— Ой, мамочки, куда по грядкам-то! — завопила Мелисса и на секундочку закрыла глаза. В ее любимом огородике сейчас творился форменный бардак: инспектор Каспер Бленд в своей министерской мантии и лакированных туфлях носился между ровными рядами овощей, пытаясь изловить улепетывающую со всех ног бумажную жабу.

Земноводное, которое ещё три минуты назад было бумажным формуляром, на котором красными чернилами было написано предписание о закрытии фермы, сдаваться не собиралось. Квакушка лихо перемахнула через кусты патиссонов, ехидно квакнула и скрылась в густой тыквенной ботве.

— Стой, нарушительница! Кому говорю! — Каспер, недолго думая, нырнул следом в зеленые заросли. Он шарил руками под листьями, отодвигал тяжелые тыквы и громко костерил бумажную жабу на одному ему известном языке. Вскоре оттуда послышался его восторженный вопль.

— Ага! Попалась, негодница! — Каспер победно выпрямился. В одной руке он держал за задние лапки вырывающуюся бумажную жабу, а другой попытался вытащить из мантии волшебную палочку. — Не дергайся, ты, кому говорю! Сейчас мы тебя быстро приведем в исходное состояние…

Мелисса обречённо вздохнула. Если этот ретивый инспектор пробудет здесь еще пять минут, он превратит её уютный и аккуратный огородик в хаос. Она громко хлопнула в ладоши.

— Бленд, уберите палочку! Сейчас же! — закричала она и притопнула ногой. — Вы — ходячая катастрофа! Я же просила не колдовать на моём огороде! Здешние тыквы от чужой магии нервничают. Смотрите, Люсинда уже на вас косится!

Огромная рыжая тыква весом под сто фунтов и впрямь подозрительно качнулась в сторону стоявшего в тыквенных зарослях инспектора.

Каспер удивленно вскинул на Мелиссу совершенно наивный взгляд. Выглядел столичный маг как ходячее хэллоуинское несчастье. Его, некогда синяя мантия была сверху до низу покрыта грязью, островерхая шляпа сидела набекрень, а из правого кармана сиротливо торчал полузасохший кленовый лист.

— Да вы не понимаете! — Каспер покрепче перехватил брыкающуюся жабу, которая так и норовила выскользнуть из его пальцев. — Ей нужно срочно вернуть первоначальный вид! Если она окончательно одичает и ускачет в болота, я не смогу закрыть вашу ферму и отчитаться в Министерстве! Вы представляете, что со мной сделает начальство, если я вернусь без этого формуляра? Меня же сошлют в Департамент утилизации испорченных зелий! А там, между прочим, круглый год пахнет тухлой капустой и болотной жижей!

— Ах, в Департамент тухлой капусты, говорите? — Мелисса ядовито улыбнулась и демонстративно скрестила руки на груди. — Какая жалость. А я-то думала, что портить чужие заборы и топтать призовые овощи — это ваша основная специальность. Значит так, господин Бленд. Судьба вашей жабы и вашей карьеры меня сейчас волнует меньше всего. Советую вам убраться отсюда поскорее, иначе…

Договорить она не успела. Из-за большого кабачка свистя и щелкая, вылетело рыжее пузатое нечто. Это был Хвостик – дух фермы и верный страж Мелиссы. Круглый колобок размером с небольшую тыкву, на ножках-веточках и задорно торчащим на макушке зеленым хвостиком, заменявшим ему хохолок. Хвостик стремительно скакал в сторону обескураженного мага, поблескивая черными глазками и угрожающе скрипя.

— Пресвятые волшебные палочки! Это еще что такое?! — в панике завопил Каспер.

Он в страхе попятился назад, но зацепился каблуком за толстую тыквенную плеть, не удержал равновесия и плюхнулся задом в жирную огородную грязь. Его любимая высокая шляпа с золотой кисточкой слетела с головы и приземлилась рядом. От неожиданности инспектор разжал пальцы и бумажная жаба, почуяв свободу, выскочила из руки.

Шлеп.

Прыгающий комок министерского бланка с мокрым чавком врезался в лицо Каспера, оттолкнулся лапками и гигантским прыжком скакнул в заросли ежевики.

Волшебная палочка тоже решила отправиться в самостоятельный полет. Она выскочила из кармана мантии, ударилась о кочку и скастовала какое-то заклинание, сыпанув ядовито-розовыми искрами.

— Ёлки-поганки и хвост фамильяра! — только и успел выкрикнуть инспектор, зажмуриваясь от ужаса.

В тот же миг по огороду пронесся странный ветерок, от которого все кабачки вокруг вдруг начали… тихонько и тонко кудахтать, словно перепуганные куры. Они смешно прыгали на своих черенках, пытаясь оторваться от материнской плети и разбежаться по огороду.

Не теряя времени в суматохе, Хвостик подскочил к шляпе Каспера, победно пискнул и, подхватив ее кинулся к домику.

Мелисса ошалело наблюдала за этим разгулом магической анархии, переводя взгляд с несчастного инспектора на дверь дома, за которой скрылся Хвостик с трофейной шляпой, на грядки и снова на инспектора. Кабачковый хор набирал обороты: овощи громко кудахтали, хлопали листьями и явно намеревались устроить массовый побег с грядок.

— Бленд! — Мелисса зажмурилась, сосчитала до трех и уставилась на инспектора, который всё ещё сидел в грязи с открытым ртом. — Какого лешего вы здесь устроили?! Мало того, что вы пришли закрыть мою ферму, так ещё и превратили ее в овощную птицефабрику! Я же сказала вам, что на моем огороде обычная магия не работает!

Каспер испуганно сглотнул, осторожно потер ушибленный зад, и покосился на ближайший кабачок, который задорно прыгал по грядке, пытаясь оторваться от стебля.

— Я… я не хотел! Она сама, клянусь! — запричитал он, оглядываясь в поисках палочки. — И вообще, что это за рыжий монстр, который украл мою шляпу?! Он бешенный?! У него зубы есть?!

— Это Хвостик, дух моей фермы – добрый и милый. И зубов у него нет, зато сообразительности побольше, чем у некоторых инспекторов! Так, сидите тихо, я сейчас…

Что собиралась сделать ведьма, так и осталось загадкой. В этот момент самый крупный кудахтающий кабачок издал заливистый петушиный крик, с треском оторвался от материнского стебля и весело припустил в сторону забора. За ним, хлопая листьями, с грядок посыпался весь остальной выводок курокабачков.

— Мать моя инструкция, отец мой параграф! Они разбегаются! — взвизгнул Каспер, вскакивая на ноги.

Мелисса лишь тяжело вздохнула. Накануне Ночи Всех Духов она была готова к любым неожиданностям: нашествию призраков, нападению вредных летучих мышей и даже слету нечисти у нее перед домом. Но то, что министерство пришлёт к ней мага-катастрофу, у которого руки растут из самого неподходящего места было выше её ведьминского терпения.

— Прекратить панику, инспектор! Хватайте инвентарь! — Мелисса молниеносно выудила из-за бочки с дождевой водой большую плетёную корзину для картошки. Она бесцеремонно впихнула её в руки ошарашенного Каспера и подтолкнула его в сторону улепетывающих овощей.

— Бегите к забору, перекройте им путь! А я зайду с тыла!

— Что?! Вы хотите, чтобы я ловил это овощное недоразумение?! Смею напомнить, что я здесь для других целей! — Каспер возмущенно отбросил корзину и уставился на ведьму.

— Ах, вот как! Другие цели у вас! Какие же, позвольте спросить? — Мелисса уперла руки в бока и решительно двинулась в сторону инспектора. — Сломать мне забор, потоптать огород, испортить урожай и изловить бумажную жабу? А исправлять плоды вашего труда кто будет?

Она подошла к Касперу вплотную и больно ткнула его пальцем в грудь.

— Не злите ведьму, инспектор, — понизив голос доверительно проворковала она. — Советую вам решать проблемы мирным путем.

С этими словами она впихнула ему в руки корзину.

— Вперед, Бленд. Кабачки вот-вот убегут через сломанный вами забор, а ловить их по улице будет весьма неудобно.

