«Тебе идёт розовый», — ухмыльнулась, прочитав в мессенджере сообщение, и тут же набрала ответ:

«Ты меня с кем-то спутал. Я не ношу розовый».

«Я о прядях в волосах. Вчера были синие».

«Следишь за мной?» — отправила и убрала смартфон подальше вглубь рюкзака, пока подруга не заскучала.

— Кто пишет? — спросила она, откидываясь на спинку скамейки.

Мы со Светой любили коротать время в институтском дворике. Делать карандашные наброски в альбомах и просто болтать. Она стала первой, с кем я сдружилась после поступления, когда мы обе не могли найти нужную аудиторию, а потом просто сели вместе в последнем ряду. Вместе впервые пошли в столовую и вместе ушли на автобусную остановку. Так с первого учебного дня ничего и не изменилось.

— Глеб, — кратко бросила я, возвращаясь к рисованию. — Видимо скучает на паре, вот и строчит сообщения.

— Скульптор с четвёртого курса⁈ — Света напротив отложила карандаш в сторону, заинтересовавшись беседой. — Что пишет?

— Ерунду всякую, — отмахнулась я.

На минуту мы обе замолчали, погрузившись каждая в свой набросок. Света зарисовывала зелёную листву на деревьях, а я пыталась изобразить фигурный фонарь, стараясь передать каждый мудрёный завиток. Сложно поверить, что меньше, чем через два месяца закончится мой первый учебный год в институте. Казалось, мы только-только поступили.

— Саш… правда, что твои анализы после медкомиссии показали аномалию и их куда-то передали? — решилась спросить подруга. Об этом сегодня шушукался весь деканат.

— Ага, — протянула, не отрывая глаз от альбома.

— Вдруг какая-то болезнь?

— Боишься заразиться? — я специально приблизилась к ней нос к носу, проверяя выдержку. — Забей, глупость какая-то. Я за восемнадцать лет ни разу не болела.

— Это тоже странно… — нахмурилась Света, видя теперь подвох во всём.

Телефон в раскрытом рюкзаке снова завибрировал. Я нехотя отложила карандаш в сторону и прочитала сообщение:

«Давай встречаться?»

— Опять Глеб?

— Ага… Глянь, что пишет, — и передала смартфон подруге.

Щёки Светы налились краской, а глаза заблестели, словно предложение поступило ей, а не мне. Не успела я зациклиться на её реакции, как она спросила:

— И что ты ему ответишь?

— Для начала, — я поднялась со скамьи и смачно потянулась, — что такое нужно спрашивать при встрече.

— Так и напишешь?

— И чем я тогда лучше? Скажу лично!

Собрав вещи в рюкзак и попрощавшись с подругой, направилась в сторону главного корпуса, дожидаться высокого кудрявого скульптора, у которого как раз заканчивалась пара. В голове крутились варианты остроумных ответов, но чаще всего всплывало банальное «да». На лице растянулась улыбка от мысли, как мы возьмёмся за руки и впервые поцелуемся прямо на институтском крыльце. Глеб проводит меня до дома, но не успею я войти в квартиру, как он начнёт строчить сообщения о том, как скучает. Мы проболтаем целую ночь и завтра оба будем клевать носами на занятиях. Пожалуй, ради таких моментов и стоит заводить отношения, даже если от самого парня не чувствуешь пресловутых бабочек в животе.

За всеми этими мыслями я не заметила, как сзади подошёл мужчина и осторожно коснулся моего плеча. Я подпрыгнула на месте от неожиданности и резко обернулась. Передо мной предстал шкаф два на два метра в водолазке с короткостриженой головой. Тело сделало инстинктивный шаг назад, почувствовав в незнакомце угрозу. И видимо не зря, ведь как только я попыталась отдалиться, мужнина перехватил моё запястье своей волосатой лапищей.

— Пройдёмте со мной, — проговорил он, осматриваясь по сторонам.

Теперь в голове проносились совсем иные мысли: кто он? Что ему нужно? И неужели кто-то додумался нападать на девушку средь бело дня? Думы сами собой привели меня к Глебу, хотя вряд ли худощавый скульптор смог бы защитить меня от этого амбала.

— Вы кто? — попыталась одёрнуть руку, но мужчина не отпустил. Напротив, ещё крепче сжал запястье. — Отпустите, иначе буду кричать!

Незнакомец скривился и вместо ответа потянул меня за собой в противоположную от кампуса сторону. За его спиной я увидела чёрный тонированный автомобиль и сразу всё поняла. Из груди вырвался такой истошный крик, что меня наверняка слышал весь студенческий городок. Мужчина поспешил закрыть мне рот рукой, пока из машины выходил второй тип, открывший заднюю дверь.

Перед глазами пронеслось всё моё недолгое существование, а внутри проснулось нечто древнее, готовое бороться за жизнь до конца. Долго не думая, я укусила руку, закрывавшую мне рот, и почувствовала, как мерзко зашевелились под резцами чужие мышцы.

— Чёрт! — прошипел похититель, обхватывая талию и заталкивая меня в салон автомобиля. — До крови!

Я обеими ногами упёрлась в проём вокруг дверцы, а глазами принялась разыскивать прохожих — никого. До конца пары ещё несколько минут и лишь тогда двор наполнится студентами, но столько я не продержусь.

— Ей что не сообщили? — спросил второй мужчина.

— Приказ есть приказ, — пожал плечами первый.

Сейчас меня мало волновало, о чём они треплются и куда больше заботила нехватка сил. Оторвав мои ноги от обшивки внедорожника, похитители на удивление аккуратно затолкали меня в салон. Наверное, побоялись испортить товар. От этой мысли внутри всё сжалось, а в следующий миг дверь перед моим носом захлопнулась. Один амбал сел за руль, а другой приземлился рядом на заднее сиденье. Не глядя на них, я принялась колотить в стекло ногами, попутно наблюдая как из дверей главного здания вышел Глеб со смартфоном в руках, а следом пиликнул мой телефон. Я попыталась дотянуться до рюкзака, но его тотчас перехватили и зашвырнули на свободное переднее сиденье.

— Да угомонись уже! — повысил голос тот, что сидел рядом. — И пристегнись!

Когда его волосатая ручища пронеслась мимо моего лица, я инстинктивно вжалась в кожаное сиденье, словно пытаясь в нём раствориться. Будто так обо мне забудут. Но это чувство быстро ушло и вернулась жажда жизни. Я отпихнула от себя мужскую конечность и заколотила ногами в спинку водительского кресла, даже не задумываясь о бесполезности сего действа.

— Успокой её! — потребовал водитель.

— Не дёргайся! — зарычал второй, снова попытавшись пристегнуть меня ремнём безопасности.

Я понимала, что слабее, но ведь хуже всё равно уже не будет. А потому бросилась с голыми руками на того, что сидел рядом, расцарапывая ему лицо. Жаль, ногти короткие.

— Ну всё! — не выдержал амбал, заломив мне руки и впечатав лицом в тонированное стекло.

Больно не было, разве что чуточку унизительно, но самым странным оказался пейзаж за окном, на который я до этого не обращала внимания. Мы въехали на мою улицу, затем в мой двор и остановились у моего подъезда. На крыльце стояла моя мама с большой спортивной сумкой в руках и слегка растерянным видом.

— Мама! — закричала я, когда водитель вышел наружу. — Мама!

— Потом поболтаете, — Амбал, сидевший рядом, отпустил мои руки, но из машины не выпустил. — Уже вечером сможете созвониться.

Меньше, чем через минуту, водитель вернулся с моей спортивной сумкой. Зашвырнул её поверх рюкзака, уже лежавшего на соседнем от него сиденье, после чего автомобиль снова тронулся. Я проводила маму недоумевающим взглядом, а она лишь помахала нам вслед, вглядываясь в тонированные стёкла.

Вокруг было оживлённо и шумно. Мне всучили в руки поднос с едой и практически приказали пообедать, бросив в некоей столовой. Растерянная и всё ещё непонимающая, что происходит, я попросту зависла посреди помещения, наблюдая за слоняющимися туда-сюда людьми. На пленников они не были похожи, да и это место не напоминало подвал маньяка, скорее уж частный санаторий за городом.

По дороге мне толком ничего не объяснили, а воспользоваться телефоном позволили лишь мельком, контролируя каждое движение на случай, если вздумаю позвонить куда-то не туда. На экране высветилось несколько пропущенных от мамы, а также сообщения от неё и Глеба, расстроенного моим игнором. Знал бы он, как обстоят дела на самом деле…

Все мои вещи забрали, пообещав доставить «куда надо», а вот куда это — не сообщили. Ну и ладно. Барахло в спортивной сумке интересовало меня сейчас в последнюю очередь.

— Тоже новенькая? — вырвал меня из ступора тонкий девичий голос.

Я резко обернулась, стукнувшись подносом о поднос с невысокой девушкой, чьё круглое лицо обрамляли забавные каштаново-рыжие кудряшки, а само оно было густо усыпано веснушками.

— Узнаю этот взгляд, меня саму привезли только утром. Я, кстати, Марго, а ты… — она прищурилась, вчитываясь в бейджик, прицепленный мне на грудь. — Александра Острова. Буду звать тебя Алекс, не против?

— Зови как хочешь…

Я всё равно здесь не задержусь, подумала про себя, но вслух решила не озвучивать. Решёток на окнах нет, только нахожусь в какой-то глуши посреди леса. Ничего, доберусь до шоссе и уеду на попутках.

— Ты тоже никого здесь не знаешь? — прервала молчание Марго. Я отрешённо кивнула, но девушка не отставала: — У тебя тоже в анализах нашли странность?

— Вроде того…

Я её почти не слушала, разглядывая присутствующих. В столовой находилось около тридцати человек, все плюс-минус наши ровесники, одетые в одинаковую синюю форму. Не тюремную, не больничную, а скорее… школьную?

— Это что какое-то учебное заведение? — нахмурилась я, соображая.

— Ну да, — новая знакомая выгнула бровь. — Закрытый частный пансион. Тебя же тоже сюда перевели, разве нет?

— Похоже на то…

В голове наконец начала вырисовываться картина происходящего, собранная из слов амбала, сказанных по дороге, и сообщений от мамы, которая просила не сердиться и уверяла, что так будет лучше. Вот только для кого?..

— Нам выпал потрясающий шанс! — Марго снова грубо вырвала меня из раздумий. Схватила за руку и потащила к свободному столику. — Я была так счастлива, когда за мной приехали!

Обстановка вокруг мало напоминала обычную студенческую столовую, скорее уж кафе в хай-тек стиле. Чёрно-белые стены, где смешивался глянец с шершавым кирпичом. С потолка свисали множественные светильники-пузыри, а вместо обычных стульев стояли мягкие минималистичные диванчики синего цвета.

— Почему? — запоздало поинтересовалась я.

— Мы же будем учиться вместе с наследниками самых влиятельных людей страны. Родители сказали, что подобная возможность выпадает раз в жизни!

— Ура-а… — с сарказмом в голосе протянула я, но Марго этого даже не заметила и продолжила как ни в чём не бывало:

— Да-да, кто бы мог подумать, что я попаду в закрытое элитное общество!

— Как масоны? — усмехнулась, опустившись на сиденье.

Девушка хотела что-то ответить, как вдруг её отвлёк грохот опрокинутого вверх дном стола. Взгляды всех присутствующих тотчас устремились к двоим парням в углу, сцепившимся в драке. Оба краснели и пыхтели, хватая противника за ворот синего пиджака и валя на пол. Однако силы оказались примерно равны и ни у одного из них не выходило одолеть второго. Паники не было, напротив, все вели себя так, словно подобное здесь в порядке вещей и даже не пытались разнять драчунов. Только Марго с шумом втянула в себя воздух, хватаясь за сердце. Я же лишь закатила глаза, констатировав очевидное:

— Класс… Меня отправили в сумасшедший дом для буйных больных, — и как ни в чём не бывало принялась за поедание обеда, ведь для побега мне понадобятся силы.

После обеда нас с Марго заселили в крыло обслуживающего персонала, чему новоиспечённая знакомая оказалась сильно не рада. Тогда ей объяснили, что это временная мера, пока мы не подтвердим свою принадлежность к их великому и неповторимому сообществу, чтобы это не значило.

Меня в отличие от Марго всё устраивало. Точнее, было всё равно, а сбегать с первого этажа даже проще. Так что я не стала спорить, когда соседка заняла кровать подальше от входа и заполнила шкаф своими вещами. Мои так и остались в спортивной сумке, лежавшей на незаправленной кровати вместе со смартфоном. Первой мыслью было позвонить маме, но я быстро от неё отказалась, поскольку именно она отправила меня сюда. Если не по собственному желанию, то и возражать не стала. Вон даже вещи собрала — какая забота!

На маму я обижалась, а отца или старшего брата у меня нет. Да и младшего тоже. Полиция?.. Но что я им скажу? Меня перевели учиться в более элитное место, звоню вам похвастаться? Вроде бы это не преступление. Оставалась моя институтская подруга.

Набирая номер Светы, я была готова к отсутствию связи в глуши, но не к тому, что из телефона вытащат сим-карту. Тогда я проверила подключение к вай-фаю и да, он здесь имелся, вот только запароленный.

— Марго, не знаешь пароль от вай-фая? — решила попытать удачу.

— Нам его позже скажут.

Всё-таки в этом месте есть что-то от тюрьмы…

Зашвырнув обратно на постель кирпич, которым стал мой мобильник, я осмотрела комнату: просторная, светлая. Своей безликостью напоминает гостиничный номер. В моей комнате дома всё напоминало о своём владельце: постеры на стенах, мольберт в углу и лёгкий творческий беспорядок. И пусть всё здесь выглядело новым и дорогим, а не пошарпанным как у меня, но вызывало лишь одно чувство — скуку.

