Смотря на однообразный пейзаж за окном, Шерил, вместе с тремя девушками, ехала на восток в почтовой карете. Только что все они окончили обучение в пансионе и направлялись на новое место работы, где им предстояло обучать детей.

Первыми должны были прибыть на место Синди и Глория, следующей – Лаура, а последней Шерил. Девушки не были подругами, единственное что их объединяло, так это общее место учёбы и род занятий. Каждая пребывала в волнении. В пансионе они проходили лишь теорию, но вскоре им предстояло на практике показать свои навыки. Что же ждёт их впереди? Смогут ли они стать хорошими наставниками для своих учеников? Найдут ли подход к детям? А как их родители воспримут совсем молодых учительниц?

Невесёлые думы усугублялись проливным дождём, что с самого утра лил не переставая. Сегодня всего лишь пару раз они останавливались, чтобы поесть и справить нужду. Девушки чувствовали себя измотанными долгой дорогой. Вот уже пятый день они в пути. Только через три дня завершится их путешествие.

К вечеру началась гроза. То тут, то там сверкали молнии, озаряя небо. Карета остановилась. Заглянул кучер.

– Ну как вы тут, леди? Боюсь мы немного заблудились. Но не стоит слишком переживать. Даже если я не смогу отыскать дорогу, мы переночуем так, а утром я уже разберусь, где мы находимся.

– Хорошо, – ответила за всех Лаура.

Он закрыл дверь и через минуту карета двинулась. Не прошло и четверти часа, как раздался сильный хлопок и треск. Девушки вскрикнули. Вдруг, экипаж дёрнулся, послышалось ржание лошадей. Карета начала разгоняться с бешеной скоростью и страшно раскачиваться.

– Да что там такое?! – воскликнула Шерил.

Она попыталась выглянуть в окно, но в лицо тут же стал хлестать дождь, залепляя глаза. Щурясь, она всё же выглянула и в это мгновение ударила молния. В свете отблеска она увидела – экипажем никто не управляет, они несутся неизвестно куда!

– Там никого нет! – завопила она. – Кучера нет!

– Что?! – на лицах путешественниц отразился страх и ужас.

– Нужно прыгать! – заявила Лаура.

– Но мы можем разбиться! – возражала Синди.

– Лаура права, – поддержала Шерил идею. – Так у нас есть шанс спастись. Мы не знаем куда прискачут лошади. Кто первая?

Глория с Синди в ужасе отшатнулись. Быстро определив, что сами они не выпрыгнут, Лаура распахнула дверцу, а Шерил схватила Глорию за руку и что было сил вытолкнула из экипажа. Та с криком выпала наружу. Синди от увиденного сразу же забилась в угол. Шерил с Лаурой схватили её за руки и потянули к выходу. Она принялась сопротивляться. Вдруг карету резко качнуло в сторону и Синди тут же выбросило наружу. Лаура со всей силы головой ударилась о косяк кареты и упав на пол, потеряла сознание. Шерил схватила её за подмышки и спиной подтянула к открытой дверце. Собравшись с силами, она рывком дёрнула Лауру на себя и выпала вместе с ней из экипажа. Падение пришлось на спину, а сверху на неё упала Лаура. Шерил пронзила острая боль в груди, отчего тут же потеряла сознание.

Шерил глубоко вздохнула и тут же застонала. Грудь жутко болела. Открыв глаза, увидела, что во всю светит солнце, а сама лежит не на голой земле, а на чём-то мягком. Проведя рядом с собой рукой, сообразила – это была шкура животного.

Через мгновение к ней подъехал всадник на коне. В лучах солнца она видела лишь чёрный силуэт. Наездник чуть склонился над ней и тут она смогла его разглядеть. «Индеец!» – охватил её ужас. Все знали, индейцы убивали пленных. Наездник что-то крикнул и поднял вверх руку. Она почувствовала, как её на шкуре поволокли по земле.

Оказалось, индейцев было двое, к лошади одного была привязана шкура, на которой она лежала, а второй индеец следовал рядом. Странно, почему они не убили её сразу же на месте? А что с остальными? Нашли ли их индейцы? Оставили ли их в живых?

Дорога казалась бесконечной. Наконец всадники остановились. Индеец отвязал шкуру и ушел. Через боль в груди Шерил приподнялась и осмотрелась. Перед ней открылась стоянка индейского племени. На большой территории располагались многочисленные типи. Около домов были разведены костры, возле которых женщины готовили еду. Вокруг бегали дети. Шерил поняла что находится в резервации.

Индеец, что сопровождал её, вошёл в один из типи и оттуда вышла индианка средних лет. Они сразу направились к Шерил. Индианка взяла её за подбородок и внимательно осмотрела лицо. Затем осмотрела правую руку, потянув на себя, тоже проделала и с другой рукой. Прощупала обе ноги. После тщательного осмотра что-то сказала индейцу. Шерил не знала чего ей ожидать. Женщина жестом показала, чтобы она встала. Осторожно поднявшись на ноги, Шерил тут же почувствовала давящую боль в груди, отчего скорчилась и прижала к больному месту руку. Индианка покачала головой. Убрав руку, она прощупала рёбра. Вновь сообщив что-то индейцу, стоявшему рядом, она положила на своё плечо руку Шерил и приобняв, повела в лагерь. Все, кто был на улице, уставились на них и в этих взглядах читалось не только любопытство, но и отвращение.

Женщина подвела её к типи. Откинув шкуру, закрывающую вход, они вошли во внутрь. К радости Шерил там оказались все её спутницы, только вид у них был жалкий – грязные, в ссадинах и царапинах. Индианка помогла ей опуститься на шкуру.

Шерил почувствовала облегчение, оказавшись на постели. Та принялась расстёгивать ей платье. Шерил тут же схватилась за него, но индианка недовольно буркнув, отпихнула руку. Расстегнув платье, она снова поочередно ощупала ребра. Вдруг Шерил вскрикнула, почувствовав резкую боль. Индианка тут же встала и вышла. К Шерил сразу подступили девушки.

– Как ты себя чувствуешь? Сильно болит? – указала Лаура взглядом на грудь Шерил.

– Пока лежу терпеть можно.

– Мы думали ты умерла! – сообщила Глория. – Индейцы нашли нас и отвезли в лагерь, а тебя оставили лежать в лесу. Ты была без сознания. Наверно они решили, что ты умерла и не взяли тебя сразу, а когда рассвело оправились за тобой, чтобы проверить, жива ты или нет.

Не успела Глория договорить, как к ним снова вошла индианка. Она нанесла на больное ребро какую-то вонючую мазь и туго перевязала грудь. После проведённой процедуры, вышла.

– Как думаете, почему они нас не убили? – озвучила Синди вопрос, который всех мучил.

– Может им что-то от нас нужно, – с тревогой ответила Глория.

– Они наверно хотят нас сделать своими рабынями! – с ужасом предположила Синди. – Лучше умереть, чем обслуживать индейцев!

– Не стоит впадать в панику. Думаю, скоро мы всё узнаем, – рассудила Лаура.

Через некоторое время в типи заглянула молодая индианка и знаком показала, чтобы они следовали за ней. Шерил с трудом поднялась, но такой сильной боли уже не испытывала. Индианка повела их куда-то за пределы лагеря. Оказалось, совсем рядом протекала река. Девушки поняли, им предоставили возможность привести себя в порядок. Умыв лицо и немного почистив платья, вернулись в лагерь.

Молодая индианка принесла еду. Она подождала, когда они подкрепятся и указала, чтобы они следовали за ней. Оказалось, всех девушек ожидала работа. Глории определили заниматься стиркой, Синди отправили убирать типи какого-то старого индейца, Лауре поручили рыхлить грядку с картошкой, Шерил же досталась готовка еды для всей их компании. Несмотря на отвращение, которое испытывали перед порученной работой, Синди и Глория покорно принялись её выполнять. Почти у каждого типи находилось выложенное камнями кострище, на котором готовили женщины. Шерил показали, где она могла брать провизию. Оказалось, продукты для всего племени лежали в одном месте. Шерил поняла, из-за травмы ей дали самую легкую работу.

Так потекли дни. Каждый день им поручали работу, давали еды, но так и не объясняли, что же их ожидает. Никто из племени не проявлял к ним особого интереса, только несколько женщин явно показывали свою неприязнь.

Бывало, одна из пленниц проходила по лагерю, как её могли толкнуть, вызывая тем самым смех других индейцев, или переворачивали котелок с готовящейся едой. Девушкам больше не разрешали мыться. Всё больше их внешний вид приходил в упадок. Прошла неделя. Шерил уже могла спокойно дышать без боли в груди. Индианка, что помогла ей в первый день, навещала её утром и вечером, мазала мазью и меняла повязку.

Шерил мыла на речке посуду, как услышала топот приближающихся коней. Со стороны поселения послышались радостные возгласы. Выглянув из-за кустов, она наблюдала, как в лагерь приехало не менее дюжины индейцев. Всё племя вышло их встречать.

Наконец, Кохэна вместе с вождем и мужчинами возвращались домой. Дорога была долгой и изматывающей. Въехав в лагерь, Кохэна был неприятно удивлён, когда увидел трех белых женщин. Всадники спешились с коней. Вождь Вихо тут же указал рукой на пленниц:

– Что эти белые женщины тут делают? Объясняться взялся Бинэ:

– Мы с Мигизи нашли их ночью на пути к большому обрыву. Они выпрыгнули из своей повозки, что упала в обрыв.

– Это все?

– Их было четверо. Одна сильно пострадала. Ерика сказала, что её ребро сломалось. Но теперь всё в прядке.

– Почему вы не убили их сразу же как нашли?! – не удержался Кохэна. – Вы ведь знаете, они могут принести нам неприятности?

Бинэ виновато посмотрел.

– Мы решили оставить это дело до вашего возвращения.

– А что если их будут искать?! – не унимался Кохэна.

– Не думаю. После такого падения все решат, что они погибли.

Вождь поднял руку. Все замолчали.

– Сегодня, когда солнце будет вон у того холма, на общем совете мы решим их судьбу. А до этого времени пусть они не выходят.

Вождь позвал в свой типи несколько мужчин. Он подробнее узнал о случившемся и как ведут себя эти женщины. Оказалось, они могли хорошо работать.

Когда Шерил вернулась в лагерь, все уже разошлись. Вновь прибывшие мужчины с любопытством разглядывали её. У типи стояла индианка. Как только Шерил подошла, та тут же схватила её за руку и насильно впихнула в жилище. Шерил еле удержалась на ногах, настолько грубо её толкнули.

Усевшись на шкуру, она окинула взглядом девушек. В их взгляде читалось беспокойство. Было очевидно – скоро решится их судьба. Они быстро догадались, прибыл вождь племени и теперь их жизнь в его руках. Ожидание было томительным. Возможно, это были последние часы их жизни. От страха они почти не разговаривали. Наконец появилась всё та же индианка и знаком показала следовать за ней.

Как оказалось, всё племя собралось для принятия решения. В центре сидел вождь. Первой шла Лаура, а завершала процессию Шерил. Их поставили прямо перед вождём. Шерил заметила, как один индеец, тот, что сидел справа от вождя, пристально разглядывает её. Его лицо было ей не знакомо. Судя по всему он был в группе тех, кто сегодня вернулся домой. Да, сейчас на них было обращено множество глаз, но именно его взгляд заставлял её ещё больше нервничать. В его глазах читалось презрение, злость и восхищение! И последние пугало её больше первого.

Наконец, вождь начал собрание. Он что-то сказал племени.

Неожиданно для пленниц, тот самый индеец, что так бесцеремонно разглядывал Шерил, заговорил с ними на английском языке, хоть и с сильным акцентом.

– Вождь Вихо спрашивает, кто вы такие?

Слово взяла Лаура.

– Меня зовут Лаура Кларк. А это… – и она представила остальных девушек. – Мы ехали в поселения, чтобы обучать детей в школах.

Индеец перевёл их ответ.

– У вас есть семьи?

– Нет.

Вождь снова задал вопрос: есть ли у них женихи? Нет.

После последнего вопроса больше им никто ничего не переводил. Шерил со страхом наблюдала, как эмоционально шло обсуждение. Ей казалось всё племя было настроено против них.

Лаура не выдержала и спросила у индейца, что переводил им:

– О чём они говорят?

Он резко отрезал:

– Молчите.

Его недружелюбный тон ещё больше поверг их в отчаяние.

Наконец, обсуждение стихло и индеец озвучил им общее решение.

– Племя согласилось оставить вас жить среди нас, но вам придётся подчиняться нашим законам, носить нашу одежду, работать, выучить язык. Если же вы попытаетесь сбежать, вас убьют.

– Но почему вы не можете просто отпустить нас домой? – недоумевала Лаура.

– Вы слишком много знаете о нашем племени. Мы не можем вам доверять. Вам ещё повезло, что вас оставили в живых.

В этот момент Шерил, как и остальные девушки, осознала – решилась их судьба.

– Вы можете идти, – произнёс переводчик.

Вернувшись к себе, девушки не могли поверить в происходившее.

– Нам теперь что, всю жизнь жить с этими дикарями?! – чуть не плача, причитала Синди. – Я никогда не буду жить как они!

– Я тоже! – вторила ей Глория.

– Но у нас нет выбора, – констатировала Шерил. – За то мы живы.

– Лучше умереть, чем так жить!

– Погодите, – вмешалась Лаура. – Может быть нас ещё будут искать и тогда индейцам придётся нас отпустить.

– А если так и не найдут, что тогда? Я не смогу этого вынести! – заплакала Синди.

За ней слёзы полились и у Глории. Лаура с Шерил переглянулись. Хотя они так же не хотели всю жизнь прожить с индейцами, но им их положение не казалось таким уж безнадёжным.

– Мне кажется, сейчас нужно радоваться, что мы остались в живых.

– Вот и радуйся! – огрызнулась Синди.

Шерил поняла, сейчас нет смысла взывать к их разуму, никакие доводы не будут восприняты правильно.

– Ладно. Раз сегодня мы остались в живых, думаю, нам стоит подкрепиться, – предложила она.

– Как в такую минуту ты можешь думать о еде? – возмутилась Глория. – Да мне кусок в горло не полезет!

Промолчав, Шерил вышла на улицу. Лаура последовала за ней. Глория вновь залилась слезами.

– Ты в самом деле готова смириться с нашим положением? – спросила Лаура наблюдая, как Шерил разводит огонь.

– Это лучше чем быть убитой.

– Я тоже так считаю.

В это время к ним подошел тот самый индеец, что накануне переводил слова вождя.

Чем ближе Кохэна подходил к пленницам, тем сильнее ощущал нервозность во всем теле. Как он – воин, мог так робеть в присутствии какой-то белой?!

Когда сегодня девушки пришли на сходку, он был твердо намерен настаивать на их смерти. Он с презрением оглядел их, пока его взгляд не остановился на последней. Несмотря на её жалкий вид, ему показалось – эта самая красивая женщина, что он видел в своей жизни. Он не мог поверить, что белая женщина способна произвести на него такое сильное впечатление.

Кохэна не мог скрыть своего восхищения ею, а когда она взглянула на него, в сердце тут же вспыхнул огонь. Ему хватило и секунды, чтобы понять – она нужна ему. Многие в племени хотели, чтобы их убили. Все понимали, какой это был риск оставить их у себя. И какого же было их удивление, когда Кохэна выступил за то, чтобы оставить белых в живых. Даже Вихо переспросил:

– Ты в самом деле хочешь сохранить им жизнь?

– Да. У нас мало людей, а они могли бы работать и взять на себя заботу о пожилых. К тому же Мигизи и Бинэ уверены, что их не будут искать.

При этих словах Бинэ с Мигизи осели, так как не могли знать этого наверняка. Выслушав остальных, Вихо принял решение.

После того, как белые женщины ушли, Вихо дал задание Кохэне переговорить с ними.

Кохэна чувствовал, что чем ближе подходил к ним, тем больше волновался. Заговорив, он старался не смотреть на Шерил и в основном обращался к Лауре:

– Сегодня вечером будет праздник. Всё племя соберется в центре лагеря. Вы можете отсюда наблюдать, но вам запрещается подходить ближе.

В этот момент он взглянул на Шерил. Её взгляд, обращённый на него, снова вызвал жар. Понимая, какие чувства она в нём вызывает, Кохэна начал злиться.

– Завтра вам предстоит привести себя в порядок и переодеться в нашу одежду.

Закончив, он хотел поскорее уйти, но сделав шаг, услышал:

– Извините.

Кохэна резко обернулся.

– Как ваше имя? – смотрела на него Шерил.

– Кохэна, – раздраженно буркнул он и быстро ушел.

Сев у входа в свой типи, принялся затачивать стрелы. К нему подсел Керух. В этот момент мимо них прошла Шерил с котелком в руках. Оба проводили её взглядом, пока она не скрылась из виду.

– Почему ты не стал настаивать, чтобы их убили? – обратился Керух к брату.

– Это бы уже ничего не изменило.

– Но если белые узнают, что у нас их женщины, они всех убьют.

Кохэна понимал, брат прав.

– Белые уже давно оставили нас в покое. К тому же Бинэ уверен, их не будут искать. Никто не сможет спуститься в пропасть и проверить, есть ли там их тела.

– Но было бы лучше избавиться от них, – заключил Керух.

В это время Шерил вернулась с полным котелком воды. Навстречу ей шла Кэй, жена Керуха. Проходя мимо, та локтем толкнула девушку в больное ребро. Шерил пошатнулась, почувствовав резкую боль и сжала грудь рукой. Котелок из рук выпал. Кэй и другие женщины рассмеялись. Керух так же захихикал. Увидев эту сцену, Кохэна нахмурился.

Справившись с приступом боли, Шерил взяла с земли котелок и вновь пошла к реке.

Кэй подошла к мужчинам.

– Эти белые ни на что не годны, – смеялась она.

Кохэна хотел осадить её, но не имел права, у неё был муж, который молчал.

Шерил благополучно вернулась с реки и добралась до своего типи. Хотя тот находился достаточно далеко, Кохэна мог видеть, как двигается её силуэт. Как могла ему, так ненавидящего белых, понравится одна из них? До этого ни одна девушка из его народа не волновала его сердце. И тут такое!

– Надеюсь, к нам не всегда так будут относиться, – с горечью в голосе произнесла Лаура.

Шерил лишь пожала плечами и подвесила котелок над костром. Лаура закинула в него овощи. Обе уселись на бревно. Каждая думала о своей жизни. Все их планы на будущее рухнули. Они никогда не будут учить детей. Шерил надеялась в будущем путешествовать, посмотреть разные страны, Лаура же хотела найти хорошего мужа и иметь детей. Но ничему из этого не суждено было сбыться. Они по своему разделяли чувства Глории и Синди, пусть и не так открыто.

Вскоре, в центре лагеря стали собираться индейцы. Они переоделись в нарядную одежду, а лица разукрасили красными и чёрными полосками. Женщины вплели в волосы ленты, цветные шнурки и перья.

– Интересно, что они празднуют? – одолевало Лауру любопытство.

Синди с Глорией вышли из дома и уселись рядом. Шерил встала, чтобы разлить еду по тарелкам. Неожиданно раздался мужской клич. С другого конца лагеря индеец вел под уздцы лошадь с всадником. Коня подвели в самый центр, где горел костёр. Все немного расступились и у костра осталась молодая индианка. Она была нарядно одета, а в волосы вплетены красивые перья, лицо украшала раскраска. Всадник спрыгнул на землю и встал напротив девушки. Тут послышались восклицания и улюлюканье стоявших рядом.

– Это же свадьба! – осенило Шерил.

Они внимательно наблюдали за всем происходящим. Первый раз в жизни они присутствовали на индейской свадьбе.

К молодым людям подошёл вождь, накрыл покрывалом и произнес несколько слов. После этого все стали подходить к ним и обнимать. Дальше, судя по всему, началось празднование. Все расселись в широкий круг. Женщины раздавали пищу и разливали напитки.

Веселье продолжалось почти всю ночь. Индейцы танцевали странные танцы у костра, пели свои песни, стучали в барабаны. Всё это выглядело очень необычно.

Следующим утром в лагере царила тишина. Лишь пожилые индейцы сидели у костра, раскуривая трубки, да дети играли у своих домов.

Потянувшись, Шерил вышла на улицу. Около входа она обнаружила ворох одежды, подняв её, вернулась в типи. Глория с Синди принялись брезгливо её осматривать.

– Что это?! – держа платье двумя пальцами, промолвила Глория. – Да оно даже щиколотку не закрывает! Я не могу такое надеть. Это неприлично!

– Никто в племени так не подумает. Все их женщины носят такую длину. Сейчас эта одежда выглядит лучше, чем наша, – и Шерил воткнула палец в дырку на своём грязном платье. – Зато мы наконец-то сможем переодеться в чистое белье, – и взяв себе наряд, вышла на улицу.

Не прошло и минуты, как остальные последовали её примеру. Всем жутко хотелось смыть с себя всю грязь. Ничто за последнюю неделю не принесло столько радости, как ощущение свежести и чистоты, благо вода в реке была теплой. Девушки плескались в воде, брызгали друг друга. Казалось, они снова свободны и никто не следил за ними.

Накупавшись и постирав свои платья с сорочками, оделись в непривычную для себя одежду. Платья доходили до середины щиколотки, на подоле и рукавах была бахрома, около шеи располагалась вышивка. Хорошо хоть ткань была мягкой и приятной к телу. Теперь они стали частью племени.

После обеда лагерь ожил. Женщины готовили еду, а мужчины изготавливали оружие, объезжали лошадей или сбившись в небольшие группы, общались. Девушки сидели в своем типи. Синди помогала Глории заплести её слишком вьющиеся волосы. Шерил читала маленький томик, что носила с собой в кармане, Лаура же предавалась своим мыслям.

Кохэна подошёл к типи. Ему было необходимо поговорить с ними, но зайти он не решался.

– Эй! Выйдите сюда! – прогремел его голос.

Переглянувшись, они поспешили выйти.

Кохэна с интересом оглядел их. Вид у них был гораздо лучше.

– С сегодняшнего дня вам предстоит учить наш язык. Я буду тебя обучать, – и он показал рукой на Шерил, – а ты остальных. А теперь идите за мной.

Он подвел их к одному из типи. Около него сидел пожилой индеец.

– Ты, – показал он на Глорию, – будешь убирать этот дом, стирать его одежду.

Дальше он подвёл их к другому дому и такое же задание дал Синди, а затем и Лауре. Шерил стала гадать, чей же типи достанется ей.

Какого же было её удивление, когда они подошли к типи этого индейца.

– Ты будешь убирать мой дом.

Шерил совсем поникла. Его вид и так внушал ей страх, а теперь ещё предстоит убирать его жилище и обучаться у него языку. Вчера она заметила, как он был недоволен их присутствием и судя по всему, вряд ли будет к ней добр. Лучше бы ей поручили убирать типи какого-нибудь старого индейца. Но выбора у неё не было, поэтому она покорно кивнула головой.

– Можешь начинать, – произнёс он и откинул шкуру, закрывавшую вход.

Шерил послушно вошла во внутрь. На полу были накиданы шкуры зверей. В типи, что занимала она, все шкуры были старыми и в дырах, здесь же они были хорошего качества, без проплешин и с мягкой шерстью. Стены украшали вышитые покрывала. Постелью служило красивое покрывало, которое лежало на медвежьей шкуре. У стены находился ворох одежды.

Шерил принялась за уборку. Кохэна сел у входа и принялся точить томагавк. Он испытывал некоторое волнение из-за того, что она находилась в его доме.

Шерил вынесла тот самый ворох одежды на улицу и положила возле входа. Одежду следовало постирать. Индеец наблюдал за ней. Следом за одеждой она вынесла грязную посуду и небольшие шкуры. Соорудив веник, Шерил подмела шкуры, вытряхнула те из них, что лежали на улице, несколько раз сходила к реке помыть посуду и постирать одежду.

– Я закончила, – сообщила она.

– Тогда иди за мной, – и встав, Кохэна вошёл в типи.

Шерил медлила. Она не знала чего от него ожидать.

– Я жду! – грозно крикнул он.

Она тут же послушалась. Жестом он указал, чтобы она села напротив него. Шерил опустилась на колени. Она испытывала жуткое смущение, находясь с ним наедине. Кохэна неотрывно наблюдал за ней. Ему нравилось смотреть на неё.

Шерил боялась взглянуть на него, поэтому сидела, опустив голову.

– Почему ты не смотришь на меня? – строго произнес он.

Её щёки тут же покрылись пунцовой краской.

– Я первый раз в жизни нахожусь наедине с мужчиной. У нас это не принято и считается неприличным.

– Забудь всё, что там у вас принято. Теперь ты живёшь среди моего народа. Мне нужно, чтобы ты смотрела на меня.

Шерил была глубоко возмущена его словами, но все же посмотрела на него.

– Так-то лучше, – самодовольно произнес он. – Тебе нужно повторять за мной слова и запомнить их значение.

Кохэна называл слова на своем языке, Шерил старательно повторяла за ним. Он перечислил все предметы, находящиеся в типи, а также название посуды, еды, одежды и тому подобного. Решив, что на сегодня достаточно, он отпустил её.

С облегчением выдохнув, она вернулась к себе. Из-за страха перед ним, Шерил жутко боялась не запомнить слова, думая, что рассердит его. Дома она повторила всё чему научилась, пока остальные не запомнили.

На следующий день не успела Шерил позавтракать, как за ней вновь пришёл Кохэна. Он отвел её за лагерь. Усевшись на большое бревно, показал рукой, чтобы она тоже присела.

Сегодня обучение языку ей нравилось гораздо больше, чем вчера. Они хотя бы сидели на открытом пространстве, а не в тесном типи. Кохэна обучал её грамматике, если так можно сказать. Язык индейцев оказался гораздо сложнее, чем думала Шерил. Она считала, что они примитивны и их язык должен быть скуден, но это суждение оказалось далеким от истины.

Как же Кохэна радовался возможности учить Шерил. Они могли каждый день проводить вместе. Она садилась совсем рядом и он мог без труда любоваться её красотой. Они проводили свои уроки в разных местах. Это помогало лучше запомнить слова. Он рассказал, каким обычаям они следуют. Шерил оказалась способной ученицей. Она быстро запоминала всё, что необходимо. С каждым днём Кохэна всё больше привязывался к ней. Он ждал этих уроков.

– Откуда ты знаешь наш язык? – как-то решилась спросить Шерил.

– В каждом племени есть человек, который знает язык белых. Нам, к сожалению, приходиться иметь с ними дело.

– Но ведь тебя кто-то научил ему?

– С нами жил белый мужчина. Он научил меня, когда я был ещё мальчиком.

– Что с ним стало?

Кохэна уставился на реку.

– Его укусила змея и он умер.

– А как он к вам попал?

– Он полюбил скво и стал жить с нами.

Шерил нахмурилась.

– Разве у вас разрешены браки с белыми людьми?

– Думаешь мы совсем дикари?

Шерил заметила, как Кохэну задел её вопрос.

– Я не это имела ввиду. Я просто считала, что вы не хотите иметь с нами ничего общего.

– Не хотим, но жизнь намного сложнее, чем нам хотелось бы.

Шерил уже пожалела, что завела этот разговор.

– Нам пора идти, – произнес Кохэна и встав, направился к лагерю.

Лаура у костра готовила еду. Шерил уселась рядом.

– Как уроки? – интересовалась она.

– Хорошо. Представляешь, у них в племени жил белый мужчина. Он-то и научил Кохэну языку. А еще он влюбился в индейскую женщину и они поженились. Я спросила у Кохэны, как такое возможно, а он разозлился на меня.

Присев рядом, Лаура задала неожиданный вопрос.

– Шерил, разве ты не замечаешь, что нравишься Кохэне?

Та изумленно уставилась на подругу.

– Что?! Не-ет. Этого не может быть.

Лаура лукаво усмехнулась.

– Разве тебе не кажется странным, что именно ты убираешь его дом? Только тебя он лично учит языку. Нас же он вообще не замечает, словно мы пустое место. Я уже давно заметила, как он смотрит на тебя, стоит тебе пройти мимо.

– Нет, – не могла поверить Шерил. – Тебе это только кажется. Ему совсем нет до меня дела. Он даже никогда не приставал ко мне.

– А он тебе нравится?

Шерил вылупилась на Лауру.

– Конечно нет!

– Он ведь один из самых красивых мужчин в этом племени. Разве ты этого не замечаешь?

Она покачала головой, по-прежнему удивлённо смотря на подругу.

– Ты бы смогла влюбиться в индейца? – спросила Лаура.

– Тебе кто-то из них нравится? – догадалась Шерил.

Лаура смущённо потупила взор.

– Нравится.

– И кто же? Неужели Кохэна?! – воскликнула она.

Лаура закачала головой.

– Нет, что ты! Это сын Мона – Нокоу.

– Это тот у кого ты убираешь дом?

– Да. Он часто приходит к отцу. Но, к сожалению, совсем не обращает на меня внимания, – вздохнула Лаура.

