Терра.

Ярвирская Империя.

Территория подчиненного государства Тарция.

2055 год по календарю Ярвира.

Город Мёртвых.

Археологический центр.

Дрянь… Дрянь! ДРЯНЬ!

Да уж… замечательное ПРОЩАНИЕ с синдикатом, чтоб меня бесы драли ночи напролёт! С огоньком, сотнями трупов и реками крови!

Сраный Город Мёртвых! Сраные устранители! Сраный глава со своим грёбаным артефактом! Надеюсь, этот ублюдок будет подыхать в муках!

Тяжелое дыхание громким набатом гремело в голове. Кровь шумела в ушах. А я продолжал бежать, что есть мочи. Минуя один этаж за другим. Складывалось впечатление, что лестница бесконечна. Наверху ждёт только смерть, но иного выхода сейчас нет.

Если уходить, то лучше по-своему.

— Тебе не скрыться, Пустой! — раздался веселый голос Эльзы, откуда-то снизу.

Катись к бесам, тварь стервозная! Будь моя воля всех бы прикончил, но… не могу.

Говорил Бетал, что это дерьмом пахнет, а я не слушал. Дурак!

А как всё начиналось? Идеально! На зло всем завистливым ублюдкам. Проник. Усыпил охрану. Нашел профессора. Забрал информацию и артефакт. Оставалось только унести ноги и свалить в закат. Но похоже спокойной старости и пенсии у таких как я не бывает. Пуля в лоб и безымянная могила. Вот тебе последнее дело и вся благодарность.

Жалею ли я? Ни сколько! Я давно обязан был сдохнуть и выживал только чудом. Однако, по-видимому, сегодня чудо закончится. За все грехи последует расплата.

— Человек пятьдесят или шестьдесят, не меньше, — пробормотал я сквозь зубы, быстро прикидывая количество врагов и восхваляя собственное эго. — Сукины дети! Совсем ополоумели! А говорят, что я сумасшедший… Вот же стерва чокнутая!

Даже подсчитать не могу скольких они прикончили, чтобы добраться до меня. Вся охрана, большая часть археологов и вишенкой на торте станет… Пустой.

Вот только на душе сейчас не было ни грусти, ни тоски, от осознания всей ситуации хотелось только смеяться. Громко и заливисто.

— Ха-ха-ха… Попался… Попался как мальчишка… Ха-ха… Кретин… Ха-ха… Принеси артефакт и информацию… Ха-ха-ха… Будешь наслаждаться свободой… Ха-ха… Это твоё последнее задание… Ха-ха…

Во время смеха я не заметил, как переместился на последний этаж исследовательского центра. На крышу лезть бесполезно — смерть. В окна аналогично — смерть. Снаружи их слишком много. Остаётся принять бой в тесном пространстве.

Для меня идеальней места и быть не может, а значит…

Пришлось затормозить, и выбив ногой на всей скорости ближайшую дверь, я вломился в первую попавшуюся комнату. Мысли присутствовали разные. Но умирать… умирать как собаке не хотелось. Просто желал уйти красиво и с достоинством.

— Конец, да? — усмехнулся весело я, оглядываясь по сторонам, попутно с этим примечая узкий холл, который и выводил из комнаты.

Видимо, тут всё и закончится.

— Приплыли. Всем покинуть судно.

От перенапряжения я попросту привалился у стены и стал ждать свору гончих собак, попутно с этим собирая силы воедино и готовясь обратиться к запретным резервам для финальной схватки.

В руках сейчас находилось только три вещи: файл профессора археологии, странный артефакт, который так жаждал глава синдиката и пистолет с тремя транквилизаторами.

— Не густо… — оценил я, откидываясь на стену и с интересом оглядывая реликвию.

Ожидал увидеть нечто занятное и интригующее, но глазам предстал какой-то хлам. «Это» не тянуло даже на музейный экспонат.

— Барахло…

Прямо сейчас я держал в руках оружие. Точнее то, что от него осталось. Всего-навсего обломок эфеса фалькаты с десятисантиметровым осколком проржавевшего клинка.

— Обычная груда металлолома…

Тело вдруг застыло, а затылок засаднил от пульсирующей мигрени.

Название этому состоянию образовалось само. Порой организм протестовал против воли хозяина и под напором накатывающей резкой боли заставлял незамедлительно действовать во время опасности. Очередная странность сознания наряду с неконтролируемыми эмоциями, которая преследовала с рождения. За тринадцать лет в синдикате он спасал мою шкуру множество раз.

Протест пробудился так же внезапно, как и всегда, а такое означало только одно.

Подступающая опасность… Явились-таки…

— Ирззу распутницу мне в жены! Да вы издеваетесь… — раздосадовано обронил я, живо вскакивая на ноги и оборачиваясь в сторону крошечного окна. — Они… конченные. Даже такое сюда притащили… Еще бы миномёт захватили!

Пронзительный треск бьющегося стекла и звук трёх ударяющихся о пол снарядов ни с чем не спутать, но могу поклясться жизнью, что перед этим слух уловил несколько глухих выстрелов из ручного гранатомета. Инстинкты обострились до максимального значения, а все мышцы сжались до возможного предела.

Артефакт последовал за пояс, руки действовали со скоростью ветра и вцепились в край деревянного стола, словно в спасательный круг.

А далее прозвучал взрыв…

Невозможно передать словами, что чувствует человек, когда в нескольких метрах от него детонируют гранаты. Дребезжащий звон в ушах и головокружение являлись меньшими из зол, но следом пришла нестерпимая боль по всему телу. Множественные осколки повредили руки с ногами, засели в районе груди, живота и позвоночника, а от комнаты исследователей остались только воспоминания.

Багровая жижа застлала лицо и глаза, крови подо мной становилось всё больше. Впрочем, как ни странно, даже после такого урона организм всё еще подчинялся владельцу. Тут следовало помянуть своё наследие, о котором всегда твердил Бетал, но легче от этого не стало. Будучи частично контуженным, протест вновь ощутил чужеродное приближение. Раздались залпы и в комнату влетели гранаты, которые начали распылять дым и нервно-паралитический газ, а затем остатки дверей выбили в бесцеремонной манере.

Троица силуэтов. Правая ладонь на отработанных рефлексах выхватила пистолет и трижды нажала на спусковой крючок. Продвинуться дальше, чем на метр вглубь комнаты те не смогли и повалились на пол. Левая же рука потянулась к груде металлолома за поясом.

— ВСЕМ СТОЯТЬ! — раздался знакомый рёв. — НЕ РИСКУЙТЕ ПОНАПРАСНУ! ОН ЖИВ! ДАЙТЕ ГАЗУ ПОДЕЙСТВОВАТЬ! Не изменяешь себе, Пустой? Никого не убил, да? — рассмеялась заливисто устранительница, крича через стену. — Снова транквилизаторы? Всё такой же монстр и лицемер. За тобой вечно приходилось подчищать.

— Коли так, может задницу мне подотрешь? — негромко спросил я, начиная медленно перекатываться к дверному проёму для последней схватки.

Ответа не последовало. Из-за стены раздался тихий женский смех и там, где я находился ранее угодило несколько автоматных очередей.

— Убила! — крякнул сипло я с наигранным смехом, продолжая тащиться по немеченому пути, а в душе стало нарастать доселе невиданное веселье. — Скольких головорезов с собой притащила? Зачем глава устранителей явилась на задание? За моей головой? Больно много чести. Это ты мне так мстишь из-за того, что я отказался с тобой спать? Грудь и фигурка у тебя ничего, но язык змеи и сердце скорпиона не спрячешь за силиконовыми сиськами! Я лучше со свиньей в хлеву возлягу, чем с тобой.

— Напыщенный сученыш! Я здесь не из-за своих бабских утех! Но я не против даже сейчас с тобой переспать, — расхохоталась Эльза, а оживление за стенами номера всё продолжало нарастать. — У меня приказ. Влад Верейский! Знаменитый Пустой! Гордость синдиката! Лицемерная овечка под личиной дикого зверя. Любое дело ему по плечу. Кстати, ты единственный в империи, кто преодолел программу беспризорников? Из таких должны были сделать первоклассных устранителей. Но каким-то образом один сопляк умудрился дойти до конца никого не прикончив. Остальные сироты уже гниют в земле, а ты целехонек. Гордись! Правда, от тебя хотели давно избавиться. Ты слишком принципиальный и несгибаемый. Слава, влияние и деньги следовали за тобой по пятам, но ты от всего отказался. Кроме эмоций у Влада Верейского ничего нет. Ты пуст! Тебе поэтому и дали такое прозвище, но даже его ты терпеть не можешь из-за своего характера. Ты предал синдикат. Пора расплачиваться. Сильный пожирает слабого, — раздался громче донельзя довольный голос Эльзы. — Сейчас ты слаб.

Тем не менее вместо вразумительного ответа я нервно рассмеялся. Рассмеялся из-за наплыва дурманящих чувств, а эмоциональный клин, который я держал под контролем долгие тринадцать лет начал давать трещину, отчего внутри стала расти яростная чужеродная сила.

— Ха-ха-ха-ха! Да! Так и сделаю… — словно безумный хохотал я. — Ха-ха-ха… Как ты там сказала? Ха-ха… Слабый пожирает сильного, да? Ха-ха-ха… Да будет так… Я последую твоим словам, падальщица… Ха-ха…

Глава устранителей что-то ощутила в моём тоне и стремглав перешла на яростный вопль:

— УБИТЬ ПУСТОГО!!!

Из-за действия газа взгляд размылся, раскуроченная грудь стала заметно тяжелее, но резкий рывок вперед совпал с моментом, когда эмоциональный клин дал очередную трещину. Тот самый треск эмоций смешался с воплем Эльзы и грохотом проломленной стены исследовательского центра. Наружу повалил густой дым, невольно скрыв моё тело.

Казни сущее, Ярвир! Не зря я заговаривал зубы этой суке.

— УБИТЬ!!! — раненым зверем вопила женщина, переместившись в дальний конец коридора. — ПРИКОНЧИТЬ ЕГО!

Трусливая стерва!

Три или четыре десятка элитных убийц столпились в длинном холле, что и стало главной ошибкой. На миг те замешкались, а моим спасением являлось нарастающее обилие дыма.

Скорость, сила, ловкость, выносливость и восприятие. Стоит на мгновение ослабить бдительность или потерять контроль над важными эмоциями, как атрибуты начинали возрастать. Не знаю с чем это связано, но такова закономерность организма.

Весь мир окрасился багровым цветом, но в густом дыму я прекрасно ощущал противников. Отдавшись во власть животных инстинктов, тело стремительными темпами принялось расходовать остатки доступных ресурсов.

Тяжелое дыхание и болезненные вопли устранителей, хруст сломанных костей, треск разрываемых сухожилий и не затихающий свист пуль. Вишенкой на торте являлся звон артефакта, который с невероятной скоростью рассекал воздух и выводил из строя попавшихся на пути врагов.

На удивление ржавый хлам отменно держал удар и не подводил. Изуродованный клинок не резал и не колол, из-за своего состояния он разрывал плоть, но чаще ломал и дробил кости. Одно померещилось странным во время кровопролития. Пальцы рук на эфесе отказывались разжиматься, а всю ладонь сковал яростный холод.

Главная же проблема заключалась в ином… До сих пор не получалось убить.

Почему… Почему! ПОЧЕМУ⁈ КТО МЕНЯ ПРОКЛЯЛ⁈

Не мог прикончить даже подобную мерзость. В такой миг я презирал Бетала за учения. Я оказался до тошноты противен сам себе. Самый безмозглый и затравленный трус начнет убивать и рвать глотки врагам защищая жизнь, но я… я не мог. Не выходило. Будто на душе повис невидимый запрет. Вместо горла и глаз, рука отводила артефакт в плечо или ребра. Один устранитель за другим отключались от сокрушительных ударов, переломанных костей и болевого шока.

— ДА ГРОХНИТЕ ВЫ ЕГО!!! ПРИКОНЧИТЕ!!! — переходя на ультразвук надрывалась стерва.

Запах крови, квинтэссенция боли и агония всей падали дурманила разум словно наркотик. Хотелось получить еще больше. Но всему есть предел. Организм замедлился, остановился и обессилено зашатался. К прежним ранениям прибавилось с пяток пулевых отметин в жизненно важные органы, а сил для сражения более не осталось. Изувеченное и залитое кровью тело исчерпало себя.

Чтобы не упасть на заваленный стонущими телами пол, пришлось опереться лезвием артефакта на проломленную стену и медленно сползти вниз.

— Ха-ха-ха! — заливисто расхохоталась стерва, медленно шагая по холлу мне навстречу и любуясь моим жалким состоянием. — Здорово ты всех напугал. Однако, даже ты не бессмертен и ныне валяешься передо мной в дерьме и крови. Ха-ха-ха…

Позор. Какой же позор.

— Ты… ты подойди… поближе, — прохрипел с досадой я, пытаясь разлепить глаза, но из-за крови и жуткого истощения не удалось это сделать, а полумёртвое тело почти не функционировало. — Я покажу тебе… дерьмо и кровь…

Само собой, бахвальство. Сейчас сука выстрелит и можно спать спокойно.

Ни семьи, ни друзей, ни нормальной жизни, а лишь вечная борьба с эмоциями и проклятой кровью, что досталась мне по наследству от сраных родителей, которых я даже не знаю. Чтоб они в канаве сдохли!

От бессилия и тлеющей злобы, я крепче сжал в руке единственное оружие. На миг почудилось, что кусок артефакта стал теплеть, но, похоже, попросту наваждение.

Виноват ли я, что всё так обернулось? Виноват.

Доживая последние вдохи, я не заметил, как перед глазами промелькнула моя величайшая и кровавая ошибка в жизни.

Всё осознанное время в детском доме я только выживал. Драки, подставы, подлянки, эксплуатация. В приюте правил сильнейший. Среди детворы сформировалась иерархия. Такое стало происходить лет с пяти. Избиения и потасовки… до крови и сломанных рёбер. Дашь слабину и сразу сожрут. Руководство на многое закрывало глаза и промышляло черными делишками. Кому нужны беспризорники и сироты, когда есть свои отпрыски? В том и дело, что никому. Не стоит говорить, что управление дома поголовно являлись мразями, а дети не слепые и схватывают на лету повадки взрослых.

Отцовской и материнской любви я не познал. Понятия не имел кто мои родители, меня просто нашли на пороге детского дома. Я с рождения являлся одиночкой-отщепенцем. Белая ворона. Тем не менее, даже в таких условиях я смог найти для себя двух друзей.

Насмешка судьбы или же нет, но одним из них стал обычный дворник по имени Бетал. Он частенько помогал разогнать детвору вокруг, когда они пытались одолеть меня толпой.

Вторым другом, точнее подругой, оказалась жертва таких же избиений. На тот момент мне исполнилось десять лет, а Альяне девять. Так вышло, что я не нарочно влез в их разборки и защитил её. С тех пор она всюду таскалась за мной.

А несколько недель спустя случилось то, что навсегда изменило мою жизнь.

Ту ночь я помню отчетливо. Пасмурный, промозглый, слегка снежный и невероятно кровавый день. День ошибки. Именно тогда я видел подругу в последний раз. Сейчас я понимаю, что она пыталась что-то донести до меня тогда. Что-то очень важное. Это читалось в её изумрудных глазах. Но дети… дети рассуждают иначе. Вот и я по наивности расценил посыл приставучей девчонки по-своему.

Ну а поздней ночью весь детский дом поднялся на уши из-за нарастающего массового девичьего крика. Виной переполоха оказалась смерть.

Ужасная смерть маленькой девочки по имени Альяна.

Каждую ночь перед глазами я вижу залитое кровью, распластавшееся и изломанное детское тельце. До самого конца я не мог поверить в увиденное. Затравленная и загнанная в угол малышка покончила с собой спрыгнув с десятого этажа.

Лишь позже я узнал правду такого поступка.

Вот только не все дети в ту ночь кричали и плакали. Были и те, кто смеялся и насмехался… над смертью безобидной крошки.

Тогда-то десятилетний малец не совладал с эмоциями. Тогда впервые проклятая кровь возобладала над разумом. Нечто чужеродное и неизвестное поглотило душу без остатка, а дарованная с рождения мощь обернулись против хозяина.

Пришел я в себя на заснеженной детской площадке стоя над тремя изуродованными телами, а под перепуганный вой сирот напрочь бледный старик-дворник всеми силами пытался оттащить меня от троицы мёртвых шестнадцатилетних ублюдков, которых я забил до смерти голыми руками в состоянии неистовства. Тех самых ублюдков, которые насмехались над смертью маленькой невинной крохи.

Вместо одной смерти в ту ночь произошло сразу четыре, но оплакивал я только одну.

Законы Ярвирской империи суровы. Суровы для всех. За убийство полагается жестокая кара, а за три, как минимум пожизненная каторга либо смертная казнь. Ребенок не был исключением. Тем не менее, ни кара, ни пожизненная каторга, ни смертная казнь не явили себя. Вместо этого пару часов спустя на пороге приюта замаячил силуэт Власова собственной персоной.

А через десять минут я заключил сделку с дьяволом на долгие тринадцать лет.

На что не пойдешь ради спасения жизни…

— Давай же, Эльза… вперёд, — просипел я затихающим голосом, а по подбородку и груди заструились обильные сгустки крови. — Ты давно хотела… Выслужись перед тем скотом. Но знай одно… Я ненавижу его… Ненавижу тебя… Ненавижу синдикат… Ненавижу то, чем занимался… Я ненавижу всё вокруг… Я ненавижу… даже самого себя…

— Уже неймется сдохнуть? — пуще прежнего расхохоталась убийца, а каждый её шаг отсчитывал секунды до смерти.

— Собаке собачья смерть… — откашливаясь собственной плотью, обнажил я зубы в окровавленной усмешке.

Надеюсь, я смогу увидеть своего папашу и мамашу, если они не подохли. Может на том свете получится отчихвостить их?

— Давай… Мне не терпится… попасть на тот свет… — совсем тихо прошелестел я, погружаясь во тьму. — Встречусь с подругой… Попрошу прощения. Надеюсь, она… выслушает меня… Я перед ней виноват… Очень виноват…

Скоро увидимся, Альяна.

Но ни через секунду, ни через две и даже не через три, выстрела не последовало. Внезапно пришло осознание, что тошнотворный запах крови и дыма сменился едкой вонью горелой плоти, шаги Эльзы остановились, а затем сделав невероятное усилие и разлепив веки, я шокировано застыл.

Однако шокировано застыл не только я, но и убийцы.

— Это что… такое? — неверяще прошептала стерва, медленно ретируясь и наблюдая за непонятным явлением. — ВСЕМ НАЗАД! ЖИВО! ОН РЕШИЛ СЖЕЧЬ СЕБЯ!

Что за…

Неизвестное густое черное пламя полностью поглотило левую руку с реликвией, и перекинувшись на тело, стало распаляться сильнее. Иссиня-тёмный огонь заплясал по стенам и заполонил половину холла. Неукротимая стихия пожирала всё, до чего могла добраться.

Сознание накрыла ни с чем несравнимая огненная пытка. Я чувствовал умопомрачительную боль от пламени, вдыхал запах собственной палёной плоти. На глазах кожа слоями опадала вниз обычным пеплом.

Волна агонии казалась бесконечной. Хотелось вопить, но огонь попал даже в глотку, а перед падением во тьму, изо рта вырвался затихающий полубезумный хохочущий хрип:

— Ха-ха… Жаль…Ха-ха… Жаль… что… не на своих… Ха-ха… условиях…

Не знаю сколько я пробыл в темноте, но отчетливо ощущал невыносимую боль, которая сопровождала на всём протяжении пребывания во мраке.

Агония. Чернильная тьма. И пугающая пустота.

Однако стоило бесконечной пытке прерваться и отступить, как практически сразу в уши ворвался ожесточенный лязг оружия, нос уловил знакомый запах свежей крови, а чей-то бесцеремонный кровожадный рёв ознаменовал о начале череды новых проблем:

— УНИЧТОЖИТЬ! УНИЧТОЖИТЬ ВСЕХ…

Не пошевельнуться…

Не оглянуться…

Не вдохнуть живительного воздуха…

Получалось только беззвучно кричать…

Испепеляющую боль я ощущал каждой клеточкой организма после провала в бездонную пустоту. Неизвестная сила сгустившегося сумрака сковала ужасающими путами тело, либо то, что от него осталось, а мерзкая и отвратная вонь собственной тлеющей плоти стала извечным спутником наравне с неутихающими мучениями. Складывалось впечатление, что в бесконечном мраке я провёл не один десяток лет, если не столетий, но организм отчетливо твердил, что миновало всего несколько томительных мгновений.

К добру это было или к худу, но из непроглядной чернильной тьмы вдруг раздался отчего-то раздраженный и отрывисто-могильный шепот:

— Старьё… Ржавый металлом… Барахло… Рухлядь… Хлам…Так меня еще… никогда… не… называли…

Из-за воздействия неизвестного голоса и постоянной агонии мысли стали путаться сильнее. Тело и язык по-прежнему отказывались подчиняться, а истощенное пыткой сознание стремительными темпами глубже погружалось в небытие.

Мириада… сраных… бед! Что… за…

— Выносливый обладатель попался… Абсурд какой-то… Придётся постараться…

Прежде чем я полностью потерял себя и отключился, недовольный шепот изменился на заинтересованный и слегка растерянный:

— Хм… Странно. Откуда на нём столько… ограничений? Впервые такое вижу…Что за ходячая печать попалась?..

За двадцать три с лишним года случались разные пробуждения. От вполне обыденных до дерьмовых. Чаще всего из-за моей крови бывали только дерьмовые. Да и чего ожидать от закоренелого преступника, который полжизни отдал службе синдикату?

В том-то и дело, что ничего… В смысле ничего хорошего. Конец у людей подобных мне вполне закономерен — жуткая и безвременная кончина.

Но честно признаться такого пробуждения как сейчас на мою судьбу не выпадало. Всё в корне отличалось от уже известного. Внутри сформировалось четкое понимание, что миновало всего несколько мгновений после схватки в отеле и… моей смерти?

Тем не менее мозг продолжал вяло мыслить, но всё сводилось… к пугающей пустоте.

Правда, пробуждение перечеркнуло столь пугающую пустоту.

— УНИЧТОЖИТЬ! УНИЧТОЖИТЬ ВСЕХ…

Именно воинственные крики заставили живо разлепить свинцовые веки.

Первое, что удалось лицезреть — это собственные окровавленные руки и ноги. Все конечности страшно дрожали и упирались в жуткий кровавый ручей перед лицом.

Вот же х-о-о-о-лера! Мать вашу, это еще что?

Я видывал многое. Видел смерть. Видел, как уничтожали людей скопом. Видел начало массовых вооруженных конфликтов, ведь порой приходилось лично подготавливать почву под их старт. Видел геноцид враждебных Ярвиру народов. Но то, что открылось взору выходило за любую цивилизованную грань…

Бойня! В округе царствовал могильник. Десятки обезображенных трупов заполонили собой небольшое гористое ущелье. Исковерканные, изуродованные, разорванные, переломанные и рассеченные тела, а также куски человеческой плоти и конечности были разбросаны повсюду, куда не кинь взор.

— Чт… об… я сд… ох… Како… го хе…

Вместо отборной ругани из глотки вырвались нечленораздельные хрипы.

Ирззу распутницу мне в жены! Что за безумная вакханалия?

Яростные вопли, рёв воинственных глоток и звуки битвы с нарастающей силой ударили по барабанным перепонкам, словно бой гремел у самого уха.

Голова невольно дёрнулась в сторону звуков и мутным взором я стал наблюдать за происходящим. Объяснение окружающей резни и могильника вокруг пришло практически сразу.

Воины в отменном диковинном снаряжении ярко-синего оттенка в слаженной манере добивали горстку людей в черно-серых одеяниях. Эта горстка всем видом напоминала обычных бродяг. Качество экипировки и количество сил двух противоборствующих сторон не поддавалось сравнению. Львиная доля погибших принадлежала тем самым бродягам, среди которых я и пришёл в себя.

Чем больше я наблюдал за происходящим зрелищем, тем сильнее сознание одолевали противоречивые мысли.

Доспехи. Одежда. Оружие. Местность. Мертвые. Всё это вызывало едкий диссонанс и не клеилось с тем, что я знал и видел ранее.

Мириада сраных бед! Это ни хрена не Империя и точно не Тарция. Что со мной вообще случилось? Где я нахожусь, мать их? Где эта стерва со своими устранителями? Какого причиндала я еще жив? Зар-р-р-р-аза! Твою собачью жизнь, Влад! Поднимай задницу! Крови, что ли, никогда не видел? Понятия не имею, как я тут очутился, но пора валить.

— УНИЧТО… ЖИТЬ… АХХЕС… КИХ… ВЫРО… ДКОВ…

— ОТ… СТУПАЕМ… НУЖ… НО… ПРО… РВАТЬСЯ…

Из-за бешеных воплей сознание скрутил невероятный спазм агонии, а рассудок помутился. Мозги в прямом смысле закипали. Естество отчетливо твердило, что я впервые слышу данный язык, но подсознание рваными обрывками переводило часть сказанного против воли.

Не поторопишься… умрешь!

— Да что за… Аргх! — гортанный тошнотворный хрип из горла вырвался самопроизвольно. — Что за… хрень… со мной… творится?

Клин дал слабину и спасение пришло откуда не ждали. Нутро мгновенно оказалось под властью родной и неконтролируемой злобы и раздражения, как глаза налились кровью из-за обрушившегося наваждения, а тело повинуясь звериным инстинктам выпрямилось.

Итог раскинувшегося перед глазами кровопролития подходил к закономерной развязке. От черно-серых бродяг осталась дюжина, их почти оттеснили к глухому краю ущелья. На стороне цветастых преобладало как минимум сорок душ.

Вступать в схватку в моей ситуации являлось несусветной глупостью. Сейчас необходимо, как можно скорее покинуть это место, привести мысли в порядок и разобраться в случившемся.

Наметился кратчайший путь для отступления. Один выход из ущелья являлся свободным.

Однако стоило сделать один единственный шажок в сторону, как уготованные планы накрылись бадьей с дерьмом. У судьбы вновь сформировалось собственное мнение на мой счёт.

— ТАМ! ПОЗАДИ! ЕЩЕ ОДИН! — раздался сочащийся небывалой ненавистью рёв из гущи цветастых. — Из первых рядов отребья кто-то выжил! Добейте остальных. Уцелевшим займусь сам… Видимо крепкий ублюдок попался…

Яростные выкрики уже не так усердно резали сознание. Впрочем, из-за прозвучавших слов и без того расшатанный эмоциональный клин, который весьма хлипко сдерживал мою неуравновешенную натуру в узде в очередной раз начал давать слабину.

Чего? Мне послышалось? Это я-то отребье? Я ублюдок? Кому там жить надоело?

Ни один из «цветастых» вояк не вздумал шелохнуться и судя по царствующей дисциплине подобное могло значить только одно. Горлодёр как минимум их командир. Сила здравомыслия перевесила вспыльчивую натуру и заставила сделать шаг прочь, но дальнейшие события слились в единую гамму, где приходилось мириться с неуклонно растущим непониманием происходящего.

Протест сработал мгновенно. Даже в столь ветхом состоянии тело обратилось к оборонительным рефлексам, а зазвучавший слева знакомый слуху свист ни с чем невозможно спутать.

Первый шаг.

Второй.

Третий.

Четвертый.

Пятый…

Каждый проделанный шаг, сопровождался хаотичным уклонением от несущихся в мою сторону ножей. Причем трупы и кровавый песок изрядно мешали в передвижении. Невзирая на все тяготы боя, цепкий взгляд был направлен только на рванувшего ко мне воина, который на всём ходу неустанно продолжал посылать в мою сторону злополучный металл.

Чем дольше я наблюдал за движениями незнакомца, тем серьёзней становилась физиономия. Навстречу мчался высокоуровневый боец. Скорость, выносливость, сила, ловкость. У «цветастого» всего имелось в достатке. Странные кожано-латные доспехи, что полностью покрывали тело и закрытый шлем совсем не стесняли манёвров. Сотню метров он преодолел за пяток секунд находясь в полном боевом облачении и во всеоружии. К тому же неизвестный всячески продолжал разбрасываться кинжалами. И делал это достаточно метко и выверено.

Краткий анализ выдался неутешительным. О бегстве можно забыть. Уйти спокойно он не даст. Помимо же данного хмыря есть еще неполный отряд за его спиной.

Мириада сраных бед! Что за дерьмовый день?

— Надо же! — рассмеялся возбужденно он, с явным удивлением наблюдая за тем, как смертоносная сталь промелькнула в сантиметрах от моего лица и груди. — Верткий аххеский ублюдок! Теперь понятно, как ты выжил… Наконец-то попался хоть кто-то достойный в этой дыре…

За кого меня принимает этот мудозвон?

Замешательства стало больше, когда себе на потеху тот откинул в сторону щит и сбросил на ходу шлем, из-под которого показалось совсем юное мальчишеское лицо с густой копной черных волос. Сопляку на вид было не больше шестнадцати или семнадцати лет.

Казни сущее, Ярвир! Только не говорите, что придётся сражаться с ребенком?

— Проклятье! И за что…

Все слова и домыслы отошли на второй план. Мелкий прыщ преобразился в скоростную комету. Во время рывка тот успел обнажить своё главное оружие, которое напоминало хопеш или же шотел, оказавшись в метре от своей цели восходящим ударом снизу-вверх попытался рассечь меня от бедра до самого плеча.

Затылок засаднил знакомой болью, а активация протеста заставила действовать. Мимолётной искры хватило, чтобы понять, что сопляк всеми силами старался прикончить своего оппонента.

Удар являлся выверенным, точным и… отработанным. Он наносит его не впервой. Одному Ярвиру известно сколько жизней отнял мальчишка таким незатейливым способом.

Раз так, то и сам сдерживаться не стану…

Тело тотчас обратилось к оборонительным рефлексам и с молниеносной скоростью ускользнуло от размашистой атаки юнца. Хопеш промелькнул в смертельной близости от плеча, отчего нахмурившаяся физиономия сопляка выразила непонимание.

Успешным уклонением удалось разорвать дистанцию, потому как обратное движение противника несло ничуть не меньше вреда. На несколько томительных секунд мелюзга обратился смертоносной воронкой. Чем дольше длился бой, тем быстрее распалялся цветастый.

Ускользать от размашистых выпадов клинка получалось в последний миг. Иначе попросту не выходило. Мальчишка не давал ни единого шанса поступить по-другому. Не знаю куда я попал, но невзирая на его юный возраст передо мной находился отменный воин. Возможно, гений.

— Дай… Мне… Уйти… И… Я… Никому… Не… Причиню… Вреда…

Не знаю почему, но под действием эмоций слова вырвались самопроизвольно изо рта. Причем сделали они это отрывисто под рассекающий звон клинка, который сопровождались моими вёрткими уклонениями.

Мгновение спустя я осознал, что говорю на непонятном языке, отчего горло болезненно и неприятно запершило. Заслышав мою реплику, мальчишка замедлился, а его распалившаяся во время боя гримаса выказала озадаченность. Из-за его промедления во второй раз удалось полностью разорвать дистанцию.

— Архаика?.. — задумчиво вопросил тот, и впервые с начала схватки внимательно оглядел меня с ног до головы. — Откуда такой плебей, знает язык голубокровных? Он известен немногим. Из какого ты дома? Почему до сих пор жив?

Архаика? Это еще что за хрень?

Адреналин струился по венам запредельными порциями, сердце стучало словно после марш-броска, а шум крови в ушах сбивал со здравых мыслей.

— Дай… Мне… Уйти… — повторил четко я, сдерживая эмоции из последних сил и медленно поднимая на него раскрасневшиеся глаза. — Если… хочешь… жить…

— Оглянись по сторонам! — заливисто рассмеялся юнец. — Ты угрожаешь в такой ситуации, так еще и не желаешь отвечать. Использовать архаику имеет право только высшая знать, — презрительно прошипел он, словно получил от меня пощечину, попутно с этим медленно вынимая ножи из перевязи на плече. — Вижу, законы для тебя не писаны, аххес. Но раз ты находишься среди такого сброда, то значит дом тебя списал. Странно, что не убили и позволили жить. Но тебе же хуже. Голубокровных я еще не убивал, — осклабился злорадно он. — Отец обрадуется, если я принесу ему голову благородного. И плевать, что ты ниспадший. Теперь… просто сдохни!

Первыми в ход пошли метательные ножи, а следом рванул в сторону и их хозяин. Нас разделяло около пяти метров. Пройдет не больше секунды и парень вновь обратится вихрем, но…

Да, в случае со мной, всегда есть то самое «но». Слова сопляка стали последней каплей.

— У тебя имелся шанс, недоносок, — холодно прошелестел я, отдаваясь во власть негативных чувств и ослабляя влияние над ними. — Отныне ты его утратил…

— Пустое бахвальство! — задорно рассмеялся мальчишка, поддавшись боевому куражу. — Отдай мне свою голову…

Зачастую эмоции являлись моей величайшей слабостью и проклятием, но порой оборачивались благословением. Чем сильнее я ослаблял эмоциональный клин, тем быстрее росли физические возможности. А из-за навалившегося напряжения и непонимания происходящего тот самый клин еле сдерживал пылающее в душе буйное пламя десятка различных чувств, что я испытывал в данный миг.

Впадая в состояния неистовства, я зачастую плохо себя контролировал. Любые чувства обнажают во мне инстинкты. Однажды я поддался злобе и горечи. За тот поступок расплачивался тринадцать сраных лет перед синдикатом. Эмоциональный клин я тренировал, чтобы держать себя в узде. Сдерживать собственные силы. Сдерживать проклятую кровь. Стыдно признаться, но чаще всего я сражался в треть или в пол силы.

Прости, Бетал, но сейчас сдерживаться не стану.

— Умри, плебей! — рявкнул яростно юнец, начиная наращивать скорость.

Парнишка отстал всего на пару метров от своих кинжалов. Смертельная сталь замаячила перед лицо, но все его потуги более не имели никакого смысла.

В голосе вдруг зазвучали нотки взбешенного зверя, на лице образовалась гримаса одержимости и тело мгновенно подчинилось негативным эмоциям.

— Ты сам напросился, щенок! — еле слышно прошипел я, безумно осклабившись, попутно уклоняясь от первого ножа и рукой на лету перехватывая второй. — Теперь пусть всё идёт своим чередом.

Возможно, в один из моментов юнец что-то осознал, но стало поздно. Свой движущий импульс он погасить не мог и наблюдал за мной с широко раскрытыми глазами. Тело под контролем неистовства моментально сблизилось с худощавым противником, параллельно ускользнув от рубящего удара хопеша и оказавшись правее от сопляка приступило к действию.

— Ты зря снял свой шлем, недоносок, — выдохнул полубезумно я.

Пять атак. Щенка хватило именно на столько.

Голова.

Рука.

Нога.

Туловище.

Горло.

Из защитной стойки нога нанесла сокрушительный удар по виску, отчего парень невольно застонал и начал заваливаться вперед. Далее раздался громкий треск и под напором всё той же ноги, рука оппонента в районе кисти практически сразу сломалась, обнажив сломанную локтевую кость, и выронив своё оружие, тот впервые утробно завыл от безумной боли. Не спасли цветастого даже доспехи и наручи. Следом пострадало колено, когда подобно локтю и под хриплый вопль сопляка, оно оказалось в аналогичном сломанном положении, а алая субстанция хлынула наружу обильным потоком.

Каждое движение сопровождалось хрустом костей и неутихающими, почти захлёбывающимися воплями паренька, но раздражение и гнев сейчас невозможно было разжалобить.

Ни милосердия, ни жалости, ни пощады. В таком состоянии я мог сеять только страдания и муки.

Следом нож проник в сочленение брони и добрался до податливой человеческой плоти. Удалось даже услышать, как нож нещадно царапает его рёбра и потроха, а когда он уже находился на коленях, окровавленная сталь коснулась хрипящего горла.

— Просил ведь отпустить меня, — прорычал разъяренно ему в лицо, ударом колена по затылку плотно прижимая его тушу к земле. — Но ты не слушал… Теперь заплатишь своей дрянной душонкой… Но для начала отрежу тебе язык…

Я представил, как один взмах и мелюзга заливает себя и меня обжигающей кровью. Пальцы подались довершить начатое и сжались сильнее, медленно придавливая кромку лезвия к глотке.

Неужели получится… убить?

— НЕТ! ХИАЛ!!! — раздался рассерженный и слаженный рёв откуда-то сбоку. — НЕ СМЕЙ ЕГО УБИВАТЬ, ПОДЛАЯ ТВАРЬ!!!

Сознание из-за враждебного крика невольно прояснилось. Именно это и помогло мгновенно загнать эмоциональный клин обратно, а самообладание частично возвратилось к хозяину.

В это время схватка двух противоборствующих сторон оказалась прервана болезненным рёвом юнца, а бой с сопляком привлёк внимание обеих сторон. Сразу три десятка воинов отделились от общей толпы цветастых и со всевозможной скоростью устремились на спасение своему командиру.

— ВСЕМ СТОЯТЬ!!! — рявкнул свирепо я, отчего голос гулким эхом разнесся по ущелью, параллельно с этим хватая сопляка за волосы и приподнимая худощавое окровавленное туловище на всеобщее обозрение. — ИЛИ ЗАБЕРЕТЕ С СОБОЙ ТОЛЬКО БАШКУ СВОЕГО СПИНОГРЫЗА!!!

Кинжал сильнее прижался к его глотке, а на коже тотчас появилась еще одна глубокая отметина. Кто бы знал сколько сил приходилось прикладывать в таком состоянии, чтобы случайно не вспороть щенку горло! Хотя сомневаюсь, что выйдет.

Демонстрация сработала эффективно. Ожесточенное сражение у глухого края ущелья быстро прекратилось. От бродяг, к которым, скорее всего, меня причислили, осталось всего пять душ, а весь примчавшийся на спасение отряд остановился как вкопанный.

Как и думал. Сопляк важная шишка.

Из гущи отряда навстречу моментально выступила стройная фигура в стёганом доспехе. Скинув шлем, взора предстал не воин, а светловолосая соблазнительная воительница.

— Что ты хочешь, аххес? — коротко спросила она.

— Ласанта… не слушай плебея, — сипло прохрипел сопляк, даже в полумёртвом положении, в глазах у юнца зажглась решимость. — Укротители и одарённые здесь будут с минуты на минуту! Не вздумайте их отпускать. Я сам винов…

Он сказал укротители и одарённые? Это еще что за дрянь? Проклятье! Во что я вляпался?

— Захлопни пасть! – колено практически со всего маху влетело ему в голову, раздробив щенку нос и изувечив до неузнаваемости лицо. — Лучше не зли меня, сраный гаденыш…

Не знаю почему, но после такой презентации большая часть воинов моментально отступила прочь, а девица заметно побледнела. Но из-за того, что она стояла ближе остальных ко мне, слух уловил ранее произнесенное пацаном слово:

— Архаика…

Тут следовало приступить к выполнению основной части плана. После выплеска эмоций состояние стало вполне стабильным, но ситуация в очередной раз накрылось бадьей с дерьмом.

Среди недобитков бродяг началось нездоровое оживление. Да и то после того, как один из них ринулся с двуручным клинком наголо, попутно оттесняя от себя и своих товарищей с пяток цветастых.

— АРКАС! ДАВАЙ! — заревел яростно громила, обращаясь к одному из своих. — Используй дым, а то все здесь поляжем! Дальше не пройдем! Плевать, что скажет та мразь!

— ОДАРЁННЫЙ! — завопила воительница своим людям. — УБИТЬ ОДАРЁННОГО!!! НЕ ДАЙТЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЗАВЕСУ!

Правда, мерзавка оказалась хитрее всех. Вместо того, чтобы атаковать оборванцев и непонятного одарённого она двинула в мою сторону. В момент рывка хрупкое тельце девицы покрылось странной серой дымкой, и она оказалась в метре над моей головой.

Чтобы не лишиться рук пришлось грубым пинком отшвырнуть сопляка прочь. Но это не помогло. Протест тотчас обозначил приближение смертельной опасности, но впервые в жизни скорость какой-то безумной суки оказалась выше моей. Удалось только извернуться подобно ужу в районе корпуса.

— Умри, плебей! — раздался змеиный шепот у самого уха. — Орден Наказующих не прощает обид!

Твою собачью жизнь!

В мгновение ока воительница в прямом смысле переместилась метров за тридцать прочь, укрыв своим телом горе командира, и за секунду до этого в районе груди я ощутил болезненный укол.

Опустив взор, увидел, как из ключицы торчит тонкое лезвие, покрытое серой дымкой, и из-под лезвия обильными толчками наружу стала обильно выступать кровь.

Правда, наихудшее заключалось в ином. Тело двигалось на порядок медленнее.

Зар-р-р-раза паршивая! Урою шаболду!

Впервые я по собственному желанию стремглав ослабил эмоциональный клин. Мир моментально окрасился черно-багровыми цветами и скопив злобу в руке я со всего маха метнул в её сторону нож, от которого она с самодовольной миной увернулась, но в следующее мгновение левая рука нечто нащупала в ладони. Нечто могильно-холодное.

На секунду померещилось, что на лице у девицы забрезжил страх, а краем глаза увидел, как моя почерневшая левая рука выбросила в их направлении тот самый артефакт.

Лицезреть итог броска не получилось. За время борьбы с шаболдой вокруг разбушевался хаос. Земля и всё пространство яростно вибрировали, а посреди ущелья начала образовываться матово-грязный ураган, который разделил поле боя на две части.

— Ганграт! Помоги ему… Стилет не вынимай… Отравлен… Эти орденоносные собаки постоянно таким промышляют…

Отравлен? Изувечу стерву в следующий раз… Если выживу! Жизнью клянусь!

Не знаю когда, но пятерка выживших голодранцев каким-то чудом появилась рядом, а затем кто-то в грубой манере дёрнул меня за руку и бесцеремонно потащил прочь от растущей во все стороны бури.

— Аркас, он… кто вообще? На нём… метки нет…

Правда, из всех мыслей тотчас выбило дух, а мир вновь начал поглощаться неестественной тьмой.

Мириада сраных бед! Издеваетесь, что ли? Опять в отключку? Позор…

Альбарра.

Аронтир. Внутренние Земли.

Храм Соприкосновения.

4051 год от начала Великой Миграции.

Четыре года назад…

В Храме Соприкосновения возможно всё. За тысячелетним престолом, который вмещал в себя сотни разнообразных и самых разнокалиберных владык собирались как непримиримые кровные враги, так и надежные союзники, ведь безопаснее места чем это не сыскать на всём свете.

Завет первый и незыблемый: «Древнее капище священно и уважаемо для любого живого и неживого существа».

Многовековые распри и приграничные стычки, заключение союзов о дружбе и единение альянсов, разгорающиеся конфликты и интервенция, а также войны и повсеместные вооруженные конфликты… Неважно что.

Могущественные главы великих домов, неукротимые предводители верховных кланов, влиятельные патриархи древних поместий или достопочтенные повелители старейших орденов и даже сами высшие существа… Неважно кто.

Неважно для чего… Неважно каким образом… Неважно почему…

Судьбы миллионов, если не миллиардов разумных существ зачастую решались именно в Храме, а вершились теми, кто был готов по праву сильного это делать.

Именно сегодня в одном из главных помещений, зале Раздора, собрались как несколько извечных противников, так и с десяток союзников. Вопрос же в эту самую секунду, впрочем, как и всегда, касался только одного.

Кровопролития…

— Предатели зашли слишком далеко, — ядовито процедил мужской бас в едком мраке. — К тому же без вмешательства иерихонцев ничего бы подобного не случилось.

— Где доказательства, Данакт? — беззаботно поинтересовалась повелительница ордена. — Ты хочешь нас оскорбить? Город-крепость по своей воле решил примкнуть к нам. Возможно, кто-то недоволен вашими… покровителями? Может быть, наших они посчитали более щедр…

— ПРИКУСИ ЯЗЫК, СТАРАЯ СТЕРВА!

Рёв подскочившей на ноги массивной фигуры походил на львиный рык, а в зыбкой полутьме зала отчетливо стали виднеться его вспыхнувшие ярко-оранжевые зрачки.

— Видят небеса, если ты не заткнешь свою пасть, то я прикончу тебя, как только ты минуешь порог Храма! Думаешь после случившегося нужны хоть какие-то доказательства или оскорбления? Ты забыла, кто я такой? Мерзких предателей ждёт только смерть!

— Мне это расценить как объявление войны? — с лёгкой усмешкой, словно кошка, проурчала женщина, а затем раздался тихий монотонный стук острых коготков о подлокотник каменного трона. — Если ты так решительно настроен, то мой орден не оставит Аделлум на произвол судьбы.

— Ты верно расценила посыл, — презрительно сплюнул Данакт. — Великий дом Ксант сравняет с землей город-крепость и уничтожит предателей. Быть резне! И не смей произносить при мне это слово! Для нас то мерзкое место навсегда останется… Троей.

— Вижу, аххесы всё те же. Не считая эпохи Соприкосновения больше двух тысяч лет миновало, — со скрытой насмешкой прошелестела женщина, но все присутствующие власть имущие после упомянутых слов слушали её затаив дыхание. — Но ты, как и твои предки до сих пор крепко держитесь за прошлое. Троя, Илион… Какая, в сущности, разница? Сейчас то место носит имя Аделлум. Их сила непоколебима и известна всем. Впрочем, ты прав, а я немного отошла от сути дела, — невозмутимо согласилась Аэрия, но в урчащих нотках угадывалась свирепость. — Если ты и вправду желаешь войны, то будет тебе война. Несущие Бурю сотрут в порошок всех покусившихся на Аделлум! Даже их прежних хозяев.

— Когда мои вассалы будут резать глотку предателям, вспомни снова свои слова! — гаркнул колко он. — Что скажут остальные? — как можно громче поинтересовался Данакт, а его яростный глас гулким эхом разнесся по залу Раздора. — Говорите!

На мгновение воцарилось молчание, но лишь на мгновение.

— Северные кланы не поддержат никого из вас, — чуть хриплым тоном и с неким довольством провозгласили из сумрака. — Так что рвите глотки друг другу. Нам от ваших распрей лишь лучше. Будет время заняться пришлыми гостями. Мы уже несколько лет пытаемся сдерживать нестабильное пространство.

— Суверены и правящие поместья воздержаться, но оставят за собой право вмешаться, — раздался следом тихий и располагающий к себе баритон. — Мы согласны с северными кланами — пришлые непредсказуемы. Они ведут себя миролюбиво, но уже на протяжении нескольких лет мы держим их эмиссаров у нашего порога. Это глупо!

— Плевать на пришлых! Не нам решать, как с ними поступать! Сами знаете, что последнее слово за небесами и оберегами! К тому же сейчас мы обсуждаем не это! Так или иначе скажу, что тот, кто посмеет влезть не в своё дело с Троей, Ксант сочтет своим врагом, — не остался в долгу аххес.

Всем было прекрасно понятно, что данный посыл предназначался для большинства собравшихся. Однако сквозь сгустившийся сумрак стало заметно, как присутствующие один за другим обратили взоры на четыре едва различимые эфемерные тени, потому как последнее слово в такие моменты всегда оказывалось за ними. За теми, кто вправе говорить от высших существ. За теми, кто напрямую связан с горсткой могущественных правителей собственных пантеонов.

— Что скажут уважаемые посланники? — с неким трепетом заискивающе поинтересовалась Аэрия.

Словно дожидаясь всеобщего внимания двое из них медленно разлепили веки, из-под которых хлынул мерцающий мистический свет, а пронзительное и оглушающее эхо раскатистым громом распространилось повсюду.

— АХХЕС И ИЕРИХОН КРОВНЫЕ ВРАГИ!!! ВОЙНА… НЕИЗБЕЖНА!!!

Тьма. Тишина. Тьма. Тишина. И вновь чернильная тьма с комфортной могильной тишиной…

Мысли текли весьма вяло, но вполне здраво. По крайней мере, так казалось. Я не знал сколько провалялся в густом мраке. До сих пор не понимал сколько времени миновало со случая в отеле. Даже до конца не мог осознать жив я или всё-таки умер, потому как всё смешалось в единый бешеный калейдоскоп событий.

Ярвирская империя, Тарция, город Мёртвых, Марьин, реликвия Власова, нападение устранителей и синдиката, а следом вроде бы как… смерть? Один погорелец должен был сдохнуть, но пробуждение в горниле сражения всё изменило. Произошла кровопролитная битва с мелким сопляком, вмешалась безумная стерва, хаос, мистическая неразбериха и снова тьма.

Казни сущее, Ярвир! Неужели кое-кто и вправду тронулся умом?

Благо я с детства являлся относительно неуравновешенным и подобный итог вполне закономерен. Оставалось только свыкнуться с этим простым фактом и закончить любые домыслы, если бы не то самое «но».

Всё случившееся казалось чересчур реальным и не походило на бредни умалишенного. К тому же присутствовали два странных аргумента, которые могли свести произошедшее в отеле и ущелье в единую разумную нить.

Я даже попытался озвучить вслух свои напрочь бредовые мысли, чтобы убедиться в том, что я не совсем психопат, но вместо собственного голоса слух уловил чей-то далёкий и приглушенный бас:

— Как он там, Арк?

— Сказать, что странно, это ничего не сказать, — задумчиво пробормотали в ответ после недолгой паузы.

— Поясни…

— Рана. Она затягивается. Мягко скажем — это ненормально.

Рана? Да плевать на ту заточку. Бывало и хуже. От такого не умру… Стоп! Чего? Три дня? Холера! Какие к потаскухе Ирззе три дня⁈ Если ты не сдох, Влад, то очнись уже, чтоб тебя бесы драли ночи напролёт!

Тем не менее любое барахтанье во мраке и потуги пробудиться сошли тотчас на нет. Оставалось лишь просто слушать и ждать.

— Ничего в этом ненормального нет, — тихо возразил бас из густой тьмы. — Он играючи одолел зарвавшегося иерихонца, а щенок как минимум находился в ранге незакалённого губителя. Ты сам видел, как вальяжно выродок резал наших на куски. Никогда не забуду его изувеченную пасть и визги, — с едким довольством гоготнул тот. — Да и парень не только отделал того выкидыша, так еще продержался против орденской суки с её злополучной сталью.

Ранг губителя? Орденская сука? Он имеет в виду ту стерву? Злополучная сталь?

— В том и дело, Ганграт, — озабочено прошипел второй. — «Орденской». Она из Наказующих. Ты сам в курсе, что после ранения таким харалугом «обычные люди» долго погибают в муках, но юноша…

— Чей бы бык мочился ровно! — недовольно фыркнул мужчина, не дав собеседнику договорить до конца. — На кое-кого он тоже плохо действует. Напомнить к какому роду-племени тебя относят? Ты лучше размышляй не о том, как парень выжил, а какого чумного сильфа мы наткнулись на элитный отряд ордена Наказующих и угодили в их ловушку?

Харалуг? Чумной сильф? Орден Наказующих? Ловушка? Вашу ж мать! Говорите нормально…

— Если Наказующие вступили в войну, значит великий дом Ксант теряет свои позиции, — мрачно согласился Арк.

— Четырнадцать! — повысил тон Ганграт. — Нас было четырнадцать, когда мы дали слово, что выберемся отсюда и отрежем голову тому выродку. Сейчас нас осталось лишь пятеро. Девять наших друзей и братьев мертвы. Они умерли как какие-то крысы, а мы по-прежнему гнием в этой дыре. Да, Арк, я потерял надежду на спасение и готов был сложить голову в коллизии. Однако, когда увидел это сражение. Когда парень с легкостью одолел лейтенанта и орденскую выдру, то признаюсь, не кривя душой, внутри что-то вновь заискрилось. Не знаю почему столь тщетная надежда еще теплится во мне. Возможно, это и зря, но видят небеса я верю, что мы сможем протянуть до конца, если…

Так-так-так. Это интересно…

Находясь во тьме, я внимательно вслушивался в каждое слово. Впрочем, в одно из мгновений бас вдруг прервался, слева от себя я ощутил странное шевеление, а мрак, в котором я пробыл неизвестно сколько времени начал медленно расступаться.

Наконец-то!

— Он приходит в себя… Нужен свет!

Слова незнакомца тут же подтвердились делом. Первое за что зацепился размытый взор, это заметно прогнивший деревянный настил перед глазами, а затем слева вспыхнул тусклый блик пламени. Пару секунд я пребывал в некоем трансе, обдумывая всё произошедшее и услышанное, одновременно размышляя, как действовать дальше, но если меня не прикончили за три дня, то это говорило о многом. Спешить теперь нет никакого смысла.

На полную инвентаризацию организма ушла крупица времени. На удивление я ощущал себя вполне сносно. Как ни странно, присутствовала лишь ноющая боль в ключице и левой руке, однако в остальном всё являлось невредимым.

Всё-таки живой.

Тело медленно приняло сидячее положение под хруст десятка сухожилий. Одежда по-прежнему походила на разодранные окровавленные лохмотья, но кто-то заботливо укутал меня в грязный кусок пледа, а левая часть грудины, плеча и руки оказалась перебинтована относительно чистой тканью.

Почти мгновенно в нос ударил букет различных запахов, от гнусных до вполне нейтральных. Причем самым явным из них оказался смрад собственного пота. Глаза зацепились за необычайно убогую грязную обветшалую и суровую обстановку, потом за парочку деревянных и грубо сколоченных кроватей рядом, а затем за некую засаленную ткань, которая играла роль ширмы.

Находились мы в каком-то тёмном затхлом углу, причем стоило опустить ноги вниз, как пальцы и стопы ощутили холодную поверхность камня под собой. Скудность обстановки и всего увиденного наводила лишь на одну мысль. И если принять в учет услышанное и произошедшее, то итог ясен.

Какой-то полуразрушенный барак. Хотя больше напоминает выгребную яму.

Ладно, бывало и хуже.

За всеми моими действиями неизвестные наблюдали молча и к концу своего созерцания, я невольно встретился с ними взглядом. На вид каждому можно дать как минимум за тридцать, но вот комплекция их в корне разнилась. Причем оба были облачены в уже знакомые мне черно-серые потрёпанные хламиды или затёртые походные плащи, но лишь при тщательном осмотре я осознал, что это обычная шелуха, а за оборванными лохмотьями скрываются странного вида доспехи.

Они воины.

Первый напоминал самого настоящего великана. Короткие каштановые волосы, грубоватая гладко выбритая физиономия с умными карими глазами и шрамом на лбу, под два метра ростом, бугрящиеся мышцы и широкие плечи. Но присутствовала одна важная деталь, которая сбивала с мысли. Рога. Самые настоящие бычьи рога, что торчали из височных долей головы.

Чтоб мне провалиться!

Вот только после всего случившегося хаоса и путаницы в душе абсолютно ничего не дрогнуло. Зародилась лишь толика интереса, а сознание медленно свыкалось с происходящим.

Второй незнакомец сидел чуть ближе и казался подростком на фоне своего друга. Невысокого роста, густые русые волосы собраны в аккуратный конский хвост на затылке, заметно выделялось истощенное овальное лицо, но ярко-серые глаза внимательно наблюдали за каждым моим движением. Хватило краткого анализа, чтобы понять, что именно он здесь главный.

Холера! Я в дерьме.

— Как ты, юноша? — тихо вопросил русоволосый, сверля меня пристальным взором.

— В норме…

Правда, из-за пересохшего горла изо рта вырвались лишь неразборчивые хрипы.

— Попить… не найдется?

С каждым произнесенным словом брови обоих воинов улетали куда-то вверх. Воды я так и не дождался, на секунду воцарилась пауза, но переглянувшись с озадаченным другом, рогатый неожиданно натужно крякнул и присел рядом с товарищем.

— Рухнуть небесам к полудню! — прошептал неверяще громила, расширив пораженно глаза, а его пальцы медленно потянулись к собственному горлу и начали массировать выпирающий кадык. — Аркас?

— Да. Архаика, — задумчиво проговорил второй, не сводя с меня проницательного взгляда. — Значит, в прошлый раз не послышалось.

Вот же зараза! Неужели снова? Странное обращение, странный говор, странная манера речи. Я не просто в дерьме, я в полном дерьме!

— Что за дрянь такая… архаика?

На секунду вновь образовалась тишина, а в следующее мгновение громила тихо расхохотался себе под нос, отчего-то глядя на свои пальцы.

— Пятая династия! Ха-ха! Дрянь? Архаика? Ха-ха-ха… Вот же умора. Ты откуда взялся весь… — прервавшись, тот окинул меня взором и весело ухмыльнулся, — весь такой? Из благородных, что ли? Как в коллизию угодил?

— Подожди, Грат. Мы не с того начали, — вдруг осадил сероглазый товарища, и уважительно коснулся ладонью своей груди. — Меня зовут Аркас, а его Ганграт, — указал тот на друга бровью. — Только просьба, пытайся говорить тише. Так для всех будет только лучше. Радиус архаики невелик, но её напряжение ощущается. Как твоё имя?

Мириада сраных бед! Ни хрена не понимаю, о чем они балаболят, но выбирать не приходится. Лучше действовать по отработанной тактике синдиката.

— Влад.

Оба вновь показали удивление и переглянулись.

— Интересное имя, — загадочно изрёк Аркас. — Если тебе не трудно, то ответь, как ты очутился на территории коллизии?

Тьфу! Холера! Территория коллизии? Это еще что за говно? Он о том ущелье? Дела принимают скверный оборот. Что ж, без риска не обходится ни одно дело.

Однако все пути отхода были отрезаны громилой:

— Кто ты такой и откуда родом, парень, на самом деле? Неужели пилигрим? — вклинился в разговор Ганграт. — Касательно своей принадлежности можешь не лгать. Так уж вышло, что Арк может чувствовать ложь. Да и мы всё проверили. Тебя не было среди первого отряда. Остальные факторы тоже говорят сами за себя. Слово за тобой.

Твою собачью жизнь! Разузнали всё, получается. Похоже, дураком больше не прикинуться. Стоп. Что еще за пилигрим?

— От себя лишь добавлю, что никто не желает тебе зла. Никто из нас в этом точно не заинтересован, — добавил вдруг Аркас, с недовольством зыркнув на бугая. — Мы даже благодарны за спасение. Если бы ты не вмешался в тот раз, то иерихонцы отправили нас к праотцам. Тем не менее боюсь, что ты выбрал дурное место для своего появления. Очень дурное.

Кто бы сомневался в моём скверном везении. Благо хоть протест молчит, а это о многом говорит.

— Прежде чем я отвечу на ваши вопросы, мне хотелось бы кое-что узнать. Не против?

— Спрашивай, юноша, — кивнул утвердительно Ганграт, с потаённой улыбкой глядя себе на руку и всем видом показывая, что разговор будет долгим. — Нам нет смысла лгать.

— Где я нахожусь?

По серьёзному взгляду Аркаса стало понятно, что он что-то подозревает, но спокойно ответил на вопрос:

— Мы под стенами царства Аделлум. Если точнее, то в западной коллизии на стыке аххеского и иерихонского пантеона. Но прямо сейчас мы в военном лагере великого дома Ксант.

Зараза! Бери слова назад. Я не в полном дерьме. Я сижу в нём по уши и прихлёбываю ложкой. Теперь всё встало на свои места.

— Вы на войне?

— Войне? Ага, как же! Тут всё гораздо сложнее… — хмыкнул кисло Ганграт, а затем быстро обернулся в сторону нарастающего шума, который доносился с улицы.

— Как именуется… мир? — тяжело выдохнул я, беря эмоции под контроль и свыкаясь с новой реальностью.

— Альбарра, — заключил сероглазый и подобно своему другу невольно нахмурился и обернулся в направлении шума. — Но испокон веков его называют… Вечным Ристалищем.

Казни сущее, Ярвир! Значит, я не сошел с ума…

Впрочем, довести свою мысль до конца у меня попросту не получилось, в этот самый миг засаленная ткань, что играла роль ширмы резко сдвинулась в сторону и в закуток ворвался взъерошенный молодой воитель в уже знакомом черно-сером оборванном облачении.

— Арк, возникли проблемы, — выдохнул встревоженно незнакомец. — Надзиратель скоро прибудет…

Аделлум. Верхний город.

Временная резиденция ордена Наказующих.

Лазарет ордена Наказующих.

Три дня назад.

— БЕЗМОЗГЛЫЙ БОЛВАН!

В ярком свете осветительных кристаллов матово-синий иллириумный доспех правой длани ордена Наказующих мерцал так, словно посреди ночи пробуждалось опаляющее солнце Маданы. Правда, из-за постоянного мельтешения мужчины не представлялось возможным оценить работу выдающихся мастеров и гравировщиков Иерихона, но двум присутствующим этого и не требовалось, они видели его не впервой.

Впрочем, главная беда состояла в ином. Такой эффект доспеха на эмоции его хозяина не сулил провинившемуся ничего хорошего.

— ЧЕМ ТЫ ДУМАЛ, НЕДОУМОК⁈ — яростно ревел Азаих не находя себе места и продолжая метаться из стороны в сторону, словно лев, запертый в клетке. — ЧЕМ⁈ КАКИМ МЕСТОМ⁈ СВОИМ ХЕ… НИЖНИМ АКСЕССУАРОМ⁈

Вот только взволнованные глаза лорда то и дело перемещались с коленопреклонённого побитого юноши на необычайно бледную девушку, которая силилась принять сидячее положение перед своим господином, но под суровым взором длани лишь глубже укутывалась в одеяло.

— Я запретил тебе появляться в коллизии! Запретил брать людей! Запретил покидать стены Тро… Тьфу! Аделлума! Погибло девятнадцать молодых виртуозов. Своей выходкой ты чуть не погубил подругу и гениальную воительницу, которая в будущем должна занять должность инструктора в ордене. Так еще и сам чудом уцелел и вернулся обратно как побитая собака! Взгляни на себя! На кого ты похож?

— Я виноват перед вами, чтимый искатель-стратилат, — хрипло отозвался юноша, не в силах поднять головы из-за подавляющего давления силы доспеха и его носителя. — Я виноват перед Ласантой. Виноват перед орденом. Виноват перед…

— Захлопнись уже, олух! — выпалил громогласно Азаих, но гнев начал утихать, и он медленно осел на край кровати. — «Чтимый искатель-стратилат», — передразнил мужчина юношу, прожигая того недовольным взором. — Сейчас я обращаюсь к тебе не как правая длань ордена, а как твой отец. В большей степени меня гневит не то, что из-за тебя погибли воины, меня злит то, что ты нарушил мой приказ! Твои поступки отражаются на мне, ведь с позволения главы ордена именно я даровал тебе звание ал’сирха в армии Аделлума. Подумай, что могут сделать наши недруги, когда узнают, что у будущего правителя семьи Урано свербит в заднице из-за его сопливого и несдержанного характера?

— Могут воспользоваться слабостью и ударить в спину, — словно мантру чуть тише декларировал Хиал заученный с детства текст, робко поднимая взор на родича. — Бать, я виноват, но дай один-единственный шанс и я всё исправ…

— Шанс? — взбешенно скривился длань, словно кто-то полоснул его плетью по лицу. — Какой к пятой династии шанс? Забудь об этом! Как только Анта встанет на ноги ты сразу отправишься в Вавилон к матерям и сестре.

После подобного заявления избитая физиономия юноши взметнулась вверх, глаза расширились от шока, а сам он чуть не задохнулся от нахлынувшего возмущения:

— Что⁈ Домой⁈ Мы же уничтожили почти сотню вражеских воинов.

— Воинов? Каких воинов? — брезгливо насупился Азаих. — Не смеши меня! Ты убил не сотню врагов, а потерял девятнадцать наших дарований. Девятнадцать послушников обменял на бесполезный мусор. Аххесы давно используют преступников и всякий никчемный сброд для контроля коллизий и задымления пространства. Жизни, как ты выразился, таких «воинов», необычайно коротки. Сам знаешь, как действует тамошний дикий фон на людей. Это смертники, а не «воины». Они бы передохли без твоего вмешательства рано или поздно.

— Но мы почти взяли западную коллизию под контроль, — ухватился вдруг парень за последнюю ниточку для спасения.

— Тоже мне большое достижение, — скривил губы его отец. — Коллизия не более чем переходящий из рук в руки приз. Маршрут! Всего-навсего тропа! Армиями там сражаться бессмысленно. Да и бились вы за одно из ущелий. Прорыв дикой магии в сторону Аделлума минимален. Нападение из-за задымления пространства теперь минимально. Заградительную стену вы бы ни за что не прорвали с таким количеством воинов. Да и вам этого не позволил бы сделать охранный магический периметр и рунные маги. Вот и подсчитай чего ты добился.

— Отец, но я…

— Достаточно, Хиал, — прорычал угрожающе длань, начиная вновь заводиться. — Лучше не зли меня! Если бы не ранение Ласанты я бы не прибыл сюда. Будь она цела отправил бы обоих отсюда немедленно. Война, это не шутки!

Однако не прошло и пары секунд, как мужчина тяжело выдохнул и с жалостью взглянул на весьма прелестную, но смертельно бледную девушку, а затем бережно сжал её ладонь.

— Как ты позволила допустить ему такую глупость, Анта? Почему вы не дождались одарённых с укротителями? Почему не взяли с собой эссенциалов? И какой выродок посмел довести нашу жемчужину до такого состояния?

— Простите меня, мой господин, — слабым голосом прошептала та, не смея встретиться с дланью глазами. — Не нужно сердиться на Хиала. Он сделал так, как и обещал. Не лез на рожон и его всегда прикрывали несколько послушников. В защиту могу сказать, что до одного момента всё шло согласно плану, но… — на следующих слова искательница запнулась и помрачнела, — … случилось нечто непредвиденное.

— Нечто непредвиденное? От тебя такое слышать… неожиданно, — насупился Азаих, чуя подвох. — Подробности.

— Первая волна аххесов угодила в нашу западню из ветряных «мельниц» и оказалась полностью уничтожена. Точнее мы так считали. Сами знаете такие артефакты не оставляют никого в живых, — продолжила говорить девушка. — Проблемы начались позже. Лишь второй отряд умудрился нанести существенный урон хоть и был в несколько раз меньше по количеству. В нём состояли более сильные воители и затесался, как мы думали, один маг. И именно в сражении с ними над коллизией начала свирепствовать дикая буря, чем те и воспользовались в дальнейшем.

— Подожди, милая, — удивился длань, нахмурившись еще сильнее и оглянулся на сына. — Одарённый? Среди аххеских преступников и всякого мусора одарённый? Что за бред?

— Скорее всего, мы ошиблись. Они воспользовались нашим замешательством, — виновато шмыгнул носом парень. — Однако носителем дыма являлся один из них.

— Это всё? — посмурнел в мгновение ока Азаих. — Подобное никоим образом не объясняет твоего жалкого состояния и ранения Анты. Я уверен в ваших навыках, потому как вас обучали лучшие совершенные Иерихона.

— Странный аххес… — мягко вклинилась в разговор отца и сына искательница. — Из первой волны один аххес уцелел. Не знаю каким чудом ему удалось спастись от «мельниц», но именно он стал причиной всех бед. Честно признаться тот плебей совсем не походил на других смертников.

— Подожди, девочка, — прошипел хмуро мужчина, а затем медленно перевел свирепый взор на своего сына, на его побитую физиономию и на медленно затягивающееся ранение в районе ребер. — Мне послышалось, Хиал? Тебя одолел один единственный смертник? Моего сына, который сейчас находится на ранге незакалённого губителя, довёл до такого ущербного состояния какой-то мерзкий оборванец? Ты же давным-давно научился побеждать противников сильнее себя!

— Чтимый стратилат-искатель, не стоит сердиться, — перешла Ласанта на официальную речь, чем попыталась успокоить длань. — Лучше дослушайте. Поначалу он уступал Хиалу и только оборонялся, но в какой-то момент аххес непонятным образом переменился. Сила, ловкость, выносливость, скорость. За короткий промежуток времени смертник во всём превзошел юного лорда и решил исход боя в свою пользу. Этот человек словно… — невольно замешкалась искательница. — Он словно преобразился в настоящего берсеркера, но волн эссенции я в нём не ощутила. Мы не успели помочь Хиалу и этим воспользовались противники.

— Смертник. Берсеркер. Одолел Хиала, — стал задумчиво анализировать длань услышанное, поднимая серьёзный взгляд на девушку. — Аххесы используют для удержания коллизии лишь низкоранговых преступников. Неужели кто-то просочился из северного пантеона? Странно, такой ресурс должен быть на поле боя, а не в ущельях. Это всё?

— Он не северянин. Я в этом уверен, — вставил свои пять копеек юноша робким голосом. — Специфика силы иная. Такой стиль боя я видел впервые, а уж с норманнами я сражался. К тому же он полностью контролировал себя.

— Мой господин, есть еще кое-что, — чуть тише и сбивчиво заговорила Ласанта, когда пауза затянулась и, переглянувшись с поникшим Хиалом, вновь взглянула на длань. — Этот смертник… Он в свободной форме владел архаикой и говорил только на ней, будто бы насмехался над нами.

От услышанного брови Азаиха взлетели вверх и тот с немым удивлением воззрился вначале на сына, а следом и на Ласанту.

— Такого не может быть, — отрицательно покачал мужчина, криво ухмыляясь, словно услышал хорошую шутку. — Голубокровые не выносят сор из дому, и уж точно они не отправляют своих наследников в коллизии. Если появляется ренегат, отступник или же предатель, то его убивают на месте без суда и следствия, либо сажают под замок в самые глубокие казематы твердыни.

— Я точно слышал архаику, отец! — настоял на своём юноша, делая шаг вперед. — В отличие от послушников, мы с Ласантой знакомы с языком знатных.

После слов сына лицо правой длани выказало сомнения, и он над чем-то стал размышлять, но теперь уже молча. На несколько секунд в комнате повисла могильная тишина, а затем он с подозрением покосился на девушку и нахмурился сильнее.

— Уверены? — насупился Азаих, а затем кивнул на перебинтованную рану в районе бедра. — Его рук дело?

— Да, мой господин, уверены. Но можете не переживать, — поспешила успокоить Ласанта искателя. — Магиня жизни осмотрела меня, а целительницы утверждают, что всё будет в порядке через пару дней. Нужен только отдых. К тому же я успела ранить его нашим харалугом. Скорее всего, он умрёт в мучениях через пару дней.

— Умрёт, говоришь, — загадочно пробасил Азаих, не сводя подозрительно взора с ранения, а затем неторопливо потянулся рукой к ноге девушки.

Ладонь мужчины вдруг вспыхнула мягким голубоватым сиянием и полностью окутала тело Ласанты. В какое-то мгновение синеватая дымка пошла рябью в районе ранения, но тотчас исчезла, вот только данная аномалия не укрылась от внимательных глаз длани.

— Чем именно тебя ранили? — угрюмо вопросил стратилат. — Зелья исцеления приняты?

— Приняты. Какой-то хлам. Обломок ржавого черного меча, — беззаботно пожала плечами воительница. — Не удивлюсь, что он нашел его прямо там и метнул в меня первое, что попалось под руку. Клинок почти сразу затерялся в пылу образовавшегося хаоса, стоило его вынуть. Не стоит переживать.

— Орденский харалуг смертелен, — после недолгого молчания заявил Азаих, медленно поднимаясь на ноги и продолжая с подозрением коситься на рану своей подопечной. — Вы сказали, что он владел архаикой, а значит не так прост, поэтому тебя осмотрит дриада жизни из семьи Урано. Я распоряжусь. Если смертник умрёт, то туда ему и дорога. Меньше проблем для всех. Но о нашей беседе никому не слова. А что касательно тебя, — сурово добавил длань, всем корпусом оборачиваясь к взволнованному сыну. — Как только Анта поправится оба отправитесь в Вавилон.

— Но, отец…

— Ни слова больше! — холодно отчеканил мужчина, глядя на поникшего юношу и неспешно покидая помещение. — Звание ал’сирха останется за тобой, но я осознал, что допустил ошибку. Вам здесь не место. Война за Аделлум вновь разгорается, словно пожар и боюсь, что оставит она после себя лишь море крови и горы трупов на пепелище. Видят небеса, совсем скоро всё изменится и баланс сил в этой непрекращающейся бойне нарушится…

Стоило дверям лазарета тихо захлопнуться, как длань медленно остановился и словно над чем-то задумавшись, тяжело произнес:

— Свяжись с моими женами. Пусть пришлют дриаду… — на мгновение стратилат замешкался, а после отчего-то беспокойно выдохнул. — И, Норон, ты слышал Анту и моего сына. Разузнай обо всём. Архаика не шутки. Сердце мне подсказывает, что приближается какое-то бедствие…

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Надзиратель? Это еще что за хрен с горы?

— С-с-сучий выкидыш гиены! — проскрежетал зубами Ганграт, начиная злиться. — Он должен был послать своих дворняг. Причем через неделю.

— Каждый выживает как может. Здесь все теплят надежду на жизнь. Сложили два плюс два после нашего досрочного возвращения и доложили, чтобы выслужиться. Многие знают, что мы ему как кость в горле. Странно, что Охмар ждал три дня, а не пришел за головами сразу, — мрачно заявил Аркас, неспешно поднимаясь на ноги. — Цуг, он далеко?

— Объявится на плацу, но Тэйн и Рамас будут тянуть время, — тотчас отрапортовал юноша, то и дело с потаённым интересом косясь в мою сторону.

Растрёпанные каштановые волосы, усталый взгляд. На вид парню было лет восемнадцать, но из-за веснушчатого слегка загорелого и серьёзного лица он казался старше. Идентичный остальным черно-серый изодранный плащ, под которым угадывалось потрёпанное подобие кожаных доспехов, а на поясе отчетливо виднелись два коротких клинка и несколько скрытых кинжалов.

Осанка, поведение, нервозность. Достаточно посредственный боец.

— Что будем делать, Арк? — угрюмо спросил Ганграт. — Охмар давно хотел от нас избавиться, поэтому и посылал в самую задницу, при этом распределяя в отряды отборный мусор с отморозками.

— Как же этот подлый ублюдок невовремя, — выдохнул обессилено сероглазый, начиная хаотично соображать. — Дай-ка подумать…

Вот же зараза! Не всё так радужно. Задницей чую у них огромные проблемы.

Иной мир, что носит название Вечное Ристалище. Мистическая магия. Аххесы и иерихонцы. Иные люди? Да и человек ли… он? Сдаётся рога у здоровяка не бутафорские. Десятки неизвестных слов и определений. Некая коллизия, в которой пробудился один погорелец, судя по словам этих двоих, не сулит ничего хорошего. Они сами не рады тут находиться. Вдобавок Ганграту с Аркасом я для чего-то нужен. Этим можно и нужно воспользоваться. Плюс какая-то война, какой-то великий дом Ксант и какие-то Наказующие.

Основательная задница!

Непонимание уймы вещей и тотальное незнание сводит с ума, но главное, что я жив, а с остальным предстоит разобраться. Впрочем, вынужден согласиться, что ситуации отнюдь не рядовая.

Ко всему прочему имеется мистическое подозрение каким именно образом я тут очутился. Чёрное пламя в отеле не испепелило меня. Всё дело в нём? Вот только как? И язык? Откуда взялась архаика? Кому принадлежал голос? Да и в пылу схватки с той дрянью со мной случилось нечто странное. Сгустки могильной тьмы до сих пор мерещатся перед глазами. Есть еще та непонятная железка… Погано, что я её потерял.

Краткий анализ случившегося занял всего пару-тройку вдохов. Правда, пока Ганграт и Аркас переглядывались между собой и вели безмолвный диалог, внутри медленно зарождалось знакомое раздражение из-за чрезмерного избытка внимания к моей персоне.

Мириада сраных бед! Какого причиндала этот остолоп так пристально таращится?..

Сознание мигом приготовилось противостоять накаляющимся эмоциям, но на моё счастье, ничего не произошло. Клин находился в полном порядке. Он не вздрогнул. Складывалось ощущение, что на весь внутренний мир само окружение сейчас влияло благотворно, потому как извечное раздражение пробуждалось весьма вяло и нехотя.

Ирззу-распутницу мне в жены! Я до сих пор сплю, что ли? Не верится. С чего бы это? Не помню, когда в последний раз ощущал себя так легко и непринуждённо. Неужели моё нынешнее состояние в выплеске и том сраж…

Да твою собачью жизнь! Должна быть мера. Достал!

— Будешь так пялиться, придётся сломать тебе руку. Некультурно как-то, — поддавшись своему дерьмовому характеру слабо пробормотал я, неспешно отрывая взор от пальцев ног и поднимая его на парня. — Договорились?

Заинтересованность преобразилась в шок и свои выпученные глаза новоприбывший перевел на ухмыльнувшегося Ганграта, а затем с неверием по какой-то причине посмотрел на свои руки.

— Это… — пораженно прошептал веснушчатый, но не дав тому договорить, Аркас одним движением приложил палец к губам.

— Ага, — расплылся в самодовольном оскале здоровяк. — То самое.

— Просьба не пугать Цуга, — обратился ко мне сероглазый. — Он приглядывал за тобой в наше отсутствие. Перевязка его рук дело.

Вот как? Не сказать, что это сильно заботит, но нужно быть благодарным. На некоторое время лучше засунуть свой скверный характер и хотелки в одно место. Благо эмоции и разум к этому располагают.

— Цуг, присмотри за… — вдруг добавил Аркас, но немного замешкался и невольно оглянулся, — … нашим гостем. Грат, за мной. Необходимо что-то делать с Охмаром.

— Скорее уж не гостем, а братом по несчастью, — схохмил весело громила, быстро устремившись следом. — Будь моя воля и исчезни клеймо прикончил бы этого выродка… — шепотом пожаловался тот другу.

Оба почти моментально скрылись за засаленной ширмой. Правда, к этому времени оголтелый шум за стенами барака лишь продолжал нарастать. По звуку там не меньше пары десятков душ определялись.

— Спасибо, — отозвался как можно тише я, разминая руку и глазами указывая на бинты.

От неожиданности Цуг заметно вздрогнул и в замешательстве посмотрел вначале на перевязку, после на меня, а под конец смущенно почесал нос.

— Тебе спасибо, — усмехнулся радушно тот, присев на место Ганграта, по-прежнему продолжая коситься на собственные руки. — Если бы ты не одолел лейтенанта, то нас бы там похоронили. Ты дивно сражался. Прямо как эссенциал, или же совершенный, — с долей почитания заметил он. — Даже Грат и Арк так не умеют. А я уж и подавно.

Пора начинать вникать в происходящее и начнем с предполагаемой проблемы тех двоих, пожалуй.

— Что за надзиратель?

Брови собеседника мгновенно взметнулись вверх и тот с новой порцией ошеломления вновь уставился на мою физиономию.

— Пятая династия…– еле слышно протянул Цуг, с явным изумлением. — Так Арк оказался прав. Ты всё-таки пилигрим, да? Как тебя сюда занесло?

Твою собачью жизнь! Он издевается, что ли, надо мной?

— Считай, что у меня проблемы с памятью, — выдохнул нетерпеливо я.

— По слухам, все пилигримы так говорили, — с широкой улыбкой заговорщицки прошептал веснушчатый.

Да чтоб тебе провалиться!

Однако на моё удивление он вдруг подсел чуть ближе и наклонившись, заговорил гораздо тише.

— Пилигримы, скитальцы, странники… У них много прозвищ. Вы необычайно редкий феномен. Мама в детстве рассказывала, что появляться вы начали лет тридцать назад из соседствующих Альбарре миров из блуждающих порталов, которые образовывались из-за пространственных бурь. Почти перед началом второго Соприкосновения. Бытует мнение, что вы словно предшественники самого Соприкосновения. Его посланники.

Гадство! История красивая, но знать бы что еще за первое Соприкосновения. Да и в целом, что за Соприкосновение такое. Стоп… Соседствующие миры? Имеются еще? Как Терра? Ушам не верю. Неужели получится свалить?

Правда, все мои домыслы тотчас на корню пресёк Цуг, отчего в глубине души всколыхнулась настороженность вкупе со скрытой агрессией.

— Однако о выживших пилигримах после их появления на Альбарре никто и никогда не слышал. Скитальцев опасаются, как смертельную болезнь. Практически все. Не говоря об аристократах, тех остерегаются и благородные тоже. Великие дома, верховные кланы, старейшие ордена, независимые семьи, далёкие суверены со своими тайными поместьями и по слухам… Сами небеса! — одними губами прошептал встревоженно парень. — По всему Вечному Ристалищу на вас давным-давно объявлена охота. Об этом все в курсе. Специально придают огласке. Правда, я ни разу не слышал, чтобы пилигримы владели архаикой, да и никаких пространственных бурь за последние лет пять не было, — заключил задумчиво он, глядя мне в глаза.

Казни сущее, Ярвир! Всё еще хуже, чем я думал…

После слов парня нутро стало переходить под власть инстинктов. Честно признаться я ожидал разного после услышанного, от глупого нападения этого недомерки, до угроз. Но на удивление тот чуть выпрямился и расплылся в радушной усмешке.

Лишь один аргумент сдерживал тело от агрессивных действий. Протест. Он бездействовал. А это означало, что угрозы в ближайшее время не предвидеться. ПО крайней мере от него.

— Если я опасен, то почему помогли? Почему не сдали? Как понимаю, вы не в лучшей ситуации?

— Тут всё очень сложно. Пришлось выбирать меньшее из зол, — дружелюбно проговорил Цуг, горестно вздохнув. — Пусть лучше об остальном тебе поведает Аркас. Я и так сболтнул лишнего. Мы вовсе не желаем зла и хотим лишь выжить. Поклялся бы тебе именем бога-покровителя и своей жизнью, — с некой грустью добавил веснушчатый, — но после ссылки в коллизию нас лишают даже такой привилегии.

Ссылка? Они наказаны? Стоп… Бог-покровитель? Надеюсь, это обычный оборот речи.

Вынужден признать, что Цуг хоть и выглядел глуповато, но всё схватывал на лету, потому как мне не пришлось повторять прошлые вопросы. Парень оказался редкостным болтуном. Это играло на руку.

— Как вы поняли, что я… чужак? — вырвался вполне логический хоть и глупый вопрос.

Вместо каких-либо слов веснушчатый улыбнулся шире и безмолвно закатав правый рукав до локтя, продемонстрировал самое настоящее выжженное шестиугольное клеймо, которым метят животных. На этом Цуг не остановился и выудил из-за пазухи железную пластинку, на которой выцарапали его собственное имя.

— Клеймо и жетон, — усмехнулся грустно парень. — У тебя нет ни того, ни другого. Ты чист. В коллизии такое невозможно. Плюс на тебе отсутствует стандартный набор снаряжения. Да и иерихонцы приняли тебя за одного из наших.

Холера. Хотел схитрить, но провалился по всем фронтам. Ладно, перейдем к более важным бедам.

— Почему Аркас и Ганграт так взволнованы? – еще тише спросил я, потому как оживление за стенами барака стало воистину громким. — У вас проблемы?

— Надзиратель Охмар, суть в нём, — с неприкрытой злобой сплюнул Цуг. — Жалкий ублюдок из младшего дома Гаман, но ведет себя так, словно великий генерал. Он хочет нас сгноить из-за того, что Арк стал ему перечить. Сейчас у него есть все шансы. Мы утратили треть коллизии из-за Наказующих. Еще с десяток миль и они будут у охранного периметра.

Дела у них и вправду скверные. Мало, что понимаю, но потребуется действовать по обстоятельствам. Боюсь, моё дальнейшее существование и выживание зависит от той парочки. Если те в беде, то нужно действовать. Выбирать, увы, не приходится. Что ж, первоначальная цель имеется. Возможно и хорошо если их прикончат, но подозреваю, что для меня подобное обернется катастрофой. Я ни беса не понимаю, а они вроде как помогли. Да и нет желания сдохнуть в первые дни из-за какой-то сраной охоты на каких-то сраных пилигримов. Неизвестность напрягает. К тому же я не привык вверять свою жизнь в руки незнакомых индивидов. Нужно что-то предпринимать.

Что ж, поднимай зад, Влад! Не время рассиживаться. Но для начала…

Оценивающий взор самопроизвольно прошелся по лохмотьям. Явная разница в одежде отслеживалась моментально. Парень и вправду схватывал всё на лету, не пришлось рот открывать, хватило взгляда.

— Я подозревал, что ты выкарабкаешься и подготовился. После прошлого выхода в коллизию одежды в достатке и на твою удачу мусорщиков еще не посылали за ней, так что я успел кое-что стащить из враждебных бараков, — тихо отчитался веснушчатый с потаённой гордостью, быстро скрываясь за ширмой. — Постарался выбрать что-нибудь по размеру. Твоя комплекция схожа с комплекцией Рамаса.

Не прошло и минуты, как он вернулся назад с набором знакомого тряпья черно-серого цвета и бережно передал мне.

Заношенное кем-то нательное бельё, некое подобие тактических штанов, которые подвязывались не ремнем, а парой тугих шнурков. Дрянная уплотнённая куртка или же кираса на завязках с коротким рукавом, что была наспех заштопана в нескольких местах, и которая напоминала очень далёкое подобие защитного бронежилета ярвирских гвардейцев. Далее шли какие-то перчатки с обрезанными пальцами, высокие сапоги на шнуровке аналогичного никчемного качества и напоследок обшарпанный плащ с глубоким капюшоном.

Ирззу распутницу мне в жены! Да в империи у бродяг одежда лучше!

— Сам штопал, — напрашиваясь на похвалу, пробубнил Цуг, указывая глазами на кожаную кирасу.

— Заметно, — начиная неспешно облачаться, хмыкнул я без энтузиазма. — Нательное не с трупа случайно снято?

— Вероятнее так и есть, — чуть шире усмехнулся тот, пожав плечами. — Это известно лишь мусорщикам.

— Кто бы сомневался…

Проклятье! Действительно попал в основательную задницу.

От одежды разило слабым гнилостным душком, но лучше так, чем голым ходить. Через пару минут в плане одеяний я всем своим видом частично напоминал Цуга. Только без оружия. Самой отличительной чертой являлась перевязка от плеча до ладони, которую по заверениям парня лучше не снимать еще пару дней. Вдаваться в детали не было времени, ведь гвалт за стенами барака лишь нарастал. Интуиция же подсказывала, что стоит торопиться.

— Веди, — как можно дружелюбнее отозвался я. — Нужно осмотреться.

Замешательство на его физиономии отобразилось моментально и во второй раз за последние пару минут брови у него устремились куда-то в небеса.

— Нет! — зашипел взволновано он, вскакивая на ноги будто ужаленный в задницу. — Нельзя. Арк сказал ждать. Тебя раскроют. К тому же архаика… Ты хочешь умереть? Нет… Ни в коем случае…

Умереть? Вот уж дудки!

Здравое зерно истины в словах Цуга имелось, однако я никогда бы не подумал, что придётся использовать свои речевые навыки в подобной ситуации. К тому же не попробую — не узнаю.

Ладно, приступим.

Весь словесный понос парня я пропустил мимо ушей. Веки медленно прикрылись, мышцы гортани несколько раз напряглись и тотчас расслабились. Пришлось проделать упражнение несколько раз, чтобы привести голосовые связки в нужное состояние, а затем я быстро поднял взор на Цуга.

— Так… луч… ше? — спросил хрипло я, изменяя и искажая голос на ходу, который в данный миг совсем не походил на родной баритон.

Деформация, замещение, пропуски, перестановка отдельных звуков и смазанность. Косноязычие на архаике заиграло абсолютно иными красками.

Понятия не имею почему я мог говорить на ней, ведь она в корне отличалась от других известных языков Терры, но тем не менее складывалось впечатление, что изучал я её будто бы всю жизнь. Всё-таки со мной определённо что-то не так. Те провалы в памяти не взялись с ровного места.

После услышанной ломаной речи челюсть парня переместилась в район пола и тот мгновенно замолчал.

— Ты… Как ты смог? Ушам не верю… — прошептал ошеломлённо он, моментально опуская глаза на собственные руки. — Надо же… Я совсем ничего не чувствую. Но… как?

— Про… сто… ска… жи… так… луч… ше? — повторил невозмутимо я.

— Да, лучше, — закивал тот, словно деревянный болванчик. — Слегка резковат, местами не разобрать окончания слов и букв, но вполне разборчив. Сойдет за язык общин. Главное, что твоя архаика не ощущается.

Стоп. То есть он не слышит её, а ощущает? Холера! Что за ерунда?

— Впе… ред, — указал я на ширму, а затем опустил взгляд на деревянный табурет рядом с кроватью, на котором покоился стилет знакомой стервы. — Пока… зывай… дорогу…

Несколько кратких мгновений на лице у Цуга явно выражалось внутреннее противостояние, но протяжно выдохнув, тот решительно кивнул, так и не заметив моего движения рукой над стулом.

— Держись рядом. Не отставай.

Ширма, которую откинул в сторону Цуг являлась не более чем заградительной «стеной» от остальной части барака. На первый взгляд в ветхом помещении было коек пятьдесят. Причем складывалось чувство, что казарму возводили наспех из всякого барахла. Да и запашок витал соответствующий.

Гвалт снаружи усиливался с каждым пройденным метром. Стоило миновать хлипкие двустворчатые двери и выйти за пределы здания, как всё естество стало медленно выпадать в осадок. Иное и чужое мироздание явило себя во всей «красе».

Да, я видел не всё на свете, но за свои скромные двадцать три года и тринадцать лет в синдикате пришлось лицезреть и сделать многое, но кто бы мог представить, что я несколько недооценил масштаб Альбарры! Раскинувшаяся перед глазами местность по своим размерам напоминала не военный лагерь, передо мной предстала частичка огромного города.

Из всех мест на этой планете меня забросило не просто в самую задницу, что-то внутри подсказывало, что от дома я был очень далеко. Хватило взгляда на незнакомое вечернее небо и на две заходящие солнечные звезды, чтобы понять, что от родной Терры я минимум в паре-тройке миллионов световых лет.

Что б мне провалиться!

Однако последним гвоздём в крышку гроба оказался непрекращающийся бубнёж Цуга:

— Добро пожаловать в… зону смертников.

Твою собачью жизнь! Какая еще, сука, зона смертников?

Я хоть и увлекался немного астрономией и любил порой забираться на небоскрёбы Ирззы, но после бубнежа Цуга пришлось моментально отвлечься от чарующего вечернего неба и двух закатных звёзд.

Мириада сраных бед! Неужели они…

— Только… только не говори мне… что… вы…

Хотя вопрос был излишним и оборвался на полуслове. Стоило оглянуться по сторонам и сложить с тем, что я слышал и видел, всё встало на свои места.

Присутствовали среди десятков казарм не только люди. Были те, кто отдалённо их напоминал и мелькали откровенные нелюди. Заприметил существ с рогами как у Ганграта, только габаритами меньше, но остальных я лицезрел впервые.

Одинаковая дрянная форма. Одинаковые мрачные лица. Одинаковые пустые и обреченные взгляды. Что ж, теперь понятно, о чем говорил Ганграт. Да и ясно почему качество экипировки в ущелье между двумя противоборствующими сторонами так разнилось. Никто не даст таким как они нормальное обмундирование. Оно им без надобности. Кто будет тратить драгоценные ресурсы на без пяти минут трупы?

Сейчас они не воины. Они не регулярная армия. Они обыкновенное пушечное мясо.

— Ты разве еще не понял? — с недоумением отозвался веснушчатый, резко остановившись и обернувшись ко мне.

— Теперь… осознал… — сухо декларировал я, собираясь с мыслями и набрасывая идеи для дальнейшего выживания.

— Отборная шваль, явные отморозки, каторжники, убийцы, насильники, — начал перечислять Цуг себе под нос, продолжая идти и указывая пальцем то на один, то на другой барак. — Тут одно отребье и сброд, которое долго не живёт. Таких не жалко истребить. Расходный материал. А если по-простому — мы смертники.

Прокляни сущее, Ярвир! Какого вшивого причиндала я всю жизнь попадаю в дерьмо? Где же я так нагреши… Ладно, сдаюсь, много, где нагрешил. Неужели это своеобразная расплата за содеянное? Проклятье! Бетал прав. За всё необходимо платить. Отныне это моё бремя.

Да будет так. Если хотите, то я расплачусь за грехи сполна. И, боюсь, итог никому не понравится. Вы не захотите иметь такого должника.

— Тогда… коллизия это… маршрут? Тропы? Между… чем?

— Верно. Представить себе не можешь, сколько разумных там полегло, но для смертников это мёртвые земли, — подался в объяснения Цуг со слабой улыбкой. — Коллизии — это пространственные маршруты, что соединяют четыре пантеона или же четыре огромных материка в единый великий континент. Мир Вечного Ристалища. Пантеонов всего четыре: Аххеский, Иерихонский, Северный и Восточный. Мама рассказывала, что когда-то пантеонов существовало пять, но пятую династию уничтожили в незапамятные времена почти сразу после Великой Миграции, а все упоминания о них стёрли. Я даже не знаю, как он назывался. Сейчас над каждым пантеоном восседают по три оберега. Небеса или же небожители. Они редко показывают себя людям, но их сила бесспорна.

Ирззу распутницу мне в жены! А я всю жизнь считал себя атеистом. Божества? Стоп! Да чихать я хотел на небеса. Мне от них ни холодно, ни жарко. Есть более приземленные проблемы.

— В остальном все территории за исключением Фронтира и Аронтира поделены между Сильным Мира Сего, — продолжил шептать Цуг. — На Аххесе, к примеру, правят четыре великих дома и несколько независимых владык. Великим домам подчиняются доминирующие дома. После идут младшие дома, различные царства и некоторые семьи. Ксант один из великих домов, но слабейший среди четырех. В Иерихоне правят четыре старейших ордена…

— Погоди… Цуг… Плевать на небеса и дома с орденами… — перебил я парня, отчего тот несколько ошалел от такого напора и вновь остановился. — Почему в коллизии не используют регулярную армию?

Парень в ответ расплылся в понимающей улыбке.

— Всё-таки ты скиталец, — заключил спокойно он, обнажая зубы в улыбке. — Проблема в коллизиях, через них может проникнуть враг. Аделлум воздвигнут на границе двух пантеонов. Доступ к нему есть с обеих сторон. Ранее Троя находилась под влиянием Ксанта, но четыре года назад разразилась война. По слухам, Аделлум отринул великий дом. Они сами по себе достаточно сильны. На помощь им пришел старейший орден Несущих Бурю из Иерихона. Из-за того, что на передовой кровопролитие не прекращается очень долго и потери огромны, кто-то предложил использовать преступников для отвлечения внимания. Теперь мы играем роль пушечного мяса. Своими телами запираем ущелья при помощи дыма. Поэтому нас и называют смертниками. Мы долго не живём.

Что ж, теперь более-менее становится всё на свои места.

— Что… за… дым? — заинтересовался я.

— Пространственно-притягивающий артефакт, — начал объяснять веснушчатый. — Их выдают самому долгоживущему смертнику в форпосте рунные маги. Если не считать тамошних тварей, то местность и магический фон коллизии губительны для всех. Это всё из-за дикого тайфуна, который раскинулся над всеми коллизиями разом. Есть зелья, которые помогают пробираться и путешествовать по ним, но зачем они нужны тем, кого не жалко потерять, не так ли? — с грустной издёвкой усмехнулся Цуг. — Зачастую мы с огромными потерями добирались до середины и запечатывали его, но в тот раз мы угодили в ловушку Наказующих. Ранее мы сражались с низкоранговыми воителями Аделлума. Наказующие являются доминирующим орденом в Иерихоне, но подчиняются другим хозяев. А войну сейчас ведет Ксант против Несущих Бурю. Понимаешь к чему я веду? Два невероятных сильных противника против одного. Хотя кого я обманываю, — вдруг скривился Цуг, махнув нервно рукой. — Сейчас кровь проливают их вассалы. Свои основные силы оба мастодонта берегут.

Твою мать! Голова кругом. Я считал Терру жестоким миром, но Альбарра даёт ей фору. И, похоже, теперь кое-кого причислили к смертникам. Ага! Как же… Дудки! Хрен я здесь подохну! Лучше кастрирую себя тупыми ножницами, чем позволю кому-то распоряжаться своей судьбой. Я и так просрал тринадцать лет своей жизни исполняя чужие приказы, больше такого не повторится. Да простит меня Бетал, но если нет варианта вернуться назад, то придётся обустраиваться в этом сумасшедшем мире. Благо не впервой ковыряться в дерьме.

— Мы почти на месте.

Я вновь засобирался задать очередной вопрос, как откуда-то слева раздался насмешливый гогот, а из-за угла барака пожаловала пятерка неизвестных рыл.

Точнее четыре человека и какой-то доходяга полурослик.

— Малыш Цуг, я слышал, что бравые огрызки отбегались, да? — заржал весело какой-то хряк, невольно выступая вперед.

Что за мудозвоны?

— Огрызок это ты, Хсарс, — закатывая глаза, сухо пробормотал парень, не обращая на колкий выпад внимания. — Отряд Аркаса носит название «Осколки». Лучше захлопни свою грязную пасть. Не все готовы целовать прихвостней Охмара в задницу. Не удивлюсь, если это ты доложил о нашем провале.

— Каждый выживает, как может, — пожал плечами свинорылый, под слаженный хохот прочих подпевал. — Скоро мы узнаем, что ты будешь делать без Арка и Ганграта. Кто это с тобой? — перевел тот взор на меня, прищурившись. — Свежее мясо из последней партии? Молодой и смазливый какой-то… Долго не протянет. Как думаете, ребята?

— Неделю, может и меньше, — хмыкнул полурослик, под грянувшую волну хохота.

— Не расскажешь нам, малыш Цуг, как вы обделались? — спросил свинорылый. — Что случилось в коллизии?

Чего? Мне послышалось? Я смазливый? Откуда выполз этот осел?

— Распродажа… там случилась… — поддавшись скверному характеру, спокойно обронил я. — Поимели по скидке… твою сестру…

Стоило закончить и смех пятерки моментально прекратился, отчего лицо Хсарса ужесточилось, а Цуг весело рассмеялся.

— Какое занимательное свежее мясо, — сплюнул едко свинорылый, невольно коснувшись рукояти сабли. — Мне кажется у тебя слишком длинный язык.

— Знаешь, как дальше… всё произойдет? — задумчиво отозвался я, почесывая демонстративно лоб и переводя взор на полурослика. — Первым улетит… в канаву… «великан», как только попробует на вкус мой сапог… Тому… слева сломаю… руку… Тот, что справа… лишится нескольких… зубов… Хрен… позади отправится… за «гигантом»… Что касательно… тебя, — взгляд обратился на Хсарса. — То твою саблю… я затолкаю… тебе в глотку. Так глубоко… что вынимать её будут… через задницу. Поэтому… катись прочь, если жить хочешь.

— Вот так новость, — провокационно поманил тот меня к себе, мерзко ухмыляясь. — Вперед, щенок, покажи, что умеешь.

— Нельзя, — зашептал на ухо Цуг, схватив меня за руку. — Много лишних глаз. Рискованно. Схватки между смертниками запрещены. Эти уроды в курсе. Хсарс ненавидит Грата и Арка. Не стоит марать руки о такую шваль. Уходим.

Через секунду осознал, что наша перепалка привлекла несколько проходящих разумных. Кто-то остановился и опершись о стену барака стал наблюдать за разворачивающимся зрелищем, поэтому не оставалось ничего больше, как последовать совету Цуга.

Холера!

— Не серчай, малец, — ударил в спину насмешливый голос свинорылого. — С таким дерзким языком долго не протянешь. Дядя Хсарс позаботится о тебе, как только выпадет время.

Хсарс? Хорошо. Я запомнил.

Минуту погодя мы оказались перед огромными двустворчатыми воротами, что выводили на гигантскую площадь. На первый взгляд тут присутствовало минимум пять или шесть сотен разнообразных разумных. Причем вся эта орава непонятным образом медленно разделялась на отряды и кучковалась рядом с массивными столбами, которых насчитывалось девять штук.

— Девять колонн означают девять коллизий, — пояснил тихо Цуг. — Каждую неделю, а порой и декаду сюда свозят свежие партии смертников для пополнения. Распределяют их здесь же. За мной. Наша дальняя слева.

У столбов собиралось абсолютно разное количество разумных. Где-то под сотню, где-то три или четыре десятка, но когда впереди замаячила западная, то около неё я насчитал всего… четверых.

Чтоб мне провалиться! Только не говорите, что это весь отряд?

Первым нас заприметил Ганграт, который удивленно выпучил на меня глаза и стал быстро перешептываться с остальной троицей. Через секунду наша парочка оказалась под всеобщим прицелом, а следом к нам рванул Аркас.

— Что ты творишь⁈ — яростно зашипел сероглазый в лицо перепуганному парню. — Я сказал оставаться в бараке. Зачем ты его сюда притащил? Если нас раскроют, то…

— Хватит… — грубо перебил я его, продолжая косноязычить. — Прости… но я лучше кастрирую себя тупыми ножницами… чем доверю свою жизнь… в чужие руки…

Не успел закончить, как глаза Грата и Арка тотчас полезли на лоб, а остальные двое с непониманием переглянулась между собой.

— Ушам не верю, — зашептал ошалело здоровяк, быстро опуская глаза вниз и начиная сжимать и разжимать ладони. — Где твоя архаика? Как ты умудрился?

— Скрыл… — сухо признался я.

Чем дольше думал о языке, тем необъяснимее становилось на душе. Впрочем, один из секретов непонятной дряни я смог распознать. Речь. Дело частично заключено в ней. При произношении она должна быть чиста, как слеза младенца.

— Ну ты даешь, парень, — рассмеялся громила, хлопнув меня по плечу, а ощущения были такие, словно кто-то приложил железнодорожной шпалой по хребту. — Ты кто вообще такой? Не перестаёшь удивлять. Это всё упрощает. Если переживём этот вечер, то обязательно обо всём расскажешь.

— Считайте… кем хотите… — пожал я плечами. — Цуг о многом поведал. В целом я понял… в какой ситуации вы находитесь. Если поможете… я постараюсь… помочь вам.

— Не доложив о тебе мы уже помогаем, — едко хмыкнул один из незнакомцев, а после коснулся правой рукой левой стороны грудины. — Моё имя Рамас. Признаюсь честно, я единственный кто предлагал сдать тебя Охмару, но ребята отказались. Надеюсь, они не ошиблись.

— Я Тэйн, — отозвался второй, приветствуя тем же жестом. — Парни нам всё рассказали. Рама не слушай. Он всегда всем недоволен.

— Будешь тут доволен, — фыркнул мрачно тот. — Нас сейчас на куски резать будут.

Во всех смыслах Тэйн являлся обычным человеком. Худощавое телосложение, короткостриженый шатен, вытянутое лицо с лёгкой щетиной. А вот Рамас отдалённо напоминал человека.

Чуть красноватая кожа, на лбу две мелкие выпуклости, словно прорывались зачатки рогов, ростом чуть ниже Ганграта, а на скуластом лице явственно выделялись вертикальные зрачки желтого цвета.

— Аркас, мы повстречали Хсарса… — зашептал Цуг, но громогласный рёв заставил осечься.

— ВСЕМ ЗАТКНУТЬСЯ, БЕСПОЛЕЗНОЕ ОТРЕБЬЕ! НАДЗИРАТЕЛЬ ЗДЕСЬ!

Тишина явилась мгновенно. У изголовья площади, что освещалось кристаллами, на деревянный помост в окружении охраны поднимался напыщенный хмырь с ухмылкой до ушей и пялился он в сторону западной колонны.

Охмар из дома Гаман, как понимаю.

— Буду краток, никчемные отбросы, — с ленцой заговорил он, делая несколько шагов на левитирующую платформу рядом с помостом, а голос громким эхом разносился по площади. — Для вас большая честь погибнуть за великий дом Ксант. Как и вы, я несу службу перед ними — отвечаю за такой мусор как вы. Вчера мне доложили, что одна из девяти коллизий не справилась с задачей и утратила часть важной территории. И вместо того, чтобы принять храбрую смерть они посмели вернуться назад.

Один взгляд… Второй… Пятый… Следом десятый, а после более полутысячи глаз смертников оказались направлены только на нас.

— Обидно… — пробормотал с равнодушием я, почесывая щетину и наблюдая за сотнями взглядов. — Обидно до кровавых соплей… Почему мне кажется… что нас сейчас будут убивать?

Дела плохи, как ни посмотри. Я тут всего три или четыре дня, а целая толпа разнокалиберных уголовников хочет меня прикончить. Может проще было остаться в бараке?

— М-да… — фыркнул уныло Ганграт, прервав мои домысли. — Ты донельзя прав, пилигрим.

Сейчас моему драгоценному здоровью грозила смертельная опасность, но в душе отчего-то поселилось невероятное спокойствие. Всё-таки я был прав. Неужели Альбарра так благотворно влияет на мой эмоциональный клин? Странно.

— Сколько… их? — спросил я, переглядываясь с остальными.

— Приблизительно шесть-семь сотен, — мрачно выдал Рамас.

— Вот как? — усмехнулся я, вновь оглядываясь вокруг. — Раз уж мы теперь в одной лодке, то предлагаю каждому взять по сотне.

— Ха-ха-ха! — тихо заржал Тэйн себе под нос. — Я смотрю в нашей компании завёлся весельчак.

Нашей? Интересно. А может проверить их на вшивость?

— Хотя… — засомневался я, глядя на Аркаса и Грата. — Вы можете меня… сдать этому жеманному хмырю. Авось спасётесь.

— Таким образом точно не спасёмся, — задумчиво пробормотал Арк, играя в гляделки с надзирателем. — Ты просто многого не знаешь. Тех, кто хоть как-то связан со скитальцем ждёт только смерть. Даже если бы мы тебя нашли и сразу сдали, то жизни нам не видать.

Так вот где собака зарыта! Они и без того смертники, а встретившись со мной всё стало хуже.

— Мало… что знаю и понимаю, — пожал я плечами. — Лишь нахватался немного у Цуга. Но я в некотором роде… виноват перед вами.

— Мы предполагаем, а небеса располагают, — философски заметил Ганграт с небывалым спокойствием, мягко проводя рукой по рукояти клинка. — Плевать уже как-то. Умирать всё одно будем вместе. Жаль, что так вышло…

— Умирать… собрались? — делано удивился я, а после невозмутимо цокнул языком. — Вот это вряд ли.

— Есть план? — покосившись на меня, с надеждой вопросил Цуг, и вся пятерка тотчас навострила уши.

— Есть кое-какой… рискованный вариант, — размышляя над дальнейшими действиями тихо изрёк я, встречаясь взглядом с командиром «Осколков» — Верно ли я понимаю… что клеймо не даёт вам что-либо сделать? Оно… магическое?

— Так и есть, — быстро кивнул Арк, начиная о чем-то подозревать.

— Но на мне… нет клейма, — ухмыльнулся я, а после указал глазами на подплывающую к нам платформу. — Как понимаю опасны… там только охранники? Тот хмырь не боец…

— Я слышал, что он в ранге закалённого виртуоза. Типичный изнеженный аристократ, — подал голос Тэйн со скрытым презрением. — Арк, Рамас или Грат разобрались бы с ним в два счёта. Но его стража на целый ранг выше. Они закалённые губители.

Виртуоз и губители? Если всё пройдет, как надо, то нужно разузнать о рангах поподробнее. Сдаётся мне, в этом кроется нечто очень важное.

— То есть ты хочешь взять его в залож… — заговорил с довольством Ганграт, но прервавшись на полуслове кивнул в сторону аристократа.

— Не попробуем не узнаем. Терять всё… равно нечего, — кровожадно хмыкнул я, начиная медленно ослаблять эмоциональный клин и собираться с силами. — Поможете?

— Лучше так, чем подыхать как собакам, — хитро прищурился Арк, весело подмигивая остальным. — По моей команде.

На удивление безумный план поддержали все одобрительными кивками, а в это самое время левитирующая платформа, которая зависла в паре метров над землей оказалась в опасной близости от нас.

— Так что, Аркас? — раздался громогласный голос Охмара. — Тебе и остаткам твоих смертников есть что сказать в оправ…

Однако тот прервался, стоило его взору наткнуться на мою кривую физиономию.

— Надо же. Среди вашего никчемного сброда новые лица, — хмыкнул деловито он, смерив презрительным взглядом. — Неужели из новой партии? Мне доложили, что из первой волны все погибли.

— Как видишь погибли не все. Юноша выжил, — расслабленно отозвался Арк, глядя надзирателю в глаза. — Но если бы ты распределял нам хоть какое-то подобие жалких воинов, а не всякую бесполезную грязь, то мы бы смогли удержать коллизию. К тому же нас ждали. Подготовили ловушку. Силы оказа…

— Отговорки, Аркас, сплошь отговорки. Кому сдались обычные смертники, чтобы ради них использовать ловушку? — с гадкой гримасой осведомился аристократ, не дав тому договорить. — Вы все совершили ошибку и за неё необходимо заплатить. Ты как никто другой в курсе законов.

— Знаешь, Охмар, — язвительно заговорил Ганграт, сплюнув смачно наземь, выразив своё пренебрежение. — Если хочешь с нами разобраться, то зови сюда мага-клеймителя. Пусть он побыстрее всех прикончит. Лучше сдохнуть тут, а не как бездомным собакам в ущелье. Не терпится взглянуть с того света, как после нашей смерти ты будешь оправдываться перед доминирующими домами и своим отцом за полностью утраченную коллизию. Будь моя воля я бы давным-давно раскроил тебе череп.

— Прикуси язык, грязное отродье! — выпалил разъярённо один из охранников, медленно выступая вперед. — Иначе я выпотрошу тебя прямо здесь.

— Вперед, бравый мужик, — подмигнул тому с вызовом здоровяк, выступая чуть вперёд. — Слезай с этого летающего сортира и покажи, что умеешь. Можешь даже захватить своих подруг. Мне терять нечего. С какой стороны ни взгляни я смертник!

Ха-ха! Ай да Ганграт! Ай дай бесячий сукин сын! Будь моя воля поаплодировал бы стоя.

В это самое время я, как и Рамас с Тэйном сделали несколько неуловимых шагов навстречу, а рука невольно нащупала за поясом под плащом единственное оружие.

На физиономиях сразу у четырёх человек заиграли желваки, но они не дёрнулись вперед, лишь один за другим с вопросом взглянули на своего хозяина. Однако на всеобщее удивление Охмар лишь расплылся в саркастичной улыбке.

— О-о-о-о-о, вовсе нет. Так я не получу никакого удовольствия. За свою дерзость вы достойны большего. Не торопись, Йурх, — хлопнул Охмар по плечу своего верного пса, а ухмылка на мерзопакостном лице стала шире. — Всё-таки данная пятёрка, не считая приблудившегося, — кивнул тот на меня, — какие никакие, но самые долгоживущие смертники. Такие отродья заслуживают лучшего, не так ли, Аркас? Вы заслуживаете незабываемых похорон. Запомни одно, ничтожный полубожок, здесь я судья, царь и бог! И мне решать, кто будет жить, а кто сдохнет! Не стоило дерзить!

От услышанного я невольно ошалел.

Полубожок? Это он о Аркасе? Ни хрена себе!

После слов надзирателя лицо командира «Осколков» помрачнело, словно он почуял неладное, и быстро скосил взгляд на меня и остальных. Вот только, когда я уже собирался отдать команду для рывка и сделать последний шаг вперёд, платформа с невероятной скоростью резко взмыла вверх, а голос Охмара загрохотал над всей площадью:

— СЛУШАЙТЕ СЮДА, ГРЯЗНЫЕ ОТБРОСЫ! — обратился хлыщ к остальным смертникам. — СЕЙЧАС Я ПРОВЕДУ КОЕ-ЧТО НЕВОЗМОЖНОЕ! — а затем его рука сверху-вниз указала на нас, отчего среди других восьми колонн началось бурное оживление. — ТЕМ, КТО ПРИНЕСЕТ МНЕ ГОЛОВЫ ЭТИХ ШЕСТЕРЫХ ВЫРОДКОВ, Я ДАРУЮ ОСВОБОЖДЕНИЕ! У ВАС ДВЕ МИНУТЫ! ВРЕМЯ ПОШЛО!

Твою собачью жизнь! Ха-ха-ха! Как в воду глядел! Так и быть, погнали!

Не знаю почему, но внутри по-прежнему присутствовало небывалое спокойствие. И отдав приказ, клин начал медленно ослабляться. В ту же секунду удерживаемые в узде эмоции и состояние неистовства стали накатывающей волной захлёстывать сознание и всё тело.

Во главе же находилась бессменные злоба, раздражение и ярость.

— Бесстыдная мразь! — прорычал свирепо Ганграт, вынимая из ножен клинок и становясь словно больше прямо на глазах, даже рога увеличились в размерах. — Плакал наш план, не так ли?

Однако вместо слов я показал ему и остальным один палец.

— Минута. Нужно продержаться минуту! — прошипел я сквозь зубы, чувствуя, как глаза наливаются кровью и медленно отдавшись во власть эмоций, указал глазами наверх. — Голову даю на отсечение больше он не выдержит и спустится!

Точнее я сам сделаю так, чтобы это дерьмо спустилось! Царь и бог, говоришь? Видал я таких диктаторов.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, пилигрим, — кивнул решительно Аркас. — Парни, В КРУГ!!! Продержимся сколько сможем!

— Ох, видит Инферно, я знал, что так всё закончится! — буркнул скороговоркой Рамас, принимая стремительно боевую стойку и вынимая из-под плаща две небольшие одноручные секиры.

Неожиданное оружие для его телосложения.

Повторять дважды командиру «Осколков» не пришлось. Слева от меня очутился Аркас, справа увеличившийся в размерах Грат, который быстро терял человеческие очертания и уже чем-то напоминал рассвирепевшего быка, а позади расположилась остальная троица.

Речь надзирателя возымела фантастический эффект. Всего на пару мгновений образовалась гробовая тишина, а затем хищный гвалт десяток, если не сотен глоток оглушил всю площадь.

Вперёд рванули не все сразу, а самые нетерпеливые и те, кто находился ближе прочих. Восьмая и седьмая колонна. Кое-кто в прямом смысле выжидал и искал своей возможности. Однако лавина смертников неумолимо приближалась с невероятной скоростью.

Первых двух мертвецов на свой счёт записал Ганграт. Двое из самых отчаянных отбросов попытались поднырнуть под столь массивную фигуру, но в нынешнем состоянии здоровяк был необычайно ловок. Один удар двуручника наотмашь попросту разрубил от плеча до паха первого, второй вначале лишился руки по плечо, а следом и солидной части черепа. К тому же от рогатого не отставали и другие «Осколки».

Горячая кровь за пару вдохов хлынула наружу, тем самым заливая алой жидкостью весь плац вокруг девятой колонны.

— Давайте, сукины дети! — заревел яростно громила. — Кто еще желает сдохнуть⁈

Ну что ж, время пошло… Пустой!

Последний раз я сражался группой лет двенадцать назад в подготовительном лагере синдиката, и с тех пор бился только один.

В этот раз пришлось сделать несколько шагов вперёд, чтобы не задеть своих и не разорвать полностью кольцо, а в следующее мгновение мир стал преображаться багряными и черными пятнами.

Первичный уровень состояния неистовства поглотил хозяина.

Крики, яростные вопли, скрежет стали и рёв умирающих ударили по барабанным перепонкам. Какофония истинного безумия. Я слышал и видел многое благодаря своей проклятой крови, но и в то же время был далёк от всего.

Да, в такие моменты мне приходилось комбинировать медитативные техники со своим остервенелым и буйным даром, чтобы хоть как-то держать себя в руках.

Не знаю, в какой момент стилет орденской шаболды оказался в руке, но через мгновение перед ногами распласталась четвёрка непонятного сброда, а звон выпавшего из их рук оружия и крики агонии смертников наполняли меня ожесточенной решимостью.

— Почему… не… убиваешь? — вдруг раздался в ушах выкрик Арка.

— Потому что… Не могу… Не выходит… — выдохнул я сквозь силу, не обращая на него никакого внимания. — Не получается…

Конечности, ноги, пальцы, рёбра и периодически грудь. Кровь лилась отовсюду и продолжала заливать округу. Атаки и колющие выпады стилета приходились именно на эти части тел противников. Для меня они казалась медлительными и слабыми, но убить… убить по-прежнему не удавалось. Чего-то не хватало. Что-то незримое запрещало отнять жизнь даже у такого мусора и отводило удары в сторону. Приходилось прилагать в два раза больше усилий и вертеться юлой чуть впереди Аркаса и Ганграта, чтобы не задеть ненароком и их.

Секунды сейчас казались вечностью, а враги не заканчивались. В один из моментов я и сам не заметил, как подхватил с земли чью-то цепную кусирагаму и вырвался гораздо дальше остальных, но при каждом взмахе клинка, стилета или цепи, кто-то непременно оказывался на земле, заливаясь утробными криками.

Не помню в какой именно момент, но столь желанная цель вдруг начала спускаться ниже. Платформа быстро спикировала вниз. Я уже было приготовился к решительному рывку, чтобы довести план до конца, но чей-то яростный рёв вдруг несоизмеримо удивил:

— ВСЕМ СТОЯТЬ, ТВАРИ БЕЗМОЗГЛЫЕ!!!

— ГЛАВА МЛАДШЕГО ДОМА ГАМАН ПРИБЫЛ!!!

— СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ!!!

— Хватит… Уймись! — вдруг раздался откуда-то слева встревоженный голос Рамаса и тот вцепился мне в руку с цепной кусирагамой.

— Остановись, пилигрим, — зашипел удивлённо Аркас, и кто-то остановил ладонь со стилетом. — Ты сделал достаточно!