Я подошла к окну, желая проверить механизм открывания и заодно оценить высоту до земли. Но не успела дёрнуть ручку, как дверь в нашу комнату отворилась. На пороге стояло трое любопытных девиц в синей форме, и каждая как могла пыталась привнести в свой образ индивидуальности. Одна закатала рукава пиджака, выставляя напоказ ряд золотых браслетов от модного французского дома. Другая пучила и без того объёмные губы, едва ли не достававшие до краёв очков с широкой оправой. А третья подчеркнула талию тонким пояском и могла бы заправлять в него длиннющие нарощенные волосы.

— Привет! — поздоровалась с ними Марго. — Мы будем учиться вместе?

Все трое противно захихикали.

— Упаси Бог! — воскликнула длинноволосая. — Так пришли посмотреть куда заселили неподтверждённых деревенщин.

— Здесь раньше была кладовка для швабр. Хотя, ничего и не изменилось, — криво усмехнулась губастая.

Я перевела взгляд с них на побитое красными пятнами лицо Марго и за несколько широких шагов пересекла комнату со словами:

— Кое-что всё же изменилось… Здесь появилась я, — центральная девушка недоумевающе выгнула бровь, когда дверь перед её носом с грохотом захлопнулась, не предоставляя возможности открыть рот и ответить. — Чао!

— Алекс! — попыталась остановить меня соседка, но было уже поздно.

— Так-то лучше, — я отряхнула между собой ладони, как будто коснулась чего-то грязного или неприятного.

— Зря ты так… — теперь Марго побледнела. — Нельзя с ними ссориться!

— Если бы я хотела поссориться, то не стала бы закрывать дверь.

— Так даже хуже! Надо их догнать и извиниться! — она сорвалась с места, направившись к выходу.

— Ты с ума сошла⁈ — Я не собиралась её удерживать, но не спросить не могла. Что это за девицы такие, что даже после прямого оскорбления моя соседка готова нестись к ним и лебезить?

Но не успела она коснуться дверной ручки, как дверь снова отворилась, а на пороге показалось двое парней — тех самых, что подрались в столовой во время обеда. На губе одного красовалась свежая ссадина, а из носа второго торчал окровавленный ватный тампон.

— Вячеслав Яковлевич сказал, чтобы вы явились сегодня на вечернее занятие, — безэмоционально процедил студент с разбитой губой и большими наушниками на шее. Второй и вовсе стоял уткнувшись лицом в смартфон.

Таких ещё любят называть задротами. Два тощих парня с дорогими гаджетами и отстранённостью от внешнего мира. И чего они подрались? Не поделили что-то в игре?..

— Мы придём, спасибо! — воскликнула Марго, после чего оба студента ушли, не обронив больше ни слова.

Дверь захлопнулась, и я направилась к своей «тюремной койке» размышлять о том, стоит ли явиться на это вечернее занятие? Может, если я начну нарушать правила, то меня попросту выгонят? А если нет, то стоит изучить местность для самостоятельного побега. Жизнь научила, что лучше полагаться на собственные силы.

На занятие я всё-таки решила сходить. И вот уже спустя час после заселения мы шли с Марго по коридорам пансиона, больше напоминающему загородный особняк только без старинной вычурности, а с современной отделкой и большими панорамными окнами, из которых открывался вид на ухоженный зелёный участок и волейбольное поле. Дальше виднелась высокая решётчатая ограда, а за ней густой лес.

По дороге сюда я старалась запомнить каждую деталь и знала, что за лесом начинается шоссе, по которому можно добраться до города. Мимо проезжающих машин немного, в основном грузовые фуры, но думаю, словить попутку не составит труда. Вот только захочу ли я сама сесть в салон к незнакомому водиле…

Чем дальше мы продвигались по пансиону, тем отчётливее я понимала, что обитателей в этом месте не так уж и много. Вероятно, те тридцать человек в столовой и были основной массой учащихся. Прибавить преподавателей и персонал и наберётся от силы пятьдесят человек на столь внушительную площадь. Тем лучше для меня.

Завернув за очередной угол, мы очутились то ли в холле, то ли в зоне ожидания. Двустворчатые двери, ведущие на улицу, намекали на главный вход, а диваны с журнальными столиками на некою общую зону. Здесь и народа было побольше и все в синей учебной форме. По середине помещения находилась водяная стена, делившая пространство пополам. А слева имелась широкая лестница, ведущая на второй этаж особняка.

— Надо понять куда нам дальше, — Марго принялась изучать двери, которые мало напоминали входы в учебные аудитории, не имея ни нумерации, ни каких-либо других вывесок.

Меня же больше заинтересовали присутствующие, а точнее смартфоны в их руках. Одна девушка делала селфи у водяной стены, другая громко разговаривала по телефону. Я вынула из кармана свой мобильник, позабыв об отсутствующей сим-карте. Тогда меня осенила другая мысль:

— Ищи класс, а я пока пойду узнаю пароль от вай-фая.

— Постой! — удержала меня за руку соседка. — Не иди к ним.

— Почему?

— Это же Алиса Князева! — указала она на ту, что мгновение назад фотографировалась.

— И?.. — всё ещё недоумевала я, глядя на симпатичную брюнетку с густыми стекловидными волосами, в которых при желании можно рассмотреть своё отражение.

— Её отцу принадлежит несколько крупных сетей ресторанов и парочка отелей!

— И это каким-то образом лишает её дара речи? — я закатила глаза, всё равно решив подойти к девушкам, как в этот момент двустворчатые двери особняка распахнулись, впуская внутрь группу молодых людей в белых обтягивающих футболках и тёмно-синих спортивных штанах.

Девушки и парни перемешались между собой, лишая меня боевого настроя. В весело беседующую большую компанию влезать совсем не хотелось. Тем более она собралась вокруг той самой Алисы и подошедшего к ней высокого брюнета с мощными рельефными руками и взъерошенными волосами. Вместе они смотрелись весьма гармонично: настоящие принц и принцесса с золотыми ложками между ягодиц.

— Тоже на него смотришь? — шепнула мне на ухо Марго. — Его нельзя не заметить… — вздохнула она и только после этого решила пояснить: — Это Влад Волков. Империи его семьи принадлежит полстраны!

— Ты всех богатеев тут знаешь? — хмыкнула я, отворачиваясь от загорелого мажора в слегка влажной после тренировки футболке.

— И тебе следовало бы. Большинство здесь знают друг друга с детства, дружат семьями. Для нас это единственный шанс влиться в высшее общество, куда чужих просто так не пускают, — Марго снова мечтательно вздохнула. — Родители будут мной гордиться. Они предприниматели, но выше среднего бизнеса подняться не могут, нужны связи и контракты с настоящими акулами. И скоро я смогу их им предоставить.

— Так ты тоже богачка? — у меня округлились глаза.

— В сравнении с ними я никто, — кивнула она в сторону компании.

На этом моменте мне стало по-настоящему смешно. Вероятно Марго принимала меня за свою ровню. Знала бы она, что моя мама работает учительницей биологии в школе, а своего отца я в глаза не видела. Обычный гуляка и бабник, бросившись нас, как только мама забеременела. Такие люди не способны нести ответственность даже за собственные поступки, не то что за бизнес.

Двустворчатая дверь снова распахнулась и в помещение прошли те двое драчунов, всё также уставившись в экраны своих смартфонов. Они медленно брели к лестнице, ведущей на второй этаж особняка, никого и ничего не замечая вокруг.

— Идём за ними! — сообразила Марго, хватая меня за руку.

Вслед за парнями мы прошли в помещение, которое нисколько не напоминало учебный класс или тем более институтскую аудиторию. Скорее уж уютную гостиную с шоколадного цвета стенами, узорчатым ковром под ногами и кожаными диванами с двух сторон от электрического камина. По другой стороне тянулась внушительная библиотека, а у дальней стены стоял массивный письменный стол с пустующим креслом.

Парни по-хозяйски заняли один из диванов. Мы последовали их примеру, приземлившись на второй. Кожа под нами неприятно заскрипела, а сами сиденья оказались чрезмерно мягкими, отчего пояснице недоставало опоры.

Через пару минут в помещение вошёл пожилой мужчина учёного вида. Невысокий, с «озером» на голове и в маленьких очках. Его коричневый джемпер сливался с обстановкой словно камуфляж, но зато сразу становилось понятно, что кабинет декорировался под вкус владельца.

— Всем добрый вечер! Николай, Тимофей — телефоны на стол, — потребовал Вячеслав Яковлевич и парни нехотя расстались со своими игрушками.

Мужчина неспешно прошёл к своему месту, попутно убирая гаджеты в ящик стола. От него исходила аура спокойствия, какую встретишь лишь у умудрённых жизнью и знаниями людей.

— Вы знаете, зачем я назначил занятие так поздно?

— Из-за них, — один из парней кивнул в нашу с Марго сторону.

— Не рад пополнению в группе? — профессор впился в студента изучающим взглядом. — В первую очередь мы здесь из-за вас, молодые люди. Не вы ли устроили сегодня драку во время обеденного перерыва? Вам не помешает дополнительный урок контроля гнева, а заодно познакомитесь с новенькими.

— Это Ник начал драку! — открыл рот второй парень. Видимо, Тимофей.

— Потому что Тим подставил меня! — вновь заговорил первый.

— Каким образом? — спокойно поинтересовался Вячеслав Яковлевич.

— В игре!

— И это повод для драки? Вы же братья!

— Двоюродные! — хором ответили парни.

— Ладно, — вздохнул профессор, оставляя эту тему и заглядывая в бумаги на своём столе. — Маргарита Щебетко и Александра Острова, верно? Поздравляю с поступлением, а вас — Николай и Тимофей с пополнением в группе. До сего дня вы были самым малочисленным классом в пансионе.

— Нас и так всё устраивало, — буркнул Ник.

Преподаватель бросил на него очередной пронзительный взгляд из-под очков, а затем медленно, словно для малых детей, объяснил:

— Молодые люди не понимают, насколько это важно. С каждым годом студентов всё меньше и новая кровь важна как никогда. Как бы нам не хотелось сохранить чистоту старинных семей вечно, увы, это невозможно. Вам следует радоваться новым членам сообщества, несвязанным ни с кем кровными узами.

— Они ещё неподтверждённые, — хмыкнул Ник.

Стало понятно, что из двоих братьев этот более дерзкий. Насколько это вообще возможно в паре задротов.

— Всего лишь вопрос времени, — отмахнулся Вячеслав Яковлевич. — А теперь поговорим о сегодняшней вспышке ярости. Конечно, это норма, но её нужно учиться контролировать. Именно для этого вы здесь.

— Зачем прятаться? — уточнил Тим. — Тут все свои. Ну, почти.

— Не научитесь среди своих — оступитесь в окружении чужих, а это недопустимо. Пансион существует как раз для того, чтобы научить вас подавлять свою ярость.

Точно дурдом для буйных больных, подумала я, скрестив на груди руки. Этот жест не укрылся от внимательных глаз профессора, и он тотчас перевёл взор на меня:

— Юные леди, как часто вы ощущаете в себе гнев и неконтролируемую ярость? У девушек вспышки встречаются реже, но не исключены.

— Признаться… — начала Марго. — Бывает и довольно часто.

Вячеслав Яковлевич понимающе закивал, а затем перевёл взгляд на меня.

— Весь день ощущаю. С той минуты, как один из ваших амбалов затолкал меня в автомобиль и привёз сюда, — хмыкнула я, не разнимая рук. Ещё и ногу на ногу закинула.

— Ваш вид соответствует вашей язвительности, Александра, — профессор прошёлся по мне оценивающим прищуром, который я с трудом выдержала. Не каждый умеет смотреть так, словно заглядывает прямо в душу. — Хорошо. В любом случае, пока не научитесь контролировать себя, в общество не вернётесь. Пансион существует уже много поколений, здесь умеют работать с молодой яростью. Однако вы и сами должны учиться контролировать себя. И не забывайте о телесных наказаниях. Мера, конечно, крайняя и к ней редко прибегают, но в самых запущенных случаях не остаётся иного выхода.

Не знаю, что в этот момент отразилось на моём лице, но судя по ответной реакции преподавателя — ничего хорошего. А что он хотел? Помимо того, что меня сюда привезли насильно, так ещё угрожают поркой? Они тут совсем того⁈..

— Не волнуйтесь так, Александра, — улыбнулся он. — Я же сказал, мера крайняя. Следуйте правилам и всё будет хорошо. На этом, пожалуй, всё. Закончим на сегодня.

Ник и Тим тут же вскочили с дивана, похватали свои телефоны и убежали. Мы с Марго тоже направились к выходу, как вдруг Вячеслав Яковлевич окликнул нас:

— Новенькие задержитесь. Вам уже выдали форму и остальные принадлежности?

— Ещё нет, — отозвалась соседка.

— В таком случае проследуйте за мной.

Вячеслав Яковлевич отвёл нас в хозяйственный отдел, где меня и Марго снабдили всем необходимым, включая учебную и спортивную форму. Как оказалось, её шьют учащимся на заказ, но поскольку мы присоединились к обучению позже остальных, то вынуждены довольствоваться готовыми комплектами. В отличие от меня, соседку эта новость расстроила. Ей и рукава пиджака показались слишком длинными и юбка в талии узкой. Моё же внимание захватили мобильные телефоны, выданные на время учёбы в пансионе. Новенькие, последней модели и с работающей связью. Правда нас сразу предупредили, что смартфоны прослушиваются в целях безопасности. Ну и ладно, главное, у меня снова появилась связь с внешним миром.

— Ты будешь переодеваться? — спросила соседка, сменив повседневную одежду на пижаму.

— Нет, — отрезала, хотя хотелось ответить, что я не собираюсь здесь задерживаться, спать или следовать дурацким правилам. Меня привезли сюда насильно и так же с боем я сбегу. Однако я не доверяла новой знакомой, чтобы вот так в открытую делиться планами.

За окном сгущались сумерки, а народ стягивался в здание. Побег казался вполне реальным, если не считать высокий забор и густой лес за ним. Хватит ли мне фонарика на смартфоне, чтобы не заплутать и добраться до шоссе?..

