

– А почему эльфам нравятся женщины в теле?

– Все потому, милочка, – снисходительно улыбнулась хозяйка, – что их собственные женщины худы как доски. Мы для них - экзотика.

И с этими словами женщина удалилась, оставив Еву размышлять о том, что пухлых эльфиек ей и в самом деле видеть не приходилось. “Светлейший разберёт этих ушастых мужиков, может и правда экзотика”, – подумала девушка.

Распаковав чемоданы, Ева спустилась в обеденный зал, здесь не было никого, кроме эльфа и хозяйки заведения. Женщина с материнской заботой наблюдала, как жадно лорд наворачивает постный суп.

Сев напротив, Ева тоже отведала предложенное угощение и была вынуждена признать, что восторгов эльфа она совсем не разделяет.

– У вас настоящий кулинарный талант, мадемуазель Пронос, – заливался соловьём Лиссэт.

Хозяйка довольно улыбнусь, натирая серой тряпкой стаканы за барной стойкой.

– Скажите, пожалуйста, а кроме нас здесь сейчас кто-нибудь проживает? – вклинилась Ева в поток бесстыжей лести.

Женщина перевела на неё хмурый взгляд, но соблаговолила ответить:

– Мелкая девчонка во втором номере, её кавалер оплатил до конца недели.

– А сам он где?

– Без понятия, три дня как уехал, – пожала плечами хозяйка.

После обеда Ева постучалась во вторую дверь. Лиссэт дышал в спину, совершенно проигнорировав замечание, что мужчине присутствовать при женских разговорах крайне нежелательно.

– Мадемуазель Люгре? Маргарет? Это я, Еванжелина Лемар, мы встречались на собрании женского клуба.

За дверью послышалась возня, и в проёме показались большие заплаканные глаза. А вместе с ними и младшая маркиза в скромном дорожном платье.

– Мадам Лемар? Откуда вы здесь?

– Давайте поговорим в номере. Со мной месье Виталь, доверенный человек, в смысле, эльф Его Величества.

Маркиза испуганно покосилась на Лиссэта, но пропустила гостей внутрь.

Мебели в номерах было немного, Ева заняла единственный стул, Маргарет села на кровать, а эльф остался стоять как прекрасный памятник самому себе.

– Мадемуазель Люгре, я невольно была вовлечена в ваше дело. Александра просила меня обратиться к Его Величеству, чтобы он помог в поисках. Ваш отец уже спешит сюда, но у меня в этой истории свой интерес.

Маргарет удивленно на неё посмотрела. Маркиза комкала тонкую ткань покрывала и выглядела очень усталой.

– Видите ли со мной случилось странное происшествие. На королевском аукционе я приобрела последнюю картину кисти Вильгельма Дессо, но кто-то прямо там её подменил, как я потом выяснила, на ваш портрет. Поиски моей картины привели меня к вам. Не беспокойтесь, портрет я уже вернула вашему отцу, но надеюсь на то, что вы сможете хоть что-то рассказать об этом происшествии. Картина крайне важна для меня.

Маркиза опустила плечи и, закрыв ладонями лицо, тихо расплакалась.

– Мне так жаль… так жаль, – всхлипнула девушка, – я доставила столько проблем и Алекс, и папеньке, и Его Величеству и даже вам. Простите…

– Что вы стоите, лорд? – возмутилась Ева, – разве вы не видите, что у девушки истерика. Принесите ей немедленно стакан воды.

Лиссэт обречёно вздохнул, но, пошатываясь, вышел в коридор.

Ева бросилась к рыдающей девушке и обняла её за плечи.

– Вы просто ошиблись в выборе мужчины, – гладя маркизу по голове, сказала Ева, – не стоит себя винить. Главное, что всё уже закончилось. Скоро вы окажетесь дома в окружении любящей вас семьи и забудете это приключение.

Маркиза шмыгнула носом и тихо прошептала:

– Я не уверена, что когда-нибудь смогу его забыть. Я полюбила его с первого взгляда, ещё будучи маленькой девочкой.

– Маленькой девочкой? – удивилась Ева.

– Да, – подняла на неё покрасневшие глаза Маргарет, – когда он писал мой портрет.

Маркиза жадно пила воду из принесённого эльфом стакана. Ева не торопила её, было видно, что воспоминания терзают девушку, но ей хотелось поведать свою историю.

– Впервые мы встретились на картинной выставке. Моя покойная матушка часто проводила такие мероприятия для начинающих художников. Тогда он показался мне таким же скучным, хоть и не таким старым, как и все вокруг. Потом матушка пригласила его к нам в особняк порисовать. Я весь день следила за ним, мне казалось это игрой. Но Вилл заметил меня и предложил написать мой портрет. Отец потом выкупил его в галерее за хорошие деньги. А после смерти матушки мы долго не виделись.

Лиссэт слушал рассказ Маргарет внимательно, прислонившись спиной к двери. В его голове пазл за пазлом складывалась эта история.

– Год назад мой учитель рисования месье Грох оставил преподавание и уехал на юг к родне. Тогда-то папенька приказал найти мне нового наставника. Каким же было мое удивление, когда на пороге студии я встретила друга из детства. Он представлялся другим именем и немного менял внешность, признавшись тайком, что очень стесняется того, что художник не может обеспечить себя своими картинами. Полотна продавались плохо, и ему пришлось взяться за работу учителя.

Ева вспомнила все то немногое, что слышала о Дессо раньше, Вильгельм был известен в узких кругах, но до его смерти полотна не пользовались особой популярностью.

– Так прошёл самый счастливый год моей жизни, – грустно улыбнулась Маргарет, – а однажды Вилл попросил меня отдать ему мой детский портрет. Он никогда меня ни о чём не просил, я согласилась без размышлений. Позже, когда отец спросил нас, где картина, мне стало очень стыдно за свой поступок. Папа отдал за неё свои деньги, а я без разрешения подарила картину другому человеку. Мы встретились с Виллом на занятии, я ему сказала, что хочу всё объяснить отцу и не хочу скрывать больше нашу любовь.

– Вы знали, что Дессо на тот момент уже считался погибшим? – спросил Лиссэт.

– Вилл сказал мне, что хочет похоронить своё прошлое и начать новую жизнь. Со мной.

– Он предложил вам бежать? – гладя девушку по руке, спросила Ева.

– Д-да, Вилл сказал, что отец никогда не примет в качестве зятя такого неудачника. Он предложил тайно пожениться, отправиться в свадебное путешествие в Долию, а потом, когда отец успокоится, помириться с ним. Мой папа… и в самом деле бывает немного несдержан и очень сильно опекает нас с Алекс. Наверное, мы для него всё ещё маленькие девочки.

– Как вы оказались в Нортоне одна? – спросила Ева.

– Мы приехали сюда с Виллом, он обещал, что мы поженимся. Но потом передумал, предложил сначала пересечь границу, – Маргарет нахмурилась, – мы тогда впервые поругались. Может, я и произвожу впечатление легкомысленной особы, но понимаю, что судьба женщины без официального мужа и поддержки семьи в другой стране может быть незавидной. Каких только историй я не встречала по деятельности клуба. Вилл как-будто не слышал меня. Он был одержим мечтой о новой жизни и торопился покинуть Бриат, а я отказалась ехать без регистрации брака. Так мы и расстались…

Девушка смотрела в стену невидящим взглядом.

– А выручка с аукциона картин? Дессо присвоил её? – спросил Лиссэт.

– Какая выручка? – искренне удивилась Маргарет. – Мне об этом ничего не известно.

– Хорошо, – жестом пресекая возмущение эльфа, сказала Ева, – но вы знаете, зачем Вильгельму нужен был ваш портрет?

Маркиза на минуту задумалась.

– Я не знаю, но догадываюсь. У Вилла в багаже была его последняя работа.

– Зачем она ему? – изумился эльф.

– Он сказал, что на память.

***

– Это просто немыслимо! – воскликнул эльф.

Немногочисленные посетители обеденного зала с интересом на него посмотрели. Видимо, эльфы в Нортоне нечастые гости.

– Ведите себя потише, а то мадемуазель Пронос решит, что вы опять желаете спеть оду её стряпне, – одернула лорда Ева.

– Что вам не нравится в местной кухне? По мне, так еда как еда, – пожал плечами Лиссэт.

Девушка обреченно вздохнула. Если уж за столько лет Роза со своими изысканными блюдами не смогла привить эльфу хороший вкус, то, видимо, не удастся уже никому.

– Вы думаете, Дессо был на аукционе? Зачем-то подменил картины и забрал выручку? – спросила девушка.

– Думаю, да, – кивнул лорд, – и месье Джером был с ним в сговоре. Возможно, он решил приберечь вашу картину на чёрный день, чтобы продать уже в Долии.

– Ну каков наглец! – громко возмутилась Ева, и взгляды посетителей снова устремились к их столу. – А с виду такой милый мужчина.

– Вы были знакомы? – удивился эльф.

– Встречались один раз, – отмахнулась девушка, не вдаваясь в подробности.

– Дессо покинул Нортон три дня назад и уже давно пересёк границу Долии. Даже если мы вернёмся в столицу, обо всем расскажем королю, пока он свяжется с венценосным соседом, пройдёт много времени. А из Долии Дессо может отправиться куда угодно.

– Вы совершенно правы, лорд, мы не можем терять столько времени. Но и самостоятельно искать преступника в чужой стране нам не по силам. Как хорошо, что мы с вами обзавелись таким полезным знакомством, – улыбнулась Ева, доставая из сумочки волшебный талисман - простую гальку на шнурке.

– А вы уверены, что эта штука сработала? – скептически спросил Лиссэт, верят в руках подарок дракона.

– Честно говоря, я и сама сомневаюсь, – пожала плечами Ева, – ничего особенного я не почувствовала.

– Иногда мне жаль, что ведьмовские способности в моей семье передаются только по женской линии, бабуля может видеть ауру волшебных вещей.

– Да, такая способность нам бы сейчас пригодилась.

– Я раньше думал, что драконы - магические существа, а значит, должны разбираться в магии, – испытующе посмотрел на девушку эльф.

– Ну у вас и фантазии, лорд, – хмыкнула Ева. – Магический у нас только драконий облик, в нём мы можем творить кое-что волшебное. Например, наша шкура способна отводить глаза случайным свидетелям и полностью блокировать направленную на нас магию.

– Почему же мы тогда дожидались ночи для полёта?

– Не такое уж это надёжное дело - магия, и всегда есть шанс нарваться на одарённого, который, подобно вашей бабушке, видит волшебную ауру.

– Насколько мне известно, драконы признаны разумной расой, – сказал Лиссэт, чем заслужил возмущённый взгляд Евы. – Так что ваш второй облик вполне законен.

– Конечно, лорд, – грустно усмехнулась девушка, – оборотни тоже вполне разумны и живут по всему континенту на законных основаниях. Но в человеческих королевствах никто не афиширует свою природу. Браконьеры, охотники за сокровищами, а порой и просто бравые авантюристы всегда не прочь поживиться за чужой счёт. Ну и предвзятое отношение, конечно. Мало кто будет в восторге от соседа, имеющего невинную привычку рыскать по лесам в облике зверя.

– Что-то не замечал за вами особой тяги к лесам, – скептически сказал эльф.

– Вы просто ещё плохо меня знаете, – улыбнулась Ева, – хотя драконы больше любят небо, не зря же у нас крылья.

– Да, удобство воздушного перемещения я уже оценил, мы весьма сильно сократили время в дороге.

– Не вздумайте привыкать, лорд, – нахмурилась девушка, – я вам не ездовая лошадь.

– Конечно, не ездовая, – хмыкнул эльф, – вы же летающая.

***

Ева переоделась в ночную рубашку фривольной длины - до колена. Прическу пришлось разбирать самой, Матильду с её слабым желудком брать в воздушное путешествие было не слишком-то разумно. А сервис гостиницы служанок в помощь дамам не предоставлял. На завтра Ева решила заплести простую косу, чтобы не мучиться полдня с волосами. Закончив приготовления ко сну, девушка тщательно проверила постель на наличие мелкой живности и, оставшись довольной осмотром, легла стать.

Как только Светлейший приоткрыл завесу грез, и Ева погрузилась в сон, ветхое здание гостиницы сотряслось от оглушительного крика. Девушка подскочила на постели, за секунду накинула халат и сломя голову бросилась в коридор. Здесь под тусклым светом ламп разворачивалась прелюбопытная картина.

В коридоре с оторванной дверью в руках стоял Артур Клод. Он изумлённо таращился внутрь комнаты, принадлежащей эльфу. Оттуда же доносился истошный крик. Ева здраво рассудила, что такую высокую ноту лорд не смог бы взять никогда в жизни и, присоединившись к дракону, заглянула в проём.

Комната эльфа была чуть просторнее и уютнее, чем апартаменты доставшиеся девушкам. Видимо, для дорогих гостей. Сам постоялец с самым испуганным видом комкал одеяло на широкой постели. А перед ним стоял источник звука - мадам Пронос в таком одеянии, что Еве стало обидно за недостаточную фривольность своей сорочки.

– Мадам Пронос, прекратите немедленно голосить, если не хотите звуковой волной поубивать всех ваших постояльцев, – повысив голос, попросила Ева.

Взгляды всех скрестились на девушке, и даже робкая мадемуазель Люгре слегка приоткрыла соседнюю дверь.

– С тобой всё в порядке, мышка? – оглядев Еву со всех сторон, уточнил дракон.

– Ну разумеется, – вздохнула девушка, – но я крайне благодарна тебе за оперативность, не ожидала, что ты прибудешь так быстро.

– Ну я же не мог допустить, чтобы с моей невестой что-то случилось, – ослепительно улыбнулся Артур.

– А порчу чужого имущества вы допустить смогли?! – отмерла хозяйка гостиницы, – зачем вы сломали дверь?

– Хм, услышал возню и подумал, что там моя невеста, – слегка смутился дракон, – но я обязательно повешу её на место. Так что вы не обращайте на меня внимание, занимайтесь своими делами.

– Какими ещё делами? – почему-то испугался эльф. – Мадам Пронос, что вы вообще делаете в моей комнате?!

– Всего-лишь зашла спросить, не надо ли чего, – не растерялась женщина.

– При этом открыли дверь своим ключом?

– Ну, конечно, я же не хотела вас разбудить, – очень логично ответила хозяйка.

Лиссэт оглядел всех собравшихся хмурый взглядом и сказал:

– Мадам Пронос, нам нужны ещё два номера, мы заплатим. А завтра месье Клод обязательно починит вашу дверь.

– К сожалению у нас нет двух комнат, – развела руками женщина, – только одна. В последней у нас кладовка.

– Одна - это даже лучше, – обрадовался эльф, – я и месье Клод в ней и заночуем.

Хозяйка крайне сердито посмотрела на дракона, нарушившего все её романтические планы, но ключи от последней комнаты отдала.

Ева ободряюще улыбнулась маркизе и ушла в свой номер. После этого забавного происшествия сон никак не желал навестить девушку. Неожиданно в тишине послышались шаги. Ева вновь подскочила с постели. Решительность, с которой госпожа хозяйка добивалась своего женского счастья, переходила все разумные пределы, раз даже спящий рядом дракон её не останавливал.