Следующие пятнадцать минут огородик Мелиссы напоминал сумасшедший дом. Каспер в лакированных туфлях, как олень резво скакал по грядкам, перепрыгивал через тыквенные плети и самоотверженно нырял в кусты, пытаясь накрыть плетёнкой прыгающие овощи. Кабачки оказались на редкость вёрткими, быстро улепетывали от преследователя и ехидно пищали каждый раз, когда Каспер растягивался на грядке.

Мелисса действовала куда ловчее. Она сноровисто собирала взбесившийся урожай, волшебным щелчком возвращала их в исходную форму и складывала аккуратной кучкой возле бочки с дождевой водой. Вылавливая очередного курокабачка из-под колючих кустов дикой ежевики, она заметила странное шевеление. Из-под веток робко высунулась оранжевая мордочка бумажной жабы. Земноводное выглядело помятым, мокрым и глубоко раскаявшимся.

Ведьма хитро прищурилась, покосилась на Каспера, который как раз с криком «Арестую!» шлёпнулся в куст патиссонов, и быстро сцапала жабу. Та лишь тихонько пискнула. Мелисса волшебным щелчком превратила несчастное создание снова в министерский формуляр, ловко сложила его и запихала глубоко в карман своего фартука. «Ну, маг несчастный, ищи теперь свою жабу хоть до следующей Ночи Всех Духов!» — злорадно подумала она. Отдавать магу этот документ она совершенно не планировала.

— Всё! Я поймал последнего петуха… то есть, кабачка! — победно завопил Каспер, выбираясь из зарослей. На дне его корзины уныло попискивали и трепетали потрепанными листочками три курокабача.

— Отлично. Хватит на рагу, — Мелисса забрала у него корзину и погладила пернатые овощи – на глазах у изумленного Каспера они приняли свою обычную форму. Критично оглядев мага с ног до головы, ведьма в который раз за утро вздохнула.

— Вы похожи на болотное чудище, инспектор. Идёмте в дом – приведете себя в порядок и погреетесь.

Она провела его в уютную, просторную кухню, где дышала теплом большая печь, а воздух был напоен густым ароматом свежей выпечки и корицы. Каспер, дрожа от осенней сырости, сиротливо замер у порога, боясь ступить на чистый деревянный пол своими облепленными грязью туфлями. Под его ногами медленно растекалась грязная лужа. На шум из-под печки высунулся Тыквенный Хвостик. Он уже водрузил огромную министерскую шляпу Каспера себе на макушку и теперь ехидно похрюкивал, разглядывая грязного гостя.

Мелисса вздохнула, поставила корзину с кабачками возле печи и подтолкнула мокрого Каспера к столу.

— Не стойте столбом, Бленд, — приказала она. — Разувайтесь и проходите к столу. И дайте мне свою мантию – я посмотрю, что с ней можно сделать.

Она быстро налила в большую глиняную кружку горячего, дымящегося чая, бросила в него ломтик лимона и положила ложку меда. Рядом на блюдце она поставила имбирные пряники. Все это она подвинула к Касперу.

— Держите, инспектор. Пейте, пока хвост не вырос от здешней магии.

Каспер с благодарностью перехватил горячую кружку обеими руками, сделал глоток и зажмурился от удовольствия. Тепло мгновенно разлилось по телу. Но стоило ему взглянуть на свою грязную мантию в руках Мелиссы, как в нём снова проснулся столичный снобизм.

— Я признателен за чай, ведьма, но смею напомнить, что я — дипломированный маг! — Каспер гордо вскинул подбородок, отчего прилипшая к его носу тыквенная семечка забавно качнулась. — Я прекрасно знаю, что делать с грязной одеждой. Для этого есть заклинание «Абсолютная чистота». Это магия третьего уровня и не под силу простой деревенской ведьме! Так что я вынужден просить вас вернуть мне мантию – я справлюсь сам!

— Вы снова хотите устроить катастрофу? — прищурилась Мелисса и для верности спрятала мантию инспектора за спину. — Я устала вам повторять, что у меня на ферме обычная магия не работает! Здесь действует особое волшебство Очага, которое искажает любое чужеродное заклинание.

— Вы сильно преувеличиваете силу своего Очага, дорогая ведьма, — рассмеялся отогревшийся и вернувший свою уверенность Каспер. — Что может случиться? Если все сделать правильно, через мгновение мантия будет чистой. Ну же, отдайте ее мне.

Он требовательно протянул руку и вытащил из кармана подобранную на огороде палочку.

— И вообще, лучше подумайте, как забрать мою шляпу у вашего тыквоголового друга.

На эти слова Хвостик обиделся – он возмущенно защелкал и громко топая ножками-веточками угрожающе двинулся на Каспера. Мелисса от такой наглости открыла рот, а потом, ехидно хмыкнув, сунула грязный комок ткани магу в руки.

— Ну, как знаете, — усмехнулась она. — Не говорите потом, что я вас не предупреждала. Хвостик, назад! Сейчас будет интересно!

Не слушая её, Каспер махнул палочкой, пробормотал что-то вроде «столярикус-малярикус» и сделал замысловатый пируэт, завершая заклинание.

Послышался громкий щелчок, похожий на лопнувший мыльный пузырь, а потом вспыхнул яркий оранжевый свет. Но вместо того, чтобы очистить мантию от грязи, магия Каспера снова сработала шиворот-навыворот. Синяя ткань побледнела, перекрашиваясь в нежный кремовый цвет, а затем по ней ровными, аккуратными рядами поползли… весёлые, ярко-рыжие зубастые тыковки и зеленые хэллоуинские листочки. Через минуту строгий столичный чиновник был одет в самый нелепый и жизнерадостный праздничный балахон в истории королевства.

От печки раздался веселый писк — Хвостик катался по полу от хохота, придерживая веточками министерскую шляпу. Мелисса округлившимися глазами смотрела на то недоразумение и еле сдерживалась от того, чтобы не рассмеяться.

Каспер обреченно посмотрел на мантию, покрытую улыбающимися тыквенными рожицами, и его плечи бессильно опустились.

— Пресвятые волшебные палочки… — жалобно и очень тихо прошептал он. — Скажите, ведьма… а у вас на ферме есть яд? Потому что, если меня в таком виде увидит начальство, я буду до конца дней переписывать архивы в костюме кролика.

— Яда нет, но есть ультиматум, — Мелисса скрестила руки на груди, лукаво прищурившись. — Мой забор сломан, а огород атакован бумажной жабой и кудахтающими кабачками. К тому же, из-за всей этой кутерьмы, что вы устроили, я не успеваю приготовить тыквенное печенье для праздничного Фестиваля Ночи Всех Духов. Так что выбор у вас небогатый, господин Бленд. Либо вы отправляетесь спать в холодный сарай, где у меня, к слову, живут весьма наглые и голодные привидения, а наутро отбываете в Министерство со всеми отчетами о проделанной работе, либо…

Каспер умоляюще посмотрел на ведьму и сложил на груди руки в характерном жесте.

— Либо вы прямо сейчас надеваете фартук и помогаете мне месить тесто. Кулинария — это ведь тоже своего рода структуризация, верно? А завтра вы почините мой забор и наведете порядок в огороде. Может и жабу свою бумажную изловите… И зовите уже меня Мелиссой – я хоть и ведьма, но имя у меня тоже есть.

Каспер перевел взгляд на окно. За ним уже сгущались синие осенние сумерки, а до Ночи Всех Духов оставались считанные часы. Затем он посмотрел на свою мантию «в тыковку» и тяжело вздохнул.

— Ладно, — обреченно процедил он, косясь на печь. — Давайте ваш фартук. Но учтите: я буду работать строго по стандарту!

Каспер уже минут пятнадцать скакал по кухне, пытаясь завязать на спине большой кухонный фартук, которым снабдила его вредная ведьма. Он изгибался, пыхтел и шипел, а завязки продолжали путаться и выскальзывать из его пальцев. Он в который раз недовольно посмотрел на аккуратный бантик, который красовался у Мелиссы со спины в районе талии – вот как она это делает? Инспектор попытался было справиться с непослушными тесемками с помощью магии и потянулся к палочке, но ведьма строго покачала головой.