Шерил задумалась. Никогда раньше она не представляла, что может влюбиться индейца. Она всё ещё надеялась выбраться отсюда и жить среди своих, учить детей в школе, посмотреть другие страны, выйти замуж и нарожать детишек. Но не в племени Вестенхук!

– И что ты собираешься делать?

– А что я могу? Мне остаётся лишь надеяться, что когда-нибудь он обратит на меня внимание.

– Но что, если нас освободят и узнают, что мы спали с индейцами? Нас ведь будут презирать!

– А если это никогда не произойдёт? – парировала Лаура. – Если я буду любить его, то уже никогда не захочу вернуться к своим. Лучше уж умереть вместе.

– Мне даже страшно такое представить, – грустно заметила Шерил.

Вечером, когда девушки ужинали возле своего очага, к ним подошёл Кохэна, только что вернувшийся с охоты. В руках он держал куропаток. При его приближении, они, как по команде, перестали есть и молча уставились на него. Подойдя к ним, он бросил на шкуру свою добычу.

– Это вам, – и тут же ушел.

Лаура многозначительно посмотрела на рядом сидевшую Шерил.

– Это всё ради тебя, – шепнула она ей на ухо.

– Почему это? Он ведь для всех принёс, – возражала та.

– Почему же другие этого не делают? Он единственный, кто вообще нам что-то приносит.

Шерил пожала плечами. Слова, что сказала ей днем ранее Лаура немного взволновали её, но теперь она забеспокоилась ещё больше. А что, если Кохэна и вправду влюблён в неё? Ничего кроме страха он в ней не вызывал. Да, сейчас она уже не так боялась его, как при первом знакомстве, но всё равно он казался ей очень суровым, даже грубым. Что же ей делать? Избегать его она не может, каждый день он учил её языку. Надежда лишь на то, что этих уроков осталось немного, так как она уже сносно могла говорить и понимать их язык. Конечно, всё это могло лишь быть плодом воображения Лауры, тогда ей не стоит понапрасну волноваться.

В лагере царил переполох. Мужчины уехали на поиски Керуха. Ещё днём он должен был вернуться с охоты, но уже стемнело, а его по-прежнему не было. Женщины утешали Кэй, хотя мало кто ожидал хорошего исхода. Все знали, если индеец не вернулся к обещанному времени, ничего хорошего это не сулило.

Кэй сидела у типи и вглядывалась в темноту. Она надеялась, что вот-вот вернётся Керух. Наконец послышался топот приближающихся коней. Кэй тут же вскочила и побежала на встречу всадникам. Вдруг, она издала пронзительный вопль. Кэй увидела своего мужа, перекинутого через коня. Его руки и ноги безжизненно свисали.

Кохэна снял тело брата с коня и положил на землю. Кэй тут же склонилась над ним. Всё тело было истерзано. Она подняла громкий плачь. Индианки тут же подхватили его и лагерь наполнился звуками скорби и горя. Все были подавлены. Кохэна ещё раз взглянул на брата и ушёл к себе. Он уселся на шкуру с огромным ножом в руках и тихо запел скорбную песню. Горе его было велико. Так и не сомкнув за ночь глаз, на рассвете он уехал.

Племя приготовилось к погребению. Все ждали Кохэну, но он так и не вышел из типи. Нокоу, стоя у входа, позвал Кохэну, но ответа не последовало. Войдя в типи, тот обнаружил, что он пуст.

– Его нет, – сообщил Нокоу вождю. – Я отправлюсь за ним.

Вихо кивнул головой в знак согласия. Но не успел Нокоу вскочит на коня, как Кохэна въехал в лагерь. Он был весь в ссадинах, из плеча сочилась кровь. Мустанг тащил за собой мёртвую тушу медведя. Кохэна спешился с коня, отрезав верёвку, которой был связан медведь. Его взгляд был похож на взгляд зверя.

– Теперь мы можем похоронить Керуха, – произнёс он.

Племя окружило тело Керуха, лежащего в центре лагеря. Начались похороны.

Шерил была поражена поступком Кохэны. Она поняла, что он отомстил медведю за смерть брата. Ей казалось это дикостью. Ведь зверь – это не человек, который намеренно лишает кого-то жизни. В её глазах Кохэна был ещё большим зверем, чем этот медведь. Конечно, Керух был его братом, но смерть медведя не могла вернуть того к жизни. Кохэна был опасным, мстительным человеком. Разве может он ей понравиться? Да никогда! Шерил всегда была против жестокости и сейчас он казался ей ещё более отталкивающим, чем когда-либо. После церемонии захоронения все разбрелись по своим домам. Женщины принялись готовить еду, некоторые мужчины уехали. Кохэна же ушел к себе. Со вчерашнего вечера во рту у него не было и крошки, но и сейчас он просто не мог есть.

Будучи подростками, братья остались без родителей. Белые убили их. Они были очень дружны, всё делали вместе. Даже когда Керух взял в жёны Кэй, это не мешало им проводить время вместе. А как же они любили вместе выслеживать добычу! Они действовали как один человек, без слов понимая мысли друг друга. И вот, теперь Керух мёртв. Его смерть была страшной, мучительной. Если бы Кохэна только поехал с ним на охоту!

Кохэна свернулся на полу, поджав по себя колени. Его боль была огромной! Сейчас ему хотелось оказаться в объятьях Шерил. В её ласках он бы смог найти утешение. Раньше он ненавидел всех белых, но она как будто была его второй половиной, словно в их жилах текла одна кровь. Теперь одна она осталась дорога его сердцу. Конечно, тесная связь в племенем связывала его душу, но никого дороже брата, а теперь и Шерил у него не было. Бессонная ночь взяла своё и Кохэна погрузился в сон.

Постепенно жизнь в лагере пришла в своё русло. Кохэна больше не занимался с Шерил, чему та была чрезвычайно рада. Ей больше не хотелось общаться с ним. Вскоре должны были приехать гости из соседнего племени. Все готовились к большому празднованию и приему гостей. Кэй взяла на себя заботу о Кохэне. Она готовила ему еду, стирала одежду и убирала жилище. Хотя он не очень это приветствовал, но решил не возражать. Возможно, так ей было легче пережить смерть мужа. Кэй даже стала веселее. Кохэна скучал по Шерил. Больше они не проводили вместе время, она овладела необходимыми навыками языка. Помогать ему тоже отпала необходимость. Видел он её в основном мельком.

Шерил подружилась с Ерикой. Теперь та обучала её различным премудростям. Индианки учили шить одежду из шкур и льна, плести пояса, чистить шкуры. Она его просто не замечала. Кохэне даже казалось, что Шерил намеренно избегала его. Если он направлялся в сторону сидящих рукодельниц, она тут же уходила. Вообще, где бы они не встретились – на поле, реке или в лесу, она старалась быстро ретироваться. Шерил больше не смотрела на него. Это крайне задевало его гордость. Каждый день он думал о ней и надеялся на взаимность. Ему хотелось нравится ей. Он всячески старался показать ей свое расположение. Сколько раз он приносил ей лучшее из своей добычи. Но все его старания оставались без ответа. Разве мог он на что-то надеяться? Но и отказаться от неё он тоже не мог.

Наступил волнительный день для племени. К обеду приехала большая группа индейцев, как мужчин, так и женщин. Их одежда и внешний вид не отличались от вида Вестенхук.

Племена старались сохранять дружеские отношения. В минуты опасности приходили друг другу на помощь, а во времена голода делились едой.

Гости были нарядно одеты, лица соответствующе разукрашены. Их встречали громкими возгласами. Когда приехавшие спешились с коней, на встречу им вышел Вихо. Он обменялся приветствием с вождем Мэхка. Остальные так же с радостью приветствовали друг друга.

Все разбрелись по лагерю. В центре уже сложили дрова для костра и разложили шкуры. Индианки показывали расшитую одежду и различные поделки. Мужчины хвастались своими трофеями. Но что объединяло все разговоры, так это обсуждение четырех белых женщин в племени.

Кохэна сидел с двумя индейцами. Кэй им прислуживала. Она приготовила вкусный обед и раскладывала его по тарелкам.

Гостей распирало любопытство относительно этих женщин.

– И как вы решились их оставить? Что если белые узнают? Они ведь всех убьют.

– Белые уже давно не показываются в этих местах. Тем более повозка упала в обрыв. Вряд ли кто будет их искать, – объяснял Кохэна.

– Всё-таки это большой риск, – заметил один из них.

– Вы не спите с ними? – задал вопрос второй.

Кохэна ожидал что-то в этом роде, поэтому совсем не удивился такому вопросу.

– Нет. Они пользуются теми же правами, что и остальные.

– Что?! – удивился тот. – Вы жалеете этих белых? Да попади наши женщины к ним, они бы не раздумывая изнасиловали их и убили. Белые недостойны такого уважительного отношения.

Кохэна и сам так раньше думал, но сейчас он не позволит обидеть этих женщин.

– Разве мы дикари? – заметил он. – Тем более они приносят пользу племени и хорошо работают…

Неожиданно гость рассмеялся.

– Они могли бы приносить не только пользу, но и удовольствие. Одно другому не помеха.

Второй индеец и Кэй тоже захихикали. Кохэна зло взглянул на противно смеющегося индейца. Ему захотелось врезать в его лицо.

– Так решило племя, – отрезал он.

– Может мне стоит попытать счастья с одной из них? – не унимался тот.

– Да ладно тебе, – вмешался другой, видя злость на лице Кохэны. – Мы здесь гости и должны уважать решение племени.

Реакция Кохэны не ускользнула и от Кэй. Она поняла, он не спроста защищает белых и это взволновало её. Раньше она не замечала, как Кохэна относился к пленницам, да тогда это её не особо касалось. Но теперь всё изменилось. У неё были большие планы на него. И не только планы, но и права!

Наступил вечер. Солнце опустилось за холм. В центре горел большой костёр. Все уселись вокруг него. Стучали барабаны и бубны. Сначала женщины, а потом и мужчины исполняли свои танцы. Все пили и ели. Велись оживлённые разговоры, слышался смех.

Шерил сидела вместе с Ерикой и Лаурой. Синди и Глория, хотя уже стали общаться с некоторыми индианками, по-прежнему держались особняком. Они уселись как можно дальше от всех и обсуждали свои дела, почти не обращая внимания на веселье. Шерил же с удовольствием наблюдала за происходящим. Общение с Ерикой очень помогло ей. Ерика объясняла ей обычаи и верования. Хотя Шерил они, по-прежнему, казались дикими, но она, по крайней мере, знала чего ожидать от индейцев. К тому же Ерика была очень дружелюбной. Она рассказала Шерил, что два года назад умерла её дочь. Той только исполнилась 20 весна. Болезнь быстро поразила её и она скончалась за считанные дни. Ерика винила себя, что не смогла ей помочь. Теперь же она могла как свою дочь обучать Шерил всему, что знала сама. Она даже чувствовала ответственность за девушку.

Лаура, общаясь с подругой и Ерикой, не упускала из виду Нокоу. Он сидел ближе к центру и оживлённо беседовал с индейцем из соседнего племени. А когда он танцевал, Лаура не могла оторвать от него своего взгляда. Как же он ей нравился! Часто она мечтала о нём. Но он совсем не замечал её.

Кохэна сидел за вождём Вихо, на противоположной стороне от Шерил. Он отлично видел девушку. Её глаза блестели в отражении костра. Она много смеялась. Кохэна всё больше уверялся в своём желании признаться ей в своих чувствах и чем больше он выпивал, тем решительнее становился. Он уже не мог отвести от неё взгляд. Это видела Кэй, наблюдавшая за ним. Теперь она уже всерьёз опасалась за своё будущее.

Наступила ночь. Большинство индейцев разбрелись по домам. У костра осталась лишь молодёжь. К этому времени девушки улеглись спать. Неожиданно, у входа в типи прогремел мужской голос.

– Шерил!

Она испуганно подняла голову, не понимая, кому и зачем могла понадобиться.

– Это Кохэна, – догадавшись, шепнула Лаура.

Не дождавшись ответа, он снова позвал её.

– Женщина, я знаю, что ты слышишь меня. Выйди ко мне.

Шерил была в полном недоумении.

– Кохэна, я уже сплю. Если у тебя есть ко мне дело, давай обсудим это завтра.

Но индеец не хотел угомониться.

– Раз ты разговариваешь со мной, значит уже не спишь. Если ты сейчас не выйдешь, то я зайду и сам выведу тебя.

Понимая, что Кохэна настроен серьёзно и не отступит, Шерил пришлось встать и накинув на себя покрывало, выйти. Её охватила тревога. Что он хочет от неё, да ещё в такое время? На улице уже забрезжил рассвет. Выйдя из типи, она оказалась перед ним. На его лице всё ещё была нанесена краска. Заметив её обеспокоенный вид, Кохэна решил успокоить её.

– Я не сделаю тебе ничего плохого. Иди за мной, – и направился в сторону от лагеря.

Он остановился около сушилки для белья, сооруженной из бревен и тонкой перекладины. В этом месте их никто не мог слышать.

От волнения Шерил била мелкая дрожь. Этот человек не внушал ей доверия. Кохэна обернулся. Некоторое время он молчал, чем ещё больше нервировал её.

Наконец он произнес:

– Ты станешь моей женой?

От столь неожиданного предложения у Шерил аж перехватило дыхание. Даже сквозь сумрак Кохэна заметил в какое замешательство привел её. Она явно не ожидала такого поворота событий.

– Но… я… не могу стать твоей женой, – запинаясь, с дрожью в голосе ответила Шерил.

– Почему? – требовательным тоном произнёс Кохэна.

Как же это не похоже на предложения руки и сердца существовавшие в обществе белых! Никакого такта и уважения. Он так спрашивает, будто она была обязана ответить своим согласием и никак иначе! Его самоуверенность крайне раздражала. Как же объяснить ему, что она не собирается замуж ни за какого индейца, а уж тем более за него. Шерил судорожно вздохнула.

– Я не могу выйти замуж за человека, которого не люблю.

– Если только в этом дело, то это не помеха. Я буду заботиться о тебе. Ты всегда будешь сыта и под моей защитой. Со временем ты сможешь полюбить меня. Я знаю, у белых часто заключаются браки без любви и это никому не мешает.

Шерил не верила своим ушам! Он как будто не слышал её!

– Я не понимаю?! – затараторила она. – Почему я?! Ведь у вас в племени много красивых девушек. Думаю, любая будет рада стать твоей женой. Я же – другая. Я выросла в другом обществе, мы никогда не сможем понять друг друга.

– Главное, ты – женщина, а я – мужчина. Это всё что нужно, – парировал Кохэна.

Он не собирался отступать.

– Это немыслимо, – чуть слышно произнесла Шерил, нервно потирая лоб рукой.

– Рано или поздно ты будешь моей. Я тебя никуда не отпущу. Куда бы ты не пошла, я всегда буду следовать за тобой. С этой минуты ты принадлежишь мне, – и схватив её за плечи, стиснул.

– Я никогда не буду твоей! – почти кричала она. – Если ты прикоснёшься ко мне, то обещаю, я убью себя. И это не пустая угроза. Так и знай!

В душе Шерил всё клокотало от злости. Страх улетучился, осталось только возмущение от слов самоуверенного индейца.

Кохэна так же чувствовал злость, но оттого, что она отвергла его.

– Хорошо, женщина, я не трону тебя, – и при этих словах отпустил её. – Но с этой минуты ты будешь не только убирать мой дом, но и готовить мне пищу, принимать её вместе со мной. На собраниях племени и праздниках будешь всегда сидеть позади меня.

Хотя его слова вызвали внутренний протест, но возражать она не стала. Лучше согласиться на его условия, чем быть лишённой чести, тем более что она уже выполняла часть этих дел. Пусть это будет её уступкой взамен его приставаниям.

– Хорошо, я сделаю как ты хочешь. Но разве не Кэй занимается этим?

У него совсем вылетело из головы, что Кэй теперь готовит ему.

– Я поговорю с ней. Завтра днём жду тебя, – и сверкнув глазами, ушёл.

Шерил тяжело вздохнула. Она невидимым взором глядела в даль. За что ей всё это? Ни к одной из пленниц никто из мужчин не проявлял интереса, хотя Лауре очень нравился Нокоу. А ей предстоит терпеть внимание Кохэны. Как он сказал? «Ты принадлежишь мне». А ведь в душе Шерил сохраняла надежду вырваться из общества индейцев и снова жить среди своих.

Насколько она смогла узнать Кохэну, он был похож на человека, который всегда выполняет свои обещания, к тому же ему было не занимать упрямства. Теперь ей предстоит каждый день проводить с ним время. Хотя и раньше общение с ним не доставляло особой радости, но по крайней мере в его обществе она чувствовала себя спокойно. Сейчас же всё будет по-другому. Она постоянно будет ощущать себя неловко в его присутствии. Как бы ей хотелось, чтобы всё это было просто сном.

Шерил вернулась в типи. Там никто не спал. Все ждали её возвращения.

– Ну, что от тебя хотел этот индеец? – первой не удержалась Глория.

– Чтобы я стала его женой, – с грустью ответила Шерил, ложась на свою постель.

– Что?! – воскликнули Глория с Синди.

Только Лауру это сообщение не удивило. Она заметила, как сегодня на празднике Кохэна смотрел на Шерил. В глубине души она даже завидовала ей, как бы ей хотелось, чтобы Нокоу так же смотрел на неё.

– Эти индейцы совсем обнаглели! – возмущалась Глория. – Они и так держат нас как пленниц, так ещё и хотят спать с нами.

– А ты что ответила? – спросила Лаура.

Шерил понимала любопытство соседок, но обсуждать этот вопрос ей совсем не хотелось.

– Отказала ему.

– Конечно! – одобрительно воскликнула Синди. – Как же могло быть иначе! А он?

– Ничего. Если вы не возражаете, давайте не будем это обсуждать. Возможно Кохэна слишком много выпил на празднике и наговорил лишнего. Может быть завтра он забудет о своих словах. Давайте спать, – и при этих словах она отвернулась.

Лаура с сомнением посмотрела на Шерил. Было не похоже, что Кохэна сделал такое предложение необдуманно. Среди индейцев были крепкие семьи, они слишком серьёзно относились к своим традициям. Чтобы пойти на такой шаг он должен был быть уверен в своём желании. Хотя всем хотелось узнать подробности, было ясно – ответов они не получат.

На следующий день гости уехали. Шерил помнила об условии, что поставил перед ней Кохэна. Ей следовало приниматься за приготовлении пищи. Она нехотя подошла к его жилищу, взяла котелок и отправилась к реке за водой. Там Кэй с другими женщинами стирали одежду. Вернувшись, Шерил разожгла костер и поставив кипятиться воду, принялась чистить овощи.

Услышав, что кто-то возится около типи, Кохэна вышел на улицу. К своей радости он увидел Шерил. Она была занята приготовлением еды для него. Он сел у входа и принялся точить нож. Хотя она не произнесла ни слова и даже не удостоила его взгляда, он всё равно был рад.

В это время с реки вернулись женщины. Заметив Шерил возле Кохэны, Кэй была поражена в самое сердце! Огонь ревности обжёг её. Ей вдруг всё стало понятно. Кохэна имел планы на эту белую, он хотел сделать её своей женой!

Женщины, что были вместе с ней, не могли сдержать своего любопытства. Они стали перешёптываться, чтобы бы это могло значить? Неужели Кохэна влюблен в эту белую? Да, раньше она уже заботилась о его доме и одежде, но теперь, когда Кэй взяла на себя полную заботу о нём, необходимость в белой отпала. Кэй решительно направилась к нему. Женщины притихли. Кохэна бросил взгляд на Кэй и тут же вспомнил, что забыл поговорить с ней.

– Что она тут делает? – тыча пальцем в Шерил, спросила Кэй.

Кохэна заметил, как она была расстроена и даже зла.

– С этого дня она вновь вернется к своим обязанностям и будет готовить для меня.

– Но разве я плохо это делала? Почему ты хочешь, чтобы эта женщина заботилась о тебе?

Рассказывать истинную причину Кохэна не собирался.

– Кэй, я благодарен тебе за помощь, но я так решил.

Глаза Кэй налились кровью. Она еле сдерживала себя. Ей хотелось всё ему высказать. Но понимая, что белая будет свидетелем их разговора, не могла себе этого позволить.

– Давай поговорим в другом месте.

Кэй направилась к реке. Вздохнув, Кохэна последовал за ней. Он понимал чего хотела от него Кэй и что разговор будет не из лёгких.

Выбрав уединенное место, Кэй остановилась. Кохэна видел как она была рассержена.

– Я вижу ты не уважаешь традиции наших предков, – начала она с упрека.

– Женщина, никто не может меня в этом упрекнуть.

Именно этот ответ она и ожидала услышать.

– Тогда ты должен жениться на мне, так требует наш обычай.

Меньше всего ему хотелось услышать эти слова. Он прекрасно помнил, что должен взять в жёны вдову погибшего брата, если она заявит на него свои права. Кохэна надеялся, что Кэй не захочет воспользоваться этим правом. Она была красивой женщиной и многие из их или соседнего племени будут рады взять её в жёны. Но, как видно, она твёрдо решила выйти замуж именно за него. Она не оставляла ему выбора. Но попытаться её отговорить он всё же должен.

– Кэй, я не люблю тебя. Ты будешь несчастна со мной. Ты ещё выйдешь замуж за мужчину, который полюбит тебя и будешь счастлива.

– Нет! Я стану твоей женой! Ты не можешь отказаться!

– Кэй, я люблю другую!

Он хотел показать, что его сердце занято и с ним она не обретёт счастья.

– Даже если ты будешь моей женой, по закону я могу взять вторую жену. Именно так я и сделаю. Ты хочешь быть второй женой?

От этих слов Кэй сжала кулаки. Как он мог говорить ей такое? Быть второй женой и делить его вместе с белой! Она не могла этого допустить.

– Если ты возьмёшь ещё жену, я отравлю её. Так и знай! Я никогда не буду делить мужа с другой женщиной.

Кохэна видел, Кэй не собиралась менять своего решения. Она была твердо настроена выйти за него. Но уступать ей он не собирался.

– Тогда тебе лучше отказаться от меня, – и с этими словами он развернулся и зашагал прочь.

Кэй вся кипела от злости. Нет, она этого так не оставит.

Шерил находилась в типи Кохэны, когда услышала какие-то крики. Она вышла. Перед жилищем вождя стояли Кэй и Кохэна. Вокруг собирались любопытные. Кэй что-то эмоционально говорила вождю и при этом показывала в сторону Кохэны. Некоторые одобрительно поддакивали ей. Индианка говорила очень быстро, отчего Шерил не могла разобрать, о чём идет речь. Она могла понять лишь отдельные слова. Вдруг Кэй показала рукой в сторону Шерил и тут же на неё уставилось множеств глаз. Под этими взглядами Шерил съежилась. Не оставалось сомнений, речь идёт и о ней. Кохэна же стоял как вкопанный. Наконец Кэй замолчала. Вождь обратился к нему. Тот очень коротко что-то ответил. После этого Вихо, Кэй и Кохэна вошли в типи вождя.

Шерил уже было вернулась обратно в дом, чтобы не мозолить другим глаза, как встретилась с взглядом Ерики. Та с тревогой смотрела на неё. Этот взгляд вселил еще больший страх. Вряд ли её ожидало что-то хорошее.

Прошло не меньше получаса, прежде чем вернулся Кохэна. Он застал Шерил, сидящей калачиком возле двух тарелок с едой. Он опустился на шкуру. Как бы ему этого не хотелось, но он должен рассказать ей о происходящем. Шанс на то, что она согласится стать его женой из мизерных превратился в почти невозможный. В данный момент пленником здесь был именно он.

Шерил ждала, когда он ей всё объяснит, но он молчал.

– Что случилось? – не выдержала она.

Кохэна потупил взор. Как же всё ей рассказать?

– Я должен жениться на Кэй.

Шерил аж поперхнулась. Он сказал «должен», значит он больше не будет претендовать на неё. Это же великолепно! Она не могла скрыть свою радость. Кохэна видел, как на её лице заиграла улыбка. Но Шерил всё же разбирало любопытство.

– Но почему ты должен на ней жениться?

– По нашему закону, если у женщины умер муж, она может выйти замуж за его брата и он не может отказаться. Если другой мужчина захочет взять её в жёны и она будет согласна, тогда брат погибшего может быть освобождён.

– Значит Кэй захотела стать твоей женой, – констатировала она. – Получается тогда ночной разговор между нами не имеет больше смысла. Твоё предложение теряет силу.

Кохэна усмехнулся.

– Отчего же? Я по-прежнему могу на тебе жениться и женюсь.

Шерил пришла в недоумение.

– Но у тебя уже будет жена!

– В таких случаях разрешается иметь две жены.

Она не могла в это поверить.

– Я не верю тебе. Ты это специально выдумал, чтобы обмануть меня. Я не видела, чтобы в вашем племени у кого-нибудь было две жены.

– Действительно, в нашем нет таких семей, так как многие женщины не хотят быть второй женой и ждут предложения от других мужчин. Но в соседнем племени такие семьи есть. Если не веришь мне, спроси у Ерики.

Хотя ей по-прежнему было трудно поверить его словам, но его уверенный тон говорил о том, что это скорее всего было правдой. Значит женитьба на другой не избавит её от его внимания. Только теперь она ещё приобретёт себе врага в лице Кэй. Разве понравится какой-нибудь женщине делить своего мужа ещё с одной женой? К тому же, судя по Кэй, вряд ли та будет к ней добра.

– А ведь Кэй очень красивая, – начала Шерил. – Она сможет хорошо заботиться о тебе. Ты ведь ещё сможешь полюбить её.

Кохэна видел куда она клонит.

– Женщина, не думай, что сможешь переубедить меня. Я от своего не отступлюсь.

Шерил поняла, как глупо звучат её слова.

– Когда ваша свадьба?

– Вихо дал два месяца. Если в течении этого времени Кэй никто не сделает предложение и она на него не согласится, мы поженимся.

Всё-таки у Шерил ещё была надежда, что он откажется от неё.

– Мы будем сегодня есть? – прервал он её мысли.

Она тут же спохватилась и передала ему тарелку.

Ели они в полном молчании. Шерил раздумывала, что такой поворот событий может всё-таки сыграть ей на руку. Может он поймет, что иметь две жены осложнит всем жизнь. К тому же, как только он женится на Кэй, та всё возьмёт в свои руки и необходимость в Шерил отпадёт сама собой. Возможно Кэй сумеет влюбить его в себя. Её опыт может ей в этом помочь. От этих мыслей на душе становилось светлей. В отличии от мыслей Шерил, мысли Кохэны становились всё мрачней и мрачней. Он понимал, если женится на Кэй, то уже не сможет быть вместе с Шерил. Кэй сделает жизнь девушки невыносимой. Её угрозы не были пустыми. Жизнь Шерил была для него самым дорогим. Он лучше пожертвует своими чувствами, чем подвергнет её жизнь опасности. Если б только Кэй передумала. Оставалось лишь надеяться, что кто-нибудь в течении этих двух месяцев сделает ей предложение и она согласится. При этой мысли Кохэна с сомнением покачал головой. Это звучало почти невероятно. Кэй была решительно настроена стать именно его женой.

Шерил закончила обедать.

– Можно я пойду к себе?

Хотя отпускать её совсем не хотелось, но причин возражать у него не было.

– Иди.

Шерил вышла на улицу. Настроение у неё заметно улучшилось. Несколько женщин готовили обед. В центре стоял большой котел с кипящей водой, около которого находилась Кэй. Она следила за входом в типи Кохэны.

Шерил не спеша направилась к своему типи. Не успела она поравняться с женщинами, как Кэй в одно мгновение вытащила из котла большой ковш с кипятком и выплеснула его в лицо соперницы.

Краем глаза Шерил успела заметить движение Кэй, отчего инстинктивно отвернулась. Кипящая вода обожгла шею и плечо и струйками стекла по груди, оставляя красные следы на коже.

Кохэна только успел отставить тарелку, как услышал душераздирающий вопль. Он ни на секунду не засомневался, кому он мог принадлежать. В один прыжок он оказался на улице. Его взгляд тут же упал на Шерил, скорчившуюся от боли. Рядом стояла Кэй с пустым ковшом. Кохэна сразу сообразил, что та натворила. Не медля, он подскочил к Шерил и взяв её на руки, отнёс к себе. Осторожно опустил на постель, стараясь как можно меньше причинить ей боли. Она тихонько стонала. Её платье наполовину намокло. Не прошло и минуты, как появилась Ерика. Она осмотрела открытое место ожога, затем взяла у Кохэны нож и аккуратно разрезала платье от плеча и по всей длине рукава, обнажая часть груди и правую руку. Самый сильный ожог пришёлся на шею и плечо. Рука и грудь имели меньшую степень красноты. Ерика взглянула на Кохэну. Он сидел на корточках с противоположной стороны.

– Как она? – с тревогой спросил он.

– Она сильно пострадала. Я схожу к себе и возьму всё, что необходимо, чтобы помочь ей.

Кохэна кивнул. Как только Ерика вышла, он на коленях подполз к Шерил. Она лежала с закрытыми глазами, отвернув голову. Иногда слышался тихий стон. Его сердце сжалось. Как же ему хотелось облегчить её боль.