— Но похоже мы вляпались в еще больше дерьмо, — добавил здоровяк, который уже пришёл в относительную норму и смотрел куда-то правее.

Когда неистовство стало разжимать свои тиски, я осознал, что смертники начали медленно пятиться, оглядываясь отчего-то за спину. Взгляд прошелся по стонущим разумным и нескольким десяткам трупов, по залитой кровью девятой колонне и отсеченным частям тел, а затем ряды приговорённых быстро стали таять, потому как им на смену явились более сорока воителей в чёрном отменном снаряжении. Именно они и разогнали весь скопившийся сброд.

— БЕСТОЛКОВЫЙ УБЛЮДОК!!! — надрывался чей-то неизвестный рык. — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ? ТЫ ЧТО ЗДЕСЬ УСТРОИЛ⁈ ДА Я СГНОЮ ТЕБЯ В ЯМАХ ЗА ТАКОЕ!!!

Практически через секунду чей-то грузный силуэт запрыгнул на парящую платформу и стал раздавать смачных лещей ошалевшему Охмару и нескольким его охранникам.

— Нет… Отец! Прости! — завыл раненым зверем надзиратель, пытаясь увернутся от увесистых оплеух седовласого. — Я лишь… я лишь наказывал смертников за потерю коллизии!

— Какое к пятой династии наказание? Просто убил бы их и дело с концом! К чему эта бойня? Если кто-то из доминирующего дома узнает о твоих выходках нам всем несдобровать!

— Мог бы вечность на такое смотреть, — с глупой улыбкой пробормотал Тэйн, вытирая лицо от ошмётков плоти.

Избиение горе надзирателя не затянулось надолго. Стоило ему оказаться на краю платформы, как воспитание отпрыска прекратилось. Напоследок отвесив тому оплеуху, пожилой мужчина всем корпусом повернулся к весьма отвратному зрелищу обводя внимательным взглядом сверху-вниз залитую кровью площадь.

— Кто… это? — тихо спросил я.

— Зарган, — ответил шепотом Цуг. — Глава младшего дома Гаман. Ответственный за весь лагерь смертников. Он с пару месяцев не появлялся.

Вылезла шишка покрупнее.

— Ну ты даёшь, пилигрим, — ухмыльнулся задорно Грат, ткнув меня локтем по рёбрам. — Ты где так сражаться научился? Бьёшься словно ошалевший демон Инферно!

— Были… наставники… — сухо отозвался я, искоса наблюдая за тем, как Зарган отдаёт приказы своим людям. — Все целы?

— Целы, — кивнул Тэйн, неспешно затягивая колено какой-то засаленной тканью. — У меня всего-навсего царапина.

— Надолго ли мы целы? — вставил свои пять копеек Рамас, глазами указывая на приближающегося к нам главу дома, за которым по пятам следовал Охмар.

— Приветствуем главу дома Гаман! — с лёгкой одышкой заговорил Аркас, делая шаг навстречу и склоняя перед ним голову.

Такому примеру последовали и другие, я же склонил голову перед стариком последним и весьма нехотя.

— Это всё что осталось от смертников западной коллизии? — вопросил холодно он.

— Так точно, отец! — покладисто отрапортовал надзиратель из-за спины.

— Они утратили контроль над ущельем и вернулись назад, наплевав на правила?

— Верно!

Несколько мгновений тот с хмурым взглядом наблюдал за нашей разношерстной шестеркой, а после щелкнув пальцами, повернулся к нам спиной:

— Казнить всех!

Да ты издеваешься старикан? Ну всё, скоты! Сами напросились! Так просто я не подохну!

Стоило словам главы прозвучать и два десятка элитных воителей двинулись на наш жалкий отряд ровным строем.

— Как и думал… — устало пробормотал Рамас, но оружия в руках отчего-то сжал крепче. — Бывайте, парни. План был неплох, но исполнение подкачало.

В одно из мгновений я успел увидеть на лице у Охмара довольную улыбку и это оказалось последней каплей. Тело вновь стало переходить под власть инстинктов, но, когда я уже был готов вырвать эмоциональный клин с корнями и прибегнуть к последней стадии неистовства, шаг Заргана внезапно прервался и тот подобно вихрю, обернулся к нам лицом, но почему-то лишь меня пронзил удивлённым взором и опустил глаза в район правой руки.

— Ты! Откуда у тебя это? — ткнул тот в мою сторону пальцем, указывая на стилет и стремительным рывком направился к нам. — Где ты взял орденский харалуг Наказующих? Отвечай! Живо! — повысил старик голос.

Вопли подействовала в какой-то степени отрезвляюще и не найдя ничего лучше, я медленно поднял ладонь чуть выше.

Стоп! Погодите-ка. Он разве не знает?

Взгляд скосился в сторону командира «Осколков» и Ганграта, но судя по виду полубога и громилы, те сами не понимали в чём дело.

— Цуг, — зашептал я одними уголками губ, наблюдая за тем, как глава дома Гаман минует строй воителей и со звериной яростью рвётся в нашу сторону. — Кто стоит за Наказующими? Какой орден? Ксант в курсе, что Наказующие вступили в войну?

— За Наказующими стоит старейший орден Кара Небес, — едва слышно прошептал Цуг. — Он по силе практически равен Несущим Бурю.

— Пятая династия… — прошипел пораженно Аркас, переглянувшись со здоровяком. — Только не говорите мне, что они…

Мириада счастливых случаев! ДА! Вот он шанс на спасение.

— Они не в курсе… — выдохнул облегченно я, быстро анализируя происходящее. — Они не в курсе, что против великого дома Ксант выступил еще один старейший орден.

— Твоё имя, смертник, и номер? — осведомился яростно глава.

Рот открылся, чтобы назвать какое-нибудь выдуманное имя, но кто-то из пятерки за спиной с молниеносной скоростью вложил мне в правую ладонь пластину. Опустив взгляд и прочитав одно слово с цифрами, я осознал, что о прошлом имени лучше забыть.

На время. Или же… навсегда.

— Моё имя… Ранкар, — сухо отозвался я, поднимая на него глаза. — Заключенный номер… тринадцать тысяч шестьсот шестьдесят шесть.

— Где ты взял харалуг с гербом доминирующего ордена Наказующих? — зашипел грозно он, смерив меня проницательным взором. — Отвечай!

— Ловушка… — с наигранной слабостью проговорил я, медленно протягивая тому окровавленный стилет. — В коллизии мы попали… в ловушку элитного отряда. Смогли убить нескольких… Стилет был на одном из них… Именно поэтому… мы частично утратили контроль… над коллизией… Силы были неравны…

— Почему не доложили сразу о столь важных новостях⁈ — надрывался меж тем Зарган. — ПОЧЕМУ⁈

— Мы хотели, но надзиратель не желал слушать, а потом… случилось это… — указал я руками на десятки тел и залитую кровью площадь.

На секунду показалось, что глава дома Гаман мог взорваться в любую секунду. Со скоростью пули старик рванул в сторону сына и с одной оплеухи отправил того под жалкий вопль в дальний полёт.

— БЕЗМОЗГЛЫЙ КРЕТИН! ПОЧЕМУ МЫ УЗНАЕМ ОТ СМЕРТНИКОВ, ЧТО НАКАЗУЮЩИЕ ВСТУПИЛИ В ВОЙНУ! УДАВЛЮ СВОИМИ ЖЕ РУКАМИ!

Не прошло и пяти вдохов, как старикан вновь стал отдавать новую порцию приказов, при этом не забыв выхватить из моих рук стилет.

— Этих шестерых в отдельный барак и под замок! Отмыть и накормить! Чтобы волос с их головы не упал до моего приказа! — рявкнул свирепо он, на всей возможной скорости удаляясь прочь. — Всем ясно?

— Так точно! — громыхнули несколько воителей ему в спину.

— Вы шестеро к вратам и ждите своей участи! — скомандовал кто-то из «черных».

Практически сразу на площади началось стремительное оживление. Тела убитых и раненых стали оттаскивать прочь другие смертники, а на нас больше не обращали никакого внимания. Множественные косые взгляды приговорённых были исключением.

— Мне кажется, или мы сегодня не подохнем? — задумчиво осведомился Грат, опираясь на массивные ворота спинной и переглядываясь с остальными.

— Инферно свидетель, — молвил слабым голосом Рамас, сидя на корточках. — Это чудо.

— Или проведение, — поддакнул Тэйн, туже затягивая повязку на колено.

— Вечно всё у падших к провидению сводится, — заворчал Цуг.

— Иначе никак, — ухмыльнулся раненый.

Ранкар, значит. Пусть будет так. Неплохое имя. Мне нравится.

Если честно, то сейчас не было никакого желания говорить. Глядя на прекрасные далёкие звёзды, хотелось только молчать, спать и… жрать. Правда, стоило прикрыть глаза и стянуть с руки болтающуюся мёртвым грузом окровавленную перевязку, которую рассекли во время схватки, как кто-то в бесцеремонной манере отдёрнул меня в сторону.

— Лучше прикройся обратно, — шепнул Арк на ухо. — Слишком выделяется.

— Что? — хмуро отозвался я, разлепляя свинцовые веки.

Хотелось послать полубога куда подальше, а потом задать всей этой пятерку уйму интересующих меня вопросов.

— Прикрой её. Не знаю откуда она у тебя, но может привлечь ненужное внимание и выдаст тебя. Мы чудом сегодня уцелели благодаря тебе, но для местных… да даже для элиты такое редкость. Новости распространяются здесь тут быстро. Срежут как трофей либо черные, либо приговорённые. Пикнуть не успеешь!

— О чем… ты? — прошипел холодно я, не понимая к чему он клонит. — Что срежут? Какой к бесам… трофей?

На лице у Аркаса и растерянных Цуга с Гангратом отразилось ошеломление, а полубог демонстративно опустил глаза на мою левую руку, на которой от плеча до самого запястья красовалось… нечто мне неизвестное и странное, похожее на черные шрамы.

Мириада сраных бед! Откуда взялась эта дрянь?

— Какого хе…

Думаю, все понимают, кто это…

В полусумраке я несколько долгих мгновений пялился во все глаза на неизвестное художество и пытался осознать откуда взялась эта гадость. Лишь при тщательном осмотре стало понятно, что это никакие не шрамы, а татуировка в виде языков тёмного пламени. Иссиня-черное тату начиналось от плеча и простиралось почти до запястья, поглотив тем самым полностью руку. Вот только это было не всё, потому как на внутренней стороне предплечья потоки пламени окутали эфес со сломанным клинком. До боли знакомым клинком.

Детально выполненная и донельзя безупречная работа. Складывалось впечатление, что татуировка и оружие казались будто бы живыми.

Глазам не верю. Неужели это…

— Ха-ха… Это бред какой-то, — вырвался изо рта полубезумный смешок, а лбом я уткнулся в деревянную стену, неподалёку от врат. — Вот как, значит? Вот как всё случилось. Вот откуда появилось пламя. Нашлась пропажа, да. Теперь всё встало на свои места. Теперь всё ясно.

— Мне кажется, или он свихнулся? — раздалось за спиной тихое сопение Тэйна, который обращался к Аркасу и Ганграту.

— Всё может быть, — рассудительно заметил Рамас. — Только дурак не станет добивать своих врагов.

Я не заметил, как остальная пятерка окружила меня со всех сторон и с задумчивым видом наблюдала за моими вывертами. Правда, одновременно они весьма профессионально перекрыли обзор другим смертникам, которые то и дело бросали в нашу сторону завистливые, презрительные и отчасти заинтересованные взгляды.

— Нет. Со мной всё в порядке, — тихо отозвался я. — Дайте немного подумать. Хотя бы минуту.

— Да хоть две, — ухмыльнулся весело Ганграт. — У меня сегодня второе рождение произошло.

Значит, всему виной артефакт? Это он перенёс моё тело в Альбарру? Паскудство! Знать бы ещё как, и для чего. Хотя понятно для чего. Неужели он таким образом спас меня от смерти? Но почему именно сюда? Почему именно на Вечное Ристалище? Погодите-ка. Язык. Архаика. Артефакт как-то связан с этим миром? Выходит, это он наделил меня этими знаниями. Получается, тогда в ущелье та тьма не привиделась. Я каким-то образом призвал его. Боюсь, что и провалы в памяти тоже связаны с этим.

Стоп! О чем там балаболил полубожок?

— Аркас, — резко обернулся я к нему. — О чем ты только что говорил? Объясни. Почему её могут срезать? Для чего?

— Так ведь в коллизии ты призвал оружие, — с недоумением отозвался он, почесывая щетинистую щеку, а после покосился на ребят, которые один за другим кивнули. — Мы все это видели. К тому же я слышал и даже один раз видел, как подобные рисунки на свои руки наносят аристократы и голубокровные. Правда, у тебя она огромного размера… Чересчур огромного, — указал тот глазами на тату. — Благородные называют их пространственными оттисками. Они хранят в оттисках оружие или нечто очень ценное. Но занимаются подобной работой высокоранговые одарённые со стихией пространства. Ранг у такого чародея должен быть минимум монарха или же иерарха магии. Да и стоят они целое состояние. По карману такое удовольствие очень и очень немногим. Понимаешь, о чем я? Поэтому поначалу мы и приняли тебя за голубокровного.

— Да, теперь понимаю, — кивнул я, криво усмехаясь и по новой собираясь с мыслями.

Наконец-то хоть что-то встало на свои места. Проклятье! Ярвир свидетель, даже дышится как-то легче.

— У меня к вам будет много вопросов, — тихо обратился я ко всем присутствующим. — Очень много. Поможете?

— Так и у нас их будет не меньше, — фыркнул Рамас.

— Поможем, конечно, — согласился Аркас, переглянувшись с Цугом и остальными.

— Ты спас нас в ущелье, мы спасли тебя, сегодня ты снова помог нам. Мы в какой-то мере рассчитались друг с другом, — философски заметил здоровяк.

— Пятая династия… — простонал Тэйн, закатывая глаза. — Грат, у тебя всё хреново с подсчетами.

— У меня есть пробелы в образовании, — хмыкнул ехидно громила. — В общине обучали лишь азам. Это у вас, серафимов, в Небесном Граде всё иначе.

— Не напоминай мне о том месте, — мрачно заявил смертник, сплюнув наземь. — Век бы его не видел. Надеюсь, когда-нибудь его спалят дотла.

Холера! Тэйн — серафим? То есть не человек? Среди них есть хоть один нормальный?

— Серафим? — вдруг вырвалось у меня, и я иначе взглянул на приговорённого. — Кто такие…

Вот только довести свою речь до конца я не успел, потому как откуда-то слева раздался недовольный выкрик одного из «черных»:

— Эй, вы, сброд! Будьте готовы!

На вопль воителя наша шестерка обернулась практически разом. Лишь в последний миг подобрав с земли окровавленную перевязку, пришлось спешно вернуть её обратно, а также следом подхватил и цепную кусирагаму.

Буду разбираться с этим позже. Сначала информация. Надеюсь, хоть одни сутки без приключений я для всех выиграл. А вот тебя я возьму с собой. Ты знатно пригодилась. Убивать у меня всё равно не выходит, но калечить тобой ай какое чудо.

— Сгодится, — пробубнил я себе под нос, разглядывая заляпанное оружие со всех сторон. — Назову тебя… Гаммой.

— Живо всё за мной! — надрывался воитель дома Гаман. — Не отставайте!

Шли мы совсем недолго. Пять-шесть минут от силы. Стоило миновать вторые по счету врата, как мы в прямом смысле оказались в настоящем военном лагере. Точнее в военном городе. Размах у великого дома Ксант или его вассалов в плане войны был воистину колоссальных масштабов. Не сравнить с тем, что я видел в зоне смертников. Попросту небо и земля.

Остановились мы тогда, когда нас привели к какой-то одиночной хозяйственной постройке, которая более напоминала хлев.

— Внутри есть всё, что нужно для вас, отбросов, — холодно выпалил «черный», указывая рукой на двери. — Приведите себя в порядок. Совсем скоро вас могут вызвать к себе.

Воитель дома Гаман всё-таки маханул лишка во всех смыслах, стоило оказаться внутри, как взгляд выцепил всего-навсего пару бочек с водой, ведро с какой-то бурдой, напоминающее еду, один осветительный кристалл на весь амбар и несколько тюков с соломой для кормёжки скота, а в следующую секунду грохот дверей ознаменовал о том, что отныне мы заперты.

— Ну хоть не прирезали, — флегматично заметил Рамас, приземляясь на первый попавшийся тюк, а следом за ним такому примеру последовали остальные. — Устал как собака!

На ногах остался только Аркас, который всё это время не сводил с меня изучающего взора:

— Спрашивай, пилигрим. Расскажем всё, что знаем. Теперь мы и вправду в одной лодке.

На мгновение образовалась пауза, а я оказался под прицелом сразу пяти глаз.

— Вы уже поняли, что я, скажем так… издалека, — подбирая нужные слова, негромко изрёк я, опираясь на деревянный брус спиной и усаживая свою задницу на полено. — Поэтому расскажите всё.

— Сдаётся мне, разговор будет долгим, — хмыкнул весело здоровяк, удобнее устраиваясь на соломе. — Очень долгим…

Несколько часов спустя.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Поздняя ночь…

В одном Ганграт был прав. Беседа оказалась очень долгой и продлилась до глубокой ночи.

Альбарра или же Вечное Ристалище образовалась несколько тысяч лет назад из-за слияния сразу пяти разных миров, которые именуются пантеонами, а осталось их ныне всего четыре. Назывался момент Первым Соприкосновением, а событие Великой Миграцией. Даже сейчас от неё так и продолжают вести календарный отсчет, населяют же саму планету множество разнообразных рас и кровожадных тварей.

Где-то четыре тысячи лет назад почти сразу после слияния, как её сейчас называют, Пятая Династия, решила подмять под себя остальных и поставить всех в невыгодное сексуальное положение, то есть раком. Сил оказалось более чем в достатке, потому как в прямом смысле те могли соперничать в силе с богами.

После Соприкосновения было гораздо больше, нежели сейчас. Началась вселенская резня, при которой четырём пантеонам понадобилось объединиться и выступить против одного врага. Бойня унесла жизни множества небожителей и разрушила их святыни, но Пятая Династия являлась не пальцем деланной и знатно проредила ряды божеств. На данный же момент выжило их всего-навсего двенадцать штук. По три на каждую территорию. Хотя лично мне кажется, что это недобитки, которые спаслись чудом. Многие жители Альбарры до сих пор им поклоняются, строят храмы и считают нерушимым законом.

Ну а земли, где миры соприкоснулись и частично соединились, образовали коллизии. Порой эти тропы безопасны и используются для торговли и прохода, где-то смертельно опасны, а где-то происходит резня, как сейчас в Аделлуме.

Что касательно самой войны, то длится она четыре года. Если кратко, то Троя послала Ксант куда подальше. Как выяснилось обереги тоже рвут друг другу глотки и во многом спорят за влияние, а также власть, поэтому кровопролитие и разрослось до колоссальных масштабов. Аххес что-то не поделил с Иерихоном, а Север грызётся с Востоком. Но порой роли меняются, и бывшие союзники ссорятся друг с другом.

Сейчас на стороне великого дома Ксант и Несущих Бурю воюют их вассалы в лице доминирующих и младших домов с орденами. Иерархия там достаточно строгая, и кто-то обязательно кому-то подчиняется.

Аххеским пантеоном сейчас правят четыре великих дома, каждому из которых подчиняются несколько доминирующих домов, к доминирующим же на поклон идут младшие, а вот за ними могут находиться целые царства с царями. Над Иерихонским стоят четыре старейших ордена. Над Северным властвуют семь верховных кланов. На Востоке главенствуют пять суверенных поместий. Однако помимо этих мастодонтов существует масса прочих как зависимых, так и независимых сил разной мощности. Правда, среди этой мышиной возни есть нейтральная территория, где все они относительно мирно сосуществуют друг с другом и именуется она Аронтиром, неким негласным центром Вечного Ристалища и столицей мира. Всё неизведанное за границами пантеонов называют Фронтиром.

В остальном же мир чем-то похож на Терру, где сильные получают всё, а слабые умирают, либо пресмыкаются. К тому же мироздание Альбарры магически продвинуто во многих смыслах. Академии и башни магов существует в каждом из пантеонов. Вот только обучаются там в большинстве своём знать и власть имущие. Рождаются маги и чародеи больше всего из элиты. Однако многие дома, кланы и поместья в большинстве своём берут под своё крыло одарённых простолюдинов, если подобные появляются. Таким образом они нанимают их на службу и образуют побочные ветви. В общем и целом, маги в этом мире ценятся больше, чем воители.

Ну и разумеется, куда без чистоты крови. Селекционеры сраные. Браки чаще всего заключаются между могущественными одарёнными. Правит миром же сильный. Да и среди знати есть огромная пропасть. Тех, кого причисляют к верхушке. А это великие дома, старейшие ордена, верховные кланы и суверенные поместья. Их называют голубокровными и благородными. Те, кто стоит в иерархии ниже — обычными аристократами. И как раз-таки только правящая элита верховной знати, и их прямые наследники имеет право говорить на архаике. А тут появился я. Как бес из сраной табакерки. И говорю я лишь на архаике.

Далее и мне пришлось поведать немного о себе. Приходилось мешать правду с ложью, чтобы Аркас её не распознал, а также умалчивать о некоторых фактах, но вот удивления на лицах ребят я заметил очень мало.

Более всего ввели в ступор ранги силы среди воителей и магов Альбарры. Но даже помимо ступеней силы существовало множество различных родословных.

— То есть у тебя, Ганграт, родословная… быка? — тихо вопросил я, разлепляя веки, стоило Аркасу закончить свой рассказ.

— Так и есть, — подтвердил тихо громила, лежа на тюке соломы. — Я принадлежу к общине минотавров. Чудовище и человек. По-нашему терат. Мы обладаем толикой трансформации, но как видишь, — щелкнул он себя по рогам, — не совсем безупречной.

— А ты, Тэйн, серафим?

— Бывший серафим, — усмехнулся мрачно парень. — Меня изгнали, уничтожили ядро силы и лишили крыльев. Таких как я называют падшими. Из всех присутствующих здесь только Цуг полноценный человек, — и нехотя поднявшись на ноги, тот неторопливо сбросил с себя рубаху и повернулся ко мне спиной, на которой вдоль лопаток расположились два безобразных шрама.

— Аркас, если ты полубог, то получается обладаешь чем-то необычным? — поинтересовался я.

— Ну да, как же, — фыркнул беззаботно тот. — Слегка распознаю ложь и восприятие у меня выше, чем у других людей. Благодаря моим чувствам мы и выживали в коллизии. Но я понимаю к чему ты клонишь. Тут всё зависит от того, кто твои родители. Таких как я имеется в достатке. Ведь всё решает кровь и родословная. Моя покойная мать нимфа. Их причисляют к каким-никаким, но низкоранговым божествам природы. Только сил у них очень и очень мало. Но вот есть и те, у кого сил в достатке. От таких существ рождаются сильные полубоги. Я же… ущербный.

— Как понимаю, вас не очень удивило то, что я иномирец? — задал я вполне логичный вопрос.

— Так Рам тоже в какой-то степени иномирец, — тихо рассмеялся серафим, взглянув на беззаботного парня. — Его батя выходец из Инферно. Вот чьи родичи-демоны любят воевать со всем Вечным Ристалищем! Разломов, что ведут на поверхность Альбарры пруд пруди. Однако демонов…

— … все ненавидят, — закончил за своим другом Рамас. — Они воюют со всем миром. Со всеми пантеонами. Захватывают территории, потом их теряют, но маноры их огромны. Я же тифлинг. Отпрыск демона и человека. Меня ненавидят как в Альбарре, так и в Инферно.

— К тому же лет тридцать назад началось Второе Соприкосновение с еще парой-тройкой миров, — заговорил Арк, чтобы разбавить гнетущую атмосферу. — По неподтверждённым слухам эмиссары из других мирозданий уже с десяток лет находятся на территории Вечного Ристалища и гостят у голубокровных. Как говорят, они о чем-то пытаются договорится с оберегами. В Аххесе и Иерихоне они точно есть. Пространственные тропы образовались давно и располагаются они в их твердынях. Наверное, это одна из причин почему на пилигримов и тебе подобных объявлена охота.

Вот как, значит. Что ж, теперь многое и вправду встало на свои места. Информация бесценная штука.

— А что касается рангов? — вопросил я, глядя то на одного, то на другого смертника. — Есть подробности?

— Давай лучше покажу, — вскочив на ноги, тихо пробормотал Цуг и подхватив с пола кусок палки, начал вычерчивать на полу многие название, попутно с этим объясняя написанное. — Нужно знать главное. У магов каждый ранг делится на три отсечения, где третье слабейшее, а первое сильнейшее. А у воителей всего две ступени: незакалённый и закалённый. Но когда воин достигает определенного пика и каким-то чудом пробуждает эссенцию силы, то его мощь растёт многократно, и он может посоперничать с одарённым.

Все художества парня заняли минут пять, но через некоторое время глазам открылась суть.

— Вот магические ранги, — указал тот своей «указкой» выше. — А вот воинские, — и деревянный прут перетёк ниже.

Мне только и оставалось, что ознакомиться со всем собственными взором. К тому же должен был признать, что почерк у него был идеальный даже в такой ситуации.

……

Магические ранги:

Неофит Магии.

Адепт Магии.

Посвященный Магии.

Магистэр Магии.

Советник Магии.

Усмиритель Магии.

Монарх Магии.

Иерарх Магии.

Властелин Магии.

Небожитель Магии.

……

Физические ранги:

Рекрут.

Кирсир.

Виртуоз.

Губитель.

Истязатель.

Вершитель.

Сокрушитель.

Пробуждение эссенции:

Мастир Клинка.

Мастир Крови.

Мастир Боя.

Мастир Войны.

Мастир Бедствия.

Мастир Коллапса.

……

— В целом как-то так, — с довольной улыбкой пробормотал Цуг, быстро уничтожая доказательства урока. — Но помимо воинов и магов, есть еще совершенные и безупречные. Однако о них я знаю очень мало. Они большая редкость и невероятно сильны.

Чтоб мне провалиться!

— Вы ведь все воители? — сходу спросил я.

— Всё так, — кивнул быстро Цуг. — Маги относительная редкость. Разумные с родословной попадаются чуть чаще.

— Аркас, каков твой ранг? — обратился я к полубогу.

— Вообще-то точный вердикт выносит боевая ассоциация, — с сомнением произнес командир «Осколков», — но до того, как мы попали в смертники и у нас отняли жетоны, я был закалённым губителем.

— Ганграт? — перевел я взор на здоровяка.

— Закалённый губитель.

— Тэйн?

— Незакалённый губитель.

— Рамас? — я устремил глаза на тифлинга.

— Незакалённый губитель, — буркнул нехотя тот.

— Цуг?

— Я самый слабый из всех, — почесал тот неловко затылок. — Незакалённый виртуоз. До сей поры я выживал только благодарю ребятам.

— Как вы оцениваете мою силу? — осведомился я.

— Минимум… истязатель, — профессиональным тоном озвучил свои мысли Аркас, смерив меня изучающим взором. — Об остальном скажет только оценка в ассоциации.

Истязатель, значит. Вполне неплохо. Надо же. Безумный, жестокий, но в чем-то интересный мир. Правда, кое-кто сейчас в полном дерьме.

— У меня последний вопрос для всех вас, — задумчиво отозвался я, продолжая анализировать всё услышанное. — Как вы определяете, что я говорю на архаике?

На несколько долгих секунд образовалась пауза, а затем раздался громогласный хохот Ганграта.

— Ты разве этого еще не понял? — отсмеявшись вопросил терат и вскочив на ноги, быстро ко мне подошел и протянул свою лапищу.

— Скажи, что-нибудь на архаике.

— Истязатель, — негромко отозвался я, избавляясь от косноязычия.

Стоило закончить речь, как пальцы и ладонь здоровяка забило мелкой дрожью.

Чтоб мне сдохнуть! Теперь понятно, почему они говорили, что чувствуют её. Вот в чем беда.

— Теперь понимаешь, как? — хмыкнул минотавр.

— Архаика — слова силы. По слухам, она может управлять и подчинять слабых, — подался в объяснения Цуг. — Именно по этой причине на ней говорит только голубокровная знать. Их сила незыблема, а любого противника они уничтожают всей своей мощью. И, похоже, ты… один из благородных.

— Вы уже знаете, что это не так, — возразил я, невольно нахмурившись, а затем хлопнул себя по левой руке. — Возможно, проблема в этом, но чтобы убедиться необходимо разобраться во всём тщательнее. Как и вы все я смертник. Могу сдохнуть в любую минуту. Самое главное сейчас выбраться из этой выгребной ямы и свалить подальше от войны.

На несколько томительных секунд образовалось молчание. Не нужно быть мудрецом, чтобы понять то, что ко мне будут относиться настороженно, ведь я сам такой. Плюс еще сумасшедший немного. Однако, чтобы переработать столько информации понадобится немного времени.

Не найдя ничего лучше, я прикрыл глаза и опёрся затылком о деревянный брус. На секунду показалось, что усталость берет своё и можно вздремнуть, но этому не суждено было сбыться.

За стенами амбара раздался гулкий скрежет, затем двери нашего пристанища резко отворились, и за их порогом показался силуэт знакомого воителя дома Гаман.

— Ты и ты, — ткнул он в меня и Аркаса пальцем. — Оба за мной! Господин Зарган хочет вас видеть.

Похоже, отдых кончился, и покой нам только снится…

— Не особо вы… торопились, — вновь обращаясь к косноязычию, усмехнулся я, деланно охая и поднимаясь неспешно на ноги.

Аналогичное со мной движение совершили и все остальные, но вперёд шагнули только я и Аркас.

— Это не твоего ума дела, жалкое отребье! — скривился брезгливо воитель дома Гаман, а рядом с ним вдруг появился еще один. — Пошевеливайтесь! Господин не любит ждать!

— Как скажешь… командир. Виноват, — хмыкнул я с ехидной улыбкой, миролюбиво поднимая руки. — Я обычный преступник и смертник. Не мне указывать уважаемым господам, как крутить дела.

— Ты слишком много себе позволяешь, — ощерился раздраженно он. — Сегодня вам несказанно повезло.

— Согласен, командир, — кивнул я с напускной серьёзностью. — Буду считать… это вторым рождением.

Однако тот вдруг с того ни с сего нахмурился и смерил меня подозрительным взором.

— Что с твоей речью? Почему половину из того, что ты говоришь не разобрать?

Зараза! Какой наблюдательный сукин сын! Зарган ничего не сказал, а этот чересчур исполнительный.

Практически моментально все замерли и напряглись, а я же просто-напросто заглянул воителю в глаза.

— Заболевание и… травма в коллизии, командир, — расслабленно признался я, подхватывая с соломы оторванную цепь и саму Гамму. — Бывал когда-нибудь там?

Щека его невольно дёрнулась после заданного вопроса и как оказалось, я попал в точку, потому как вперед выступил его товарищ.

— Левек, достаточно. Нужно поторопиться, — вклинился в разговор другой воин, а затем тот посмотрел на меня и рядом стоящего Аркаса, который также подпоясывался своим клинком. — Оружие оставьте здесь, вам оно не понадобится. Следуйте за нами, господин и вправду не любит ждать.

— Как скажешь… второй командир, — спокойно отозвался я, переглянувшись с полубогом. — Как скажешь…

Центральная часть военного лагеря.

Зона офицеров и аристократов.

Как бы то ни было, но в одном я оказался прав.

Во-первых, меня и остальных ребят расположили в хозяйственной зоне, потому как повсюду присутствовали амбары, склады, кладовые и снующие повсюду служки. Затем весьма быстро мы переместились в мастерскую часть. Хватило лишь слуха и обоняния, чтобы убедиться в этом. Звон металла стоял отменный, а вонь и шипение раскалённого железа не спутаешь ни с чем.

Во-вторых, это и вправду ни хрена не военный лагерь, это огромный военный мегаполис. Размах войны чувствовался континентального масштаба. Казармы, наспех отсроченные тенты, палатки и огромные шатры возвышались практически вдоль и поперек, а простирались те, по-видимому, на несколько километров в разные стороны, уходя при этом в безбрежную даль.

Вынужден сказать, что шли мы достаточно долго. Минут двадцать. Потому как успело смениться сразу несколько зон. Какая-то была больше, какая-то меньше. Однако в одно из мгновений все звуки разом стихли и воцарилась неестественная тишина, а еще минуту спустя мы оказались в… весьма странном месте. Осветительных кристаллов здесь насчитывалось в избытке. Поражала необычайная чистота, а также донельзя помпезные и богато украшенные шатры и тенты. К тому же повсеместно чувствовался изысканный комфорт.

Интересно получается. Как я понимаю те, кто здесь поселились не простые смертные. Похоже, совсем скоро мы сможем лицезреть ту самую элиту. Однако было бы лучше сейчас с ними не встречаться, потому как по виду Аркаса он тоже был не рад здесь находиться. К тому же то на одном, то на другом шатре имелись определенные художества вычерненных знаков, а также несколько гербов и флагов.

Правда, на всеобщее счастье, нас не повели куда-то вглубь данной зоны, а попросту протащили по самой окраине. Остановились мы, как ни странно, перед небольшим шатром, на стенах которого красовался какой-то зверь похожий то ли на лося, то ли на оленя.

Как нельзя подходит Охмару.

Практически сразу полог шатра поднялся вверх, и первая, кого мы с Аркасом увидели оказалась весьма прелестная невысокая блондинка в деловых очках и неком подобии походного костюма. Причем костюм настолько обтягивал все необходимые и выдающиеся места в районе груди и филейного места, что я невольно залюбовался таким видом. Вот только её осанка, движения, манера и жесты скрывали в себе опытного бойца.

Интересно, у неё ранг истязателя или кое-что повыше? Необходимо побыстрее разобраться в этой теме.

К тому же это вторая представительница женского пола, которую я здесь встретил, если не считать той орденской шаболды, которую я увидел в Альбарре. И обе из них являлись до безобразия безупречными и… красивыми, что ли. Это невольно напрягало. А вот ни в лагере смертников, ни по пути сюда ни одной другой женщины мы не лицезрели. Впрочем, по большому счету вели нас сюда окольными путями.

Проклятье! Когда я стал столь падок на женщин? Неужели воздержание берет своё? Хотя если припомнить, то последняя с кем я спал, пыталась меня прикончить прямо в постели. Произошло это месяца три назад и будто бы в другой жизни. Да и вынужден я был таким заниматься, потому как поступил приказ от синдиката, а другого выхода чем утащить её в койку я на тот момент не видел.

Меня и Аркаса девица словно не заметила, будто мы были пустым местом, а взглянула на двух воителей позади.

— Свободны! — отмахнулась небрежно та, и поклонившись те ретировались прочь, а её миловидное, но холодное личико, словно нехотя переместились на нас. — Еще раз позволишь себя такой взгляд, мусор, — с сочащейся брезгливостью прошептала она мне. — И я выколю твои мерзкие глаза прямо здесь и сейчас. Уяснил?

Так-так-так. А это забавно. Очень забавно. Здесь все поголовно бабы стервы, или только мне так везёт? Ах, ну да. Как я мог забыть. Чистая кровь, знать, голубокровные, браки по расчету, сильный правит всеми и ставит тех непременно раком. А я кто? А я неуравновешенный смертник со скверным характером. Грязь из-под забора. Но надолго ли? Мной уже помыкали. Тринадцать сраных лет. Более такого не позволю.

— Прошу простить уважаемую госпожу, — как можно ниже поклонился ей Аркас, не разгибая спины. — У него есть небольшая травма. Мой друг слегка растерян и рассеян с тех пор…

— Плевать мне на него и его травму! Вы здесь лишь потому, что обладаете необычайно важной информацией, — скривилась презрительно эта стерва, не сводя с меня взгляда. — Ты уяснил, отброс?

— Более чем… госпожа, — с потаённой ухмылкой, поклонился я ей, а стоило скрыть свою физиономию, как улыбка стала лишь шире. — Прошу простить… мою дерзость. Более такого… не повторится.

Да и менее тоже.

— Упадёте на колени перед господином и склоните свои головы, а затем будете честно отвечать на поставленные вопросы. Уяснили?

Уясни то, уясни сё! У ней это любимое слово, что ли? Так еще и на колени. Стерва слабоумная!

— Мы вас поняли, уважаемая госпожа, — почтительно отозвался Аркас, весело мне подмигивая и перенимая мой настрой.

— Вперёд! — холодно выпалила она, кивком указывая себе за спину.

Если честно, то проделали мы всего-навсего шагов тридцать по шатру, но богатство повсюду оказалось вопиющее. Обстановка, стиль, лоск. Даже на войне аристократы оставались аристократами. К тому же в шатре было сразу несколько комнат. Однако все мои мысли сошли на нет, когда перед глазами замаячил стол, за которым сидел Зарган, и который не сводил глаз с единственного предмета на столе.

Стилета. Моего стилета.

Пришлось последовать совету этой стервозной дряни и преклонить без какого-либо энтузиазма колени и уперев взгляд в пол мы стали ждать.

Несколько мгновений стояла гробовая тишина, но первые слова старика не заставили себя долго ждать:

— Представьтесь. Оба!

— Имя — Аркас, — негромко сказал полубог. — Заключенный семь тысяч девятьсот восемьдесят три.

— По какой догме и приговор? — вновь спросил глава дома Гаман.

— Покушение… на жизнь аристократа, — отрывисто ответил сероглазый. — Приговор… смерть или ссылка в коллизию.

Чтоб мне провалиться! И на кого это там они решили покуситься всем отрядом, что их сюда сослали? Да и цифра почти восемь тысяч. До появления моего жетона и его хозяина Арк пережил уйму смертников. Уважаю. Да и мой знак по словам парней они сняли с одного бедолаги, почившего в коллизии в день моего появления перед тем. Хорошо, что они показали, как им пользоваться и что означают предписания на железке.

— А ты? — равнодушно спросил старик.

— Имя — Ранкар, — спокойно изрёк я. — Заключенный номер шестнадцать тысяч шестьсот шестьдесят шесть.

— Догма и приговор?

— Двойное убийство. Приговор смерть или ссылка в коллизию.

М-да, бывший хозяин жетона не пальцем деланный. На своём жизненном пути прирезал двоих. Есть у меня с тем бедолагой что-то общее.

— А теперь рассказывайте всё в подробностях, — перешел к сути Гаман. — Как это произошло? Как вы столкнулись с Наказующими? Сколько их было? Как завязалась битва. Я внимательно слушаю.

На секунду возникла пауза, а затем Аркас тихо заговорил:

— Случилось это почти четыре дня назад в западной коллизии. Распределено на вылазку было чуть больше сотни человек. Рунные маги дым доверили мне. В первой волне состояло около сотни смертников. Во второй двадцать. На пути мы встретили шесть или семь десятков низкоранговой нежити, пару десятков умертвий, несколько теней и одну ущельную банши. Мы успели пройти лишь треть пути и угодили в ловушку. Нас ждали. Первую волну уничтожили мельничными артефактами за мгновения. Точнее почти уничтожена…

— Да-а-а-а, — вдруг протянул задумчиво Зарган, концентрируя своё внимание на моей персоне. — Охмар доложил, что из первой волны уцелел только один. И это ты. Как умудрился?

Вот же сукины дети! Смертники для них грязь, конечно, но, когда им нужно обязательно докопаются до истины.

Лишь после вопроса Гамана я вдруг понял, что стервозная дрянь держит в своих руках какой-то мерцающий предмет, похожий на огранённый шестиугольный камень. Впрочем, если я не совсем идиот и ребята не соврали, по-видимому, какой-то артефакт. Либо записывающий, либо распознающий ложь. Мир же магический. Да и хорошо, что с Арком мы обсудили всё заранее. Врать он не может, а мне это раз плюнуть, поэтому любые каверзные ситуации он сбрасывает на меня.

Хорошо, погнали.

— Я был в самом центре волны… господин, — с наигранным раболепием пробормотал я, склонив голову еще ниже и широко ухмыляясь. — Все умерли за мгновения, а затем меня завалило телами и… ошметками мёртвых. Видимо, мне повезло. Когда пришел в себя и выбрался из-под трупов, поспешил на выручку второму отряду.

Взгляд Заргана практически сразу обратился на стерву, но единственное, что она сделала это лишь слегка нахмурилась и утвердительно кивнула.

Ха-ха! Вот уж дудки. Хрен вы когда меня поймаете на вранье, когда она густо смешана с частичной правдой. Да и лгал я прекрасно под любым детектором лжи.

— Продолжай, — бросил Гаман Аркасу.

— Битва затесалась нешуточная и продлилась не более пяти минут. Противником был элитный отряд Наказующих, ведь их гербы известны многим. Нам удалось убить нескольких из них. За это время второй отряд почти уничтожили. Тогда я принял решение применить дым, чтобы остановить иерихонцев хотя бы в том месте и перекрыть ущелье.

— Как вы добыли стилет из орденского харалуга? — вдруг нетерпеливо выпалил Зарган.

— Это всё… Ранкар, — чуть запнувшись сознался полубог.

— Говори! — порывисто рявкнул он. — Как ты его получил?

— Когда я пришел в себя началась суматоха, — продолжил я напропалую безбожно врать, — магический тайфун только сходился над точкой распространения дыма. Из-за того, что первую волну посчитали уничтоженной, у меня получилось ударить несколько иерихонцев в спину и сильно ранить двоих. С одного из тел я и подобрал стилет. Ущелье закрылось, а затем мы начали отступать. Об остальном… вам известно.

Глаза Заргана тотчас перетекли на стерву, но она в очередной раз лишь утвердительно кивнула.

Надо же. Угадал. Всё-таки артефакт лжи.

— Безобразное везение, — в полном замешательстве пробормотал Гаман. — Тебе трижды повезло, смертник. Уцелел перед мельницами, ранил каким-то чудом орденского искателя и умыкнул у него харалуг. Ты представить не можешь насколько он ценен.

Да в курсе так-то. Ребята объяснили. Знал бы ты, старый хрыч, как душит меня сейчас жаба.

— Кто командовал иерихонцами? Сколько их примерно было? — вновь стал допытываться до полубога старик.

— Минимум человек сорок. Вероятнее всего, неполный отряд. Командовал ими лейтенант, то есть ал’сирх…

А затем случилось то, что я никак не предполагал.

Один учащенный удар сердца.

Второй.

Затем третий…

Проклятье! Только не снова. Прошу хотя бы не здесь.

Прикрыв глаза, я и сам не заметил, как попытался уйти в медитативную технику и пока Аркас говорил всё, о чем мы договорились, внутри в прямом смысле начали вздыматься волны раздражения, злобы и опасности. Начали они накатывать в тот самый момент, когда мы перешагнули через порог палатки, но прямо сейчас обострились до безумия.

Впрочем, протест молчал. Лишь это меня сейчас спасало.

Вот только напрягало совсем иное. Чем больше времени мы находились в шатре и чем глубже я подавался в медитацию, тем острее становилось восприятие и тем яростнее обострялись все чувства. Они сейчас твердили о том, что в глубинах помещения скрыто нечто… Точнее некто могущественный. Об этом трубило практически всё: эмоции, клин и даже сердце. И эпицентром этой мощи был не Зарган. Нет, старик хоть и был силен, но не настолько. Возможно, если я выйду на предельный уровень неистовства, то смогу прикончить старого хрыча. Однако и это под большим сомнением. Но вот хрен, который находится в глубине был мне абсолютно не по зубам. У него такая подавляющая сила, которая в прямом смысле заставляла кровь кипеть.

Надо же. У меня впервые такое. Я отчетливо слышу его сердцебиение, чувствую его запах. Ранее мои чувства были не настолько остры. Нет, со мной определенно что-то не так. После попадания в этот мир внутри кардинально что-то изменилось. Знать бы что это. Стоп. Неужели дело в…

Довести мысль до конца не вышло, потому как глаза произвольно начали наливаться кровью, а эмоции выходить из-под контроля.

Злоба. Раздражение. Опасность.

Инстинкты сработали самопроизвольно, потому как неизвестный… просто пошевелился и… кажется поднялся с кресла.

Лишь чудом и полностью отдав все силы на контроль клина я не стал действовать. Вот только голова быстро дёрнулась в его направлении, а зрачки моментально сузились. Однако моего выверта никто не заметил, потому как все были увлечены словами Аркаса, поэтому пришлось спешно делать вид, что я просто разминаю шею.

Проклятье! Что за мастодонт там сидит?

— А теперь слушайте сюда, — раздался холодный голос Заргана и тот слегка приподнялся над креслом. — Через два дня вам выдадут новое снаряжение и отберут лучших смертников. Пойдете в первой волне и будете показывать дорогу. Доведете до того места, где вы видели Наказующих. Также с вами во втором отряде отправятся воители из дома Гаман для разведки. Теперь проваливайте с глаз моих, — ядовито заключил старик.

Само собой разрешение у нас не спрашивали и попросту вышвырнули наружу, как собак. Однако покидал я этот сраный шатер с облегчением. Вселенским облегчением. Сейчас мне не хотелось бы встречаться с той сверхсильной тварью, но когда-нибудь вероятнее всего придется. Ведь на задворках этого сраного мира я сидеть не намерен.

— Фух, пронесло, — напряженно выдохнул Аркас.

— Кто знает, — усмехнулся я, глядя на яркие звёзды и две луны, попутно с этим облегченно выдыхая. — Кто знает…

Что ж, похоже, покой и вправду нам только снится. Самому придется скоро узнать, как выглядит та самая коллизия. Я ведь смертник как-никак…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Шатер младшего дома Гаман.

Стоило обоим смертникам покинуть шатер, как глава дома Гаман подскочил с кресла словно ужаленный в задницу. Вначале он как можно ниже поклонился светловолосой девице, которая практически не обратила на такой жест никакого внимания, а потом ловко повернулся куда-то в сторону.

Несколько мгновений ничего не происходило, а затем по деревянному покрытию палатки раздались тихие шаги и на обозрение осветительных кристаллов предстал высокий и задумчивый светловолосый мужчина с жутким шрамом от левой щеки до самого уха.

— Еще раз благодарю, госпожу и господина Хаззак за ваш визит, — заискивающе пробормотал Гаман. — Вы сами всё слышали. Похоже, Наказующие и вправду вступили в войну. А где Наказующие, там и…

— … и их хозяева, — равнодушно заключил глава доминирующего дома Хаззак. — Дела плохи. Кара Небес действительно решила вступить в войну и отправила свой передовой отряд в виде Наказующих. Значит, и на поле боя вскоре начнутся изменения.

— Это важная информация, отец, — вклинилась в разговор девушка. — Не думаете, что пора донести её до… — на следующих словах девушка замешкалась и сглотнула, — … до великого дома Ксант. Теперь против них выступит сразу два старейших ордена.

— Знаю. Прекрасно знаю, — кивнул задумчиво тот. — Но она требует проверки. Не так ли, Зарган?

— Всё верно, господин, — еще ниже поклонился старик. — Именно поэтому я и направлю в коллизию лучших смертников и своих лучших людей.

На целое мгновение возникла пауза, вот только лицо главы дома Хаззак по-прежнему было задумчивым.

— Отец, вас… вас еще что-то гложет? — обеспокоено спросила девушка.

— Маннисса, разузнай всё об этом смертнике, а Гаман тебе в этом поможет, поднимите архивы, — спокойно отозвался мужчина, медленно поворачиваясь и скрываясь по тьме помещения.

— Смертника? Вас заинтересовал смертник? — ошеломленно вопросила та, не в силах поверить в услышанное. — Вы о вшивом полубожке, отец? Я ведь проверила их…

— Не тот, а второй. Черноволосый, — сухо отозвался глава, отчего побледнел даже старик.

Услышать такое от столь могущественного человека было невероятным событием.

— Но… зачем? — непонимающе прошептала девица, расширив глаза.

— Кажется… — с сомнением пробасил Хаззак, — … он каким-то образом почувствовал моё присутствие.

Подобные слова прозвучали как гром среди ясного неба и на несколько секунд возникла неловкая пауза. Ни Маннисса, ни Гаман не могли примириться с услышанным.

— Как такое может быть? — выпалила шокировано девушка, не веря своим ушам. — Вы ведь один из лучших в сокрытии своей ауры. Как мерзкий смертник…

— Разузнай о нём все подробности. Не заставляй повторять дважды…

Терра.

Тарция.

Некоторое время назад…

Эльза и остатки убийц наблюдали за ужасающим зрелищем, находясь в могильной тишине. Никто не мог поверить собственным глазами. Увиденное явилось из страшных сказок. Черное пламя, охватившее половину холла и пожирающее безумно хохочущий силуэт исчезло так же бесследно, как и появилось. Тёмный огонь возвратился к своему эпицентру и с оглушительным хлопком растворился в пространстве. На пол коридора, где сидел почти мёртвый Пустой осели лишь горсти человеческого праха.

Гробовая тишина и неверие. Никто из уцелевших не смел шелохнуться.

— Он… он сдох? С-сгорел? Что… что сейчас произошло? Я… сплю что ли?

Стоило довести устранителю свою запинающуюся речь до конца, как с лестницы раздались тяжелые и стремительные шаги. Все как один обернулись назад, а затем в холл ворвался слегка сгорбленный моложавый старик.

В коридоре вновь образовалась смертельная тишина. Чем больше прибывший оглядывался по сторонам, тем сильнее бледнел. Взгляд его блуждал с раненых убийц на полу, затем сконцентрировался на опаленных стенах и под конец сфокусировался на черной воронке, в сердце которой тлел человеческий прах.

— Ты… ты же… тот самый… — с удивлением прошептала Эльза, глядя на опекуна Пустого и его культю. — Тебя должны были уби…

— Нет… Нет… Нет… Как же так… Не успел… — пробормотал дрожащими губами калека, не обращая никакого внимания на убийцу и не сводя глаз с горсти пепла. — Глупцы… какие же вы глупцы… И я… старый дурак…

Вся жизнь сошла с лица старика после сказанного и увиденного, а из-за нахлынувшего неверия и бессилия на него стало жалко смотреть.

Рот Эльзы открылся, чтобы отдать приказ, но язык попросту застрял в глотке. Лавина чужеродного давления и злобы распространилась по всему холлу. Старик стал центром чужеродной силы, а все бойцы окаменели, не в силах двинуть ни единым мускулом из-за подавляющего могущества.

Устранители с выпученными от ужаса глазами наблюдали за действиями калеки.

Сделав несколько неуверенных шагов на пошатывающихся ногах, тот присел на колени перед пеплом и растерянно смотрел на останки несколько длительных мгновений, а затем в какой-то миг он медленно и с благоговейным трепетом коснулся цепочки медальона на своей шее.

Медальон был единственной вещью, с которой Бетал не расставался на протяжении долгих лет. Дарованный предмет дождался своей минуты. Но видят предки, для всех было бы лучше, чтобы данный день никогда не наступил.

— Если этот пепел всё, что осталось от юного господина, то смерть покажется вам не пыткой, а избавлением от мук, — опустошенно и мало разборчиво пробормотал старик, рукой прижимая медальон к груди и прикрывая раскрасневшиеся от слёз веки. — Вы, насекомые, не поняли, какую катастрофу посмели пробудить… Когда он явится сюда, то ни вам, ни вашему синдикату, ни вашему миру и уж точно не мне не сыскать прощения…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона смертников Западной коллизии.

Двое суток спустя.

Поздняя ночь…

Не знаю почему, но с детства в том мерзком приюте приходилось быть настороже, что и выливалось в постоянные драки и мордобой. Наверное, из-за своего ненормального естества и проклятой крови я практически никогда не видел сновидений и редко когда ощущал себя в безопасности. Находясь в забытьи, беспокойные и в то же время родные эмоции, такие как гнев, раздражение или ярость силились поглотить и заставляли отдаться в их власть.

Примерно то же случилось в шатре Гамана. Сила неизвестного казалась удушающей, и когда опасность была слишком велика клин не срабатывал. Однако опасность не заставляла бежать прочь от сильных противников! Нет, совсем наоборот. Она убеждала действовать наперекор здравомыслию. По какой-то причине она требовала найти, покалечить, разорвать, броситься с головой в омут безумия и залить всё кровью. Требовала рваться в бой, словно умалишенному. Упиваться каждой каплей силы. Она требовала убивать и отнимать жизни…

Но убивать… не получалось.

Благодаря медитативным техникам Бетала удавалось минимизировать вред и держать их под контролем, но как бы глупо это ни звучало у меня был еще один спасательный круг. Необычайно редкие сны. Точнее всего-навсего один единственный сон, который я знал наизусть.

Этот жалкий отпечаток памяти заставлял искать мою поганую семью в Терре. Чтоб она в канаве сдохла! Возможно, видение навевалось больной фантазией, потому как я даже до конца не знал правдив он или нет.

Сейчас сон явился вновь. Происходящее казалось размытым и непреодолимо далёким. Всегда появлялись декорации незнакомой комнаты. Странное убранство. Всё чудилось чересчур таинственным. Призрачные очертания неизвестных я видел всегда. Чаще всего в центре находился до смерти измождённый мужчина, в окружении женщин. Я не видел лиц, никогда не мог расслышать имена. Попросту не выходило. Формировались только едва различимые тени.

Впрочем, одна из присутствующих теней мерещилась иначе. Взгляд её всегда обращался на собственные руки, ведь в них покоился сгусток тьмы, и этот сгусток напоминал собой свёрток с младенцем.

— Почему… почему так… — шелестел безжизненно-хриплый голос. — Он… не причем… Это я во всём повинна… Зачем… наказывать дитя?

— В случившемся… нет твоей вины, — раздался мёртвый мужской шепот, который бережно перенял крошечный клубок из её рук. — Это я не смог никого защитить… Со всей своей мощью я бессилен… Проклинаю себя за эти слова… но другого выхода сейчас нет… Это единственный шанс на спасение… Простите меня…

На этом моменте сон всегда сходил на нет, а я пробуждался посреди ночи в собственной постели напрочь залитый холодным потом.

Впервые же на памяти видение… не прекратились.

Декорации и окружающее пространство стали стремительно изменяться. Теней в этот раз осталось всего четыре. Две из них едва держались на ногах и прямо сейчас стояли в густой тьме перед блеклым красно-синим маревом. Туман своей формой напоминал причудливый омут и слегка освещал окружение. Двое других находились дальше прочих. Причем с каждой секундой силуэты становились более отчетливыми.

На миг померещилось что я увижу нечто очень важное для себя. Сам не заметил, как вялое и полусонное сознание внезапно оживилось и с оголтелой жадностью уставилось на развернувшуюся сцену.

Я никогда не видывал подобного.

— Заклинаю тебя… — шептал умоляющий голос, — сбереги его и прости, что взвалили на тебя… столь непосильную ношу…

На миг почудилось, что силуэт глубоко и уважительно поклонился, и что-то беззвучно проговорил ответ, а затем у всех на виду, женская тень склонилась над клубком тьмы.

Не знаю почему, но я никогда не слышал столь тёплых слов в адрес хоть какого-либо человека:

— Я знаю… знаю, что твой отец… не одобрит моего поступка… Но помни одно, сынок… Однажды придёт момент, когда тебе придётся воспользоваться своими силами… Что бы ни случилось… Что бы ни произошло… Даже невзирая на последствия… Делай всё, чтобы выжить… Я дрянная мать и надеюсь, что однажды… ты простишь меня и отца… за содеянное…

Нет… Не может такого быть! Неужели она… Она…

Выговорить последнее слово не удалось. Оно будто застряло в глотке, а в следующей миг всё вновь поглотила тьма.

Сердце билось как умалишенное, стоило голосу неизвестной женщины затихнуть, глаза резко раскрылись, и я словно ужаленный подскочил на койке, чуть не ударившись лбом о прогнившее перекрытие барака.

Лицо и тело было залито холодным потом, а из-за учащенного дыхания приходилось жадно сглатывать живительный воздух.

Всего на вдох померещилось, что я вновь вернулся на Терру в мрачный тренировочный лагерь синдиката, но стоило тщательнее приглядеться к окружению и полумраку, как смог облегченно выдохнуть.

Нет, всё-таки Вечное Ристалище. Может оно и к лучшему. Тут я хотя бы ощущаю себя гораздо свободнее. Жаль лишь… Бетала. Прости, старик.

Чем больше я размышлял над сном, тем больше возникало вопросов. Голос женщины до сих пор звучал в сознании, но громоподобный храп Ганграта сбивал с нужных мыслей.

— Что бы ни случилось… Что бы ни произошло… — тихо прошептал я одним губами, вспоминая слова. — Делай всё, чтобы выжить. Используй все силы…

Использовать всё, что умею? Невзирая на последствия? Все силы? Все возможности?

— Что ж, — хмыкнул угрюмо я, подхватывая с кровати накидку и набрасывая её на плечи. — Да будет так…

Барак покидал бесшумно. Благо опыта хоть отбавляй. Секунду спустя я уже был на улице, пытаясь со вкусом втянуть как можно больше воздуха в лёгкие.

Сига и Мера, именно так называли двух лун-сестер в Альбарре, сегодня были в полном зените и прекрасно освещали округу. Несмотря на глубокую ночь тихий гвалт и гогот доносились из окружающих бараков.

После беседы с Зарганом миновало двое суток. Не сказать, что наша компашка сидела на месте. Своё слово старик сдержал. К утру следующего дня нас вернули в зону смертников, но смотрелись мы на фоне других приговорённых не как нищие оборванцы, а как вполне нормальные воители со сносным снаряжением. Цвета обмундирования остались прежними, черно-серыми, да и в целом всё выглядело также, но вот качество стало на порядок лучше, а сейчас это самое важное.

К тому же я стал счастливым обладателем двух Гамм, причем серповидные клинки соединялись между собой тонкой цепью. Так что оружие тоже являлось достаточно сносным. Не орденский харалуг, но и то хлеб. Ведь когда мне назвали точную цену кинжала, то глаза полезли на лоб от осознания.

За такой стилет в Эгине, а это можно назвать столицей и твердыней великого дома Ксант можно приобрести небольшое поместье в Среднем городе, либо меньше, но в Верхнем. Как объяснили парни, орденский харалуг, как и весь харалуг в целом необычайно ценен в виду редкости и труднодоступности. Именно из него создают лучшие артефакты и оружие. Как для воителей, так и для одарённых. На уровне харалуга был еще один металл. Иллириум. По своим качествам он ничем не отличался от своего собрата, но его суть состояла в лёгкости и прочности.

Не нужно и говорить, что чаще всего его использовали для защиты, он доступен он лишь власть имущим и весьма богатым разумным. Как и всюду, голубокровные правили балом.

В остальном, как и в Терре, на Альбарре в ходу было золото разных валют, серебро, бронза, разнообразные драгоценные камни, магические кристаллы, ядра чудовищ и… рабы. В суть их обменной ценности я не вдавался. Ни того, ни другого у меня попросту не водилось.

— Не спится? — хмыкнул вопрошающе я, поворачиваясь в сторону Аркаса, который неподвижно сидел у стены казармы и с усталой улыбкой смотрел на звёзды.

Его присутствие я заметил еще во время пробуждения. Не знаю как, но все чувства словно вышли на новый уровень развития и обострились. Каким-то странным образом после случая в шатре Гамана я стал ощущать и частично видеть на небольшом расстоянии ауры любых разумных. Причем получалось это делать беспрерывно и по желанию.

— Это мой вопрос, — тихо возразил тот, смещая свой вектор внимания на меня. — Не спится перед отправкой в коллизию?

— Плевать на неё как-то, — пожал я беззаботно плечами, оглядываясь по сторонам и быстро сбросив с себя накидку, прошествовал к кадке с водой.

— Совсем не боишься? — с лёгким удивлением вопросил полубог.

— Не бояться только идиоты, — усмехнулся я, а после улыбнулся чуточку шире. — Правда, я как раз немного сумасшедший.

Возникло острое желание окунуться в прохладную воду, но взгляд с непривычки зацепился за левую татуированную руку, которая ныне из себя представляла сплошную загадку, а следом он плавно перетёк на поверхность воды.

Заметно растрёпанные черные волосы, ярко выраженные тёмные глаза, тонкие губы, на переносице незаметный шрам, который остался еще с детства и как итог точеная, небритая, бледная и слегка кривая от недовольства харя.

М-да, не в кондиции ты, Вл… Ранкар.

Хватило нырка с головой, чтобы привести себя в чувство. После увиденного сновидения мысли пребывали в раздрае.

— Как вы умудрились сюда попасть? — заинтересованно спросил я, облачаясь в плащ и присаживаясь рядом со смертником.

— По собственной глупости. Таких историй уйма, — хмыкнул он, неторопливо поднимаясь на ноги. — Когда-то в нашем отряде было четырнадцать человек. Сейчас осталось пятеро. Случилось нечто, что заставило нас поднять руку на нанимателя. А он был аристократом. Так мы тут и оказались. Цуг не говорил тебе, почему на свободе мы назывались «Осколками»? — удаляясь спросил полубог.

— Не-а, — отрицательно покачал я головой, внимательно слушая.

— Каждый из нас чего-то лишился. У каждого что-то отняли. Рамас, Тэйн, Цуг, Ганграт. Каждый по-своему… разбит. Потому и «Осколки». Лучше поспи. Сегодня будет тяжелый день.

Через миг Аркас скрылся в проёме барака, а я невольно задумался над его словами, возведя лицо к звездному небу:

— «Осколок» ли я тоже?..

Увы, но поспать более не удалось. На подъёме я был первым. Лишь начало светать, как вся наша шестёрка находилась возле девятой колонны.

К нашему прибытию на плацу толпилась уйма народу. Правда, я так и не понял каким именно образом нас будут доставлять к нужному месту. Однако буквально через несколько минут на этот вопрос нашёлся ответ. Когда на плац явилось несколько странных индивидов. Те совсем не походили на воителей. Одеты были весьма и весьма развязно. Физиономии же при любом взгляде на смертников выражали презрение и пренебрежение.

Стоило им приблизиться в радиус действия моих обострившихся чувств, как внутри словно что-то вспыхнуло и я, наконец-то, смог увидеть их скрытую суть. Ауры прибывших совсем не походили на обычные и выделялись в главном параметре. Их переполняла потустороння сила. Магическая сила.

Чем дольше я наблюдал за ними, тем отчетливее росло в глубине души чувство… голода. Необузданного голода! На миг померещилось, что нечто пытается заставить рвануть вперед и вырвать им сердце из груди. Поддавшись такому порыву, я невольно сделал шаг вперёд, а сердцебиение стало увеличиваться. Пришлось спешно подавлять зарождающуюся злобу, голод и жажду крови при помощи медитативных техник.

Мириада сраных бед! Какого беса со мной творится? Почему меня вечно тянет на убийство?

Впрочем, Цуг и серафим расценили мой шаг растущим интересом к новоприбывшим.

— Одарённые, — шепнул на ухо парень. — Маги пространства.

— Думаешь, как нас будут отправлять на рубежи? — фыркнул весело Тэйн, а затем он дважды ударил кулаком по колонне и указал под ноги. — Ты ведь не считаешь, что она здесь для красоты? Сейчас всё увидишь.

С посыла серафима я внимательнее присмотрелся к столбу, к кругам под ногами и через миг увидел в действии магов пространства.

Вначале вспыхнули начертательные кольца вокруг первой колоны матово-серым сиянием, а затем прямо на глазах все, кто находился в их радиусе растворились с тихим хлопком. Следом пришла очередь вторых и так продолжалось до тех пор, пока мы не остались одни.

Лишь тогда троица одарённых остановилась и с вопросом уставилась на Заргана и отряд его воителей. Однако и это было не всё, потому как в это же самое время из-за ворот пожаловала очередная группа смертников в количестве трёх десятков разумных, во главе которой вышагивал знакомый хмырь.

— Только не говорите, что «лучшие» смертники это… они? — закатывая глаза пробасил с омерзением Ганграт.

— Привет, огрызкам! — сходу схохмил свинорылый, под слаженный гогот за спиной. — Не ждали?

— И не видели бы, — с презрением отозвался Рамас, скривив лицо. — Держись от меня подальше в коллизии иначе ненароком прикончу. И закрой свою мерзкую пасть!

— Ну здравствуй, свежее мясо, — обратился тот ко мне с гаденькой ухмылкой. — Я же обещал позаботиться о тебе, когда найду минутку.

— Буду с нетерпением ждать, свинорылый, — широко осклабился я.

— ВСЕМ ЗАТКНУТЬСЯ!!! — рявкнул едко Зарган, рукой указывая на нас, а после на солидный отряд «черных» за спиной, во главе которых был знакомый конвоир, что и сопровождал нас до Шатра Гамана. — Вы шестеро и весь сброд будете в первой волне. Мои люди во второй. Чтобы без доказательств не возвращались! ОТПРАВЛЯЙТЕ ИХ! — громогласно приказал старик.

Пауза возникла на мин, а после одарённые приступили к работе. И кто бы знал, как приходилось мне сдерживаться, когда те обращались к своей силе. Но пару вдохов спустя всё прекратилось. Круги вспыхнули, колонна за спиной тихо завибрировала и всё растворилось в сизой вспышке.

Первое за что зацепился взор, когда зрение пришло в норму — это массивная стена и огромные кованные ворота. Стоило обернуться назад, как глазам предстал оборонительный форпост с еще одной защитной стеной, на которых расположились воители и… маги.

Нутро вновь стало выходить из-под контроля при виде их ауры, но тут я был готов к такому выверту.

Сиди на месте и не рыпайся! Я здесь хозяин!

— ОТКРЫВАЙ!!!

По приказу, какого-то одарённого врата с быстрой скоростью стали отворяться и глазами предстали несколько туш неизвестных тварей, а прямиком за тушами расположился ромбовидный пространственный разлом. Причем на той стороне, словно в зеркальной глади можно было увидеть знакомое безжизненное ущелье.

— Ганграт, гляди, симурги, — рассмеялся Хсарс, указывая рукой на поверженных тварей. — Не твои родственники часом?

— Пасть захлопни! Пока…

— ВСЕМ ЗАТКНУТЬСЯ! — рявкнул разъярённо Левек за нашими спинами. — ВПЕРЕД! ИНАЧЕ ПОГОНИМ!

Первым на удивление всем двинулся Аркас, огибая туши чудовищ, а следом потопала вся наша компания. Где-то через десяток мгновений полубог спокойно шагнул за грань и медленно растворился в пространстве.

В принципе, я и сам недолго мешкал и спокойно двинул следом, но в момент, когда удалось перешагнуть завесу, левую руку словно ошпарили кипятком, а внутри пробудилось нечто странное, что заставило скривиться от дискомфорта.

Твою собачью жизнь! Какого беса? Новый геморрой на мою тощую задницу? Почему мне кажется, что назад мы уже не вернёмся…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Ставка командования доминирующего дома Хаззак.

Сутки спустя…

Деймон пребывал в одиночестве и тишине. Взгляд главы дома Хаззак плавно перетекал с одной позиции на проекционной карте на другую, следом на третью и так до бесконечности. Потери в этой глупой войне были огромны. На словах все убитые и раненые принадлежали Ксанту, но на бумаге и деле страдали доминирующие дома и те, кто ниже.

За последнюю декаду кровопролитные сражения на поле боя и под стенами то начинались, то заканчивались с переменным успехом. Троя отменно оборонялась, при этом наносила болезненные контратаки. Плюс их укрепления и защитные барьеры на протяжении четырех лет казались неприступным. Местами удавалось пробить брешь в глухой обороне, но захватить хоть часть рубежа и ворваться в царство-крепость не выходило, а ведь линия фронта простиралась на сотни миль.

В понимании мужчины война напоминала сражение двух безумных колоссов. Друг другу урон эти мастодонты наносили минимальный, но при их сумасшедшей борьбе шквальным огнём они уничтожали тех, кто рядом.

Если информация, принесенная смертниками правдива, и если в этот кровавый бедлам ворвётся еще один колосс, то последствия могут быть более катастрофическими. Ксант потеряет позиции на мировой арене, а за счёт подобной победы Несущие Бурю и Кара Небес возвысятся. Таким образом нарушиться без того шаткий мир между четырьмя пантеонами и независимыми силами. А еще одной войны между оберегами никто не хочет.

По крайней мере, доминирующему дому Хаззак она не нужна.

От осознания происходящего кровавого абсурда, мужчина невольно коснулся шрама на щеке и вновь мыслями обратился к моменту, произошедшему в ставке младшего Дома Гаман, а также вновь обкатал в мозгу добытую смертниками информацию.

— Всегда знал, что войны выигрывают не короли и не могущественные воители, а… незаметные пешки, — пробормотал задумчиво он, не сводя взгляда со стола и огромной проекционной карты. — Никогда не знаешь, когда пешка обратиться ферзем и принесет победу. Жаль, что Данакт этого не понимает.

На секунду Деймон вновь подался в размышления. Слух вдруг уловил знакомые шаги, и он с тяжелым вдохом медленно присел в кресло.

— Отец, как вы и просили, я перепроверила базу данных смертников и обратилась за информацией к дому Гаман, — неторопливо заговорила девушка, бросая хмурый взор на браслет-артефакт, в котором были записаны все её заметки, и в котором хранился целый архив.

— Рассказывай, — махнул рукой мужчина. — Что-нибудь нашла?

— Честно признаться, то ничего вразумительно нет, — подалась в объяснения девица, не сводя изучающего взгляда с рабочего аксессуара. — Информацию о простолюдинах редко сохраняют достоверно, да и проекционных записей не ведется. Если вкратце, то в коллизию он попал за двойное убийство. Сам смертник с Хиоса. С земель наших соседей доминирующего дома Креамх. Двадцать один год. В боевой ассоциации не состоит. В силу возраста и положения в обществе сведений о рангах никаких. Данных о семье не нашлось. В остальном ничего примечательного. Типичный отброс из трущоб.

— Отброс, говоришь? — усмехнулся лукаво мужчина, внимательно глядя на дочь, которая в этот момент находилась в неком скрытом замешательстве. — Я знаю тебя, Маннисса. Знаю лучше, чем твои матери. Ты что-то нашла, не так ли? Какие-то нестыковки?

— Отец, вам не кажется, что вы уделяете слишком много внимания ничтожному смертнику? — тихо возразила та, недовольно нахмурившись. — Вы глава доминирующего дома, но зачем-то обратили своё внимание на…

— Маннисса, не заставляй повторять дважды, — тихо перебил Хаззак свою дочь. — Я это не люблю. Что ты нашла?

На миг в помещении возникла пауза, а затем разочарованно вздохнув, девушка вновь обратилась к браслету и проекции.

— Состыковок несколько, — сдалась нехотя она. — Первые касаются смертников из западной коллизии и некоего отряда «Осколки». По всем расчетам они не должны тут находиться. Слишком сильны для простых отбросов. Их ранги в районе губителей. Они спокойно могут быть на поле битвы.

— Выкрутасы сына, Заргана, да? — догадался Даймон с кривой усмешкой. — Как там его…

— Охмар. Вероятнее всего вы правы. Кто-то захотел избавиться от этих «Осколков» и обратился прямиком к надзирателю.

— Грязными делишками промышляют все, — пожал плечами мужчина. — Что насчёт того смертника?

— Тут… всё сложнее, — отрывисто буркнула Маннисса. — Он безранговый и должен быть обычным пушечным мясом, но со слов Заргана несколько дней назад произошло нечто… выделяющееся. Это не клеится с тем, что мы имеем.

— Что именно? — с интересом вопросил Даймон, лукаво ухмыляясь.

— Три дня назад Охмар приказал казнить ту шестерку за якобы провал, но они не просто выжили и продержались против подавляющего количества смертников до прихода Заргана… — на следующих словах девица прервалась и подняла глаза на отца. — Этот смертник… Ранкар. Он сражался впереди остальных. Один. Против подавляющего количества противников. При этом не получил ни единого ранения.

— Это уже интереснее, — тихо рассмеялся себе под нос Хаззак, довольный услышанным. — Нравятся мне такие загадки.

— В этом нет ничего такого! — возразила тотчас Маннисса. — Многие простолюдины безранговые. У них не хватает ресурсов для нормально взращивания и тренировок, а так как он преступник, то в целом мог участвовать в подпольных боях. Именно поэтому не подался в ассоциацию.

— Твои доводы разумны, моя дорогая, ты вся в мать, — согласился с дочерью Даймон, одарив её тёплой улыбкой. — Но либо он и вправду не подался в ассоциацию для того, чтобы заработать денег, либо он… что-то скрывает.

— Отец, вы всюду пытаетесь найти второе дно и откопать в смердящей кучи навоза самородок, — закатывая глаза, с досадой пробормотала аристократка.

Улыбка Хаззака стала шире после услышанного. Никто из трёх его детей не смел так разговаривать с ним, а уж тем более они не смели критиковать его и говорить подобное в лицо. Маннисса же совсем другое дело. Поэтому он и взял её с собой.

— Не копошись я в навозе, и наш дом так же, как двадцать лет назад прозябал бы на задворках Фронтира среди остальной кипы младших домов, — невозмутимо проговорил мужчина. — Как давно смертники и отряд Гамана отбыли в коллизию?

— Сутки назад, — тотчас отозвалась девушка, а после самодовольно усмехнулась. — Если они и вправду натолкнуться на Наказующих, то дважды им не повезет. Второй отряд отправили для разведки и на смертников им плевать. Они не станут вступать в битву.

Но Даймон словно не слышал свою дочь. Тот не сводил цепкого взгляда с проекционной карты, а затем устремил глаза в сторону неприметного форпоста на западе.

— Интересно, очень интересно, — прошептал одними губами Хаззак, коварно усмехаясь. — Пешка или всё-таки… ферзь? Совсем скоро увидим…

Западная коллизия.

Первое впечатление о коллизии оказалось мерзким, а вкупе с тем, что левая рука пылала огнём, даже более мерзким, чем в прошлый раз. Сухой, спёртый, местами гнилостный воздух и мёртвая тишина.

Однако более удивляло, какой коллизия явила себя изнутри. Она чем-то напоминала странное и запутанное ущелье.

Огромных, сука, размеров ущелье!

Десятки ветвистых скальных дорог и направлений уходили в разные стороны, подобно бесконечным коридорам или же тропам лабиринта. Местами она выглядела как безжизненная пустыня с бессменной каменисто-песчаной почвой и непроходимыми горными хребтами, но в мгновение ока могла измениться на непроходимую заросшую чащобу с покорёженными деревьями-исполинами, либо на болотистую местность с непроглядным туманом и глубокими расщелинами, которые бес знает куда вели. И так по кругу. Вишенкой же на торте являлся бесшумный серый тайфун, который навис над всем ущельем, подобно грозовому облаку.

Цуг был прав. Это мертвая земля. Да и приветствие местной живности оказалось далеко от дружелюбного.

За первые полчаса случились два нападения. Стоило миновать чуть более мили по маршруту, как мёртвая тишина была оглушена рёвом чудовищ, а затем утробным криком пары нерадивых смертников из подпевал Хсарса.

Нашей шестерке даже не пришлось вступать в битву, потому как они сами разобрались с парочкой симургов. Точно таких, каких я видел у врат. Кровожадная тварь размером с пони, но в остальном уродливая образина, напоминающая собой облезлого и костлявого тигра.

Мы хоть и находились в авангарде, но нападение пришлось на правый фланг, а передвигались мы своеобразным треугольником. На острие наша полудюжина, далее рассыпались прочие смертники, в метрах ста позади гордая элита из дома Гаман.

— Никогда не знаешь, что ждать от коллизии, — тихо пробормотал Цуг, который всё это время передвигался рядом со мной. — Многие говорят, что они затаскивают в своё чрево всю мерзость с Вечного Ристалища и оставляет её здесь доживать свои дни.

— Прямо как выгребная яма, — хмыкнул мрачно Рамас.

— Так и есть, — поддакнул серьёзно веснушчатый.

Парень с начала передвижения словно пытался рассказать всё и сразу об этом месте. Честно признаться, такой подход мне импонировал. Он хоть и не силен, но будто знал всё на свете.

Стоп! Погоди…

— Откуда тебе столько известно? — сходу спросил я, когда песчаная почва внезапно сменилась на болотистую трясину.

— Моя мать работала в библиотеке, — смущенно заметил парень.

— Причем в самом Аронтире, — с гордостью добавил Ганграт, хлопнув того по плечу.

— Как ты оказался здесь?

— Мать погибла, когда в Аронтире завязалась очередная разборка между кварталами двух разных пантеонов. Угодила меж двух огней, а аристократов не заботит смерть простолюдинов, — пожал плечами тот, с грустной улыбкой. — Несчастный случай. Затем мой дядя подмял под себя всё наше скудное имущество, а меня вышвырнул на улицу.

Прислушиваясь к словам Цуга, я также пытался прибегнуть к медитативной технике, чтобы хоть как-то унять жжение в левой руке, но удавалось с трудом, а затем всё случилось за мгновение.

Вначале ощутил, как протест пришел в действие, а долю вдоха спустя обострившиеся до предела чувства обнаружили в радиусе пятидесяти метров нечто ловкое и быстрое.

— Ну а после чудом попал к ребятам. Я давно должен был умереть, но как-то не выхо…

— В СТОРОНУ!!! — рявкнул я.

Пришлось резко дёрнуть парня назад. Впереди маячил силуэт Аркаса, но я лишь успел грубо пнуть того ногой в спину и занять его место.

Инстинкты высвободились наружу моментально, неизвестная тварь была в радиусе пяти метров, а следом пришло время высвобождать Гамму.

Слух вначале уловил тихий звон цепей. Удалось резко её натянуть и выставить перед собой и в следующую секунду какая-то зубастая образина размером с большую собаку попыталась вцепиться в глотку и повалить в трясину.

Настроение и так с самого начала являлось дерьмовым, а под напором нескончаемого жжения в руке перешло в разряд тихого бешенства.

— Катись к бесам! — яростно выпалил я, ослабляя стремительно цепь и набрасывая её чудовищу на шею.

Получилось прижать тварь к земле, а молниеносный взмах одноручной секиры Рамаса утихомирил её навечно.

— Болотный баргест! — выкрикнул громко тифлинг, обращаясь к остальным. — Будьте наготове!

— Где один там и стая, — пытаясь подняться на ноги, выпалил полубог, который от падения в болото перемазался с ног до головы мерзкой зеленой жижей. — Ненавижу эту нечисть!

— Чудовищ у тебя тоже убивать не получается? — с ядовитой улыбкой осведомился Рамас.

— Сейчас узнаем, — выдохнул холодно я.

А затем в радиус обострившегося восприятия ворвались чуть больше десятка мерзопакостных аур.

— Всего четырнадцать тварей! — бросил я Аркасу.

— Откуда ты… — начал было тот, но сразу махнул рукой, видя моё перекошенное лицо. — Ладно, спрашивать не буду!

Тихий звон цепей в данной ситуации казался успокаивающим. На миг померещилось, что даже жжение в руке ослабло.

Я и сам не заметил, как обе Гаммы перекочевали в руки, а потом под напором эмоций шагнул за оборонительный круг шестерки. Слух уловил чей-то жалобный умирающий вопль позади, а это означало, что очередной смертник из отребья Хсарса нашел свой конец.

Однако на всё прочее стало плевать. Прикрыв веки, я увидел перед собой несколько враждебных аур. Стоило коснуться состояния неистовства, как тело моментально перешло в боевой режим и всё окрасилось багрово-черными цветами, а шелест цепей и звук рассекаемой плоти ознаменовал о старте схватки.

Первый шаг.

Второй.

Третий.

Четвертый.

Пятый…

С каждым движением и рывком в уши вонзался жалобный псиный визг, а в сантиметрах от тела мелькали смердящие туши мерзких шавок и их безобразные морды. Бой продлился примерно двадцать моих шагов. Когда же я разлепил веки, то вокруг распластались шесть скулящих баргестов.

У какого-то отсутствовали конечности, у кого-то не хватало части челюсти, но все шестеро образин… оказались чудом живы, хоть и до безобразия изувечены. Даже истекая кровью и полудохлые, они по-прежнему пытались дотянуться до человеческой плоти.

Проклятье! Проклятье… ПРОКЛЯТЬЕ!!! Почему⁈ Почему… ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ ПРИКОНЧИТЬ ДАЖЕ ЭТИХ ТВАРЕЙ? КАКОГО БЕСА СО МНОЙ ТВОРИТСЯ⁈

Показалось, что левую руку словно окунули в лаву, но вдруг раздался шелестящий и будто бы нетерпеливый голос из-за спины, который заставил стремительно обернуться:

— Высвободи…

Мириада сраных бед! Какого хе…

— Что⁈ — резко обратился я к Ганграту, который стоял рядом и наблюдал за действиями моих рук. — Что ты сейчас сказал⁈

— Спрашиваю… зачем тварей мучаешь? — ухмыльнулся весело здоровяк, хлопая меня по плечу. — Ну ты даёшь! Мы и моргнуть не успели, как вон со сколькими разобрался.

— Добей, — пробормотал задумчиво я, указывая окровавленной Гаммой на тварей и медленно беря эмоции под контроль. — Если не сложно.

— Проше простого, — обнажил тот довольно зубы.

Через пяток мгновений визг тварей прекратился и вся шестерка, включая еще нескольких смертников Хсарса начали ловко разделывать туши. Многим было плевать на парочку разорванных приговорённых. К ним никто не удосужился подойти. С вырванными потрохами они медленно оседали глубже в трясину.

— Зачем? — нахмурился я.

— Ты разве… — начал изумлённо Цуг, но моментально осёкся и понятливо кивнул. — Желчный пузырь и мозжечок болотного баргеста ценен. Одарённые их заберут в форпосте с ногами и руками. Сможем чего-нибудь выторговать. Ты не переживай. Я и тебе срежу, — с довольной улыбкой изрёк веснушчатый, ловко орудуя ножом, будто заправский мясник.

— А после эти скоты продадут наши материалы в двадцать раз дороже алхимикам, — скривился недовольно Рамас и кивнул себе за спину. — Либо отберут уроды из отряда Гамана. Ушлые ублюдки. Своего не опустят.

Интересная информация.

— Аркас? — обратился я к полубогу, когда через пару минут с мародёрством закончили. — Давай я пойду первым?

Возникла пауза, но через миг вся пятерка утвердительно кивнула.

Путь продолжился еще пару-тройку часов. Причем продолжился относительно нормально. Лишь левая рука не давала покоя и распалялась сильнее, а ещё погибло с десяток смертников из-за различных нападений. Окружение и местность ущелья по-прежнему изменялось прямо на глаза. В один из таких неуловимых моментов перед нами вновь предстала каменисто-песчаная почва и знакомое ущелье.

Обострившееся обоняние практически сразу ощутило удушающий гнилостный запах, а впереди замаячил конец нашего пути и несколько десятков растерзанных и полусгнивших трупов. Причем чуть дальше возвышался знакомый затихающий ураган, который играл роль непроходимой стены.

Я возвратился туда, откуда всё и началось.

— Стойте! — вдруг обратился ко всем Аркас, а на лице у полубога отобразилось замешательство. — Что-то не так… Здесь слишком тихо.

— Заметили уже, — серьёзно добавил Тэйн.

— Это…

Дальнейших же слов я более не слышал. Отовсюду вновь раздался нетерпеливый глас, который заставил хаотично заозираться по сторонам:

— Высвободи…

Твою собачью жизнь! Ты издеваешься, что ли, надо мной?

— Высвободи…

Складывалось впечатление, что голос словно доносился со всех сторон разом. Боль уже казалась нестерпимой и держаться приходилось лишь на медитативной технике. Рука пылала так, словно кости плавились изнутри.

Проклятье! Еще чуть-чуть и я в прямом смысле либо свихнусь, либо на ком-нибудь сорвусь.

— Ну что, огрызки? — вдруг раздался из-за спины ехидный голос Хсарса и тот в обществе оставшейся дюжины смертников оказался совсем близко. — Как понимаю мы на месте? А ты чего такой смурной, свежее мясо, а? Чем-то недоволен?

Зараза! Ярвир дай мне сил не забить этого пса до полумёртвого состояния прямо здесь и сейчас. Нет более сил терпеть.

— Правильно понимаешь, свинорылый, — отчеканил холодно я, преграждая им путь и неспешно наматывая тонкие цепи Гамм на запястья. — Они «Осколки», запомни! Посмеешь еще раз разинуть свою гнилую пасть, и я запинаю тебя своим сапогом до потери пульса прямо здесь еще до прихода второй волны. Уяснил? Это всех касается! — рявкнул я на переглядывающихся между собой приговорённых. — Надеюсь, никто не забыл, что случилось на плацу?

Гримаса смертника стала насмешливее некуда после моих слов, тот даже разинул рот, чтобы что-то ляпнуть, но рука Аркаса вдруг легла мне плечо:

— Ранкар, не нужно. Он уже доложил. У него артефакт связи. Второй отряд будет здесь через несколько минут. Он тебя специально провоцирует к их приходу, — кивнул тот, указывая глазами на руку свинорылого, между пальцами которого виднелась сфера бирюзового цвета, а затем полубог негромко обратился к ребятам позади. — Парни, будьте осторожнее.

Холера! А так хотелось кому-нибудь начистить рыло. Баргестов оказалось маловато.

— Ничего-ничего, — ухмыльнулся ядовито Хсарс, делая несколько шагов назад. — Ты за всё мне ответишь, щенок.

Интерес к свинорылому я потерял практически сразу и неспешно двинулся обратно к парням. Те по-прежнему находились в паре сотне метров от места схватки и о чем-то тихо перешептывались между собой.

Стоило перемахнуть через каменную гряду, как взгляд тотчас зацепился за множество разлагающихся трупов. Загнивающие мёртвые были разбросаны в радиусе ста метров от затихающего урагана, который медленно ослабевал и уменьшался в размерах прямо на глазах. Однако если не считать свиста бури, здесь оказалось необычайно тихо. Даже слишком. Причем вероятнее всего данный ураган разбросал многие останки в разные стороны, потому как ранее они были в некой общей куче, а сейчас те раскидало вдоль и поперек всего ущелья. К тому же… их количество словно уменьшилось.

Странно. Трупов мало. Даже очень мало.

К тому же именно эту тему и обсуждали между собой «Осколки», когда я их нагнал.

— Неужели твари коллизии растащили? — предположил Цуг, оценивая обстановку.

— Тогда бы растащили сразу всех, а не выборочно, — тихо возразил здоровяк.

— Стена долго не протянет, — отозвался Тэйн, оценивающе глядя на бушующую магию. — Минут двадцать не больше. Боюсь, как только она спадёт, нас уже будут ждать.

— Так и будет, — спокойно добавил Рамас.

— Будьте осторожны, — с подозрением проговорил Аркас, внимательно оглядывая поле брани. — Моё восприятие на взводе. Здесь что-то не чисто.

— Это и чумному сильфу понятно, — мрачно пробасил Ганграт. — Мы же в коллизии, а не на балу.

На удивление Аркас оказался полностью прав. Стоило подойти как можно ближе к месту нашего назначения, как обострившиеся чувства стали неуловимо о чем-то сигнализировать, но при любом шаге в сторону призрачной стены те будто бы ослабевали из-за магического барьера.

Вот только чем ближе я подходил к урагану, тем отвратнее становилось на душе.

— Здесь и вправду что-то нечисто, — хмуро оглядываясь по сторонам, невозмутимо изрёк я, медленно спускаясь по песчаному бархану ниже, а затем кивнул в сторону вихря. — Сказал бы точнее, но эта дрянь мне мешает.

Стоило мне закончить, как вся пятерка тотчас окаменела и резво обернулась в мою сторону.

— С баргестами также было? — быстро спросил полубог, переглядываясь с остальными.

— Боюсь, здесь что-то… похуже, — прислушиваясь к своему шестому чувству, уклончиво ответил я.

— Возродись пятая династия! — сцепив зубы, ругнулся угрюмо Грат. — Когда об этом говорит пилигрим мне уже не по себе.

Рука терата мягко легла на рукоять двуручника, а следом за ним подобное движение сделали и остальные, продолжая медленно спускаться к месту схватки и внимательно оглядывая останки.

Впрочем, разбираться дальше в ситуации нам попросту не позволили. Из-за спины раздался множественный шум и через скальную гряду, друг за другом перемахнули вначале смертники, а пяток секунд спустя во главе небольшого отряда объявился и сам Левек в обществе своего друга, в котором я узнал второго конвоира.

— ИЩИТЕ, МЕРЗКИЕ ОТРОДЬЯ! — гаркнул громогласно он в приказном порядке, а его рёв эхом пронёсся над ущельем. — ИЩИТЕ ЛЮБЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ПРИСУТСТВИЯ НАКАЗУЮЩИХ!

Твою собачью жизнь! Вот же идиот безмозглый. Какого причиндала так орать?

И стоило мне присмотреться как можно тщательнее к этому полудурку, как я с полной уверенностью при помощи своего шестого чувства смог распознать вначале его ранг, а затем и ранги остальных чёрных.

Надо же. Они все незакалённые губители. А вот Левек и его дружок, напротив, закалённые. Почти три дюжины. Неплохая мощь.

— Высвободи…

Вот же холера! Кто бы ты ни был, но лучше заткнись. Не доводи до греха.

Потусторонний голос становился с каждым разом только настойчивее, словно изнывал от нетерпения, а вкупе с неутихающим жжением в руке я едва держал себя в узде.

— ЧЕГО ВСТАЛИ⁈ — прикрикнул яростно Левек на замешкавшихся смертников. — ВПЕРЕД! ИЩИТЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА! НУЖНО УБРАТЬСЯ ОТСЮДА ДО ОСЛАБЛЕНИЯ УРАГАНА.

Горлопан недоделанный!

Поиски начались моментально. И как бы я ни хотел ковыряться в останках мёртвых, но пришлось тащиться вслед за остальным и начать переворачивать один полуразложившийся труп, после второй. Одни останки, а затем другие. Поиски продолжались минут десять и когда толпа приговорённых практически дошла до заградительной стены, от которой фонило враждебной и смертоносной мощью, из глухого края ущелья внезапно раздался радостный вопль, а пару мгновений спустя еще один.

— НАШЕЛ! — заголосил визгливо Хсарс, вытаскивая из-под трупов тёмно-синюю тряпку, что показалась мне смутно знакомой. — Я нашел, господин Левек. На плаще гербы Наказующих.

— Я ТОЖЕ! Тоже нашел!

Стоп! На плаще?

В памяти практически сразу вспыли несколько фактов, а также одна схватка, потому как она по-прежнему была свежа в памяти. Ведь один недоносок сбрасывал нечто подобное с себя, чтобы меня прирезать.

Вот же зараза! Да это же накидка и шлем того сопляка.

Впервые на моей памяти с начала попадания в коллизию свинорылый передвигался со столь быстрой скоростью, а его подпевала, который тащил покорёженный иерихонский шлем едва ли поспевал за ним. Секунду же спустя и все остальные смертники рванули прямо за ними.

— Везучий выкидыш гиены, — сплюнул презрительно Ганграт, наблюдая как приговорённые пытались вскарабкаться обратно на скальную гряду, ведь именно на ней и расположился отряд черных.

Наверное, при других обстоятельствах я мог назвать такую вылазку вполне удачной. Если бы не одно «но». Точнее целых три «но», которые объединились в основательную задницу. Похоже, у судьбы на сегодняшний день были свои планы.

Первое «но» заключалось в призрачной стене, которая возвышалась за нашими спинами. Словно по мановению руки ураган начал медленно стихать и истончаться прямо на глазах, отчего на душе стало не по себе.

За пяток коротких вдохов вихрь практически сошел на нет, и почти тотчас раздался громогласный вопль Аркаса:

— ОСТОРОЖНЕЕ! ВСЕМ НАЗАД! ЗА СТЕНОЙ МОГУТ ЖДАТЬ ИЕРИХОНЦЫ!

Второе «но» состояло в том, что продержалось заграждение очень и очень недолго. Наша шестерка успела сделать всего-навсего несколько шагов, и оно исчезло будто дым на ветру.

К сожалению, за завесой нас никто не ждал. Ведь в живых там никого не существовало. Штук тридцать трупов по чьей-то прихоти были собраны в общую кучу, но еще пять или шесть десятков растерзанных тел в знакомом иерихонском облачении как будто кто-то раскидал вдоль всей границы, словно бесполезные тряпичные куклы. Причем песок во многих местах обагрился кровью. Очень свежей кровью, потому как у меня получилось её учуять. А под «башней» из трупов всё оказалось и того хуже. Там образовалось отвратное бурое болото из плоти и человеческих останков.

— Они… мертвы? — удивлённо пробормотал Тэйн, не веря в увиденное. — Кто их прикончил?

Вот только радоваться было очень и очень рано. В дело вмешалось то самое третье «но». После слов падшего протест в прямом смысле взбесился и вышел из себя, а метрах в пятидесяти рядом с горой трупов я ощутил невероятно грязную и прогнившую ауру. Нахлынула такая мигрень, что зрение на секунду размылось.

Рука. Башка. Вспыльчивые эмоции. Всё слилось воедино.

— Ну же… Высвободи…

ДРЯНЬ!!! ДОСТАЛО УЖЕ!

— Ухо… дите… Наз… ад… — отрывисто и сквозь зубы прошипел я, начиная медленно впадать в состояния неистовства. — Скорее… Ухо… дите… Гово… рите… Как можно… тише…

— О чем ты, Ранкар? — переполошился не на шутку полубог. — Ты что-то чувствуешь?

— Там… Там за трупами… — указал я рукой в сторону «башни», с тяжелой отдышкой. — Вам… не по зубам…

Правда, бежать стало попросту некуда. Вероятнее всего, с высоты скальной гряды чёрным всё было гораздо виднее. Уже в следующую секунду раздался жалкий вопль Хсарса и еще нескольких смертников. Воители дома Гаман попросту не дали им перемахнуть гряду и одного за другим столкнули вниз. Катились они быстро и долго.

Я и сам с удовольствием поступил с тем отребьем точно также, но не в подобной ситуации. В последний миг удалось с трудом обернутся назад и увидеть, как Левек что-то бросает себе под ноги и с довольной улыбкой скрывается за холмом вместе с изодранным плащом и шлемом. Хотя, как показалась, тот самый второй конвоир попытался его остановить от такого поступка.

Но, увы. Стало слишком поздно. Черные использовали дым и словно по мановению руки за спиной начал формироваться новый заградительный ураган, к которому стягивался тайфун ущелья.

— Какого чумного сильфа… — прогудел шепотом Ганграт.

— Неблагодарные уроды! — прошипел сквозь зубы Рамас.

— Они бросили нас, — выдохнул угрюмо Аркас. — Бросили подыхать.

Секунду же спустя вопли и крики смертников, которые катились с песчаного бархана пробудили то, что находилось за грудой тел и лишь усугубили всеобщее положение, потому как именно в этот миг из-за трупов вывалилось безобразное и полусгнившее нечто, которое было покрыто грязно-зеленой дымкой, и тащило за собой по багровой жиже проржавевший клинок бурого цвета. Тварь оказалась под два с половиной метра ростом, а на полуистлевшей почти разложившейся туше мёртвым грузом повисли покорёженные доспехи.

— Р-РЫЦАРЬ! — будто умалишенный завопил Хсарс, пытаясь отползти как можно дальше, ведь за время своего маршрута сверху-вниз, тот умудрился опередить нашу шестерку и оказался в первых рядах. — Р-РЫЦАРЬ СМЕРТИ!!!

— БЕЖИМ!!!

Наверное, это и стало последней каплей для образины. Медлительность практически сразу сошла на нет, пустые глазницы полыхнули грязно-зеленым пламенем и чудовище рвануло сеять жатву с невероятной скоростью. Под огромный клинок моментально попало несколько замешкавшихся смертников, которые в мгновение ока обратились грудой человеческого мяса.

— ВСЕ КО МНЕ!!! — заорал свирепо Аркас остальным. — В КРУГ!

— НАВЕРХ! К ГРЯДЕ! ПРЯЧЬТЕСЬ В РАСЩЕЛИНЫ! САМОУБИЙЦЫ СРАНЫЕ! ДЕРЖИТЕСЬ БЛИЖЕ К УРАГАНУ! — рявкнул я, быстро рванув наперерез чудовищу, попутно с этим отдаваясь во власть эмоций. — ОН ВАМ НЕ ПО ЗУБАМ!

— Не глупи, Ранкар! Нужно сражаться вместе! — выкрикнул мне в спину Ганграт. — Это рыцарь смерти! Могущественная тварь! Не осилишь! Сдохнуть, что ли, захотел? Или решил умереть с достоинством и податься в святые?

Не глупить? Умереть? Святой? Вот уже хрена лысого! Будто бы у меня есть выбор. Если не выплесну накопившееся, то всем будет только хуже.

— Сказал же… наверх и в… расщелины! — холодно выпалил я. — Если хотите жить, так не мешайтесь под ногами. Плевать мне, что это за тварь. Я и так… терпел… слишком… долго! Как-нибудь… справлюсь…

Из-за протеста голова раскалывалась, а рука пылала словно горящее полено, но это лишь подстёгивало шагать вперед.

Прикрыв на долю вдоха налившиеся кровью глаза, я с облегчением выдохнул и отдался во власть проклятой крови, попутно с этим ослабляя клин до предела.

Первичное состояние неистовства поглотило своего хозяина.

Сила, скорость, выносливость, восприятие. Всё устремилось к запредельным значениям, а мир преобразился черными и багровыми цветами. Цепи же мягко обвили запястья, ладони крепко сжали Гаммы, и вся одержимость вырвалась наружу.

К этому времени от смертников Хсарса остался лишь сам свинорылый, который жался к глухому краю ущелью и пытался отползти как можно дальше. Взгляд непрерывно следовал за монстром и мне пришлось стремительно уворачиваться от свистящего клинка. На миг я даже смог ощутить отвратную вонь, которой разило от чудовища, но это лишь помогало в сражении.

На губах заиграл хищный оскал, а изо рта вырвался полубезумный смешок.

— Ха-ха… — тихо рассмеялся я. — Ха-ха-ха… Не знаю откуда ты выполз, но такая образина как ты должна догнивать в земле… Метрах в пяти, примерно…

С каждым пройденным мгновением неистовство поглощало меня всё сильнее. Кровь шумела в ушах. Выплеск негативных эмоций сейчас являлся максимальным. Впервые за долгое время я ощущал себя столь свободно и непринужденно.

Да! Только так. Только на границе жизни и смерти. Всё-таки я и вправду сумасшедший. Не могу прикончить, но лезу в драку. И куда делся прежний Влад Верейский?

Рёв чудовища с каждым мгновением звучал всё оглушительнее. Видимо, ему совсем было не по душе встретить столь вёрткого противника. Гаммы порхали словно осы, пытаясь отыскать в истлевшей броне хоть какую-то брешь в обороне, но всё было безрезультатно.

Грязно-зеленая дымка всё сильнее распространялась из тела чудовища. Складывалось впечатление, что мощь его только продолжала расти с её помощью. Я и сам не заметил, что в какой-то момент тварь начала меня теснить. Удары рыцаря становились лишь яростнее и как итог это аукнулось. Левая Гамма не выдержала натиска эспадона чудовища и оружие с жалобным треском развалилась на части, а меня ударной волной отбросило к глухому краю ущелью.

На миг показалось, что среди нескольких трещин в скалах я успел заметить вжавшегося в расщелину Хсарса. Однако это был последний раз в моей жизни, когда я лицезрел свинорылого.

Полубезумная улыбка заиграла на лице и не найдя ничего лучше, я просто потянул его наружу, создавая для себя живой щит и грубым пинком отправил смертника в сторону своего врага.

— Собаке собачья смерть!

— НЕТ! НЕТ! ЧТО ТЫ ДЕЛ…

Правда, довести свою речь до конца он не успел и прямо на глазах разделился и повалился на песок двумя неравными половинами человеческой плоти. Время я себе успел выиграть, но тварь распалялась лишь сильнее.

— РАНКАР!!! УРАГАН! — вдруг зазвенел в ушах крик Цуга, который высунулся из расщелины и рукой указывал на стену. — ОНА ПОМОЖЕТ! ОТТЕСНИ ЕГО!

Ага! Как же… Легко сказать.

Парень хоть и пытался помочь, но вот для себя сделал лишь хуже, потому как чудовище среагировало на звук и рвануло в сторону «Осколков».

— СТОЯТЬ НА МЕСТЕ, КУСОК ДЕРЬМА! — рявкнул взбешенно я, чуя неладное и на всех парах устремился следом.

Секунду же спустя с диким рёвом тварь начала атаковать каждую расщелину без разбору, совершая попытки добраться до веснушчатого и в какой-то момент ему это удалось, потому как я услышал жалобный вскрик.

Не знаю почему, но в момент, когда рыцарь добрался до Цуга в ушах вновь раздался неутихающий глас:

— Высвободи…

Хочешь свободы⁈ ДА ВЫСВОБОЖДАЙСЯ К ПРОКЛЯТЫМ БЕСАМ!!! ДОСТАЛО УЖЕ!

— Наконец-то…

Честно признаться, я до конца так и не понял, как всё случилось, ведь зрение сейчас было покрыто багровой пеленой, но нестерпимое жжение в конечности вдруг исчезло, левая рука полностью покрылась густым черным огнём, а пальцы до хруста сжали материализовавшийся из пламени эфес черного клинка.

Чтоб я сдох! Вот в чём дело. Нашлась пропажа…

В высоком прыжке удар Гаммы пришёлся на череп чудовища. Отвлекшись от «Осколков» и колупания расщелины, тот размашистым движением попытался разрубить меня напополам. Тело в гимнастическом кульбите увернулось в самый последний миг, но вот кончик ржавого эспадона задел грудь и распорол плоть. Однако вместо родной крови из раны хлынул небольшой ручей черного пламени, который отпугнул монстра. Тот завопил и отшатнулся от огня так, словно он являлся заразной болезнью.

Вот только в это самое мгновение левая рука словно ожила, тело на рефлексах поднырнуло под массивную тушу и удар эфеса пришёлся прямиком на центр груди рыцаря.

Далее всё было как в тумане. Везение это или же судьба, но под напором пламени рыцарь со скоростью пушечного ядра отлетел в сторону урагана. А стоило тому попасть в зону свирепой и неутихающей бури, как прямо на глазах образина стала разваливаться на куски под силой нескончаемых потоков дикой магии, и через пяток секунд единственное, что от него осталась была грязно-зеленая жемчужина размером с кулак ребёнка, которая медленно скатилась по песку к моим ногам.

— Это еще что за хе…

Правда, довести ругательство до конца я не успел. Стоило этой непонятной сфере коснуться сапога, как тело пошатнулась, начало заваливаться навзничь и в момент, когда тьма забрезжила перед глазами в ушах раздался чей-то ядовитый и издевательский шепот:

— Ну здравствуй… обладатель!

Уф! Блаженство! Непередаваемое блаженство.

— Добрый день… господин.

……

— Моё почтение вам… хозяин.

……

— Здравствуйте… повелитель.

Мрак казался настолько приятным и манящим, что не хотелось его покидать. Да и голос являлся настолько успокаивающим, что слушал бы, да слушал. Никогда не ощущал себя столь комфортно.

Стоп! Чего⁈ Погодите-ка! Да я никогда в жизни не чувствовал себя комфортно! Какого причиндала?

Продолжалось такое блаженство недолго. Стоило крайним обрывкам памяти промелькнуть в голове, как внутри начал пробуждаться знакомый холод, а секунду спустя тот самый убаюкивающий голос с необычайным раздражением резанул по ушам:

— Добрый день… господин. Моё почтение вам… хозяин. Здравствуйте… повелитель. ЧТО⁈ ТЫ ДУМАЛ Я ТАК ТЕБЯ БУДУ ПРИВЕТСТВОВАТЬ⁈ Поднимай свою задницу, гадёныш несчастный! Нашел время валяться!

Чего⁈ Это еще что за дерьмо⁈ Кто здесь гадёныш?

Глаза раскрылись моментально, а тело стремительно выпрямилось. Если честно, то я ожидал, что вновь придётся впрягаться в очередную схватку с хрен пойми кем, но на моё удивление ничего не случилось. Совсем ничего.

Я стоял посреди сумрачного полупустого пространства, которое по кругу было окружено тихо вибрирующими колоннами различного оттенка. Черный, серый, красный, оранжевый. Столбы казались настолько высокими и какими-то исполинскими, что уходили куда-то ввысь и только там полностью исчезали. Правда, кое-что странное бросалось в глаза. Сотни, а может и тысячи массивных цепей будто бы сковали и опутали каждую из этих колонн. И лишь одна колонна примерно из двух десятков почти наполовину освободилось от странных оков.

Именно там, поджав под себя ноги сидел эфемерно-дымчатый силуэт черного цвета со скрещенными на груди руками, и как мне показалось, физиономия данного существа была направлена сейчас на меня.

— Ну и? – язвительно заметила сущность, быстро откидываясь спиной на колонну. — Навалялся? Теперь можно и постоять? Чего уставился?

— Знаешь, мужик, — скривился я, напрочь позабыв о манерах, — прежде чем я пошлю тебя ко всем сраным бесам хочу спросить. Не знаю, кто ты, но тебе жить случайно не надоело?

— ЧЕГО⁈ КАКОЙ Я ТЕБЕ МУЖИК⁈ — завопило от негодования существо, вскакивая на ноги и возводя своё лицо к верху. — Ооооо, Древние! Что за чурбан бесчувственный мне попался! Да я тебя сейчас…

Твою мать! Это… она?

Слова и угрозы у этой шизанутой не расходились с делом, и та в прямом смысле на всех парах устремилась в мою сторону.

— Стоять! — повысил я голос, невольно переходя в боевую стойку. — Женщин не бью, но если очень понадобится, то придётся. Отвали!

Впрочем, вместо какого-либо вразумительного ответа эта чокнутая на мгновение исчезла, а секунду спустя её эфемерный черный силуэт с взбешенной гримасой появился прямо передо мной. Лишь тогда я смог рассмотреть неизвестную внимательно.

Надо же, и вправду женщина.

За тёмным призрачным покровом скрывалась весьма миловидная девица с идеальными чертами лица и не менее идеальными пропорциями во всех выдающихся местах, а также с необычайно длинными чёрными волосами, которые доходили до самого пола.

Хм! Вполне хороша собой…

Хороша-то хороша, но прежде чем я успел хоть что-то произнести по всему пространству разнёсся звук хлёсткой пощечины.

На удивление боли я совсем не почувствовал. Да и остановить её взмах было проще простого, но что-то отговорило меня от таких действий.

Правда, и терпеть такого отношения в виду своего скверного характера я не стал.

— Стерва слабоумная! — вдруг вырвалось у меня. — Совсем свихнулась? Какого беса тебе от меня надо?

— Одержимое животное! — выпалила яростно она. — Где бы ты был, если бы не я?

Со всего маху та вновь попыталась приложить меня ладонью, но более я ей такого не позволил и попытался не дать ей сделать этого. Однако на удивление ладонь прошла сквозь мою руку и снова впечаталась в мою щеку.

— Это тебе за все оскорбления! – с самодовольной улыбкой изрекла девица.

— Психопатка! — рявкнул я. — Какие к Ярвиру оскорбления? Я даже не знаю кто ты такая! Где мы вообще находимся?

— Так у тебя еще и с мозгами проблема! — зашипела она словно змея, а затем вытянув руку, в прямом смысле начала перечислять какие-то несуразицы. — Старьё! Барахло! Ржавый металлолом! Рухлядь! Хлам! Ты что себе позволял в мой адрес, мерзавец? Ты хоть знаешь, кто я такая? До тебя меня так никто не называл. Я точно помню, что все обладатели до тебя относились ко мне с трепетом, любовью и уважением. Сколько раз я тебе…

Подождите-ка. Что происходит? Почему я совсем не злюсь на неё?

От нахлынувшего прозрения пришлось невольно осечься и взглянуть на свои руки. Ведь впервые в жизни я не испытывал негативных эмоций. Совсем. Ни злобы, ни раздражения, ни гнева, ни ярости. Я просто ругался с какой-то ненормальной стервой, а на задворках сознания сквозил только интерес к происходящему.

Не верю. Я ни разу в жизни не чувствовал себя так легко. Стоп! Чего она там сказала? Рухлядь? Барахло? Хлам? Погодите-ка. Неужели она…

— Ладно! Всё! — вновь повысил я голос, нависнув над ней подобно горе. — Не тарахти. Без тебя проблем хватает.

— Проблем? Каких проблем? — насмешливо осведомилась она, смерив меня недовольным взором с ног до головы. — Не вмешайся я, так у тебя и жизни бы не было. Радуйся таким проблемам. Можешь уже падать ниц и молить о прощении. Если хорошо получится, то я подумаю и сжалюсь, — с небывалым высокомерием добавила шизанутая.

Действительно полоумная. Хватило мне уже одного раза упасть на колени перед Гаманом. Я догадываюсь в чём именно дело.

— Ты та… реликвия из Терры? Ты тот артефакт, который я отобрал у Марьина? Не так ли?

— Реликвия? Артефакт? — ощерилась зло она и одарила мою харю полновесной третьей пощечиной. — Сам ты вшивая реликвия! Не равняй меня с дрянными артефактами и всяким магическим мусором.Я Руна! РУНА ИСТРЕБЛЕНИЯ! И забудь ты уже о своём вшивеньком мирке! Хуже места и быть не может! Ни крупицы магии, ни крупицы эссенции, ни духа! Благодари Древних, что мы здесь.

Руна Истребления? Ирззу распутницу мне в жены! По крайней мере, теперь мне и вправду всё стало ясно. Да я сейчас придушу эту слабоумную! Дайте только секунду…

— То есть это ТЫ⁈ — начиная заводиться, гаркнул громогласно я. — Это всё твоих рук дело? Ты перенесла меня на Вечное Ристалище?

— Ну да, — по-простецки заявила она с самодовольным видом, словно хвасталась этим. — Я же говорю не благодари меня, а лучше падай ниц и начинай просить прощения. Теперь ты осознал моё величие, да?

Девица совсем не понимала моих посылов, а я же с каждым шагом медленно на неё наступал и распалялся лишь сильнее.

— То есть то черное пламя, что поглотило меня в холле при сражении с устранителями тоже ты? Тот артефакта, которым я сражался тоже ты? Владения архаикой мне досталось от тебя? Тот доставучий голос в моей голове принадлежал тебе! И из-за твоего сраного жжения я сегодня был весь день на взводе! Художество на моей левой руке также твоих рук дело?

— Естественно! — горделиво вставила она, не замечая моего настроя, а затем, словно издеваясь широко улыбнулась. — Скажи красиво же получилось? Мне кажется даже лучше, чем у других обладателей. По поводу же голоса… А что мне оставалось еще делать? Ты недалёкий болван, совсем не хотел меня призывать. Пришлось идти на радикальные меры. Ну хватит! — махнула та снисходительно рукой. — Ну чего ты как маленький? Больно было недолго. Зато теперь мы сможем поговорить.

С каждым её произнесенным словом в груди росло негодование, но злиться… Злиться я по-прежнему не мог. Это и разочаровывало и в то же время радовало. Радовал меня тот факт, что я хоть где-то могу избавиться от своих эмоций, а разочаровывала эта слабоумная идиотка и её выходки. Правда, в душе всё-таки теплились крупицы благодарности.

Ох, Ярвир! Дай мне сил не задушить её. Если получится…

— Сейчас я еле держу себя в руках и в чем-то малость благодарен тебе, — как можно спокойнее произнес я, глядя красотке в глаза. — Но ты просто представить себе не можешь в какой близости ты сейчас находишься от пешего путешествия в сексуальные дали!

— Ну вот, — удовлетворённо прогудела она с лучезарной улыбкой. — У тебя уже начинается получа…

— Что «НУ ВОТ»? — гаркнул я на неё, нависнув хищным коршуном. — Рассказывай давай всё с самого начала! И нормально объясни, кто ты такая?

— Грубиян безмозглый! — отчеканила она, но распознав моё непонимание та нахмурилась и подняла на меня серьёзный взгляд. — А ты разве этого еще не понял? Ты не помнишь, как я помогала тебе?

— Что именно я не понял? Хватит говорить загадками. И поясни уже, где мы находимся?

— Ты действительно болван, — тяжело вздохнула она, а затем величественной походкой вернувшись обратно к колонне, девица вновь приняла своё прежнее положение и обвела пространство заинтересованным взглядом. — Это место напрямую связано с тобой. Я к нему не имею никакого отношения. Я лишь дух клинка и Руна Истребления. В конце концов это я должна спрашивать — где мы? Потому как это твой внутренний мир, а не мой.

Чего? Мой внутренний мир? То есть эти мрачные сумерки мои? Хотя неудивительно. С моим характером и вспыльчивым нравом иного и быть не может.

— Ладно, — сдался я, потащившись неспешно к ней и с кряхтением присел рядом. — Рассказывай давай кто ты такая и откуда взялась вообще? Лучше объясни всё по порядку.

— Я Руна Истребления, — с гордостью повторила она, чуть вздёрнув носик. — Хотя в чём-то ты и прав. Твой прошлый мирок настолько отсталый, что даже противно вспоминать, поэтому неудивительно, что ты ничего не понимаешь.

— Так чего ты тогда забыла в столь отсталом мире? — усмехнулся криво я. — Как туда попала?

— Я… я… я…

Несколько мгновений рот её открывался и закрывался словно у рыбы, выброшенной на берег, а секунду спустя на неё уже было жалко смотреть.

— Нет… Не может такого быть… — схватившись за голову, зашептала она, а затем отчего-то её эфемерное тело замерцало тёмно-багровым сиянием. — Я… я… я не помню… – растеряно пробормотала девушка, будто бы только сейчас осознала данный факт. — Я… я не знаю… С моей памятью… Что-то… В ней чего-то не достаёт… Присутствует лишь…элементарная информация… Я… я… не понимаю… Я помню… Что я Руна Истребления, и я должна помогать своему обладателю… Уничтожать… Уничтожать всё…

У-у-у-у-у! Ну всё, приплыли. Еще одна незнайка и кровожадная воительница на мою голову. Я со своим дурным нравом-то разобраться не могу.

— Ладно, опустим этот момент. Позже будем разбираться с твоей памятью, — попытался я её успокоить. — Тогда расскажи то, что помнишь.

На вселенское удивление, мои слова подействовали отрезвляюще на девицу. Та вдруг обратила свой взор на меня и слабое мерцание начало быстро пропадать.

— Я не помню, как попала в твой захудалый мирок. Возможно, прошлый обладатель клинка привёл меня туда. Не помню, большей части своего прошлого. Сейчас у меня лишь обрывки памяти. Возможно, это связано с тем, что ныне я слаба. Да. Я точно знаю, что когда-то была невероятно сильна, — быстро закивала она головой, массируя хаотично виски и запуская ладони в волосы. — Самое свежее воспоминание связано с тобой. Твоя кровь пробудила меня. Там в холле. Когда ты сражался мною я впитала часть твоей силы вместе с кровью и очнулась ото сна.

Моей силы? Какой, на хрен, силы?

— Как долго ты спала? — тихо спросил я.

— Я… я… — вновь стала заикаться она и лицо её вновь показало растерянность. — Я… я не помню, но кажется… долго. Очень и очень долго. Я лишь знаю, что не хотела снова впадать в спячку. Это напугало меня, – продолжила говорить она дрожащим голосом. — Завидев, что тебе нужна помощь я воспользовалась остатками былой мощи и скрестив это с твоей кровью попыталась спасти. Также я потратила еще уйму сил, чтобы помочь тебе. Пришлось снять одно из ограничений, чтобы ты не умер из-за перенасыщения, потому как одна из печатей медленно убивала тебя.

— Почему Альбарра? Почему именно сюда? — стал допытываться я.

— Тоже не знаю, — отрицательно закачала та головой. — Но понимаю, что это единственное место, куда я могла попасть. Я действовала интуитивно.

— То есть тот эфес фалькаты с обломанным клинком это ты?

— Я спата, а не фальката! Точнее, когда-то была ею. Сейчас я тень себя прошлой. Меня сотворили из стали Древних в незапамятные времени, — возразила она, будто что-то вспомнила, а глаза её стали отчего-то ярче и та радостно завизжала. — Да! Точно! Я слаба! Я растратила все силы! Мне нужно восстановиться. Возможно поэтому память покинула меня. Сейчас я могу принять лишь тот жалкий облик, но когда я верну былую мощь, то…

Стоп! Она сказал ограничения? Печати? Это еще что за дерьмо?

— Погоди-погоди, подруга! Тпру! Не гони лошадей, — утихомирил я Руну. — Что еще за ограничения?

— Ты совсем глупый? — вспылила она, подскочив на ноги. — Я думала ты в курсе! Оглянись вокруг. Цепи — это и есть твои печати. Они сковывают тебя. Знал бы ты, на что я пошла, чтобы помочь тебе. Но даже так крупиц моих сил хватило, чтобы убрать лишь половину от одной печати. Сам взгляни, — и та кивнула на колонну, рядом с которой мы сидели.

От осознания происходящего я даже привстал с насиженного места и заозирался по сторонам. Двадцать колонн оказались полностью оплетены нерушимыми цепями и лишь та, под которой мы сидели наполовину была очищена.

Твою собачью жизнь, Ранкар! Что же это творится-то?

— Понятия не имею, кто на тебя их наложил, но при слиянии Руны с тобой я использовала свою мощь, чтобы хоть немного облегчить боль, — раздался голос за спиной. — Однако тот, кто сделал это, либо хотел убить тебя, либо… спасти. Третьего не дано. Странно, но в твоей памяти я не нашла ничего об этом. Ты и сам не знаешь кто ты такой на самом деле, верно?

Вот значит, как. Она помогла при нашем слиянии. А вся эта дрянь сковывает меня.

— Верно, — нехотя согласился я с ней.