— Даже не думайте, Бленд. — она строго погрозила пальцем. — Я не отдам вам на растерзание свою кухню. Лучше позвольте вам помочь.

С этими словами она подошла к нему и мягко высвободила завязки из его рук. Каспер замер, уловив тонкий аромат спелых яблок и корицы, исходивший от её волос. Девушка ловко перехватила тесемки и принялась завязывать фартук. Её пальцы на секунду коснулись его спины, и инспектор почувствовал, как к ушам приливает неестественный жар.

«Я просто согрелся после горячего чая и на кухне жарко от натопленной печи», — убеждал себя Каспер, глядя на полки с посудой. Ему показалось, что на одной из них пузатые кружки в виде тыковок тихонько покачивались и что-то напевали тонкими нестройными голосами. Выпучив от удивления глаза, инспектор затряс головой, прогоняя наваждение, но кружки продолжали покачиваться в такт простой мелодии.

— Ну вот, теперь вы похожи на приличного поваренка, — Мелисса отступила назад и похлопала ладонью по огромной деревянной деже, стоявшей на лавке возле стола. — Ваша задача — замесить основу для праздничного тыквенного печенья. Мука, протертое пюре, масло, специи. Всё здесь. Справитесь?

Каспер ее не услышал. Он продолжал стоять, вперив взгляд в стену.

— Инспектор, ау! Слышите меня?! — она пощелкала пальцами перед его носом, а потом проследила его взгляд и засмеялась. — Ах, вот что вас очаровало! Право, не стоит. Эти маленькие негодники не заслужили такого внимания.

С этими словами она показала кулак поющим кружкам-тыковкам и те, обиженно вздохнув, замерли на полке, как и подобает примерной посуде.

— Лучше с ними не связываться, инспектор, — Мелисса хихикнула. — По глазам вижу, что вам уже захотелось испить из них чаю. Рисковая затея. Лучше забудьте о них.

Она махнула рукой и развернула Каспера лицом к столу.

— Давайте лучше вернемся к нашему тесту – печенья сами себя не испекут, а праздничная ночь вот-вот наступит. Вы слышали, что я вам говорила? Вам нужно замесить тыквенное тесто вот в этой большой бадье. Сумеете?

— Что может быть проще! — Каспер гордо вздернул подбородок и презрительно фыркнул. — Кулинария держится на физике. Смешивание сухих и жидких фракций в определенных пропорциях и по строго заданной траектории. В академии у меня был высший балл по алхимическому синтезу! А это, скажу я вам, будет посложнее вашего теста.

С этими словами он решительно закатал рукава и начал раскладывать на столе ингредиенты.

В этот момент в дверь сильно заколотили. С крыльца возле парадной двери послышался звонкий смех и гомон ребячьих голосов.

— Угощай, а то пожалеешь! Сладость или гадость!

— Ох, а вот и первая банда монстров привалила. Я пойду откуплюсь от деревенских гоблинов и привидений, пока они нам окна сажей не измазали. А вы, инспектор Бленд, строго следуйте рецепту. И не дай вам магистры хоть что-нибудь испортить!

Мелисса сняла с лавки огромную плетеную корзину, доверху наполненную хэллоуинскими угощениями – она любила этот праздник и поэтому расстаралась на славу. В плетенке чего только не было: имбирные пряники в форме островерхих шляп и летучих мышей, покрытые иссиня-черной глазурью, мармеладные «глазки», которые влажно блестели, как настоящие.

Ровными рядами выстроились лакричные палочки, закрученные в виде миниатюрного ведьминского помела, и домашние леденцы на палочках из прозрачной карамели, внутри которых застыли съедобные засахаренные фиалки и цветы полыни.

Чуть глубже в корзине лежали маленькие тыквенные капкейки, украшенные пышными кремовыми шапочками цвета бледной поганки, присыпанные золотой пыльцой и крошечными шоколадными паучками. Каждое пирожное скрывало в себе тягучую начинку из соленой карамели, которая при укусе лениво вытекала, напоминая колдовское зелье.

Самым главным украшением её сладкой корзины были яблоки в густой, багрово-красной, похожей на застывшую кровь, глазури. В качестве держателей Мелисса использовала настоящие, хорошо очищенные деревянные веточки, что придавало им вид лесных трофеев. От корзины одуряюще пахло корицей, мускатным орехом, сладкой ванилью и миндальным экстрактом — идеальный баланс праздничного уюта и легкой магии.

Дверь за ведьмой захлопнулась и Каспер остался один на один с кухонным столом, заваленным ингредиентами для теста, и большой печью, в которой уютно потрескивали дрова. Из подпечья выкатился Тыквенный Хвостик. Он запрыгнул на стул, уставился на мага черными глазками и постучал веточкой по столешнице. На голове духа всё ещё красовалась островерхая шляпа Каспера.

— Чего пришел? — буркнул Каспер. Он все ещё дулся на Хвостика, припоминая ему свой испуг и присвоенную шляпу. Он погрозил Хвостику пальцем:

— Кышь отсюда, овощ, не отсвечивай.

Решительно вытащив из кармана мантии маленькие латунные весы, которые он зачем-то прихватил с собой в поездку, инспектор разложил их на столе, а потом достал из того же кармана чертежную линейку. Мелисса сказала: три фунта муки. Каспер зачерпнул горсть, высыпал на весы, нахмурился и отсыпал ровно три щепотки обратно. Он любил идеальный порядок во всем и старался его добиваться любыми путями. То, что это стремление чаще всего приводило к обратному результату нисколько не смущало мага, а наоборот, заставляло действовать с еще большим энтузиазмом.

— Так, теперь тыквенное пюре, — пробормотал он, сверяясь с аккуратным списком, который сам же набросал на клочке чистой бумаги. — Объемная масса должна строго соответствовать плотности сухой смеси. Коэффициент вязкости… гм.

Каспер взял большую деревянную ложку, зачерпнул ярко-оранжевую массу и начал аккуратно, по капле, опускать её в чашу с мукой. Магия Порядка внутри него требовала, чтобы каждый комок падал строго по центру, образуя идеальную пирамиду.

Хвостик на стуле нетерпеливо заерзал и издал издевательский протяжный свист. Он любил суету и веселье и теперь, уныло наблюдая за тем, как столичный маг пытается замесить тыквенное тесто, откровенно скучал. Способ ведения хозяйства этого чужака казался духу фермы верхом занудства.

— Молчи, необразованная флора, — огрызнулся Каспер, тщательно вытирая ложку чистым лоскутом ткани. — Замешивать тесто — это вам не законы нарушать. Здесь нужна точность.

Он поправил на переносице очки и назидательно поднял вверх указательный палец.

— Тааак, полдела сделано. Теперь добавим специи. Мелисса говорила про корицу, имбирь и…— Тут его взгляд упал на небольшой холщовый мешочек, стоявший на самой дальней полке у камина. На нем не было никаких опознавательных знаков, кроме крошечной вышитой летучей мышки. — А это что за серый порошок в безымянном мешочке?

Взяв его в руки, Каспер развязал бечевку и заглянул внутрь. Порошок пах грозой, сухими листьями и почему-то покалывал пальцы.

— Наверное, это местный ведьминский разрыхлитель для воздушности теста, — глубокомысленно заключил Каспер. — Для придания тесту пористой структуры. Нам нужно… ровно две унции.

Он аккуратно отмерил серую пыль на весах, чувствуя, как от этого запаха у него начинает подозрительно свербеть в носу. В этот момент Хвостик подпрыгнул на стуле и боднул несчастного мага. Тот пошатнулся и задел рукой мешочек с корицей.

Пуффф!

Мешочек шмякнулся на пол и от него поднялось густое облачко. Это окончательно добило столичного инспектора.

— А-а-а… — Каспер испуганно округлил глаза, пытаясь зажать нос рукой. — А-апчхи!

Маг оглушительно чихнул, а его рука с волшебной палочкой дернулась, выдав мощный сноп фиолетовых искр. Искры разлетелись во все стороны, а большая их часть попала прямо в деревянную дежу, где Каспер только что смешал муку, оранжевое тыквенное пюре и загадочный серый порошок из мешочка.

В следующий момент из посудины послышалось громкое «Бум!».