Выглянув в коридор, девушка увидела эльфа, покидающего комнату и при этом воровато оглядывающегося по сторонам.

– Месье Виталь, что вы делаете? – скрестив руки на груди, поинтересовалась Ева.

– Тише вы, тише, – испуганно зашипел эльф, но, наткнувшись взглядом на ночную сорочку, сразу замолк.

– Почему вы в коридоре? – передернула плечами девушка, длина ночного одеяния снова показалась непозволительно короткой.

– Ни в коем случае не выходите за месье Клода замуж, – огорошил лорд.

– Это ещё почему? – изумилась Ева, не без удовольствия подумав, что своим внешним видом она пробудила в эльфе внезапную страсть.

– Он крайне раздражающе бормочет во сне! – возмущенно выкрикнул Лиссэт, после чего испуганно уставился на лестницу.

К счастью, хозяйка не кинулась проверять всё ли в порядке с её остроухим счастьем.

– И вы решили вернуться в комнату с оторванной дверью? А это хм… не опасно? – уточнила Ева.

– Очень опасно, – грустно согласился лорд, – но что ещё мне остаётся делать?

Девушка смерила эльфа задумчивым взглядом, Лиссэт вновь был в одних домашних штанах.

– Ладно, лорд, идёмте, – махнула Ева рукой в сторону своего номера.

– Вы предлагаете мне заночевать с вами? – изумился лорд.

– Я предлагаю переночевать в моей комнате, – подчёркнуто безразлично ответила Ева, – положим между нами подушку. Вашу.

Утром Ева проснулась от того, что ей было ужасно жарко. Лето в Бриате проходило мягко, без изнуряющих температур и затяжных дождей. В июле погода стояла чудесная, то есть причин для такого дискомфорта решительно не было.

Вспомнив вчерашний вечер, девушка резко открыла глаза. Её собственная левая нога покоилась прямо на эльфе, сорочка задралась до самого пояса. Призванная охранять девичью честь подушка лежала в ногах, а голова Лиссэта расположилась на её собственной подушке. Но не это было самое возмутительное. Глаза эльфа были открыты, и лорд, совершенно позабыв о совести, самым наглым образом на неё пялился.

– Да что вы себе позволяете?! – задохнулась от возмущения Ева, до самой шеи закутываясь в одеяло.

– Это вы вели себя крайне неприлично, – совершенно спокойно заметил эльф, – всю ночь вы пытались использовать меня как грелку, при этом целиком забрав себе единственное наше одеяло. А ещё и пинались при этом.

– Да вы… вы просто невыносимы! Я по доброте душевной вас пожалела, невзирая на опасность для своей репутации, пригласила переночевать в своей комнате. А вы мне отплатили чёрной неблагодарностью!

– Я стоически терпел все ваши издевательства и, заметьте, я единственный в этой постели у кого за ночь появились синяки, – гнул свою линию лорд.

– Ну знаете… после всего, что между нами было, вы как порядочный мужчина обязаны на мне жениться, – сердито засопела девушка.

– Надеюсь, под причиной для брака вы имеете в виду не применённое ко мне насилие? – вскинул бровь эльф.

– Да я вас и пальцем не тронула!

– Это правда. Пальцем не трогали, а коленом несколько раз приложили, в том числе по хм… болевым точкам.

Ева мучительно покраснела, но глубоко вздохнув, взяла себя в руки.

– Готовьтесь к свадьбе, лорд, – с убийственной решительностью припечатала девушка.

– Мне кажется, мы можем сохранить этот досадный инцидент в тайне, – предложил Лиссэт.

– Ну уж нет! Я как раз раздумывала приобрести домик в столице.

– Так вы нацелились на мою недвижимость?! – изумился наглости эльф.

– И не только недвижимость, наверняка у вас, как Пресветлого лорда, в банках припрятан немалый капитал, – хищно сверкнула глазами Ева.

– О Светлейший, да вы опаснейшая из женщин! – восхитился Лиссэт. – И вовсе не потому, что родились драконом.

– А вы что же, опять испугались общественного мнения? – заканчивая этот фарс, хмыкнула девушка.

– По правде говоря, с некоторых пор я намного больше боюсь вас.

***

– Знаешь, мышка, я, конечно, догадывался, что тебя с этим ушастым типом связывают не только деловые отношения. Но принимать любовника, когда за стенкой спит собственный жених! – воскликнул дракон за завтраком.

Вопреки своей возмущенной речи, рассерженным или расстроенным Артур не выглядел. Скорее его забавляла абсурдность ситуации.

– Месье Клод, вы всё неправильно поняли… – попытался оправдаться Лиссэт.

– Ничего-ничего, месье Виталь, моё сердце разбито, но я искренне желаю вам счастья и целую ораву крылатых детишек, – пафосно сказал дракон.

Эльф представил, как его тихий, уютный особняк разносит полчище маленьких драконов и содрогнулся.

– Об этом не беспокойся, – широко улыбнулась Ева, пробуя явно подгоревший кофе, – с родословной лорда парочка дракончиков нам гарантирована.

– Какой еще родословной? – удивился эльф.

– А это семейная тайна, – таинственно прошептала девушка, – но я непременно вам её открою. Сразу после свадьбы.

Лиссэт укоризненно покачал головой, матримониальные планы не значились в списке его дел на ближайшие сто лет.

– Ты так и не рассказала, мышка, зачем позвала меня, – напомнил дракон.

– Я узнала, кто украл мою картину, – сказала Ева, отставив в сторону противную жижу, – и этот человек сейчас в Долии.

Девушка обстоятельно пересказала все события начиная с аукциона и заканчивая разговором с Маргарет. Что-то дракон уже знал из разговора с отставным генералом.

– Какой интересный план, – хмыкнул Артур, к своей чашке с кофе дракон даже не рискнул прикасаться, – но это не оправдывает нежелания брать на себя ответственность за судьбу влюбленной девушки. И, разумеется, кражи твоего сокровища, мышка.

– Как вы считаете, есть возможность перехватить его в Долии? – спросил эльф.

– Шанс есть всегда, но нам стоит поторопиться, чтобы ваш художник не слинял куда-то ещё. У вас есть его изображение?

– Я видела у Маргарет в комнате художественные журналы, в последнее время Дессо был очень популярен, наверняка его фото публиковали, – предположила Ева.

– Хорошо. Через час вылетаем, – распорядился дракон.

– Куда? – уточнил Лиссэт.

– Для начала в мою пещеру.

Полёт был запланирован с наступлением сумерек. В этот раз эльф был решительно не намерен проспать такое выдающееся событие.

Лиссэт остановился на краю поляны с чемоданами. К счастью, изнуряющая слабость наконец прошла, может, эликсир всё же возымел эффект, а может, помогли свежий воздух и обильное питание.

Ева и Артур разошлись на приличное расстояние друг от друга. Сначала их тела окутали искрящиеся вихри, а потом на поляне стало тесно.

Эльф с замиранием сердца следил, как маленькие хрупкие люди превращаются в огромных крылатых ящериц. Цвет шкуры Артура оказался, как и его волосы, пепельно-серый, на блеклой шкуре яркими фонарями выделялись янтарные глаза. Тело дракона было массивным, а шея короткой. В сравнении с месье Клодом Ева была похожа на изящную сказочную птицу с гибким телом, огромными крыльями и длинной шеей, и цвет какой-то не реалистичный. Фиолетовый с сиреневым брюшком. Лиссэт остро осознал, что, несмотря на всю свою любовь к искусству, ничего красивее он в жизни не видел.

Пепельный дракон приблизился, чтобы взять в лапы багаж и ушастого пассажира, но драконица проворно его опередила. Лиссэт испуганно замер, почувствовав как вокруг него сомкнулась когтистая лапа.

А потом драконы взлетели, и лорд поблагодарил Светлейшего, что надоумил его отказаться от ужина. Желудок рухнул куда-то вниз, а лес стал стремительно отдаляться. Сильно похолодало, и Лиссэт плотнее закутался в куртку, чувствуя вокруг тепло чешуйчатой лапы.

Когда драконы набрали высоту и стали мягко парить в воздушных потоках, эльф немного расслабился. И даже рискнул выглянуть из своего кокона. Поля и леса отсюда казались ровными прямоугольниками, немногочисленные поселения выглядели игрушечными. Граница между Бриатом и Долией осталась где-то далеко позади, и драконы летели вдоль широкой ленты реки. Лиссэту показалось, что прошла целая вечность, прежде чем перед ним показался замок на скале.

***

В жилище дракона была предусмотрена просторная площадка для приземления, сразу было понятно, что замок возводился с учётом потребностей его крылатых хозяев. А ещё здесь были водопады. Отчаянные струи воды бросались с высоты вниз, клубились и пенились, а над поверхностью поднимала изогнутую спину яркая радуга. Ева почувствовала, что смотрит на всю эту красоту затаив дыхание. Настоящая мечта любого дракона.

Артур обогнул замок по кругу и плавно пошёл на снижение. Драконица повторила его манёвр, и Лиссэт испуганно вжался в чешуйчатую лапу. Приземление оказалось необычайно мягким, хотя эльф видел, что тормозить одной лапой Еве не просто. Мгновение - и драконы приняли человеческую форму. Самое время, ведь их уже встречали.

Массивные деревянные двери с оглушительным грохотом врезались в серые камни стен. На площадку стремительными ураганами выбежали двое детей лет семи в одинаковых брючных костюмах. Вначале Еве показалось, что это двое мальчишек, но присмотревшись, девушка поняла, что у одного из них пепельные волосы были острижены чуть выше плеч, а у второго заплетены в растрепавшиеся косы.

– Вернулся! Он вернулся! – наперебой заголосили дети, со всех сторон облепив Артура.

Лиссэт сдвинулся в сторону, чтобы между ним и многодетным драконом оказалась Ева. Девушка с кривой ухмылкой проследила за манёвром эльфа. Как всякая порядочная представительница вымирающего вида она время от времени задумывалась о потомстве, но дети всегда представлялись ей каким то далеким и куда менее шумным будущим. В глубине души она бы и сама была не прочь спрятаться за широкую спину лорда, но женская гордость требовала сохранять невозмутимость даже перед армией малолетних драконят.

– А Совет как-то и не подумал упомянуть, что у моего потенциального жениха уже есть дети, – задумчиво произнесла Ева, с затаённым дыханием следя за кульбитами, которые Артур проделывал в попытке оторвать от себя малявок.

– Все потому, что это - не мои дети, – пропыхтел дракон.

– Полет, Тео, а ну быстро отцепились от брата! У нас гости, ведите себя прилично! – разнесся по всей площадке громкий властный голос. Дети тут же выстроились в шеренгу и вытянулись по струнке.

Из проёма двери вышла стройная блондинка с аккуратной, по-мальчишески короткой стрижкой и такими же, как у Артура, яркими янтарными глазами. Женщина была облачена в бежевый костюм для верховой езды и высокие замшевые сапоги. Весь её вид выражал решительность немедленно наказать возмутителей спокойствия вверенной ей территории. И Ева не была уверена, относится ли это к детишкам или названным гостям. Быть может, ко всем сразу.

– Дорогая моя матушка, – расплылся в счастливой улыбке Артур, кажется, суровый вид родительницы ничуть не беспокоил неунывающего дракона, – позволь тебе представить моих гостей!

Женщина тяжелым взглядом смерила сначала застывшую в напряжении Еву, а потом до самых кончиков ушей оглядела вышедшего вперёд эльфа.

– Это - Еванжелина Лемар, моя несостоявшаяся невеста, а это - Пресветлый лорд Лиссэт Виталь, похититель сердца моей несостоявшейся невесты, – витиевато представил гостей Артур.

После этого взгляд грозной матушки стал ещё более хмурым, а Лиссэт силой воли заставил себя не повторить трюк с прятками за спину. По какой причине дракон решил поведать столь странные факты о своей компании - для эльфа оставалось загадкой. И ладно ещё Ева, она не раз повторяла, что не давала своего согласия на брак, но он то - добропорядочный эльфийский лорд, однозначно ничего не похищал.

– А это моя драгоценная матушка, мадам Оливия Клод, хозяйка Гнезда Грифонов - так именуется наш фамильный замок, – продолжил дракон, не обращая внимания на напряжённую атмосферу вокруг.

– Польщён знакомству, мадам Клод, – нервно дёрнул ушами эльф и коротко поклонился.

Ева, не зная что ей делать, на всякий случай склонилась в лёгком реверансе. Только теперь девушка заметила хитрые улыбки малышей, они были очень похожи друг на друга, а ещё прослеживалось фамильное сходство со старшим братом, только глаза у детишек были красивого аквамаринового цвета.

– Какая необычная у тебя компания, Артур, – с ноткой иронии сказала хозяйка замка, – ну располагайтесь… раз прилетели.

Мадам Клод с величественностью королевы кивнула, и расторопные слуги подхватили чемоданы. Артур ободряюще улыбнулся своим спутникам и бодро зашагал внутрь замка. Откуда-то разносился одуряющий запах еды, и Ева подумала, что никто так не понимает изголодавшегося после полёта дракона, как другие драконы.

Дорогие читатели!

🍁Поздравляю вас с первым днём осени. Пусть тепло остаётся в ваших сердцах, а осеннюю хандру уносят на крыльях драконы!

Не забывайте растить уши эльфам с помощью ваших волшебных лайков.

С наилучшими пожеланиями, ваша Ася🍀.

Обеденный стол был заставлен разнообразными яствами, особый упор делался на мясные блюда. От вида всего этого великолепия у Евы заурчало в животе. Сидевшие напротив детишки, прыснули со смеху, но тут же умолкли под строгим взглядом родительницы.

Хозяйка замка сидела во главе стола на стуле, больше похожем на трон, и вид имела серьёзный и торжественный. По правую руку от неё в окружении малышни расположился Артур. Он то и дело передавал детям приглянувшиеся блюда и бдительно следил, чтобы детишки не остались ненароком голодными. Вообще дракон больше походил на заботливую наседку, чем на крылатого ящера. Ева невольно подумала, что из таких мужчин получаются папаши вроде генерала Люгре, искренне любящие и неистово балующие своих отпрысков. С левой стороны стола сидели Ева и Лиссэт. Эльф успешно адаптировался к новым условиям и нацепил привычную маску невозмутимого высокомерия, при этом время от времени лорд бросал взгляды в сторону детишек. Кажется, количество еды, поглощаемое малолетними драконами оставило не стираемый след в памяти эльфа.

– Мадам Лемар, а где живут ваши родители? – неожиданно спросила хозяйка замка.

Ева чуть не подавилась крохотной тарталеткой, но, запив глотком морса, всё же смогла ответить:

– У меня нет родителей, я появилась из первородного пламени в храме Светлейшего, меня вырастили монахини при монастыре, – на этот раз не стала лукавить девушка.

Эльф изумленно замер, не донеся вилку с салатом до рта.

– Я слышала о таком, – кивнула Оливия, – но никогда не встречала таких драконов.

– Монахи тоже были крайне озадачены моим появлением, – хмыкнула Ева, – мне ещё повезло, что Совет вовремя вмешался и не позволил деятельным духовникам возвести меня в ранг святых. Это было бы очень нелепо - неистово орущая святая в мокрых пелёнках.