— Только не это! — вдруг воскликнула соседка, вынуждая меня вынырнуть из раздумий.

— Что случилось?

— Нас добавили в закрытый чат пансиона, — шмыгнула она носом. — Вот, посмотри…

Марго протянула мне свой новый мобильник, но я не взяла его. Вместо этого вытащила из кармана собственный и нашла тот самый чат. В нём числился тридцать один участник и это лишь сильнее подтверждало, что я здесь лишняя для ровного числа. Следом моё внимание привлекла аватарка некоей Ульяны Демидовой. Я сразу её узнала: блондинка с большими губами и очками с широкой оправой. Это она наведывалась днём в нашу комнату в компании двух подружек, и она же заваливала чат бесконечными видео-«кружками». Нажав на один из них, лицо девушки тотчас увеличилось и заговорило:

«Я схожу с ума без моих подписчиков! Видите ли моё прошение об осторожных публикациях из пансиона за его пределы отклонили! Плак-плак… Хочу на волю! Кто ещё недоволен политикой пансиона? Не стесняйтесь в выражениях, я всех пролайкаю!»

— Дальше, — подсказала соседка и я включила следующий «кружок»:

«Ладно, смысл уже жаловаться? Лучше посмотрите на мою новую коллекцию фотохромных очков! Я сама разрабатывала дизайны и следила за качеством. При этом у меня идеальное зрение!»

Так вот почему она носит очки без диоптрий, поняла я, рекламирует собственный продукт среди богатеев. Умно. Я уже собиралась спросить у Марго: что тут такого? Но девушка меня опередила и собственноручно мотнула чат в самый низ, включая последнее видео:

«Упс, у нас неожиданное пополнение! Даже два! Новенькая с лицом футбольного мяча, забрызганного грязью, и странная девица с цветными прядями и дешёвыми украшениями. Кто носит браслеты из ткани и кожи? Разве они не должны быть из металла, хотя бы из золота?.. — сделав паузу, Ульяна добавила шёпотом: — Думаю, она сектантка… А вообще не носите жёлтое золото — это полная безвкусица, дамы. Лучше выбирайте белое или розовое. Всех целую!»

Похоже, эта Ульяна Демидова — местная блогерша. Прибегала днём за свежим контентом, которого я её лишила. Вот и изливается теперь желчью, делая вид, что никогда не видели фенечек на руках. Ну-ну. Хотя если вспомнить её подружку с рядами золотых браслетов на запястьях, то можно и поверить.

Я закатила глаза, параллельно большим пальцем блокируя экран смартфона. Вероятно, мою соседку задевали подобные видео, но мне-то всё равно на мнения людей, которых я знать не знаю и надеюсь в скором времени больше не увидеть.

— Кошмар! — причитала Марго, снова раскрасневшись. — Всё должно было быть не так! Это твоя вина!

— Моя?..

— Не стоило тебе с ней ссориться!

— Повторю: если бы я хотела с кем-нибудь поссориться, то не захлопывала бы дверь, а Ульяна уже собирала бы свои очки по осколкам.

Соседка хмыкнула и собиралась что-то ответить, но как и в прошлый наш диалог на эту тему, в дверь кто-то постучал, а спустя ещё мгновение она отворилась. На пороге стояла женщина в строгом тёмно-сером брючном костюме.

— Добрый вечер, студентки! Пришла сообщить, что сегодня в пансионе комендантский час. Отбой в десять вечера, то есть уже через двадцать минут. После отбоя запрещено покидать свои комнаты.

— А если захочется в туалет? — спросила Марго.

— Сходите сейчас. Доброй ночи! — Женщина развернулась на носках и цокая каблуками спешно удалилась.

Соседка закрыла за ней дверь и надула губы, начав осознавать, что это место не такое радужное, каким казалось ей поначалу. Я же узрела в этом шанс: через двадцать минут на улице никого не будет, и я наконец смогу сбежать!

С улыбкой на лице я как бы невзначай принялась складывать вещи в рюкзак. Спортивную сумку с одеждой решила не забирать, как и новый мобильник. Всё-таки он не мой. Предусмотрительно оставила окно открытым, подперев створку стопкой книг и улеглась на постель дожидаться, пока соседка уснёт.

В темноте я и сама чуть не задремала, прежде чем услышала тихое сопение на соседней кровати. Марго никак не хотела укладываться, норовя поболтать. Я была не против, понимая, что до полуночи пансион всё равно не уснёт, а ради верности выждала до часа ночи и лишь тогда на цыпочках пробралась к окну. Отодвинула стопку книг и выпрыгнула наружу, стараясь не издавать ни звука.

Высота была небольшой, но прыжок всё равно отдал в пятки неприятным покалыванием, и я едва не зашипела. Пригнулась и осмотрелась — никого. Только полная луна освещала мой побег прожектором. Главный выезд, как и ожидалось, оказался закрыт. Зато ворота, ведущие в лес, распахнуты настежь. Оставалось к ним пробраться, а дальше меня укроют вековые деревья.

Прячась за скамейками и кустами, я окончательно в себя поверила и последние несколько метров до ворот преодолела бегом, правда после запал поутих. Мне вдруг стало не по себе. Никогда прежде не оказывалась в лесу одна и тем более ночью. На мгновение даже подумалось, что стоит вернуться, но я быстро отринула эту идею, мысленно обозвав себя трусихой. Включила на своём стареньком смартфоне фонарик и быстро зашагала вперёд по тропинке.

И хоть с виду лес казался старым и нетронутым, дорожки и указатели свидетельствовали, что люди сюда всё же захаживают. Понемногу я даже начала успокаиваться и замедлила шаг. Ветер колыхал верхушки деревьев, луна над головой по-прежнему ярко светила, а вдали мирно стрекотали кузнечики.

Вот только телефон быстро нагрелся и батарейки почти не осталось. Пришлось выключить фонарик и идти в темноте, наедине с собственными мыслями. Думала о маме, о Свете из института и о Глебе, который наверняка недоумевает почему я ему так и не ответила.

Вдруг на тропинку выскочило что-то маленькое и шустро её пересекло, скрывшись в траве. Я пискнула от неожиданности и только потом поняла, что это был всего лишь ёжик. Скорей бы рассвет, тогда ночные тени перестанут властвовать над воображением. А пока лучше ускорюсь, заодно и согреюсь.

Не знаю, сколько я уже прошла. Телефон полностью разрядился, чтобы можно было посмотреть на часы и сверить время, но лес впереди даже не думал редеть и это настораживало. А ещё беспокойнее стало, когда где-то вдали послышались странные звуки. Я замерла на месте и прислушалась. Звук повторился, и я с ужасом признала в нём волчий вой. Сердце заколотилось как бешеное и задрожали колени. На мгновение и без того тёмная картинка перед глазами окончательно потускнела. Оглядевшись по сторонам, я больше не понимала в какую сторону будет ближе: вперёд или назад. Тропинка выглядела одинаково в обоих направлениях.

Волки вдали снова завыли, и я ахнула. Страх сковал тело, но ведь они далеко и не почуют меня, верно?.. Ответа я не знала. Как и понятия не имела, что делать в подобных ситуациях. Бежать? Или, наоборот, не двигаться? Пожалуй, никакие силы не заставили бы меня сейчас стоять столбом, а потому я тронулась с места едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Почему-то подумалось, что волки, как и собаки, могут среагировать на быстро движущуюся цель. Только это меня и останавливало.

Снова раздался вой. Теперь ближе… Сердце застучало в висках, а кожа похолодела. Я больше так не могла, развернулась и быстрой походкой направилась в сторону пансиона, как вдруг на тропинке возник чёрный силуэт со светящимися в лунном свете жёлтыми глазами.

— А-а-а! — завопила как сумасшедшая, глядя на скалящегося зверя.

Ещё никогда в жизни мне не было настолько страшно. Даже когда меня похищали неизвестные мужчины я так сильно не боялась. Дело в ночи, гуще леса или огромных клыках, но рассудок тотчас покинул голову, и я сорвалась с места, нырнув в высокую траву. Бежать сквозь заросли тяжело, а ноги то и дело утопают в сырой земле, делая меня тяжёлой и неуклюжей. К тому же я постоянно озиралась назад, но громадный чёрный зверь так и остался стоять на тропинке, не бросившись за мной следом.

Я неслась вперёд со всей скоростью, какую позволяли развить препятствия на пути. Среди папоротников и толстых стволов деревьев зрения практически не осталось, зато слух обострился до предела, реагируя на каждый шорох.

Колыхнулись кусты. Вдали послышался новый вой. Тропинки и чёрного волка больше не было видно, как и пансиона впереди, о чьих стенах я теперь могла лишь мечтать. Не думала, что захочу вернуться, но это случилось. Хотя и произошло по вине этого проклятого места.

Я бежала вперёд невзирая на горящие лёгкие и сводящие болью мышцы ног. Очередная ветвь под подошвами хрустнула, а за ней раздался рык. И не где-то вдали, а совсем рядом. Я замерла. Среди папоротников ко мне крался серый зверь: мельче и светлее того, которого я видела на тропинке, но не менее смертоносный. Я медленно попятилась с другую сторону. Новый рык. Взгляд заметался: меня окружала стая. Справа, слева и позади. А деревья вокруг были слишком высокими, чтобы я могла ухватиться за ветви и взобраться по ним наверх. Оставалось бежать и надеяться, что я каким-то чудом оторвусь от свирепых хищников.

Силы стремительно покидали тело, но сдаваться я не собиралась. Несколько раз споткнулась, но упрямо поднималась обратно на ноги и неслась вперёд. Брелоки на рюкзаке предательски позвякивали, но скидывать груз не хотелось, ведь в случае нападения — это мой единственный щит.

Я снова оступилась, но на этот раз угодив в обрыв и кубарем покатилась вниз. Спина ударялась о выступающие камни, а лицо оцарапали ветки. Джинсы на коленях стёрлись вместе с кожей прежде, чем я остановилась, врезавшись в ствол дерева. От столкновения перед глазами замелькали звёзды, а из груди вырвался глухой стон.

Кажется, я заплакала. То ли от боли, то ли от животного страха, охватившего тело и разум. Не было ни всхлипываний, ни сопутствующих соплей, только тёплые ручейки текли из широко распахнутых глаз. Я прижалась спиной к стволу могучего дерева, не в силах больше бежать. Может у меня получится спрятаться? Затаиться до утра? Какая глупость… Волки чуют мой страх и уж тем более запах.

Позади послышался шелест травы и хруст сухих ветвей. Это конец. Я опустила голову на колени словно ребёнок, пытающийся спрятаться от реальности. Шаги звучали всё ближе. Голова вжалась в плечи, а руки плотнее обхватили ободранные ноги, приготовившись к худшему.

Я вздрогнула, когда что-то тёплое коснулось моего плеча. Ожидала почувствовать мощные челюсти, сомкнувшиеся на плоти и вонзающие под кожу острые клыки, но это оказалась всего лишь человеческая ладонь.

— Что ты тут делаешь? — раздался незнакомый голос. — Тебе нельзя здесь находиться после отбоя.

Я резко распахнула глаза и увидела опустившегося передо мной на корточки широкоплечего парня. В полумраке трудно разглядеть лицо, но я его узнала. Видела сегодня в пансионе. Кажется, Марго назвала его Владом. Не успела ничего ответить, как парень дёрнул меня вверх, вынуждая подняться на ноги.

— Правила для кого писаны? — он сердился, а у меня не осталось ни сил, ни желания для споров. — Иди шустрее.

Влад потащил меня в сторону пансиона, совсем не опасаясь лесной живности. Его уверенность передалась и мне. В конце концов вместе не так страшно. К тому же складывалось ощущение: он знает, что делает.

— Новички… — хмыкнул он недовольно, продолжая волочь меня за собой.

Вскоре мы вернулись на тропу. Всё это время я молчала и не сопротивлялась, только озиралась по сторонам в поисках чёрного зверя. Но даже волчий вой вокруг стих. Страх отступил и накатила усталость, что сразу сказалось на моём темпе.

— Пошевеливайся! — моему проводнику это явно не понравилось. — Я не собираюсь возиться с тобой всю ночь.

Всё происходило как в тумане. Голова ещё гудела от переизбытка эмоций. Я даже не заметила, как мы добрались до ворот, за которыми виднелось здание пансиона. Только теперь ко мне вернулись силы и дар речи. Я выдрала свою руку из грубой хватки парня и отступила на шаг. Он с недоумением взглянул на меня.

— Живо спать!

— Ты мне не приказываешь, — скривилась я, отчего по исцарапанным щекам прошлась волна саднящей боли.

— Что-то в лесу ты не была такой дерзкой, — ухмыльнулся он, глядя на меня свысока своими большими чёрными глазами. — Так что заткнись и иди спать.

— А то что? — я скрестила на груди руки. Они наконец перестали дрожать, а вот ноги ещё подкашивались и в горле пересохло, отчего охрип голос.

— А то сдам ректору, если будешь пререкаться со старшими.

— Это ты-то старший? — нагнала на лицо напускную улыбку, хотя на деле хотелось рыдать после пережитого. — К тому же я только за. Давай, иди. Может тогда меня отчислят.

— Мне это надоело, — ухмылку стёрло с лица Влада. Он снова схватил меня за руку и силой потащил в здание.

— Отпусти! — упёрлась, но силы оказались не равны.

— Закрой рот и иди спать, малявка.

— Больные богачи! Не знают, как развлечься! Поселились рядом с волчьим лесом и даже ворота на ночь не запирают! — использовала последний аргумент, но моего спасителя он не тронул.

Влад только хмыкнул, но ничего не ответил, а спустя минуту я уже стояла у двери моей новой комнаты, куда меня совсем незаботливо затолкали, даже не дав сначала умыться.

Глава 2

Утро настало слишком быстро. Казалось, я только рухнула на постель в грязной одежде и едва коснулась головой подушки, как над ухом раздался перепуганный голос Марго:

— О боже, Алекс! Что с тобой случилось⁈ Ты вся грязная… и что с твоим лицом?