Каспер испуганно отшатнулся и уставился круглыми глазами на деревянную кадушку. Внутри нее что-то зашевелилось, захлюпало и стало стремительно раздуваться, стремясь вылезти наружу.

Оранжевая масса внутри деревянной кадушки росла так быстро, словно Каспер щедро сдобрил ее эликсиром безудержного роста. Тесто хлюпало, вздыхало и надувалось огромными пузырями, которые лопались с громким «boo».

Глядя на такое безобразие, даже любопытный Хвостик присмирел и теперь тихо сидел на стуле. Инспектор растерянно смотрел на кадушку и беззвучно открывал и закрывал рот. Наконец он отмер и попятился от посудины, предусмотрительно выставив перед собой волшебную палочку.

— Эй-эй, назад! Команда «замри»! — пытался он утихомирить строптивое тесто.

Ответом ему стало громкое чавканье. Масса выглянула из дежи, немного помедлила, словно раздумывая, что ей делать и лениво перевалилась через край. Шлепнувшись тяжелым комком на дубовый стол и похоронив под собой латунные весы и чертежную линейку, тесто двинулось в сторону незадачливого мага.

Тыквенный Хвостик на стуле поджал ножки-веточки и тоненько, предупреждающе свистнул. Услышав его, тесто замерло. Из самого центра бесформенного тыквенного месива вдруг выплыли две крупные изюминки, которые несколько раз провернулись, очищаясь от налипшей муки, и уставились на Хвостика. Несколько секунд они изучали невиданное доселе чудо, а потом узрели шляпу Каспера, которую Хвостик так удачно экспроприировал. Он почавкал толстыми губами и Хвостику с Каспером стало понятно – этот тестовый монстр намеревается что-то или кого-то сожрать.

Хвостик громко запищал и защелкал, а Каспер снова попытался урезонить ожившее тесто с помощью палочки и магии.

— Тестус-компактус! — завопил он и ткнул многострадальной палочкой прямо в комок.

Хрууп!

Тесто довольно чавкнуло, откусывая от орудия кулинарного поражения приличный кусок. Несчастный инспектор спрятал огрызок палочки за спину и отступил.

А прожорливый мутант решил, что кататься по столу ему не слишком удобно, поэтому быстро отрастил четыре толстые, неуклюжие лапы. Они были похожи на лоснящиеся от масла недопеченные круассаны. Существо встряхнулось, забрызгав все вокруг липкими оранжевыми ошметками, и довольно похрюкивая двинулось в сторону Хвостика.

— Хвостик, назад! Это… это аномальная кулинарная мутация! — завопил Каспер, пятясь к камину.

Но сдобный монстр не собирался нападать на инспектора. Его изюминки остановились на блестящей серебряной пряжке магической шляпы инспектора, которая всё ещё красовалась на голове маленького духа.

Плюх!

Тесто, подобно жабе-переростку, сделало большой прыжок к краю, влажно чавкнув по столешнице. Липкая лапа-круассан вцепилась в фетровую тулью. Хвостик возмущенно заверещал и дернулся, но монстр оказался сильнее — он с сорвал шляпу с несчастного духа и водрузил на собственную макушку. Шляпа смешно съехала набок, прикрыв один изюмовый глаз, что придало ожившему тесту вид лихого пирата.

В следующий момент существо, победно чмокнув губами, оттолкнулось лапами-круассанами от стола и взмыло под потолок. Каспер, видя такую картину хлопнул себя ладонью по лбу и тихо взвыл:

— Так это были не специи?! Ведьма, твою ж тыкву, ну кто хранит порошок левитации на кухне среди продуктов?!

Он растерянно наблюдал за нарезающим круги тыквенным тестом, а Хвостик обиженно забился в угол. Тестовый монстр, забавно раскачиваясь левитировал возле полок, задевая пучки сушеной лаванды и связки чеснока, сбрасывая на пол глиняные горшки и тарелки. Он остановился возле полки с поющими кружками-тыковками, с интересом посмотрел на них глазками-изюминками и уже приноровился столкнуть их вниз, как вдруг…

Шмяк… Шмяк… Шмяк…

Сзади в мутанта прилетела крупная картофелина, затем еще одна. Каспер швырял в него все, что получалось выловить из большой корзины, стоящей рядом со столом. Последним прилетел небольшой кабачок. Овощи врезались в комок и прилипли к нему.

— Вот тебе, мутант-переросток! Быстро лезь обратно в кадушку! И шляпу мою верни — Каспер стоял в боевой позе, подняв правую руку для замаха и держал крупную свеклу, которую нашел в корзине с овощами.

Тесто нисколько не смутилось такому вниманию. Напротив, оно с удовольствием чавкнуло, поплыло, меняя форму и прилипшие к нему овощи… пропали. Они утонули в мягком пышном тесте, как в трясине, а мутант удовлетворенно вздохнул.

В этот самый момент в коридоре послышались торопливые шаги и дверь кухни распахнулась. На пороге появилась Мелисса с пустой плетеной корзиной в руках — она как раз закончила раздавать сладости детям. Она с удивлением оглядела разгромленную и заляпанную ошметками тыквенного теста кухню.

— Каспер, что за бардак вы тут развели?! Что у вас тут за… — Мелисса не успела договорить.

Мимо неё, едва не сбив ведьму с ног, пронесся оранжевый левитирующий ком. Раздался звон разбитого стекла и мутант, лихо удерживая министерскую шляпу круассановой лапой, со свистом вылетел в окно. Он скрылся в осенних сумерках, оставляя за собой густой шлейф из аромата мускатного ореха, корицы и ванили.

В кондитерской воцарилась такая тишина, что было слышно, как на полке у стены грустно вздохнули пузатые кружки-тыковки. Тыквенный Хвостик уныло сидел на стуле, потирая макушку и обиженно поскрипывая.

Каспер стоял посреди кухни, с ног до головы испачканный в муке и тыквенном пюре, продолжая сжимать в правой руке свеклу и разинув рот смотрел на разбитую оконную раму. Мелисса медленно перевела взгляд с окна на инспектора. По ее лицу было видно, что она балансирует где-то между диким хохотом и желанием превратить столичного гостя в настоящую бледную поганку.

— Инспектор Бленд, — вкрадчиво, почти ласково протянула ведьма, — вы уверяли меня, что все сделаете строго по стандарту и законам физики. Подскажите, действие какого закона повлияло на тесто так, что оно только что совершило побег через окно, прихватив с собой вашу шляпу?

Каспер сглотнул, вернул в корзину многострадальную свеклу и сиплым голосом произнес:

— Кажется… в расчетах произошла небольшая погрешность.

— Какая прелесть! — Мелисса всплеснула руками, бросив пустую корзину на лавку. Она решительно шагнула к шкафу, вытаскивая оттуда походный кожаный чемодан и дорожный плащ. — Вы устроили на моей кухне демонический замес, зачем-то оживили и потом упустили праздничную выпечку, которая разбила мне окно, и это называется «погрешность»?! Снимайте фартук, Бленд, мы идем на охоту!

— На какую охоту? Вы хотите, чтобы я бегал по деревне и ловил убежавшее тесто? — Каспер изумленно посмотрел на ведьму. — Но, согласно правилам, при возникновении стихийных пищевых аномалий я обязан составить рапорт и вызвать Департамент зачистки!

— К черту ваши правила, Бленд! — зарычала Мелисса. — Вы уже натворили на моей ферме столько всего, что, боюсь, мне этого не исправить до следующего Хэллоуина! В конце концов, вашими стараниями тыквенное тесто приобрело собственную волю и сбежало. Признайтесь честно, Бленд, вы опять тыкали куда не положено своей палочкой?

В ответ на эти слова Тыквенный Хвостик согласно заскрипел.

— Предатель, — прошипел Каспер в сторону домашнего духа.

— Не мешкайте, Каспер! Если мы не поймаем тесто до наступления ночи, в городке начнется кавардак. Этот мутант обожрет половину ярмарки и напугает до икоты бургомистра!

Подгоняемый ведьмой инспектор заметался по кухне, пытаясь на ходу содрать с себя заляпанный мукой фартук, но завязки, которые Мелисса так заботливо завязала, крепко затянулись в узел.