Детишки сдавленно захихикали, видимо представив такое чудо.

– А что с вами случилось потом? – допытывалась мадам Клод.

– Я получила неплохое образование при монастыре и, достигнув совершеннолетия, отправилась в большой мир. Строгие порядки духовной обители всегда были не по мне, – невольно поморщилась Ева, – тем более, что Совет расщедрился на стартовый капитал. Я долго жила в Южных королевствах, успешно вложилась в торговые предприятия. Мне нравился местный колорит и гостеприимство. А накопив приличный капитал, перебралась в Бриат, здесь климат мягче и люди живут более уединённо, особенно в провинции.

– Вас устраивает такая жизнь? – изогнула бровь Оливия.

– Пожалуй, да, – кивнула Ева, – быть самой себе хозяйкой, вести дела, заботиться о своей пещере, то есть усадьбе, и людях, которые в ней обитают.

– А как же семья? Неужели не хочется доверить дела надёжному дракону и заняться обустройством собственного гнезда? – хитро прищурилась женщина, и Ева осознала, что, кажется, её ненавязчиво сватают.

– Мне сложно в полной мере осознать ценность семьи, – максимально честно ответила девушка, глядя несостоявшейся свекрови прямо в глаза, – ведь у меня её никогда не было. Но думаю, что я просто ещё не доросла до этапа гнездования.

Хозяйка замка задумчиво поджала губы, а Артур деликатно кашлянул.

– Ваши светские беседы за столом, дорогая матушка, всё больше напоминают допросы, – хмыкнул дракон.

– Ну что поделать? Разговоры о погоде мне не даются, – невозмутимо пожала плечами женщина.

– Ты уж извини, мышка, но матушка моя, как истинная драконица, никогда не упустит возможность провернуть выгодную сделку, – усмехнулся Артур, блаженно растянувшись на траве в тени раскидистого дерева.

В этом потрясающем замке был собственный сад и даже небольшие оранжереи под стеклянными крышами. Близнецы ловко ползали по соседнему дереву, не боясь свалиться или испачкать свои костюмчики. А Ева уютно устроилась на деревянной скамейке со смешными ножками в виде львиных лап.

– Не думаю, что свадьба со мной такая уж выгодная сделка, – выразила сомнение девушка.

– Ты ошибаешься, мышка. Молодая свободная драконица с мягким характером - это уже не вымирающий вид, а настоящее чудо.

– Хм, мягким? – ещё больше удивилась Ева, наблюдая как мальчишка карабкается по шатающейся ветке в направлении висящего яблока. Явно не спелого.

– По меркам драконов, конечно, – кивнул Артур.

– Какой-то сомнительный комплимент, – скептически хмыкнула девушка. – А почему ваш замок так странно называется?

– Гнездо Грифонов - это в буквальном смысле, раньше здесь, у этого водопада, жила большая стая грифонов, в детстве отец даже брал меня с собой посмотреть на них.

– А где сейчас ваш отец?

– Его уже пять лет как нет с нами, – нахмурился дракон, и Ева поняла, что задела больную тему.

– Мне жаль…

– Мне тоже, – грустно улыбнулся Артур, – особенно жалко мелких и маму. Тео и Полет уже плохо помнят отца, а матушка никогда не сможет забыть. Если меня тоже не станет, им совсем тяжело придётся…

– Почему тебя должно не стать? – удивилась девушка, такой пессимистичный настрой не был свойственен тому неунывающему мужчине, которого она знала. С другой стороны, не так уж много можно узнать о человеке или драконе за неделю общения, многое и за десятилетия может оставаться скрытым.

– Кто знает, – отмахнулся Артур, не желая продолжать грустную тему. – Кстати, если уж ты точно при точно решила променять прекрасного и сильного дракона на унылого ушастого лорда, то могу я попросить тебя вернуть свадебный подарок? Мне совершенно не жалко, но это все-таки бесценная семейная реликвия. Матушка будет в печали.

– Антимагические наручники - это семейная реликвия?! – крайне изумилась Ева.

Близнецы застыли в нелепых позах, явно прислушиваясь к разговору взрослых, при этом Полет держалась за ветку ногами головой вниз.

– Ну во всех семьях свои причуды, – пожал плечами дракон, – по прямому назначению они уже много лет не использовались, просто пара стильных брачных браслетов.

– Но они же блокируют магию? – с сомнением уточнила девушка.

– Если надеть на одного дракона оба браслета, то могут, конечно. Но зачем это? – удивился Артур. – Даже для малышей разрыв с магическим обликом не очень то полезен. Что уж говорить о взрослых…

– Так зачем же ты мне их прислал? – ничего не поняла Ева.

– Я же говорю, это семейная реликвия, передающаяся от пары к паре. Она появилась в нашей семье во времена моего предка, – пустился в объяснения дракон, – а времена тогда были совсем не спокойные. И сейчас немало охотников на драконов, но слава Светлейшему, это хоть считается незаконным. А тогда не считалось. И вот так вышло, что предка поймали и надели на него эти самые браслеты. Думал он всё, конец пришёл…

Ева даже не заметила, как детишки спустились с многострадального дерева и расселись рядом с драконом слушать сказку.

– Но не тут то было! Разбили лагерь в лесу разбойники, а предок хоть и могучий был дракон, а всё равно против магического артефакта ничего поделать не мог, силы таяли, как мороженое на солнцепёке, – заметив прибавление в зрительном зале, дракон лишь хитро улыбнулся.

– А это очень, очень быстро, – с серьёзным видом пояснила Еве Полет, – и матушка потом страшно ругалась за испачканный ковёр.

– Так вот, – не позволил себя перебить Артур, – ночь прошла в лесу, вторая, а на третью уснули только разбойники, как появилась на поляне красавица в лёгком платье. Предок тут же влюбился без памяти.

Детишки восторженно ахнули, хотя было видно, что слышат эту семейную легенду далеко не в первый раз. Ева лишь скептически хмыкнула, в любовь с первого взгляда она явно не верила.

– Подошла к предку девушка и говорит: “Помогу я тебе, могучий дракон, но только, если согласишься взять меня в жены”. А предок, не будь дурак, тут же согласился. Оказалась девушка волшебницей, сами собой разомкнулись наручники. Подул ветер, ярко засветила луна, а девушка и говорит: “Пусть отец твой вольный ветер, пусть мать моя полная луна будут свидетелями нашего союза”. Застегнулись по браслету на руках каждого из новобрачных, и не доставляли они им никакого дискомфорта, лишь свидетельствовали о силе их любви, – пафосно закончил Артур.

Малыши захлопали в ладоши, Ева тоже к ним присоединилась, рассказчик из дракона получился неплохой.

– Очень милая история, – призналась девушка, – я обязательно тебе верну вашу семейную реликвию. Правда в них сейчас кое-кто находится…

– В каком смысле находится? – с подозрением спросил Артур.

– Ну так получилось, что они сейчас на одной вредной эльфийской ведьме, – слегка смутилась Ева, после такого рассказа признаваться, что использовала семейную реликвию по прямому назначению было как-то неловко. Но дракон сам виноват. «Кто вообще отправляет такие подарки незнакомым девушкам, да ещё и без пояснений?!» - подумала девушка.

– Но это невозможно, – решительно покачал головой дракон, – браслеты во время брачного обряда надевают жениху и невесте старшие родственники, до этого они просто не застегнутся, и браслеты не могут быть сняты до самой смерти одного из пары. Такова магия основательницы рода.

– Эм, – зависла на секунду девушка, – ну оба браслета на девушку надел её старший брат, но не было же никакого ритуала, так что, наверное, и не должно возникнуть никаких проблем.

– Кажется, мне требуется больше подробностей этой истории, – заключил Артур, жестом выпроваживая притихших драконят.

Ева обстоятельно рассказала о сестре Лиссэта и её неудачных покушениях на жизнь брата.

– Я поговорю с матушкой, но сомневаюсь, что будут проблемы снять браслеты, если они надеты оба на одного человека, – предположил дракон, – и я пожалуй сам их заберу, мышка.

Девушка послушно кивнула, ей вообще до самой её драконьей старости хватило общения с эльфийской ведьмой. Пусть теперь её брат обезвреживает, а, кстати, где он?

Мадам Клод любезно подсказала, где искать пропавшего эльфа. Лиссэт обнаружился в картинной галерее. В своём неизменно-белоснежном костюме со свободно распущенными волосами эльф сам был похож на произведение искусства. Ева невольно залюбовалась, но стоило лорду обернуться, как выражение лица сменилось на ехидную ухмылку.

– Да вы, лорд, и в самом деле заядлый коллекционер. В таком огромном замке найти галерею, да и вообще предположить её наличие было весьма не просто.

– Вы ошибаетесь, картинные галереи традиционно присутствуют во всех замках без исключения, по крайней мере во всех, где мне доводилось бывать, – с легкой долей превосходства заметил эльф.

Девушка показательно закатила глаза и прошла вглубь помещения. В галерее Гнезда Грифонов в основном были представлены портреты, вероятно, принадлежащие членам семьи. На старых полотнах мужчины и женщины щеголяли яркой внешностью, на новых было всё больше пепельноволосых. Ева подумала, что это, вероятно, какая-то необычная семейная черта, передающаяся по наследству.

– Раз уж мы остались наедине, – нарушил тишину Лиссэт, – позвольте полюбопытствовать, как так вообще получилось, что ребенок родился из огня?

– Не из огня, лорд, – педантично поправила девушка, – а из чистого первородного пламени, представляющего собой концентрированную магическую субстанцию, как верят духовники, божественного происхождения. Это редкое явление, но в моём появлении на свет нет ровным счётом ничего невероятного. Ходят слухи, что на востоке есть драконы, рождённые из водной стихии, а вот это, как мне кажется, уже сказки.

– По мне и рождение из пламени звучит весьма фантастично, – покачал головой Лиссэт.

Ева лишь фыркнула, будто намекая, что о таких элементарных вещах каждый ребёнок знает. Это, конечно же, было не так, драконы очень ревностно охраняют свои секреты, особенно касающиеся потомства.

– Артур отправил фото и приметы Дессо по каким-то своим каналам, – перевела тему девушка, – не знаю, поможет ли это.

– Я заметил, вы неплохо поладили с месье Клодом, – неожиданно сказал эльф, – и его матушке явно приглянулись.

– К чему вы клоните, лорд? – с подозрением спросила Ева, разворачиваясь к эльфу лицом.

Лиссэт выглядел всё таким же невозмутимым, хотя девушка с непонятным удовлетворением отметила, что выводить его из себя оказалось не так уж и сложно.

– Я просто делюсь своими наблюдениями, – пожал плечами лорд, – мы не настолько близко с вами знакомы, но, возможно, вы совершаете ошибку, отказываясь от весьма выгодного предложения.

– Под выгодным предложением вы понимаете брак? – стараясь, чтобы голос не дрогнул, уточнила Ева.

– Вы верно меня поняли. Месье Клод очень хорошо к вам относится.

– И вы считаете это достаточным поводом для брачного союза? – изогнула бровь девушка.

– Я считаю, что это уже не мало, – просто ответил эльф, глядя Еве прямо в глаза.

– Может быть я и не эксперт в семейных вопросах, но мне всё же кажется, что в брак вступают по любви.

– А мне казалось, что за образом легкомысленной дурочки скрывается взрослая, весьма прагматичная женщина, – изогнул губы в ироничной ухмылке Лиссэт.

Ева навалилась спиной на стену, будто ища опоры, и глубоко вздохнула.

– Ваша попытка мной манипулировать, лорд, выглядит жалко, – грустно улыбнулась девушка, – полагаю, не так уж сложно было догадаться о моей симпатии, тем более, что все вокруг об этом говорят.

– Я не слишком сообразителен в этих вопросах, – с кривой улыбкой ответил эльф, – признаться, я после обеда имел не очень-то приятный разговор с мадам Клод. Эта грозная дама просила перестать вас мучить, раз уж серьезных намерений я не имею.

– А вы не имеете? – на всякий случай уточнила Ева, отводя взгляд в сторону.

– Я племянник Императора, Пресветлый лорд Эльфийской Империи и на текущий момент второй в списке претендентов на Хрустальный трон. Мои родственнички никогда не позволят мне обзавестись семьёй. Вы же видели, даже моя собственная жизнь находится под угрозой, – спокойно и медленно, как разговаривают с маленькими детьми, объяснил эльф.

– Надеюсь, мы оба понимаем, что это лишь отговорка, – покачала головой девушка. – Полагаю, я вам симпатична, раз уж вы столько сил и времени на меня потратили. И я вам благодарна. Правда. Не нужно было устраивать весь этот фарс, могли бы просто признаться, что мои чувства не взаимны. Это, конечно, грустно и весьма ощутимо бьёт по драконьему самомнению, но всё-таки не смертельно. Хоть я и не слишком-то люблю вспоминать детские годы, но монахи верят, что Светлейший соединяет души своих детей. Порой бывает так: встретились два прекрасных человека, но они не пара друг другу, и как ни старайся, вместе им не быть.

– Попахивает религиозным фатализмом, – скривился Лиссэт.

– Да, мне тоже не близки учения храма, – хмыкнула Ева.

– Но вы напрасно назвали объективные обстоятельства отговоркой, – укоризненно сказал эльф.

– Да бросьте! – рассмеялась девушка. – Неужели вы на самом деле хотите занять трон Империи?

– Разумеется нет.

– Тогда зачем вам все эти трудности? Вы цепляетесь за прошлое, лорд. Ненавидите Императора, но следите за его жизнью. Живёте в другой стране и служите другому королю, хотя не отказались от подданства Империи, сохранили титул лорда. Носите белый костюм, хотя вроде бы не хотите быть причастным к эльфийскому двору.

– Вы не понимаете о чём говорите, – разозлился эльф, с силой сжав кулаки, – это наследие моих родителей, которые были убиты по приказу Императора.

– И вы хотите ему отомстить? – ничуть не испугалась Ева.

– Нет же!

– Тогда зачем вы всё это делаете? Не отвечайте мне, подумайте сами, – в примирительном жесте подняла ладошки вверх девушка, – вы много сделали для меня, лорд, и я желаю вам счастья. Не обижайтесь, я больше не побеспокою вас такими темами. И я пойму, если вы захотите уехать.

– Ну уж нет, я ничуть не меньше вас хочу схватить этого негодяя Дессо! – возмутился эльф, – но знаете, вы и в самом деле самая бесцеремонная женщина из всех…

Не успел Лиссэт закончить свою гневную речь, как в галерею вбежал Артур, глаза его горели предвкушением.

– Вот вы где прохлаждаетесь! Я весь замок оббегал, между прочим, – с укором возмутился дракон, но тут же расплылся в самодовольной улыбке, – пришла информация, нашёлся ваш художник.

Карета плавно спускалась по серпантину, оставляя позади горный замок. Слева, огороженные лесной полосой, уже виднелись крыши самых высоких зданий какой-то деревушки.

Дессо видели в Винтуре - торговом городе и одном из крупнейших портов не только в Долии, но и на всём континенте. Из такого места можно было отправиться практически во все возможные направления. Эта мысль заставляла Еву несказанно нервничать, но люди Артура уверяли, что месье художник забронировал лучшую каюту на большом торговом судне, отправляющемся в Южные королевства лишь в конце недели. А значит, время ещё есть.