— Мы в чём-то похожи, — расплылась та в улыбке.

— Ты психопатка, а я сумасшедший? — предположил я.

— Я не психопатка! — тотчас вспылила она, угрожающе нахмурившись. — Просто до тебя всё слишком долго доходит.

Проклятье! У меня уйма вопросов, но боюсь сейчас не до этого. Надо возвращаться.

— Ты знаешь почему я отключился?

— Так ты поглотил ядро чудовища. Не мудрено, — спокойно объяснила она, разведя руки в сторону. — Лишь поэтому мы сейчас с тобой разговариваем. У меня появились силы из-за того, что ты накормил меня. Я всё-таки могущественной оружие. При помощи оттиска на руке ты можешь спокойно призвать меня. Моё вместилище. Точнее то, что от меня осталось… – вздохнула разочаровано Руна.

Холера!

— Накормил?

— Ну да, — самодовольно заявила она, а после закружилась на месте. — Ч ерез тебя я поглотила ядро того монстра. Делай так почаще!

Не только хамка и психопатка, но еще и нахлебница.

— Ладно, нужно возвращаться, — нетерпеливо отозвался я. — Отсылай меня. Боюсь, на той стороне могут возникнуть проблемы.

Но вместо каких-либо слов девица покрутила пальцем у виска.

— Ты совсем «того»? Это твой мир. Ты мой обладатель. Я не имею ко всему окружающему никакого отношения. Ты сам можешь возвращаться и уходить в любое время.

Вот же зараза! Из-за происходящего магического бедлама я скоро свихнусь.

Однако прежде чем я решил зажмуриться решил напоследок спросить о самом важном.

— Как твоё имя?

— Меня зовут… Моё имя… — Руна вновь отчего-то оторопела и совсем по-человечески поджала губы из-за волнения. — Я… я не помню. Но в твоих мыслях часто всплывает имя… Альяна? Можно его взять? Оно мне нравится.

От услышанного я невольно замер и сглотнул, но что-либо сказать не посмел и просто закрыл глаза.

Не знаю как, но валим обратно!

Альбарра.

Северный пантеон.

Верховный клан Ванахейм.

Скрытое владения вёльв.

Глаза молодой провидицы открылись моментально. Тело её содрогалось от жуткой и мучительной боли, которая волнами прокатывались по сознанию. Лоб покрыла испарина и она начала задыхаться. В одно из мгновений вёльва сама не заметила, как от истощения стала медленно падать с кресла, но её тело в последний миг подхватили у самого пола и бережно усадили обратно.

— Что такое, Ранвейг? Ты что-то увидела, да? Что именно? — нетерпеливо спросила её подруга с перепуганными глазами.

— Глиф, — прошептала неверяще девушка, а затем подняла затравленный взор на Майю. — Один из проклятых глифов пробудился. Одно из бедствий вернулось на Вечное Ристалище.

От услышанного глаза провидицы распахнулись, и та жадно сглотнула.

— Нет… Такого не может быть… Большая часть из них исчезла, а остальные под контролем у верховных владык. Где глиф? Ты видела его? Кто сейчас хозяин?

— Нет, я не знаю, — отрицательно махнула та головой, а затем по крупицам начала вспоминать видение. — Тьма покрыла всё. Я видела лишь силуэт… Мужской силуэт. Черные волосы. Кровь и разруха повсюду. Да. Силуэт и горящий Аделлум.

— Аделлум? То есть Троя? — повторила Майя, расширив от ошеломления глаза. — Аххес и Иерихон воюют за Аделлум.

— Неважно, — одними губами пробормотала Ранвейг, медленно отдаваясь во власть усталости. — Совсем неважно. Нужно найти хозяина глифа и уничтожить его. Необходимо доложить госпоже. И нам потребуется помощь. Помощь валькирий…

Альбарра.

Аронтир.

Башня магов Аххеского пантеона.

Немногое могло вывести из состояния медитации одного из иерархов башни магов. Контроль в магической силе является незыблемым. Концентрация и контроль. Однако оглушительному стуку в дверь и тому, кто за ними находился это удалось сделать.

— Учитель! — стал надрываться словно умалишенный прибывший. — Учитель, срочное донесение.

— Рухнуть небесам к полудню… — ругнулся сквозь зубы Матиас, с наигранным кряхтением поднимаясь с рабочего кресла. — Если он опять по пустякам, то заставлю драить все туалеты в академии и башне. Входи уже! Чего там у тебя?

— Чтимый Матис, к вам прибыл оракул! — выдохнул как на духу один из его лучших студентов, врываясь в помещение. — Из самих Дельф. Немедленно требует вас.

— Чего это карге взбрело в голову? — скривился раздраженно иерарх. — Она лет двадцать не казала носу из своего храма и вот те на! Какого чумного сильфа ей надо?

— Не знаю. Лишь просила передать вам одно слово: «Глиф».

Глаза одарённого моментально расширились и столетний старик, которому на вид было всего лет сорок, словно ужаленный подскочил на ноги и рванул прочь из кабинета.

— Бестолочь! Чего сразу не сказал! А ну живо за мной…

Альбарра. Аронтир.

Башня магов Аххеского пантеона.

На пути к залу заседаний…

Глиф. Глиф. Глиф…

Лишь это слово заставляло столетнего чародея спешно рваться в зал заседаний, стремительно преодолевая один этаж за другим.

— Не может такого быть, — шипел себе под нос Матиас Аннак, не замечая никого вокруг. — Не может. Чтобы карга и прибыла так просто…

Любой одарённый, который попадался ему на пути, лишь завидев лицо мага, тотчас отшатывался прочь, потому как попасться на пути у иерарха магии огня себе дороже. Можешь остаться без чего-то очень важного и угодить к первокурсницам целительницам на практику.

Да и репутация у столь уважаемого преподавателя была достаточно противоречивой.

Уже через пару минут чародей приближался к массивным каменным дверям, которые будто бы по мановения руки со скоростью света открылись перед ним. В зале он завидел лишь одну молодую женщину с яркими, как ясное небо глазами, что была одета в голубую мантию храма Оберегов.

Вот только не все знали, что этой юной деве давно стукнуло восемьдесят.

Следом за своим наставником попытался прошествовать внутрь зала заседания и его ученик Эйсон, но старику хватило одного щелчка пальцев, с которого сорвался сноп искр, чтобы грубо выпнуть студента прочь под его жалобный вой, а стоило телу миновать порог, как с громким хлопком захлопнулись и сами двери.

— Как бестактно и жестоко, — с недовольством прокомментировала оракул увиденную сцену. — Ты все такой же неотёсанный мужлан, как и пятьдесят лет назад.

— Он магистэр магии огня и мой личный ученик. От такого не умрёт, — резко отчеканил мужчина. — Или ты пришла напомнить мне о воспитании? Говори!

— Ты и личный ученик? Ушам своим не верю, — удивлённо приподняла брови оракул. — Когда-то ты отвергал подобное.

— Старею, — сухо отрезал маг. — Лиана, говори!

— Еще не надоело всё время скрывать свои силы? — глазами указывая на перстень иерарха, ухмыльнулась весело женщина, тем самым, не обращая никакого внимания на грубость. — Сколько ты уже иерарх? Лет сорок? В эту иллюзию еще хоть кто-то верит?

— Кто-то верит, кто-то нет, а кто-то просто догадывается. С возрастом прорывы случаются реже. К тому же нужно с умом подавать информацию, — невозмутимо отозвался одарённый. — Ты пришла сюда побеседовать о делах минувших дней или всё-таки по делу? Говори, что не так с глифом? Что ты видела?

— А кто тебе сказал, что с тем глифом, который находится здесь, — указала та глазами себе под ноги, — что-то не так? Если я не ошибаюсь, то с ним всё в порядке. Ведь его оберегает Огненная Комета Аххеса.

После услышанного с губ старика сорвался облегченный выдох, взгляд его смягчился и сделав несколько шагов вперед, тот умостился на первый попавшийся стул.

— Слава небесам… — тихо пробормотал Аннак. — Тогда почему мне доложили, что дело касается глифа?

— А я разве сказала, что дело… не касается глифа? — ухмыльнулась снисходительно женщина.

Взгляд мага вновь стал непроницаемым и тот словно струна, резко выпрямился во весь.

— Лиана, завязывай со своими шутками! Ты уже не девочка! Или у вас, оракулов, развлечение такое доводить занятых людей до белого каления? — раздраженно прорычал Матиас сквозь зубы. — Скажи уже, что ты видела!

— Я видела глиф, — спокойно отозвалась женщина с грустной улыбкой, присаживаясь рядом с одарённым.

— Какой? — выпалил нетерпеливо мужчина. — Какой из…

— Расслабься, — махнула рукой женщина, мягко призывая мага вернуться на насиженное место. — С теми четырьмя глифами, что находятся под контролем четырёх пантеонов всё в порядке. — Я видела… совершенно другой.

— Только не говори мне, что… — вновь вскочил на ноги Аннак, невольно сглотнув от осознания.

— Да, — кивнула утвердительно оракул. — Последний и самый опасный глиф. Пятый. Руна Истребления возвратилась в мир Вечного Ристалища.

— Проклятье! — с тяжелым вдохом опустошено пробормотал мужчина. — И почему именно на мой век выпала такая напасть? Где? — тотчас спохватился иерарх. — Где он сейчас находится? Ты смогла увидеть хозяина?

— Всё как в тумане, Матиас. Такое у меня впервые, — тихо призналась Лиана. — Но я отчетливо видела полыхающий Аделлум. Возможно, обладатель руны находится сейчас там. Возможно, он будет там. Возможно, это как-то связано. Ты же в курсе, что видения можно интерпретировать по-разному.

— Троя, значит, — мрачно изрёк мужчина, хмурясь всё сильнее. — За неё сейчас воюет Данакт и Аэрия. Один жесток, вспыльчив, но дальновиден, а другая хитра, умна, но коварна. Оба друг друга стоят. Бессмысленная война, которая расшатывает хрупкое равновесие между пантеонами. Да и обереги вмешиваться не будут. Они давным-давно грызутся друг с другом за влияние и дали добро на это кровопролитие. Они даже не в силах разобраться с прибывшими эмиссарами и пространственными вратами. Я вообще удивлен, как у чужаков остаётся терпение вести переговоры. Боюсь, те кто управляют соседскими мирозданиями более мудры чем наши небеса. Нам хватало проблем с прорывом Инферно и их архидемонами, после появились пришлые из других миров, а теперь еще Руна Истребления. Лично мне не нужна очередная война.

— А что с чужаками не так? — решила осведомиться оракул. — Они угрожают вам?

— Вообще-то, информация секретна, — изворотливо произнес Аннак, — но ты, если пожелаешь, сможешь всё узнать через храм. В том-то и дело, что чужаки ведут себя миролюбиво. Кто-то даже гостит у великих домов пока ведутся переговоры. Я видел их дважды, и они не показались мне опасными.

— Кто ведет переговоры с их стороны? — стала допытываться женщина.

— Если Данакт и остальные главы не лгут, то наши двенадцать оберегов и тройка их хранителей с несколькими архидемонами уже встречались пару-тройку лет назад и многое обсудили, — подался в объяснения иерарх. — Войны пришлые не хотят. Так что сейчас идут затяжные переговоры. Очень затяжные переговоры, — исправил сам себя одарённый. — Обсуждают дальнейшие взаимодействия. С их стороны выступают какие-то таинственные рода и посланники. С наших же всё те же.

— Где отворились врата? — продолжила спрашивать Лиана.

— Первые в северном пантеоне в сердце верховного клана Асгард. Вторые в Иерихоне на территории Кары Небес в Вавилоне, а третьи у нас в твердыне великого дома Иан.

— Похоже, Огненная Комета Аххеса сейчас нарасхват, — с ехидной усмешкой заключила оракул.

— В какой-то степени, — с долей смущения согласился с ней Матиас, но практически сразу взор его вновь вернулся к серьёзному. — Кто-нибудь еще знает о Руне Истребления?

— Вёльвы наверняка, — после затянувшейся паузы, задумчиво ответила она. — Про остальных сложно сказать.

— Плохо, — болезненно скривился Аннак. — Северяне и без того буйные, а если узнают о подобном, то могут слететь с катушек. Что ж, в таком случае нужно торопиться!

Иерарх резко вскочил на ноги и на всей скорости помчался в сторону дверей, даже не попрощавшись с гостьей, однако уже у самого выхода раздался её заинтересованный глас:

— И что ты предпримешь? Куда направишься?

— Для начала вниз, — выпалил маг, дважды ударив ногой по полу. — Мне доверено присматривать за одним из глифов, поэтому необходимо убедиться, что хотя бы с той, что здесь всё в порядке.

— Что ж, в таком случае, — размеренно заговорила женщина, подходя ближе и подхватывая одарённого под руку. — Я составлю тебе компанию. Думаю, помощь оракула тебе пригодится…

Западная коллизия.

Складывалось впечатление, что не прошло и доли вдоха после ухода из внутреннего мира, потому как глаза раскрылись моментально, тело с необычайной резвостью приняло сидячее положение, а по горле словно шлифанули наждачной бумагой, отчего пришлось жутко закашляться.

Правда, это оказался всего-навсего песок, которым кто-то заботливо присыпал моё тело, а сам я каким-то образом очутился в небольшой расщелине.

— Уж… лучше бы… я сдох… — невольно вырвалось у меня, сквозь утробный кашель. — Пас…куд…ство-то… как…кое! Кто это сделал? — рявкнул я, оглядываясь по сторонам в попытках выбраться из ямы. — Всех прикончу к… едрёной матери!

Однако, воевать было не с кем, потому как пару вдохов спустя кто-то дёрнул меня за руку и вытащил наружу.

Всё тоже ущелье, усыпанное трупами. Та же отвратная вонь вместо воздуха. Тот же сраный магический вихрь. И та же основательная задница.

— Ха-ха! Живой, чтобы меня чумные сильфы драли! — задорно рассмеялся Ганграт, хлопнув по плечу. — А мы уж думали ты «того». Даже не дышал какое-то время. Ну ты как сам?

— Как сала килограмм, — вырвалось едко у меня. — Шиш я сдохну первым!

Стоп. Не дышал? Вот же зараза.

— Ну ты даёшь, Ранкар, — удовлетворённо заявил здоровяк, а после кивнул головой в сторону и быстро зашагал в расщелину по соседству. — За мной. Парни чуть дальше. Ты не берсерк, случайно? — вдруг спросил с интересом он. — А то сражался также рьяно и безумно, как норманны. Мы даже залюбовались. Ты уж прости, что не помогли, — повинился тот ни с того ни с сего.

— Сдохнуть, что ли, захотели раньше времени? — нахмурился невольно я, слушая его покаяния. — Мне такая схватка на пользу, и я почти не пострадал, а вас бы он прикончил.

— Возможно и прикончил, но умерли бы плечом к плечу, — без тени сомнения заключил Ганграт. — Рыцарь смерти хоть и являлся относительно свежим, но если эту тварь возводить в ранг воителей, то он был где-то на уровне вершителя, а может и того хуже… основателя.

Вершитель или же основатель? Не хило так. Что ж, сейчас я хотя бы примерно понимаю, какой у меня уровень в физическом плане. Само собой без неистовства не справился бы, но победителей не судят.

— Как остальные?

— Парни целы, а вот Цуг… — замешкался внезапно минотавр, а затем круто завернул вправо и ловко протиснулся между двумя скалами, — … сейчас сам всё увидишь.

В расщелине в прямом смысле невозможно было нормально протолкнуться, но пока смертельно бледный Цуг лежал на каком-то тряпье, его с трёх разных сторон окружила тройка «Осколков» и пыталась всячески помочь.

По одному виду стало ясно, что осталось парню недолго. Лицо у него было не просто белым, а начинало медленно темнеть, дыхание необычайно слабое, веки периодически дрожали, но самым скверным оказалось совсем иное. Отвратная рана, от ключицы почти до самого брюха. Причем та гноилась прямо на глазах.

— Что с ним? — одними губами полюбопытствовал я, понимая, что что-то не так.

— Обращается нежитью… — с печалью в голосе объяснил здоровяк. — Но вначале умрёт.

Паскудство! Вот же холера! Этого еще не хватало. Да ему же жить и жить еще… Ох, Ярвир, кто бы воскресил ту полусгнившую образину, чтобы я прикончил её во второй раз.

В один из моментов мой взгляд быстро устремился на Аркаса, но в ответ тот отрицательно покачал головой, а кадык его нервно дёрнулся. Аналогичное выражение лиц было и у остальных.

К тому же я впервые в жизни видел на физиономии Рамаса не извечное недовольство, а грустное уныние. На лицо же Тэйн было жалко смотреть.

— Эй, пацан, ну ты как тут? — присаживаясь на правое колено, спросил я заботливым тоном, изображая на своей кривой харе подобие улыбки. — Держишься?

Пару секунд ничего не происходило, но вдруг веки задрожали сильнее прежнего и тот совсем чуть-чуть их приоткрыл и вымучено улыбнулся:

— Ранкар… рад… что ты жив, — еле слышно просипел тот, затихающим голосом. — Ты… молодец… здорово сражался… Жаль… я так не умею… Может и не был бы… обузой… для ребят…

— Какая уж ты обуза? — хмыкнул я, как можно веселее. — Хороший был совет. Благодаря тебе мы и прикончили ту тварь.

В ответ тот лишь хрипло рассмеялся и гулко сглотнул:

— Ну да… Как же… Мы… — затем он протяжно выдохнул и посмотрел на Аркаса. — Добивайте… ребят… Уж лучше так и вы… Чем в нежить…

Но никто из присутствующих даже не подумал прикасаться к оружию. От увиденного меня начала переполнять злоба и жгучая ненависть и что-то необычайно странное стало пробуждаться в глубине души. Нечто отдалённое похожее на… сожаление и печаль.

Дрань… Дрянь! ДРЯНЬ!!! Забью до потери пульса каждого черного из того сраного отряда! Всех урою! Левек мразь! Удавлю как насекомое!

Так-так-так! Думай, Ранкар, думай.

— Не бзди, пацан, — подбодрил я его, жалкой ложью. — Чего-нибудь придумаем сейчас. Научу я тебя сражаться. Пробудишь после эссенцию. Станешь мастиром коллапса. Девок будешь таскать по сеновалам. И жену найдем хорошую. А может даже две или три. Хочешь?

Смех парня стал чуть более явным и тот с грустной улыбкой кивнул.

— Хочу… очень хочу… Но боюсь… не выйдет.

— Выйдет, не переживай, — ухмыльнулся задорно я. — Слово даю! — а после быстро отпальцевал Арку тащится за мной.

Через несколько секунд мы уже стояли снаружи.

— Как ему помочь? — сходу спросил я. — Он пацан еще. Рано ему умирать.

— Никак не помочь. Ему осталось от силы полчаса, — холодно прорычал полубог, начиная заводиться. — Оглянись вокруг! Мы в заднице! Путь назад заблокирован на неделю! Через пару часов сюда сбежится вся нечисть подчищать трупы. Теперь ты понимаешь какого быть смертником? Именно так я и потерял часть своих друзей. Они умирали у меня на глазах, а я ничего не смог сделать. Ничего!

— Не истери, а то по харе получишь! — рявкнул я. — Истерить моя прерогатива. Здесь я самый неуравновешенный. Спрашиваю еще раз, как ему помочь?

— Не знаю, — обессилено пробормотал тот. — Мы осмотрели все тела. Ничего полезного не отыскали. Нашли даже тело мага и одного укротителя, но всё бесполезно. Чтобы ему помочь нужно сильнодействующее зелье исцеления, либо же… целитель. Только где ты его здесь найдешь?

Проклятье! Ни того, ни другого у нас нет. Засада!

Я и сам не заметил, что в какой-то миг отошел на несколько шагов прочь, погружаясь в свои мысли и чем дольше я смотрел вдаль, тем отвратнее становилось на душе.

Стоп! Даль! Дальше ведь Аделлум. Их сторона коллизии.

— Троянский форпост, — выдал резко я, стремительно оборачиваясь полубогу. — Что-то подобное можно найти там?

— Форпост? Совсем сдурел? Кто в здравом… — но почти моментально тот осёкся и с подозрением взглянул мне в глаза. — Ты сумасшедший? Форпост охраняют не какие-нибудь воители на ранге губителей и виртуозов, там будут вершители с основателями, а может и того хуже. К тому же в форпосте всегда присутствует три или четыре магистэра магии.

— Сам пойду, — спокойно отозвался я, начиная приступать к плану.

— И как ты попадешь в форпост? Тебя убьют сразу…

Однако он вновь осёкся и стал наблюдать за тем, как я обыскиваю трупы.

— Это ты мне расскажи, как попасть в форпост. Есть какая-нибудь идентификация?

— Возможно, жетоны воителей, — с сомнением проговорил Аркас. — Либо их проверяют иначе.

— Ты об этих жетонах? — расслабленно спросил я, снимая с мертвеца пластину воителя. — Доспехи Аделлума у нас есть. История тоже имеется. Оглянись вокруг. Доказательств хоть отбавляй. Сделаем так, чтобы нас не проверили, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

— Ты действительно безумец, — с горькой улыбкой покачал головой командир осколков. — Зачем ты так рискуешь? Для чего? Мы тебе чужие. Ты можешь уйти в любой момент, и никто слова тебе не скажет.

Для чего? Самому бы знать для чего. Может замаливаю прошлые грехи, а может всему виной мой необузданный характер. С языка же сорвалось совсем иное.

— Вы помогли мне, я помогу вам.

— Тогда я пойду с тобой, надо только предупредить…

— Да мы всё слышали, — раздался из-за спины голос Рамаса. — Если хотите сдохнуть, то можете идти штурмовать форпост, но времени у вас не хватит. Долго Цуг не протянет. До крепости минимум пару часов. Столько же обратно. И это если мчаться со всех ног.

— Протянет, — спокойно выдал я. — Есть идея.

Заодно и проверим получится или нет.

Руна! Ко мне!

Левая рука вдруг полыхнула тусклым тёмным пламенем, отчего оба «Осколка» отшатнулись от меня как от прокаженного, а в ладони тотчас материализовался эфес с обломком клинка.

— Пятая династия… — вытаращил глаза тифлинг, с нарастающим шоком. — Так ты действительно владеешь оттиском?.. Чтоб мне провалиться.

Я тебе собака какая-то, что ли? — раздраженно выпалила девица в подсознании.

Нет. Ты просто психопатка. И ни слова больше. Можешь как-нибудь помочь ему?

Да. Могу. Добить его могу. Чтобы не мучился, — стала кривляться спата.

Руна! — рявкнул я.

Что Руна? Я могу исцелять только своего обладателя, как тогда с твоими ранениями от устранителей. А в целом я больше по убийствам специализируюсь. Хотя… — вдруг задумалась та, словно над чем-то размышляя. — Я могу попробовать прижечь рану. На некоторое время это остановит некроз. Часов на пять-шесть должно хватить, но будет больно. Очень больно.

Вот и хорошо. Ты умница.

Я? Умница? — засмущалась почему-то девица.

На всём ходу я тотчас устремился в убежище и низко склонился над телом Цуга.

— Слушай сюда, пацан, если хочешь стать мастиром коллапса, то терпи, — негромко проговорил я, глядя в смертельно бледное лицо парня, а обломок спаты в ладони начал медленно распаляться тёмным пламенем. — Больно будет. Обещаю. Но если вытерпишь, то станешь сильнее. Согласен?

Завидев огонь, серафим и терат тотчас чертыхнулись и с пораженным видом стали следить за моими действиями.

Пяток секунд ничего не проходило, но в какой-то момент пацан слабо улыбнулся, веки его задрожали и тот обессилено кивнул.

Всё случилось в мгновение ока. Пламя стремительно распространилось по ране и в то же мгновение по коллизии разнесся ни с чем несравнимый человеческий вопль, что был наполнен агонией и небывалым страданием.

Процесс занял меньше минуты, и закончив со всем, я отчего-то подался отдавать приказы, а взгляд устремился в ту сторону, где должен быть форпост.

— Аркас, ты со мной. Собирай манатки и всё необходимое. Ганграт, Тэйн, Рамас, остаётесь здесь. Присмотрите за Цугом и забаррикадируете вход.

— Собрался брать штурмом крепость, которая держится с начала войны? — шокировано прошептал серафим. — Ты чокнутый, что ли?

— Есть такое, — уклончиво ответил я с полубезумной улыбкой, предвкушая знатное веселье. — Мне кажется, что сумасшедшие форпосты еще не захватывали…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Ставка командования доминирующего дома Хаззак.

В походный кабинет отца Маннисса ворвалась с самодовольной и чуточку горделивой улыбкой. Её ожидания и окончательный вердикт оправдались. Она теплила надежду на то, что главный родич оценит её доводы и усилия. Возможно, теперь она сможет выйти из тени братьев и ей станут доверять больше. Подняться в иерархии семьи было сложно даже для прямых наследников. Конкуренция являлся очень жесткой, а порой и жестокой.

Сам же Хаззак находился к ней спиной и не сводил цепкого взора с проекционной карты. Ему и другим главам практически ежечасно приходили последние сводки с фронта, а рунные маги постоянно вносили на неё мельчайшие корректировки и изменения.

— Ты чему-то рада, — спокойно отметил мужчина, не оборачиваясь на вошедшую. — Даже очень рада. Боюсь, твои новости не сулят для меня ничего хорошо. Рассказывай. Я слушаю.

— Только что пришло донесение. Из западной коллизии вернулся отряд разведки младшего дома Гаман, — как на духу выпалила девица. — Вмешательство Наказующих неопровержимо. Имеются доказательства. Те выжившие отребья не солгали.

Стоило Даймону заслушать доклад, как он оторвался от созерцания карты и внимательно посмотрел на дочь.

— Вернулся лишь отряд разведки? — осведомился глава, приподнимая бровь. — Что со смертниками?

— Мертвы! — беспощадно припечатала Маннисса. — Все до единого. Назад вернулись только воители. Причем без потерь.

— Очень интересно. Без потерь и все до единого, — обкатал на языке мужчина слова дочери, а после горько усмехнулся. — Неужели я ошибся? — с долей неприкрытого разочарования пробормотал Хаззак себе под нос. — Очень жаль. Похоже, данной пешке не суждено стать ферзем.

— Вы снова думаете о том смертнике, не так ли? — с еще более широкой улыбкой поинтересовалась девушка. — Я ведь говорила вам, что мусор бесполезен. Они лишь расходный материал. На вашем месте, отец, я бы сейчас размышляла не о приговорённых, а озаботилась тем, как преподнести данную информацию… — на следующий словах воительница невольно запнулась, — … великому дому Ксант.

— Ты не на моём месте, Исса, — осёк её мягко отец, вновь направляя свой взгляд на карту. — С Данактом я говорил не единожды и нет в том ничего сверхъестественного. А вот то, что я ошибся меня огорчает гораздо больше, чем то, что Кара Небес вскоре вступит в войну. Они лишь очень большой… почти неучтенный фактор, который приблизит это кровопролитие к долгожданной развязке. Мой же промах говорит о том, что я могу допустить очередную ошибку не в столь отдалённом будущем и это может обернуться настоящей катастрофой. Возможно, я старею и теряю хватку. Понимаешь к чему я клоню?

— Не совсем, — призналась Маннисса невольно хмурясь, а следом рьяно возмутилась. — Но вы всё еще полны сил! Вам рано уходить на покой.

— В этом нет ничего удивительно. Мне по душе твои слова, — улыбнулся радушно Хаззак. — Оставь меня. Как ты и сказала, нужно связаться с Данактом. Это делать лучше без посторонних глаз. Он такого не любит.

— Как прикажете, отец, — глубоко поклонилась девушка, быстро покидая помещение.

Целую минуту Даймон не сходил с места и о чем-то хаотично размышлял, а затем тяжело выдохнув, неторопливо прошествовал к своему креслу.

Первым в ход пошел полог тишины. Следом мужчина выудил из кармана треугольный драгоценный камень с множеством различных рун и бережно уложил его на поверхность стола. Несколько секунд он внимательно разглядывал предмет, а затем разом коснулся всех трёх граней, отчего тот тускло вспыхнул и замерцал.

Некоторое время ничего не происходило, но вот над столом возникла полуметровая магическая проекция главы великого дома Ксант.

— Ты редко обращался ко мне подобным образом, Даймон, — с хитрым прищуром заговорил Данакт. — Чаще всего обходишься лишь переговорным устройством и краткими докладами. Как понимаю, у тебя важные известия?

— Моё почтение, господин, — со всем официозом отозвался Хаззак, склонив перед правителем голову. — Вы правы. Информация более чем важная. К тому же примите мои поздравления. Ваши предположения оправдались.

На мгновение возникла пауза, а затем раздался громогласный хохот.

— Кто⁈ — сквозь смех нетерпеливо поинтересовался Ксант. — Кто именно? К кому за помощью обратилась эта сучка Аэрия?

— Мы нашли следы Наказующих, — отчитался спокойно мужчина. — Западная коллизия. Появились совсем недавно.

— Ха-ха-ха… — пуще прежнего расхохотался Данакт. — Ничтожная карга. Побежала за помощью к тому лицемерному святоше. Она действительно думает, что сможет таким образом одолеть меня? Зря старается! — сплюнул презрительно правитель. — Кара Небес и Несущие Бурю, значит. Что ж, похоже, наша война выходит на новый виток. Отлично! Ты принёс замечательные новости, Даймон. Молодец! Ты и твой дом одни из самих верных вассалов. Я высоко ценю тебя. Продолжай в том же духе, и я возвышу Хаззак над остальными.

— Благодарю вас, господин. Почту за честь.

— В таком случае пора приступать к исполнению нашей задумки, — с самодовольной улыбкой изрёк глава дома Ксант, довольный такой реакцией. — По заслугам получит как Аэрия, так и этот сраный святоша. Зря он полез на мою территорию со своими фанатиками-искателями. Я пришлю Кайсу. Она давно рвётся на поле боя.

— Кайсу? Вашу Кайсу? Нефрит Ксанта? — удивлению Хаззака не было предела после услышанного. — Свою родную дочь? Вы уверены?

— Ты знаешь, что у меня много детей, — усмехнулся снисходительно правитель. — В последнее время она выделяется больше остальных, а её прогресс растет семимильными шагами. Я дам ей возможность возвыситься или же… пасть. Отныне все в лагере будут подчиняться ей. Донеси это до остальных.

— Как прикажете, повелитель…

Царство Аделлум.

Западный форпост.

Тишина вечернего дня была разрушена рёвом сигнальной сети. Вой был настолько пронзительным и оглушительным, что закладывал уши, но для защитников крепости это означало лишь три незыблемых факта.

Нападение, вторжение или же возвращение патрульных отрядов.

— ВСЕМ БЫТЬ НАГОТОВЕ! РАЗЛОМ ОТКРЫВАЕТСЯ!

Правда, до следующей смены воителей оставалось еще пара дней и имелась большая вероятность вторжения чудовищ коллизии. Однако каково было удивление нескольких воинов и двух магов на стенах и вратах, когда вместо стаи кровожадных и взбесившихся монстров из пространственного разлома вывались два окровавленных тела в доспехах армии Аделлума.

Они успели сделать всего-навсего несколько шагов и обессиленные рухнули наземь.

— Это свои! — раздался громкий глас привратника. — Они ранены!

— ОТКРЫТЬ ВОРОТА! СНЯТЬ ЗАЩИТНЫЕ БАРЬЕРЫ! ОСМОТРИТЕ ПЕРИМЕТР! — скомандовал дежурный маг. — Расспросите и удостоверьтесь в том, что они не лазутчики!

Врата форпоста открывались медленно, но стоило появиться зазору между ними, как наружу тотчас высыпался отряд из десяти воителей в полном боевом облачении, которые быстро взяли в круг двух раненых.

С ног до головы оба воины были залиты кровью. В нескольких местах обмундирование было страшно покорёжено. Лица во множественных ссадинах, порезах и свежих ранениях.

— Ваши жетоны и имена! Имя командира!

— Риуз, — выдохнул истощенно один из них, снимая с шеи жетон.

— Ваерс… — еле разборчиво выдавил второй из себя, путаясь и сбиваясь в речи, складывалось впечатление, что ему мешало что-то говорить.

— Что у тебя…

Однако договорить воин не позволил и показал окровавленный язык всем на обозрении, а затем протянул именной ярлык.

— Проклятье! — скривился один из привратников, наблюдая за скверным зрелищем.

— Имя вашего командира? — раздался из-за спины недовольный голос дежурного мага, который при помощи левитации спорхнул со стены. — Кто позволил вам покинуть коллизию? Совсем с ума сошли? На казнь напрашиваетесь?

— Наш командир, одарённый Итайс, господин, — устало пробормотал Риуз. — Мы покинули её не нарочно. Произошла беда. Выжили только мы.

— Что с вами стряслось? Где остальные? Где Итайс? — стал наседать чародей.

— Командир… Итайс мёртв, — еле разборчиво заговорил Ваерс. — Остальной отряд тоже сгинул. Уцелели только мы.

— Кто? Кто на вас напал? Аххесы? — остервенело стал допытываться одарённый.

— Нет, — отрицательно качнул головой Риуз. — Наш отряд успел заблокировать коллизию. За аххесов можно не переживать. Мы натолкнулись… на могущественного рыцаря смерти со свитой. Я и Ваерс еле успели унести ноги. Он по-прежнему там. Думаю, о таком вы должны знать. Эта тварь всех уничтожила и создала башню из трупов. Боюсь, чудовище давно перешагнула ранг вершителя, а может и того хуже.

Стоило всем услышать подобное заявление, как тотчас раздался нарастающий гвалт:

— Рыцарь смерти⁈

— Рухнуть небесам к полу!

— Пятая династия…

— Проклятье! — ругнулся свирепо маг. — Вы уверены, что Итайс мёртв? Он был на уровне магистэра!

— Рыцарь сожрал командира у нас на глазах! Нужно послать патрульный отряд. И как можно скорее.

Правда, уже секунду спустя взгляд чародея стал донельзя растерянным и тот ниже склонился над двумя ранеными.

— Что⁈ Ты сказал он построил башню из трупов?

— Так и есть, — кивнул словно болванчик Ваерс.

— Заразите меня чумные сильфы! — ошеломлённо прошептал маг. — Тварь готовится ступить на новую ступень эволюции. Если не поторопимся, то придётся вызывать из города подмогу в виде мастиров и более сильных магов. Ну что там? — вдруг обратился тот к рядом стоящему воителю.

— Всё в порядке, — кивнул утвердительно привратник, сверяя жетоны с базой и тщательнее вглядываясь в окровавленные лица. — Такие присутствуют. Это наши.

— В лазарет их, а остальные по местам! — скомандовал одарённый. — Я доложу обо всём управляющему форпоста. Нужно сформировать новый отряд для отправки в коллизию. Рыцарь смерти и его свита может доставить проблем. ВЕРНУТЬ БАРЬЕР НА МЕСТО!

Практически сразу четверо привратников подхватили под руки раненных и потащили их за врата, десяток мгновений спустя те с грохотом закрылись, а после над форпостом и стенами с новой силой разросся восстановленный защитный массив.

Твою собачью жизнь! Мне послышалось, что ли? Нас отправляют в лазарет? Вот так удача. Считай полдела сделали. Попали внутрь. Вся подготовка и маскировка оказалась не для красного словца. Отныне остаётся сделать самое важное.

Вынужден заметить, что тащили нас достаточно бережно. К тому же изнутри крепость являлась более оживлённой. Ганграт рассказывал, что в форпосте практически постоянно находится гарнизон из двух сотен душ.

— Ничего, парни, — раздался у уха ободрительный голос. — Сейчас вас быстро подлатают. Очень быстро. Вы здорово удивитесь, когда увидите кого нам прислали в подмогу. Из самого Аронтира. Прямиком из магической академии Иерихонского пантеона.

После таких слов мы неосознанно с Аркасом переглянулись, подозревая что-то неладное. Хватало и того, что время сейчас играет против нас и какие-то сраные нововведения к бесам не сдались.

— Какое-то… пополнение? — сипло спросил я, коверкая речь до неузнаваемости.

— Сами сейчас всё поймете, — с широкой улыбкой отозвался говорун. — И обомлеете.

Единственное было плохо, когда нас сопровождали до лазарета, кто-то заботливо снял с меня и полубога оружие.

Через пару минут мы уже переместились в самый тыл крепости, а еще через минуту оказались у входа в лазарет.

Об этом говорило две вещи. Отчетливый запах лекарств и педантичная чистота. Стоило миновать двери, как почти мгновенно нас подхватили под руку две дородные дамы. Однако бросалось в глаза то, что несмотря на три десятка коек все до одной оказались пусты.

— Наше почтение лекаркам, — тотчас поприветствовали иерихонцы женщин.

— Что с ними? — с тревогой вопросила одна, подхватывая полубога под руку и укладывая его на постель.

— Нападение рыцаря смерти, — отчеканил моментально один из воителей.

— Пятая династия… — заохала взволновано вторая. — Вы свободны, ребята. Мы сами ими займемся. Но если на них напал рыцарь смерти, то без помощи нашей новенькой не обойтись.

— Я схожу за ней, — скороговоркой произнесла лекарка.

От помогающих нам воителей почти сразу и след простыл. Однако покидали они помещение весьма нехотя, причем то и дело оглядываясь по сторонам и кого-то выискивая.

Первым под раздачу попал Аркас. Вторая тётка весьма искусно начала снимать с него вначале изувеченные доспехи, а затем взялась за одежду.

Не прошло и минуты как первая лекарка вновь ворвалась в лазарет, подобно комете или же ледоколу несясь вперед, а вот то, что я лицезрел дальше повергло меня в некое изумление, потому как следом за ней срываясь на бег спешила весьма миловидная и прелестная дева. Даже можно сказать фея. А если уж быть точнее, то… дриада жизни.

Чтоб мне провалиться! Не о ней ли случайно говорил тот иерихонец?

Почти что ангельское бледно-зеленое личико с длинными волосами морской зелены и изумрудными глазами. Элегантная мантия всё того же тёмно-зеленого окраса весьма возбуждающе обтягивала хрупкую фигурку во всех соблазнительных местах, особенно в районе груди и ягодиц. Однако первое за что зацепился взор был минималистичный венок на голове с парой веточек зелени и нежными маленькими цветочками.

Правда, дриада хоть и была безупречно красивой, но стоило мне увидеть её, как внутри с непреодолимой силой начали зарождаться весьма противоречивые эмоции, словно в груди распалялось незримое пламя. Чувствуя её ауру, в душе словно пробуждался голодный дикий зверь, который требовал… прикончить её или же свернуть шею.

Лишь огромным усилием воли я успел вновь обратиться к медитативной технике и остановить себя от рокового шага, загнав эмоции как можно дальше.

Холера! Да что со мной такое? Почему я постоянно впадаю в крайнюю степень исступления завидев любого одарённого.

— На них напал рыцарь смерти! — на ходу выпалила лекарка, докладывая обо всём услышанном целительнице. — Думаю, для начала их необходимо осмотреть вам.

— Да, разумеется, — мелодичным голоском отозвалась дриада присев напротив меня. — Я приступлю немедленно.

Аркаса же в это время по-прежнему продолжали избавлять от одежды. Судя по его затравленному и раздраженному взгляду, терпеть тот будет недолго.

Практически моментально руки у целительницы вспыхнули слабым салатовым сиянием и меня с ног до головы окутало мерцание магии.

— Вы весьма… красивы, — глядя ей в глаза, усмехнулся я, принимая сидячее положение и между делом начиная свою игру.

— Вам лучше лежать, — весьма сурово отметила та, никоим образом не отреагировав на комплимент. — Однако по моему скромному мнению, подруги у меня более привлекательны.

— Когда я сижу у меня меньше всё болит, — отрапортовал я, включая дурака и тем самым, не дав ей возможности уложить себя в постель. — Назовёте мне своё имя и тогда я подчинюсь.

— Меня зовут Диана. А теперь лягте на место, — приказала она, чуть повысив голос.

— Прекрасное имя, — с радушной улыбкой добавил я, искоса поглядывая на Аркаса, который начал переводить озадаченный взгляд с моей физиономии на спину дриады. — Диана, а если не секрет, каков ваш ранг?

— Воители Иерихона все столь болтливы и неусидчивы? Да и у целительницы такое спрашивать некрасиво, — хмыкнула деловито она. — Но если вы замолчите, то я вам скажу.

— Не обещаю, но прислушаюсь, — не остался я в долгу.

— Мой ранг — магистэр магии жизни третьего отсечения. Довольны? — с легким раздражением произнесла она.

— А если бы вы повстречали человека, который ранен рыцарем смерти, смогли бы его спасти?

— Другие целительницы вряд ли бы, не хватило бы сил. Да и зелья бы справились со вселенским трудом, но я дриада жизни, — с некими горделивыми нотками отозвалась она. — Если этот человек всё еще дышит, то я смогу избавить его от эманаций смерти и вернуть в норму.

— Благодарю вас, Диана, вы мне очень сильно помогли, — как можно миролюбивее изрёк я. — Вы и вправду посланы нам самой судьбой.

— Судьбой? — обнажила та белоснежные зубки в широкой улыбке. — Вы знатный болтун. К тому же я еще вам ничем не помо…

Впрочем, договорить девушка не успела, потому как в этот самый миг она завершила процесс обследования и с недоумением взглянула вначале на меня, а затем с невероятной скоростью осмотрела вновь моё тело.

— Но вы же… почти невредимы. И что с вашей рукой? Я… не понимаю, — ошеломлённо пробормотала она, а затем опустила чуть ниже глаза и до самого плеча оголила резво конечность.

Стоило той завидеть иссиня-черную татуировку, как взгляд вначале блеснул интересом, затем нарастающим ужасом, после дриада побледнела и дрожащим голосом тихо вопросила:

— Откуда… Откуда это… у тебя? Такое невозможно… Кто вы… кто вы такой на самом деле? Вы же… не простой воитель?

— Вы зря так поступили, Диана, — с холодком отозвался я, медленно поднимаясь с постели. — Очень зря…

За спиной у целительницы вдруг раздался звук двух падающих тел, и та со страхом обернулась назад, но завидела лишь двух распластавшихся лекарок и нависшего над ними Аркаса.

Руна! Ко мне!

— Вы… Кто… кто вы так…

Правда, договорить девица не смогла. Хватило одного удара спаты, чтобы отправить её в беспамятство. Пришлось только подхватить хрупкое и почти невесомое тельце у самого пола и обернув дриаду двумя простынями, она быстро перекочевала на моё плечо.

— Ты и вправду сумасшедший! — выпалил яростно полубог, со скоростью света облачаясь в одежду. — Просто безумец! Можно же было по-другому как-то.

— Так и есть, я слегка поехавший, — согласился я с ним, быстро улепетывая из лазарета, попутно с этим начиная отслеживать ближайшие ауры разумных и нырять в пустые проходы и коридоры. — На другой же план не было времени. На мольбы и просьбы от врагов Иерихона она бы никоим образом не отреагировала. Теперь пора валить.

— Как именно⁈ — прошипел мой напарник, едва поспевая следом.

— Есть одна идея, — ухмыльнулся кровожадно я. — Правда, тебе она может не понравиться…

Царство Аделлум.

Западная коллизия.

Западный форпост.

Поздняя ночь…

— ТЫ ЧЕГО НАТВОРИЛ⁈ — вопил громогласно Аркас, словно дикий зверь, загнанный в клетку, то и дело обращая взгляд себе за спину и наблюдая за происходящим. — ЗАЧЕМ⁈

В увиденное просто невозможно было поверить. Ведь творилось безумие… Самое настоящее безумие.

— СОВСЕМ С УМА СОШЕЛ⁈ — улепетывая в сторону разлома, продолжил надрываться полубог. — КАК⁈ КАК ТЫ УМУДРИЛСЯ? ОБЪЯСНИ МНЕ! КСАНТУ ЗА ЧЕТЫРЕ ГОДА НЕ УДАЛОСЬ СДЕЛАТЬ ТО, ЧТО ОДИН ПИЛИГРИМ СДЕЛАЛ ЗА НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ! ОТКУДА ТЫ ТОЛЬКО ВЗЯЛСЯ, И КТО ТЫ ВООБЩЕ ТАКОЙ НА САМОМ ДЕЛЕ⁈

— М-да. Вот тебе и обычная диверсия. Неловко получилось, — скривился невольно я, глядя себе через плечо. — Оно случайно как-то вышло…

— ГДЕ? — рявкнул раздраженно Арк. — Где и куда именно ты заложил искры дракона?

— У портала, — спокойно отозвался я. — И у самого большого здания рядом с вратами.

— Рухнуть небесам к полудню… — ошеломлённо выпалил командир «Осколков», таращась на меня во все глаза. — Ты совсем сбрендил? Это же была портальная площадка и узел управления обороной!

— Я же говорю… неловко вышло.

— БЕЗУМЕЦ!

— Да знаю я! Зачем повторять? Не истери! Мы уже на месте.

Остановиться пришлось у самого разлома. Так мы и стояли, два смертника и одна бессознательная дриада на моём плече, наблюдая за тем, как начинает полыхать западный форпост, а вся его магическая защита стремительными темпами сходила на нет прямо на глазах.

Однако, чем больше я наблюдал за динамикой разрушения форпоста, тем безумнее мысли меня посещали.

Не зря же говорят, что риск дело благородное.

— Аркас, а скажи-ка, ты за кого в этой войне?..

Царство Аделлум.

Западный форпост.

Кабинет управляющего крепостью.

Одним часом ранее…

Холтер был словно на иголках практически с самого утра. Причина этому имелась более чем уважительная. Прибытие дознавателей. Причем не дознавателей из Аделлума или же Несущих Бурю. Нет. Сюда прибыл кое-кто похуже. Это была пятерка из числа Наказующих. Впрочем, управляющего форпостом пугали отнюдь не они, а тот, кто возглавлял их.

Судья Норон. Выше него в иерархии ордена находились только две длани и великий магистр. Судей у Наказующих существовало несколько, но лишь о его делах ходила дурная слава. Очень дурная. И если он здесь, то быть беде. Большой беде. Ведь подчинялся тот лично правой длани ордена — Азаиху Урано. А совсем недавно именно его отпрыск наткнулся в коллизии на странный отряд смертников, который хорошенько их потрепал и дал ощутимый отпор, а сам Хиал и Ласанта Урано вернулись назад израненными и еле живыми.

Да. Холтер помнил тот день. Именно он дозволил им заменить патрульный отряд, выписал разрешение и теперь по-видимому пришла пора расплачиваться за свою дурость. Скорее всего, правая длань не оставит его проступок без внимания. Да и пострадал его сын.

Стук в дверь раздался вполне тихий, но для капитана армии Аделлума он показался громче самого яростного грома, а затем в кабинет неспешно прошествовал неприметный мужчина лет сорока в тёмно-синей форме судий Наказующих.

— Моё почтение, уважаемый Холтер из семьи Лассар, — скромно поприветствовал того Норон.

— Моё уважение, чтимый судья, — быстро поднимаясь с кресла, нервно изрёк управляющий. — Чем… чем могу быть полезен?

— О, не стоит так пугаться, — с радушной улыбкой проговорил Норон, присаживаясь прямо напротив стола. — Так уж вышло, что по некоторым причинам уважаемый длань направил сюда людей для выяснения кое-каких обстоятельств. Надеюсь, вы просветите меня по некоторым вопросам?

Заслышав о генерале Наказующих Холтер побледнел сильнее, а на лбу выступила обильная испарина. Мысли витали у управляющего разные, но он выбрал самый лёгкий, но действенный путь.

— Я… виноват, судья, — чуть запинаясь пролепетал Лассар, продолжая потеть словно загнанная за ночь куртизанка. — Виноват перед семьей Урано. Виноват перед Наказующими. И готов принять вашу кару. Теперь я осознаю, что мне не следовало пускать сына уважаемого Азаиха в коллизию. Я готов понести ответственность.

На несколько долгих мгновений возникла гнетущая тишина, но стоило капитану закончить свою речь, как улыбка у судьи стала шире и тот тихо рассмеялся себе под нос.

— Присядьте, Лассар, — снисходительно махнул рукой Норон. — Я здесь абсолютно по иному поводу, хоть и не скрою, что он связан с тем инцидентом, о котором вы упомянули. Вас наказывать никто не собирается. Лорд Азаих не злопамятен и справедлив. Он старой закалки и держит сына в ежовых рукавицах. Зная Хиала, — ухмыльнулся лукаво дознаватель, — не сложно догадаться, чего он мог вам наговорить, чтобы попасть в ущелье. Парень умеет добиваться своего.

После слов судьи лицо управляющего тотчас порозовело и тот обессиленный рухнул в рабочее кресло.

— Простите меня, я думал… думал…

— Я догадываюсь, о чем вы думали, но можете не переживать об этом. Однако не будем терять время и перейдем к сути дела.

— Да, разумеется! — спохватился Холтер, пытаясь взять себя в руки. — Спрашивайте. Я отвечу на все вопросы.

— Замечательно, — весело хлопнул в ладони дознаватель. — Для начала не могли бы вы немного рассказать о том, как именно происходили вылазки в коллизию и чем они заканчивались для армии Аделлума? Я слышал, что вы отменно справляетесь со своей работой. Присутствовали ли ранее какие-нибудь промашки или же подобные проблемы, как к примеру, те, что случились с отрядом Хиала? Может быть вашим людям попадались… скажем так, не совсем обычные разумные? Сильнее прочих. Может, говорили они иначе? Осмелюсь выдвинуть предположения, что вы натыкались на… аристократов в доверенных вам владениях?

Дознаватель говорил тихо, спокойно, но в и то же время необычайно чётко. Каждое его слово напоминало выверенный удар клинка. А манера передвигаться более напоминала походку дикого зверя. Лишь из-за одного его присутствия у Холтера бежали мурашки по телу. Взгляд его постоянно метался от жетона воителя на груди, до перстня одаренного на руке. Ведь Норон был тем, кого принято называть совершенными. Он обладатель магии, а также прекрасно владеет оружием и имеет высокий воинский ранг. Возможно, в будущем он и того хуже… станет безупречным.

— Никак нет, чтимый судья. Ничего такого. Ни разу. Ни единого доклада, — уверенно заявил капитан, дослушав своего собеседника до конца. — Наш рубеж в полной безопасности. За эти четыре года Ксант не добился существенных успехов на западной коллизии. Возможно, именно по этой причине они и стали использовать смертников. Вынужден признать, когда приговорённые сменили регулярные армии доминирующих и младших домов нам стало на порядок проще удерживать оборону. Само собой, без Несущих Бурю этого сделать не удалось бы, а теперь прибыл еще и ваш орден. Думаю, совсем скоро мы одолеем Ксант.

— Похвальная вера, Лассар, очень похвальная, — задумчиво отметил мужчина. — Я вот кое в чем с вами не согласен, но да небеса с этим! В таком случае у меня второй вопрос…

Вот только задать второй свой вопрос дознаватель попросту не успел, потому как над всем форпостом с оглушительным рёвом завыла сигнальная сирена. Кто-то привёл в действие охранно-магическую сеть.

— Прошу простить, чтимый судья, мне нужно… — покаялся Лассар.

— Ничего, — радушно улыбнулся Норон, мягко перебивая капитана. — Я всё понимаю.

Управитель практически моментально вскочил на ноги и на всех парах помчался в сторону выхода, по его же следам неспешной походкой передвигался и дознаватель. Стоило им покинуть кабинет и оказаться снаружи, как они увидели, что навстречу уже мчится дежурный маг.

— Капитан Лассар, у нас проблема…

— Что стряслось, Минай? — отчеканил резко управитель.

— Отряд, что был отправлен на патруль коллизии полностью уничтожен, — выдохнул скороговоркой одарённый. — Выжило лишь два воителя. Сейчас им оказывают помощь в лазарете.

— Как? Кто уничтожил? Аххесы⁈ — переполошился не на шутку Холтер искоса поглядывая на дознавателя, который заинтересовался инцидентом.

— Нет, не аххесы, — отрицательно качнул головой маг. — По докладу тех двоих коллизия полностью заблокирована. С командой разобрался очень могущественный рыцарь смерти. Сейчас он отстраивает башню мертвецов, чтобы перейти на новый этап эволюции.

— Рыцарь смерти достаточно сильная тварь, — подал голос Норон. — Это интересно. Откуда информация?

— От тех, кто уцелел, — отчитался маг, а заметив регалии дознавателя и герб судьи Наказующих, почти что встал по стойке смирно.

— Интересно. Очень интересно, — прищурился хитро совершенный, почесывая подбородок. — Где сейчас эти двое?

— В лазарете. Состояние у них скверное. Боюсь, сейчас вы вряд ли что-то узнаете.

— Так ведь я и не спешу, — пожал плечами судья. — Дайте мне знать, когда они придут в себя…

— Есть одна идея, — ухмыльнулся кровожадно я. — Правда, тебе она может не понравиться…

План трещал по швам, а путь наружу казался недосягаемой мечтой. Если мои чувства меня не подводят, то в форпосте имеются минимум два десятка человек, которые превратят меня и Аркаса в кровавую лепешку.

Лазарет, хоть и был позади, но приходилось петлять у самой границы внутреннего двора, постоянно держась в ночной тени и огибая любые освещенные участки. Вынужден признать, что спасало нас сейчас только ночное время суток.

Что ж, надеюсь, моя чуйка меня не подвела, и задумка того стоит.

— Сюда. Здесь пусто, — скомандовал я, ныряя в какой-то проход и быстро пытаясь открыть вторую по счету дверь.

С первого раза она не поддалась, но стоило чуть ослабить клин и вывести наружу ярость, как та с тихим скрежетом отворилась. Замок под напором силы попросту вывернуло в обратную сторону.

Как ни странно, но это была самая обычная коморка с различным хозяйственным инструментом. Причем не опасным. Само собой, двузубые вилы, что находились в углу оказались не в счет.

— Оставайся тут и присмотри за нашей соней, — тихо произнес я. — Скоро буду.

— Куда ты? — прошипел резко Аркас.

— Жди. Я быстро! Выбираться мы ведь как-то должны.

Я хоть и жалею, что занимался всякой грязью для синдиката, но приобретенные навыки пригодились даже здесь.

Из помещения я выскользнул бесшумно подобно неуловимой тени. Народу во внутренней части форпоста и вправду оказалось слишком много. Однако я давным-давно научился скрываться в любой тьме. Одно из негласных правил синдиката гласило: «Хочешь жить — умей вертеться». Чем ближе я подбирался к месту своего назначения, тем сильнее приходилось извиваться. Боюсь, даже змеи позавидовали бы в данный момент моей изворотливости.

Будь сейчас Бетал рядом, то огрел бы по голове или хребту чем-нибудь тяжелым и в любом случае нашел бы какую-нибудь ошибку в моих движениях.

Эх, старикан, я надеюсь всё, что я услышал тогда в холле ложь. Ни за что не поверю, что ты так просто мог умереть. Не верю!

Правда, я и сам не заметил, как стал попадать под влияние мрачных мыслей, а внутри из-за скопившегося негатива словно тлел огонь. Состояние из-за присутствия одарённых и так было ни к бесам, а с каждой секундой становилось только хуже.

Чуйка работала на возможный максимум в радиусе пятидесяти метров. Сенсорное поле, как я назвал данное состояние, работало необычайно идеально. Лишь благодаря ему удавалось миновать дозорных, редкие патрули и несколько заблудших душ.

Через несколько секунд удалось пробраться именно к месту, где я ощутил ту самую опасную силу. Вот только стоило еще на шаг приблизиться к небольшому зданию, как поле вдруг ощутило нечто невидимое и непроходимое.

Твою собачью жизнь! Только не говорите мне, что это барьер?

Все чувства подсказывали, что пришел я сюда не зря. Вот только как…

Ну и? Чего застыл?

Не видишь, что ли? Поссать мне приспичило!

Только не говори, что ты испугался этой жалкой магической стеночки? – раздраженно пробормотала девица. — В былые времена я бы даже её не зам…

Да-да-да! Ты сверхсильная Руна Истребления. Тоже чувствуешь барьер?

Разумеется. Мы с тобой отныне единое целое.

Убрать сможешь?

Если уничтожим его, то тебя сразу же обнаружат, потому как на массиве завязано сразу две сигнальных сети.

Что предлагаешь?

Прорежем небольшую щель. Тогда никто об этом не узнает. Подойди вплотную и используй меня. Остальное я сделаю сама. Правда, придётся потратить часть запаса от ядра рыцаря смерти.

Тогда за дело!

Руна! Ко мне!

Я тебе не собака… — пожаловалась раздраженно та.

Левая рука практически моментально замерцала всполохами иссиня-черного пламени, а в ладони материализовался знакомый эфес спаты.

Тело моментально приблизилось вплотную к невидимой грани барьера, осколок клинка почти неуловимо вспыхнул мраком, и я медленно провел по барьеру кромкой лезвия.

Уже через секунду ощутил, что на месте разреза пустота. Сенсорное поле совсем не реагировало.

Ха-ха-ха! Моя ты сладкая! Молодец, Руна, может и сработаемся. Если выберемся отсюда, то расскажешь мне обо всём, чем владеешь.

Я? Сладкая? — едва слышно прошептала смущенно девица. — Ну точно сумасшедший…

От наплыва эмоций даже невольно чмокнул эфес оружия и быстро развеял его.

Не прошло и минуты, как я проник внутрь здания и продвинувшись дальше невольно обомлел. Это и вправду оказался арсенал форпоста. Теперь ясно почему здесь стояла столь надежная защита. Разнообразное оружие, клинки, несколько десятков артефактов. Глаза разбегались от увиденных сокровищ, но здравомыслие в какой-то момент взяло верх над алчностью.

Цуг. Сейчас главное помочь пацану. Проклятье, надеюсь, я не ошибся насчет своих подозрений.

Ноги после таких мыслей сами несли тело в нужном направлении и подбежав к дальней стене я ударом ноги отворил нужный сундук, из которого сквозило невероятной опасностью.

Чем дольше я наблюдал за увиденным, тем шире становилась моя улыбка. Не нужно быть мудрецом, чтобы понять, что именно попало в руки. Миниатюрный таймер говорил сам за себя, а исходившая от предметов дремавшая мощь намекала лишь на одно.

На нечто опасное. Очень опасное.

— То, что надо. Для дела хватит, — выдохнул облегченно я, закидывая за пазуху и карманы нужные предметы. — Ладно, пора браться за работу! Надеюсь, я не растерял нужных навыков.

Все приготовления были окончены минут за двадцать. Но кто бы знал, каких усилий мне это стоило. Данному умению меня обучил Бетал и такие передвижения отнимали слишком много физических сил. Можно сказать, что организм держался на последнем издыхании. Под конец своего маршрута, когда я уже направлялся назад пришлось смешаться с редкими прохожими воителями в форпосте из-за страшного недомогания.

В тот самый момент, когда я оказался во внутреннем дворе взгляд невольно поплыл, протест слабо завибрировал, а из-за спины раздался чей-то равнодушный голос:

— Стоять на месте!

Ирззу распутницу мне в жены! Какого причиндала?

Не знаю почему, но из-за навалившейся усталости я не сразу заметил, что за мной кто-то следил.

Оборачиваться приходилось медленно, и когда я встретился взглядом с неизвестным персонажем протест лишь сильнее дал о себе знать. Чем дольше я созерцал незнакомца, тем отвратнее становилось на душе.

Тёмно-синяя форма. Гербы Наказующих. Магический перстень на руке. А на шее виднеется край серебряной цепочки воителя. Впервые за долгое время эмоции не заставляли меня рвануть вперед и вырвать сердце из груди. Всё трубило о том, что данный индивид опасен. Очень опасен. Даже моя взбалмошная кровь не определилась с тем, что делать дальше.

Мириада сраных бед! Этого еще не хватало. Судья… Судья Наказующих! Какого беса он здесь забыл? Ох, Цуг, как я же я благодарен тебе за предоставленные знания.

Правда, если меня раскроют, то этот хрен не оставит от такого как я мокрого места.

— Что с твоим доспехом и одеждой, боец? — тихим, но приказным тоном обратился ко мне дознаватель.

— Повредил, чтимый судья, — учтиво отозвался я, отвесив тому приветственный поклон.

— Где именно?

Холера! Вот же ублюдок приставучий.

— На тренировке, господин, — тихо ответил я, вспоминая как несколько воителей сражалась на импровизированной арене во время моих похождений в ночных тенях.

— Куда направляешься сейчас? — вновь стал допытываться он.

Хрен назойливый!

— В мастерскую, чтимый судья. С утра заступать на службу.

На несколько долгих мгновений образовалась тишина. Дознаватель цепким взором оглядел мой вид с ног до головы, после заглянул мне в глаза, через некоторое время утвердительно кивнул и неспешно зашагал в противоположном направлении.

Лишь когда миновало с десяток мгновений и тот скрылся вдали я смог расслабиться, а еще через минуту на всем ходу залетел в ту самую каморку.

Из тени я вышагнул также бесшумно, а сидящий у стены Аркас вдруг от неожиданности подскочил на ноги.

— Проклятье! Напугал… Чтоб тебя чумные сильфы задрали! Почему так долго?

— Делал всё возможное, чтобы нас не взяли за зад, — отмахнулся я, и быстро вытянув из-за пазухи два оставшихся драгоценных предмета, забросил их в карман, чтобы не мешались.

— Пятая династия… — не веря своим глазам прошептал Аркас, медленно отступая от меня как можно дальше. — Где… где ты это взял?

— Где взял там уже нет, — но затем я быстро поднял заинтересованный взгляд на полубога, ведь он до сих находился в какой-то прострации и не сводил взора с моего кармана. — Ты знаешь, что это?

— Ты совсем идиот… — но вспомнив откуда я, тот напрягся сильнее. — Это же искры дракона. Они стоят целое состояние.

Искры дракона? Красивое название.

— Это то, что я думаю?

— Не знаю, о чем ты думаешь, но это необычайно опасная вещь.

— Вот и хорошо, — кивнул удовлетворённо я, подхватывая на руки драгоценный груз и забрасывая его на плечо. — Пора валить, — и прислушавшись к себе, расплылся в холодной усмешке. — У нас от силы минут десять.

От услышанного Аркас выпал в осадок и опасливо сглотнул.

— Что… ты сделал?

— Скоро узнаешь. За мной. Не отставай.

На удивление путь до стен был более спокойным и занял порядка девяти минут. Маршрут я успел мало-мальски изучить. Так что успели мы как говорится к самому началу представления.

Остановившись у самой дальней стены, которая находилась в паре сотне метров от врат, я взглянул в противоположную сторону форпоста.

Руна, тебя хватит еще на один раз? — спросил спокойно я, быстро материализуя в левой руке обломок спаты. — Сможешь повторить тот фокус.

Смогу, но без подпитки тебе придётся справляться далее одному.

Что ж, в таком случае по моей команде.

— Чего мы ждём?

— Пять… — стал шептать я себе под нос, — четыре… три… два… один!

Если честно, то я ожидал увидеть разное, но удалось лицезреть обычную синюю вспышку.

— Какого причиндала? — возмутился я, а после резко обернулся к Аркасу. — Это разве не бомбы?

— Какая к чумному сильфу бомба! Ты совсем придурок⁈ Это артефакт магического выброса, он на время уничтожает магию в округе…

Правда, договорить полубог не успел, потому как над всем форпостом раздался пронзительный вой сирены, а еще секунду спустя я увидел ярко-алую вспышку.

Всё-таки диверсия удалась.

— Вперед! За мной! — прошипел я, начиная быстро подниматься по подъёмной лестнице на стену, а стоило нам перемахнуть через неё, как вновь раздался магический выброс, затем второй, а после пары вдохов еще три.

Руна, давай!

Спата рассекла барьер за один длинный взмах. Вначале пропустил Аркаса, а затем нырнул и сам. Наблюдать же за магическим представлением не было времени. Ноги сами несли нас в сторону пространственного разлома.

— Не верю своим глазам, — бормотал ошеломлённо полубог, наблюдая за тотальными магическими взрывами. — Не верю… Это какой-то сон. Ранкар, ты человек вообще?

На несколько долгих мгновений ночь стала днём.

— Аркас, а скажи-ка, ты за кого в этой войне?..

— Совсем сбрендил? — покрутил он пальцем у виска. — Я родился на территории великого дома Ксант. Сам как думаешь? Они хоть и редкостные твари, но в Иерихоне и других пантеонах мне делать нечего.

Ну раз так, то риск дело благородное.

— В таком случае попытаемся об этом доложить вышестоящему начальству, — расслабленно пробормотал я, вынимая из кармана переговорный артефакт.

— Откуда это у тебя? — удивлённо пробасил полубог

— Позаимствовал у Хсарса. Он сказал, что ему это уже не нужно, — расплылся я в мерзкой ухмылке. — Ну так что? Получится с кем-нибудь связаться?

— Получится! — кивнул утвердительно тот. — Но я даже не знаю на кого ты попадешь.

— А вот я догадываюсь на кого именно.

Если честно, то я даже не понимал, как работает эта штука и действовал интуитивно, но уже через миг та вспыхнула и замерцала, а еще секунду спустя из неё раздался чей-то рассерженный голос:

— КТО ПОСМЕЛ⁈

— Здорово, Левек, — ухмыльнулся как можно веселее я. — Это тебе сообщение с того света… Хочешь выслужиться перед вышестоящим составом?..

Уважаемые читатели, доброй ночи.

Очень надеюсь, что вам всё нравится, но автор если честно сидит и горько плачет, когда видит количество лайков.😢 В общем и целом, залепите лайк кому книга нравится, а то у автора будет бессонная ночь с периодическими осадками😭

И да, можно сказать, что наныл на сердечки🤣

— Ну так что? Хочешь подлизать задницу Гаману? — насмешливо добавил я. — Скорее всего, тебе не привыкать. Да и свои вещи надо забирать у смертников… — ухмыльнулся злорадно я. — Хсарс передаёт тебе привет.

На секунду возникла гнетущая тишина. Да, я ступил на тонкий лёд, но иначе сейчас действовать не хотелось. В жилах преобладала конская доля адреналина из-за содеянного. К тому же это шанс… Для меня и остальных «Осколков». То ли Левек не мог понять, что за голос с того света его беспокоит, то ли он хаотично размышлял каким оскорблением послать меня куда подальше из-за такого напора, но соображал он недолго.

— Это же ты? Тот мерзкий выродок… — рявкнул зло чёрный. — РАНКАР⁈

— Тебе тоже не хворать, хмырь.

— Ублюдок! ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ С КЕМ ГОВОРИШЬ? ДА Я ТЕБЯ…

— Ты не ори так. Уши закладывает, — перебил я его без какого-либо смущения.

Тон он не сильно понизил, но говорить стал чуть тише.

— Какого демона ты не сдох, мразь⁈ — раздраженно выпалил тот. — Ты хоть осознаешь, вшивый смертник, что я могу с тобой сделать?

— Так я же мертвец и говорю с того света. Что ты сделаешь? Ты представления не имеешь о нашем местонахождении, — развеселился я. — Ну и? Выслушаешь? Или будем продолжать меряться членами? Ты учти, но мой больше в любом случае. Так уж вышло, что причиндал у тебя вряд ли вырастит, но зато можешь пойти вверх по карьерной лестнице. Ну так как? Заинтересован? Тебе всего и нужно-то, что доложить обо всём Гаману. Думаю, дальше он сам распорядиться информацией. Но делать всё нужно быстро. Очень быстро. Любое промедление будет стоит вам жизни. Если Ксант узнает, что вы упустили такой шанс, то не завидую я вам.

После каждого моего слова глаза Аркаса становились только шире и тот с ошалелым видом переводил взор с меня на полыхающий красно-синими вспышками форпост.

На пяток секунд вновь возникла тишина, но затянулась она совсем ненадолго.

— Говори!

— По неким обстоятельствам в данную секунду западный форпост угодил в большую беду. Все барьерные узлы над крепостью уничтожены. Обороны нет. Портальная площадка разрушена. Сдаётся мне, там преобладает паника из-за непрекращающихся магических выбросов. Если кое-кто поторопится, то сможет без какого-либо боя взять этот опорный пункт, и как я понимаю это даст плацдарм для дальнейшего передвижения на Аде…

Правда, довести речь до конца мне не дали. Идиот на другой стороне громогласно расхохотался.

— Ха-ха-ха!.. Ха-ха-ха-ха!.. Западный форпост невозможно захватить! Попытки его штурма прекратились еще три с половиной года назад. Выродок, ты предлагаешь поверить мне в эту сказку? Ты за кого меня принимаешь? И это я молчу о том, что переправить войска через коллизию не удастся из-за того, что она заперта.

— Ты действительно идиот, Левек! — вдруг вспылил Аркас. — У доминирующих домов, не говоря уже о Ксанте, есть парящие суда и десант высокоранговых воителей. Западный форпост находится ближе к фронту Аххеса. Вы можете успеть…

— Так-так-так… Да это же полубожок, — хмыкнул презрительно черный. — Значит, ты тоже жив. Решили меня подставить перед тем, как сдохнуть в коллизии? Хороший розыгрыш.

— БЕЗМОЗГЛЫЙ КРЕТИН! — заорал яростно полубог, сделав два быстрых шага ко мне, и вырвал из рук магическое изделие. — Не веришь нам, так полюбуйся сам, слепец!

Действовал командир «Осколков» быстро. Зажал три грани на предмете, повернул артефакт в сторону форпоста, и секунду спустя перед нами возник миниатюрный образ воителя, который пребывал в неком подобии дыма.

Твою мать! А так можно было? М-да… надо навёрстывать пробелы в обучении.

Даже сквозь магическую проекцию можно было рассмотреть презрение на лице у воителя, но продолжалось такое недолго, до тех самых пор пока он не увидел всё своими глазами.

В нескольких местах продолжали бушевать красно-синие вспышки. Во множестве мест барьер истончался и рушился подобно разбитым стёклам. При этом звук являлся аналогичным. Причем стоя на столь большом расстоянии слух то и дело улавливал нарастающий гвалт и панику, а пронзительный рёв охраной сети надрывался словно умалишенный.

Неверие, шок и трепет. За происходящим черный наблюдал не мигая.

— Пятая династия… — прошептал он, жадно сглатывая. — Что… что здесь творится? Кто… кто это устроил? Кто на них напал?

— Мамаша твоя на них напала, идиот! — злорадно рассмеялся я. — Догадайся с одного раза, кто это сделал.

— Считаешь, что я поверю в то, что это сделали вы? — огрызнулся ошеломлённо он.

— Да мне насрать веришь ты или нет. Мы сделали это не просто так, — пожал я плечами, а после указал глазами на своё плечо. — Да и трофей есть.

— НЕ ВЕРЮ!!! — рявкнул раздраженно он.

— Читай по губам, Левек, — затем я стал говорить медленнее, но на порядок громче. — Мне! Насрать! Знай одно, хмырь! Когда в следующий раз завидишь мою тень, то лучше беги как можно дальше и забейся в самую грязную дыру на территории военного лагеря. Иначе я забью тебя до потери пульса этим сраным артефактом. Если хочешь жить, то тащи свою задницу как можно быстрее к Гаману.

— Ты заплатишь за эти слова смертник, — бросил мне свирепо черный, медленно исчезая с радаров. — Заплатишь!

— Катись к портовым путанам на галеру! — скривился я, хотя прекрасно понимал, что собеседник меня не слышит. — В гробу я видал твои оскорбления.

— Время, Ранкар! — тотчас спохватился полубог, поглядывая на часы, которые подобрал с тела какого-то убитого в коллизии иерихонца. — У нас всего три часа. Цуг больше не протянет.

Точно! Пацан!

— Уходим! — согласился я с ним, напоследок неосознанно бросая взгляд через плечо, словно запечатлевая дело рук своих. — Теперь нам и вправду здесь делать нечего. Далее пусть копошатся сами…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Всеобщая ставка командования.

Количество разумных в просторном богато украшенном помещении оказалось небольшим. Точнее даже малым. Всего несколько человек. Вот только те, кто находились за прямоугольным столом имели до определенного уровня попросту безграничную власть.

Восемь мужчин и женщин. Восемь глав доминирующих домов. Восемь могущественных воителей, магов, совершенных и безупречных. Восемь подчиненных великого правителя Данакта.

Каждый и каждая из присутствующих являлись незыблемыми столпами своего дома. Они имели огромную власть, колоссальное влияние и непоколебимый авторитет. Тем не менее в их компании находилась та, при которой вся восьмёрка кротко молчала и слушала, то и дело косясь друг на друга в поисках хоть какой-либо поддержки. Никто из них не смел начать разговор первым.

В зале повисла оглушающая тишина. Лишь два звука разносились под сводами апартаментов: тихий цокот девичьих каблуков и едва уловимое шипение.

Обладательница тех самых каблуков медленно обходила зал по кругу, косясь то на одного, то на другого разумного и внимательно отслеживая месторасположение каждого главы. Девушка хоть и вглядывалась в лица присутствующих, в ответ же никто не желал смотреть на неё.

Проблема была отнюдь не в уважении или во внешности девушки, нет. Кайса была изумительна, грациозна, обаятельна и невероятно сильна. Изящное и необычайно привлекательное личико с манящими чертами. Ярко-изумрудные глаза. Походный костюм на стройной фигурке сидел безупречно, о чем твердили идеальные женские формы в районе декольте, талии и ягодиц.

На территории всего Аххеса и даже среди некоторых пантеонов эта девица являлась одной из нескольких завидных невест. Десятки, если не сотни голубокровных женихов выстраивались в ряд к её отцу за рукой и сердцем, но та оставалась непоколебима. Дочь Данакта отличалась суровым нравом, строптивым характером, а также жестокими и порой садистскими наклонностями. Но это не пугало её многочисленных ухажеров. Кайса была красивой… Страшно красивой и недоступной. Ведь от матери она унаследовала не одну привлекательность, но и зловещую родословную горгон. Шипение же, которое смешивалось со звуком каблуков доносилось из её собственных длинных волос. Среди серебристо-черных локонов, словно вплетенные тонкие нити разместились десятки миниатюрных змей, которые своими крошечными глазками, подобно своей хозяйке, наблюдали за всеми разом.

Именно в этом и состоял парадокс окружающих разумных. Девушку как уважали, так и жутко опасались.

Как ни странно, но во главе стола место пустовало, ведь принадлежало оно именно ей. Однако дальше властителей домов Нефрит Ксанта расположила в порядке заслуг на поле боя и по силе их домов.

По правую руку с непроницаемым лицом сидел Хаззак, верный вассал Данакта, первый среди равных. По левую же руку восседала нимфа гор — Лиама Креамх. От своего соседа она отставала совсем на чуть-чуть. Правее от Хаззака находился грузный терат-сатир по имени Ян из доминирующего дома Мараал. Именно эта тройка выделялась больше остальных. Прочая пятерка отставала от них всего на один-два шага, как по мощи, так и влиянию.

— Я рада приветствовать уважаемых вассалов моего отца, — мягким голосом заговорила Кайса после затянувшегося молчания.

— Приветствуем, юную госпожу, — отозвались одновременно властители, друг за другом склоняя головы в почтении.

— Думаю, все знают зачем и для чего я прибыла на фронт, — продолжила вещать молодая горгона. — Обстоятельства на поле боя, скажем так, — усмехнулась лукаво девица, — находятся в неком тупике. А если взять в расчёт одно из самых свежих донесений от дяди Хаззака, — кивнула она на упомянутого, отчего воитель вновь уважительно поклонился, — то дела наши могут стать еще хуже из-за вмешательства Наказующих и их… хозяев. Именно для этого отец и послал меня сюда.

— Мы выполним любой приказ юной госпожи, — вдруг раздался почтительный голос главы дома Август.

— Похвальные слова, Вакар, — расплылась Кайса в хищной улыбке, вновь продолжая своё шествие и неспешно зашагала во главу стола. — Однако выполнять приказы может любой дурак, я же прошу от вас рвения. Троянские выкидыши должны заплатить за своё предательство. Возможно, кто-то выдвинет какие-нибудь предложения для дальнейшего продвижения фронта? Я с удовольствием вас выслушаю.

— Позвольте мне, юная госпожа…

Как ни странно, но первым на ноги осмелился подняться Хаззак, однако на всеобщее удивление Нефрит Ксанта отрицательно покачала головой.

— Нет, дядя Даймон, не стоит, — с толикой теплоты проговорила горгона, мягко его останавливая. — Вы сделали многое для моего отца. Вы решительны, мудры и дальновидны.

— Я могу сделать больше, юная госпожа, — со слабой улыбкой попросил воитель. — У меня имеется… пара идей. Если вы их выслушаете, то возможно из этого что-то выйдет.

— Вы в своём репертуаре, дядя, — чуть шире усмехнулась Кайса, но миг спустя улыбка её стала необычайно соблазнительна, отчего шипение маленьких змеек слегка усилилось. — Будь ваши сыновья хоть чуточку похожими на вас, то вероятнее всего, они могли стать будущими кандидатами в мои супруги.

— Простите, юная госпожа, видимо я плохо их воспитывал, — поджав губы, покаялся Хаззак.

— Боюсь, вы в этом не виноваты. Я знакома с вашими отпрысками и понимаю, что к чему. Они во многом хороши, но силы… силы им не достаёт, — с лёгким разочарованием призналась горгона, изящно присаживаясь во главе стола. — Но хорошо, дядя Даймон, я вас внимательно слушаю. Мне уже не терпится узнать, что…

Всего на секунду голубокровная осеклась и с немым вопросом и живым интересом уставилась немного правее, где располагалась троица воителей и одна воительница. Свой взор она обратила именно на подчиненную, потому как в этот самый миг та коснулась переговорного артефакта на шее и выслушивала какой-то доклад.

Стоило телохранительнице закончить, как её глаза удивлённо вспыхнули, она их чуточку расширила и тотчас уставилась на хозяйку.

— Что стряслось, Энда? Говори…

— К господину Хаззаку срочно просится один из глав младших домов. Утверждает, что у него важное донесение. Очень важное…

Воительница сделала несколько порывистых шагов и о чем-то быстро начала шептать на ухо госпоже. Пару вдохов ничего не происходило, но глаза Кайсы от услышанного невольно задрожали, отчего такой жест поверг многих глав в недоумение, и та с молниеносной скоростью обратила взор на нахмурившегося Хаззака.

— Дядя Даймон, боюсь, нам нужно срочно выслушать вашего вассала.

— Ваше слово — закон, юная госпожа.

Практически моментально все главы доминирующих домов с неподдельным интересом уставились на вход, а с десяток мгновений спустя, заметно дрожа от волнения и страха, в зал на подкашивающихся ногах попытался войти Зарган Гаман.

Почему попытался? Потому как глава младшего дома не заходил, а попросту вползал в помещение скрючившись в три погибели в глубоком поклоне. Причем действовал старик, как и подобает среди высшей знати.

— Я… я приветствую… уважаемых глав… — запинаясь начал лепетать аристократ. — И глубоко преклоняюсь… перед… перед великой госпожой…

По правилам иерархии Гаман должен был обращаться лишь к своему властителю, и старик поступил именно так, заторможено повернувшись в сторону главы.

— Я прошу прощения… господин Хаззак… для вас у меня срочное донесение…

— Говори! — нахмурился с подозрением мужчина.

— Только что… мне доложили, что… что западный форпост частично разрушен… На него… кто-то напал…

Данные слова прозвучали как гром среди ясного неба. От услышанного все власть имущие вскочили на ноги и быстро начали переглядываться между собой. Даже Кайса немного привстала со своего места.

— Но такое невозможно! Это ложь! — выпалила резко Лиама Креамх, отчего Гаман сжался до размера футбольного мяча. — Наши войска более полугода пытались прорвать там оборону.

— Зарган? Ты уверен? — не обращая внимания на нимфу, повысил голос Хаззак, мрачнея на глазах. — Откуда информация? Если это ложь, то…

— Нет! Нет, господин… — чуть не плача просипел старик. — Есть… есть доказательства…

— Показывай! — процедила яростно горгона, а змеи раздраженно зашипели.

От увиденного Гаман лишь сильнее вжался в пол и смертельно побледнел, но быстро выудил из внутреннего кармана записывающий артефакт и тут же приступил к манипуляциям.

— Я… я прошу прощения… за то, что вы услышите… Как только я вернусь, то тотчас… вырву язык выродку и лишу головы этого приговорённого…

— ЖИВО ПОКАЗЫВАЙ! — повысила голос Нефрит Ксанта, сгорая от нетерпения.

На несколько секунд повисла тишина, но почти сразу артефакт вспыхнул и начал демонстрировать магическую проекцию и голоса неизвестных.

Пару вдохов ничего не происходило, но затем глазам всех присутствующих предстал образ разрушающегося форпоста и десяток красно-синих вспышек, а главы доминирующих домов с шокированным видом вновь повскакивали со своих мест, не в силах поверить в увиденное.

— Пятая династия… Что… что здесь творится? Кто… кто это устроил? Кто на них напал?

— Мамаша твоя на них напала, идиот! — злорадно рассмеялся мужской баритон. — Догадайся с одного раза, кто это сделал!

— Считаешь, что я поверю в то, что это сделали вы? — огрызнулся ошеломлённо он.

— Да мне насрать веришь ты или нет, — всё сильнее распалялся всё тот же голос. — Мы сделали это не просто так. Да и трофей есть.

Почти через секунду изображение переплыло чуть дальше и показало свёрток на плече у человека в покорёженных доспехах армии Аделлума.

— НЕ ВЕРЮ!!!

— Читай по губам, Левек! Мне! Насрать! Знай одно, хмырь! Когда в следующий раз завидишь мою тень, то лучше беги от меня как можно дальше и забейся в самую грязную дыру на территории военного лагеря. Иначе я забью тебя до потери пульса этим сраным артефактом. Если хочешь жить, то тащи свою задницу как можно быстрее к Гаману.

— Ты заплатишь за эти слова, смертник. Заплатишь!

— Катись к портовым путанам на галеру! В гробу я видал твои оскорб…

Проекция оборвалась на полуслове, так и не дав мужчине договорить ругательство до конца.

— Невозможно! Это невозможно, юная госпожа! Западный форпост неприступен! — продолжила стоять на своём нимфа, поворачиваясь к союзникам в поисках поддержки. — Это иллюзия! Проделки Трои!

— Кто эти двое на проекции? Кто себе позволил столь развязную речь? — подал голос Мараал. — Откуда поступила эта информация? Ты можешь это объяснить, Гаман? — но обратил свой взор сатир не на упомянутого, а на Хаззака.

Все присутствующие властители и даже Нефрит Ксанта тотчас повернулись в едином направлении. Вот только всем на удивление Даймон был непоколебим и спокоен, а на его губах блуждала слабая задумчивая улыбка.

— Дядя, вы уверены в правдивости информации? — чуть повысила голос Кайса. — Если это правда, то…

— Боюсь, это правда, моя юная госпожа, — расплылся в предвкушающем оскале воитель. — Тем, кто это говорит не зачем врать, ведь умереть для них это самое простое.

— Кто те двое на проекционной записи? — стала допытываться горгона.

— Как я понимаю, один из них подчинённый моего вассала, а второй… Голос второго я узнал. Он, моя юная госпожа… обычный смертник.

— ЧТО ЗА ЧЕПУХУ ТЫ ЗДЕСЬ ГОРОДИШЬ, ДАЙМОН? — перешла на взбешенный крик Лиама. — ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО МОИ ВОИНЫ СЛАБЕЕ КАКОГО-ТО ВШИВОГО ПРИГОВОРЁННОГО МУСОРА?

Однако секунду спустя нимфа осознала, что позволила себе лишнего в присутствии представительницы голубокровных и виновато склонилась в поклоне.

— Простите меня, юная госпожа…

— Смертник, значит, — расплылась в загадочной улыбке горгона, пропустив мимо ушей слова женщины. — Обычный смертник и провернуть такое? Чудеса какие-то… Ты уверен, что это так? Уверен, что информация правдива? Уверен в его словах?

— Не уверен, юная госпожа, но я готов рискнуть, — чуть шире улыбнулся Хаззак. — Порой пешки могут обратиться ферзями. Там, где не пройдет армия, может проскочить небольшой отряд и решить исход битвы.

— Именно за это я тебя и уважаю, дядя Даймон, — хищно осклабилась Кайса, а затем обвела взором шокированных таким выводом властителей. — Снаряжайте воздушные суда и десант! Я сама поведу армаду… — а затем девушка перешла на воинственный крик. — ДАЮ ПЯТЬ МИНУТ! Если мы доберёмся первыми до форпоста, это будет началом восхождения Ксанта, ни Несущие Бурю, ни Кара Небес нам не смогут помешать, — но секунду спустя, голос её стал чуть тише. — Если операция увенчается успехом, то я желаю увидеть этого смертника…

Западная коллизия.

Честно признаться, возвращение назад являлось более трудной задачей, чем путь к форпосту. По словам Аркаса всему виной ночь. До крепости мы успели добраться засветло, но в тёмное время суток тварей коллизии становилось больше. Гораздо больше. Колоссальное количество разнообразных чудовищ встречалось на нашем пути. От некоторых из них и слишком больших стай приходилось скрываться, некоторые находили нас сами и пытались сожрать, но благо нам более не попадалось образин с силой рыцаря смерти. Да и вынужден сказать, что без сенсорного поля мы бы просто сдохли.

До места назначения я тащился, выжимая из себя остатки сил. Навык перехода по теням отнял слишком много выносливости, да и время поджимало. Пацан долго не протянет. Чтобы не свалиться где-нибудь по пути приходилось чередовать состояние неистовства с медитативными техниками, но чем чаще я его использовал, тем тяжелее получалось контролировать накопленный гнев и раздражение.

А с тем учетом, что передвигался я с грузом, хоть и достаточно невесомым, то глаза от усталости закрывались против моей воли. Да и отключаться в таком положении чревато. Неизвестно, что я могу натворить в своём нынешнем положении.

Вот только огромнейшая проблема заключалась как в дриаде, так и частично во мне. Не знаю почему, но при любой встрече с одарёнными мозг начинал бунтовать. Он требовал убивать. Требовал сеять смерть, которую я не мог совершить. Требовал забрать у них что-то важное. На интуитивном уровне я догадывался в чем может состоять проблема, но проверять не решался.

Видимо, у магов есть нечто очень ценное для меня. Нечто, что может дать сил. Нечто, что заставляет моё наследие и проклятую кровь впадать в неистовство, а дриада сейчас была слишком близка. Суть этой дилеммы заключалась не в желании обладать её телом или же в желании животного секса. Вовсе нет. Беда оказалась более радикальной.

Я слышал её умиротворённое сердцебиение, чувствовал мерное дыхание, и ощущал запах её сладострастной… силы в районе сердце и груди. Вот она! Стоит только протянуть руку и забрать…

К тому же данные помыслы навевала отнюдь не Руна. Сейчас я понимал, что она страшно устала и спит. Первопричиной был я сам.

Нет… Нет! НЕТ! Она нужна… Пока что.

Когда я пытался убивать, то ничего не выходило, нечто запрещало это делать. Словно незримое вето. Но порой, когда кровь требовала уничтожения, я словно сам в такие моменты пытался противостоять ей. Я потерял ту грань между своим разумом и навеянным.

Если честно, то я… ужасно запутался и устал.

Хотелось забыться, провалиться во тьму и избавиться от назойливых эмоций. Навсегда. Избавиться от своего наследия. Навечно.

Постоянное раздражение, неутихающая злоба, вездесущая ярость и еще десятка два мерзких эмоций. Знал бы кто как это расшатывает и по крупицам разрушает рассудок. Наверное, поэтому я и стал малость сумасшедшим. Лишь опасаюсь, что когда-нибудь не вынырну из неистовства и свихнусь окончательно.

Исчезла Альяна, после ушел Бетал, а теперь я часть Вечного Ристалища. Не осталось никого, кто смог бы хоть капельку помочь.

Так что вот уже несколько дней удавалось держаться только на силе воли. Клин дышал на ладан, но выбора нет… Буду держаться столько, сколько получится.

— Ты как… Ранкар? — раздался усталый голос позади.

Полубог отставал всего на шаг, и я вынужден признать, что командир «Осколков» мировой мужик. С самого начала всей операции темп пришлось взвинтить запредельный, а тот хоть и отставал от меня, но продолжал держаться.

— Лучше… всех, — истерично хмыкнув, отрывисто пробормотал я, быстро огибая болотную трясину и пытаясь перемещаться по твёрдой поверхности, попутно с этим отслеживая любую живность в радиусе пятидесяти метров. — Сколько у нас времени?

— Около получаса. Через пять-десять минут должны быть на месте.

Вот и хорошо. Нужно еще потерпеть. Держись, Цуг, мы почти прибыли.

Правда, уже в следующую секунду груз на моём плече неуловимо зашевелился, а сам я невольно усмехнулся.

Надо же. Крепкая. Уже пришла в себя.

— Можешь не искать свою мелкую заточку, — заговорил я негромко в пустоту. — Всё равно не найдешь. Попытаешься сделать глупость или каким-то образом использовать на мне свою магию, себе же хуже сделаешь. Если хочешь жить, то лежи и не дёргайся, иначе снова вырублю.

— Вы… мерзавцы! Развяжите меня! — с ненавистью прошипела дриада мне в ухо. — Кто вы такие? Зачем меня похитили? Где мы находимся?

— Прости, малышка, но обстоятельства вынудили, — без грамма жалости отметил я, сигнализируя полубогу о том, что девчонка пришла в себя, на что тот утвердительно кивнул. — Жизнь несправедлива, а дерьмо случается повсеместно. Глаза открывать тебе не буду. Боюсь, не понравится то, что увидишь.

— Так я тебе и поверила, — злобно зарычала она. — Ты лжец! Я не слепая и всё видела. Считаешь меня идиоткой? Откуда у тебя эта татуировка? Откуда у тебя столь могущественный пространственный оттиск на руке? К какой династии голубокровных ты принадлежишь?

Династии? Похоже, она нафантазировала сама себе.

— Ты не в том состоянии, чтобы задавать вопросы, — отрезал холодно я. — Лучше не зли меня, я и так держусь из последних сил.

— Подонок! — фыркнула яростно целительница. — Подонок и лжец! Вы враги моего отца, да? Хотите получить выкуп, не так ли?

— Враги твоего отца? — переспросил я. — Кто твой папаша вообще такой? Неужели ты важная шишка?

— Так я тебе и сказала! Лучше убейте меня сразу! Я всё равно ничего не скажу. Отец не сдастся вам.

Проклятье! Еще одна чокнутая на мою голову. Ох, Ярвир, и за что мне всё это?

Правда, когда я уже было понадеялся, что девчонка замолчала, та вновь завела старую шарманку.

— Ну и? Скольких вы убили, чтобы пленить меня? Признавайтесь, мерзавцы! Когда-нибудь вам воздастся за ваши деяния! — всё ещё не затыкалась она. — Небеса покарают вас! Молюсь за то, чтобы великий Гор уничтожил каждого из вас.

Так-так-так… Здесь у нас святоша затесалась! Да еще и оберега приплела.

— Воздастся говоришь? Я много грязи натворил в жизни, но убийцей меня назвать сложно. В отличие от твоего сраного божка от моих рук сегодня вряд ли кто-то пострадал, — невозмутимо изрёк я. — А вот твой покровитель, если я не ошибаюсь, дал добро на резню между Аххесом и Иерихоном. Так ответь теперь, кто из нас больший мерзавец?

— Лжец и богохульник! — прошипела свирепо дриада. — Тебя бы отправить за это в Инферно к демонам! Твоё место как раз среди таких же ублюдков.

В ответ на такое замечание я лишь весело рассмеялся себе под нос.

— С удовольствием… — согласился я с ней. — Может отдохну хотя бы.

— Грязное животное! — не унималась девица.

— Ты действительно никого не убил? Ни одного? — удивлённо осведомился Аркас шепотом. — А как же искры дракона?

— Скорее всего, ни одного, — отрицатель закачал я головой, печально усмехаясь. — В этом и заключается моя проблема. Раненые есть, изувеченные будут, а вот убитых нет. А искры дракона… Так ты сам сказал, что они создают магический выброс и лишь выводят из строя магию и все её составляющие. Уж быстрее солдаты в панике друг друга задавят, чем я кого-то прикончу.

— Неужели… ты… проклят самим оберегом⁈ — вдруг ошеломлённо пробормотал полубог, приподняв от изумления брови.

Проклят оберегом?

— Не знаю, — разочаровано отозвался я. — Теперь я уже ничего не понимаю.

— Лживый выродок! — воспрянула духом дриада. — Кого ты пытаешься обмануть?

Слова целительницы пропустил мимо ушей, потому как настолько выдохся и едва контролировал себя, что все оставшиеся силы пришлось направлять на клин. Сам не заметил, что стал считать секунды до конца маршрута, а затем слух, наконец-то, уловил знакомый звук запирающего вихря.

— Мы на месте! — выдохнул облегченно Аркас, направляясь чуть левее к знакомой скальной расщелине. — Быстрее…

На удивление в округе рядом с ураганом не было ни единой твари коллизии, некоторые трупы чудовищам удалось растащить, но в остальном тишина. Не прошло и минуты, как мы оказались у нужного валуна, а секунду спустя из-за соседней гряды скал вначале появился ошеломленный Ганграт, а ещё через секунду откуда-то с верхней части пролома спикировал силуэт Рамаса.

— Рухнуть небесам к полудню… — с недоумением отозвался громила.

— Вернулись ни с чем, да…

Довести свою речь до конца тифлинг не успел и от изумления раскрыл глаза.

— Куда вы меня притащили, мерзавцы⁈ — надрывалась дриада, но в её голосе отчетливо слышался нарастающий страх. — Отпустите меня! Мой отец! Оберег Гор! Вас всех прикончат!

— Пятая династия! — жадно сглатывая прошептал минотавр, глядя на моё плечо и быстро переглядываясь с полудемоном. — Только не говорите мне, что у вас получилось?

— Нет времени объяснять, — отчеканил я. — Открывайте! Быстрее…

Те хоть и растерялись, но на всей скорости рванули к завалу и стали быстро оттаскивать кусок породы в сторону. Стоило закончить, как я и полубог тотчас рванули вперёд.

— Аркас? Ранкар? — ошарашенно выпалил Тэйн. — Вы? Как всё…

Но почти сразу тот остолбенел, когда увидел на плече яростно вырывающуюся девушку.

— Отпустите!

— Умолкни! — рявкнул я, едва сдерживая себя от рокового поступка. — Сейчас освобожу!

От такого моего напора та невольно застыла и опустив дриаду вниз я начал быстро освобождать ей от пут, а стоило мне закончить, как она на всей скорости вдруг вырвалась из рук и на всём ходу… впечаталась в стену и болезненно ойкнула.

— ПОДОНКИ!!! ДА Я ВАС…

Но осознав своё положение, целительница тотчас заткнулась и вжалась в стену. Именно в этот момент с её головы слетела вторая простыня и она, испуганно сглотнув, затравленным взором оглядела нашу разношерстную компанию.

Наверное, то еще зрелище. Пять грязных оборванцев и смертников.

— К-кто… вы? Вы хоть знаете… кто? Вы знаете… кто мой отец? — запинаясь стала угрожать девица.

Холера! Ну всё… я за себя на ручаюсь.

Хватило стремительного рывка, чтобы нависнуть над ней, а налившееся кровью глаза прошлись по бледнеющему лицу.

— Мне насрать на твои угрозы! Мне насрать, кто ты! Мне насрать, кто твой отец! Мне в целом насрать на вражду Аххеса и Иерихона! Мне насрать на ваших оберегов! Я не для того жопу рвал, чтобы ты брыкалась, — ладонь потянулась к ей горлу и застыла в паре миллиметров от тонкой шейки. — Так что не крути мне яйца, Диана, иначе оставлю там, где придётся торговать своей соблазнительной задницей, чтобы вернуться к папаше в свой тихий мирок. Если хочешь жить, то помоги ему! — холодно рявкнул я, указывая в сторону, где в тени укрытия лежал едва живой Цуг.

В данный миг на девицу было жалко смотреть, но сделав усилие над собой, та заторможено повернулась в указанном направлении и завидев изувеченного парня, та удивлённо расширила глаза, а затем с еще большим изумлением дриада воззрилась на моё лицо.

— Ты… ты похитил меня… чтобы помочь своему другу? — в полном замешательстве спросила она. — То есть вы не…

— ПОМОГАЙ!!! — зарычал я, уже не в силах терпеть. — СПАСЕШЬ ЕГО И МОЖЕШЬ ВАЛИТЬ НА ВСЕ ЧЕТЫРЕ СТОРОНЫ!

Взгляд почти размылся, а руки от напряжения начали дрожать.

Нужно… мне нужно уйти. Иначе… сорвусь…

— Обещаешь? — чуть тише спросила она.

— ИСЦЕЛЯЙ!!!

— Ранкар, у тебя… у тебя кровь… — раздался слева тревожный голос Тэйна.

Кровь? Нет… Нет! НЕТ! Только не это…

Однако вместо рывка вперед, тело начало медленно отступать назад медленными шагами, попутно с этим утирая из-под носа льющуюся алую субстанцию.

— Мне-е… н-необходимо… у-уйт-и… — жутко запинаясь и заикаясь пролепетал я, не сводя взгляда с трясущихся от неистовства рук и крови. — П-прис…смот-трите… за н-ней… З-за мно-о-й… н-не… ход-д-ить…

Последнее, что я увидел, перед тем как скрыться в ночи коллизии, так это шок в глазах смертников и полное замешательство на лице дриады, которая ринулась помогать пацану.

Никто из присутствующих «Осколков» не мог поверить в увиденное. Складывалось впечатление, что пилигрим просто сошел с ума, потому как менялся на глазах.

Рваные шаги. Путаные движения. Налитые злобой глаза. Выступившая кровь из носа. Нечеловеческая и какая-то животная мимика. А руки его трясло так сильно, что те попросту отказывались слушаться.

Так он и скрылся во тьме более ничего не сказав.

— Что… что это с ним? — ошалело спросил Тэйн. — Он ранен?

— Я не знаю, — растеряно признался Аркас. — Был цел… вроде бы.

— Я пригляжу за ним, — спохватился тотчас Ганграт, но Рамас его быстро остановил.

— Нет. Не стоит, — покачал головой тифлинг, с подозрением глядя во тьму. — Если хочешь жить, то не нужно. Мне рассказывали о нечто подобном однажды. Такое порой бывает у могущественных демонов, которых пожирает собственная сила. У него… припадок. Возможно даже наш пилигрим одержим чем-то или кем-то…

— Ранкар демон? — выпучил глаза серафим. — Но он… Он не похож на демона!

— Ты вообще в курсе, Тэйн, что правители маноров и верховные демоны способны принимать человеческий облик? — насмешливо спросил Рамас.

— Оборжаться можно, Рам, — скривился недовольно падший. — Ты решил провести для бывшего серафима урок демоноведения?

Вот только все, как один, резко обернулись на тихий девичий голос, который раздался за их спинами:

— Пилигрим? — шокировано выпалила дриада, быстро взглянув исподлобья на смертников. — Вы хотите сказать, что он… скиталец?

Физиономия тифлинга резко окаменела, ведь тот понял, что сболтнул лишнего и полудемон разом оказался под прицелом четверки недовольных глаз.

— Идиот, — выдохнул обреченно серафим.

— Если хочешь жить, то лучше забудь о том, что сейчас слышала, — пригрозил дриаде полубог, а затем с удивлением стал смотреть за ей манипуляциями.

Целительница приступила к делу всего тридцать секунд назад, а Цуг уже выглядел гораздо лучше, чем раньше, и загнивающая рана очень медленно стала поддаваться лечению.

Все как один быстро обступили девушку, зачаровано наблюдая за магией жизни и тёплым светло-зеленым пульсирующим сиянием.

— Ты спасёшь его? — с некой мольбой спросил серафим.

— Будь моя воля я бы в жизни не стала помогать вам, — прошипела сквозь зубы Диана. — Но я… я дриада Жизни. Именно поэтому я и подалась в крепость. Я обязана спасать разумных. Я не могу оставить вашего друга на произвол судьбы. Так что да, я помогу ему. А кто вы вообще такие? — обратилась она к полубогу. — Как попали в форпост?

— Единственное, что мы можем тебе сказать, так это то, что мы бесправные смертники и сейчас мы в коллизии, а об остальном знать необязательно. Ранкар целиком и полностью прав. Спасёшь Цуга, и ты свободна.

— В коллизии? — сглотнула испуганно девушка. — Смертники? Вы… приговорённые преступники… Как вы умудрились всё это провернуть? На вас же рабские печати…

— Повторяю: знать такое тебе необязательно, — повторил сухо полубог.

— Это всё он, да? Пилигрим? Как он смог? — стала допытываться Диана.

От слов девицы тифлинг вновь скривился и поджал губы.

— А вы вообще в курсе, кто ваш друг на самом деле? — продолжила напирать она. — Вы видели, что у него на руке? Видели его оружие? Если он не голубокровный, то он опасен для всех! Именно поэтому скитальцев и убивают…

— Исцеляй молча, дриада! — пригрозил той Рамас. — Не твоего ума дела, кто он такой и что из себя представляет.

— Такова ваша благодарность? А хотите я…

Правда, довести свою речь до конца она не смогла и резко вздрогнула, а взгляды всех присутствующих тотчас обратились на единственный вход.

Яростный и неистовый рёв, который походил на вой одержимого зверя оглушил округу. Складывалось впечатление, что будто ревело какое-что чудовище коллизии. Ведь крик был наполнен необычайно жаждой убийства, жестокостью и безумием, но в нём отчетливо угадывались человеческие нотки. И словно всего этого было мало откуда-то издали стали разносится далёкие глухие удары. Казалось, что будто кто-то пытается выбить дурь из скальной гряды.

— Пятая династия! — жадно сглотнул серафим, переглядываясь с остальными. — Только не говорите, что это… он?

— Боюсь, так и есть, — кивнул утвердительно тифлинг, который сделал шаг вперёд и стал вглядываться во тьму.

Звуки затихли так же стремительно, как и начались. Ущелье объяла могильная тишина. Однако ни через минуты, ни через две и даже не через десять, Ранкар не вернулся.

— Прочь с дороги, — выдохнул рассерженно Ганграт. — Дайте пройти! Если он в беде, то ему нужно помочь.

— Глупец! — рявкнул зло Рамас. — Если попадёшься под руку одержимого, то он тебя…

— Да плевать! Мы всё живы только из-за Ранкара, — выплюнул резко громила, быстро скрываясь во тьме. — Он! Помог! Всем нам! Я не бесчувственная мразь. Я умею быть благодарным.

Не прошло и десяти вдохов как следом рванул Аркас, а еще через секунду и Тэйн. В убежище остался лишь поникший тифлинг.

Однако всем на удивление искали пилигрима недолго. Вначале троица смертников нашла полуразрушенный хребет и несколько тварей коллизии, которые были разорваны на куски. Кровь была повсюду, а в одной из расщелин те и нашли бессознательное, сжавшееся в клубок, окровавленное тело скитальца.

— Как вернемся, — тихо обратился Ганграт к Аркасу, бережно закидывая тело на плечо. — Расскажешь, что с вами случилось и как вы умудрились выжить и притащить сюда целую дриаду.

— Даже если я расскажу, — горько хмыкнул полубог, невольно переглянувшись с изумлённым серафимом. — То ты всё равно мне не поверишь…

Царство Аделлум.

Верхний город.

Резиденция Наказующих.

Сутки спустя…

Генерал-стратилат Азаих, мягко говоря находился не в лучшем расположении духа. Донесения сыпались на него, словно из рога изобилия, а проблемы нарастали как снежный ком.

Виной такого скверного состояния правой длани ордена Наказующих являлась битва за Западный форпост. Битва, к которой ничего не предвещало. На том участке передовой больше трёх лёт всё пребывало в относительном спокойствии, но внезапное и непонятное вмешательство перевернуло вверх дном всю обстановку на западном фронте, а ведь именно туда он и направил своего лучшего судью. Но даже с его участием ничего не удалось сделать.

Известия дошли с колоссальным опозданием. По сообщениям всё случилось моментально. Можно сказать, ежесекундно. Защита крепости вместе с барьерными узлами оказалась попросту стёрта, а портальная площадка разрушена.

Насмешка судьбы или же злой рок, но одолели западный форпост их собственным сильнейшим оружием. Кто-то изнутри крепости незаметно заложил искры дракона, которые были украдены из особо охраняемого арсенала.

— Разорвал бы своими собственными руками того чудотворца, который это совершил! — проскрежетал зубами стратилат ударив кулаком по столу, продолжая знакомиться с данными и косо поглядывая на проекционную карту и часть утраченной территории. — Проклятье!

Как итог прибывшая воздушная армада во главе с Нефритом Ксанта захватила крепость без особого сопротивления, а всем защитникам пришлось спешно отступать. Потерь практически не было, но иного выбора на тот момент не существовало. Да и не нужно упоминать о том, что в скором времени данный форпост и еще пара других предназначались для передачи Наказующим. Да, они пока что скрыто вступили в эту войну, но уже обязались помогать.

Теперь правлению Аделлума и Несущим Бурю приходилось спешно менять планы и перекраивать оборону, чем в данный момент те и занимались во дворце Маркаса. Противник был под самим боком, а вела их вперед Кайса Ксант. Само собой, молодая горгона — сопливая девчонка и совсем не похожа на мать, но такой поступок Данакта говорил о том, что он во многом её поддерживает, раз прислал на фронт руководить наступлением. И после такого провала Несущих Бурю, Наказующих и Аделлума она находилась в выигрышной позиции, как и имелся замечательный плацдарм для дальнейшего продвижения.

Как ни крути, но сейчас всё шло из рук вон плохо. К тому же нынешнее состояние Ласанты оставляло желать лучшего. Воительнице не становилось хуже, но и не присутствовало никаких улучшений.

— Убью… Убью того, кто это сделал! — прошипел яростно глава семьи Урано, отчего сила безупречного грозно всколыхнула пространство, а затем от нахлынувшего бессилия мужчина откинулся на спинку кресла. — Своими руками сотру в пыль…

Именно в таком положении его и застал бесшумно вошедший в кабинет Норон. Судья был практически единственным, кто позволял себе такую вольность в присутствии генерала.

— Как понимаю наше положение достаточно скверное, — негромко пробормотал совершенный, мягко присаживаясь на одно из кресел. — Боюсь, магистр ордена не такого ожидал.

— Это мягко сказано, — разлепляя веки, сухо отметил Азаих. — Уверен, что ничего невозможно было сделать?

— Всё случилось слишком внезапно. Мы никого не смогли заметить, — покачал головой судья, поджав виновато губы. — Боюсь, действовала там не группа и даже не отряд, а всего несколько человек.

— Всего несколько человек? Демонов стыд! — рявкнул разъярённо длань. — Кто это мог быть? Есть предположения?

— Кто-то очень и очень могущественный… Тот, кто это сделал должен обладать редкой родословной сокрытия или быть высокоранговым безупречным.

— Несколько безупречных, значит, — выдохнул тяжело длань. — Этого еще не хватало. Неужели Ксант решил задействовать свои козыри не на поле боя, а именно таким образом?

Да. Безупречные. А по-простому гении. Разумные, с запредельным талантом. Существа, которые умудрились пробудить в себе силу магии, образовать эссенцию воина и заполучить нить редкой родословной. Азаих и сам являлся безупречным. Не сильнейшим среди равных, но достаточно влиятельным.

Однако сейчас перед ним сидел тот, кто в будущем сможет затмить даже его. Норон из семьи Фиан. Совершенный. Судье в этом году исполнился лишь тридцать один год, а он уже является сильным одарённым и воителем. Ранг магистэра первого отсечения магии воды и уровень закалённого истязателя на дороге не валяются. Еще пара-тройка лет и его подчиненный сможет пробудить эссенцию, что позволит вступить в ряды таких же безупречных, как и он сам.

— Что-нибудь успел разузнать касательно моей просьбы? — чуть тише заговорил длань, оторвавшись от тяжелых дум.

— Простите, но нет, — повинился вновь Норон. — Я успел допросить управителя и несколько дежурных магов, а затем начался тот хаос. Не хватило времени.

Однако от продолжения разговора мужчин внезапно прервал тихий стук в дверь:

— Уважаемый Азаих, вы позволите? — раздался мягкий голос дриады семьи Урано.

— Входи, Лара, — быстро вскакивая на ноги, отозвался озабоченно длань. — Как она?

— Без изменений, — разочаровано покачала головой целительница, отвечая реверансом на поклон судьи. — Я не знаю, чем её искалечили, но с девочкой действительно что-то не так. Я трижды обследовала Ласанту. Она полностью здорова, но рана не даёт покоя. Боюсь, это может плохо закончиться.

— Лара, как же так? — ошеломлённо прошептал глава семьи Урано. — Ты дриада жизни. Твой ранг усмиритель магии. Ты…

— Прости, Азаих. Увы, но я не всесильна, — с печальным выражением лица изрекла горько женщина. — Я буду присматривать за ней сколько нужно, но здесь придётся искать более сильного целителя. Возможно, моя наставница как-то поможет, но ты в курсе, что она давно отошла от дел. А могущественней целителя чем она я попросту не знаю.

Каждое слово дриады отдавалось болью и ненавистью в сердце длани. Болью из-за ухудшающегося состояния дочери погибшего друга и ненавистью к тому, кто это с ней сотворил.

— Найди мне того смертника, Норон! Из-под земли достань! Если понадобится, то найди его труп и отыщи некроманта! — прорычал озлобленно. — НАЙДИ! Пока мы всё еще находимся в тылу и пока не отдан приказ выступать вперед, у тебя всё еще есть время.

Судья как никто другой знал характер своего начальника. Отвесив глубокий поклон, он быстро решил ретироваться, но невольно застыл, а затем вся троица одарённых с хмурыми лицами обратили свои взоры на вход в кабинет.

В этот самый момент огромная клокочущая сила приближалась в сторону резиденции со страшной скоростью. Мощь этого разумного невозможно не заметить, потому как он её не скрывал. Да ему это и незачем.

Не прошло и десяти вдохов, как до ушей присутствующих донесся тихий свист ветра, а секунду спустя в дверях замаячил стройный силуэт правителя Аделлума. Мощь стихии была настолько необузданной, что подбросила вверх несколько листов со стола главы Урано и навела беспорядок в помещении.

Лишь по одним встревоженным глазам Маркаса из дома Иллион стало понятно, что случилось нечто непоправимое, потому как правая длань ордена Наказующих не видел более свирепого безупречного. О личной силе царя Трои знали все. Не каждый владыка осмелится выступить против одного из мастодонтов Аххеса.

Вот только в данный миг тот совсем не походил на себя прежнего:

— Азаих, мне нужна твоя помощь! — выпалил взволновано царь, шагая вперед. — Три дня назад моя младшая дочь покинула академию Иерихона в Аронтире и скрытно ото всех направилась домой.

— Домой? То есть в Аделлум? — с лёгким удивлением спросил генерал. — Она потерялась?

— Вовсе нет, — отрицательно мотнул головой Маркас, жадно сглатывая. — Два дня назад она тайно отправилась помогать раненым.

— Куда именно она отбыла? — чувствуя неладное осведомился длань.

— В Западный форпост!

На несколько долгих мгновений в кабинете воцарилась тишина. Никто не желал верить в услышанное. Однако первым в себя пришел Урано.

— Проклятье! Как её угораздило? Норон! — обратился тот к судье. — Ты знаешь, что делать. Похоже, работы у тебя прибавится.

Вот только всем на удивление совершенный словно не слушал его и с мрачным видом не сводил взора с листка бумаги у своих ног. На нём изображалось лицо неизвестного черноволосого человека, которое было набросано от руки карандашом.

— Норон! Что с тобой? — повысил голос Азаих. — Приди в се…

— Генерал, — тихо вопросил мужчина, мягко перебивая длань, а после глазами указал на портрет. — Кто… здесь изображен?

— Тот смертник, что ранил Анту, — озадачено отозвался Урано, глядя то на встревоженного Маркаса, то на ничего не понимающую Лару. — Ты же знаешь, Ласанта хорошо рисует. Хиал принес мне этот портрет два дня назад.

— Смертник, значит, — мрачнея на глазах прошипел раздраженно судья, сжимая и разжимая кулаки от накатывающей ярости. — Обычный смертник… Вот, значит, как⁈ Поверить не могу, что меня обвел вокруг пальца какой-то приговорённый мусор. Просто в голове не укладывается… Как же я его опустил? И что он там делал?..

— Ты… ты видел? Ты уже нашел его? — обрадовался Азаих.

— Нет, не нашел. Пока… — отрицательно покачал головой Норон, возводя свирепый взор к потолку. — Теперь это личное. Я его и вправду видел. Совсем недавно.

— Где именно? — выпалил нетерпеливо Урано.

— В Западном форпосте, — отрезал холодно совершенный, чем поверг в шок всех присутствующих, включая самого Маркаса, но следующие слова возымели еще более невероятный эффект. — Этот, так называемый смертник, разгуливал по территории крепости, как у себя дома…

Западная коллизия.

Двадцать часов спустя…

Тьма. Тишина. Тьма. Тишина. И вновь тёплая тьма с могильной тишиной. Не помню, когда чувствовал себя так легко.

Совершенно не хотелось покидать данное место. Присутствовало острое желание остаться в таком состоянии навечно. Тут нет ни мерзких эмоций, ни проклятой крови. Нет абсолютно ничего.

Тем не менее, любому умиротворению практически всегда приходит конец.

— Что с ним? — раздался встревоженный баритон Тэйна.

— Истощен, — ответил задумчивый девичий голос.

— Прошли почти сутки, — не унимался серафим.

Сутки? Проклятье.

— Он страшно истощен, — недовольно буркнула дриада. — Так понятнее? Вероятнее всего, с ним действительно что-то случилось вчера. Той ночной выходкой он специально добил себя, чтобы отключиться. Похоже, ваш пилигрим сплошная загадка. Он намерено так поступил, чтобы никому не навредить. Странный у него оттиск, — зачаровано стала шептать девица. — Никогда не видела столь массивных. Безупречная работа. Идеальные линии. Превосходные пропорции. Мне страшно представить какого ранга должен быть одарённый, способный выполнить такую работу. Боюсь, это дело рук не иерарха, а кого-то повыше. Не верится даже. Как он её заполучил?

Стоп⁈ Чего, мать вашу? Какая мразь проболталась обо мне⁈ И какой придурок дозволил ей лапать моё тело?

Под напором вспыхнувших эмоций я не заметил, как веки моментально раскрылись и тело резко приняло сидячее положение, чуть не ударившись головой о скальный выступ расщелины.

Наглая девица будто намеренно не заметила моего пробуждения и словно завороженная вдоль и поперек проводила своими тонкими пальчиками по моей левой конечности.

— Насмотрелась? Нащупалась? — холодно спросил я, вырывая из её цепких ладоней собственную руку, а после хмуро взглянул на растерянного серафима. — Тэйн, какого беса она еще здесь? И чего вы ей тут разболтали?

— Ранкар, тут такое дело… — проблеял нелепо падший.

— Что за грубый мужлан! Слово «спасибо» тебе неизвестно? — рассердилась тотчас Диана, вклиниваясь в разговор. — Я помогла тебе. Твои друзья…

— Тебя никто не просил мне помогать, — отрезал равнодушно я, быстро проводя инвентаризацию организма и облегченно выдыхая.

В норме.

— Грязное животное! — прошипела гневливо дриада, быстро покидая расщелину и уже с улицы раздался ей голос. — Он пришел в себя. Можете сами посмотреть.

— Я натворил что-нибудь? — сходу спросил я серафима, но в ответ друг слабо улыбнулся и отрицательно качнул головой.

— Ты просто вырубился.

Стоило ему закончить, как в убежище влетел вполне целехонький Цуг. Пацан хоть и был страшно бледен, но уже передвигался на своих двоих, а следом за ним протиснулись остальные.

Мириада счастливых случаев! Живой-таки…

— Ранкар! — жизнерадостно выкрикнул юноша. — Ты… ты как сам-то?

— Как сала килограмм, — отмахнулся вяло я, медленно поднимаясь на ноги, но на мои слова тот улыбнулся гораздо шире. — Ни звука больше о моём состоянии. Переживу еще всех вас вместе взятых.

— Спасибо, — вновь заговорил Цуг, переглядываясь с остальными. — Аркас рассказал, что ты сделал. Мы до сих пор не можем поверить, что ты такое провернул в форпосте. Я… я не знаю, как тебя… — растеряно стал лепетать пацан, но я прервал его фонетический понос.

Холера! Этого мне еще здесь не хватало.

— Хватит. Варежку прикрой, — скривился недовольно я. — Того гляди еще расплачусь тут.

— Благодарю тебя, — взял слово полубог. — От всех «Осколков».

— Мы вдвоём там были. Вдвоем и помогли.

— Ну да… Как же… Мы, — ухмыльнулся командир.

— Достаточно. Благодарности мне не сдались ваши, — повысил я голос, а после медленно обвёл холодным взглядом всех смертников. — Лучше скажите какой баран рассказал этой девке, что я скиталец?

— Прости, Ранкар, — повинился поникший Рамас, когда пауза затянулась. — Я… случайно.

Ох, дрянь! От кого-кого, но от него точно не ожидал.

— У нас и так проблем хоть жопой жри, а если кто-то узнает, что я…

— Так всё-таки ты скиталец, — раздался звонкий девичий голос из-за спин смертников. — Ладно, я не идиотка и хочу жить. Если доставите меня обратно, то обещаю, что никому ничего не расскажу.

Практически моментально дриада оказалась под прицелом сразу шести пар глаз.