— Царапаю во сне, — пробубнила, перевернувшись на другой бок.

Про лес и падение говорить не стала. Жаловаться в принципе не в моём характере. К тому же я нарушила комендантский час и если хочу сбежать, то не стоит рассказывать о ночных прогулках той, кто восхищается этим местом.

— Какой ужас! Тебе срочно нужно в медпункт! — не унималась соседка.

— Ага, обязательно, — ляпнула, лишь бы она отстала. — Сразу, как проснусь.

— И в душ!

Её звонкий голос отбил сонливость и нехотя я распахнула глаза. При свете моя одежда выглядела ещё хуже, чем ночью. Вся грязная и рваная, с бурыми пятнами крови на коленях. Лицо не саднило, а вот спина побаливала в нескольких местах. Наверняка там теперь огромные синяки.

— Пожалуйста, — вздохнула Марго, — прими ванну, душ или просто сожги свою одежду. Мне всё равно, только сделай что-нибудь со своим внешним видом.

Пожалуй, в этом я была с ней согласна.

— А куда мне… — задумалась, поняв, что понятия не имею, где здесь душевые. Поблизости имелась уборная, но должны же студенты где-то мыться.

— От главного холла и направо, — девушка охотно принялась за объяснение. — Увидишь длинный коридор и снова свернёшь направо. Там расположена основная часть учебных спален, а за ними налево и найдёшь душевые и ванные комнаты.

— Спасибо, — поблагодарила слушая вполуха. После ночного спринта голова совсем не соображала. То ли не выспалась, то слишком много потрясений на один день, то ли стукнулась о то дерево, когда катилась кубарем, сильнее, чем думала. — Ты не пойдёшь?

— Я уже, — указала она на влажные кудри. — Всегда начинаю утро с душа. И ты возьми за привычку, раз уж нам приходится жить вместе…

Вытащив из сумки чистые вещи, я побрела в главную часть здания тем же путём, которым мы шли вчера на занятие к Вячеславу Яковлевичу. По дороге мне встречались ещё непроснувшиеся студенты, принимавшие меня за сонный паралич или заплутавшую попрошайку: это читалось в их глазах и ступоре. Меня это не смущало и даже забавляло.

Однако оказавшись в холле у водяной стены, вдруг осознала, что понятия не имею, куда идти дальше. Я напрочь забыла указания Марго, а мобильного с собой нет. Да если бы и был я всё равно не знаю её номер. Кажется: налево, налево… и направо? Никак не вспомню.

Мимо пронеслись черноволосый парень с причёской до плеч и девушка с каштановым пучком на голове. И пусть мне совсем не хотелось ни с кем заговаривать, выбора попросту не осталось.

— Постойте! — окликнула их я.

Парень не сдержал смешка, а девушка молча прошлась по мне оценивающим взглядом.

— Тебе нужна помощь? — спросила она ошарашено, что я приняла за хороший знак. Сочувствие мне сейчас на руку.

— В какой-то степени. Не поможете добраться до душевых? — изобразила жалостливый голос.

Ребята переглянулись, после чего парень с квадратной челюстью заявил:

— Помыться тебе и правда не помешает. Иди за нами.

Повезло, подумала я, зашагав следом за влюблённой парочкой. Это стало понятно, когда парень и девушка переплели между собой пальцы. Мы свернули направо у водяной стены, очутившись в длинном коридоре, однако задерживаться там не стали, приблизившись к стеклянной двери.

— Быстрее будет через двор, — пояснила девушка, обернувшись через плечо.

Мы вышли на улицу и двинулись по широкой дорожке из мраморной крошки. Глаза щурились от утреннего солнца, а в нос ударило запахом, какого не встретишь в большом городе. Здание пансиона имеет много пристроек и отдельных входов, в которых я ещё не успела разобраться. Пройдя мимо мягких садовых качелей, мы свернули налево к очередной стеклянной двери, очутившись в самом красивом помещении с бассейном, которое я только видела. С одной стороны на всю стену тянулись панорамные окна, из которых открывался вид на террасу с барбекю зоной и шезлонгами, а с другой имелась лестница, ведущая на второй этаж. Ребята уверено направились наверх и я за ними следом.

Перед нами предстал ещё один коридор, отделанный плиткой с морской тематикой. Пройдя две двери, парочка остановилась у третьей.

— Тебе сюда, — улыбнулся парень одним уголком рта.

Никогда не была особо наблюдательной и не умела считывать намерения людей по выражениям их лиц, но что-то в его мимике и голосе меня насторожило. Я принялась спешно вспоминать слова соседки и готова поклясться: она ничего не говорила о бассейне. Конечно, душевые здесь ничем не отличаются, но сам факт обмана смутил. Я нахмурилась и отступила на шаг, а провожатые вновь переглянулись между собой.

— Она всё поняла, Стас, — ухмыльнулась девушка и парень тотчас подлетел ко мне, схватил за руки и подтащил к двери.

— Каролина, закрой ей рот! — скомандовал он.

Девушка распахнула дверь, после чего накрыла мои губы своей ледяной ладонью. Я замотала головой и даже попыталась укусить. Брыкалась и несколько раз лягнула пяткой парня, заломившего мне руки. Однако черноволосый гад оказался сильным, а кафель под подошвами слишком скользким, чтобы я могла сопротивляться.

По правой стене просторного помещения тянулись белые кабинки и лишь в одной шумела вода. Именно к ней меня и подвели, где за звуками работающего душа не было слышно моего мычания.

Свободной рукой Каролина постучала в дверцу, а заговорил парень:

— Мужик, ты тут?

— Чего тебе, Стас? — ответил голос по ту сторону.

— Открой, это срочно, — оба еле сдерживали смех.

— Ты серьёзно? Сейчас?.. Это не может подождать?

— Стесняешься? Слишком мал ниже пояса? А Алиса так хвасталась…

— Если это какой-то розыгрыш, — я услышала, как парень по ту сторону сдвинул щеколду, — я тебя прибью.

Едва дверца душевой приоткрылась, как меня одним мощным толчком зашвырнули внутрь, удерживая дверь снаружи, откуда теперь доносился заливистый смех.

Я замерла. Мощные потоки воды тотчас намочили волосы и одежду, включая ту, что я держала в руках. Обнажённый парень тоже замер в недоумении, только брезгливо поморщился, когда в слив потекла тёмная жижа, смывая с меня следы ночной «прогулки». Он даже не думал прикрыться руками, а я еле сдерживалась, чтобы случайно не скользнуть взглядом вниз, спасаясь от струй, заливавших глаза.

— Опять ты? — ухмыльнулся парень.

Только сейчас я поняла, что это он был ночью в лесу. Узнала его голос, чёрные глаза и мощные плечи. Теперь понятно, откуда у него такая спина, раз уж он ходит в бассейн по утрам.

— Привет, — ляпнула первое, что пришло на ум. По лицу стекла розовая струйка, смывая со светлых прядей краску. Сейчас я впервые пожалела, что предпочла стойким красителям специальные цветные мелки для волос, чтобы было проще менять цвет.

Мы оба слышали смех снаружи и видели мои тщетные попытки открыть дверь. Однако если мои щёки неконтролируемо наливались жаром, то Влада сложившаяся ситуация нисколько не смущала. Вместо этого он с высоты своего роста навис надо мной, опираясь ладонью о стену позади меня. Мыльная вода с его волос текла мне на лицо.

— Пришла поблагодарить за спасение? — ухмыльнулся он. — Ладно. Становись на колени.

— Что?.. — такой растерянной я ещё не бывала.

— На колени, — указал он направление свободной рукой, — и начинай благодарить.

И тут я окончательно растерялась. А как иначе в такой-то ситуации? Задышала чаще, но быстро взяла себя в руки. Приподнялась на цыпочках и прислонилась к его мокрой обнажённой груди стопкой вещей в руках, и, не показывая раздражения от его нахальных слов, медленно прошептала:

— А вдруг я кусаюсь?..

Теперь уже Влад взял секундную паузу, размышляя над ответом, а после выдал:

— Ну не помыться же ты ко мне запрыгнула.

— Технически, меня сюда насильно затолкали.

— Ты так глупа, что поверила Стасу и Каролине? — парень больше не нависал надо мной, как ни в чём не бывало выпрямился и продолжил мыть голову. — Весь пансион в курсе их приколов. Так они заполняют пустоту от угасших чувств.

— Не проще расстаться? — я держалась из последних сил, чтобы не скользнуть взглядом с крепкого торса к тонкой дорожке тёмный волос, ведущей вниз словно указатель.

— Вот сама у них и спросишь.

— Обязательно, как только они меня отсюда выпустят! — прокричала громко, вновь ударив ногой по дверце душевой. Лицо всё ещё горело, но я упрямо продолжала делать вид, что нисколько не смущена.

Смех за перегородкой внезапно стих и послышался женский вопль:

— Что вы делаете, болваны⁈ Там же мой парень!

На мгновение повисло молчание, а после Стас и Каролина снова захохотали, но уже не прямо за дверью. Не успела я её толкнуть, как створка сама распахнулась, а из прохода на меня смотрело разъярённое лицо хрупкой брюнетки. Такие даже сердиться убедительно не умеют: маленький рост, тонкие черты лица и кукольные длинные волосы.

— Алиса, расслабься, — отмахнулся Стас за её спиной. — Мы просто прикалывались.

Точно! Я уже видела эту девушку. Кажется, Марго назвала её Алисой Князевой и что-то там рассказывала про её крутого папашу. Я, конечно, слушала вполуха, но кое-что запомнила. Однако это и неважно, так, мимолётные мысли, пока выскакивала из душевой кабинки, подальше от обнажённого наглеца и хихикающей парочки. Хотела сразу уйти, не оборачиваясь, но Каролина перекрыла собой выход из помещения.

— Куда-то торопишься? — спросила она, не прекращая улыбаться.

— Да вот вещи промокли, — невозмутимо ответила я. — Надо бы просушить.

Меня так легко не смутить. Я им не жертва и не подушка для битья. Если подумали, что новенькая — это отличная цель, то скоро я их разочарую. Или сбегу раньше.

— Понравился мой парень⁈ — воскликнула за моей спиной Алиса, приближаясь.

— Думаю, тебе стоит обсудить случившееся со своими друзьями, — я искреннее пыталась сохранять самообладание и просто уйти, но они сами преградили мне дорогу, а потому не выдержала и добавила: — Хотя знаешь, он не был против моей компании.

— Дрянь! — только и успела прокричать злобная куколка, как душевая позади неё вновь распахнулась и наружу вышел Влад с полотенцем на бёдрах и остатками мыльной пены на плечах.

Все взгляды тотчас устремились на него.

— И кто из вас двоих умников решил подложить её под меня? — посмотрел он в сторону Стаса. — На будущее: неформалки не в моём вкусе.

Алиса пыхтела от злости, но всё равно демонстративно подошла к своему парню и обняла за влажный торс. Несмотря на случившееся, я снова подметила насколько они гармоничная пара: широкоплечий пловец и миниатюрная принцесса. Рада за них, лишь бы меня не впутывали.

— Наигрались?.. — обратилась к Каролине, закрывавшей собой выход. — Теперь я могу идти? Душ-то уже приняла, спасибо за помощь, кстати. Даю тебе десять секунд на раздумье.

Моё безразличие смутило девушку, и она даже сделала инстинктивный шаг в сторону, но тут же спохватилась и встала на прежнее место.

— Кто эта сумасшедшая? Ты её знаешь? — поинтересовалась Алиса, не отлипая от Влада.

— В первый раз вижу, — солгал он.

Как же… Но думаю для нас обоих будет лучше не рассказывать никому о ночной вылазке. Вряд ли и его прибывание в волчьем лесу было согласованным.

Мысленный отсчёт времени подошёл к концу, а Каролина так и не сошла с дороги. Что ж, её выбор. Я правда не собиралась ни с кем ссориться, но когда сами напрашиваются — преступление не ответить взаимностью. Ухмыльнувшись, я швырнула девушке в лицо стопку мокрых вещей, которые держала в руках.

— Фу-у! — завизжала она, смахивая с лица полотенце и отскакивая в сторону.

Хотела бы я уйти медленно и с гордо поднятой головой, но если судьба подкидывает возможность бежать, то я рвану не оглядываясь.

— Ты в лесу выросла? — спросила Марго, когда я вернулась в комнату всё в той же одежде с грязными земляными подтёками, только теперь из меня ещё и лилось, как от недожатого белья из стиральной машинки, а в кроссовках хлюпало.

— А что, богатые не так душ принимают? — сыронизировала Я. — Ещё скажи, что они одежду моют отдельно от тела? Это же такое расточительство!

Взгляд моей соседки в этот момент стал непередаваемым. В нём не осталось пренебрежения, один лишь шок.

— Шучу. Просто кое-что случилось по дороге.

— Расскажи! — потребовала она.

Я направилась к спортивной сумке с вещами, которая так и осталась неразобранной, и начала раздеваться, попутно в общих чертах рассказывая о дурацком инциденте в душе. Не хотела надевать учебную форму, но как оказалось, мама сложила мне с собой совсем немного вещей, часть из которых посеяла на голове Каролины. Так что нехотя, но мне пришлось подчиниться местному дресс-коду. Обувь оставила свою, как и плетёные браслеты на руках. Затем просушила волосы полотенцем: благо они у меня недлинные, всего лишь до плеч. А после приблизилась к зеркалу, чтобы привести в порядок лицо.

Вчерашняя тушь стекла, как и розовые мелки с волос. Но хуже всего выглядели царапины на щеках. Очистив кожу, я принялась наносить макияж по новой. Подкрасила глаза, ресницы и брови в тёмные тона, чтобы лицо контрастировало с выбеленными волосами и оттеняло ссадины, которые не смог скрыть даже тональный крем. Нанесла на отдельные пряди синие мелки в тон форме и расчесалась. Всё это время Марго паниковала и причитала:

— Нельзя тебе было ссориться с Алисой! — металась она по комнате. — Даже заговаривать с ней не стоило!