Город Винтур располагался недалеко от границ герцогства, и, чтобы не ждать ночи, было принято решение ехать в карете. Артур как мог пытался поддержать непринуждённый разговор со своими попутчиками. Но Лиссэт выглядел мрачным и сосредоточенным, как будто ехал то ли на похороны, то ли сдаваться в налоговую службу. Ева же была поглощена своими мыслями. Нелепое признание оставило горьковатый привкус, поведение эльфа несказанно залило и вызывало непрошеную жалость.

Но развязка была уже близка, сокровище совсем рядом. Невольно вспомнилась та самая встреча с молодым художником, которая определила все дальнейшие события.

***

Это было туманное сентябрьское утро. Солнце едва высунулось, а промозглый ветер пробирал до костей. В общем погода к прогулкам не располагала, что, разумеется, никак не сказалось на планах одной весьма решительной драконицы. Ева с мрачным упорством пробиралась по хвойному лесу к излюбленному местечку у кристально-чистого озера.

Её усадьба располагалась удаленно от всех близлежащих строений и крупных дорог, но возможность насладиться водными процедурами в драконьем обличии выпадала нечасто. Скоро окончательно похолодает, и лесное озеро покроется коркой льда.

Увидев впереди сверкающую гладь, девушка ускорила шаг и, выйдя на берег, тут же обернулась драконом. Фиолетовый зверь стремительно вошёл в воду, подняв кучу брызг, и только теперь Ева обратила внимание, что её тайное местечко уже кто-то облюбовал.

На противоположном берегу горел костёр, а возле него смешно пританцовывал мужчина в одном нижнем белье. Стоило дракону встретиться с ним взглядом, как свои забавные телодвижения мужчина тут же прекратил. Внешность у лесного танцора была нелепейшая: лет тридцати, худощавый, с ног до головы рыжий, весь в веснушках, с оттопыренными ушами слегка заострёнными кверху и большими голубыми глазами в обрамлении по-девичьи густых ресниц, а ещё мужчина щеголял недельной щетиной.

“Безумный отшельник! Теперь повадится жить в моём лесу, распугивать моих зверей и купаться в моём озере,” – мелькнула в голове девушки неприятная мысль.

Дракон сердито стиснул зубы, и из ноздрей повалил пар. Мужчина затравленно обернулся, но видимо решил, что лучше быть героически съеденным реликтовым зверем, чем исколоть босые стопы о колючий еловый ковёр. Осмотревшись по сторонам, он тщательно выбрал место почище и, вознося руки к небу, плюхнулся на колени.

– О прекраснейший из драконов, не ешь меня, я костлявый и жёсткий! – взмолился мужчина.

Ева фыркнула, наслаждаясь бесплатным представлением. Из ноздрей дракона снова повалил пар.

– Я не ел три дня, а те грибы, которые мне удалось найти, вызвали такое… – ничуть не смутился оборванец, – в общем, не рискуй своей жизнью, прекрасный дракон.

Девушка укоризненно покачала головой, в драконьем облике это производило особенно сильное впечатление. Мужчина даже немного покраснел, но продолжил гнуть свою линию:

– Я крайне невкусный, но очень полезный и талантливый человек!

– И в чём же твой талант? – хмыкнула Ева, выходя из воды и принимая человеческий облик, – надеюсь, ты имел ввиду не пляски у костра, тут над хореографией ещё работать и работать.

– Ну что вы… эм прекрасная мадам дракон, – промямлил мужчина, но тут же взял себя в руки и, с неуместным для данной ситуации пафосом, произнес: – я – Вильгельм Дессо, лучший художник современности!

– Да что ты говоришь? – деланно изумилась Ева. – Первый раз о таком слышу.

Мужчина по-детски надул губы, сердито глядя на девушку. С учётом того, что он всё так же продолжал стоять на коленях, выглядело это весьма комично.

– Поднимись немедленно и объясни, во имя Светлейшего, что ты вообще делаешь в моём лесу?

– Не сердитесь, мадам дракон, – отряхивая колени, сказал Вильгельм, – я оказался здесь не по своей воле. Видите ли, я отчаянно заблудился и плутаю уже третий день.

– Зачем ты вообще один попёрся в лес, если не имеешь ни малейшего представления о поведении на природе?

– Вообще то мои познания не столь скудны, костёр же мне удалось развести, – резонно заметил мужчина, доставая из кустов мокрую потрёпанную одежду, – просто с ориентированием у меня проблемы, легко могу и в городе заплутать.

– И с такой проблемой всё равно пошёл в одиночку гулять в лес, – покачала головой Ева.

– Не гулять. Я здесь по зову своего призвания, – вдохновенно вещал Вильгельм, отжимая рубашку, – я хотел запечатлеть закат в девственном лесу.

– И как, удалось?

– К сожалению, я слишком долго выбирал локацию, совершенно неожиданно наступила ночь, – пожаловался мужчина, – и стало совсем непонятно куда идти. Я шёл наугад несколько часов, пока не выбился из сил, пришлось заночевать прямо под кустом.

– Тебе крайне повезло, что на территории драконов не водятся крупные хищники, а то после такой ночёвки мог бы уже и не проснуться.

– Я мечтал о смерти, когда для разведения костра мне пришлось сжечь дотла этюдник и всю припасённую бумагу, – сокрушался художник.

– Да ты, я погляжу, личность увлечённая, – хмыкнула Ева, наблюдая за тем, как мужчина аккуратно проверяет целостность кистей и простого набора красок, плотно завернутых в грязную куртку.

– Вы не понимаете, – покачал головой художник, – живопись - это моя жизнь...

А потом Ева обернулась драконом, подхватила истерично визжащего мужчину лапой и принесла в свою усадьбу. Там художник после пережитых впечатлений лечил нервы излюбленным способом мадам Торн - ромашковым чаем, и излюбленным способом самой хозяйки - плотным обедом. Всё это пошло творческому человеку на пользу, и вскоре Вильгельм покинул земли драконицы.

Уже весной совершенно случайно Ева узнала, что талантливый художник Вильгельм Дессо умер. Девушка опечалилась, хоть их знакомство и было недолгим, мужчина произвёл на неё сильное впечатление. Не каждый день встретишь человека, настолько влюблённого в своё дело.

Ева специально выписала из столицы художественный журнал, чтобы посмотреть, наконец, что же такое рисовал её случайный знакомый. Это и в самом деле были живые, атмосферные работы, но самая последняя картина… Драконица внутри встрепенулась, это полотно должно принадлежать ей!

Торговый город Винтур больше всего походил на лоскутное одеяло. В нём непринужденно сочеталась утончённая архитектура эльфов, практичная прибрежная серость и яркие краски торговых лавочек. А торговали здесь всем подряд и буквально на каждом шагу.

Из-за обилия грузовых повозок путникам приходилось отстаивать немалую очередь, чтобы попасть в город. Карету с гербом герцога - раскинувшим крылья грифоном, пропустили без вопросов, а следующую за ней телегу на въезде подвергли тщательному досмотру.

– К чему такие проверки? – удивилась Ева.

– Ищут контрабанду, – охотно пояснил Артур, – далеко не на все товары распространяется право свободной торговли в пределах города. Некоторые можно продавать только членам гильдий, а кое-что и вообще находится под запретом.

– Не слишком-то дружелюбное отношение к приезжим торговцам, – заметил Лиссэт.

– Приезжие могут оформить членство в гильдии или перепродать свой товар местным, многие так и поступают.

– И теряют часть выручки, – хмыкнул эльф.

– Такие правила местной экономики, – с обезоруживающей улыбкой развел руками дракон.

Ева подумала о том, что некоторые люди превосходят в своей жадности драконов.

– Мы поселимся в гостинице, номера уже забронированы, – сообщил Артур, – мне необходимо будет совершить несколько встреч. Думаю, свидание с вашим художником стоит назначить на завтра.

– Почему бы нам не отправиться к нему сразу? – в нетерпении спросила Ева.

– Не можем же мы посреди улицы схватить прилично одетого мужчину и некультурно склонять его к общению, мышка моя, – развеселился дракон, видимо воображаемая степень некультурности разговора, – месье Дессо запросто может не пожелать уделить нам время и пожаловаться страже. А с властями в Винтуре шутки плохи, лучше заранее прояснить наши намерения, например, за чашечкой чая с господином мэром. И от проверенных людей узнать распорядок дня художника, чтобы грамотно организовать встречу.

– Я знакома с Дессо, но навряд ли он мечтает о встрече со мной после того, как похитил мою картину, – согласилась Ева.

– Я займусь урегулированием мелких вопросов, а вы пока наслаждайтесь городом, – подмигнул Артур, – рекомендую кондитерские в Сиреневом квартале и романтичные прогулки по набережной. Можно ещё побродить по Самоцветному рынку, но там бывает неспокойно.

Девушка скривилась, представив, как проводит время в кондитерских или на набережной, среди сладко воркующих парочек.

– Думаю, я схожу на рынок, – неожиданно сказал Лиссэт.

– Я тоже туда собиралась. Хотите составить мне компанию, лорд?

– Учитывая вашу тягу к импульсивным покупкам, – припомнил аукцион эльф, – я просто обязан это сделать ради сохранения экономики славного города Винтура. Кстати, раньше я думал, что драконы неохотно расстаются со своими богатствами.

– Драконы именно так и поступают, – авторитетно сказал Артур, – но у женщин всех рас свои причуды.

И проигнорировав возмущенный возглас Евы, мужчины солидарно закивали.

***

Рынки всех городов и стран чем-то неуловимо похожи. Может, всё дело в специфических запахах, гуле голосов, разношёрстной толпе, а может, в особой суетливой атмосфере. Ева впервые оказалась на рынке в Южных королевствах, там покупка и продажа всякой всячины возводились в ритуал, а не торгующийся покупатель вызывал недоумение, особенно ярые торговцы могли и оскорбиться подобным пренебрежением и наотрез отказаться продавать такому человеку свои товары.

– Что вы сначала хотите посмотреть, лорд? – спросила девушка, вертя головой.

– Мне без разницы, выберите направление сами, – пожал плечами Лиссэт.

– Да вы рисковый эльф! – восхитилась Ева. – Позволить женщине выбирать маршрут покупок далеко не каждый осмелится. Что же, тогда начнём с…

Через три часа Лиссэт в полной мере осознал свою ошибку, но было уже поздно. Ева, будто попав в родную стихию, перемещаясь от ряда к ряду с только ей одной понятной логикой, придирчиво осматривала товара, общалась с торговцами, но, что самое ужасное, совершенно ничего не покупала. Это пугало эльфа в особенности, ведь без покупок этот марафон рисковал затянуться до самой ночи.

Голова раскалывалась от непрекращающегося шума, в глазах рябило от цветных палаток, не иначе как соревнующихся в самом безвкусном оформлении. Ещё никогда Лиссэт не надевал маску презрительного высокомерия с таким удовольствием, жаль только, что торговцы быстро раскусили, кто в их парочке заинтересованное лицо, и всё своё красноречие демонстрировали непосредственно Еве. Девушка внимательно выслушивала, уточняла детали, порой даже спорила о цене и характеристиках товара, а потом переходила к другой лавочке, и всё начиналось по-новой.

– Не знаю в какой подворотне вы научились так отъявленно ругаться с торговцами… – не преминул высказать своё мнение эльф, стоило только им отойти от палатки с ароматическими палочками.

– Не ругаться, лорд, – перебила его Ева, – а торговаться. Это большая разница.

– Кажется, эта разница вне моего понимания, – печально вздохнул эльф.

– Вы как-то бледно выглядите, – обратила девушка внимание на состояние спутника, – часом не приболели?

– Если честно, то я до смерти устал и ни о чём, кроме ванны и ужина, думать уже не в силах, – отбросив лишнюю скромность, признался Лиссэт.

– Почему же вы тогда молчали? Давно бы купили что нужно и отправились в гостиницу.

Эльф поднял глаза к небу, прося Светлейшего даровать ему терпения и, весьма желательно, чашечку кофе.

– Я посчитал невежливым вмешиваться в ваш, не побоюсь этого слова, изощрённый план по совершению покупок.

– Да бросьте, мы же просто гуляли, смотрели всякие штучки, общались с людьми, – непринужденно улыбнулась девушка, – пойдёмте к текстильным лавкам, купим пару сувениров и можем возвращаться.

Лиссэт содрогнулся от такой логики, но послушно последовал за своей спутницей к лавочке с вышитыми скатертями. Ева быстро оценила ассортимент и выбрала одну с подсолнухами и одну с единорогами.

– Передадите своей бабушке, – кивнула девушка на вторую, – будет чудесно смотреться с её новым сервизом.

– Вы уже и о сервизах моей бабули проинформированы? – удивился эльф.

– Мы просто ходили вместе за покупками и обсуждали тонкости отношений с мужчинами, – пожала плечами Ева.

Оставив обескураженного таким ответом лорда, девушка без особого энтузиазма снизила цену вдвое и достала из сумочки маленький кошелёк, чтобы расплатиться.

И тут из-под соседнего прилавка выскользнул щуплый мальчишка в коротких шортах и ловким движением схватил кошелёк, а после - бросился прочь по торговому ряду. Запоздало взвизгнула продавщица, но эльф уже мчался за вором, совсем невежливо распихивая прохожих. Карманник отлично ориентировался на рынке, но упорства Лиссэту было не занимать.

В результате непрерывной гонки они оказались в портовой зоне, тесно примыкающей к рынку. Здесь рыбаки выгружали самый свежий улов и тут же продавали покупателям. Мальчишка забежал за угол, эльф сунулся за ним, но запутался в висящих сетях. Лиссэт только успел заметить, как вор прыгнул в маленькую рыбацкую лодочку и с невероятной для такого щуплого существа силой заработал вёслами.

Лорд выругался, но мысленно и на всякий случай на староэльфийском. Проклятая сеть спеленала его по рукам и ногам, вдобавок ко всему она была мокрой и отчаянно воняла рыбой. Хозяин этого ловчего приспособления, как назло, куда-то подевался, а немногочисленные прохожие почему-то не спешили Присветлому лорду на помощь.

– Какой отличный улов! – восхитилась Ева, заглядывая в переулок.

Кончики эльфийских ушей подрагивали, серые, как грозовое небо, глаза метали молнии, но Лиссэт силился сохранить достоинство:

– Быть может вас не затруднит распутать меня?

– Мне кажется, не стоит, – улыбнулась девушка, – эта прекрасная сеть так гармонично сочетается с вашим костюмом. Выглядит очень модно и, главное, крайне небанально.

– Да вы… вы что, мстите мне? – округлил глаза эльф.

– Ну как можно! – всплеснула руками Ева. – В конце концов, вы совершили героический поступок и попытались задержать вора. Я кстати купила скатерти, – потрясла свёртком девушка.

– Но откуда у вас деньги?

– В отличие от вас я не первый раз на рынке, – примирительно улыбнулась Ева, – в кошельке только мелочь, остальные деньги стоит носить в менее доступных местах.