— Ты за кого меня принимаешь? Считаешь, что я поверю…

— Ты и вправду пилигрим, — закатила та глаза, а после вытянула руку чуть вперед и на ладони вспыхнул ярко-изумрудный огонёк. — Я поклянусь даром жизни и своей стихией. Если нарушу клятву, то… умру. Договорились?

Пришлось быстро обратиться взор на остальных парней, чтобы убедиться в правдивости ей слов. На удивление все как один утвердительно закивали.

— Проще прикончить тебя, — с безразличием отозвался я.

— Ну да, как же… — фыркнула насмешливо она. — Прикончишь так же, как вчера убежал от всех, чтобы никому не навредить? К тому же я помню, о чем вы вчера перешептывались с Аркасом.

Зараза! Притащил на свою голову.

— Я попрошу это сделать кого-то из них, — кивнул я в сторону приговорённых.

— Не выйдет, — расплылась та в победоносной ухмылке. — Они мне благодарны за спасение Цуга.

И после её слов я вновь взглянул на «Осколков» и изогнул в вопросе бровь, но каждый из них по-своему отводил свой взор.

— Связался с бес пойми кем. Позорища! — поморщился разочаровано я. — Ты тоже?

— Извини, пилигрим, — с досадой буркнул тифлинг. — Всё что хочешь, но убивать её не стану.

Твою собачью жизнь! Ладно, я не могу убивать, не выходит, но эти-то…

— Прости, Ранкар, — переминаясь с ноги на ноги, пробасил виновато громила. — Она… вроде как… хорошая. Спасла Цуга. За тобой присматривала. Мы… мы не можем. Да и она… совсем не похожа на других аристократов. Она добрая.

Тьфу! Чтоб меня бесы драли ночи напролёт. Сборище тюфяков!

— Да понял уже, — махнул я рукой, сдаваясь. — На бабские чары повелись. Захомутала каждого.

— Клятву принесу хоть сейчас, а передать меня можете любому из попавшихся на пути отрядов, они вас не тронут. Обещаю, — звонко рассмеялась Диана, чуть ли не отплясывая на месте. — Не хочешь объяснить друзьям, что с тобой случилось прошлой ночью?

Друзьям? Давно я не слышал столь громких слов. Но друзья ли они?

— Они и так всё понимают, — подхватывая с земли вещи с оружием, спокойно отозвался я, медленно покидая убежище. — Я пилигрим. Я опасен. От меня лучше держаться как можно дальше. Точка.

— Откуда у тебя оттиск? — стала допытываться она, вышагивая позади.

Любопытная заноза! Голова уже болит от неё. Стоп! А ведь это хорошая возможность разузнать кое о чем. Сейчас я ощущаю лишь лёгкую агрессию, но боюсь это благодаря вчерашнему выплеску. Не сделай я этого, и последствия были бы ужасными.

— Отвечу, если ответишь на мой вопрос, — предложил я ей, круто разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и заглядывая ей точно в изумрудные глаза. — Договорились?

— Спрашивай, — заинтриговано согласилась она.

Не прошло и секунды как я без какого-либо смущения ткнул ей пальцем прямо посредине весьма объёмной груди в районе сердца.

— Что здесь у тебя?

Правда, я не учел того, что интерпретирует девица эта совсем иначе.

— УБЕРИ СВОИ ГРЯЗНЫЕ ЛАПЫ! — выпалила она, одарив меня звонкой пощечиной. — ХАМ!

Хм. Почти больно. Она с Руной случайно не знакома?

Причем на мгновение мне показалось, что в глазах у смертников, что плелись за нами по пятам, я заметил осуждения, а кое-кто даже смутился.

Проклятье! Это что за цирк? Какого беса тут все такие правильные? Бардак какой-то.

На одной пощечине та решила не останавливаться и вновь занесла руку для удара, но я ей не позволил такого удовольствия.

— ПОХОТЛИВОЕ ЖИВОТНОЕ!

— Идиотка! Ты за кого меня принимаешь? Захотел, давно бы уже оприходовал! Как во все дыхательные, так и во все пихательные, — рявкнул беззлобно я, нависнув над ней. — Я прекрасно осведомлён, где находится у женщин грудь. Я имею в виду, что у магов расположено на этом месте?

Еще пяток мгновений та прожигала меня разъярёнными глазами, но видимо до неё, наконец-то, дошло, что насиловать её никто не собирается и она медленно начала расслабляться.

— У одарённых? — переспросила с подозрением Диана, а затем медленно опустила рассерженные глаза на декольте. — В этом месте?

Лишь через несколько мгновений девушка осознала, чего я от неё требую и полностью утихомирилась.

— Здесь располагается источник любого мага, но также его называют резерв, — указала та пальцем себе на грудь, а затем опустилась палец в район солнечного сплетения. — А у пробудившихся воителей тут находится сосуд эссенции.

Резерв мага и сосуд воителя? То есть моя кровь требует… ПРОКЛЯТЬЕ!

— Всё ясно, — кивнул мрачно я, а после вновь зашагал дальше.

— ЭЙ! — возмутилась тотчас дриада. — Теперь ты ответь на мой вопрос. Откуда у тебя такой пространственный оттиск?

— От верблюда, — пожал я плечами, широко ухмыляясь. — А если уж проще, то я солгал.

— ПОДЛЫЙ МЕРЗАВЕЦ! ВРУН! ЛЖЕЦ! — завопила остервенело она. — ДА ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, ЧТО Я СТОБОЙ СДЕЛАЮ? Я… Я… Я…

— Пойдемте, парни, — махнул я всем рукой не оборачиваясь. — Сдадим эту психованную первому попавшемуся отряду. Сами же этого захотели. Надеюсь, нас не прикончит…

— Я ТЕБЕ ВСЁ ПРИПОМНЮ!.. Всё… — не унималась Диана.

Правда, в одно из мгновений я попросту отключил слух и абстрагировался от всего.

Если честно, то я не верил во вчерашнюю авантюру. Я не верил в то, что Левек рванет докладывать Гаману. Он скорее обделается, чем потревожит сон Заргана. Но чем дальше мы продвигались в сторону Аделлума, тем непонятнее становилось на душе.

Однако самый скверный вид был у Дианы. Уже на полпути дриада стала догадываться, что что-то не так, а еще через час та начала опасаться любого шороха. Вот только на пути попадался минимум чудовищ и мизерное количество тварей.

Прозябая в такой неизвестности, мы и дошли до самого разлома и то, что увидели за гранью пространства, несколько ошеломило.

Твою собачью жизнь!

В небе за границей ромбовидного разлома виднелись огромные воздушные суда, а на территории форпоста, судя по гербам и флагам, властвовали совсем иные хозяева.

Именно этот факт и заставил нас с Аркасом переглянуться.

— Пятая династия! — выдал шокировано Ганграт, взглянув на меня и полубога. — Только не говорите, что у вас… получилось?

А вот на Диану было жалко смотреть. Та бледнела с каждой пройденной секундой, наблюдая за происходящим.

Проклятье! Я дал слово, а она поклялась. У наёмника в Терре есть только два правила. Не терять свой хребет и держать данное слово. За всё должна взиматься равноценная плата. Это уже слова Бетала. И я всегда поступал также. Не терял хребет, держал слово и взымал равноценную плату.

— Если что, то всё валите на меня. Создал проблемы Ранкар и только Ранкар. Вам ясно? — быстро проговорил я, дожидаясь утвердительных кивков от смертников. — А ты… — пришлось перевести взор на дриаду, — … ты мой трофей. Хочешь жить, не вздумай возникать и…

Правда, договорить мне не дали, разлом внезапно задрожал и нам навстречу выскользнуло сразу два десятка черных, которые моментально взяли нас в кольцо, и на моё с Аркасом удивление вперед выползла знакомая надменная рожа.

— Я говорил тебе, выродок, — протянул с довольством Левек, оглядывая меня с ног до головы. — Что ты заплатишь за свои слова?

— Да? — приподнимая бровь, ухмыльнулся я, а после провокационно поманил его к себе рукой. — Вперед, мразь. Заставь заплатить меня…

— УБИТЬ! ВСЕХ! — рявкнул разъярённо он, а после обратил необычайно довольный и возбужденный взор на вздрогнувшую и отступившую за мою спину дриаду. — Девку тащите ко мне…

Двадцать два человека. Почти целый отряд.

Ох, Ярвир, будь моя воля всех бы закопал, но, увы, и ах…

— Значит нас в расход и девку тебе подавай? А половину Аделлума еще не хочешь в придачу? — язвительно усмехнулся я, с демонстративным видом сбрасывая с себя наплечный мешок и обе Гаммы, чем ввёл в некий ступор смыкающийся круг черных. — Тронешь хоть пальцем их или же её, вырву твои поганые руки с корнями! Погоди… Или иначе женщины тебе не дают? — хохотнул я. — Только силой получается?

На лице у губителя вдруг промелькнула злобная гримаса и тот рукой дал отмашку воинам остановиться.

— Никак не пойму, почему ты столь дерзок для ничтожного приговорённого мусора? Напрашиваешься на мучительную смерть? — осведомился с едкой усмешкой Левек, делая несколько шагов нам навстречу. — Твой язык надобно вырвать, а тебя самого колесовать.

— Ну так попробуй! Или кишка тонка? Покажи подчиненным свою удаль, — с вызовом фыркнул я. — Ах! Точно! Как можно было забыть, — миг погодя моя физиономия расплылась в еще более мерзкой усмешке. — Мне доводилось видеть твою удаль. Как тогда в коллизии, когда ты драпал со всех ног, завидев рыцаря смерти. Женщин берешь силой, — стал загибать я пальцы на руке, видя, как лицо черного медленно перекашивается от гнева. — Противников убиваешь числом. Ты сам-то на что-то годен? Ума не приложу, кто дал тебе звание лейтенанта? Кого понадобилось ублажать, если такому слабаку как ты позволили…

— Никому не вмешиваться, — рявкнул напыщенно Левек, медленно вынимая из ножен копис. — Ты доигрался, отброс! Я тебе лично кишки выпущу и вырву твой поганый язык!

Кольцо черных мгновенно расширилось и большинство из них стали криво усмехаться, перешептываясь, между делом, с друг с другом:

— Три серебряных на Левека…

— Четыре на Левека…

— Могу дать три на смертника… Ради интереса!

— Поддерживаю!

Надо же. Тотализатор. Забавно. Очень забавно.

Даже в столь простой и явной ситуации протест сработал, как и всегда моментально. Я только и успел, что отбросить ногой чуть дальше Гаммы и снаряжение, которое оперативно подхватил Цуг и оттащил в сторону.

— Возьми оружие, выродок! Иначе…

— Без надобности. Для тебя и голых рук хватит… — обнажил я предвкушающей улыбке зубы, а после провокационно поманил противника к себе. — Ну же, мразь!

Рывок черного слился воедино с его разозлённым рыком, но наблюдая сейчас за всеми его замедленными движениями я невольно разочаровался. Что-то после схватки с рыцарем смерти во мне изменилось. Или всему виной ночной всплеск? Один на один я проигрывал только Беталу. Даже без руки приходилось огребать от него на орехи, но старик исключение, а Левек… ничтожество.

Кто этот самоубийца? — раздался в подсознании голос Руны.

Неважно. Сейчас так необходимо.

Дело твоё. Правда, у меня стойкое ощущение, что за тобой наблюдают.

Впрочем, задать очередной вопрос не вышло, потому как пришлось быстро уклоняться от клинка Левека, который метил в бедро.

— Интересно. Очень интересно. Ха-ха… — раздался тихий смех сатира, который наблюдал за небольшим представлением со стены форпоста. — Вижу в нижних слоях ничего не меняется. Измельчала нынче солдатня. Отброс на отбросе и отбросом погоняет. Дай разумному каплю власти, и он ею ужрётся до потери сознания. Нет, чтобы сражаться с равными противниками, но они по-прежнему продолжают давить тех, кто слабее и ниже их. Сплошное разочарование.

— Один из них жалкий смертник, а второй лейтенант, — с презрением изрекла Креамх. — Поделом. Приговорённый должен знать своё место, а если не знает, то пусть подыхает. И что вообще в коллизии забыл отряд смертников? Так с ними еще и девчонка… Погодите-ка. Это же…

Нимфа гор, словно до неё нечто дошло, внезапно осеклась на полуслове и резко нахмурилась. А свой взгляд женщина обратила на третьего главу доминирующего дома, который стоял чуть в сторонке от остальных.

— Это тот, о ком я думаю? — с холодком вопросила Лиама. — Тот ничтожный наглец с проекции?

— Ничтожный? — словно пробуя слово на вкус, тихо переспросил Хаззак, встречаясь с ней глазами. — Оглянись по сторонам, Креамх. Если хоть один из твоих смертников повторит нечто подобное, то я готов лишить себя руки. Пешки… — задумчиво пробормотал Даймон, вновь с интересом вглядываясь в ромбовидный разлом. — Чаще всего именно незаменимые пешки решают исход сражения.

— Умеешь ты, мой друг, находить в груде бесполезного камня сверкающие самоцветы. Правда, не забывай, что их еще необходимо огранить, а в процессе огранки больше половины разрушаются, — задумчиво отозвался Мараал, заинтригованно наблюдая за происходящим. — Останавливать не будешь?

— Нет смысла, — покачал головой Хаззак.

— А знаешь, Даймон, — широко улыбнулся сатир, словно задумал нечто веселое. — У меня в Аронтире есть небольшой особняк. Давно хотел от него избавиться. Предлагаю пари.

— Что взамен? — хмыкнул деловито его друг.

— Хочу твой артефактный клинок «Горечь». С оттиском естественно. Будет подарок младшему сыну. Согласен?

— По рукам, — утвердительно кивнул глава дома Хаззак.

— Лиама? — обратился к нимфе Ян.

— Отребье навсегда останется отребьем, — брезгливо скривилась женщина, медленно удаляясь со стены. — Везение отнюдь не сила. Мне никогда вас обоих не понять.

— Завидует, — вновь тихо рассмеялся себе под нос сатир. — Ты её больно задел, Даймон. Она долго пыталась взять Западный форпост и всё безуспешно, а затем откуда ни возьмись появился неизвестный смертник и сотворил чудо. Будь осторожен. Ты её зна…

Впрочем, договорить терат не успел и резко замолк. Глаза его вывались из орбит, словно тот увидел нечто невероятное. Ведь сражение, если его можно было так назвать, подошло к концу. Оно не продлилось и десяти секунд. Даже Хаззак приподнял брови от увиденного.

— Без оружия. Надо же… Какой забавный и отчаянный смертник.

Однако уже в следующую секунду Мараал весело расхохотался, глядя на то, как один приговорённый угрожает толпе воителей артефактом.

— Вот так номер. Откуда он только его взял? — с растущим удивлением осведомился Ян. — Теперь я начинаю понимать, как именно всё произошло. Думаю, нам надо вмешаться. Спички детям не игрушка.

Левек был быстр и ловок. Очень быстр и ловок. Правда, для обычного человека, но не для сумасшедшего, коим я являлся. Его движения, манера, мимика выдавали весьма халтурного бойца. Боюсь, его нынешний и следующий ранг предел для такого мудозвона.

Лезвие отставало от моего тела всего на сантиметр и рассекал воздух в опасной близости от горла и груди. Однако главная проблема состояла в его оружии. Копис являлся рубящим клинком и для него необходим хоть и маломальский, но замах.

Это его и сгубило.

Черный успел рубануть трижды. В ногу, грудь и горло. Когда кончик орудия убийства был в близости от моей глотки, тот с наскоку попытался ткнуть меня им в горло и сделал опрометчивый шаг навстречу. За то и поплатился.

Копис промелькнул в паре миллиметров от лица и следом, естественно, губитель подставил свою конечность. Мне хватило сделать молниеносный полуоборот в сторону и нанести удар коленом в сочленение брони в районе локтя. Наполненный агонией рык оглушил округу, но я на этом не остановился. Ударом второго колена локоть полностью пришел в негодность, после третьего раздался противный хруст и наружу высвободилась сломанная локтевая окровавленная кость.

В этот момент крича от накатывающей боли Левек и выронил своё оружие, которое я подхватил у самой земли за лезвие и без какой-либо жалости трижды огрел его рукоятью по харе. Причем делал я это под малой долей неистовства.

Первый удар лишил его большей части зубов, второй размозжил до черепа физиономию, а последний вывернул челюсть. Еще пару секунд тот вопил от боли и пытался отступить прочь, но боковой удар ноги по ребрам заставил его согнуться и уткнуться изувеченным лицом в песок коллизии.

— Говорил же, что вырву руки! Ты не воитель, Левек, ты сраный дилетант, которого одолел безранговый! — сплюнул презрительно я, и с размаху вонзил клинок в землю в сантиметре от его шеи. — Будь моя воля и твоя башка пошла бы под ночной горшок. Запомни или же запиши, как в себя придешь — не попадайся мне больше на глаза. Если уж решил разобраться с кем-то из смертников, то лучше тащи сразу мага-клеймителя.

Так или иначе, но нужно поддерживать историю приговорённого.

— ВЗЯТЬ ЕГО!!! — выкрикнул очередной черный.

На воинственный рык я среагировал неожиданно. Если честно, то слегка подустал от этого фарса. Стоило тем сделать шаг в нашем направлении, как я неспешно вытащил из внутреннего кармана искру дракона и зажал её в руке.

— Еще хоть шаг сделаете, то все отправимся в красочный кровавый полёт по частям, — устало пробормотал я, демонстрируя им магическую бомбу. — Хотите проверить?

Стоило воителям завидеть артефакт, как они моментально замерли и переглянулись между собой.

— Откуда… откуда у тебя это, смертник? — жадно сглатывая пробормотал неизвестный чёрный, медленно ретируясь спиной вперёд.

— В шкафу у твоей сестры нашел, — отчеканил насмешливо я.

Впрочем, манипулировать обстоятельствами мне не дали, потому как практически моментально протест за последние несколько секунд явил себя вновь. Это и заставило меня резво обернуться к разлому.

Рядом с ним уже находилась невозмутимая парочка разумных. Можно сказать, что каждый из прибывших сканировал меня хирургическим взором с ног до головы. Причем позади топтался совершенно бледный Гаман и знакомый второй конвоир. Тот самый дружок Левека. И судя по глазам черного ему не нравилось то, что натворила его подружка.

Вот только к Заргану и воителю я быстро потерял всякий интерес. Явившаяся двойка была основной проблемой. Протест продолжал нервно пульсировать, намекая на то, что этим двоим я не ровня. Но те и не думали нападать.

Причем одного я узнал. Я узнал его запах, сердцебиение и скрытую мощь. Именно он в тот вечер находился в шатре Гамана. Правда, и второй отставал совсем на чуть-чуть от первого.

Разница между ними состояла лишь в том, что сатир весело ухмылялся, а человек со шрамом пронзал мою физиономию невозмутимым взором.

Тем не менее, очередным удивлением являлось то, что все воители Левека тотчас припали на колено. Смертникам пришлось поступить аналогично. Даже Диана нехотя последовала их примеру.

— Приветствуем главу доминирующего дома Хаззак и главу доминирующего дома Мараал! — в один голос рявкнули черные.

Так-так-так. Да тут пожаловали самые настоящие акулы! Даймон Хаззак и Ян Мараал. Два правителя на территории великого дома. Оба находятся в подчинении у Ксанта и в нынешнее время воюют за него.

— Малыш, сколько тебе лет? — вдруг ни с того ни с сего прищурился хитро сатир и склонил голову набок, попутно с этим глядя на поверженного Левека, который из-за болевого шока отключился.

Проклятье! Знать бы еще сколько на самом деле человеку по имени Ранкар, но ребята говорили, что прошлый носитель жетона был еще совсем юн.

— Двадцать один, — спокойно выпалил я наобум.

— Для простолюдина без ресурсов и поддержки очень и очень недурно, — причмокнул оценивающе Мараал, а после кивнул в сторону лейтенанта. — Кто обучал сражаться?

— Самоучка.

— За что попал в смертники?

— За двойное убийство.

— Каков ранг? — продолжал напирать Ян, приближаясь к заветной сути.

— Безранговый.

Взгляды обоих глав с каждым моим ответом невольно обострялись и под конец те переглянулись между собой.

— Даже не думай, — пригрозил Хаззак, глядя на терата.

— И вправду самоцвет среди бесполезных камней, — пробормотал себе под нос сатир, пропустив миом ушей предупреждение. — Даймон, отдашь его мне? — без какого-либо смущения затребовал он. — Мы часто проводим соревнования в подчиненных городах для отбора в гвардию. По возрасту слегка не проходит, но для простолюдина его сила вполне рентабельна.

Чего? Я ослышался? Этот рогатый скот решил меня купить?

— Тебе показать фигуру из трёх пальцев? — сухо отчеканил Даймон.

— Он всего-навсего смертник, — возмутился делано Ян. — Пару дней назад ты о его существовании даже не подозревал.

— Держи карман шире и двумя руками, — небрежно отмахнулся глава.

— Какой же ты жмот, Даймон! — скривился обиженно Мараал.

— Выбирай выражения.

— Эй, малыш-смертник, не мог бы ты отдать это мне? — указал он на искру и протянул навстречу руку. — Ты же не хочешь пострадать?

Хитрый сукин сын! Говорит спокойно, но вот в голосе скрытая угроза. Так еще и подставить хочет. Хорошо, что я наслышан о правилах. Ох, спасибо тебе, Цуг, за науку.

Что ж, придётся опять засовывать свой нрав поглубже в задницу.

Если честно, то шагал я навстречу под звенящую тишину окружающих. Даже не долю вдоха послышался предостерегающий шепот пацана:

— Только не ошибись, Ранкар. Только не ошибись…

Да. Я тоже умею играть в такую игру, рогатый.

Пришлось остановиться на расстоянии вытянутой руки между двумя главами. Ладонь неспешно потянулась в сторону Мараала. В глубине его глаз я успел заметить ликование, но в последний миг я протянул искру Даймону.

Иди-ка к бесам, сукин сын. Я в курсе, что младший дом Гаман вассал Хаззаков, а тот лагерь смертников был на их территории. Отдай я артефакт тебе, и моя башка катилась бы в противоположном направлении.

Впрочем, на всеобщее удивление сатир не рассердился и заливисто расхохотался.

— Хитер и не глуп, — ткнул Ян локтем под бок неподвижного соседа.

— Где взял? — с самодовольной усмешкой спросил Даймон, пальцами касаясь оболочки искры.

— Думаю, и сами знаете, — спокойно обронил я, а после всем на удивление вытянул еще одну искру и тоже передал её в руки Хаззака.

Прятать её нет никакого смысла. Всё равно бы отобрали.

— Ха-ха! Две искры! Ах-ха-ха… — пуще прежнего расхохотался Мараал. — Да он даже лучше, чем я предполагал.

— Сколько использовал? — стал допытываться Хаззак.

— Пять, — признался я, а после кивнул себе за спину на шокированных моих вывертом «Осколков». — Но я был не один. Мне помогли. Девчонка трофей.

Холера! Ну же, Даймон, ты не глуп! Я ведь не за спасибо рвал жопу?

— Позже обо всём расскажешь в подробностях, — в приказном тоне заговорил Хаззак, а после щелкнул пальцами. — Гаман, распорядись, чтобы всех привели в надлежащий вид. Отныне они не смертники. Все обвинения сняты мною. Выдели отдельную комнату на нашей территории. Девчонку пусть распределят по соседству. Его особенно привести в порядок, — указал тот на меня глазами. — Наша юная госпожа Нефрит Ксанта желает лично увидеть отчаянного сквернослова смертника, который помог поставить на колени весь Западный форпост. Надеюсь, ты меня понимаешь, Зарган? И почему ты не руководишь своими людьми как следует? Что за своеволие?

Да… Да! ДА! Наконец-то, можно будет свалить отсюда! Стоп. Погодите-ка… Нефрит Ксанта? Какая-то бабища желает меня видеть? Упаси Ярвир от такого!

— Разумеется, мой господин. Всё будет исполнено в лучшем виде, — глубоко кланяясь, раболепно пробормотал старикан, чуть ли не падая на колени и косо пялясь на Левека. — Простите меня, хозяин. Я во всём разберусь. Больше такого не повторится.

На этих словах Хаззак утвердительно кивнул и развернувшись на месте, зашагал обратно в пространственный разлом.

— Слушай, Даймон, может передумаешь? — едва слышно заканючил Мараал, а после вновь обернулся ко мне. — Рог даю на отсечение, простолюдин не так прост. Может у него редкая родословная? Надобно проверить. Если не хочешь отдавать, то я готов его купить…

Купить? Да шиш тебе, хрен рогатый! Проклятье! Почему мне кажется, что встреча с этим Нефритом сулит лишь беды?

Западный форпост.

Час спустя…

Казни сущее, Ярвир! Как всё-таки приятно.

— Баня… — пробормотал с блаженством Ганграт, подливая воду на раскалённую печь. — Настоящая баня. И плевать, что походная. Главное, не свети своим оттиском, Ранкар.

Причем, судя по довольным лицам, теперь уже бывшие смертники оказались полностью солидарны со здоровяком. Даже извечно недовольная физиономия Рамаса в данный момент выглядела счастливой.

В целом, минотавр прав. За эти сумбурные дни я успел забыть какова горячая вода на ощупь. Миновало чуть больше недели, но складывается впечатление, что выживали мы на протяжении целого года, если не больше.

Да и вынужден признать, что с учетом уймы навалившихся на мою задницу бед и огромных проблем с головой, я всё-таки еще жив. Наверное, это чего-то да стоит. Дышать и стараться всеми силами выжить гораздо лучше, чем валяться где-то догнивающим трупом, не имея никаких забот.

Правда, из вялотекущих мыслей меня вывел шокированный шепот Цуга:

— Поверить не могу, что ты увидишь Нефрит Ксанта.

Нефрит. Самоцвет. Бриллиант. Да хоть топаз! Насрать на это, но выбирать нынче не приходится, в Альбарре балом правит сильный. Хаззак и Мараал одним шлепком отправят меня на тот свет. А они со всей своей мощью подчиняются Ксанту. К тому же я приблизительно не знаю их рангов и не успел заметить хоть каких-либо атрибутов или знаков на одежде. Со слов пацана, Ксант слабейший из четырёх великих домов. Представлять не хочется, какой именно силой обладают прочие. Так или иначе, но с чего-то необходимо начинать.

— Ты не забыл, кто я такой на самом деле? — сухо отметил я.

После таких слов остальные «Осколки» тотчас навострили уши, а Цуг на миг оцепенел, грустно вздохнул и понятливо кивнул:

— Это может стать проблемой.

— Ты… просто Ранкар, — отрывисто заговорил Аркас, глядя в одну точку и о чем-то быстро рассуждая. — Бывший приговорённый. Ныне простолюдин. Воитель-самоучка. Безранговый. Нет никакого пилигрима и никогда не было. Обо всём остальном, сможем узнать позже. Сейчас этого более чем достаточно.

— Сможем? То есть мы? — приподнял я озадачено бровь. — Про девчонку не забыл?

— Да. Мы… — поднял на меня глаза полубог. — После того что я увидел, не сомневаюсь, что ты сможешь справиться в одиночку, но мы с парнями подсобим тебе в любом случае. Ты несколько раз вытащил нас из дерьма и спас жизнь Цугу. Вернул свободу. Отныне мы твои должники. По поводу же дриады не переживай. Она дала клятву. Вздумает проболтаться сразу умрёт.

— Вдобавок не нужно забывать, что ты привлёк внимание глав доминирующих домов, — подал голос Тэйн. — Это означает, что нужно быть осторожным со своими словами и действиями. Они начнут копать под тебя. Или считаешь, что смертники каждый день показывают такие выкрутасы, которые умудрился провернуть ты? Разочарую, но нет.

Не поспоришь. Это может стать проблемой. Я мало что знаю о человеке по имени Ранкар. Разузнать бы все подробности и детали.

— К словам пернатого стоит прислушаться, — негромко отозвался Рамас. — Он дело говорит. Как-никак паладин света, аристократ и самый долгоживущий из всех.

— Паладин света? — переспросил я, наблюдая за тем, как мрачнеет лицо падшего.

— Бывший паладин света. Бывший серафим. Бывший аристократ, — холодно отчеканил мужчина. — Надеюсь, когда-нибудь и кто-нибудь сожжет Небесный Град и разберётся с моей семейкой.

Похоже, здесь у каждого имеется скверная история.

Лишь после слов тифлинга, я задумался над одной важной вещью.

— Тэйн, а сколько тебе лет? Точнее, сколько вам всем?

На миг повисла тишина и бывшие смертники переглянулись между собой.

— Двадцать четыре, — нехотя признался Рамас.

— Восемнадцать, — усмехнулся Цуг.

— Тридцать, — обронил Ганграт.

— Двадцать восемь, — тихо проговорил полубог.

А затем взоры присутствующих скрестились на серафиме.

— Да говори уже. Не тяни дверга за бороду, — махнул рукой здоровяк. — Здесь все свои.

— Шестьдесят семь, — скривившись, признался падший.

ЧЕГО⁈ Да ему на вид лет двадцать пять.

От услышанного я слегка поперхнулся и с интересом уставился на Тэйна.

— Возраст у серафимов течет иначе. Мы живём дольше. Если хочешь аналог на человеческий, — и тот указал на Рамаса. — Мне примерно столько же сколько и недорогатому.

— Возвратись к нему его былая сила, — не унимался тифлинг, — он бы Заргана и всех его людей в бараний рог скрутил.

Так-так-так. Это интересно.

— Достаточно, Рам! — повысил голос падший. — Хватит ворошить прошлое.

— Так или иначе, — решил разрядить обстановку Аркас, а голос его вдруг стал на порядок ниже. — Будь осторожен, Ранкар. Я кое-что слышал о Нефрите. По слухам у неё очень скверный нрав и она до одури хитра и коварна. Травмировала больше двух десятков своих ухажеров, как из Аххеса, так и других пантеонов. Не забывай также, что она голубокровная. Скорее всего, владеет архаикой. Не вздумай проговориться. Если всё пройдет хорошо, то Цуг доведет до ума твой всеобщий язык.

Ирззу распутницу мне в жены! Очередная стерва на мой тощий зад?

— Кстати, Ранкар, запомни кое-что важное, — зашептал мне заговорщицки на ухо Цуг, — не вздумай пялиться на её волосы. У таких как Нефрит Ксанта это является дурным тоном. Не забудь…

Волосы? Дурной тон? О чем он?..

Западный форпост.

Кабинет управителя.

Два часа спустя…

Да вы издеваетесь, что ли, надо мной? Ох, Ярвир, если я вернусь, то напомни непременно придушить каждого «Осколка». Цуга первым. Эти идиоты не сказали, что Нефрит Ксанта… горгона.

Тем не менее, вынужден признать достаточно привлекательная горгона. Страшно привлекательная. Едва видимые змеи в волосах ничуть не лишали её красоты, и даже наоборот.

Проклятье! Похоже, кое у кого действительно потекла крыша. Совсем с катушек съехал, уже заглядываюсь на непонятных девиц. Окстись, Влад-Ранкар. Не по чину замахиваемся!

Однако, по-видимому, главу великого дома Ксант не особо заботят сексуальные связи. Кто понравился того и приходует.

Если честно, то на встречу с Кайсой Ксант я шел в весьма скверном настроении, а всё из-за одной дриады идиотки, которая посмела устроить мне истерику. В целом, целительница оказалась права. Форпост взяли лишь благодаря мне. Правда, я так и не понял какого беса она постоянно упоминала своего папашу.

Впрочем, если не брать в учёт этот дерьмовый момент, то всё шло вполне сносно. Стоило вернуться из бани, как нас ожидали несколько подручных Заргана во главе с другом Левека. Именно он и всучил новое снаряжение. Тут Гаман прямо-таки расщедрился. Бывайте гнилые тряпки и ржавое оружие, потому как на смену им пришло идеальное обмундирование. Наша шестерка в какой-то мере стала напоминать самих черных. Так что на встречу с Нефритом Ксанта я явился с иголочки.

Правда, по первой на меня даже не обратили внимание. Горгона о чем-то еще добрых двадцать минут беседовала с несколькими главами, о чем я смог узнать из бесед. Хотя девица то и дело бросала заинтригованные взоры в сторону Хаззака и Мараала, который за каким-то причиндалом привязался к нам по дороге.

На пару секунд я неосознанно вывалился из реальности. Полностью отдался во власть собственных мыслей и медитацию, потому как количество могущественных разумных на один квадратный метр перевалило за разумную грань, а с моей проклятой кровью подобное чревато.

В общем и целом, я попросту не заметил, когда главы доминирующих домов расступились перед девушкой и пропустили её вперед.

— Так-так-так, — с загадочной усмешкой заговорила Кайса, медленно вышагивая по паркету в своих походных сапожках на высоком каблуке. — Дядя Деймон, это он? Тот самый смертник-сквернослов?

Сквернослов? О чем она лопочет?

— Вы правы, юная госпожа, это он, — учтиво поклонился ей Хаззак, указывая на меня рукой.

Проклятье! Как же не хочу падать на колени. Такими темпами я сотру их до костей.

— Мое неиссякаемое почтение, уважаемой госпоже Ксанта, — как можно обходительнее изрёк я, нехотя преклоняя левое колено.

А её мамаша, как одна из жен Данакта, должна именоваться великой госпожой Ксанта. Таков этикет, чтобы меня бесы драли.

— Интересно. Очень интересно, — продолжила бормотать себе под нос горгона, медленно обходя меня по кругу, словно осматривала следующую жертву. — Не слишком ли он юн, дядя? Я ожидала увидеть кого-то… кого-то более… Кого-то более!

Слишком юн? Кого-то более? Да ты сама выглядишь лет на двадцать пять! Так что поцелуй меня в задницу. Куда ни посмотри я идеален со всех ракурсов.

К тому же не только Кайса осматривала меня как диковинную зверушку со всех сторон, так делали практически все главы за исключением одной недовольной бабищи. Та и вовсе не скрывала своего презрения и прожигала мою физиономию убийственным взором.

А этой-то стерве я чего сделал? Так смотрит, как будто сожрать хочет.

— Боюсь, моя юная госпожа, он не так прост, как вы считаете, — вдруг раздался голос Яна.

— Я чего-то не знаю? — приподняла та брови в ожидании ответа. — Наш смертник наследил еще в каком-то форпосте? Куда нам мчаться теперь? — развеселилась она.

— Нет, моя госпожа, — отрицательно отозвался Мараал, а затем расплылся в предвкушающей улыбке. — Это произошло несколько часов назад. У нас на глазах он голыми руками одолел лейтенанта на ранге закалённого губителя и стал угрожать остальному отряду… искрой дракона.

После услышанного в кабинете воцарилась томительная тишина. Сама же Кайса отчего-то круто развернулась на месте, а до моих ушей вдруг донесся тихий девичий смех. Причем казалось, что едва уловимое шипение её питомцев тоже можно принять за довольный хохот.

— Боюсь, первым доводом меня не удивить. У нас хватает разумных, которые побеждают противников сильнее. А вот искра дракона… это… это забавно…забавно до дрожи, — продолжая тихо смеяться отметила девушка. — Какой занимательный экземпляр! Что ж, теперь мне становится всё ясно.

— Нет, вы не поняли, моя госпожа. Он чист, — хмыкнул серьёзно Мараал, чем ввел всех в некое замешательство. — Простолюдин… безранговый. Совсем. Я дважды в этом убедился.

Смех Кайсы моментально прекратился. Однако из-за того, что взгляд мой был опущен вниз приходилось наблюдать только за её серыми сапожками, но по манере двигаться я понял, что она начала с кем-то переглядываться.

— Ты хочешь сказать, что безранговый воитель смог… — вдруг раздался недовольный голос той самой стервы, — … смог одолеть кого-то выше себя на четыре уровня? Считаешь, что его нынешний ранг минимум истязатель? Хочешь сказать, что он пройдет ранжирование на столь высокий ранг? Ты совсем с ума сошел, Ян⁈ Такое возможно только среди…

— Тише, Лиама, — раздался посуровевший голос Кайсы. — Мне не нравится, что ты повышаешь свой голос. Но я прощаю тебя. Во второй раз!

Лиама Креамх. Глава дома Креамх. Нимфа гор. Теперь ясно, где собака зарыта! Вот же склочная сука. Она же первой обделалась на западном форпосте и сейчас подобным образом изливает на мне свой гнев? Шаболда безмозглая.

— Простите меня, моя госпожа…

— Я сказала тише! — раздраженно прошипела Нефрит, не дав той высказаться. — Не заставляй повторять дважды. И да, Креамх, я знаю, что такое явление, как скачки между рангами на такой промежуток, возможны только среди наследников доминирующих домов и аристократов. Однако вот так… Без поддержки. Без ресурсов. Без необходимых зелий. Неужели сложные времена и смертельные обстоятельства рождают сильных людей? Всё-таки, дядя Деймон, мне всё больше начинает нравится твой подход с поиском самородков и той аналогией с шахматами.

— Благодарю вас за похвалу, юная госпожа, — раздался спокойный баритон.

— Откуда он? Как его имя? — стала допытываться та у Хаззака с растущим интересом.

— С территории доминирующего дома Креамх. С Хиоса. По нашим данным вырос в Трущобах. Его имя Ранкар, юная госпожа. Как понимаете фамилии нет и…

— … быть не может, — фыркнула понятливо та, под тихое шипение маленьких змеек в волосах. — Простолюдин же. Вижу, у тебя не всё так плохо, Лиама, раз на твоей земле рождаются такие простолюдины.

Трущобы и Хиос, значит. Я запомнил. Похоже, Тэйн был прав. Они начали копать.

— Так если он мой подданный, госпожа, то, возможно, вы передадите его мне? — самодовольно заметила стерва. — Я о нём позабочусь.

Ох, всё-таки не клеятся у меня отношения с властными бабами. Инга, Эльза, теперь еще и эта шлюха беса.

— В другой жизни, Лиама, — хмыкнул холодно Хаззак.

— Хочешь сказать, что желаешь со мной поссориться из-за одного смертника? — не осталась в долгу нимфа.

— Но-но! — повысила голос Кайса. — Никто не будет ни с кем ссориться. Простолюдина отыскал дядя Дэймон ему и решать, как с ним поступать. Тебе ясно, Креамх?

— Более чем, моя госпожа, — со скрытым недовольством согласилась та.

— Вот и отлично, — с улыбкой в голосе произнесла Нефрит и сделав шаг вперёд, замерла в метре от меня. — Подними голову.

Голову-то я поднял, но вот с глазами всё обстояло иначе. Пришлось расфокусировать их, чтобы она не подумала лишнего, а в руках та уже вертела переданные искры дракона.

— А ты молодец, — фыркнула весело та, глядя на меня сверху-вниз. — Знаешь своё место. Расскажи, как ты проник на территорию форпоста и как смог заполучить это в свои руки?

— Всё просто, уважаемая госпожа, — стал объяснять я, приправляя ложь правдой. — Нас отрезало вихрем. Не осталось ничего, кроме как идти в форпост. Позаимствовали снаряжение у иерихонцев. Состроили комедию смертельно раненых. Нас приняли за своих и впустили в форпост. Далее всё стало только проще. У меня с рождения получалось быть незаметным. Ночь сыграла на руку. Пленили дриаду, которая нас заметила, незаметно выкрали искры и сбежали. Итог вам известен.

На несколько долгих мгновений в помещении воцарилась тишина, а пару вдохов спустя над потолком кабинета зазвучал громогласный хохот. Смеялись все главы, за исключением одной стервы.

— Слушая тебя, простолюдин, я начинаю понимать, что армии Ксанта чего-то не достаёт, — сквозь смех выдавила из себя Кайса. — Как всё складно и легко получается.

— Так всё и было, уважаемая госпожа, — вновь склонил я голову. — Вероятнее всего, нам повезло.

— Везение, значит, — задумчиво изрекла горгона. — Всем бы нам такое везение. За четыре года фортуна не улыбнулась нам, а вот тебе… С тем губителем тоже повезло?

— Я самоучка, уважаемая госпожа, — пришлось прикидываться дурачком и придумывать на ходу. — Тренировался в Трущобах как мог и умел.

Проклятье! Просто дай мне свободу, и я свалю отсюда как можно дальше. В гробу я видел вашу войну и всё с ней связанное. Бетал всегда говорил, что лучше всего держаться тени. Так и поступлю.

— Так или иначе, но ты заслуживаешь похвалы. Я буду плохой правительницей, если не выдам тебе награду за оказанную помощь. Говори, чего желаешь?

Казни сущее, Ярвир! Меня здесь, что ли, совсем за идиота держат? Впрочем, на свой страх и риск придётся кое-что попросить.

— Всё на ваше усмотрение, уважаемая госпожа, — с наигранным раболепием проблеял я. — Прошу лишь об одной поблажке. Если вы позволите, то разрешите оставить трофей себе.

— Трофей? — задумалась на мгновение Кайса. — Ты о целительнице?

— Именно так, госпожа, — кивнул я.

Так или иначе, но лучше останусь верен себе. Своим обещаниям. Своим словам. И… своему хребту.

— А это даже будет… забавно. Неужели понравилась? — с какими-то садистскими нотками прошептала девица. — Бывший смертник и иерихонская шлюха у него в рабстве. Даже боюсь представить, что ты и твои дружки с ней сделали за это время. Это будоражит сознание и интригует, — с придыханием добавила она. — Забирай! Оставь эту потаскуху себе.

Аркас прав. У неё действительно скверный характер. За кого эта дрянь меня принимает? За насильника и ублюдка? Вот уж хрен всем вам.

— Однако это и наградой не назовёшь, — вдруг повысила та голос. — Считаешь меня настолько плохой правительницей?

Твою собачью жизнь! Начинается. Как в воду глядел.

— Вы лучшая правительница, какую я когда-либо видел, уважаемая госпожа, — польстил я ей, сквозь зубы.

Хотя я и видел только тебя.

— Нет, так дело не пойдет, — с какой-то кровожадностью заметила та. — Дяде Дэймону и Яну ты чем-то приглянулся. Значит, в тебе что-то есть. Не припомню, чтобы три главы доминирующего дома так неистово ссорились за одного бывшего смертника.

Вот дрянь! Только не очередные проблемы на мой тощий зад. Дай мне свободу и разойдемся как в море корабли.

Тем не менее, у судьбы в очередной раз в жизни оказались совсем иные планы на мой счет.

— Дядя Дэймон, после прибытия на фронт я не развлекалась и давно не бывала в Бойцовских Ямах, — с холодной усмешкой заявила она, подходя ко мне вплотную и присев на корточки, грубо сцапала за подбородок. — Вы сказали, что этот простолюдин сможет одолеть кого-то выше себя на несколько рангов. Что ж… — расплылась та в садистской улыбке, — … устроим Ямы здесь. Заодно и отпразднуем взятие форпоста. Это первый существенный успех за четыре года. Я желаю сама взглянуть на что он способен. Пусть развеет мою скуку. Если справится, то заслужит более ценную награду, чем ему причитается…

Твою собачью жизнь! Этого еще не хватало. Да в гробу я видел твою награду! Какого беса ты так вцепилась в мой зад?..

Западный форпост.

Внешний двор.

Час спустя…

Бойцовская Яма, значит…

Не нужно быть мудрецом, чтобы уловить суть будущего шоу. Особенно когда сотни воителей перешептывались об этом на каждом шагу и весьма скорыми темпами собирались на стенах.

«Яму» создали прямо на территории внешнего двора недалеко от врат. Восьмиугольный кратер метра четыре в глубину сотворили при помощи магии два одарённых со стихией земли прямо на глазах за несколько секунд. Причем эта парочка умудрилась воспроизвести небольшую возвышенную платформу для самых драгоценных гостей.

Мириада сраных бед! Снова я встрял!

Черных Ксанта набежало на стены словно саранчи, а в радиусе пятидесяти метров от себя я ощущал просто запредельную концентрацию силы. Хотя оно и немудрено. Здесь собралась малая часть элитных войск сразу нескольких домов. Находясь в толпе стольких могущественных разумных, я весьма быстро начал распознавать ту или иную ауру и мощь. Сенсорное поле работало на всю катушку. Чем глубже я опускался в недра сознания, тем отчетливее в голове звучали мысли о… моей слабости.

Складывалось впечатление, что здесь собралась настоящая солянка. Высокоранговые воители, эссенциалы, одарённые, множество совершенных, и даже несколько безупречных. Лишь при тщательном анализе я смог осознать, кем именно являлся Дэймон и другие главы доминирующих домов.

Как пояснил Цуг совершенные существуют двух видов. С преобладанием стези одарённого, где магическая часть оказывалась сильнее, и с преобладанием стези воина, где эссенция воителя подавляла магию.

Хаззак был совершенным с преобладанием воинской стези. В нём абсолютно не ощущалась магия, но вот эссенция его попросту переполняла. Вероятнее всего он являлся высокоранговым мастиром.

Мараал находился на стадии безупречного, о чем явственно твердили его резерв мага и сосуд воина.

Та самая чокнутая стерва, которая спустила на меня всех своих собак оказалась высокоранговой одарённой.

Остальные пять глав представляли из себя мешанину, но они в некотором роде уступали первоначальной троице.

Тем не менее, если начнется битва между этой восьмеркой, я без каких-либо сомнений поставлю на Хаззака. Сдаётся мне, что этот моложавый старикан умудрится поставить на место всех зарвавшихся глав. Даже безупречных. Честно признаться он единственный мне импонировал, потому как чуточку походил своими манерами и немногословностью на Бетала.

Самой большой загадкой из всех являлась Нефрит Ксанта. Да, я чувствовал, что в ней преобладает магическая сила, но не понимал какая именно. Парни рассказывали о способностях горгон, но в данный момент присутствовало стойкое ощущение, что Кайсу нечто укрывает от чужих глаз. Нечто очень могущественное. Либо это её личная сила, либо какой-нибудь артефакт высокого ранга. Да и помимо магии и эссенции важную роль играла родословная.

Всё слишком запутано.

Сейчас голубокровная девица находилась в окружении сразу пяти глав, а также рядом ошивались несколько её телохранительниц и телохранителей. Правда, я так и не понимал до конца для чего создали весь этот фарс с Бойцовскими Ямами. Боюсь, дело тут состояло не только в праздном развлечении, преобладало нечто еще что-то. Нечто, о чем знали те разумные на постаменте.

— М-да, — раздался рассеянный голос Ганграта слева. — Попал ты. В дерьмо прямо-таки.

Сейчас наш небольшой разношерстный отряд находился в сторонке и наблюдал за достаточно масштабными действиями при подготовке. Причем в группу успела затесаться и дриада, которая облачилась в черные одеяния и всем своим видом напоминала одну из черных.

— Я сижу в этом дерьме по уши больше недели и всячески пытаюсь разгрести его, — скривился невольно я.

Холера! Может, меня и вправду кто-то проклял? Кому же я так причиндал успел оттоптать? Кто-то с Терры? Боюсь, там для всех Пустой сейчас мёртв.

— Именно об этом я и говорил, — заговорщицки прошептал Тэйн. — Они устроили это не просто так. Они копают.

— Дураку понятно, что бывшему смертнику уделили слишком много чести. К тому же…

— Вы совсем идиоты? Ничего не понимаете? — раздался рассерженный голос за спинами. — Сразу видно, что вы простолюдины.

Всей бравой компашкой пришлось обернуться в сторону Дианы.

— К чему ты клонишь? — не понял я, переглядываясь с полубогом и остальными.

— Вообще-то, Тэйн бывший аристократ, — заметил Рамас.

На такое заявление она лишь закатила глаза и покрутила пальцем у виска. Причем аналогичные движения совершил и бывший серафим.

— Да плевать! Вы всё выворачиваете так, словно ничего судьбоносного не случилось, — с потаённой злобой выпалила целительница. — Или вы настолько привыкли к его выкрутасам, — кинула та свирепый взора на меня, — что не видите дальше собственного носа? Четыре! Четыре года маленькое царство Аделлум превосходно держало оборону против одного из мастодонтов Аххеса. Да, при помощи мастодонта Иерихона. Да, частично чужими силами, но Троя держалась четыре года. Упорные нападения Ксанта ни к чему не приводили.

Нечто мне подсказывает, что её гложет что-то… личное?

— Вы хоть знаете сколько погибло в этой войне⁈ Вижу, что нет! Затем из ниоткуда явился какой-то непонятный свихнувшийся смертник и своей выходкой разрушил мечты многие разумных. Вы думаете, что это рядовой успех? Думаете, что всё настолько просто? Думаете, что они поверят в его сказку? — вновь кивнула та на меня. — Ты совершил не просто чудо. Ты совершил… невозможное! Я никогда не прощу тебя за этот поступок! Знай это! И те наверху, — девушка головой кивнула на возвышенность с главами, — тоже это знают!

Да. Я прав. И вправду личное.

— Особенно это осознает… Кайса Ксант! — свой разъярённый взор дриада переместила на Кайсу. — Ты представить себе не можешь, какую услугу оказал лично ей и её дому! Благодаря твоему вмешательству ты подбросил её персону в иерархии дома на несколько ступеней выше. Смертник помог голубокровной! Это что-то из разряда нереального! Лишь время покажет, к чему приведёт твоё необдуманное деяние. К тому же на глазах у двух глав доминирующих домов ты показал, что можешь сделать. Или считаешь, что здесь каждый первый безранговый сумеет перепрыгнуть через четыре ранга и без оружия одолеть воителя Аххеса? Ты в курсе, что на такое способны не все? Среди благородных есть такие люди, но ты… Ты же обычный простолюдин и приговорённый! Хуже, попросту быть не может. Ты понимаешь, что даже у рабов больше прав, чем у смертников? — с какой-то грустью пробормотала Диана. — Теперь сложи всё воедино и пойми, что это не просто проверка. Каждый из тех аристократов думает, что ты что-то скрываешь. Они хотят понять, что ты из себя представляешь. Они загонят тебя в угол, и ты сам признаешься во всём!

Что ж, я ни секунды не сомневался, что она о многом умалчивает. И всё-таки во всей этой крысиной возне есть нечто личное.

— Что ты предлагаешь? — вдруг вырвалось у Аркаса.

— Предлагаю? — с печальной улыбкой отозвалась девушка. — Более нечего предлагать. Слишком поздно! Благородных не обманешь. Теперь у… Ранкара нет иного выбора, только как показать всё, на что он способен. Само собой, если он хочет жить и вырваться на свободу.

Проклятье? Неужели меня и вправду принимают за идиота? Я не для того жопу рвал, чтобы в ответственный момент скрывать свои навыки. Если хочешь жить, то приходится вертеться.

К тому же слова той неизвестной женщины из сна крепко засели в сознании:

Что бы ни случилось…Что бы ни произошло… Делай всё, чтобы выжить. Используй все свои силы…

Вот этим теперь только и занимаюсь.

— Надеюсь, ты не забыл, что обещал?

Однако на её вопрос изо рта вырвался тяжелый выдох:

— Ты поклялась, а я дал слово. Мне проще пойти и вскрыться за углом свой Гаммой, чем нарушить его. Уяснила?

— Мертвецы мало что умеют, — не осталась девица в долгу.

— Плевать, что ты думаешь, — отчужденно отозвался я, медленно поворачиваясь к постаменту. — Прости смотри.

— Вообще-то, если мертвецы подняты некромантом, — раздался философский голос Цуга. — То они… Ай! Больно!

Договорить пацан не успел и получил увесистую оплеуху от Ганграта под веселые смешки «Осколков».

— Не сейчас. Позже будешь умничать… — осёк его терат. — Читай ситуацию.

На данном этапе все наши перешептывания прекратились. Причем через минуту затих весь внешний двор. У всех на виду Нефрит Ксанта подозвала к себе сатира и о чем-то с ним переговорила, отчего тот широко улыбнулся, поклонился и вышел немного вперед.

— Воители, одарённые, совершенные и безупречные Ксанта! — заговорил громко Ян, а его голос раскатистым эхом пронёсся по крепости. — Слухи расходятся быстро. Ни для кого уже не секрет, что благодаря нескольким удачливым смертникам удалось захватить Западный форпост. Теперь пришла пора отпраздновать это событие! Долгие четыре года Аделлум держался, но всему есть свой предел! Э Поэтому уважаемая Нефрит Ксанта решил порадовать себя и провести Бойцовские Ямы.

Ни криков, ни воплей, ни радостного гама. Лишь запредельная доля интереса. На стенах преобладала жесткая дисциплина. Над форпостом звучал только бас Мараала. Правда, многие взгляды то и дело обращались в сторону нашей небольшой группы.

— Правила всем известны, — продолжил надрываться Ян. — Никаких доспехов. Только сталь или магия. До крови или до смерти. Но прежде, чем приступить к различениям, для начала мы хотим провести небольшую проверку. Требуется один доброволец на ранге закалённого губителя. Есть ли желающий? Тот, кто сможет одолеть этого бывшего безрангового смертника, — с предвкушающей улыбкой произнес Мараал, указывая на меня пальцем, — получит великую награду из рук нашей госпожи.

Чтоб меня бесы драли ночи напролёт! Вот же змея кровожадная!

— Ну вот и всё, — хмыкнула холодно дриада. — Об этом я и говорила. Считай за твою голову объявили награду. Для всех собравшихся воителей это шанс целой жизни. Когда они еще смогут показать себя перед одной из наследниц великого дома?

Слова целительницы не расходились с делом. Практически сразу моя скромная персона оказалась под прицелом сотен алчных глаз, но не найдя ничего лучше я с равнодушной миной стал медленно снимать с себя всё снаряжение и передавать его Цугу с Гратом.

Пришлось заблаговременно весьма крепко перемотать левую руку от плеча до самой ладони двумя слоями тёмной ткани. Так что на край бойцовской ямы я подошел налегке.

Черная футболка. Черные тактические штаны. Черные армейские ботинки. Вишенкой на торте были цепные Гаммы, которые покоились в ножнах за поясом.

По оживлённому движению и перешептываниям на стенах стало ясно, что желающих было огромное множество. Вот только одно останавливало воителей от того, чтобы ринуться на арену. Количество разумных на ранге закалённого губителя здесь слишком мало. Ранги у большинства гораздо выше.

Однако долго ждать не пришлось. Буквально через пяток мгновений со стены соскользнула мужская фигура без доспехов с ятаганом наперевес.

— Моё нескончаемое почтение уважаемой госпоже Ксанта, — тихим басом произнес губитель, присаживаясь на колено и склоняя голову. — Я запомню этот день на всю жизнь!

Гербы какого-то младшего дома. Но по явным отметинам и черно-зеленым цветам обмундирования тот принадлежал к территории Мараал.

Итак, первый пошел. Пора и мне. Боюсь, я и вправду скоро сотру колени до костей.

— Моё нескончаемое почтение уважаемой госпоже Ксанта, — аналогично своему противнику поприветствовал я горгону.

— По моей команде, — расплылся в предвкушающей улыбке Ян, а вот Кайса апатично подпёрла ладонью щеку.

Скука её одолела, значит? Что ж, это ненадолго… Сейчас будет шоу.

Однако во время спуска вниз в голове вновь зазвучали те самые слова:

Что бы ни случилось…Что бы ни произошло… Делай всё, чтобы выжить. Используй все свои силы…

— НАЧАЛИ!!!

Два воителя только спустились в Бойцовскую Яма, а среди глав вновь раздался довольный голос сатира:

— Рассказывай, Дэймон. Чего успел нарыть на простолюдина?

— Думаю, ты и сам уже перевернул архив смертников, — пожал плечами совершенный. — К чему пустые слова?

— Ваши потуги вызывают у меня приступы рвоты. Вам не стыдно? — фыркнула недовольно Лиама. — Двое глав доминирующего дома обсуждают какой-то мусор.

— А я не гордый, — фыркнул задорно Ян. — Почти…

К разговору трёх правителей так или иначе стали прислушиваться и остальные присутствующие, включая телохранителей горгоны. Вот только сама девушка сидела молча и со скучающим лицом смотрела в одну точку.

— Порой нужно признавать то, что среди черни рождаются достойные экземпляры, — не унимался сатир. — К тому же…

Впрочем, доводить свою речь до конца он не стал и осекшись на полуслове, тихо рассмеялся, а затем по-дружески ткнул локтем под бок Хаззака.

— Где-то я это уже видел, не правда ли?

В одном Ян оказался прав. Команда к старту прозвучала еще во время спуска. Всем на потеху, стоило бывшему смертнику переместиться в самый низ, как тот в демонстративной манере вынул из ножен серповидные цепные клинки и без раздумий вонзил их в камень под ногами, а затем в провокационном жесте поманил противника к себе.

— Ха-ха… — пуще прежнего развеселился Ян. — Каков наглец!

— Чего ты смеешься? — грубо выпалила нимфа. — Это воитель с твоей территории.

— Побеждает сильнейший, — философски отрезал терат.

Как бы то ни было, но губитель не стал ждать долго. На лице вдруг промелькнул холод вкупе с пренебрежением и на всех парах он устремился в сторону оппонента. Всем на удивление бывший смертник не стал стоять столбом и сделал несколько неуловимых шагов вперед.

На миг могло показаться, что взмахи ятагана достигали своей цели, но в самый последний момент нога, рука или же голова простолюдина смещалась с вектора атаки. Правда, как оказалось, безранговый и не думал уклоняться, он попросту шел на таран. Схватка разгорелась внезапно. Впрочем, также внезапно и завершилась.

Три шага. Три взмаха клинка. Три удара. Три секунды. И ни единой капли крови…

Скорость бойцов невозможно было сравнить. От увиденного взгляд Кайсы оживился и замерцал, а вот тихие беседы глав прекратились, потому как стоило бывшему смертнику оказаться лицом к лицу с противником, как два мощных удара в печень и висок заставили осесть губителя на землю без чувства.

Молниеносная победа.

Над Ямой прозвучал лишь пронзительный звон выпавшего из рук ятагана.

— Ха-ха-ха… Без оружия… Три… Три секунды! Я сплю, что ли? Он даже не вспотел. С каких это пор на Хиосе стали появляться такие безранговые, которые играючи прыгают через четыре уровня? — не унимался хохотать Ян, делая несколько шагов навстречу. — Неужели это всё? — резко обернулся он к остальным, словно все собравшиеся были повинны в столь быстрой победе. — Впервые мне кажется, что не я кого-то обманул, а меня.

Пару вдохов ничего не происходило, но затем безранговый глубоко и молчаливо поклонился, адресуя свой жест Нефриту Ксанта и развернувшись на месте зашагал в сторону своего оружия.

— Что этот мусор себе позволяет? — рявкнула свирепо нимфа, рванув вперед. — Как он посмел повернуться к госпоже спиной! Да я его…

Тем не менее, Креамх в мгновение ока осеклась, когда увидела на губах Кайсы странную хищную улыбку, а следом у всех на глазах та подозвала к себе Яна и что-то прошептала ему на ухо, отчего ухмылка на физиономии сатира стала до безобразия кровожадной.

— Я вас понял, моя госпожа.

— Слабак… — прошептал я себе под нос, неспешно возвращаясь к Гаммам.

Если честно, то я ожидал чего-то большего. Я винил Левека за его никчемность, но как оказалось здесь все такие на подобном ранге. Тот ублюдок не виноват.

Что ж, по крайней мере, всё завершилось вполне безобидно. Заберу свою награду и свалю как можно дальше отсюда. Верну девчонку…

Правда, я и сам не понял в какой именно момент, но тишина стала воистину подозрительной. Чувствуя неладное, я невольно обернулся назад. Сделал я это как нельзя вовремя, потому как над внешним двором вновь раздался громкий бас сатира, а его следующие слова заставили меня скривиться и проклясть всё на свете:

— Воители Аххеса, а теперь нам требуется, кто-то на ранге… Закалённого истязателя! ТАКОВО ЖЕЛАНИЕ НЕФРИТА КСАНТА!

Вашу ж собачью жизнь! Да ты издеваешься, что ли, надо мной, мегера неблагодарная?

Так-так-так. Вот же змея неугомонная.

Честно признаться процентов на пятьдесят я предполагал, что подобное может произойти, только по этой причине не стал распыляться на первого противника. Теплил надежду, что бывший смертник, хоть и малость гениальный, привлечет чуть меньше должного внимания в глазах могущественных аристократов. Однако по всей видимости Диана оказалась ближе к истине всего этого фарса.

Не знаю почему, но с ложными иллюзиями за двадцать три года надо было давным-давно прекратить. Ты должен был уяснить это с детства… Пустой.

Впрочем, Бетал всегда твердил, что надежда обязана умирать последней на закате погожего дня. Сейчас, в принципе, еще не вечер. Да и день… так себе. Значит, не считается.

— Проклятье, — выдохнул тяжело я, отрешенно наблюдая за тем, как пара чёрных утаскивает бессознательного губителя прочь из ямы. — Находясь в полном дерьме я по-прежнему продолжаю помнить твою науку, старый пень, и… твои слова.

Держи себя в руках, Дебошир…

Держи эмоции под контролем…

Даже на пороге смерти не дай им захлестнуть себя…

Зачем мне держать себя в руках? Зачем держать эмоции под контролем? Почему я вынужден сдерживать себя на пороге смерти? Тогда в холле с устранителями я так и поступил. Почему я не могу никого прикончить? Имеется ли с этого толк? Я ведь делал, как ты хотел. Поступал, как ты учил.

Ответь, Бетал… ОТВЕТЬ МНЕ! Почему ты молчишь⁈ ПОЧЕМУ⁈ Ну да что об этом может знать калека и обычный дворник из приюта? Что об этом может знать… мертвец?

Ты… не в себе, — раздался в подсознании голос. — Я это чувствую.

Настроение и без того являлось скверным, а мрачные мысли лишь усугубили расположение духа. Слова Руны я пропустил мимо ушей, продолжая подстрекать самого себя.

Откуда все эти печати во внутреннем мире? От кого мне досталась моя проклятая кровь? Знал бы кто ответ…

Уймись, обладатель, — тон девицы стал заметно тревожнее. — Если раскроешь себя, то станет только хуже…

Не тарахти, — отмахнулся мысленно я, перебивая спату. — На меня порой накатывает. Из-за такой ерунды не расклеюсь. Не для красоты тренировал клин столько лет. Когда-нибудь я разберусь во всём. Да, когда-нибудь. Однако сейчас… неведение убивает.

Не знаю, кто ты такой на самом деле, но мы сможем найти ответы на эти вопросы, – ошарашила та вдруг меня. — Я постараюсь помочь. Думаю, смогу разобраться с ограничениям или же снять их. А еще я попытаюсь понять, что именно ограничивают печати в твоем теле.

Чего⁈ Почему раньше молчала?

Мой процесс ассимиляции с твоим телом до конца не завершен. Я необычайно слаба, — спокойно отозвалась Руна. — Да ты и сам видишь в какой ситуации ныне пребываешь. Если у нас всё получится, то при помощи моей силы истребления я смогу постепенно разрушать печати с твоего внутреннего мира.

Что тебе нужно для этого?

Время и… ресурсы, пожалуй, – задумчиво изрекла девица. — Точнее огромное количество ресурсов. Ну а нынешнюю ситуацию можно обернуть в свою пользу. Боюсь у тех, кто замыслил испытать тебя, достаточно активов и средств для восхождения. Устроим им незабываемое зрелище. Продемонстрируй часть своей силы. Дай им что-нибудь для затравки. Отвлеки таким образом внимание.

Восхождение, затравка, отвлечение внимания и зрелище. Это проще простого. Ладно, будет им зрелище. Да такое, что они запомнят его надолго.

Весь диалог с Руной и извечные внутренние терзания заняли не более пары вдохов, ну а в эти секунды во внешнем дворе начали происходить существенные изменения. Небывалое оживление на стенах среди чёрных стало возрастать. Десятки воинов прямо на глазах быстро сбрасывали с себя доспехи, оставаясь совсем уж налегке.

Желающих стало гораздо больше, чем в прошлый раз.

Глаза невольно прошлись по заметно встревоженным «Осколкам» за моей спиной, затем натолкнулись на симпатичную мордашку дриады, которая раздраженно фыркнула, завидев моё внимание, а под конец пришлось обернуться к постаменту.

Как ни странно, но самым довольным из всех глав был Мараал. Хаззак по-прежнему казался беспристрастным, а вот нимфа вела себя так, словно я прошлой ночью пробрался к ней в постель и совершил нечто непотребное. Прочие же власть имущие тихо перешептывались между собой под пологом тишины и лишь бросали свои взоры в мою сторону.

Но более остальных позабавило выражение горгоны. Та хоть и выглядела, как и прежде скучающей, но теперь образовалась странная улыбка на её личике. Подобное наводило на определённые мысли.

Значит, хочешь повеселиться? Устрою тебе веселье.

Не найдя ничего лучше, я попросту изогнул губы, что ни на есть в самой обольстительной и озорной усмешке, а затем с хитрым прищуром чуть склонил голову перед Дэймоном, который на такой мой выверт загадочно хмыкнул.

Если начинать своё восхождение, то в меру с адекватными покровителями. К тому же охоту за деньгами и ресурсами никто не отменял. Из всех глав только Хаззак внушает крупицы доверия. Мараал слишком подозрительный и себе на уме. Ну а о Креамх и говорить не стоит. Боюсь за мои выкрутасы единственное, чем она пожелает наградить, так это вспоротым брюхом и перерезанной от уха до уха глоткой. Об остальных пяти главах я ничего не знаю.

Перешептывания прекратились, а могильная тишина над внешним двором образовалась именно тогда, когда сатир сделал несколько шагов вперед и остановился у самого края постамента. Несколько долгих мгновений тот блуждал пристальным взором по стенам и по разумным. По взбудораженным физиономиям становилось ясно, что они в любой момент, после отмашки Яна, готовы спрыгнуть вниз и рвануть немедля в яму по мою душу.

Глава доминирующего дома Мараал не заставил себя долго ждать.

— ТЫ! — выкрикнул он, указывая пальцем куда-то в сторону, а обозначенный воин чуть не обделался от свалившейся на него чести. — ВПЕРЕД! ИСПОЛЬЗУЙ СВОЙ ШАНС!

Навстречу своей судьбе вышеупомянутый помчался словно умалишенный. Он моментально выхватил из рук своего товарища парные сабли и ловко спикировал вниз, а затем перемахнул через край ямы и через секунду оказался в метрах пяти напротив.

Осторожные движения. Хищный взгляд. По мимике и глазам стало понятно, что истязатель сгорал от нетерпения. Черно-багровые цвета твердили о том, что он из младшего дома, которые подчиненны Хаззаку.

— Будь паинькой и попросту сдайся, — самодовольно осклабился он и дважды взмахнул саблями перед собой. — Разумеется, если желаешь сдохнуть, то можешь не сдаваться. Такой шанс как сейчас выпадет раз в жизни. И не грязному смертнику стоять на моём пути.

Впрочем, на все заявления черного я тихо рассмеялся себе под нос, чем раззадорил его еще сильнее.

— Что тебя развеселило? Не рад, что сунулся сюда? — не унимался истязатель.

— Нет… — обнажая зубы в безжалостной усмешке, покачал я головой и бережно коснулся пальцами рукоятей Гамм. — Ты просто не понял, с кем вздумал связаться. Вперед, крутой мужик, сделай так, чтобы я сдох.

— НАЧАЛИ!!!

— Дэймон, моим глазам мерещится или он улыбается? — с хитрой усмешкой вопросил Мараал, возвращаясь на своё место.

По одному виду мужчины становилось понятно, что тот ныне пребывал в своей стихии.

— После этого мне показалось, что он поклонился тебе? — не унимался терат. — Неужели ты что-то от нас скрываешь? Поделись догадками, будь добр.

На секунду возникла пауза, но напор сатира заметили все присутствующие главы. Даже Кайса загадочно усмехнулась, удобнее устраиваясь на импровизированном троне.

— Ты полностью прав, Ян, — невозмутимо согласился Хаззак, не обращая внимая на собеседника. — Тебе и вправду показалось.

От услышанного Нефрит Ксанта невольно фыркнула и со скучающим видом вновь приготовился наблюдать за очередной схваткой бывшего смертника.

— Нет, мой друг, — отрицательно отозвался сатир, предвкушающе обнажая клыки. — Ты что-то знаешь. Может снова устроим пари?

— Что предложишь? — спокойно вопросил совершенный. — В прошлый раз ты проиграл и лишился особняка. Хочешь опуститься до низменного золота?

— Фу, Дэймон, золото⁈ За кого ты меня принимаешь? — с наигранным негодованием выпалил безупречный. — Неужели ты считаешь, что два гордых аристократа не найдут нечто более интересное для ставки? Вообще-то, мне по-прежнему необходима твоя «Горечь».

— Цену ты знаешь, — пожал плечами совершенный.

— Два ядра легендарного класса, — выпалил как на духу терат, глядя в глаза собеседнику.

На миг образовалась тишина, а лица присутствующих благородных выказали изумление. Безразлична ко всему осталась только Нефрит Ксанта.

— Ты совсем сдурел, Ян? — ощерилась хмуро Креамх. — «Горечь» тянет максимум на одно.

— На одно он не согласится. Я в курсе, что она дорога ему как память, — самодовольно заметил сатир. — Не так ли… Изувер?

Стоило терату огласить старое прозвище, как практически моментально правители домов стали переглядываться между собой, не веря в услышанное. Даже нимфа гор невольно сосредоточилась и безмолвно сверлила взором мужчин. Однако на удивление сам Изувер остался беспристрастен. Второе имя Хаззака знали многие. Тем не менее, единицы в Аххесе смели говорить ему это в лицо.

— Ян, у тебя чересчур длинный язык, — раздался необычайно спокойный голос горгоны. — Когда-нибудь он станет причиной твоей гибели. Но ставка, есть ставка, — прищурилась лукаво девушка. — Каков твой ответ, дядя Дэймон?

— Я согласен, моя госпожа, — расслабленно отозвался Хаззак, поднимая безэмоциональный взгляд на терата. — Два легендарных ядра чудовищ против «Горечи».

— Мараал, не стой столбом, — поторопила Кайса замешкавшегося вассала. — Скука меня убивает.

— НАЧАЛИ!!! — самодовольно выкрикнул сатир, во все глаза наблюдая за двумя бойцами в яме.

Рёв терата не успел затихнуть, а истязатель из нижней стойки уже рванул вперед. Нет, противник не двигался наобум. Навстречу он рвался с умом. Всем мерещилось, что свист сабель — это единственное, что разносилось над бойцовской ямой.

А вот я своё оружие даже не думал пока вынимать из ножен. Скорость. Сила. Выносливость. У черного всего имелось в достатке. Он был неоспоримо сильнее прошлого оппонента, но за мной не поспевал всего на долю секунды.

Что ж, по крайней мере, ныне я чувствую, что закалённый истязатель мой настоящий ранг. Разумеется, если я хочу победить. Если против выйдет кто-то мощнее, то наши силы станут равными и всё усложнит моя неспособность убивать. Однако если прибегнуть к неистовству…

На Терре я был одним из лучших, но в Альбарре я один из бесчисленного множества.

Лезвия рассекали воздух в опасной близости от лица, горла, ног, груди. Наличие у врага парного оружия усложняло процесс битвы. Уклоняться и перекатываться получалось в самый распоследний момент. Из-за неспособности убить я выбрал наилучшую для себя стратегию. Само собой, с подачи Бетала. С детства в приюте я сражался вторым номером отдавая инициативу в руки оппонента и от своих привычек отступать не намерен. Даже здесь. Мне достаточно одной мельчайшей ошибки, чтобы перевернуть схватку в свою пользу. Пока другие пытаются удивить публику своими скрытыми талантами я попросту отступаю и выжидаю удобный момент.

И Гаммы я не извлёк только по этой причине. Хоть и обороняться ими было бы на порядок проще.

— СРАЖАЙСЯ!!! БЕРИ ОРУЖИЕ И СРАЖАЙСЯ! — рявкнул раздраженно чёрный, когда начал понимать, что его сабли не достигают заветной цели. — ХВАТИТ УБЕГАТЬ, ТРУС!

— А ты… заставь! — хмыкнул невозмутимо я.

В очередной раз увернувшись от злополучной стали, а затем опершись на стенки ямы, я в акробатическом кульбите перемахнул через голову врага. Брови истязателя нервно дёрнулись вверх от подобного выкрутаса и тот… ошибся. На долю вдоха, но он замешкался. Второго же шанса я своим оппонентам никогда не давал.

Именно в такие ответственные моменты время словно замедлялось. Я видел всё окружение и мельчайшие движения неприятелей.

— Хотел оружие? — усмехнулся в воздухе я, и когда наши головы встретились на одном уровне, я начал действовать. — Будет тебе оружие…

Шелест извлекаемых Гамм показался оглушительным, а звон цепей мелодичным. Первой в ход пошла левая, которая с молниеносной скоростью атаковала противника в голову. Скрестив оружие над головой тот с ликующей улыбкой с лёгкостью её заблокировал, но это был его последний успех.

Вся прелесть моего оружия состоит в том, что благодаря связующим цепям оно способно менять дальность. Мне практически ничего не пришлось делать. Лишь ослабить хватку на рукоятке и перехватится за цепь дальше. Натиск инерции и акробатический кульбит доделают всю работу за меня.

Ликующее выражение в глазах черного сменилось паникой, когда он осознал, что не успевает заблокировать оружие, а тихий звон удлиняющейся цепи отсрочивал момент его поражения. Словно в замедленной сьёмке серповидное лезвие перемахнуло через выставленную защиту, после устремилось в район спины, а затем с чавкающим звуком почти до основания вонзилось в плечо.

Секунду спустя громкий наполненный болью вопль и неутихающий вой эхом разнеслись по округе, а хлынувшая наружу кровь впервые обагрила бойцовскую яму.

Я не мог убивать противников, но пытки… Их никто не отменял. Мучения врагов являлось моей единственной отдушиной после схватки. Да, из-за своей проклятой крови я ненамеренно делал такое, а сегодня поступил именно так. Стоило ногам коснуться земли, как я специально ушел перекатом к центру арены и с демонстративным видом, как можно медленнее рывками потянул противника к себе.

Тихий звон цепей, непрекращающиеся вскрики противника и могильная тишина. С каждым рывком и малейшим движением на себя зубодробительный вой только усиливался, а обильный шлейф крови тянулся от стены до центра ямы.

К концу всего зрелища чёрный не кричал, а лишь стонал и хрипел. Стоило завершить своё гнусное дело, как стопа с усердием надавила на кровоточащую рану, отчего алой субстанции стало лишь больше, и с чавкающим звуком медленно, буквально по миллиметру, я извлек серповидный клинок наружу вместе с кусками отсеченной плоти.

— Я… я… прикончу тебя… — прошелестел обессилено истязатель. — Ты… заплатишь… тебе… тебе…

Дослушивать словесный понос я не стал и сокрушительным ударом ботинка в челюсть вырубил противника.

— Знал бы ты сколько раз я слыхал что-то подобное, крутой мужик. Точнее только это и слышал постоянно, — с равнодушием произнес я, тщательно вытирая Гамму о его одежду. — Со счёта успел сбиться.

Через секунду я осознал, что тишина чересчур явная и неспешно поднял голову выше. И то, что я лицезрел не могло не радовать. Складывалось впечатление, что чёрных на стенах стало на порядок больше. Воители или же одарённые, совсем неважно. Присутствующие, не мигая наблюдали за каждым моим действием и движением. Впрочем, такие игры стали утомлять, поэтому пришлось спешно делать вид, что сил у меня осталось немного. Скорчил вселенскую гримасу мученика, а вздымающаяся суматошно грудь твердила о недостатке воздуха.

В это же самое время Мараал о чем-то возбужденно спорил с абсолютно спокойным Хаззаком, а в их беседу пыталась вклиниться нимфа гор. Остальная пятерка глав с немой долей изумления наблюдала как за ними, так и за мной.

Тем не менее, более позабавило выражение лица Нефрита Ксанта. Скукой там теперь и не пахло. Девушка наклонилась чуть вперед. Оценивающий взгляд на мгновение задержался на теле у моих ног, после переместился на меня, а затем на её губах заиграла слабая садистская ухмылка и та вновь подозвала к себе сатира.

Проклятье! Только не вздумай снова…

— Провалится мне на этом самом месте! Разница в пять рангов… Безранговый попросту уничтожил закалённого истязателя, — выдохнул озадаченно сатир, наблюдая за тем, как бывший смертник тащит за цепь тело проигравшего к центру. — Признавайся, Дэймон, ты определенно что-то знал, не так ли?

— Столько же, сколько и ты, — тихо отозвался Хаззак, а его взор вдруг устремился в спину Кайсе, ведь случившееся не сулило ничего хорошего.

От прежней скуки на лице девицы не осталось и следа. Да, совершенному был знаком этот взгляд. Очень знаком. Нарастающий интерес вперемешку с все дозволенным садизмом. Именно так Нефрит Ксанта наблюдала за диковинными игрушками. И с таким же взором она могла замучить их до смерти. К тому же своей столь демонстративной жестокой выходкой бывший смертник всё усугубил и подогрел её интерес. Но Дэймон понимал почему Ранкар поступил именно так. Иного выбора не было.

Даже извечно недовольная Лиама, что желала простолюдину смерти, сейчас с хмурым видом наблюдала за тем, как бывший смертник отвешивает очередной поклон молодой горгоне.

— Моя юная госпожа, вы же понимаете, что с ним что-то не так, — стал подливать масла в огонь сатир. — Если мы его так отпустим, то…

— Ян, уймись! — повысил тон Дэймон, впервые с начала этого вечера. — Нужно знать меру.

— Меру? Какую меру? — не унимался терат с хищной улыбкой. — Посмотри на него. Он всё еще в норме. В случае чего мы попросту остановим схватку. Мне всё больше начинает казаться, что какой-то заблудший аристократ согрешил с породистой шлюхой из борделя. Да даже прямые наследники благородных на такое не способны…

— Какой в норме? — холодно вопросил совершенный, начиная злиться. — Простолюдин показал, на что способен. Он еле держится на ногах. Кого ты хочешь выставить против него? Сразу двух истязателей?

— Почему истязателей? — улыбка терата стала до одури ехидной. — Можно и…

— Совсем ополоумел? Хочешь загубить такой талант? — отрезал едко Хаззак. — Ладно еще истязатель, но…

— Вершитель, — прошептал одними губами горгона, отчего образовалась гнетущая тишина, а сердце Дэймона пробило предательский учащенный такт. — Я хочу увидеть на что он способен в схватке с вершителем.

— Моя госпожа, вы же понимаете…

— Ян прав, дядя, — стояла на своём девушка, а в её голосе стали проявляться нотки безумного желания. — Давайте посмотрим, что он сможет противопоставить ему. Если хотя бы минуту продержится, то я уже знаю, чем его одарить.

— Думаю, вы правы, юная госпожа, — раздался донельзя злорадный голос Креамх.

— Моя госпожа, вы же… — вдруг начал было Хаззак, но всё безуспешно.

Нефрит Ксанта ничего не слышала и никого не слушала.

— Объявляй, Ян! Не затягивай! Я жду! Нужен вершитель. Так и быть… незакалённый.

А далее всё произошло очень и очень быстро.

Терат со всех ног бросился вперед и заревел словно сумасшедший, но стоило злополучным словам прозвучать, как большая часть чёрных на стенах ошалели от услышанного:

— ВЕРШИТЕЛЬ НЕЗАКАЛЁННЫЙ! ПРЯМО СЕЙЧАС! КТО ОДОЛЕЕТ БЫВШЕГО СМЕРТНИКА, ТОГО Я ОДАРЮ ВСЕМ, ЧЕМ ОН ИЛИ ОНА ПОЖЕЛАЕТ, А ТАКЖЕ ВАС ЖДЁТ НАГРАДА ОТ УВАЖАЕМОЙ ГОСПОЖИ!

Не миновало и секунды, как раздался полубезумный гвалт и десятки чёрных стали сбрасывать с себя доспехи. Выбирал Глава Мараал быстро, вначале тот с загадочным взором взглянул на простолюдина, а затем недолго думая впервые с начала боёв хитрым прищуром указал на черноволосую молодую женщину.

— ТЫ! ВПЕРЕД!

Стоило воительнице оказаться в Яме, как его громогласный рёв разнёсся над внешним двором:

— НАЧАЛИ!

Ха-ха-ха! Ну да! Кто бы сомневался…

И вправду самое настоящее сумасшествие. Знать не видит меры, да и не хочет её видеть. Этот мир куда безумнее, чем я предполагал.

Осилишь? — раздался спокойный голос Руны.

Выбора нет. Они сами захотели. Постараемся выжать максимум. Последую твоему совету, дам им пищу для размышлений, а там будь что будет. С покровителем уже определились.

Хочешь выступить дорогостоящим товаром? — предвкушая знатное веселье, спросила девица. — Надеюсь, противник-женщина тебя не смущает?

Плевать. Сражайся она даже голой это ничего не изменило бы. Могу разобраться как с бабой, так и мужиком. Все предубеждения из меня выбил Бетал давным-давно.

Тогда вперед. Зарекомендуй себя.

Тем не менее, вынужден признать, что моя противница оказалась высококлассной красоткой. Похоже, с этим миром и вправду что-то не так, если подобным образом выглядят даже рядовые воительницы.

Хотя рядовая ли она? Да и встаёт вопрос, как она с такими выдающимися женскими формами умудряется сражаться? Хотя, боюсь, сейчас этим вопросом больше задаётся моя похоть. Проклятье! Всё-таки воздержание даёт о себе знать.

На вид девушке-вершителю было лет двадцать-двадцать пять. Длинная черная коса. Строгие, но во многом привлекательные черты лица. Сексуальная фигурка, облаченная в черное обмундирование с черно-золотыми цветами какого-то неизвестного дома. Спортивно сложена. Вот только манера и движения выдавали в ней опытную воительницу.

Она единственная из моих оппонентов, кто не усмехался. Во взгляде не было и крупицы пренебрежения, лишь концентрация и жажда победы.

— Сдаваться не будешь? — спросила она в лоб, неспешно вынимая катану из ножен. — Может хватит? Ты более чем показал себя. Честно сказать, я впервые вижу такого смертника, как ты. На стенах все в шоке. Даже одарённые. Ты чей-то… ублюдок? Какого-то благородного?

— Ответ нет. На все вопросы разом, — покачал я головой, неспешно собираясь с силами и готовясь к финальному раунду. — Грудь не мешает?

— Бывает, — хмыкнула провокационно она, а после расплылась в манящей улыбке и глазками стрельнула на собственное достоинство. — Нравится?

Всё-таки такая грудь не клеилась с её хрупким телосложением. Третий размер. Причем, судя по всему, чертовка вдобавок носила утягивающий корсет.

Холера! О чем я сейчас думаю? Нашел время!

— Идиоту только не понравится, — пожал я плечами.

— Как твоё имя? — внезапно поинтересовалась она, принимая боевую стойку.

— Зачем оно тебе?

— Подстраховка, — загадочно изрекла она, оценивающе оглядывая меня с ног до головы. — Для будущего.

Подстраховка? Чего эта бабища там себе нафантазировала?

— Ранкар, — расслабленно представился я.

— Моё имя Сиана. Запомни его. Думаю, вскоре увидимся, — расплылась та в хитрой ухмылке.

— В таком случае, прости, Сиана, — не остался в долгу.

— За что извиняешься? — приподняла та удивлённо бровки.

— За своё поведение. Боюсь, итог боя тебе не понравится…

— НАЧАЛИ!!!

Три жалкие секунды и два серьёзных ранения на ребрах и левом бедре. Именно столько времени и столько увечий мне хватило, чтобы осознать разницу между закалённым истязателем и незакалённым вершителем. Точнее вершительницей. Прошлые противники хоть и были относительно хороши, но им не удавалось такое провернуть, а эта знойная девица совершала такие развороты и пируэты, что я невольно залюбовался её гибкостью, за что и поплатился.

Соотношение между двумя соседними рангами почудилось чересчур колоссальным. Не знаю, каким образом проходит оценка на Вечном Ристалище, но боюсь всё не так-то и просто.

Катана в руках Сианы порхала настолько неуловимо и быстро, будто она являлась продолжением её руки. Скорость, ловкость, пластика и даже… дыхание. У девицы всего было в меру. Ни единого лишнего движения. Скупые, но выверенные выпады, хлёсткие и в то же время внезапные рассекающие удары и уколы.

Удавалось блокировать атаки воительницы только благодаря техникам движения Батала, медитативному руководству и сенсорному полю. От боли же я научился абстрагироваться давным-давно. Кровотечение хоть и изрядно мешало, но на душе преобладал странный подъём. Мне нравилось то, что сейчас происходило. Я давно не балансировал на тонкой грани между своими собственными навыками и состоянием неистовства. В данный миг ощущал себя одухотворённым.

Разумеется, Сиана не являлась ровней для рыцаря смерти, но у чудовища не было такой грации и мастерства. Впервые я видел, как на Альбарре сражаются воительницы и то, что я лицезрел несказанно радовало.

Из десяти выпадов катаны получалось блокировать лишь восемь или девять. Один-два удара проскальзывали сквозь защиту и каждый наносил какую-либо лёгкую травму в том или ином месте. Но получал я эти увечья с широкой улыбкой на губах. Да я толком и не атаковал. Сражение вторым номером по-прежнему находилось в приоритете.

Тихий шелест цепей за спиной и на предплечьях необычайно успокаивал, скрежет вгрызающегося друг в друга металла и ранения на теле лишь сильнее бодрили, мерное ритмичное женское дыхание и необычайно растущий интерес от окружающих и самой противницы заставлял действовать всё безумнее.

С начала боя миновало сорок или же пятьдесят секунд, но по истечению минуты удалось полностью взять под контроль каждую атаку воительницы. Теперь любое её нападение разбивалась о мою глухую оборону.

Значит, я не истязатель, а незакалённый вершитель. Удивительно. То есть без неистовства я могу дать отпор именно этому рангу. Причем, сил еще в достатке. Теперь я понимаю, о чем вечно твердил Бетал. Догадываюсь, на что он намекал, когда говорил о моих талантах. Да, теперь всё встало на свои места. Руна тоже права. Терра отсталый мир. Очень отсталый. Не в плане технологий или же культуры. Вовсе нет. Терра отстала в плане развития. Терра, как и её люди… слаба. Лишь сражаясь с могущественными противниками можно стать сильнее. Именно об этом постоянно напоминал старикан. Я тоже погряз в слабости прошлого мира, не заметив столь важного факта. Но отныне всё будет иначе.

Скорость боя взвинтилась до запредельной и в одно из неуловимых мгновений катана с пронзительным звоном внезапно столкнулась с клинком правой Гаммы, а следом левое серповидное лезвие беспощадно полоснуло по белоснежной коже Сианы от плеча до локтя. Впервые с начала схватки та спешно разорвала дистанцию и с нарастающим неверием оглядела своё ранение и стекающую по конечности алую субстанцию. Словно всё это ей померещилось она мазнула пальцами по руке и опробовала её на вкус.

Ни злобы, ни досады, ни горечи. Лишь неверие и изумление. Воительница обладала замечательным самоконтролем. Не то, что я.

— Удивительно… — прошептала вдруг она, начиная грациозно обходить меня по кругу словно дикая кошка, а на её губах заиграла лукавая улыбка. — Откуда ты взялся?

— С Хиоса, — как можно спокойнее отозвался я. — Из Трущоб.

Правда, в душе не было ни крупицы спокойствия. Проклятая кровь с каждой пройденной секундой битвы начинала о себе напоминать и контролировать её становилось всё сложнее. Ей отчего-то не нравилось происходящее.

Сейчас из-за адреналина и некоего просветления я даже представить себе не мог, сколько продержусь.

— Территория Креамх, значит, — задумчиво пробормотала она, а после скосила взор куда-то в сторону. — Ты принадлежишь им?

— Я обычный смертник и простолюдин, — отрезал холодно я, начиная поддаваться влиянию дурной крови. — И отныне принадлежу лишь себе.

— Те, кто сверху не позволят этого, — выдохнула она с лёгким возбуждением. — Но если ты и вправду приговорённый, то это упрощает дело… Для меня. Да, — с загадочной усмешкой шепнула она. — Это интригует и… будоражит рассудок. Надеюсь, ты извинялся не за эту царапину? — вдруг спросила она и окровавленными пальцами коснулась своих губ, отчего те приняли ярко-алый оттенок. — Если это всё, то я разочарована. Боюсь, ты кое-чего не знаешь. В ассоциации я не была почти год.

Холера! То есть эта девка давно перешагнула свой нынешний ранг…

— Итог всё равно тебе не понравится… — провокационно заметил я.

— Очень хочу его увидеть, — с придыханием изрекла она. — Я говорила, что мне по душе те, кто сильнее меня? Меня заводит дикая грубость. Это… необычайно возбуждает.

Проклятая кровь и выходящие из берегов эмоции всё сильнее одолевали сознание, но лишь сейчас я увидел, что у воительницы не обычные черные цвета снаряжения, а с неизвестным мне золотым окаймлением.

— Из какого… ты… младшего дома? — отрывисто спросил я, медленно теряя контроль над собой.

Нужен… Мне нужен выплеск. Немедленно.

— Младшего? — рассмеялась вдруг Сиана, вновь принимая стойку и неторопливо направляя катану мне в лицо. — Кто сказал, что я из младшего дома? Ну же, смертник, покажи на что ты способен! — и она как можно соблазнительнее облизнула языком губы. — Попробуй вновь удивить. Или твои слова простое бахвальство? Ты же говорил, что мне не понравится исход боя.

Удивить, значит? Одной скучно, и она использует разумных как пешки. Вторая требует помочь ей выбраться отсюда и выставляет какие-то условия. Третья просит удивить. Раз вы так хотите, то сами напросились! Похоже, придётся совместить приятное с полезным. Впервые неистовство сыграет на руку, а значит будет вам зрелище. Будет вам кровь. От скуки не сдохните. Всё равно больше нет сил терпеть.

— Да… — подтвердил я её слова, приседая чуть ниже и неторопливо ослабляя цепи на руках. — Говоришь, любишь грубость? Тогда… тебе обязательно понравится.

Сиана сделала стремительный рывок, преобразившись в настоящую комету, а я же просто двинулся вперед.

Один шаг…

Второй…

На третьем шаге клин стал давать слабину, глаза против воли начали наливаться кровью, а наружу хлынул поток неистовства.

Злоба. Раздражение. Ярость.

Эмоции Пустого и проклятая кровь ринулись на волю…

Бывший смертник уступал. Медленно и верно, но уступал. В первые секунды боя тот умудрился пропустить два молниеносных выпада, за что и поплатился серьёзными ранами. Многие аристократы на постаменте стали терять интерес к бою, когда приговорённый начал быстро отступать прочь.

Чуда не случилось.

Он уже не сражался, а попросту оборонялся. Незакалённая вершительница теснила его по всем фронтам. Теснила и продолжала наносить увечья. Одно за другим. Второе за третьим. Через двадцать секунд уже в десятке мест на его теле зияли кровоточащие раны, но всем на забаву простолюдин держался.

Между собой многие главы домов стали выдвигать предположения сколько секунд еще продержится бывший смертник. Впрочем, чем больше они говорили, тем тише становился их тон и тем меньше звучало гипотез. Некоторые и сами не заметили, как подались вперёд. К сороковой секунде Мараал находился на краю платформы и с жадностью наблюдал за увлекательным зрелищем. Пару шагов вперед сделала и нимфа гор на пару с Хаззаком, а весь внешний двор погряз в тишине.

У всех на глазах Ранкар перестал получать раны. Бой выровнялся, а с пяток вдохов погодя вершительница заимела первую рану и резко разорвала дистанцию.

— Чтоб я сдох! Неужели я сплю? Это же разница в шесть рангов. Откуда он только… выполз? — в полном замешательстве прошептал сатир, а его глаза были готовы вывалиться из орбит, и он с необычайной скоростью перевел их на совершенного. — Продай мне его, Дэймон. Я найду ему применение.

— Угомонись! — вдруг выпалила Креамх. — На кого ты сейчас похож? Где твоя гордость?

Но говорила это женщина больше из-за собственной стервозности, чем из-за гласа разума. Потому как даже ей было сложно поверить в увиденное.

— Кай! Ко мне… — внезапно выкрикнул сатир, подзывая к себе одного из поверенных лиц и набросив на себя полог тишины, тот начал быстро что-то говорить подчиненному.

— Будет исполнено, мой лорд, — кивнул ошалело воитель, на всей скорости удаляясь прочь.

Нечто аналогичное стали делать и другие главы.

Тем не менее, беспристрастным остался лишь Хаззак. Точнее он был почти беспристрастным. Ведь в этот миг он искоса поглядывал на Кайсу. И взгляд горгоны не сулил ничего хорошего. Ни для кого. От былой скуки не осталось и следа. В одно из мгновений она жадно сглотнула и слегка приподнялась над троном. А мерцающий интересом взор выдавал весь безумный замысел Нефрита.

Но, как оказалось, это было только началом. Краткая беседа бывшего смертника и воительницы прекратилась так же быстро, как и началась. Рывок Сианы казался неуловимым, но приговорённый всего-навсего сделал шаг вперед и начал невообразимо меняться. Впрочем, кардинальные метаморфозы заметили лишь жалкие единицы.

Сразу несколько глав доминирующих домов сделали движение вперед. Нечто подобное совершил и Хаззак, стоило ему почувствовать изменения в парне. Но главным блюдом на данном празднике жизни оказалась горгона. Глаза её невольно расширились. Та резво вскочила на ноги. Раздался тихий цокот каблуков и долю вдоха спустя она стояла плечом к плечу с Дэймоном.

— Дядя, это же…

Но ответа и не требовалось. Всё стало понятно буквально в тот самый момент, когда от простолюдина дыхнуло подавляющей жаждой крови. Силой, которая недоступна обычным смертным.

— Он… прогрессирует. Прогрессирует прямо во время боя, — стали раздаваться шокированные голоса из-за спины правителей. — Откуда выполз этот смертник? Он уже продержался минуту против вершителя!

Кайса не мигая наблюдала за мельчайшими изменениями смертника, не обращая внимания на пересуды. Из спокойного, израненного и заметно уставшего воителя тот обратился сгустком силы. Глаза его мгновенно налились кровью, и он без каких-либо проблем не только заблокировал выпад катаны, но и грубо отбросил воительницу прочь. Сила, скорость, выносливость. Бывший приговорённый преображался на глазах и совсем не походил на себя прежнего.

Сладострастная улыбка на личике вершительницы мигом испарилась, высвобождая на волю трепет и шок. Через пару секунд та перестала вовсе видеть атаки своего противника. Серповидные клинки в руках у Ранкара мелькали с бешенной скоростью, а сам он в этот самый момент перестал напоминать человека.

Гримаса одержимости, ярко-красные глаза и неудержимая жажда крови.

— Он же… берсерк, — вдруг раздался откуда-то сбоку ошеломленный женский голос, а принадлежал он главе доминирующего дома Сариан. — Неужели у него есть родословная?

— Что за бред⁈ — выкрикнула разъярённо Лиама. — ТАКОГО БЫТЬ НЕ МОЖЕТ!

— Ха-ха-ха… Я ЗНАЛ! ЗНАЛ! Я так и думал! — словно умалишенный засмеялся Мараал. — У него и вправду есть родословная. Именно это он скрывал. Да, он берсеркер! Теперь всё встало на свои места! Да! Даю за пацана одно ядро чудовища, Дэймон. Легендарного класса. ПРЯМО СЕЙЧАС! — выпалил в полном смятении терат, обращаясь к Хаззаку. — Ему же в Бойцовских Ямах цены не будет.

— Совсем с ума сошел? — рявкнул озлобленно Креамх, хотя сердце у женщины уже колотилось словно заведённое. — Хочешь купить его за эту цену?

— Если правильно его использовать, то он заработает больше… Можно будет… Можно будет…

Но взволнованный лепет сатира вдруг прекратился и тот словно завороженный уставился на окончание сражения.

Оружие смертника мелькало в его руках будто зачарованное. Не прошло и секунды, как арена вновь обагрилась кровью. Один из серповидных клинков внезапно выбил из рук озадаченной воительницы катану, попутно с этим вспоров ей часть одежды и оставив на ребрах глубокую рану. Причем, судя по хрусту, лезвия раздробили сразу несколько рёбер. Затем второй клинок без промедления вонзился ей в ногу, отчего та громко вскрикнула и накренилась вперёд, а в это самое время цепь от орудий обвилась вокруг её горла и груди.

Последовавший далее удар померещился всем сокрушительным, ведь обратным движением смертник сделал шаг вперед и грубым ударом подкинул её тело вверх. Женщина моментально взмыла в воздух, а вдох погодя тот со всей силы дёрнул цепи на себя и впечатал воительницу в камень арены.

Еще несколько секунд приговорённый со свирепым взглядом оглядывался по сторонам, но пяток мгновений погодя протяжно выдохнул, загнал окровавленные клинки в ножны и, присев на колено, снизу-вверх выжидательно взглянул на Нефрит Ксанта.

Ни скуки, ни уныния, ни хандры. Ни личике у горгоны более не было ничего, кроме оголтелого любопытства и неистового желания, а её взгляд сиял хищным потусторонним блеском и алчностью.

Но последующие слова Кайсы повергли всех присутствующих в шок:

— Хочу еще… — словно завороженная прошептала она. — Нужно больше! Ему необходим противник сильнее…

Причем с аналогичным взором и в подобном состоянии сейчас пребывал и Ян Мараал.

Но всем на удивление вперед выступил Хаззак и склонив чуть голову, тихо проговорил.

— Он более не выдержит, моя госпожа. И никуда от нас не убежит. Если вы заинтересовались им, то всегда сможете повторить. А сейчас он заслужил награду. Вспомните, что он сделал.

На лице молодой девушки еще некоторое время читалось желание, с которым невозможно было бороться, но взгляд Дэймона привёл её в чувство.

— Ты развеял мою скуку, простолюдин, — громко заговорила она, жадно сглатывая и не сводя коварного взора с мужчины. — Отныне, ты не смертник. По своей воле я дарую тебе достойную награду. Отныне ты один из лейтенантов армии Ксанта. Отныне ты будешь находиться под руководством доминирующего дома Хаззак. И я осыплю тебя золотом.

— Моя госпожа, но это невозможно! — вдруг выпалила озадаченно Лиама, словно услышала какое-то непотребство. — Он простолюдин! Простолюдин не может занять должность офицера! Этого достойны лишь аристократы. Это запре…

— Я здесь закон, Креамх! Ты смеешь мне перечить? — ощерилась раздраженно девушка, переходя на язык голубокровных, а её ярко-изумрудные глаза внезапно блеснули, и непреодолимая сила слов заставила нимфу упасть на колени. — Знай. Своё. Место!

— Я… я… виновата… я прошу… простить меня… — проблеяла обреченно Лиама. — Более… более такого не повторится, моя госпожа.

Однако практически сразу Кайса потеряла всяческий интерес к происходящему и вновь обратила глаза на смертника.

— Но это еще не всё, — продолжила вещать она. — В ближайшее время ты пройдешь оценку в походной ассоциации, а мои телохранители лично сопроводят тебя. Ты всё уяснил?

— Как прикажете… уважаемая госпожа, — отрывисто пробормотал Ранкар, медленно выпрямляясь.

Вот только произошло кое-что неприметное, и лишь один человек заметил это. Дэймон Хаззак. В этот самый момент бывшего смертника била сильная дрожь, а руки неистово дрожали.

— Сейчас ты свободен, — с довольной улыбкой отчеканила Нефрит, а затем окинула взглядом внешний двор. — Теперь любой из желающих может опробовать себя в Яме! ВПЕРЕД! ВЕСЕЛЬЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

Проклятье… Проклятье! ПРОКЛЯТЬЕ! Почему… Почему? ПОЧЕМУ НЕ ПОМОГЛО⁈ ПОЧЕМУ ВЫПЛЕСК НЕ ПОМОГ⁈

Схватка с Сианой не помогла. Проклятая кровь требовала еще. Она не унималась. Гремучий коктейль в жилах кипел и буйствовал так сильно, что невозможно было терпеть. Он требовал убивать. Эмоции требовали рвать любого на куски.

Из ямы я выбирался с трудом и с таким же трудом добрался до «Осколков». Всё было как в тумане. Причем я даже не остановился рядом и под их ошалелые взоры прошел мимо. Желая, как можно скорее добраться до заветной комнаты. Из форпоста сейчас никого не выпускают. Бежать! Необходимо где-нибудь укрыться.

Нужно терпеть! Терпи, Ранкар! ТЕРПИ!

— Ты… ты невероятен, — вдруг раздался за спиной голос Цуга, но его похвалу я пропустил мимо ушей и продолжил идти.

— Ранкар, что с тобой? — не унимался пацан. — Ты… у тебя кровь. Из носа течет. Снова. Тебя рани…

Однако стоило обернуться и взглянуть на ребят, как всем стало всё ясно. Прошлый приступ еще был свеж в их памяти. Вся пятерка пугливо сглотнула и невольно отступила прочь.

— Неужели… опять? — запинаясь прошипел Аркас, с тревогой оглядываясь по сторонам.

Тело била крупная дрожь. Руки не слушались, а кровь ручьем текла из носу. Даже не получалось нормально кивнуть. Лишь нервно дёрнуть шеей.

— Чем мы можем помочь? — спохватился Рамас, переглядываясь с Гангратом. — Говори!

— За-за… держите и-их… — начиная заикаться и путаться в речи, едва разборчиво выдохнул я, а затем указал глазами им за спину, ведь в нашем направлении шло с десяток воинов.

Не знаю зачем они брели сюда, да и знать не хотел. Не хватало еще сорваться.

— И-и… и н-не… х-ходите… за… м-но…ой… я-я-я… с-сам… с-спра-а-авлюсь…

Развернувшись одним движением на месте, пилигрим вдруг сорвался на бег, но на рваный и необычайно путаный, а секунд десять спустя и вовсе исчез из виду.

— Надеюсь, он справится, — с какой-то жалостью пробормотал Цуг. — Мы точно не можем ему помочь?

— Боюсь, что нет, — мрачно отозвался тифлинг. — Мы просто не в силах. Давайте узнаем, что надо этим, а после отправимся караулить казарму.

Несколько мгновений «Осколки» с шоком смотрели в спину убегающему Ранкару. Правда, прежде чем их настиг неизвестный отряд воителей, из-за спины вдруг раздался испуганный голос Тэйна:

— Парни, а где Диана? Куда она делась?

Дриада видела уходящего пилигрима. Видела и не могла понять, что с ним творится. У всех на глазах тот одержал три сокрушительных победы, но прямо сейчас убегал словно испуганный зверь ото всех. Залитый кровью, израненный и жутко одинокий.

— Пятая династия, — прошептала сквозь зубы целительница, закатывая глаза. — Ему надо помочь. Если с ним что-то случится, я никогда не вернусь домой.

Не найдя ничего лучше, та устремилась следом за скитальцем, даже не помышляя о грядущем. К нужному месту, а точнее к одной из казарм, её привел запах крови.

— Ранкар, что с тобой? — холодно вопросила девица. — Ты в порядке? Если ты, идиот, и не заботишься о себе, то дай я помогу. Я всё-таки целительница.

Вот только вместо вразумительного ответа раздался нервный и отрывистый полурык-полувой:

— Пойди прочь… идиотка! Зачем ты пришла⁈ СВАЛИ!!! ПРОВАЛИВАЙ! МНЕ НЕ НУЖНА ПОМОЩЬ!

— Чего⁈ Будь благодарен, бездарь! Я лишь хочу помочь…

— УЙДИ!.. Я СКАЗАЛ… УЙДИ! — перешел тот на крик. — НЕ ВЗДУМАЙ ВХОДИТЬ! Я САМ СПРАВЛЮСЬ!

Впервые она слышала нечто подобное. Впервые её слух уловил такие вопли. Даже смертельно раненые выли иначе.

Чем дольше дриада вслушивалась в крики пилигрима, тем явственнее осознавала, что в них нет злобы или же ненависти. В воплях звучала ярость, которая смешивалась со скрытой… мольбой?

Что-то промелькнуло в мыслях у девушки. Что-то необъяснимое и та на свой страх и риск открыла дверь и шагнула во тьму. И то, что девушка увидела повергло её в шок. В самом дальнем углу Ранкар извивался на полу, схватившись одной рукой за затылок, а второй пытался пронзить серповидным клинком своё бедро. Кровь была повсюду.

Вот только не это напугало дриаду, а полубредовые слова и тёмно-алый взгляд, который тотчас обратился в её сторону:

— Нет… Зачем… Дура! — сипел жалобно смертник. — Я… же… себя… не контролирую… уходи… быстрее… уходи…

Впрочем, хрип мужчины вдруг прервался, девушка успела отступить лишь на шаг, но стало поздно. Высокий силуэт навис над ней, грубо схватил за талию и повалил на пол, а затем ладонь пилигрима вцепилась той в горло.

Пути назад более для дриады не существовало.

— Прости… Диана… Я… не могу… Проклятая кровь… меня… убивает…

Я ненавидел всеми фибрами души подобные моменты. Моменты, когда не удавалось контролировать себя. Раньше такое случалось максимум раз в месяц, но тогда был рядом Бетал. Даже под воздействием неистовства тот умудрялся помочь. Сейчас же выручить было некому. За эту же неделю произошло сразу два приступа неистовства.

Тело не слушалось. В мыслях и эмоциях царил полный раздрай и хаос, который требовал рваться вперёд. Рваться и убивать всё живое, потому как рядом присутствовало слишком много энергии. Нечто навевало необычайно мерзкие и кровожадные мысли. Нечто заставляло действовать. Мерещилось, что пища находилась повсюду… Чужая мощь, которая поможет лично мне стать сильнее. Нужно лишь протянуть руку и забрать её.

Перед глазами всё плыло. Красная, оранжевая, черная, серая энергия расположилась чуть дальше, а зеленая… она оказалась совсем рядом. Прямо на расстоянии вытянутой руки и я… забрал эту энергию.

Лишь через секунду я осознал, что этот поток пищи имел черты личика Дианы. Смертельно бледное, ужасно растерянное и испуганное лицо маячило перед глазами, а моя рука всё крепче сжимала горло целительницы. Я даже не понял, когда успел такое совершить.

Хотелось отпустить. Хотелось остановиться. Хотелось убежать. Но в этом состоянии я себя не контролировал. Жажда проклятой крови преобладала над рассудком. Жажда эмоций требовала забрать у дриады нечто очень важное. Она требовала поглотить её источник, но для начала необходимо было помучить.

— Прости… Диана… Я… Не могу… Проклятая кровь… меня… убивает…

Губы обнажились в хищной улыбке, а затем зубы до крови впились в её плечико.

— Ран… кар… отпу… сти… прошу… — задыхаясь и чуть не плача шептала девушка, и практически сразу из её глаз брызнули слёзы. — Я… хочу помочь… мне… больно…

После её слов нечто пробудилось внутри и лицо искривилось в полубезумной усмешке:

— Глупая баба! Помочь⁈ Ты сама явилась! Кто просил тебя помогать⁈ КТО⁈ Ты всего-навсего питательная энергия! Мне не нужна ничья помощь! Ты достаточно вертела своей задницей передо мной!

Но случилось нечто неожиданное. Рука девицы вспыхнули едкой изумрудной силой, и на остатках выносливости та попыталась ударить меня точно в грудь. Удар прошел, но… ничего не произошло. Черно-алая дымка, покрывавшая моё тело, поглотила весь боевой импульс целительницы, а внутри тотчас забрезжило нечто незнакомое. Складывалось впечатление, что я словно стал сильнее.

От увиденного страх девушки преобразился в ужас, но внутри проклятая кровь из-за такой реакции разгоралась лишь сильнее.

— Ты… ты же… не такой…

— Что ты знаешь обо мне, идиотка⁈ — шептали губы против моей воли. — НИЧЕГО! Ты ничтожество! Маленькая девочка, которая никогда не видела жизни!

— Вспомни… тогда… — едва слышно просипела Диана, а её заплаканные глаза медленно закрывались. — В ущелье… ты же… не хотел… никому… навредить… ты дал слово… что вернешь меня… домой… Ты обещал…

Не знаю, что именно случилось, но её слова пробудили нечто давно забытое в душе. Нечто, что давным-давно поросло мхом. По крайней мере, сейчас так казалось. Впервые в жизни, я каким-то чудом смог остановиться. Каким-то образом пальцы прекратили сдавливать горло и замерли, но кто бы знал, каких усердий стоило столь обычное движение. Только зубы продолжали сдавливать плечо Дианы, отчего та полусипло подвывала.

Да… Я… обещал! Я… дал слово! ДА! МОЙ ХРЕБЕТ ПРИ МНЕ! Бетал говорил, что нужно сдерживаться. Он ни разу ни желал мне плохого! Он ПОМОГАЛ! Я… я… должен держать слово! ДОЛЖЕН!

Перед глазами всё по-прежнему плыло. Я отчетливо видел изумрудный огонёк в районе сердца дриады. Видел кровь, стекающую по слегка зеленоватой коже.

— Если… если такова моя судьба, то пусть… так и будет… — вдруг раздался обреченный шепот целительницы. — Я… готова… умереть… Делай всё… что пожелаешь…

Ладонь, которая покрылась черно-алой неизвестной дымкой уже намеревалась пронзить грудь девушки, чтобы добраться до желаемой цели и тем самым вырвать силу из груди, но необъяснимым образом её слова повлияли на сознание. Вместо жажды силы где-то в глубине души пробудилось сексуальное возбуждение. И вместо того, чтобы вырвать источник из груди дриады пальцы грубо разорвали на ней одежду.

Левая рука перестала душить Диану, отчего та жадно сглотнула и вновь задышала. Зубы выпустили из своего плена покалеченное плечо девушки и вцепились в шею. Раздался тихий вскрик, а затем та ласково обвила пальцами затылок, но убаюкивающие слова девицы распаляли лишь сильнее.

— Я… рядом… Я… помогу…

Похоть разгоралась всё сильнее. Она напрочь погребла под низменным желанием жажду крови и убийства, а когда пальцы нащупали упругую женскую грудь, то стёрла их окончательно. Один укус за другим. За вторым шел третий. И так словно до бесконечности. Руки блуждали повсюду до чего могли только дотянуться. Одежда девицы трещала по швам и через несколько секунд Диана предстала полностью в оголённом виде.

Впервые на моей памяти получилось побороть припадки столь нелепым образом, но подобный гремучий коктейль, как похоть и остатки неистовства, полностью овладели сознанием.

Я видел, как раны на безупречной коже медленно исцелялись под воздействием магии жизни и это сильнее действовало на плотское влечение, но тот самый тихий вскрик вперемешку с болезненным стоном всё изменил, а извивающееся подо мной обнаженное тело крепче прижалось к груди. Не знаю сколько продолжались пытки дриады, но в данный миг она полностью находилась в моей власти, а когда слух понял, что болезненные стоны обратились стонами удовольствия, в мозгу словно взорвался черно-алый фейерверк. И эта самая волна силы промчалась внутри тела и выплеснулась наружу буйным потоком.

Однако последние слова Дианы были до отказа наполнены сожалением и тоской:

— Как же так…

Все «Осколки» разом выдохнули, когда беседа с неизвестным отрядом черных подошла к концу. Слава оберегам, ничего страшного те не замыслили, но не все были такого мнения.

— Познакомиться они, значит, захотели с Ранкаром. Ага! Как же! Двуличные ублюдки! — сплюнул презрительно Рамас, глядя в спину удаляющимся воителям. — Боюсь, не посули Нефрит Ксанта ему должность лейтенанта, так они бы срать с нами рядом не сели.

— Перестраховываются, — тихо буркнул Ганграт. — На своём веку я такого не припомню, чтобы смертник смог подобным образом покинуть коллизию. Да и чтобы безранговый одолел вершителя… На такое способны немногие наследники благородных. Вы вообще видели, как на него смотрела знать?

— Мне кажется тут дело не только в этом. Вы все в курсе, что в нашем мире важна только сила, — заметил задумчиво Цуг. — А Ранкар и вправду необычайно силён. К тому же есть вероятность того, что многие могли принять его за ублюдка какого-нибудь аристократа.

— Понятно, что он силен. Я видел его навыки своими глазами, — прошипел холодно Аркас, оглядываясь бегло по сторонам. — Но вы не о том сейчас размышляете. Если он на кого-то нападёт в своём нынешнем состоянии, то это будет катастрофой. Тэйн, найдешь его? — вдруг обратился полубог к бывшему серафиму.

— Найду. За мной! — быстро кивнул падший и на всей скорости направился куда-то вдаль. — Я чувствую отголоски его ауры. Ничтожные остатки прозрения единственное, что осталось от моей былой силы. Ему нужно помочь. В последнее время мы сплошь балласт для него. К тому же есть только одно место, куда он мог пойти.

Четверка смертников почти сразу устремилась следом за Тэйном, но каково было удивление смертников, когда они осознали, что скрытая сила бывшего серафима привела к их собственному временному обиталищу.

— Он здесь, — устало прошептал падший, переглядываясь взволнованно с остальными.

— Давайте я проверю, — вызвался тотчас Цуг. — Он спас меня. Хоть этим я постараюсь ему помочь.

— Погоди, малец! — вдруг остановил того Ганграт, не дав открыть дверь, а после здоровяк облегченно выдохнул. — Прислушайтесь.

Не прошло и пяти секунд как до ушей «Осколков» начали доносится приглушенные женские стоны, которые с каждым мгновением наполнялись небывалым удовольствием.

— Неужели он кого-то пытается убить? — шокировано выпалил веснушчатый.

— Кхм… — прокашлялся смущенно серафим. — Тут с какой стороны посмотреть, Цуг. Скорее всего пытает, но не так, как ты предполагаешь. Можешь поверить мне на слово, это не стоны боли.

— Разрази меня Инферно… — напряженно пробормотал Рамас, медленно оседая вниз по стене. — Похоже, обошлось. Мы зря переживали.

— Что ж, — рассмеялся себе под нос Аркас, переглядываясь с ухмыляющимся Гангратом. — Похоже, он и вправду на кого-то напал, но не так, как мы думали.

— Ранкар и вправду напоминает собой берсеркера, — хмыкнул весело минотавр. — Те аналогичным образом сбрасывают пар.

— Чего вы ржете⁈ — насупился внезапно веснушчатый. — Мы будем ему помогать или нет?

— Пойдём, Цуг, не будем мешать, — хлопнул полубог по спине парня, медленно уводя его прочь. — Я уже и забил, что ты никогда не занимался подобным. До этого во Фронтире не выпадало время, да и девицы попадались так себе, а когда нас приговорили уже стало не до того. Но обещаю, что мы исправим это недоразумение.

— Скажи, малец, ты как относишься к ветренным менадам, путанам, куртизанкам или же жрицам любви? — в лоб спросил здоровяк, на пару с Аркасом оттаскивая юношу как можно дальше от казармы.

Стоило ему заслышать подобное, как он тотчас оторопел и с расширившимися глазами посмотрел на дверь.

— То есть он… — краснея на глазах стал мямлить парень. — Он…

— Да, мой юный друг. Я слышал, что в лагере Ксанта под такие нужды для воителей отведен целый квартал. Если всё сложится, то мы как-нибудь сводим тебя туда.

— Но… но с кем? — смущенно пролепетал Цуг.

— А ты разве не узнал голос своей спасительницы? — приподнял брови Рамас, шагая следом. — Похоже, пилиг… кхм… точнее Ранкар, нашел иной способ препятствовать одержимости.

— Далеко уходить не будем, — спокойно отозвался Тэйн, оглядываясь по сторонам. — На всякий случай покараулим здесь, — но секунду спустя тот невольно скосил взор на терата. — Однако твоё предложение о походе в красный квартал мне по душе, Грат.

— Гореть мне на лавовых полях Инферно! — поперхнулся деланно тифлинг, под тихий смех товарищей. — Наш святоша и носитель света решил поддаться прелюбодеянию.

— Я бывший святоша и бывший носитель света, — пожал серафим беззаботно плечами. — Теперь мне всё можно…

Первые мгновения после пробуждения, сознание представляло из себя, что ни на есть чистый лист. Давно я не ощущал себя столь отдохнувшим. Очень давно. Внутри преобладала странная пустота. Приятная пустота. Однако стоило слуху заслышать мерное девичье сопение под боком, как все воспоминания о вчерашнем дне разом вернулись.

Вернулись и заставили страдальчески скривиться.

Каждая сцена. Каждая секунда. Каждый миг вчерашнего дня начиная с Бойцовской Ямы и заканчивая насилием над Дианой промчался в сознании гнетущим вихрем.

Мириада сраных бед! Нет… Нет! НЕТ!

Глаза открылись мгновенно и первое, что я увидел — это разметавшиеся во все стороны длинные зеленоватые волосы и обнаженное женское тело со следами затянувшихся укусов, жутких ссадин и свежих синяков на безупречной коже. Манящая и соблазнительная грудь со следами моих зубов на ней, ангельское лицо, шея, плечи и даже живот со спиной. Из-за моих выходок пострадало практически всё. К тому же усугублял ситуацию и тот неоспоримый факт, что я был первым мужчиной у Дианы.

Проклятье… Проклятье! ПРОКЛЯТЬЕ! Зачем… ну зачем! ЗАЧЕМ ОНА ПРИШЛА⁈ Я же просил… Глупая! Глупая! ГЛУПАЯ ДЕВКА! ДУРА!

От увиденного к горлу подступил предательский ком, но единственное, что удалось сделать — это с осторожностью обернуть дриаду в её разорванную одежду и подхватив бережно на руки, перенести с холодного и окровавленного пола на постель.

На удивление та даже не очнулась и не шелохнулась. Да и судя по измождённому личику проснётся не скоро. Однако стоило сделать пару шагов в сторону и натянуть штаны, как её мерное дыхание сбилось, а в спину ударил вялый и чуточку бесцветный голос:

— Как… ты?