Вскоре вернулась Ерика, держа ступку, в которой растирала мазь. Она лёгкими движениями наносила мазь на места ожога. Почувствовав прикосновения, Шерил зажмурилась и громче застонала. Кохэна с трудом мог смотреть на её мучения. В его груди закипал гнев на Кэй. Он выскочил из типи и направился к тому месту, где всё произошло. Всё племя собралось в центре. Он быстро отыскал Кэй и схватив её, начал трясти.

– Женщина, что ты наделала?! – требовал он ответа.

От его стальной хватки Кэй захрипела. Ей казалось, он вот-вот раздавит её. Подскочили мужчины и вырвали её из лап Кохэны. Ярость горела в нём. Появился вождь и встав между ним и Кэй, поднял руку. Установилась тишина.

– Сегодня вечером будет собрание племени и на нём мы решим, как нам поступить с Кэй, – объявил вождь.

Все вокруг зашептались.

Кэй не на шутку перепугалась гнева Кохэны. Да, она намеренно ждала девушку, чтобы выплеснуть ей в лицо кипяток. Она надеялась, что ожёг испортит внешность соперницы и Кохэна больше её не захочет. Но Кэй совсем не думала о последствиях. Разве может племя встать на сторону белой и наказать её?! Это невозможно! Правда на её стороне! Белая хотела украсть то, что по праву принадлежит Кэй. Хотя она не чувствовала за собой вины, всё же волновалась по поводу собрания. Что же решит племя?

Кохэна вернулся к себе. Ерика уже нанесла мазь. Шерил по-прежнему лежала закрыв глаза, но стонов больше не было слышно. Ерика показала Кохэне на выход и вышла следом. Возле входа стояли Лаура, Синди и Глория. Они с тревогой смотрели на Ерику.

– Как Шерил? – спросила Лаура, от беспокойства заламывая руки.

Ерика по доброму посмотрела на них.

– Всё будет хорошо. Сейчас ей нужно поспать. Думаю, завтра уже будет лучше.

– Мы можем помочь?

– Пока нет. Но завтра потребуется ваша помощь, – и обернувшись, Ерика обратилась к Кохэне. – Сегодня тебе придётся переночевать в другом месте. Можешь спать в моём типи. Я буду здесь.

– Я переночую у Нокоу, – решил он.

С наступлением темноты племя собралось в центре лагеря. Кэй всё больше нервничала. Теперь она уже сожалела о содеянном. Нет, ей не было жалко соперницу, но своим поступком она ещё больше оттолкнула Кохэну. К тому же её волновало, какое наказание определит для неё племя.

Вначале дали слово Кэй объяснить свой поступок. Затем вождь предложил уважаемым мужчинам племени высказаться.

Перед многими стояла трудная задача, так как предубеждения перед белыми мешали определить для Кэй справедливое наказание. Если бы она навредила другой индианке, решение было бы легко принять. Но здесь, если определить ей такое же наказание, получается, белые имеют равную ценность, что и индейцы. Но сами белые никогда бы не встали на сторону индейцев. С другой стороны, само же племя решило принять их, как полноправных членов общества. Теперь они поняли, какую ошибку совершили, оставив их у себя. Выслушав разные мнения, вождь принял решение. Он обратился к Кэй.

– Ты лишаешься права выйти замуж за Кохэну. Только если он сам захочет взять тебя в жены.

Кэй не верила своим ушам. Лучше бы её наказали физически.

– Вождь Вихо, прошу тебя, пусть меня высекут, но пожалуйста, не лишайте права стать женой Кохэны, – умоляла она.

– Я принял решение. Ты хотела покалечить девушку. Если всё оставить как есть, кровопролития не избежать. Ты не успокоишься, пока не изувечишь её.

– Но, пож… – не успела она договорить, как Вихо оборвал её.

– Молчи, женщина! Решение принято, – и вождь показал знак рукой, что собрание окончено.

Все разбрелись по домам, обсуждая решение вождя. Некоторые считали его справедливым, но большинство было на стороне Кэй.

Кохэна остался доволен. Огорчало лишь, что в результате всего пострадала Шерил. Кэй не понимала, даже если бы её план удался, он по-прежнему любил бы Шерил и никогда не отказался от неё.

На ночь он расположился у Нокоу. Тот осуждал Кохэну.

– Почему ты решил жениться на белой женщине? Разве не ясно, что это принесёт раздор? Точнее уже принесло. Теперь в племени нет единства.

– Я знаю. Но сердце сделало свой выбор. На самом деле они такие же, как и мы. Разве ты не помнишь Хоту? Хотя он был белый, никто не считал его чужаком. Так и эти женщины со временем станут частью нашего племени.

– Хоту был другим. Он добровольно жил среди нас. Он любил наши обычаи. Эти же женщины тут против своей воли и если представится возможность, тут же предадут нас.

– Тогда мы должны сделать всё, что в наших силах, чтобы они полюбили наши обычаи, – возражал Кохэна. – Все знают, если женщина кого-то полюбит, то пойдёт на всё ради любви.

– Хоть одна из этих женщин уже полюбила индейца? Нет. Они презирают нас. Это же очевидно.

Кохэна понимал, Нокоу говорит правду, но отказаться от Шерил не мог, пусть даже всё племя будет против него.

– Пусть нас рассудит время, – заключил он.

Проснувшись, Кохэна тут же отправился к себе. Ерика сидела возле больной и наносила мазь. Шерил лежала молча и смотрела прямо перед собой. Как же ему хотелось обнять её, прижать к себе и сидеть так всю вечность.

– Как она? Ей всё ещё больно? – беспокоясь, спросил он.

– Сегодня ей уже лучше.

При этих словах Шерил взглянула на Ерику.

– Можно я пойду в себе? – умоляюще произнесла она.

– Давай попробуем.

Накинув ей на плечи лёгкую ткань, она осторожно просунула свою руку под спину девушки и помогла сесть. Шерил сжала от боли зубы, но всё-таки продолжила подниматься – сначала на колени, а потом и во весь рост. Кохэна пристально наблюдал за ней и видел, какую боль ей причиняет движение. Неужели она боялась, что если останется здесь, он будет приставать к ней? Разве он похож на дикаря, который думает только о своей похоти? Её желание поскорее уйти задело его самолюбие. Наконец они оказались на улице. К радости Шерил им на встречу шла Лаура. Ерика вместе с Лаурой довели её до типи. Глория с Синди ждали внутри. Не успела Шерил опуститься на постель, как тут же появился Кохэна, держа в руках медвежью шкуру, на которой спал сам. Он по хозяйски кинул её на место, где спала Шерил и без слов вышел. Девушки переглянулись.

Шерил очень смущало его поведение. Меньше всего ей хотелось ощущать его заботу, тем более что кроме проблем, ничем хорошим для неё это не оборачивалось. Полулёжа, она устроилась на шкуре. Лаура принесла чашку с едой.

– Как ты себя чувствуешь? – с заботой спросила она.

– Болит ещё, но уже намного лучше.

– Это хорошо. Вчера племя собиралось, чтобы наказать Кэй.

– И что?

– Думаю тебя не обрадует их решение, – Шерил нахмурилась. – Кохэна больше не обязан жениться на Кэй.

– Что?! Ну вот! – досадовала она. – Лучше бы они наоборот, приказали им пожениться. Теперь он точно от меня не отстанет. А Кэй что?

– Она была в шоке. Даже попросила её высечь.

Шерил уставилась в свою тарелку. Мало того, что у неё теперь ожог, который может оставить шрам на теле, так ещё и враг в лице Кэй. Ну почему ей так не везёт?! Теперь для неё был только один выход, бежать отсюда. Пусть не сразу, может даже пройдёт год, но она не останется здесь. Ей даже захотелось тут же поделиться своим планом с Лаурой, но вовремя спохватилась. Нет, никому нельзя об этом рассказывать, мало ли что.

– А мне жалко Кэй, – произнесла Шерил.

Лаура удивлённо взглянула на неё.

– Ты что? Она же хотела тебя покалечить.

– Да, но во всём виноват Кохэна. Если бы он согласился взять её в жёны, она ничего бы мне не сделала. Это ему я обязана ожогом.

– Я думаю он поступил честно, сразу сказав Кэй, что не хочет её в жёны.

– Ты его защищаешь? – с упрёком посмотрела Шерил на подругу. – Разве не он принуждает меня стать его женой?

– Шерил, как ты не понимаешь, если бы он только захотел, то мог бы взять тебя силой и никто бы ему в этом не помешал. А он хочет жениться на тебе.

Шерил уставилась на Лауру. Ей никогда не приходила в голову подобная мысль. Она воспринимала его как захватчика, который совсем не считался с её чувствами. Но, если быть честной, он ни разу не был с ней груб или жесток. Но как бы то ни было, он ей не нравился и никогда не понравится.

На следующий день Шерил смогла выйти на улицу. Ерика навещала её, осторожно снимая старую мазь и накладывала новую. На руке и груди ожоги приобрели бледный цвет, но шея по-прежнему оставалась бордовой.

Синди с Глорией спозаранку ушли собирать ягоды, а Лаура ещё спала. Усевшись на бревно возле типи, Шерил наблюдала за жизнью племени. Женщины готовили еду, убирали дома, изготавливали одежду. Мужчин почти не было, многие уехали на охоту. Только пожилые индейцы сидели возле домов и курили. Шерил посмотрела на типи Кохэны. Вчерашний разговор с Лаурой сидел у неё в голове. В глубине души она не верила Кохэне, она вообще не верила индейцам. Она считала себя выше их. Ей казалось, что они не могут любить так же, как белые, а руководствуются лишь своими обычаями в основе которых лежат инстинкты и им не постижимо любить нежно, самозабвенно, горячо. Даже то, как Кохэна сделал ей предложение, казалось служило доказательством её правоты. В то же время, если бы он руководствовался одними инстинктами, то и спрашивать не стал, а просто взял силой. Судя по всему она недооценивала индейцев.

– Что-то я разоспалась, – потягиваясь, вышла Лаура. – Надо было меня разбудить.

– Ничего страшного, к тому же мне уже легче и я сама смогла выйти.

Лаура осмотрела ожог.

– Уже лучше выглядит, – радостно сообщила она. – Сейчас приготовлю завтрак и пойду к Мона. Нужно у него убраться. Может Нокоу к нему заглянет, – мечтала она.

– Судя по всему мужчины уехали на охоту, в лагере никого нет.

Лаура грустно окинула улицу.

– Надеюсь скоро вернутся.

И в самом деле мужчины вскоре вернулись. Лаура только приступила к уборке, как приехал Нокоу. Он подстрелил несколько куропаток. По обычаю он поднёс отцу свою добычу и тот разделил её. Нокоу уселся рядом с отцом и рассказал ему об охоте. Лаура вынесла на улицу шкуры и покрывала. Ей очень хотелось, чтобы Нокоу заметил её. И он наблюдал за ней, но лишь потому, что вокруг не происходило ничего, что привлекло бы его внимание. От его взгляда не ускользнул её тонкий стан с привлекательными изгибами. Он даже отметил про себя, что для белой она была довольно трудолюбива и домовита. Но дальше этих мыслей ничего не следовало. Распрощавшись с отцом, Нокоу ушел к группе молодых индейцев, что хвастались своим оружием. Лаура грустно проводила его взглядом.

Как только мужчины вернулись, Шерил тут же ушла в дом. Ей не хотелось видеть Кохэну. Но не прошло и пяти минут, как он уже стоял возле её типи.

– К тебе можно? – услышала она его голос.

– Что тебе нужно?

Но вместо того, чтобы ответить, Кохэна шагнул во внутрь. Шерил возмущённо уставилась на него.

– Как твое плечо? – обратился он к ней.

Она молчала. Тогда он протянул руку к вороту её одежды, собираясь посмотреть ожоги. Этого она уже не могла снести. Шерил оттолкнула его руку.

– Женщина, никогда не смей отталкивать меня, – смотрел он на неё своим жестким взглядом.

Хотя его слова напугали её, но из упрямства она вызывающе посмотрела на него, показывая тем самым, что не собирается слушаться.

Он снова сделал попытку осмотреть ожоги. Шерил отскочила назад. В это время в типи появилась Ерика с мазью в руках.

– Скажи, как она? – обратился к ней Кохэна.

– Она молода. Скоро всё заживёт.

Получив ответ, он сразу вышел.

– Он обидел тебя? – обратилась она к Шерил, заметив её недовольный вид.

Шерил не знала, что ответить. Она никогда не обсуждала Кохэну с Ерикой.

– Он без разрешения вошёл сюда.

– Разве в этом есть что-то плохое?

– Но я не хочу его внимания.

Ерика немного осуждающе посмотрела на неё.

– Многие женщины пытались завладеть вниманием Кохэны, но он выбрал тебя. Он даже пошел наперекор нашим традициям ради тебя.

– Я не просила его об этом, – упрямым тоном заявила Шерил.

Ерика ничего не ответила. Она осмотрела кожу и вновь намазала её.

– Скоро совсем перестанет болеть.

– У меня останется шрам? – переживала Шерил.

– Я не знаю, но заживает всё хорошо.

– Ерика, спасибо тебе за заботу.

Индианка улыбнулась.

– Здесь не только я о тебе забочусь.

Шерил сразу поняла кого она имеет ввиду.

– Смотри, Кохэна снова что-то несет, – заметила Лаура, мешая готовящийся суп.

– Я тогда пойду, – сорвалась Шерил с места.

Кохэна принес только что выловленную рыбу. Отдав её Лауре, без слов удалился.

– Ушел? – голова Шерил протиснулись между шкурой, закрывающей вход.

– Ушел.

Она тут же уселась на прежнее место.

– Ты бы ему хоть спасибо сказала. Он каждый день приносит нам мясо и рыбу.

– Ну вот ещё! – Шерил упрямо сложила на груди руки. – Я его не просила. Ты не представляешь, как меня раздражает его забота. Я готова есть одну траву, только бы он отстал.

– Но он даже не пытается заговорить с тобой.

– Надеюсь, что и дальше не попытается. Вот ещё бы перестал нам еду приносить, а то у меня такое чувство, будто я ему должна.

После последней встречи Кохэна больше не делал попыток сблизиться с ней. Зато повадился приносить им еду. При его появлении Шерил тут же сбегала, боясь, что он заговорит с ней. Она даже стала надеяться, что он больше не станет просить её приглядывать за домом, так как ничем хорошим это не закончилось. Она не знала, но Кохэна каждый день интересовался у Ерики её здоровьем.

Мазь Ерики сотворила чудо и за две недели ожоги почти зажили. Наконец Шерил могла полностью помыться. Всё это время она заходила в воду по талию и могла лишь смочить левую руку, а о мытьё головы и речи не шло.

Вдоволь наплескавшись, Шерил вернулась в лагерь. Какого же было её удивление, когда у типи она обнаружила Кохэну, сидящего на бревне. Он что, ждёт её? Эта мысль привела в ярость. Она хотела пройти мимо и сразу же зайти в типи.

– Женщина, не делай вид что меня здесь нет.

Шерил остановилась.

– Я вижу ты выздоровела. С этого дня ты снова вернёшься к своим обязанностям.

Всё! Хватит! Внутри всё взбунтовалось. Да почему она должна это делать?!

– Я не понимаю, что это изменит?

– Я так хочу.

Шерил громко выдула из ноздрей воздух.

– Но я не хочу! Что если кто-нибудь опять захочет плеснуть в меня кипятком?

– Стань моей женой, никто и пальцем тебя не тронет.

Видя, что разговор бесполезен, Шерил решила действовать напрямую.

– А что если я откажусь убираться и готовить для тебя?

– Тогда я силой отнесу тебя в типи и не отпущу, пока ты не согласишься.

Шерил поняла, он не оставил ей выбора, но, чтобы хоть немного почувствовать себя хозяйкой положения, произнесла.

– Хорошо, я приду, но позже. Мне надо… зашить тунику, – придумала она на ходу.

– Нет, ты пойдешь сейчас, а зашить сможешь потом.

– Но я так… – не успела она договорить, как он резко встал с места и сделал к ней шаг.

Шерил тут же поняла его намерения. Она представила, как он, на глазах у всех, тащит её к себе.

– Хорошо, хорошо, я иду, – и спешно зашагала в сторону его типи.

Пока Шерил убиралась, Кохэна сидел у входа, делая вид, что чинит лук, а сам наблюдал, как она выносила на улицу покрывала и шкуры. Он не мог дождаться, когда она снова будет заботиться о его доме, готовить еду. Скольких сил ему потребовалось держаться от неё в стороне. Сегодня, когда Ерика сообщила, что Шерил здорова, он был готов плясать. Даже её не желание подчиниться не испортило настроения.

– Это надо же, сколько грязи, – недовольно ворчала Шерил.

Как же её всё бесило. Она заставляла себя убираться, и дело было не в лени. От её взгляда не ускользнул довольный вид индейца.

Закончив с уборкой, Шерил принялась готовить. Душа жаждала мести. Закинув овощи к мясу, голову посетила шальная мысль и не долго думая, она щедро насыпала соли в котел. На душе сразу полегчало. Раз он так хотел почувствовать её заботу, пусть хлебнет её полной чашей.

Кохэна уже ждал в типи. Она принесла ему полную тарелку еды.

– Разве ты не будешь? – удивился он.

– Нет.

Шерил довольная уселась напротив. Она со злорадством наблюдала, как Кохэна отправил в рот первую ложку.

Распробовав вкус блюда, он уставился на неё. Она видела, с каким трудом он проглотил жаркое.

– Значит ты решила насолить мне. Ну что ж, тогда выбирай, или сейчас вместе со мной ты будешь это есть, или заново приготовишь обед.

Шерил растерялась, не ожидая такого поворота. Есть супер пересоленную пищу не хотелось, но вот снова готовить, находясь рядом с ним, хотелось ещё меньше.

– Ладно, я съем то, что приготовила.

Она положила себе жаркое и вернулась в типи. Кохэна ждал, когда она начнет есть. Тяжело вздохнув над тарелкой, Шерил отправила первую порцию в рот. И зачем она бухнула столько соли? Ничего кроме соли она не чувствовала. С трудом проглотив еду она остановилась.

– У тебя всё ещё есть выбор, – издевательским тоном напомнил он.

Зло на него взглянув, Шерил набрала в ложку по больше и с упрямым видом съела. Она почти не жевала, чтобы не так чувствовать вкус соли. Ей хотелось побыстрее покончить с этим. Наконец тарелка была пуста.

– Может хочешь воды? – ухмыляясь, спросил Кохэна.

– Можно я пойду? – с несчастным видом произнесла Шерил.

– Что ж, можешь идти.

Шерил тут же пулей вылетела из типи. Она добежала до ёмкости с водой и залпом выпила две кружки. До самого вечера жажда мучила её. Ей казалось, она может лопнуть от такого количества выпитой воды. Всё из-за проклятого индейца!

На следующий день, кроме приготовления пищи, Кохэна определил ей постирать его одежду. С каким удовольствием она колотила её о камни, словно так могла навредить ему. Индианки в стороне удивлённо наблюдали за её разъяренным видом.

– Уж не его ли это одежда? – поинтересовалась только что подошедшая Лаура.

– Его, – зло произнесла Шерил и яростно хлестанула тунику о камни.

– Не боишься ее порвать?

– Я уже ничего не боюсь.

– Смотри, а то придется тебе ему новую шить.

Последние слова заставили Шерил прекратить экзекуцию над одеждой. Она спешно расправила тунику, боясь обнаружить в ней дыры. Та к счастью была цела.

– И за что мне это наказание? – досадовал она.

– Мне кажется, тебе нужно проще относиться к своим обязанностям. Воспринимай их как обычную работу. Я ведь тоже убираюсь у Мона.

– Да, но Мона не хочет на тебе жениться, – при этих словах Лаура улыбнулась. – Да дело даже не в этом. Если бы Кохэна не хотел сделать меня своей женой, я бы не возражала даже есть с ним вместе. Но ведь он думает, что так заставит меня передумать. А этим только ещё больше раздражает меня.

– Наверное ты права. Тогда наберись терпения, рано или поздно он смирится с твоим отказом. А одежда не виновата.

Шерил усмехнулась. Ей и вправду нужно набраться терпения. К чести Кохэны, ничего большего он от неё не требовал. Ведь должен же он когда-нибудь понять, что она не любит его и никогда не полюбит. Ей нужно просто быть равнодушной ко всему, что он просит её делать. Лучше вообще не проявлять никаких эмоций, тогда она быстро наскучит ему.

Настроенная на спокойный лад, Шерил развесила сушиться одежду и принялась за обед. Кохэна куда-то уехал. Только она успела приготовить пищу, как он вместе с Нокоу и ещё одним индейцем вернулся в лагерь. Они вместе отправились к вождю. Шерил довольно долго прождала его, прежде чем он освободился. Она заметила, как он был взволнован. Не обратив на неё внимания, Кохэна ушел к себе. Чтобы это значило? Может он не хочет есть и она зря его тут ждёт? Только Шерил собралась уйти, как услышала:

– Я сегодня буду есть?

Пришлось подать ему тарелку с едой. Шерил и сама уже проголодалась. Кохэна машинально отправлял в рот ложку за ложкой, погруженный в свои мысли и смотря в одну точку.

С одной стороны её разбирало любопытство, чем он так озабочен, но с другой, первой заговорить с ним означало привлечь его внимание, а этого она хотела меньше всего. Так и не проронив ни слова, он закончил есть. Шерил даже не стала спрашивать, можно ли идти. Закончив с обедом, просто ушла.

Вскоре вождь объявил, вечером состоится собрание.

После захода солнца индейцы собрались в центре лагеря. Вихо поднял руку.

– Сегодня мы получили послание от племени Вайандот. Точно такое же послание получили ещё четыре племени Могикан. Они хотят созвать совет вождей и предложить нам объединиться.

Последние слова вызвали гул в племени. Вождь продолжил.

– Вайандот отправят делегацию в каждое племя для переговоров, а затем состоится всеобщий совет. Через пять дней они пребудут к нам.

– Но ведь Вайандот имеют дела с белыми. Что если они сговорились и хотят предать нас? – послышался вопрос. – Им нельзя доверять.

– На совете вождей мы решим этот вопрос. Белые истребили множество поселений Вайандот. Наше число тоже стремительно уменьшается и без помощи друг друга нам не выжить. Сейчас не время враждовать между собой.

Теперь Шерил поняла, чем был так озабочен Кохэна. Судя по всему он привез послание от другого племени. Она, как и остальные девушки, не особо понимали значение этого события. Они лишь наблюдали волнение, царящее среди индейцев.

Позже Ерика объяснила, что первый раз за всю историю племена Вайандот и Могикан думали об объединении. Раньше они были скорее врагами, чем союзниками. Не раз Вайандот захватывали земли Могикан, а тем приходилось отвоевывать их обратно. С приходом же белых, оба племени сильно пострадали и сейчас наступило время объединить силы в общей войне. Но, в отличии от Могикан, Вайандот вели торговлю с белыми и принимали их проповедников. Это-то и настораживало окружающие племена.

Оставшиеся дни до приезда делегации в племени царило оживление, все разговоры были только об этом. Кохэна почти всё время был занят, что не могло не радовать Шерил. Она была предоставлена сама себе, хоть и готовила ему каждый день.

Наконец, настал день приезда гостей. Почти всё племя собралось на улице в ожидании. Кохэна с Нокоу с самого утра уехали встречать делегацию и проводить в лагерь. Шерил разбирало любопытство посмотреть, кто же приедет.

Послышался топот коней и вскоре появился Кохэна с Нокоу, а за ними пять индейцев племени Вайандот. Внешне выглядели они совсем не так, как индейцы Вестенхук. Наполовину обритых или полностью лысых головах виднелись взъерошенные хохолки красных волос, в которые были воткнуты перья. Лица полностью покрывала краска черного и красного цвета. Одежды на них было не много: кожаный пояс, леггинсы и мокасины. На шее красовались различные украшения из зубов и костей. Их воинствующий вид внушал страх.

Шерил подумала, хорошо, что они попали в плен к Вестенхук, а не к Вайандот.

Вихо вышел к ним на встречу. Всадники спешились и поклонились вождю. Он предложим им отдохнуть с дороги и поесть.

Вскоре гости сидели в центре лагеря и поглощали обед. Они тихо переговаривались между собой. Их внимание сразу привлекли белые женщины. Хотя в их племенах жили белые мужчины-миссионеры, но наличие белых женщин у Вестенхук вызвало большое любопытство. Как они здесь оказались?

– Ты бы хотел переспать с ними? – откусывая кусок мяса, интересовался Пэчуа у своего соседа.

– Со всеми сразу или по одной? – усмехнулся Шикоба.

Пэчуа хихикнул.

– Да как хочешь.

Шикоба по очереди рассматривал женщин. Хотя одеты они были в индейскую одежду, светлые и волнистые волосы сразу выделяли их на фоне остальных индианок. Та, что сидела к нему ближе и разговаривала с пожилой индианкой больше всех заинтересовала его. Судя по тому, как свободно белые говорили на индейском языке, они уже достаточно давно здесь жили.

– Как давно у вас живут эти женщины? – обратился он к Нокоу.

– С прошлой весны.

– Как они здесь оказались?

– Мы нашли их в лесу. Им пришлось выпрыгнуть из повозки, чтобы не разбиться.

– Разве их никто не ищет?

Нокоу пожал плечами.

– Даже если и искали, то скорее всего решили, что они разбились.

– Они развлекают вас?

– Нет. Они живут с нами на тех же правах, что и остальные.

Его ответ крайне удивил гостей. Глупо было не воспользоваться их прелестями.

– Разве белые могут иметь одни с нами права?

– Но среди вас тоже живут белые и чувствуют себя вполне комфортно, – вмешался в разговор Кохэна.

– Да, но благодаря им мы знаем язык белых и можем покупать у них оружие. А эти женщины, какая вам от них польза, если вы даже не можете воспользоваться их услугами?

– Как бы то ни было, они члены нашего племени.

Шикоба снова посмотрел на белую, что привлекла его внимание. А что если он воспользуется ею? Никогда еще у него не было белой женщины.

– Они все свободны? У них нет мужей?

Кохэна нахмурился, услышав вопрос гостя.

– Нет, – ответил Нокоу.

Шикоба улыбнулся про себя. Он уже выбрал ту, с которой хотел позабавиться.

Шерил внимательно слушала Ерику. Та рассказывала о значении происходящих событий.

– Это хорошо, если вы объединитесь с Вайандот? – пыталась она понять.

– Трудно сказать. Чем нас больше, тем тяжелее белым захватить наши земли. Нас и так остаётся всё меньше. Но можно ли им доверять? Вайандот торгуют с белыми. Это будет трудное решение.

Слушая Ерику, Шерил бросала взгляд на гостей. Она заметила, как один из них рассматривает её. Под его взглядом она чувствовала себя крайне неуютно.

– А Вайандот живут по тем же законам, что и Вестенхук?

– Не совсем. Хотя наши верования похожи, но уклад немного разный. У них слово женщины имеет вес в племени, к нему прислушивается вождь, – это немного успокоило Шерил. – Но пленных они не просто убивают, а мучают до смерти, а потом едят.

– Что?! Они едят людей?!

– Тебя это так удивляет? Это довольно распространено среди индейцев.

– И вы едите людей?

Ерика усмехнулась.

– Нет. Наши племена этим не занимаются, но вот пленных тоже раньше мучили до смерти.

Шерил снова взглянула на прибывших индейцев. Как люди могут есть людей? Не укладывалось в голове. Её взгляд столкнулся с взглядом гостя. Он демонстративно медленно осмотрел её и обнажив зубы, улыбнулся. Она испуганно отвернулась. Может он тоже хочет её съесть? Больше Шерил старалась не смотреть на него.

Перед сном она рассказала остальным девушкам об обычаях Вайандот.

– Хорошо, что мы не к ним попали, а то бы из нас суп сварили, – заметила Лаура.

– А вы видели как они разукрашены? – добавила Глория. – Точно как людоеды выглядят.

– Нужно подальше от них держаться, – испуганно произнесла Синди.

– И я так считаю, – согласилась Шерил.

Утром Шерил отправилась на поле, чтобы набрать картошки. Склонившись, она руками рыла землю и собирала клубни в корзину. Вдруг, перед ней появились чьи-то ноги. Шерил медленно подняла голову. Над ней возвышался индеец Вайандот. Она тут же выпрямилась. Скалясь, он смотрел ей в глаза.

– Как тебя зовут? – заговорил он.

Немного колеблясь, Шерил всё же ответила.

– Я хочу тебя.

– Съесть?! – ужаснулась она.

Индеец громко засмеялся.

– А ты смешная. Мне такие нравятся.

Тут до Шерил дошло, чего он хотел от неё. Её возмущению не было предела. Неужели она похожа на доступную женщину?

– Это невозможно! – отрезала она и собралась было уйти, как вдруг он схватил её за руку.

– Тебе стоит хорошо подумать, прежде чем отказываться. Я всегда добиваюсь своего. Вечером я приду за тобой, – и отпустив её, ушел.