Лиссэт проследил за жестом девушки, обрисовывающим локацию для хранения денежных средств, и смущённо отвёл взгляд. Такого применения декольте эльф ещё не встречал.

– Может и к лучшему, что я погнался за мальчишкой. По крайней мере мне не пришлось лицезреть момент, когда вы их оттуда доставали, – тихо пробормотал Лиссэт, но разумеется был услышан.

– Ах так, лорд! – деланно возмутилась Ева. – Значит вы находите более занимательным пробежку по всему рынку, чем созерцание женских прелестей? Кажется, я начинаю догадываться, почему вы мне ответили отказом.

– В чём это вы меня подозреваете?! – пришёл в негодование Лиссэт, неотрывно наблюдая, как девушка извлекает из сумочки игрушечный кинжал. – И что намерены делать?

– Не дёргайтесь, лорд, – попросила Ева, примериваясь, – сейчас разрежу сеть, и вы сможете выбраться.

Лиссэт застыл на месте, боясь пошевелиться лишний раз, пока девушка орудовала условно острым предметом. Через десять минут от рыбацкого орудия труда остались одни ошмётки, и эльф облегчённо вздохнул.

– Ну и аромат от вас, лорд, – сморщила носик Ева.

Лиссэт лишь возмущённо на неё посмотрел, оставив безуспешные попытки привести некогда белоснежный костюм в порядок.

– Раз уж с покупками вы закончили, – чеканя слова, произнёс эльф, – думаю, вы не станете возражать, если мы наконец вернёмся в гостиницу.

– Пойдёмте, конечно. Правда не знаю, пустят ли вас в таком виде, – хихикнула девушка, – это всё-таки приличное место.

Ева отчётливо услышала, как лорд скрипнул зубами, но на провокацию не поддался и бодро зашагал прочь из переулка.

Стоило только им чуть отдалиться, как сзади послышался полный отчаяния вопль:

– Моя сеть! Кто посмел её так искромсать?!

Не сговариваясь, Лиссэт и Ева тут же ускорили шаг.

– А что это за уродливое приспособление вы храните у себя в сумочке? – поинтересовался эльф, игнорируя изумлённые взгляды прохожих.

– Вы о чём? О кинжале что ли?

– Ну да, крайне не функциональная штука, вы целых десять минут им возились, да ещё и дизайн сомнительный, – вынес вердикт Лиссэт.

– Ваша бестактность, лорд, просто не знает границ, – возмутилась Ева, – между прочим, это был ваш подарок. Но после такой характеристики, я его вам дарить не намерена.

– Мне кажется кто-то вас обдурил, посоветовав такую вещь в качестве подарка, – покачал головой эльф.

– Я сама его выбрала! Отличная сталь, известный мастер и очень милый дизайн с дракончиком.

– На нём изображён дракон? – удивился Лиссэт. – Куда больше похоже на летучую мышь. По крайней мере пропорциями.

– Он просто толстенький, – заступилась девушка.

– Я уловил вашу отсылку, – серьёзно кивнул эльф, – толстый дракон никогда не позволит мне позабыть вас и ваш зверский аппетит. Что же, можете мне его подарить, – милостиво разрешил Лиссэт.

– Ну уж нет, после всего, что вы сказали, я ни за что его вам не отдам!

– Если не хотите дарить, то давайте я его у вас куплю, всё-таки памятная вещь. Теперь кинжал будет ассоциироваться у меня и с этим богатым на события днём.

– Ну попробуйте, – хитро прищурилась Ева, и эльф в полной мере прочувствовал на себе отчаяние торговцев, со слезами на глазах делающих немыслимые скидки настойчивой драконице.

В результате “подарок” обошёлся Лиссэту в десять монет. Рассматривая выцветший чехол и затупившееся о сеть лезвие, эльф смутно догадывался, что где-то его всё-таки облапошили, но глядя на лучащееся счастьем лицо Евы, бережно убрал кинжал в карман.

Гостиница, которую выбрал Артур, и впрямь была очень приличной: вежливый персонал, чистота и порядок, полноценные ванные комнаты в каждом номере. Ко сну Еве помогла подготовиться расторопная служанка, она же привела в порядок одежду и принесла ужин в номер. Постель пахла свежестью, одеяло было легким как облачко, но Ева половину ночи проворочалась без сна.

Свою бессонницу девушка объясняла близостью сокровища, но в глубине души Ева понимала, что заполучить картину для неё уже не так важно. Скоро всё завершится, и их союз с Лиссэтом придёт к логическому концу.

За свою жизнь девушка встречала многих людей, начиная от вырастивших её монахов заканчивая теми, кто поселился в её доме. Но со всеми Ева предпочитала держать некоторую дистанцию, не привязываться слишком сильно. Наглый эльф, казалось бы, вообще не предпринимал никаких попыток ей понравиться, вёл себя надменно, а эти его заскоки с долгом и общественным мнением вообще никакой критики не выдерживали. Мягко говоря, не самый лучший вариант для “гнездования”. Но внутри поселилась тоска по чему-то важному, будто она и правду безвозвратно упустила своё сокровище.

“Вот ещё! – разозлилась на себя Ева, – ни одна драконица не опустится до того, чтобы бегать за каким-то остроухим мужиком. Если он не в состоянии оценить свалившееся на него счастье, то пускай сам и мучается”, – с этим решительным настоем девушка всё-таки провалилась в сон. И снился ей Лиссэт, слезно умоляющий съесть ещё хоть кусочек печеньки, но Ева была решительна и непреклонна.

***

Завтрак проходил в режиме военного совета. За вчерашний день Артур немало разузнал о делах художника, заручился поддержкой городской стражи и горел желанием схватить мошенника, так бесцеремонно облапошившего высший свет Бриата.

– Но имейте в виду: сначала мне нужно узнать, где находится моя картина, – остудила рвение дракона Ева, – и было бы неплохо выяснить, зачем он вообще её украл.

– Не волнуйся, мышка, всё пройдёт точно по плану.

– И какой же у нас план? – скептически поинтересовался эльф, азарта Артура он явно не разделял, выглядел хмурым и помятым.

– А план у нас простой, но эффективный, – широко улыбнулся дракон, – Дессо снимает гостевой домик на берегу, там-то мы его и будем брать. По информации администратора художник каждый день спит до обеда, мы с вами нагрянем к нему в гости и уточним всю интересующую нас информацию, ну и, конечно, заберём картину мышки. А когда с разговорами будет покончено, его повяжет стража, господин мэр был так любезен, что выделил целый взвод бравых молодцов.

– Это всё конечно прекрасно, но с чего вы решили, что Дессо станет с нами разговаривать, а тем более расскажет о местоположении картины? – усомнился Лиссэт.

– Ну два недружелюбно настроенных дракона кого угодно натолкнут на мысль о неминуемом сотрудничестве, – убежденно сказал Артур, будто сам лично с утра до вечера склонял криминальных элементов к вынужденному союзу.

– Раз план у нас есть, не вижу причин ему не следовать. И очень надеюсь, что месье Дессо крайне бережно обращался с моей покупкой, – хищно сверкнула глазами Ева.

***

Домики для гостей располагались удалённо друг от друга, вид имели очень уютный и явно недёшево обходились своим съёмщикам. Но при виде людей в форме администратор без вопросов выдал ключ.

Артур велел стражникам окружить дом и дожидаться его сигнала. Ева с сомнением оглядела вооруженных до зубов мужчин и забеспокоилась о сохранности здоровья художника. Несмотря на очевидные вольности с законом и интрижку с собственной ученицей, месье Дессо никого не убивал и навряд ли в состоянии оказать хоть какое-то сопротивление.

– Это просто для солидности, мышка, – пояснил Артур, открывая дверь.

Внутри дом выглядел ухоженным, дополняя вид из окна на стене висел пейзаж на морскую тематику, стояли кадки с комнатными цветами, изящная мебель и... абсолютная тишина.

– Надеюсь, месье Дессо не имеет привычки водить в дом гостей, а в особенности оставлять их на ночь, – пробормотал эльф, оглядываясь по сторонам.

– Ну что вы, он регулярно жалуется трактирщикам близлежащих забегаловок на своё разбитое сердце и тотальное одиночество, – выразил осведомленность дракон.

– Какой несчастный мошенник, – хмыкнул Лиссэт, осматривая кухню.

Ева без лишнего стеснения прошла прямо в спальню. На непомерно огромной кровати, обнимая рой подушек, преспокойно спал её старый знакомый. Под глазами художника залегли тени, а рыжие кудри растрепались. На мгновение девушке даже стало жалко этого нелепого воришку, но природная вредность всё же перевесила. Ева схватила близлежащую подушку и швырнула прямо в голову художника.

– Что? – сонно пробормотал Вильгельм, зарываясь поглубже в одеяло.

– Вильгельм Дессо, крайне рекомендую тебе немедленно проснуться! А то я за себя не отвечаю, – пригрозила девушка.

– Мадам дракон? Что вы здесь делаете?! – очнулся ото сна художник.

– Я пришла забрать свою картину! С твоей стороны было очень некрасиво ответить на моё гостеприимство такой неблагодарностью, – возмутилась Ева, – между прочим, мадам Торн перевела на тебя двухдневный запас ромашкового чая.

– Я просто…

– Месье Дессо, будьте любезны одеться перед тем, как вести беседу с дамой, – холодно потребовал Лиссэт, заходя в спальню, – дождитесь нас в гостиной, мадам Лемар, мы его покараулим.

– А вы кто? – удивился художник, настороженно следя, как в комнате появляется ещё и дракон.

– Для человека, обвиняемого в мошенничестве и краже в особо крупных размерах, вы излишне любопытствуете, – присёк всякие расспросы Артур.

Ева послушно вышла из спальни, бегло осмотрела дом, но своей картины так и не обнаружила. Заглянув на кухню, девушка нашла вазочку с засохшим печеньем, за неимением альтернативы подхватила свою находку и устроилась в гостиной заедать стресс.

Мужчины присоединились к ней минут через десять, причём эльф и дракон художника вели как под конвоем. Даже на диване расположились с двух сторон от него.

– А теперь, месье Дессо, выкладывайте, – грозно потребовал дракон.

– Ч-что выкладывать? – заметно испугался художник.

– Всё! – многозначительно ответил Артур. – Как вам пришло в голову обворовать ценителей искусства?

– Обворовать? Я ничего не крал.

– То есть вы утверждаете, что не крали выручку с аукциона? – дотошно уточнил эльф.

– Я же сказал, что ничего не крал, разве что с картиной мадам дракона получилось некрасиво, – покаянно опустил голову художник, – но если вы говорите о выручке от продажи моих картин, то, конечно, я её забрал. То есть свою часть за вычетом доли месье Джерома, оказавшего услуги по продаже.

– Очень интересно! То есть вы настаиваете, что выручку не крали? – прищурился дракон.

– Покупатели получили то, за что они заплатили. Я просто забрал свою долю как автор.

– Но вы же инсценировали свою смерть, – напомнил Лиссэт.

– Всё так и было, – спокойно кивнул художник, – я хотел начать новую жизнь и для этого мне следовало распрощаться со старой.

– Да вы издеваетесь! – вспылил эльф. – Вы инсценировали свою смерть, чтобы стоимость ваших работ взлетела до небес, а после украли выручку из Королевского благотворительного фонда.

– Не понимаю, в чём вы меня обвиняете? Всё так и было, но не моя вина, что искусство начинают ценить только после объявления о смерти художника, ведь сами полотна от этого не меняются. Но повторяю: все покупатели получили то, за что заплатили, к сожалению, кроме мадам, – смутился художник.

– Изумительно, высший свет Бриата раскупил ваши картины за баснословные деньги, считая, что вы погибли… – чувствуя себя обманутым, сказал Лиссэт.

– Но разве это важно? Произведение искусства не меняется в зависимости от того, жив автор или мёртв, – покачал головой художник, – меняется только восприятие людей. Смерть творца влечёт за собой некую эксклюзивность, гарантию того, что больше он ничего не напишет. Я уезжаю в другую страну и больше ничего не напишу под фамилией Дессо, для покупателей моих старых работ гарантия эксклюзивности остаётся в силе.

– А как же благотворительный дом? Эти средства вообще-то должны были направиться на помощь нуждающимся, – попытался воззвать к совести эльф.

– Месье Джером забрал деньги, которые причитаются фонду за проведение мероприятия, но отдать всю выручку от продажи своих полотен я был не в силах, я же и сам, можно скачать, нуждающийся. Вы даже не представляете, какой это тяжкий труд, особенно если его никто не ценит, чтобы оплатить аренду за квартиру мне пришлось даже пойти в преподавание.

– И закрутить роман с дочкой отставного генерала?

– Маргарет разбила мне сердце, – грустно признался художник, – но я надеюсь, что она ещё найдёт своё счастье.

– Вы лихо изворачиваетесь, месье Дессо, – восхитился дракон, – вам бы стоило податься не в художники, а в политики.

– Живопись - это моя жизнь, месье, – нахмурился Вильгельм, заставив Еву вспомнить их разговор на берегу озера.

– Зачем же ты подменил картины? – глядя художнику прямо в глаза, спросила девушка.

Дессо ссутулился, видимо, здесь он всё же чувствовал свою вину.

– Простите меня, мадам дракон, произошла чудовищная ошибка, эта картина очень дорога мне, она символизирует ветер свободы и перемены, которые мне предстояли. Картина никак не должна была выставляться на аукционе. Узнав о списке выставленных работ, я умолял месье Джерома убрать её, но он уверил, что это невозможно, ведь списки с количеством лотов подписывает сам король. Я уже был официально мёртв и у меня не осталось картин. Мне пришлось обратиться к Маргарет, у неё хранилась моя старая работа, но я опоздал. Картину уже купили, месье Джером в последний момент успел подменить полотна. Мне оставалось только надеяться, что покупатель не очень сильно расстроится.

– Не очень сильно?! – возмутилась Ева. – Да я была просто в бешенства!

– Я не знал, что покупатель - это вы, иначе уступил бы картину без раздумий. В конце концов, это же именно вы меня вдохновили на эту авантюру, – слегка улыбнулся художник, неловко приглаживая растрепанные кудри.

– Вы уже и на мошенничество людей подбиваете? – удивленно уставился на девушку эльф.

– Ничего подобного, лорд! – замахала руками Ева.

– Что вы имеете ввиду под “вдохновила”? – уточнил Артур.

– После нашей встречи я много думал о своей жизни. О том, что она совершенно меня не устраивает. И о вашем примере, ведь с деньгами и в самом деле можно переехать куда угодно и стать кем пожелаешь. Хоть вдовой с роскошной усадьбой, хоть никому неизвестным, но талантливым художником. Я хотел уехать туда, где меня никто не знает и просто заниматься любимым делом, не заботясь об оплате аренды. Вот и всё, – развел руками художник.

– Ваша мечта вполне понятна, – сказал дракон, – но она не даёт вам права обманывать других людей для личного обогащения. Где картина?

– Она в спальне в синем чемодане…

– Хорошо. Забирайте его! – громко крикнул Артур, и в квартиру вбежали стражи.

Мужчины в форме, не церемонясь, заломили художнику руки за спину и пинками вытолкали из дома. Ева следила за этими действиями с потемневшими от гнева глазами, а когда стражи удалились, пошла в спальню.