Между тем, ведьма накинула на плечи свой плащ, одним точным движением палочки развязала завязки на фартуке инспектора и захлопнула ставни, чтобы ветер не выстудил весь дом.

— Шевелитесь, инспектор! Хвостик, за мной! — она выскочила на крыльцо, продолжая раздавать инструкции. — Твоя задача — вынюхивать запах ванили, муската и корицы. Если эта сдобная тварь испортит мне Самайн, я заставлю вас лично, Бленд, испечь три сотни печений! Причем раскатывать тесто и лепить их будете вручную! Без магии!

— Это шантаж! И вообще, это ваш дух подтолкнул меня под руку! — Каспер, наконец нагнал Мелиссу и теперь держался рядом с ней, то и дело оглядываясь по сторонам. — Если бы этот ваш… ботанический феномен не заставил меня просыпать корицу, замес прошел бы штатно!

— О, конечно, обвиняйте маленького Хвостика в собственных ошибках! Фу, как мелко! — Мелисса резко свернула в темный переулок. — Давайте живее! Хвостик взял след, его нельзя потерять!

Тыквенный Хвостик действительно быстро бежал вперед, быстро перебирая своими ножками-палочками. При этом он успевал сердито почесывать ушибленную макушку и воинственно размахивать сухой веточкой. Потеря любимого трофея — инспекторской шляпы — нанесла его душевной организации непоправимую травму. Он жаждал мести.

—Какой кошмар! — пыхтел Каспер, стараясь не отстать от Мелиссы, — я дипломированный специалист, инспектор из Отдела по борьбе с несанкционированным использованием территорий, бегу непонятно куда поздним вечером в компании ведьмы и овоща ловить убежавшее тесто. Если в Министерстве об этом узнают….

— То вас сошлют инспектировать столовые в колонию к гномам-шахтерам, — ехидно закончила за него Мелисса, и снова свернула в какой-то темный тупичок. — Так что в ваших же интересах бежать быстрее, Бленд. Хвостик, ищи!

Маленький дух фермы издал воинственный клич и припустил еще быстрее. Касперу ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть, поправить съехавшие на нос очки и постараться не отстать от странной компании.

Праздничные улочки деревни были украшенны к Ночи Всех Духов сотнями вырезанных тыквенных рожиц. Кругом весело сновала наряженная детвора, шурша костюмами леших и ведьмочек. Но благообразную хэллоуинскую идиллию бесцеремонно нарушило оранжевое нечто, со свистом вылетевшее из-за угла.

— П-поберегись! — заикаясь, выкрикнул пухлый пятилетний карапуз, наряженный в поролоновый костюм зеленого дракончика с бутафорскими крыльями.

Малыш замер с открытым ртом, глядя, как прямо на него по воздуху несется липкий оранжевый ком. На нем гордо красовалась съехавшая набок инспекторская шляпа, а сзади весело колыхался роскошный зеленый хвост. Кабачки и картошка, которыми Каспер пытался нейтрализовать взбунтовавшееся тесто, проросли прямо в нем, превратив его в летающий гибрид огорода и пекарни.

Влажно чавкнув, тестовый монстр завис прямо перед носом обалдевшего «дракончика», ловко вырвал пухлой сдобной лапой-круассаном из его рук кулек с леденцами, хлюпнул глазами-изюминами и взмыл повыше.

— Мама, меня ограбил пирог! — запоздало разревелся малыш, падая на поролоновый хвост.

— Бленд, глядите, вон оно! — Мелисса затормозила у перекрестка, тяжело переводя дыхание и указала на улепетывающего по воздуху воришку, который деловито запихивал в большой рот леденцы. — Эй, сдобный кошмар! А ну стоять!

Услышав голос Мелиссы, мутант резко развернулся в воздухе. Его глазки-изюминки сердито сузились. Он оценил обстановку, перевел взгляд на Каспера и вдруг… его бока бешено заходили ходуном.

Плюх! Тр-рах!

Из оранжевого бока монстра, словно ядра из пушки, со свистом вылетели две крупные проросшие картофелины. Зловредный мутант целился точно в лоб инспектора.

— Пресвятые волшебные палочки! Он отстреливается! — взвизгнул Каспер, в последний момент приседая и закрывая голову руками. Картошка с сочным хрустом врезалась в забор позади него, разлетевшись на ошметки.

А сдобный мутант, почувствовав вкус безнаказанности, вошёл в раж. Он крутанулся вокруг себя, взмахнул хвостом из ботвы и выдал прицельную очередь из мелкого лука-севка. Овощные снаряды проносились мимо Каспера, заставляя инспектора выделывать такие пируэты, которым позавидовали бы лучшие столичные танцоры. Небольшая картофелина сбила с Каспера очки. Он в панике припал к земле, шаря ладонями по грязи.

— Мои очки! Я без них как без рук! — в ужасе запричитал маг, чудом уворачиваясь от летящего в него кабачка. — Мелисса, сделайте что-нибудь! Эта недовыпечка нарушает правила поведения в общественном месте!

— Ах ты тыквенно-мучное отродье! Моим же урожаем огонь ведет! — Мелисса притопнула ногой. Тесто тем временем победно хрюкнуло, сделало крутой вираж и понеслось вдоль улицы, методично поплевывая картофельными снарядами по сторонам и сшибая декоративные светильники Джека. — Пешком мы его не догоним. Бленд, за мной!

Ведьма подбежала к крыльцу ближайшего дома, где у завалинки стояла старая метла. Одним резким движением Мелисса оседлала деревяшку, взмахнула рукой и взмыла в воздух, подняв вихрь из сухих листьев.

— Эй! А я?! Мне на чем лететь?! — в панике закричал Каспер, уворачиваясь от летящего в него кабачка, которого монстр выпустил на ходу для острастки.

— Тыкву седлай! — крикнула сверху Мелисса, закладывая крутой вираж между крышами и указывая рукой на повозку, возле которой горой были сложены оранжевые тыквы. — Вон ту, большую, она сдюжит! Активируй прыжковый импульс!

Каспер испуганно огляделся. Прямо у дороги, возле телеги, лежала стофунтовая призовая тыква. Её оранжевые бока слабо светились в отблеске многочисленных фонарей. Решив, что терять ему больше нечего – предписание превратилось в жабу и ускакало в неведомы огородные дали, любимая мантия превратилась в хэллоуинский наряд, шляпу сперло тесто, а репутация сдохла от смеха, инспектор решительно шагнул к тыкве и вынул огрызок палочки.

— Мать моя инструкция, прости мне этот параграф! — взмолился Каспер, с разбегу запрыгивая верхом на гигантский овощ и судорожно хватаясь за толстый черенок, как за руль. Он зажмурился и наугад ткнул обломанным кончиком палочки в оранжевую корку: — Прыгус-кузнечикус!

Тыква под ним закачалась, громко хмыкнула и на секунду сжалась. В следующий момент она сделала большой прыжок и Каспер в полете успел разглядеть, что тыква отрастила себе мощные, упругие травяные лапы.

— А-а-а-а-а! — истошно заорал инспектор, взлетая вместе с тыквой выше дымоходов. Он судорожно шарил ногами по гладким бокам овоща. — Тормоза! Где у этой штуки тормоза?!

Но тыква и не думала тормозить. Травяные лапы работали как мощные пружины, она высоко подпрыгивала и похоже, процесс ей нравился. При каждом приземлении Каспер подпрыгивал так, что больно бился задом о твердую гладкую корку тыквы, а его заляпанная мантия развевалась по ветру, как нелепый праздничный флаг. Тыква-кузнечик лихо перемахнула через забор бургомистра, едва не задев зелеными лапами испуганного кота, пронеслась над крышей дровяного сарая и с оглушительным «Бум!» приземлилась прямо посреди центральной улицы, распугивая наряженных в привидений горожан.

— Дорогу министерской инспекции! — вопил Каспер, мёртвой хваткой вцепившись в черенок. — Пресвятые волшебные палочки, сбавь обороты, овощ! Тыква, умоляю, мы же разобьёмся!