Шерил не на шутку испугалась. Что ей теперь делать? Кто её защитит? Может рассказать Кохэне? А что, если это пустые угрозы? Этот индеец всё-таки гость. Разве может он делать всё, что ему вздумается? Шерил не знала как лучше всего поступить. Ей меньше всего хотелось искать помощи у Кохэны. Но что, если ей и вправду грозит опасность?

Днем, вождь с мужчинами племени и гостями обсуждали условия объединения. Племя находилось в томительном ожидании. Шерил тоже томилась, но не от ожидания, а от страха. Она рассказала об их разговоре Лауре.

– Расскажи Кохэне. Он защитит тебя, – тут же услышала совет.

– Я не могу. Это будет означать, что я нуждаюсь в нем.

Лаура фыркнула.

– Фу, какая глупость! Зато будешь цела.

– Нет, я ничего ему не скажу. Мне просто нужно спрятаться, пока они не уедут.

– И где ты собираешься прятаться? – задала Лаура законный вопрос.

Шерил вздохнула. Да-а, мест было не так уж и много.

– Придумала! – воскликнула она. – Мне поможет Ерика. Я спрячусь в её типи.

– Тогда тебе стоит поспешить, пока Вайандот заняты.

Шерил тут же бросилась к Ерике. Та готовила ужин.

– Ерика, спаси меня, – взмолилась она, прижав руки к груди.

– Что случилось?

– Можно я спрячусь у тебя, пока гости не уедут?

Ерика удивленно взглянула на Шерил.

– Зачем?

– Ко мне утром подошёл индеец Вайандот и сказал, что вечером придёт за мной, так как хочет меня. Я боюсь его.

Ерика задумалась.

– Ты можешь спрятаться у меня, но думаю это не поможет. Если он придёт сюда, я не смогу тебя защитить.

– Так что же мне тогда делать? – в голосе сквозило отчаяние.

– Ты знаешь у кого можешь попросить помощи.

– Нет. Никогда. Он будет последним человеком, к кому я обращусь. Всё-таки я попробую спрятаться у тебя.

Шерил вошла в типи Ерики. Она не знала, что всё это время за ней наблюдала Кэй.

Кэй видела как утром Шерил разговаривала с гостем и как тот схватил её. Ей нужно было срочно узнать, что же индеец хотел от белой. Кэй мечтала отомстить Шерил. Теперь она действовала умнее. Она затаилась, ожидая удобного случая. Нет, Кэй больше не надеялась заполучить Кохэну. Ему она тоже надеялась отомстить. Она хотела расплатиться за позор, которому они подвергли её. Она вызвалась приготовить для гостей обед. Около неё всё время крутился один из них, а она всячески привечала его.

– Как тебя зовут? – наконец спросил он.

– Кэй.

– А меня Пэчуа. Ты очень красива, – тут же добавил он.

Кэй одарила его улыбкой.

– Наверняка в вашем племени тоже полно красивых женщин.

– Ни одна из них не сравнится с тобой. Ты замужем?

– Нет. Мой муж умер этой весной.

– Кто-нибудь уже посватался к тебе?

Она отрицательно покачала головой.

– В нашем племени слишком много свободных женщин. К тому же эти белые тоже претендуют на наших мужчин.

– Вчера мы узнали, что белые живут с вами на равных.

– Да. Но мало кто в племени этому рад, – соврала она. – Многие бы обрадовались, если бы нам удалось избавиться от них.

– Разве их не стали бы защищать?

– Не думаю.

– Это хорошая новость.

– Почему?

– Я тебе расскажу, если обещаешь молчать.

– Обещаю.

– Шикоба сегодня вечером хочет заполучить одну из белых. Утром он сообщил ей об этом. Теперь зная, что её никто не будет защищать, он возьмёт её.

Его слова обрадовали Кэй.

Во время обеда Шикоба спросил у неё, правда ли то, что сообщил ему Пэчуа.

– Да. Только не стоит действовать в отрытую, иначе вождю придётся принимать меры, чтобы защитить белую.

Шикоба и сам был того же мнения. Только предстоящие переговоры остановили его, чтобы ещё утром не взять белую силой. Всё таки это событие могло отразиться на исходе переговоров, поэтому он решил вечером завладеть ею. После обеда индейцы ушли на совет.

Ближе к вечеру Кохэна вернулся к себе. Только он подумал, что Шерил не приготовила ему ужин, как шкура на входе отодвинулась и в типи появилась Ерика с тарелкой в руках.

– Это тебе, – протянула она чашку.

– А Шерил где? Почему ты принесла мне еду?

– Ей пришлось спрятаться.

Кохэна нахмурился.

– Что я такого сделал, что ей пришлось прятаться от меня?

– Ты здесь не причём. Она боится одного из гостей. Он сказал, что хочет её и вечером придет за ней.

– Что?! – внутри Кохэны закипал гнев. – Где она?!

Ерика сразу же ответила.

– Она у меня.

Кохэна недовольно покачал головой. Это же надо быть такой беспечной!

– Её нужно срочно привести ко мне.

– Я ей уже говорила об этом, но она надеется, что сможет укрыться у меня.

– Скоро стемнеет. Ты пока иди к себе и предупреди Шерил, что я приду. Нам нужно будет незаметно привести ее сюда. Я пока подумаю, как это сделать.

Ерика тут же ушла. Кохэна знал, намерения гостя не были пустой угрозой. Вчерашний разговор только подтверждал его опасения. Но вступать в открытый конфликт с Вайандот он не мог. Это могло нарушить и без того хрупкий мир. Они ведь только что договорились о возможном сотрудничестве.

Больше всего его задевало, что она не попросила его о помощи, но сейчас главное – это уберечь её.

– Ну зачем ты всё ему рассказала? – расстроилась Шерил.

– Я знаю, что поступила правильно. Я ведь не смогу тебя здесь защитить. Если хочешь остаться цела, тебе придется принять помощь Кохэны.

– Ладно, – недовольно буркнула Шерил.

Она уже и сама понимала, без его помощи ей не обойтись, но признавать это совершенно не хотелось.

Вскоре появился Кохэна.

– Ерика, пусть она переоденется в твою одежду и накинет покрывало на голову, – затем он взглянул на Шерил. – Тебе нужно будет пройтись как Ерика. На улице уже темнеет и тебя вполне могут принять за неё. Возьми с собой трав, чтобы другие могли их видеть, а потом зайдёшь ко мне. Пусть думают, что ты принесла мне лекарство.

Выслушав его план до конца, Шерил наконец могла высказаться.

– Но разве я могу провести с тобой наедине всю ночь?

– Тебе не нужно бояться меня, ничего с тобой не случиться.

– Нет, я так не могу, – отрезала она.

Услышав её слова, Кохэна закатил глаза.

– Ты не понимаешь, что с тобой произойдёт, если останешься здесь? Я не смогу тебя защитить. Между нами заключён мир и ради тебя никто не будет им рисковать.

– Но если я соглашусь, кто тогда защитит меня от тебя?

Кохэна видел, она совсем не верит ему.

– Что ж, пусть тогда с нами ещё кто-нибудь ночует.

Шерил сразу оживилась.

– Можно позвать Лауру.

– Ерика, тебе нужно будет предупредить её и пусть приходит, когда совсем стемнеет. Только пусть идёт за нашими типи, чтобы её никто не видел. Сходишь к ней, когда Шерил будет у меня.

Ерика кивнула головой.

После его ухода Шерил одела платье Ерики. Под одежду они намотали покрывало, чтобы она казалась справнее. Ей пришлось подогнуть колени, а волосы прикрыть платком.

– Ну как? – Шерил вопросительно смотрела на Ерику.

Та оценивающим взглядом окинула её.

– Должно сработать. На вот, – и сорвав со стены что-то похожее на веник, протянула Шерил.

– Всё, я пошла, – и вооружившись лечебной травой, вышла из типи.

На улице, то здесь, то там горели маленькие костры, возле которых сидели индейцы. Ни на кого не обращая внимания, Шерил направилась к типи Кохэны. Она старалась вышагивать как Ерика. Вскоре она преодолела путь от одного типи до другого и откинув шкуру, оказалась внутри. Кохэна, скрестив ноги, ожидал её.

– А ты и вправду так похожа на Ерику, – заметил он.

Бросив сухую траву у порога, Шерил уселась по другую сторону типи. В центре горел маленький очаг, слегка освящая пространство вокруг и отбрасывая причудливые тени на окружающие предметы. Чувство неловкости овладело Шерил. Хотя она уже не раз была здесь, но именно сейчас ей стало не по себе. До этого она всегда была чем-то занята, либо убиралась, либо ела с ним. Но сидеть просто так без дела в темноте было жутко неловко. Поскорее бы пришла Лаура. Шерил, уставившись в одну точку, старалась не смотреть на Кохэну. Заметив её смущенный вид, он достал свой топорик и принялся его точить.

Напряжённая тишина витала в воздухе.

– К вам можно? – вдруг послышался тихий голос Лауры.

– Заходи, – быстро ответила Шерил.

Лаура тут же появилась в типи.

– Надеюсь, меня ни кто не видел.

Она села возле подруги и осмотрела типи, насколько позволял свет очага. Все продолжали молчать. Отложив топорик, Кохэна взглянул на них.

– Что ж, давайте спать.

Он разложил две шкуры на полу, одну возле своей головы, вторую ближе к порогу. Также он кинул на них покрывала. Шерил собралась лечь на ту, что была подальше от него.

– Нет, – остановил он её. – Ты ляжешь здесь, – и указал на лежавшую у его изголовья шкуру.

Она возмущённо посмотрела на него.

– Тебе лучше спать подальше от входа, мало ли что.

Нехотя согласившись, Шерил легла на «постель». Накрывшись покрывалом по самую макушку, она тут же отвернулась к стенке. Лежать всего в нескольких сантиметрах от него не приносило никакого удовольствия. Только присутствие Лауры придавало спокойствия и уверенности, что с ней не случится ничего плохого.

Лаура же лёжа рядом, в глубине души по хорошему завидовала Шерил. Как бы ей хотелось, чтобы Нокоу вот также спасал её, заботился о ней. Если он заставал её у Мона, то относился к ней как к пустому месту. Не раз она слышала в его разговоре с отцом, как он ненавидит белых. Конечно, Лаура могла его понять. Однажды Мона поведал ей, что его жену изнасиловали и убили белые и именно Нокоу нашёл её тело. Он поклялся отомстить белым за смерть матери. Лаура понимала, надеяться на его симпатию было глупо. Никогда он не сможет разглядеть в ней женщину, а не просто белую. Сколько раз она пыталась забыть его, не обращать внимания, но стоило ему оказаться поблизости, как она тут же смущалась, лицо покрывала краска, а сердце отчаянно колотилось. Она утешала себя лишь тем, что когда-нибудь её чувства к нему пройдут, просто надо набраться терпения.

Кохэна отчаянно старался заснуть, но всё было напрасно. Лежащая рядом Шерил не шла из головы. Он украдкой смотрел на неё, хотя она и лежала полностью скрытая покрывалом. Как же он мечтал обнимать и целовать её. Мечтал обладать ею, чтобы она сказала, что любит его.

Он понимал, что своим напором только пугает её и отталкивает, но желание поскорее заполучить её, перевешивало здравый смысл. Кохэна был уверен, она не сможет долго сопротивляться ему и сдастся. Она всё таки полюбит его.

Кэй сообщила Шикобе в каком типи ночует белая. В душе она смеялась над ней, так как если бы та осталась с остальными белыми, то осуществить задуманное было бы труднее, а так она сама сделала себя лёгкой добычей.

– Я выманю Ерику, а ты сможешь незаметно пробраться в типи. Никто вас не потревожит.

Шикоба довольно усмехнулся. Он уже предвкушал ожидавшее его удовольствие. Кэй отвела его к типи и пока она разговаривала с Ерикой, он прятался за ним.

– Ерика, пожалуйста, пойдем со мной. Я не знаю что это. Ещё вчера место укуса было совсем маленькое, а сейчас жутко чешется и болит.

– Заходи, я осмотрю тебя.

– Нет, лучше у меня. Я и очаг разожгла по ярче, чтобы ты могла всё хорошо разглядеть. Пойдем, – и Кэй за руку утянула Ерику к себе.

Только они скрылись, Шикоба тут же проскользнул в типи. Он ожидал увидеть перед собой испуганную женщину, но к своему разочарованию понял, жилище оказалось пустым. Он даже откинул пару покрывал, как будто она могла прятаться под ними.

От злости пнул шкуру, лежащую рядом. Белая обманула его.

Утром Кохэна запретил Шерил выходить из типи, пока гости не уедут. Наконец Вайандот отправились домой. Выйдя на улицу, Шерил довольно потянулась. Опасность миновала.

– Хочу тебя предупредить, – заговорил рядом стоявший Кохэна. – Через десять дней они вернутся.

Шерил растеряно захлопала глазами.

– Зачем? Как я поняла, вы же обо всем договорились.

– Не совсем. Мы только дали согласие на встречу. Теперь они приедут, чтобы сообщить о времени и месте сходки. К тому же станет ясно, какие племена так же согласились на переговоры.

Шерил поникла.

– А может приедут не они, а другие индейцы?

Кохэна пожал плечами.

– Я не знаю, но рисковать не стоит. К этому времени я придумаю, что нам делать.

Он хотел увидеть благодарность в её взгляде, но Шерил лишь опустила голову и ушла прочь, погруженная в невеселые мысли.

Как же ей всё надоело. А больше всего, что жизнь её зависела от Кохэны. Ей приходилось надеяться на него. Получалось, вся её жизнь вращалась возле жизни этого индейца. Как же хотелось дышать свободно, полной грудь. Но стоило ей на время избавиться от его внимания, как вскоре снова находилась под его властью.

– Завтра рано утром мы уезжаем. Лучше всего, чтобы тебя не было в племени, когда вернутся Вайандот.

Кохэна стоял возле типи Шерил. Он пришёл уже затемно, чтобы сообщить новость. Через день возвращались Вайандот. Кохэна специально ждал до последнего и не сообщал ей о своем плане, боясь, что она проговорится. Никто не должен был знать об этом.

С одной стороны Шерил понимала, так и вправду будет лучше, но с другой, она будет с ним совсем одна, а это трудно назвать хорошей идеей.

– Хорошо, но у меня будет одно условие. Лаура поедет с нами.

Услышав её слова, Кохэна не удивился.

– Пусть едет. Завтра с восходом солнца будьте готовы.

Утром Кохэна уже ждал их. Рукой он показал, чтобы они следовали за ним. На краю кукурузного поля их ждала повозка, запряженная мустангом Кохэны. Усевшись в неё, они отправились в путь. Шерил с Лаурой взяли с собой покрывала для сна, запасную одежду и воду. В повозке лежали шкуры, овощи, рыба, лепёшки, вода и дрова. Судя по всему, Кохэна основательно готовился к поездке. Пока он вёл лошадь, Шерил с Лаурой устроились на шкурах и проспали большую часть пути.

Открыв глаза, Шерил осмотрелась вокруг. Далеко впереди виднелись горы. Судя по расположению солнца, ехали они уже часа четыре. Отпив воды из мешка, она снова улеглась, смотря в ясное небо. Всё таки, как бы не хотелось себе в этом признаться, Кохэна снова спасал её. Она была обязана ему если не жизнью, то честью. Только вот делал он это не из благородства, а для того, чтобы добиться её. От этого и было так тяжело принимать его помощь. А что, если бы она не нравилась ему, стал бы он защищать её от Шикобы? Шерил понимала, не совсем справедливо судить о человеке по тому, что он мог бы сделать или не мог. Но всё же, как бы он поступил? Она взглянула на него, стараясь понять это.

– Можешь подать мне воды? – не поворачивая головы, произнес Кохэна.

Испугавшись, Шерил тут же отвела свой взгляд от него. Ей показалось, что даже сидя к ней спиной он знает, что она делает.

– Возьми, – протянула ему кожаный мешок.

Сделав несколько глотков, он вернул мешок.

– Скоро уже? – не удержалась Шерил.

– Почти приехали. В тех горах мы спрячемся.

Вскоре они достигли своей цели. Кохэна объехал несколько гор и у подножия одной из них остановил повозку. Над землёй нависал небольшой скалистый навес. Под ним они и расположились. Кохэна разгрузил повозку, развел костер, а Шерил с Лаурой разложили шкуры и обустроили быт.

Пообедав, Кохэна ушел на охоту, а девушки остались готовить ужин.

Все эти дни белая не шла из головы Шикобы. И дело было не только в том, что он хотел её, но и в том, что она перехитрила его. Он должен был отомстить ей, поэтому с нетерпением возвращался к Вестенхук. Как только с приветствиями было покончено, он тут же нашёл Кэй. Она должна была помочь ему завладеть белой.

– Её нет в лагере, – сообщила та.

Шикоба со скрипом сжал зубы.

– Куда она уехала?

– Точно не знаю, но вчера я проследила, как она вместе Кохэной и ещё одной белой уехали на запад. Скорее всего, так она решила спрятаться от тебя.

– Тогда я отправляюсь за ней. Шикоба решил не отступать. Вместе с ним приехал Пэчуа. Он то и передаст сообщение вождю.

Перекинувшись с ним парой фраз, отправился в путь. Кэй показала ему направление, в котором те уехали. Шикоба без труда нашёл их следы.

Шерил сидела возле костра, помешивая готовящийся обед. Лаура от скуки чертила палочкой на земле разные узоры. Кохэна ушел набрать воды.

– Обед почти готов, – сообщила Шерил. – Что-то Кохэны долго нет.

Не успела она договорить, как из под большого дерева к ним шагнул индеец. Девушки не сразу поняли, кто стоит перед ними. Но вскоре от ужаса глаза Шерил расширились. Перед ней стоял Шикоба. Она тут же вскочила на ноги и в ожидании замерла. Он медленно подходил к ним. Лаура встала рядом с Шерил.

– Думала сбежать от меня, – заговорил он.

Шерил молчала. Страх сковал её. Ну почему когда Кохэна так нужен ей, его нет?!

Шикоба усмехнулся. Теперь ему ни что не помешает завладеть белой. Если вторая посмеет напасть на него, он убьет её. Но не успел он сделать и пяти шагов, как перед ним возник Кохэна, держа топорик в руке.

Мужчины остановились и с ненавистью смотрели друг на друга.

– Убирайся отсюда, – заговорил первым Кохэна.

– Я пришёл за белой женщиной. Она моя. Судя по тому, что их здесь две, мы могли бы хорошо с ними позабавиться.

– Эти женщины принадлежат моему племени и я буду защищать их.

– Это же смешно. Они всего лишь белые. Ни одна из них не стоит жизни индейца.

– Поэтому тебе стоит убраться отсюда.

Кохэна видел, Шикоба не отступит. Проделав такой путь, он вряд ли уедет. В то же время каждый из них понимал, что не может убить соперника, иначе это поставит крест на мире между их племенами. Шикоба сделал шаг, отчего Кохэна встал в позу, готовый напасть при первой угрозе. Шикоба схватился за нож, как тут же Кохэна бросился на него.

Шерил с Лаурой в ужасе наблюдали за борьбой двух индейцев. Нож Шикобы отлетел в сторону, но не прошло и минуты, как топорик Кохэны отскочив, воткнулся в землю. Они хватали друг друга за ноги, стараясь повалить соперника. Вскоре оба уже катались по земле, по очереди оказываясь сверху.

Шерил боялась, что Шикоба победит, особенно когда казалось, что он одерживает вверх над Кохэной. Вдруг, она поймала себя на мысли, что они делят её, словно кусок мяса. В любом случае, кто бы не одержал вверх, будет означать, что она, как трофей, достанется победителю. Ну почему она не может быть свободна в своём выборе? Ожидание развязки жутко нервировало. Страх и ужас сменились раздражением и злостью и чем больше она наблюдала борьбу индейцев, тем сильнее они становились.

– Ну, с меня хватит! – сквозь зубы процедила она.

Шерил схватила корягу, что принес для костра Кохэна, и не помня себя, обрушила её на голову Шикобы. Он тут же обмяк и свалился на землю.

Пораженные, Кохэна с Лаурой уставились на Шерил с бревном в руках.

– Вот и всё, – констатировала она и выбросила деревяшку.

Кохэна склонился над Шикобой и послушал сердце.

– Он жив? – с тревогой в голосе спросила Лаура.

– Жив.

Кохэна поднялся на ноги и снова взглянул на Шерил. У неё был настолько безумный вид, казалось будто она тронулась умом.

– Нам стоит вернуться, – решил Кохэна.

Шерил наконец начала приходить в себя. Смотря на лежащего без сознания индейца, пришло осознание, что она чуть не убила его. Вдруг Шерил ощутила сильный спазм в животе. Казалось её сейчас вывернет наружу. Она сорвалась с места, прикрывая рот рукой. Не успев далеко убежать, её вырвало.

Как она могла дойти до такого состояния?! Сожаление за содеянное терзало душу. Из цивилизованного образованного человека она превратилась в дикарку. Ей нет оправдания.

Пока Шерил занималась самобичеванием, Кохэна с Лаурой собирали вещи. Уложив их в повозку, Кохэна перенес в неё Шикобу. Лаура села рядом с Шерил и взяла за руку. Та грустно улыбнулась и снова погрузилась в мрачные мысли. Дорога была тягостной. День клонился к вечеру. Шерил старалась не смотреть на лежащего рядом индейца, боясь, что он умрет и она станет повинной в смерти человека.

Раздался слабый стон. Кохэна тут же остановился. Шикоба открыл глаза и судя по взгляду не мог понять, что произошло. Он приложил руку к голове и снова закрыл глаза. Вдруг, снова их распахнул и попытался подняться. Судя по всему к нему вернулась память.

– Тебе лучше лежать, – посоветовал Кохэна.

Шикоба и сам снова откинулся на шкуры, так как голова пошла кругом. Он некоторое время неподвижно лежал. Кохэна снова тронулся в путь. Вдруг, Шикоба заговорил, но ни Шерил, ни Лаура не могли понять его слов. Это был незнакомый для них язык. Но судя по тому, что Кохэна отвечал ему, он знал его. Шерил хотелось понять о чем они говорят, но ни их интонация, ни мимика никак не помогали ей в этом. Наконец, они замолчали.

Некоторое время они ехали молча. Первым тишину нарушил Кохэна.

– О том, что сегодня произошло вы ни кому не должны рассказывать.

– Почему?

– Это может помешать нашим племенам договориться о перемирии.

На самом же деле ни Шикоба, ни Кохэна не хотели, чтобы кто-нибудь узнал, что их спор разрешила женщина. Шикоба понимал, если другие узнают, что его вырубила женщина, да ещё и белая, то он всю жизнь будет ходить с клеймом позора и станет посмешищем. Он всем расскажет, что на него напала банда и его избили, а Кохэна нашел его и привез в лагерь. Кохэна так же не горел желанием рассказывать правду, поэтому согласился на предложенную версию Шикобы.

В сумерках путники прибыли в лагерь. Шикоба уже пришёл в себя и смог сам выбраться из повозки. Видя его шатающуюся походку, Пэчуа решил, что тот проиграл Кохэне в схватке. Подступившие индейцы тут же забросали Кохэну вопросами о том, что же произошло. Он вкратце рассказал выдуманную историю. Шерил с Лаурой тем временем ушли к себе.

В типи, где расположились гости, Кэй обработала огромную шишку Шикобы, а так же раны и ссадины от драки с Кохэной. Ей хотелось узнать все подробности, но Шикоба молчал. Оставив его отдыхать, она вместе с Пэчуа ушла к реке. Весь день тот был занят с вождём Вихо и теперь наконец смог остаться с Кэй наедине.

– Ты веришь Шикобе? – спросила Кэй.

– Я не вижу причин, чтобы ему лгать.

– Но ведь у Кохэны, так же как и у Шикобы были синяки и раны на теле. Очевидно же, что они дрались.

– Вероятно Кохэна одержал над ним вверх.

– Тогда почему Кохэна не рассказал, что победил его?

Пэчуа задумался.

– Возможно они решили молчать об этом, чтобы не нарушить договор между нашими племенами.

Кэй показалось логичным это объяснение, вот только итог встречи двух соперников совсем её не обрадовал. Она хотела, чтобы Шикоба одержал вверх над Кохэной и завладел белой. К сожалению, её желания не сбылись, но она так просто не сдастся.

– Кэй, я хотел спросить тебя? – волнуясь, произнес Пэчуа.

Она внимательно посмотрела на него.

– Ты станешь моей женой?

Кэй не ожидала услышать такое предложение. Она замечала, что нравится ему, но не думала, что он захочет взять её в жёны. Ей хватило и двух секунд, чтобы принять решение.

– Да.

Радостный, Пэчуа тут же поцеловал её. Кэй ответила на его поцелуй. Нет, она не любила его, хоть он и вызывал в ней некоторую симпатию. На самом деле Кэй не хотела больше жить в племени Вестенхук, где с ней обошлись так несправедливо. Хотя в Вайандот царили иные традиции, зачастую очень жестокие, но она была готова их принять, только бы больше не жить здесь.

– Мы должны предупредить Вихо.

– Он ведь может не отпустить тебя, – беспокоился Пэчуа. – Все знают, наши племена не одобряют совместные браки.

– Даже если он откажет нам, я все равно уеду с тобой.

Наблюдая её решительный вид, Пэчуа крепко обнял Кэй, думая, что она так сильно влюблена в него.

– Скоро состоится собрание и возможно наши племена объединятся, так что вряд ли Вихо будет сильно возражать против нас, – заметила Кэй.

– Завтра мы всё ему расскажем, – решил Пэчуа.

Утром она сказала, что лучше всего ей самой, без Пэчуа поговорить с вождём. Вихо выслушал Кэй.

– Ты же знаешь наши законы, – сказал Вихо. – Ты не можешь стать женой человека из Вайандот.

– Но мы ведь скоро объединимся?

– Это ещё не решено.

Кэй решила прибегнуть к другим доводам.

– Да, но когда к нам прибыли белые женщины, вы приняли их и теперь они живут, как члены нашего племени. Тогда почему я не могу уйти жить в другое племя? Вайандот уважают наши законы, в отличии от белых.

– Скоро состоится собрание и если на нём будет решено объединиться, ты сможешь выйти замуж за Пэчуа.

– А что, если решение будет другим? Вы ведь не дали мне выйти замуж за Кохэну, как того требовал обычай, а теперь, когда другой мужчина хочет взять меня в жены, снова запрещаете. Как же вы не понимаете, что я не могу жить здесь!

Кэй задела нужную струнку в душе Вихо. Он не раз сомневался в своём решении на её счёт. Хотя он и поступил справедливо, всё же Кэй имела право на Кохэну. Ему пришлось нарушить обычай, чтобы защитить белую женщину, тем самым поставив её выше Кэй.

Вихо пристально смотрел на неё. Она видела колебание в его взгляде.

– Хорошо. Ты можешь уехать с Пэчуа.

Кэй склонила голову в знак благодарности и вышла из типи.

Пэчуа собирал вещи и постоянно бросал тревожные взгляды на типи вождя. Наконец, из него вышла Кэй и прямиком направилась к нему. Бросив вещи, он пошёл ей на встречу.

– Ну что?

– Он разрешил, – тут же ответила Кэй.

Пэчуа расплылся в счастливой улыбке.

– Мне нужно собрать свои вещи, – сообщила она.

– Я тебе помогу.

Вскоре одежда, украшения и покрывала Кэй были навьючены на лошадь. Осталось набрать воды в дорогу. Пэчуа с Кэй отправились на родник за водой. Там же находился Шикоба.

– Значит ты с нами едешь, – понял Шикоба по тому, сколько воды пришли заготовить Пэчуа с Кэй.

– Вихо разрешил ей уехать.

– А ты, решил так просто оставить белую? – подначивала его Кэй.

– Я никогда не отступаюсь от своего. Вскоре я вернусь за ней и выкраду её. Она сполна за всё заплатит.

– Да, но, что если Шерил выйдет замуж за индейца? Ты всё равно украдешь её?

Шикоба задумался.

– Боюсь, тогда у меня будут связаны руки. Она будет принадлежать вашему племени и это навредит нашим отношениям. Если бы мы так не нуждались в этом объединении, то ничто не смогло бы остановить меня.

Кэй не обрадовалась услышав его слова. Она надеялась, что он в любом случае захочет украсть Шерил. Если бы белая стала женой Кохэны, а Шикоба похитил её и надругался над ней, это причинило бы им ещё больше боли.

– Тогда тебе стоит поторопиться, пока она свободна.

Набрав в меха воды, троица ушла в лагерь.

Нокоу наконец смог распрямить затекшую ногу. Он сидел за большим раскидистым кустом, с противоположной стороны ручья. Он пришёл сюда накопать червей для рыбалки. Сначала он слышал, как кто-то набирает воды. Вскоре появились и другие и тут он услышал их разговор. По голосу он узнал Кэй и двоих из Вайандот. То, что они обсуждали, заставило его притихнуть, чтобы не выдать своего присутствия. Хотя он презирал белых женщин, но они были членами его племени, тем более Кохэна имел виды на одну из них.