Наверное, впервые в моей жизни весь спектр негативных эмоций явился по моей воле, а не по воле проклятой крови.

— Я… я сейчас зол, — невнятно пробормотал я, не поворачиваясь к ней лицом, продолжая медленно натягивать одежду. — Страшно зол. Знаю, что теперь это ничего не изменит, но для начала я бы хотел попросить прощения за то, что сотворил с тобой. Я не хотел. Порой моя кровь и мои эмоции выше меня. Это непростительно. Это изнасилование. Я никогда в жизни себе такого не позволял ни с одной девушкой или женщиной. Да, порой я сражался с ними. Порой пытал. Порой приходилось творить гнусности, как вчера с Сианой, но… такого. Я себе не позволял.

— Не переживай… за меня, — тихо прошелестела та, медленно переворачиваясь на другой бок. — Я не виню тебя. И даже… благодарна.

Её заключительные слова напрочь перевернули всё вверх дном и заставили разгневаться лишь сильнее.

— Зачем⁈ Ну скажи… ЗАЧЕМ⁈ — вспылил яростно я, резко поворачиваясь к ней лицом. — Зачем ты пришла⁈ Почему не послушала⁈ Я ведь просил! Я умолял тебя не входить… И за что ты благодаришь меня?

— Прости… — всхлипнула тоскливо та, сжимаясь в клубок у меня на глазах. — Я… я хотела помочь. Ты… ты был ранен. А если ты умрешь, то я… Тогда я не вернусь домой. Я же твой трофей. Прости я… я не хотела. Я сама… виновата.

Из-за слов целительницы вдруг пришлось горько сглотнуть, но настроя это не изменило.

— За что ты благодаришь? — вновь повторил я, начиная распаляться сильнее.

— За то, что не убил… — шепнула едва слышно та, с головой укрываясь пледом. — Мог убить, но ты сдержался. Я чувствовала это. Не переживай о случившемся. Это цена моей ошибки. Я расскажу тебе одну из тайн этого мира. Сильный берет всё… Всё, что пожелает. Власть, богатство, женщин. Никто не вправе ему перечить. В эту ночь я была слаба и мне пришлось подчиниться.

Сильный берет всё, что пожелает? Даже таким образом? Разве это показатель силы? Как? Такое поведение — это показатель слабости.

— Глупая девка! — прорычал я и присев рядом, грубо развернул её к себе лицом. — Хватит пороть чушь!

Однако всё, что я почувствовал и увидел — это раскрасневшиеся глаза, две дорожки слёз, испуганное личико и сильная дрожь по всему телу целительницы. Даже в этот миг она боялась меня и стала спешно прикрывать свою обнаженную грудь разорванной одеждой и пледом.

— Ты должна ненавидеть меня! Желать мне смерти! Считай, что мы оба виноваты в случившемся.

Вот только вместо того, чтобы проклинать меня или на крайний случай вмазать пощечину, та вцепилась в мои руки словно в спасательный круг и громко зарыдала, уткнувшись мне в грудь.

— Я… я пыталась… — сквозь слёзы надрывалась та. — Пыталась остановить тебя. Использовала любую вредоносную магию Жизни на тебе, но всё было тщетно. Твой защитный покров поглощал стихию. Я… я ничего не смогла сделать… Я… слабачка… Мне не за что проклинать тебя… Сильный пожирает слабого. Но я… я всё-таки ненавижу тебя… — продолжала реветь та, дважды хлопнув меня по спину. — Если бы… ты не захватил форпост. Если бы… не похитил меня, то всего этого… не произошло бы!

Мне никогда не нравились женские слёзы, а рыдания и подавно. Терпеть их никогда не мог. Но сейчас я внимательно слушал каждое слово, потому как и со мной вчера случилось такое впервые. Не знаю каким образом, но я действительно поглотил её стихию Жизни и чуть не сожрал источник магии. Понятия не имею как, но вчера случилось нечто необъяснимое.

Холера! Неужели всему виной магический фон, который меня окружает? Неужели именно из-за окружающих одарённых и эссенциалов мне срывает крышу? Неужели из-за этого участились припадки? К тому же я впервые в жизни смог подавить выплеск обычным сексом. Точнее… почти обычным сексом. Боюсь, если бы не исцеляющий фактор дриад, то Диана могла спокойно умереть во время столь сумасшедшего соития и насилия.

Правда, пока я пребывал в хаотичных мыслях, тело целительницы в моих объятиях внезапно содрогнулось, затем та тихо вскрикнула и с неверием уставилась вначале на свою оголённую грудь, а следом на мою физиономию.

— Что стряслось? — хмуро вопросил я, стараясь не смотреть на все её прелести, а после попытался глупо пошутить. — Только не говори, что ты беременна.

— Я… я прорвалась, — с полным неверием в глазах прошептала девушка, начиная быстро утирать слёзы с лица. — Причем, через целую ступень. Я чувствую это. Но… как?

— Что ты сделала? — не понял я её.

— Я…я прорвалась, — ошеломлённо сглотнула девица, а секунду спустя её окутал туман изумрудной силы.

Да такой насыщенной, что я невольно отступил на шаг.

— Я была магистэром магии Жизни третьего отсечения, — находясь в полной прострации прошептала Диана. — А теперь я, как минимум, советник магии Жизни третьего отсечения. Правда, требуется подтверждение. Но… но как… Это… это же невозможно… Это необъяснимо, — секунду же спустя та судорожно сглотнула и подняла на меня заплаканные глаза. — Неужели это из-за того, что ты меня…

Впрочем, довести свою речь до конца целительница не успела, потому как за спиной раздался громкий стук в дверь, на который мы вместе с дриадой быстро обернулись:

— Бывший смертник Ранкар здесь? — зазвучал спокойный и малость приглушенный мужской голос. — Мы прибыли по поручению лорда Яна Мараала. Впустите нас, лейтенант, будьте так добры.

Мараал? Тот рогатый хрен? Проклятье! Какого беса я ему сдался?..

— Одну минуту, — откликнулся вяло я, мгновенно погружаясь в раздумья, но в угоду скверного характер язык понёс своего хозяина гораздо дальше. — Разумеется, можете войти, если не желаете увидеть новоиспеченного лейтенанта голым и без трусов.

— Мы… подождем, — с непонятной запинкой донеслось из-за дверей. — Имейте в виду, что вопрос срочный.

— Минуту, — неохотно повторил я.

Ирззу-распутницу мне в жены! И куда только смотрит Аркас с остальными? Помощнички, чтоб их…

Реакция весьма скорая. Вот тебе и затравка со зрелищем. Интересно, как они восприняли мой вчерашний выкрутас с неистовством? Само собой, имеются догадки за каким бесом они сюда явились. Причем весьма существенные догадки. Я хоть и находился вчера в полнейшем раздрае, но зрения и слуха не лишился. Как понимаю, кто первый успеет того и тапки. Хотя Кайса вчера недвусмысленно намекала о том, что отныне я якобы под руководством доминирующего дома Хаззак.

«Во имя Древних! Наконец-то! — раздался в подсознании обессиленный голос Руны. — Сколько же можно? Упрямый болван!»

Зараза! Ей-то чего надо?

«Что стряслось?» — спросил спокойно я, быстро напяливая ботинки и облачаясь в недостающую одежду.

«ТЫ ЕЩЕ СПРАШИВАЕШЬ⁈ — свирепо заорала та, а мозг словно закипел. — Я НЕ МОГЛА ДО ТЕБЯ ДОЗВАТЬСЯ СО ВЧЕРШНЕЙ НОЧИ! ТВОЙ ВНУТРЕННИЙ МИР НАХОДИЛСЯ В ХАОСЕ. Я ЧУТЬ… Я ЧУТЬ НЕ ИСЧЕЗЛА!»

«Не тарахти, — поморщился невольно я. — Объясни нормально.»

«Все твои запечатанные колонны содрогались несколько часов, — стала жаловаться девица. — Затем твой внутренний мир наполнила неизвестная красно-черная сила. Я попыталась разобраться в ней и понять первопричину её появления, но эта мощь меня будто сковала. Эпицентром всего хаоса являлся ты сам. Я ничего не смогла сделать. Ты не отвечал, и я… я… запаниковала…» – тревожно заключила она.

Судя по тону, спата и вправду сильно испугалась.

Проклятье! Количество вопросов только возрастает.

«Добро пожаловать, в реальность, моя дорогая. Такое теперь будет происходить с регулярной частотой, — уныло отозвался я. — Не знаю, что происходило у меня внутри, но снаружи было ничуть не лучше. Хотя если честно, то я ожидал большего от 'Легендарной Руны Истребления», — насмешливо заметил я.

«Я… я слаба сейчас, — отрывисто и с некой обидой буркнула сожительница. — К тому же я пыталась помочь и разобраться в твоих ограничениях.»

«Удалось?»

«Всё очень мутно. Это касалось лишь одной твоей колонны. Той, на которой я частично разрушила печать. Нужно больше времени и больше ресурсов. Я… я слаба… — повторила уныло Руна тоскливым тоном . — И… и кушать очень хочется.»

«Постараюсь решить этот вопрос. Так что пока отдыхай. Сейчас не до этого. Но когда разберусь с ворохом дел, нам придётся основательно с тобой поговорить. Мне нужно знать, что ты можешь и умеешь, а также на что способна в своём нынешнем состоянии. Боюсь, светить тобой у всех на глазах чревато.»

«Давно пора, — фыркнула та с потаённой радостью, а секунду спустя попросту затихла. — И поторопись. Я и вправду хочу кушать.»

Если честно, то мне и самому хотелось жрать. Быка бы съел! Хм… Интересно, Ганграт на такое обижается?

В данный миг мозги работали здраво, хоть и весьма квёло. За несколько секунд я не только умудрился облачиться в одежду, но и относительно собраться с мыслями. Лишь одно ныне сбивало с толку. Голая дриада на постели. Диану сейчас абсолютно ничего не волновало. Она по-прежнему продолжала экспериментировать со своими новыми возможностями, неспешно окутывая себя и частично руки тусклым изумрудным сиянием Жизни. Между делом она даже неуловимо улыбалась.

Вновь нарисовался очередной вопрос. По какой именно причине целительница перескочила сразу через целый ранг, а не единичное отсечение? Неужели это после секса со мной? Трудно в такое поверить, но иных вариантов покамест нет. Со слов Цуга для одарённого такое событие весьма волнительное. Мощь магов и воителей в корне отличается. Не нужно и говорить, что у чародеев и чародеек на порядок больше головной боли и путь развития более тернист, а о совершенных и безупречных вообще молчу. Любой прорыв у одарённых праздник, а здесь почитай сразу три, что приравнивается к полноценному рангу. По крайней мере, она не выглядит теперь потерянной и опустошенной. Надеюсь, это хоть как-то сгладит прошлую ночь и моё поведение. Мыслю, как последний урод, но ничего иного предложить не могу.

Так или иначе, но все опыты надо прекращать. Боюсь, она нашла неподходящее время. Что ж, будем действовать в своей излюбленной скверной и почти ублюдской манере невзирая на случившееся ночью.

— Диана, — с наигранной нежностью заговорил я, присаживаясь на кровать рядом и заглядывая ей в глаза. — Ты как, малышка?

От подобного обращения дриада внезапно оторопела и расширив глаза, резко прекратила свои эксперименты и подняла на меня заплаканное личико, которое заметно успокоилось. Теперь она не выглядела такой потерянной как накануне. Какое-никакое самообладание к ней возвратилось.

— Что… что с тобой? К-какая еще м-малышка? — отрывисто выдавила она, опасливо сглатывая и медленно отползая чуть дальше. — Ты… ты что-то задумал?

Надеюсь, я не зря таскался на курсы по психологии.

— Нет, это что с тобой, моя дорогая? — с безрадостной улыбкой осведомился я, начиная медленно повышать тон в пределах допустимого. — Не хочешь одеться? — указал я на обнаженные прелести пальцем, потому как за время своих исследований та вовсе забыла о своей наготе. — Я не против повторить наш сексуальный марафон еще раз, но надеюсь я буду в осознанном состоянии на тот момент. Или ты так и будешь трясти своими сиськами у всех на виду? Хочешь, чтобы не только я, но и те, кто за дверями тебя поимели?

— Ты… ты и так уже всё видел, — рассеяно отозвалась целительница, но затем её взгляд внезапно нахмурился и стал серьёзным. — Какими еще… с-сиськами? Я тебе корова, что ли, дойная? Какой еще с-сексуальный м-марафон? П-поимели? Да я… да я больше ни разу… с тобой! Да ты… ты хоть знаешь, что я…

Надо же, а шоковая терапия-то действует прекрасно.

Однако она вдруг прервалась и её затравленный взор обратился на дверь, затем та взглянула на себя и вновь на дверь и лишь пяток вдохов спустя до неё дошло, чего я от неё хочу.

— Лейтенант, нам еще долго ждать⁈ — раздался вновь нетерпеливый голос, но уже с толикой недовольства. — Мы не можем тут вечно стоять. Разговор очень срочный.

— Ты мерзавец! — зашипела Диана сквозь зубы.

Взгляд оголённой девицы резко заметался по сторонам в поисках одежды, но глаза её лишь натыкались на разорванные одеяния и не найдя ничего лучше та с ног до головы обернулась вначале простыней, а после и пледом.

— Я тебе… еще припомню, — мрачно пробормотала та. — Чтобы я вначале переспала с каким-то бывшим смертником, а после на глазах у других мужчин предстала голой!.. Прости меня, отец. До чего докатилась гордая дочь правит…

На последних словах целительница внезапно прервалась и поджала растеряно губы.

Удивительно. Как быстро она восстановилась. Не изнасиловали, а всего-навсего переспала. И о чем она там бормочет?

— Открывай, — поторопила та вдруг меня. — Живее. Они не посмеют меня тронуть. Я всё-таки твой трофей.

Странно. Как всё-таки быстро меняется настроение у женщин.

— Входи, — спокойно изрёк я, медленно поднимаясь с кровати. — Кто бы ты ни был.

В казарму, которая стала с некоторых пор нашим временным обиталищем, незваный гость ворвался весьма быстро, а выглядел в какой-то мере вполне официально. Ни доспеха, ни брони, а всего-навсего офицерский мундир с гербами. Впрочем, стоило ему сделать пару шагов вперед, как движения его вмиг замедлились, брови у неизвестного сатира невольно дёрнулись вверх и тот понятливо усмехнулся.

Внимательный взгляд уткнулся в полузасохшую кровь под ногами, затем он лихо оглядел вполне здорового меня с ног до головы, отчего клыкастая ухмылка стала шире, и под конец мазнул слегка любопытным взором по Диане, которая всячески отводила глаза в сторону.

— Вижу, что я не вовремя, но всё же прошу прощения за вторжение, лейтенант Ранкар. Рад, что вы в добром здравии и пришли в себя. Отдыхаете вы весьма… занятно, — хмыкнул мужчина, вновь глядя на кровь и полуразрушенные полы казармы. — Моё имя Кай, — представился незнакомый сатир. — Кай из доминирующего дома Мараал. Я одно из доверенных лиц лорда Мараала. Прежде чем…

Даже так? Целое доверенное лицо? Серьёзный подход.

Однако терат вдруг осёкся и с интересом оглянулся себе за спину. Впереди всех маячил, по-видимому, коллега самого Кая, а уже за ним столпились слегка взволнованные «Осколки», но завидев меня и дриаду, тотчас расслабились и расплылись в понимающих улыбках.

— Сеос, за дверь, — скомандовал поверенный помощнику, а после взглянул на бывших смертников. — Господа недавние приговорённые, а вы весьма не вовремя. Подождите.

Дверь захлопнулась по мановению руки сатира, и в этот самый миг от него засквозило магией… ветра?

Странно. Когда я стал понимать это?

Впрочем, хватило одного взгляда на прибывшего, чтобы осознать, что данный индивид не пальцем деланый. Опознавательные перстни и медальоны у него присутствовали. Причем сразу несколько, но рассмотреть их было невозможно. Вероятнее всего на них наложили иллюзию.

— Не всем так везет с трофеями, как вам, лейтенант Ранкар. Ой как не всем! Вы редкий везунчик, — указал он пальцем на вздрогнувшую Диану, которая плотнее укуталась в одеяло. — Еще будучи бесправным смертником в рабыни получили полноценную магиню Жизни. Так еще, скорее всего, иерихонскую аристократку. Как понимаю ночь у вас выдалась бурной, как в плане отдыха, так и в плане исцеления. Случайно, не желаете её… продать? — деловито осведомился он, оглядывая Диану будто та была породистой лошадью. — Так уж вышло, что я питаю… некую слабость к иерихонским дриадам. Я щедро заплачу.

От услышанного магиня Жизни внезапно вздрогнула, сглотнула и затравленно посмотрела вначале на меня, а после с брезгливостью на сатира.

— Пятая династия! Сколько злобы. Сколько презрения, — сдержанно ухмыльнулся терат. — Она и вправду аристократка. Точнее… была. Теперь она мне нравится еще больше.

— Не продаётся, — спокойно отрезал я, глядя как целительница облегченно выдыхает.

— Жаль, — разочарованно буркнул он, а после отчего-то нахмурился. — Позвольте узнать, что с вашей речью?

Проклятье! Еще один въедливый хрен на мою задницу.

— Получил тяжелое ранение в коллизии и частично врожденное. Мой трофей работает над исцелением денно и нощно. Если не ошибаюсь, вы пришли со срочным разговором, — поторопил я его, переводя беседу в иное русло, попутно опираясь спиной на стену и скрещивая руки на груди.

— Гемера свидетельница! Вы полностью правы, лейтенант, — наиграно встрепенулся терат. — Люблю вести беседы с деловыми людьми.

— Упасите меня от такого, уважаемый Кай, — стал я перенимать его манеру разговора. — Мне до вас как до луны. Для чего вам понадобился бывший бесправный смертник и простолюдин?

Не знаю, что именно его развеселило, но тот весьма заливисто рассмеялся. Даже утёр выступившие слёзы с глаз.

— Умете вы шутить, Ранкар. Мне понравилось, — сквозь смех изрёк он. — Боюсь, это устаревшая информация. За несколько дней вы добились невероятных высот. Некоторые аристократы из младших домов могут о таком только мечтать. Ваши достижения в Западном форпосте и вчера в Яме поразили всех до глубины души. Безранговый боец, что способен противостоять высокоуровневым воителям… скажем так… редкость. Большая редкость. Однако главное состоит в том, что вы привлекли внимание Нефрита Ксанта. Предположу, что за последние пару-тройку сотен лет еще никто не добивался такого внимания от голубокровной знати. Вы — первый.

Казни сущее, Ярвир! Сейчас обделаюсь от такого счастья. В выгребной яме я видал это внимание! Пару дней назад многие не знали о моём существовании. Для всех я был не важнее придорожного камня, но сейчас этот хмырь разговаривает со мной так, будто мы с ним сто лет знакомы. Да и будь моя воля я бы собственноручно придушил ту недоделанную змею. Ладно, я тоже умею играть в такие игры. Благо опыта хоть отбавляй.

— Мне кажется, что ваши дальнейшие успехи весьма высоки, если вам никто не помешает, — уклончиво произнес рогатый, то ли нахваливая, то ли угрожая. — Не редкость, что среди простолюдинов рождаются достойные экземпляры, но большую часть вы вчера вечером заткнули за пояс. Похвально. К тому же через пару дней даже Иерихон узнает об этом. Подобная информация просачивается очень быстро. Вынужден признать, что немного удивлён, что оказался здесь первым. Честно считал, что Сиана меня опередит. Видимо, она еще не пришла в себя после вчерашней схватки.

Вот же зараза! Известность среди иерихонцев — это дерьмово. Очень дерьмово. Стоп… Сиана?

— Причем здесь Сиана? — не понял я его.

На лице у терата внезапно отобразилось слабое изумление, но затем тот сделал вид, словно что-то вспомнил.

— Совсем запамятовал, — хлопнул тот себя по лбу. — Вы ведь новый человек в местном болоте. Многого не знаете. В таком случае пусть это будет для вас неожиданностью. Думаю, она сама вас найдет.

В гробу я видел такие неожиданности.

— Боюсь, данные слова не объясняют вашего прибытия, — спокойно усмехнулся я, упрямо делая мину кирпичом. — Для чего вы здесь?

— В этом всё и дело, лейтенант. Мы плавно переходим к сути, — улыбнулся радушно сатир и сделав несколько шагов, присел на свободную кровать, но заблаговременно тщательно её осмотрел на наличие крови и грязи. — Мой лорд, Ян Мараал, очень высоко ценит талантливую… — тот еще раз внимательно осмотрел меня с ног до головы и утвердительно кивнул сам себе, — … молодежь. Вы подаёте большие надежды. Ваши боевые навыки для бывшего смертника необычайно привлекательны.

— Переходите к делу, — махнул я рукой, устало потирая веки.

— Если вы присягнете на верность дому Мараал, то вас ждёт безоблачное будущее. Ресурсы, материалы, деньги, женщины, — Кай вдруг махнул головой в сторону насторожившейся Дианы. — Вам будет доступно многое. Остальное же будет зависеть от вашего таланта, вашего усердия и дальнейших достижений. Мы готовы рискнуть. Заметьте, лейтенант, — заострил поверенный своё внимание. — Мой господин нечасто так поступает. Вы его сильно заинтриговали.

Да срать как-то на твоего господина. Ни подробностей, ни деталей, ни мелкого шрифта. Видимо, местных простолюдинов тут и вправду считают за глупый скот.

— А как же дом Хаззак? — загадочно хмыкнул я, вспоминая вчерашнюю речь. — Если не ошибаюсь, то уважаемая Нефрит Ксанта что-то о таком упоминала.

— За это можете не переживать, — расплылся в располагающей улыбке сатир, медленно вынимая из внутреннего кармана конверт, который стал медленно разворачивать на глазах. — Вам лишь следует подписать этот документ и принести клятву доминирующему дому Мараал на моей стихии. Обо всём остальном позаботится господин. Можете быть уверены, что лорд Хаззак не станет препятствием.

Ирззу-распутницу мне в жены! Видит Ярвир, я сейчас расплачусь от столь необъятной щедрости. Да меня же поиметь хотят!

Если честно, то видя его наигранно довольную физиономию практически сразу захотелось послать его поглубже в задницу, но не удалось этого сделать, потому как буквально через пяток мгновений спустя из-за дверей раздался до боли знакомый властный женский выкрик.

— Прочь с дороги, Сеос! Иначе удавлю! — рявкнули разъярённо снаружи. — Ты кем себя возомнил? А ну пшёл вон!

Заслышав данный голос и два хлёстких удара, поверенный вдруг не на шутку забеспокоился, засуетился и попытался поторопиться, попутно с этим всучив мне в руки бумагу и странного вида ручку.

— Вам лишь нужно подпис…

Именно в таком виде нас и застала грозная девица.

Дверь с глухим треском заскрипела и попросту слетела с петель. Первым в помещение вкатился изрядно потрёпанный сатир, а следом вошла и знакомая аристократка.

Обтягивающий весьма сексуальный походный костюм. Деловые очки. Длинная тугая коса, которая крепилась к талии странным жгутом. Сапоги на невысоком каблуки. Яркие янтарные глаза.

А эта мегера чего здесь забыла? Дайте угадаю, она тоже по мою душу? Что-то мне кажется, что столь дерьмовая популярность мне аукнется.

На удивление вошедшая практически сразу поняла в чем дело и свирепо взглянула на слегка недовольного поверенного Мараала.

— Совсем страх потерял, Кай? Твой правитель решил нарушить приказ госпожи Ксанта? — угрожающе выпалила блондинка, а после скосила глаза вначале на валяющегося под ногами Сеоса и дриаду. — Прочь отсюда! ОБА!

— Он может проваливать, — вклинился я в разговор, кивком указывая на почти бессознательного помощника Кая, — а она останется.

На секунду в глазах у девицы вспыхнуло презрение, но сдержав себя, та лишь фыркнула:

— Тогда сделай так, чтобы я её не видела.

— Без проблем, — пожал я плечами.

Пока «Осколки» утаскивали прочь почти бессознательного сатира, я с демонстративным видом снял с себя плащ и накинул его на голову насупившейся Диане.

— Так сойдет?

Однако мой выверт та проигнорировала и с растущим раздражением взглянула на поверенного.

— Ты оглох, что ли, Кай? Пока я добрая… катись отсюда!

— Гемера свидетельница! Такими темпами, Маннисса, ты никогда не найдешь себе мужа, — ухмыльнулся провокационно сатир. — Сама виновата, что так долго возилась. Правда, меня терзает вопрос, что здесь забыла дочь главы доминирующего дома? Твой отец настолько низко тебя ценит, что отправил за бывшим смертником? Или он настолько высоко ценит его?

Занятно. Весьма занятно. Так она дочь Хаззака, оказывается. Теперь понятно, почему в прошлый раз Гаман с такой боязнью стрелял в неё глазами. Она же выше него по всем фронтам.

Лишь по одному скривившемуся личику стало ясно, что Кай попал в точку, но всем на удивление Маннисса сдержалась.

— Проваливай давай, — гаркнула сурово она. — Это последнее предупреждение.

— Боюсь, это всё равно не поможет, — расплылся в широком оскале терат, медленно удаляясь на выход. — Лорд Мараал заинтересован в его родословной. Да и не он один, как посмотрю…

Не успел тот закончить, как в отдалении появились еще несколько индивидов, по одежде во многом похожие на самого Кая.

— Я же говорил, — весело рассмеялся он, подхватывая под руку помощника. — Задумайтесь над моими словами, лейтенант, — нарочито громко выдал он у всех на виду. — Пара дней у вас еще есть.

— Посмеешь связаться с ними, простолюдин, и я лично тебя прикончу! Тебе ясно⁈ — выдохнула мне в лицо дочь Дэймона, а после сделала несколько шагов вперёд и, взглянув на троицу прибывших, громко рявкнула. — ПРОВАЛИВАЙТЕ ВСЕ! ВЫ ОПОЗДАЛИ!

Чтоб мне провалиться! Еще одна стерва на мою тощую задницу! Проклятье! Что за бардак? Сутки назад я был бесправным приговорённым, а сейчас имеется целая толпа охочих заполучить меня. Похоже, настрой здесь меняется быстро не только у женщин, но и у всех власть имущих.

Стоило охотникам за моей задницей свалить восвояси, как Маннисса резко обернулась в мою сторону.

— Даю тебе полчаса на сборы! — в приказном тоне заговорила она. — Как понимаю без своих друзей и… трофея, — скривилась брезгливо она, глядя на дриаду, — ты уходить не намерен. Собирайте свои пожитки и бегом к воротам. Воздушное судно дома Хаззак наготове. Но знай одно… лейтенант, — вдруг скривилась она. — Для меня ты по-прежнему бесправный смертник. Не надумай себе лишнего. Насчет тебя я в корне не согласна с отцом, но решать ему. Отныне ты часть дома Хаззак. До безобразия мелкая и практически невидимая часть. Полчаса! — заключила грубо она. — Время пошло!

Похоже, в одном Кай был прав. Мужика она вряд ли когда-нибудь себе отыщет, но долго ли она сможет кичиться своим гонором?

«При первом удобном случае предлагаю выпустить этой стерве потроха! – раздался в голове рассерженный голос Руны. — Или давай сдадим её в самый дешевый бордель… Портовый!»

«Неплохая идея.»

— Куда мы направимся? — спокойно вопросил я.

— Ты разве не слышал уважаемую госпожу, смертник? — не поворачиваясь отозвалась она. — Обратно в военный лагерь. Пройдешь оценку в походном лагере боевой ассоциации. Покажешь там всё, что можешь и умеешь. Там же получите вольные, а маг-клеймитель снимет с вас отметины приговорённых. После с тобой желает поговорить отец.

Вот же стерва высокомерная! Правда, чем дольше я наблюдал за Манниссой, тем отвратнее становилось на душе. И это касалось отнюдь не предстоящей оценки или же факта получения ранга. К тому же кое-кто не разделял моего разочарования и вовсю праздновал предстоящее событие и вкус свободы.

Все «Осколки» находились вне себя от счастья.

— Видит Инферно, я считал, что сгину в той дыре! Благодарю тебя, Ранкар, — выпалил радостно Рамас, хватая меня за плечи. — Я ошибался. Крупно ошибался на твой счет. Я рад, что ребята не послушали меня и не сдали тебя Охмару. Прости меня за это…

Впервые на его физиономии увидел подобные эмоции, а вот мои пребывали в раздрае.

— Может хватит⁈ — раздался из-за спины разъярённый голос целительницы, которая высунула нос из-под одеяла. — Вы свалите отсюда или нет⁈ ДАЙТЕ МНЕ ОДЕТЬСЯ!

Впрочем, все вопли дриады я пропустил мимо ушей, попутно с этим набрасывая дверь обратно на петли, а после негромко обратился к бывшим смертникам:

— На какой руке ставится клеймо?

— Я же показывал, — восторженно выдал Цуг, закатывая до локтя руку. — На левой.

М-да. Всё еще хуже, чем я думал.

Причем судя по нахмурившемуся лбу Дианы, та начала что-то осознавать и полностью показала голову из-под моего плаща.

— У тебя же…

На её заявление пришлось утвердительно кивнуть, а затем и остальные осколки почуяли неладное.

— Всё это хорошо и прекрасно, однако есть два очень важных «но». Во-первых, у меня нет клейма и что я буду говорить магу? — угрюмо изрёк я, мрачнея с каждой секундой, предчувствуя очередную массу проблем, а затем повернувшись к остальным, оголил до локтя левую руку. — Во-вторых, у меня имеется это. Думаю, для всех подобное покажется малость странным. Откуда у обычного смертника пространственный оттиск, который стоит целое состояние?

Холера! То-то благородные удивятся, а уж одна голубокровная змея и подавно. Попробовать свалить куда подальше, что ли?..

Как бы странно и глупо это ни звучало, но от предшествующих проблем я решил не сваливать. Нет, порой случались моменты, когда приходилось отступать. За тринадцать лет в синдикате таких случаев насчитывалась уйма. Но если взять в учёт свои нынешние поступки, обязательства и потраченные труды, то бежать попросту глупо, потому как появилось множество отягчающих обстоятельств.

Во-первых, Диана и моё ей обещание. Мы заключили сделку. Увы, но своё слово я привык держать до конца.

Во-вторых, «Осколки». Так или иначе, мы теперь тесно связаны. То есть, если я умудрюсь свалить куда-нибудь, то не факт, что смогут они. Не смогут и им крышка.

Третье плавно вытекает из второго и первого. Сбежать одному мне ничего не стоит, но утащить с собой остальных, в том числе дриаду, я попросту не сумею. Поэтому план побега пришлось отбросить практически сразу после отбытия из Западного форпоста. Да и на самом воздушном корабле витала весьма напряженная обстановка. Скажем так, сейчас я в некотором роде шел на закланье и тащил за собой остальных, потому как даже примерно не мог представить, что может случиться дальше.

Ко всему прочему впечатлял и наш транспорт, который носил прозвище «Миррета». Гербы, знаки и черно-багровые цвета доминирующего дома Хаззак располагались повсюду. Хоть данное строение лишь отдалённо походило на корабль. Сталь, малость дерева и огромное количество магии. Это небольшое судно чем-то напоминало частично крейсер, частично дредноут и частично дирижабль, а летело со скоростью самолёта. Если коротко, то работало судно на магических кристаллах. Управляла же «Мирретой» тройка одарённых со стихией ветра и пара барьерных магов.

Летели мы чуть выше облаков, но находясь на палубе под заслоном щитов, внизу периодически мелькали весьма разнообразные пейзажи. Удалось даже лицезреть западную коллизию. Правда, с высоты птичьего полета всё выглядело совсем иначе. Огромная территория оказалась объята тем самым тайфуном и простиралась на многие-многие мили. Местами грозовой ураган отсутствовал и столь обширные куски земли ничем не отличались от остальной поверхности. Получалось, что коллизии располагались отнюдь не везде. Имелись и более мирные тропы для перемещения между пантеонами. К тому же издали удалось смутно лицезреть кусочек Аделлума.

Троя действительно являлась небольшой по своим размерам, а располагалась, как и сказал Цуг, прямо на пресечении между двумя враждующими регионами. Впрочем, окружающими красотами я любовался недолго. Мысли по-прежнему были заняты решением наиважнейшей проблемы. И судя по скорости судна прибудем мы в военный лагерь минут через тридцать.

Находился я сейчас в одиночестве. Для этого понадобилось уйти в дальнюю часть корабля и поднапрячься в своих домыслах. В голову лезли самые разнообразные идеи. Вариантов развития дальнейших событий насчитывалось несколько, и один был хуже другого. Будь я хоть немного знаком с законами Ксанта, одарёнными Аххеса, либо же Хаззаком всё стало бы чуть проще, но многие ныне приходилось попросту додумывать и прикидывать на пальцах. Благо фантазия у меня была обширная и достаточно воспалённая.

Однако на моё удивление помощь пришла откуда не ждали. Пришлось спешно выныривать из мыслей и с недоумением смотреть на Диану, которая остановилась рядом со мной, а уже чуть дальше переменилась с ноги на ногу и переглядывающиеся между собой «Осколки».

— Чего тебе? — хмуро спросил я, устало потирая веки.

— Я могу помочь… с клеймом, — как можно тише отозвалась магиня жизни, невольно оглядываясь по сторонам. — Я видела отметины клеймителя на руках у твоих друзей. Постараюсь повторить. Работа там очень грубая, так что, думаю, удастся осуществить данную затею.

— Каким образом? — нахмурился я еще сильнее.

— Ты не забыл, что я целительница? — недовольно прошипела она. — Но суть состоит в том, что я дриада. Некоторые из моих сестре, и я в том числе, умеют управлять живыми тканями организма. Так что с твоей кожей не должно возникнуть проблем. Я сниму копию у Аркаса и нанесу её на тебя с твоими инициалами и номерным знаком заключенного, но беда в том, что настоящая печать исчезает сразу после её снятия, а наша будет только фикцией. Тебя могут сразу раскрыть.

Проклятье! Да это не проблема совсем.

« Руна, данное действие относится к моим повреждениям? Сможешь мгновенно исцелить иллюзию Дианы?»

«Сил у меня немного, — задумчиво пробормотала спата, — но секунд за пять управлюсь. Это же не смертельное ранение. К тому же… я кушать хочу.»

Мириада сраных бед! Ответ находился под боком, а я за каким-то причиндалом ломал себе голову.

«Потерпи еще немного, малышка, будет тебе еда. Обещаю».

« Хорошо бы», — жалобно вздохнула девица.

— Однако даже если у нас получится обмануть мага-клеймителя — это не объяснит того факта откуда у тебя взялся пространственный оттиск, — гораздо тише отозвалась дриада. — Из-за количества поступающих в коллизии приговорённых отметины на преступников ставят сквозь одежду и всем скопом, прямо как… как на животных и их практически никогда не снимают из-за скорой гибели смертников. Боюсь, что за многие десятки лет ты и твои друзья первые, кто удостоится такой чести. В любом случае тебе придётся показать свою татуировку и руку клеймителю. Да и на оценке… — вдруг прервалась Диана, — … тебе придётся раздеться.

Вот как? Что ж, в таком случае выбора и вправду нет.

— Это уже мои проблемы, — спокойно отозвался я. — Есть одна мысль, чтобы выбраться из этой задницы, но нужно будет показать оттиск нужным людям. Так что начинай свои манипуляции. Сколько времени это займет?

— Минут десять, — предположила та, быстро подзывая к себе полубога и остальных.

Отлично. Надеюсь, до военного лагеря успею довести свою авантюру до конца.

— Твоя идея? — обратился я к командиру «Осколков».

— Наша общая, — ответил вместо Аркаса серафим, а вся компания тотчас обступила меня и Диану со всех сторон, закрывая для самых любопытных воителей дома Хаззак обзор. — Постараемся хоть как-то отплатить тебе за помощь.

— Благодарю, — сухо кивнул я всем, быстро закатывая рукав на левой руке, а после посмотрел на целительницу.

Стоило той вновь завидеть татуировку, как девица словно провалилась в прострацию, но практически сразу взяла себя в руки и начала приступать к работе.

— Будет больно, — предупредила она.

— Плевать. Не больнее, чем тебе в прошлый раз, — спокойно отозвался я, наблюдая за тем, как от удивления вздрогнули её брови.

Сенсорное поле распространилось моментально, ибо лишнего внимания тут было хоть отбавляй, а слабое изумрудное сияние уже вовсю объяло ладони целительницы, и та спешно принялась за дело. Пришлось прикрыть веки и отдаться во власть медитации, чтобы полностью отслеживать любую реакцию.

Ох, Ярвир, надеюсь, я не ошибусь в своих суждениях.

Как ни странно, но ни один из воителей и одарённых доминирующего дома Хаззак даже не шелохнулся в нашем направлении. Присутствовала пара косых взглядов, но на этом всё. Честно признаться, в глубокой медитации время шло быстрее, нежели чем в динамической. По моим ощущениям миновало не более десяти секунд, но заметно уставший и запинающийся голос дриады твердил об обратном.

— Г-готово… Надеюсь, поможет…

Хватило одного взгляда на руку, чтобы удостоверится в её словах. Теперь клеймо на моей руке во многом напоминало отметины остальных бывших смертников.

— Почему сразу не сказала мне о таком? — сухо поинтересовался я, бережно подхватывая целительницу на руки, чтобы та ненароком не улетела за борт воздушного судна.

— Ты же… ты же не забыл, что натворил? — с холодком изрекла та, но взор не отвела.

— Не спорю, моя вина в случившемся есть, и я отнял у тебя нечто ценное, — спокойно кивнул я, параллельно с этим отслеживая на лицах «Осколков» тотальное непонимание нашей беседы. — Но и ты многое получила взамен от меня. Причем достаточно весомое.

— Лишь по этой… причине, — слабеющим тоном молвила она, — мы сейчас с тобой и… разговариваем.

Некое подобие сделки, значит? Что ж, да будет так.

На все её заявления я лишь слабо усмехнулся и вновь утвердительно кивнул, как можно аккуратнее передавая девицу в руки полубога, а затем закатав рукав обратно, неспешно направился к капитанскому мостику, где и угадывался один знакомый силуэт.

— Ранкар, ты куда? — с нарастающим изумлением ударил в спину голос Цуга.

— Решать возникшую проблему, — хмыкнул невозмутимо я, ободрительно подмигивая бывшим приговорённым, которые находились в неком замешательстве. — Не переживайте. Скоро вернусь.

Весьма рискованно и опасно, но иного выхода сейчас не вижу. Побег не дело. Рвать жопу в одиночку в данной ситуации не выйдет, потому как сил не хватит. Впрочем, имеется еще один вариант. Очень авантюрный и еще более непредсказуемый. Если не можешь разобраться с бедой, постарайся переложить её на другого. На того, на кого с некоторых пор ты будешь работать.

— Проход на капитанский мостик закрыт! — с полным безразличием отозвался один из воителей, охраняющий вход. — Вернись назад.

— Мне нужно увидеть Манниссу, — спокойно заговорил я, пытаясь пройти дальше.

— Госпожу Манниссу, — холодно поправил меня второй, пронзив мою физиономию пренебрежительным взглядом. — Знай своё место… отребье! Прояви больше уважения.

Так-так-так! Да здесь слишком исполнительные ребята.

Проклятье, одно лишь плохо. При любом таком враждебном выверте эмоции и проклятая кровь выходят из-под контроля.

— К ней есть дело. Очень срочное, — с наигранным расслаблением добавил я. — Доложи, что прибыл Ранкар. Пусть она… примет решение.

— Тебе сказано проваливать вниз! — повысил голос первый. — Не безранговому смертнику указывать нам, что делать.

Безранговому смертнику? Ах, точно! Свою новую одежду я отдал Диане взамен её старой порванной, поэтому пришлось облачаться в свои былые обноски. Да и похожи эти тупицы понятия не имеют зачем их корабль прибыл в форпост. Точнее за кем.

— Если не послушаю, тогда что будет? — осклабился весело я, начиная отдаваться во власть скверного характера и делая шаг вперед.

— Последнее предупреждение! — процедил сквозь зубы воитель, грубо двинув кулаком мне в грудь.

Оба закалённые вершители. Судя по аурам оба достаточно сильны. Правда, не так сильны, как Сиана, а это всё меняет. Им же хуже. Я уже устал пресмыкаться перед каждым встречным. Да и дверь хоть и из металла, но, думаю, получится.

— Катись к демонам, сраный…

Как же достали такие уроды!

— Тебе надо… ты и катись! — ощерился свирепо я, перебивая того на полуслове.

Клин тотчас был ослаблен и состояние неистовства частично поглотило своего хозяина.

Достаточно было сделать стремительный шаг влево, и правая стопа со всего маху припечатала в грудь первого воителя, по инерции отправляя его в дальнее плавание по коридору, вначале раздался глухой удар и следом скрип металла, отчего дверь прогнулась.

— ТВАРЬ!

Второй успел схватиться за рукоять оружия, но Гамма упёрлась в эфес вражеского клинка, не дав тому быстро вырвать его из ножен, а затем всё оказалось делом техники. Теперь уже левая нога со всего размаху отбросила воителя прочь.

Долю вдоха спустя вновь разнесся глухой удар и дверь вместе с двумя охранниками, прогнувшись внутрь, слетела с петель, а я, загнав эмоциональный клин обратно, неспешно шагнул вперёд.

— ДА Я ТЕБЯ… — зарычал разозлено вершитель, пытаясь вскочить на ноги, но серповидное лезвие, остановившееся у его горла, не дало сделать идиоту опрометчивый шаг.

— Если не хочешь, чтобы я отрезал твою тупую башку, либо же лишил тебя твоего крошечного причиндала, то лежи смирно и не рыпайся!

Впрочем, нужно отдать должное охране мостика, да и корабля в целом. Через пяток секунд меня уже окружили со всех сторон как высокоранговые воители, так и маги.

— КАКОГО ДЕМОНА ТЫ ТУТ УСТРОИЛ⁈ — заорала злобно Маннисса, рванув в мою сторону. — УБЕРИ ОРУЖИЕ! ЖИВО!

Ну всё, дрянь высокомерная, сама напросилась! Насрать мне какого ты там положения и сословия. Я уже и так на взводе.

— Научи своих людей манерам! Даже у простолюдина их больше, — холодно отчеканил я, глядя ей в глаза. — И прекрати кричать. Если начальник повышает голос, то это плохой начальник, а ты вдобавок дочь главы доминирующего дома. Я лишь хотел поговорить с тобой, а они не хотели меня пускать. Я был учтив настолько, насколько это возможно.

Однако мои резкие слова раззадорили её только сильнее.

— ТЫ ЗАБЫЛ СВОЁ МЕСТО, СМЕРТНИК? ТЫ КЕМ СЕБЯ ВОЗОМНИЛ⁈ — прошипела та, сквозь зубы, угрожающе приближаясь ко мне. — Я лично запретила кого-либо сюда впускать.

— Я уже не смертник, а лейтенант Ксанта… уважаемая госпожа, — с сочащимся холодом изрёк я. — Вы об этом в курсе. Да, я простолюдин. Да, я грязь у тебя под ногами. Но не по своей воле я был направлен в ваш дом! Не по своей воле я нахожусь здесь! Не для того я грыз земли в коллизии, чтобы выслушивать ущербные лекции от двух безмозглых охранников мостика. Надеюсь, ты не забыла, что всё происходящее приказ Нефрита Ксанта. Если так желаешь, то, как только увижу лорда Хаззака, то попрошу его лично направить меня в другой дом. Даже будь это младший. Теперь слово за тобой!

Не знаю, что её напрягло больше, прозвучавшая правда, слова о Нефрите, либо же предшествующая просьба к её папаше, но на глазах та взяла себя в руки и через мгновенье остановилась в паре метров от меня.

— Что тебе нужно? Говори!

— Не здесь, а наедине, — спокойно проговорил я, загоняя Гамму за поясницу обратно в ножны.

В глазах у дочери Дэймона вновь вспыхнуло пламя гнева, но тяжело выдохнув, та резко кивнула головой в сторону.

— Иди за мной!

— Госпожа, это рискованно! — вдруг отозвался обеспокоенный голос одного из одарённых рядом. — Он ведь…

— Молчать! Или вы считаете, что я не справлюсь с одним безранговым?

— Как прикажете, госпожа, — поклонился ей тот самый маг.

Через минуту мы находились в капитанской каюте, которая располагалась рядом с мостиком и стоило дверям захлопнутся, как она живо обернулась ко мне лицом и резко попыталась прижать к стенке. В последний миг удалось перехватить её руку и вновь заглянуть этой бабище в стервозные глаза, но та словно не заметила такого выверта и усилила натиск, отчего дверь за моей спиной от такого давления начала жалобно скрипеть.

— Еще раз посмеешь заговорить со мной в таком тоне, — выдохнула она мне в лицо, ослабляя свою хватку, — и я тебя прикончу! Сейчас от гибели тебя спасает интерес отца и любопытство уважаемой госпожи Ксанта. Говори, зачем ты хотел меня видеть?

Надо же, так она уже на ранге сокрушителя. Неужели в папашу пошла?

Вместо каких-либо я слов, я отошел в сторону и спиной находясь к девушке, стал неспешно снимать с себя верхнюю одежду.

— Ты что творишь, смертник? Что за вульгарщину решил здесь устроить? Оденься! Паршивец, да я тебя…

Однако договорить своё ругательство до конца она не успела и моментально осеклась. В этот самый миг у неё на глазах я уже освободился от футболки и начал медленно избавляться от черных лоскутов на левой руке, которые играли роль защитных бинтов.

Чем больше исчезало обрезков ткани на предплечье, тем шире становились глаза Манниссы и тем ближе она подходила ко мне, а когда я полностью избавился от всех пут, также неспешно повернулась к шокированной дочери Дэймона.

— Откуда у тебя… это? — ошеломлённо выдавила она из себя, не в силах поверить в увиденное. — Откуда… у тебя… пространственный оттиск? Кто… ты… такой? Кто тебе… его… поставил? И как ты вообще очутился в коллизии… с этим?

— Именно поэтому я для начала хочу побеседовать с твоим отцом, — тихо молвил я, читая в глазах девицы сплошное неверие.

— Ты… ты аристократ? — вдруг вопросила она, с изумлением на лице наблюдая за огромной татуировкой на руке. — Из какого дома⁈

— С чего ты взяла, что я благородный? — нахмурился я.

— Пятая династия… — едва слышно прошептала она, прикрывая на миг веки. — Неужели отец был прав на твой счёт? Похоже, я никогда не перестану удивляться его прозорливости.

Прав на мой счёт? О чем лопочет эта высокомерная бабища?

— Подожди, Ранкар… подожди, — сбивчиво прошептала девица, начиная медленно ходить из угла в угол, словно только сейчас её озарило просветление, между делом то и дело бросая озабоченные взгляды на мою татуировку.

Вот же холера! Послышалось, что ли? Она впервые назвала меня по имени. Не смертник, не приговорённый, не отребье, а просто Ранкар. Расту на глазах! Обосрусь сейчас от такого счастья. Двуличные сукины дети.

— Можно? — вдруг поинтересовалась Маннисса, стрельнув глазами на оттиск.

— Да на здоровье, — пожал я плечами протягивая ей руку.

Сделав шаг вперёд, та попыталась бережено коснуться отметин, но я самопроизвольно подался своем дурному характеру.

— АЙ-АЙ-АЙ! — завопил, что было сил я, корчась от боли отчего девица чертыхнулась и отпрянула прочь, широко расширив глаза от испуга.

— Что… Что с тобой? Что случилось? — быстро стала спрашивать она.

— Да ничего, — развёл я руками, нагло ухмыляясь. — Шутка!

Пару мгновений на её лице читалось непонимание, но секунду спустя та раздраженно скривилась.

— Идиот несчастный! — рявкнула грозно она, грубо схватит меня за предплечье.

В течение минуты Маннисса тщательно осматривала руку со всех сторон и ракурсов. Только что не попробовала её на вкус. Чем дольше она исследовала татуировку, тем сильнее на её миловидном личике отображался шок и трепет. На секунду померещилось, что даже сердце у дочери Дэймона забилось быстрее.

Ну же, стерва, давай. Скажи что-нибудь, что поможет мне разыграть эту партию.

— Откуда оно у тебя⁈ Говори живее! — подняв хмурый взор, быстро спросила она. — От твоего ответа будет зависеть сможет помочь тебе отец или же нет.

Проклятье! Какая всё-таки хитрая бестия.

Мыслей сейчас в моей голове присутствовало огромное множество. Пришлось даже заготовить пару лживеньких историй на будущее. Вот только под влиянием чуйки я ляпнул первое, что забрезжило на задворках сознания.

— С рождения, — спокойно отозвался я и вырвав предплечье из цепких рук Манниссы, стал неспешно наматывать лоскуты ткани обратно.

За дочерью Хаззака я наблюдал вполглаза. Стало сильно заметно, что после прозвучавших слов удивлению девицы попросту не было предела.

Проклятье! Неужели я прогадал?

— С РОЖДЕНИЯ⁈ Во имя всех оберегов… — прошептала то ли опустошенно, то ли встревоженно она, а затем на пошатывающихся ногах дошла до кресла и обессилено повалилась в его объятия. — Ты же… ты же деспот!

Чего⁈ Мириада сраных бед! Или всё-таки не прогадал?

— Отец и вправду никогда не ошибается. Видимо, он почувствовал равного, — пробормотала тихо она, а после резко возвела на меня заблестевшие глаза. — Ты поэтому не подался в боевую ассоциацию?

— Частично. Думаю, такое ненормально, — стал лгать я на пропалую. — Просто… опасался. Кто такие деспоты?

— Не мудрено, — задумчиво буркнула та, запуская свои пальцы в волосы и начиная о чем-то размышлять, но стоило ей заслышать мой вопрос, как она тотчас выпала в осадок и посмотрела на меня словно на идиота. — Ты… ты разве не в курсе?..

Впрочем, уже секунду спустя та тяжело выдохнула и кивнула самой себе.

— Точно… Откуда тебе знать. Ты же простолюдин.

Ни беса не понимаю, но сейчас необходимо раскрутить эту девицу на информацию как можно скорее.

— Объясни, — с наигранной теплотой попросил я, полностью закончив с левой рукой и присев перед Манниссой на корточки.

— Пространственный оттиск можно создать на теле человека, если имеется подходящее снаряжение. Это касается, как доспехов, так и любых орудий, — подалась в рассуждения воительница. — В подпространство можно помещать только артефактное именное оружие высшей категории. Под такой класс попадают только два вида: легендарного и мифического класса. В незапамятные времена существовал еще один класс, но теперь любое упоминание о них под запретом. Так вот помимо легендарного и мифического класса есть те, кто уже рождаются с оружием. Деспоты. Так вот мой отец… — вдруг тише заговорила Маннисса, — Деймон Хаззак… он один из деспотов Ксанта. Он, как и ты, родился с оттиском. Но честно сказать, твой гораздо больше. Странно…

В принципе, насрать на этих деспотов. Я всё равно не один из них. Хотя, похоже, я по своей глупости влип в проблему. Правда, меня больше интересует оружие, которое сейчас находится под запретом. Уж не Руна ли то самое орудие из незапамятных времен? Боюсь, она не зря потеряла память. Да и проспала слишком долго.

«Деспоты… — вдруг раздался в подсознании растерянный и необычайно слабый голос. — Деспоты… Я… я что-то припоминаю, Ранкар… Что-то давно… Очень давно… Всё смутно…»

— У твоего оружия есть имя? — спохватилась резво Маннисса, вскакивая на ноги. — Ты должен знать. Оно должно было явится тебе во снах или же видениях.

Да хрена с два там! Я же лгу, какое там имя. Похоже, всё-таки пришла пора.

« Говори давай, Руна, какое имя тебе по душе? — обратился я к девице, пытаясь отвлечь её от тяжелых дум. — Если уж врать, то врать до конц…»

Однако на моё изумление, та не дала мне договорить и радостно выпалила:

«Альяна! Мне нравится имя — Альяна. Я часто слышу его в твоих мыслях. Хочу его! Расскажешь мне потом, кому это имя принадлежит? Она ведь… умерла, да?»

Стоило прозвучать этим словам, как в груди словно что-то сжалось, а в горле образовался горький ком.

Альяна, значит. Прости меня, подруга, я не хотел упоминать твоё имя понапрасну, но по-видимому, это вновь происки судьбы.

«Хорошо. Позже я тебе обо всём поведаю, — усмехнулся грустно я, соглашаясь с Руной. — Отныне твоё имя — Альяна».

«Ха-ха-ха, — радостно завизжала та. — Спасибо, обладатель, спасибо!»

— Альяна, — спокойно произнес я, отслеживая слабое удивление в глазах Манниссы. — Имя моего оружия… Альяна.

— Альяна? — нахмурилась она. — Впервые слышу нечто подобное. Покажи его.

Ко мне!

Левая рука вспыхнула иссиня-тёмной чужеродной силой, а секунду спустя в ладони уже находилась рукоять спаты с обломком клинка.

— Надо же, — словно завороженная прошептала девушка, с икрящимся взглядом наблюдая за материализацией Руны. — Она… она повреждена или это её истинный облик?

— Повреждена, — согласился с ней, вновь начиная подготавливать очередную складную ложь, но больше этого не требовалось, дочь Хаззака стала фантазировать сама себе.

— Дай угадаю, — вдруг вырвалось у неё. — Ты использовал её в форпосте? Она поэтому в таком состоянии?

Ирззу-распутницу мне в жены! Наконец-то хоть какое-то везение.

— Так и есть, — кивнул расслабленно я, развеивая Альяну.

— Пятая династия… — изумлённо пробормотала Маннисса. — У тебя не только имеется родословная, но ты еще и деспот. А ведь многие хотели тебя завербовать именно из-за родословной и твоих навыков боя. Если бы они узнали, что ты еще и обладатель именного клинка, то желчью бы изошли. Особенно Креамх, старая дрянь! — презрительно поморщилась, но миг спустя глаза девицы вновь расширись, и та резко повернулась в мою сторону. — То есть ты… ты сражался не в полную силу?

— Частично.

— Чумного сильфа мне в мужья… — ругнулась девица. — Однако, не всё так радужно, — помрачнела вмиг она, будто что-то вспомнила. — Ты обманул Нефрит Ксанта. Это может плохо кончиться. Надеюсь, отец, умудриться как-то это уладить. Хоть и будет сложно. К тому же я слышала, что она желает лично присутствовать на твоей оценке. Да и многие главы младших и доминирующих домов прознали о тебе. Видимо, спокойной оценки нам не видать.

Твою собачью жизнь! Какого беса ей сдался обычный простолюдин? Эта змея отцепится от моей тощей задницы или нет?

— Но если у отца всё получится, то в нашем доме будет целых два деспота, — с ликующей улыбкой выпалила Маннисса, погружаясь в мечтательные грёзы, а после резко взглянула на настенные часы и рванула на выход. — За мной! Живее! Нужно торопиться. Твоя оценка начнется через два часа, а перед этим тебе необходимо встретиться с отцом.

Чтоб я сдох! Десять минут назад меня даже не считали за человека, а сейчас я важный хрен. Какая всё-таки лицемерная сука эта Маннисса. Боюсь, большинство благородных именно такие.

— ДАЛИД, ПОВЫСЬТЕ СКОРОСТЬ! — стала раздавать приказы дочь Дэймона, за которой я плёлся по пятам. — МЫ ДОЛЖНЫ ОКАЗАТЬСЯ В ЛАГЕРЕ КАК МОЖНО СКОРЕЕ!

— Будет исполнено, госпожа, — тотчас откликнулся один из одарённых ветра.

— Твои… друзья и иерихонская дрянь в курсе? — шепотом спросила она, подходя к капитанскому мостику и бросая взор ниже, где не находили себе места бывшие смертники и целительница.

— А ты как считаешь?

— Значит, в курсе, — выдохнула задумчиво он. — Тогда они пойдут с нами.

— ЖИВЕЕ Я СКАЗАЛА, ДАЛИД, ЖИВЕЕ! — громко закричала Маннисса, оборачиваясь по сторонам на заметно ошеломлённых подчиненных.

С момента нашего появления вместе, те не сводили свои взоры с меня и своей необычайно переменившейся хозяйки.

— КРИСТАЛЫ НА ПОЛНУЮ МОЩЬ!

Что ж, ставки сделаны — ставок больше нет. Жребий брошен, получается…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Ставка командования доминирующего дома Хаззак.

Пятнадцать минут спустя…

После захвата Западного форпоста в военный лагерь Дэймон Хаззак, как и многие главы доминирующих домов, вернулся поздней ночью. Сражения в Бойцовских Ямах продолжились до раннего утра, но большинство благородных не стали ждать столь долго. На фоне ошеломительного выступления бывшего смертника, прочие схватки выдались не столь интересными. Аристократы весьма скоро потеряли интерес к происходящему. Первой же, так называемое празднество покинула Нефрит Ксанта, а следом потянулись и остальные.

Однако наигранная скука являлась не более чем сладкой сказкой. Глава дома Хаззак осознавал, что простолюдин привлёк слишком много внимания. Креамх из-за своего стервозного характера не спустит такого оскорбления, выходку Ранкара она посчитает позором и ударом по своей репутации, а Мараал слишком ценил гладиаторов и не упустит ценный актив. Помимо данной парочки есть еще и оставшаяся пятерка. Неизвестно, что может взбрести им в голову. К тому же этот хитрец Ян во время схваток выбрал в противники парню не абы кого, а Сиану. Девчонка ныне хоть и не так сильно, но всем прекрасно известно, кем она является на самом деле.

Мало того, что приговорённый внёс огромную лепту в захват Западного форпоста, но и вдобавок ко всему оказался на редкость сильным бойцом с выдающейся родословной берсеркеров… Вот только парень та самая редкость не в толпе простолюдинов, а среди касты знати. Своими выкрутасами он смог заткнуть за пояс многих наследников благородных. Теперь так просто его не выпустят из цепких лап. Лишь на первый взгляд из бывшего заключенного может получится высокоранговый мастир-эссенциал. Такие активы на дороге не валяются. Необходимо облагородить самородок и вложить в него немного ресурсов для продвижения. Стандартная практика всех благородных из любых пантеонов.

Невзирая на войну между Ксантом и Аделлумом на гениальных разумных ведется охота постоянно. Как говорят в Аххесе: «Бойня бойней, но влияние и сила дома обязана быть первостепенной».

Именно для этого пришлось отослать один из кораблей с Манниссой во главе, чтобы пресечь всякие недоразумения.

— Впрочем, зная её норов, — вслух пробормотал Дэймон, тяжело выдыхая и бросая взгляд на проекционную карту. — Она может что-нибудь натворить. Возможно, стоило отправить кого-то из поверенных?

Однако каково было замешательство главы, когда эссенция в его теле слабо всколыхнулась и почуяла вначале одну знакомую ауру, а следом и другую, и мужчина с неким недоумением взглянул на вход в кабинет.

— Хм… Интересно.

Прямо сейчас его дочь напоминала сумасшедший вихрь… Вихрь, подлетевший прямиком к его столу. На миг Дэймону даже показалось, что она торопилась. Зная холодный и относительно свирепый нрав Манниссы, Хаззак был несколько озадачен.

— Отец, у меня… у меня важное донесение для тебя, — со слабой одышкой пробормотала аристократка.

— Я чувствую смятение и волнение, дочь моя. Это что-то новенькое. Тебя редко можно увидеть такой. Только не говори, что ты отнеслась к моей просьбе спустя рукава? Возникли какие-то проблемы? — строго вопросил мужчина.

Лишь через секунду к девушке пришло осознание, что она позволила себе лишнего и поджав виновато губы, та быстро сделала пару шагов назад, принимая свой былой отстраненный облик.

— Вот, — усмехнулся мужчина. — Теперь я узнаю свою дочь. Что стряслось? Тебя кто-то опередил?

— Вовсе нет, — отрицательно замахала та руками. — Несколько алчных ублюдков решили нас обскакать, особенно Мараал, но я поставила их на место.

— Молодец.

— Я прибыла к тебе насчёт Ранкара, отец, — скороговоркой выдала воительница.

— Я уже понял, — хмыкнул понимающе глава, глазами указывая куда-то в сторону. — В противном случае ты бы не притащила его и его друзей сюда. Мне послышалось? Ранкар? — с наигранным удивлением полюбопытствовал мужчина. — С каких это пор ты называешь его по имени? Пару часов назад ты поносила его на чём Альбарра стоит.

— Я не права, отец, — тотчас призналась благородная, кусая губы от нетерпения. — Вы… как и всегда были очень прозорливы. Обещаю, что более никогда не стану перечить вашему слову.

От услышанного брови мужчины вдруг взметнулись вверх и тот с удобством устроился на кресле.

— Во имя всех оберегов! Неужели мне послышалось? Моя непокорная дочь говорит такие слова. Как понимаю, причины имеются более чем весомые и связаны они… с ним? — глава пальцем ткнул в сторону входа. — Просвети меня, дочь моя, о чем я не знаю?

— О многом, — с широкой улыбкой отрапортовала девушка, чем в еще больший шок повергла родича. — Вы будете изумлены. Позволите, отец?

— Я уже изумлён твоим поведением, — фыркнул беззаботно Дэймон, утвердительно кивая и давая своё разрешение.

— Это всё мелочи, — махнула рукой аристократка, а затем чуть повысила голос. — Ранкар, войди.

Взгляд Хаззака невольно обратился к входу и уставился на зашедшего новоявленного лейтенанта. С момента сражения в Яме тот никоим образом не изменился. Только выглядел гораздо невредимее. Всё же Сиана доставила парню проблем, но сейчас он смотрелся вполне целым.

— Моё вам уважение, чтимый глава Хаззак, — чуть склонив голову, отозвался бывший смертник.

— Покажи и расскажи отцу всё, что показал и рассказал мне, — с предвкушающей улыбкой выпалила Маннисса.

Дэймон предполагал многое, но он никоим образом не представлял, что у всех на виду парень начнет снимать с себя одежду. Вначале на пол отправилась потрёпанная кожаная кираса заключенного и ножны, следом туда отправились футболка и защитные подкладки. Глава дома уже собирался прекратить этот балаган и сурово посмотрел на дочь, но затем бывший заключенный стал освобождаться от лоскутов ткани на левой руке и то, что мужчина лицезрел за ней повергло в доселе невиданное смятение.

Хаззак неосознанно привстал с кресла, потому как на миг ему показалось, что это всего-навсего мираж. Однако нет. Всё было взаправду.

— Глазам не верю, — усмехнулся неверяще мужчина. — Если расскажу, что умудрённую знать провёл смертник, то никто не поверит.

— Он деспот, отец! — с широкой улыбкой произнесла Маннисса. — Такой же, как и ты!

— Что ж, — пробормотал едва слышно Дэймон, чуть щурясь и надевая на нос очки, внимательно присматриваясь к оттиску. — Похоже, пешка и вправду грозится стать грозным ферзём. — Рассказывайте, — повысил тон Хаззак, быстро набрасывая на всю комнату полог тишины, неспешно возвращаясь в кресло. — Рассказывайте обо всём по порядку. Немного времени перед оценкой у нас еще есть. Боюсь, это, — указал он глазами на руку Ранкара, — всё может в корне изменить. Теперь не знаю рыдать или смеяться…

Говорил я недолго. Возможно, минут двадцать. Безупречно смешивая ложь с мельчайшими крупицами правды. Поведал о выдуманной жизни в трущобах Хиоса, о том, почему не рвался в боевую ассоциацию за рангом, и о том, как попал в смертники, а также о своих успехах в форпосте.

По крайней мере теперь понятно, почему меня пробрало так от Хаззака впервые. Дело обстояло отнюдь не в его силе. Вероятнее всего я или же Руна ощутили нечто знакомое. И теперь понятно, почему моя чуйка ставила именно на него в сражении против безупречных. Хотя по своему потенциалу они гораздо сильнее совершенных. Он деспот. Точнее настоящий деспот, а не поддельный, как я.

— Почему сразу не рассказал? — сухо вопросил Дэймон, стоило мне закончить.

— Опасался, — спокойно ответил я, сидя прямо напротив главы. — На тот момент я желал только выжить. Вы сами в курсе, как аристократы относятся к простолюдинам.

Всё время пока я говорил, Маннисса находилась вне себя от счастья, но стоило ей заслышать мои последние слова как её личико нахмурилось, и она над чем-то крепко задумалась.

Альяна, ты сильнее клинка Хаззака? — спросил я, когда пауза в кабинете затянулась, а Дэймон в это время стал быстро соображать'.

« ЧЕГО⁈ — взъярилась тотчас девица, будто я нанёс ей смертельное оскорбление. — Ты смеешь сравнивать МЕНЯ с каким-то куском рухляди? Легендарный класс? Мифический класс? Да они дерьмо на постном масле! У них даже души нет! Они всего-навсего сгусток силы и кусок металла. Я единственная непревзойденная! Это оскорбление для меня и моих сестёр. Мы неповторимы».

Стоп! Мне послышалось?

«Сёстры? — насторожился я. — О чем ты лопочешь?»

«Что такое? — с полнейшим недоумённо изрекла та. — Какие сестры? Ты о чем?»

«Ты упомянула сестёр. Только что».

«Сёстры? — рассеяно пробормотала девица, словно силилась что-то вспомнить. — Да… Очень давно… Кажется у меня были сёстры… Когда-то… В прошлом…»

Впрочем, пришлось отвлечься от всех бесед с Руной, потому как раздался тихий голос главы дома:

— Маннисса, мага-клеймителя. Срочно!

— Сию секунду, отец, — выдала та, со скоростью ветра покидая кабинет.

— Слушай внимательно, Ранкар, — решил просветить меня Дэймон. — Чтобы убавить количество вопросов я лично сопровожу тебя в походный храм ассоциации.

Как понимаю, глупо спрашивать, как именно тестируют воителей. Я и так сплошная загадка. Придётся схватывать на лету.

— С пространственным оттиском у каждого встречного возникнет множество вопросов. Это я молчу о том, что даже припомнить не могу, когда в последний раз среди простолюдинов рождался деспот. А ты смог скрываться на протяжении всей своей жизни. В общем, я попытаюсь сбавить накал, но выйдет очень плохо. Когда все прознают о тебе, начнется самый настоящий бедлам. Деспот чересчур желанный актив.

Что ж, как я и думал, он неплохой мужик. Совсем не чувствую от него негативных эмоций.

— Благодарю вас, чтимый глава Хаззак, — кивнул я ему.

— Боюсь, о таком обращении ты вскоре сможешь забыть, — хмыкнул весело Дэймон. — Если официально признают деспотом, то у тебя появятся кое-какие привилегии и ты перестанешь быть простолюдином. Достаточно и того, что будешь ко мне обращаться, как к главе дома.

— Еще имеются какие-нибудь советы? — серьёзно спросил я.

— Не лги на оценке. Всё равно не получится, — спокойно заявил совершенный. — Точнее, не скрывай свою силу. Покажешь там пик своего нынешнего развития. Если начнешь юлить, то боюсь это может не понравиться наблюдающим. Думаю, ты в курсе, что на твою оценку пожалует Нефрит Ксанта.

Стерва неугомонная!

— Всё ясно, чтимый глава Хаззак.

— Вот и отлично.

Стоило мужчине закончить, как его взор неуловимо дёрнулся в сторону и в кабинет ворвалась Маннисса, которая в прямом смысле слова тащила за ворот мантии какого-то одарённого, и судя по тому, что пульсировало у него в груди и районе сердца… маг оказался очень и очень слабенький.

Завидев Хаззака молодой одарённый поник, заблеял и попытался выказать честь, но Дэймон свёл на нет все его потуги.

— Снимай клеймо, — резко приказал глава, указывая на мою руку. — Живо!

Проследовав глазами за взглядом Дэймона тот на миг нахмурился, но стоило мне повернуться и продемонстрировать свою руку, как клеймитель начал быстро бледнеть.

— Поторапливайся! — повысил тон воитель.

«Альяна, будь готова. Сделай всё как можно правдоподобнее».

В мою сторону маг рванул, что было сил. Еще во время движения руки у него замерцали едким огненным сиянием и коснувшись клейма на моём предплечье тот с силой нажал на отметину, а секунд десять спустя отпустил.

« ДАВАЙ!»

Несколько мгновений совсем бледный одарённый наблюдал за тем, как клеймо абсолютно не реагировало на его потуги. Он даже успел занервничать, но затем облегченно выдохнул. Отметина стала исчезать на глазах, а пяток вдохов спустя растворилась окончательно.

— С-сделано…

— С остальных тоже снимешь рабские печати. Если посмеешь кому-то рассказать раньше времени о том, что сейчас видел, я казню тебя лично, — расслабленно высказался Дэймон. — Всё понял?

— Я в-вас понял, г-глава, — как можно глубже поклонился маг, то и дело запинаясь. — П-позвольте поздравить доминирующий дом Хаззак с п-получением очередного деспота в свои ряды.

— Свободен, — холодно отрезал воитель, медленно поднимаясь с кресла и наблюдая за тем, как маг исчезает в дверном проёме. — Маннисса, пока меня не будет ты за старшую. Разберись с делами и проследи, чтобы клеймитель исполнил свою работу как надо. Ранкар, за мной, — двинувшись вперёд чуть тише добавил Хаззак, покосившись на часы. — Думаю, нам уже пора…

Походный храм боевой ассоциации.

Наблюдательный зал номер семь.

Час спустя…

Наблюдательные залы в любых храмах боевой ассоциации являлись своеобразным всевидящим оком для многих желающих. В поисках талантливых воителей и одарённых благородные отправляли своих верных зениц на демонстрацию, но сегодня всё происходило совсем иначе.

Весть о том, что бывший смертник привлёк внимание голубокровной облетела не только сам храм, она облетела весь военный лагерь и отправилась за его границы! Сегодня нашлось солидное количество желающих понаблюдать за происходящей оценкой, но, увы, попасть в седьмой зал смогли единицы.

Однако теми единицами являлись влиятельнейшие разумные на территории великого дома Ксант.

На удивление последним, кто прибыл на данный праздник жизни оказался именно Хаззак, потому как несколько минут назад ему удалось покончить со всеми делами. Впрочем, стоило мужчине попасть в наблюдательный зал, как цепкий взгляд стал отслеживать всех находившихся внутри.

Все главы и весьма влиятельные благородные из военного лагеря прознав об оценке, прибыли заранее. Дэймон знал многих. Точнее почти всех. Тем не менее появление кое-каких лиц не сулило ничего хорошего. И дело было отнюдь не в Креамх. Проблема исходила из её компании. Нимфа гор находилась в обществе очень опасных разумных. Это Хаззак знал наверняка.

Кто-то создал группы, кто-то был в паре, но в одиночестве в противоположных углах небольшого зала находилось всего-навсего две женщины. Те стояли прямо у тёмных стёкол и наблюдали за всем, что творилось внизу. И будь воля деспота он бы ни за что не захотел иметь ни с одной, ни с другой ни малейшего дела.

Вот только судьба решила за него.

— Дядя Дэймон, подойди. Составь мне компанию, — раздался властный, но в то же время чуточку теплый голос Кайсы. — Не ожидала, что ты прибудешь последним.

— Прошу меня простить, юная госпожа, имелись неотложные дела. Произошли кое-какие изменения и стоило уведомить некоторые официальные лица об этом. Имеются какие-нибудь хорошие самородки? — поинтересовался глава дома, оглядываясь по сторонам.

Зал ассоциации был огромен и сейчас во многих зонах шла оценка прорвавшихся до этого воителей.

— Сплошь мусор! — заключила с досадой горгона. — Ничего выдающегося. Ну и? Когда всё начнется? Где он?

— Мне кажется, уже начинается, — тихо отозвался Дэймон, указывая пальцем себе под ноги, сквозь тёмное стекло.

Неуловимым образом многие власть имущие двинулись вперёд и привстали со своих кресел и мест, потому как у них на глазах стало происходить нечто необъяснимое и попросту невероятное.

Двери с громким хлопком отворились и один из смотрителей на всём ходу рванул в освободившуюся зону, где двойка артефакторов дожидалась следующего кандидата. Ошеломлённый проверяющий что-то зашептал на ухо управителям и с каждым произнесенным словом они становились более растерянными.

— Дядя, что за изменения? — почуяв неладное, решила осведомится Кайса.

— В этом и состоит проблема, юная госпожа, — поджав губы, негромко отозвался мужчина, набрасывая на себя и девушку полог тишины. — Мы кое-чего не знали. Тот смертник оказался не так прост.

— О чем вы? — насупилась Нефрит, а её волосы недовольно зашипели. — Мне не нравятся сюрпризы, дядя, ты знаешь об этом…

— Знаю, моя госпожа, но обо всём я разъясню позже, для начала смотрите сами, — указательный палец главы вновь устремился под ноги.

Губы девушки приоткрылись, чтобы вновь задать очередной вопрос, но любые вопросы тотчас истаяли, как роса по утру. Именно в этот момент двери отворились и с кривой ухмылкой на губах в дверном проёме появился тот самый смертник.

По правилам ассоциации на испытуемом должен быть минимум одежды, чтобы не препятствовать действию оценочных артефактов, по этой причине выдавался стандартный набор одежды.

Черные тактические штаны. Носки. Черные тактические ботинки. Черная футболка безрукавка.

— Не может… этого быть… — неверяще прошептала Нефрит, не в силах поверить в увиденное, попутно делая резкий шаг вперед. — Откуда у него… это?

То, что прямо сейчас лицезрела Кайса повергло её в шок. Причем шокирована оказалась не только она. Со скоростью света один благородный за другим приближались к обзорным стёклам и проекциям, многие вскакивали со своих мест, чтобы повнимательнее рассмотреть увиденное. Ни один из присутствующих не мог поверить своим глазам.

Гвалт и шум среди заинтересованных аристократов в это самое время лишь нарастал. Кто-то использовал пологи тишины, но это всё равно не помогало.

Количество яростного шепота и пересудов лишь возрастало:

— Что за бред?..

— Откуда такое у черни?..

— Не верю…

— Он же простолюдин…

— Оттиск…

— Целое состояние…

Неистовая буря только возрастала.

— Дядя, объясни! Почему я узнаю о таком только сейчас! — ошеломлённо выпалила горгона с широко открытыми глазами глядя на Хаззака. — Неужели он…

— Так и есть, юная госпожа, — слабо улыбнулся мужчина. — Он деспот! На территории великого дома Ксант появилось еще одно бедствие. Поздравляю вас…

Однако сквозь бурный шум, яростный гвалт и непрекращающиеся пересуды вдруг раздался звонкий и чуточку насмешливый голос. Обращалась всем известная девушка прямо сейчас лишь к одной, к равной себе:

— Милая малышка Кайса, я готова выкупить бывшего смертника у великого дома Ксант прямо сейчас. Без оценки. Мне достаточно и того, что я увидела. Назови свою цену…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Походный храм ассоциации.

Полчаса назад…

Сильные Мира Сего получают и имеют всё. Всё, чего душа пожелает. Это я понимал и раньше, но полностью смог убедиться тогда, когда на пару с Хаззаком мы покинули шатер.

Воздушные корабли я уже видывал, но то, что увидел дальше слегка удивило. Перед нами находился полностью магический автомобиль. Тот парил сантиметрах в десяти над землей и, по-видимому, ожидал Дэймона. Нет, в лагере попадались разные средства передвижения, но такое лицезрел впервые.

Вот тебе и магически продвинутый мир.

Скорость тарантайка развила солидную, не прошло и десяти минут, как мы оказались на месте. Причем ехали в полной тишине. Лишь прокатившись с Хаззаком, я смог наконец-то, понять, каковым по размеру был лагерь. Как и думал, это настоящий город и ранее я видел лишь малую его часть. Небольшую зону.

Теперь понятно, почему благородные обосновались где-то на окраине. Одним словом — крысы тыловые.

Квартал за кварталом, улица за улицей, зона за зоной, корпус за корпусом. Так словно до бесконечности. Воители, воительницы, одарённые, совершенные и представители разнообразных рас. Складывалось впечатление, что за эти жалкие минуты я смог ощутить и впитать информацию на десятилетие вперед.

Именно в этот момент я по-настоящему осознал, что ранее находился на дне пищевой цепочки. Точнее в её непроглядной заднице.

Остановились мы, когда впереди будто на глазах образовался огромных размеров рукотворный храм. По одному виду стало ясно, что возводился он наспех, но даже так маги земли или же те, кто занимался его проектированием, расстарались до невозможного.

Бросалось в глаза то, что рядом с храмом машин похожих на автомобиль Дэймона присутствовало несколько десятков. Не нужно и предполагать, кому могут принадлежать столь драгоценные артефакты. Каждая из них выглядела по-разному и на каждой располагались различные гербы и обозначающие знаки того или иного дома.

— За мной, Ранкар, — скомандовал негромко деспот, быстро поднимаясь по ступеням к одному из входов. — Нужно поторопиться.

Следуя за главой доминирующего дома, складывалось впечатление, что Дэймона знала любая встречная собака. Сейчас сложно вообразить какой властью на самом деле обладает Хаззак. Придётся во всём разбираться заново.

По одним ощущениям мои мерзкие эмоции и проклятая кровь твердили о том, что повсюду присутствовало просто запредельное количество энергии. Их напряженный требовал убить, уничтожить, забрать, похитить. Не знаю, каким образом я держался, но динамическая медитация работала беспрерывно. На всеобщее счастье, после ночи с Дианой состояние эмоций и сраного наследия словно ослабли или же наоборот — насытились чем-то.

Маги, воители, смотрители, управители и разнокалиберный персонал. Уважительные кивки, глубокие поклоны и почтительные приветствия. Всё это абсолютно не волновало Хаззака. Периодически он вяло отвечал тому или иному хмырю. Деспот стремительными шагами пересекал храм боевой ассоциации так, будто это был его задний двор.

Но еще больше внимания уделялось тому, кто с равнодушной миной вышагивал рядом с Дэймоном. То есть мне. Косые взгляды и заметно изумлённые взоры преследовали мою физиономию и спину повсеместно.

Обидно… Обидно до кровавых соплей. Я слишком узко мыслил. Хлебнул дерьма в коллизии и считал, что так будет повсюду. А вот хрен там!

Впрочем, вскоре всё прекратилось. Глава доминирующего дома резко замедлился, свернул налево и чуть ли не с ноги открыл двустворчатую дверь, за которой располагалось несколько смотрителей. Само помещение походило на большую примерочную.

По крайней мере, одинаковой одежды тут было хоть отбавляй.

— Мы прибыли на оценку! — сходу выпалил деспот, взглядом пронзая первого попавшегося под руку управителя.

— Чтимый лорд… Хаззак? Вы? — с растущим удивлением выдал неизвестный терат, на котором красовалась строгая серая униформа боевой ассоциации. — Но мы ждали только безрангового по имени… — схватившись за браслет и активировав проекцию перед лицом, он стал быстро листать куда-то вниз, — Ранкар.

— Я сопровождающий. Простолюдин Ранкар здесь, — указал тот на меня глазами. — Его надобно подготовить.

— Вы? Сопровождающий? — изумлению смотрителя не было предела и тот с каким-то шоком посмотрел на меня, а после переглянулся с другими управителями. — К чему его нужно готовить? Он же безранговый. Обычная процедура для таких. Пусть выбирает любой набор одежды из стандартных и ждёт очереди.

— Обычная процедура и безранговый, говоришь?.. — задумчиво отозвался Дэймон, невольно хмыкнув. — Похоже, кто-то решил здорово пошутить. Что ж, я тоже люблю хороший юмор. Ладно, будет вам обычная процедура. Видимо, боевой ассоциации плохо изложили имеющуюся информацию. Тогда поделом вам. Ранкар, меняй одежду!

Весьма странные ощущения, когда за твоим переодеванием наблюдает один влиятельный глава дома и несколько растерянных мужиков. Наплевав на всё и пожав плечами, я вначале скинул с себя верхнюю одежду, а после взялся за лоскуты ткани.

— Это же…

Стоило показаться татуировке из-под повязки, как всех проняло. Глаза у тройки смотрителей резко расширились, а их начальник с ошалелым видом посмотрел на Хаззака, затем на меня и следом вновь взглянул на безэмоциональное лицо главы.

— Теперь понимаешь? — бесстрастно вопросил Дэймон, глядя на полностью растерянного воителя.

— Он… он ваш протеже? Это вы… даровали ему оттиск? — гулко сглатывая ошеломлённо пробормотал смотритель. — Или же он…

— Или же, — спокойно декларировал мужчина и после его высказывания на управителей стало жалко смотреть.

Шок, неверие и трепет.

— Нам… нам не говорили. Мы… мы не знали… — запинаясь начал вещать обескураженный служащий. — Что… что оценку будет проходить… уважаемый деспот.

Уважаемый деспот⁈ Ха-ха! Лицемерные ублюдки. Пять секунд назад смотрели на меня как на насекомое.

— Об этом заявляю вам я. Всё понятно? Так и будете стоять, или начнете действовать?

Миг спустя смотрителя будто подменили. Терат развернулся на сто восемьдесят градусов и начал отдавать сбивчивые приказы. То и дело запинаясь в выкриках.

— Уведомьте главного проверяющего! ОЦЕНКУ БУДЕТ ПРОХОДИТЬ ДЕСПОТ! — гаркнул он, опасливо косясь то на меня, то на Дэймона. — НУЖНО ВОЗВЕСТИ ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫЕ СТЕНЫ! ГОТОВЬТЕ НА ИСПЫТАНИЯ ОДРЁННЫХ! ЖИВЕЕ!

За долю вдоха началось бурное оживление, а с пяток мгновений спустя в помещении остался только я и Хаззак.

— Как понимаю, кто-то захотел устроить бедлам на моей оценке?

— Боюсь, что так и есть, — хмуро отозвался деспот. — Я разберусь в этом сам. Твоя задача сейчас показать максимум возможностей. Не щади ни оборудование, ни своих противников. Хотя… — засомневался внезапно тот, оглядев меня внимательно с ног до головы. — За тобой я такого не заметил. Просто знай, что новый деспот — не шутки. Хаос обязательно начнется. За последние полтора года ты единственный деспот.

Держи карман шире и двумя руками. Ага, как же, деспот… Фальсификатор я, чтобы меня бесы драли!

— Как скажете, чтимый глава, — расслаблено изрёк я.

— Так или иначе, но свою работу я сделал. Ассоциация всё подготовит. Пойду собирать урожай, — хмыкнул с неким довольством он, но вдруг лицо его неуловимо омрачилось. — Правда, для начала предстоит более сложная задача.

— Уважаемая госпожа Нефрит Ксанта, не так ли? — пробасил я, неторопливо заканчивая с одеждой и шнуруя как можно туже ботинки.

— Ты солгал, а она поверила. Врать голубокровным чревато. Она может воспринять это как оскорбление. Поэтому если хочешь жить, то попробуй удивить её еще чем-то. Об остальном я позабочусь. Уяснил?

Холера! Да последние дни только тем и занимаюсь. Чувствую себя шутом гороховым.

— Более чем, чтимый глава, — чуть склонил я голову.

— Тебе дальше. Не заблудишься, — указал тот глазами на левый проход, а после неспешно повернулся ко мне спиной. — Мне тоже пора…

Не припомню, когда чувствовал себя столь одухотворённым. Невзирая на динамическую медитацию, которая продолжала сдерживать эмоции и проклятую кровь, настроение оказалось на удивление приподнятым. К дверям, к которым вывел левый коридор я подошел в одиночестве. Впрочем, за несколько секунд до этого у меня на глазах один из знакомых смотрителей рванул вперед, не забыв ошпарить мою физиономию заметно ошалелым взором.

Прождал я недолго, потому как красное сияние кристалла над дверьми, которое сменилось на зеленое, и отворившиеся двери говорили сами за себя. Не найдя ничего лучше, я с кривой гримасой на физиономии, шагнул в сторону огромного зала.

Тут уже проводились десятки оценок разнокалиберных воителей, обслуживающего персонала было и того больше, а метрах в десяти я заметил того самого суматошного смотрителя. Терат неизвестного вида пытался что-то втолковать одному из артефакторов, но завидев меня тот с ошалелым видом застыл, а после за каким-то бесом отвесил звонкую оплеуху воителю.

— Идиот! — прошипел яростно главный старикан. — Почему раньше не уведомили⁈ Почему только сейчас⁈ Вы хоть знаете, кто за нами наблюдает? Здесь цвет Ксанта…

Честно признаться настроение хоть и являлось нормальным, но ощущался некий дискомфорт, стоило перешагнуть через порог зала.

Во-первых, количество разумных над головой сбивало с толку. Не знаю почему, но скопление сил сверху оказалось запредельным и это лишь сильнее раззадоривало кровь и эмоции.

Ну а во-вторых, с момента появления в новом мире, я никогда не позволял себе щеголять в таком показушном виде, так еще и без оружия. Одежда ассоциации являлась более чем комфортной, но выставлять на всеобщее обозрение иссиня-черную татуировку, которая занимала всё левую руку, совершенно не хотелось. От слова совсем.

Тем не менее для стенаний стало поздно. Сквозь многие барьеры в храме я почувствовал, что над головой за оградительными стёклами начался тотальный хаос. Причем аналогичное происходило и в самом зале.

Многие оценки попросту останавливались на глазах, стоило пройти мимо, а куча неизвестных хмырей без какого-либо смущения пялились в моём направлении.

— Куда пялишься? На мне цветы выросли, что ли? Пространственного оттиска никогда не видел? — холодно осведомился я, глядя на первого встречного управителя, который в полном замешательстве смотрел на мою левую руку.

Но вместо каких-либо слов или извинения тот неуловимо сглотнул и слегка поклонился.

Абсурд какой-то! То-то они удивятся, когда узнают, что я безранговый и простолюдин в придачу.

— Ранкар, не так ли? — сухо осведомился главный артефактор, когда я подошел к нужному месту. — Простолюдин? Место рождения Хиос? Территория доминирующего дома Креамх?

— Так и есть, — кивнул я.

— Безранговый?

— Так точно, — вяло отозвался я.

— Оттиск, дарованный или же… врожденный? — стал переходить к сути управляющий, попутно с этим всё протоколируя на проекционной модели, но слегка дрожащие руки выдали его нервозность с потрохами, и он с какой-то тревогой косился наверх.

Чем дольше он говорил, тем больше внимания привлекала моя скромная персона. Некоторые полностью отвлеклись от оценки и стали наблюдать лишь за нашей зоной. Впрочем, внимания стало на порядок больше, когда прозвучал вопрос о врожденности, а все присутствующие затаили дыхание, дожидаясь моего ответа.

— Врожденный, — чуть тише ответил я.

Реакция не заставила себя долго ждать и шепчущейся волной прокатилась по залу:

— Деспот…

— Пятая династия…

— Новый деспот…

— Простолюдин и деспот…

Казни сущее, Ярвир! Прям уши вянут. Захлопнитесь вы там уже!

Но внутри непомерно раздутое эго почесалось от важности. Люблю, когда меня целуют в задницу. В этом мире такое впервые.

— Поднять щиты! Возвести стены! — скомандовал вдруг управляющий, с недовольством озираясь по сторонам.

После его команды вокруг нашей зоны стали возводиться защитные барьеры, а в метре от них из-под пола стали подниматься оградительные стены. На миг всё потускнело, но через секунду стали вспыхивать осветительные кристаллы.

Всем на удивление стены поднялись не до самого верха. Те, как нельзя хорошо, оставили замечательный обзор для разумных, кто находился над головой.

Вот теперь я и вправду как зверушка в цирке. Выступаю всем на потеху. Ладно, будут и на ваших улицах поминки. Обещаю.

— Так как вы безранговый, то введу вас в курс дела, — подался в объяснения управляющий. — Получение первичного ранга будет проходить в два этапа. Первый этап — мы измерим вашу выносливость и мощь тела. Как понимаете, испытуемый, для воина тело — главное оружие. Использовать можно лишь физические данные. Способности деспота под запретом. Использование родословной дозволяется. Если она у вас есть, само собой. Вам понятно?

— Более чем, — отозвался тихо я, потирая веки.

— Второй этап заключается в том, что нам надо увидеть ваши навыки, способности, скорость, ловкость и силу. Вас будет ждать схватка в подготовленном пространстве. Уже там вы сможете показать всё, что умете и знаете. Всё ясно?

— Более чем, — вновь повторил я, невольно зевнув.

— В таком случае прошу ступить на платформу, — повысил тот тон.

К платформе вели с десяток ступеней, на самой возвышенности всё было усыпано и увешано артефактами, а в паре-тройке метров вдобавок расположилась какая-то магическая арка, похожая на стелу.

Стоило ступить на глянцевую поверхность, как вся округа разом вспыхнула, а громкий голос за спиной ознаменовал о начале первого этапа:

— Начать оценку выносливости тела. Выставить показатели на уровень незакалённого виртуоза. Активировать артефакты! И-и-и-и-и… НАЧАЛИ!

Чего⁈ Незакалённый виртуоз? Вы издеваетесь, что ли, надо мной? А впрочем, ладно, им же хуже…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Походный храм боевой ассоциации.

Наблюдательный зал номер семь.

— Моя милая малышка Кайса, я готова выкупить бывшего смертника у великого дома Ксант прямо сейчас. Без оценки. Мне достаточно того, что я увидела. Назови свою цену…

Женский голос звучал пронзительно, звонко и чуточку насмешливо. Ошеломлённые благородные не осознали до конца, кто позволил бы себе такую вольность в отношении одной из наследниц великого дома Ксант.

Один взгляд.

Второй.

Третий…

Десятки заинтересованных взоров устремились в противоположный конец зала, где в самом углу у заградительного стекла стоял хрупкий девичий силуэт в тёмно-золотых одеяниях Ксанта. Девушка находилась в полнейшем одиночестве. Ни один из присутствующих не смел к ней приближаться.

К тому же цвета обмундирования могли принадлежать только одному из лучших корпусов великого дома. Десанту Ксанта. Вот только никто из тех, кто был причислен к элитному подразделению великого дома не смел говорить в столь развязной манере с голубокровной и прямой наследницей Данакта. Точнее почти никто… кроме одной единственной разумной.

Лишь единицы благородных знали, что решение о причислении данной взбалмошной особы решалось на самом верху. Решалось не абы кем, а главами великих домов. Потому как по-своему авторитету она ничуть не уступала Нефриту Ксанта, а возможно, в чем-то даже превосходила.

— Во имя всех оберегов. Угораздило же их обеих сюда явиться, — едва слышно простонал Дэймон, готовясь к наихудшему, ведь молодая горгона быстро развеяла полог тишины и с раздраженной гримасой посмотрела в направлении соперницы. — Ну, всё, сейчас начнется.

Неладное почуяли все благородные, потому как неуловимым образом между двумя голубокровными образовался длинный коридор, а главы доминирующих домов Ксанта внезапно переглянулись друг с другом.

— Лучше утихомирь свои извращенные аппетиты, Сиана. Всему должна быть мера. Даже для тебя. Мой отец хоть и считаются с главой дома Аванон союзниками, но лично мы с тобой не друзья, — холодно отчеканила Нефрит. — Или таким образом ты насмехаешься над моим домом? Не забывай по чьей воле тебе дозволили присоединится к элитным войскам Ксанта.

— Сейчас речь идёт не обо мне. И не о войне, в которой я решила поучаствовать, — со слабой улыбкой отозвалась воительница, отрывая заинтересованный взор. — Хотя за это вы получили солидную компенсацию. В целом, ваша бесполезная война за четыре года успела мне наскучить. Лишь в последние дни стало происходить что-то забавное, утоляющую мою тоску. И это всё… — девушка с насмешливой ухмылкой прервалась и указала пальцем на смертника, который медленно восходил на оценочную платформу, — … благодаря ему. Великий дом Ксант обязан быть благодарен простолюдину, но ты вместо благодарности попыталась замучить его вчера до смерти, — ехидно отметила голубокровная. — К тебе в руки попал неогранённый алмаз, но из-за своего садистского и избалованного характера ты не знаешь меры. Боюсь, уважаемый глава Данакт может не оценить такой посыл дочери.

— Лучше прикуси свой язык, Сиана Аванон! Это тебя не касается! — отрезала холодно Нефрит, переходя на архаику, а её волосы угрожающе зашипели. — Не смей лезть в дела моего дома.

— Дай угадаю, моя милая, — с широкой улыбкой изрекла воительница, последовав примеру конкурентки та перешла на язык голубокровных и наблюдая за тем, как зрачки молодой горгоны засияли едким изумрудным сиянием . — Ты ведь понятия не имела, что он деспот, не правда ли? Если это так, то прикрой на пару минут свои ядовитые глазки, которые способны всё обращать в камень, и передай его великому дому Аванон, а то ненароком испортишь. Ты слишком часто ломаешь свои игрушки. У вашего племени, а уж у твоей матери и подавно, вечные проблемы с норовом и… зрением, — ударив по больному, осклабилась весело Сиана . — Просто сделай вид, что ничего не заметила.

— Еще раз посмеешь оскорбить мою мать, и я за себя не ручаюсь! — сквозь зубы процедила молодая горгона. — За идиотку меня считаешь? Издеваешься надо мной⁈

— Ладно-ладно, малышка Кайса, не будем ссориться, — снисходительно махнув рукой, сдалась девушка. — Отдай мне парня. Одним деспотом меньше, одним больше, какая в целом разница? Если желаешь, то я могу заплатить. Золото, драгоценные камни, возможно, легендарные ядра чудовищ устроят?

Сейчас в наблюдательном зале в прямом смысле происходило самое настоящее безумие. Присутствующая на демонстрации знать не могла поверить в увиденное. Мало того, что из ниоткуда возник никому неизвестный деспот, так ещё сразу две голубокровные вели ожесточенный спор за него.

— За кого ты меня принимаешь, дрянь неубиваемая⁈ — стала сильнее распаляться Нефрит Ксанта, делая несколько шагов навстречу Сиане. — За вшивую нищенку? Думаешь, я продамся за горсточку монет и ядер? Аванон хоть и занимаете второе место по силе среди домов Аххеского пантеона, но вам не стоит зазнаваться. Разница в нашей мощи невелика. К тому же не забывай, что пять лет назад наш дом не участвовал в Великой Сотне. Хотя знаешь, — вдруг поморщилась брезгливо Кайса. — Я сама готова тебе заплатить, но с тем учётом, что ты свалишь отсюда, как можно скорее.

— Ты прекрасно знаешь, что я не боюсь смерти, моя милая, — расплылась в предвкушающей улыбке воительница. — Я видела её множество раз. Так каков будет твой ответ? Назови свою цену за парня…

Впрочем, ответить на столь провокационный выпад молодая горгона не успела. Раздался громкий пронзительный треск и взгляды всех присутствующих благородных тотчас проследовали к источнику шума и то, что они увидели повергло многих в немое замешательство.

Всему причиной стал новоиспеченный деспот. У всех на виду оценивающие артефакты боевой ассоциации, которые создавали силовое поле повышенного давления для анализа закалки тела, вдруг стали трескаться и рассыпаться на глазах.

От неожиданности обе голубокровные с удивлением уставились на происходящее, а вот Нефрит Ксанта обратила ничего непонимающий взгляд на посмурневшего Хаззака.

— Какого чумного сильфа там происходит? — ошеломлённо пробасил Мараал, подскакивая к тёмного стеклу и чуть ли не носом уткнувшись в его границу. — Я сплю, что ли?

— Надо же, а он еще забавней, чем я себе представляла, — с озорной улыбкой прошептала Сиана. — Какой занятный молоденький деспот…

— НАЧАЛИ! — выпалил громко управляющий.

Поначалу ничего не происходило, но через пяток секунд артефакты начали слабо мерцать и плавно воспарив на уровне моих глаза, создали какой-то силовой барьер, а еще пару вдохов спустя я ощутил, как у меня внезапно… зачесалась спина.

Так я и стоял, наблюдая за тем, как главный управляющий медленно выпадет в осадок.

— Вы их включили вообще? — вспылил грозно артефактор, общаясь к подчиненным.

— Разумеется, — отозвались те разом в ответ, ничего не понимая.

— То есть он… — глаза у смотрителя невольно прищурились и тот обратил подозрительный взгляд на меня. — Вы что-нибудь чувствуете, испытуемый Ранкар?

— Щекотно, — пожал я плечами.

Брови его напряженно дёрнулись вверх и тот тяжело выдохнул себе под нос:

— Обереги свидетели! Это чья-то злая шутка. Уважаемый деспот, а это… это точно ваша первичная оценка? — засомневался он, глядя на магическую проекцию.

— Мне сказали, что ассоциацию невозможно обмануть. Неужели это не так? — провокационно заметил я.

Однако вместо ответа, тот вновь тяжело прокряхтел, повернулся на месте в сторону помощников и обреченно выдохнул:

— Он не виртуоз.

— Но он же безранговый, — тихо пробормотал один из артефактор.

— Да ты просто гений, Тург! А то я сам не вижу! — прорычал раздраженно управляющий. — Повышайте давление по моей команде до незакалённого губителя. Три… Два… Один.

Похоже, они и вправду ничего не знают. Интересно, кто поспособствовал? Креамх или Мараал? Или кто-то другой? Проклятье! Вот сдался им в триста лет и три года один простолюдин!

Парящие артефакты вокруг замерцали чуть сильнее и через секунду я смог ощутить почти неуловимую тяжесть на плечах и в районе груди, но на этом всё. Несколько секунд я простоял на одном месте, а после разлепил веки, посмотрел на ошеломлённого главного артефактора.

— Уважаемый деспот… — вдруг проблеял тот, вымучено улыбаясь. — А вы точно… простолюдин?

— Точнее не бывает.

Несколько долгих вдохов ничего не происходило и в очередной раз устало вздохнув, смотритель вновь заговорил:

— Повышайте до истязателя… — выдал строго он, а после с сомнением добавил — Закалённого.

Кристаллы вспыхнули чуть ярче и давление силового поля начало ощущаться. Стало чуть сложнее дышать, на плечи словно кто-то набросил несколько мешков с песком, а мышцы во всем теле против моей воли стали сжиматься.

Такие метаморфозы не укрылись от внимательного взгляда смотрителя, который расплылся в победоносной ухмылке:

— Как вы себя чувствуете?

Хотелось послать его куда подальше, но в подсознании вдруг зазвучал необычайно возбужденный и отрывистый голос Руны:

«Ты… ты нашел еду»⁈

«Альяна, ты сейчас не совсем вовремя».

«Ну как же? — плаксиво захныкала девица. — Ты же обещал. Я кушать хочу. Голодный паёк меня убивает. Я чувствую, что еда совсем рядом».

Чувствует пищу? Неужели она о…

Взор быстро скосился влево, и я внимательнее присмотрелся к парящим артефактам в метре от себя.

Стоп… Похоже, это кристаллы стихий. Я четко ощущаю от них магию. Руна и их жрать умеет, что ли?

«Ты об артефактах»?

«Да-да! Они! Они самые! — радостно завизжала та, чуть не хлопая в ладоши. — Хочу кушать. Очень хочу кушать. Можешь даже не касаться их. Никто ничего не поймет. Просто распространи своё сенсорное поле, и я высосу их досуха через твою ауру».

«Окружающие поймут?»

«Я сделаю так, что нет.В них в единый миг исчезнет вся сила. Просто „пуф-пуф“, — щелкнула та беззаботно пальцами, — и всё. Ну может… — засомневалась вдруг девица, — … „пуф-пуф-пуф“ и тогда точно всё!».

Опасная авантюра, но плевать как-то. Все должны пытаться, а Руна много раз помогала.

«Тогда по моей команде».

— Чувствую себя замечательно, — осклабился я, предвкушая знатное веселье.

После моих слов испытатель будто вновь выпал в осадок и с нарастающим ошеломлением он посмотрел наверх, словно спрашивая у кого-то дозволения.

— Если… если вы потеряете сознание и не сможете продолжать, — сбивчиво стал говорить управляющий. — То будете считаться выбывшим. Далее вам предстоит второе испытание на первом этапе, а после и сам второй этап. Стоит вам провалиться или потерять сознание из-за перенапряжения, и следующую оценку можно будет провести только через полгода. Вы… уверены?

Ну да, как же. Хрен мне дадут столько ждать. А из-за одной шипящей стервы, я могу столько не прожить, но выбирать сейчас не приходится.

— Уверен, — разминая руки, сухо отозвался я.

— По моей команде, — сдался через пяток вдохов артефактор, глядя на изумлённых помощников. — До вершителя… незакалённого. Три… два… один.

Прямо на глазах артефакты начали раскаляться, а к предыдущим тяготам испытания прибавилось еще одно. Почудилось, что кто-то словно набросил на шею аркан. Было вполне терпимо, но дискомфорт был ужасным. Мышцы сжимались уже более чем наполовину и периодически раздавался подозрительный хруст в суставах.

— Не верю! Это… какой-то абсурд. С безрангового до вершителя. Впервые вижу… такого деспота, — ошалело прошептал управляющий. — Повысьте до… закалённого. Сейчас же!

Похоже, и всем остальным стало интересно на что я горазд. Артефакты вспыхнули с новой силой, а очередная порция давления заставила невольно пошатнуться и сжать зубы. На лбу запульсировали вены, но я как можно шире и всем назло улыбнулся шокированному смотрителю, предвкушая начало потехи.

«Вперед, Альяна. Дозволяю кушать».

«Ха-ха! Наконец-то!»

Всё произошло за долю мгновения. В принципе, можно было и дальше терпеть испытание над собой, но я с наигранным болезненным видом пошатнулся и начал по сантиметру сгибаться в районе спины. Именно в эту секунду всё и произошло, и я смог понять, что означали так называемые «пуф-пуф» Руны.

Вся энергия из артефактов хлынула куда-то вглубь меня и те словно новогодние петарды стали с пронзительными и громкими хлопками разлетаться на куски прямо в воздухе.

Руна! Чтоб тебя! Я тебя придушу при следующей встрече! Какие к бесам «пуф-пуф-пуф»? Это «Бах-бах-бах»!

Всё продлилось всего-навсего с пяток вдохов, а я от нечего делать быстро выпрямился во весь рост и по-простецки развёл руками, глядя за перепуганным артефактором, который с жалобным видом наблюдал за разрушенными кристаллами.

— Это не я. Я не виноват. Совсем. Они сами треснули, — и ткнул носком ботинка один из обломков чуть дальше. — Вы же сами всё видели.

С десяток секунд управитель с полнейшим непониманием переводил затравленный взгляд с меня на осколки под моими ногами и вновь на меня, а после рассеяно выпалил:

— Уважаемый Ранкар? Что… что произошло? Вы… вы хоть знаете сколько они стоят?

— Честно сказать, — с глазами безобидного ребенка отозвался я. — Понятия не имею. Наверное… дорого. Может энергия кончилась?

— Да их хватило бы на десять таких, как вы, — растеряно проблеял управитель.

— Видать, не хватило, — и пожал плечами. — Ошибки бывают. Я вас прекрасно понимаю, — клятвенно я заверил артефактора.

— Будете проходить второе испытание второго этапа на практике! — вдруг холодно изрёк он, с подозрением глядя мне в лицо, а затем резко обратился к помощникам. — ЗОВИТЕ ОДАРЁННЫХ ПРОСТРАНСТВА!!! ПУСТЬ ГОТОВЯТ ИНСТРУКТОРОВ И ИЗМЕРЕНИЕ! — но секунду спустя он вновь повернулся ко мне. — На данный момент ваш нынешний ранг, уважаемый деспот… Закалённый вершитель. Поздравляю!

В гробу я видел такие поздравления. По твой харе понятно, что ты скорее бы пырнул меня вилкой в глаз, чем поздравил!

Однако всем на удивление, включая самого смотрителя, ограничительные стены внезапно задрожали и стали опускаться, а окружающие барьеры начали развеиваться на глазах. Причем в одно из предательских мгновений мне померещилось, что слух уловил знакомый цокот. До боли знакомый цокот женских каблуков. Стоило барьерам исчезнуть и стенам вернуться на законное место, изо рта вырвался протяжный тяжелый выдох, потому как оценочную зону окружили сразу несколько власть имущих великого дома Ксант. Причем среди них на своё удивление я заметил Сиану, которая весело мне подмигнула. Правда, больше удивило то, что она стояла совсем рядом с молодой горгоной. Стояла как равная.

— Моё почтение, уважаемой госпоже Ксанта и всем прибывшим, — буркнул нехотя я, присев на одно колено, а следом за мной безмолвно склонились те, пребывал в зоне.

Такими темпами у меня разыграется радикулит.

Одно только бросалось в глаза. Мрачная, как грозовая туча, физиономия Хаззак. Судя по всему, их фокусы не сулят ничего хорошо. По крайней мере, для меня.

— Я буду лично наблюдать за всем, — раздался властный глас Кайсы, а после её взгляд коснулся моей левой руки. — Подготовьте всё необходимое для усложнения оценки. У нас как-никак юный деспот нарисовался. Юный деспот, который посмел… солгать.

Да вашу ж собачью жизнь! Она действительно издевается. Вцепились в мой зад как клещи кровожадные.

Пока шла оперативная подготовка ко второму этапу я в прямом смысле балансировал на грани жизни и смерти. Во время работы на синдикат такое случалось множество раз, да и попав в Альбарру я несколько… десятков раз мог смело отправиться в мир иной. Но прямо сейчас я как никогда был близок к гибели. То и дело пульсирующий протест явно об этом твердил. Причем флюиды той самой смертельной опасности струились сразу от нескольких разумных.

Первой в очереди на лишение жизни одного нерадивого фиктивного деспота являлась Кайса Ксант. Однако там всё оказалось не так однозначно. Её острое желание кого-то прикончить смешалось с раздражением и интересом. Как понял, девица еще не определилась в целом чего хочет.

Вторые же кандидаты на мою драгоценную жизнь слегка удивили. Ведь я их попросту не знал и во многом те тщательно скрывали свои намерения. Тройка людей в тёмно-синих ливреях и походных плащах. Складывалось впечатление, что они только-только прибыли с дороги. К тому же рядом с ними постоянно ошивалась Лиама Креамх. Нимфа гор вела себя так, словно хотела их ублажить прямо на месте. Того гляди еще упадёт на четвереньки и начнёт лаять по их желанию. А если так себя вела целая глава доминирующего дома, то следует задуматься над последствиями.

Необходимо будет узнать, что это за напыщенные хмыри.

Четверть огромного зала за пару минут превратилась в балаган. Более половины испытаний воителей попросту остановили из-за наплыва знати и снующего во все стороны обслуживающего персонала. Пока я находился в отдалении от всех прибывших, заинтересованные благородные разделились на группы. Креамх с неизвестными хмырями пыжилась и пыталась прикончить меня взглядом. Мараал беседовал с несколькими главами домов, но раззадоренный взор бросал в моем направлении. Хаззак неуловимой тенью всюду следовал за Нефритом. Сама горгона периодически меняла собеседников и плавно передвигались среди раскланивающихся благородных. Аристократов присутствовало разумных двадцать, не меньше. Так что работы у мегеры оказалось немало.

Лишь одного человека я невольно упустил из виду. Сиану. Вершительница находилась в одиночестве, но через некоторое время на удивление многих зевнула, одарила меня озорной улыбкой и у всех на виду весьма решительно зашагала в мою сторону.

Правда, устремившийся в её спину голос сочился попросту непередаваемым раздражением, неприязнью и холодом:

— Не позволяй себе лишнего! — колко выпалила Кайса. — Не забывай, что тут ты всего-навсего гостья!

Однако вместо ответа знойная брюнетка лишь фыркнула, смолчала и закатила глаза.

— Мне поклониться? — спокойно спросил я, когда воительница приблизилась почти вплотную.

— За такие вопросы среди знати принято казнить, — хитро прищурилась Сиана.

— И почему не удивлен такому? — хмыкнул легкомысленно я.

— Не хочешь узнать, кто я такая? — провокационно заметила девица, расхаживая передо мной то влево, то вправо.

— Я обычный простолюдин. Зачем мне это? — пожал я плечами, наблюдая за тем, как подготовка второго этапа подходит к завершению. — Наверное, ты важная шишка. Точнее очень важная шишка, если позволяешь себя вести с Нефритом Ксанта столь фривольно.

— За такое тоже принято казнить. Ты не выказал уважение Кайсе, — расплылась в шаловливой усмешке та, а после обольстительно подмигнула и снисходительно махнула гривой волос. — Но так и быть ты прощен. Я — Сиана Аванон. Рада с тобой познакомиться, бывший смертник Ранкар.

Сиана Аванон? Впервые слы… Вот же зар-р-р-р-аза! Аванон⁈ Чтоб меня бесы драли! Так ведь она же голубокровная! Цуг упоминал, что Аванон один из великих домов Аххеса наряду с Ксантом, но вроде как немного сильнее последнего.

— Моё почтение, уважаемой госпоже Аванона, — чуть склонил я голову в приветствии. — На колено падать не буду. В последнее время спина что-то ноет.

— И за это дозволяется казнить, — тихо рассмеялась аристократка, внимательно изучая мою кислую физиономию. — Ты совсем не похож на простолюдина. Выдержка, манеры, речь. Простолюдины чаще всего падают ниц перед любым благородным. Будь он даже помощником занюханного конюха главы младшего дома, а ты… ты совсем не боишься окружающих, — прошептала вкрадчиво Сиана, склонив чуточку голову вбок. — А ведь тем, кто находится за моей спиной стоит сказать слово, и ты можешь лишиться жизни. Порой казнили за мельчайший косой взор. Но в тебе ни страха, ни волнения, ни растерянности.

Скажи спасибо динамической медитации. Не будь её и меня бы трясло от раздражения и злобы. Знал бы кто, чего стоит такая выдержка.

— А есть ли смысл бояться смертнику? — хмыкнул задумчиво я.

— Ты не смертник, — заметила Сиана. — Уже…

— Да неужели? — фыркнул беззаботно я, отчего личико воительницы расплылось в хитрой усмешке.

— Вдобавок умен и рассудителен, — дополнила озорно девушка, но следующие два вопроса невольно удивили. — Хочешь… со мной пойти? Хочешь служить дому Аванон?

Звучит так словно она хочет меня купить.

На секунду возникла пауза, но я лишь грустно усмехнулся и покачал отрицательно головой.

— Я никому не желаю служить. Но кто меня спрашивает? Сильный подчиняет слабого. Так вроде бы принято говорить?

— Но тебя это не устраивает, не так ли? Так вышло, что постоянно кто-то кому-то подчиняется. Таков уж наш мир, — подавшись в странную меланхолию, риторически изрекла та, бросая взгляд на мою руку, затем её ладонь мягко легла на запястье и начала продвигаться выше. — Впервые вижу такой дивный оттиск, — словно завороженная прошептала она, с нежностью проводя по коже, отчего манящая грудь воительницы стала касаться моего плеча. — Идеальные пропорции. Безупречные линии. Замечательный узор. Ни единого изъяна, — а затем Сиана подняла чарующий взгляд на меня. — Вчера вечером бывший смертник, простолюдин и безранговый, утром лейтенант Ксанта и почти свободный человек, а сейчас молодой деспот и закалённый вершитель. Необычайный карьерный взлёт для приговорённого. Чудеса — не иначе. Так и влюбиться недолго, — заключила пленительно чертовка, тонкими пальчиками коснувшись моего подбородка.

Что за хрень сейчас происходит⁈ Меня соблазняют, что ли? Она извращенка не иначе? Тянет на тех, кто ниже её по статусу? Нет уж, увольте к бесам!

— С высоты падать больно, — сухо декларировал я, глядя ей в глаза. — Чаще всего такие падения заканчиваются гибелью.

— Ты не рад своему возвышению, — изумлённо приподняла та бровки. — Неожиданно.

— Счастье в неведенье. Однако если хочешь жить, то порой не остаётся иного выбора, как рваться наверх, — философски отметил я и сделав шаг назад, на прощание коснулся своими губами тыльной стороны её ладони, отчего глаза Сианы ошеломлённо расширились от такого, и девица возбужденно сглотнула. — Не сочтите этот жест за грубость, уважаемая госпожа. Благодарю за беседу, но мне пора. Прощайте.

«Обладатель, она опасна, — вдруг забрезжил тихий голос Руны в подсознании. — Очень опасна. Она что-то скрывает».

«Кто бы сомневался. Покажи мне безобидного голубокровного? Не считая Сианы, я видел только одну, и та пытается выжать из меня все соки».

«Нет, ты не понял. Она… не человек. Она нечто… могущественное».

« Не суть. Здесь ползала нелюди. Привык я уже к неожиданностям. Как ты себя чувствуешь?»

«Прекрасно, — радостно выкрикнула девица, напрочь позабыв обо всём. — Но, чтобы начать восстановление моего материального облика и былых сил нужно что-то гораздо мощнее. Вдобавок понадобится просто запредельное количество энергии, чтобы начать разрушать твои печати. Правда, мне страшно представить, что тогда может произойти. Боюсь, их установили на тебя не просто так».

«Одним словом — дерьмо на каждому шагу», — выдохнул беспечно я.

Впрочем, лишь секунду спустя я осознал, что совершил какую-то глупость, потому как практически все аристократы смотрели на меня и Аванон с неверием и шоком, а зал погряз в гробовой тишине. Нефрит Ксанта выразила изумление, Хаззак сдвинул хмуро брови, а Мараал смущенно прокряхтел, переглянувшись со своими собеседниками.

— Если я сплю, то разбудите меня, — в полном замешательстве буркнул сатир. — Никак не пойму парень дурак или храбрец? Если он выживет, то можно сказать, что я увидел всё на свете.

Мириада сраных бед! Похоже, я сделал что-то не так.

— ТЫ ЧТО СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ⁈ — рявкнула свирепо Креамх, отчего её аура стала извергаться словно вулкан, и та угрожающе зашагала в мою сторону. — ЧТОБЫ КАКОЙ-ТО ВЫШИВЫЙ ПРОСТОЛЮДИН ПОСМЕЛ ТАК ОБРАЩАТЬСЯ К ГОЛУБОКРОВНОЙ. ДА ТЕБЯ УБИ…

— Визжишь так, словно ты сирена во время течки! Не смей вмешиваться, Лиама Креамх! Или ты считаешь, что я не могу отстоять свою честь и достоинство? Он коснулся не твоей госпожи, а меня! Утихомирь свою силу или это сделают за тебя! — холодно отрезала Сиана, осадив нимфу гор. — Это моё с ним дело, поэтому не суй свой нос куда не просят! На них тоже можешь не надеяться. Они тебе не помогут, — указала Аванон на ту самую троицу неизвестных, а после взглянула на Нефрит Ксанта. — Твои вассалы слишком много себе позволяют! Примы меры, Кайса, или я сделаю это за тебя!

За долю секунды в храме боевой ассоциации будто бы взорвалась бомба.

Вот же холера! Да в чем дело-то⁈

— Запомни этот момент, смертник Ранкар. Так и быть я подожду, — усмехнулась игриво Аванон, не обращая никакого внимания на окружение, а затем у всех на глазах губами коснулась места поцелуя. — Ибо я… его запомнила.

Погодите-ка. Неужели проблема в поцелуе? Это же просто жест прощания! Чтоб мне сдохнуть где-нибудь в канаве! Какого беса я натворил⁈

— Испытуемый, уважаемая высшая знать! — раздался громкий голос смотрителя и тот у всех на виду вышагнул из зоны оценки, который, кстати, был не в курсе последних секунд. — Попрошу минуту внимания! Уважаемая госпожа, — обратился старик к хмурой Кайсе, низко кланяясь. — По вашей команде мы усложнили оценку молодому деспоту. По всем показателям физическая мощь тела Ранкара находится на стадии закалённого вершителя. Думаю, всем известно, что чтобы подтвердить свой ранг испытуемому необходимо продержаться две минуты под силовым полем подавления против более опытного инструктора на этом же уровне. Но мы взяли в учёт все приказания и выпустим против испытуемого… — тут управитель довольно усмехнулся и взглянул на меня, — … сразу двоих закалённых вершителей! Но понимая, что это сложно, вам дозволяется использовать родословную и ваш пространственный оттиск. Удачи!

Хрен трухлявый! Да тут удачей и не пахнет. Устроил показуху по желанию своей стервы госпожи. Ох, Ярвир, дай мне сил не послать всю эту зажравшуюся знать куда подальше.

Прямо на глазах двойка пространственных магов создала на небольшой платформе ромбовидный разлом, куда практически моментально нырнуло два инструктора на ранге закалённых вершителей.

«Готова, Альяна?» — внимательно наблюдая за ними, вопросил я.

« В порошок сотрём ублюдков», — воинственно выпалила Руна.

— Прошу вас, испытуемый, — с приветливой улыбкой указал тот на измерение. — Вам пора.

Если честно, то я устал немного. Совсем чуть-чуть. Впрочем, жаль останавливаться на достигнутом. Я уже не бесправный смертник, а перед глазами вырисовываются какие никакие, но неплохие перспективы, так что мотивация двигаться дальше имеется. В остальном же покой и вправду нам только снится. В таком случае, нужно показать, чего стоит… Пустой.

На миг я остановился у самой границы портала и взглянув через плечо, безрадостно хмыкнул и встретился взором с Хаззаком.

Как он там говорил? Ни пощады, ни жалости? Если хочешь жить, то не сдерживайся и покажи, что можешь, да?

Пару мгновений мы играли с ним в гляделки, а затем Дэймон слабо усмехнулся и кивнул.

Ну коли так, то вам же хуже.

Хватило одного шага, чтобы провалиться во мрак, но затем тьма расступилась, и я переместился на некую арену в виде шестиугольника. Повсюду преобладал лишь серый камень. Даже наверху. В противоположном конце ристалища находилась парочка инструкторов, которые ожидали команды и прожигали мою физиономию безэмоциональными взорами.