Здесь и в самом деле находился синий чемодан, на дне которого была бережно упакована в ткань картина.

Лиссэт вошёл следом и совсем другими глазами посмотрел на полотно, которое ещё недавно сам пытался приобрести на аукционе: посреди туманного леса грациозно раскинул крылья сказочный фиолетовый дракон.

🌷Дорогие читатели!

История неумолимо движется к финалу.

Делитесь в комментариях своими впечатлениями и ожиданиями от развязки.

Подписка на автора, вероломный захват книги в библиотеку, а также лайки приветствуются!

🍰Гарантированно: в последний день выхода “Сокровища” начнётся новая история...

С наилучшими пожеланиями, ваша Ася🍀.

– Куда его отвезли? – спросила Ева, непривычно вяло ковыряя курицу, поданную на обед в гостиничном ресторане.

– В Центральную тюремную башню, – ответил Артур, – когда короли наших государств договорятся, его депортируют в Бриат.

– К чему привлекать Их Величеств?

– Дессо украл средства Королевского благотворительного дома, это считайте, что украсть у самого короля, – вместо дракона пояснил Лиссэт.

– Почти все деньги стражи нашли, думаете, ему грозит строгое наказание? – уточнила девушка, подтягивая к себе кружку.

– Полагаю, не меньше десяти лет на рудниках, – покачал головой эльф.

– Но это как то…слишком, – удивилась Ева, отпитый кофе показался необычайно горьким.

– Этот человек пошёл на преступление, мышка, – серьезно сказал Артур, – и должен получить по заслугам.

– Не знала, что ты такой приверженец правопорядка.

– Я же герцог, порой мне самому приходится принимать непростые решения, влияющие на судьбы людей, и в своих суждениях я стараюсь придерживаться принципа справедливости.

Ева устало вздохнула. Плотный обед никак не помог восстановить душевное равновесие - наоборот, с каждой минутой девушка всё больше и больше раздражалась. На глупого мальчишку-художника, на безразличие своих спутников и свою собственную беспомощность. Впору вернуться на рынок и поискать брикет ромашкового чая, впрочем, есть и другой вариант.

***

– Куда это вы направились, мадам Лемар? – обратился к Еве Лиссэт, входя в холл гостиницы.

– На вечернюю прогулку, лорд, – невозмутимо ответила девушка и, не дожидаясь продолжения разговора, вышла на улицу.

Закатное небо окрасилось багряным, придав архитектуре приморского города таинственный и зловещий вид.

– Подождите! – окликнул Еву настырный эльф. – Что за прогулка у вас намечается на ночь глядя да ещё и в костюме для верховой езды?

– Ну, видимо, вечерняя конная прогулка в полном одиночестве, – намекнула на неуместность компании девушка.

– Остановитесь, мадам Лемар, – схватил Еву за предплечье Лиссэт, – прошу вас.

Девушка смерила наглеца раздражённым взглядом, задержавшись на ладони, крепко её удерживающей.

– Оставьте меня в покое, лорд. После всего пережитого мне просто необходимо проветрить голову.

– Надеюсь, маршрут вашей прогулки не пролегает мимо Центральной тюремной башни? – с подозрением прищурился эльф.

– С чего бы? – изумилась Ева. – Вы считаете место содержания преступников подходящим видом для любования?

– Давайте всё обсудим, – увлекая девушку на парковую аллею, предложил Лиссэт.

– Решительно не понимаю, чего нам обсуждать, – процедила сквозь зубы Ева.

Мимо чинно прогуливались парочки, судачили на лавочке старушки, чуть дальше под присмотром гувернантки бегали друг за дружкой дети.

– Я понимаю, что вас огорчает вероятный приговор для Дессо… – аккуратно начал разговор эльф.

– Огорчает? Ничуть, – не моргнув глазом, соврала Ева.

– Но после депортации я, как консультант Его Величества, смогу попытаться сократить срок его наказания.

Девушка остановилась посреди дороги, заставив воркующую за ними парочку резко свернуть вправо.

– Давайте проясним, лорд. Речь идёт о сокращении количества лет, которые Дессо проведёт на рудниках?

– Всё так.

– Вы когда-нибудь видели людей, вернувшихся после отбывания подобного наказания?

– Мне… как-то не доводилось, – признался Лиссэт.

– А я встречала такого человека в детстве, он помогал в храме за еду и кров. Бедняга провёл на руднике четыре года и с трудом мог даже донести ложку до рта, его руки были искалечены, а здоровье безвозвратно подорвано. Надеюсь, вы понимаете, что ни о каких занятиях живописью после рудников и речи быть не может.

– Но ваш знакомый честно отбыл своё наказание и вернулся к мирной жизни. Месье Дессо сможет так же.

– Вы же слышали его, – покачала головой Ева, – живопись - это и есть его жизнь. Утратив способность писать картины, Дессо потеряет смысл к существованию, это как смертный приговор.

– Мне кажется, месье художник слегка преувеличил.

– А я ему верю, – твердо сказала девушка.

– Даже если так, мы не можем ему ничем помочь, он уже находится в тюрьме.

– Если вы так считаете, то возвращайтесь в гостиницу, лорд, – серьезно попросила Ева.

– А вы?

– А у меня прогулка.

– И я никаким образом не смогу вас переубедить? – сдался эльф.

– Знаете, драконы крайне упрямы в достижении своих целей. И я не исключение, – с грустью улыбнулась Ева.

– Что же, в таком случае подождите меня здесь, я вернусь, слышите? Никуда не уходите, – попросил Лиссэт, заглядывая девушке в глаза.

– Куда вы?

– Мне тоже нужно переодеться в костюм для прогулок, – отчаянно ухмыльнулся эльф.

Под покровом сумерек по улице шла пара: дама без коня, но в одежде для верховой езды и кавалер в сером костюме и широкополой шляпе, вышедшей из моды ещё в прошлом столетии.

– Я поражена до глубины души, лорд, – щебетала дама, – кого вы ограбили, чтобы достать не белую одежду?

– Не стоит говорить об ограблении, направляясь в тюрьму, – шикнул на неё спутник.

– Час поздний, не думаю, что кому-то есть дело до праздной болтовни прохожих.

– И всё же следует соблюдать хоть какую-то осторожность. Вы, кстати, так и не объяснили, как планируете выручать нашего художника.

– О, лорд, у меня есть отличный план, – усмехнулась девушка, и Лиссэт страдальчески закатил глаза, – у моей служанки из гостиницы брат служит в Центральной тюремной башне. Милая девушка поведала мне, что недавно в тюрьму доставили рыжего полуэльфа…

– Он ещё и полуэльф?! – воскликнул лорд, опасливо оглядываясь по сторонам.

– Ну конечно, вы же видели эти его смешные уши.

– У эльфов таких ужасных ушей быть не может, – оскорбился за всю свою расу Лиссэт, – и уж тем более не бывает рыжих эльфов.

– На то он и полукровка, чтобы быть таким оригинальным, – пожала плечами Ева, – но мы отвлеклись. Как только Дессо доставили в башню, он чем-то разозлил начальника тюрьмы, и тот отправил его из общей камеры в карцер, который находится в восточном крыле.

– Это вам сообщила служанка?

– Именно так, девушки, знаете ли, любят посплетничать за чашкой чая о своих родственниках, а брат этой малышки только поступил на службу и делится историями с работы со всей роднёй, зачастую и без согласия последних.

– Какая милая привычка, навряд ли его начальник такое одобрит.

– Да бросьте, насколько я узнала, в Центральной башне не держат совсем уж страшных душегубов, так пьянь, дебоширы и мелкое ворьё. Видимо, стражи посчитали Дессо не очень то опасным для общества.

– Но это не значит, что вытащить его будет просто. Наверняка начальник уже предупреждён, что у него под замком сидит мошенник, которого ждёт королевский суд в соседней стране.

– Я на это и не рассчитываю, – покачала головой Ева, – я собираюсь проникнуть в здание тюрьмы, отвлечь охрану бодрящим эликсиром вашей бабушки, а оставшихся усыпить сонным порошком.

– Вы заставляете мою престарелую бабулю пусть и косвенно, но участвовать в освобождении из тюрьмы государственного преступника, – укоризненно сказал Лиссэт, – боюсь, ей бы это даже понравилось.

– Я даже и не сомневаюсь, – улыбнулась Ева.

– А зачем вам вообще этот бодрящий эликсир, не надежнее ли всех усыпить порошком?

– Вы слишком активно подчивали им свою сестру и порошка осталось совсем немного, на всех стражей скорее всего не хватит, – укоризненно сказала девушка.

– Мадам Лемар, я крайне поражён вашей хозяйственности, особенно с учётом того, что все эти средства бабуля готовила вообще не для вас.

– Ну мы же отправлялись в погоню за преступником, волшебные снадобья в таком рискованном деле никогда не лишние, тем более, что вы бросали их где попало, – невинно похлопала глазами девушка.

– Допустим, – ничуть не поверил эльф, – а как вы планируете вообще оказаться в здании тюрьмы? Это, знаете ли, не библиотека, куда можно оформить абонемент.

– Я же вам говорила, что драконы могут отводить глаза, по сути становясь невидимыми.

– На сколько я помню, речь шла только о драконьем облике. В таком виде, уж извините, вы в башню элементарно не поместитесь, – проявил чудеса логики Лиссэт.

– Недавно мне удалась частичная трансформация, – похвасталась девушка, – думаю, если покрыть чешуйками всё тело полностью, магия должна заработать как и в полноценном зверином облике.

– Вы так думаете? То есть такого вы раньше не делали?

– Просто не было случая попробовать, – легкомысленно пожала плечами Ева.

***

Центральная тюремная башня поднималась вверх всего на четыре этажа, зато весьма активно раздалась вширь и обросла пристройками. У главных ворот зевали двое мужчин в одежде стражей.

Лиссэт и Ева свернули в переулок недалеко от здания тюрьмы. Сюда выходили окна книжной лавочки, к счастью, уже закрытой.

– Подержите, лорд, – передала девушка свою сумку эльфу.

Сейчас должен был произойти ключевой момент в реализации плана, следовало покрыть всё тело мелкими чешуйками и горячо молиться, чтобы магия восприняла этот нелепый облик как полноценного дракона. Ева глубоко вздохнула, пытаясь воспроизвести то состояние, в котором ей уже удавалось частично трансформироваться. Оба раза она испытывала гнев, но сейчас, как ни старалась, разозлиться Еве не удалось.

– Проклятье! – раздраженно сказала девушка.

– Судя по всему, у вас ничего не выходит, – обрадовался Лиссэт, – что же, план был отличный, жаль не сложилось. Давайте вернёмся в гостиницу?

– Ну уж нет! У меня всё получится, просто нужно разозлиться. Кстати, как вам, лорд, цвет моего сегодняшнего наряда?

– Он так вам к лицу, вы просто прекрасны, – расплылся в улыбке Лиссэт.

– Ах вот как, – прищурила глаза Ева, – может, покорившись моей красотой, вы и замуж меня позовёте?

– Ну-у, – на секунду растерялся эльф, – а почему бы и нет? Моей бабуле вы понравились, в свет выходить не планируете, свой капитал имеется, а значит, мне не придётся тратиться на ваше содержание. Статус женатого мужчины придаст мне солидности, а возможность преодолевать расстояния в несколько дней за считанные часы окупит ваш вздорный характер. По всему выходит: очень выгодное предложение.

– Что?! Ах, значит, выгодное? – наступала на Лиссэта девушка.

– Да, пожалуй, – закивал эльф, пятясь назад.

– А как же угроза жизни от ваших ушастых родственников и трагичная судьба вечного холостяка?

– Ну вы же дракон, сожрёте их всех махом, и не будет никаких проблем!

– Интересный у вас стал подход к решению семейных разногласий, – изумилась Ева, – прямо через пищеварительный тракт дракона.

– Полагаю, анатомически всё-таки не совсем прямо, – педантично уточнил эльф, упершись спиной в стену.

– Это всё весьма забавно, лорд, – вздохнула девушка, – но кажется, я не могу всерьез злиться на такого безнадежного болвана, как вы.

– Может ключ к вашему превращению вообще не злость?

Ева глубоко задумалась, оба раза она страстно желала решить какую-то проблему: сначала заставить виконта заплатить за свои слова, а затем хотела обезвредить ведьму. Да и Артур не выглядел рассерженным, когда трансформировал крылья. Быть может достаточно по-настоящему серьезной необходимости. Девушка в красках представила будущее рыжего художника, если его не удастся спасти.

Невыносимо медленно от кончиков пальцев по телу прошла тёплая волна трансформации.

– У вас получилось! – восхитился рядом эльф, заворожённо следя за тем, как девушка покрывается фиолетовыми чешуйками.

– Светлейший, надеюсь, я и правда смогу использовать магию в таком виде, – взмолилась Ева.

– Как-то странно работает, – с сомнением протянул Лиссэт, – я слышу ваш голос и даже могу заметить ваши очертания, если очень поднапрячься, но при этом очень тяжело сосредоточиться на мысли о вашем присутствии.

– Всё правильно, – обрадовалась девушка, – так и работает отвод глаз. Это же не совсем невидимость, но чтобы меня заметить, надо точно знать, что я тут есть.

– Всё равно звучит не слишком безопасно, – нахмурился эльф, – охранники сразу же что-то заподозрят, если увидят, как двери открываются сами собой.

– Конечно, здесь то вы и пригодитесь. Я хочу, чтобы вы пошли к начальнику тюрьмы или тому, кто его заменяет, и отвлекли его. Я же прошмыгну за вами, займусь охраной, найду Дессо, и мы быстренько уберёмся из этой пародии на башню.

– О таких подробностях с моим участием вы как-то умолчали, – укоризненно заметил Лиссэт. – Но что вы станете делать, если вас всё-таки обнаружат?

– Не стоит волноваться, лорд. На этот случай у меня тоже заготовлен план. Я приму облик полноценного дракона, разнесу до камушка эту тюрьму, заберу вас с Дессо, и мы махнём в Южные королевства. Там у меня есть кое-какие связи, и я не дам вам пропасть. А если будете умолять, так уж и быть, возьму вас в своей гарем.

– Какой еще гарем? – ошарашенно уставился на девушку эльф.

– Самый обычный. Весьма распространённая практика на юге. Подумайте, лорд, куда вы там денетесь без денег с криминальным прошлым. Мне кажется, очень выгодное предложение.

– Да вы надо мной смеётесь, – укоризненно покачал головой Лиссэт, – между прочим, незаконное проникновение в тюрьму и попытка освобождения заключённого - это серьёзное преступление.

– Я знаю, лорд, – заглянула Ева в глаза эльфу, – но уверена, что у нас всё получится.

– Что вам надо, месье? Приёмные часы давно закончились, – раздражённо сказал стражник.

Его коллега смерил незнакомца в сером костюме недружелюбным взглядом.

– Ах, что мне надо?! – громко переспросил мужчина, снимая свою шляпу. – Поступили сведения, что в вашей тюрьме ущемляются права представителей эльфийской расы. Немедленно проводите меня к начальнику, иначе завтрашняя пресса будет пестреть заголовками о произволе, царящем в вашем заведении.