— Ни с кем я не ссорилась.

— Ты влезла в душ к её парню!

— Ты вообще слушала? Меня к нему затолкали!

— Это неважно! Теперь для Князевой ты враг и я за компанию!

Я промолчала. Переживания соседки казались мелочными и надуманными, ведь если её обожаемая Алиса хоть немного дружит с головой, то уже поняла, что в случившемся нет моей вины.

— Тебе ещё долго?

— А что? — мои ореховые глаза встретились с водянисто-голубыми в отражении зеркала.

— Не хочу опаздывать. Сегодня первое занятие общее для всех четырёх курсов.

— Иди без меня, — отмахнулась, поскольку и не планировала на него являться, как вдруг осознала, что если не приду, то все решат, что это из-за случившегося в душе. Ещё подумают, что я заперлась в комнате и реву в подушку. Подобное допустить не могла и пришлось добавить: — Хотя, знаешь, постой. Я почти закончила.

Со слов Марго я знала, что первое занятие будет общим для всех учащихся пансиона, но не была готова к тому, что оно пройдёт на улице в креслах-мешках. Прикольно, конечно, особенно если учесть, что мы за городом, вот только совсем не хотелось собираться с этими людьми в круг будто мы закадычные друзья.

Вячеслав Яковлевич стал единственным, кто сидел в обычном кресле, пока мы занимали свободные места. Присутствующих было около тридцати, как и в ученическом чате. Большинство давно знакомы между собой — это читалось в их развязном поведении. Многие соединяли свои «мешки» в диваны или ютились по несколько человек на одном. Вокруг царила атмосфера летнего лагеря и только мы с соседкой ощущали себя лишними.

— Разве его занятие не индивидуальное для каждого курса? — шёпотом спросила её я, усаживаясь поудобнее.

— Ты о вчерашнем? То была дополнительная беседа.

Марго определённо знала об этом месте больше меня и восхищалась каждым моментом. Потому и разочаровывалась сильнее, с завистью глядя на компании студентов. Ей хотелось находиться среди них, но мы были чужими.

— Прекрасное утро, не так ли? Ну-с, начнём, — заговорил профессор, когда собрались последние учащиеся. — Как вы уже знаете, есть много способов заглушить внутреннюю ярость. Самыми эффективными считаются: спорт и секс.

— У-у-у! — раздалось протяжное вокруг, а где-то даже послышались смешки.

Я закатила глаза от незрелости присутствующих, хотя в этом и правда имелся некий шарм с глупыми выкриками и тусовками на природе. Разве что костра не хватает, хотя уверена, они тут тоже водятся. Так, стоп, даже не думай проникаться! Эти ребята наверняка и над многочленами в своё время смеялись. И вообще у меня с ними ничего общего.

Преподаватель тем временем продолжил, не замечая сальных комментариев:

— Спорт очень помогает в контроле гнева. У мужчин он сильнее и требует выхода через соревновательность. Вы записываете?

Марго, как мне показалось, была единственной, кто конспектировал каждое слово. У большинства с собой даже не имелось блокнотов, но меня она заставила взять его с собой. Однако вместо записи этой чуши я зарисовывала очередной скетч. В голову то и дело лезли образы прошлой ночи: лес, тени за деревьями от света фонарика и большой чёрный волк на дороге. От мыслей о случившемся меня передёрнуло, а кожа на руках покрылась мурашками. Так что Вячеслава Яковлевича слушала хорошо если вполуха:

— Вас всех сжирает ярость, но с возрастом это чувство поутихнет, если мы научимся контролировать его сейчас во имя сохранения тайны, — на этом моменте я подняла глаза, зацепившись за любопытное слово. О какой такой тайне он говорит?..

— Здорово, да? — наклонилась и шепнула мне на ухо Марго.

— Я тоже услышала, — нахмурилась я. — Странно, правда?

— О чём это ты?

— А ты о чём? — кажется, мы говорили о разном.

— О том, что парней больше. Девушек всего десять, включая нас. Классно же!

— Закачаешься, — фыркнула, не став даже смотреть в сторону этих аборигенов.

И так с самого начала занятия наблюдаю, как они с любопытством пялятся на новеньких. У некоторых особенно плотоядные взгляды, от которых становится противно. Лишь Влад единожды пересёкся со мной взорами, после чего сразу отвернулся. Или это я отвернулась первой?.. Вероятно, всё произошло одновременно.

Только Тиму и Нику нет дела до того, что мы девушки. Ребята всё так же залипают в свои гаджеты соврав профессору, что конспектируют лекцию на смартфонах. А вот Алиса не сводит с меня глаз почти так же, как парни, однако тут же отводит взгляд и крепче вцепляется в локоть Влада, как только наши с ней взоры пересекаются. Зато Стас и Каролина полностью ко мне охладели, донимая теперь нового соседа по «мешку» глупыми шуточками. Стараниями этой парочки, в какой-то момент бедолага и вовсе остался без сиденья под собой.

А больше никого здесь и не знала, разве что белокурую блогершу Ульяну, протиравшую каждые пару минут очки без диоптрий вместо того, чтобы просто их снять.

Занятие продолжалось, а набросок в блокноте постепенно превращался в полноценный рисунок. Также поймала себя на мысли, что мне нравится такой подход к обучению. Спокойный голос Вячеслава Яковлевича расслаблял не хуже пения птиц над головой, а помимо удобных кресел-мешков и свежего воздуха во двор прикатили тележку с прохладительными напитками. Пансион всё больше напоминал загородный клуб богатеев, нежели учебное заведение.

— Чему здесь вообще учат? — спросила соседку. Не то чтобы я решила остаться здесь из-за пары вкусных коктейлей, нет, я всё ещё намерена сбежать. Просто вдруг стало любопытно.

Марго задумалась. Посмотрела на профессора и поняв, что тот не смотрит, прошептала:

— Здесь обучают лучших управленцев. Учат заключать выгодные сделки, разбираться в юридических тонкостях и управлять людьми. Отсюда выходят готовые генеральные директора, а родителям потом не страшно передавать дела своим детям.

— Это ведь даже ненастоящий универ! — слишком громко воскликнула я, после чего обеим пришлось опустить глаза из-за устремившихся к нам взглядов.

Выходит, меня лишили будущего художника-реставратора ради профессии, которая никогда не пригодится, ведь мне нечем и некем управлять. Если останусь, то выйду отсюда с дипломом, которым смогу разве что хвастаться перед родственниками на семейных застольях.

— Почему ненастоящий? — спросила соседка, когда профессор отвернулся. — Здесь многому учат: дипломатии, международным отношениям, праву, экономике и иностранным языкам. Я вот свободно говорю на английском и французском. Хочу выучить ещё парочку. Слышала, сейчас китайский набирает популярность. А ты какие уже знаешь?

— Русский, — тоскливо усмехнулась я.

— И?..

Хотелось ответить «матерный», но вместо этого лишь многозначительно пожала плечами. Может, это место и правда идеально для тех, кто уже родился состоятельным и нужно только научиться не быть агрессивным гадом с партнёрами по бизнесу, чтобы в будущем не профукать империю предков. Но в моём случае бесполезнее учёбы просто не придумать.

— И в заключение, — повысил голос преподаватель, — хотелось бы обсудить недавний инцидент.

Студенты зашушукались, а я отложила блокнот в сторону. В голову шло сразу два события и в обоих фигурировала моя непутёвая персона.

— О чём вы, Вячеслав Яковлевич? — поинтересовалась любопытная блогерша, направляя камеру на профессора.

— Убери телефон, Ульяна, — потребовал он. — Мне доложили о непристойном поведении, недопустимом для студентов нашего пансиона.

Шушуканье превратилось в смешки напополам с двусмысленными звуками. Кажется, большинство подумало об одном и том же. Хотя уверена, что отношения в пансионе не редкость и вряд ли влюблённые исправно спят каждый в своей постели.

— Александра Острова, — обратился ко мне преподаватель и улюлюканье вокруг резко стихло, — вы новенькая, я понимаю. К ним всегда повышенное внимание со стороны сверстников, пока сам студент переживает сильный стресс, стараясь влиться в новый коллектив. Особенно когда это происходить посреди учебного года. К тому же у девушек агрессия чаще всего проявляется через похоть, но врываться в душ к другому студенту…

У меня перехватило дыхание от лживости обвинения. Блокнот вместе с карандашом упал на траву, а пальцы намертво вцепились в края кресла-мешка. Я не сразу нашлась, чтобы ответить.

— Всё было не так! — вырвалось в итоге. Не самый убедительный аргумент. Да и не аргумент вовсе.

— Я сама всё видела своими глазами! — хмыкнула слева от меня Алиса.

— Она врёт! — теперь я ощущаю ярость, о которой тут столько говорят.

— Ты влезла в душ к моему парню! — не унималась врушка.

— Давайте успокоимся и спокойно всё обсудим, — Вячеслав Яковлевич попытался нас угомонить, но его тихий голос потерялся за криками.

Я вскочила на ноги, в то время как Алиса скрестила руки, а затем и ноги. Зашумели все, но мне не было дела до пошлых шуточек в мой адрес и поздравлений Влада с «распечаткой» новенькой. В сложившейся ситуации меня бесила несправедливость, а не насмешки окружающих.

— А ну заткнулись! — скомандовал Влад и его в отличие от учителя толпа послушалась, тотчас умолкнув. — У меня вопрос к вам, профессор: зачем выносить подобное на всеобщее обсуждение? Чего вы добиваетесь?

А ведь он прав. Что это как не публичная порка? За злостью и растерянностью я об этом даже не подумала, но теперь понимаю, насколько мерзко поступил преподаватель. Можно ведь было вызвать на откровенную беседу участников инцидента и спокойно во всём разобраться без лишних ушей.

— В пансионе запрещено распутство, — стушевался Вячеслав Яковлевич.

— Это не ответ на мой вопрос, — ухмыльнулся Влад, заставляя профессора нервно поёрзать в кресле. — И да, моя девушка, — он взял Алису за руку, отчего та моментально расцвела, — просто не так всё поняла. Новенькая всего-навсего заблудилась. Обычная ошибка человека, плохо знающего здание.

Объяснение из его уст звучало настолько убедительно, что я и сама почти поверила, хоть и знала, что никакая это не ошибка. Я не заблудилась, меня насильно затолкали в душевую кабинку к обнажённому парню. Вспомнив, как всё было на самом деле, магия от слов Влада моментально улетучилась. Он не стал подставлять меня, но и друзей не сдал. В итоге оказавшись таким же гадом, как и остальные.

— Александра, — вновь обратился ко мне преподаватель, — что скажете вы?

— Что скажу?.. — мой голос прозвучал неестественно грубо. — Да пошли вы!

Развернулась и быстрой походкой зашагала прочь с занятия под всеобщее улюлюканье. Вот только насмехались студенты не надо мной. Сегодня авторитет профессора серьёзно пошатнулся в глазах учащихся. Я даже не обернулась на его требование вернуться, лишь показала через плечо средний палец и продолжила идти.

Глава 3

— Гадство! — со всей дури пнула камень под ногами, никак не желая успокаиваться. — Вот же гадство!

Настолько сейчас зла, что готова снова бежать через лес полный волков. И сделала бы это, если бы на сей раз ворота, ведущие в чащу, не были закрыты. Пнув за компанию и их, вернулась к главным воротам, которые оказались ещё выше, а пики на концах прутьев острее. Неприятное ощущение невольницы лишь подогревало злость, отчего складывалось впечатление, что единственной проблемой студентов по контролю гнева является само это место!

Осмотревшись по сторонам, решила вернуться во двор. Уж точно не на занятие! Больше всего меня прельщал зелёный угол у самого забора с высоким старым клёном и подвесными качелями. Туда мало кто забредал, а я как раз искала уединения. К тому же стоит проверить получится ли перебраться через забор по стволу…

Вскарабкиваться на дерево средь бела дня, разумеется, не стала, лишь отметила, что ни одна достаточно толстая ветвь не достаёт до пик, а значит, и сбежать этим ходом не выйдет. Расстроенно вздохнула и опустилась на деревянное сиденье подвесных качелей. Руки легли на холодные цепи, а ноги оттолкнулись от земли. В голову тотчас пришла дурацкая мысль, от которой сама же и прыснула: «А если раскачаться настолько сильно, что получится перелететь через забор?..». Хорошо, что я художник, а не инженер.

Постепенно злость утихала, но на смену ей приходила тоска. Я резко затормозила, пробороздив землю под подошвами, и вытащила из кармана пиджака выданный смартфон. Пальцы по памяти принялись набирать номер мамы, а затем так же быстро его стёрли. Я всё ещё обижалась на неё, хоть и нуждалась в поддержке. Набрала другой номер, который вспомнила не с первого раза. Моя институтская подружка Света ответила не сразу и шёпотом:

— Кто это?.. Я на паре.

— Это Саша, — вздохнула я в трубку.

— Ты где⁈ — заорала девушка, а следом послышался хлопок двери. Она явно выбежала из аудитории. — Нам сказали, что ты перевелась! Что произошло? Почему твой номер отключён?

— Даже не знаю, с чего начать… — усмехнулась, а на лице появилась улыбка от звука голоса подруги.

— Ты хоть в порядке? Почему ничего не сказала⁈

— Сама ничего не знала. Меня насильно перевели.

— А это возможно?.. Ты же совершеннолетняя!

— Как оказалось… — вздохнула я, думая, как предупредить подругу о побеге. — Но я что-нибудь придумаю. Так что поскучай по мне ещё немного, а позже увидимся.

— Саш… тебя схватил маньяк, да?.. Подай сигнал, если не можешь сказать! Любой, я пойму! Надо было нам заранее придумать кодовое слово…

— Всё нормально, — остановила её я. — Нет никакого маньяка, я в пансионе для…

И тут звонок оборвался. Нас просто разъединили без каких-либо проблем со связью. Теперь Света точно подумает, что я нахожусь в подвале маньяка, выхватившего у меня из рук телефон.