Такая же форма, как и у меня. Массивное копьё и вычурные парные клинки. Да, парными клинками превосходно владел Бетал, наверное, именно поэтому я и выбрал Гаммы. Они как нельзя лучше противостоят подобному оружию, а вот с копьём придётся малость попотеть.

Клин начал медленно слабеть. Изо рта вырвался протяжный долгий выдох. Веки невольно прикрылись. Мерзкие эмоции и проклятая кровь стали неспешно сливаться с сознанием, а затем я услышал громкий бас управителя:

— Второй этап оценки испытуемого… НАЧАТЬ!

После выкрика смотрителя на каменном потолке арены замерцали цифры. Две минуты начали свой обратный отсчёт. Инструкторы не стали ожидать. Ни бесед, ни угроз, ни расшаркиваний — каждый на арене делал свою работу. Бой начался моментально. С десяток метров, которые нас разделяли оба вершителя преодолели за пару жалких вдохов.

Первым рванул вперёд копейщик. Парник специально выждал и отстал от коллеги на пару шагов. Невооруженным взором было видно, что те умели работать в тандеме. Видимо трухлявый хрен специально подобрал таких.

Хотя сомневаюсь, что им что-то поможет. Впрочем, это их и только их проблемы.

«Будь готова, Альяна».

Звон цепей на запястьях сейчас более напоминал потусторонний изнывающий шепот. Гаммы со скоростью света покинули ножны за спиной и в самой грубой манере заблокировали выпад копья. Сталь столкнулась со сталью, а густой сноп искр и грохочущий скрежет ознаменовал о первой стычке. Однако тотчас пришлось смещаться влево, потому как копейщик применил излюбленный навык любого древкового оружия — веер. Тот размашистыми и в то же время рваными движениями пытался превратить моё тело в решето. Приходилось вертеться подобно юле на паре квадратных метрах, чтобы не получить жалящий укол в бедро или брюхо.

Следом подоспел и его напарник, который с низкой стойки попытался дотянуться одним из клинков до головы и горла. Натиск увеличился отнюдь не в два раза. Он возрос многократно. Гаммы в руках порхали словно умалишенные, блокируя любую атаку, но скользящие хлёсткие выпады проскакивали сквозь мою оборону и наносили слабые порезы по касательной. Злоба и раздражение медленно продолжали тлеть в груди, но пока клин неспешно ослаблялся, приходилось выжидать.

Я и сам не понял в какой момент, но динамическая медитация стала сливаться с сознанием выуживая из памяти всё необходимое для продолжения сражения. Прямо сейчас передо мной хоть и находилась двойка инструкторов, но в ушах грохотал поучительный бас Бетала.

Запомни, Влад! Ты второй номер! Будь им всегда! Хочешь победить — жди! Хочешь смеяться последним — затаись! Все допускают ошибки! Нет идеальных… Точнее почти нет. Я знавал одного человека. Могущественного человека. Влиятельного человека. Но даже он, обладая огромной силой — ошибался. А вот ты… ты не такой! Ты пленник своих эмоций и крови. Пленник своего наследия. Из-за этого ты изначально в проигрышной позиции. Так сделай же так, чтобы избежать промахов. Сделай так, чтобы не проиграть. Сделай так, чтобы чужие ошибки стали твоей победой…

И я ждал… Ждал, пересиливая раскалившиеся до предела эмоции. Количество шквальных ранений на руках, теле и лице лишь возрастало, но я продолжал терпеть. Приходилось сдерживать бешеные порывы. Звон стали и шелест цепей… Чувства уже изнывала от жажды. Они требовали действия. Моя проклятая кровь требовала действия.

В глазах у копейщика я заметил странный блеск и в это же время мощный восходящий удар двух мечей обрушился на серповидные клинки и малость подбросил их вверх, а затем спина столкнулась с глухим камнем арены позади. Сокрушительный выпад оружия обязан был пронзить меня насквозь, но вместо отступления нога уперлась в стену позади, на лице заиграл хищный оскал, а в опасной близости от горла замаячил наконечник копья.

Я, наконец-то, дождался!

— Попался! — выдохнул со смешком в голосе я, глядя копейщику в глаза и наблюдая за тем, как его физиономия исказилась в ликующей гримасе.

Первичный уровень состояния неистовства.

Клин ослаб до максимально позволительного значения, мир на секунду побагровел, а по жилам заструилась возрастающая сила с проклятой кровью. Голова моментально дёрнулась вправо, но кромка копья умудрилась полоснуть по щеке и рассекла ухо, а после с громким скрежещем рёвом вонзилась в камень за затылком, да там и застряло.

— Не выходит, да? — гоготнул я, наблюдая за тем, как копейщик пытается вырвать свою оружие из стены. — Переусердствовал немного.

Левая рука тотчас метнула в сторону второго инструктора Гамму, отчего тот отступил прочь и оттолкнувшись от стены колено со всего маху влетело в харю противника. Раздался треск черепа и кровь хлынула наружу из всех возможных щелей противника: рта, носа, ушей. Следом правая Гамма без какой-либо жалости с мерзким хрустом впилась тому точнёхонько в спину, а её серповидный клинок вырвался наружу в районе брюха инструктора.

— Суч… еныш! — неверяще вырвалось у копейщика.

Зажимая рану на животе и извергая из рта обильные сгустки крови, тот тяжело задышал, пошатнулся и повалился мне под ноги.

— УРОЮ! — рявкнул оголтело второй.

Парник вновь попытался атаковать из нижней стойки, но теперь у него не было ни единого шанса. Хватило резко сместить корпус влево и пока один из клинков слегка полоснул по груди срезав пласт кожи, второй промчался мимо, однако невзирая на опаляющую боль моя улыбка вновь стала шире некуда.

— Идиот! — вырвался очередной полубезумный смешок изо рта. — У вас изначально не было шансов. Ты ни о чём не забыл?

На миг в глазах у него вспыхнуло непонимание, а затем брови взлетели вверх, вершитель постарался отпрянуть прочь, попутно совершая попытку вернуть клинки назад, но стало слишком поздно.

Альяна, ко мне!

Далее всё было словно в замедленной сьёмке.

Татуировка раскалилась и вспыхнула иссиня-черной густотой, спата только начала материализовываться во внешнем мире, а я уже размашистым жестом махнул предплечьем вверх. Пару вдохов ничего не происходило, а затем до ушей донесся болезненный вопль, и второй инструктор вслед за первым повалился на колени с двумя отсеченными культями вместо конечностей.

Вначале с пронзительным звоном на пол обрушились клинки воителя, а после вниз рухнули и обе его руки, невольно заливая мою одежду опаляющей кровью.

Над ареной еще пару мгновений звучали крики, наполненные агонией и тяжелое дыхание инструкторов, но затем всё стихло и тела воителей исчезли в сизой вспышке, а я невольно поднял глаза вверх.

Отсчет времени застыл. На потолке красовалась одна минута и сорок шесть секунд.

— Четырнадцать секунд, значит, — тяжело вдыхая и выдыхая прошептал я, пытаясь возвратить контроль над телом и эмоциями. — Пере… старался.

— ВОЗВРАЩАЙТЕ ИХ! БЫСТРЕЕ! — раненым зверем надрывался управляющий, глядя на проекции перед глазами. — НЕ ХВАТАЛО ЕЩЁ, ЧТОБЫ ИНСТРУКТОРЫ ПОГИБЛИ!.. НУ ЖЕ! ЦЕЛИТЕЛЬНИЦ СЮДА!

Дважды пространственным магам повторять не пришлось. Не прошло и секунды, как два изувеченных тела материализовались на площадке. Вот только власть имущих не волновали смертельно раненые воители, те с непроницаемыми и потрясенными лицами наблюдали за тяжело дышащим силуэтом на арене, который не сводил глаз с застывшего отсчёта.

Впрочем, гробовая тишина продолжалась недолго, потому как внезапно раздались тихие хлопки, и все разом обернулись в направлении звуков.

Стоя в одиночестве, с игривой ухмылкой на губах аплодировала Сиана Аванон, а затем без какого-либо смущения та обратилась к Нефриту Ксанта:

— Добилась своего? — насмешливо спросила она. — Он-то, может быть, ничего не заметил, но остальные же не слепые и всё видели.

Однако столь провокационная речь не повлияла на атмосферу, ведь секунду спустя в ладони захлопал Мараал, а затем раздалось еще несколько редких хлопков. Аплодировали несколько генералов и сразу три главы доминирующих домов.

— Не хочу этого признавать, но сила тела, мощь родословной и выдержка на уровне наследников благородных, — удовлетворённо произнес сатир. — Тебе повезло Хаззак. Ты оказался более прозорливым, чем многие из нас. За это я тебя и уважаю.

— Поздравляю вас, юная госпожа, — вдруг выступил вперед глава доминирующего дома Сариан. — Великий дом Ксант заимел еще одного потенциально могущественного деспота. Думаю, владыка Данакт будет доволен, что вы отыскали столь ценный актив. Направите его в Аронтир?

— Не могу знать точно, Тимит, но думаю отец и вправду будет доволен, — покачала головой горгона, не сводя довольных глаз с проекции. — Вы в курсе, что делами молодых деспотов заправляю не я. Решать не мне…

Тем не менее договорить девушка до конца не успела, потому как очередной всполох пресёк все беседы и следом за изувеченными воителями, над которыми уже склонились целительницы, из испытательного измерения возвратился бывший смертник.

Окровавленные руки крепко сжимали серповидные клинки, оглянувшись по сторонам, парень со спокойным взором чуть склонил голову перед всеми, одним движением загнал оружие обратно в ножны и стал неспешно спускаться вниз, попутно бросая взгляд на едва живых противников.

— Ваша оценка завершена. Ваш… ваш нынешний ранг закалённый вершитель, — слегка потерянным тоном заговорил смотритель. — Боевая ассоциация подготовит все бумаги, уважаемый деспот. Жетон воителя сможете забрать через пару дней.

— Буду знать, — тихо отозвался Ранкар, руками утирая кровь с лица, а после выжидательно посмотрел в сторону власть имущих.

— Можешь отправляться назад, — усмехнулся одобрительно Дэймон, сделав шаг вперёд. — Маннисса распределит тебя. Думаю, твои друзья уже свободны.

— Спасибо, лорд Хаззак, — сухо изрёк парень.

Взгляд новоиспеченного деспота вдруг обратился на Сиану и тот тепло кивнул ухмыляющейся девушке, а затем с безэмоциональным видом посмотрел на Нефрит Ксанта и поклонился глубже, чем полагается.

— Благодарю, уважаемую госпожу Ксанта… — почти что шепотом проговорил бывший смертник, пряча глаза за поклоном и отросшей шевелюрой, — … за всё. Я буду помнить ваш урок.

Через мгновение воитель вновь поклонился аристократам и окровавленный силуэт лейтенанта Ксанта направился в сторону дверей оценочного храма.

— Думаю, он всё понял, юная госпожа, — негромко пробормотал Хаззак, глядя в спину Ранкару.

— Что именно он понял? — также глядя на бывшего смертника, загадочно пробормотала горгона, с довольной усмешкой на губах.

— Он понял, что один из инструкторов находился на ранге незакалённого сокрушителя… У него… монструозный талант. Неужели вы хотите его использовать на Великой Сотне? Или же отправите в Аронтир?

— Кто знает, дядя Дэймон, — расплылась голубокровная в предвкушающей улыбке. — Кто знает…

Из храма я удалялся в полнейшей задумчивости, потому как причин для этого было хоть отбавляй.

Во-первых, хитрожопая стерва и вся высшая знать считают, что они самые умные. Неужели и вправду думали, что не замечу? Вот уж дудки! Заметил. В состоянии неистовства я зачастую подвластен животным инстинктам, но именно в этом и кроется вся соль. Чувства обостряются до запредельных значений. Особенно восприятие. Копейщик был гораздо сильнее парника. Не знаю, чего они там замыслили, но сомневаюсь, что для меня это закончится чем-то хорошим.

Во-вторых, троица тех хлыщей, с которыми ошивалась Креамх. Они странные. И это ещё мягко сказано. После выхода из испытательного измерения я отчетливо ощущал их скрытую злобу и раздражение. Похоже, сам того не понимая, я кому-то отдавил детородный орган. Разузнать бы о них все подробности.

Третья причина является важнейшей. Всё происходящее со мной ненормально. Рост силы ненормален и даже… аномален. По прибытии сюда «Осколки» оценили мой ранг на истязателя. В Бойцовских Ямах я ощущал некую разницу между собой и вершителями, но присутствовало предательское чувство, что нечто внутри менялось. Да и в целом рыцарь смерти совсем за малым не пустил меня на корм. Однако ныне я могу спокойно сражаться с противниками чуть сильнее себя. Складывается впечатление, что после попадания на Вечное Ристалище внутренний мир пребывал в хаосе, а сейчас всё понемногу приходит в норму. Словно что-то в глубине моего естества медленно стабилизируется и подстраивается под новые реалии. Знать бы по какой причине это всё происходит. Дело во мне? В новом мире? В постоянных выплесках? Или всему виной ночь с Дианой? Непонятно.

Со столь тяжелыми думами не заметил, как покинул пределы боевой ассоциации. Прийти в себя удалось только на улице. К тому же то и дело выводили из хлипкого равновесия надменные взоры охраны храма. Впрочем, данная проблема скрывалась, скорее всего, в моем снаряжении. Я по-прежнему щеголял в тряпье смертника.

Если честно, то считал, что придётся пересечь весь военный лагерь, чтобы добраться до нужного места. Тем не менее, это недоразумение разрешилось практически сразу, потому как с пяток мгновений спустя кто-то окликнул меня по званию и имени:

— Лейтенант… Лейтенант Ранкар! Я здесь! Сюда!

Окликнувший являлся мальчишкой в чёрно-багровой форме с гербами дома Хаззак. Пацан переменился с ноги на ноги и не отходил ни на шаг от магического транспорта Дэймона.

Стоило приблизиться, как тот дважды с необычайной нежностью хлопнул по крыше автомобиля и расплылся в довольной улыбке:

— Лейтенант Ранкар, буревестник к вашим услугам. Госпожа Маннисса приказала доставить вас обратно.

Как быстро неугомонная фурия меняет мнение. Получается, это не машина, а буревестник? Интересно.

Чем-то эта роскошная колымага напоминала внедорожник и частично лимузин представительского класса с Терры. Правда, работала она не на бензине, а на кристаллах стихий. Выглядело всё более чем солидно и богато. Впрочем, а как иначе передвигаться благородным?

— Едем? — выпалил восторженно юноша, прыгнув за руль.

— Пешком долго?

— До нужного нам места где-то час или больше. Придётся пересечь почти треть военного лагеря, — почесывая затылок изрёк водитель. — К тому же было приказано отвезти вас в зону офицерского состава.

Зона офицеров? Точно. Я ведь теперь лейтенант Ксанта.

— Тогда едем, — с тяжелым вздохом буркнул я, забираясь на заднее сидение. — Но предпочёл бы пешком…

— Я слышал о вас, — вдруг раздался заинтересованный голос водителя из акустической приблуды под локтем. — Вы тот простолюдин, которого возвысила уважаемая Нефрит Ксанта во время Бойцовских Ям, не так ли?

Устройство любопытное. Всё-таки магия и артефакты отменно заменяют электронику. Правда, думаю, доступно такое не всем.

— Истинно так, — спокойно отозвался я, глядя в окно. — Откуда тебе об этом известно?

Неужели слухи настолько быстро расходятся?

— Вы не в курсе? — с лёгким изумлением выдал юноша.

— Если спрашиваю, значит, не в курсе, — пожал я плечами.

— Весь военный лагерь теперь гудит о вас не умолкая. Вы сейчас у всех на слуху. За два дня стали настоящей знаменитостью. Бывший смертник, получивший звание лейтенанта Ксанта. Приговорённый, что помог захватить западный форпост, — начал перечислять тот все мои заслуги за последние дни. — Так еще устроили незабываемое зрелище в Ямах. Неранжированный воитель, который одолел ранговых.

Вот как выходит? Слухи и вправду быстро разлетаются. Интересно получается. Что ж, похоже молвы станет больше, когда просочится информация о том, что я деспот.

— Как тебя зовут и сколько тебе лет?

— Киган, господин лейтенант, — тотчас отрапортовал парень. — Шестнадцать.

— Никакой я не господин, — отмахнулся вяло я, невольно усмехаясь. — Сам же сказал, что бывший смертник.

— Боюсь, теперь это не так, — раздался тихий смех водителя. — Вас заприметила сама Нефрит Ксанта. Вы получили офицерскую должность из её рук. Не стоит и упоминать, что такое позволительно только аристократам. У вас теперь огромное количество завистников. Вы даже представить себе не можете сколько их теперь.

— Ты аристократ? — полюбопытствовал я, приподняв бровь. — Ты совсем не похож на знатного.

— Так и есть. Оно и немудрено. Я всего-навсего мелкий благородный из младшего дома Таурт. Так еще и младший сын в доме. Мы вассалы Хаззаков, — радушно улыбнулся юнец, глядя на меня через зеркало. — К тому же иные не смеют прислуживать доминирующим домам. У таких как лорд Дэймон и леди Маннисса даже прислуга из младшей знати. До сих понять не могу, на какие жертвы пошёл отец, чтобы я попал на эту должность.

— Тебе нравится? — поинтересовался я. — Не желаешь добиться чего-то… большего?

— Для такого, как я подобная должность потолок мечтаний, — грустно хмыкнул юноша. — Дом у нас небольшой. К тому же я не очень силен как воин и у меня нет магического дара. Я неплохо разбираюсь в магической технике, такой как буревестники и безмерно благодарен господину Хаззаку, что он взял меня водителем, — с неким почитанием пробубнил парнишка.

— Что скажешь о своём лорде? — перешел я между делом к сути своеобразного допроса.

— Он удивительный человек и могущественный воитель, — расплылся в почтительной улыбке юнец. — Один из сильнейших деспотов клинка среди вассалов великого дома Ксант. По своей мощи он превосходит безупречных, хотя сам является совершенным. А ведь глава абсолютно не силён в магии. Лорд Дэймон замечательный правитель. Благодаря ему дом добился небывалых высот. Лишь из-за его стараний Хаззаков возвысил до доминирующего лично владыка Данакт. Господин суровый, строгий и зачастую требовательный, но необычайно справедливый человек. Я горд тем, что служу столь достойному разумному. К тому же он герой нескольких войн. Его уважают не только на территории дома Хаззак, но и в соседних регионах.

Говорил парнишка долго. Даже очень долго. Причем вещал с невероятным уважением, словно сам деспот сидел рядом со мной. Однако всё, что я услышал целиком и полностью исходило из сердца Кигана.

Что ж, по крайней мере, я не ошибся в своих суждениях насчёт Хаззака. Он и вправду чем-то напоминает Бетала. Впрочем, имеется еще один вопрос, который требует объяснения. Спрашивать или же нет? Хотя плевать. Надеюсь, парень поможет.

— Ты в курсе, кто такая Сиана Аванон? — как бы невзначай полюбопытствовал я.

Уже через секунду мне пришлось пожалеть о своём вопросе. Буревестник внезапно резко затормозил, отчего я чуть не чертыхнулся и не вылетел прочь, после окошко, отделяющее салон от водителя, медленно опустилось, а затем я оказался свидетелем ошарашенного лица Кигана.

— Вы… вы не в курсе⁈ — изумлённо выпалил парень, невольно запинаясь. — Вы сражались с ней и не осознавали о том, кто она?

Проклятье! Это что еще за реакция? Чует моё сердце, что я влип по самое не балуй. Ох, Ярвир, куда я опять вляпался из-за своего скверного характера? Холера!

— Ты не забыл, что говоришь со смертником и простолюдином? — с наигранным равнодушием изрёк я.

— Сиана Аванон! Нет того, кто её не знает, — возбужденно пролепетал водитель. — Она же будущее созвездие. Неугасаемая Сиана. Наследница бессмертного феникса. У каждого великого дома в Аххесе есть своё созвездие. Они изображены на их гербах. Своеобразный символ. Так называемый священный заступник. У Аванон — это феникс, — начал вдаваться в подробности юнец. — Фениксы на протяжении веков оберегают их великий дом. По слухам, они даже могут контактировать с самими оберегами…

Чтоб я беспардонно сдох! Какого беса ты натворил, Ранкар? На кой ляд полез с ней в беседу? За каким причиндалом стал выделываться, играя роль сраного воспитанного человека? На-ка, разгребай теперь!

Чем больше и быстрее говорил Киган, тем стремительнее я погружался на дно бадьи с дерьмом. Каждое слово парня напоминало гвоздь в крышку моего будущего гроба.

— Она вроде как будущий покровительствующий дух для великого дома. К фениксам всюду относятся с почтением и уважением, — с волнением заключил водитель. — Вы… вы разве не знали, лейтенант?

Нет, твою мать! Не знал!

— Нам пора, — сухо декларировал я, указывая глазами на дорогу.

— Ой… Простите! Я позволил себе слишком много лишнего, — спохватился тотчас юнец, виновато почесывая затылок и возвращаясь на кресло. — Да. Сейчас. Я мигом…

Дальнейший маршрут продолжился в могильной тишине. Беззаботный Киган что-то напевал себе под нос, а я пребывал в глубоких раздумьях. Хаотично соображая и придумывая план для дальнейшего отступления.

— Нужен Цуг, — буркнул я себе под нос, наблюдая за тем, как буревестник быстро попадает в очередную зону военного лагеря. — Срочно необходима его голова. Требуется понять, во что я влип…

— Прибыли, господин лейтенант, — вдруг раздался мальчишеский голос, а после мой водитель указал рукой на небольшой черно-багровый шатер с гербами дома Хаззак. — Госпожа Маннисса просила вас доставить именно сюда. Вы… вы простите меня… — заблеял внезапно юноша. — Возможно… я позволил себе лишнего. Только не говорите ей об этом…

— Всё в порядке, — хмыкнул я, ободрительно подмигивая пацану. — Ты не сделал ничего плохого. Бывай, Киган.

— Рад был с вами познакомиться, лейтенант Ранкар, — с робкой улыбкой отозвался мальчишка, махнув мне на прощание рукой.

Странный малец. Совсем не похож на спесивого аристократа. Боязливый. Слишком большая разница между слоями знати. Я чего-то не знаю? Или, как и всюду, всё решает воспитание? Мелкая знать, обычная знать, высшая знать, голубокровные… Голова кругом.

Тем не менее, мгновение спустя из всех мыслей внезапно выбило дух, потому как слух уловил чей-то разговор. Впрочем, услышанное более походило на допрос. За пологами помещения вовсю резвилась Маннисса.

— Как давно вы его знаете? — вопрошала девица.

— С тех самых пор, госпожа, как его распределили в смертники западной коллизии, — почтительно отозвался Аркас.

— Когда вы узнали, что он деспот? — не унималась дочь Дэймона.

— После его ранения.

— Когда распознали пространственный оттиск?

— После ранения…

— Почему не доложили обо всём? — со всей суровостью надавила там.

— Мы смертники, уважаемая госпожа, — донесся до ушей приглушенный ответ полубога. — Мы лучше умрём, чем предадим своего. Приговорённым терять нечего. Их служба… коротка.

Что ж, кто бы сомневался, что эта фурия захочет узнать обо всём поподробнее.

— Вы могли избежать смерти, если бы доложили обо всём! — повисла та тон. — Была огромная вероятность, что вас помилуют. Так почему не рассказали об этом Гаману?

— Приверженность своему слову и хребту… — негромко подал я голос, неспешно заходя в шатёр. — Надеюсь, уважаемая госпожа слышала о таком? Не каждый разумный друг другу предательская шваль.

— Они сглупили! — стояла на своём Маннисса. — Будь твои друзья чуть умнее, а ты сговорчивее, то многого можно было избежать.

— Будь они чуть сговорчивее, то предположу, что тогда бы Западный форпост по-прежнему находился под властью Иерихона, — хмыкнул задумчиво я. — Причинно-следственная связь. Думаю, уважаемая госпожа слышала о подобном?

Стоило вспомнить о форпосте, как рот аристократки тотчас прикрылся, и она невольно поджала губы. Крыть такую карту ей было попросту нечем. Не найдя ничего лучше, та попыталась быстро сменить тему разговора.

— Отныне ты лейтенант Ксанта и должен располагаться в офицерской зоне. Теперь это твой шатер, — подалась девица в объяснения. — Здесь имеется всё необходимое. Ванна. Спальня. Все артефакты полностью работоспособны. Тренировочная площадка общая для всех офицеров среднего звена. Лейтенант имеет право на одного или двух слуг, но у тебя есть… трофей, иерихонская подстилка и предательница, — стрельнула та глазами в сторону Дианы, которая насупилась и сжала зубы от такого отношения. — Так что на кухню за провиантом можешь посылать её. Твои друзья будут располагаться в соседней зоне. На днях они также пройдут штатную оценку.

— Почему такой работой занимается уважаемая госпожа? — в лоб спросил я. — Есть ведь другие поверенные.

— Ты деспот! — фыркнула строго та. — Хоть официально неподтвержденный и не зарегистрированный. Или считаешь, что с таким рождается каждый встречный? — серьёзно вопросила она, бросая взор на мою левую руку. — Разочарую тебя, но нет. За подобными тебе идёт настоящая охота. Причем повсюду, а не только в Аххеском пантеоне. Открою тебе тайну — доминирующий дом Хаззак насчитывает всего-навсего двадцать два деспота, и лишь двое из всего числа врожденные. До сей поры отец являлся единственным врожденным, но отныне… появился ты, — мягко ткнула блондинка меня тонким пальчиком в грудь. — Теперь понимаешь, почему именно я занимаюсь такой работой? К тому на время войны я личный секретарь главы дома и выполняю все его команды.

Доходчиво объяснила.

— Отец просил передать, что через два часа он желает тебя видеть, — медленно удаляясь прочь, тихо обронила Маннисса. — Будь готов.

Ещё пяток секунд спустя девица исчезла из шатра, но еще с десяток мгновений в помещении царила тишина. Лишь когда Рамас прошмыгнув к выходу, и осмотревшись по сторонам утвердительно кивнул, только тогда все расслабились.

Первым мне навстречу шагнул здоровяк и крепко сцапав за плечи, навис надо мной словно коршун.

— Не знаю, как тебя благодарить, но… Спасибо тебе, Ранкар! — с раскрасневшимися глазами, как на духу выпалил терат, шмыгнув невольно носом. — К тому же мы уже слышали о тебе! Аристократка говорила на повышенных тонах.

— Видел бы ты её лицо, — тихо рассмеялся бывший серафим, переглядываясь с остальными. — Закалённый вершитель. Кому сказать — не поверят. Ты понимаешь, что таким продвижением заткнул за пояс многую чистокровную знать с их наследниками? Да даже в Небесном Граде уйма пернатых обзавидуется и изойдёт желчью.

Надо же, как быстро расходятся слухи. Даже чересчур быстро.

— Сдались ему ваши благодарности и восхваления, — фыркнул весело тифлинг, хлопнув меня по спине. — Он теперь большая шишка. Такое ему и даром не сдалось.

— Достаточно, Ганграт, — вяло отмахнулся я, устало оседая в первое попавшееся кресло. — Будь ты редкостной красоткой я бы растаял, ну а так сам понимаешь…

— Рамас, прикуси язык, — холодно отрезал Аркас. — Не перегибай палку.

— Так, а чего взять с рогатых, командир? — подлил масла в огонь Тэйн. — В Инферно все сплошь идиоты.

— Прости, Арк, — повинился тотчас парень, поджав губы, тайно показывая фигуру из одного пальца падшему. — Так себе шутка.

— Всё в порядке, Аркас. Меня это не заботит. От слова совсем. Сейчас есть более важные дела, — и свой взгляд я быстро сместил на Цуга.

Пацан сидел в позе лотоса и с довольной физиономией наблюдал за перепалкой закадычных друзей. Сейчас он словно находился на седьмом небе от счастья.

— Цуг, к тебе вопрос. Похоже, я того не понимая совершил ошибку.

— Спрашивай, — тотчас спохватился парень, слегка приподняв брови.

— Что означает поцелуй руки для молодой девушки? — тихо спросил я, глядя ему в глаза и готовясь к наихудшему.

От услышанного челюсть Цуга резко опустилась в район пола, все беседы разом прекратились, а Диана мне на разочарование расширила шокировано глаза и приоткрыла алые губки.

— Вообще-то, среди высшей знати за такое принято убивать. Женские руки нежны и грациозны. Они созданы для ласки и заботы. Практически всегда знатные используют перчатки. Как бы сказать… их красота хрупка и недолговечна. Поэтому мужчина целует руку с намерением сберечь девушку. Таким образом ты говоришь, что оценил красоту. Понял её хрупкость. А если ты сделал такое прилюдно с незнакомкой, то в прямом смысле объявил… о своих намерениях, то есть ты как бы наложил на неё свои руки. Дал всем знать, что она твоя и только твоя, — растеряно пробубнил пацан. — Подобное себе могут позволить только обещанные другу-другу или же помолвленные. Но если ты поцеловал какой-нибудь простолюдинке, то… будем считать ничего страшного не произошло.

— А кому ты поцеловал руку? — невольно сглатывая вдруг вопросила Диана с неким неверием.

Твою собачью жизнь, Ранкар! Какого беса ты натворил? Ну всё, теперь я труп. Если не подохну где-то на поле боя или в канаве, то меня покрошит на куски великий дом за какое-нибудь осквернение.

— Сиане… — тихо отозвался я, глядя на то, как растёт шок и ошеломление на лицах всех присутствующих в шатре, особенно у дриады. — Я поцеловал руку Сиане Аванон…

— Неугасаемой Сиане⁈ Будущему созвездию⁈ Ты… — пораженно буркнул Аркас. — И как ты выжил? Она же голубокровная…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Тренировочный плац офицерской зоны.

Менее суток спустя.

Ранее утро.

Левый…

Выпад…

Подсечка…

М-да. Незадача. Вот и мне интересно, как я выжил после своего выкрутаса. Не зря говорят, что счастье в неведенье. Что ж, теперь понятно, почему у стервы Креамх и глав домов оказалась столь бурная реакция на произошедшее. Простолюдин прилюдно присвоил себе голубокровную. Да и не простую голубокровную. Когда такое было? Бред несусветный. Что в голове у той странной девки? Она совсем из ума выжила? Ненормальная, что ли? Или у неё фетиш какой-то? И что означали её последние слова? Никак не пойму…

Допрос с пристрастием от «Осколков» занял как раз те самые два часа до визита к Хаззаку. Кто смеялся, кто был готов плакать. Рамас и Тэйн ржали, Аркас до самого конца не мог поверить в случившееся, Цуг и Грат находились в прострации, а Диана по какой-то причине оказалась сама не своя.

Не знаю почему, даже невзирая на уйму бед, но во время этой недолгой беседы каким-то чудесным образом удалось морально выдохнуть и чуточку расслабиться. Разговоры хоть и были наполовину бессмысленные, но они мне… требовались. Жизненно требовались. Я и сам не понимал почему, но после столь непринужденного общения стало легче. Причем не мне одному. По лицам бывших смертников стало ясно, что и им самим после всех злоключений в коллизии необходимо было разгрузиться.

Ну а два часа спустя я уже стоял перед Хаззаком. Всё то же холодное лицо. Та же спокойная и безграничная аура. Лишь одно слегка изумило. На бесстрастной физиономии то и дело мелькала едва уловимая улыбка.

Правый…

Прямой…

Выпад…

Левое колено…

— Видимо ты не можешь жить без приключений, Ранкар. То форпост захватишь, то кроткой овечкой прикинешься на Бойцовских Ямах, то голубокровную в открытую унизишь, — хмыкнул серьёзно Дэймон, не отрывая глаз от донесений на столе. — Ты хоть понял, что натворил?

— Понял, — спокойно отозвался я. — С небольшим опозданием, правда.

— Не знал, значит, — усмехнулся внезапно глава, поднимая на меня глаза.

— Не знал, — согласился с ним я.

— Если коротко, то распространятся об этом в высшем свете не станут. Попросту испугаются влияния Аванон, — подался в объяснения Хаззак. — Вот только практически все через несколько дней будут в курсе о случившемся. По всем законам и правилам Сиана обязана была прикончить тебя за столь публичное унижение. Тебя спасло лишь то, что она всегда являлась, скажем так… — задумался на мгновение совершенный, — … своеобразной голубокровной. Никто не знает, что у неё в голове в данный момент. Боюсь, даже глава великого дома Аванон не смеет предугадать следующий шаг феникса. И именно поэтому… Именно из-за её решения знать начнет искать второе дно. Разнюхают всё о молодом деспоте, который свалился как снег на голову. Понимаешь, чем это чревато?

Проклятье! Как же он напоминает мне Бетала! Только старик позволял себе отчитывать меня за любой прокол и ошибку.

— Более чем понимаю, — расслабленно кивнул я. — Что меня ждёт?

По слегка нахмурившемуся лбу стало понятно, что подобного вопроса Хаззак не ожидал. От слова совсем.

— Если бы я знал, — тяжело выдохнул Дэймон, потирая глаза. — Мы живём в дерьмовом мире, Ранкар. Здесь повсюду кто-то и кому-то подчиняется. Простолюдины подчиняются младшим домам и царям с мелкими правителями. Младшие бессильны против тех, кто выше них. К примеру, возьмём тебя. Ты не в праве ослушаться меня, а я не смею пойти против Ксанта. На их фоне все доминирующие дома пешки. Представить себе не можешь насколько благородные отличаются от голубокровных. Их силы несравнимы. Скажи честно, парень, как ты относишься к этой войне? — вдруг спросил тот в лоб на.

Странно. Меня проверяют? Вполне возможно. Хотя мне в целом плевать на это кровопролитие. Да и о силе высшей знати я практически ничего не знаю. Я даже не могу распознать ранг Хаззака.

— Абсолютно бессмысленная резня, — рассудительно заговорил я, обращаясь ко всем знаниям, что приобрел за тринадцать лет в синдикате. — Возможно, изначально обе стороны и пытались чего-то добиться с помощью силы, однако, когда стало ясно, что ничего не выйдет и что всеобщей бойней ничего не решить, Ксант и Троя, вероятнее всего, пойдут на различного рода ухищрения. Точнее уже пошли, — вспомнил я о недавнем инциденте. — Аделлум и Несущие Бурю обратились за помощью к еще одному старейшему ордену. Появление Наказающих говорит о далеко идущих планах. Как понимаю, уважаемый владыка Данакт тоже что-то предпринял.

С каждым моим словом удивление в глазах Дэймона росло в геометрической прогрессии.

— Какие догадливые и бесстрашные нынче простолюдины пошли, — проворчал вяло Хаззак, созерцая меня с ног до головы. — Сам догадался или кто подсказал?

— Нет в этом ничего сверхъестественного, — пожал я плечами. — На пальцах прикинул, только и всего. Рано или поздно к этому мнению придут всё остальные. Не удивлюсь если узнаю, что на поле боя сейчас затишье.

— Три дня уже, — согласно кивнул глава. — Аделлум ушел в глухую оборону. Носа не кажут из-за вековых стен и барьеров, а воздушные суда патрулируют всё вдоль и поперек. Западный форпост оказался для них очень болезненной утратой.

Что ж, ожидаемо. Потеряли один из ключевых пунктов и решили уйти на рокировку. Стандартная тактика во время больших войн. Стоп… Погодите-ка. А с какого вселенского перепуга он стал интересоваться моим мнением о войне?

— Зачем вы мне об этом рассказываете? — сухо полюбопытствовал я, чуя неладное.

— Твоё будущее покамест неопределенно. Своей выходкой ты лишь всё усугубил. Наш горячо любимый Нефрит Ксанта непредсказуема так же сильно, как и Сиана Аванон, — спокойно изрёк мужчина, внимательно отслеживая любое изменение на моём лице. — Поэтому на данный момент будешь выполнять работу офицера. Через два дня тебя направляют на один из рубежей, — чуть тише добавил он, мягко подтолкнув мне бумагу и артефакт. — Можно сказать отбудешь практически сразу, как только получишь жетон, ножны и форму. Думаю, завтра все атрибуты тебе доставят. Официально ты еще не деспот, так что поступишь под управление тамошнего капитана. Всё уяснил?

И почему мне кажется, что это дурно пахнет? Голову даю на отсечение, что ничем хорошим это не кончится.

— Уяснил, — утвердительно кивнул я.

— В таком случае тебе пора. Можешь отправляться к себе.

После слов совершенного я без какого-либо смущения зашагал прочь. Подальше от начальства и поближе к столовой, но у самых дверей пришлось остановиться, потому как лишь Дэймон может сейчас честно ответить на кое-что меня интересующее.

— Лорд Хаззак, кем были те трое, которые присутствовали на моей оценке? — сходу спросил я. — Они не походили на аххесов.

Стало заметно, что такой вопрос поставил в тупик деспота, отчего затянулась весьма многозначительная пауза.

— Потому как они и не аххесы, — угрюмо заметил он. — К тому же ты сам ранее ответил на данный вопрос. Эти разумные тот самый замысел и… ухищрение. Хитросплетения голубокровных простираются гораздо глубже, чем мы можем себе представить.

— Так кем всё-таки была та троица? — вновь задал я свой вопрос.

— Зыбучие Пески, — отрывисто произнес Хаззак. — Это еще один старейший орден, который является вторым по силе в Иерихонском пантеоне. Это всё, что я могу тебе сказать.

Чтоб мне провалиться! Так-так-так… Проблема действительно принимает неожиданный оборот. Тогда какого беса она на меня взъелись? С какого это перепуга их кодла на меня повелась?..

Правый…

Прямой…

Выпад…

Подсечка…

Правое колено…

«Осколки» сейчас находятся в боевой ассоциации и вернутся только к вечеру. Уже не терпится взглянуть, чего они смогли добиться за то время пока пребывали в коллизии. Возможно, именно ущелье столь пагубно влияла на мой внутренний мир?

Левый…

Правый…

Прямой…

Диана со вчерашнего дня не в духе и не выходит из своей комнаты. Поди пойми, чего ей так не понравилось, поэтому пришлось топать сюда и выплеснуть всю дурь на ни в чем неповинные тренажеры и бойцовскую стенку.

Удар в голову…

Монотонный глухой звук ударов разносился по всему тренировочному плацу. Пот лился ручьём, мозг работал на запредельном уровне, но вот мысли текли как-то вяло из-за всего происходящего. Я хоть и выбрал самый дальний угол полигона, но внимания так или иначе привлекал чересчур много, а эмоции и кровь и без того сейчас просто пылали.

Видимо, я зря сюда пришел.

Разумных в округе было немного, но с каждой минутой офицеров Ксанта только прибывало и странных взглядов, направленных в мою спину и затылок, становилось всё больше.

Складывалось впечатление, что ко мне присматривались. Не в курсе, знали ли они обо мне, но в целом было на это плевать, я по-прежнему продолжал избивать стену с манекеном и выплёскивать наружу все негативные эмоции.

Правда, выходило из рук вон плохо. Лишнее внимание только всё усугубляло.

— Найди себе другую боксёрскую стену, молокосос! — вдруг раздался приглушенный голос из-за спины. — Сейчас ты занял моё место. Проваливай подобру-поздорову пока цел.

Молокосос?

Надменное обращение слегка вывело из себя, потому как секунду спустя движения замедлились и чуть обернувшись, я оглядел с ног до головы двойку прибывших.

Молодые, спесивые, по осанке и движениям воители. К тому же цвета формы говорили о их принадлежности к дому Креамх. Впрочем, на это тоже было плевать, сейчас важно кое-что иное.

Взор практически моментально скосился на черные кожаные ножны с двумя золотыми линиями.

Оба лейтенанты. У обоих жетоны скрыты за одеждой. Ни за что не поверю, что та стервозная нимфа стала действовать в столь глупой манере. Хаззак говорил, что я своеобразное клеймо на её репутации и она попытается от меня избавиться более скрытно. Значит, тут что-то другое.

— Как скажешь, — усмехнулся широко я, неспешно подбирая со стойки одежду. — Всё равно я уже закончил. Прощайте.

Но на такое моё заявление эта парочка лишь весело рассмеялась, привлекая к нам еще больше не нужного внимания.

— Стоять на месте! — преградил мне путь один из них. — Кто разрешил тебе уходить? Какого демона ты забыл на офицерском плацу? Предъяви ножны и жетон! Живо!

Так-так-так… Это забавно. Это очень забавно. Откуда, а главное, для чего выползли эти мудозовны?

— А ты кто такой, чтобы что-то требовать у меня? — усмехнулся я, а после глазами обвёл округу. — Остальных не слишком волнует моё присутствие. Однако внесу ясность… Ни ножен офицера, ни жетона у меня нет. Ни с собой, ни вообще… Пока что.

— То есть ты незаконно проник в зону офицеров? — стал наступать тот самый горлопан.

— Лишь безмозглый идиот захочет по своей воле попасть в зону офицеров, — сплюнул я с явной издёвкой. — Остаётся открытым два главных вопроса. Кто из вас двоих больший идиот? И кто именно из вас первым решил надоумить товарища сунуться к бывшему смертнику?

Судя по скривившемся лицам, я попал в точку.

А-а-а-а-а-а, так вот в чем беда! Теперь всё встало на свои места. Моя дурная слава даёт о себе знать. Неужели завистники? Всего-навсего парочка кретинов, которая на халяву хочет заиметь себе дополнительный статус? Безмозглые бараны!

— Ты посмел оскорбить аристократа, безродная шваль! — ощерился яростно первый. — За это полагается наказание…

Слова с делом у лейтенанта-идиота не расходились, потому как уже в следующую секунду его рука легла на тренировочный клинок, но моя стопа без какой-либо жалости со всего маху уткнулась в эфес оружия, отчего знатный выкидыш с шокированной харей припал на одно колено.

— Если не хочешь лишиться чего-то важного, то лучше убери железку! — холодно отрезал я. — Не знаю за каким причиндалом вы сюда пожаловали, но лучше катитесь на все четыре стороны пока я не передумал.

Однако мои доводы их уже не волновали. Второй сделал шаг назад и схватившись за рукоять оружия, снизу-вверх размашистым выпадом попытался покалечить меня, но вместо ожидаемой победы, тот вначале рассёк воздух, а затем раздался сдавленный вскрик его товарища и несколько последовательных хрустов.

Хватило сделать движение влево и выпустить из плена своей стопы ножны его друга, чтобы тот под силой инерции начал заваливаться вперед навстречу затупленной кромки лезвия, а секунду спустя рука первого идиота угодила прямиком под удар своей подружки, отчего сразу три пальца на руке оказались грубо сломаны. На одном даже торчала вывернутая из-под окровавленной плоти фаланга.

— Безродная тварь! — зло прошипел горлопан, сжимая руку. — ДА Я ТЕБЯ…

Впрочем, что-либо сделать ни один из них попросту не успел.

— Мелен, Ирлат, угомонитесь! Сами виноваты! Нечего было соваться к новенькому.

По-видимому, говоривший имел более солидный вес. Тот даже не удосужился оторваться от своей тренировки, а черные кожаные ножны с тремя золотыми линиями говорили о его принадлежности к касте капитанов.

— Лучше проветритесь, не то я рассержусь, — спокойно добавил он, продолжая выполнять силовое упражнение. — Не стоило лезть к тому, кого не знаешь…

Однако всем на удивление вдруг перебили и самого капитана, потому как секунду спустя до моих ушей донесся знакомый мальчишеский голос:

— Лейтенант… Лейтенант Ранкар! Я тут! Я к вам с посланием!

У ворот на тренировочной полигон, как ни в чём не бывало, стоял Киган и весьма радушно махал мне приветливо рукой, а во второй у него был зажат свёрток с символами боевой ассоциации Аххеского пантеона.

Что ж, похоже время пришло.

— Мы вернем тебе должок, выродок! — вдруг ударил в спину сочащийся от гнева голос горлопана.

— Лучше забейся в самую грязную дыру во всём военном лагере. Так как если увижу тебя в следующий раз сверну шею, — холодно отчеканил я, даже не думая к нему поворачиваться.

С каждым шагом навстречу к пацану на лице образовывалась кривая ухмылка, ведь я не знал, радоваться этому событию или же нет. Стоило приблизиться вплотную к водителю Хаззака, как тот весьма уважительно протянул мне свёрток.

— Это вам, лейтенант Ранкар, — почтительно пробормотал юнец. — Госпожа Маннисса просила передать лично в руки. Форму доставили вам в шатер.

Ткань с символами боевой ассоциации пришлось откинуть в сторону и взгляду тотчас предстали новенькие ножны лейтенанта Ксанта. Черная кожа с двумя ровными параллельными золотыми линиями, а чуть ниже красовался серебряный жетон на серебряной цепочке с моим именем, крупной римской цифрой шесть, которую крест-накрест пересекали два иссиня-черных клинка.

Означало сие изображение только одно…

Закалённый вершитель. А отныне я еще и полноценный лейтенант.

Проклятье! Кто бы мог представить, что всё так обернется.

— Благодарю тебя, Киган, — усмехнулся я тепло парню, неспешно набрасывая себе на шею жетон и быстро пряча его под футболкой, а затем в такой же манере на глазах у всех заинтересованных подпоясался ножнами и тотчас загнал в них Гаммы.

— Поздравляю вас, лейтенант, — расплылся в улыбке юноша, но затем его довольное лицо мигом померкло. — Вы же сегодня отправляетесь на рубеж, да?

— Если быть точнее, то чуть быстрее, — хмыкнул я. — Буквально через пару часов.

Неизвестность странная штука. Неделю назад ты был обычным приговорённым мясом, а сейчас мальчишка аристократ поздравляет тебя с присвоение звания. Осталось только собрать вещи и можно отправляться в путь. Хотя какие у меня тут вещи? Есть ли они вообще?

На своё нынешнее место дислокации я возвращался с такими вот вялотекущими мыслями. Правда, скучать стало некогда, потому как стоило приблизиться к своему небольшому шатру, как слух уловил знакомый мерзкий голос.

Сам того не понимая, я невольно ускорил шаг, в этот же миг из глубин сознания вдруг хлынули эмоции, а проклятая кровь начала что-то кровожадное нашептывать на ухо.

— Исцеляй, сучка иерихонская! ИСЦЕЛЯЙ Я СКАЗАЛ! — надрывался раздраженно горлопан, а затем раздался пронзительный звук пощечины. — Это дело рук твоего господина! Если не хочешь, чтобы мы тебя оприходовали, то делай так, как приказано…

— Ты получил по заслугам, кретин! Будь моя воля и я бы вырвала твои руки вместе с сердцем! — ядовито прошипела Диана. — Все вы, аххесы, такие! Все до единого! Именно поэтому Аделлум не желал быть частью вашего грязного пантеона! От меня ты исцеления не дождешься! Катись отсюда пока Ранкар не вернулся…

Ну всё. Ярвир свидетель. Я предупреждал. Кто-то определённо допрыгался…

Совсем не предполагал, что эти два идиота вздумают сотворить что-то непотребное. Честно признаться я напрочь позабыл о них и том недоразумении на плацу практически сразу, но похоже я был слишком наивен. Упустил из виду то, что они могут отыграться на других. Видимо, кое-кто слишком долго был один и слишком долго ни от кого не зависел.

Лишь на пару мгновений пришлось остановиться у самого входа в помещения, чтобы полностью осознать суть ситуации.

— Мерзкая непокорная шлюха! — продолжил надрываться издевательский мужской голос, отчего вновь раздался звонкий звук пощечины. — Я слышал, что ты иерихонская аристократка⁈ Так и еще и одарённая! Ну так как? Приятно каждую ночь раздвигать ноги перед безродным дворнягой? Приятно осознавать свою никчемность? Со своей смазливой мордашкой ты, скорее всего, была популярна у мужчин, а сейчас трахаешься с каким-то отродьем.

Внезапно раздался краткий истеричный смешок и следом послышался до невозможного, брезгливый шепот магини Жизни:

— Это ты никчемен, аххес! И то, перед кем я раздвигаю ноги по ночам тебя никоим образом не должно волновать. Заруби себе это на носу!

— ИСЦЕЛЯЙ! — завопил свирепо лейтенант, вновь одаривая девушку пощечиной. — Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ! ИНАЧЕ РАЗДЕНУ ТЕБЯ И ПОГОНЮ ПО ВСЕМУ ЛАГЕРЮ ГОЛОЙ!

Однако на удивление девица была непоколебима даже после таких угроз.

— Какие же вы, аххесы, жалкие, — тихо смеясь вещала та. — Упиваетесь своей ничтожностью и толикой силы перед теми, кто не может вам полноценно ответить. Если бы ты пришел ко мне с миром, то как истинная дриада, я бы помогла и исцелила твои ранения. Для этого и существует наша раса. Но ты… Ты явился сюда, чтобы излить свой гнев. Излить свою злобу на ту, кто не в силах навредить тебе. Ты лишь угрожал, требовал и визжал. Пришёл сюда как вор и преступник! Из-за своего бессилия, как ты выразился, перед безродным бродягой, ты пытаешься покрыть свою немощность используя женщину. Так и кто из нас никчемен на самом деле? — чуть громче рассмеялась целительница. — Скажи…

Видимо, слова Дианы сильно задели горлопана, потому как тот через секунду едва сдерживал себя от роковой ошибки и только сильнее продолжал злобствовать.

— ИСЦЕЛЯЙ! ЕЩЕ ХОТЬ ОДНО СЛОВО И Я ТЕБЯ…

Что ж, я услышал достаточно. Земля вам стекловатой, отребье!

Хватило сделать три неуловимых шага, чтобы оказаться внутри помещения и сцена, которую я увидел, начала быстрее распалять и без того неконтролируемые эмоции.

Один из лейтенантов сидел на кресле и со счастливым видом наблюдал за тем, как его друг навис над Дианой, подобно коршуну, отвешивая здоровой рукой одну увесистую пощечину за другой.

— А-а-а-а-а… Чернь явилась-таки… — расплылся тот в надменном оскале, медленно выпрямляясь во весь рост и демонстративно поднимая свою раненую конечность. — Говорил же, что верну должок. Мы тебя тут заждались, так что решили немного проучить твою сучку. Ты же не против? С товарищами надо делиться…

— Товарищами, говоришь? — обкатал я его слова на языке, цинично усмехаясь, а после кивнул на целительницу. — Должок решил отдать именно таким образом?

Глаза прошлись по раскрасневшемуся личику дриады и следам ударов на нём, а далее взор резко устремился на будущего калеку.

— Как там ваши имена? — чуть нахмурился я. — Не напомните?

— Я Ирлат, — усмехнулся идиот с раненой рукой. — А он Мелен. Оба из доминирующего дома Креамх. Лейтенанты Ксанта.

— Значит, Ирлат и Мелен… Идиот номер один и идиот номер два, — пробубнил я себе под нос, опуская лицо чуть ниже. — Территория Креамх.

— Если не хочешь проблем, то прикажи ей исцелить меня! — повысил голос этот идиот. — Как только мы с этим закончим я выберу для тебя достойное наказание. И кого ты назвал идиотами, выродок?

Я сам не заметил в какой именно момент глаза начали неосознанно краснеть, а вся ситуация являлась до беспардонного парадоксальной, а изо рта против воли вырвался полубезумный смешок.

— Наказание, получается, для меня подготовишь? — опробовал я его слова на вкус, невольно прикрывая веки, а следом протяжно выдохнул и расплылся в предвкушающей улыбке. — Не сомневайся. Наказание будет. Я был слишком мягок. Надо было вырвать твои поганые руки с корнями еще на плацу! Теперь я понял свою ошибку. Вы забыли, что я вам сказал там, на полигоне⁈ — прошипел яростно я, делая очередной шаг вперёд. — Я приказал вам забиться в самую грязную дыру! Приказал не попадаться мне на глаза! Но вы сами пришли сюда! Посмели что-то требовать от меня и моей целительницы… Вы действительно считаете себя бессмертными?

— Сражения в лагере между офицерами запрещены, — самодовольно ухмыльнулся Ирлат. — Желаешь лишиться головы? Ну так давай, вперед, грязная шваль! — провокационно поманил тот меня к себе, а после взглянул на Диану. — Как только тебя прикончат, то так и быть оставлю твою дриадку себе.

Идиоты. Какие же они идиоты. Складывается впечатление, что я единственный, кто ознакомился с уставом офицеров Ксанта. К тому же эти кретины не знают главного. Им же хуже…

В следующий миг тот сделал вновь нечто нелепое. Похотливо улыбнулся и под веселое улюлюканье Мелена, горлопан потянулся своей лапищей к отшатнувшейся прочь целительнице и попытался схватить её за волосы.

Взгляд девушки невольно направился в мою сторону, но более этого не требовалось.

Единственное, что отчетливо помнил — это то, что правая рука одним отработанным движением расстегнула ремень и сбросила с пояса отягчающее снаряжение, а последнее, что услышал перед тем, как начать действовать был тихий звон ударяющихся о деревянный настил цепей и Гамм.

— Забыл сказать, — почти что шепотом откликнулся я, сделав заключительный шаг навстречу судьбе и отдавшись во власть проклятой крови. — Мне в целом насрать… Насрать на любые правила. Любого, кто посмеет тронуть моё, я изувечу…

В какой-то момент в глазах у лейтенантов забрезжило нечто странное. Что-то похожее на неверие и трепет. Впрочем, следующие десять секунд полностью всё перевернули с ног на голову.

Рывок выдался стремительным. Мелен даже не успевал вскочить с кресла и что-либо предпринять. Сокрушительным ударом левой ноги в висок я напрочь вывел его из равновесия, а следующим выпадом подошва ботинка встретилась с харей довольного офицера и отправила ублюдка в дальний полёт. Секунду спустя раздался пронзительный звук разрываемой ткани и под натиском импульса тот проделал своим телом рваную дыру в шатре и кубарем вывалился наружу.

— Что… что ты делаешь… тебя накажут! ПРИКОНЧАТ!

— Сказал же тебе, — выплюнул холодно я. — Мне… насрать…

В последний миг тот попытался защититься и даже схватиться за оружие, но стало слишком поздно. Кулак в печень, два удара в челюсть и в довершение правое колено со всего маху влетело ему точно в солнечное сплетение, отчего он застонал и стал заваливаться вперёд, но более шансов я не стал ему давать. Прижав горлопана к полу и вывернув его руку под страшным углом, до ушей донесся жалобный вскрик.

— ТЫ… ТЫ ПОПЛАТИШЬСЯ… ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КТО МОЙ ОТЕЦ⁈

— Плевать мне кто он! Если породил такого урода, то он ничуть не лучше тебя! Знай одно! Сколько раз ты коснулся её своими мерзкими клешнями, именно столько раз я сломаю твою руку, — зашипел я ему на ухо. — Я насчитал пять пощечин. Так что давай сыграем в детскую считалочку. Как тебе идея, Ирлат? Вижу по глазам, что хочешь!

Улыбка моя стала ещё безумнее, и я начал стартовый отсчёт:

— Я решил ворон считать! Раз, два, три, четыре, пять… РАЗ — ВОРОНА НА СТОЛБЕ!

Через долю вдоха оглушительный рёв вылетел из его горла, вырвался из шатра и разнёсся по округе. К трём сломанным прежде пальцам прибавилось еще два.

— ДВА — ВОРОНА НА ТРУБЕ!!!

После прозвучал еще один страдальческий вопль, наполненный ужасной агонией и уже кисть горлопана приказала долго жить.

— ТРИ — ОХОТА НА ЦИКАД!

Следом наступила очередь предплечья.

— ЧЕТЫРЕ — КОРМИТ ВОРОНЯТ!

Локтевой сустав начал медленно искривляться и с пронзительным треском лопнул. К этому моменту Ирлат не кричал, а визжал фальцетом.

— ПЯТЬ — УЛЕТЕЛА КРАЙНЯЯ В ЗАКАТ!

Плечо лейтенанта вдруг захрустело под напором ботинка и применив чуть больше усилия, напрочь сломалось и вывернулось за спину.

— А шестая птица у нас галка! — яростно сплюнул я. — Вот… и кончилась считалка!

Под конец всех пыток аристократ просто подвывал и пускал слюни в пол, закатывая глаза от боли и корчась в муках у моих ног. От руки ублюдка осталось только изувеченное воспоминание. Не удивлюсь, что её вернут на место, но не так сразу.

Лишь через секунду я осознал, что вёл отсчёт считалки под накатывающий кровожадный шепот проклятой крови и на своё изумление чувствовал себя просто замечательно. По какой-то неведомой причине контроль над состоянием неистовства повысился.

Мириада счастливых случаев! Со мной действительно что-то не так…

Сокрушительным ударом ноги пришлось откинуть извивающеюся тушу Ирлата в сторону выхода, а затем всем корпусом обернулся к Диане. Завидев моё лицо и налившиеся кровью в глаза, та попыталась в ужасе отползти в угол, но я моментально подхватил целительницу на руки.

— Всё в порядке… Не… бойся, — произнесли отрывисто мои губы полуразборчивым шепотом. — Я себя… контролирую. Надеюсь…

— Спасибо, — с долей ошеломления пробормотала та, глядя мне в глаза. — Но не стоило. Их удары ничто. Сама бы справилась.

— Дело… не в их ударах и не… в ситуации, — выдохнул протяжно я, медленно пытаясь взять эмоции под контроль. — Вся суть… в уважении и доверии. Сейчас ты мой трофей. Если кто-то посмеет так обращаться с моими вещами, то это бьёт по моей репутации. Понимаешь?

Единственное, что я успел сделать так это перенести целительницу в сторону и как можно бережнее усадил её в кресло, а затем до ушей донесся громкий топот и внутрь шатра ворвались сразу несколько офицеров, во главе которых находился виденный ранее на плацу неизвестный капитан и Мелен с разбитом носом и окровавленной харей.

— Это он! ОН! Он затеял драку! — указывая на меня рукой заорал лейтенант. — Посмотрите! Посмотрите, что мерзкий простолюдин сделал с…

— Захлопнись! Без твоих визгов разберусь, — рявкнул свирепо военнослужащий с гербами доминирующего дома Сариан на груди. — Какого демона вы забыли в чужой ставке⁈ Я говорил вам утихомириться, а вы не…

Впрочем, раздраженная речь капитана резко прервалась и тот быстро огляделся по сторонам. Вначале взглянул на прорванную дыру в стене, после увидел кровь под ногами, затем посмотрел на почти бессознательно и едва живого Ирлата, который копошился в собственной крови и под конец с тяжелым вздохом поднял глаза на меня.

— Что же ты наделал, парень? Ты даже не представляешь, что тебя теперь ждёт, — обреченно поморщился офицер и сделав шаг влево, пропустил вперед пятёрку своих помощников. — В кандалы. Взять под стражу. Немедленно. А этого, — кивком тот указал на горлопана, брезгливо скривившись, — к целительницам.

Стоило им двинутся вперед, как я тотчас выпрямился и сделал шаг вперёд, но на такое моё движение капитан покачал головой, а его аура стала медленно накаляться силой.

— Не надо. Не усугубляй…

Парочка даже успела принять боевые стойки. Однако всем на удивление я сделал еще шаг вперед и весело подмигнув дриаде, просто-напросто протянул руку вперёд.

Впрочем, судя по заметно дрогнувшим глазам, только один из всех присутствующих офицеров заметил странность на моем левом запястье. Точнее тот увидел мельчайший контур рисунка за черными бинтами.

— Дерзайте, — усмехнулся я, закатывая рукава до предплечья и невольно встречаясь взором с тем самым капитаном. — Если вам так будет проще, то цепляйте свои железки…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона благородных.

Ставка командования доминирующего дома Хаззак.

Полдня спустя…

Тихий мужской смех, то и дело периодически разносился по кабинету. Новости хоть и являлись из разряда плохих, но Дэймона всё происходящее ничуть не огорчало, а даже забавляло.

— Что за парень? Что за демонов сын⁈ — в пятый или шестой раз повторил совершенный. — Всё ему не сидится на месте. Везде найдет на свою задницу приключений. Так сразу и не скажешь, что обычный простолюдин. Повтори еще раз, дочь моя, что там у них случилось?

— Отправил одного молодого лейтенанта в лазарет, второго до смерти напугал, — вновь обращаясь к артефакту на руке отрапортовала девушка. — Пару дней назад несколько юных офицеров из разных домов прибыли из Аронтира для пополнения и прохождения практики на поле боя. Все закалённые вершители, но есть кое-кто сильнее. Все аристократы. Видимо, прознали об успехах Ранкара.

— Откуда именно та парочка? — решил осведомиться мужчина.

— С территории Креамх.

— Лиама вмешалась? — приподнял тот брови.

— Вероятнее всего, нет, — поджала губы Маннисса. — Я дважды проверила всё через службу безопасности. — Осмелюсь предположить, отец, что она попросту не успела. Да и сработано очень и очень грубо. Сами знаете, старуха так не действует.

— Парень всё резвится, значит, — серьёзно пробормотал Дэймон. — Он виноват?

— Тут с какой стороны посмотреть, — поправляя очки, засомневалась воительница, а после вновь обратилась к браслету. — По большому счету он действовал по правилам. Не стал уж совсем рубить с плеча. Проучил двух зарвавшихся идиотов на плацу. В отместку та парочка вломилась в его ставку, начала что-то требовать от трофея. А трофеи священны. К тому же вы понимаете, отец, как действует молодая и неоперившаяся знать. Покровители тех дураков прекрасно знают, что Ранкару после подобного ничего смертельно опасного не будет, поэтому они и решили пойти на такую хитрость.

— Вижу молодым пришлось не по душе, что какой-то безродный простолюдин перещеголял их по всем фронтам, — вновь тихо рассмеялся Хаззак, глядя в одну точку. — Решили проучить зарвавшуюся чернь. Некоторым чужой успех спать не даёт, как погляжу. Они ведь не знают, что он вскоре станет частью дома Хаззак?

— Боюсь, отец, — кровожадно хмыкнула воительница, — они даже не в курсе, что он деспот.

— Им же хуже, — расплылся воитель в понимающей ухмылке, медленно поднимаясь с кресла. — Придётся напомнить кое-кому, чтобы вели себя подобающе. Пойду, что ли, навещу нашего бравого арестанта. Заодно и развеюсь. Будь добра, Нисса, отложи его отправление на рубеж. Чувствую, он немного задержится.

— Так каков ваш вердикт? — вышагивая рядом с отцом поинтересовалась девушка. — Что мне им ответить?

— Если хотят проблем и крови, то они их получат, — хмыкнул одобрительно Хаззак. — Соглашайся на их предложение. После захода солнца. На плацу. И собери побольше народа…

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Пятьдесят метров ниже уровня земли.

Казематы.

Полдня спустя…

Никогда бы не подумал, что буду чалиться на нарах после обычного мордобоя, но еще более необычным было то, что чувствовал я себя после рукоприкладства просто превосходно.

Да и сами казематы оказались вполне себе сносными. Темно, тихо и спокойно. Благодать! В моём положении это была не ссылка, а глоток свежего воздуха. Ранее практически ежечасно что-то приходилось делать. По чьему-то приказу куда-то бежать, кого-то бить, орать, плеваться, снова сражаться, а тут просто лежишь и ожидаешь своей участи.

Впрочем, даже в такой ситуации удавалось проводить время с огромной пользой. Анализ всего случившегося за минувшие дни был составлен более чем подробный. К тому же за последние сутки не получилось нормально побеседовать с Руной.

Спата медленно приходила в себя, хоть и какими-то муравьиными шагами. К тому же сама девица не сидела на месте, а исполняла ранее обещанное. Пыталась разобраться с ограничениями и разгадать их предназначение, а дело это являлось отнюдь не простым и отнимало уйму сил с концентрацией. Частично по этой причине Альяна молчала.

Да и за короткие полдня я каким-то чудом научился попадать в собственный внутренний мир. Под сводами тюремной камеры хоть и повисла гробовая тишина, но в подсознании гремели ожесточенные разговоры.

В общем и целом, даже в подобной ситуации имелось с кем поговорить. Скучать не приходилось.

В тёмном пространстве внутреннего мира то и дело приходилось наблюдать за тем, как Руна открывает и закрывает устало глаза. Попутно с этим не оставалось ничего больше, как прохаживаться по пространству и тщательнее присматриваться к массивным кандалам и тихо вибрирующим разноцветным столбам.

Оковы словно непроницаемая паутина оплели всё, до чего получалось дотянутся. Лишь на одной колоне не хватало половины цепей. Именно перед ней и восседала Альяна в позе лотоса.

— Невероятно, — раздался из-за спины заметно истощенный голос спаты. — Не знаю, кто на тебя наложил столько запретов, но те, кто это сделал обладали запредельной силой. Они действительно либо хотели убить тебя, либо спасти. Тем не менее,мне почти удалось разгадать суть первой печати. Я хоть и утратила частично память, но считала, что повидала многое. А тут даже я нахожусь в неком замешательстве.

От услышанного в груди что-то задрожало и сам того не понимая, я рывком переместился к девушке и присел прямо напротив неё.

— Что удалось узнать? — с жадностью вопросил я.

— Немного, — выдавив из себя улыбку, устало пробормотала девица. — Но могу с уверенностью заявить, что каждая из этих восемнадцати колон — это неотделимая часть тебя. Они скрывают что-то. Плохое или же хорошее, я еще не знаю, но вот она… — указала тонким пальчиком девушка на иссиня-черную тихо вибрирующую колонну, на которой не хватало половины кандалов, — …является одной из основополагающих.

Восемнадцать колонн. Колоссальная уйма печатей. И один я. Бес пойми кто.

— Кто мог это сделать? — кивнул я головой на столбы.

— Представить себе не могу, кто на такое способен, — пожала плечами Руна, а после задумчиво поджала губы. — Однако он или же она могущественны. Тут было потрачено катастрофическое количество сил. Причем «это» далеко необычная магия. Тем не менее, подобного количества ограничений я никогда не видела. Такого счастья никому не пожелаешь. Как и говорила раннее, это сделал либо твой самый злейший враг, который хотел заставить тебя страдать, либо тот, кто хотел тебя сберечь.

Заклятый враг и самый рьяный защитник, получается. Врагов у меня хоть отбавляй, но ни одного я не мог назвать заклятым, а моими единственными друзьями был Бетал и… Альяна. Больше никого и никогда.

— На что ты сейчас способна? — тихо спросил я, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей.

— Совсем немного, — уныло буркнула Руна. — В своём нынешнем состоянии я могу рассекать некоторые защитные барьеры и частично магию, как тогда в форпосте. По большому счету моя теперешняя сила кроется в самой стали Древних, из которой я сотворена. Так что я хоть и повреждена, но нерушима. Эх… А вот раньше, — с долей обиды тяжело выдохнула та. — Когда моя мощь являлась непостижимой, мне кажется я была сильнейшей из сестёр. Однако сейчас об этом вспоминать бессмысленно.

— Нам пока хватит и того, что имеем, — успокоил я её с кривой ухмылкой на физиономии. — Будет тебе пища, ядра, магия, кристаллы. Всё будет, но немного позже. Обещаю. Ты вернешь былую власть, а я разберусь с этим бедламом, — махнул я рукой в сторону колонн.

— Поскорее бы, — с тёплой улыбкой заключила Альяна.

Что ж, в одном Руна была права. Внутренний мир — это единственное место, где я свободен от своих эмоций и проклятой крови. Странно это. В состоянии неистовства я сюда попасть не могу, а когда всё относительно под контролем то запросто. Насмешка судьбы какая-то. Будь всё иначе мне стало бы гораздо проще. Можно было бы сбегать сюда в моменты припадков и скрываться от всех.

— Поведаешь о своей подруге? — обняв себя за колени, спросила внезапно Руна. — Альяне. Мне интересно…

От подобного вопроса кривая улыбка невольно померкла. Теперь пришла моя очередь протяжно выдыхать. Если честно, то хотелось прямо обо всём рассказать, но на задворках сознания начали раздаваться странные скрежещущие звуки.

— В следующий раз, малышка, — весело подмигнул я ей, поднимаясь на ноги. — Похоже, ко мне кто-то пожаловал.

Веки резко распахнулись, и я мигом принял сидячее положение на своей койке. Причем сделал это как нельзя вовремя. Слух вновь уловил лязг дверей и скрежет ключей в замке, а миг спустя в камеру прошествовал донельзя довольный Хаззак, который с интересом стал оглядывать тюремную клетку.

— Угнетающе, — прищелкнул тот языком.

Я нехотя намеревался подняться на ноги, но Дэймон беззаботно махнул рукой.

— Можешь не вставать, — хмыкнул снисходительно он, с удобством присаживаясь прямо напротив меня. — Такое неуважение как-нибудь переживу.

— Приветствую вас, лорд Хаззак, — расслабленно отозвался я, встречаясь с ним взглядом.

— Не перестаёшь ты меня удивлять, парень, — деловито изрёк совершенный, скрещивая руки на груди. — Каждый день с твоим участием происходит что-то нелепое или странное. Мне кажется, что за последние трое суток ты сейчас один из тех людей, с кем я вижусь чаще всего.

Казни сущее, Ярвир! Нашел чуем удивить. А то сам не вижу.

Правда, пришлось вновь засунуть свой скверный нрав куда подальше.

— Прошу прощения, если это каким-то образом вам навредило.

Впрочем, на моё заявление тот довольно закряхтел.

— Это всё пустое… Боюсь, то, что сможет мне навредить я в итоге не переживу.

На вид Дэймону было лет тридцать пять-сорок, но из-за безобразного шрама аристократ становился словно старше. Вот только сомневаюсь, что ему всего-навсего четвертый десяток. Совершенному больше. Гораздо больше.

— Не буду спрашивать по какой именно причине ты чуть не забил до смерти того недалёкого идиота, который гордо носит титул благородного, — продолжил говорить глава, — так как всё прекрасно понимаю. Маннисса и служба безопасности разобралась в данном инциденте и навели справки. Возможно, я сам бы так поступил. Однако проблема сейчас в ином. Вопрос не в том, почему ты его чуть не убил, вопрос состоит в том, что сейчас делать.

— Дайте угадаю, — выдохнул протяжно я, потирая устало глаза. — За ним кто-то стоит, не так ли? Кто-то весомый. Как бы то ни было, я читал устав офицеров Ксанта. Они прекрасно понимают, что я находился в своём праве так поступить. Тем не менее, сейчас кое-кто желает сгладить углы. Всюду есть лазейки.

— Радует то, что ты думаешь, прежде чем действуешь, — похвалил меня Дэймон. — Но в остальном всё так. В моих глазах те недальновидные разумные не стоят и выеденного яйца. Не разобравшись в ситуации, они стали что-то требовать. Достаточно одного приказа, чтобы прекратить весь балаган, но это… чревато.

— Он чей-то сынок? Внук? Брат? Сват? — спросил в лоб я. — Может сексуальный партнёр?

Стоило прозвучать крайним словам, как брови Хаззака слегка дёрнулись вверх, и тот тихо рассмеялся себе под нос.

— Тот, кого ты изувечил выходец из семьи Брахас, — ухмыльнулся удовлетворённо лорд. — Его отец, Ираш Брахас, один из десяти генералов доминирующего дома Креамх. Он на хорошем счету у Лиамы. Теперь Ираш негодует по тому поводу, что его единственное чадо угодило в лазарет. Когда такое было, чтобы простолюдин мордовал благородного?

Тьфу! Мерзость и кусок дерьма! Ненавижу таких людей больше всего!

— Чего они хотят? — спокойно полюбопытствовал я. — Мою голову?

— Слишком жирно для них. Они не знают, что ты вскоре станешь частью дома Хаззак. Также не в курсе о том, что ты деспот. Скорее всего, Лиама успела нашептать своему вассалу, что ты кое-что умеешь, но она не посмеет ослушаться приказа Нефрита и раскрыть всю информацию о тебе. Так что сейчас Ираш по большому счету действует в одиночку.

— Чего он хочет?

— Поединка. Судебного поединка. Старая практика, — скучающе усмехнулся одними уголками губ Дэймон. — Сражение до смерти. Виновного рассудит гибель. С арены выйдет только один. Таким образом они защитят свою поруганную честь и проучат зарвавшегося простолюдина, но если выиграешь ты, то всё может обернуться совсем иначе, — хитро прищурился мужчина. — Смекаешь, Ранкар?

На миг я даже не поверил в услышанное, но судя по лицу Хаззака тот говорил вполне серьёзно. Правда, во всей этой истории существовала одна неувязка. Очень большая неувязка, которая путала все планы.

— Противника необходимо… обязательно убивать? — засомневался я.

— Таков уговор и таковы традиции, — кивнул глава, а после подозрительно нахмурился. — У тебя с этим какие-то проблемы?

Проблемы? Да для меня это, сука, колоссальных размеров проблема! Будь моя воля я бы еще в прошлый раз прикончил обоих ублюдков. Холера! Что же делать?

«Я постараюсь помочь. Сделаю всё, что в моих силах», — раздался в подсознании взволнованный голос Руны.

«О чем ты? С чем ты сможешь помочь?»

«Объяснять некогда. Выиграй как можно больше времени».

Ирззу распутницу мне в жены! Что вообще происходит? Чего там задумала спата? Каким образом я буду тянуть время?

Впрочем, секунды неумолимо истекали, а физиономия Хаззака становилась всё более задумчивой.

— Нет никаких проблем, — покачал я отрицательно головой. — Когда?

— Сегодня. На закате.

По ощущениям до заката час, от силы два. Надеюсь, Альяна успеет.

— Кто будет противником? — деловито поинтересовался я.

— Сам Ирлат, — весело рассмеялся совершенный. — Только он может отстоять свою попранную честь. Другого варианта у него нет.

Стоп! Чего? Мне послышалось? Тот хлыщ уже оклемался?

— Целительницы творят чудеса, — развёл руками мужчина, завидев моё недоумение, попутно с этим поднимаясь на ноги. — Так или иначе, но будь готов к неожиданностям. Всё же хоть и вскользь, но к этому приложила руку Лиама. С некоторых пор она точит зуб на тебя. Справишься?

— А есть выбор? — фыркнул я.

— Выбор есть всегда, — хмыкнул беззаботно Дэймон. — Ты можешь принять свою смерть и всё тотчас закончится. Как тебе?

— Увольте, — покривился раздраженно я. — Еще хочу пожить.

— В таком случае решено, — хлопнул себя по коленям лорд, а после повысил голос. — Войди!

Практически моментально в камеру влетел тюремный надзиратель и мгновенно приосанился перед благородным.

— Слушай вас, господин Хаззак!

— Мы покидаем данное… заведение, — по-простецки выдал воитель, неторопливо поднимаясь с койки. — Арестованного забираю под свою ответственность.

— Как прикажете, господин. Кандалы… — вдруг засомневался тюремщик. — Их снять?

— Не стоит, — усмехнулся кровожадно он, протягивая руку за ключами, которые ему быстро передал надзиратель. — Так будет более… внушительнее, что ли. За мной, Ранкар, суд не ждёт!

— Зачем вы всё это делаете? — спросил расслабленно я, когда мы неспешно покидали казематы.

— Что именно ты имеешь ввиду? — осведомился мужчина, поворачиваясь ко мне всем корпусом.

— Зачем лично занимаетесь подобными делами? Вам не обязательно возиться с обычным простолюдином.

— Обычный простолюдин, значит… Вот как ты считаешь. Неожиданно, — невольно изумился лорд, заглядывая мне в глаза и почесывая подбородок. — В твоей ситуации вполне разумное и здравое, но в то же время весьма узкое мышление. Впрочем, совсем скоро ты сам всё поймешь. Сейчас можешь считать моё поведение прихотью. Подобные мне тоже обязаны развлекаться. Да и в какой-то мере я отличаюсь от остальных знатных.

— О чём вы? — не понял я его, а с каждым моим шагом на запястьях и ногах то и дело позвякивали кандалы.

— Мой дед. Дело в нём, — тихо проронил совершенный, продолжая подниматься вверх по каменной лестнице. — Давным-давно мой дед являлся простолюдином. В отличие от моих недальновидных детей я не забываю своих корней…

Царство Аделлум.

Зона офицеров.

Офицерский полигон.

Ранний вечер.

Час спустя…

Закат дня был необычайно близок. В такое время суток тренировочный плац пустовал минимум наполовину. Но только не сегодня. Несколько сотен офицеров, несколько десятков разумных более вышестоящего военного состава и несколько единиц самой заинтересованной высшей знати.

Ристалище для судебного поединка было наготове. Даже один из соперников уже присутствовал на месте. Не хватало сейчас только одного. Точнее двоих. Впрочем, та самая пара, которую дожидались не заставила себя долго. Весь полигон находился под властью могильного. Множество разумных решало и вело свои беседы под пологами тишины.

Тем не менее, в одно из мгновений молчаливую обстановку нарушил глухой лязг цепей. С каждой пройденной секундой лязг лишь усиливался. Множество заинтересованных взглядов стали обращаться на данный звук и их владелец, наконец-то, замаячил вдали.

Первым через врата, которые вели на площадь, прошествовал лорд Хаззак, а следом за ним позвякивая цепями на руках и ногах, шагал бывший смертник. Под всеобщим вниманием данная парочка пересекла плац и остановилась только с противоположной стороны арены.

У всех на виду один из ужасающих совершенных Ксанта по прозвищу Изувер протянул лейтенанту ключ и без какого-либо стеснения тот принял его из рук лорда. Вначале черноволосый освободил ноги, а после взялся за руки.

Стоило ему сбросить и откинуть в сторону оковы, как на губах у простолюдина заиграла кривая ухмылка и тот демонстративно стал разминать запястья, периодически бросая взгляд на своего противника и самого Хаззака.

— Благодарю за ожидание, — чуть повысил голос Дэймон, оглядываясь по сторонам и найдя искомого глазами среди горстки благородных, мужчина безрадостно хмыкнул. — Ян, мой друг, ты не поможешь?

— Как я могу отказать? Мне самому не терпится! — весело ухмыльнулся сатир, быстрыми шагами направляясь к центру арены. — Итак, господа и дамы, можем начинать! Соперники, проследуйте ко мне…

Складывалось впечатление, что меня словно молодого барашка вели на закланье. По крайней мере, подобное читалось в глазах множества офицеров. Вдобавок от огромного количества разумных я ощущал эмоции злорадства и раздражение.

Вашу ж собачью жизнь! Не успел стать лейтенантом, а уже толпа народа ненавидит. Какие все, сука, недоброжелательные. Не любят тут выскочек. Так ведь я еще и простолюдин. Двойное комбо.

Всем назло я наслаждался такой неоднозначной ситуацией. Звон кандалов на руках и ногах необычайно расслаблял. Чувства впервые за долгое время находились в порядке, что несказанно радовало. Правда, после боя всё изменится. Придётся что-то спешно предпринимать.

Причем среди толпы я успел рассмотреть несколько знакомых физиономий. Мараал, Креамх, парочка глав доминирующих домов. Гаман стоял среди младшей знати, а его сын Охмар довольно скалился из-за спины папаши. Видать многие меня похоронили. Ха-ха… Действительно говорят, что счастье в неведенье. Слава Ярвиру тут не присутствовало одной змееподобной стервы.

Вдобавок сюда каким-то образом просочились и «Осколки» во главе с Аркасом и Дианой. Еще забавляло то, что вся их заметно взволнованна компашка находилась в обществе того самого неизвестного капитана, который одним из первых прибыл на место моей драки с двумя недоумками. Встревоженный Цуг и Тэйн попытались незаметно махнуть рукой в знак приветствия, но под суровым взором офицера передумали это делать. На такой выверт бывших смертников я лишь криво ухмыльнулся.

Через пяток секунд мы на пару с Хаззаком добрались до моей части арены и протянув мне ключ, я со спокойным видом полностью лишил себя кандалов и неспешно отбросил их к стойке с оружием.

В этот раз не было никакой Бойцовской Ямы. Сражаться придётся на типичном овальном тренировочном ристалище.

— Благодарю за ожидание, — громко обратился к присутсвующим Дэймон. — Ян, мой друг, ты не поможешь?

— Как я могу отказать? Самому нетерпится! — весело ухмыльнулся сатир, быстрыми шагами направляясь к центру арены. — Итак, господа и дамы, можем начинать! Соперники, проследуйте ко мне…

К центру арены я шагал с хищной гримасой, то и дело поглядывая на Ирлата и его невозмутимого папашу генерала, который остался стоять за границей арены. Не успел я дойти до Мараала, как мелкие крупицы расслабленности попросту испарились. Испарились из-за одной единственной причины. Точнее целых двух причин в лице парочки голубокровных.

Прямо на глазах врата офицерского полигона отворились и с безэмоциональным видом на арену вальяжной походкой заявилась Кайса Ксант в обществе телохранителей, а рядом с ней с довольным личиком вышагивала Сиана, которая, завидев мою харю, и приподняв руку, начала шаловливо шевелить пальчиками в знак приветствия.

Ирззу распутницу мне в жены! Что творится в голове у этой девки?

Не оставалось ничего более, как вначале отвесить уважительный поклон горгоне, а следом и будущему фениксу Аванона. Надо сказать, что поступил таким образом не только я, но и практически все присутствующие.

— Продолжайте! — величественно заявила Кайса, неспешно усаживая свою филейную часть на только что возведенный телохранителем-одарённым неказистый каменный трон.

Спустя пяток мгновений мы с Ирлатом оказались рядом с сатиром. Понятия не имею откуда этот идиот набрался храбрости, но выглядел знатный целехоньким и донельзя уверенным в себе.

— Думаю, если здесь собрались даже уважаемая Нефрит и будущее созвездие, уже все наслышаны, что стряслось среди офицерского состава, — громко заговорил Ян, чтобы его слышали все. — По этой причине сегодня случится необычное сражение, а судебное. Во-первых, оно пройдет между двумя лейтенантами Ксанта. Во-вторых, схватка закончится смертью. В-третьих, по традициям необходимо уточнение, — голос его стал тише и терат обратился уже к нам. — Решить миром не хотите эту ситуацию? Ирлат?

— Ни за что, лорд Мараал, — сплюнул презрительно Брахас. — Простолюдин посмел оскорбить и ударить аристократа. За это полагается только смерть!

На секунду в глазах сатира мелькнуло пренебрежение после услышанного. Но лишь на секунду.

— Ранкар?

Да в гробу я видел эту схватку! Но кто ж меня спрашивает?

— Этот недоумок для себя уже всё решил, — пожал я плечами. — Теперь пусть всё рассудит схватка.

— Ты поплатишься за эти слова, шваль…

Однако зарождающийся фонетический понос резко прервал Мараал:

— Схватка без доспехов. Без алхимии. Один вид оружия. Только сталь на ваш выбор. Бой продолжается пока один не умрёт. Судебный барьер разрушит только смерть. Разойдитесь по углам. Начало по моей команде.

Назад я возвращался в весьма скверном расположении духа. Руна просила тянуть время и сейчас она молчит. Не знаю сколько я смогу затягивать время, но сомневаюсь, что слишком долго. Есть вариант сделать так, чтобы он истекал кровью, но раньше такое не помогало. Все мои враги выживали. К тому же Мараал сказал, что судебный барьер не исчезнет пока кто-то не сдохнет.

Проклятье! Вот меня угораздило же. Не знаю, что там придумала спата, но буду тянуть время сколько смогу. Постараюсь изувечить ублюдка до потери сознания.

Взгляд остановился на цепных Гаммах. Не моих, само собой, а казённых. Сталь являлась вполне сносной, так что должно хватить.

Прозрачно-матовый барьер в это время начал быстро формироваться над головой, а затем, словно стекая вниз, медленно создавал магический купол над всей ареной разом, отделяя меня и Ирлата от всех остальных. У границы сейчас стоял только Мараал и наблюдал за тем, как мы неспешно двинулись навстречу друг другу.

— Ты покойник, грязное отродье! — брезгливо выпалил Брахас. — В прошлый раз тебе сказочно повезло, но сегодня тебя ничто не спасёт.

На все голословные заявление я лишь расплылся в предвкушающей улыбке:

— Как рука? Не болит? Быстро тебя всё-таки собрали.

— Более такого не повторится! — с яростью ощерился он. — Сейчас ты за всё заплатишь.

— Ты идиот, который считает себя бессмертным, — расслабленно изрёк я, пальцами касаясь рукоятей Гамм. — Ты даже не офицер, а жалкая пародия. Надобно было сидеть в самой грязной дыре лагеря и не попадаться мне на глаза. Дважды тебе удалось остаться в живых, но всему есть предел.

Стоило закончить говорить, как улыбка моего противника стала до безобразия широкой, далее тот словно невзначай провёл кончиком языка по тыльной стороне предплечья и в тот же миг будто что-то проглотил.

— Говорю же… сегодня тебя ничто не спасёт, грязная ш…

На секунду померещилось, что на губах у ублюдка что-то блеснуло, но размышлять дальше не осталось более времени, потому как раздался громогласный бас Мараала:

— Да начнется судебный поединок… БОЙ!!!

До некоторых пор я отчетливо ощущал силу Ирлата. Закалённый вершитель не более. До сокрушителя он откровенно не дотягивал, но после начала сражения что-то в этом отребье переменилось, потому как впервые за долгое время я стал ощущать пульсацию протеста в затылке.

А это могло означать только одно…

Подступающая опасность.

Как и всегда, я избрал тактику второго номера и начал медленно переходить в глухую оборону. Лучше стратегии не придумаешь, если необходимо тянуть время. Вот только Ирлат взвинтил темп схватки практически моментально до запредельного уровня. Скимитары в руках у благородного мельтешили с молниеносной быстротой, а сам лейтенант сейчас напоминал молниеносную тень, которая перемещалась вокруг меня и пыталась отыскать брешь в обороне. На моё удивление секунд через пятнадцать ему каким-то чудом удалось это сделать. Вражеский клинок соскользнул с серповидного лезвия Гаммы и оставил глубокую рану на плече.

Сейчас всё играло на руку противнику, поэтому попытавшись абстрагироваться от всего, я продолжил в прежней манере сдерживать его растущий натиск. Причем с каждым вдохом и выдохом протест всё сильнее давал о себе знать.

Опасность увеличивалась.

Я чувствовал размеренное дыхание оппонента. Видел смазанные движения. Аристократ владел сносной техникой движения и неплохой техникой боя, но в остальном не было ничего удивительного. Тем не менее, каким-то нелепым образом он становился всё сильнее.

— Где твоё бахвальство, чернь, а⁈ — вдруг стал насмехаться невероятно довольный Ирлат, перехватывая инициативу.

Тем временем он продолжал сыпать атаками как из пулемёта. Приходилось постоянно менять вектор движения, чтобы это отребье не загнало меня в угол, но тот чудным образом медленно и верно отрезал все пути отхода.

— Давай, выродок! — не унимался аристократ, а в его голосе стали пробуждаться странные возбужденные нотки. — Скажи еще что-нибудь веселое или обидное! Ты же можешь! Ну давай!

Ярость и раздражение в груди под действием битвы начали медленно разгораться словно тлеющие угли на костре, а словесный понос хмыря лишь сильнее подстёгивал эмоции, но приходилось держаться, дожидаясь своего часа.

— Это всё? — уже вовсю хохотал благородный, сыпя градом ударов. — Все, что ты можешь⁈

Забавно. Очень забавно. Давно меня так не поносили.

Удары, движения, скорость, выносливость, в Ирлате всё кардинально переменилось. На миг отчетливо померещилось, что с ним действительно что-то не так. Впрочем, ответ на свой вопрос я отыскал очень и очень скоро. Глаза. Аристократа выдали глаза и дёрганая мимика. И он совсем не чувствовал усталость. Значит, не показалось. Он и вправду сожрал что-то забористое.

Сейчас основная проблема крылась в его атаках. Они стали тяжелыми и невыносимо хлесткими. Серповидные клинки то и дело отбрасывало в сторону, а натиск скимитаров лишь увеличивался. В одно из мгновений протест завопил, словно умалишенный и клинки противника достигли цели.

Правая Гамма от постоянного напряжения вдруг с пронзительным треском клацнула, затрещала и наполовину разрушилась прямо в руках, а вражеское лезвие размашистым движением попыталось отсечь голову и только в невероятном акробатическом кульбите у меня получилось ускользнуть прочь, но кровь вновь обагрила арену, потому как кончик клинка рассёк футболку, и от левого плеча до брюха вспорол плоть. Рана оказалась в меру глубокой и тотчас со страшной силой начала кровоточить, а боль в данный момент казалась обжигающей.

Пришлось быстро избавиться от рассеченной надвое одежды, так что перед всеми я предстал с голым торсом, который от горла и почти до самого пояса стало стремительно заливать алой субстанцией.

На миг Ирлат остановился и стал красоваться делом рук своих.

— Ха-ха-ха… Ну же, чернь! Покажи, что ты можешь! Больно, не так ли⁈ — стал насмехаться вершитель. — По глазам вижу, что больно.

Причем нечто аналогичное начало происходить и за пределами арены. Некоторые аристократы, которые находились на моей оценке начали живо вставать со своих мест и с удивлением переглядываться между собой. На Диану и «Осколков» вообще было жалко смотреть. Наблюдая за боем, улыбка на лице Сианы померкла давным-давно, а вот физиономия горгоны была всё такой же скучающей. Та лишь периодически хмурилась и переводила глаза на мрачнеющего Хаззака, а вот папаша Ирлата и Креамх в это самое время находились на седьмом небе от счастья.

— Аристократам закон не писан, да? — негромко рассмеялся я, всем на изумление, а затем с полубезумной улыбкой провёл ладонью по рассеченной груди и попробовал на вкус собственную кровь. — Не знаю, чего ты там сожрал, кусок дерьма, но тебе это всё равно не поможет. Хочешь мою голову? Так подойди и забери…

— МЕЛКИЙ СУЧЕНЫШ! — яростно выкрикнул он, вконец слетая с катушек.

По одному лицу и глазам стало понятно, что тот перестал себя контролировать. Вот только судьба странная штука. Она порой вмешивается тогда, когда этого совсем не ждёшь.

Отброс по имени Ирлат находился уже в паре метров от меня. И именно в этот миг в подсознании раздался до безобразия тихий и усталый голос Руны:

— Я… я… смогла, обладатель… Я… я расшифровала большую часть первой колоны… Я знаю за что она отвечает…

Слова девушки прозвучали как гром среди ясного неба.

«Ты умница, Альяна, — похвалил я её. — Появилась как нельзя вовремя».

«Черная колона почти на сто процентов ограничила вашу жажду крови. Она запечатала ваши определенные инстинкты».

«За что именно отвечали эти инстинкты?»

«Убийство. Именно эта печать не даёт вам убивать. Она главная проблема. Тот, кто её возвёл, всеми фибрами души желал, чтобы вы… не убивали».

« Плевать мне сейчас на это! Сможешь её снять? — с надеждой спросил я».

«Нет, не смогу, — отрезала уныло девица. — Нужно катастрофическое количество сил».

В груди что-то ухнуло в самую непроглядную пропасть, но следующие слова Альяны вернули сознание к жизни.

«Но если потрачу всю накопленную энергию, то смогу приглушить её действие, правда, несколько дней вам придётся справляться без меня. Я дам вам максимум десять секунд. Больше не получится».

«Десять секунд — это целая вечность, малышка, — расхохотался про себя я. — Как только попаду во внутренний мир, то расцелую тебя. Действуй по моей команде».

' Я давно хотела сказать, и похоже время пришло. Смерть — лучший учитель для всех. Смерть — это урок. Один единственный урок. Когда-то давно я истребляла миллионы разумных существ… Не знаю почему и по какой причине, но я и мой прошлый носитель не знали жалости и сострадания. Мы проливали кровь и сеяли смерть с разрухой… Смерть и разруху по всему Вечному Ристалищу. Кажется, я являлась одной из тех… – следующие слова словно застряли в горле у Альяны, — …кто своей силой могли истреблять самих оберегов. По-видимому, я отголосок Пятой Династии…

Мириада сраных бед! Вот тебе и Руна Истребления. Хотя мы оба хороши. Скиталец, на которого объявлена охота и отголосок Пятой Династии, а всё связанное с ними вне закона. Два безумных отщепенца. Если правда раскроется, то меня захочет прикончить каждый встречный. Почему мне кажется, что я лишь в самом начале необычайно долгого пути?

Вся беседа в подсознании заняла не более секунды, но за это время Ирлат добился огромных успехов. Кромка скимитара уже маячила в десяти сантиметрах от лица, а за пеленой эйфории и заимствованной силы, что покрыла физиономию отброса, я увидел ликование.

— Хотел узнать на что я способен, мусор? — с издёвкой осведомился я. — Раскрой свои собачьи глаза пошире, никчёмная мразь, и смотри внимательно.

Первичное состояние неистовства…

Злоба. Раздражение. Ярость…

— Это плохо, — пробормотал растеряно Ганграт, глядя на залитого кровью скитальца, между делом переглядываясь с заметно взволнованным Аркасом. — Это очень и очень плохо…

Диана наблюдала за боем и не хотела верить собственным глазам. Она не желала верить в то, что видела. По всей видимости, пилигрим не лгал. Абсурд это или же нет, но Ранкар и вправду не мог убивать. Чем дольше она следила за схваткой, тем необъяснимей становилось на душе.

С первой их встречи она терпеть не могла этого неотёсанного хамоватого грубияна. На мерзком фоне скитальца остальные его друзья из стана «Осколков», даже включая брюзгу Рамаса, являлись попросту эталоном изысканных манер. К тому же его постоянные перемены в характере и настрое периодически пугали целительницу. Порой он был спокоен, словно подземное озеро, но буквально через секунду мог перемениться до неузнаваемости, преображаясь в неистовый вулкан эмоций.

Неуравновешен, раздражителен, жесток, груб, нелюдим, самонадеян, безумен, насторожен, опасен… Девушка еще долго могла перечислять все негативные качества пилигрима, ведь ей казалось, что Ранкар был квинтэссенцией всего отрицательного. Кроме имени она ничего о нём не знала, но после той самой злосчастной ночи всё медленно стало меняться. Порой магине Жизни мерещилось, что за уймой всего скверного и напускного скрывается еще что-то… Нечто необъяснимое. Нечто, что промелькнуло в его глазах тем проклятым утром. Нечто, с чем этот странный человек не может бороться. Временами дриада видела перед собой не последнюю сволочь, а всего-навсего до безобразия одинокого, самоотверженного и запутавшегося мужчину, у которого не остаётся выбора.

Целительнице не нравился Ранкар. От слова совсем. Особенно после того, что он сотворил под действием припадка. Она всеми фибрами души желала ненавидеть его, однако полноценно ненавидеть не выходило. Да, по большей части она была повинна в случившемся, но… сердцу-то не прикажешь. Девушка не хотела этого признавать и находила сотни причин, но она была в чем-то благодарной пилигриму.

Недавно ей исполнилось всего-навсего двадцать четыре года. Для дриад Жизни это и не возраст вовсе. Они одни из тех, кто из-за влияния родной стихии живут дольше прочих. Но вся соль состояла в ином. Диана являлась одной из самых молодых и гениальных целительниц на ранге Магистэра третьего отсечения в Аронтирской академии Иерихона, однако даже ей пришлось бы потратить с десяток лет, чтобы коснуться границ ранга Советника. И вот на её страх и изумление десять лет были заменены одной ужасной ночью с этим странным скитальцем. Ночь, которая оказалась наполнена болью, насилием, близкой смертью, стыдом и… небывалым удовольствием!..

Дриада не хотела этого признавать, но под властью похоти она поддалась низменным инстинктам. Она помнила посекундно их соитие с пилигримом. Магиня боялась, что ни один из мужчин и даже её будущий нареченный муж не сможет преподнести ей столь драгоценный подарок в первую брачную ночь, как три последовательных магических прорыва.

— Всё плохо, — повторил следом за минотавром Тэйн. — Всё очень и очень плохо.

— Хватит вам обоим нагнетать! — встревоженный шепот полубога вырвал Диану из греховных помыслов, и та с предательской жадностью вновь уставилась на схватку. — А то я сам не вижу! Ранкар сдаёт.

— Он… он действительно не может убивать? — одними губами прошептала целительница на ухо Рамасу, чтобы её мог слышать только он.

— А ты считала, что он лжет? — процедил сквозь зубы тифлинг, опалив девушку недовольным взором. — Арк говорил, что он проклят. Ранкар не может отнять жизнь. Вероятнее всего сейчас он тянет время. Я не знаю, для чего он это делает…

— Почему он не использует родословную, как тогда в Бойцовской Яме? — растеряно вопросил Цуг, обращаясь к товарищам.

— Здесь что-то не так… — раздался тихий бас за их спинами, и все разом обернулись назад.

— В чем проблема, капитан Хемах? — насупился тотчас Аркас.

— Не припомню, чтобы Ирлат показывал такие успехи раньше, — с подозрением пробормотал офицер, наблюдая за боем, а затем скосил взор в сторону благородных и указал глазами на двойку голубокровных глазами. — Не забывайте, кто тут находится. Вы многого не понимаете. К тому же я уже наслышан о вашем друге. Причем не от абы кого, а от…

Впрочем, капитан Ксанта резко прервался на полуслове, затихшая арена внезапно загомонила и оживилась от увиденного, а пятерка «Осколков» интуитивно подалась вперёд.

В одно из мгновений бывший смертник получил глубокую рану от плеча до самого пояса, а из жуткого разреза начала обильно выступать кровь, окрашивая тело пилигрима в алые цвета.

— Проклятье! — выдохнул обреченно Ганграт. — Да что там происходит⁈

От увиденного даже Диана невольно сглотнула и подалась вперед, но всем на удивление на лице у скитальца не дрогнул ни единый мускул, он лишь презрительно скривился и что-то ответил своему противнику, а далее с демонстративным видом попробовал сочащуюся из разреза кровь на вкус.

Но буквально через секунду всё начало стремительно меняться. Ирлат с кровожадным рёвом рванул добивать своего оппонента, а Ранкар застыл на одном месте с ничего не выражающим лицом и подрагивающими руками.

— Инферно мне свидетель! — сглотнул опасливо Рамас, невольно отступая назад и наблюдая за схваткой во все глаза. — Чувствую, что сейчас… что-то будет.

Целительница вначале изумлённо уставилась на тифлинга из-за такой реакции, но после в мгновение ока обратила взор вновь на арену. Ничего не предвещало каких-либо кардинальных перемен, но за долю вдоха пилигрима словно подменили. Такая перемена заставила всех благородных вздрогнуть и от неверия вскочить на ноги, потому как на ристалище начало твориться нечто необъяснимое. Состояние Ранкара, его мимика, движения в мгновение ока преобразились.

Новоявленный лейтенант Ксанта отныне являлся лишь бледной тенью себя прошлого…

— Хотел увидеть на что я способен, мусор? — с издёвкой осведомился я. — Раскрой свои собачьи глаза пошире, никчёмная мразь, и смотри внимательно.

Первичное состояние неистовства…

Злоба. Раздражение. Ярость…

Весь мир разом померк и окрасился только черно-багровыми цветами, но иного сейчас и не требовалось. Проклятое наследие непомерными дозами заструилось по жилам, и каждая клеточка организма жадно пропитывалась столь необузданной мощью.

Корпус с молниеносной скоростью увернулся от ниспадающего скимитара противника, который промелькнул в миллиметре от взбешенного лица и со всего маху с чавкающим мерзким звуком вонзился в моё бедро, но боль из-за накатывающих волн неистовства не ощущалась вовсе, а вдох погодя уцелевшая Гамма вместе со своей поврежденной сестрой начали кровавое представление.

На харе у Ирлата я завидел радость, но ликование его быстро прекратилось. Вместо того, чтобы разрывать дистанцию моё тело ринулось ему навстречу. Именно в этот миг из-за своей структуры серповидные клинки оказались в более выигрышной позиции, чем их визави. Невозможно орудовать длинными скимитарами нормально, когда один из них торчит в ноге у противника, а второй отводит в сторону переломанная надвое Гамма.

Вот только заключительным этапом в сражении являлся пронзительный звон цепей. Хлестким движением рук я в мгновение ока перебросил стальные звенья на запястья ошеломлённого таким вывертом противника.

Скорость, сила, выносливость, ловкость, восприятие. Все показатели тотчас устремились куда-то ввысь. Улыбка стала напоминать оскал дикого зверя, но вся ситуация сейчас до боли забавляла. Никогда не чувствовал себя столь замечательно.

— Говорил же, то дерьмо, которое ты сожрал перед началом боя тебе не поможет! — прохрипел полубезумно я, глядя тому в глаза. — Отныне… твои руки… тебе не принадлежат. Теперь… они мои!

Наверное, в данный миг для ублюдка всё и завершилось. Судя по растерянному лицу, тот и сам всё понял. Но для любых осознаний стало слишком поздно. Хватило одного сокрушительного удара правой ногой, чтобы выбить скимитары из ладоней врага и намертво затянуть цепи на обеих конечностях, а затем уцелевшая Гамма без какой-либо жалости вначале дважды вонзилась в левое бедро, затем полоснула по предплечьям, а под конец перекочевала прямо между рёбер, отчего ублюдок захрипел и с диким визгом припал на одно колено.

— Нет… Нет… НЕТ!!! — хрипло завопил Ирлат, глядя на меня снизу-вверх и от неверия качая головой, словно буйвол. — Не смей… НЕ СМЕЙ! Я… Я БЛАГОРОДНЫЙ… Я… АРИСТОКРАТ… Я СЫН ГЕНЕРАЛА…

Однако кричать дальше у него не осталось возможности, потому как стоило потянуть за рукоять Гаммы выше, как она с чудовищным скрежетом раздробила несколько рёбер и дошла до самой грудины, а вопль лейтенанта Ксанта тотчас утонул в хриплых булькающих стонах. Для пущего эффекта моя стопа со всего маху и до хруста в зубах впечаталась ему точнёхонько в челюсть, которая пронзительно затрещала под натиском каблука ботинка.

АЛЬЯНА, ДАВАЙ!!!

«У вас десять секунд, обладатель…» — устало проронила та.

Уговаривать Руну не пришлось. Честно признаться я отчего-то опасался данного момента… Момента, когда приоткроется завеса тайны, которая исковеркала мою жизнь. Причем, как оказалось, переживал я не просто так.

Целое мгновение ничего не происходило, но затем всё перевернулось вверх дном. Протест завопил так, что перекошенная от боли харя Ирлата поплыла в разные стороны из-за резкой мигрени. Каждой клеточкой тела я начал понимать, что одна из печатей ослабевает, потому как в этот миг с души будто стал исчезать невидимый груз и откуда-то из глубины внутреннего мира раздался потусторонний, но в то же время грустный тихий баритон:

Если… если ты меня слышишь, то этот момент наступил… Момент, которого я боялся всю жизнь с секунды твоего рождения… Кто бы это ни сделал и для чего бы это не было сделано… Молю тебя, сдерживай себя… Заклинаю всем сердцем и душой, не дай этой силе поглотить тебя… Не дай ей поработить твой разум… И если сможешь, то… прости меня…

Протест моментально ослаб, а ограничительная стена исчезла на десять жалких секунд. Померещилось, как нечто знакомое вернулось обратно. Но ощущение это оказалось мимолётным. Потому как его тотчас затмило чувство непередаваемой эйфории и силы.

Жажда крови и жажда убийства поглотили разум. Мир расцвел совершенно по-другому. Складывалось впечатление, что я впервые пробую на вкус нечто столь соблазнительное, впервые показалось, что меня ничто не обременяет, а затем изо рта вдруг вырвался облегченный выдох вперемешку с тихим смехом.

— Наконец-то… Это случилось.

— Я… я сдаюсь… Не… убивай… — раздался чей-то утробный голос у самих ног.

На секунду я даже позабыл, где нахожусь. Лишь через миг вспомнил, что на арене, и что всё еще идёт судебный поединок.

Да. Убить! Нужно убить эту мерзость! Необходимо стать сильнее. Гораздо сильнее, чем сейчас. Нужно… сожрать его жизнь. Сожрать всю его накопленную энергию!

Раздался тихий гул цепей и трижды обмотав их на руку я приподнял за скованные предплечья тушу Ирлата и расплылся в омерзительной ухмылке.

— Глупец… — зашептал я могильным тоном, не узнавая собственного голоса. — Какой же ты глупец. Ты не понял кого посмел пробудить. Но я… я благодарен тебе. Сердечно благодарен. Тринадцать… Целых тринадцать лет я пребывал в забвении. Тринадцать лет я ждал этой минуты. Прощай, четвертый труп на моём счету. Тебя ведь Ирлат звали, не так ли? Знай одно. Я тебя надолго не запомню, потому как за тобой будут миллионы других, — с улыбкой сумасшедшего заключил я, глядя в до ужаса напуганные глаза аристократа.

Мир будто бы заволокла тёмная пелена. Окружение я видел лишь смутно. На миг померещилось, что губы сами что-то шепчут противнику, а затем рука самопроизвольно схватилась за рукоять Гаммы и нещадно начала нарезать Ирлата на куски.

Первой отсеченной конечностью оказалась нога, затем рука, после вновь нога и в довершении тот остался висеть одним предплечьем на моих цепях, извиваясь всем телом и заливая округу опаляющей кровью.

Благородный уже не кричал. У него не осталось сил для этого. Тот лишь тихо постанывал и хрипел, а из глотки извергалась кровь вперемешку с плотью.

— Спасибо за угощение, — жадно сглатывая, прошипел я, загоняя Гамму ему в шею.

А затем окровавленная рука с молниеносной скоростью вонзилась Ирлату точно в солнечное сплетение.

— Пожирание…

Не знаю почему я это сделал, но проклятое наследие шептало, что так необходимо. Жизненно необходимо. И оно не солгало. Практически сразу я ощутил, как нечто приятное и до одури высокоэнергетическое перетекло из тела благородного прямиком в мой внутренний мир.

Противник увядал на глазах, обращаясь омерзительной мумией.

Словно этого было мало пальцы нещадно вырвали из глотки Ирлата Гамму и за один взмах серповидное лезвие отсекло тому голову и руку, отчего тело мёртвого ублюдка свалилось к ногам.

Голову я подхватил у самой земли и с отрешенной улыбкой сделав несколько шагов к грани рассеивающегося барьера, бросил башку Ирлата на землю и ударом ноги отправил её в сторону бледного папаши, который не сводил рассеянного взгляда с изувеченного черепа отпрыска.

— Забери! — усмехнулся пакостно я. — Кажется, это твоё! Вроде бы ты хотел получить мою голову, но не вышло, взамен получай башку своего сынка…

Стоило обернуться назад, как десять секунд исчерпали себя, а миг спустя оковы с металлическим скрежетом вернулись на место. Небывалая усталость тотчас свалилась на плечи и взгляд на мгновение поплыл.

Однако удивляло сейчас отнюдь не это. Тишина. Арена пребывала в тишине. Хватило одного взора, чтобы окинуть всё пространство разом. Итог происходящего мне совсем не понравился.

Судебный барьер только рассеивался, а вся знать отчего-то повскакивала на ноги. Мараал с ошалелым видом почти что носом уткнулся в защитный массив и не сводил с меня алчных глаз. Креамх оказалась мрачнее тучи. Хаззак же по неизвестной причине сделал шаг вперёд и сжал кулак.

Но более позабавили лица Кайсы и Сианы.

Глаза будущего феникса Аванона были широко раскрыты, а мордашка горгоны выражала небывалые растерянность и неверие.

Только через пяток секунд я осознал, что смотрят они не на меня, а куда-то ниже. И опустив взгляд, я невольно застыл. Обе руки по локти сейчас были покрыты не только кровью, но и едкой, как смоль черной дымкой с редкими багровыми прожилками.

«Альяна, это ты⁈ Что ты сделала»?

' Нет… Это не я… — едва слышно прошептала спата невероятно усталым тоном. — Твои ограничения… Они… они среагировали на смерть того дурака. Ты что-то отобрал у него. Это не моя сила, обладатель, а ваша… ваша собственная'.

— Какого хе…

Впрочем, договорить оскорбление до конца я попросту не успел, потому как тело почему-то пошатнулось и стало заваливаться вперёд. Прежде чем потерять сознание, я увидел, как в ладони у Хаззака материализовался тонкий серо-багровый клинок и подняв его над головой, тот без каких-либо трудностей рассёк рассеивающийся барьер до конца, а кончик его лезвия оказался направлен прямиком в мою сторону.

Мириада сраных бед! Всё. Приплыли. Не думал, что подохну столь нелепым образом так еще и от руки Хаззака.

Последнее, что я успел услышать перед падением во тьму, так это ошеломленный возглас Сианы, которая произнесла только одно единственное слово:

— Тёмный…

Терра.

Ярвирская Империя.

Ирзза. Столица империи.

Восемь месяцев спустя.

Поздняя ночь…

В узеньких переулках столицы Ярвирской Империи зачастую ошиваются разные индивиды, но только не сегодня. Сегодня всюду преобладали мрак и тишина. Словно всё подполье местных синдикатов оказалось в курсе того, что данной ночью произойдёт нечто ужасное и непоправимое.

Вот только в одно из мгновений мирное безмолвие оказалось разрушено нарастающим тихим гулом… Гулом, который доносился из ниоткуда. Будто всего этого было мало, кусочек пространства внезапно треснул прямо на глазах и из кромешного мрака со скоростью света вывалился чей-то силуэт в тёмно-багровых доспехах. Беззвучно ударившись о первую попавшуюся стену на своем пути, незнакомец медленно сполз вниз по кирпичной кладке, между делом проклиная всё на свете:

— Сучья кровь! Провалиться мне на этом самом месте!

Впрочем, стенал седовласый мужчина недолго. Практически мгновенно тот вскочил на ноги, вначале прислушался к себе, а после хаотично огляделся по сторонам и устремил взор куда-то в сторону.

— Нет… — встревоженно прошептал красноглазый, не веря своим чувствам. — Не может этого быть… Не может!

Это единственное, что успел сказать неизвестный, а секунду спустя тот попросту исчез в алой вспышке.

Терра.

Ярвирская Империя.

Ирзза. Столица Ярвирской империи.

Восемь месяцев спустя.

Поздняя ночь…

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона благородных.

Шатер для приглашенных гостей.

Несколько часов назад…

Рассказать мне успели немного. Не прошло и десяти минут, как небольшая палата лазарета оказалась битком забита толпой народа. Причем сразу нескольким пришлось стоять, подпирая своими спинами стены. Стульев, увы, более двух штук не отыскалось.

Аркас, Ганграт, Цуг, Тэйн, Рамас и Диана. Необычайно разношерстная компания ныне собралась в одном месте.

— Видел бы ты, какой переполох начался, стоило тебе отрубиться, — оголтело продолжил лепетать Цуг. — Хаззак первым рванул вперёд. Мараал пытался помочь. Разгорелся такой гвалт, что еще на протяжении нескольких часов он продолжался во многих уголках лагеря.

— К тому же по витающим слухам, — вклинился в беседу Тэйн. — Когда тебя оттаскивали в лазарет Сиана Аванон и Кайса Ксант о чем-то жестко дискутировали, то и дело тыча пальцем в твою сторону.

— Могу сказать, что высшую знать ты взбодрил более чем удачно, — расплылся в широкой улыбке Аркас.

Какого беса они улыбаются? Тут рыдать надо!

— Ты всех здорово напугал, — подал голос Рамас, а затем словно специально подлил масла в огонь. — Так ты всё-таки можешь убивать?

Я ждал этого вопроса.

— Не могу, — покачал я разочаровано головой. — Мне пришлось многим пожертвовать, чтобы отнять жизнь того отброса. На постоянной основе я не с умею сеять смерть.

— Всё-таки ты проклят, Ранкар, да? — пробасил угрюмо Ганграт переглядываясь в остальными.

— В какой-то мере вы правы, — пробурчал невнятно я, тяжело выдыхая и морщась. — Возможно, я и в самом деле проклят.

На мгновение возникла гнетущая тишина, и чтобы хоть как-то её разбавить я совсем чуточку усмехнулся и указал глазами на новые жетоны боевой ассоциации, что свисали с серебряных цепей на шеях у ребят.

— Вы тоже на месте не сидели, не так ли?

— Закалённый истязатель, — с довольной улыбкой согласился полубог, извлекая наружу новенький знак воителя. — Сами такого не ожидали, но коллизия сделала нас сильнее. Вероятнее всего, беда и удача всегда хотя рука об руку. Мы хоть и потеряли много наших друзей, — с грустью добавил Арк, — однако прошлого не вернешь. Мы помним каждого из них. Будем помнить всегда, но жить отныне станем по-новому, не оглядываясь на минувшее. Грат теперь одного ранга со мной, — усмехнулся радушно он, указывая глазами на терата, а после на тифлинга и падшего. — Тэйн и Рамас незакалённые истязатели.

— Хотя я очень удивлён, что моя сила растёт даже в такой ситуации, — пожал плечами бывший серафим с печальной усмешкой. — Повторное становление зачастую невозможно. Рад тому, чего смог достичь.

Ну да. Его ведь сделали своеобразным калекой свои же и лишили всего, что он имел ранее.

— А я… я незакалённый губитель, — похвастался робко Цуг.

— До Мастира Коллапса рукой поддать, — ободряюще хлопнул я по плечу парня, на что тот удовлетворённо зарделся.

Впрочем, в следующее мгновение пацан смог меня удивить. В глазах у него зажглась решимость и тот, как на духу задал вопрос, который невольно выбил меня из колеи:

— Ты научишь меня сражаться, Ранкар? Хочу биться как! Ты же… обещал, — с надеждой воззрился на мою непроницаемую физиономию Цуг. — Я не хочу быть балластом для ребят. Знаю, что это очень нагло и мне нечем тебе отплатить, но в будущем можешь попросить о чем угодно. Ведь твои техники удивительны. Их даже оценили благородные.

Причем сюда по физиономиям «Осколков» те уже ожидали нечто подобного от юнца.

Проклятье! Не думал, что он о таком попросит. Вот же зараза! Но если смотреть с другой стороны, то я дал слово, а значит… Стоп-стоп-стоп! Какие ко всем вшивым причиндалам техники?

— Во-первых, что еще за техники? — нахмурился вдруг я, глядя на полубога. — О чем он?

— Боевые техники. Твои боевые техники, — с недоумением пояснил тот. — Существует множество разнообразных воинских знаний, которые передаются из поколения в поколения. Рядовой воитель из простолюдин может обучится лишь самым низкопробным и общеизвестным. Ты сражаешься иначе. Не так как мы. Ты бьёшься как… аристократ.

Мою собачью жизнь! Я даже такого не знал.

— Многие благородные держат в секрете свои техники ото всех, — тихо отозвалась Диана, привлекая всеобщее внимание и поясняя мне суть. — Они дополняют их, развивают и шлифуют десятилетиями. Как итог воители становятся сильнее благодаря им. Никто не будет разбрасываться драгоценными знаниями налево и направо. Это чересчур дорого.

Мириада сраных бед! Вот так новость. Я знал, что Бетал хорошо, но, чтобы настолько?

— Слишком выдал себя? — чуя неладное поинтересовался я.

— Всё в порядке, — поспешил успокоить меня Аркас. — Те, кто заметили и так понимали, что ты на кое-что способен. Но стоит сложить твой оттиск и пробуждение, то всё в меру логично.

Это неидеально. Совсем неидеально. Даже чревато. Но скрываться сейчас нет смысла.

«Не правда ли, Руна»?

Телом я хоть и был вместе со всеми, но вот мыслями и сознанием находился в абсолютно ином пространстве. Впрочем, как не крути, но дела и вправду вырисовывались до невозможного дрянными. Теперь многие считают, что я некий тёмный экзекутор. Если же кратко, то тёмные экзекуторы — это немного свихнувшиеся одарённые, которые сильнее прочих подвластны стихии тьмы. То есть взяли самую худшую её часть. Вероятнее всего, то, что я провернул с Ирлатом, высшая знать интерпретировала по-своему. Ведь от генеральского сынка остался неполноценный труп, а заметно иссушенная его часть. Можно сказать, что в момент пробуждения и под влиянием мрака я малость перегнул палку и попросту выжег ублюдка потоком магии.

Магией, которой, сука, не обладаю. Дрянь!

Первое, что я лицезрел, заглянув во внутренний мир, так это обессиленную Руну. Девчонка сейчас походила на бледную тень себя прежней. Тень спаты настолько слабо мерцала, словно могла развеяться от любого дуновения ветра.

От увиденного я даже не на шутку разволновался и тотчас рванул к сожительнице, но стоило разобраться в ситуации, как изо рта вырвался облеченный выдох.

— В порядке…

Лишь первое впечатление оказалось смертельным. В остальном та крепко спала. Свернувшись калачиком, Альяна мирно дремала у самого основания колоны. Однако странным было не то, что девчонка находилась в полной отключке, а то, что черная колонна, которая на некоторое время оказалась распечатанной претерпела кардинальные изменения.

В худшую или же лучшую сторону я попросту не знал.

Ранее каждый из этих восемнадцати разноцветных столбов лишь тихо вибрировал и периодически мерцал. Сейчас же на шероховатой поверхности черного исполина появилась странная тёмная дымка. Образующееся марево будто едкая кислота медленно разъедала ограничивающие цепи. Оно неспешно и самостоятельно подтачивало оковы. Складывалось впечатление, что сокрытая и вырвавшаяся на десять секунд во время сражения мощь даже сейчас пыталась вырваться наружу, почуяв крохи энергии.

Честно признаться такие перемены невольно насторожили, потому как я отчетливо помнил каждое слово того неизвестного и не сказать, что подобное сулило мне небесными благами.