Бросив червей, Нокоу вернулся в лагерь. Он нашел Кохэну в типи, поедающим завтрак. Тот предложил ему разделить еду. Положив себе кукурузную кашу, Нокоу уселся на шкуру.

– Я только что слышал разговор Шикобы с Кэй. Он намерен украсть Шерил.

Услышав слова Нокоу, Кохэна даже перестал жевать.

– Когда?!

– Точно не знаю, но судя по всему скоро.

Тут же мысли в голове Кохэны завертелись с бешеной скоростью. Что же ему делать? Спрятать Шерил? Рассказать Вихо? Убить Шикобу?

Поток мыслей прервал голос Нокоу.

– Шикоба откажется от своего плана, только если она выйдет замуж.

Услышав его слова, Кохэну тут же посетила идея.

– Тогда нам нужно как можно скорее пожениться.

Нокоу с сомнением посмотрел на него.

– Думаешь, она так легко согласится?

– Может и не легко, но у неё нет другого выхода.

Кохэна внутри себя даже обрадовался всей этой ситуации. Не зная того, Шикоба поспособствовал возможности Кохэне жениться на Шерил.

Не теряя времени, а скорее гонимый личными целями, Кохэна тут же отправился к Шерил.

Нокоу вышел в след за ним и зайдя к отцу, отправился в поле.

Шерил сидела возле своего типи, зашивая тунику. Наконец-то уехал Шикоба и больше ей ничего не угрожает, теперь она могла спокойно выдохнуть. Тут она увидела Кохэну, мчащегося в её сторону. Его вид встревожил её. Не успел он подойти, как она услышала:

– Через пять дней мы поженимся.

Его слова вызвали шквал возмущения.

– Еще чего! Я не давала своего согласия!

– Тогда у тебя есть пять дней, чтобы передумать.

– Но я не передумаю!

– Тебе придётся.

– Почему? Почему ты принуждаешь меня?

– Потому что Шикоба хочет тебя. Он не остановится ни перед чем, пока не заполучит тебя. Только если ты станешь моей женой, ты будешь в безопасности.

Шерил не верила своим ушам. Чтобы избежать приставаний одного индейца, она должна выйти замуж за другого. Это немыслимо!

– Но разве племя не может меня защитить? Разве вождь Вихо не может ему запретить?

– Шикоба не из нашего племени. Он подчиняется своему вождю, а они живут по другим законам. Вскоре предстоит принять решение о перемирии, а из-за тебя вряд ли Вихо будет им рисковать. Шикоба в любой момент может вернуться. Он не будет ждать твоего согласия, а возьмёт силой.

– Тогда почему бы тебе не защитить меня, если ты говоришь, что любишь?

– Я не могу быть с тобой всё время. Рано или поздно он украдёт тебя. Только став моей женой, ты защитишь себя.

Шерил погрузилась в тягостное молчание. Она не знала что делать. Шикоба внушал ей ужас. Окажись она в его власти, даже представить было страшно, что он мог с ней сотворить, но выйти замуж за Кохэну было не меньшим злом.

– А тебе откуда известно, что он хочет украсть меня?

Шерил надеялась, что Кохэна специально запугивает её, чтобы добиться желаемого.

– Нокоу слышал, как он говорил об этом. Если не веришь мне, можешь у него спросить.

Сейчас Шерил чувствовала себя ещё большей пленницей, чем когда либо прежде. Ей приходилось не только жить среди чужого народа, но и выйти замуж за человека, которого не любит. Её как дичь загнали в ловушку, из которой нет выхода.

– Мне нужно подумать, – почти обречённо произнесла она.

– Хорошо.

Кохэна понял, лучше больше не давить на неё.

Шерил нужно было срочно с кем-нибудь посоветоваться. Она нашла Лауру, наводящую порядок в типи Мона.

– Лаура, что мне делать? – почти плача, Шерил рухнула на пол.

Лаура тут же бросила чистить покрывало и подсев рядом, взяла подругу за руку.

– Что случилось?

– Мне придется выйти замуж за Кохэну. У меня нет другого выхода.

– Но почему? – недоумевала Лаура.

– Иначе Шикоба украдёт меня. Нокоу слышал его разговор. Кохэна сказал, что по-другому не сможет защитить меня. А если я стану его женой, то Шикоба откажется от меня. Что мне делать?!

Лаура сочувствующе смотрела на подругу. Ей было жалко её.

– Разве нет другого выхода?

Шерил покачала головой.

– А что если Кохэна всё это выдумал, чтобы заполучить тебя?

– Но ведь Нокоу слышал, как Шикоба сам об этом говорил.

– Что, если всё не так страшно? Может тебе лучше самой спросить об этом Нокоу?

Шерил задумалась.

– Ты права. Кохэна мог всё так выставить, чтобы напугать меня.

– Тогда поговори с Нокоу. Он сейчас на кукурузном поле.

– А ты откуда знаешь?

Лаура смутилась.

– Просто слышала как он сказал Мона, что пойдет на поле.

– А что, если тебе пойти к нему и всё для меня разузнать?

– Мне?! – на лице Лауры отразился ужас.

– Ты ведь мечтаешь, чтобы он обратил на тебя внимание, а это хороший повод поговорить с ним.

– Но что если он спросит почему ты сама не пришла к нему?

– Скажешь, что я сильно расстроена.

– Как-то неубедительно это звучит, – констатировала Лаура.

– Да какая разница! Зато для тебя это шанс поговорить с ним.

– Я боюсь, – честно призналась она.

– Тогда забудь его и жди, пока он на ком-нибудь женится.

Услышав слова Шерил, Лаура шуточно толкнула подругу, а затем быстро встав, сказала:

– Ладно, я пошла к нему.

Лауре казалось, что сердце из груди переместилось в голову и изо всех сил там колотится. Ей даже казалось, что она ничего не слышит и не видит. Вот уже и край поля. Где-то слышались удары ножа по стеблям кукурузы.

– Нокоу! – позвала Лаура.

– Что? – отозвался индеец.

– Это Лаура. Мне нужно с тобой поговорить.

Последовала пауза. Наконец он ответил.

– Иди сюда.

Лаура направилась туда, откуда доносился голос. Вскоре она увидела Нокоу, перевязывающего стебли кукурузы. Увидев её, он встал. Лаура уже горько жалела, что решилась на разговор с ним. Это ведь её не касается. Судорожно сглотнув, она посмотрела в его лицо.

– Нокоу, это правда, что Шикоба хочет украсть Шерил?

Индеец недовольно сдвинул брови.

– Да, – всё-таки ответил он.

– Он тебе сам об этом сказал?

Нокоу сложил на груди руки, показывая всем своим видом, что недоволен.

– Женщина, какое тебе до этого дело?

Ну вот, этого-то вопроса она боялась больше всего. Лаура начала нервно заламывать руки.

– Я знаю, что меня это не касается. Но Шерил попросила меня поговорить с тобой. Это ведь ты рассказал Кохэне о Шикобе. Шерил хочет убедиться, что всё это правда и ей на самом деле грозит опасность.

Лаура ждала, что он спросит: «А почему она сама не пришла ко мне?». Но он не спросил.

– Хорошо. Что тебя интересует?

Лаура выдохнула.

– Он сам тебе говорил об этом?

– Нет. Но я слышал его разговор.

– Может это были просто слова?

– Индейцы не бросают слов на ветер.

– Значит Шерил на самом деле грозит опасность?

– Думаю, да.

– Что ж, я всё поняла.

Лаура уже развернулась и сделала пару шагов, как услышала.

– Женщина!

Она удивлённо взглянула на него.

– Помоги мне, – и он кивнул на перевязанные стебли.

Нокоу взял две связки, Лаура третью и они отправились домой. Ей было приятно помочь ему, хотя он явно не придавал этому значения. Всё равно, первый раз за всё время их проживания с индейцами она разговаривала с ним.

По возвращении, Лаура тут же нашла Шерил.

– Ну, что он сказал? – с надеждой смотрела она на подругу.

– Боюсь, Кохэна рассказал тебе правду.

Шерил тяжело вздохнула. За то время, что она ждала Лауру, ей пришла в голову рискованная мысль и если всё окажется правдой, то ей не остаётся ничего другого, как только бежать. Она уже было собралась рассказать об этом, как услышала следующие слова Лауры:

– Шерил, может не всё так плохо, как ты думаешь. Кохэна любит тебя и брак с ним возможно окажется не таким уж и страшным.

– Но я не люблю его. А мне ведь надо будет ложиться с ним в постель. Мне даже думать об этом страшно! Стать женой индейца! Индейца! – воскликнула она.

– Ты говоришь о них так, словно они не люди. Как ты не видишь, что они очень похожи на нас, только живут по своим традициям. Я бы с радостью стала женой Нокоу, если бы он только попросил меня об этом.

Услышав последние слова, Шерил поняла, не стоит посвящать её в свой план. Нет, об этом она будет молчать.

– Мне тяжело смириться с тем, что предстоит выйти замуж против своей воли.

Лаура обняла подругу.

– Я думаю, ты ещё будешь счастлива. Попробуй взглянуть на Кохэну как на обычного мужчину.

Выдавив из себя улыбку, Шерил оставила подругу и ушла к реке. Ей нужно было всё обдумать. Времени для подготовки побега почти не осталось.

Кохэна чистил мустанга, когда подошла Шерил.

– Хорошо, я выйду за тебя, – без предисловий произнесла она.

Кохэна резко повернулся.

– Что? – сделал он вид, будто не расслышал.

Шерил выругалась про себя. Чертов индеец хочет, чтобы она снова повторила эти слова.

– Я выйду за тебя, – еле выдавила она из себя.

Тут же на его лице появился торжествующий вид.

– Ты приняла правильное решение.

От этих слов Шерил всю передернуло.

– Ты знаешь почему я приняла его, – бросила она и быстро ушла.

Кохэна взглядом проводил её. Скольких же усилий ему стоило сохранять спокойствие. Услышав её слова он был готов прыгать от радости. Ему хотелось подбежать к ней, взять на руки, целовать, но здравый смысл победил эмоции. Она согласилась выйти за него лишь по одной причине, чтобы спасти себя. Она по-прежнему не любила его. Хотя мысль, что скоро она станет принадлежать только ему, служила утешением.

Шерил нельзя было терять ни минуты. С одной стороны ей нужно было торопиться, чтобы успеть подготовиться к побегу, с другой, нужно быть осторожной, чтобы не вызвать подозрений.

Первый пункт она выполнила – сообщила индейцу, что согласна выйти за него. Теперь нужно было сделать второй. Шерил нашла Ерику, готовящей для себя еду.

– Как вкусно пахнет! – она наклонилась к котлу и вдохнула.

– Скоро будет готово. Можешь разделить со мной обед.

– С удовольствием. Шерил уселась рядом с Ерикой.

– Ерика, я стала совсем плохо спать. Я знаю, у тебя есть настой, который помогает быстро заснуть. Можешь дать его мне?

– Хорошо, только с ним нужно быть осторожной.

– Почему?

– Он очень сильный. Тебе хватит всего пять капель.

– А если я выпью больше?

– В лучшем случае проспишь сутки, а в худшем – можешь умереть. Но лучше не рисковать.

– А как быстро он начинает действовать?

Ерика задумалась.

– Достаточно быстро.

Шерил обрадовалась. Это как раз то, что нужно.

Вечером Ерика принесла настой. Чтобы убедиться в его работоспособности, Шерил выпила пять капель. Она почувствовала как отяжелели веки и вскоре погрузилась в сон.

Осталось четыре дня до свадьбы. Теперь предстояло сделать самое трудное. Выйдя из типи, Шерил осмотрела лагерь. Она надеялась найти Кохэну, но его нигде не было видно. Спросив у женщин, выяснила, что он вместе с другими индейцами уехал на охоту.

Кохэна въехал в лагерь, как тут же увидел Шерил возле своего типи, готовящую на вертеле курицу. Это выглядело крайне подозрительно. С чего вдруг она добровольно готовит для него еду?

Он подъехал к ней и спрыгнул с коня.

– Почему ты здесь? – не скрыл он своего удивления.

Шерил ждала чего-то подобного.

– Готовлю для нас обед.

– Что заставило тебя это сделать?

Она пожала плечами.

– Мы ведь всё равно скоро поженимся. Вот, решила сделать приятное своему жениху.

Кохэна не верил ни единому слову.

– Тебе что-то от меня нужно? – догадался он.

Шерил, чуть склонив голову на бок, снизу вверх невинно посмотрела на него.

– Да, это так.

Кохэна насторожился.

– И что же?

– Не так быстро. Сначала мы вместе отобедаем, а потом я тебе всё скажу.

– Женщина, не играй со мной, – её таинственность раздражала. – Ты передумала выходить за меня?

Шерил улыбнулась про себя. В сравнении с его страхом потерять её, её просьба покажется ему сущим пустяком.

– Нет, я не передумала.

Услышав ответ, Кохэна выдохнул.

– Тогда, что ты хочешь?

Она покачала головой.

– Не сейчас. Кстати, обед уже готов.

Смирившись, он повел коня в загон.

Шерил ждала его в типи с двумя тарелками еды. Кохэна уселся на свое место и взяв тарелку, принялся поглощать курицу.

– Как охота? – интересовалась она.

– Хорошо, – неуверенно ответил он.

– Ты уже сообщил вождю о нас?

– Да.

– Он согласен устроить свадьбу?

Кохэна сильно удивился, услышав вопрос.

– Разве ты хочешь свадьбу?

Шерил непонимающе заморгала.

– Что тебя так удивляет?

– Я думал ты не захочешь играть свадьбу по нашим традициям.

– Я не каждый день выхожу замуж.

Может эта единственная свадьба в моей жизни, поэтому мне хотелось бы отпраздновать её.

Её слова возбудили в нем страсть, которую он так долго подавлял в себе. Кохэна тут же отставив еду, в одно мгновение оказался возле Шерил. Он обхватил её и прижал к себе.

Шерил не на шутку испугалась. Она не была готова к близости. Она упёрлась руками в его грудь. Кохэна постарался притянуть её голову, но она изо всех сил упиралась.

– Кохэна, нет. Не надо! – вскрикнула она, отвернув лицо, чтобы он не смог поцеловать её.

Почувствовав яростное сопротивление, он отпустил её. Шерил видела, как задела его самолюбие.

– Ты же понимаешь, что скоро станешь моей женой?

Она кивнула головой.

– Тогда почему ты отвергаешь меня?

Скоро нам предстоит делить постель.

Щёки Шерил тут же вспыхнули.

– Я знаю. Мне нужно немного времени, чтобы смириться с этой мыслью. Ещё вчера утром я не собиралась замуж. Всё произошло слишком быстро.

Кохэна немного успокоился. Шерил поняла, настал момент, ради которого всё это затевалось.

– Но у меня есть к тебе одна просьба.

Кохэна тут же насторожился.

– Научи меня ездить верхом.

– Зачем?

– Все женщины племени умеют ездить на лошадях. Мне бы тоже хотелось научиться.

– Но почему именно сейчас? – недоумевал он.

– Разве ты не понимаешь, это поможет мне привыкнуть к тебе. К тому же мне всегда хотелось этому научиться.

Кохэну съедали сомнения. Как-то всё это было странно, но возможность учит её, быть для неё примером, была крайне заманчивой.

– Хорошо. Я научу тебя.

Шерил одарила его благодарной улыбкой.

– Спасибо тебе!

Она знала, пару занятии́ будет достаточно, чтобы сносно сидеть в седле. Пока всё идёт как нельзя лучше, осталось собрать провизию.

После обеда Шерил смогла незаметно спрятать два куска вяленого мяса, солёную рыбу и овощи.

Утром Кохэна отвёл Шерил к загону. Выбрав пегую лошадь, принялся готовить её для поездки. Шерил протянула ей яблоко. Та губами слизнула его и принялась жевать.

– Как её зовут?

Кохэна пожал плечами.

– У неё нет имени.

– Тогда я назову её Ветер.

– Всё готово. Иди сюда, – и Кохэна протянул ей руку. – Наступи левой ногой сюда, а когда я тебя приподниму, перекинь правую ногу через лошадь.

Только Шерил собралась выполнить его указания, как он добавил.

– Вот так возьмись за поводья, – и показал, где лучше ухватиться.

Она крепко взяла поводья, вложила свою ногу в его руки и он рывком приподнял её. Подтянувшись, она перекинула ногу и оказалась в седле. Вначале ей показалось, что лошадь довольно низкая, когда Кохэна её выбрал. Но теперь, сидя на ней верхом, она ощущала, что сидит достаточно высоко.

– Держись, – и ухватив уздцы, Кохэна потянул за собой лошадь.

Та послушно пошла.

Шерил казалось, стоит лошади чуть наклониться, как она тут же свалиться с неё, поэтому изо всех сил вцепилась в поводья. Но не прошло и пяти минут, как почувствовала пластику животного, уверенность при наклонах.

– А можно я сама попробую управлять?

– Попробуй. Погоди, я сяду на своего коня.

Кохэна оседлал мустанга и подъехал к ней.

– Вот так держи поводья, – показал он. – Если хочешь, чтобы она пошла, то слегка ударь её пятками, дерни за поводья и скажи «Эй!».

Шерил сделала всё так, как он сказал, но лошадь осталась стоять на месте.

– Она не идёт.

– Ещё раз попробуй.

Результат был тот же.

– Она не слушает меня, – по-детски капризным тоном произнесла Шерил.

Кохэну забавляла эта картина. Шерил заметила как он усмехается и это разозлило её.

– Эй!!! – резко выкрикнула она и с силой дернула за поводья.

Лошадь тут же отреагировала, но вместо спокойного шага пустилась в галоп. От быстрой скачки у Шерил казалось остановилось дыхание. Она болталась в седле и вот-вот была готова выпасть из него. Только поводья спасали её от неминуемой гибели. Она так сильно вцепилась в них, что пальцы посинели от напряжения. «Где же этот проклятый индеец?!» – злилась она. Вдруг, в одно мгновение, он настиг её и схватил за поводья.

– Стой! – скомандовал он и лошадь послушно остановилась.

Шерил вся дрожала от страха. Кохэна спрыгнул с коня и протянул к ней руки, чтобы помочь спуститься.

– Нет, – отказалась она, чем очень удивила его.

– Ты хочешь продолжить? – не верил он.

– Да.

Шерил не могла просто так сдаться. Времени было слишком мало.

– Давай попробуем ещё раз, – предложила она.

Кохэна вновь запрыгнул на коня.

– Смотри как надо, – и он слегка пришпорил коня. Тот тут же послушно пошел.

Шерил собралась с духом, хотя всё ещё ощущала дрожь во всем теле.

– Эй, – уверенно, но спокойно сказала она.

Ветер послушалась и двинулась с места. Ура! Получилось! Ликовала она. Кохэна ехал рядом с ней и по ходу дела давал советы. Внутренне он гордился её силой воли. Он видел как она испугалась, но не сдалась.

Почувствовав себя более уверенно, Шерил слегка пришпорила Ветер и та поскакала рысцой. Управлять лошадью оказалось не так сложно, как в начале. Кохэна помог Шерил спуститься с коня. Он видел как она радовалась своим успехам.

– Ты молодец! Не думал, что продолжишь после первой попытки.

– Я и вправду чуть не сдалась, – честно призналась она.

Направляясь к лагерю, Кохэна взял её за руку. Шерил растерялась и чуть было не выдернула руку, но вовремя спохватилась. Она ведь сама сказала, что хочет за время проведенное вместе, привыкнуть к нему. Ей просто нужно немного потерпеть. Совсем скоро она освободится от него. Сейчас ей нужно во всем подыгрывать ему, чтобы он доверял ей. В ответ она сжала его руку. Кохэна чуть не издал ликующий крик. Она наконец-то не оттолкнула его. Так они прошли через весь лагерь. Шерил сгорала со стыда.

– Ты приготовишь для меня? – нежно смотря на неё, спросил индеец.

– Хорошо, – выдавила она из себя.

Он взял котелок и ушел на реку за водой. Шерил принялась чистить овощи. Как же ей хотелось побыстрее оказаться в своем типи, но пока она не могла идти на поводу желаний. Его счастливый вид жутко раздражал и ещё больше отталкивал. Пока она готовила пищу, Кохэна изготавливал новый лук. Ему уже казалось, что они одна семья. Ему совсем не хотелось расставаться с ней, но после обеда она ушла к себе.

Кохэна сообщил Вихо, что они хотят отпраздновать свадьбу со всем племенем. Вождь согласился и распорядился, чтобы для праздника всё подготовили.

Вернувшись к себе, Шерил заметила, как Глория с Синди с презрением смотрят на неё.

– Ты в самом деле выйдешь за него замуж? – еле скрывая свое отвращение, спросила Глория.

– Разве у меня есть выбор?

– Лучше умереть, чем стать женой индейца.

Шерил промолчала.

– Легко судить других, – укоряюще посмотрела Лаура на Глорию. – А вот я не вижу здесь чего-то страшного, тем более Кохэна любит её и сможет позаботиться о ней.

– Что если нас освободят, её же все будут презирать за то, что она жила с индейцем? – вмешалась Синди.

Шерил больше не могла это слушать. В слезах она выбежала из типи и бросилась прочь, не разбирая дороги. Так она оказалась на кукурузном поле. Сломя голову она бежала через высокие стебли кукурузы, словно хотела убежать от себя. Почувствовав, что больше не хватает дыхания, рухнула на землю и разрыдалась. Шерил больше не могла сдерживать себя. Она только сейчас поняла, в каком напряжении находилась всё это время. С первого дня пребывания здесь она не могла расслабиться. Кохэна, Кэй, Шикоба – каждый из них делал её жизнь невыносимой. Бежать. Бежать отсюда. Только побег может спасти её.

Второй день обучения прошел без приключений. Хотя галопом она ещё боялась ехать, но лошадь уже хорошо слушалась.

Племя готовилось к предстоящему празднику. Ерика принесла свадебный наряд. Им служила расшитая туника с кожаным поясом и брюки. Когда-то она сшила его для своей дочери, но та так и не успела его одеть. Шерил примерила наряд. Ерика осталась довольна видом невесты. Наступил решающий день. Шерил успела заготовить достаточно припасов, по крайней мере, если она будет питаться экономно, то продуктов ей должно хватить на неделю. Она надеялась, что за это время сможет отыскать какой-нибудь городок или деревню. Так же она приготовила два покрывала и свою одежду, чтобы, как только ей удастся сбежать, переодеться в платье.

Ерика с Лаурой помогли ей подготовиться к свадьбе. Лаура вплела в волосы несколько красивых перьев и шнурков, а Ерика нанесла на лицо краску. Шерил оглядела себя. Пути назад больше не было.

Наконец за ней пришли и отвели в центр лагеря, где горел общий костер. Там уже собралось всё племя. Вдруг по лагерю раздались ликующие крики. Шерил поняла, ведут жениха. Она увидела Кохэну, сидящего верхом, а Нокоу вел коня под уздцы.

Шерил изо всех сил старалась выглядеть счастливой, но у неё это плохо получалось, ещё чуть-чуть и она была готова расплакаться.

Кохэна спрыгнул с коня и подошёл к ней. Она не могла взглянуть на него. Он взял её за руку и они повернулись к вождю. Он накрыл их покрывалом и произнес слова, которые Шерил не понимала. По щеке скатилась слеза. Она быстро вытерла её, пока покрывало не успели снять.

Закончив обряд, покрывало откинули. Тут же в лагере раздался клич ликования и радости. Теперь они стали мужем и женой. Началось веселье. Все были заняты разговорами и едой. Вскоре начались танцы. Кохэна от счастья не мог усидеть на месте и тоже присоединился к танцующим. Шерил видела как он веселился. Чувство отвращения к нему не покидало её. Она надеялась, что это был последний вечер, когда видит его.

Шерил предусмотрительно не стала пить, ограничившись только едой. Настало время удалиться.

– Нам пора, – сообщил Кохэна, протянув ей руку.

Сердце бешено забилось в груди. Послушно встав, она взяла его за руку и он повёл её к своему типи. Только бы у неё всё получилось.

Шерил вошла в типи и села на покрывало, служившее постелью. Кохэна сел напротив неё. Он молча рассматривал её лицо. Затем нежно дотронулся до щеки. Кохэна не хотел напугать Шерил, поэтому решил не торопиться и действовать постепенно. Он видел, как она напряжена.

– Ты боишься меня? – спросил он, проведя рукой по щеке.

– Немного, – призналась она.

– Я не сделаю тебе больно, – ободряюще улыбнулся он.

Он придвинулся к ней, чтобы поцеловать.

– Подожди, – остановила она его. – У меня кое-что для нас есть. На лице Кохэны появилось удивлённое выражение. Шерил вскочила и вышла из типи. Она взяла спрятанную у порога бутылку с вином и чашками и вернулась обратно.

– Вот, – показала она на бутылку. – Это, чтобы немного расслабиться.

Кохэна потянулся за вином, чтобы разлить его, но Шерил остановила его.

– Я сама.

Улыбнувшись, Кохэна откинулся назад и полулёжа принялся наблюдать за ней.

Она разлила вино в чашки. В одну из них она заблаговременно добавила настой и сейчас он не мог видеть, что в его чашке на дне находилось немного жидкости. Шерил протянула ему вино. Он отпил его не сводя с неё глаз. Она старалась пить небольшими глоточками, чтобы он успел опустошить свою чашку.

Кохэна допил вино и отставил кружку. Шерил сделала последний глоток.

– Иди ко мне, – позвал он, похлопав рукой рядом с собой, приглашая лечь.

Шерил послушалась и легла рядом. Кохэна склонился над ней. Он прикоснулся к её волосам.

– Они очень мягкие, – произнес он, нежно смотря на неё.

Шерил чуть улыбнулась. Он приблизился к её губам и прикоснулся к ним. Она почувствовала его дыхание. Кохэна лёгкими движениями касался её губ, как будто поддразнивая её. Затем прижался и стал всё глубже проникать в её рот. Его поцелуй становился всё более страстным. Неожиданно для самой себя, Шерил ответила ему. Она сама целовала его!

Вдруг, она почувствовала, как его рука начала блуждать по её телу. Она испугалась, что всё произойдёт раньше, чем он заснёт. Но вот, оторвавшись от её губ, он встряхнул головой, пытаясь избавиться от сонливости. Его глаза стали закрываться. Он старался сопротивляться тяжести, овладевшей всем телом, но проиграл в этой борьбе и заснув, рухнул рядом.

Шерил тут же скинула с себя его руку и спешно отползла в сторону. От волнения сердце колотилось со страшной силой. Она не сводила с Кохэны глаз, боясь, что он очнётся. Но он хоть и лежал в странном положении, мирно спал. Постепенно она успокоилась.

Теперь ей предстояло дождаться, когда все улягутся. Она смыла с лица краску и вытащила перья из волос. Ожидая удобного времени для побега, Шерил обдумывала произошедшее. Она была поражена тем, что поцелуй индейца не вызвал у неё отторжения. Она сама не поняла как ответила на него. Она наслаждалась им. Внутри неё как будто вспыхнул огонь. Это был первый настоящий поцелуй в её жизни. Возможно именно поэтому он произвел на неё такое сильное впечатление.

Шерил казалось, что она уже целую вечность здесь сидит. Наконец всё стихло. Она выглянула на улицу. Только-только забрезжил рассвет. Никого не было видно. Она выбралась наружу и пригнувшись, осторожно пробежала к своему укромному месту. Достав две сумки соединённые веревкой и перекинув их через плечо, перебежками добралась до загона с лошадьми. Обычно на ночь кто-нибудь из индейцев сторожил их, но сегодня из-за праздника все отдыхали.

Шерил отыскала свою лошадь и повела её к выходу. Тут же на жердях висело седло и сбруя. Захватив их, ушла далеко за пределы лагеря. Здесь она могла спокойно переодеться и надеть на Ветер седло. Из-за отсутствия опыта пришлось немного повозиться, но наконец всё было готово. Найдя большой камень, она с его помощью взобралась на лошадь и отправилась в путь.

Первое время Шерил боялась скакать галопом, но почувствовав себя уверенней, пришпорила Ветер и та набрав скорость, увозила её всё дальше от ненавистной жизни и Кохэны.

По пути Шерил делала небольшие остановки, чтобы справить нужду, выпить воды и поесть. Вот уже и день клонился к вечеру. Она понимала, что должна найти место для ночлега. В сумерках она заметила скальный навес, под ним можно было расположиться. Привязав к дереву Ветер, завернулась в покрывала и тут же заснула. Сказалась прошлая бессонная ночь.

Открыв глаза, Шерил обнаружила, что уже светает. Нужно было срочно выдвигаться в путь. Отвязав лошадь, забралась на неё и поскакала прочь.

Кохэна потянулся, лёжа на постели. Открыв глаза, огляделся, Шерил рядом не оказалось. Неужели он вчера заснул на самом интересном месте? Странно, но он почти ничего не помнил после того, как привел Шерил в типи.

Кохэна вышел на улицу. День был в самом разгаре. Взглянув на расположение солнца, удивился ещё больше, так как совсем скоро начнёт вечереть. Неужели он проспал весь день?