— Да ладно, я же ничего такого не сказала! — возмутилась вслух, принявшись повторно набирать номер подруги, пока она не подняла панику на весь институт.

Сначала у неё было занято. Надеюсь, она не звонит в полицию… А после мне всё-таки удалось дозвониться, услышав со старта в трубке:

— Что это за новый номер у тебя такой, на который нельзя перезвонить?

— Выдали, а старый забрали. Давай больше не будем об этом, а то снова разъединят…

— Саш, ты меня пугаешь… Я волнуюсь за тебя.

— Всё, правда, хорошо… нормально. Маньяков тут нет. Ну… почти, — вдруг вспомнила, как утром меня затолкали в душ к обнажённому парню, которого это совершенно не смутило.

— Скинь хотя бы селфи на фоне этого пансиона, чтобы я убедилась, что ты в порядке, — предложила Света. — И покажи пальцы, чтобы понимала, что это не ИИ!

— Нейронки уже давно нормально их рисуют, — усмехнулась я.

— Я же ретроград, — хихикнула она в ответ. — Не разбираюсь во всём этом. Мне по душе кисть и холст, даже графический планшет не приемлю.

Попрощавшись с подругой, я, как она и просила, сделала селфи на фоне пансиона. Изобразила грустное лицо, а свободной рукой притворилась, будто вытираю несуществующие слёзы. Загрузила и отправила с припиской: «плак-плак…». Однако отправка вдруг зависла, словно пропало соединение с сетью или фото проходило какую-то внутреннюю проверку безопасности, о которой меня предупреждали, когда выдавали новый смартфон. Ладно, подожду.

Селфи не отправилось ни со второй, ни с десятой попытки. Что за бред?.. Неужели это из-за того, что на фоне мелькает злосчастный пансион? Его и показывать нельзя⁈ Подключение к интернету работало исправно. Убедилась в этом, когда залезла в ученический чат, но лучше бы не заходила, ведь снова все обсуждали меня и мою соседку Марго. Ульяне явно не хватало сенсаций в этом закрытом месте, а потому она никак не желала отстать от нас, мусоля каждую мелочь. Сейчас её внимание привлекли царапины на моём лице, полученные ночью в лесу. К счастью, о их истинном происхождении блогерша не знала, а потому строила нелепые теории:

«Кажется, новенькие подрались, и девица с футбольным мячом вместо лица победила! Видели какое исцарапанное лицо у нефорки? Даже косметика не помогла скрыть ссадины!».

Захотелось почитать комментарии, чего я обычно не делаю, но ветка состояла в основном из смеющихся реакций студентов и жалких попыток моей соседки оправдаться. И зачем она только полезла в этот спор?.. Пусть лучше боялись бы, думая, что Марго способна всем навалять, как мне. Пока изучала комментарии, в чате успел появиться новый «кружок» от Ульяны, заснявшей мой уход с занятия. На видео как раз попал непристойный жест, адресованный профессору, а ниже начали сыпаться новые реакции, состоящие в основном из смайликов того самого жеста, что показывала я, и всего один комментарий от незнакомой студентки Миланы: «Я не поняла. Так у новенькой с Владом было что-то в душе? Ставлю, что было!».

Профессионально закатив глаза, собиралась убрать телефон в карман пиджака, как в этот момент двор начал наполняться учащимися: похоже, занятие на креслах-мешках закончилось. Мне не хотелось выглядеть одинокой или растерянной, а потому я вновь упёрлась взглядом в смартфон, делая увлечённый вид. Принялась бесцельно листать ленту, глаза смотрели в экран, но ничего не видели. Мысли мои находились намного дальше студенческого чата, где-то по ту сторону забора этой элитной тюрьмы. Как бы хотелось сейчас взобраться по дереву и перепрыгнуть его на глазах у всех, крикнув на прощание:

— Чао, неудачники!

Увы, подобное осуществимо лишь в моих мечтах.

— Кажется, это принадлежит тебе, — прозвучал мужской голос совсем рядом, из-за чего я подскочила на сиденье, выронив смартфон из рук на землю. — Забыла, когда убегала.

Не дождавшись ответа, Влад швырнул мой блокнот для рисования мне на колени.

— Ты невежа, но рисуешь классно, — добавил он, ухмыльнувшись.

— А ты лгун! — вместо благодарности воскликнула я.

— Я выгородил тебя. Этого мало?..

— И нечего заглядывать в чужие блокноты!

— Так не надо его оставлять где ни попадя.

Хотела ответить какой-нибудь искромётной колкостью, но пока собиралась с мыслями, Влада окликнули:

— Милый, ну ты чего там застрял? Идём! — раздался голос Алисы, на который парень даже не обернулся.

— Чего ждёшь? Беги к своей девушке, — я скрестила на груди руки.

Парень и глазом не повёл, повторно ухмыльнулся и бросил напоследок:

— Нарисуй как-нибудь меня.

— Ещё чего! — сказала ему уже в спину.

Влад вернулся к Алисе, которая тотчас вцепилась в его локоть и смерила меня таким взглядом, будто готова убить при свидетелях. Я фыркнула себе под нос от мнительности девушки. За возвращённый блокнот, серьёзно? Или никак не забудет утренний инцидент в душе? В любом случае её парень интересовал меня не больше, чем все остальные в этом месте. Даже думать о них не хотелось, вместо этого открыла блокнот на незаконченном наброске чёрного волка, желая продолжить рисунок, как вдруг цепь на соседних подвесных качелях звякнула. Слева от меня сидел парень с русыми волосами чуть ниже ушей и широко улыбался.

— Привет! — поздоровался незнакомец.

— Чего тебе? — я не стала церемониться.

— Полегче, я же по-дружески!

— Да ну?..

— Будь добрее и люди к тебе потянутся!

— А оно мне надо? — сощурилась я. — К тому же, я даже имени твоего не знаю,друг .

— Богдан, — тут же представился он. — А ты… Алекс? Дала же ты жару Вячеславу Яковлевичу. Такое ещё нескоро забудется!

— Не собираюсь терпеть подобное отношение. И так нахожусь тут насильно.

— Ты не хотела здесь учиться?

— И не понимаю, почему остальные хотят.

— Выбора нет, — парень пожал плечами, продолжая смотреть на меня в упор и медленно покачиваться на качелях. Я же смотрела вперёд, вновь зацепившись взглядом за Влада с Алисой. — На него смотришь?.. На Волкова все так смотрят.

— И вовсе не смотрю! — показательно перевела глаза на своего соседа по качелям, встретившись с распахнутыми светло-карими омутами. — Так чего ты хотел на самом деле?

— Никаких скрытых мотивов. Просто познакомиться и проводить тебя на следующее занятие.

— Я не пойду.

— Из-за препода? Забей на него, чего одной тут сидеть? На физре весело.

— Спорт я люблю.

— Тем более! — Богдан вскочил с качелей, принявшись вытаскивать меня с моего насиженного места. — Вставай, иначе раскачаю!

— Ладно-о! — сдалась я. — Иду.

Я опаздывала. Марго в комнате уже не было, а потому смогла переодеться в спокойной обстановке. Белая приталенная футболка и синие короткие шортики сели как влитые. Волосы собирать не стала, лишь заложила боковые пряди за уши. С поиском площадки проблем тоже не возникло: Богдан ждал меня у выхода из здания, несмотря на опоздание.

— Готова?

— У тебя не будет проблем?

— Тебе не одной плевать на учёбу здесь, — заверил меня парень.

Вместе мы двинулись по одной из мраморных тропинок вокруг пансиона. Попутно он рассказал, что в тёплую пору года занятия чаще всего проводятся на свежем воздухе, хотя и имеется несколько спортивных залов, а ещё тренажёрный зал и бассейн. Про последнее, увы, я уже знала.

— Ты тоже на первом курсе? — спросила, когда проходили мимо волейбольной площадки.

— Нет, на третьем. Физкультура тоже общая, — тут же пояснил он. — Нас слишком мало, чтобы делиться на каждом предмете. Первый курс особенно малочисленный. Вас всего четверо, а раньше вообще было двое — Тим и Ник.

За волейбольной сеткой уже виднелась толпа белых футболок: парни разминались себе, девушки себе, хоть и в непосредственной близости друг от друга.

— Увидимся после занятия? — спросил Богдан. Его дружелюбие настораживало, но и внушало веру в это место.

— Бросаешь меня?

— Обещаю находиться неподалёку, — улыбнулся он. — Примерно в двадцати метрах от тебя. Найди свою соседку и просто… постарайся не разозлить ещё одного препода.

— Постараюсь, — хихикнула я.

Богдан направился к парням, которых было в два раза больше. Я же свернула к группе девушек, насчитывавшей всего десять человек, включая меня. Марго держалась в стороне, обхватив себя обеими руками, но завидев меня воспряла и тотчас бросилась навстречу.

— А вот и ты! — воскликнула соседка. — Боялась, что не придёшь. Пришлось бы быть единственной новенькой, а я со спортом как-то не очень…

Остальные восемь девушек делали разминку на ковриках, уделяя особое внимание растяжке.

— Блин, — занервничала Марго. — Я совсем не гибкая, а ты? Пожалуйста, скажи, что тоже!

— Тоже, — произнесла то, что она хотела услышать. На деле я очень гибкая: могу спокойно сесть на шпагат или закинуть ногу за голову. Ещё и колесо умею делать. Однако демонстрировать свои природные таланты не собираюсь.

Мы так и остались стоять в стороне, наблюдая за другими, пока к нам не приблизилась молодая женщина с короткой стрижкой, которую от учениц отличала лишь более закрытая спортивная форма.

— А вот и обещанное пополнение! — воскликнула преподавательница, растянув на круглом веснушчатом лице широкую улыбку. — Замечательно! Зовите меня Марина или просто тренер, обойдёмся без лишних формальностей. Присоединитесь? У нас тут полная свобода! Девочки в том году проголосовали за чирлидинг и гимнастику.

— Понаблюдаем для начала, — отмахнулась я. На этот раз соседка была со мной солидарна и охотно закивала.

— Ну, хорошо. Сегодня можете просто смотреть, — не стала настаивать тренер. А когда она отошла, Марго шепнула мне на ухо, встав на цыпочки:

— Это моя троюродная сестра.

— Да ладно!

— Ага, — закивала соседка. — Тут работают только приближённые в целях секретности. Моя семья до меня не входила в избранный круг, лишь некоторые дальние родственники. Теперь всё изменится.

— Да о какой-такой секретности вы все говорите⁈ — не выдержала я. — Все и так в курсе, что вы богачи!

— Я… я и сама не всё знаю, а то, что смогла выяснить или подслушать не имею права разглашать.

Не стала настаивать и вытягивать информацию клещами. Хоть вся эта таинственность и интриговала, я упорно отказывалась погружаться в жизнь пансиона. Пусть их секреты останутся при них, только меня отпустите.

Я следила за девушками на ковриках, отмечая разный уровень подготовки. Больше всех своей грацией выделялась Алиса, будучи почти такой же гибкой, как я, только её движения куда изящнее, а фигура рельефнее. При невысоком росте она имеет довольно длинные ноги, округлые бёдра и узкую талию — самая настоящая миниатюрная красавица. Я же выше её на целую голову, а моя фигура хоть и тонкая, но ничем не примечательная. Без мягких округлостей и выраженной женственности. Мне всегда больше шёл уличный стиль, в то время как платья смотрелись инородно.

— Алиса капитан, — Марго заметила мой взгляд, — несмотря на то, что она только на втором курсе. Это она в том году предложила сделать чирлидинг основным видом спорта для девушек пансиона.

— Вряд ли эти танцульки вообще можно считать полноценным спортом… — хмыкнула я, переводя взгляд в сторону парней.

Часть ребят соревновались в армрестлинге, доказывая друг другу своё превосходство. Другая же половина занималась борьбой на матах под пристальным надсмотром мускулистого тренера. А некоторые, вроде Тима и Ника, сидели поодаль, залипая в смартфоны. Я принялась глазами разыскивать Богдана, но наткнулась на широкую спину Влада, готового взойти на мат против Стаса, устроившего мне весёлое утро. Сложно сказать, кому я сильнее желала проигрыша.

— Борьба помогает в контроле гнева, — сообщила Марго.

— Откуда знаешь?

— Слышала от других. Если нам можно выбирать занятие, то у парней борьба обязательная.

— Так ли уж можно?.. — нахмурилась я. — Это ведь Алиса захотела чирлидинг.

— Да, но… с ней никто не стал бы спорить. Она же невеста Волкова.

— Невеста?.. — удивилась я. Хмурые брови поползли на лоб.

— Ага, — закивала девушка. — Их обручили ещё в детстве. Она хотела выйти замуж ещё в восемнадцать, но Влад настоял закончить сначала учёбу.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Обожаю подслушивать и умею делать это незаметно, — весело хихикнула она, словно это полезный навык, а не дурная привычка.

Ничего не ответив, перевела взгляд на маты, где вовсю боролись Влад со Стасом. Оба парня крупные, поджарые и такие мерзкие. По объективным признакам они красивы, но оттого столь зазнавшиеся гады. Любопытно посмотреть, как два равноценных эго борются за победу. Уверена, ни один из них не привык к проигрышам.

— Они оба с четвёртого курса, — доложила соседка, не выдержав затянувшегося молчания. — Ты за кого болеешь? Я за Влада.

— Почему за него? — уточнила я.

Девушка лишь пожала плечами, не став отвечать на вопрос, но её горящие глаза говорили лучше любых слов. Если она и не влюблена в Волкова из-за Алисы, то очень бы этого хотела.