Мелисса, ловко лавируя на метле между печными трубами, обернулась и покатилась со смеху, глядя на то, что вытворяет ее вынужденный помощник. Каспер балансировал на тыкве с грацией перепуганного пингвина, его очки чудом держались на кончике носа, а из кармана всё ещё победно торчал кленовый лист.

— Держи баланс, Бленд! Ноги прижми к бокам! — задорно крикнула она сверху, уходя от очередной картофельной атаки. — Главное — не выпускай руль, то есть хвост!

— Легко сказать «баланс»! — взвыл в ответ инспектор, когда тыква в очередной раз взмыла в воздух на уровень второго этажа. — Меня не учили верховой езде на бахчевых культурах! Это не тыква, это – упрямая ослица! Остановись, кому говорю!

Но тыква лишь залихватски ухнула и сделала колоссальный скачок, устремляясь прямиком за хохочущей Мелиссой и улетающим монстром, который увлекал всю их сумасшедшую процессию в сторону заброшенного старого переулка за мельницей. Погоня в Ночь Всех Духов официально перешла в стадию экстремального форсажа.

Сдобный мутант, ловко лавируя между строениями, внезапно заложил крутой вираж и развернулся к преследователям. Его глазки злорадно сузились. Если бы Министерство магии стало свидетелем этих баталий, оно долго бы гадало, откуда у сырого теста взялись тактические навыки. Вредный монстр времени не терял. Он встряхнулся, как собака и от него во все стороны полетели оранжевые липкие ошметки сырой сдобной массы. Липкие куски склеивали все, до чего долетали.

— Берегись, Бленд! У него клейкие снаряды! — крикнула Мелисса, пытаясь заложить вираж. — И кажется он бьет ими прицельно. Ай!

Огромный шматок сырого теста со смачным «шмяк» врезался прямо в хвост её метлы. Деревянные прутья слиплись, отчего метла тут же потеряла свою маневренность. Она на секунду зависла на месте и с жалобным «вжух» ухнула вниз с высоты второго этажа. Ведьма вскрикнула, выпуская из рук черенок, соскользнула с метлы и полетела следом вниз.

— Мелисса! — заорал Каспер.

Он резко дернул черенок своей прыгучей тыквы и направил ее вперед, прямо в то место, куда летела ведьма. Повинуясь понуканиям инспектора, оживший овощ выдал почти акробатический кульбит. Каспер едва успел вытянуть руки, чтобы поймать падающую Мелиссу, как в следующий миг она с размаху влетела прямо в его объятия, чуть не сбив инспектора с «седла». Каспер чудом усидел на гарцующем овоще, крепко обхватив ведьму руками.

— Поймал… я вас поймал! — просипел Каспер, прижимая девушку к себе, не давая ей упасть. Отчего-то ему стало жарко – лицо запылало густым румянцем, а сердце было готово выскочить из груди и ускакать в неведомые дали.

— Спасибо, Каспер, — выдохнула Мелисса, крепко обнимая его за шею. — Но у нас проблемы!

Она перевела взгляд на взбесившееся тесто в то время, как оно сверху выдало очередную порцию липки ошметков. Они облепили травяные лапы их прыгучей тыквы, которые глубоко увязли в сыром тесте и склеились между собой. Тыква сделала несколько попыток освободиться, но быстро сдалась и завалилась набок. Ведьма и инспектор кубарем покатились по земле, вылетая из седла.

Не успели они подняться, как летающий монстр-переросток спикировал прямо на них. Огромный оранжевый ком растянулся в воздухе, словно живое сдобное одеяло, рухнул сверху и… буквально поглотил их целиком.

Мир вокруг мгновенно исчез, сменившись липкой и тёплой темнотой, пахнущей ванилью и корицей. Сдобная масса облепила их со всех сторон, забиваясь в рот и нос.

— Пф-ф-ф! Тьфу! — Каспер отчаянно барахтался в темноте, отплевываясь от сырого теста. — Мать моя инструкция! Мы внутри этого мутанта! Нас съел недопирог! А это, скажу я вам, покушение на личные границы и неприкосновенность!

— Да успокойтесь вы, Бленд, не барахтайтесь, только сильнее увязнете, — раздался совсем рядом приглушенный голос Мелиссы. — В нашем положении лучше не совершать резких движений. Лучше давайте выдохнем и подумаем, что делать дальше.

Она нащупала его руку, как бы успокаивая. Каспер сразу оставил попытки вырваться и присмирел.

Внутри тестового кома оказалось на удивление тепло, уютно и пахло кондитерской лавкой. Тесто вокруг них мерно колыхалось — судя по всему, мутант благополучно летел дальше, неся пленников в своем пузе прямо к центральной площади. Каспер и Мелисса были прижаты друг к другу настолько тесно, что кожей чувствовали дыхание друг друга.

Инспектор смущённо затих, боясь пошевелиться. В замкнутом пространстве аромат яблок от волос Мелиссы смешался с запахом выпечки, создавая совершенно одуряющий коктейль. От этой мысли мага снова кинуло в жар.

Слегка повернув голову, Каспер заметил проплывающую мимо крупную изюминку. Продравшись сквозь липкую массу, Инспектор подцепил ее пальцами и протянул ведьме.

— Будете? Изюм, кстати, высшего сорта. Судя по калибру, привезен из столицы.

Мелисса удивленно округлила глаза, а затем тихо, заливисто рассмеялась, заставив сердце мага пропустить удар.

— Бленд, вы неисправимы. Нас взял в плен кулинарный мутант, а вы дегустируете его начинку!

Она захватила губами изюминку и с удовольствием ее съела.

— Вкусно. — она облизала липкие губы. — Жаль, наш монстр не догадался проглотить кувшин с морсом.

— Тогда это был бы не тесто-мутант, а передвижная таверна, — Каспер улыбнулся. — Так… ладно. Нам пора выбираться. Иначе этот оранжевый кошмар доставит нас прямо на трибуну к бургомистру.

— Какой у вас план, инспектор? — спросила Мелиса. — Лично я, когда нахожусь в замкнутом пространстве, начинаю дико нервничать и полностью теряю связь со своей магией. Так что, боюсь, действовать вам придется самому. Я в таких стесненных обстоятельствах полностью бесполезна.

Она грустно прерывисто вздохнула и Касперу на миг показалось, что она готова вот-вот заплакать. Он дотянулся рукой до ее лица и тихонько потрепал ее по щеке.

— Ну, по́лно, не стоит расстраиваться. Как говорил мой учитель, из любой, даже самой плохой ситуации, есть как минимум, два выхода. И сейчас я планирую одним воспользоваться.

Он хитро прищурился, достал из рукава огрызок своей многострадальной палочки и довольно хмыкнул.

— Ну, монстрятина, берегись! Сейчас мы устроим тебе серьезное несварение желудка – будешь знать, как тянуть в рот все подряд.

С этими словами инспектор направил огрызок прямо в мягкую оранжевую стену и прошептал:

— Мукариус-бакариус!

В тот же миг палочка задрожала и выпустила сноп фиолетовых искр, которые разлетелись и тут же впитались в тесто, словно из и не было. Каспер уже было собрался расстроиться, как вдруг мутанта затрясло так, словно он подхватил лихорадку. В следующий момент тесто стало раздуваться, как воздушный шар.

С громким «П-п-пу-у-ух!» гигантский оранжевый ком взорвался изнутри и куски теста полетели во все стороны. Каспера с Мелисой выбросило на мостовую, а мир вокруг них снова обрёл чёткие контуры. Какое-то время они сидели посреди улицы, диковато озираясь и дружно отплевываясь. Их одежда вся была заляпана сырым тестом. Мелиса отковырнула кусочек и грустно заметила:

— А ведь это должно было стать Хэллоуинским печеньем. Не срослось…

— Кажется все прошло успешно, — заметил Каспер, вытирая рукавом стёкла очков. — Мы от него избавились.

— Это было громко, Бленд, — Мелисса вытащила из своих рыжих волос кусочек кабачкового листа.

Каспер посмотрел на неё и робко протянул руку. Его пальцы аккуратно, очень бережно смахнули белое пятно муки с её щеки. Мелисса замерла, удивлённо приподняв брови, а Каспер мгновенно залился густым румянцем до самых ушей.