Окинув взглядом лагерь, Кохэна не смог отыскать Шерил. Тревожное чувство поселилось в душе. На речке её тоже не оказалось. Он нашел Лауру.

– Ты не видела Шерил?

Лаура удивлённо подняла брови.

– Я думала она с тобой.

– Нет, со мной её нет.

– Где же она? – встревожилась Лаура.

Кохэна тут же побежал к загону с лошадьми. Ветер там не оказалось. Никто кроме Шерил не мог её взять. На обратном пути к нему подбежала Лаура.

– Её платье исчезло, – сообщила она.

Кохэна сразу понял о каком платье она говорит. «Сбежала!». Эта мысль привела его в ярость. Проклятая обманщица всё заранее спланировала. Попросила научить ездить верхом, а вчера что-то подсыпала в чашку, чтобы он заснул. Она сделала из него посмешище. Теперь всё племя будет смеяться над ним. Ну что ж, теперь он посмеётся над ней. Она так просто не отделается от него. Он найдет её и убьет. Кохэна пришел к Вихо сообщить, что Шерил сбежала, а он отправляется на её поиски. Выслушав его, Вихо недовольно замотал головой.

– Лучше, чтобы кто-нибудь другой отправился за ней.

– Почему?! – возмутился он.

– Ты не сможешь убить её.

– Я это сделаю. Она заслуживает смерти. Моя любовь умерла, теперь во мне живёт лишь ненависть.

Хотя Вихо по-прежнему с сомнением смотрел на него, всё же дал согласие. Кохэна тут же собрав всё необходимое, отправился на поиски. Он быстро нашел следы лошади. По их виду он понял, она не могла далеко уехать.

Кохэна успел проехать достаточно большое расстояние, прежде чем опустилась тьма. Переждав несколько часов, пока не стало светать, вновь отправился по следам. Вскоре нашел место, где она ночевала. Судя по всему она должна уже быть рядом. Азарт охотника завладел им. Совсем скоро добыча попадется в его руки.

Прошло часа два, как поднявшись на холм, внизу, он увидел Шерил, скачущую на лошади. Конечно, он мог бы незаметно догнать её, но ему хотелось, чтобы она знала, он преследует её и уже совсем рядом, чтобы она осознала весь ужас своего положения. Кохэна издал боевой клич и его мустанг встал на дыбы.

Шерил тут же обернулась. О нет! Он нашел её! Она со всей силы пришпорила Ветер. Хотя лошадь скакала изо всех сил, Шерил видела, как Кохэна настигает её.

Кохэна гнал коня как сумасшедший. Вот он уже настиг лошадь, ещё секунду и он сравняется с ней. Поравнявшись, он схватил Шерил за плечо и дёрнул на себя. Не удержавшись, она свалилась с лошади и кубарем покатилась по земле, потеряв сознание. Кохэна спешился с коня и принялся ходить возле неё кругами, держа наготове большой нож, ожидая, когда она придёт в себя. В эту минуту в душе бушевали противоречивые чувства. Он был готов убит её, но любовь и жалость брали вверх над разумом. Она беззащитно лежала перед ним.

Наконец Шерил открыла глаза. Тело жутко болело. Увидев перед собой Кохэну, не смотря на боль, села на колени и склонила голову. Она знала что её ждёт. Он пришел убить её.

– Ты посмела опозорить меня перед моим народом, – начал он. – Ты надеялась обмануть меня и сбежать. Неужели ты в самом деле думала, что я не смогу найти тебя?

Шерил молчала. Кохэна с ножом в руках ходил возле неё.

– Я пришел, чтобы убить тебя.

Он ждал, что она бросится к его ногам и начнет умолять. Но она не шелохнулась.

– Почему ты не просишь пощадить тебя?

Шерил робко взглянула на него.

– Потому что знала, что меня ждёт, если найдут. Я готова.

Кохэна поразился её спокойствию перед лицом смерти. Он встал позади неё и занёс над ней руку.

По тени на земле Шерил видела, как он поднял руку, в которой держал нож. Она зажмурилась, ожидая смертельного удара.

Кохэна стоял над ней. Он держал нож. Он собирался с духом, чтобы ударить её. Это оказалось сделать намного труднее, чем он себе представлял. В первые минуты, когда он понял, что она сбежала, его гордость была уязвлена и в тот миг он был готов это сделать. Но сейчас, когда эмоции утихли, а она покорно ждала своей смерти, он не мог нанести смертельный удар.

Кохэна обречённо опустил руку и вложил нож за пояс.

– Вставай, – произнес он.

Шерил не верила своим ушам. Она открыла глаза и взглянула на индейца. Он шел к своему коню. Она встала, не понимая, что же её ждёт.

Он порылся в сумке и достал верёвку.

– Мы возвращаемся.

– Что? – не могла она поверить. – Почему ты не убил меня?

Кохэна подошёл и взяв её руки, принялся связывать веревкой. Закончив, посмотрел ей в глаза.

– Я не могу этого сделать. Если бы я убил тебя, мне пришлось бы убить и себя.

Его слова поразили Шерил в самое сердце!

Кохэна подвёл к ней Ветер и подняв, помог сесть на лошадь. Привязав Ветер к своему коню, запрыгнул на мустанга и они тронулись в путь.

Несколько раз они останавливались поесть. Он развязывал ей руки, а после снова связывал, но не из боязни, что она попытается сбежать, а чтобы она чувствовала его власть над собой. Его самолюбие по-прежнему страдало. Она не уважала его и пыталась перехитрить. А он как дурак радовался, что она стала его женой. Теперь ей предстоит узнать всю его жестокость. Он никому не позволит так обращаться с собой, а тем более белой женщине. Да, он любит её, но это не помешает ему наказать её.

Кохэна был так увлечен планом мести, что не заметил, как двое человек наблюдают за ними. Всадники расположились выше по склону и уже некоторое время следовали за ними. Поняв, что рядом больше нет индейцев, они натянули лассо и только когда их раскрутили, Кохэна услышал свистящий звук. Он тут же достал лук и вложил в него стрелу, но не успел развернуться, чтобы выстрелить, как был пойман в петлю. Всадник резко дёрнул за верёвку и Кохэна выпал из седла. Тот пришпорил коня, таща по земле индейца. В это время второй всадник подъехал к первому. Вскоре они остановились. Не успел Кохэна встать, как его тут же оглушили, отчего мгновенно потерял сознание.

Шерил с ужасом наблюдала эту картину. Связав индейца, всадники наконец обратили на неё внимание.

– Здравствуйте мисс, – и мужчина приподнял шляпу в знак приветствия. – Этот индеец похитил вас?

Она кивнула головой. Она не собиралась говорить им правду.

– Тогда не переживайте, теперь вы свободны, – и он протянул руки, чтобы опустить её на землю.

Он перерезал веревки, связывающие руки.

– Откуда вы? – спросил он.

Шерил пришлось на ходу выдумывать.

– Я ехала на Запад к своему брату, но по пути индеец напал на меня и похитил. А могу я узнать имена своих спасителей?

Мужчины переглянулись.

– Тед Банди.

– Джон Смит.

По их насмешливому выражению лица она сразу поняла – это не настоящие имена.

– А ваше имя, мисс?

– Руби Мартин, – также соврала она.

– Здесь недалеко у нас есть привал. Прошу вас следовать за нами.

Шерил не стала возражать и села на свою лошадь. Ей было больно смотреть, как Кохэну волокли по земле. Хорошо хоть привал и вправду был недалеко. Она увидела тлеющий костер, разложенные вещи и продукты.

Тед и Джон привязали Кохэну к дереву. Его руки оказались связаны за спиной, а ноги – от лодыжек до колена. Вскоре он пришел в себя. Голова ужасно раскалывалась, а тело болело. Во рту находился кляп. Справа от него располагались мужчины и Шерил. Она сидела у костра, который раздувал один из мужчин.

– Что вы хотите с ним сделать? – Шерил кивком головы показала на индейца.

Тед, раздувая костер, взглянул на пленника.

– Отвезем в форд. Он в двух днях пути отсюда. Они дают награду за живых индейцев.

– А меня?

Мужчины снова переглянулись.

– Если не возражаете, то и вас. У нас есть неотложные дела и мы не сможем отвезти вас домой.

Шерил понимала, ничего хорошего это для неё не сулило. Судя по их виду, они не были похожи на благородных спасителей, скорее прожигатели жизни не брезговавшие насилием и убийствами.

Джон достал мясо с лепешкой и отрезав кусок, протянул Шерил, а сам уселся напротив. Тед, наконец раздув костер, сел с ним рядом. Они не сводили с неё похотливых глаз. Шерил старалась поменьше смотреть на них, но даже не глядя чувствовала их сальные взгляды. Ей нужно было срочно спасать себя. Хорошо, что она взяла с собой снотворное Ерики.

– Джентльмены, – обратилась она к ним. – Я могу сварить вам кофе.

Они противно хихикнули.

– С удовольствием отведаем.

Шерил взяла маленькую кастрюльку, что стояла возле костра.

– У меня есть с собой вода, – сообщила она, направляясь к своей лошади.

Шерил встала так, чтобы они не видели того, что она делает. Она достала из мешка бутылочку с отваром и весь вылила в кастрюльку, а затем налила воды. Даже нескольких глотков должно хватить, чтобы они заснули.

Тед протянул ей мешочек с кофе, когда она вернулась. Шерил насыпала его в воду и поставила на костер.

Мужчины следили за каждым её движением. Джон локтем толкнул Теда в бок и кивком головы показал, что им надо переговорить наедине.

– Мы ненадолго оставим вас, – сообщил Джон.

Они отошли так, чтобы она не могла слышать их разговор, но и без этого Шерил поняла, они задумали что-то плохое.

– Она сможет нас хорошо развлечь, – потирал руки тот, кто представился Джоном.

– Пусть сначала угостит нас кофе, порадуем её, – и Тед затрясся от смеха.

– Тихо ты, – шикнул Джон.

И они обсудили как будут действовать.

К тому времени, когда они вернулись, кофе сварился. Шерил разлила его в две кружки.

– А вы разве не хотите? – спросил Джон.

Немного подумав, она плеснула остатки напитка себе. Шерил подносила кружку ко рту, делая вид, что отпивает.

Они молча потягивали кофе.

– Я оставлю вас ненадолго, – сообщил Тед, делая вид, что собирается сходить по нужде.

Шерил осталась с Джоном наедине.

– Сколько тебе лет? – спросил он, перейдя на «ты».

– Двадцать.

– Уже большая девочка. А ты не хочешь с нами развлечься?

– Что вы имеете в виду?

– Разве ты не понимаешь? В этом возрасте уже пора знать про такие вещи, – и встав, медленно двинулся на неё.

Шерил вскочила со своего места и попятилась назад. Джон не ускорялся, но продолжал двигаться к ней.

Кохэна наблюдал за происходящим. Он видел, как второй стоял позади Шерил и ждал, когда она попадется в его ловушку. Кохэна пытался кричать, но со стороны это выглядело простым мычанием. Он старался порвать веревки, вырываться, но всё было бесполезно.

– Куда ты? – издевательски смотрел Джон на Шерил.

Она чувствовала себя кроликом перед удавом. Сделав ещё один шаг назад, она упёрлась в чью-то грудь. Шерил быстро развернулась и тут же Тед схватил её, а Джон налетел сзади. Они повалили её на землю. Она изо всех сил отбивалась от них, кусалась, пиналась. Но их было двое. Тед схватил её руки и прижал их высоко над головой к земле. Джон сверху улёгся на неё и попытался поцеловать. Шерил тут же со всей силы укусила его. Он вскрикнул и потрогал губу. Увидев на пальцах кровь, со всей силы ударил её по лицу. Удар оглушил её. Ей показалось, что из глаз посыпались искры. Тем временем мужчина дёрнул за ворот платья, отчего пуговки с треском отлетели в разные стороны.

Шерил начала впадать в панику. Она почувствовала как его грязные руки полезли ей под юбку. Она пыталась пинаться, но он крепко своими ногами прижимал их к земле.

Никогда в жизни Кохэна не чувствовал себя так беспомощно. Он видел, что они делали с его женой, как повалили на землю, ударили, рвали одежду и лапали. Его ярость не могла найти выхода. Он так вырывался, что кожа на руках лопнула и из ран текла кровь. Он был готов разорвать их на части, но не мог освободиться и ему приходилось лишь быть свидетелем этого страшного зрелища.

Джону удалось задрать юбку и он уже было раздвинул её ноги, как неожиданно Тед свалился на землю.

– Скотт, что с тобой?! – встревожился он не заметив, как назвал того настоящим именем.

В эту же секунду сам ощутил непреодолимую слабость. Взглянув на девушку, его глаза закатились и он тут же упал на неё.

Тяжело под ним дыша, Шерил попыталась скинуть его с себя. Собрав последние силы, она рывком откинула его. Он перевернулся на спину. Освободившись, Шерил попыталась встать, но силы покинули её и она рухнула на колени. На четвереньках она отползла от насильников. Рыдания душили её. Одной рукой она прижимала порванное платье к груди, а второй помогала себе ползти. Она доползла до костра, где лежал нож. Вытащив его, она направилась к Кохэне. Оказавшись около него, она разрезала верёвку на его руках. Сил больше не осталось. Нож выпал из её рук. Подхватив его, Кохэна разрезал верёвку на ногах и вытащил кляп. Шерил сидела рядом, обхватив колени. Кохэна тут же заключил её в объятия. Её тело начало сотрясаться. Она прижалась к нему и из груди вырвались громкие рыдания. Шерил не могла остановиться. Страх настиг её. Пришло осознание того, что могло произойти. Кохэна гладил её по голове и спине. Его сердце было готово разорваться от жалости.

Вскоре громкие рыдания сменились плачем. Он терпеливо ждал, когда пройдет шок. Послышались всхлипывания. Кохэна чуть отодвинулся, чтобы взглянуть на неё. Её несчастный вид ещё больше тронул его. Он вытер слезы с щёк.

– Ты молодец.

Шерил горько улыбнулась. Он снова привлек её к себе. Она прижалась к его груди. Удивительно, но сейчас она хотела, чтобы он не отпускал её.

Так они просидели достаточно долго, пока Шерил полностью не пришла в себя. Она отодвинулась от него и тяжело вздохнула.

– Ты как? – спросил Кохэна.

– Уже лучше.

– Нам нужно ехать. Побудь пока здесь.

Кохэна собрал вещи и взяв нож, направился к спящим мужчинам.

– Что ты собираешься с ними сделать?! – встревожилась Шерил.

– Убить.

– Нет, не делай этого! – вскочила она.

Кохэна непонимающе уставился на неё.

– Я должен.

– Пожалуйста, Кохэна, не надо! Я не переживу, если из-за меня ещё кто-нибудь умрёт. Мы можем забрать их лошадей и с них будет достаточно. Пожалуйста!

Он некоторое время стоял, раздумывая над её словами.

– Хорошо, – уступил он.

– Спасибо тебе!

Кохэна собрал оружие, продукты и привязал их коней к своим.

Он подвел своего мустанга к Шерил. Она стояла, стараясь порванным платьем прикрыть грудь. Кохэна стянул с себя тунику и отдал ей. Шерил смущённо приняла её и отвернувшись, натянула на себя.

Кохэна вскочил на коня, а затем протянул ей руку. Он хотел, чтобы она ехала с ним. Шерил ухватилась за неё и он помог ей сесть перед собой.

– Облокотись на меня, – посоветовал он.

Она тут же послушно прижалась к нему и они тронулись в путь.

Сначала Шерил думала, что могла бы и сама ехать, но спустя пол часа ощутила в теле сильную слабость. Силы покинули её. Она погрузилась в сон.

Открыв глаза Шерил увидела, что уже рассвело. Несмотря на неудобное положение и тряску, она проспала всю ночь.

– Я не оттянула тебе руку? – спросила она, сев прямо.

– Нет.

Шерил не поверила и развернулась, чтобы посмотреть на него. Окинув его взглядом, пришла в ужас. Все тело и лицо покрывали синяки и кровоподтёки. Это были видимые следы волочения по земле. Сердце от жалости сжалось. А ведь он ещё всю ночь вез её.

Шерил почувствовала угрызения совести. Это ведь из-за неё они оказались в таком положении. Она рисковала не только своей жизнью, но и его. Сгорая от чувства вины она отвернулась и погрузилась в тягостные мысли. Тут её взгляд упал на его руки. На местах веревок виднелись кровавые борозды и страшные синяки. Она поняла с какой силой он пытался высвободиться. На глаза навернулись слезы.

Ей казалось, что только белые были цивилизованными и умели самоотверженно любить. Но именно белые мужчины хотели изнасиловать её и убить. А индеец сохранил ей жизнь. Он был готов ради неё на всё. Шерил осознала, как ошибалась в своих суждениях. Как же ей было стыдно не только перед Кохэной, но и перед всем его народом. Она столько времени притворялась, что уважает их традиции, обычаи, уклад жизни. На самом же деле считала их необразованными, дикими людьми, следовавшими лишь своим инстинктам.

Они подъехали к небольшой речке. Кохэна остановил коня.

– Здесь можно отдохнуть, – сообщил он.

Спешившись, Шерил подошла к воде и взглянула на свое отражение. По тому, как болело лицо, она понимала, что на нём должны быть синяки. Но взглянув на себя, чуть не лишилась чувств. Мало того, что лицо оказалось в грязи, так всю левую часть раздуло, а над скулой красовался синяк. Шерил осторожно потрогала его и тут же поморщилась от боли.

Пока она умывалась, Кохэна достал припасы.

– Не думала, что я так ужасно выгляжу, – констатировала она, вернувшись.

– Ешь, – протянул он ей початок кукурузы, рыбу и хлеб, а сам ушел к реке.

Шерил наблюдала за ним. Он умыл лицо, плечи и руки. Она отметила, как его кожа блестит на солнце, а волосы развивает ветерок. Только сейчас она заметила, как хорошо он был сложен.

Вернувшись, Кохэна принялся за еду.

– Прости, что обманула тебя.

Услышав её слова, он даже перестал жевать.

– Ты в самом деле сожалеешь?

– Да.

– А если бы ты не собиралась сбежать, ты бы вышла за меня?

Шерил опустила глаза. Она не знала, что ответить. Сейчас она меньше всего хотела обидеть его или как-то задеть.

– Только сейчас я понимаю как поступила глупо, решив сбежать и сделать это таким способом.

– Я противен тебе? – не унимался он.

– Зачем ты меня об этом спрашиваешь? Да, у меня нет к тебе сильных чувств, но ты мне не противен.

– Хотя ты теперь моя жена, я не хочу принуждать тебя. Я отпускаю тебя. Ты должна вернуться со мной, но можешь считать себя свободной.

Шерил не верила своим ушам. Он что, отказывается от неё?! Ещё вчера она бы радовалась и прыгала от счастья, но сейчас не знала, что думать.

– Нам пора. Ты сможешь ехать сама?

Услышав утвердительный ответ, он усадил её на Ветер и они продолжили путь. Шерил не могла выбросить из головы его слова. Теперь, когда ничто больше не могло помешать ему жить с ней, он отказывался от своих прав на неё. Но почему? Что вдруг изменилось? Может после всего того, что она сделала ему, он разлюбил её и презирает? Это же должно радовать её, но почему-то не радует.

Всю дорогу Шерил незаметно наблюдала за Кохэной. Она восхищалась его статью, красотой. Да, пусть не о таком муже она мечтала, но сейчас он казался ей самым красивым мужчиной на земле. Ей захотелось, чтобы он снова поцеловал её. Она помнила их единственный поцелуй. Ничего приятнее в своей жизни она не испытывала. Но судя по его словам, он больше не хочет её.

Показался лагерь. Шерил заволновалась. Что если её захотят наказать за побег?

– Кохэна!

Он обернулся.

– Меня не убьют? – смотрела она с тревогой.

– Нет, – твердо заявил он.

При виде вернувшейся беглянки послышались недовольные восклицания. Шерил слышала, как индейцы возмущались, что она живая вернулась к ним. Не успела Ветер остановиться, как кто-то грубо стащил Шерил с лошади и бросил на землю. Тут же Кохэна достал нож и собою загородил её.

– Ты же должен был убить её, – упрекали его соплеменники. – Она предала нас!

– Никто не притронется к ней! – защищал он её со всех сторон.

Появился вождь. Он поднял руку и все замолчали.

– Почему она жива? – обратился он к Кохэне.

– Она спасла мне жизнь.

– Как?

– Меня схватили двое белых и связав, привязали к дереву. Она усыпила их и освободила меня.

Кохэна не стал рассказывать очередность событий, что сначала он не убил её, а потом она спасла его.

Вождь видел раны на его теле и следы на руках. Значит он говорил правду.

– Но если бы она не сбежала, тебя не пришлось бы спасать, – выкрикнул кто-то.

– Что ты на это ответишь? – спросил вождь.

– В том, что она сбежала, есть моя вина. Я вынудил её стать моей женой.

Вихо вновь поднял руку.

– Сегодня вечером я озвучу свое решение. А она, – показал он на Шерил, – пусть сидит в типи и не выходит.

Индейцы стали расходиться. Шерил не знала в каком типи ей следует ждать.

– Иди к своим, – решил за неё Кохэна.

Она тут же встала и ушла. Лаура при встрече обняла подругу и сочувствующие посмотрела. Глория, смотря на её лицо, воскликнула.

– Он избил тебя?!

– Какой же он зверь! – возмущалась Синди.

– Нет, нет, это не он, – поспешила Шерил их заверить. – Он ничего плохого мне не сделал. Это те двое чуть не изнасиловали меня. Один из них ударил меня по лицу.

Девушки почти не дышали, слушая её.

– А как тебе удалось спастись?

– Я подсыпала им настой в кофе, что дала мне Ерика.

– Это его же ты подсыпала Кохэне, – догадалась Лаура.

– Они напали на меня. Я так испугалась, но настой вовремя подействовал.

– Хорошо, что ничего страшного не произошло, – ободряюще произнесла Глория.

– Я схожу за водой, – предложила Лаура. – Тебя нужно привести в нормальный вид.

Лаура вернулась с водой в одной руке и едой в другой. Шерил тем временем переоделась. Она с грустью посмотрела на то, что осталось от её платья. С последним напоминанием о прежней жизни было покончено.

– У тебя всё тело в синяках, – заметила Синди.

– Да уж. Пока мы тут живём, я то со сломанным ребром хожу, то жду, когда заживёт ожог. Сейчас вот синяк на пол лица. Что же будет вечером…

Шерил тяжело вздохнула. Вождь мог решить, что она достойна смерти.

– Видела бы ты, какой переполох произвел твой побег. Кохэна рвал и метал. Он заявил, что найдет тебя и убьет. Честно говоря, мы уже не надеялись увидеть тебя живой.

– Он в самом деле собирался убить меня, когда нашел. Он даже занёс надо мной нож.

– И что? – не удержалась Глория.

– Ничего. Он сказал, что если убьет меня, то потом ему придется убить и себя.

– Он слишком тебя любит, – заметила Лаура.

– Любил, – поправила её Шерил.

– Почему это любил? – не поняла она.

– Сегодня Кохэна сказал, что я могу считать себя свободной. Он больше не претендует на меня.

Лауре как-то не особо в это верилось.

– Так не бывает. Вчера любил, а сегодня нет.

– Я ведь обманула его, опозорила перед всем племенем. Он сам отправил меня к вам. Кохэна больше не хочет быть со мной.

– Так это же хорошо! – радостно воскликнула Синди. – Больше он не будет к тебе приставать и оставит в покое.

– Конечно, – горько усмехнулась Шерил.

Она не могла признаться, что влюбилась в него.

Лаура заметила, подруга не выглядит радостной, но благоразумно промолчала.

Вечером племя собралось в центре лагеря. Все ждали вождя. Вихо переговорил с Кохэной и узнал все подробности произошедшего. Шерил поставили напротив того места, где должен сидеть вождь. Она осмотрелась, но Кохэны нигде не было. Его присутствие придало бы ей мужества.

Вождь вышел из своего типи, а за ним Кохэна. Шерил пыталась по выражению их лиц понять, что её ждёт. Тревога за свою жизнь охватила её.

Вождь сел на свое место, а рядом Кохэна. Шерил осталась стоять. Вихо поднял руку.

– Вот моё решение. Эта женщина будет жить.

Послышались возмущенные голоса.

– Но это в последний раз. Если такое повторится, пощады не будет. У меня есть ещё слово к племени, – установилась тишина. – Эта женщина больше не жена Кохэны.

С одной стороны Шерил обрадовалась, что осталась жива, но последние слова задели её. А ведь Кохэна даже не спросил у неё.

– А как же Шикоба? Он же может вернуться и похитить меня? – вспомнила Шерил о причине свадьбы с Кохэной.

– Мы защитим тебя.

Шерил взглянула на Кохэну, но его лицо ничего не выражало.

Она не представляла скольких сил ему потребовалось, чтобы отпустить её. Он всё рассказал Вихо и сам попросил отменить их брак. Кохэна не хотел, чтобы она страдала, находясь рядом с ним. Он так добивался её, что совсем не думал о её чувствах. Чем тогда он лучше тех насильников? Он должен забыть её.

Шерил вернулась к себе. Синди с Глорией ушли на реку мыть посуду. Лаура вошла в типи вслед за подругой. Она заметила как та была расстроена.

– Что тебя так расстроило? – спросила она. – Ты же должна радоваться, что осталась жива?

– Он отказался от меня, – произнесла Шерил и закрыв лицо руками, заплакала. Лаура пришла в недоумение.

– Ты же сама этого хотела. Ты что, влюбилась в него?

– Я не знаю, – сквозь слезы произнесла она.

Лаура обняла её.

– Может тебе признаться ему?

Шерил тут же отрицательно покачала головой.

– Нет! Никогда! Я знаю, он больше не любит меня, иначе не отказался бы от нашего брака.

– Разве ты не видишь, он не хочет против воли держать тебя?

– Тогда ему следовало сначала спросить меня и всё узнать.

– Ты думаешь ему хотелось вновь быть отвергнутым тобой? Он же не знает, что ты переменилась к нему.

– Лаура, может ты и права, но теперь я ни за что не признаюсь ему, после того, как было объявлено о нашем разрыве.

– Я тебя не понимаю, – честно призналась Лаура.

Несмотря на пережитый стресс, Шерил всю ночь вертелась в постели и не могла заснуть. Ей казалось, что она самый невезучий человек на свете. Мечтала учить детей, но ни дня не работала учителем, попала к индейцам, против воли вышла замуж, чуть не была изнасилована, а теперь ещё и отвергнута, это не говоря уже о травмах и болячках. И почему ей надо было так не вовремя влюбиться в Кохэну? Утром синяк на лице раскрасился во множество цветов. В таком виде она не хотела появляться перед другими, а особенно Кохэной. Она выходила из типи лишь справить нужду, при этом прикрывая лицо.

На четвертый день добровольного заточения прибежала расстроенная Лаура.

– Что случилось? – встревожилась Шерил.

– Мона. С ним плохо, он без сознания. Я пришла к нему, чтобы приготовить пищу, а он лежит на постели и ни на что не реагирует. Я очень испугалась, что он умер. Я побежала за Ерикой и Нокоу. Ерика сказала, что он жив, но находится в забвении. Видела бы ты Нокоу, на нем просто нет лица. Он сказал, чтобы мы оставили его с отцом.

Шерил видела, как искренне переживала Лаура. Она любила Нокоу и очень привыкла к Мона. Тот угощал Лауру тем, что приносил ему сын. Он был благодарен ей за заботу. А однажды подарил ей ожерелье жены. Лаура тут же надела его и больше не снимала. Нокоу не разделял привязанности отца к белой женщине. Ему не понравилось, что тот подарил ей вещь принадлежащую матери, но из уважения промолчал.

Лаура не могла найти себе место. Она боялась услышать страшную новость, но никто к ней не пришел. Не выдержав, она сама пошла в типи Мона. Нокоу всё ещё был там.

– Он жив? – спросила она у Ерики.

– Да, – ответила та, растирая в ступке траву.

При появлении Лауры, Нокоу вышел. Она с Ерикой тут же подступила к Мона. Он всё также лежал без движения. Ерика намазала ему виски, руки и ноги.

– Нужно ждать, – сообщила она.

К вечеру Мона очнулся, но не мог ни говорить, ни двигать руками и ногами. Нокоу остался с ним ночевать.

Синяк на лице Шерил почти исчез. Осталось лишь малоразличимое темное пятнышко. Лаура с самого утра ушла к Мона, а Глория с Синди пошли собирать грибы. Шерил могла без стеснения выйти из типи. Ей просто было необходимо помыться, да и сидение в заточении порядком надоело.

При мысли, что она увидит Кохэну, сердце начинало учащенно биться, а щёки предательски гореть. Последний раз они виделись на том злополучном собрании. Всё это время Шерил думала о нём. Вспоминала, как он целовал её, утешал, защищал. А скучал ли он по ней?

Выйдя из типи, Шерил тут же окинула взглядом лагерь в поисках Кохэны, но его нигде не было. Немного расслабившись, направилась к реке. Обойдя небольшой мыс, тут же наткнулась на него, чистящего в реке своего мустанга. От неожиданной встречи Шерил немного оторопела. Заметив краем глаза движение, Кохэна обернулся. Поняв, кто перед ним стоит, отвернулся и как ни в чем не бывало принялся дальше начищать коня.