Переведя взгляд с соседки снова на маты, застала момент, как Влад одерживал верх над Стасом, который никак не желал сдаваться. Он краснел и пыхтел, не в силах совладать с противником. На мгновение мне даже почудилось, будто его глаза засветились, а затем парень применил запрещённый приём, за что и получил автоматическое поражение от тренера.

— Так и знала, что Влад победит! — воскликнула девушка, но тотчас зажала рот руками, пока Алиса не услышала.

Следующим на мат вышел Богдан и незнакомый мне светловолосый парень. Я хотела последить за боем новоиспечённого знакомого, но тренеру Марине надоело наше бездельничество:

— Я разрешила вам не заниматься сегодня, чтобы вы понаблюдали за девочками, а не мальчиками! — рявкнула она.

— Прости… те, — опомнилась Марго, и нам нехотя пришлось переключиться на тренировку чирлидерш.

Несмотря на нежный голос, Алиса строгий капитан, нетерпящий ошибок. Складывалось ощущение, что девочек она буквально запугала, из-за чего даже блогерша Ульяна боялась открыть рот и покорно следовала указаниям.

— Милана, лезь на верхушку пирамиды! — скомандовала невеста Влада.

— Я?.. Но я же никогда… — стушевалась девушка, явно понимая, что не подходит для этой роли, являясь самой высокой и крупной из восьмёрки. Сама Алиса подходила на эту роль куда как лучше.

— Я сказала, пробуем с новым флаером!

Никто ничего не сказал, хоть недовольство читалось на каждом лице, кроме Миланы. Её обуял страх, и тем не менее она смирилась с решением капитана, начав взбираться наверх.

— Ай! — воскликнула Ульяна. — Осторожнее!

— Ты тяжёлая! — возмутилась Каролина.

Я молча наблюдала за тем, как смуглая шатенка балансирует на плечах студенток. В ней чувствовалась восточная кровь, и не только в оттенке кожи, но и в крепком телосложении. Ей намного больше подходила роль базы в пирамиде.

— Вставай! — скомандовала Алиса, наблюдая за тем, как девушка страшится выпрямиться во весь рост. — Живо!

Глаза Миланы заблестели, отчего стали зеленее. Невзирая на страх она принялась выпрямляться, а спустя мгновение уже летела вниз лицом вперёд. Я не успела понять: расступились ли остальные девушки от испуга в последний момент или же сами стали причиной падения. Ведь не зря в чирлидинге предусмотрена роль споттера, который должен страховать флаера в подобных ситуациях.

— Моя рука! — студентка схватилась за локоть. — Как же больно!

— Упс, кажется, что-то хрустнуло… — усмехнулась Алиса. Милана расплакалась, но капитану и этого показалось мало: — Нечего было писать в чате комментарии о моём Владе и этой… новенькой.

Из ниоткуда показалась тренер Марина, бегом обогнув нас с Марго и опустившись на корточки перед Миланой.

— Что случилось? Расступитесь! — перепугалась она, хотя никто и не преграждал ей путь к пострадавшей девушке. — Покажи! Так больно?

— Ай!

— Возможен перелом. Тебе срочно нужно в травмпункт. Как это вышло? — Марина поднялась на ноги и рассмотрела оставшихся семерых. — Кто поставил Милану наверх? Кому в голову пришла это гениальная мысль, признавайтесь!

— Мне, — надменно и без страха заявила Алиса. — И вам лучше не лезть в это, тренер.

Марина собиралась помочь Милане подняться, как вдруг та оттолкнула от себя руку тренера, а лицо исказилось в гримасе такой ярости, что мне даже показалось, будто её зелёные глаза засветились жёлтым светом. Затем девушка натурально зарычала и… о боже! Я завопила от ужаса, когда в одно мгновение смуглянка превратилась в огромного серого волка, прихрамывающего на переднюю лапу. Марго бросилась бежать, тогда как я впала в ступор, не в силах сдвинуться с места. Я не смотрела на остальных, только на зверя, но была готова поклясться, что другие ребята никак не отреагировали на творящуюся чертовщину. Разве что Алиса сделала осторожный шаг назад со словами:

— Ай-я-яй, кому-то не помешает дополнительный урок по контролю гнева.

Её слова стали последним, что я услышала. Волчью морду сменили облака, завертевшиеся на небосводе, и наступила ночь.

Кажется, я закричала раньше, чем распахнула глаза. Сама не знаю почему, но сердце колотилось, а пальцы дрожали. Мне было страшно. Собирая по крупицам воспоминания, не сразу поверила собственным мыслям. Чирлидинг… Сломанная рука Миланы… Огромный серый волк. Почти поверила, что приснился ночной кошмар, после которого участилось сердцебиение и сбилось дыхание. Но чем дольше вращала в голове образы, тем отчётливее понимала, что я всё это видела наяву мгновение назад. Вот только на деле прошло гораздо больше времени…

Я лежала на узкой кровати не в своей комнате, а за окном царили сумерки. Сбоку виднелся маленький столик на металлических ножках с колёсиками и стеллаж, сильно напоминающий те, что можно увидеть во врачебных кабинетах. Выходит, я в больнице. Или в дурдоме?.. Сама я ощущала себя вполне здоровой и разумной, невзирая на невероятность воспроизведённых воспоминаний. Возможно, страдающие шизофренией так себя и чувствуют, словно это мир вокруг сошёл с ума, а не они сами.

Нет, я не сошла с ума. Я видела то, что видела!

Решительно вскочила с постели, ощутив лёгкое головокружение. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, а синий ученический пиджак висел на спинке стула. Обувь стояла под ним, между всех четырёх ножек. Я тут же бросилась к своим вещам, но замерла на полпути, когда взгляд устремился к окну, разрушая все надежды. Я не находилась ни в больнице, ни в психушке, а всё ещё томилась в стенах пансиона, где творилась неведомая чертовщина. Вероятно, после потери сознания меня поместили куда-то вроде больничной палаты, что никак не приближало к свободе. Однако и решимости не умаляло.

— Я должна отсюда сбежать этой же ночью! — приказала самой себе, зашнуровывая кеды. — Даже если придётся лезть через забор с острыми пиками и пробираться сквозь волчий лес.

Внезапно воспоминания о волках и распахнутых в ту ночь воротах предстали в совсем ином свете. Что если… не может быть! Но в ту ночь было полнолуние… Какая чушь! Я отказывалась верить своим мыслям, хоть и была уверена в их подлинности. Я не сходила с ума и мне не привиделось. Вся эта болтовня о тайном обществе, секреты, контроль гнева… Невообразимым образом мозаика складывалась в цельную картину, в которую пусть и сложно поверить, но невозможно отрицать, когда видела всё собственными глазами.

Накинув на плечи пиджак и проверив в кармане смартфон, двинулась к двери, но у самой ручки остановилась. Развернулась и бросилась к окну. Второй этаж, но карниз широкий. Оба пути представляли собой разную степень опасности: выйду через дверь и меня может перехватить какая-нибудь дежурная санитарка. Выпрыгну в окно и покалечусь, не залечив прошлые ссадины и царапины. Поколебавшись несколько мгновений, всё же приняла решение выбираться через окно. В своей проворности я была уверена, а неуклюжестью никогда не страдала. К тому же как я собираюсь перелезть через высокий забор, если даже с обычным окном не справлюсь? Вот пусть и будет своеобразной разминкой.

Настежь распахнула окно и выглянула вниз, убедившись, что во дворе никого. Затем вылезла сама, упёршись ногами о карниз. Прыгать со второго этажа не опасно, хотя сломанная рука Миланы со мной бы поспорила. Однако уверена, что лучше контролирую своё тело, хоть сверху всё кажется выше, чем на самом деле. Никогда не страдала страхом высоты и тем не менее колеблюсь. Главное, не смотреть вниз. Развернулась лицом к палате и медленно повела ноги вниз, руками продолжая цепляться за оконную раму. Когда обе ноги свисали, принялась по одной перемещать руки на карниз. Цепляться за него неудобно, а в руках не столько сил, чтобы надолго удержать себя навесу. Не успела вторая рука оторваться от оконной рамы, как первая не удержалась за карниз, и я полетела вниз. От неожиданности взвизгнула, но благо негромко. Падение оказалось ощутимым и копчику понадобится время, чтобы восстановиться, но в остальном всё получилось. Хоть и убегала в кусты, шипя от боли и растирая пятую точку ладонью.

Старалась держаться поближе к забору, скрываясь за густой растительностью. В некоторых окнах ещё горел свет и это нервировало. Перебежками добралась до старого клёна с качелями, но прежде, чем лезть на дерево, всмотрелась в ворота, ведущие в лес. Увы, они снова были заперты. К главным воротам даже не видела смысла приближаться, слишком рискованно. Значит, клён.

Копчик ещё ныл, но я не жалеть себя сюда пришла. А потому невзирая на боль и скованность движений принялась взбираться на дерево. Кора оцарапала ладони, но это было терпимо. Зато когда соскользнула нога и колено прочесало шершавый ствол, я еле сдержалась, чтобы не запищать. Пришлось обойтись глухим шипением, хотя слёзы и скопились в уголках глаз. Сдирать коленки всегда неприятно, но оцарапать ещё незажившие прошлые ссадины стократ больнее.

Самое сложное оставалось впереди. Я преодолела толстый ствол, очутившись на основании одной из ветвей, а дальше она утончалась. Выдержит ли она мой вес, позволяя добраться до верхушки забора? На самом заборе не за что уцепиться, чтобы залезть по нему наверх, даже если забыть о пиках. Он представлял собой вертикальную решётку без каких-либо кованных узоров и выступов, куда можно было бы поставить ногу. Оставалось надеяться, что старый клён меня выдержит и подсобит в побеге.

Я медленно поползла вперёд, чувствуя, как мало-помалу ветвь подо мной клонится вниз. Сложно сказать, как в такой ситуации лучше поступить: ускориться или наоборот двигаться очень медленно и осторожно? Я не знала, но тело велело не торопиться, аккуратно переставляя ободранные коленки вперёд. В очередной раз поморщившись и зашипев от боли, в глазах побелело, а уже в следующее мгновение я поняла, что в лицо мне светит фонарик.

— А ну слазь оттуда! — потребовал мужской голос внизу.

Только успела поглубже втянуть в себя воздух, как ветвь подо мной треснула и переломилась, сбрасывая меня на землю. Всё произошло так быстро, что я даже не успела понять, что попалась. Досадное осознание пришло со следующими словами сторожа:

— Как надоели! Вечно кто-то пытается сбежать ночью в клуб! — прорычал мужчина, хватая меня под локоть. — Теперь от наказания не отвертишься, ещё и штраф за порчу имущества получишь! Хотя вас богачей это совершенно не заботит.

Я ничего не ответила. Все мои мысли были лишь о повторно отбитом копчике и саднящих коленях. Мужчина дёрнул меня в сторону пансиона, заставляя идти быстрее, хотя я с трудом переставляла ноги, но ему на это было всё равно. Я снова зашипела от боли.

— Ушиблась? Так и надо! — фыркнул он. — Нечего по ночам сбегать к своим хахалям!

— Она не сбегала, но про второе верно подмечено, — раздался другой голос из темноты. — Хотя мне и не нравится, когда меня так называют…

— Волков?.. — стушевался сторож. — Я же не о вас говорил, думал…

— Она со мной. Я разрешил ей выйти после отбоя.

— На каких основаниях?

— У нас свидание, — невозмутимо ответил Влад, медленно выныривая из полумрака.

— Выходить после отбоя можно только четверокурсникам…

— И тем не менее она здесь, — парень остановился в метре от нас. — Или ты хочешь и обо мне доложить?..

— Нет! Конечно нет! — мужчина отпустил мой локоть и попятился назад. — Я ничего не видел!

Выключил фонарик, после чего воровато осмотрелся по сторонам и убежал. Когда его и след простыл, я опомнилась и заговорила:

— Ты опять соврал!

— И опять спас тебя. Уже во второй раз, — невозмутимо ответил парень.

Сделал ещё два шага по направлению ко мне, не вынимая рук из карманов штанов, из-за чего его походка смотрелась надменнее обычного.

— Что ты тут делаешь? — спросил он куда менее высокомерно, нежели общался со сторожем. — Не надоело калечится? На тебе уже живого места нет.

— Не твоё дело! — разом ответила на оба вопроса.

— Неужто?.. Опять пытаешься сбежать? Если так, то это и моё дело.

— И что с того? Я тут всё равно лишняя, — скрестила на груди руки, переминаясь с ноги на ногу. Копчик всё ещё страшно ныл. — Вы тут все сумасшедшие и Милана…

— Так вот в чём дело, — усмехнулся парень. — Не думал, что ты такая трусиха. В душе вела себя на удивление смело, несмотря на ситуацию.

— Ты сравниваешь голого парня с… — я не знала, как назвать то, что я видела.

— Оборотнем, — подсказал Влад.

— Оборотень… — попробовала на вкус это слово. — Меня никогда отсюда не выпустят, да? Зачем я вам? Чтобы съесть?

Парень рассмеялся. Я терпеливо подождала, пока он успокоится и снова заговорит:

— Это не тюрьма, а школа. А остальное скоро сама узнаешь.

— Скажи!

— Иди спать. Утром мысли улягутся и полегчает, — он уже собирался развернуться и уйти, когда я грубо схватила его за край пиджака, удерживая на месте.

Влад посмотрел на мои сбитые пальцы как на нечто недопустимое. Что-то, что не имело права его касаться. Однако руки не одёрнул.

— Теперь ты точно должна мне рисунок. Отдашь, когда закончишь.

— О чём ты?..

— О чёрном волке в лесу. Неплохо вышло, — сказав это, он-таки одёрнул рукав и снова исчез во мраке.

Так это был он… От осознания меня замутило, а может просто сотрясение. Только его и не хватало для полноты картины.