— Простите, — пробормотал он, торопливо пряча руки в карманы. — Там… у вас на носу прилип кусочек теста.

— Спасибо, Каспер, — Мелисса мягко улыбнулась, и в её зелёных глазах мелькнули тёплые, весёлые искорки. — Ну что, будем считать, что с этой морокой наконец-то покончено? Пойдёмте домой, я налью вам нормального чаю.

— С удовольствием, — облегчённо вздохнул Каспер, поворачиваясь в сторону её фермы. — Я так устал и замерз, что за кружку горячего напитка и отдых в тепле готов подписать протокол о том, что ваша ферма — самый безопасный объект в этом полушарии.

Увлёкшись разговором, Каспер и Мелисса не заметили, что происходило у них за спинами. А там творилось нечто странное и пугающее.

Сотни оранжевых ошмётков, разлетевшихся по округе, внезапно зашевелились. Влажно чавкая и хлюпая, они стремительно ползли друг к другу. Меньше, чем за пару минут липкие куски сбились в одну кучу, спрессовались и… снова явили миру упитанного тыквенного мутанта! Сдобный монстр встряхнулся, снова нахлобучил на себя инспекторскую шляпу и сердито воззрился на Каспера своими глазками-изюминками.

Связываться с этим сумасшедшим магом и его палочкой недопирог больше не хотел. Он быстро сообразил, что безопаснее сменить дислокацию.

Издав обиженное «Хмык!», монстр бесшумно взмыл под облака, аккуратно облетел застывшую парочку по широкой дуге и на полной скорости рванул в сторону центральной городской площади, откуда вовсю доносились звуки праздничной музыки и громкий смех.

Мелисса, привлечённая внезапным шлейфом из аромата ванили и муската, лениво обернулась и тут же застыла на месте с открытым рот.

— Бленд… — застонала она, указывая пальцем в небо.

— Что такое? — Каспер обернулся, посмотрел туда, куда указывал ее палец и «уронил» челюсть.

В лунном свете, лихо придерживая головной убор и весело повиливая проросшим кабачковым хвостом, к ярмарке триумфально летел их недопечённый кошмар.

На центральной площади деревни яблоку негде было упасть. Столетние дубы были увешаны гирляндами из светильников Джека и сияли, как новогодняя елка. Пахло сладкой ватой, а староста Бьорн, надув щёки от важности, как раз открывал Фестиваль Ночи Всех Духов. Он стоял за деревянной трибуной, украшенной натюрмортами из яблок, тыквы и кукурузы, и зычным басом вещал в толпу:

— И да пребудет с нами дух уюта и…

Договорить староста не успел. Сверху, закладывая крутой вираж, к сцене спикировало оранжевое чудовище. Недовыпечка, лихо заломив набок инспекторскую шляпу и виляя кабачковым хвостом, ворвалась в праздник, ведя себя так, словно была его главным гостем. Но толпа не оценила такой чести. Увидев мутанта, люди испуганно ахнули и бросилась врассыпную.

Обиженный таким приемом монстр, с разгону шмякнулся прямо на трибуну бургомистра, влажно чавкнув и заглотив громкоговоритель. Он огляделся вокруг и его глазки-изюминки злорадно блеснули — чудовище узрело огромные горы праздничного угощения, выставленные на столах вдоль сцены. Он громко зачмокал губами и приготовился поглотить все деревенские припасы.

— Мама дорогая, это что за новый формат выпечки?! С каких это пор на праздник приносят сырое тесто?! — Бьорн от неожиданности застыл за трибуной. Все, что он мог предпринять – это громко возмущаться и размахивать руками. Однако тесто его возмущения не остановили. Оно приблизилось вплотную к бургомистру, протянуло к его голове лапу-круассан и ловко сдернуло парадный парик. Бьорн только успел зажмуриться и тихо пискнуть, как его парик уже сидел на макушке мутанта, надежно прижатый инспекторской шляпой.

— Побереги-и-ись! — раздался сверху истошный вопль.

Прямо из сумеречного неба на площадь свалились маг и ведьма. Путем нехитрых манипуляций они сумели быстро вернуть свой транспорт в рабочее состояние. Теперь Мелисса, как и подобает порядочной ведьме, закладывала на метле крутые виражи, а Каспер гарцевал на своей верной тыкве. Они резко затормозили посреди площади так, что во все стороны полетели сухие кленовые листья и посыпались ядовито-розовые искры.

— Разойдись, народ! Сейчас здесь будет мокро и липко! — скомандовала Мелисса, спрыгивая на дощатый помост сцены. — Хвостик, неси бабушкин инвентарь!

Маленький дух фермы, который всегда и всюду следовал за любимой хозяйкой, понятливо кивнул головой и, согласно пискнув, растворился во мраке. Не прошло и пары минут, как он снова появился, гордо держа ручками-веточками поющую кружку-тыковку.

Кружка, увидев большое количество народа захихикала и запела:

— Наполни меня скорееей, тыквенный соооок налееей! Выпей до днааа и увииидишь саам, как магия вознесееет к небесааам!

На последнем слове кружка дала петуха, закашлялась и просипела:

— Горло пересохло! Плесните скорее мне тыквенного сока или морса!

Тесто, привлеченное таким необычным концертом, развернулось на голос, но завидев старых врагов, угрожающе заурчало, раздувая бока и готовясь закидать их проросшей картошкой.

Мелисса выхватила у Хвостика кружку, плеснула в неё из ближайшего кувшина яблочного морса и взмахнула рукой. Бабушкина кружка на полтона выше затянула свою заунывную песенку, превращая морс в убойное ведьминское зелье забвения.

— Эй ты, кулинарный брак! А ну посмотри, что у меня есть! — закричала Мелисса, привлекая внимание теста и показывая ему кружку с напитком. —Убожество сдобное, жертва кривых рук инспектора! Попить не желаешь?!

От таких оскорблений монстр злобно взвизгнул и, широко распахнув свою пасть, ринулся на ведьму. Этого Мелисса и ждала.

С криком: «На, подавись!» она одним точным движением зашвырнула поющую кружку с морсом прямо в раскрытую пасть нападающего мутанта. Тесто инстинктивно захлопнуло рот, сглотнуло… и замерло на полпути к ведьме, зависнув в воздухе.

Волшебное зелье из бабушкиной кружки подействовало быстро и убойно. Маленькие глазки монстра резко окосели, съехавшись к носу.

«Ик!» - тесто кромко икнуло и с его головы вместе с париком свалилась инспекторская шляпа. Мутанта повело в сторону.

Сдобный дебошир окончательно потерял пространственную ориентацию, но явно поймал весёлую волну. Он попытался исполнить в воздухе победную джигу, неуклюже перебирая лапами-круассанами, но запнулся о собственный кабачковый хвост и кубарем прокатился над головами онемевших горожан. Потом чудовище с влажным хлюпом врезалось в праздничную растяжку с надписью «Счастливой Ночи Всех Духов!», намотало её на себя, как гигантский шарф, и издало затяжное «Бу-у-ульк!», подозрительно похожее на столичную кабацкую песню.

Староста Бьорн, наблюдавший за этим кулинарным кабаре, испуганно перекрестился засушенной кукурузиной.

Тесто в это время нарезало по воздуху нелепые круги, забавно пошатываясь из стороны в сторону и тихонько, фальшиво подвывая в такт песне кружки, которая теперь бурлила где-то у него в животе. Тестовый комок то вытягивался, как сосиска, то сплющивался в неровный блин, уморительно куролеся над головами онемевших жителей.

— Кажется… оно захмелело, — Каспер, приоткрыв рот, осторожно опустил огрызок палочки.

— Хуже, Каспер, — Мелисса попятилась назад, хватая инспектора за руку. — Кажется дрожжи внутри него стали бродить. Смотрите!

Тесто в это время стало стремительно раздуваться. Вскоре оно стало похоже на большой воздушный шар, готовый вот-вот лопнуть.

— Каспер, кажется, оно сейчас рванет! — закричала Мелисса. — И похоронит всю площадь под тестовыми ошметками…

Каспер ничего не ответил. Он молча вынул огрызок своей многострадальной палочки и встал перед ведьмой, отодвинув ее себе за спину.