«Если… если ты меня слышишь, то этот момент наступил… Момент, которого я боялся всю жизнь с секунды твоего рождения… Кто бы это ни сделал и для чего бы это не было сделано… Молю тебя, сдерживай себя… Заклинаю всем сердцем и душой, не дай этой силе поглотить тебя… Не дай ей поработить твой разум… И если сможешь, то… прости меня…»

Кто он? Кому принадлежит голос? Почему этот «Некто» боялся этого всю жизнь? Почему он умоляет? Почему я должен сдерживаться? И за что он просит прощение? В принципе, если именно он наложил на меня все эти печати, то частично понятно, за что… Ублюдок исковеркал мне жизнь! Но всю ли я правду знаю? Сомневаюсь.

— Проклятье. Как же много вопросов… — выдохнул тяжело я, присаживаясь рядом с Руной и с грустью глядя на мерцающий силуэт своей маленькой помощницы. — Спасибо тебе, малышка. За всё. Раздобуду я для тебя пищи, а пока отдыхай. Остальное оставь на меня. Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

— Ранкар…

В одно из мгновений по старой привычке тело внезапно дёрнулось выше, чтобы подняться на ноги и покинуть внутренний мир, но невзначай правая рука коснулась той самой черной дымки. Не прошло и секунды как тёмное марево тотчас объяло руку до локтя и прямо на глазах впиталось без каких-либо проблем под кожу.

— Какого хе…

От случившегося я даже невольно завис, а брови стремительно взлетели вверх. Не знаю, что именно так сейчас повлияло, но в следующее мгновение я сделал еще нечто абсурдное и без какого-либо страха собрал всё просочившееся наружу марево в руки. И оно вновь впиталось куда-то внутрь.

— Ранкар…

— Ранкар…

Наблюдая за необъяснимым зрелищем, я только через пяток секунд понял, что снаружи начался сильнейший переполох.

— Ранкар…

В реальный мир я возвратился моментально. Причем сделал это как нельзя вовремя.

— Ранкар… Ранкар… РАНКАР! УЙМИСЬ! ЧТО С ТОБОЙ⁈ РАНКАР ХВАТИТ!

Всю нашу беседу я сидел в положении сидя на кровати, но стоило мне заслышать крик целительницы, как тело от неожиданности дёрнулось в сторону, но единственное, что я успел увидеть, прежде чем на секунду окунуться во тьму, так это перекошенные от волнения и нарастающего страха отшатнувшихся прочь «Осколков» и вжавшуюся в угол палаты дриаду.

Только через я миг осознал, что нахожусь не в постели, а каким-то полукувырком полурывком отлетел в направлении стены вниз головой, а всё тело в это время оказалось объято той самой дымкой, которую я умудрился собрать с чёрной колоны.

Две доли секунды. Всё произошло именно за столько. Вот я сижу в койке, тёмная вспышка и я спиной проламываю перекрытые лазарета. Еще одна доля секунды, вторая вспышка и тело катиться кубарем по залу лечебницы, разрушая всё на своём пути.

— Что б… мне… сдохнуть… — сдавлено вырвалось у меня. — Это что… сейчас было?

С перепаханного собственной тушей пола я поднимался под ошеломлённые взоры раненых воителей Ксанта и тотальное неверие работников лазарета. Из образовавшейся в палате солидной дыры выглядывал до безобразия довольный Цуг, что показывал мне большим пальцем вверх и до одури нахмуренная Диана, а уже за их спинами маячили ошалелые силуэты «Осколков».

Что за холера? Что сейчас произошло? Я только что был там, а теперь…

— КАКОГО ЧУМНОГО СИЛЬФА ТУТ ПРОИСХОДИТ⁈ — раздался яростный вопль за спиной. — РАНКАР… ТЫ ЧТО УСТРО…

Мириада сраных бед! Тебя здесь только не хватало.

Однако всем на удивление Маннисса Хаззак внезапно прервалась, а её цепкий взор прошелся по моей одежде и телу, потому как в некоторых местах тёмная дымка медленно растворялась в пространстве.

И чем дольше та наблюдала за моим преображением, тем шире становились её глаза, вот только чтобы не потерять свой авторитет среди окружающей нас толпы, та разом нахмурилась и махнула снисходительно рукой.

— Раз ты пришёл в себя, то следуй за мной. Отец желает тебя видеть… Немедленно!

Ирззу распутницу мне в жены! В одном Хаззак оказался прав. В последнее время мы видимся с ним очень часто.

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона рядовых воителей.

Тренировочный полигон.

Менее суток спустя…

Царство Аделлум.

Западный Предел.

Дальний рубеж.

Два дня спустя…

Царство Аделлум.

Верхний город.

Резиденция Наказующих.

Личный кабинет правой длани ордена Наказующих.

Декаду спустя…

Похоже, что всё, приплыли. Вот же холера! Не сказать, что мне есть большое дело до самой деревни, но… Зараза! Всегда есть то самое «но». Когда я успел стать столь сентиментальным? Всё-таки сраные эмоции когда-нибудь доконают. Сейчас я по-прежнему испытываю раздражение и злобу, вот только направлена она не на окружение, а на саму ситуацию.

К тому же удивляло не встревоженное лицо Тэйна. Более позабавили вопрошающие физиономии Цуга и Аркаса с Гангратом. Тройка уставилась в мою сторону и что-то выжидала.

Чтоб меня бесы драли! С каких это пор они стали слушаться моих приказов?

— Ну и? Чего уставились? — протяжно выдыхая, обратился я к бывшим смертникам.

— Ты командир, тебе и решать, — пожал плечами полубог с лукавой ухмылкой. — Оставишь их на произвол судьбы?

— Ты действительно думаешь, что они начнут массовую резню? — со скепсисом уставился я на него.

— О чем ты? — с недоумением высказался Арк.

Понятно. Видимо он еще не понял. Что ж, опыт в синдикате даёт о себе знать.

— Перефразирую вопрос. Считаешь, Жейд просто так начал действовать сейчас? Почему Грызун не уничтожил деревенских раньше? До нашего прихода, — поинтересовался я. — У него имелась уйма времени это сделать. С какого перепуга высокородный хрен стал действовать именно сейчас?

— Их что-то останавливает! — догадался быстро Цуг. — То есть он…

— … хочет посмотреть на мою реакцию и реакцию остальных, — закончил я за пацаном. — За деревенских же не переживайте. Убить их могли давным-давно, поэтому крысиномордый хмырь и зашевелился. Сам или с чьего-то посыла я не знаю, вероятнее всего кто-то отдал ему приказ. Думаете, я просто так посылал вас туда? Если уж и играть с кем-то, то на своих правилах.

И чего эта стерва Креамх никак не угомонится? На кой ляд я ей сдался? Ну макнули её разок в дерьмо носом. С каждым бывает. Или это… всё-таки не она?

— Погоди-ка, Ранкар, — ошеломлённо выпалил Ганграт. — Ты специально⁈ То есть ты намеренно помогал местным? Намерено закрывал глаза на выкрутасы Дианы? Но… зачем?

— За идиота, что ли, держите? — усмехнулся мрачно я, поочередно глядя на «Осколков». — Этот ублюдок меня чуть не прикончил в первые секунды знакомства. Сейчас я ему не соперник. Он совершенный и целый управитель бастиона. Он может прихлопнуть меня в два счёта словно муху. А сидеть и ждать собственной смерти, уповая на чудо или милость врага я не привык. Так что если и воевать, то… скажем так, по-своему. Нужно дать противнику манёвр для действия. Я ведь не просто так просил вас разузнать о количестве различных сил в крепости. Считаете, что здесь всё чинно и гладко? Да шиш там! Держи карман шире! Тут каждый соперничает друг с другом. В ином бы разе в бастионах не смешивали бы представителей сразу из трёх доминирующих домов. Тут конкуренция друг с другом. Понятия не имею, кто стоит у руля Ксанта, но этот мужик либо безумец, либо гений. Впрочем, одно могу сказать точно — он хитрая бестия. Управлять столь огромной мощью сумеет не каждый, а если Ксант слабейший среди великих домов, что из себя представляют правители более могущественные?

— Они недостижимый уровень для обычных смертных, — с грустной усмешкой проговорил терат. — Уж поверь на слово. Их влияние не поддаётся здравому смыслу.

Как бы то ни было, но в синдикате я не штаны протирал, а столько дерьма наворотил, что порой самому страшно становится.

— Ты страшный человек, Ранкар, — невольно пробормотал Цуг, находясь в полном замешательстве, попутно с этим переглядываясь с не менее озадаченными товарищами.

— Очень страшный и хитрый, — хмуро добавил Аркас с неким ошеломлением.

— Не страшнее и не хитрее прочих, — скривился недовольно я. — Да и рано об этом говорить. Я еще ничего не сделал.

— Но ты уверен, что они не станут убивать местных? — вновь спохватился полубог. — Что если…

— Тэйн, — обернулся я к серафиму, перебивая Арка. — Какой именно приказ поступил?

— Сжечь селение, — с уменьшающимся на глазах волнением ответил падший, до которого начала доходить суть ситуации.

— Они кого-нибудь убили? — вновь полюбопытствовал я.

Брови парня резко взлетели вверх, а затем тот отчего-то нахмурился, словно до него только сейчас дошло сказанное.

— Вроде бы нет, — покачал тот отрицательно головой. — Избивали и выгоняли многих из хижин и… Но я сразу рванул к тебе! Что если…

— Ладно, неугомонные. Давайте пойдем и найдем на свои задницы очередное приключение. Нам ведь их мало! Шагайте за мной, — сдался я, неспешно направляясь к выходу из башни. — Посмотрим, чего там этот крысёныш придумал. Говорил же, что вы зря со мной отправились…

Рваться вперед я и не помышлял. Слишком рискованно. Со всеми своими возможностями и силами сейчас некий Ранкар всего-навсего пешка. Впрочем, даже не пешка, а миниатюрный винтик. Я хоть и знатно поехавший крышей, но не полный кретин. Да и на тот свет раньше времени торопиться не стоит. Бетал многому меня обучил. Очень многому. И выживать любой ценой стояло во главе огромного списка его учений.

Эмоции продолжали неистово шалить, требуя действовать и рваться вперёд, но в данном случае приходилось терпеть. Привык уже как-то. Да и, думаю, сегодня мне точно представится шанс выплеснуть свой гнев и раздражение. В патруль же заступать.

Так или иначе, но ожидания оправдались. Более чем оправдались. Небольшое селение полыхало минимум на четверть. Крики, вопли, неутихающий вой стариков и плач детей медленно смешивался с выкриками нескольких одарённых, а также рёвом неугасающего магического пламени. Боевые маги весьма оперативно взялись за исполнение приказа Грызуна, испепеляя всё на своём пути, а воители с завидной скоростью практически за шиворот выволакивали прочь из полуразрушенных хибар стариков и уцелевших.

— Зачем… зачем вы это делаете? — надрывалась одна из пожилых женщин, которая пыталась спасти из полыхающего дома крохи каких-то ценностей. — Мы же ничего…

— ЗАТКНИСЬ! Если не хотите сдохнуть, то проваливайте отсюда! КАТИТЕСЬ НА ВСЕ ЧЕТЫРЕ СТОРОНЫ! — надрывался один из лейтенантов, грубым ударом ноги откидывая прочь несчастную. — ВСЕМ ПРОЧЬ ИЗ ЭТОГО ПОСЕЛКА ПОКА Я ЕЩЕ СЕБЯ КОНТРОЛИРУЮ!!!

Причем офицер был один из тех, кто подчинялся непосредственно Жейду, а звали его, вроде бы, Беренгар. Находится урод на ранге незакалённого сокрушителя. Точнее тут присутствовало сразу два лейтенанта и больше пяти дюжин воителей. Вот только сжигали деревню только те, кто носил форму черно-пурпурного цвета, а данный цвет относился к подчиненным доминирующего дома Креамх.

— Но… куда мы пойдем?.. — завила едва слышно та, чуть ли не плача. — Это же… это же наш дом…

— ХОТЬ ПЕРЕДОХНИТЕ! МНЕ ПЛЕВАТЬ!!! Бастион важный военно-стратегический объект передовой! Тут нет места демоновым предателям!

К тому же удивлял очередной неоспоримый факт. Второй лейтенант, но уже в черно-оранжевой форме вместе с парой десятков воителей в это самое время находился в стороне и с хмурым видом наблюдал за всем творящимся непотребством.

Так-так-так. Черно-оранжевый? Значит, это кто-то из доминирующего дома Фалайн. Что ж, я не просчитался. Судя по всему, тут и вправду существует своеобразная конкуренция.

— Остановитесь! Так нельзя! НЕЛЬЗЯ! — вдруг раздался яростный девичий голос. — Что вы творите⁈ Что они вам сделали⁈ ХВАТИТ!

Вашу ж собачью жизнь! Начинается…

Через секунду в поле зрения появилась и сама обладательница голоса в лице Дианы. Девица с ног до головы оказалась объята изумрудной аурой магии жизни, за магичкой следом нехотя плёлся Рамас, пытавшийся её остановить, а уже за ним семенила целая ватага перепуганных беспризорников в количестве восьми штук.

Забавно. Очень забавно. Но… холера! Куда лезет эта глупая девка⁈ Нашлась добродетельница недоделанная, чтоб её! Всем она всё равно помочь не сможет и неужели не понимает в какой ситуации находится? Ох, Ярвир, никогда не думал, что женщина может стать такой головной болью. Причем для меня… Ладно, сейчас поглядим за весельем. Будет ей урок.

За всей развернувшейся сценой я наблюдал с предвкушающим видом, весело осклабившись во все тридцать белоснежных зубов. Затем же, не найдя ничего лучше в демонстративной манере немного вышел вперед и присел на скамейку рядом с одной из догорающих хижин. В это время парни обосновались чуть позади и опершись на ветхий забор, с неким любопытством поглядывали за моими дальнейшими действиями.

В радиусе пары-тройки десятков метров среди воителей в черно-оранжевых одеяниях во главе с лейтенантом дома Фалайн возникло заметное оживление, стоило моей персоне объявиться в поле их зрения. А вот среди воителей в черно-пурпурных доспехах образовалась заминка, когда те завидели меня издали. Даже одарённые стихии огня невольно замешкались и выполняли свои приказы не так ловко и быстро.

Надо же. Дерьмовая молва о бывшем сумасшедшем смертнике порой бывает полезна.

Беренгар же продолжал надрываться, что было сил, потому как по-прежнему находился ко всем спиной, а вот Диана, похоже, кроме полыхающих домов и спиногрызов абсолютно ничего не видела. Да и сам Рамас заметил мою персону в самый последний миг и начал о чем-то неуловимо жестикулировать, требуя прекратить творящуюся вакханалию.

— ПОШЛА ПРОЧЬ, ПОТАСКУХА! Я не намерен слушать нотации от какой-то иерихонской шлюхи! — рявкнул грозно аристократ, возвышаясь над целительницей. — ЗНАЙ СВОЁ МЕСТО, ДРЯНЬ! Если тебя трахает какой-то зарвавшийся простолюдин — это не даёт тебе власти надо мной!

— Когда-нибудь вы ответите за свои грехи, аххесы! — выплюнула презрительно дриада, глядя в глаза благородному. — Обереги вам станут судьями! Гор не слепой!

— СГИНЬ С ГЛАЗ МОИХ, ПОДСТИЛКА НИКЧЁМНАЯ! ЧИХАТЬ МНЕ НА ТВОИХ ОБЕРЕГОВ!

Оживления среди воителей в черно-оранжевом обмундировании стало на порядок больше. Местами уже кто-то предвкушающе ухмылялся. А окончание словесного поноса Беренгара в какой-то миг совпало с задорным присвистыванием лейтенанта из дома Фалайн. Молодой офицер то и дело косился в мою сторону и в сторону прихвостня Жейда, ожидая продолжения «банкета». Оскорбление Дианы тот расценил по-своему.

— Как его имя? — мимолётно указывая в сторону офицера, одними губами осведомился я у Цуга.

— Лейтенант Танар из побочной ветви доминирующего дома Фалайн, — шепотом отчитался мой незаменимый справочник. — Незакалённый сокрушитель. По слухам… — замешкался на секунду пацан, — … относительно достойный человек.

Достойный, значит. Стоп… Побочная ветвь? Проклятье! Придётся снова разбираться во всех хитросплетениях иерархии знати.

Но в это время напыщенный благородный хрен под неутихающий рёв беснующегося пламени и горящих хижин и сам распалялся лишь сильнее.

— А вы чего застыли⁈ ИСПОЛНЯЙТЕ ПРИКАЗ! — зарычал тот на магов и воителей, которые явно замешкались подобно Танару и косились в мою сторону. — Продолжайте! НУ ЖЕ!

Только через пяток секунд тот осознал, что что-то не так и живо обернулся в направлении взглядов своих подчиненных, а завидев меня отчего-то скривился и нахмурился.

— Продолжай, Беренгар, продолжай, — махнул я снисходительно рукой, расплываясь в задорной усмешке. — Не обращай на меня внимание. У тебя достаточно работы. Гляди еще сколько хижин нетронутых. Да и стариков с ранеными необходимо избить. Ты поторапливайся.

Стоило закончить говорить, как среди черно-оранжевых воителей начали раздаваться довольные смешки и тихий гогот, а затем подобно Беренгару со скоростью молнии в нашу сторону обернулась целительница, с надеждой поглядывая на моё лицо и горящие хижины, но в ответ я покачал отрицательно головой. Рамас же продолжал хмуриться сильнее. Вероятнее всего, тифлинг нутром чуял неладное.

— Прикуси-ка язык! — ощерился яростно он, брезгливо сплюнув под ноги. — Ты отдаешь себе отчёт в том, что говоришь с аристократом?

— Ты забыл устав, Беренгар? — хмыкнул с наигранным удивлением я. — Сейчас ты офицер. И говорить с тобой нужно, как с офицером, но в моих глазах ты… обыкновенная мразь!

— Тебе что-то не нравится? — злорадно осведомился он, упиваясь своей важностью.

— Мне не нравятся подобные тебе, — тихо рассмеялся я себе под нос, упирая ладони в колени и медленно поднимаясь на ноги. — Будь осторожен с ними, Беренгар, — хохотнул я чуть громче, указывая пальцам на знакомую черноволосую малышку, а также на старушку, которая на трясущихся ногах и со слезами на глазах пыталась подняться на ноги. — Того гляди тебя сейчас запинает малышня и старичье. Ты бы свою удаль в паре километров дальше демонстрировал. Или только с такими противниками можешь сражаться?

— Приказы управителя не обсуждаются! — высокомерно выпалил сокрушитель. — Поступила информация, что местные каким-то образом передают информацию иерихонцам.

— Так вперед, — пожал я плечами. — Испепеляй дома. Разве тебе кто-то перечит? Мы разве ему запрещаем это делать, лейтенант Танар?

На миг возникла пауза, но всего на миг.

Подобно мне тот спокойно пожал плечами, скрещивая руки на груди.

— Вроде бы нет, — сухо произнес офицер.

— Ранкар, пожалуйста, ты можешь… прекратить это? — с жалостью прошептала дриада одними губами, медленно приближаясь ко мне. — Они ни в чем не виноваты. Они тут… просто живут.

— Диана, знай своё место, — холодно отрезал я, отчего та моментально поникла и с понурым личиком воззрилась на перепуганных беспризорников. — В каком месте я похожу на всесильного? Будь реалисткой и не зли меня больше!

— Ха-ха-ха! Какая-то иерихонская подстилка управляет лейтенантом Ксанта. Значит, слухи не врали! Идёшь у бабы на поводу! То-то же, простолюдин! — весело расхохотался лейтенант из дома Креамх. — Попробуй утихомирить свою сучку, но если не получится, то я могу сделать это за тебя.

Внутри что-то вновь всколыхнулось. Сдерживать эмоции становилось всё труднее. Кто бы знал, сколько сил я расходовал на веселую улыбку.

— Наверное, ты хотел сказать: «Ранкар, дорогой друг, будь добр, сделай так, чтобы твоя целительница успокоилась, не так ли?»

— Шлюха она и в других пантеонах шлюха! — сплюнул едко тот, глазами указывая на дриаду, а после с насмешкой взглянул на бывших смертников у меня за спиной. — Потаскуха в целительницах, а в подчиненных бывшие убийцы и разбойники. Компания под стать… вшивому простолюдину!

Ну, наконец-то, теперь можем и порезвиться. Вот мы и приплыли видимо. Судя по лицам воителей дома Фалайн и Танара, похоже, все в курсе, что я не в ладах с домом Креамх. А если уж и закреплять свой авторитет, то страхом и кровью. Вот только помимо уважения необходима и поддержка. Не люблю играть на публику, но сейчас это необходимо сделать. Обернем всю ситуацию и дурной нрав себе на пользу. Хмырь сам напросился.

Итак, ты сам позволил себе лишнего, Беренгар! Спасибо тебе за помощь в моем становлении, идиот.

Прозвучавшие ранее слова великосветского хмыря являлись своеобразным катализатором для действия и последней каплей в моей миниатюрной чаше терпения. Сейчас я примерно представлял предел своих сил, как с использованием неистовства, так и без оного, но в данную секунду сознание твердило, что необходимо поступить иначе. Вероятнее всего глядя на мою авантюру, Бетал рассмеялся бы и сказал: «Что кое у кого произошел сдвиг по фазе». Ведь в такие секунды разум отходил на второй план.

Плевать! Поехали…

Тёмного марева на печатях колонны скопилось более чем достаточно и не найдя ничего лучше я попросту пожелал собрать и поглотить всё, что имелось. На удивление задуманного удалось достичь легко и просто. Ныне свой внутренний мир я видел так же четко, как и в реальности.

— Поздравляю тебя, Беренгар, — с каркающим смехом тихо проронил я, поднимая на него глаза, которые медленно стали наполняться черной дымкой у всех на виду, а пальцы начали быстро темнеть. — Ты только что сорвал джек-пот!

В последний миг тот что-то осознал и попытался принять боевую стояку, но было чересчур поздно.

Следуя инстинктам, я действовал так же, как и в лазарете. Лишь перед этим для пущего эффекта использовал движения по теням, которому обучил меня Бетал и активировал частично неистовство, отчего управлять незнакомой силой стало абсолютно просто.

Первичное состояние неистовства…

С Беренгаром нас разделяло не более двадцати метров. Жалкие двадцать метров получилось миновать за один короткий шаг. Тело моментально оказалось объято знакомой дымкой угольного цвета и тотчас обратилось в черный туман, а долю вдоха спустя моя потемневшая правая рука легла на глотку сокрушителя и с пугающей лёгкостью приподняла его тело над землей.

— Еще раз посмеешь оскорбить мой трофей или же кого-то из моих подчиненных, и я вырву твоё гнилое сердце и заставлю сожрать его у всех на виду! Тебе ясно⁈ — прошипел с яростью я, глядя тому в перепуганные глаза. — Один кретин уже посмел это сделать и сейчас он кормит червей! Тебе напомнить имя того отброса⁈ ВСЕМ СТОЯТЬ!!! — рявкнул громко я, наблюдая как воители и маги в черно-пурпурных доспехах пытаются взять меня в кольцо. — Сделаете еще хоть шаг, и я сверну ему шею! Вы разве не видите? Мы просто беседуем.

— На передовой… на передовой… — захрипел он, вцепившись мне с ужасом в руку, — … запрещены сражения между офицерами…. Тебя… казнят за убийство…

— С каким это пор ты стал для меня «своим», Беренгар? Ты непотребный мусор! Даже такой простолюдин, как я это понимаю. Со стариками и сраными домами можешь делать, что хочешь, до них мне нет никакого дела, — с наигранным спокойствием отозвался я, ощущая, как эмоции стали медленно выходить из-под контроля и сдерживать себя становилось всё труднее. — Но как только посмеешь тронуть детей хоть пальцем или хоть волос упадёт с их головы, и я удавлю тебя как сраное насекомое! Бьюсь об заклад, ты ведь не понял сути приказа. Вероятнее всего тебе было велено найти доносчика, который передаёт информацию, а не сжигать деревню дотла, но ты сделал как тебе проще. Ты обыкновенная мразь, Беренгар! Только и всего!

— Отпусти… — запричитал едва слышно он, бледнея на глазах. — Прошу тебя… Я понял свою ошибку… Возможно, я и вправду… допустил… промашку…

Вот же холера! Всё так, как я и думал.

— Сгинь с глаз моих, падаль! — сплюнул презрительно я, отбрасывая сокрушителя в гущу его подчиненных воителей. — Если хочешь жить, то исполняй свою работу как велено!

Своего командира толпа подпевал практически моментально потащила к крепости, а секунду спустя я осознал, что все в радиусе пары-тройки десятков метров затихли и не сводили ошарашенных взоров с моей персоны, но пару вдохов спустя начались перешептывания среди перепуганных местных и воителей дома Фалайн.

— Тёмный Экзекутор…

— Экзекутор…

— Тёмный…

— Черный маг…

— Одарённый тьмы…

Даже Танар смотрел на меня с неким ошеломлением и скрытым уважением, одобрительно кивая головой.

Хватило одного мимолётного взгляда на собственное состояние, чтобы понять в чём дело. В данном виде я только частично напоминал человека. Обе руки до самого локтя оказались покрыты иссиня-черной-тьмой, лицо пронизывали десятки тёмных прожилок, а зрачки налились неестественным мраком.

Занятно. Весьма занятно. Интересно, кто же я всё-таки такой?

Однако через миг уже мне пришлось выпадать в осадок, потому как кто-то сзади в бесцеремонной манере дёрнул за штанину, и быстро загнав всю тьму обратно я неспешно обернулся и опустил взгляд гораздо ниже.

Снизу-вверх, хлопая испуганными глазами, на мою физиономию пялилась знакомая черноволосая малышка, которая на удивление многих отделилась от группы беспризорников и за каким-то бесом подошла ко мне.

— Спасибо… — прошептала дрожащим голосом та. — Спасибо, что помогли нам… Тетя Диана говорила, что вы поможете.

Ей от силы лет пять. Может шесть. На порядок младше моей подруги. Проклятье! Неужели дело… в Альяне?

— Тетя Диана любит нести всякую чушь и околесицу, — хмуро изрёк я, внимательнее разглядывая малявку. — Ты совсем не боишься меня?

— Боюсь, — кивнула та головой, нервно сглатывая. — Но мама всегда говорила, что нужно благодарить за помощь.

— Где твоя мама? — спросил я, невольно присаживаясь перед ней на корточки.

— Её… Её убили, — хлюпнула та носом, а глаза разом покраснели.

— Не смей реветь, — повысил я голос, отчего та задрожала всем телом и вцепилась маленькими ручками в затёртое и грязное подобие деревенского платья. — Как тебя зовут?

— Рейна, — проскулила девчушка.

— У тебя красивое имя, — внезапно смягчился я, попутно с этим загоняя негативные эмоции в узду. — Беги к тете Диане, Рейна. Пока я нахожусь в бастионе она позаботится о тебе и твоих друзьях по несчастью. Позже познакомишь меня с ними.

— Спасибо вам, — вновь хлюпнула та носом и робко улыбнулась. — Да. Познакомлю.

А затем соплячка совершила еще более непотребную вещь. Уткнулась в мою грудь личиком и поднявшись на носочки, обняла за шею, но объятия были секундными. Через три мгновения та на всех парах мчалась в сторону ошеломленной дриады, которая не сводила с меня своих изумлённых глаз.

И вправду стал сентиментальным. Что ж, вскоре узнаем, чем мне всё это грозит.

На моё удивление в это самое время «Осколки» и еще несколько воителей в черно-оранжевых доспехах начали оперативно помогать пострадавшим жителям, я же от нечего делать попросту зашагал в сторону бастиона.

— Перед Хемахом в любом случае придётся отчитаться, — стал размышлять я вслух. — Да и в патруль заступать через пару часов. К тому же есть еще одно дело…

Мне понравилось то чувство. Жутко понравилось. Управлять загадочной силой было приятно. На мою радость, это давалось легко, очень легко. Однако нужно дать название этой… технике? Бетал говорил, что у всего должно быть имя.

Имя… Название.

Тогда я сделал шаг. Точнее не шаг, а рывок. Причем обратился я к технике движения в тенях. Значит назовём это… Теневым Рывком.

— Ранкар…

Находясь в собственных мыслях, я не сразу осознал, что кто-то окликнул меня и этот кто-то следовал за мной по пятам.

Пришлось круто развернуться на месте и взглянуть на своего преследователя.

— Мы незнакомы, — расплылся в радушной улыбке молодой офицер, коснувшись ладонью левой части груди. — Я Танар. Танар из побочной ветви доминирующего дома Фалайн.

— Ранкар, — спокойно представился я, повторяя его жест. — Ранкар с Хиоса. Простолюдин. Бывший смертник.

— Уже наслышан. Интересная молва о тебе расходится, — хмыкнул весело он. — Я слышал, что тебе заступать сегодня в патруль и у тебя не хватает людей?

— Есть такое, — кивнул утвердительно я.

— Можешь на время взять моих бойцов. У меня их в избытке.

— Чем обязан такой щедрости? — невозмутимо осведомился я.

— Того, что ты сделал, более чем достаточно. Да и Беренгар давно напрашивался, — кровожадно изрёк парень, большим пальцем указывая себе через плечо. — Могу лишь сказать, что Жейд много кому не нравится. Война хоть и идёт, но конкуренция слишком жесткая. На место управителя много кто метит, ведь до конца кровопролития осталось немного и многие вскоре начнут делить лавры.

Вот как? А вот это интересно. Очень интересно. Похоже, мой акт устрашения не прошел зря.

— Это всё?

— Ну если угостишь меня выпивкой после патруля, то будем в расчете, — улыбнулся Танар, протягивая мне руку. — Договорились?

— Договорились, — фыркнул я, пожимая тому ладонь.

Патруль, значит… Или же всё-таки охота на тварей? Надеюсь, нам повезет и это будет охота на чудовищ и укротителей. Потому как без извечного бубнежа и нытья Руны я начинаю чувствовать себя неуютно…

Царство Аделлум.

Передовой рубеж.

Линия боевого соприкосновения.

Десять часов спустя…

Царство Аделлум.

Бастион Западный Предел.

Несколько минут спустя…

Спасало нас сейчас лишь одно. Если обращаться к ранжированию чудовищ Вечного Ристалища, то весь рвущийся сброд образин являлся самым распространённым, а ежели говорить точнее — на нас нападали твари Обыкновенного типа. Всё-таки управлять безмозглой оравой гораздо проще. Так что монстров сильнее я пока попросту не ощущал и не видел.

Складывалось впечатление, что в образовавшуюся брешь размером три на три метра, пытались прорваться абсолютно все с нашего десятикилометрового рубежа. Тварей и вправду набежало до хрена. Однако основная масса прирученных состояла из гулей, каракалов, гарпий, песчаных кобр и обезумевших банши. Среди волны проглядывались еще несколько разновидностей иерихонских питомцев, но их названия я попросту не знал. А если честно, то забыл.

К тому же вынужден был признать, что наши одарённые на многое оказались способны, потому как стоило чудовищам прорваться на десяток метров вглубь оборонительной зоны, как арсенал из стихии земли и стихии огня единым фронтом ударил по живой лавине.

Вой, вопли и рык умирающих монстров слились воедино, оглушая округу ужасающим предсмертным рёвом. На наших глазах каракалы и гули попадали под пламенные копья Марии и замертво падали в паре метров от бреши. Некоторые же воспламенялись и будто обезумевшие рвались в различные стороны между делом поджигая горящими тушами своих же собратьев.

Вот только магия Йоргоса в данный момент приносила на порядок больше пользы, чем огонь несносной девчонки. Судя по яростным возгласам, она абсолютно не экономила свой резерв. Лишь по одному виду и действиям земляка становилось понятно, что парень оперировал даром более точечно и наверняка. Одна тварь, после другая, за ней следующая. С каждой пройденной секундой прирученные чудовища нанизывались телами на частокол каменных пик и с жутким воем подыхали на небогатом арсенале мага земли.

Такой стиль боя одарённого мне импонировал на порядок больше, чем взрывоопасные манёвры сестры Танара. Впрочем, радоваться было рано, потому как размер бреши увеличивался на глазах, а чудовища подобно тараканам разбегались в различные стороны от дыры в барьере.

— СТРЕЛКИ, ЛЕВЫЙ ФЛАНГ! — выкрикнул громогласно я. — ВАШ ЧЕРЕД!

Ответ не заставил себя долго ждать, и секунду спустя из-за моей спины раздался пронзительный звук спускаемой тетивы и два десятка артефактных стрел, наконечники которых мерцали слабым синим сиянием, устремились в гущу врагов. На миг показалось, что кроме усилившегося воя тварей более ничего не существовало, ведь в одно из мгновений вопли перешли на самый настоящий ультразвук, отчего я непроизвольно щурился.

Что ж, видимо и мне пора!

Кровь в жилах уже попросту кипела, требуя выплеска эмоций и силы, а чужеродный шепот из глубины сознания нарушил здравый поток мыслей.

— Рамас, Аркас, вы за мной. Наш правый фланг! — скомандовал громко я своим товарищам, медленно перемещая ладони на шероховатые рукояти Гамм и сжимая их до хруста в пальцах. — Запомните, вы только добиваете! Станет худо, немедленно отступаете к укреплениям. И держитесь от меня на безопасной дистанции.

— Принято! — в один голос отозвались упомянутые.

— Цуг, Ганграт, Тэйн, оберегайте магов. Без них нам крышка.

— Будет сделано! — раздался слаженный бас трёх глоток

Однако оставался последний момент. Самый важный. И набрав побольше воздуха в лёгкие, я громко заорал:

— ВОИТЕЛИ ДОМА ФАЛАЙН! ОБРАЩАЮСЬ К ВАМ. ЕСЛИ Я НЕ СМОГУ ОТДАВАТЬ УКАЗАНИЯ, ТО КОМАНДОВАНИЕ ПЕРЕЙДЕТ К АРКАСУ, А ДАЛЕЕ К ОСТАЛЬНЫМ «ОСКОЛКАМ» ПО ОЧЕРЕДИ! ПРИКАЗ НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!

Предостережение, не больше. Подыхать я не собираюсь, да и другим не дам. По крайней мере, не в первый рабочий день и не в мою смену.

Разумеется, можно было по-прежнему истреблять чудовищ с безопасной дистанции, но неизвестно сколько монстров припрятано у укротителей. Поэтому необходимо будет добраться до этих крыс. Они здорово мне надоели за сегодня. Да и подкрепление должно прибыть минут через двадцать или же тридцать. В принципе, обязан успеть.

Все мысли тотчас отошли на второй план, а долю вдоха спустя я сделал шаг вперёд. Однако шаг резко преобразился в стремительный рывок. С образовавшейся брешью нас разделяло метров шестьдесят-семьдесят, но первый противник повстречалась через сорок. Им стал иерихонский гуль. Цуг говорил, что это одичавшая форма оборотня.

Я видел в мельчайших деталях огромную безобразную и окровавленную пасть с жуткими алыми глазищами, что сияли в сумраке. Образина являлась прямоходящей особью, но чуть сгорбившись и слегка опираясь на передние лапы та рвалась к кордону словно ничего не видела.

Вот только миновать больше пяти метров она не смогла. Звон вынимаемых Гамм слился с рассекающим шелестом клинков, которые на всём ходу отсекли монстру сразу две лапы и пролетев кубарем дальше, тот завыл с жалобным скулящим рёвом, но пару секунд спустя рёв преобразился в предсмертные хрипы.

Аркас и Рамас мгновенно приступили к своим обязанностям.

Впрочем, это было только начало, потому как сотни налитых кровью глаз мерцали в огне будто раскалённые угли. Одно чудовище за другим мчались в мою сторону, а судя по свисту ветра и шуршанию крыльев, где-то над головой ошивалось с пяток гарпий.

— Ну давайте, облезлые шавки! — обронил негромко я с взбешенным оскалом на физиономии. — Вперед! Дядя Ранкар уважит не только вас, но и ваших хозяев.

Слова в данный миг оказали невообразимый эффект на внутреннее состояние. Моя кровь с рождения являлась безумной, а сейчас меня уже ничего не сдерживало и словно полоумный я впервые за долгое время дал полную волю силе и ослабил эмоциональный клин до разумного предела. Необходимо хоть немного себя контролировать.

В таком случае… погнали!

Первичный уровень состояния неистовства…

Мир в глазах изменился и тотчас стал принимать черно-багровые очертания. В этом сумрачном тумане я видел и чувствовал, как своих врагов, так и тех, кто был за спиной. Не знаю почему, но впервые на моей памяти силуэты соратников позади мерцали не так как враги, они имели иной оттенок. Не насыщенно алый, а с какими-то голубоватыми прожилками.

Стоп! Неужели…

Однако размышлять над подобным более не имело смысла. Мощь негативных эмоций являлась ныне неудержимой. Злоба, гнев, жестокость, раздражение, ярость. Я и сам не заметил, как в одно из мгновений из глотки вырвался какой-то животный рёв, который напоминал рык чудовища коллизии и все чувства заставили рвануть в гущу кровожадный тварей.

Гаммы порхали как умалишенные с молниеносной скоростью. В данный миг тело походило на кровавый вихрь, потому как омерзительная кровь монстров лилась со всех сторон. Главными жертвами клинков в моей нынешней кондиции являлись не сами чудовища, убить бы я всё равно не мог. Приходилось метить в жизненно важные конечности, ведь после того, как они лишались их, те попросту не могли нормально передвигаться. Каждый взмах серповидных клинков сопровождался оглушительным болезненным рёвом, а через несколько секунд рёв обращался предсмертным рыком, когда до искалеченных образин добирались парни.

На каждом шагу и при любом взмахе серповидных лезвий раздавался пронзительный вой раненой твари. Вот только наряду с земными приходилось принимать бой и с воздушными. Вскрики гарпий разносились с разных сторон, но в сумраке собственного мира я видел их силуэты и чувствовал дыхание, словно они находились на расстоянии вытянутой руки.

Через десяток секунд боя к предсмертному рёву гулей и каракалов прибавился первый вскрик гарпии. Одна из ошалевших безобразных мегер попыталась вцепиться когтями в голову и оторвать её, но выверенный взмах Гаммы отсёк её крыло, отчего та спикировала прямо на землю, а секунду спустя левый ботинок со всего маху впечатался вопящей суке прямо в подбородок, и я продолжил свой марш дальше.

Впрочем, вопила та недолго. Звон парных топоров Рамаса ознаменовал кончину пернатой мрази. К моменту, когда я почти добрался до бреши, позади стали раздаваться топот воителей дома Фалайн, которые пошли по следам своего командира. Левый фланг всё еще продолжал монотонно атаковать тварей дальнобойным оружием, а одарённые уже сконцентрировали всю свою магию только по центру.

Однако периодически я видел, как гарпии, которые намеревались атаковать меня, пикируя сверху-вниз, падали с жалкими воплями где-то неподалёку. В той или иной твари то и дело виднелись каменные пики. Йоргос каким-то чудом успевал сбивать их на подлёте.

Вот только был и огромный минус во все этой вакханалии. Чем дольше я сражался, тем быстрее я себя терял под напором жажды крови. Шепот требовал убивать, рвать и сеять смерть. Граница между полнейшим безумием и хлипким равновесием медленно размывалась. Чтобы не пойти атакой на своих же бойцов я продолжал рваться вперёд, попутно с этим отслеживая ауры разумных с едва видимыми голубоватыми прожилками. Да и опираться приходилось не на зрение, а именно на цветовые блики.

Во избежание различных недоразумений я даже не смотрел назад, чтобы ярость не перекинулась на кого-либо из собственных бойцов. Вот только некоторые глупцы приближались слишком быстро.

— НЕТ! Держите дистанцию от лейтенанта Ранкара хотя бы в пять или шесть метров! — раздался грозный выкрик полубога. — Не вздумайте мешать ему! Он под действием родословной. Добивайте чудовищ. Лишь этим вы ему поможете.

Ай да, Аркас! Ай да, сукин сын! Молодец он всё-таки. Выручил. Голова у него варит. Сейчас он понимает, что вся моя агрессия направлена на тварей, но если кто-то вмешается, всё может измениться.

Впервые в своей жизни я положился не на Батала, а на абсолютно чужого человека, и честно признаться стало чуточку легче сражаться. Вот только лёгкость вскоре сошла на нет, когда впереди и в небе я ощутил чьё-то враждебное присутствие. Два сильных чудовища.

И пока пернатая тварь, что зависла в воздухе, наблюдала за полем боя с высоты полёта, вторая в это самое время рвалась вперёд что есть мочи, разбрасывая в разные стороны образин гораздо слабее себя. Завидев сородича более могущественного те, отчего-то шарахались от того, как от прокаженного, а стоило тварине попасть в радиус моего аурного импульса, как безумная улыбка самопроизвольно заиграла на лице.

— Наконец-то… — чуть хриплым голосом пробасил я, медленно шагая вперёд, попутно отсекаю лапу до плеча попавшемуся под клинок гулю. — Дождался. Охота всё-таки состоится.

А через пяток секунд в образовавшейся дыре замаячил змеевидный силуэт василиска, который по размерам был в два раза больше песчаной кобры. Тип твари с рангом Редкий. На уровень сильнее всей собравшейся швали. И он должен обладать ядром силы.

Чудовища слабее продолжали рваться в сторону от своего собрата, словно завидели прокаженного. Однако позади замерли и мои собственные подчиненные.

— Не отступать, бойцы! Всем стоять на месте! За василиска не переживайте! Он мой! — рявкнул я хриплым тоном впадая в кураж неистовства. — ЙОРГОС! — рявкнул яростно я, чтобы одарённый меня услышал наверняка. — ЖДИ МОЕЙ КОМАНДЫ! НЕ ПОДВЕДИ!

Команды я сейчас отдавал лишь на последних крупицах здравомыслия.

— Займитесь тварями, что слабее. Не дайте им разбежаться!

Ты тоже не подведи, Аркас.

Это была моя последняя команда, потому как через секунду под напором нахлынувшей жажды крови я сделал самую необдуманную вещь с момента попадания на Альбарру. Чересчур сильно подался эмоциям и выпустил наружу то, что не следовало. Своё наследие.

Вторичное состояние неистовства…

— Жди… меня, Руна, — нечленораздельно пробормотал я себе под нос, шагая в сторону василиска. — Твоя трапеза… не заставит долго ждать…

— Арк! АРК! — раздался в паре метров от полубога голос Рамас. — Ранкар не в себе! Надо что-то делать.

— А то я сам не вижу! — огрызнулся в пылу битвы полубог, добивая вопящую тварь, которая несколько секунд назад была ранена пилигримом.

— Если его вновь одолеет припадок нам несдобровать! — стоял на своём тифлинг, подобно полубогу добивая покалеченную раннею гарпию.

Глаза Аркаса во время схватки практически постоянно были сконцентрированы на спине скитальца. Парень, которого объяла едва видимая черно-багровая дымка сражался в нескольких метрах впереди и почти не оглядывался назад. Вот только такой посыл Ранкара полубог прекрасно понимал, потому как был знаком с его проблемой.

— Нужно довериться ему, — отозвался воитель так, чтобы его слышал только Рамас.

Рот тифлинга вновь открылся, чтобы что-то произнести, но сказать тот ничего не успел, потому как все ощутили яростную дрожь под ногами, а в следующий миг в образовавшемся проёме замаячил змеевидный силуэт шипящего монстра.

— Да вы издеваетесь, что ли⁈ — ошеломлённо выпалил Рам, во все глаза глядя на нового врага. — Это же василиск! Да мы сейчас тут все поляжем! Нужно…

Впрочем, во второй раз за несколько секунд тифлинг не довёл свою речь до конца и его в грубой форме перебил яростный приказ:

— Не отступать, бойцы! Всем стоять на месте! За василиска не переживайте! Он мой! — закричал лейтенант Ксанта. — ЙОРГОС! — продолжил надрываться офицер. — ЖДИ МОЕЙ КОМАНДЫ! НЕ ПОДВЕДИ!

— Чтоб меня архидемоны Инферно наизнанку вывернули! — вытаращив глаза, шокировано выдал Рамас с глупой улыбкой на губах. — Арк, он… он себя контролирует. Ранкар еще в здравом уме. Есть шансы!

После услышанного и увиденного, находясь в пылу схватки изо рта Аркаса вырвался облегченный выдох.

— Одной проблемой меньше.

Вот только радоваться было слишком рано. Ведь секунду спустя полубог осознал, что движения пилигрима стали на порядок быстрее, тёмно-багровая дымка вокруг тела Ранкара начала сгущаться более явно, а затем тот на всем ходу рванул прямо в сторону василиска. Причем рванул настолько быстро, что воитель не смог рассмотреть движения офицера. Скорость лейтенанта Ксанта оказалась запредельной, а в нынешних реалиях он совсем не походил на себя прежнего.

— Нет. Не может быть! — в полном замешательстве пробормотал командир «Осколков», глядя на то, как человек схлестнулся с огромной змеевидной тварью в ожесточенной битве. — Только не говорите мне, что он уже под действием припадка…

— Не отступать, бойцы! Всем стоять на месте! За василиска не переживайте! Он мой! –закричал лейтенант Ксанта. — ЙОРГОС! — продолжил надрываться офицер. — ЖДИ МОЕЙ КОМАНДЫ! НЕ ПОДВЕДИ!

— Будьте готовы, уважаемый одарённый! — раздался встревоженный голос здоровяка-воителя, который с самого начала схватки вместе с двумя другими товарищами находился на страже подле него и Марии. — Не подведите командира! Ждите!

— Я… постараюсь, но резерв… заканчивается, — отрывисто пробормотал практикант с изумлением наблюдая за тем, как всего-навсего один офицер вступает в схватку с тварью Редкого типа, попутно с этим ловко уворачиваясь от атак нескольких гарпий. — Он… он точно справится? Василиск сильнее этой толпы.

— Вы сами его слышали, — вклинился в разговор второй воитель. — К тому же я еще не видел ситуации, с которой Ранкар не справлялся.

— Слепая вера! — фыркнула зло Мария, попутно с этим запуская череду пламенных копий в троицу гулей. — До добра она не доводит.

— Может быть и слепая, — с добродушной улыбкой согласился с ней юноша, не оставшись в долгу. — Но разве кто-то говорит о добре?

С того момента, как Йоргос попал в бастион Западный Предел он побывал в нескольких патрулях, но такой опасный дозор как сегодня на его судьбу выпал впервые. Причем парадокс заключался не в смертельной ситуации и количестве чудовищ. Парадокс заключался в их нынешнем командире.

Молва о новом лейтенанте практически за первые часы облетела всю крепость, но лишь через пару дней маг узнал, что прибывший является тем самым простолюдином, который недавно потряс весь военный лагерь Ксант. Ведь некий бывший смертник Ранкар каким-то чудом умудрился помочь в захвате Западного форпоста. Именно с того дня началось тотальное наступление войск великого дома. Но главным ошеломлением, о котором узнал Йоргос было то, что великая Нефрит Ксанта лично даровала ему офицерское звание, которое недостижимо для простолюдинов.

Слухов, перешептываний и пересудов хватало даже в бастионе. Ходило много разных разговоров и еще больше разнообразных сплетен о бывшем смертнике, который кровью и потом выбил себе место под солнцем. Кто-то заверял, что такого невозможно и это всё наглое враньё, кто-то твердил, что он является выжившим ублюдком неизвестного аристократа, но все как один уверовали в то, что отбросу с Хиоса попросту повезло.

Однако то, что практикант слышал и то, что увидел собственными глазами, абсолютно не клеилось со всем злословием. Нелюдим, спокоен, немногословен, держался особняком от прочего офицерского состава и часто проводил время со своими подчиненным. Даже невзирая на то, что в первый день тот что-то не поделил с управителем крепости, не изменило мнения мага. Йоргос прекрасно помнил тот момент, когда бывший смертник поставил на место зарвавшегося Беренгара.

Тогда он впервые увидел силу воителя, который лишь недавно прошел оценку. Увидел и обомлел. Потому как лейтенант Ранкар для своего молодого возраста не только обладал выдающейся физической мощью, которая ни в чём не уступала другим, более опытным офицерам, вдобавок ко всему он оказался недавно пробудившемся Тёмным. По долгу учебы земляк часто видел Тёмных Экзекуторов. Не сказать, что маги тьмы в Аронтире являлись редкостью, вовсе нет, редкостью они были среди Аххеского пантеона. Даже светляков по общеизвестным подсчётам числилось на порядок больше.

Однако всё это меркло и бледнело перед тем, как командовал бывший смертник. Командиры, которые ранее попадались Йоргосу всегда стремились пустить вперед бойцов или же магов, а вот лейтенант Ранкар самолично шел напролом словно жаждал битвы. Мало того, что он был быстрее и сильнее прочих, так практиканту казалось, что даже будучи недавно пробужденным он сможет потягаться с некоторыми магами.

И его подозрения подтвердились. Из-за своего склочного и сурового характера Мария нарвалась. Нарвалась на стену, которую не могла преодолеть своим норовом, силой и влиянием. А ведь на своём потоке она входила в пятьдесят лучших боевых магов, но их нынешний командир осадил гордую аристократку будто она была несмышленой девчонкой.

— Он… он… Да кто так сражается⁈ В край, что ли, ополоумел⁈ — рявкнула гневливо благородная, а её голос вывел земляка из пучины мыслей. — Он напрочь сумасшедший отморозок! Этот простолюдин бьётся таким образом словно у него в запасе с десяток жизней.

Волна чудовищ Обыкновенного типа начала медленно иссякать, но вот битва между человеком и ревущим чудовищем Редкого ранга вошла в самую ответственную фазу. К этому моменту многие воители держались как можно дальше от образовавшейся бреши и с нарастающим шоком то и дело поглядывали за ожесточенной схваткой.

Лишь при тщательном рассмотрении Йоргос стал понимать, о чем именно твердила его напарница, а от увиденного он и сам невольно выпал в осадок. Лейтенант Ранкар сейчас мало напоминал человека. Он не щадил себя и медленно наступал на василиска. Офицер сражался так рьяно и неистово, что его полубезумное оскалившееся лицо чем-то походило на гримасу дикого зверя.

Впервые в своей жизни маг земли лицезрел, как монстр Редкого типа замешкался, по разъярённому виду василиску становилось понятно, что тот неистово желает прикончить и сожрать человека, но ему приходилось отступать.

Однако в следующее мгновение на глазах у многих случилось еще более нечто невероятное. Довольно улыбнувшись, воитель с надменным видом поманил тварь к себе, будто провоцировал его. Человек внезапно застыл, аура его стала неспешно раскаляться, словно выходя из-под контроля, а через секунду раздался тихий металлический звон. Лейтенант Ранкар вдруг ухватился за цепи на рукоятях и с их помощью с нарастающей частотой взялся раскручивать оружие. Попутно с этим увеличивая амплитуду и тем самым увеличивая радиус действия серповидных клинков.

Йоргосу почудилось, что провокация человека сработала. Поднявшись на хвосте и разинув пасть, василиск сверху-вниз ринулся в сокрушительную атаку, но когда до земли оставалось всего пара метров, левая коса офицера вонзилась в нёбо чудовища отчего тот заревел пуще прежнего и будто умалишенный задёргался в разные стороны. Вот только правая Гамма отправилась следом и по дуге с громким чавкающим звуком вонзилась в огромную глазницу, из которой водопадом прямиком на человека хлынула черная кровь.

В этот миг всем стало ясно, что человек победил. Редкий тип завопил еще яростнее, но лишь одни обереги могли знать какой именно силой обладает разумный по имени Ранкар. Цепи не давали твари вырваться, а вонзившиеся в плоть косы лишь глубже погружались в пасть и глазницу.

Один сотрясающий рывок, следом второй, довершающим стал третий. Складывалось впечатление, что вся схватка являлась рыбалкой. На четвёртом рывке пасть василиска оказалась у самой земли рядом с телом воителя. Двумя неуловимыми движениями цепи тотчас обвили глотку монстра и прочно прижали массивный череп окровавленной траве.

Именно в данную секунду с какой-то животной яростью взгляд лейтенанта Ранкара обратился на Йоргоса. От неожиданного осознания и увиденной сцены боя, одарённый лишь вытаращил глаза, не в силах пошевелиться.

— НУ ЖЕ! — заревел здоровяк, что было мочи, глядя на то, как один человек удерживает василиска скованным. — ДЕЙСТВУЙ, ЧАРОДЕЙ! ТВОЙ ВЫХОД! ТЫ ВЕДЬ МАГ ЗЕМЛИ!!!

Только через секунду до Йоргоса дошло, что от него требуется и тот с невероятной скоростью обратился к остаткам своего резерва.

Твою собачью жизнь! Как же… тяжело!

— Впе… ред… маг… — хрипло рыкнул я, сквозь зубы, глазами отыскивая на поле боя знакомую ауру с голубыми прожилками. — Дей… ствуй…

Давно я не обращался к столь глубокому неистовству. Очень давно. В последний раз такое случилось во время схватки с Беталом, но каким-то чудом старик смог меня тогда утихомирить. С тех пор я зарёкся использовать данную мощь, потому как контролировать себя в потоке ярости при столь густом выплеске злобы и гнева порой просто не получалось.

Сейчас лишь крупицы здравого рассудка брезжили на задворках сознания, но именно это и являлось самым удивительным. Каким-то образом удалось зацепиться за скользкую грань здравомыслия и не отдаться во власть негативных эмоций.

Мир по-прежнему находился в знакомом черно-багровом мареве. Окровавленные цепи Гамм с неистовой силой скользили в руках, то и дело норовя выскользнуть из пальцев, причем я слышал отчетливый хруст собственных сухожилий. Рёв василиска казался оглушающим, а чудовище брыкалось так рьяно, словно я оказался на родео.

Еще пяток секунд и даже под напором вторичного неистовства я не смогу её удержать, но затем земля под ногами будто пришла в бурное движение и задрожала, а следом змеевидная мразь завопила так сильно, переходя на ультразвук, что пришлось сцепить зубы от напряжения. Вот только это уже был не вой ярости — это оказался предсмертный рык, через три секунды монстр Редкого типа попросту затих и обмяк.

Мгновением ранее прямо на глазах в метре от моей ноги из земли на необычайной скорости сформировалась каменная пика, которая вначале вонзилась в левый глаз и со свистящим мерзким чавкающим звуком её кончик вырвался из правого глаза, а на самом кончике своеобразного оружия повисло око василиска.

— Сраное… пресмыкающееся, — сплюнул презрительно я, одним движением вынимая Гаммы из пасти монстра. — Ползи… на тот свет!

Неистовство всё еще бурлило и абсолютно не желало останавливаться. Потусторонний шепот продолжал требовать убивать еще. Он твердил, что этого мало. Вокруг много жертв. Слишком много… Шепот хотел еще…

Я и сам не заметил, как начал упиваться собственным превосходством. Тело против воли хозяина умудрилось сделать шаг вперед. Прямиком в направлении собственных бойцов, но практически в следующую секунду на дальнем крае радиуса сенсорного поля замерцал еще один противник. Именно тот, что наблюдал за всем с высоты птичьего полёта и под напором негативных эмоций я моментально обернулся в нужную сторону.

Уж лучше туда, чем на своих…

— Кто? — ощерился я, сквозь зубы, не узнавая собственного голоса. — Кто… посмел наблюдать?

В данный момент времени неистовство чересчур вышло за рамки. Хватило одной доли вдоха, чтобы придумать еще более безумный план, чем раньше. За один прыжок я переместился на пасть василиска, а за второй стоял на каменной пике, что торчала из черепа твари и не придумав ничего лучше, левая Гамма нисходящим движением вонзилась в скальную поверхность, а правая указала необходимое направление.

Через секунду пришлось вновь взглянуть на нужного одарённого:

— НУ ЖЕ!!! — на крупицах здравомыслия рявкнул я, с налитыми кровью глазами. — НЕ ТОРМОЗИ, МАГ!!!

Стоило чудовищу затихнуть, как тотчас затихло и всё поле боя. Большинство воителей наблюдало за действиями лейтенанта Ксанта с неверием и шоком. Тут следовало бы остановиться, но всем на удивление безумный командир даже не думал останавливаться.

В полной тишине окровавленный силуэт успел сделать всего несколько шагов прочь от черепа монстра. В данный миг взгляд его выражал только холод и распаляющуюся ярость, но секунду спустя тот живо обернулся назад и взглянул на небо, а после с молниеносной скоростью устремился обратно.

Ему хватило двух ловких акробатических движений, чтобы оказаться на возвышении пики и очередной приказ вновь поверг всех в замешательство:

— НУ ЖЕ!!! НЕ ТОРМОЗИ… МАГ!!!

На мгновение возникла гробовая тишина. Только хрипы едва живых тварей периодически раздавались на небольшом поле боя. Впрочем, замешательство продлилось всего краткий миг.

— ДЕЙСТВУЙ! — рявкнул осатанело падший. — ЗАШВЫРНИ СВОЮ ПИКУ ВМЕСТЕ С КОМАНДИРОМ ВВЕРХ!

— Это будет… последняя атака, — выдохнул устало Йоргос, на пошатывающихся ногах. — Более сил нет.

— ДЕЙСТВУЙ, ПАРЕНЬ! — поторопил его терат.

И аристократ начал действовать. Остатки резерва заструились по жилам и через две секунды каменная пика взмыла высоко в небо и скрылась во тьме.

— Что происходит⁈ — с полнейшим непониманием выпалила раздраженно Мария, глядя в небо. — Ему жить надоело⁈ Что творит этот идиот⁈ Совсем с катушек съехал!

— Лучше прикуси язык, благородная! — с небывалом холодом отозвался Тэйн, опаляя девицу недовольным взором. — Что ты знаешь о нём? Вот, в том-то и дело, что ничего! Если бы не он, мы бы все передохли в коллизии. Сомневаюсь, что ты протянула бы там хотя бы неделю. Сейчас вы все подчиненные! Так что выполняйте приказы старшего по званию!

— А ты его верная собачонка, как посмотрю! — брезгливо скривилась аристократка, глядя на серафима. — Еще раз посмеешь так со мной заговорить и я тебя…

Вот только довести свою угрожающую речь до конца Мария не успела. Ведь в этот самый момент откуда-то сверху раздался яростный птичий рёв, что был наполнен неописуемой болью. Взгляды всех по-прежнему были направлены в небо, но пару вдохов спустя из тьмы ночи спикировала птица, которая напоминала собой огромного орла. И эта самая птица в момент падения фонтанировала кровью, потому как левое крыло её оказалось напрочь отсечено и летело вниз следом.

— Глазам не верю! — ошеломлённо прошептал Йоргос. — Это же… Рух. Средство передвижения иерихонских укротителей. Они всё это время находились над нами. Как только командир их ощутил?

— Провалиться мне в Инферно! — приоткрыв ротик от удивления, прошептала неверяще Мария. — Неужели это… это всё простолюдин сделал? Как… как только смог? И кто он вообще такой⁈

Единственное, что успели увидеть воители дома Фалайн перед обрушением Руха, так это три силуэта которые сражались между собой, падая вниз следом за крылатым чудовищем и одним из них, судя по черно-багровому мерцанию в сумрачной ночи, являлся лейтенант Ксанта.

В последний миг офицер успел оттолкнуть одного прочь и отсечь второму из неизвестных руку и схватив его за шею, тело бывшего смертника обратилось черным туманом и со всего маху влетело в тушу еще живой птицы.

Возникла гробовая тишина, которую тотчас разрушил громкий голос Аркаса:

— ЧЕГО ВСЕ ВСТАЛИ И ПЯЛИТЕСЬ⁈ ПОМОГИТЕ ЛЕЙТЕНАНТУ…

Не знаю почему, но последние несколько секунд полностью поглотило неистовство. Всё происходило как в замедленной съёмке.

Вот я стою на наконечнике каменной пики. Через секунду ветер свистит в ушах, и я лечу в непонятном направлении. Еще через миг перед глазами образовалось огромное тело птицы. Далее же пришлось работать на инстинктах. При помощи цепи удалось зацепиться за крыло чудовища, а второй Гаммой повредить её сухожилие.

— НЕТ! — заорал чей-то бас сверху. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ⁈ МЫ ЖЕ ВСЕ УМРЁМ!

— А мне… плевать… — вырвалось меня из глотки полубезумный смех. — ПЛЕВАТЬ!

Схватка в небе выдалась такой же сумбурной. Причем я до конца не осознавал с кем сражаюсь, но именно в падении тело вновь вернулось под власть законного хозяина, а не неистовства.

Двуличная мразь! НАШЛА ВРЕМЯ ПРЕДАВАТЬ!

Из лап незнакомого ублюдка удалось вывернуться лишь чудом, попутно с этим отсекая второму руку, а чтобы не сдохнуть пришлось обращаться к уже знакомой силе, потому как до земли оставалось несколько десятков метров.

Теневой рывок…

На моё счастье, удар не был смертельным. Однако хруст костей прозвучал отчетливый. Не спасла даже относительно мягкая туша утробно кричащей твари.

Впрочем, отрезвляющий голос Аркаса не дал полностью отключится, а на губах заиграла довольная окровавленная улыбка:

— Не сдох… и ладно… — прошептал отрывисто я, пытаясь медленно выпрямиться, но тело отчего-то повело в сторону и практически сразу вместе с пониманием пришла жуткая боль.

Левая нога была сломана в двух местах, но свалиться харей в грязь мне не дали, сразу несколько воителей дома Фалайн подхватили мою тушку с двух разных сторон.

— Лейтенант! Вы… вы как? — раздался взволнованный бас у самого уха.

— Жить буду, — выдохнул устало я, медленно поворачиваясь по сторонам и наблюдая за полнейшей вакханалией. — Всех еще вас… переживу.

— Уверены? — не унимался воин.

— Хорош балаболить, боец, — осадил я его. — Говорю же всех еще переживу. На тот свет не собираюсь. Пока что.

А через секунду перед глазами уже замаячила физиономия Аркаса и Рамаса.

— Ранкар, как сам? — тотчас спросил тифлинг.

Вашу ж собачью жизнь! Запарили…

— Как сала килограмм, — огрызнулся кисло я. — Докладывайте. Убитые среди наших есть?

— Только раненные. Парочка тяжелораненых, — отрицательно покачал головой полубог со слабой улыбкой.

— Что с нашими иерихонскими друзьями? — обратился я к пятерке воителей, которые уже вовсю орудовали рядом с телами. — Это те, о ком я думаю?

— Один готов, командир! — раздался следом доклад. — Второй еще жив! Всё так, лейтенант Ранкар, это укротители Иерихона. Их одеяния и гербы.

— Забирайте обоих, — скомандовал чуть тише я, понимая, что сознание начинает медленно затухать. — Брешь взять под контроль! И кто-нибудь… вытащите из этой сраной курицы и грёбаного пресмыкающегося мои ядра. Да поживее!

— Будет исполнено, лейтенант! — с радостной улыбкой отозвались сразу несколько бойцов и на всей скорости устремились в разные стороны. — Сию минуту!

— Пятая династия… — скривился недовольно я, ругнувшись в излюбленной манере Ганграта. — Где там наше сраное подкре…

Впрочем, договорить мне не дали, потому как сразу с нескольких направлений в нашу сторону уже мчалось то самое хвалённое подкрепление.

— Явились не запылились. Похоже, на ловца и зверь бежит, — выдохнул устало я, а перед глазами всё начало темнеть. — Проклятье… Только не сейчас.

Хотя-я-я-я-я. В целом плевать. Что-то я устал немного.

— Уж прости, Аркас, — выдохнул едва разборчиво я, начиная стремительными темпами погружаться во мрак. — Но остальное на тебе…

Аххеский пантеон.

Территория великого дома Аванон.

Равайн. Оплот основной ветви великого дома Аванон.

25 июля 4055 года от начала Великой Миграции.

Две декады спустя после событий у Западного Предела…

Царство Аделлум.

Западный Предел.

Бастион Западный Предел.

Двадцать часов спустя после патруля…

— Замечательно! — протяжно выпалил Жейд, с нарастающим бешенством на лице. — Оскорбил старшего по званию, который является аристократом. Нанёс вред своим же товарищам. Устроил произвол и стал угрожать. За такое полагается казнь. Прекрасно. Просто прекрасно! Ты сорвал куш, щенок! Хочешь еще что-нибудь сказать напоследок перед смертью?

Аура ублюдка из дома Креамх росла медленно, но верно. Причем за жалкие пару секунд удалось понять предел его силы. Физический ранг совершенного находился на границе Закалённого Вершителя, а вот магический, вероятнее всего, в пределах Просвещённого, либо первое, либо второе отсечение. Плюс он аэромант, по-простому, маг воздуха.

В плане физической мощи Жейд мне не соперник, но вот с магией может возникнуть проблема. Потому как лишь смутно представляю её действие. Однако я не идиот, чтобы прикрывать амбразуру голой задницей. К тому же судя по лицу Хемаха, тот сам был частично удивлён моим напором.

— На то, что я тебя оскорбил мне глубоко насрать! Я такой же офицер, как и ты. По уставу Ксанта в режиме военного времени дискуссии дозволяются, — холодно изрёк я, сплюнув себе под ноги. — А вот то, что я кому-то нанёс вред, тут надо всё доказать. И о каких угрозах ты говоришь, урод? Можешь объяснить? Я всего-навсего потребовал своё. Не отдаешь ядра и за грубое нарушение законов с тебя спросят те, кто стоят выше. Хочешь проверить? Тогда вперед, — махнул я снова ему рукой в призывающем жесте. — Сделай то, что задумал, мразь!

После услышанного лицо представителя дома Сариан тотчас разгладилось, Хемах неуловимо убрал пальцы с рукоять клинка и с вопросом уставился на управителя. Сам же Жейд невольно скривился, сцепив зубы, но его аура вдруг замерла в одном положении и прекратила набирать обороты.

— Сдохнуть захотел? — ощерился резко он. — Ты представить себе не можешь на какой скользкой грани между жизнью и смертью сейчас балансируешь. Моё терпение не безгранично, щенок!

— Так сходи в туалет и облегчись! — с издёвкой обронил я, делай шаг вперед. — Зачем терпеть?

Стоило прозвучать данным словам, как Хемах против своей воли весело дважды прыснул, едва сдерживая себя, чтобы не расхохотаться, а вот лицо управителя походило на спелы помидор.

— Никчёмный выродок!

— Слыхал уже. Повторяешься! — фыркнул по-простецки я. — Ну так что, оскорблённая невинность, убивать меня будешь или дождёмся, когда твоя охрана придёт в себя?

Ну давай, сукин сын! Чем будешь крыть?

— Для вшивого простолюдина у тебя здорово подвешен язык, но ты заплатишь за свою дерзость, чернь! — сквозь зубы процедил Жейд, начиная успокаиваться. — Долго тебя прикрывать дом Хаззак не сможет. Я могу убить тебя в любое время! Не представляешь, насколько ты близок к смерти.

На все заявления управителя я лишь расплылся в насмешливой улыбке и с наигранным вопросом обернулся по сторонам.

— Белиберда какая-то получается, — хмыкнул с довольством я, пожимая плечами. — Не поверишь, хмырь, но ни одного представителя из дома Хаззак я тут сейчас не наблюдаю. Кроме смерти, есть еще что-то, чем сможешь пригрозить?

— Ходишь по грани, мелкий недоносок, — усмехнулся колко управитель. — Но посмеешь оступиться, и я буду рядом, чтобы снести твою башку. Представить себе не можешь, сколько ты успел нажить себе врагов, — с довольством ощерился тот. — К тому же ты хоть и можешь себя защитить, но вот целительница и остальные твои люди…

Ах ты сын дохлой приблудившейся собаки! По больному решил пройтись. Ну, хорошо. Очень хорошо. В такую игру могут играть двое.

— Не перегибай палку, Жейд, — подал голос Сариан, невольно нахмурившись от услышанного. — Между собой можете лаяться сколько угодно, но состав не смей трогать. Лишь за эти слова тебя надобно наказать.

— Не корчи из себя благородного, Хемах, — огрызнулся злобно совершенный. — Места управителя тебе не видать, ведь мои покровители ничуть не хуже ваших, а может и в чем-то их превосходят. Уж поверь.

Я и сам не заметил, что после слов Креамха в душе стало что-то пробуждаться. Нечто давным-давно забытое и поросшее многолетним мхом. Нечто, что я чувствовал только в детском доме, заступаясь за таких же бедолаг, как и я. И под напором подобных мыслей, эмоции вновь начали брать контроль над сознанием.

— Слушай сюда, тварь, — хрипло прошипел я, не узнавая собственного голоса, попутно с этим вплотную подходя к рабочему столу управителя. — Если хоть волос упадёт с моих людей. Если хоть в километре от Дианы я учую твой враждебный ветерочек, то пеняй на себя. Тронешь хоть кого-то из них, тогда и я возьмусь за твоих подчиненных. А начну с лейтенантов, которых ты прикрываешь. Знай одно, ублюдок, после встречи со мной они хрен когда смогут узнать даже собственную мать!

— Ранкар, — решил охладить мой пыл Хемах. — Ты тоже возьми себя в руки. Не переступай дозволенного.

— Понял вас, капитан. Прислушаюсь к вашим словам, — кивнул я Мастиру, а после без какого-либо уважения вновь протянул руку в сторону Жейда. — Я пришел забрать своё. Ядра Редкого типа. Они мои. Верни.

— Ядра собственность бастиона Западный Предел, — с нескрываемым удовольствием осклабился управитель, откидываясь на спинку кресла. — Так что можешь проваливать.

— Целому капитану необходимо напомнить устав? — не остался я в долгу, чуть склонив голову.

— Нет, правила я знаю, — усмехнулся хищно он. — Но в отчете сказано, что в схватке с василиском и рухом тебе помогал один из наших практикантов одарённых. Йоргос же числится в составе бастиона. Итог закономерен.

А вот хрен тебе, урод!

— Вот уж дудки, — теперь пришла моя пора довольно скалиться. — Йоргос уже как несколько дней является частью отряда Танара. Получается, это люди дома Фалайн. К тому же Танар такой же лейтенант, как и я. В таком случае трофей причитается ему, а не бастиону. Улавливаете суть, уважаемый управитель? — едко поинтересовался я.

Уж лучше я поделюсь с Танаром, чем с этим куском дерьма.

Лишь после прозвучавших слов до Жейда начало доходить прописная истина, а его лицо тотчас сморщилось от осознания собственного провала.

— Йоргос практикант, — стоял на своём урод. — Он часть бастиона.

— Часть бастиона он лишь до тех пор, пока не попал в отряд к кому-либо из лейтенантов. Неужели вы настолько плохо знакомы с уставом?

— ЧУШЬ! — рявкнул озлобленно совершенный. — Студент академии не пойдет против меня!

Это мы сейчас проверим.

— Аркас! — окликнул я полубога, который всё это время стоял за дверьми.

— Слушай вас, лейтенант, — раздался его приглушенный голос.

— Приведи к нам Йоргоса, будь добр.

— Сию минуту, командир!

Ну давай, Арк, не подведи.

С каждым пройденным мгновением физиономия Жейда изменялась до неузнаваемости. Лишь по одному моему невозмутимому виду тот начал понимать, что что-то идёт не по его плану, а вот лицо Хемаха попросту светилось от счастья. Ждать прибытия одарённого пришлось недолго. Всё заняло не более пяти минут. Стоило дверям вновь открыться, как все ожидания оправдались. Арк не подвёл. Маг явился не один, он был в сопровождении Танара, который сиял как начищенный чайник, а завидев одного из своих офицеров, управитель тотчас почуял что-то неладное.

— Выражаю вам своё почтение, господа, — поприветствовал всех собравшихся наследник побочной ветви дома Фалайн. — Чем могу быть полезен?

— Танар, у нас образовался вопрос к Йоргосу, так что ты можешь быть свободен, — решил схитрить Креамх, но на такое заявление начальства парень с невозмутимым видом отрицательно покачал головой.

— Прошу прощения, управитель, но здесь я с вами не соглашусь. Йоргос не только часть моего дома, но и часть моего отряда. Боюсь, я вынужден тут остаться.

От услышанного недовольная харя Жейда скривилась еще больше, но сделав усилие над собой, он перевел взор на мага.

— Йоргос, ты был одним из тех, кто помогал лейтенанту Ранкару прикончить тварей Редкого типа, — начал свой допрос совершенный, — это так?

— Всё верно, господин управитель, — согласно кивнул тот. — Но моей заслуги там почти не присутствовало. Командир Ранкар прекрасно справился бы и без моего вмешательства.

— Это сейчас неважно. Главное, что имеет место быть факт вмешательства и помощи, — отмахнулся Креамх с удовлетворенным видом от доводов одарённого, но практически в следующую секунду от того повеяло силой, а его аура вновь стала набирать обороты. — Йоргос, ты являешься не только частью отряда Танара, но и частью бастиона Западный Предел, однако кое-кто из присутствующих в наглой манере желает забрать все лавры себе. Теперь ответь мне, парень, претендуешь ли ты на трофеи, добытые в прошлом патруле?

Вот ведь сукин сын! Решил сыграть по грязному и надавить на мага своей мощью. Так еще и за каким-то бесом приплёл бастион. Что ж, сейчас посмотрим из какого теста сделан наш геомант.

Впрочем, на моё удивление тот вовсе не колебался. Однако, прежде чем дать ответ, тот быстро переглянулся с ухмыляющимся Танаром, а второй в это самое время незаметно ото всех отпальцевал мне и неуловимо подмигнул.

— Как я и сказал ранее, господин управитель, лейтенант Ранкар самолично одолел чудовищ. Моих заслуг там нет, — спокойно произнес Йоргос, глядя на мрачнеющую физиономию Жейда. — Поэтому я не претендую на добытые трофеи. Целиком и полностью они должны быть переданы командиру. К тому же хочу добавить, что лишь благодаря его приказам и действиям никто не погиб в дозоре.

— Ты… уверен? — с явным недовольством надавил на практиканта совершенный. — Хорошенько подумал?

— Абсолютно уверен, господин управитель, — непоколебимо изрёк геомант. — К тому же по возвращению в академию я буду рекомендовать кандидатуру лейтенанта Ранкара ректору.

Не понял. Ректору? Рекомендовать меня? О чем бормочет этот пацан?

Правда, произнесенные слова возымели эффект разорвавшейся бомбы, потому как на лице Хемаха отобразилось неверие, а вот мина Жейда выражала полнейшее замешательство. Спокойным аки непоколебимая скала остался лишь Танар.

— Что ты сейчас сказал⁈ — насупился грозно управитель. — Ты хочешь рекомендовать ЕГО лично ректору академии⁈

— Всё верно, — решительно кивнул геомант. — У командира Ранкара необычайный талант к магии тьмы. Из него получится выдающийся Тёмный Экзекутор. Студенты, которые заканчивает обучение, перед выпуском имеют право выдвинуть одну кандидатуру на будущее обучение. Моей кандидатурой станет лейтенант. Многие преподаватели только лишь завидев его теневой провал захотят обучать на бесплатной основе.

Вашу ж собачью жизнь! К бесам сраную академию! Мне и даром не сдалось такое обучение. Йоргос, какого хрена ты учудил? Стоп! Погодите-ка… Танар, сукин сын, это твоих рук дело. Теперь понятно почему он так довольно скалится.

— Свободны! ВСЕ! — рявкнул разозлено Жейд, опаляя всех яростным взором, а затем подойдя к сейфу в углу кабинета, неспешно явил на всеобщее обозрение два ядра чудовищ и с презрением бросил их мне. — Забирай! Прочь с глаз моих! Посмеешь выкинуть передо мной нечто подобное и казнь не заставить себя долго ждать! Катитесь отсюда!

Обе сферы оказались тёплыми на ощупь размером с шарик для пинг-понга. Различался лишь цвет. Ядро василиска отблёскивало грязным зеленом оттенком, а ядро руха было насыщенного бурого цвета. Но главное, что от них веяло скоплением странной энергии.

Холера! Наконец-то. Идите к папе Ранкару, мои сладкие. Я найду вам применение.

— Премного благодарен, уважаемый управитель, — расплылся я в насмешливой ухмылке. — С вами приятно иметь дело!

— ВОН ОТСЮДА! — заорал раненым зверем совершенный.

Если честно, то добившись своего, не было абсолютно никакого желания оставаться в этом месте. Хотелось мчаться на всех парах прочь отсюда и по-быстрому поглотить ядра для пробуждения Руны. Но, как и всегда, у судьбы на сегодняшний день имелись свои судьбоносные планы.

Планы, которые в дальнейшем изменили не только мою злополучную судьбу, но и судьбу огромного мира.

Не успели мы дойти до дверей, как в кабинет ворвался слегка взволнованный Беренгар, а стоило тому завидеть нас, он тотчас нахмурился, но быстро перевёл взгляд на Жейда.

— Тебе еще чего надо? — раздраженно выпалил совершенный, вновь возвращаясь в кресло.

— Господин управитель, укротитель пришёл в себя!

— И что с того? Это ваш первый пленник, что ли? — недовольно выдал Креамх. — Допросите и всю информацию мне на стол.

— В этом и проблема… — затем с неким удивлением тот словно умалишенный ткнул в меня пальцем, причем его слова невольно повергли в шок всех собравшихся. — Укротитель попался чересчур стойкий. Он говорит, что будет беседовать только с бывшим смертником Ранкаром!

Зараза!

— Вот как? — с какой-то лукавой усмешкой пробормотал Жейд, смерив меня пренебрежительным взором. — Что ж, мне интересно знать, чего он расскажет нашему лейтенанту. Вы оба за мной, — ткнул он в Хемаха и Танара пальцем, — а ты, — указал он уже в мою сторону, — в особенности идёшь с нами…

Мириада сраных бед! Какого беса? Почему мне кажется, что подобный выверт судьбы пахнет отборнейшим дерьмом?

Передовой рубеж.

Бастион Западный Предел.

Где-то на стенах крепости.

Несколько часов назад…

Проклятье! Возникало странное чувство. Очень странное. Не думал, что когда-нибудь испытаю такое вновь.

Честно признаться весь путь от кабинета управителя по казематам бастиона и до самой камеры с укротителем показался отдалённо знакомым. Знакомым не в том смысле, что я тут находился ранее, вовсе нет. Суть состояла в ином. В прошлом на службе синдиката такие маршруты были частым явлением. Как и везде всё начиналось с самых низов, и я не был исключением, а грязи и крови на дне преступного синдиката всегда находилось в избытке.

Пытки, угрозы, насилие. Это лишь малая часть того, чем приходилось заниматься.

Одно лишь радовало. Видит Ярвир, за тринадцать лет я не успел превратиться в конченную мразь. Хотя многие считали меня именно таким. Никогда не думал, что скажу это, но в полного отморозка я не превратился лишь благодаря тому, что до мозга костей ненавидел собственное наследие. Большая часть времени уходила на борьбу с проклятой кровью, а на иное порой не оставалось времени. Наверное, именно тогда я и осознал, что частично неуравновешенный.

Допросом укротителя занимался один из лейтенантов дома Креамх. Хотя на дознание это мало походило. Типичная пытка с избиениями. И пока Жейд с остальными зашагал вперед, я остался стоять в тени дальней стороны камеры, наблюдая как орудует офицер и глядя на то, во что превратился одарённый.

Холера! Любители! Да он умрёт быстрее, чем хоть что-нибудь расскажет. Сраные дилетанты!

Раздетого до портков окровавленного и изувеченного иерихонца подвесили к потолку на несколько цепей. И, судя по всему, оковы были с примесью риарита.

Мир Альбарры до невозможности странный и необъяснимый, но главная суть в том, что он магически продвинутый. Однако местное правление не только желает прогрессировать в магии, оно так же неистово желает ограничить её. Точнее ограничить тех, кто им неугоден. Именно так и был создан риарит.

На Вечном Ристалище есть два редких и необычайно ценных материала — харалуг и иллириум. Зачастую первый используют для создания артефактных клинков высшего качества и всё в этом духе, а второй для дорогостоящих одеяний, доспехов, артефактов и так далее. Так вот один умник каким-то образом скрестил два этих металла. Таким образом и выявили третий, который полностью блокирует магию — риарит.

Так что сейчас в руках воителя некогда гордый маг-укротитель превратился в обычного человека без крупицы магических сил.

— Как успехи? — негромко осведомился Жейд у дознавателя.

— Никаких, господин управитель, — раздраженно изрёк воитель. — Давно мне не попадались крепкие иерихонцы.

— Отдохни, — щелкнул пальцами совершенный. — Пока можешь быть свободен.

— Как прикажете, господин управитель, — поклонился лейтенант, попутно подхватывая со стены китель и удалясь прочь из камеры.

На мгновение возникла тишина, лишь только тяжелое дыхание иерихонца тихим эхом звучало под сводами карцера.

— Как твоё имя? — раздался спокойный голос Жейда, который неспешно стал обходить окровавленное тело по кругу.

Однако на удивление собравшихся тот вдруг хрипло рассмеялся, то и дело извергая из разбитого рта кровь и куски плоти.

— Моё имя вам… ничего не даст, — отрывисто прошелестел он. — Катись… в Инферно!

— Для чего вы предприняли свой мясной штурм? — задал управитель очередной вопрос.

— Ты… глухой, аххес? — сквозь смех прохрипел заключенный. — Сказал же… катись в Инферно!

— Зачем ты хотел видеть одного из лейтенантов Ксанта? — усмехнулся одними уголками губ управитель. — Для чего он тебе?

— Хотел… кое-что ему передать… — просипел иерихонец.

— Передать? — усмешка хмыря стала еще больше. — Какое-то послание? Может быть один из лейтенантов Ксанта ваш агент?

Казни сущее Ярвир! Он и вправду идиот.

На несколько долгих мгновений в помещении возникла гнетущая тишина. Лица Хемаха и Танара тотчас вытянулись от подобного заявления, но через пару секунд в камере вновь зазвучал болезненный смех укротителя.

— Ты… ты и вправду идиот, Жейд Креамх.

Надо же. Мне начинается нравится этот маг. Жаль только, что он уже не жилец.

— Понять не могу, кто… кто поставил во главе бастиона Западный Передел такого кретина…

Гримаса довольства на физиономии управителя тотчас треснула, в помещении вдруг стало несколько ветрено, а еще через секунду на грязный пол карцера упало три отсеченных пальца с руки. Вот только иерихонец словно не заметил подобного увечья и продолжал тихо смеяться.

Крепкий орешек. Уважаю. Впрочем, в синдикате я раскалывал и не таких. К тому же ему многое известно. По крайней мере, он в курсе, кто заправляет крепостью. Интересно.

— Сказал же тебе… аххес, я буду говорить… только с бывшим смертником… Ранкаром.

— Говори, — негромко отозвался я, делая пару шагов вперед, чтобы тусклый свет камеры частично осветил лицо. — Внимательно слушаю. Чего ты хотел передать важного?

Стоило подать голос, как голова иерихонца внезапно дёрнулась чуть выше, и тот с жадностью стал отыскивать меня глазами, а завидев мою невозмутимую физиономию отчего-то расплылся в довольной усмешке.

— Да, — просипел он. — Прямо как на изображении.

Изображение? Откуда оно у них? Если не ошибаюсь, то на Альбарре в ходу магические проекции.

— А я ведь тебя вначале не узнал, — с окровавленной улыбкой продолжил вещать маг. — Жаль. Очень жаль. Если бы узнал, то всё бы тогда закончилось гораздо быстрее и менее болезненно. Как для тебя, так и для них, — дёрнул тот головой в сторону офицеров Ксанта. — Но теперь поздно. Вас ничто не спасёт. Смерть настигнет каждого.

— Как и тебя, — холодно отчеканил Танар.

— Я мёртв, — гоготнул весело укротитель. — Да и вы все тоже. Весь Западный Предел будет уничтожен. Совсем скоро вы сами всё поймете. Спасения никому из вас не видать.

— О чем ты? — тотчас нахмурился Хемах. — Почему бастион будет уничтожен? Что ты скрываешь? Говори! Иначе я самолично возьмусь за дело!

Однако на все угрозы капитана иерихонец обнажил окровавленные зубы.

— Вы вообще в курсе, сколько дают за его голову орден Наказующих? — вдруг спросил тот у всех. — Одно лишь странно. Ваш бывший смертник им нужен за какими-то демонами живым. Представить себе не можете сколько разумных рыщет по линии боевого соприкосновения. А ведь всё, — тот вновь дёрнул головой, но уже в моём направлении, — из-за него. Две тысячи золотом, драгоценными камнями или сферами. Именно столько дают за его жизнь.

Вот же холера! Две тысячи⁈ Если сравнивать с Террой, то это огромная сумма. Моё жалование лейтенанта в месяц всего тридцать золотых. А ядра чудовищ Редкого типа стоят около сотни.

Впрочем, лица присутствующих даже не дрогнули. По-видимому, тут только я не знал, во сколько оценил меня орден Наказующих.

— Ты рассказал нам о том, о чем мы и так в курсе, — бесстрастно изрёк я. — Если это всё, то больше мне здесь делать нечего. Прощай, иерихонец.

Впрочем, стоило развернуться, как в спину вдруг ударил донельзя довольный хриплый бас, который начал перерастать в нарастающий хохот.

— Мы… мы были всего лишь разведкой. И наша задача выполнена. Моя задача выполнена. Ты оказался здесь. Значит, информация являлась правдивой. Получается, они могут начать действовать.

Смех всё продолжал нарастать.

— Вы… вы все трупы, просто еще того не поняли. А тебе, смертник, я не завидую. Твоя гибель будет мучительна. Ксант падёт! Это лишь вопрос времени… — просипел иерихонец замогильным тоном. — Потому как сюда прибудут те, кто сотрёт с лица Альбарры вашу захудалую крепость. Жить вам осталось недолго…

Смех стал напоминать крик и в эту же самую секунду активировался протест отчего затылок резко заныл, а в последний миг на груди у укротителя что-то вспыхнуло.

— ВСЕ В СТОРОНУ! — заорал яростно я, оттаскивая за шиворот к дальней стене замешкавшегося Танара.

— ВЫ ВСЕ СДОХНИТЕ! ДА СЛАВИТСЯ АДЕЛЛУМ ДО СКОНЧАНИЯ ВЕКОВ!

Нечто аналогичное сделал и Хемах с Жейдом. Представителя дома Сариан внезапно объяла белесая эссенция и тот попытался прикрыться клинком, а совершенный моментально укрылся за несколькими щитами ветра.

К концу речи тело одарённого практически пылало, а мгновение спустя раздался взрыв будто от гранаты, а я впервые на своей памяти смог призвать черный туман не только на руки, но и на всё тело.

— Чтоб мне провалиться. Вот ведь безумный урод! Сраный троянский фанатик! — остервенело закашлялся где-то у дальней стены Танар, который уцелел лишь благодаря моему вмешательству. — Если бы не ты, Ранкар, я бы подох.

— Считай в расчете за патруль, — выдохнул протяжно я, загоняя туман обратно во внутренний мир и быстро оглядываясь по сторонам.

— Ну уж нет, — просипел едва слышно наследник побочной ветви дома Фалайн, продолжая барахтаться на четвереньках у дальней стены. — Теперь я тебе должен.

На удивление Хемах был полностью в порядке и на моё огорчение Жейд тоже, а вот камера отныне напоминала руины. Двери вынесло ударной волной, местами пламя пробило камень, а воздух словно раскалился. От самого же иерихонца ничего не осталось.

— Артефакт мгновенной смерти, — отряхиваясь от пыли, невозмутимо обронил Мастир. — Это же твои подчиненные проверяли его?

— Мерзкие выродки! — прошипел яростно управитель. — Прикончу каждого! Не смотри на меня так, Хемах. Знаю, что ошибся!

На миг показалось, что Сариан что-то хочет добавить, но у него это попросту не вышло, так как в эту самую секунду над всем Бастионом Западный Предел завыла пронзительная сирена.

Мириад сраных бед! Неужели этот поехавший фанатик говорил правду и нам всем крышка?

— ВСЕ ЗА МНОЙ! — раненым зверем завопил Мастир, устремившись наружу. — КТО-ТО НАПАЛ НА КРЕПОСТЬ…

Всё случилось быстро. Я бы даже сказал с молниеносной скоростью. Еще в момент оголтелого бега по казематам крепости, вся земля неистово дрожала, а стоило нам выбраться наружу, как глазам предстала воистину жуткая картина. Всё небо в радиусе нескольких сотен метров объяло бурлящее пламя. С неба шла полноценная магическая бомбардировка.

Спасали бастион ныне только возведенные щиты. Во время бега я не заметил, как рядом со мной образовался силуэт Аркаса, который едва за нами поспевал.

— Собери парней, Арк, живо, и отыщи Диану! — скомандовал я. — Соберитесь на плацу и ждите меня!

— Сделаю!

Последнее, что я успел сделать, так это в вечернем полусумраке проводить его тень глазами, а в следующую секунду удары огненного дождя с неба продолжились.

— ВСЕ СВОБОДНЫЕ ОДАРЁННЫЕ К ЦЕНТАРАЛЬНОМУ ЗАЩИТНОМУ УЗЛУ! — начал раздавать команды Хемах, стоило нам добраться на вершину главной башни. — НЕ ДАЙТЕ ИМ РАЗРУШИТЬ БАРЬЕР!

— Будет исполнено! — раздалось несколько голосов в ответ и те тотчас устремились назад.

— СОБРАТЬ ВСЕХ ВОИТЕЛЕЙ НА СТЕНАХ! СТРЕЛКИ ПУСТЬ БУДУТ НА ИЗГОТОВКЕ!

Честно признаться я залюбовался действиями Хемаха. Даже в полнейшем хаосе тот не терял самообладания и продолжил отдавать приказы подчиненным.

— ПРОКЛЯТЬЕ! Мне кто-нибудь скажет, кто нас атакует? — рявкнул он, но тут как нельзя кстати рядом появился силуэт одного из лейтенантов разведгруппы. — И какого демона не работают артефакты связи?

— Мы под магическим куполом, капитан Хемах, — тотчас отозвался офицер. — Артефакты сбоят.

— Тогда, кто на нас напал? Есть сведения⁈

Ревущее пламя в небе было настолько громким, что половину слов разведчика невозможно было разобрать, но в одно из мгновений он вдруг указал куда-то в небо. Прямо туда, где располагался тот самый непроходимый обрыв.

— Враг… там.

В вечернем небе невозможно было хоть что-то рассмотреть. Полусумрак скрыл частично обзор. Однако так продолжалось до тех пор, пока лобовой барьер у самого обрыва не разрушился и не озарил своим предсмертным сиянием часть небосвода.

Впрочем, каково же было моё удивление, когда вместо армии взгляд заприметил всего-навсего четыре парящих силуэта в небе. Причем действовал только один из них, пока трое других неподвижно парили в небе.

— Пятая династия… — неверяще пробормотал Сариан. — Их же четверо всего…

— Возьми себя в руки, Хемах, — вдруг раздался громогласный вопль Жейда, который стоял неподалёку. — Передаю тебе полное командование над обороной. Я спущусь к магам и проверю, как у них обстоят дела.

На миг Мастир замешкался, но утвердительно кивнул, а сам совершенный на всех парах тотчас исчез из виду.

— Ранкар, Танар, бегом на восточную стену, проследите за всем там! — продолжил раздавать приказы представитель дома Сариан. — Можете взять с собой своих людей.

— Будет исполнено! — в унисон отозвались мы.

— Надеюсь на вас! — ударил нам в спину его голос.

Быстро перемещаясь по крепости и наблюдая за происходящей вакханалией, я всё больше задумывался над словами Бетала о настоящей войне. Похоже, вот она война, либо её зачатки, но не это вводило в ступор. В ступор вводил тот квартет в небе. Если подобное нападение могли совершить всего четверо разумных, то какова их сила на самом деле? И сколь позорны мы в их глазах?

Тем не менее долго размышлять мне не дали, потому как прямо на пути я уже лицезрел всех ребят, за исключением одной взбалмошной дриады.

— Где Диана? — резко притормаживая, осведомился я у них.

— В поселении! — сходу отозвался Цуг, переглядываясь с остальными ребятами. — Сказала, что не бросит детей.

Мириада сраных бед! Снова она за старое. Ох, Ярвир, надеюсь, с ней всё будет в порядке.

— Можешь быть спокоен, Ранкар, — подал голос Ганграт, глядя в небо. — Пламя не достигает селения, а многие жители бегут прочь. Вероятнее всего, атака нацелена только на бастион.

Зараза! А то я сам не вижу. Вот только легче от этого не становится.

— Тогда все за мной! — скомандовал я.

— На смерть? — решил схохмить Тэйн.

— Хуже, — кратко обронил я. — На стены.

— А ведь я говорил вам, что мы сдохнем под какой-нибудь магической бомбардировкой, — затараторил Рамас.

— Если продержимся до подхода соседнего бастиона, есть шанс выжить, — спокойно проговорил я. — Щиты пока что держ…

Впрочем, как и всегда, у судьбы на сегодняшнюю ночь имелись свои планы. Нам не удалось пересечь до конца плац, а я попросту не успел договорить, как все возведенные барьеры начали рушиться на глазах. Причем разрушаться они стали не из-за внешних факторов, а из-за внутренних. Массивы пали только по одной причине — их кто-то отключил.

Именно в этот момент случилась трагедия, а сквозь неутихающий рокот пламени отчетливо прогремел голос Хемаха:

— ВСЕМ ОСТАВИТЬ СВОИ ПОЗИЦИИ! ОТСТУПАЕМ! ВСЕМ НАЗАД! ПОКИНУТЬ КРЕПОСТЬ!

Лишь через секунду я осознал для чего Сариан отдал такой приказ. Огненный дождь продолжал лить с неба, словно водопад и прямо у меня на глазах десятки людей начали умирать из-за магического пламени, а самые укрепленные здания рушились из мощи неизвестно пламени.

Крик, вой, вопли и повсеместная смерть. Бастион Западный Предел за несколько секунд начал превращаться в самый настоящий могильник.

— УХОДИМ, ПАРНИ, УХОДИМ! — словно безумный рявкнул я. — ЗА МНОЙ! НЕ ОТСТАВАЙТЕ! РВЁМ КОГТИ В ДЕРЕВНЮ!

Протест активировался в тот самый миг, когда рухнули все массивы. Сейчас я опирался лишь на него, чтобы вывести ребят из-под нескончаемой огненной бомбардировки. Причем бежали из крепости не только мы. Ноги уносили все, кто мог это делать.

В процессе побега показалось, что я заметил силуэты Танара и Марии с Йоргосом, но далее всё заволокло дымом, а в нос ударила вонь от горелой человеческой плоти. Из чуть более тысячи разумных хорошо если пределы крепости покинула хотя бы пара-тройка сотен.

Опираясь на сенсорное поле ауры я и сам не заметил, что в какое-то из мгновений ноги привели меня к одному из ветхих домишек. Хватило одного удара ногой, чтобы напрочь снести двери и ворваться внутрь, а ответом же мне был один девичий вскрик и несколько детских. Одного взгляда стало достаточно, чтобы разобраться в ситуации. Диана в это самое время спешно собирала детей для побега из селения.

На языке вертелось несколько «ласковых», но завидев перепуганных до смерти беспризорников, изо рта вырвалось совсем иное:

— Поторапливайтесь! ЖИВЕЕ!

— Что с бастионом? — раздался взволнованный голос дриады, которая спешно помогала одеться знакомой девчушке.

— Догорает! — мрачно заметил Рамас, стоя на улице и наблюдая за пепелищем, в которое превратилась крепость.

— Диана, быстрее! — раздался громкий баритон Аркаса. — Времени мало!

Не знаю почему, но с каждой пройденной секундой протест всё сильнее пульсировал. Он будто запустил таймер, который отсрочивал жизнь своего владельца. И как оказалось далее всё это было не зря.

Опасность стала по-настоящему осязаемой. Не оставалось ничего больше, как тотчас обратиться к проклятому наследию, чтобы хоть как-то вытерпеть нарастающую пытку в голове.

Первичное состояние неистовства…

Однако это не помогло. В одно из мгновений боль в затылке стала такой, что, не выдержав её напора я невольно пошатнулся и всем телом оперся на стену хибары и это не укрылось от взгляда окружающих.

— Ранкар, что с тобой? — переполошился Цуг, резко подскакивая ко мне и придерживая за плечо.

Вот только помимо переполошившихся голосов ребят, из-за обострившихся чувств я услышал еще два голоса. Голоса, которые находились выше. Гораздо выше.

— Мою дочь удерживают именно здесь, — прошелестел неизвестный бас. — Я чувствую это.

— Не только ваша дочь здесь… — пробормотал знакомый тон. — Тот выродок тоже тут. Причем не один. Я запомнил суть его ауры.

— На остальных плевать! Мне нужна только Диана и смертник. Прочих… уничтожить.

— Как прикажете, чтимый Маркас…

Лишь через секунду я осознал, что это не больная фантазия моего мозга, а сущая правда. Та ужасающая четверка в это самое время зависла в воздухе над нашим укрытием.

— БЕГИТЕ! — словно умалишенный заорал я, силой вышвыривая прочь из хижины ошеломлённых парней. — УХОДИТЕ ОТСЮДА!

Впрочем, как я и говорил ранее, у судьбы имелись свои планы на эту ночь. Неладное ощутил не только я, но и Диана. Не знаю как, может почувствовала, а может это какая-то особая связь, но следом за моим рёвом, изо рта целительницы раздался наполненный горем крик:

— ОТЕЦ, НЕТ! НЕ НАДО! ТУТ ЖЕ ДЕТИ…

Но было поздно, в эту же секунду огненное пламя стёрло с лица Альбарры одну из ветхих хибар Западного Предела.

Последнее, что помню так это спину Ганграта. Терат был последним, кого я успел выпнуть наружу на безопасное расстояние, а пару вдохов спустя хибара попросту разлетелась в щепки из-за вездесущего огня.

Протест вопил будто умалишенный, но прежде чем пламя поглотило помещение, всё тело успело покрыться защитным черным туманом. В какой-то миг я попытался дёрнуться к паре беспризорников, что находились рядом, чтобы закрыть их собой, но стало слишком поздно. Пламя разом поглотило всё пространство.

Бушующий испепеляющий ураган длился недолго. Всего три или четыре вдоха. Впрочем, когда он улёгся, то ни жалкого жилища, ни трясущихся от страха детей, ни даже Дианы, попросту не было. В радиусе пары десятков метров образовалась воронка, которая напоминала жерло вулкана. Каким-то чудом уцелел только я. Черный туман защитил своего обладателя и прямо сейчас медленно опадал густыми хлопьями на раскалённую землю.

— Нет… Нет! НЕТ! — будто сумасшедший шептал я, губы в это самое время отказывались подчиняться, а в горле начал образовываться горький ком. — Ч-что… с д-детьми? Дети же… не виноваты.

В синдикате я видел смерть множество раз. Наверное, даже чересчур много. Но сейчас… Сейчас всё было иначе. Всё было точно так же, как и тогда детском доме. Аналогичное чувство потери. В душе уже тлели угли нескончаемого гнева, а эмоциональный клин медленно разрушался. Разрушался так же быстро, как и эта хибара.

Гнев, ярость, раздражение, злоба и страх. Эмоции в данный миг были удушающими. От их наплыва руки неистово дрожали, а тело било мелкой дрожью. Однако в какое-то неизвестное мгновение слух уловил слабый тоненький голосок, что был наполнен бесконечной пыткой.

— По… могите… По… моги… те…

Лишь через секунду я осознал, что голос принадлежит девочке. Причем голос был до боли знаком.

Что⁈ Это же Рейна…

Глаза будто безумные пробежались по раскалённой земле и завидев каким-то чудом слабое шевеление я быстро подскочил к нужному месту и голыми руками стал разбрасывать в сторону обжигающие камни, что некогда были полом хибары.

Боли не ощущалась. Абсолютно. Присутствовала лишь гамма непередаваемых чувств, которые требовали выплеска, но детский хилый голосок не давал отдаться в пучину неистовства. Поиск не занял много времени, через пару вдохов руки наткнулись на мягкую плоть, и я как можно бережнее вытащил наружу до ужаса изувеченное детское тело, отчего внутри от увиденного всё сжалось.

— Тише… малышка, — хрипло просипел я, прижимая к себе дрожащую малютку. — Тише… Я знаю, что тебе больно…

Опалённая кожа, местами проглядывались кости, а один глаз был напрочь выжжен, но каким-то чудом она еще дышала.

— Дядя Ранкар… это… это вы?

— Да, это я, Рейна, — как можно веселее произнес я. — Не переживай, всё будет в порядке. Ты… — вдруг сглотнул горько я, начиная безбожно врать, — ты поправишься.

— Да… Вы хороший… — слабеющим тоном шелестела девчушка. — Тетя Диана часто об этом говорила…

— Ты только глазки не закрывай, малютка, хорошо? — с натянутой улыбкой попросил я. — Можешь говорить, что угодно…

Помощь. Ей нужна помощь! Стоп. Другие дети…

Вначале был один аурный импульс, после второй, за ним третий и четвертый, но ни единой живой души в радиусе пары десятков метров более не существовало. Кроме Рейны всё дети обратились прахом.

УБЬЮ! ПРИКОНЧУ КАЖДУЮ ПАДАЛЬ, КОТОРАЯ ЭТО СДЕЛАЛА! ДЕТЕЙ-ТО ЗАЧЕМ⁈ ОНИ ЖЕ НЕ ВИНОВАТЫ!

Наверное, сейчас во мне ревел тот потерянный сирота из детского дома. Хотелось убивать! Уничтожать! Истреблять! Разорвать на части мразь, что посмела это сделать.

Впервые на моей памяти в глубине души начала формироваться столь густая тьма.

— Не верится даже, — вдруг раздался из-за спины чей-то низкий мужской голос. — Впервые вижу, чтобы какая-то низкосортная тьма умудрилась противостоять моему огню. Так еще и плачет над чужими детьми.

Тон, тембр, лёгкая хрипотца. Всё было мне знакомо.

Не разгибая спину и стоя на коленях с ребенком на руках, я так и обернулся в нужную сторону. Пальцы и ладони вновь начала дрожать со страшной силой, но прокусив до крови нижнюю губу я сдержался и поднял налитые кровью глаза на судью Наказующих.

— Т-ты… т-воих… р-ук… дело? — страшно запинаясь спросил я, находясь в шаге от припадка.

— Теперь мы в расчете, смертник, — с холодной усмешкой произнес совершенный. — Ты уничтожил наш форпост, а я уничтожил ваш бастион.

МРАЗЬ! КОСТЬМИ ЛЯГУ, НО ПРИКОНЧУ ПАДАЛЬ!

— Я-я никого не у-убивал… П-после м-мен-ня была хоть о-одна с-смерть?

— Вот это-то и самое удивительное, Ранкар, — ехидно изрёк мужчина. — Ты разрушил всю защиту крепости без единой загубленной души, но те, кто пришли после тебя… Они убили много. Нефрит Ксанта уничтожила множество разумных. Так чем ты отличаешься от них? Всё это произошло из-за того, что один мелкий выродок полез туда, куда не следует.

Мысли отказывались принимать правду. Да я и не хотел её слышать.

— Это же в-ваш н-народ… — указал я глазами на умирающую малышку. — Э-это же… д-дети… О-они… н-ни в чем… н-не в-виноваты.

— На войне всегда будут потери, а сейчас как раз идет война, — пожал плечами судья. — Пусть лучше они умрут в неосознанном возрасте быстро и без мучений, чем будут медленно погибать от голода. Не мы это начали, Ранкар, а великий дом Ксант.

Каждое слово отдавалась громким набатом в мыслях. Хотелось рвануть вперед и вырвать сердце этому иерихонскому ублюдку, но единственное, что сейчас останавливало от действий и держало разум в узде — это едва живая малютка, что теплилась в моих объятиях.

Впрочем, все мысли отошли на второй план, потому как через секунду рядом с Наказующим спикировало еще три силуэта. К тому же мощь данных разумных в данный миг находилась за гранью моего понимания.

С нынешней силой мне не выстоять…

Хватило лишь одного взгляда на это трио, чтобы протест пробудился с новой силой, но сейчас всё стало совсем не так. Потусторонняя тьма в душе медленно поглощала естество изнутри. Я отчетливо ощущал, как колоны во внутреннем мире неистово дрожат. Я даже слышал звон цепей.

— Значит, это он? — раздался резкий басовитый тон. — Именно этот выродок ранил Ласанту? Маркас, надо спешить!

Тёмно-синий доспех, чуть седые волосы и холодный взгляд карих глаз.

Сознание находилось в шаге от перехода в состояние неистовства, но голоса и биение маленького сердца в руках не давало забыться окончательно.

Ласанта? Знакомое имя. Да… Точно. Та шаболда из Наказующих. И тот мелкий прыщ были из одного ордена. Хиал, кажется.

— НЕТ! НОРОН, УВАЖАЕМЫЙ АЗАИХ, ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ⁈ — раздался надрывный голос Дианы. — ЗАЧЕМ ТЫ ДОПУСТИЛ ЭТО КРОВОПРОЛИТИЕ, ОТЕЦ⁈

Лишь секунду погодя я осознал, что дриада жива и сейчас находится в руках одного из прибывших. Вот только легче от этого не стало. Злоба лишь сильнее стала распаляться внутри.

— УБЕРИ ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЯЗНЫЕ РУКИ, АГДЕЙН! ЖИВО! Я НЕНАВИЖУ ВАС! С КАКИХ ПОР ВЫ СТАЛИ ПРОЛИВАТЬ КРОВЬ НЕВИННЫХ ДЕТЕЙ⁈

— Владыка Маркас, нам нужно спешить, нельзя оставаться тут слишком долго. Необходимо забирать смертника и вашу дочь.

— Подожди, Норон. Пара минут у нас есть, — тихо проговорил мужчина, укрытый плащом с ног до головы. — Позволь Диане облегчить страдания этой крошки.

На удивление целительнице не только позволили вырваться из крепкой хватки, но и отпустили в моём направлении. Пару вдохов спустя та уже оказалась рядом и начала быстро исцелять Рейну прямо на руках. Только её взгляд то и дело цеплялся за мои дрожащие руки, которые отказывались слушаться.

Да, теперь мне всё ясно. Всё понятно. Никогда бы не подумал, что она дочь правителя Аделлума. Вот оно, значит, как… Получается, у бастиона изначально не было никаких шансов. Всё тщетно.

Владыка Маркас Иллион, Азаих Урано правая длань Ордена Наказующих и некий Агдейн. Если я не ошибаюсь, то лишь одного Агдейна упоминал Цуг. Агдейн из Алого Возмездия. Будущий наследник первого по силе ордена Иерихона.

— Я… я не хотела, чтобы всё так закончилось… — заскулила чуть не плача Диана. — Я не знала о нападении…

— Мне п-плевать… — хрипло прошептал я, как можно бережнее передавая малышку из рук в руки и медленно поднимаясь на ноги.

Впервые проклятое наследие не хотелось сдерживать. Абсолютно. Тело практически не слушалось, но я продолжал терпеть, ведь малышка и Диана еще слишком близко.

— Надо же, — усмехнулся едко Норон. — Наш смертник в силах стоять на ногах после такого урона.

— Так это он помог в захвате Западного Форпоста? Именно он похитил мою будущую жену? — с неким удивлением осведомился Агдейн, оглядывая меня с ног до головы. — Удивлён. Я не вижу в нём ничего выдающегося. Будь моя воля и он бы стал трупом.

Вот как? Теперь ясно, что он здесь забыл. Диана его невеста. Вижу, что Маркас Иллион заручился поддержкой Алого Возмездия. Идиот!

— Заб-бавно слышать это от того, кто родился с серебряной л-ложкой в заднице, — презрительно сплюнул я наземь, начиная запинаться лишь сильнее и продолжая терять связь с реальностью.

— Мерзкий простолюдин еще и остёр на язык, — расплылся тот в коварной усмешке. — Интересно.

— Если я тебе так и-интересен, то можешь поцеловать меня в з-задницу.

— Впервые так со мной говорит никчемный отброс. Напрашиваешься на смерть! — хмыкнул весело Агдейн. — Но я тебя не убью. Слишком просто. Вначале ты расскажешь, что сделал с воспитанницей лорда Азаиха.

Да. Отныне всё встало на свои места. Теперь мне и вправду всё ясно. Не знаю, что ты сделала, Руна, но ты молодец.

— Т-ты… с-старик… — указал я пальцем на правую длань ордена Наказующих. — К-кем тебе п-приходится некий Х-хиал и некая Л-ласанта?

— Мой сын и моя воспитанница! — холодно отчеканил генерал без тени раздумий.

Стоило прозвучать его ответу, как я невольно осклабился и начал быстрее отходить прочь от Дианы и Рейны. Если уж подыхать, то лучше по-своему.

— Видимо, з-зря пощадил твоего щ-щенка, старик, — хрипло проговорил я. — З-зря не вскрыл ему глотку и не отрезал башку. З-замечательный бы подарок получился. Странно, что та с-сучка… еще не сдохла. Мучается н-наверное, да? — с мерзкой ухмылкой осведомился я, между делом понимая, что лицо сводит судорогой.

После прозвучавших слов на лице у Азаиха вскипела ненависть и тот сделал несколько стремительных шагов навстречу.

— Несносный подонок! — рявкнул он. — Ты хоть знаешь на что мы пошли, чтобы до тебя добраться? Ты представляешь сколько негласных законов нарушили! Лучше мирно следуй за нами!

— Нет, Ранкар, не надо! — вдруг раздался встревоженный голос Дианы, ведь по одному моему ухудшающемуся виду она понимала, что будет дальше. — Ты не сможешь. Ты… ты слаб.

— Да, малыш, послушай мою будущую жену, — расхохотался надменно Агдейн. — Упади на колени и жди своей очереди. Скоро всё закончится.

Давно я не испытывал такого унижения. Очень давно.

— Я… Н-никуда… Не п-пойду… — тихо прошептали губы против моей воли. — И да… С-скоро… Всё… З-закончится…

— НЕТ, РАНКАР! — чуть не плача закричала дриада. — ОНО ТОГО НЕ СТОИТ!

— Захлопни п-пасть, венценосная дрянь! — рявкнул озлобленно я, наблюдая за тем, как целительница смертельно бледнеет. — Мы друг д-другу никто! Можешь валить со своим папашей на все четыре с-стороны. Он ведь поэтому з-здесь? Не т-так ли? З-знаменитый Маркас Иллион прибыл с-спасать свою дочурку! — безумно обронил я, глядя в незамутненные глаза правителя Аделлума. — Благородный Аз-заих из семьи Урано явился, чтобы спасти свою в-воспитанницу и защитить попранную честь никчемного с-сына. Ведь так, с-старик? — теперь пришла пора хмуриться генералу. — Агдейн из Алого Возмездия примчался за своей б-будущей женой! А вшивый судья из ордена Наказующих захотел смыть пятно п-позора! Ведь его как мальчишку обставил какой-то нерадивый с-смертник. Каждый желает чего-то с-своего, но всё сводится лишь к одному человеку по имени Р-ранкар, который больно оттоптал всем их крошечные п-причиндалы! Так вперёд, у-ублюдки! — пренебрежительно прошипел я, чужим тоном. — Хотите з-абрать меня с собой? Так попробуйте! Живым я всё равно не д-дамся…

Бахвальство, не более. Но лучше так, чем ползать на коленях. Да и сомневаюсь, что я смогу выстоять против таких противников, но обязательно побарахтаюсь.

Тело практически не слушалось. До припадка неистовства оставались жалкие секунды. Да и терять по большому счету уже нечего.

— Мерзкий щенок! — сквозь зубы процедил Азаих, неспешно шагая мне навстречу, а вот остальная тройка даже не думала двигаться. — Я лично займусь им! Не вмешивайтесь!

— П-попр-робуй с-стар-рик…

— НЕТ, УВАЖАЕМЫЙ АЗАИХ, ТОЛЬКО НЕ УБИВАЙТЕ ЕГО…

Последнее, что я успел увидеть, так это как на лице у Агдейна промелькнуло раздражение и тот недовольным взором опалил свою будущую жену, а затем сознание полностью отдалось во власть проклятого наследия.

Данную силу я всегда боялся использовать, потому как контролировать её невозможно, но теперь как-то глубоко насрать. Эмоциональный клин полностью разрушился, внутри всё покрылось мраком и кровью, однако перед полнейшим падением в состоянии исступления, я ощутил, как медленно трещат по швам печати на главенствующей колонне.

Третичное состояние неистовства…

Бастион Западный Предел разрушался на глазах. Складывалось впечатление, что пламя вздымалось до самых небес, а вонь от горелой человеческой плоти разносилась на многие-многие километры от эпицентра огненного бедствия. Вот только ни вопли умирающих, ни приказы уцелевшего офицерского состава никоим образом не смогли бы изменить происходящего. Ныне судьба крепости решалась не на пепелище среди испепеленных костей и сотен трупов, а в километре дальше, посреди руин некогда ветхого жилища.

— Уважаемый Азаих, не могли бы вы поторопиться? — с ленцой осведомился наследник ордена Алого Возмездия, с интересом прислушиваясь к крикам. — Время на исходе. Необходимо скрыться до прибытия подкрепления. Боюсь, наше вмешательство не осталось незамеченным. Забирайте своего пленника поскорее.

— Поддерживаю Агдейна, генерал, — быстро оглядываясь по сторонам изрёк негромко Норон. — Нужно уходить. С ранением Ласанты придётся разбираться в Аделлуме.

Тем не менее правая длань словно не слышал слов молодых мужчин. Всё его внимание было привлечено одним единственным разумным. С каждым шагом в сторону зарвавшегося простолюдина непоколебимое лицо Азаиха хмурилось, а затем и вовсе изменения в бывшем смертнике заставили того невольно замедлить шаг и тщательнее присмотреться к его метаморфозам.

Руки, ноги, голова и целиком всё тело лейтенанта Ксанта дрожало так сильно, будто бы он стоял посреди морозной бури, а не в эпицентре выжженного места, но не прошло и пары вдохов, как тот замер и дрожь прекратилась. Вокруг юноши внезапно завибрировала земля, а черный туман стал медленно выделяться из-под кожи парня. Правой длани ордена Наказующих оставалось сделать всего-навсего с десяток небольших шажков, чтобы захватить надменного щенка, но всем на удивление раздался краткий полубезумный смешок, а следом разнеся слегка хриплый потусторонний голос и пронзительный хруст разминаемой шеи:

— Как же всё-таки… хорошо, — изрёк отрывисто черноволосый, втягивая носом как можно больше воздуха. — Столько времени… Даже дышится иначе… Неужели мы… Дождались такого шанса?..

Голова молодого мужчины вновь дёрнулась под очередную порцию треска шейных позвонков, а затем тот налитыми кровью глазами оглядел всех собравшихся и расплылся в коварной усмешке.

Впервые за свою жизнь Маркас Иллион видел столь сумасшедшего юношу. Нет, ему попадались идиоты и самодовольные глупцы, что мнили себя всесильными, но здесь присутствовало нечто иное. Нечто неизвестное и загадочное.

— Будь осторожен, Азаих, с ним что-то не так. Норон, разве это не родословная? До нас доходила информация, что он не может её порой контролировать.

— Считаешь, нужно быть осторожным? Мне? — чуть приподняв брови, осведомился генерал, а его тёмно-синий иллириумный доспех слабо замерцал. — С ним?

После слов владыки Аделлума, глаза судьи Наказующих сузились и тот как можно внимательнее осмотрел бывшего смертника с ног до головы. Причем не только его взор изменился. Диана, которая в это самое время отдавала все свои силы для лечения беспризорницы с недоумением посмотрела на одиноко стоящего мужчину. Рот целительницы невольно приоткрылся чтобы что-то произнести, но обращенный на неё холодный взгляд алых глаз Ранкара заставил девушку запнуться и выпасть в тотальное изумление, ведь даже голос его неизвестным образом изменился. Впервые на её памяти юноша был спокоен словно бескрайнее озеро в утренней тишине.

— А это… забавно, — снова раздался хриплый смешок и очередной глубокий вдох. — Очень забавно. Видимо, вы сильно довели нас, если пришлось обратиться к подобному. Да. Всё именно так. А ведь он терпел очень долго. Это ВЫ… довели нас. Теперь мы готовы умереть. Ты силён, старик, — указывая на генерала пальцем, тихо пробормотал тот, а в это самое время его тело начало медленно окутываться черно-алой дымкой, которая разлилась рядом. — Второй тоже силен, но не так, как ты, — палец, который так же стал покрываться пульсирующим туманом, направился в сторону судьи. — Этот не так могущественен, но у него превосходная база, — третьим по счету стал пренебрежительно нахмурившийся Агдейн. — Но самый сильный тут… ты, — широкая улыбка уже не скрывала безумия на лице Ранкара, и юноша сконцентрировал на Маркасе взор алых глаз. — Мне интересно узнать, каков на вкус твой источник, человек. Потому как все вы… пахнете отменной энергией, — однако щелчок языком, ознаменовал о недовольстве, — жаль только не получится. Вы сейчас не по зубам, а уйти, как понимаю, нам не дадут…

Черный туман с алыми пульсирующими прожилками покрыл практически всё тело бывшего смертника. Тот словно стал больше и выше. Все присутствующие наблюдали за метаморфозами с хмурыми взорами, но что-либо делать отказывались, потому как даже их поразило подобное преображение. А через секунду загадочная сила полностью покрыла его лицо, отчего оно стало напоминать оскал и гримасу обезумевшего чудовища.

— Что несет этот простолюдин? Совсем с катушек съехал? — с весельем в голосе отозвался Агдейн у окружающих. — К тому же он чем-то напоминает демонов! Неужели их протеже?

— Нет, — отрицательно покачал головой Норон. — Это не похоже на энергию демонов. Тут… тут что-то иное. С ним и вправду что-то не так.