Придя в себя, Шерил прошла мимо него. Её задело его равнодушие. Она так переживала, думая об их встрече, надеялась, что он обратит на неё внимание, хотя бы поинтересуется, как она себя чувствует, а он просто отвернулся. Нет, никогда он не узнает о её чувствах! Шерил ушла подальше, где смогла наконец-то вымыться. На обратном пути никого уже не было.

Кохэна сидел возле своего типи и изготавливал стрелы. Хотя он себе не признавался, но ждал он именно её. Все это время он пытался забыть её, выбросить из головы. Ему даже стало казаться, что это удалось, но стоило лишь на секунду увидеть, как чувства вспыхнули вновь. Он запретил себе подходить к ней, говорить, но запретить видеть не мог.

Шерил вошла в лагерь и тут же заметила Кохэну, сидящего у типи. Гордо подняв голову, проследовала мимо него. Раз он не обращает на неё внимания, она последует его примеру.

Ерика сидела с другими женщинами и вышивала на одежде узор. Шерил села рядом.

– Очень красиво, – погладила она вышивку.

– Это подарок, – сообщила та.

– Кому?

– Гостям.

– Что?! К нам снова приедут гости? – забеспокоилась Шерил, памятуя о Шикобе.

Ерика заметила её волнение.

– Каждый год мы встречаемся с племенем Апахо, чтобы отметить великий праздник. Почти всё их племя приедет к нам. Они наши большие друзья. Не бойся, никто из них тебя не обидит. По обычаю, мы обмениваемся друг с другом подарками. Сейчас всё племя готовится к встрече с ними. Мы делаем подарки, а мужчины большей частью охотятся.

– Я тоже хочу сделать им подарок, – оживилась Шерил.

Ей хотелось не только занять себя делом, но и по настоящему участвовать в жизни племени. Она решила больше узнать о них, проникнуться их культурой, обычаями.

– Вот, – протянула Ерика ей готовое украшение из перьев и разноцветных шнурков. – Можешь попробовать сделать такое.

Индианка подсказывала Шерил как и что сплетать. Вечером Шерил помогала женщинам перемалывать зерна в муку. Через два дня прибывали гости, поэтому требовались большие приготовления для приема.

Ерика рассказала, что для обоих племен встреча была особенной. Для молодых людей эта была возможность найти себе спутника жизни. Ерика тоже была из племени Апахо. После свадьбы она стала жить в племени мужа. Шерил почему-то обеспокоила эта новость и когда она увидела молодых индианок Апахо, поняла, что не напрасно беспокоилась.

Гости прибыли ближе к полудню. Во главе ехал вождь племени. Шерил удивилась количеству прибывших гостей. Их было не менее сорока человек. Среди них было много парней и девушек. Она сразу отметила, что некоторые индианки были очень красивы.

Племена тепло приветствовали друг друга, обменялись подарками. Женщины показывали свои украшения, а мужчины хвастались лошадьми. Везде царило веселье и радость.

Кохэна ждал приезда гостей. Он решил найти себе жену, иначе никогда не сможет забыть Шерил. Ему нужна добрая, красивая, послушная жена. Его внимание привлекли несколько девушек. Оставалось только выбрать из них ту самую.

Нокоу сидел возле отца. Ерика поила Мона травяным настоем. Лаура стояла у входа.

– Его нельзя оставлять надолго. Ему нужен постоянный уход, – сообщила Ерика.

– Но сейчас все заняты праздником, – расстроено произнес Нокоу.

– Я бы могла днём ухаживать за ним, – предложила Лаура.

Нокоу с сомнением посмотрел на неё.

– Ты? – в голосе сквозило пренебрежение.

– Я.

Индеец задумался. Может ли он доверить жизнь отца белой?

– Хорошо. Я буду с ним ночью, а ты днём. Ерика покажет тебе, что нужно делать.

– Тогда я кое-что возьму из своих вещей и вернусь, – и Лаура вышла из типи.

– Ты бы мог поблагодарить её, – упрекнула Ерика Нокоу. – Не многие наши женщины согласились бы каждый день ухаживать за ним, а она готова пожертвовать собой ради Мона.

– Хорошо, я поблагодарю её, – хоть и с неохотой согласился он.

Вскоре вернулась Лаура и Ерика объяснила, что той нужно делать. Нокоу сидел в стороне и с грустью смотрел перед собой. Он давно ждал праздник, ждал, когда приедут новые индианки. Он надеялся среди них выбрать себе жену, но теперь это было невозможно. Он не мог развлекаться, зная, что отец на пороге смерти. Среди своего племени ни одна девушка не привлекала его. Что ж, придется на год забыть о своем желании.

Нокоу обречённо встал.

– Вечером я вернусь. И это… – сделал он паузу, взглянув на Лауру. – Спасибо тебе.

Лаура улыбнулась в ответ. Первый раз он сказал ей что-то хорошее. Согласившись ухаживать за Мона, Лаура действовала из добрых побуждений. Она, по-своему, любила пожилого индейца и он отвечал ей отеческой заботой. Она не ждала, что Нокоу полюбит её, увидев, как она заботиться об его отце, но возможность помочь ему придавала решимости.

Девушки из племени Апахо привезли много украшений. Одна из них подошла к Шерил.

– Это тебе, – и протянула ей браслет.

– Спасибо, – приняла она подарок. – А это тебе, – и подала ей ожерелье.

Девушка тут же надела его.

– Я много о вас слышала, – сообщила та. – Наши мужчины уже были здесь и рассказали, что в племени живут четыре белых девушки. Мне хотелось познакомиться с вами.

– Почему?

– Я никогда не общалась с вашим народом. Мне очень интересно узнать о вас больше.

Шерил было приятно это услышать. До этого никто не интересовался их жизнью.

– Меня зовут Шерил.

– А меня Пулес. А что означает твое имя?

– Я не знаю. Мы не придаем значение именам.

Девушка удивилась.

– А мое имя означает «Голубка». Отец, когда в первый раз увидел меня, сказал, что я похожа на голубку.

– У тебя красивое имя.

– А ты мне здесь всё покажешь? – искренне попросила она. – Я ведь первый раз в гостях у Вестенхук. Недавно прошла моя семнадцатая весна и теперь я могу выйти замуж. Отец хочет чтобы я нашла себе мужа среди вашего племени. У нас осталось мало молодых мужчин.

– Твой отец тоже приехал? – стало интересно Шерил.

– Да. Вот он, – и она показала на вождя.

– Вождь Апахо твой отец?!

– Угу, – как ни в чем не бывало подтвердила она. – А где твои подруги? Я бы хотела познакомиться с ними.

Шерил нравилась её непосредственность.

– Тогда пойдем.

По пути её мучил один вопрос.

– Пулес, а много ещё девушек приехали найти себе мужей?

– Вместе со мной – семь.

Услышанное не обрадовало Шерил. Что если Кохэне понравится кто-нибудь из них? Глория и Синди пекли лепешки для вечера.

– Познакомьтесь – это Пулес, а это – Глория и Синди.

Широко улыбающаяся Пулес протянула им по браслету.

– Это вам.

Девушки поблагодарили её.

– А у вас остались ваши платья? – с детской наивностью спросила она.

– Мое платье к сожалению пришлось сжечь, – сообщила Шерил.

Было заметно, как Пулес огорчилась.

– А наши целы, – сказала Глория.

– Можно их посмотреть? – умоляюще смотрела она.

Девушки с усмешкой переглянулись.

– Шерил, покажи ей платья.

От радости Пулес крепко сжала руку Шерил.

Она отвела её в типи, где достала три платья, в том числе и Лауры. Пулес восхищённо смотрела на них.

– Какие красивые! А можно потрогать их?

Шерил не могла сдержать улыбку.

– Конечно! – и протянула ей синее платье Глории. – Если хочешь, можешь примерить, оно должно быть тебе в пору.

Пулес не могла поверить своему счастью. Она с самого детства мечтала о таких нарядах, как у белых женщин. Шерил помогла ей переодеться.

– Ты похожа на маленькую леди, – заметила она.

Пулес кружилась вокруг себя, стараясь понять, как выглядит со стороны.

– Жалко, что мы не можем носить вашу одежду, – с горечью заметила она.

– Ваша одежда тоже красивая, – старалась приободрить её Шерил.

– А можно я потом ещё раз его надену?

– Когда только захочешь.

Пулес снова одела свою одежду.

– Пойдем погуляем, – предложила она и они вместе вышли на улицу.

Шерил показала ей свою лошадь, потом сводила к реке. Пулес просила её рассказать о жизни белых и она с удовольствием удовлетворила её любопытство.

Вскоре два племени собрались для вечернего ужина. По обычаю все расселись в центре лагеря. Два вождя сидели рядом. Девушки и парни приглядывались друг к другу. Шерил видела, как индианки смотрели на Кохэну, а когда он обращал на них внимание, они хихикая перешёптывались. Это была своеобразная игра. А самое неприятное, отметила Шерил, так это то, что он больше не смотрел на неё. Её как будто больше не существовало. Она помнила, как раньше он не сводил с неё глаз, а теперь ни разу за весь вечер не удостоил внимания. Он кокетливо переглядывался с индианками, а они отвечали ему. Как же это задевало её гордость! Шерил старалась не обращать на него внимания, перестать наблюдать, но проигрывала в борьбе с собой.

Начались танцы. Девушки исполнили свой традиционный танец, затем мужчины. В конце же танцевали все вместе. Возле Кохэны танцевало сразу три гостьи. Шерил видела, как он улыбается им, заигрывает, что-то шепчет на ухо. Она больше не могла на это смотреть и встав, ушла к себе. Для неё вечер был окончен.

Кохэна за весь вечер ни разу не взглянул на Шерил, но при этом всегда знал где она, с кем общается и что делает. Только пустившись в пляс с индианками позволил себе посмотреть на неё, чтобы убедиться, что она видит его успех у женщин. Но какого же было его разочарование, когда вместо лица увидел лишь её спину. Она уходила. Внутренний запал тут же испарился. Она вновь показала полное равнодушие к нему. Настроение танцевать пропало, да и веселиться тоже. Сколько раз он заставлял себя перестать думать о ней, мечтать, но стоило увидеть Шерил, как огонь разгорался с новой силой. Она была его проклятием.

Кохэна старался увлечься новыми девушками. Они всячески выражали ему свою симпатию, а он принимал её. Он был обязан выбрать себе жену.

Шерил уже легла спать, когда вернулась Лаура.

– Что-то ты долго, – беспокоилась Шерил за подругу.

– Ждала когда придет Нокоу.

– Он будет полным дураком, если после всего, что ты делаешь для его отца, не возьмёт тебя в жены.

– Да ну тебя, – безнадежно махнула она рукой. – Я уже и надеяться перестала. Он меня за человека-то не считает. Если бы я не любила Мона, то не стала бы помогать Нокоу.

Лаура сняла тунику.

– А ты как провела время, повеселилась?

Шерил грустно вздохнула.

– По-моему Кохэна решил жениться на одной из новеньких.

– С чего ты это взяла? – не поверила Лаура.

– Видела бы ты, как он строил им глазки, а потом ужом извивался, танцуя возле них, – повернувшись с бока на спину, ещё раз тяжело вздохнула. – На меня даже не взглянул.

Лаура покачала головой.

– Да…

Весь следующий день Пулес не отходила от Шерил. Они катались на лошадях, вместе обедали, а потом присоединились к другим женщинам за рукоделием. Индианки обменивались умением изготавливать украшения и вышивать одежду.

Шерил старательно сплетала шнурки, смотря на то, как это делает Пулес.

– Как настроение? – услышала она рядом голос Кохэны.

Шерил почувствовала как спина одеревенела, а руки предательски задрожали. Она сидела не шелохнувшись.

– Кохэна, ты как раз вовремя, – произнесла одна из индианок. – Я только что сделала это для тебя.

Шерил больше не могла не обращать внимание на происходящее. Она взглянула на девушку. Та держала в руках расшитую тунику.

– Тогда помоги мне надеть её, – предложил он и стянул ту, что была на нем.

Девушка довольно улыбнулась. Он вытянул руки и она просунула в них рукава, а затем надела тунику ему через голову.

– Спасибо! Это очень красиво, – сверху оглядел он себя.

Шерил закатила глаза.

Кохэна ушел. Индианки зашептались между собой. Та, что сделала ему подарок, светилась от счастья, а другие завистливо смотрели на неё. К своему сожалению,

Шерил тоже разделяла их чувства. Закончив с рукоделием, Пулес уговорила её погулять.

– Я кажется нашла себе мужа, – беззаботно сообщила она.

Шерил напряглась.

– И кто это?

– Монгво.

Это был молодой индеец лет двадцати.

– Хороший выбор.

– Только теперь надо ещё ему понравиться. Я его вчера вечером увидела. Он такой красивый.

Услышав последнее замечание, Шерил улыбнулась. Пулес была ещё таким ребенком.

– А кто-нибудь ещё здесь нашел себе мужа?

– Я знаю, что Апони, Винони и Кимэме нравится Кохэна. Они вчера весь вечер говорили о нём. Но я думаю ему понравится Апони, она самая красивая. Эта она подарила ему тунику. Шерил тоже отметила красоту этой индианки.

– А у тебя был раньше жених? – поинтересовалась Пулес.

– Ты имеешь ввиду, когда я жила среди белых?

Та утвердительно кивнула.

– Нет. Я росла в пансионате. Там не было мужчин. А когда я направлялась на новое место работы, то попала сюда.

– А здесь тебе кто-нибудь нравится?

Шерил не хотелось обманывать Пулес, но и признаться она не могла.

– Нет.

– Смотри, вон там кто-то скачет, – показала рукой Пулес.

Шерил пригляделась и увиденное не обрадовало её. На встречу им верхом ехали Кохэна и Апони. Ей захотелось тут же сбежать, чтобы они не заметили её, но рядом была Пулес. Шерил не смогла бы ей объяснить свой поступок. Поэтому пришлось наблюдать, как они приближаются к ним. Поравнявшись с девушками, всадники притормозили.

– Пулес, твой отец искал тебя, – сообщила Апони.

– Ты не знаешь зачем?

– Нет.

В это время Шерил стояла, боясь поднять голову. Кохэна возвышался прямо над ней. Она чувствовала его превосходство над собой. И надо же было им встретится!

– Поехали? – обратилась индианка к Кохэне.

Тот, кивнув, пришпорил коня и они поскакали дальше.

– Я же говорила, что ему понравится Апони, – констатировала Пулес.

Шерил с грустью провожала всадников. Всё меньше оставалось надежды, что он вновь обратит на неё внимание.

Вечером молодёжь снова собралась в центре лагеря. Теперь многие сидели небольшими группами. Вместе с Кохэной и двумя индейцами сидела Апони с Виноной и Кимэмой. Хотя Винона и Кимэма уже потеряли надежду понравиться молодому человеку, всё же искали с ним общения.

Шерил, издалека, наблюдала за этой компанией, слышала их смех. Она видела как Кохэна заботливо накинул на плечи Апони покрывало. Сердце щемило от ревности.

– Что с тобой? Тебе плохо? – спросила Ерика, заметив побледневшее лицо Шерил.

– Я не хочу жить, – в чувствах ответила она.

– Ты несчастна?

Шерил отвернулась. Да, она была несчастна.

– Это из-за Кохэны? – догадалась Ерика.

– Я люблю его, – призналась она.

Индианка посмотрела туда, где он сидел.

– Тебя обижает, что он теперь с другой?

– Да.

– Тогда тебе нужно сказать ему о своих чувствах, пока ещё не поздно.

Ну вот, и Ерика туда же!

– Но я не могу! Он посмеётся надо мной.

– Когда-то ты тоже посмеялась над ним, но это не остановило его. Иначе он может жениться на другой. Возможно узнав, что ты любишь его, он передумает.

– А если не передумает? Как я потом буду ему в глаза смотреть? Нет. Я ни за что не признаюсь.

Ерика поняла, уговаривать нет смысла, тем более, судя по всему, Кохэна был серьезно настроен ухаживать за другой.

Осталось два дня до великого праздника. Шерил почти всё свободное время проводила с Пулес. За всё это время Монгво так и не оказал ей знаки внимания, но Пулес совсем недолго грустила. Шерил часто видела Кохэну в обществе Апони. Хотя сердце по-прежнему болело от любви к нему, внутренне она готовилась к тому, что совсем скоро навсегда потеряет его. Почти ни у кого не оставалось сомнений, молодые люди влюблены друг в друга. Внутренне она уже смирилась со своей потерей, хотя по-прежнему не могла смотреть на него, боясь выдать свои чувства.

Шерил всячески избегала его. Если она шел ей на встречу, то обязательно сворачивала, а если подходил туда, где она стояла, тут же сбегала.

Кохэна замечал всё это, только не мог понять, почему она себя так ведёт. Он ведь больше не преследовал её. Теперь он ухаживал за Апони. Та была смелой, веселой, красивой. Пока ещё он не просил её стать женой, хотя видел, что она ждала этого. Что-то останавливало его. Нет, он больше не надеялся, что Шерил полюбит его, но представить рядом с собой другую пока не мог. Он часто вспоминал свадьбу, как Шерил лежала рядом с ним, а он обнимал её, их поцелуй. Она ведь тогда ответила на него. Только с ней он чувствовал себя счастливым.

– Кохэна, может прогуляемся? – предложила Апони.

Первый раз она решилась пригласить его сама.

– Ты хочешь пешком?

– Нет, давай верхом.

Кохэна не возражал. Они оседлали своих коней и пустились вскачь. Он доверил ей выбирать путь. Апони привела их к берегу реки. Они уже не первый раз были здесь.

Спешившись, Апони подошла к кромке воды. Кохэна последовал за ней. Может пока они одни, ему стоит наконец-то попросить её руки. Она как будто интуитивно ждала этого. Он взял её за руку. Апони тут же посмотрела на него. Он нагнулся к ней, чтобы поцеловать. Она потянулась к нему. Их губы соединились. Он целовал её, но внутри всё протестовало. Кохэна не испытывал никакого удовольствия.

Оторвавшись от её губ, он виновато посмотрел на неё. Апони неверно истолковала его взгляд.

– Ты не оскорбил меня, – заверила она его.

Он покачал головой.

– Апони, прости меня, я не должен был этого делать. Вообще, прости меня, что ухаживал за тобой.

Она не верила своим ушам.

– Ты хочешь сказать, что не любишь меня?

– Прости. Я искренне надеялся полюбить тебя, но не смог.

Апони чувствовала себя оскорбленной.

– Никогда больше не подходи ко мне, – отрезала она и взлетев на коня, ускакала прочь.

Кохэна остался на берегу. Он перечеркнул последнюю попытку забыть Шерил, но обманывать Апони было несправедливо. Она была достойна любви, с ним же она будет несчастна. Кохэна не знал, как теперь ему жить дальше. Забыть Шерил он не смог, жениться на другой тоже. Ничего лучшего, как плыть по течению, он не придумал.

Шерил помогала готовить пищу для праздничного ужина. Между собой женщины перешёптывались о Кохэне и Апони. Многие заметили, что молодые люди больше не проводили вместе время. Апони никому не рассказывала о причине размолвки, её гордость была уязвлена. Кохэна тоже молчал.

С одной стороны Шерил радовалась, что у них всё разладилось, но с другой стороны – это вселяло в неё пустые надежды. Он всё равно больше не любит её. А его женитьба – это вопрос времени. Рано или поздно он выберет себе жену, но это будет не Шерил.

Лаура сидела рядом с подругой, когда началось празднество. Они с интересом наблюдали за обрядом. Лаура приспособилась к состоянию Мона и знала, когда могла ненадолго отлучиться, чтобы отдохнуть. Самое трудоёмкое в уходе было кормление. Оно занимало два часа за один прием. Мона очень плохо жевал, приходилось кормить маленькими порциями, чтобы он не задохнулся. Так же Лауре приходилось убирать его испражнения.

Днём Нокоу часто навещал их и приносил еду, как для отца, так и для Лауры. Иногда он оставался и смотрел, как девушка терпеливо кормит Мона.

– Ты не устала? – не раз спрашивал он её.

– Нет, – всегда отвечала она.

Наблюдая за ней, он не мог понять, что ей двигало, почему она хотела ухаживать за пожилым индейцем.

– Почему ты помогаешь? – наконец спросил он сегодня.

– Что тебя так удивляет?

– Я никогда не видел, чтобы белые хотели заботиться о нас. Обычно они проявляют доброту, когда им что-то нужно или хотят обмануть.

– Ты думаешь мне от тебя что-то нужно?

– Женщина, перестань отвечать вопросом на вопрос. Зачем ты это делаешь?

Лауру раздражала его подозрительность. Он не верил, что она искренне заботилась о Мона.

– Можешь думать обо мне что хочешь, но я полюбила Мона, как отца. У меня никогда не было родителей. Я выросла в доме для сирот. Мона хорошо отнёсся ко мне и теперь я могу отблагодарить его.

Её слова удивили Нокоу. Она вообще ломала все его представления о белых. Он считал их хитрыми и коварными, а она из одной только благодарности была готова ухаживать за индейцем.

Лаура, наблюдая за происходящим действом, отметила, что Кохэна больше не уделял внимания другой индианке. Они даже не смотрели друг на друга.

– Мне кажется или Кохэна снова один?

Лаура так была занята уходом за Мона, что последняя узнавала новости.

– Они уже два дня как не общаются. Апони никому не говорит что случилось. Пулес рассказала, что девушки интересовались у неё, что произошло, но та отказалась им отвечать.

– Разве это не доказывает, что он всё ещё любит тебя?

– В это я меньше всего верю, – возражала Шерил. – Он по-прежнему не замечает меня.

– Разве ты не понимаешь, в нём говорит уязвленное самолюбие. Он не хочет больше выглядеть дураком.

Слова Лауры взволновали Шерил. Мысль, что Кохэна по-прежнему любит её была соблазнительной. Но как это узнать? А что, если даже любя её, он больше не хочет быть с ней? Она ведь не раз демонстративно отвергала его. А этот злополучный побег. Разве такое можно простить? Она могла его понять. Кохэна скорее всего презирает её.

– Тогда лучше всего оставить всё как есть, – больше для себя, чем для Лауры сказала она.

– Что?! – Шерил с Лаурой не могли поверить словам Глории.

– Да, я выхожу замуж и не смотрите так на меня.

– Но за кого?

– Его зовут Кичи, он из Апахо. Он вчера предложил мне стать его женой.

И это говорит Глория! Шерил с Лаурой до сих пор не могли поверить в услышанное.

– Но ты же сама убеждала нас, что нет ничего хуже, чем спать с индейцем.

– Ну… да… говорила. Но после побега Шерил поняла, нас никогда не отпустят, а всю жизнь прожить одной мне не хочется. Когда Кичи предложил мне стать женой, я сначала возмутилась, но быстро сообразила, что может это мой единственный шанс выйти замуж. Тем более он достаточно симпатичен для индейца и знает наш язык.

– А ты, Синди, что думаешь? – обратилась Лаура к девушке.

Та пожала плечами.

– Думаю, Глория права.

– Ты конечно удивила нас, – Лаура снова посмотрела на Глорию, – но я рада за тебя. А когда свадьба?

– Кичи сказал, что как только мы вернёмся к Апахо, то сразу же поженимся.

– Так мы не увидим её? – огорчилась Шерил.

– Боюсь, что нет. И ещё, Синди поедет вместе со мной.

Девушки уставились на последнюю.

– Я не хочу расставаться с Глорией. Вам не особо есть до меня дело, а Глория моя подруга. Вы не обидитесь, если я уеду?

– Нет конечно. Делай так, как для тебя будет лучше, – успокоила её Лаура.

Девушки обнялись. Вскоре им предстояло расстаться.

Праздник закончился. Гости, а вместе с ними Глория и Синди, покинули племя Вестенхук. Пулес расплакалась, когда расставалась с Шерил, сказала, что всем сердцем привязалась к ней. Шерил на прощанье подарила ей свои ботиночки, а Пулес крепко обняла её.

Жизнь входила в своё привычное русло. Лаура по-прежнему ухаживала за Мона. Поохотившись с утра, Нокоу приходил в типи. Пока она готовила еду, он убирал за отцом, а потом вместе с ней принимал пищу. Иногда он спрашивал её о прежней жизни, а она о его детстве. Так пролетали дни за днями.

Шерил всё больше вливалась в жизнь племени, подружилась с несколькими женщинами, Ерика передавала ей свои знания. Иногда она помогала Лауре в уходе за Мона. Шерил заметила, как Нокоу привязался к подруге. Они много времени проводили вместе. Однажды Шерил намекнула Лауре, что она нравится Нокоу, но та тут же отвергла это предположение, заявив, что никогда не чувствовала его симпатию. Он лишь испытывает к ней чувство благодарности. Шерил не стала убеждать её в обратном, решив, что лучше не вмешиваться в чужие дела. Она в своих-то разобраться не может.

Живя в одном племени и постоянно встречаясь, Кохэна с Шерил делали вид, что не замечают друг друга. При этом Шерил не могла отказать себе в том, чтобы не понаблюдать за ним, когда он не видел её, не подозревая, что он делал тоже самое. Когда она готовила пищу, общалась с Ерикой или занималась рукоделием, он тайно наблюдал за ней. Шерил же нравилось смотреть, как он объезжал лошадей, мастерил лук и изготавливал стрелы.

Каждый тихо страдал.

Однажды ночью спящие девушки услышали, как кто-то зовёт Лауру. Она встревожилась, так как узнала голос Нокоу.

– Я сейчас.

Быстро одевшись, она выскочила на улицу.

– Что случилось?

– Кажется он умер, – сообщил Нокоу.

Лаура прижала руку к груди, в висках застучало. Она бросилась к типи Мона. Тот с открытыми глазами лежал на спине. Она дотронулась до его руки, но та была холодной. Из глаз Лауры потекли слезы. Она села на пол и заплакала. Нокоу закрыл отцу глаза и сев рядом с ней, тихо затянул скорбную песню. Она слушала её и звуки песни отражались в её сердце. Это было их общее горе. Так они просидели до рассвета.

Утром Нокоу сообщил вождю, что Мона умер. Вскоре его похоронили.

Лаура ощущала пустоту в душе. Она привыкла заботиться о старике и теперь не знала чем себя занять. К тому же их больше ничего не связывало с Нокоу. Шерил старалась всячески поддержать подругу, даже стала учить её ездить верхом.

Нокоу сидел возле типи отца и наблюдал, как Лаура развешивает сушиться одежду. Потеряв отца, он потерял и Лауру. Только после смерти Мона он понял, как сильно привязался к ней. Сначала он всячески старался подавить свою тоску по ней, он просто не мог влюбиться в белую женщину. Но чем больше проходило времени, тем сильнее становились его чувства. Нокоу понял, что больше не в силах сопротивляться им.

Он решительно встал и направился к ней.

– Лаура, – позвал он.

Она удивлённо обернулась, не понимая, что ему от неё понадобилось. Некоторое время он молчал. Лаура терпеливо ждала.

– Ты станешь моей женой? – вдруг услышала она.

Сначала ей даже показалось, что это какая-то шутка.

– Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой? – не веря его словам, переспросила она.

– Да, – подтвердил он.

– Но почему?

Нокоу недовольно фыркнул.

– Женщина, ты снова отвечаешь вопросом на вопрос.

Лаура по-прежнему недоверчиво смотрела на него.

– Я просто не понимаю, почему ты хочешь взять меня в жены? Что, если твое желание продиктовано чувством благодарности за то, что я ухаживала за Мона?

– Разве тебе не понятно, я люблю тебя! – выпалил он.

От его слов у Лауры перехватило дыхание. Они прозвучали как гром.

– Так ты согласна? – сгорал индеец от нетерпения.

На лице девушки появилась улыбка.

– Я стану твоей женой.

Вдруг, Нокоу схватил её за руку и потянув за собой, побежал к лесу. Лаура еле поспевала за ним. Скрывшись от любопытных глаз, Нокоу резко остановился и притянув её к себе, прижал к дереву.

– А теперь ты мне скажи, почему хочешь стать моей женой?

От смущения Лаура покраснела.

– Потому что люблю тебя.

На его лице заиграла недоверчивая улыбка.

– И когда это ты успела полюбить меня?

Он ждал, что она ответит, будто полюбила его, когда они вместе заботились о Мона.

– С первого дня как увидела тебя, – честно призналась она.

Его лицо вытянулось.

– Что?! Но я никогда не замечал…. – тут он остановился, будто какая-то догадка осенила его. – Я же говорил, что вы белые никогда ничего не делаете просто так.

Поняв, на что он намекает, Лаура от обиды стала вырываться из его объятий. Он ещё сильнее сжал её и прижался к губам. Он захватил её губы и принялся страстно целовать. Лаура больше не могла сопротивляться его напору и обмякла в его объятиях.

Оторвавшись от её губ, Нокоу с усмешкой произнес.

– Я всего лишь поддразнивал тебя.