– Да что вы несёте? – удивился стражник. – У нас во всей тюрьме содержится только один полукровка.

– Полуэльф, – педантично поправил его мужчина, демонстрируя остроконечные уши, – и моя работа: искоренять дискриминацию по отношению к представителям эльфийской расы.

– Пусть начальник сам с ним разговаривает, – махнул рукой молчавший до этого стражник, – не хватало нам ещё спровоцировать гнев журналюг, за такое и со службы вылететь недолго.

Его товарищ по караулу явно имел другое мнение, но спорить не стал, лишь смерил эльфа подозрительным взглядом и открыл входную дверь. Лиссэту оставалось надеяться, что Ева беспрепятственно последует за ним.

У входа располагался пропускной пункт, в котором без всякого сонного порошка дремал бородатый стражник. На секунду Лиссэт засомневался, стоит ли вообще его будить, но тут бородач резко открыл глаза.

– Кто такой? По какому делу?

– Я представитель Организации по защите прав эльфов, – гордо сообщил визитер, – к начальнику тюрьмы по срочному делу.

– Что за организация? От кого защищать? – почесал макушку бородач.

– От дискриминации, – весомо ответил Лиссэт.

Стражник негодующе оглядел эльфа, застывшего с выражением снисходительного высокомерия, но всё же кликнул парнишку из караулки. И Лиссэта повели вверх на четвёртый этаж, в кабинет начальника.

Руководил Центральной тюремной башней мужчина в теле, в годах и в очках-полумесяцах. При виде эльфа глаза начальника удивлённо расширились, было заметно, что позднего визитёра здесь явно не ждали.

– Добрый вечер, чем могу быть полезен? – на всякий случай проявил учтивость мужчина.

– Не могу с вами согласиться, совсем не добрый, – укоризненно покачал головой Лиссэт, – и именно поэтому я здесь.

– Хм… проходите, садитесь и извольте объясниться, – растерялся начальник тюрьмы, поправляя съехавшие на кончик носа очки.

Лиссэт разместился в кресле для посетителей с царственным величием.

– Меня зовут лорд Эдмонд Виталь, уполномоченный представитель Общества по защите прав эльфов, – с патетикой произнес посетитель, будто бы это всё объясняло.

– Приятно с вами познакомиться, лорд. Я Дастин Олтер, начальник Центральной тюремной башни. Но я так и не понял причины вашего визита.

– Ну как же? – изобразил крайнюю степень удивления Лиссэт. – Ведь в вашем заведении ущемляются права представителей эльфийской расы.

– Не понимаю, о чём вы?

– В вашей тюрьме содержатся эльфы? – намекнул лорд.

– Да что вы, слава Светлейшему, ни одного нет, – замахал руками начальник, будто с детства до смерти боялся остроухих.

– Как же так? А рыжий художник, весь Винтур судачит о том, как начальник тюрьмы издевается над бедным полукровкой, – печально сообщил Лиссэт.

– Что?! Кто это там судачит? – разозлился месье Олтер. – У нас и правда находится под стражей полуэльф, но содержится в строгих, но справедливых, я бы даже сказал, весьма комфортных условиях.

– А все говорят, что вы держите его в карцере, потому, что видеть не можете полукровок, – доверительно сказал лорд, – меня и всех членов нашего Общества, под покровительством самого Императора, это очень печалит, месье Олтер.

– Самого Императора? – ошарашенно переспросил начальник, откидываясь на спинку кресла.

– Сам Император учредил нашу славную организацию, в Эльфийской Империи принято заботиться о своих подданных, даже тех, кто находится далеко от родины, – с небывалым патриотизмом вещал Лиссэт.

– Полукровка и правда сидит в карцере, – признался месье Олтер, – но это никак не связано с моим к нему отношением, уверяю вас! Он нарушил общественный порядок и мои подчинённые были вынуждены его изолировать. Это для его же блага и спокойствия остальных заключенных.

– В чём же выражалось его нарушение?

– Он… он падал на колени и громко умолял его освободить.

– А разве это нетипичное поведение для заключенного под стражу? – с искренним любопытством уточнил эльф.

– Ну как вам сказать… – замялся начальник тюрьмы. – Он вёл себя очень эксцентрично, расписывал в красках какой он знаменитый художник, и как его талант необходим всему миру.

– А вы что?

– А я человек приземлённый, совсем не интересуюсь искусством. По мне, все эти маратели бумаги - обыкновенные лентяи, которые просто не хотят работать и приносить реальную пользу нашему обществу.

– То есть его расовая принадлежность здесь не при чём? - уточнил Лиссэт, мысленно сочувствуя Дессо, ставшего жертвой неприязни к художникам.

– Да Светлейший с вами, лорд, конечно, нет. В Винтуре уважают все расы, но, – сделал многозначительную паузу начальник, – только если они уважают закон…

В дверь кабинета нервно забарабанили.

– Кто там ещё? – раздраженно спросил месье Олтер.

– Господин начальник, там в караулке… – замялся молоденький страж, нервно одёргивая форму.

– Что в караулке? Ты язык проглотил? – не на шутку разозлился мужчина.

– Там… кажется была пьянка, – обиженно шмыгнул носом стражник, видимо огорченный тем, что его на праздник не пригласили.

– Пьянка в рабочее время?! Да вы с ума посходили? Как это могло произойти?

– Я не знаю. Когда я заступил на дежурство, остальные уже бегали по коридорам, кажется, они выгоняли заключенных из камер, – заложил товарищей стражник.

– Уволю, – с чувством пообещал начальник, – а ну быстро собрать всех в караулке! Заключенных вернуть в камеры, живо!

Молодой стражник испуганно попятился и со всех ног бросился выполнять распоряжение.

– Вы уж простите, лорд, – смущенно обратился к эльфу месье Олтер, – молодежь нынче совсем от рук отбилась.

– Я вас прекрасно понимаю, – покачал головой Лиссэт, поднимаясь с кресла, – что же, если мы выяснили, что произошло недоразумение, и дискриминации по отношению к эльфу не было, то я просто не имею права больше отнимать ваше драгоценное время.

– Ну что вы, лорд, мне как представителю правопорядка, отрадно знать, что в Империи заботятся о правах своих граждан. Может, однажды и наш король учредит подобное общество.

– Да, Общество по защите прав людей будет пользоваться большой популярностью, – серьезно кивнул эльф, и они вместе покинули кабинет.

На первом этаже Лиссэт осторожно огляделся по сторонам: бородач из пропускного пункта отсутствовал на месте, а откуда-то из коридора доносились громкие возгласы.

Распрощавшись с начальником тюрьмы, эльф толкнул входную дверь. Караульные исправно несли службу, а вот Евы и художника нигде не было.

Ева прошмыгнула в здание тюрьмы вслед за Лиссэтом. Девушке казалось, что её местонахождение выдаст стук сердца, так громко оно билось. В вечернее время в башне было немноголюдно: бородач на пропускном пункте общался с эльфом, четверо стражей оживлённо болтали в комнате у самого входа, кажется, их дежурство вот-вот должно было подойти к концу. Заглянув в комнату, Ева увидела чайник на маленькой жаровне и аккуратно вылила весь флакончик бодрящего эликсира. Оставалось надеяться, что служители правопорядка не откажут себе в удовольствии выпить кружку чая. На выходе из караулки девушка едва не столкнулась со стражем, которого подозвал бородач, но вовремя вжалась в стену, и парнишка прошёл мимо.

Вверх от входа уходила широкая лестница, туда повели Лиссэта, а справа и слева тянулись коридоры. Кое-как сориентировавшись, Ева неуверенно шагнула в правый коридор, надеясь, что именно он - восточный. Здесь пахло сыростью, а лампы на стенах едва горели. Вскоре стали попадаться частые двери, преграждающие путь в маленькие темные камеры. Сквозь толстые решетки никого не было видно. Испугавшись, что так может провести вечность, в тщетной попытке отыскать художника, Ева тихо позвала:

– Месье Дессо? – разнесло эхо, и девушка вздрогнула.

– Я здесь! – раздался охрипший голос чуть впереди.

В тесной одиночной камере, вжавшись в решетку, стоял художник, его и без того непослушные кудри растрепались сверх всякой меры, а глаза блестели от слез.

– Всё в порядке, я вас вытащу, – шепнула Ева, оглядывая массивный замок на двери.

Складывалось впечатление, что отворить такой без шума навряд ли получится.

– Мадам дракон? Я вас не вижу, это какая-то драконья магия? – оживился Вильгельм.

– А я вас вижу и запросто могу поднять тревогу, – неожиданно за спиной Евы раздался мальчишеской голос.

Девушка резко обернулась, в соседней камере находился тот самый воришка с рынка в коротеньких шортах.

– А если вы меня тоже выпустите, то покажу выход через кухню, там после ужина никого не должно быть, – расплылся в щербатой улыбке пацан.

Ева восхитилась такой находчивости ребёнка и такой безответственности сотрудников, раз заключённый знает, что на кухне есть ещё один выход из здания тюрьмы.

– Хорошо, я освобожу тебя, но сначала мне нужно открыть двери.

– Ключи в караулке у входа, – подсказал воришка.

– А ты, видимо, не первый раз здесь? – заинтересовался художник.

– Регулярно тут ночую, месье. Кормят неплохо, постель жестковата, но лучше, чем коротать ночь на улице, – здраво рассудил пацан, а Ева уже двинулась назад ко входу.

Из комнаты рядом с бюро пропусков раздавался громкий смех, стражники не стесняясь травили байки, прихлебывая чай из железных кружек. Судя по царившему веселью, бодрящий эликсир бабушки Тиль уже начинал действовать.

– А я ему и говорю: какая еще дис-кри-ми-на-ция, – по слогам протянул бородач, – мы тут ко всем с любовью и уважением!

– Именно так, – рассмеялся его товарищ, – мы же цивилизованные люди, служители порядка, вот!

– Да мы всех этих заключенных поименно знаем, чаще чем родные семьи видим, – встрял третий, и товарищи поддержали его согласным гулом.

– Они у нас в камерах как на курорте! – осенило бородача.

– Именно! А я в отпуске кроме тещиных грядок ничего не видел, мне бы тоже хоть вечерок провести в тишине и покое.

– Что у вас за разговоры такие странные? – просунул в караулку голову совсем молоденький стражник, чем-то неуловимо напоминающий Еве служанку из гостиницы.

– Иди отсюда, – махнул на него рукой бородач, – молодой ещё, не знаешь как тяжела семейная жизнь.

– А давайте разгоним этих нахлебкиков и отдохнём, наконец, по-человечески? – предложила жертва тёщиного садоводства. – Они всё равно всегда возвращаются, как собаки прикормленные.

Пышущих энергией стражников весьма воодушевила такая идея, Ева даже подумала, что столь надежная охрана вполне может сделать за неё всю работу, но мужчины побежали в левый коридор, видимо, пребывание в карцере за курортный отдых всё-таки не считалось.

На стене осталась висеть всего одна связка ключей. Молясь Светлейшему, чтобы они оказались от нужных камер, Ева вернулась к художнику и воришке. К счастью, ключи подошли, и компания устремилась в противоположное от входа направление.

– Ты уверен, что мы бежим правильно? – с сомнением уточнил художник.

– Я пару раз помогал на кухне, дважды оттуда и сбегал, – пояснил воришка, открывая железную дверь.

– Опять ты! – раздался громкий раскатистый голос. – И дружка с собой притащил?

Его обладатель, тучный мужчина в поварском колпаке и фартуке, зловеще потряс поварёшкой.

– Ты же говорил, что после ужина здесь никого не должно быть, – сердито прошептал Вильгельм, пятясь назад.

Но тут повар оглушительно чихнул и, как подкошенный, свалился на пол.

– Что это с ним? – испуганно спросил мальчишка, обращаясь к Еве. В отличии от художника он отлично видел девушку, дунувшую повару в лицо.

– Всего лишь сонный порошок, – пояснила Ева, – между прочим, с твоими способностями ты тоже когда-нибудь сможешь сделать такой же.

– Ну скажете еще, мадам. Кто же карманника с улицы магическим штучкам обучать станет? – неловко рассмеялся мальчишка, но вид имел крайне заинтересованный.

– Если у него нет волшебного дара, то никакое обучение и не поможет. А вот если этот карманник с легкостью видит невидимое, то совсем другое дело. В магическом деле нужны талант и грамотный наставник.

– Да кому я нужен? – с сомнением спросил воришка.

– Ну, у меня есть одна знакомая ведьма, всё никак себе ученика не найдёт. Правда она живет в Бриате и вообще эльф, но это такие мелочи, – махнула рукой Ева, наблюдая как художник возится с окном, обнаруженным прямо за холодильником.

Видимо, служащие тюремной башни всё-таки предприняли кое-какие попытки перекрыть это злосчастное окно, хоть и не вполне надежно. В оконную раму с легкостью пролезал ребёнок, вмещалась миниатюрная женщина без пышных юбок, но эльфопроходимость окна вызывала сомнение. Впрочем, самого Дессо это нисколько не смутило, мужчина как-то поразительно ловко скукожился, став похожим на котика, влезающего в бутылку, и осторожно выглянул наружу.

Ночной город был погружён в тишину. Вильгельм плавным движением перетек на мостовую, затем Ева подтолкнула внезапно притихшего мальчика и прошмыгнула следом.

– Я подумаю о вашем предложении, – деловито сообщил воришка, – а теперь мне пора.

– Если надумаешь, то завтра вечером мы отбываем из гостиницы “Морской бриз”, – предупредила девушка.

– Ого, ночлежка для богатеев, – присвистнул мальчишка и скрылся в ночи.

– С вами всё в порядке?! – вцепился в Еву эльф, стоило им только оказаться в знакомом переулке.

На мгновение девушка даже пожалела, что вернула человеческий облик так рано. Хватка у Лиссэта была железная, а в глазах застыло неподдельное беспокойство. Притихшего рядом художника эльф, казалось бы, и вовсе не заметил.

– Повремените со страстными объятиями, лорд, – хмыкнула Ева, – мы же не одни.

Только теперь Лиссэт обратил внимание, что миссия по спасению Дессо увенчалась успехом и беглый преступник неловко переминался с ноги на ногу.

– Как вы выбрались из башни? – не выпуская девушку из рук, спросил Лиссэт.

– Вы не поверите, но у них там полный бардак! И даже запасной выход имеется, – выдержала театральную паузу девушка, – на кухне за холодильником через окно.

– Вы туда отправились освобождать преступника или просто поесть за казённый счёт?

– Одно другому не мешает, – пожала плечами Ева, – главное, что мы это сделали!

– Вступили в преступный сговор, незаконно проникли в тюрьму и освободили заключённого? – иронично уточнил эльф.

– Спасли гениального творца от верной гибели, – пафосно провозгласила девушка, любуясь на смешинки, вспыхнувшие в глубине глаз Лиссэта.

– Хм… Мне, конечно, приятна такая характеристика, мадам дракон, но не могли бы мы переместиться куда-нибудь подальше от места моего недавнего заключения? – осторожно вмешался в разговор художник.

– И в самом деле, – кивнула Ева, аккуратно убирая пальцы эльфа со своих предплечий. – В какой день отплывает твой корабль?