— Сдайся, выродок! — выдохнул яростно генерал Наказующих, делая очередной шаг вперед. — Иначе всё станет только хуже.

— Хуже? Ха-ха-ха, — раздался рокочущий смех с нотками разгорающегося бешенства, а алая пульсация на черном тумане стала быстро учащаться. — ТЫ ОГЛОХ⁈ Ты разве не слышал меня, старик⁈ МЫ ГОТОВЫ УМЕРЕРЕТЬ!!! МЫ в любом случае не жилец! Уж лучше так, чем на коленях…

— Ранкар… пожалуйста… — чуть не плача заскулила целительница, отчего физиономия Агдейна перекосилась от злобы и тот зашагал быстро к дриаде. — Тебе их не победить. Лучше сдайся. Подумай о своих друзьях, — и та глазами указала на едва шевелящиеся тела выживших «Осколков» неподалёку. — Одумайся…

— Захлопни пасть венценосная сука! — надменно расхохотался парень, впадая в крайнюю степень исступления. — Вы не можете видеть, кто мы такие… Даже чуточку не сможете понять, на что мы способны. Представить не можете, что вас будет ждать, если мы сегодня выживем.

— ПОСЛЕДНИЙ ШАНС!!! — рявкнул зло Азаих, вновь сделав движение вперед и отныне двух людей разделяло всего с пяток жалких метров. — ПОКОРИСЬ И СМИРНО СЛЕДУЙ ЗА НАМИ!

— НЕ МОГУ… — пуще прежнего засмеялся тот. — НЕ ХОЧУ… — смех стал нарастать. — НЕ БУДУ… — в голосе уже звучали нотки истинного безумия. — Ну же, старик! Ты хотел забрать меня? Так попробуй! Иначе твоя сучка сдохнет! И твой сын сгинет, когда я до доберусь до них обоих.

— СУМАСБРОДНЫЙ МЕРЗАВЕЦ!!! ТЫ ПОЛУЧИШЬ СПОЛНА ЗА СОДЕЯННОЕ И ЗА СВОИ СЛОВА!

Невозможно передать словами, что бывает с теми, кто по своей глупости возжелает разозлить безупречного. Ныне правая длань ордена находился вне себя от ярости. Один из могущественнейших разумных Иерихона, впервые за долгое время не стал сдерживаться.

Аура Монарха Магии земли первого отсечения и эссенция Мастира Боя вышли из берегов, отчего сотканный из черно-алого тумана силуэт лишь надменно ухмыльнулся, но всё это была лишь игра. Из-за давления он не смог даже сдвинуться с места, а по уголкам губ внезапно заструилась ручейки свежей крови.

— Если это… всё? — хрипло сплюнул сгустки плоти бывший смертник, весело осклабившись. — То я… разочарован.

— ВЫСОКОМЕРНАЯ ВЫСКОЧКА! — рявкнул озлобленно генерал, но вот лицо его выразило сомнение, потому как благодаря неизвестному чуду парень умудрился разговаривать.

Всё пространство задрожало от выплеска, а все, кто хоть как-то был слабее стали задыхаться от недостатка воздуха в лёгких. Давление на окружающих стало воистину устрашающим. В зону действия чудовищного напряжения попала и целительница, которая невольно пошатнулась от демонстрации силы безупречного, но сформировавшийся силуэт без каких-либо трудов защитил дриаду от потоков эссенции и магии.

— Отец, это… это надо остановить! — поднимаясь на ноги и прижимая к себе изувеченную малышку прошептала едва слышно та. — Нельзя… Так нельзя. Он… он нам не враг.

— Увы, дочь моя, не могу, — поджав губы, отрицательно покачал головой. — Я обещал Азаиху его жизнь. И тут ты не права. Он враг. Он лейтенант Ксанта. А враги должны либо страдать, либо умирать!

— Нет, отец, ты не понимаешь! — взмолилась девушка, глядя на то, как генерал медленно приближался к едва стоящему на ногах юноше. — Ты ведь не знаешь, что он…

Однако последние слова застряли у целительницы в горле, так как в следующую секунду случилось нечто еще более безумное. Под невероятным давлением лейтенант Ксанта шагнул вперед и на изумление всех собравшихся звериный оскал отобразился на чудовищной гримасе.

— Если не хочешь… убивать, — едва слышно прошелестел хрипло Ранкар. — То убивать… станем МЫ!

Да, в этом и была проблема. Стоит переступить грань неистовства, как сознание угасает под напором животных инстинктов и придти в себя получается только после основательного выплеска, либо после того, как меня кто-то умудрится остановить. Однако в этот раз всё происходило иначе. Впервые на своей памяти я стал жалким зрителем. Зрителем, который не вправе управлять собственным телом. Я видел всё вокруг. Я чувствовал бурлящую внутри чужеродную силу, что пыталась вырваться наружу, но стонущие от напряжения печати не давали ей вырваться. Я ощущал закипающую проклятую кровь. Я испытывал весь спектр поглотивших душу эмоций.

Вот только тело хоть и принадлежало мне, но под воздействием неистовства я не ведал, что творю и что говорю. Сейчас случилось именно так. Мощь правой длани являлась ошеломляющей. До сих пор таких оппонентов я не встречал. И только под напором подобного могущества становилось ясно сколь слаб я на общем фоне Вечного Ристалища.

Я прекрасно понимал, что выстоять против таких противников попросту невозможно. Всей моей силы не хватит, чтобы справиться хоть с одним из них. Так что если и уходить, то только по-своему.

Тем не менее даже в такой безвыходной ситуации неистовство действовало в излюбленной для себя манере:

— Если не хочешь… убивать, — прошелестели хрипло мои губы. — То убивать… станем МЫ!

Это невозможно было назвать схваткой. От слова совсем. Надо мной будто насмехались. В состоянии исступления я никогда не ощущал себя столь слабым и никчемным. Обычный глупец, который замахнулся на того, кого невозможно победить.

В одно из мгновений генерал Наказующих ослабил давление и тело ринулось в бой. Точнее в подобие боя. Даже прибегнув к третичному состоянию, правая длань оказался сильнее, быстрее и выносливее меня.

Ни единого шанса. Ни единого лишнего движения. Боевые навыки Азаиха находились на высоте. Я никогда не был слаб в боевых искусствах, но сейчас из-за ошеломляющей разницы в силе и рангах от моей былой гордости и высокомерия не оставили камня на камне. Тот мастерски рассекал мой защитный туман, и одновременно плоть до самой кости, а кое-где разрубал и сами кости. Впрочем, боли не существовало. Существовали только нескончаемые бурлящие эмоции, что заставляли игнорировать странную пытку.

Собственная жизнь медленно сжигалась в горниле нескончаемых страданий.

Гаммы превратились в обломки через пару секунд после того, как встретились с клинком из харалуговой стали. Порой удавалась избежать хлестких выпадов от оружия Азаиха и дотянуться до него хотя бы огрызками цепей, но пробить эссенцию и доспех из иллириума было попросту невозможно.

Вначале я только лицезрел за жалкими попытками неистовства преодолеть разницу в силе, а затем каким-то непонятным образом мне впервые в состоянии третичного неистовства удалось повлиять на ход событий. Мизерная деталь, как обычный шаг или рваное уклонение возымели невероятный эффект.

Пока неистовство рвалось напролом в заданном ритме опираясь лишь на инстинкты и эмоции, рука или же нога, на которые удавалось повлиять лично мне действовали совсем иначе. Такие внезапные выверты стали сбивать с толку правую длань. Тот хмурился всё сильнее с каждой секундой.

Подобное не осталось незамеченным, и оно воодушевило нутро сражаться дальше. Идти вперед, как и обучал этому Бетал.

Шанс имелся всегда. Его лишь необходимо найти. И такой шанс предоставили. На двадцатой секунде так называемого боя произошло невероятное. Я примерно представлял откуда именно взялся черный туман, что окутывал меня, но я понятия не имел откуда взялись на моём защитном покрове тёмно-алые кровавые прожилки.

Не знаю, что именно, но в момент боя что-то изменилось. Каким-то образом всего на мгновение густой иссиня-черный мрак и тёмно-алый поток внутри меня слились воедино. Таким же неизвестным образом они высвободились наружу и перетекли в моё единственное ныне оружие. В огрызок цепи от Гамм.

Наверное, именно этот выпад в большей степени и повлиял на будущее сражение.

Раскалившаяся цепь внезапно не только пробила магическую защиту правой длани, но и стёрла крошечную часть его оборонительной эссенции. Именно сквозь эту прореху моё единственное оружие достигло своей цели. Металл скользнул по податливой человеческой плоти и оставили на шокированном лице Азаиха кровавый росчерк в виде звенья от цепи.

Всего на секунду возникла пауза, а взоры всех присутствующих тотчас обратились на генерала Наказующих и его единственное ранение. От изумления тот рефлекторно мазнул пальцем по кровоточащей ране и поднял на меня яростные глаза.

От произошедшего Агдейн подался вперед. Он стоял уже рядом с Маркасом и Дианой и с неверием наблюдал за ошеломляющей сценой. Судья же резко рванул вперёд и оказался между мной и Азаихом.

К этому моменту я едва стоял на ногах. Плоть, кожа, кости, сухожилия и мышцы оказались рассечены в десятках, если не сотнях мест внутри тела. Боюсь, если бы не черно-алый туман, я бы смело мог сдохнуть, но держался я сейчас в сознании только благодаря неистовству.

Однако от увиденного губы сами исказились в надменной гримасе.

— Каково тебе… трухлявый? — хрипло прошелестел язык, а из глотки вырвались сгустки крови. — Каково получить ранение от того… кто слабее тебя в тысячи раз?

— Никчемный мерзавец! — рявкнул гневливо генерал. — Надо было сразу отрубить тебе ноги и тащить за собой! Боюсь, больше они тебе не понадобятся.

— НЕТ, УВАЖАЕМЫЙ АЗАИХ! — раздался тревожный вопль Дианы. — НЕ НАДО!

Тем не менее генерала Наказующих опередили, а из-за истощенного положения я и сам едва стоял на ногах. Успел лишь сделать неловкий шаг влево и вместо ноги длинный кинжал Норона отсёк не ногу, а правую руку по самый локоть, отчего из обрубка тотчас хлынула свежая кровь.

Боли по-прежнему не было, всё подавляло неистовство, но затем ладонь судьи вдруг грубо легла на мою глотку и приподняла тело над землей.

— Кто просил тебя вмешиваться, Норон? — прорычал рьяно Азаих. — Прочь!

— Вы не в себе, генерал! Незачем его щадить! Нужно было сразу что-нибудь ему отрезать, — запротестовал мужчина. — Этот никчемный отброс оскорбил вас. Узнай кто, что вы получили ранение от какого-то мусора вас засмеют.

Не знаю, что больше повлияло на Азаиха, подобное заявление или же рана на лице, но тот внезапно сжал крепко зубы и утвердительно кивнул.

— Пора уходить!

— Ухо… дить? — вырывалось вдруг у меня, а по подбородку вновь заструилась кровь. — Кто… кто позволил вам уходить? Мы же… еще не закончили.

— Заткните его, уважаемый Норон! — скривился презрительно наследник Алого Возмездия. — Его голос меня утомляет. Отрежьте ему ноги и уходим.

— НЕТ! — завопила Диана, глядя на то, как судья заносит клинок. — НЕ СМЕЙТЕ! ОН… ОН… ДА УБЕРИ ТЫ ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЯЗНЫЕ ГРАБЛИ, АГДЕЙН! ЖИВО! Он врожденный деспот! Необходима его кровь! Крови будет достаточно! Рука. Заберите отсеченную руку. Я… я смогу исцелить Ласанту! Я помогу ей. Я… я догадываюсь в чем проблема. Только оставьте его! Он достаточно настрадался!

— Диана, ты уверена, что сможешь помочь Ласанте? — вступил в беседу Маркас, подхватывая с земли мою культю. — Если это так, то он без надобности. Норон, угомонись!

— Если он и вправду врожденный деспот, то его необходимо прикончить. Не стоит дарить Ксанту такой ресурс, — выдохнул упрямо Агдейн. — Норон, убей его!

— НЕТ! — не унималась вопить девушка. — ХВАТИТ! РАНКАР ЖЕ…

Вот только дриаду я практически не слышал. Внутри начало пробуждаться нечто чужеродное. Чужеродное и в то же время неосознанно родное. Треск во внутреннем мире стал оглушительным. Честно сказать, понятия не имею, что на это повлияло, но трещал не сам мир. Трещали печати сразу на двух колоннах.

В данный миг нутро обуревали десятки негативных эмоций. Агрессия, гнев, злоба, ненависть, ярость, раздражение, обида, бессилие и горечь. Наверное, именно эти чувства и стали топливом для разрушения печатей. Ведь в следующую секунду случились сразу несколько вещей, которые изменили мою жизнь до неузнаваемости.

Я видел это. Я ощущал это!

Незабываемое чувство свободы. Грохот печатей и звон оков показался пронзительным. Вначале исчезли до конца все цепи на черном столбе, а через секунду были уничтожены и те, что крепко-накрепко сковали алую колонну.

А через секунды выплеск силы не только заставил меня разлепить залитые кровью веки, но и каким-то чудом оттиск на левой руке ожил, а в пальцах тотчас сформировалась знакомая рукоять спаты.

Наконец-то…

Последнее, что удалось сделать, так это обнажить зубы в окровавленной усмешке и напитав Руну знакомой черно-алой энергией, я на остатках возможностей ткнул клинком вперед.

Лезвие не только спокойно пробило магическую защиту судьи, но и по самую рукоять вошло ему прямо между рёбер, отчего он захрипел и пошатнувшись, отбросил меня прочь.

— МЕРЗКАЯ ТВАРЬ!!! — завыл волком Норон, хватаясь за рану и рывком вынимая из тела клинок. — УБЬЮ!

В ответ же я просто хохотал как безумный, обливаясь собственной кровью, а из-за переломанной грудины даже не получалось встать. Удалось лишь перевалиться на четвереньки и словно озлобленному зверю смотреть на раскинувшуюся сцену.

— Неужели больно… мразь⁈ — выдохнул сипло я со свистящим звуком в продырявленном лёгком. — Так вот тем детям, которых… ты испепелил, думаю, было… было на порядок больнее… Ты сдохнешь, судья… Когда-нибудь сдохнешь… Но… но я благодарен вам… — пуще прежнего хохотал я. — Ах-ха-ха! Да! Наконец-то! Проклятая первая печать! И сразу вторая. Исчезли… Такой подарок… ХА-ХА-ХА…

— Я прикончу этого выскочку! — прорычал сквозь зубы Норон, быстро направляясь в мою сторону. — Чему он так радуется⁈

Однако его внезапно опередил Агдейн, который ударом ботинка опрокинул меня на спину и ногой до очередного хруста в грудине придавил к земле, а его клинок завис в метре над моей головой.

— Я сам это сделаю, — с пренебрежением изрёк наследник ордена.

— Мы готовы умереть, — продолжили шептать мои губы. — Он и я рабы… Рабы своей крови. Он и я рабы своих эмоций. Это выше нас. Давай же, урод. Добей… — затихающим тоном прошелестел язык. — Если не добьёшь, то ты умрёшь. Обещаю тебе. Если я выживу, вы все умрете.

— НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ ЕГО, АГДЕЙН! — вновь раздался вопль Дианы, но наполнен он был уже не мольбой, а свирепой яростью. — ОСТАВЬТЕ ЕГО В ЖИВЫХ ИНАЧЕ Я НИ ЗА ЧТО НЕ БУДУ ИСЦЕЛЯТЬ ЛАСАНТУ!

— Надо же… — искривил парень губы в ухмылке. — Моя будущая жена защищает какого-то оборванца. С чего бы это?

Однако сейчас неистовство находилось на пике безумия.

— А-ха-ха-ха-ха… Даже не надейтесь! Она всё равно сдохнет. Даже если эта дрянь сумеет исцелить её, то это не поможет, — я попытался подняться на ноги, но стопа Агдейна походила на непоколебимую гору. — Мы найдем ту сучку и выпотрошим как рыбину. Она посмела нас ранить… Так что, если хочешь, чтобы твоя воспитанница жила, то лучше убей нас, старик, — взглянул я на мрачнеющего Азаиха. — Если вы все хотите жить. Если хотите доживать свои убогие жизни в тишине, то убейте меня! УБЕЙТЕ!!! Если мы выживем, то никто из вас не сможет спокойно ни спать, ни есть, ни гадить! Я убью каждого! Не смогу добраться до вас, так жертвами станут ваши близкие! Даю вам своё слово!

— Безумный выродок! — прошипел мне в лицо Агдейн. — Ты хоть знаешь, кому смеешь угрожать? Ты хоть в курсе, кто я такой? Одно моё слово или же лишнее движение, и ты труп.

— Так убей! Для всех всё станет проще с моей смертью. В остальном насрать… — выдохнул я, выплёвывая ему в лицо сгусток крови. — Вы… вы поплатись за этот позор. Поплатитесь. Костьми лягу, но сотру в порошок…

— Госпожа Аэрия будет недовольна, если мы его так просто оставим.

— НЕ СМЕЙ, АГДЕЙН! ИНАЧЕ Я…

Вот только в следующий миг случилось нечто непредвиденное. Прежде чем угодить во мрак я вначале услышал непонятный тихий свист, который нарастал, а затем размытый взор в вечернем небе увидел несколько тёмных силуэтов. Причем один из них спикировал рядом.

— Неожиданно, — раздался знакомый мужской баритон. — Весьма неожиданно. Азаих из семьи Урано. Норон из семьи Фиан. Можно сказать, что я удивлен. Малыш из Алого Возмездия, если не хочешь пострадать, то будь добр, убери ногу с этого юноши.

— Здравствуй, Изувер, — вдруг раздался голос правителя Трои.

— Моё тебе почтение, Маркас. Не расскажешь по какой причине владыка Аделлума пожаловал на поле боя самолично? — вот только спокойный голос Деймона вдруг преобразился в напрочь ледяной. — Ваша шайка совсем стыл потеряла? Четверо могущественных разумных людей Иерихона против одного лейтенанта! Неужели иерихонский пантеон пал настолько низко?..

Правда, через мгновение голос мужчины стал не просто ледяным, а насмешливо ледяным:

— А вот это удивительно. Не ответишь, кто тебя ранил, судья?

Хаззак, значит. По крайней мере, я сделал всё, что мог…

Пока сильнейший деспот великого дома медленно говорил, за его спиной вдруг спикировал массивный силуэт, а после явила себя еще одна тень, но более изящная и тонкая. Однако даже доспехи из иллириума не смогли скрыть всей необычайной женственности и чудесной красоты.

Главе дома Хаззак хватило краткой секунды, чтобы разобраться в ситуации на передовой и отведя взгляд от раненого судьи, тот вновь обратил глаза на молодого мужчину и страшно изувеченного лейтенанта Ксанты, который отключился в какой-то миг из-за истощения, а все метаморфозы, что произошли с его телом, стали медленно исчезать, возвращая парню прежний человеческий облик.

— Пятая династия! — внезапно раздался грохочущий бас Мараала, когда тот с любопытством стал вглядываться в лица недругов. — Кому рассказать — точно не поверят. Сам владыка Аделлума. Правая длань ордена Наказующих. Первый судья ордена Наказующих. А вишенкой на торте выступает будущий наследник сильнейшего в Иерихоне ордена, — складывалось впечатление, что Ян был вне себя от радости и упивался всей сложившейся ситуацией.

— Малыш из Алого Возмездия, я повторю свои слова, но единожды, — чуть повысив голос, изрёк деспот, не обращая внимания на сатира. — Убери ногу с этого юноши.

— Не верится даже. На передовую прибыли сразу трое глав доминирующих домов. Он настолько вам нужен? Неужели какой-то мусор смог заинтересовать легендарного Изувера? — надменно расхохотался Агдейн. — Щенок всё равно не жилец. Либо я его добью, либо он сдохнет по пути к целителям. Выбирайте.

— По имени ко мне имеют право обращаться только равные, — голос Дэймона давно обратился льдом, но воитель по-прежнему говорил спокойно и размеренно. — Скажем, твой отец может себе это позволить, но вот ты… ты слишком далёк от своего родителя. Я считаю до трёх и тогда начну действовать. Когда сделаю шаг, никто из присутствующих тебя не спасёт. Не в моих принципах резать молодых барашков, но я это сделаю. Веришь главе доминирующего дома?

— Посмеешь такое сотворить, и мой отец не оставит тебя в живых! — самодовольно выпалил парень. — Если со мной что-то случится тогда орден Алое Возмездие вступит в войну.

Однако на изувеченном лице Дэймона вдруг образовалась снисходительная улыбка и тот скептически заметил:

— Лишь только из уважения к Наррилу я сейчас и говорю с тобой, а не режу на куски. Мне в целом плевать на тебя и твои угрозы, но неужели ты считаешь, что твой отец и целый орден будет потакать всем прихотям одного глупого отпрыска. Если не ошибаюсь у тебя есть братья с сестрами. Да и мне кажется, что после твоей кончины он обрушит свой гнев на того, кто допустил гибель его горячо любимого сына, — и взгляд деспота, медленно перетёк на правителя Трои. — Не так ли, Маркас?

— Всё именно так, — кивнул головой безупречный после небольшой паузы, всем своим телом закрывая дриаду позади себя. — Вижу, что твой ум всё такой же острый, как и твой клинок… старый друг.

— Увы, но нет, — по-простецки пожал Изувер плечами. — Возраст берёт своё. Пора давать дорогу молодым.

— Неужели ты решил его…

Маркас вдруг осёкся. Брови главы дома Иллион неуловимо подскочили вверх, и он невольно обратил глаза на окровавленное и едва дышащее тело юноши.

Несведущим могло показаться, что прямо сейчас идёт обычная беседа двух закадычных друзей, но всем прекрасно было известно, что это всего лишь игра, потому как ауры всех собравшихся оказались на взводе.

— Агдейн, оставь юношу, — негромко изрёк владыка Аделлума с тяжелым вдохом. — На всё воля небес.

— Он посмел оскорбить всех нас! — ощерился зло молодой мужчина. — Посмел угрожать нам! Вы так просто всё спустите? Его надобно прикончи…

Впрочем, довести свою речь до конца тот не успел, потому как вновь раздался громогласный смех главы дома Мараал. Тот смеялся так громко, словно услышал хорошую шутку. Только сейчас сложив увиденное и услышанное, до терата дошла вся ситуация и он тотчас оказался под прицелом нескольких пар глаз.

— Дэймон, Тимит, только посмотри на них. Вот умора! Так это действительно правда? — словно безумный хохотал терат, не сводя цепкого взора с ранения Норона. — Именитого судью и вправду ранил наш пацан! Обереги упасите! Иерихонец, лучше скажи мне, что ты просто споткнулся и напоролся на собственный клинок. Всё будет не так ущербно выглядеть для тебя!

Хохот продолжал нарастать, лицо Норона внезапно скривилась от презрения. Однако в одно из мгновений смех прекратился, когда внимательный взгляд Яна коснулся щеки правой длани ордена Наказующих, отчего его физиономия стала чересчур серьёзной.

— Чтоб я сдох… — в полном замешательстве прошептал сатир. — Азаих, только не говори, что и тебя он тоже…

Однако слова оказались излишними, потому как остервенелая гримаса генерала оказалась красноречивее любого ответа.

— Именно поэтому он должен сдохнуть! — вспыхнул негодующе Агдейн. — Щенок не должен жить…

— Кто бы знал, что наследник Алого Возмездия такой трус. Испугался дитя, что в несколько десятков раз слабее него, — вдруг раздался чарующий женский голос и в их сторону неспешно зашагала глава доминирующего дома Сариан. — Ты смердишь слабостью, мальчик! Убери клинок пока не поранился. Дэймон, будь добр, помоги. Он не понимает по-хорошему…

Вся обстановка разом накалилась, а изящный силуэт женщины продолжал неспешно идти в сторону Агдейна и бывшего смертника.

— Стой на месте, ведьма из дома Сариан! — злобно прошипел Агдейн, переходя на архаику. — СТОЙ ИЛИ БУДЕТ ХУДО!

Наверное, именно эта фраза и стала камнем преткновения, которая и привела к дальнейшим действиям. Шаг Тимит на крошечную долю замедлился и запнулся, а её очаровательный лик скривился от пренебрежения ко всему живому и обратившись молниеносной тенью, она за один шаг оказалась рядом.

— Не смей использовать древний язык на мне, недоносок! Прочь! — прошипела рассерженно безупречная, отвешивая наследнику оплеуху, от которой он со скоростью света отлетел кубарем в сторону. — Я молчу уже о том, что твоя архаика до безобразия слаба! Ты нечета своему отцу!

Аура главы доминирующего дома Сариан хлынула из тела, обращая небольшую область во тьму, но в это же мгновение ринулись вперёд и все остальные. На небольшом клочке поселения Западный Предел произошел катастрофический выплеск магический силы и эссенции.

Азаих из семьи Урано столкнулся в равном противостоянии с Мараалом. Магия выступила против магии, а физическая эссенция вгрызалась в эссенцию. Однако ни один из щитов на обороне двух безупречных даже не треснул.

Тем временем в это самое время в пяти шагах от Тимит разразилась главная дуэль. Маркас Иллион встретился лицом к лицу человеком, что носил прозвище Изувер. Сила гравитации владыки Аделлума воздействовала точечно на физическую эссенцию Хаззака, но Дэймон даже не шелохнулся, а через секунду меч из харалуга встретился с клинком деспота, отчего образовалась страшная ударная волна.

Вперёд тотчас рванул Норон и ловко подхватил избитого Агдейна, а через долю секунды раненый судья Наказующих прикрывал своей спиной не только наследника Алого Возмездия, но и Диану. В это самое время в объятиях у главы дома Сариан находилось изувеченное тело бывшего смертника. Женщине хватило одного теневого рывка, чтобы уйти прочь с линии столкновения, а миг погодя та что-то ловко опрокинула в рот едва живому юноше.

Вот только схватка завершился так же быстро, как и началась.

Громогласный голос правителя Трои заставил всех вновь разделиться на два лагеря, а его вездесущая магия гравитации увеличила радиус и стала воздействовать на всех без исключения:

— ЗАКОНЧИМ НА ЭТОМ! КРОВИ СЕГОДНЯ ПРОЛИЛОСЬ ДОСТАТОЧНО!

— С каких это пор владыка Аделлума и правая длань ордена Наказующих стали лично ходить в бой⁈ — скривился в полном негодовании Мараал. — Какого чумного сильфа вы тут оба забыли⁈ Совсем стыд потеряли, что ли⁈

— Прикуси язык, терат! Мы не перешли грань дозволенного! — не остался в долгу Азаих. — А наши дела не для твоего ума, но одно могу сказать точно! Ваш сумасбродный щенок наследил повсюду. Это его вина!

— Ты смеешься надо мной, иерихонец? — ощерился грозно сатир. — Припёрли такую ораву всего за одним лейтенантом?

— Неужели ты забыл, что мы на войне, Ян⁈ — вопросом на вопрос ответил генерал. — Ваши воины слабы, потому вы и не удержали крепость! Проблема в том, что вы пришли слишком поздно!

— Я СКАЗАЛ ХВАТИТ! — рявкнул свирепо Маркас, а после встретился взглядом с Хаззаком. — Мы уходим, Дэймон! Если хочешь, то будем биться дальше, но война в любом случае продолжится в прежнем русле. Сюда я прибыл только за дочерью. Тебе ясно?

— Дочерью? — невольно опешил деспот, а после глазами отыскал единственную, кто подходил под это описание. — Так значит, трофей Ранкара твоя дочь?

Причем следом за воителем в осадок выпали и остальные главы доминирующих домов, а Ян даже цокнул от недовольства, глядя на целительницу, которая сжимала в руках израненное детское тельце.

— Она не трофей, — нахмурился Иллион. — Выбирай выражения!

— Забавно. Весьма забавно, — тихо рассмеялся сатир. — Дочь правителя Аделлума была в рабынях у бывшего смертника. Поверь мне на слово, жалкий предатель, завтра весь Аххеский пантеон будет знать об этом.

— На мнение Аххеса мне давно чихать! УХОДИМ! — повысил голос правитель Трои.

— Ты ничего не забыл, Иллион? — холодно вопросила Тимит, глазами указывая на отсеченную конечность. — Верни руку парню!

— И не мечтай, ведьма! — с яростью выпалил Азаих. — Считай, что эта плата за то, что мы не прикончили вашего выродка!

— Слышать такое от правой длани ордена Наказующих… — хмыкнула снисходительно женщина. — Меня уже заинтриговал этот юноша.

— Как ни крути, но ты проиграешь, Маркас, — негромко отозвался Дэймон, глядя в спину противнику. — Этого ничто не изменит. Твои союзы с орденами ничем хорошим не кончатся. С сотворения Альбарры мы изначально были из разных миров.

— Ничего еще не окончено, — исчезая в ночном небе, едва слышно изрёк Иллион. — Не я повинен в этой войне, а Данакт. Он зашел слишком далеко…

Последнее, что успел увидеть Хаззак, так это фонящего гневом Агдейна и дриаду, которая не сводила печальных глаз с тела лейтенанта Ксанта.

Бастион Западный Предел медленно догорал в горниле пламени, но через несколько минут воздушные суда начали доставлять магов и артефакторов, которые спешно принимались за работу, попутно с этим восстанавливая все уничтоженные барьеры. С момента ухода владыки Аделлума миновало всего десять минут, а селение и пепелище крепости уже находилось под надзором прибывших войск Ксанта.

Вот только пока сотни магов и воителей устраняли результаты вторжения неприятелей, в одной из ветхих хижин собрались сразу двое глав доминирующих домов.

— Как он? — тихо осведомился Хаззак, наблюдая за действиями подруги.

— Я не целитель, но боюсь, такими темпами жить ему осталось недолго, — с сомнением отозвалась Тимит. — Лучше дождемся Мараала. Экстракт жизни я ему дала. Причем двойную дозу. Будете должны. Либо ты, либо парень. Кстати, слухи правдивы?

— Какие именно? — осведомился хмуро деспот.

— О том, что ты намеренно его сюда направил? — с улыбкой пробормотала та. — Зачем такого талантливого юношу отправлять на убой?

— Причин несколько, — с тяжелым вдохом изрёк воитель. — Позже я обо всём поведаю, но лишь после того, как он станет частью моего дома. Это всё, что я могу сказать на данном этапе.

— Что? Частью⁈ — повернувшись всем корпусом к мужчине, с удивлением переспросила Сариан невольно переполошившись. — Не вассалом? Частью? Ты хочешь… принять его?

Впрочем, ответить на поставленный вопрос Хаззак не успел, потому как мгновение спустя в хибаре стало на одного главу больше. Причем с собой Ян чуть ли не на руках принёс целительницу.

Завидев ужасно изувеченное и переломанное тело на деревянной кровати брови магини Жизни подскочили вверх, но строгий голос сатира привёл её в себя.

— За работу! Ты целительница или девственница на выданье?

Секунды напоминали минуты, а минуты длились словно часы. Однако на протяжении всего времени изумрудное сияние не угасало ни на миг.

— Каков вердикт? — поинтересовался Дэймон, когда мерцание магии Жизни начало ослабевать.

— Я ввела его в целебную кому… иначе нельзя.

— Подробности! — нетерпеливо надавил на девушку Мараал, будто на кровати сейчас умирал его собственный сын.

— Мышцы разорваны, кости рассечены и раздроблены в десятках мест, магические каналы повреждены, резерв пуст, а сердце едва бьется. Складывается впечатление, что он пропустил через себя слишком много энергии. И это лишь самые основные недуги. Есть множество иных проблем. Я… я вообще не понимаю, каким образом он всё еще жив и дышит, — уставшим голосом пробормотала отрывисто целительница словно сама не верила в увиденное. — Что-то неизвестное поддерживает в нём жизнь. Честно сказать у него запредельный уровень регенерации, но раны… раны чересчур серьёзны.

— Я дала ему экстракт Жизни, — подала голос глава дома Сариан.

— Дело не в экстракте, госпожа Тимит, — покачала головой целительница. — Зелье может исцелить многие раны, если человек еще в сознании, но не когда балансирует на грани жизни и смерти. Его необходимо доставить в лазарет, чтобы более высокоранговые целительницы сумели ему помочь.

— Рухнуть небесам к полудню! — рыкнул раздраженно Ян, отчего магиня невольно вздрогнула. — Чего ж ты раньше молчала? А ну прочь с дороги!

— Однако это еще не всё, господин Мараал, — с неким сомнением добавила целительница. — Основная проблема состоит в ином. Есть огромная вероятность того, что юноша может остаться калекой. Навсегда…

Мириада сраных бед! Публичный позор! Какого беса при любом удобном случае я постоянно отрубаюсь?

Впрочем, в этот раз всё происходило иначе, потому как находился я не во внутреннем мире, а просто-напросто плавал в густой тьме, но существовало в ней нечто забвенное, приятное и тёплое. Ни боли, ни страданий, ни эмоций, ни проклятого наследия. Совсем ничего плохого. Давно я не ощущал ничего подобного. Очень давно. Точнее практически никогда. Наверное, многие сказали бы, что такое можно ощутить лишь в объятиях матери, но, увы, я ничего похожего не испытывал. По крайней мере, в памяти об этом ничего нет.

Тем не менее в одно из таких приятных мгновений до ушей донёсся детский голос. Вначале один, после другой, за ним раздался третий, а через секунду перед глазами всплыла размытая сцена с неизвестным помещением. Вместо лиц лишь пятна, а вместо силуэтов разноцветные кляксы — красная, зеленая, серая, черная, а в самом центре, кажется, в детской кроватке, лежала мерзкая клякса различных грязных цветов.

— Ребята, тише, не разбудите маму…

— Мы должны посмотреть еще раз, — настойчиво проговорил в ответ мальчик.

— Ой… Надо же… — вдруг ойкнуло зеленое пятно с девичьим голоском, медленно приближаясь к той самой мерзкой кляксе. — Посмотрите. Он еще совсем маленький.

— Крошечный, — раздался ломкий мальчишеский голос.

— Он ведь… вырастет? — продолжала вопрошать с сомнением девочка, замерев в паре шагов от разноцветной блямбы в форме младенца.

— Скорее всего, — заговорщицки прошептал еще один детский голос. — Мы же выросли.

— Я… я хочу его потрогать. Он такое… безобидный. Даже улыбается нам.

— Нет! Сестра, нельзя! — вдруг запротестовал очередной мальчишеский голос. — Папа и мамы не разрешают тут находиться!

— Я совсем немного. Одну секундочку, — с мольбой проговорили девочка, делая еще один шаг к кроватке. — Совсем чуть-чуть.

Честно сказать эту сцену, как и прошлую, я видел впервые. Не знаю, что бы это значило, но сейчас всё выглядело вполне уютно и по-домашнему. Правда, продолжалось такое недолго, потому как через секунду невинное сновидение обратилось кошмаром.

Стоило зелёной тени лишь одним пальцем прикоснуться к пятну в форме младенца, как её аура разом померкла и резво перетекла на сторону мерзкой разноцветной кляксы, а через мгновение малышка завыла от неистовой боли и моментально упала на пол, продолжая выть, что есть мочи.

— БОЛЬНО… БОЛЬНО… — раненым зверьком подвывала крошка, корчась у кроватки в конвульсиях. — ОЧЕНЬ БОЛЬНО…

— ПАПА! МАМЫ! — загомонили перепуганные мальчишеские голоса. — ПОМОГИТЕ! СЕСТРЕ ПЛОХО! ОНА… ОНА УМИРАЕТ!

Не прошло и доли вдоха, как в комнату ворвалась тёмно-алая тень, которая своей массивной силой укрыла всё пространство разом, а следом туда примчались еще несколько пятен. Черное, зеленое, вновь черное и голубое. Несколько из них сразу бросились на помощь стонущей малышке, а необъятная тёмная-алая блямба моментально схватила на руки младенца и долю вдоха спустя по какой-то причине его могущественная аура стала ослабевать на глазах. Складывалось впечатление, что мерзкая разноцветная масса, словно прожорливая пиявка поглощала всё до чего только могла добраться.

— Не может быть… — вдруг раздался встревоженный баритон тёмно-алой ауры. — Нет. Нет. Нет… Прошу. Только не это…

Не знаю почему, но мертвеющий мужской голос еще долго звучал в густом мраке. Звучал до тех пор, пока перед глазами не стали формироваться очертания реальной комнаты, а миг спустя я насквозь пропитанный холодным потом рывком сел на постель, невольно запуская дрожащую левую руку в напрочь мокрые волосы и быстро касаясь собственного лица.

— Твою… твою собачью жизнь, Ранкар! — выпалил я вслух, тяжело дыша и запинаясь. — Какого… какого беса с нами творится? И кто эти люди, в конце концов?

Только через несколько продолжительных секунд я осознал, что нахожусь не на поле боя, а валяюсь на вполне удобной постели в небольшой комнате. Причем если судить по витающему запаху и обстановке, то кое-кто вновь угодил в лазарет.

Проклятье! Да сколько можно-то уже? Прописаться тут, что ли, нужно?

Впрочем, размышлять мне долго не дали, ведь буквально через минуту дверь отворилась и в её проёме замаячил силуэт незнакомой целительницы. Завидев смертельно бледного меня, сидящего на кровати, глаза у девицы полезли на лоб, далее та чуть приоткрыла рот от удивления, затем вниз полетел поднос с несколькими зельями и мензурками, а еще вдох погодя та словно ужаленная в задницу умчалась куда-то восвояси.

— О-ожил! — запинаясь верещала девка. — Лейтенант Ранкар о-очнулся.

Вот же холера!

— Конечно очнулся! — вырвалось вдруг у меня. — Сумасшедшая она, что ли?

Стоп! Не это сейчас важно. Я каким-то чудом уцелел. Точнее почти уцелел.

А взгляд в это время моментально зацепился за одну важную деталь. От увиденного физиономия искривилась, а нутро невольно выпало в осадок. Правая рука практически до локтя полностью отсутствовала, а сама культя оказалась покрыта мерцающей изумрудной марлей.

Вот как, получается. Что ж, Бетал прав, за всё приходится платить. Рука — малая цена за случившееся. Хорошо хоть жизнь при мне. Да, жизнь…

Не нужно быть мудрецом, чтобы понять, что выжил я только благодаря Диане и малость помогло неистовство. Однако если бы не вмешательство дриады, меня либо забрали, а после убили бы, либо просто убили бы.

На удивление чувствовал себя вполне сносно. Небольшая слабость не в счёт. Еще страшно раздражал зуд по всему телу, но ответ на данное недоразумение пришел почти сразу. Стоило заглянуть под рубашку, как взору открылось весьма отвратное зрелище. Десятки белесых, а местами всё еще свежих шрамов красовались по всему телу до самых ног.

От увиденного левая ладонь дважды сжалась и разжалась, а в душе стали зарождаться знакомые негативные эмоции. Гнев, ярость, злоба и ярость медленно тлели в груди, а горечь с противным чувством потери и бессилия выпадала в сухой остаток. Вся эта квинтэссенция дерьма являлась такой удушающей, что мешала трезво мыслить и даже дышать.

Азаих из семьи Урано, значит? Да, я запомню тебя, старик. Тебя и всех остальных. Запомню на всю жизнь. Позор будет смыт кровью. Рано или поздно. Клянусь всем, что у меня осталось! Сдохну, но на куски порежу! КАЖДОГО!

Тем не менее долго оставаться наедине со своим гневом мне не дали, потому как минут через десять снаружи стали раздаваться разнообразные звуки и голоса. Если честно, то я ожидал, что сейчас войдет кто-то из выживших «Осколков», но вместо этого дверь беззвучно отворилась, а за её порогом возвышалась фигура Хаззака, за которым то и дело маячила тень его дочери. Стоило Дэймону завидеть меня, как брови его слабо дёрнулись вверх и тот отчего-то довольно хмыкнул. Причем Маннисса вовсе не скрывала своих эмоций и с изумлением таращилась в мою сторону из-за плеча отца.

Эти-то здесь какого беса забыли? С каких пор я стал такой важной шишкой, что меня навещает глава доминирующего дома?

— Побудь тут, дочь моя, — попросил мягким тоном Дэймон. — Никого не впускай. Марааловских прохиндеев так особенно.

— Как прикажете, отец.

— Моё почтение, лорд Хаззак, — поприветствовал я деспота и якобы сделал вид, что хочу встать, но тот по-простецки махнул рукой и присел на единственный в палате стул. — Не вставай.

Не больно-то и хотелось.

— Как себя чувствует герой Западного Бастиона? — поинтересовался совершенный.

Герой? Какой к хренам герой⁈ Да нас вертели и крутили, как хотели и где хотели! Про позы я вообще молчу…

— У вас отменное чувство юмора, лорд, — мрачно отозвался я.

— Разве я смеюсь? — приподнял тот брови.

— Если не шутите, то прекрасно должны понимать, что четверо иерихонцев за всего-навсего несколько минут практически истребили весь бастион. Зваться героем после такого — это как дерьма хлебнуть.

Однако на все мои умозаключения Дэймон улыбнулся чуть шире и полностью сконцентрировал взор на мне.

— Четверо иерихонцев, значит. Вот кем ты их считаешь, — задумчиво пробормотал тот. — А ты в курсе, кем именно они были? В курсе, что такой квартет может армию стереть с лица земли, не говоря уже о городах.

— Догадался в момент, когда старикан пытался сделать из меня отбивную, — фыркнул с издёвкой я.

— Старикан? То-то Азаих так вышел из себя, — весело прыснул деспот. — Никогда не слышал, чтобы правую длань Наказующих так называли. Хотя может и называли, но живых он после такого никого не оставлял. А об остальных, что тебе известно?

Допрос, получается. Что ж, ладно, врать не впервой.

— Маркас из дома Иллион. Нынешний владыка Аделлума, — начал я свой пересчет врагов. — Агдейн из ордена Алое Возмездие, если не ошибаюсь, то этот хмырь нынешний наследник, а четвертый некий судья по имени Норон. Чьего рода-племени он я не знаю…

— … из семьи Фиан, — заключил Хаззак, наблюдая за моей реакцией. — Сильнейший судья Наказующих. Сильнейший и самый исполнительный. Теперь понимаешь, к чему я веду?

— Более чем, — отозвался нехотя я с полным безразличием. — Запомню сегодняшнюю дату и буду праздновать второе рождение, попутно напиваясь до беспамятства.

Стоп. Дата. Погодите-ка… А сколько я вообще провалялся в отключке?

Впрочем, вопросы были излишними. Хаззак всё понял по глазам.

— Чуть больше двух недель. Сегодня двадцать седьмое июля.

Ирззу распутницу мне в жены!

От нахлынувшего бессилия я не нашел ничего лучше, как просто закатить глаза и откинуться на постель.

— Не кори себя так сильно, — раздался спокойный голос деспота. — Целительницы заверяли, что ты проваляешься без сознания минимум полгода.

Полгода? Какого причиндала так долго? Точно сумасшедшие.

— От нас мокрого места не оставили, а от меня тем более, — вдруг слетели с языка полубезумные слова.

На пару секунд возникла гнетущая пауза, а далее раздался тихий смех Дэймона.

— Высоко метишь, парень, — сквозь хохот проговорил воитель. — Не знаю, на что ты рассчитывал, но у вас изначально не было ни единого шанса. Из тысячи защитников выжило меньше сотни. Гордись тем, что остался в живых и гордись тем, что смог их ранить. Понятия не имею, каким чудом ты смог подобное провернуть, но ты молодец.

Еще бы самому знать, как я это сделал. Тогда всё творил на эмоциях и инстинктах, но тот черный туман и алая субстанция имели запредельную мощь.

— Случившееся — это несмываемый позор для Азаиха и Норона. Боюсь, теперь они удвоят сумму за твою голову. Кстати, — вдруг нахмурился Хаззак, — почему правая длань ордена Наказующих хотел забрать тебя живым?

Зараза! Заметил-таки. Ладно, применим ложь на практике.

— Не знаю зачем я ему понадобился, но они что-то говорили о его сыне и некой воспитаннице. Есть огромная вероятность того, что тогда в коллизии они были среди тех иерихонцев. Скажем так… нескольких в тот день я изувечил.

— Азаих расчетлив, но не мелочен, — задумался на миг Дэймон, продолжая бормотать себе под нос. — Странно. Или же он всё-таки он действовал с подачи Аэрии? Ладно, опустим этот момент и перейдем к главному… — на миг возникла театральная пауза, а взгляд Дэймона стал до невероятного цепким. — Та девчонка целительница. Твой трофей. Ты знал, что она из дома Иллион?

— Понятия не имел, — качнул я головой в отрицательном жесте без какого-либо промедления. — Рабскую печать мы поставить не успели, а более она о себе не рассказывала.

На секунду возникла тишина, а затем изо рта воителя вырвался тяжелый протяжный вздох:

— Хитрая бестия всех провела. Хотя Маркас тоже хорош. Никто из глав не подозревал, что у него есть дочь дриада. Вот же старый лис! — хмыкнул заинтриговано Дэймон словно был доволен всей ситуацией. — Однако наша Нефрит Ксанта рвёт и мечет, а вскоре вне себя от ярости будет и Данакт. Служба безопасности упустила такую важную деталь. Через пару дней полетят головы. Помянем недалёких, Ранкар.

Помянем? Погодите-ка… А какого вшивого причиндала он мне об этом рассказывает? Я грёбаный лейтенант! Мелкая сошка. Такая информация не полагается обычному офицеру. Что-то тут нечисто. Может из-за отсутствия руки меня теперь выпрут? Вот было бы счастье. Сдался им тут калека.

— Ладно, — вдруг повысил голос Хаззак, уперев руки в колени. — Перейдем к самому важному. Как ты себя чувствуешь?

Какого хрена тут происходит? Чего ему от меня надо?

— Я не квалифицирован быть лейтенантом Ксанта. Отныне ваш покорный слуга калека.

Для демонстрации пришлось махнуть культей перед глазами, но вместо каких-либо заявления Дэймон взглянул на меня как на последнего идиота.

— Я спрашиваю не о внешних проблемах, а о внутренних. Целители утверждали, что ты никогда не сможешь использовать магию. Магические каналы надорваны из-за ранения и перенасыщения энергией. На восстановление могут уйти годы. Родословную чувствуешь?

Надорваны? Не могу использовать магию? Уйдут годы? Они там рехнулись, что ли? Стоп… Да это же идеальный шанс, чтобы свалить отсюда. Если я смогу прикинуться калекой, то кому я такой буду нужен?

Впрочем, из всех мыслей тотчас выбило дух, когда мои глаза невольно встретились с глазами Хаззака. Зрачки лорда по какой-то причине сияли едва уловимым красным светом.

Холера! Хитрый сукин сын. Эссенцию использует. Плакал мой план. Любые колебания энергии он заметит. Может я и вправду калека. Нужно удостовериться. Хотя сомневаюсь, что моё наследие связано с родословными Альбарры.

Первичное состояние неистовства…

Да вот только шиш там!

Не прошло и пары вдохов, как из-за ослабленного состояния спектр негативных эмоций начал медленно брать сознание под контроль, но иного более и не требовалось, потому Хаззак довольно закряхтел и утвердительно кивнул.

— Хорошо, парень! Попробуй обратиться к своей тьме. Покажи её…

Лишь после слов Дэймона до меня дошла главнейшая истина, а от осознания всей ситуации я невольно сглотнул, ведь в памяти всплыли последние секунды боя с Азаихом и Нороном. Только сейчас я вспомнил, что печати на двух колоннах отныне полностью разрушены.

Во внутренний мир я перемещался с опаской и с такой же опаской приоткрыл глаза, но стоило оглядеться по сторонам, как пришлось выпасть в осадок.

Черная колонна пульсировала потусторонним иссиня-черным густым мраком. Цепи исчезли. Тьма обильно клубилась вокруг столба и медленно скапливалась слой за слоем рядом со своим вместилищем и неспешно распространялась по всему внутреннему миру. Складывалось впечатление, что она являлась главенствующей.

Алый столб цвета запёкшейся крови был также свободен, но энергия рядом с ним бурлила совсем иная. На первый взгляд та чуть жиже и по своей текстуре чем-то действительно напоминала кровь.

Из восемнадцати отныне свободны целых два столба. И честно признаться я даже не предполагал к чему эти метаморфозы могут привести.

Вот только чем дольше я наблюдал за изменениями, тем необъяснимее становилось на душе. Только после тщательного анализа я осознал, что мои так называемые колонны малость напоминают резервы. Как магические, так и физические. Целых восемнадцать неизведанных источников.

Проклятье! Но это ведь невозможно! Невозможно обладать таким количеством силы. Люди могут обладать только двумя. Физическим и магическим. Это максимум.

Однако все мысли отошли на второй план, когда мой взор наткнулся на эфемерный силуэт Руны, которая по-прежнему находилась рядом с главенствующей колонной, но вместо того, чтобы как-то навредить спате, густой мрак заботливо обволакивал её призрачные изгибы.

— Идиот! — выдохнул протяжно я. — Совсем забыл про ядра. Надеюсь, они не разрушились из-за неистовства.

Не осталось ничего больше, как бережно погладить девицу по голове, а культей я мягко провёл по колонне с клубящейся тьмой и наконец, вновь тяжело выдохнул:

— Подожди еще немного, Руна. Осталось совсем чуть-чуть. Скоро всё наладится. Больше я не буду бежать. Не буду сдерживаться. Только вперёд. Ты и я.

Глядя на спящую спату и на внутренний мир, я сам не заметил, как в голове начали витать странные мысли. Помыслы о трусливом побеге отходили на второй план, а на первый выходила жажда стать сильнее. Сильнее, чем когда-либо. Стереть в порошок тех, кто посмел тронуть меня. Истребить выродков, которые посчитали нас лёгкой добычей. Смыть позор и все оскорбления! Вот только всё в этом мире решала сила. Сильный пожирает слабого. А раз так, то отныне стану пожирать и я! ВСЕХ! И КАЖДОГО!

И для всего этого имелся человек, который может предоставить такой шанс.

Хаззак!

В реальный мир я вернулся рывком и протянув вперед руку, продемонстрировал Дэймону иссиня-черный мрак, что объял не только ладонь, но и вспыхнул в глазах.

— Ха-ха-ха! Хорошо! — удовлетворённо кивнул деспот, откидываясь на спинку стула. — Очень хорошо, парень. Ты представить себе не можешь, скольких разумных сейчас разозлил своим восстановлением. Слушай меня внимательно, Ранкар, — наклонившись ближе ко мне, стал говорить воитель. — Запомни! Для всех ты сейчас калека! Не афишируй силу до нужного момента.

— Нужного момента? — не понял я лорда.

— Скоро ты всё поймешь. Собирайся, — поднимаясь на ноги, скомандовал быстро Хаззак и глазами указал на угол палаты, где лежала моя форма. — Для начала необходимо вернуть тебе презентабельный вид.

Презентабельный вид? О чем он?

Тем не менее, я подумал, что спрашивать было глупо. Без руки одеваться стало сложнее, но со всем я управился минут за пять, попутно с этим ощутив в нагрудном кармане приятную тяжесть. Ядра Редкого типа находились на месте.

Не разрушились и никто не спёр.

Одним кивком Дэймон приказал следовать за мной, а стоило нам пожаловать наружу, как нас встретили сразу несколько высокопоставленных чинов в лице поверенных из дома Мараал, Сариан, Креамх и Фалайн. Причем за их спинами маячил встревоженный Аркас с «Осколками». Парням хватило пары секунд чтобы понять, что тут они сейчас не к месту и под моим красноречивым взором те быстро испарились.

Слава Ярвиру! Живые…

Впрочем, стоило явить себя Хаззаку, как поверенные безмолвно расступались и попытались с молниеносной скоростью ретироваться прочь под взглядом Изувера, а за нами в это время следом двинулась Маннисса. Лишь их взгляды по-прежнему обращались в мою спину.

Что за дерьмо тут творится? Не понимаю…

— Ты всё подготовила? — поинтересовался Дэймон.

— Разумеется.

— Наша гостья прибыла?

— Она вас ожидает, отец, — кивнула утвердительно аристократка.

— Поспешим, Ранкар, — махнул мне рукой Хаззак. — Данная леди не любит ждать. Думаю, она решит твою нелепую проблему.

Гостья? Леди? С какого это перепугу какая-то бабища будет решать мои проблемы?

— Кстати, — словно опомнившись, круто обернулся ко мне деспот. — Через некоторое время тебе придётся посетить твердыню дома Хаззак. Маннисса тебя сопроводит. Все подробности позже. Для начала необходимо завершить все наши дела здесь. Мы ведь на войне как-никак…

Стоп! А чего я забыл в твердыне дома Хаззак?

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона аристократов.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Рабочие апартаменты лорда Хаззака.

Некоторое время назад…

За свою жизнь я убил всего-навсего троих человек. Причем сделал это под влиянием неистовства. Хотя, как по мне это и не люди были вовсе. Обычные животные. Первыми двумя жертвами являлись двое ублюдков в детском доме, которые посмели смеяться над смертью безобидной девчушки. То решение хоть и исковеркало моё будущее, да я даже толком не помню, как убивал их, но не жалею о содеянном. К тому же за свою ошибку я расплатился тринадцатью годами работы на синдикат.

Странно, что не могу вспомнить имён тех уродов, но имя третьей своей жертвы я еще не забыл. Да. Ирлат Брахас. Сын одного из генералов дома Креамх. Удивительно, что он не вздумал мне мстить. Бой с той мразью случился совсем недавно, но по ощущениям словно минуло несколько месяцев.

Не знаю зачем мне создали запрет на убийство, однако я начинаю догадываться, кто это сделал. Мои сраные родители! Остаётся только два вопроса. Зачем? Почему они со мной так поступили? Но стоит ли теперь вдаваться в детали? Отныне я не собираюсь идти ни у кого на поводу. Отныне ничто не будет меня сдерживать. Я убью любого, кто встанет на пути! Надо мной измывались долго. Чересчур долго.

В зону развлечений я шагал неспешно, а разумных на пути попадалось всё больше. Правда, я и сам не заметил, как под напором скверных мыслей стал выходить из себя. В душе преобладал какой-то лихорадочный трепет, волнительное ожидание кровопролития и злоба ко всему живому. На изумление только топот ребят позади странным образом отрезвлял и не давал отдаться в пучину насилия. А еще был шепот. Тот самый могильный шепот на задворках сознания, который извечно требовал чего-то радикального и хищного.

Убить. Разорвать. Уничтожить. Поглотить. Сожрать. Хотелось рваться вперед. Если честно, то в последнее время его стало контролировать сложнее. Гораздо сложнее. Ведь последние дни с Дианой выдались сложными. Очень сложными. Может оно и к лучшему, что она сбежала, потому как накатывающее кровожадное чувство стало терзать лишь сильнее.

Но спасение сейчас пришло откуда не ждали.

«Снова его чувствуешь, не так ли? — вдруг раздался мягкий голос. — Голод…»

— Рядом с одарёнными, либо эссенциалами я ощущаю его практически постоянно, — признался нехотя я. — Ну и с теми, кто обладает маломальской силой родословных.

«Боюсь, это как-то связано с твоим наследием».

— Кто бы сомневался. Наградили меня дерьмом родители знатно, — хмыкнул криво я. — Если поймешь, что я не в кондиции, то попробуй остепенить.

«Постараюсь, — еще мягче произнесла девчонка, но на миг запнувшись, та вдруг тяжело выдохнула. — Тогда я должна тебе напомнить, что Хаззак просил тебя не отсвечивать и прикидываться калекой.»

После слов Руны шаг на миг замедлился, а глаза закатились от осознания.

Вот же зараза! Хотя стоп… Погодите-ка. Если не Жейда, то можно же кого-нибудь другого! Плевать! Всё равно кого-нибудь прикончу. Даю слово!

— Ранкар, ты чего? — тихо поинтересовался Цуг, оглядываясь по сторонам, потому как разумных в зону развлечений торопилось всё больше.

Но я жестом попросил его замолчать, так как мне в голову пришла сумасшедшая идея.

— Альяна, тогда в коллизии, что ты сделала с Ласантой?

«Ласантой? — на мгновение задумалась спата, словно силилась что-то вспомнить. — Ты о той сучке, что слишком много себе позволила и ранила тебя стилетом?»

— Именно о ней. Ты её прокляла? Азаих говорил, что его воспитаннице очень плохо.

« Слишком много чести для обычной человечки, чтобы я вздумала её проклинать, — пренебрежительно фыркнула девица. — Я просто проучила её. Использовала один из своих навыков. Заражение Истреблением. Тогда я потратила уйму сил и долго приходила в себя, а потом ты поглотил ядро рыцаря смерти. Странно, что она не сдохла до прихода того Азаиха. Видимо мощь выдалась очень слабой. Если бы получилось, как задумывалось, то эта дрянь не должна была протянуть слишком долго. Со временем она бы стала увядать и в конце концов просто сдохла бы. Боюсь, с твоей кровью у них действительно может получиться. Та стерва дриада не глупа. Быстро сообразила, что к чему и сложила два и два. Мелкая предательница!»

Заражение Истреблением, значит.

— Повторить сумеешь? — сходу спросил я.

«Могу использовать только крошечную часть, — с явной кровожадностью отчеканила та . — Вначале все происходит незаметно, но со временем жертве будет становиться только хуже. Приятного будет мало».

— Замечательно. Будь готова на всякий случай.

Путь до нужного места занял минут двадцать, но стоило нам попасть в зону развлечений, как пришлось выпадать в некий осадок. Чем-то это место напоминало самые разгульные области Терры. Магические изображения, что работали на кристаллах стихий и которые чем-то напоминали неоновые вывески. Народу так и вовсе было не протолкнуться. Люди, различные тераты в виде минотавров и сатиров. То и дело у крыш домов сновали феи, сильфы и им подобные существа, но порой попадались и дриады различных стихий. И они совсем не походили на Диану. Судя по их одеяниям, оружию и мантиям те занимались отнюдь не спасением, как многие дриады Жизни.

В общем и целом, в военном лагере Ксанта умели не только проливать кровь, но и отдыхать с размахом. С превеликим размахом. Смех, довольное улюлюканье, пьяный гогот и завлекающие речи фривольных девиц.

— Где может быть этот урод? — спокойно спросил я, осматриваясь по сторонам.

— В Семи Звёздах, скорее всего. Там многие отдыхают. Поговаривают даже генералы и полковники захаживают. Хорошая выпивка, замечательное обслуживание, отменные официантки, которые способны скоротать твою ночь, по слухам их набирают из дриад Похоти, — почесывая затылок, отозвался Ганграт, то и дело заглядываясь вместе с остальными на легкодоступных девиц. — Но в заведение пускают только офицеров, плюс ещё и вход платный. Нам с парнями дорога туда закрыта.

— Уж поверь, нас пустят, — расслабленно изрёк я. — Показывайте дорогу!

Шли мы недолго. От силы пару минут. Те самые Семь Звёзд было видно издали. Во-первых, вопящая магическая проекция возвышалась над всеми окружающими зданиями, а во-вторых, у входа караулило минимум с пяток амбалов. Два терата, два сатира и один человек.

Как хорошо, что жалование доставляли в шатёр. Причем мне доставили двойную норму в размере сорока золотых и двух драгоценных рубинов, размером с ноготь мизинца. Похоже, половина из этого выплата за ранение. Для большинства простолюдинов это большая сумма, но в моих глазах и с моими будущими потребностями — это капля в море. Но по крайней мере, я теперь не полный голодранец. Какой-никакой, но первоначальный капитал имеется.

— Вход только для офицеров! — проговорил единственный из всей пятерки человек. — Предъявите ножны!

— Они свои по рассеянности забыли, — кивнул я в сторону замешкавшихся «Осколков», а после продемонстрировал свои регалии лейтенанта. — А мои при мне.

— Без ножен велено не пущать! — глухо отозвался сатир.

Так-так-так! Судя по черно-зеленым цветам — это место покрывает Мараал. Что ж, интересно. Люблю порой повыделываться.

— Ты действительно не веришь на слово офицеру Ксанта? — с холодком спросил я, глядя на бугая снизу-вверх.

— Таковы правила, — стоял на своём сатир. — Без ножен не положено…

— Не думаю, что лорд Мараал будет рад, если я отвлеку его от важных дел, но возможно мне стоит обратиться за помощью к его поверенному, Каю? — делая вид, что разговариваю с сам с собой стал разглагольствовать я. — Он вроде бы сказал, что я могу обращаться к нему по разным пустякам.

Чем дольше я говорил, тем мрачнее становились физиономии у переростков, но лишь один из них сообразил, что вся ситуации пахнет весьма скверно.

— Одну секунду, господин лейтенант, — вдруг отрывисто повинился тот и скрылся за двустворчатыми дверями заведения, а через полминуты минотавр возвратился не один, а в обществе самой настоящей фурии.

Смертельно бледный оттенок кожи, густые иссиня-тёмные волосы, небольшие черные крылья сложены за спиной, но официальный костюм и очки полумесяцы напрочь сглаживали чуть хищные черты лица, а обворожительная улыбка располагала к себе.

— Моё имя Майя. Я управляющая Семи Звёзд, — представилась она, отвесив нам реверанс. — Чем могу помочь дорогим гостям?

Впрочем, затягивать подобные расшаркивания не был ни сил, ни желания.

— Уважаемая Майя, меня и моих друзей не пускают внутрь. Боюсь этот инцидент необходимо предать огласке, так что не подскажете, поверенный Кай случайно не здесь сейчас? — зашел я с козырей, начиная лгать без какого-либо смущения.

Не знаю, что больше повлияло на девицу, услышанное имя или же ситуация, а может Кай действительно сюда захаживал, но лицо её внезапно померкло и та скрытно сглотнула, однако практически сразу вновь изобразила натянутую улыбку.

— Поверенный Кай сейчас и вправду гостит у нас на верхнем этаже, но разве… есть смысл отвлекать его от отдыха? — чуть запнувшись изрекла фурия. — Если вы утверждаете, что ваши друзья забыли ножны, то пусть будет так. Но не могли бы вы сказать своё имя, чтобы… чтобы я могла вписать его?

Надо же. Хитрая бестия.

— Ранкар, — представился я.

— Лейтенант Ранкар, значит? А вы разве не… — глаза её слегка дрогнули, отчего она нахмурилась, но почти сразу осеклась и взяла себя в руки. — Прошу вас, можете проходить, — указал та рукой на вход.

Изнутри заведение казалось еще больше. Играла тихая музыка. Велись множество бесед и споров. Повсюду сновали десятки фривольно одетых девиц, которые разносили, судя по приятному запаху, достаточно дорогой алкоголь. Однако на моё удивление тут присутствовали не только официантки, но и официанты. Но те в свою очередь обсуживали офицеров-женщин, которые бросали на смазливых служек весьма плотоядные взоры. В общем и целом, сервис был на уровне. По-видимому, к войне с Аделлумом уже многие привыкли и принимали происходящее, как данность.

— Майя, я ищу своего друга, — как можно мягче подхватил я фурию под руку, отчего та разом окаменела, а брови тотчас взлетели вверх. — Вы не поможете мне их найти?

— Помогу, — сквозь зубы процедила та с натянутой улыбкой. — Подскажете имена ваших друзей?

По перекошенному лицу девицы становилось понятно, что я позволил себе лишнего, но сейчас мне на саму управляющую было плевать.

— Во-первых, я ищу капитана Хемаха и лейтенанта Танара. Они случайно не здесь?

Стоило прозвучать именами, как физиономия фурии моментально разгладилась, и та стала смотреть на меня совсем иначе.

— Вы имеете в виду лейтенанта Танара наследника из побочной ветви доминирующего дома Фалайн? — сглотнула нервно та. — А также капитана Хемаха из доминирующего дома Сариан?

— Вы правы? — чуть шире улыбнулся я.

— Они… тут, — кивнула заторможенно та. — Оба. Лейтенант Танар вместе со своей сестрой отдыхает на втором этаже в вип-комнате, а капитан Хемах на третьем.

— Замечательно, а теперь вы не подскажете, где развлекается Жейд Креамх? Я сгораю от нетерпения его увидеть.

— Второй этаж. Тоже вип-комната, — отозвалась девица. — Я… я могу вас проводить.

— Буду безмерно благодарен.

Однако выпутаться из моей руки я ей не позволил и подобным незатейливым образом мы пересекли первый этаж и переместились на второй. Однако весь наш путь терата то и дело с какой-то дикой неприязнью косилась в сторону Тэйна. И по одному виду серафима становилось ясно, что ему подобное не впервой.

И почему мне кажется, что проблема этих двоих находится гораздо глубже? Неужели серафимы и фурии враждуют? Нужно будет узнать.

Однако игра в гляделки падшего и управляющей быстро закончилась, потому как через минуту пришлось остановиться у двери, которая и вела в одну из вип-комнат.

— Капитан Жейд, лейтенант Хорн, лейтенант Фарган и лейтенант Беренгар расположились тут.

Замечательно. Просто замечательно. Вся сраная шайка уродов собралась в одном месте и все на удивление живы. Что ж, похоже, мои подозрения подтвердились.

— Еще два вопроса к вам, Майя, и я освобожу вас от своей неприятной компании, — сухо проговорил я, всеми силами пытаясь унять расшалившиеся эмоции. — Первый вопрос, дозволяются ли у вас схватки?

От услышанного одно из крыльев управляющей внезапно затрепетало, но под моим взглядом та утвердительно кивнула:

— Дозволяются, но необходимо разрешение, а еще…

— Прекрасно! — перебил я её, начиная распалятся сильнее. — Тогда следом у меня пойдет не вопрос, а просьба. Не могли бы вы привести сюда капитана Хемаха и лейтенанта Танара. Понадобится их помощь.

— Могу, но… — стала запинаться девица, но я вновь не дал её договорить.

— Тогда вперед, Майя, попросите их придти сюда! Скажите, что лейтенанта Ранкар их беспокоит.

На миг фурия замешкалась и приоткрыла ротик от изумления и моего напора, но затем переводя взор на двери и вновь на меня, она быстро пришла к какому-то решению и на всей скорости умчалась прочь, то и дело взмахивая подрагивающими крыльями.

— Ранкар, ты же не хочешь, — с некой тревогой произнес Аркас, переглядываясь с остальными, — вот так просто зайти и что-то… сделать?

— Зайти? — усмехнулся я вопросом, приподняв брови. — Кто сказал, что я буду заходить? Я вломлюсь!

— Мне послышалось или ты сказал «вломлюсь»? То есть ты… — опешил от подобного Рамас. — Да нас же…

«Давай, Ранкар, вперед! — кровожадно прошептала Руна. — Убей ублюдков!»

Ладно, приступим к исполнению задуманного плана. Надеюсь, получится.

— В сторону, парни! — процедил я сквозь зубы.

Не знаю, что на них так повлияло, моя холодная мина или же вся ситуация в целом, но те разом отшатнулись прочь, а через секунду я без какого-либо смущения нанёс удар. С оглушительным грохотом дверь сорвалась с петель и ударившись о стену напротив, с жалким треском сползла вниз.

— КАКОГО ЧУМНОГО СИЛЬФА ПРОИСХОДИТ⁈ — яростно завопил Креамх, вскакивая на ноги в пьяном угаре. — КТО ПОСМЕЛ? ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ…

— Здоров, трусливое мудачье! — стоя в проёме с полубезумной улыбкой поприветствовал я Жейда и всю его шайку. — По лицам вижу, что не ждали…

Фурия была права. Жейд, Хорн, Беренгар и Фарган. Вся гниль находилась в сборе.

На секунду возникла гнетущая тишина. Поначалу гримасы офицеров изображали непонимание, но чем больше те присматривались ко мне, тем шире становились их усмешки, а через мгновение вся их четверка весело загоготала.

— Ха-ха-ха… — надрывно заржали лейтенанты. — Да это же калека! Знаменитый калека Ранкар…

— Так-так-так. Кого мы видим, — осклабился довольно Жейд, шагая мне навстречу под тихий смех шакалов за спиной. — Это же Ранкар. Никчемный и отныне никому ненужный мусор. Расскажи, какого это быть бесполезным отбросом? Неужели удача покинула тебя? Или подобными выходками… — глаза его указали на покорёженную дверь, — ты пытаешься унять свой гнев? Не знаю, что из себя представляли те иерихонцы, но тебе жутко не повезло. Жутко. Даже жаль тебя.

По одному только виду управителя становилось ясно, что тот наслаждался происходящим, а насмешливый гогот прихлебателей лишь сильнее распалял самодовольство в душе у Креамха.

Нет, ну надо же. Это неожиданно. Ублюдки не в курсе, кто напал на бастион. Они еще не знают, что за Дианой явился папашка. Видимо многое служба безопасности Ксанта держит в тайне. Что ж, в таком случае план вполне осуществим.

— Не поверишь, мразь, но со всеми своими ранами я чувствует себя сносно, — расслаблено изрёк я, поступательно начиная вести свою игру. — Тем не менее я может и стал калекой, но хребта своего не лишился. В отличие от тебя и твоей прогнившей шайки. Это ты мне лучше расскажи, трусливая падаль, каково сбегать с поля боя и оставлять своих подчиненных на произвол судьбы? Как понимаю, ты в подобном специалист, Креамх. Совесть не мучает? А вас, шакалы безмозглые? — обратился я к остальным.

Стоило договорить, как те тотчас переглянулись между собой, смех моментально стал затихать, а лица всех присутствующих офицеров сразу же помрачнели. Даже гримаса довольства Жейда внезапно дрогнула и тот натянуто улыбнулся.

Попал в точку!

— Интересная ложь, простолюдин, — тихо проронил тот, продолжая скалиться. — Сам догадался или кто надоумил? Неужели Хемах?

— Мне нет смысла лгать сборищу слизняков…

Давайте. Кто первый? Кто не сдержится?

На удивление я не просчитался, потому как с молниеносной скоростью вперед выступил Беренгар и Хорн, и оба угрожающе двинулись в мою сторону.

— Ты смеешь оскорблять аристократов и обвинять их во трусости⁈ Совсем страх потерял, вшивый калека⁈ Ты на что намекаешь, урод⁈ — разъярился главный прихлебала. — За твою клевету я могу прямо сейчас вырезать тебе язык!

— Вырезать язык? Сомневаюсь. Да и разве я намекаю? — делано удивился я, пронзая его насмешливым взором. — Я говорю прямо. Вы трусливая падаль, которая, роняя кал, в страхе бежала из бастиона. Другие может и не заметили, Жейд, но я отличаюсь от них. И поверь мне, я могу отличить уничтожение барьера от его деактивации. Защита вам мешала, не так ли? Из-за оборонительных массивов вы не могли использовать артефакты. Дайте угадаю, — расплылся я в коварной усмешке, вспоминая долгие лекции Цуга. — Портативный портал, да? Небольшой, спокойно помещается в пространственную суму, переносит на пару километров прочь. Вы же так и улизнули? Не удивлюсь, что он до сих пор при тебе и по-прежнему разряжен.

К этому моменту за спиной у меня находились не только Осколки, но и с десяток заинтересованных офицеров, которые сбежались на шум из соседних вип-комнат. Те внимательно прислушивались ко всему происходящему, попутно комментируя услышанное и подобное не укрылось от внимательных глаз трусливой шайки.

— ВРАНЬЕ! — зарычал раненым зверем Беренгар. — УДАВЛЮ ПРЯМО СЕЙЧАС ВЫРОДКА! ПЛЕВАТЬ МНЕ, ЧТО ТЫ ИНВАЛИД…

Следом за своим дружком рванул и Хорн, но, увы, для действий теперь было поздно. Все действующие лица появились несколько мгновений назад. Шакалы не успели проделать и половины пути, а рядом со мной уже образовался силуэт Хемаха и Танара.

Капитану не пришлось вынимать клинок. Ему хватило одной вспыхнувшей эссенции, чтобы угомонить ублюдков, отчего те моментально отшатнулись прочь. На удивление наследник побочной ветви слабо улыбался, а Сариан судя по виду находился вне себя от ярости. На протяжении краткого противостояния тот не обратил внимания на мелких сошек, его взгляд был направлен лишь на хмурого Жейда. Креамх же в свою очередь не сводил разъярённых глаз с меня.

— Успокоились, ребятки, или будет худо, — изрёк миролюбиво Фалайн. — Для начала во всём необходимо разобраться, потому как я услышал тут нечто занимательное, — но буквально сразу весь миролюбивый настрой парня сошел на нет. — Мария не заметила, однако Йоргос утверждал, что с барьерами произошло что-то странное, но я ему не верил, а все барьерные маги попросту погибли. Не так ли, Йорг? — повысил тот голос.

— Именно так, господин, — раздался бас одарённого с задних рядов наблюдающих.

— Теперь же и Ранкар утверждает нечто подобное, — добавил Танар. — Возможно, вы дадите нам объяснение… бывший управляющий Западного Предела?

Бывший управляющий? Жейда поперли прочь? Туда ему и дорога.

— Обыкновенная ложь обозлённого калеки, — хмыкнул деловито совершенный. — Калеки, который силится что-то доказать и переложить груз своей никчемности на честных офицеров Ксанта.

— Ты-то? — вдруг ощерился Хемах. — Это ты честный офицер⁈

Лишь через секунду я смог осознать, что аура Сариана находится в раздрае. Теперь понятно, о чем говорили парни. Он и вправду ранен.

« У него внутренние травмы, Ранкар, — подсказала Руна. — Достаточно серьезные. Плюс что-то с каналами. В нынешнем состоянии он не сможет сражаться с Креамхом на равных».

Ему и не придётся. Я сам всё сделаю. План имеется. Необходимо отныне держать себя в тонусе, а если нет подходящих врагов, то как я буду становиться сильнее?

— Я последним покидал разрушающийся бастиона! ПОСЛЕДНИМ! — продолжил наседать Хемах, распаляясь сильнее. — Я видел каждого раненого солдата и офицера, но вас четверых там не было!.. Вы присоединились ко всем выжившим позже.

— Догадки к делу никоим образом не относятся, — пожал плечами Креамх. — Где доказательства?

— Выворачивай пространственную суму, Жейд! — холодно сплюнул эссенциал. — Показывай всё! И если я там найду разряженный мобильный портал, то небесами клянусь, жди вызова на бой! Из-за твоего малодушия погибло больше тысячи разумных.

— А ты кто вообще такой, Сариан, чтобы что-то от меня требовать? — злорадно ухмыльнулся совершенный. — Не стоит вещать на меня чужие смерти.

За пару вдохов обстановка накалилась до предела, а шум и пересуды за спиной лишь сильнее подстёгивали сознание действовать быстрее, но на счастье, план сработал как нельзя лучше. Из всей нашей троицы, идиоты лейтенанты выбрали слабейшего.

— Это всё он капитан! — указывая на меня пальцем, выдохнул яростно Беренгар, пытаясь перетянуть всё внимание на себя и тем самым прикрыть задницу своему начальнику. — Это всё этот калека! Его ложь очернила ваше честное имя. Он также посмел оскорбить и нас!

Практически за секунду весь вектор внимания сместился лишь на меня.

— Если понадобится, то еще раз это сделаю! — как можно мерзопакостней ухмыльнулся я. — Ты малодушная падаль, Беренгар! Точнее вы все… — указал я на них поочередно пальцем, — … никчемная падаль!

Ну давай же, хмырь, порадуй моё эго!

— Капитан! — вдруг обратился тот к Жейду. — Позвольте мне разобраться с этим отбросом⁈ Такое недопустимо! Я прикончу этого калеку ради вас за его ложь!

— И мне, капитан, — подал голос Хорн, выступая вперед. — Он всех оскорбил.

— Я буду следующим, — следом отозвался Фарган.

— Дозволяю… — расплылся в хищной улыбке Креамх.

— Здесь и сейчас! — с довольством изрёк Беренгар, повышая голос и тем самым играя на публику. — Сталь! До смерти! Победишь и правда за тобой! Посмеешь принять мой вызов, калека? Осмелишься сражаться со мной без магии?

Вначале одна перчатка полетела мне под ноги, после вторая, а под конец и третья. Не знаю почему, но за их падением я наблюдал с какой-то предвкушающей эйфорией. Могильный шепот в это самое время находился вне себя от радости. На миг мне показалось, что тот довольно урчит.

Да! Наконец-то! Ярвир услышал мои доводы! Вы сами подписали себе смертный приговор. Да я и без магии нашинкую вас на кебаб.

— Не слушай их, Ранкар, — вклинился в разговор Хемах. — Необходимо тщательно во всём разобраться. Ты можешь отказаться от этих схваток. Они намерено так поступают. Значит, им есть, что скрывать…

Однако договорить капитан не успел, потому как поверх их перчаток безмолвно полетела моя, а Мастир от увиденного расширил глаза и резко обернулся в мою сторону.

— Ранкар, ты что…

— Согласен, — со спокойной улыбкой кивнул я троице лейтенантов, не обращая внимания на препирательства эссенциала. — Здесь и сейчас! До смерти. Кто будет первым?

— Я буду твоим противником, — усмехнулся весело Беренгар. — Первым и последним.

— Куски дерьма! — с презрением сплюнул Танар, наблюдая за всей сценой. — Осмелились бросить вызов тому, кто получил внутренние ранения и не может сражаться в полную силу? Где ваша честь и гордость?

— Наша честь и гордость требует смыть лживые обвинения с наших имен! — осклабился злорадно Фарган. — Он сам виноват и уже согласился.

— Вот как, значит. Тогда в гробу я видел твою честь и гордость, выродок! — хмыкнул рассержено Фалайн, глядя на своего оппонента, а затем у всех на виду бросил под ноги Фаргана уже свою перчатку. — Сначала я разберусь с тобой, а после мы понаблюдаем за боем Ранкара! Условия те же! Сталь. До смерти.

— Не пожалей о своих словах, Танар, — самодовольно заметил офицер. — Ты хоть и из побочной ветви доминирующего дома, но пощады не жди.

— Я затолкаю эти слова в твою говорливую глотку своим оружием, Фарган, — сплюнул презрительно брат Марии.

— Уважаемая Майя, — вдруг повысил я голос, отчего возникла тишина, а управляющая заведения тотчас оказалась под пристальным вниманием уймы народа. — Мне кажется, что без вашего вмешательства тут не обойтись.

Не знаю почему, но всего на мгновение я увидел в глазах у фурии странный интерес. На миг показалось, что передо мной абсолютно не та терата, которую я лицезрел при входе. Но данный мираж распался в тот самый момент, когда она заговорила.

— Если чтимые офицеры всё решили, то прошу за мной на подземный уровень. Для таких ситуаций у нас всё подготовленно.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона развлечений.

Клуб «Семь Звёзд».

Подземный уровень.

Царство Аделлум.

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона офицерского состава.

Ранний вечер.

Сутки спустя…

На несколько долгих мгновений в апартаментах повисла томительная тишина. Дриада еще пару секунд размышляла над словами родича с невозмутимым видом, а затем ни с того ни с сего расплылась в радушной улыбке.

— Вам не о чем переживать, отец. Я в полном порядке. Если вопросы закончились, то позвольте мне уйти.

Тем не менее стоило девушке поклониться, как на смену мягкому отеческому голосу, пришел строгий баритон, который заставил её замереть на месте.

— Не держи меня за дурака, дочь моя. Лара обо всём доложила еще в день нашего прибытия после твоего обследования! Я хотел, чтобы ты сама обо всём поведала мне или хотя бы своим сёстрам с матерями, но терпеть подобного я более не стану! Это тот грязный выродок сделал это с тобой, не так ли? Он посмел лишить тебя невинности⁈ Почему ты покрываешь его⁈ Кто именно посмел поднять на тебя руку⁈ КТО ПОСМЕЛ ВЗЯТЬ СИЛОЙ МОЮ ДОЧЬ⁈ КТО ПОСМЕЛ ОСКВЕРНИТЬ ТЕБЯ И СНАСИЛЬНИЧАТЬ⁈ — к концу речи в тоне у Иллиона звучала нескончаемая ярость, а рёв сотрясал весь кабинет. — ГОВОРИ!

Однако на изумление мужчины даже под напором его суровых воплей девушка оставалась необычайно безмятежной, она всего-навсего бросила горестный взгляд на целительницу, а затем разочарована покачала головой.

— Я ведь просила вас, наставница Урано…

— Прости меня, девочка, но подобное нельзя скрывать, — с виноватой улыбкой прошептала Лара. — Твой отец обязан знать. К тому же не забывай, что ты помолвлена с другим, и если Агдейн и Алое Возмездие узнают, что ты лишилась своей невинности в плену, то последствия станут невообразимыми. Они могут посчитать такое поведение грубым оскорблением!

После упоминания об Алом Возмездии и Агдейне, впервые на лице у молодой дриады отобразилось презрение ко всему живому.

— Как бы сильны они ни были, но мне плевать на Алое Возмездие! Агдейн редкостный мерзавец и законченный ублюдок! Я более чем наслышана о его садистских наклонностях! Не стоит и упоминать, что в нашем доме эта скотина ведет себя так, словно правитель здесь он, а не вы, отец, — скривилась внезапно девушка, осуждающе взглянув на Маркаса. — И это вы, отец, захотели связать нас узами брака, чтобы заручиться поддержкой еще одного старейшего ордена, хотя для войны с Ксантом хватило бы и Несущих Бурю с Наказующими! Я ненавижу и презираю Агдейна, но приняла подобный факт, как должное. Ведь я представительница дома Иллион! Я ваша дочь! Вот только скажу вам обоим правду! Пока я находилась в плену, никогда в жизни я не чувствовала себя более свободно. После смерти матери вы изменились, отец, — горько сглатывая выпалила дриада. — Я не узнаю вас! Ранее вы были несгибаемым и вдумчивым, но сейчас сразу три старейших ордена желают разорвать наш дом на части, делая вид, что помогают…

— Достаточно! Не желаю ничего слышать! — вдруг повысил голос Маркас, хлопнув по столу рукой, но вот лицо его скрывало вселенскую боль и раскаяние, впрочем, мужчина продолжал напирать. — Что о войне и политике может знать одна непослушная девчонка⁈ Вижу, тот грязный подонок каким-то образом промыл тебе мозги! Это я не узнаю тебя, Диана! Что с тобой стало⁈ В кого ты превратилась?

Вот только вместо того, чтобы стоять и покорно слушать дриада расплылась в печальной улыбке:

— Какой же всё-таки дурой я была раньше, — разочарованно прошептала целительница, глядя то на отца, то на наставницу. — Кто бы мог знать, что Ранкар окажется прав. В этой войне и вправду нет плохих или хороших, нет правых или же неправых, в этой войне есть только… Выгода! Каждый из участников преследует только свои цели. За время нашей беседы вы дважды его оскорбили, отец! ДВАЖДЫ! — повысила она внезапно тон, переходя на крик. — Но лично он за всё время моего плена ни разу ничего плохого не сказал ни об Иерихоне, ни о вас. Да и вообще ни о ком-либо. Он даже не расспрашивал у меня кто я на самом деле. Вы считаете его выродком, к своему сожалению и я раньше так считала. Однако попав обратно домой я осознала, что никакой он не подлец и не мерзавец. Вы вообще в курсе, отец, что Ранкар не убил ни одного иерихонца? Даже наоборот, чтобы защитить меня он прикончил одного из лейтенантов Ксанта! Он дал слово и держал его несмотря ни на что…

— Из-за его вмешательства мы потеряли Западный Форпост! — рявкнул разъярённо Маркас. — Именно из-за него погибло много защитников крепости!

— Вы же его совсем не знаете, но и тут он вновь оказался прав, — продолжая грустно улыбаться, заключила дриада. — Нет плохих или хороших. Каждый преследует свои цели. Вы преследуете свои в этой войне, а он преследовал свои. Вы в курсе, что он похитил меня, чтобы спасти друга и товарища? Однако вы сделали буквально то же самое, чтобы спасти Ласанту и меня, но при этом убили много аххесов. Вот только вы действовали силой, а он использовал ум и хитрость. И даже ваш хвалённый судья Норон, который убивает ни в чем не повинных детей, — с сочащимся презрением сплюнула девушка, — не смог его распознать. Так кто виноват в этом?

К данному моменту на Иллиона было жалко смотреть, ведь слова дочери оказались той самой болезненной правдой, а резали они острее самых заточенных ножей, ведь эта затяжная война уже как пару лет обратилась скопом нескончаемых интриг и кипой договоров.

— Я не идиотка, отец, — с всё той же печальной усмешкой говорила Диана. — Он мог сотворить со мной миллион гнусностей, но вместо этого защищал меня. Защищал вашу дочь. Он не обязан был это делать, но после исцеления друга дал слово и держал его до самого конца. Скажу больше… свою невинность я потеряла по собственной глупости. Ведь тогда он предупреждал, но я не хотела слушать. Однако и это обернулось для меня благословением… — с горькой усмешкой заключила та.

— О чем ты, девочка? — с полным непониманием вопросила Лара.

Тем не менее вместо какого-либо ответа из пространственного женского клатча в руках девушка вдруг выудила магический перстень и бросила его в руки отцу. Пару мгновений тот с интересом рассматривал кольцо, но завидев явственные изменения с ошеломлением уставился на дочь.

— Неужели ты…

— Отныне я советник магии Жизни третьего отсечения, — угрюмо выпалила Диана. — И да. Это случилось тогда, когда я находилась в плену. Странно что это вас волновало на порядок меньше, чем моя невинность. Видимо, наставница Урано переживала об иных изменениях в моём организме.

По первой женщина не поверила в увиденное и дважды перепроверила перстень, как глазами, так и с помощью магии, но затем с шоком взглянула на молодую дриаду.

— Ты лишь пару месяцев назад ступила на ранг магистэра третьего отсечения, — с волнением произнесла та. — Как… как у тебя получилось прорваться до следующего ранга? Как переступила через три отсечения? Как удалось? Кто тебе помог? С тобой что-то стряслось? Расскажи подробнее. В академии Аронтира должны знать о подобном! Боюсь, сейчас ты самый юный советник Жизни среди целителей.

— Я не знаю, как это случилось и даже если бы знала, то не сказала бы, — огорошила девушка своим заявлением старшую дриаду и правителя Аделлума. — К тому же сейчас речь идёт совсем об ином. Необходимо прояснить самое главное. Ранкар дал слово, что вернет меня домой и собирался это сделать в один из своих будущих патрулей на рубеже. Я благодарю вас, отец, за то, что волновались обо мне, но вы, как и Несущие Бурю, как Наказующие, как Алое Возмездие, Агдейн, Азаих, Норон, да каждый из них желал получить нечто своё. Не надо думать, что я принимаю сторону Ранкара в этой истории, вовсе нет, я пытаюсь смотреть здраво на вещи. Хиал и Ласанта хотели убить его и его друзей, когда те были бесправными смертниками. Они сражались за свою жизнь. Хиал сам повинен в том, что случилось в коллизии, как и повинна Ласанта, что пошла у него на поводу. Сын Азаиха тоже искал выгоду в этой войне, как и все остальные. Как и вы все! Но пока кто-то ищет выгоду, многие попросту хотят выжить. Вы бы не стали сражаться за свою жизнь, отец? Перестали бы сражаться за свой народ? Ответьте!

Вот только ответом на все вопросы оказалось гробовое молчание. Молчала даже целительница из дома Урано.

— Я так и думала, — огорченно пробормотала Диана с бессменной горькой улыбкой. — Каждый в этой войне преследует только свои цели, невзирая на уйму смертей. Как любят многие говорить: «Сильный пожирает слабого». Так что в том, что я лишились невинности виновата только я сама, поэтому отмените охоту на Ранкара.

— Охоту объявил не я, — хмуро пробасил Маркас. — За его головой охотятся Наказующие и Несущие Бурю. Аэрия восприняла оскорбление с Западным форпостом на свой счёт.

— Как это чудесно! Великая Аэрия Ветроносная, правительница одного из старейших орденов Иерихона мстит тому, кто в сотни раз слабее её, — с явной издёвкой ухмыльнулась молодая дриада. — Ушам своим не верю.

— Хватит! Он умрет! УМРЁТ! — выпалил свирепо Маркас. — Если бы я узнал об этом сразу, то прикончил бы этого выродка еще на Западном Пределе! Даже если ты простила его за такое оскорбление, то я простить не могу! И ты в любом случае станешь женой Агдейна! Ты слишком ему приглянулась. Лишь придётся направить его гнев в нужное русло, а восстановлением твоей невинности займётся Лара.

Апартаменты владыки Аделлума девушка покидала в полнейшей тишине, лишь у самого выхода та невольно остановилась и медленно обернулось лицом.

— Вы и вправду изменились, отец. Мне кажется я уже не ваша дочь, а всего-навсего какой-то разменный товар, — со смертельно бледным лицом, прошептала молодая целительница, а на такое заявление девушки владыка Аделлума горько сглотнул. — Если так желаете, то я подчинюсь вам и стану женой Агдейна…

Дверь за юной советницей магии тихо закрылась и в кабинете осталось лишь двое.

— Бедная девочка… — грустно вздохнула Лара, но затем быстро перевела взор на Иллиона. — На кону стоит слишком много, Маркас. Если ты хочешь, чтобы всё осталось в тайне от Алого Возмездия, а задуманное прошло по плану, то мерзавца необходимо срочно уничтожить…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона офицерского состава.

— Вы весьма интересная личность, лейтенант Ранкар, — без тени улыбки, с лёгкой хрипотцой произнесла валькирия, глядя на мои трепыхания. — Думаю, минуты нам хватит…

Твою собачью жизнь! Какого причиндала я вечно куда-то умудряюсь вляпаться? Почему каждый встречный поперечный оказывается на несколько порядков сильнее меня? Неужели я решил собрать на себе все неудачи мира?

В данный миг эмоции душили похлеще удавки на горле. Лишь одно Сущее ведает, что задумала эта дрянь, но убивать меня покамест не торопились. От бабищи веяло ужасающим давлением, а неизвестный барьер не давал нормально двигаться и подавлял все мои жалкие барахтанья сквозь черный туман и неистовство.

Единственное, что получалось нормально делать, так это просто говорить.

— На что нам хватит минуты, если не секрет? — весело щурясь, сипло осведомился я, между делом совершая попытки пошевелиться. — Если вы о сексуальной близости, то с такой прелестной дамой я бы продержался дольше одной минуты. В этом можешь быть уверена.

Стоило мне закончить говорить, как личико неизвестной тотчас окаменело, а давление, исходящее от неё, многократно увеличилось.

« Ты совсем идиот⁈ — встревоженно загомонила Руна. — Сейчас не время для твоих шуточек!»

Прости, характер такой. Ничего не могу с собой поделать.

— Ты хоть понимаешь с кем сейчас смеешь говорить в таком фривольном тоне⁈ — рассерженно прошипела валькирия, чуть склонив голову набок. — Отдаешь себе отчет в том, кому предлагаешь интимную близость⁈

— А чего в этом такого? — тихо рассмеялся я себе под нос, входя в полубезумный кураж. — Вы славная баба, а я славный мужик. Неплохой тандем.

« Ранкар, угомонись!» — воскликнула взволновано Альяна.

Смотри и учись, подруга.

Приходилось вести игру на грани фола, но с каждым моим словом прелестная физиономия неизвестной воительницы становилось всё угрюмее.

— Баба⁈ — рявкнула зло та, хватая меня за горло и со всей силы прижимая к границе барьера, отчего в теле раздался отчетливый хруст костей и треск сухожилий. — Считаешь, я какая-то легкодоступная баба⁈

« Чему учиться? На что смотреть⁈ Нас сейчас прикончат!»

Хотела бы прикончить, так давно бы это сделала. Она пришла не просто так.

— Разве? — прохрипел невнятно я со спокойной улыбкой, но вот воздуха в лёгких становилось всё меньше. — Легкодоступной вы назвали себя сами. Да и что взять с обычного простолюдина? Увы, манерам, меня никто не обучал.

Не знаю, что валькирия смогла рассмотреть на моём лице. Возможно, та сама осознала, что сболтнула лишнего, но буквально через пару мгновений лицо её отчего-то разгладилось, а вот хватка, наоборот, усилилась.

— Поверь на слово, мальчишка. В моих глазах ваши хвалённые главы доминирующих домов и голубокровные наследники ничего не значат. Лишь по одному щелчку пальцев передо мной выстроится очередь из таких «кавалеров», — с неким презрением отчеканила девушка. — А ты, вместе со своим напускным бахвальством в постели со мной долго не протянешь.

— Мальчишка… готов… рискнуть… — сипло рассмеялся я, глядя ей в глаза.

— Молва и собранная информация о тебе не врала! — фыркнула холодно она, тщательно разглядывая моё лицо. — Неуравновешен, раздражителен, жесток, груб, нелюдим, самонадеян, безумен, насторожен, умен и абсолютно не приемлет авторитетов. Будто и не простолюдин вовсе.

— Сплошная ложь, — с наигранным весельем ухмыльнулся я. — Мне многие говорят, что я душка.

Вот только валькирия будто не слышала моих слов и продолжала рассуждать вслух:

— Если честно, то я считала, что буду искать тебя долго. Очень долго. Не думала, что мне повезет практически сразу после проникновения сюда. Весь лагерь гудел о неком бывшем смертнике простолюдине, который за короткий промежуток времени смог добиться столь поразительных результатов. Ни влиятельного дома, ни ощутимой поддержки, совсем ничего. Поднимался со дна. Но сам ли ты умудрился достичь подобного? Не так ли, носитель глифа? — брезгливо осведомилась воительница.

Носитель глифа? Неужели это…

«… глиф — это я, Ранкар, а ты, получается, носитель глифа, – будто пытаясь что-то вспомнить, опустошенно заключила спата. — Так, вроде бы, называли меня, моих сестёр и обладателей рун. Да. Это было очень давно… Во времена существования Пятой Династии».

Что ж, ладно, я понял, мы в дерьме. Но не кисни, подруга. Еще не всё потеряно. Знала бы она наверняка, то не задавала бы наводящих вопросов.

— А подробности будут, уважаемая Майя? — с наигранным непониманием вопросил я, глядя ей в глаза. — А то из вашего абсурда ничего не разобрать. Насчет всех достижений, то это целиком и полностью моя заслуга.

— Абсурд, значит, — усмехнулась свирепо слуга оберега, а после взглянула на мою левую руку. — Сейчас мы в этом убедимся наверняка.

Будто в назидание своих слов та ловко извлекла потрескивающий молнией клинок из ножен на спине и двумя выверенными движениями не только умудрилась рассечь черный туман, но и без каких-либо проблем разрезала все лоскуты, которые скрывали пространственный оттиск.

— Как и думала, — расплылась та в злорадной усмешке, смерив меня уничижительным взором. — Ну здравствуй, мерзкая тварь! Призови глиф! НЕМЕДЛЕННО! Иначе лишишься руки…

Ха-ха-ха! Так она не в курсе. Что ж, в таком разе играем до последнего. Это наш шанс.

Из-за наплыва ярости и злобы изо рта внезапно вырвался истеричный смешок, и я обнажил зубы в насмешливом оскале.

— Я деспот, уважаемая Майя, а если быть точнее, то врожденный деспот. Можете сами убедиться в этом.

Руна, ко мне…

Явись в самой жалкой форме. Без спецэффектов.

Левая рука вспыхнула знакомой иссиня-черной тьмой, а затем в ладони материализовался эфес спаты с обломком клинка. После увиденного глаза валькирии отчего-то задрожали, и та невольно нахмурились, тщательно разглядывая оружие.

— Великий дом Ксант в курсе, как и несколько глав доминирующих домов. Информацию обо мне скрыли намеренно.

— Имя твоего клинка? — стала наседать воительница, вновь усиливая хватку на горле.

— Альяна.

— Почему он поврежден? — не унималась свирепо та. — ОТВЕЧАЙ! НЕ СМЕЙ ЛГАТЬ!

Мириада счастливых случаев! Ох, Руна, кто бы знал, что твоё разрушенное состояние пойдет нам на пользу.

— Потому как она спасла мою жизнь, когда я захватывал Западный форпост, — пошел я ва-банк. — Оттиск еще не восстановился до конца.

Всего на мгновение валькирия замешкалась, но уже через секунду у неё между пальцами блеснула сфера, которая окутала меня едким желтым сиянием.

Надо же. Знакомый предмет. Артефакт правды и лжи. Правда, не простой. От него за версту разит потусторонней мощью. Скорее всего, с этим обычный метод не прокатит, но есть запасной вариант.

Руна, отвечай вместе со мной, — приказал я. — Но говори только правду.

«Сделаю», — с неким волнением отозвалась та.

— Твоё настоящее имя? — резко спросила она.

Вот же дура! Кто задаёт вопросы в подобном ключе?

«Влад Верейский».

— Ранкар… — спокойно изрёк я, а после моих слов сфера слабо запульсировала.

— В чем подвох⁈ — рыкнула та на меня. — Где ложь?

Проклятье. Эта штука действительно совсем не простая.

— Нет никакого подвоха, — усмехнулся расслабленно я, играя свою роль до конца. — Просто с некоторых пор я стал частью доминирующего дома. Отныне я… Ранкар Хаззак.

Пульсация сферы тотчас прекратилась.

— Ты носитель глифа⁈ НУ ЖЕ! ГОВОРИ! — зарычала яростно валькирия.

— Нет! — выпалил колко я.

«Да», — с тревогой произнесла Альяна.

Вот только сфера колебалась всего мгновение, а затем вновь пульсация прекратилась.

— Нет! Что-то не так. Что-то не сходится, — холодно прошипела Майя, глядя мне в глаза. — Я чувствую, что ты не так прост! Я уверена, что именно ты носитель глифа. Всё просто вопит об этом.

— Понятия не имею, о чем ты, но тебе лучше меня отпустить. Прямо сейчас. Само собой, если вы не хотите разбираться с последствиями.

Весьма слабая попытка, но чем не вариант?

— Последствия? — усмехнулся коварно та. — Считаешь, что я боюсь каких-то последствий? Считаешь, что я опасаюсь вмешательства глав великих домов? Для меня вся эта голубокровная знать ничего не значит. Кем ты себя возомнил? По-видимому, ты и вправду не понимаешь, кто я такая на самом деле. Впрочем, есть только один шанс во всём удостовериться. Думаю, только госпожа сможет определить, кто ты на самом деле.

Твою собачью жизнь! Этого мне еще не хватало. Если она называет кого-то госпожой, то такой может быть только оберег, а среди оберегов северного пантеона есть только одна женщина. Фрея. Нет уж! В гробу я видел такое счастье. До подобных встреч я еще не дорос. Уж лучше сдохнуть в состоянии неистовства, чем в руках у какой-то бабищи.

Ты уж прости меня, Руна, но обещание я вряд ли сдержу, — с грустью изрёк я.

' Ты и я одно целое. Ты мой носитель, отныне и навеки, — с какой-то потаённой радостью отозвалась спата. — Куда ты, Ранкар, туда и я. Действуй…

— Боюсь, придётся разочаровать как тебя, так и твою сраную госпожу, — сплюнул пренебрежительно я, попутно с этим собирая воедино все силы. — Потому как с тобой я никуда не намерен идти.

Стоило мне закончить, как в глазах у валькирии вспыхнула злоба с негодованием.

— Мне послышалось или ты посмел оскорбить мою госпожу⁈

— Не послышалось! — осклабился полубезумно я. — Можешь поцеловать меня в зад вместе со своим оберегом! В гробу я видел вас обеих! Уже тошнит от того, что каждый встречный считает меня мальчиком для битья! Так вот раскрою тебе секрет, стерва, я совсем не такой. Я выше всего этого. Гораздо выше…

— МЕРАЗАВЕЦ!!! ЧТО ТЫ УДУМАЛ⁈

Гнев, ярость, раздражение, злоба, горечь. Накатывающие волны неистовства уже невозможно было терпеть, а эмоциональный клин медленно разрушался под их наплывом.

Однако кто бы знал, что прибегнуть к запретным резервам попросту не дадут, потому как в следующую секунду аурное поле ощутило чьё-то присутствие, а следом офицерский шатер оказался стёрт с лица военного лагеря. Вот только барьер даже не шелохнулся под напором могущественной эссенции, а валькирия с невозмутимым видом оглянулась по сторонам и широко улыбнулась, встретившись глазами с Изувером.

Проклятье! Да вы издеваетесь, что ли? Даже сдохнуть нормально не дают…

— Зря стараешься, Дэймон Хаззак, — улыбнулась надменно та, продолжая держать левой ладонью меня за горло, а второй загнав клинок обратно в ножны, быстро извлекла из пространства странный металлический предмет квадратной формы. — Ты же знаешь, кому принадлежит этот барьер.

— Мне плевать на Фрею! Тебе лучше отпустить моего воспитанника, валькирия, и объясниться! — угрожающе изрёк деспот. — Не забывай, где ты находишься! Тут не северный пантеон.

— Твои угрозы не более, чем пустой звук для меня, — не осталась та в долгу, а затем тряхнув меня за глотку, сжала куб между пальцами. — А с мальчишкой можешь распрощаться… Он всё равно не жилец.

Лишь через секунду я осознал, что предмет на самом деле являлся маяком перемещения.

— Распрощаться? — хрипло выпалил я, а после задорно подмигнул Хаззаку. — Вот уж дудки. Говорил же, в зад меня поцелуй, стерва…

Руна, ко мне…

Первичное состояние неистовства…

Теневой рывок…

В последний перед перемещением миг, мне не только каким-то чудом удалось сбросить с себя давление валькирии, но и со всего маху приложиться ногой воительнице по рёбрам, а ещё метнуть спату прямиком в маяк.

И судя по яростному крику после пространственной вспышки, которая перенесла нас в неизвестность, подгадить стерве я всё-таки успел:

— НЕТ! Что ты наделал, мерзавец?..

Аххеский пантеон.

Территория великого дома Аванон.

Равайн. Оплот основной ветви великого дома Аванон.

12 августа 4055 года от начала Великой Миграции.

Где-то среди садов Равайна…

— Знаете, Марриуз, своим лицом вы мне кое-кого напоминаете. Одного интересного безумца…

Стоило прозвучать этим словам, как прибывшая княгиня с сыном невольно переглянулись и над чем-то задумались, а государь Российской Империи изумлённо хмыкнул.

— Рухнуть небесам к полудню… Сиана! — возмутился тотчас Хаймон, прожигая грозным взглядом феникса. — Что ты себе позволяешь⁈ Не позорь наш великий дом! Мелитта, займись своей воспитанницей! — приказал полубог рядом стоящей женщине, которая хмурилась от недовольства. — Уважаемые гости и лично тебе, Марриуз, я приношу свои искренние извинения за подобное. Нрав нашего будущего созвездия слишком необуздан.

— Всё в порядке, — с долей удивления проговорил молодой мужчина, жестом руки успокаивая владыку. — Многие мне говорят, что я копия своего отца, а он единственный интересный безумец, которого я знаю. Впрочем, сомневаюсь, что уважаемая Сиана с ним встречалась.

Тем не менее, вместо какого-либо ответа девушка продолжала тщательно осматривать лицо прибывшего человека.

— Определенно сходство имеется, — не унималась та. — Причем сильное. Но вы правы, князь, с вашим отцом я никогда не встречалась. Однако я слышала, что хранитель является нынешним главой загадочного рода Лазаревых.

— Когда отец подолгу отсутствует, то его полномочия переходят ко мне до его возвращения, — с радушной улыбкой пояснил парень. — Сейчас как раз именно такой этап времени.

— Император… — вдруг подал голос Аванон, но Романов внезапно покачал головой.

— Мы оба правители, будет достаточно по имени. Я лишь жду от вас ответной взаимности.

На такую просьбу Хаймон только дружественно поклонился и рукой указал в сторону отворяющихся врат.

— В таком случае, Ростислав, прошу вас к столу. Думаю, вы устали с дороги. К тому же главы великих домов прибудут только к вечеру. Надеюсь, вы не сочтёте это за грубость.

— Вовсе нет. Я рад быть вашим гостем и всегда открыт к сотрудничеству.

— Кстати, Валери мне рассказывала, что вас обучал один из архидемонов Инферно, — продолжил допытываться Аванон, неспешно двигаясь вперед. — Это действительно так?

— Сущая правда. Мой учитель и вправду является одним из могущественных архидемонов.

— По всей видимости ваши демоны гораздо миролюбивее тех, с кем пытаемся уживаться мы. Можно сказать, что вам повезло.

— Если не ошибаюсь, у вас с ними конфликт? — заметил Романов.

— Чего уж там, — тяжело выдохнул Хаймон, закатывая глаза. — Откровенная вражда. Воюем на протяжении веков. Разломы открываются практически повсеместно по всему Вечному Ристалищу. Стычки, войны, набеги. От них страдают все пантеоны, а не только наш.

— Честно признаться, вначале у нас тоже не заладилось, — задумчиво изрёк император. — Всё это благодаря нашему хранителю. Без него ничего бы не вышло.

От услышанного брови Аванона полезли на лоб и резко остановившись, тот с вопросом уставился на Ростислава:

— Ваш оберег собственноручно утихомирил демонов?

— Можно и так сказать, — согласно кивнул Романов. — Но всё же Захар предпочитает слово «хранитель» или же просто князь.

— Захар? — опешил внезапно Хаймон. — То есть это… это…

— Так зовут моего отца, — усмехнулся Марриуз, вышагивая рядом с мужчинами.

— Вы… вы можете обращаться к такому могущественному существу по имени? — с нарастающим ошеломлением осведомился у Романова Аванон.

— Он мой друг, а также муж моей родной сестры. Естественно, я могу обращаться к нему по имени.

Каждое прозвучавшее слово отзывалось в голове у Хаймона необычайным шоком и трепетом.

— Наши обереги очень редко вмешиваются в дрязги смертных, — скрытно сглотнув, хрипло пробормотал полубог.

— Об этом я уже наслышан. Захар мне обо всём рассказывал.

— А если… если возникнет возможность, — с неким смущением изрёк Аванон, вновь замерев на месте. — Вы смогли бы познакомить меня с вашим хранителем?

— Не вижу в этом проблем, — пожал плечами Романов. — Захар вроде бы не скрывается от людей.

— Разумных, — с тёплой улыбкой поправил императора Хаймон. — На Альбарре принято говорить разумных. Благодарю вас, Ростислав, за это обещание. Великий дом Аванон надеется на будущее благотворное сотрудничество между нашими мирами. Отныне можете вести себя в Равайне, как дома.

— Как бы то ни было, но аххеский пантеон сейчас охотнее прочих идёт на контакт. Мы и сами будем рады доброжелательным соседям, но не все следуют вашему примеру.

— Наши обереги дали своё согласие на сближение. Насчет других пантеонов ничего не могу сказать, — серьезно проговорил полубог. — Предлагаю обсудить все подробности после прибытия остальных глав великих домов.

Именно за такими беседами группа мужчин неспешно удалялась вперед, пока троица женщин разговаривали между собой, но когда правители отошли на приличное расстояние, княгиня внезапно остановилась и загадочно посмотрела в глаза будущему созвездию.

— Сиана, а ты не могла бы более подробно рассказать о том, кто так сильно похож на моего сына?

— Простите меня, госпожа, — вдруг повинилась феникс. — Вероятнее всего я ошиблась и взяла на себя слишком много.

— И всё-таки, — переглянувшись с Валери, настояла на своём женщина, аккуратно подхватывая девушку под руку. — Расскажи. Мне интересно послушать…

Военный лагерь великого дома Ксант.

Зона офицерского состава.

Впервые за последние лет десять Хаззак находился вне себя от жуткой ярости. Причем злился он в большей степени на себя. Когда к нему примчалась Маннисса сначала он не поверил, что Ранкару требуется помощь, но увидев одну из норманнских воительниц все домыслы попросту испарились. Исчезли в пространственной вспышке. Исчезли так же быстро, как и его воспитанник.

Хотелось рвать и метать. Хотелось разорвать кого-нибудь на части из-за собственной промашки, но, увы, подобными выходками делу не поможешь. Он был первым, кто примчался на место происшествия, а через несколько секунд рядом с ним объявилась и Знающая дома Хаззак.

— Дэймон, что стряслось⁈ — с недоумением вопросила женщина. — Почему я чувствую тут запредельное количество силы? Какой идиот тут открывал портал? Кто посмел⁈ Погодите-ка… Это же шатер Ранкара! Где мой племянник⁈ — переполошилась не на шутку Имания, оглядываясь по сторонам. — С ним что-то случилось?

— Валькирия, — кратко выпалил деспот. — Ранкара забрала валькирия.

— Валькирия? Тут? В лагере? — грозно свела брови целительница, начиная выходить из себя. — Куда смотрит служба безопасности Ксанта⁈ Зачем валькириям вообще понадобился мой племянник? Они совсем страх потеряли, вертихвостки пернатые⁈

— Я не знаю, Имания, — покачал головой Хаззак. — Но обязательно это выясню. Обязательно!

Не прошло и пары минут, а к эпицентру события начали стягиваться десятки офицеров, но следом за Дэймоном и целительницей примчалась Маннисса, а уже за ней чуть ли не по пятам следовали Осколки.

— Займись поисками, а я переговорю с Кайсой, — свирепо прошипела Имания, глядя куда-то вдаль, а затем она моментально исчезла в изумрудной вспышке. — Эти надменные бабищи пожалеют, что вздумали связаться со Знающей.

В округе уже стал нарастать гам, но в присутствии главы доминирующего дома пересуды и обсуждения оказались до нельзя тихими и едва разборчивыми.

— Дочь моя, прикажи нашим офицерам осмотреть лагерь, — начал отдавать приказы Дэймон. — Пусть все перероют вверх дном.

— А если… если его не найдут? — с некой тревогой обронила девушка.

— Тогда придётся действовать иначе, — холодно выпалил деспот, сжимая и разжимая кулаки, а затем его взор упал на пятерку воителей во главе с Аркасом. — Вы, пятеро, за мной. Живо! Расскажите обо всём в мельчайших подробностях, потому как я не намерен терять первого и единственного воспитанника из-за чьих-то интриг.

«Ранкар…»

Какого хе…

«Ранкар!»

Да что за ху…

«РАНКАР!»

Проклятье!

«РАНКАР, ЗАДЕРИ ТЕБЯ ДРЕВНИЕ, ОЧНИСЬ ТЫ, НАКОНЕЦ-ТО!»

Наверное, именно этот вопль Руны заставил разлепить свинцовые веки. Болело практически всё, начиная от ногтей на ногах и заканчивая кончиками волос. Складывалось впечатление, что тело пропустили через мясорубку и следом по-быстрому слепили меня любимого обратно.

Вот только не это являлось самым худшим. Самое худшее происходило над головой.

Прямо сейчас среди вечернего сумрака та самая стерва-валькирия в ожесточенной схватке сошлась с двумя скелетообразными чудовищами. Чудовищами, которые по своему виду напоминали летающих ящериц, а если быть точнее, то виверн или же драконов.

« Наконец-то! Поднимай задницу, Ранкар, и бежим отсюда! Валькирия выиграет немного времени!»

Теневой провал…

Дважды повторять не пришлось, потому как находясь на отдалении от сражающихся удушающее напряжение достигало колоссальных масштабов. Тело за секунду оказалось на ногах, а в следующий миг обратившись черным туманом оно тотчас переместилось на несколько десятков метров прочь.

В курсе, что это за дрянь?

«Некродраконы. Причем два штуки. Не знаю, где мы находимся, но эти существа необычайно сильны».

Бежал я на протяжении пары минут, но рёв чудовищ не затихал ни на секунду. Мерещилось, что валькирия преследует меня, а уже за ней гонятся мёртвые твари.

Вот только чем дольше я удалялся от места сражения, оглядываясь по сторонам, тем необъяснимее становилось на душе. Складывалось ощущение, что я уже бывал в подобных местах, но стоило перемахнуть через скалистую гряду, как пришлось выпасть в осадок от осознания и невольно скривиться.

Очень далеко впереди виднелся знакомый вихрь огромных размеров, что вздымался до самих небес. Похожий вихрь я уже видел однажды. В коллизии. Впрочем, этот вихрь отличался, потому как его едкий грязно-зеленый цвет не сулил абсолютно ничего хорошего и об этом явственно твердил пульсирующий протест.

Мириада сраных бед! И куда только стерва пернатая нас затащила⁈

Тем не менее пока я ковырял пальцем в носу, проклиная всё на свете, случилось нечто непредвиденное. Образовалась гробовая тишина. Рёв некродраконов отчего-то прекратился, а стоило мне обернуться назад то увидел, что вместо того, чтобы парить в небе две груды костей распластались на скалах.

« БЕГИ, РАНКАР, БЕГИ!» — завопила, что было сил Руна.

Ирззу распутницу мне в жены! Да сколько можно? Надо мной издевается, что ли, кто-то?

Однако крик был излишним, потому как оживившийся протест и резкая боль в затылке сигнализировали о том, что дела мои отборная дрянь, но стоило сделать три сотни шагов и трижды использовать провал, как до ушей донесся тихий свист, а затем в паре десятков впереди спикировала знакомая женская тень.

Вот только от былой красоты и могущества валькирии абсолютно ничего не осталось. Доспехи повреждены в нескольких местах. На груди, животе и шее зияли глубокие раны, весь силуэт был залит кровью, а одно из крыльев, по-видимому, кто-то вырвал с корнями. Сама девица едва стояла на ногах, но взгляд розово-голубых глаз, что полыхали ненавистью и гневом был направлен лишь на меня.

— Это ты… ты во всём виноват, — захрипела обессилено крылатая. — Если бы ты не вмешался, то мы бы… мы бы…

Вот же зараза! Живучая стерва!

— Но-но, дамочка! — повысил я голос, нагло её перебивая. — Не я первым начал. Предъявы не по адресу. Я не виноват.

— Мерзкий подонок, ты хоть… ты хоть знаешь, куда мы попали?

— Понятия не имею, — пожал я плечами, быстро собираясь с силами. — Главное, что не у твоей сраной хозяйки. Плевал я на всех оберегов с высокой колокольни. За каким бесом ты вообще ко мне полезла?

Не факт, что получится её одолеть, но на закланье я не пойду.

— Идиот! — рявкнула зло она. — Госпожа хотела лишь поговорить с тобой, а мы угодили в мёртвую коллизию.

— Так, а какого причиндала ты молчала? — скривился недовольно я. — Если твоя хвалёная Фрея так хотела поговорить с каким-то отщепенцем, то сама бы пусть пришла! Сдался ей какой-то простолюдин? К тому же как попали в коллизию, так и выберемся. Бывал в дерьме и похуже.

— Глупец! Из мёртвых коллизий невозможно выбраться, а артефакт-проводник ты сломал!

Твою собачью жизнь! Этого еще не хватало.

— Госпожа хоть и просила притащить тебя живьем, но я… я… я сейчас тебя…

Что именно собиралась сделать валькирия никто так и не понял, потому как стоило ей сделать пару шагов в моём направлении, как та сильно задрожала, после пошатнулась и на третьем шаге попросту завалилась набок без каких-либо чувств. Не помог даже клинок, на который та пыталась опереться.

«Неужели пронесло?» — с недоверием вопросила Руна.

Вот уж дудки. Оглянись по сторонам. Тут тварей немерено.

«Что будем делать с ней»?

— А вот бес её знает, — выдохнул протяжно я, шагая в сторону валькирии. — Может добьём?

Честно сказать, после всего что сделала эта стерва, желание прирезать валькирию имелось жуткое, но чем дольше я наблюдал за ней и анализировал произошедшее, тем необъяснимей становилось на душе.

Руна ко мне…

Спата в руке материализовалась моментально.

«Всё-таки добьёшь»?

Сейчас проверим.

В итоге все подозрения подтвердились. Чем ближе я подходил к изувеченному телу пернатой, тем быстрее внутри росло невероятное чувство подъёма. С каждым шагом потусторонний зловещий шепот звучал всё громче на задворках сознания, а всепоглощающий нарастающий голод твердил о том, что прямо сейчас в груди у девицы таилось нечто драгоценное. Очень драгоценное. Настоящий деликатес.

Я слышал её затихающее сердцебиение. Я видел её источник сквозь кожу и доспехи. Я отчетливо ощущал, что, поглотив его, стану сильнее. Гораздо сильнее. Ведь её магический и физический потенциал оказался на порядок могущественней, чем у остальных.

Ярость. Раздражение. Гнев.

При любом шаге эмоции выходили из-под контроля. Шепот казался неуправляем. Два этих фактора требовали забрать у этой идиотки всё. Лишить её всего. Поглотить и осушить силу до самого дна.

Отнять! Сожрать! Наказать!

От нестерпимого желания руки сами начали дрожать, а сердцебиение непроизвольно участилось. Из-за жуткого наплыва чувств, пальцы коснулось страшных ранений валькирии и опробовали на вкус кровь. Даже кровь воительницы пропиталась силой. Силой оберега и её собственной. Я прекрасно осознавал, что если не поглощу источник сейчас, то в будущем такого шанса может не представиться.

' Ты с нова его чувствуешь? — с потаённым волнением прошептала Руна.

— Этот голод как волна… — хрипло вырвалось у меня. — Честно признаться её источник неподражаем. Её резерв не идёт ни в какое сравнение с другими.

«Ты… ты можешь её описать? — изумлённо пробормотала Альяна. — Силу»?

— С некоторых пор я могу описать любую силу, — сглотнул невольно я. — У неё она на вкус как приятный чуть сладковатый лёд с запахом зелени и слабой морозной свежести.

«Ты в курсе, что описать и ощутить запах силы умеют отнюдь не многие? Вероятнее всего, всё это благодаря их хозяйке, Ванадис, — просветила меня спата, отчего я выпал в осадок, но следующие её слова малость сбили с толку. — Плюс она хороша собой. Что и неудивительно, – фыркнула злобно та. — Дочери Фреи все как на подбор».