Огромный живой шар тыквенного теста разрастался над площадью. Он был похож на оранжевую тучу, которая вот-вот прольется дождем. Монстр утробно ворчал и булькал, собираясь лопнуть

Жители замерли, разглядывая эту аномалию и прикрывали головы руками — ожидать чего-то хорошего от существа, которое утащило парик бургомистра и проглотило целиком кружку с морсом, не приходилось. Каспер стоял, решительно сдвинув брови и взяв палочку на изготовку.

— Каспер, что ты собрался делать? Он же просто закопает тебя под тестом! — крикнула Мелисса, пытаясь остановить незадачливого мага. Она-то хорошо помнила, чем заканчивался любая попытка инспектора призвать магию.

Каспер не ответил. Он прищурился, глядя на дрожащую, продолжающую раздуваться массу, наставил на нее обломок палочки и громко, на всю площадь, выкрикнул:

— Термовзрывус!

Палочка полыхнула красным огнем, разбрызгивая вокруг искры и в тесто полетел целый сноп красных огоньков. Они плотно облепили монстра, точно жалящие пчелы и с шипением погрузились в пахнущую ванилью массу.

В следующий момент раздался оглушительный хлопок – тестяной шар лопнул, разлетаясь на тысячи липких кусочков. Толпа дружно ахнула и кинулась врассыпную.

Сдобные кусочки на мгновение зависли в воздухе, а потом стали медленно падать. Мелиса в панике выставила руки вверх, собираясь применить магию, чтобы остановить или хотя бы замедлить падение сырого теста на головы горожан, но как на зло в панике она не могла подобрать ни одного подходящего заговора.

Однако Каспер не растерялся. Хмыкнув: – «Непорядок!», он снова поднял палочку, сделал замысловатое движение рукой и выпустил в небо новое заклинание.

Толпа снова ахнула – на глазах изумленной публики разворачивались самые настоящие чудеса. Тестяные комочки зависли в воздухе, а потом начали зарумяниваться, превращаясь в аппетитное печенье. По воздуху поплыл аромат свежей сдобы и ванили. Тыквенное печенье так одуряюще пахло, что у жителей заурчало в животах, а дети в восторге захлопали в ладоши.

А Каспер продолжал творить чудеса. Теперь он был не маг, а самый настоящий дирижер, управляющий кулинарным хаосом. Он взмахнул палочкой и в воздух с прилавков поднялось с десяток пустых блюд. Следующим жестом он заставил печенья ровными кучками укладываться на блюда, а потом отправлял наполненную посуду на столы.

В последнюю очередь к нему в руки, забавно кувыркаясь, спикировала бабушкина поющая кружка-тыковка. Каспер ловко поймал фарфоровую негодницу за ручку и с галантным поклоном протянул её ведьме.

— Ваша посуда, леди Мелисса. Цела и невредима.

На площади воцарилась тишина, только было слышно, как Хвостик пытается поднять с пола упавшую шляпу. А затем площадь взорвалась оглушительными овациями.

— Невероятно! Это триумф кулинарной магии! — бургомистр Бьорн первым выскочил на сцену, на ходу натягивая свой слегка помятый парик. — Вы не только помогли справиться с монстром, который угрожал всему городку, но и приготовили чудесное тыквенное печенье, без которого не обходится ни одна праздничная Ночь Всех Духов! Это заслуживает высшей награды!

Бьорн торжественно выудил из кармана тяжелую позолоченную медаль Почетного Хранителя Урожая и с гордостью приколол её на нелепую, испачканную мукой мантию Каспера. Мелисса, стоявшая рядом, весело и очень тепло улыбнулась магу, легонько подмигнув.

На площади начался праздник. Загремела музыка, жители, смеясь, бросились расхватывать умопомрачительно вкусное печенье, а дружелюбные призраки Самайна летали над столами, подливая всем желающим тыквенного эля. Каспер и Мелисса лихо отплясывали в кругу горожан, и столичный маг с удивлением поймал себя на мысли, что очень уютно себя чувствует в столь необычной компании.

Неподалеку от круга танцующих, в тени забора большая тыква что-то обсуждала с Хвостиком, а метла согласно поддакивала, качая прутиками.

Заметив, что Мелисса устала, Каспер, пользуясь всеобщей суматохой, аккуратно поймал ее за руку и увлек за большой прилавок, подальше от глаз веселых горожан и бургомистра.

— Та еще ночка выдалась, — отдуваясь после быстрого танца, заметил Каспер. — Как ты смотришь на то, чтобы сбежать отсюда? Скоро мне уезжать, а я еще не успел оценить все достопримечательности вашего городка. Не считая твоего огорода, конечно.

Они дружно рассмеялись, а потом Мелисса лукаво прищурилась, покрепче сжала его ладонь и согласно кивнула:

— Хорошая идея, Каспер. Тем более, что Хвостик уже вовсю приглядывается к твоей медали.

Они незаметно выскользнули с площади и, держась за руки побежали по темным переулкам. Праздничный гул и музыка постепенно затихали позади, сменяясь разнообразными звуками осеннего вечера. Вскоре они вышли к окраине городка, где лениво несла свои воды сонная деревенская река, отражая серебряный диск полной луны.

Остановившись у самого берега, они долго стояли, молча глядя на темную воду, вдыхая аромат прелой листвы. Мелиса слегка поежилась, обхватив себя руками за плечи. Заметив это, Каспер мягко повернул ее к себе и обнял, нежно прижав к груди.

Мелисса не отстранилась, только глубже зарылась носом в его мантию и глубоко вздохнула. Больше не было столичного инспектора и вредной ведьмы. Была только эта Ночь Всех Духов, запах корицы и девушка, которая перевернула правильную жизнь незадачливого мага вверх тормашками.

— Ты сумасшедшая ведьма, Мелисса, — прошептал он, тепло улыбаясь.

— А ты самая очаровательная катастрофа в этом королевстве, инспектор Бленд, — тихо ответила она.

Магия Очага вокруг них одобрительно заискрилась, а река тихо катила свои волны в темную октябрьскую ночь.

— Значит, бабкино наследство, говоришь? — усмехнулся Каспер, лениво размешивая ложечкой янтарный тыквенный мёд в глиняной кружке с горячим травяным взваром.

— Оно самое, — Мелисса задорно подмигнула ему, подперев кулаком щеку. — Бабуля Лукерья знала толк в примирении деревенских пар. Стоило бедолагам испить из этого сервиза, как они напрочь забывали, из-за чего ругались последние сутки, и уходили домой в полном согласии. Так что если ты, инспектор Бленд, когда-нибудь решишь на меня наворчать…

— Я выберу чашку из бабулиного сервиза, — рассмеялся Каспер.

С момента той безумной Ночи Всех Духов прошёл уже целый месяц. Осенние бури сменились мягкими предзимними холодами, а столичный ревизор Каспер Бленд все еще не закончил свое расследование. Его бесконечные отчеты о проделанной работе где-то безнадёжно застревали, а сам инспектор внезапно обнаружил, что чинить заборы на ведьминской ферме и вручную раскатывать тесто для коричного печенья — это куда более высокоуровневая магия, чем сухие столичные параграфы.

Мантия «в тыковку» стала его любимым нарядом, а Тыквенный Хвостик теперь послушно спал на его коленях, свернувшись рыжим колобком.

Каспер отпил тёплый чай, бросил взгляд на заиндевевшее окно и вдруг лукаво прищурился:

— Кстати, Мелисса… Я всё хотел спросить. Ты случайно не находила тот министерский формуляр о конфискации фермы. Твоя кудахтающая армия кабачков зашвырнула его в такие колючие кусты ежевики, что я до сих пор не могу его найти. Ты уверена, что жаба ускакала в болото?

Мелисса сделала глоток из своей кружки и спрятала хитрую улыбку за глиняным краем.

В глубине кармана её фартука лежал аккуратно сложенный министерский указ. И отдавать его инспектору Мелисса не собиралась. По крайней мере, пока.

Ведь впереди их ждала настоящая зима, новые кулинарные аномалии и Столица, которая рано или поздно спохватится и пришлёт за своим непутёвым ревизором …

Конец