– Я планировал отправиться в конце недели, дня через четыре. Даже аванс внёс, – погрустнел художник.

– Вы отплывете сегодня же, – весомо сказал эльф, беря Еву под руку.

– Но на чём? Да ещё и без денег?

– В порту найдём любой корабль, отправляющийся к Южным королевствам. Я оплачу расходы, – высказал щедрое предложение Лиссэт.

У художника закралось подозрение, что от него просто хотят поскорее избавиться, впрочем, это вполне соответствовало его собственным планам. Вильгельм был одинок, находился в розыске и не имел ни единой монеты за душой. Впереди полная неизвестность, где он - безвестный художник, плывущий по бескрайним водам к берегам чужой страны.

– А я подскажу тебе адрес одной моей знакомой, – тепло улыбнулась Ева, будто прочитав его мысли, – она всё время кого-то подбирает, то бездомных котов, то ещё кого… Придумала! Напишу для неё записку, наверняка, она не откажется помочь.

Вскоре девушка уже азартно торговалась с капитаном грузового судна. Морской волк поначалу наотрез отказывался брать на борт неизвестного пассажира, но по мере спора вошёл во вкус и начал выторговывать всё более выгодные условия. В какой-то момент Лиссэт испугался, что перевозка беглого преступника обойдётся ему в целое состояние. Но в итоге компромисс всё же был достигнут, Ева и капитан, как заправские торговцы, ударили по рукам.

А уже через четверть часа художник махал на прощание с палубы уходящего корабля.

– Признайтесь, это было волнующее приключение? – улыбнулась Ева.

– Это было слишком рискованно и не очень-то оправдано, – усмехнулся Лиссэт. – Пойдёмте в гостиницу, у нас есть еще три-четыре часа, чтобы хоть немного поспать.

– Какой вы всё-таки скучный, лорд, – закатила глаза Ева, – вместо сна есть ещё множество увлекательных дел.

– Например, поесть? – с ухмылкой предположил эльф.

Девушка хмыкнула в ответ, но ничего не сказала. Они покинули порт и свернули на широкую улицу, освещенную тусклыми фонарями. В такой поздний час город казался пустым, будто все жители разом покинули высокие стены Винтура. Но эта иллюзия продлится лишь до первых лучей восходящего солнца.

Гостиница “Морской бриз” располагалась в респектабельном районе, по мере приближения к которому, даже фонари стали гореть ярче. Швейцара на месте не было, но в холле клевал носом молоденький портье. Ева и Лиссэт осторожно проскользнули на второй этаж, где располагались роскошные номера.

– Добрых снов, мадам Лемар, – попытался чинно распрощаться эльф.

– Вы что же, даже не поделитесь подробностями вашего общения с господином начальником? И что за забавное Общество вы изобрели?

– Может быть в другой раз, – уклончиво ответил Лиссэт.

– Имейте ввиду, другого раза может и не представиться.

Ева уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на эльфа.

– Я не думаю, что это хорошая идея… – стушевался Лиссэт, нервно дернув ухом.

– Да вы, лорд, ломаетесь похлеще девицы на выданье, – криво усмехнулась Ева.

– Я просто не хочу давать вам ложных обещаний.

– Никто не говорит об обещаниях, – тихо прошептала девушка, медленно, как к дикому животному, приближаясь к эльфу.

Лиссэт завороженно следил за ней и вот уже оказался в кольце не по-женски крепких рук.

– Вот вы и попались, – хмыкнула Ева, сохраняя полную серьезность, – теперь выбор у вас ограничен. Либо целуйте меня, либо я вас съем.

– Звучит не очень гуманно, – сглотнул лорд.

– А вы напишите жалобу в Общество защиты прав эльфов.

Лиссэт сделал глубокий вдох, как перед прыжком с большой высоты, и, наклонившись вниз, мягко коснулся губ Евы.

– Ну не так уж и плохо, лорд, – с усмешкой сказала девушка, размыкая объявления.

– Да вы мастер комплиментов, – иронично заметил эльф, с явной неохотой отстраняясь.

– Искусство комплиментов не входит в обязательную программу обучения драконов, – хмыкнула Ева, разворачиваясь в сторону номера, – вы идёте?

На мгновение их взгляды встретились: в глазах девушки горело яркое пламя и Лиссэт, чувствуя себя мотыльком, шагнул в огонь.

Первое, что услышал Лиссэт после пробуждения, был шум дождя за окном. Вторым оказался стук в дверь, причём складывалось впечатление, что колотили уже и ногами.

Оглядевшись по сторонам, эльф обнаружил себя в чужой комнате в полном одиночестве. Несколько секунд понадобилось изнурённому недосыпом организму для того, чтобы вспомнить крайне богатый на события вчерашний вечер. Еще несколько минут Лиссэт терзался чувством вины, для ускорения процесса, попутно одеваясь.

– Какой вы соня, месье Виталь! – восхищенно воскликнул Артур, стоило только эльфу открыть дверь.

Дракон выглядел бодрым и хорошо отдохнувшим, что вызывало в Лиссэте раздражение пополам с завистью.

– Давайте хоть вместе поужинаем, раз вы проспали завтрак и обед, – дружелюбно предложил Артур, не догадываясь о чувствах эльфа.

Лиссэт взглянул в зеркало, слегка пригладил растрепавшиеся волосы и хмуро кивнул.

– А где мадам Лемар? – уточнил лорд, спускаясь в ресторанный зал.

– Вообще-то это я должен у вас спрашивать, учитывая, что вы вышли из её комнаты, – хмыкнул дракон, королевским жестом подзывая официанта, – будьте любезны фирменный ужин для меня и моего друга.

Шустрый парнишка в идеально налаженной форме что-то черкнул в своём блокноте и молниеносно испарился.

– То есть, вы не знаете? – обеспокоился эльф.

– Я этого не говорил, – хитро улыбнулся Артур, – мышка улетела ещё ночью.

– Куда улетела?

– Домой.

– Хм… – растерялся Лиссэт.

– Да вы не волнуйтесь, я летаю ничуть не медленнее, разве что в манёвренности уступаю, за ночь доберёмся до вашего особняка.

– Вы меня довезёте?

– Ну разумеется, лорд, – кивнул дракон, – не брошу же я вас здесь, тем более, что по Винтуру уже рыскают стражники, разыскивая эльфа, представившегося именем младенца - наследного принца Империи.

Лиссэт на мгновение завис. В этот момент к столику подошёл официант с тележкой, полной еды. Только сейчас эльф в полной мере осознал, как сильно он проголодался и насколько близки были его шансы на заключение под стражу.

– А зачем они его ищут? – осторожно уточнил Лиссэт, как только официант отошёл от столика.

– Подозревают в причастности к побегу некоего преступника Вильгельма Дессо, а ещё в отравлении неизвестным эликсиром служащих Центральной тюремной башни, – перемежал свой рассказ с великолепной отбивной дракон, – говорят, у них случилось страшнейшее похмелье. Бедняги.

– М-да, – глубокомысленно изрёк Лиссэт, делая глоток поясняющего разум кофе.

– Кстати, я к вам в особняк наведаюсь по важному делу. Матушка страшно огорчилась, когда узнала, что я не только не смог завоевать невесту, но и оставил в вашем доме семейную реликвию.

– Какую ещё реликвию?

– Широкие золотые браслеты.

– Вы имеете ввиду антимагические наручники? – изумился эльф.

– Они самые, только не просите меня объяснять, эта долгая история, – взмолился Артур.

– Они сейчас на моей сестре, – замялся Лиссэт.

– Да я уже в курсе ваших семейных разборок, не переживайте, – усмехнулся дракон.

– Месье Клод, – к столику подошел портье, – там у входа… уличный мальчишка, он ищет девушку, похожую на мадам Лемар, вашу спутницу. Мне прогнать его?

– Ни в коем случае, его-то мы и ждём! – обрадовался Артур.

– Что ещё за мальчишка? – удивился эльф.

– А это, лорд, подарок для вашей бабушки от мадам Лемар, – с видом заговорщика подмигнул Лиссэту дракон.

– Моя бабуля, конечно, экстравагантная женщина, всё-таки ведьма, но чтобы дарить ребёнка… – растерянно пробормотал эльф, уже предвкушая полёт на драконе в компании уличного оборванца.

И это он ещё не догадывался, что встретит старого знакомого с рынка.

В Бриат пришла мягкая золото-багряная осень. Воздух на веранде наполнился сыростью, разбавленной запахом свежей выпечки и кофе. Сегодня Ева пребывала в особенно глубокой меланхолии, после путешествия в Долию такое состояние стало частым гостем в усадьбе.

Вернувшаяся из столицы Матильда то и дело грустно вздыхала, что тратит молодость в такой глуши, за что непременно получала воспитательные подзатыльники от строгой мадам Торн. Ева литрами глушила ромашковый чай, а картина с фиолетовым драконом кисти исчезнувшего художника Вильгельма Дессо хоть и прекрасно смотрелась в гостиной, но только ещё больше вгоняла в тоску.

– Мадам Лемар, к вам посетитель, – заглянула на веранду Матильда.

– Кто это? – удивилась Ева, гости в усадьбе бывали нечасто, особенно неожиданные.

– Месье Виталь, – скривила кислую рожицу камеристка, – давайте я скажу, что вы не в настроении принимать гостей, и прогоню его?

Юная мадам Торн в своём возвращении в стены усадьбы принципиально винила чёрствого эльфа и жаждала отомстить ему любым доступным способом. Её нисколько не заботило, что гость провёл в карете два дня, добираясь из столицы.

– Не стоит, – покачала головой Ева, – пригласи его в гостиную и подай кофе.

С той памятной ночи в гостинице Винтура они с лордом не виделись, и приезд Лиссэта в усадьбу стал полнейшей неожиданностью.

Ева неспешно покинула веранду, чтобы через минуту изумленно застыть на пороге гостиной.

– Что с вами случилось, лорд?! – без всяких церемоний спросила девушка, разглядывая синий костюм Лиссэта. – Вы в розыске и ищете убежище?

– В некотором смысле я и правда в розыске, между прочим благодаря вашей проделке, хорошо хоть ищут меня только в Долии, – непринужденно рассмеялся эльф.

– А что же стало с вашими белоснежными костюмами? – поинтересовалась Ева, присаживаясь на диванчик напротив. – Неудачная стирка?

– Ну что вы, я просто решил сменить стиль и отказаться от титула. Между прочим, многие считают, что синий мне к лицу.

– Это кто ещё так считает? – с подозрением прищурилась девушка.

– Ну при дворе Его Величества так говорят, – неопределенно пожал плечами Лиссэт, – а вы, кстати, в курсе, что ваш несостоявшийся жених похитил мою сестру?

– Конечно, мне Матильда поведала эту историю во всех красочных подробностях, – хмыкнула Ева, – но вы что-то не выглядите опечаленным, или готовите военный поход для штурма замка дракона?

– Нет, что вы. Месье Клод любезно шлёт мне письма каждую неделю с полным отчётом о делах Лани. Мать-драконица и эльфийская ведьма под одной крышей - это взрывоопасная смесь, я ему не завидую, но браслеты снять так и не получилось.

– Видимо, родниться с драконами и в самом деле традиция в вашей семье, – иронично заметила девушка.

– Если вы намекаете на моего деда, то бабуля уже успела рассказать эту семейную тайну, было бы что скрывать, – фыркнул Лиссэт, – ещё она просила передать вам благодарность. Воришка и впрямь оказался необычайно талантлив к магии, но всё ещё по привычке тянет руки к чужим кошелькам. В последний раз, когда я его видел, бабуля собиралась наложить на него какое-то хитрое проклятие или может просто пугала.

– Вы проделали такой долгий путь, чтобы поделиться семейными сплетнями? – изогнула бровь Ева.

– Не только, – Лиссэт достал из кармана белоснежный конверт и протянул его девушке, – это именное приглашение на свадьбу Его Величества и маркизы Александры Люгре.

– Хм… значит вот какое предложение обещалась принять маркиза, – усмехнулась Ева, распечатывая конверт.

Внутри и правда оказалась изящно оформленная карточка с приглашением на двоих - для неё и месье Виталя, Консультанта Его Величества, но уже без титула Пресветлого лорда.

– Мадам Лемар, – в гостиную заглянул дворецкий Юджин, – багаж месье отнести в гостевые покои?

Ева автоматически кивнула и изумленно посмотрела на два увесистых чемодана, которые пожилой слуга с трудом отрывал от пола.

– А до смены гардероба вы путешествовали налегке, – задумчиво пробормотала девушка.

– Кстати об этом, я всё же решил принять ваше предложение, – величественно кивнул эльф.

– Какое ещё предложение? – с подозрением уточнила Ева.

– Погостить в вашей прекрасной усадьбе, разумеется.

– Я вам такого не предлагала.

– М-да? А я думал, что могу рассчитывать на ответную любезность после того, как вы съели все запасы провизии в моём доме. Это, знаете ли, было бы справедливо.

Девушка сделала глубокий вдох, с трудом подавив желание последовать примеру мадам Торн и отвесить наглому эльфу подзатыльник.

– Ваши постоянные подколки на тему моего аппетита уже начинают утомлять, месье Виталь, – рассерженной кошкой прошипела Ева, – если вас это так беспокоит, можете выставить мне счёт за еду. И вообще, вы не находите, что с учетом того, как мы расстались, пребывание под одной крышей будет не слишком-то комфортным?

– Вы имеете в виду, после того, как вы меня соблазнили и бросили одного в гостиничном номере? – невозмутимо уточнил Лиссэт. – Это и в самом деле было очень жестоко с вашей стороны, но не волнуйтесь, я вас прощаю.

– Да вы… вы… – задохнулась в возмущении девушка, – убирайтесь прочь из моего дома! Видеть вас больше не могу!

Ева вскочила на ноги в твердом намерении собственноручно выставить бывшего лорда за дверь. Лиссэт поднялся следом и бесстрашно шагнул ей навстречу.

– Вы злитесь? Простите меня, дурацкие шутки несколько затянулись. Я не хотел вас обидеть.

– Зачем вы приехали, месье Виталь? Приглашение можно было переслать и почтой, – чувствую уже знакомую опустошенность, устало спросила Ева.

– Мне вас очень не хватало. Без вас мой дом опустел, а жизнь потеряла краски.

– И вам понадобилось два месяца, чтобы это осознать, – скептически сказала девушка, – долго же до вас доходило.

– Мне понадобилось два месяца, чтобы сменить гражданство, отречься от титула и уговорить Его Величество отпустить меня в бессрочный отпуск, – обстоятельно перечислил Лиссэт. – А скучать по вам я начал ещё утром в гостинице.

– Всё равно признание получилось весьма сомнительное, – сдерживая идиотскую улыбку, проворчала девушка.

– Мадам Лемар… Ева, я не предлагаю вам выйти за меня замуж, лишь тонко намекаю, что моя бабуля-ведьма уже начала шить для вас свадебное платье, просто имейте это ввиду.

– А предложение вы делаете ещё хуже! – восхитилась девушка, обнаружив себя в объятиях эльфа.

– Да, у меня масса скрытых талантов, – промурлыкал Лиссэт, увлекая девушку в страстный поцелуй.

Конец