Она стукнула его по плечу. Он рассмеялся.

Вернувшись в лагерь, Нокоу сразу же направился к вождю и сообщил, что хочет жениться на Лауре. Вихо назначил день свадьбы.

Лаура нашла Шерил сидящей в типи и чинящей одежду.

– Шерил, я так счастлива! – воскликнула она. – Я выхожу замуж за Нокоу!

– Что?! Он сделал тебе предложение? – больше от радости, чем от удивления переспросила она.

– Да, только что. Он сказал, что любит меня.

Шерил тут же обняла подругу.

– Как же я за тебя рада! Ты как ни кто другой достойна быть счастливой!

Они рассмеялись. Шерил была искренне рада за Лауру.

– Я сошью тебе красивый наряд невесты, – пообещала она.

– Нокоу сейчас у Вихо. Тот должен назначить день свадьбы. Надеюсь, придется ждать не очень долго.

Вскоре Нокоу сообщил, что до свадьбы у них всего пять дней.

Все эти дни Шерил была занята пошивом платья. Она хотела соединить в нем фасон так привычного для них платья и мотивы индейской одежды. Ерика помогала ей с вышивкой. К назначенному дню платье было готово. Оно получилось восхитительным. Лаура смотрелась в нём как настоящая невеста.

Пока Шерил занималась платьем, мысленно она возвращалась к дню своей свадьбы. В то время она не чувствовала себя счастливой. Свадьба была для неё лишь средством для достижения цели. Она собственными руками разрушила свое счастье.

Наступило долгожданное событие. Шерил уложила волосы Лауры. По обычаю она украсила их шнурками и красивыми перьями. Ерика нанесла ей на лицо праздничную раскраску. Всё это очень шло Лауре.

Шерил оделась в красивую тунику и сама раскрасила лицо. Волосы украшало красивое ожерелье, которое обрамляло голову. Неосознанно она хотела понравиться Кохэне.

Лауру отвели в центр лагеря. Все ожидали жениха. Шерил увидела Кохэну, ведущего под уздцы коня, на котором сидел Нокоу. Раздались радостные крики. Жених спустился с коня и подошёл к невесте. Они взялись за руки и повернулись к вождю.

Наблюдая за обрядом, сердце Шерил сжалось, слишком живы были воспоминания. Когда пару накрыли покрывалом, она неосознанно посмотрела на Кохэну, пытаясь понять, что он чувствует в эту минуту. Она тут же столкнулась с ним взглядом. Его глаза говорили красноречивее слов. Он всё помнил и эти воспоминания причиняли ему боль. Шерил опустила глаза. Она сгорала со стыда за содеянное.

Кохэна чуть было не бросился к ней, когда она взглянула на него. Он так же как и она, переживал каждую минуту их свадьбы. Но стоило ей отвести взгляд, как разочарование вновь постигло его. Только для него их свадьба была настоящей. Для неё же это был лишь фарс. Стоя рядом с ним она думала о том, как бы побыстрее избавиться от него. Кохэна презирал себя за то, что не мог забыть её.

Все вокруг веселились. Шерил делала вид, что счастлива. Ей не хотелось сидеть с кислой миной, тем самым портить праздник. Но стоило молодожёнам удалиться, как она тут же ушла к себе. Слезы душили её. Наконец-то она могла излить их на свою постель. Она ненавидела себя за глупость. Почему раньше она не смогла разглядеть его? Тогда сейчас находилась бы в его объятьях, а не лежала одиноко на постели и обливалась слезами.

Кохэна же напился до беспамятства и на следующий день даже не помнил, как очутился в типи. Он старался заглушить все чувства, только бы ничего не помнить и не чувствовать. Он видел, как она веселилась. Только его мучили болезненные воспоминания. Это ещё больше задевало его. Он то ненавидел её, то страстно любил. Ничто не приносило ему облегчения.

Пришло время сбора кукурузы. Всё племя было задействовано в сборе урожая. Мужчины за ранее сколотили сушилки для початков.

Ерика с Шерил договорились работать в паре. Ерика сказала, что у девушки есть сила, а у неё опыт. Им предстояло очищать кукурузу от стеблей и листвы, а так же связывать початки вместе, чтобы потом развесить сушиться.

После завтрака племя дружно отправилось в поле. На его краю стояло множество сушилок, сколоченных из жердей. Ерика расстелила покрывало и показала, что теперь это их рабочее место.

Мужчины срубали стебли кукурузы, относили женщинам, а те в свою очередь отрывали початки и очищали их. Шерил не знала что Ерика попросила Кохэну приносить им стебли кукурузы, как и он не знал, что Шерил будет работать вместе с Ерикой. Поэтому, когда Кохэна увидел их сидящих вместе, то испытал как волнение, так и раздражение. Он не хотел, чтобы Шерил думала, будто он снова пытается добиться её.

Напустив на себя суровый вид, он отнес им первую партию урожая. Шерил была крайне удивлена увидев, кто принес им стебли. Она знала, каждый сам выбирал с кем работать. Почему он выбрал её?

– Ты не знаешь, почему Кохэна приносит кукурузу нам? – обратилась она к Ерике.

– Я попросила его, – призналась индианка.

Шерил расстроилась, услышав ответ. Она было надеялась, что он снова решил ухаживать за ней, но это оказалась ложная надежда.

– Но зачем? – не понимала она, ведь Ерика знала о её чувствах к индейцу.

– Он сильный мужчина, а мы будем работать вдвоем. Так он сможет приносить достаточно стеблей.

Шерил не очень поверила объяснению Ерики.

Кохэна работал быстро, так что вскоре у них накопилось много необработанной кукурузы. Шерил отрывала початки от стеблей и очищала, а Ерика связывала их между собой и развешивала.

– Ты слишком медленно работаешь, женщина, – заявил Кохэна, пополнив скопившуюся горку новым урожаем.

Шерил удивлённо взглянула на него. Вначале её поразило, что он заговорил с ней, но когда до неё дошел смысл слов, то обиженно опустила голову.

– Медленно… Может я первый раз в жизни собираю кукурузу… да кто он такой, чтобы предъявлять мне претензии… – ворчала она себе под нос.

Чем дальше Кохэна продвигался вглубь поля, тем больше Шерил успевала очистить початков. Теперь он не так быстро пополнял их запас.

– Вижу, ты стала лучше работать, – вновь обратился он к ней, принеся очередную партию.

Шерил это порядком надоело. С чего он взял, что может оценивать её труд?

– А может это ты стал медленнее работать? – услышал Кохэна за спиной, когда уже сделал шаг.

Через плечо он бросил удивленный взгляд, но ничего не ответил. Шерил про себя радовалась, что смогла достойно ответить. Но когда Кохэна вернулся, то услышала:

– Кажется я поспешил похвалить тебя. Судя по всему, Ерика выполняет работу за двоих.

Шерил поняла, он подначивает её. Но не на ту напал! Она дождалась, когда он сделает ещё одну ходку.

– Похоже, пока ты по черепашьи идёшь сюда, Нокоу успевает нарубить стеблей и за себя и за тебя.

Кохэна улыбнулся про себя. Ему нравилась их перепалка.

Кохэна и Шерил продолжили работать в приподнятом настроении, казалось солнце пекло не так уж и сильно, а работа не была изматывающей. При каждом появлении Кохэны, Шерил ощущала волнение. Наклоняясь, чтобы положить стебли кукурузы, его волосы, раздуваемые ветром, касались её плеча, отчего по телу пробегала приятная дрожь. Шерил почти всё время чувствовала жар на щеках. Она старалась не смотреть на него, но стоило ему развернуться, как она тут же провожала его взглядом.

Мужчины возвращались с поля. На сегодня со сбором урожая было покончено. Кохэна принес последнюю охапку кукурузы. Шерил тут же принялась её потрошить. Он собирал обработанные стебли и частями переносил в большую яму. Закончив с початками, Шерил подключилась к нему. Так они перетаскали все стебли.

Племя возвращалось в лагерь. Шерил шла с Ерикой. Она спиной чувствовала, как Кохэна идёт за ней следом. Она не удержалась и обернулась. Их взгляды тут же встретились. Улыбнувшись ему, Шерил отвернулась. Волна счастья накрыла её. Она всем существом ощущала его притяжение.

Кохэна не знал что думать. Неужели происходило всё то, о чем он так мечтал? Неужели она заигрывает с ним? Она больше не избегала его. Всё время сбора кукурузы он приглядывался к ней, стараясь понять, что она чувствует к нему. Он так привык видеть с её стороны неприязнь и пренебрежение к себе, что перестал мечтать о большем. Нет, он мечтал о ней, но без надежды на взаимность. Но сегодня Шерил вела себя иначе. Он замечал её волнение, взгляды, улыбку. Её поведение приводило его в замешательство. Меньше всего ему хотелось вновь обмануться.

Шерил сладко потянулась на постели. Весь вчерашний вечер она прокручивала в голове события прошедшего дня. Давно она уже не чувствовала себя так хорошо. Одно только беспокоило её, что на этом всё и закончится. Что если Кохэна остыл к ней и теперь относится так же, как и к другим женщинам племени? Ведь по сути он не оказывал ей особых знаков внимания. Их вчерашняя перепалка мало походила на заигрывание. Но сердце подсказывало, что всё не так просто.

Шерил откинула шкуру, закрывающую вход в типи и сделав шаг, тут же наступила на что-то твердое и округлое прямо у входа. От неожиданности она потеряла равновесие и плюхнулась на задницу.

Шерил не могла понять, кому пришло в голову притащить сюда камень и бросить, как вдруг «камень» зашевелился. Она опешила. Тут из «камня» появилась голова, медленно пережевывающая зелёный лист. «Черепаха!» – воскликнула она про себя. Шерил огляделась и тут же увидела Кохэну с Нокоу, сидящими неподалеку и хихикающими. Теперь понятно чьих рук это было дело. Значит это была его маленькая месть за вчерашние слова.

Шерил встала и постаралась поднять черепаху, чтобы оттащить в сторону. Но та весила не меньше тридцати килограмм. Тогда она упёрлась в панцирь и попыталась сдвинуть. Черепаха медленно покатилась по зелёной траве. Продолжая катить её к реке, Шерил проследовала мимо молодых людей. Те явно забавлялись этим зрелищем.

– По-моему, ты нашла себе хорошего друга, – ерничал Кохэна.

Шерил одарила его недовольным взглядом. «Смейтесь, смейтесь» – думала она.

Вернув черепаху в привычную среду, Шерил вернулась в лагерь. Ничего, она ещё покажет ему.

Кохэна, спрятавшись от жары в типи, ел жаренную кукурузу с рыбой и радовался своей находчивости. Утром у реки он наткнулся на огромную черепаху. В его голове тут же созрел план. Шерил вчера обозвала его черепахой, что ж, тогда именно её она и найдет у себя. Только нужно было торопиться, пока она не проснулась. Кохэна сбегал за Нокоу и они вместе притащили её к типи, а сами сели наблюдать за входом. Он видел, как Шерил откинув шкуру со входа, тут же прямиком наступила на сюрприз и свалилась опять в типи. Он не мог удержаться от смеха. Его маленькая месть удалась даже лучше, чем он представлял.

Кохэна, откусив от початка кукурузы маленькие зёрнышки, заметил, как край шкуры, закрывающий вход, слегка отодвинулся и в образовавшееся отверстие быстро просунулась чья-то рука и резко что-то бросила. Он увидел, как прямо на него полетела змея. Испугавшись, он вскочил на ноги, опрокинув тарелку с едой. Змея, чуть не долетев до Кохэны, упала у ног и тут же постаралась уползти. Ему хватило пару секунд чтобы прийти в себя. Он ухватил змею и поднял. Это оказался безобидный уж. Сообразив, кто мог так пошутить над ним, он тут же выскочил на улицу. Шерил, сбиваясь с шага на бег, направлялась к своему типи. Она лишь раз обернулась и заметив, что он наблюдает за её бегством, тут же припустила.

Кохэну всё это позабавило. Сердце вновь переполняли чувства. Она снова приняла его игру.

Подходя к типи Кохэны, Шерил слышала, как колотится её сердце. Волнуясь, она отодвинула край шкуры и просунув руку, что было силы зашвырнула ужа во внутрь. Она не видела того эффекта, что произвела на него, так как не медля бросилась прочь. Решив, что ушла достаточно далеко, обернулась и тут же увидела Кохэну, наблюдающего за её бегством. Она усмехнулась, ощущая радость от своей находчивости.

К вечеру, когда жара спала, Шерил отправилась постирать покрывало и одежду. Лаура составила ей компанию, решив заодно приобщиться к полезному делу и постирать одежду Нокоу. Мужчины уехали на разведку, проверить, всё ли в порядке в резервации.

– Мне кажется или между вами что-то происходит? – застирывая тунику Нокоу, поинтересовалась Лаура.

Шерил немного смутилась. Причина была не в том, что она стеснялась обсуждать эту тему с Лаурой. Просто мысль, что они с Кохэной могут быть вместе, волновала сердце и вызывало какое-то странное чувство в животе.

– Сама не знаю. Наши отношения трудно назвать романтическими.

Лаура фыркнула.

– А вот я именно так бы их и назвала.

Шерил с надеждой в глазах взглянула на подругу.

– Думаешь?

– Она ещё спрашивает!

Лаура взяла корзину с постиранным бельем и вышла на берег. Шерил тем временем достирывала покрывало. На противоположном берегу появились всадники, возвращающиеся в лагерь. Они переходили реку, как один всадник отделился от общей группы и поскакал в сторону Шерил. За стиркой Шерил совсем не обращала внимание на происходящее вокруг. Наклонившись, она прополаскивала покрывало, как вдруг мимо неё пронеслась лошадь, и всадник, свесившись с коня, окатил её водой. От неожиданности, она, как рыба, беззвучно открыла рот и выпучила глаза. По лицу стекали ручейки воды. Тут же раздался ликующий крик. По нему она сразу поняла чья это была выходка.

– Ну что, ты ещё сомневаешься? – услышала Шерил за спиной голос подруги.

Следующим утром Шерил следила за тем, как Кохэна собирается на охоту. Она ждала, когда он наконец-то уедет из лагеря. Как только индеец скрылся из виду, она тут же оседлала Ветер и отправилась на близ лежащий пруд, предусмотрительно взяв с собой кожаную сумку. Достигнув водоема, она спустилась с лошади и спешно принялась рвать мох и складывать в сумку. Наполнив её до верху, Шерил вернулась в лагерь. Первым делом она убедилась, что Кохэна ещё не вернулся. Незаметно прокравшись в его типи, она откинула шкуру, на которой тот спал и вывалила весь мох на пол. Разровняв его, снова уложила шкуру на место. Довольно похлопав руками, Шерил так же незаметно вышла из типи. Она присоединилась к индианкам, что занимались рукоделием. С этого места она могла отлично видеть типи Кохэны.

Пришлось ждать не менее часа, прежде чем он вернулся. Кохэна почистил на реке мустанга, отвёл в загон, а после, наложив в чашку овощей и мяса, ушел к себе. Хотя Шерил уже порядком надоело сидеть на солнцепёке, но желание увидеть его реакцию на неприятный сюрприз, перевешивало все неудобства.

Шерил мысленно представила, как Кохэна с чашкой в руках садиться на шкуру. Это вызвало ехидный смех.

Вскоре она увидела, как полог, закрывающий вход, откинулся и из типи полетели куски мха. Значит её месть удалась, радовалась она. Кохэна со шкурой в руках вышел на улицу и направился к сушилке. Вид у него был явно недовольный, но Шерил больше не боялась его. Когда он проходил мимо, она не удержалась и спросила:

– Ты что, намочил её?

Её вопрос прозвучал так двусмысленно, что рядом сидящие женщины захихикали.

– Ну ты у меня сейчас получишь! – взорвался Кохэна.

Он тут же бросил шкуру и погнался за ней. В одно мгновение Шерил слетела с места и бросилась бежать. Она старалась спрятаться за стоящими индианками, а он пытался схватить её. Наконец, он уловчился и ухватив её за руку, потянул к себе. Шерил изо всех сил упиралась, но в этой схватке сила была на его стороне. Он завернул её руку за спину, отчего ей пришлось согнуться.

– Ну, говори, кто намочил мою постель?

– Ой-ой-ой.. – только и смогла проохать она.

В это время за спиной Кохэны появился вождь. Кто-то из индейцев, стоявших рядом, произнес: «Кхе-кхе», тем самым подав знак. Кохэне хватило лишь беглого взгляда в сторону, чтобы понять, кто стоит за ним. Он тут же отпустил Шерил.

Разогнувшись, она встретилась взглядом с Вихо. Молодые люди потупили взор, ощущая перед вождём неловкость, но тот не произнеся ни слова отправился по своим делам. Они переглянулись и разошлись. Кохэна поднял шкуру, валяющуюся на земле и как ни в чем не бывало понес к сушилке. Шерил же вновь уселась за рукоделие. Счастливая улыбка играла на их лицах.

Присев на медвежью шкуру, Кохэна понял, что его штаны намокли, отчего пришел в недоумение. Откинув шкуру, увидел разложенный мох. «Ну женщина!» – воскликнул про себя. Вначале он хотел сделать вид, будто ничего не произошло, но когда она посмела посмеяться над ним, он уже не смог сдержаться. Если бы не вождь, он бы наказал её, она бы умоляла отпустить её.

Кохэна с каждым днём всё больше надеялся, что Шерил изменилась к нему. Его не раз посещала мысль поговорить с ней, предложить быть вместе. Он даже пару раз порывался подойти к ней, когда она была одна, но стоило ему сделать шаг, как воспоминания прошлого останавливали его. Что если своим предложением он снова оттолкнет её? Что если она по-прежнему не хочет быть с ним? Тогда он только всё испортит. Сомнения жгли душу, он то надеялся на скорое счастье, то погружался на дно безнадёжности. Когда-то он уже пытался напором и хитростью заполучить её, но ничего хорошего из этого не вышло. Теперь он просто не мог позволить себе совершить ошибку. Главное – набраться терпения и пусть всё идёт своим чередом, тем более что только такой подход даёт результат.

Перед самым сном Кохэна сообразил, что его постель по-прежнему висит на сушилке. На улице уже стемнело, когда он отправился за ней. Он протянул руку, чтобы стянуть шкуру с жерди, как заметил чью-то фигуру, сидящую на нижней перекладине сушилки.

– Кто здесь?

– Это я, – услышал он голос Шерил.

Его лицо вытянулось от удивления.

– Что ты здесь делаешь?

– Разглядываю звезды.

Кохэна поднял голову и уставился в ночное небо, пытаясь понять, что она там хочет разглядеть. Он уселся на другой конец сушилки.

– Когда я была маленькой, – вдруг заговорила она – моя кровать стояла у окна и я часто рассматривала звёзды на небе. Они казались такими завораживающими. Мне даже казалось, что они живые и смотрят на нас.

Кохэна молча слушал. Первый раз за все время она делилась с ним чем-то личным. Он боялся заговорить и всё испортить.

– Я представляла, что среди звезд могли быть мои папа и мама и они наблюдают за мной. Я ведь их совсем не помню, – с тоской в голосе произнесла она.

– Что с ними случилось?

– Умерли от тифа. Мне тогда два года было. А ты помнишь своих родителей?

– Помню. Мы с братом были ещё мальчиками, когда они погибли. На наше племя напала банда белых. Хотя мы отбились от них, но мать успели застрелить, а отца зарезать.

Кохэна вспомнил, как после смерти родителей ненавидел всех белых. Он тогда и представить не мог, что полюбит белую женщину.

– Мне жаль, – сочувствующе произнесла Шерил.

Кохэна взглянул на неё, хотя из-за темноты было трудно разглядеть черты лица. Она смотрела куда-то перед собой. Ему хотелось обнять её, крепко прижать к себе и больше никогда не отпускать. Он бы постарался утешить её. В отличии от неё, он знал, что такое семья, родительская любовь. Он хотел сделать её счастливой.

– Что ж, я пойду, – услышал он.

Кохэна испытал разочарование. Ему не хотелось расставаться с ней. Может ему остановить её и во всем признаться? Но он тут же опомнился. Если бы он нравился ей, она бы сейчас не уходила. Ничто в ней не выдавало желания быть с ним. Всё, что между ними сейчас произошло, так это случайная встреча и разговор по душам. Он проводил её взглядом, пока она не скрылась в темноте. Тоска тяжёлым грузом легла на сердце.

Шерил вновь убедилась, Кохэна больше не любит её. Она рассказала ему о себе. Она ждала, что он утешит её, признается в любви, но ничего из этого не произошло. Когда-то он прохода ей не давал, а сейчас спокойно отпустил. Раньше он воспользовался бы удобным случаем, чтобы добиться её, но сейчас даже не предпринял попытку заполучить ее. Всё это очень расстраивало. Ей больше не стоило надеяться на его любовь. Она добилась того, что он потерял к ней всякий интерес. Эта мысль приводила в отчаяние.

Расстроенная, Шерил улеглась в постель. Ей больше не стоило мечтать о нем. Забыть, забыть его, убеждала она себя. Но он по-прежнему мысленно стоял перед взором. Из глаз покатились слезы.

Шерил возвращалась в лагерь. Скачка на лошади приносила истинное удовольствие. Она пришпорила Ветер и та галопом несла её домой. Шерил даже казалось, что это помогало ей убежать от себя, от чувств к Кохэне, словно всё оставалось позади. Достигнув лагерь, Шерил направила Ветер к реке. Спустившись с неё, ладонями зачерпывала воду и выливала на Ветер, а потом счищала грязь. За этим занятием ее и застал Кохэна.

– Ты стала хорошей наездницей, – услышала она его голос.

Обернувшись, Шерил смущённо улыбнулась.

– Спасибо. Мне на самом деле нравиться ездить верхом.

Кинув взгляд на его мустанга, добавила:

– Должно быть скакать на таком коне ни с чем не сравнимо.

– Хочешь прокатиться на нём? – тут же предложил Кохэна.

– Хочу, – честно ответила Шерил. – А когда?

– Сейчас, – не раздумывая ответил он.

При этих словах сердце затрепетало в груди.

– Хорошо, я только отведу Ветер.

Шерил загнала лошадь в загон. Подъехав к ней, Кохэна протянул ей руку. Ухватившись, она запрыгнула на мустанга и уселась позади него. У Шерил перехватило дыхание от волнения. Он ждал, когда она обхватит его, чтобы они могли тронуться в путь, но она сидела в нерешительности.

– Держись за меня, – скомандовал он.

Шерил тут же прижалась к нему и крепко обняла. При этом у обоих захватило дух. Кохэна ощутил все изгибы её тела. Шерил же наслаждалась их близостью. Пришпорив коня, они тронулись с места. Вскоре Кохэна пустил его в галоп. Когда-то Шерил уже сидела на этом коне, но тогда не могла оценить его мощь. Сейчас же, когда они скакали в полный опор, сердце замирало. Кохэна ехал, прижавшись к мустангу. Вдруг, он распрямился и раскинув руки в стороны, издал победный клич. От его крика в душе Шерил всё возликовало. Казалось, они разделяли одно чувство на двоих.

Вскоре перед ними показалось озеро. Кохэна остановил коня у самого берега. Спрыгнув с него, помог ей спуститься.

– Пойдем, я тебе кое-что покажу, – позвал он.

Они прошли вдоль берега до больших кустарников.

– Смотри, – произнес он и раздвинул кустарник.

Кохэна нагнулся и откуда-то из под травы достал двух кроликов. Они оба поместились в его руке. Он протянул их Шерил.

– Ой, какие маленькие, – взяла она их из его рук.

Два пушистых комочка жались друг к другу.

– Какие они мягкие, – и прижав к себе, погладила их, а затем поднесла к лицу и потёрлась о них щекой. – Откуда они здесь?

– Вчера, когда охотился нашел их нору. Там ещё штук пять. Жалко стало, пусть растут.

Шерил снова погладила их и бросила на Кохэну мимолётный взгляд. То, что она успела заметить, заставило её тут же снова посмотреть на него. Он не сводил с неё глаз. Она без труда прочитала в них желание поцеловать её. Шерил не могла отвести от него своего взгляда. Кохэна медленно склонился к ней и прикоснулся губами к её губам. Он не торопился, боясь своим напором спугнуть её. Поняв, что она не старается увернуться от него, захватил ртом её губы и принялся по настоящему целовать. Шерил тут же ответила ему. Чувства накрыли его с головой. Кохэна обхватил её руками и крепко прижал к себе. Вдруг, он почувствовал, как она локтями упёрлась ему в грудь, стараясь отстраниться.

– Кохэна, подожди! – услышал он её голос.

Нет, больше он не выдержит! Неужели он ошибся и она снова хочет оттолкнуть его?!

Шерил заметила с какой тревогой и разочарованием он смотрел на неё.

– Мы можем раздавить их, – с улыбкой показала она на свои руки. – Подожди, я отпущу их.

Взглянув на крольчат в её руках, Кохэна с облегчением выдохнул. Спустив их на землю, она снова повернулась к нему и в ту же минуту оказалась в его объятиях. Кохэна целовал её страстно, самозабвенно. Он хотел насладиться ею. Шерил запустила руки в его волосы. Она отвечала ему с той страстью, на какую только была способна.

Кохэна оторвался от её губ и серьезно посмотрел.

– Нам нужно срочно вернуться и сообщить Вихо, что мы снова хотим пожениться.

Шерил улыбнулась про себя. Вот теперь она узнает его, перед ней стоял прежний Кохэна. Вдруг на его лице отразилась тревога.

– Ты же этого хочешь?

Она погладила его по щеке.

– Конечно хочу.

– Тогда нам пора, – и снова поцеловал ее.

В этот раз он усадил Шерил перед собой, дав ей в руки поводья, а сам тем временем крепко обнимал её, целовал в шею, ушко, а иногда не выдержав, разворачивал к себе и целовал в губы.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– И я тебя.

После её признания Кохэна вдруг затих. Он подозрительно спокойно сидел и больше не целовал. Она не могла понять, что произошло.

– Кохэна, что-то случилось? Я сказала что-то не то?

Последовала долгая пауза. Наконец, он произнес.

– Когда ты полюбила меня?

Этот вопрос застал Шерил врасплох. Она не понимала, зачем это ему. Перекинув ногу через коня, она села так, чтобы видеть его лицо.

– А что? Ты мне не веришь?

– Верю, но ответь, когда?

– Точно не могу сказать, но думаю после того, как ты не захотел убивать меня. Твои слова тогда очень поразили меня.

Кохэна нахмурился.

– Тогда почему ты не сказала мне?

Услышав вопрос, Шерил не могла сдержать своего возмущения.

– Разве я могла?! Ты же сам сказал, что больше не считаешь меня женой. А когда мы вернулись, Вихо подтвердил твои слова. Я решила, что после всего ты презираешь меня и не хочешь быть со мной. Тем более потом ты стал ухаживать за Апони. Что я должна была делать?

Чем дольше Кохэна слушал, тем суровее становилось его лицо. Он злился на Шерил, что она скрыла от него чувства, но ещё больше он злился на себя. Какой же он тупица! Так глупо себя вести, это надо ж было умудриться.

– Если б я только знал, то всё было бы по-другому, – в голосе слышались нотки горечи.

Шерил погладила его по щеке.

– Может это и к лучшему.

Он непонимающе смотрел на неё.

– Зато теперь мы оба уверены в своих чувствах. Я поняла, что по-настоящему люблю тебя…

Не успела она договорить, как Кохэна тут же поцеловал её.

– Подожди меня здесь, – указал ей Кохэна и вошёл в типи вождя.

Шерил тяжело вздохнула, боясь, что Вихо может отказать в их просьбе.

Вихо сидел на шкуре и курил трубку. Он указал гостю, что тот может сесть. Кохэна опустился на пол.

– Что тебе?

– Мы с Шерил хотим снова пожениться.

– Она согласна?

В данном случае вопрос звучал закономерно.

– Да. Можем ли мы опять сыграть свадьбу?

Вдруг на лице вождя появилась усмешка.

– Раз так, думаю одной свадьбы будет достаточно. Можешь привести её к себе. Она всё ещё твоя жена.

Кохэна был готов плясать от радости. Он спешно покинул типи. Вихо с улыбкой на лице покачал головой. Молодежь!

Шерил переминалась с ноги на ногу. Наконец появился Кохэна. По выражению его лица она старалась понять, что же решил вождь.

– Ну что, разрешил? – не выдержала она.

Кохэна молчал. Он взял её за руку и повел за собой. Шерил растерялась, не понимая, что это значит. Они подошли к его типи. Кохэна повернулся к ней.

– Ты согласна стать моей женой?

– Согласна.

– Тогда теперь это твой дом, – и откинув полог, вошел во внутрь, потянув её за собой.

Оказавшись в типи, он усадил её на постель, а сам сел напротив.

– Ты правда хочешь быть моей женой?

Шерил понимала его. Она столько раз отвергала его, обманывала, притворялась, что теперь он с трудом верил в происходящее. Она взяла его лицо в свои ладони.

– Ты – мужчина моей мечты. Ты – мой муж, – искренне произнесла она.

Кохэна тут же заключил её в объятия и поцеловал.