Глава 4

Мне снился лес, волки и обнажённый Влад. Как и наяву, во сне я старательно пыталась не смотреть вниз, но всё равно мельком зацепила его мужское достоинство, вздымающееся к ночному небу. Но что хуже всего — я тоже была голой и, в отличие от меня, он совершенно не стеснялся рассматривать мою наготу. Попыталась прикрыться руками, тогда парень грубо одёрнул их в стороны, прижимая запястья к стволу дерева позади нас. Кора впилась в кожу, и я поморщилась, но ему было всё равно. Влад продолжал удерживать меня, невзирая на мольбы. Я просила его остановиться, отпустить меня и помочь сбежать, а он лишь ухмылялся и шептал:

— Твоё место здесь…

Проснулась резко. Внизу живота тянуло, но зато голова больше не кружилась, только саднили колени. С приходом рассвета мне действительно полегчало, но не настолько чтобы считать увиденное нормой. После такого даже с постели вставать не хотелось, только смотреть в потолок и думать, думать, думать…

Ночью я вернулась в свою комнату. Соседка уже спала и ничего не заметила. При этом я проснулась раньше неё, хотя чему удивляться после пошатанных нервов? Тихонько взяла смартфон с прикроватной тумбы и залезла в ученический чат, узнать, что думают о вчерашних событиях остальные, но вместо этого наткнулась на очередной «кружок» от Ульяны, посвящённый мне:

«Кажется, наша нефорка не так проста! — хихикнула в камеру блогерша. — Утром заваливается в душ к Волкову, а уже к обеду мило беседует на качелях со Стрельским. Я правильно произнесла его фамилию?.. — обратилась она к кому-то позади себя. — Кто-то что-то знает об этом парне? Он такой скрытный…».

Кажется, я ненароком затащила Богдана в пучину сплетен. С другой стороны, он сам заговорил со мной и предложил проводить на физкультуру. Я не напрашивалась к нему в друзья. А вот почему всех так колышет моя личная жизни — понять не могу, учитывая, что тут творятся вещи куда страшнее и невероятнее, чем новенькая ученица посреди учебного года. Марго в этом плане повезло больше: её словно не замечали. Если и упоминали, то только вкупе со мной, но никогда в отдельности. Хотела бы я оказаться на её месте.

Не успела заблокировать экран и убрать смартфон обратно на тумбочку, как он зазвонил. Номер не был вбит в контакты, но я и так узнала абонента по последним цифрам. Удивительно, что она вообще смогла дозвониться. Света ведь не смогла. Сначала хотела сбросить звонок, но резко передумала. Вскочила с кровати и вышла из комнаты, чтобы не тревожить сон соседки. И только после этого ответила:

— Вспомнила, что у тебя есть дочь? — вместо приветствия прошипела я.

— Не сердись, Сашунь. Я еле добилась возможности связаться с тобой, — вздохнула мама. — Столько бумажек заполнила и проверок прошла, чтобы иметь возможность позвонить. Давай не будем ругаться?

— Так зачем сдала меня сюда? Тебе денег предложили?

Я понимала, что если ляпну что-то лишнее, снова разъединят. Поэтому старалась осторожно подбирать слова, но обида на маму так и сочилась из каждого моего слова.

— Ты действительно думаешь, что мне заплатили? — одновременно удивилась и оскорбилась она. — Мне выбора не предоставили! К тому же это шанс для тебя…

— Шанс для чего?.. Не смеши, мам! То, чему здесь учат — не пригодится мне в жизни!

— Учёба — это ещё не всё…

— Это я уже и без тебя поняла, — мы обе понимали о чём речь и обе обходили стороной прямые упоминания.

— К тому же я подумала, что ты можешь удачно выйти замуж и не повторить моей судьбы… Знаю, что пока тебя это не волнует, но придёт время и…

— Не говори глупостей, мам! — разозлилась я. Её ошибки — это её ошибки. И по части личной жизни я никогда не приму её совета.

— Хорошо, замолкаю, — вздохнула она. — Как ты, Саша? Освоилась?

Голос мамы стал грустным, из-за чего я больше не могла на неё злиться. У неё была только я и больше никого. Я одна её всегда поддерживала и научилась сдерживать слёзы за нас двоих. Вот и сейчас, несмотря на обиду, я не желала её расстраивать, а потому солгала без зазрения совести:

— Да, всё отлично.

— Нашла друзей?

— Конечно. И много. Все здесь очень… приветливые.

— Я так рада хотя бы этому! — вздохнула она с облегчением. — Тебя насильно перевели, но я надеялась, что в итоге тебе там понравится, раз уж выбора всё равно нет…

Мы проболтали около получаса. В коридорах начало появляться всё больше сонных студентов, начинающих новый день. Мне не хотелось говорить в их присутствии, да и чем дольше болтали с мамой, тем отчётливее её речь наполнялась слезами при рассказе, как сильно она по мне скучает. Если заплачет, то я зависну на телефоне ещё минимум на час. Так что, почувствовав в её голосе дрожащие нотки, поспешила попрощаться, сославшись на подготовку к утреннему занятию.

Когда вернулась в комнату, Марго уже не спала. Соседка неспешно приводила себя в порядок, словно вчера ничего и не произошло. Не было большого серого волка и её крикливого побега. С другой стороны, я ведь и сама вела себя вполне буднично. Вчера мы обе узнали об этом странном месте чуточку больше и теперь каждая переваривала увиденное по-своему.

— Как ты? — с ходу спросила я.

— Отлично, — отрезала девушка, продолжая смотреть в зеркало и расчёсывать волосы. Затем всё же повернулась и рассмотрела меня с головы до ног: — А вот ты выглядишь ужасно.

— Что ты обо всём этом думаешь?

— Что не стоит задавать лишних вопросов, пока они сами нам обо всём не расскажут, — Марго была непреклонна в своём стремлении учиться здесь. Отвернулась обратно к зеркалу и с новой силой принялась укладывать непослушные каштаново-рыжие локоны в причёску.

— Тебе действительно неинтересно? Или ты уже знала? — я скрестила на груди руки.

— Я… догадывалась.

— То есть?.. — я сделала несколько шагов по направлению к ней. Девушка больше не оборачивалась.

— Неважно…

— Подслушала? — тут же предположила я, исходя из того, что знала о своей соседке.

Марго недовольно вздохнула, но всё же заговорила:

— Ладно. Да, я подслушивала. А ещё кое-что вытащила из Марины до поступления. Больше ничего не скажу, если об этом станет известно, она потеряет работу! Знаешь, сколько тут платят тренерам?

— Честно говоря, всё равно.

— Вот и славно. И нечего об этом болтать, пока с нами не заговорят. А теперь в душ, завтракать и на занятия.

Я хотела возразить, но душ мне и правда не помешает, тем более что на этот раз при помощи соседки наконец смогу его отыскать.

Не то, чтобы я рвалась в новый учебный день. Уж точно не после того, что видела вчера, и не с незаживающими ссадинами на теле. Однако меня изнутри сжирало любопытство: какие тайны это место ещё может хранить? Как художнику и человеку с недюжинной фантазией, мне в какой-то степени даже приятно приоткрыть мистическую завесу. Мир всегда казался мне слишком… обычным. Скучным. Так неужели я ошибалась? И все вокруг ошибались, пока их водили за нос? Меня всё ещё пугала перспектива быть съеденной, но не думаю, что это может произойти на глазах у всех. Надеюсь…

Первым занятием сегодня стояла «Дипломатия». Я даже тетрадь с собой не взяла, только блокнот для рисования и парочку заточенных карандашей. И раньше не особо любила теоретические занятия, а теперь и подавно не видела смысла в учёбе. Мне всегда были ближе практические навыки, и я не только о творчестве. Для заучивания всегда была слишком ленивой и неусидчивой. Как говорили учителя: «Александра постоянно витает в облаках вместо того, чтобы слушать!». Со временем витать в облаках я перестала, но и учиться лучше не начала. Благо, для поступления в институт важнее всего оказались мои художественные навыки, с лихвой перекрывшие невысокие баллы по предметам.

На занятии нас присутствовало всего четверо: мы с Марго и Тим с Ником. Нас привели в очередной класс, больше напоминающие кабинет генерального директора какой-нибудь новомодной IT-компании. Если кабинет Вячеслава Яковлевича оформлен в классическом стиле, то это помещение поражало новизной и технологичностью. Всё включалось и выключалось голосовыми командами преподавателя, чьё имя я даже не потрудилась запомнить. А зачем? Я так и не оставила мечту сбежать отсюда как можно дальше.

Каждому из нас предоставили по новенькому ноутбуку, который я включила для видимости, создавая эффект светящегося в лицо экрана. А сама положила на клавиатуру блокнот, продолжив рисовать чёрного волка. Выходит, это и правда был Влад?.. Сам он не говорил, это я сделала выводы. Волей-неволей, морда чёрного волка начала приобретать его черты. А следом вспомнился сон и обнажённое тело Влада… Неужели тогда в душе я в мельчайших подробностях запомнила все его выпуклости? И ведь старалась не смотреть! По коже тотчас прокатилась волна леденящих мурашек, отчего я с шумом захлопнула блокнот.

Мужчина средних лет, вещавший что-то об умении искать компромиссы и договариваться, вдруг замолчал. Обратился к голосовому помощнику, погасившему в кабине свет, и включил проектор. На гладкой белой стене появились какие-то скучные графики и термины. Осмотревшись по сторонам, я заметила, как Тим и Ник играют на ноутбуках и только Марго с лицом отличницы кивает и конспектирует всё в тетрадь, вместо компьютера.

— Пс-с! — привлекла к себе её внимание, хоть и знала, что соседка ненавидит, когда её отвлекают от учёбы. — Все преподаватели в курсе?.. Ну, ты поняла о чём именно.

— Да, — бросила она, не поворачиваясь ко мне лицом. — Не отвлекай.

— То есть им знать можно?

— Большая часть преподавательского состава родственники или супруги из обучающихся здесь семей. Иногда приходиться искать на стороне, но в таких случаях преподаватели подписывают договор о неразглашении и соглашаются на круглосуточную прослушку, — сообщила Марго. — Но с большего все здесь посвящённые, как моя сестра Марина.

— Удивительно, что богатенькие родственники по своей воле соглашаются преподавать, — хмыкнула я. — В том плане, что могли бы вовсе не работать.

— Не все они богаты. Я о дальнем родстве и тех, кому посчастливилось стать вхожими в старинные семьи через брак. — Я захлопала ресницами, не понимая, что соседка имеет в виду. Вздохнув, она пояснила: — В пансионе учится тридцать один студент, из которых только десять девушек.

— И?..

— В почёте «чистые» династические браки, но они недоступны всем из-за постоянного перевеса в мужскую сторону. К тому же большинство здесь так или иначе приходятся друг другу родственниками, что ещё сильнее сокращает число потенциальных пар. Как минимум треть будет вынуждена строить семьи с непосвящёнными.

— Непосвящёнными?.. — я понимала её слова, но отказывалась верить. Боялась осознать, что сама теперь отношусь к «посвящённым».

— Мешаться с обычными людьми, — соседка озвучила страшную догадку. — Это ведь может привести к рождению таких же обычных людей, как моя семья. Я первая за несколько поколений унаследовала гены дальнего родственника и смогла попасть сюда, а мои родители уже начали получать «жирные» контракты. Жаль только Волковы не торопятся с ними сотрудничать.

— Откуда ты всё это знаешь? — Сколько же Марго мне недоговаривает.

— Знаю и всё, — пожала она плечами. — Ты тоже сможешь преподавать здесь в будущем, если начнёшь учиться сейчас.

— Делать мне нечего!

— А зря. В пансионе столько платят, что всю семью можно содержать. Ты ведь, как и я, тоже из бедных.

Я прыснула, вспомнив, что Марго и правда считает себя бедной на фоне остальных. Кто же тогда я? Нищая?.. Возможно, в её словах даже имелась доля истины. Когда в пансионе поймут, что я не одна из них, а случайно посвящённая, то в будущем могла бы начать на этом зарабатывать, став, например, тренером… Нет, о чём я только думаю! Я всё ещё не оставила мечту стать художницей. Никогда и не надеялась на большой заработок, лишь на наличие реальной профессии, которая будет приносить мне какой-никакой доход. Но можно ведь работать здесь и писать картины для души… Я что, торгуюсь сама с собой⁈

— А обслуживающий персонал? — спросила я. Сомневаюсь, что простые работяги тоже из посвящённых.

— Все, включая сторожей и садовников, подписывают договор о неразглашении. Цена нарушения — всё. Буквально всё. Имущество и может даже жизнь, если взболтнут лишнего.

— И зачем кому-то соглашаться на подобные условия⁈

— Сколько ещё раз мне нужно повторить? — раздражилась соседка. — Здесь. Очень. Хорошо. Платят.

Оставался последний вопрос, который я боялась задать. И даже когда наконец решилась, не смогла полностью его озвучить:

— Но мы ведь сами не…

— Это лишь вопрос времени, — поняла меня Марго. В её голосе не чувствовалось страха, но я испугалась.

Тут точно какая-то ошибка! Нет у меня в роду подобного. Ни одной старинной байки!

— Ты побледнела… — заметила девушка.

— Наверное, — я сглотнула ком, образовавшийся в горле.

— И может начнёшь наконец учиться, а не рисовать?

— Тебе-то какая разница?

— В принципе, никакой, — она пожала плечами и отвернулась.

Мы не разговаривали до конца занятия. Я рисовала и думала о своём, а Марго усердно конспектировала каждое слово.

День тянулся медленно. Я еле досидела до обеда, поглощая столь полезные «знания». Рисунок чёрного волка был почти закончен, а ладони потемнели от следов карандаша. Как оказалось, на сегодня у меня осталось всего одно занятие, на которое я нехотя тащилась позади Марго, а она следовала по пятам за Тимом и Ником. Однокурсники так с нами и не разговаривали, но, справедливости ради, они и друг с другом особо не болтали, предпочитая смартфоны живому общению. Задроты, что с них взять.

Меня сразу же насторожило, что занятие пройдёт не в здании, но и не совсем на улице, а за высокой глухой оградой под открытым небом. Для чего вообще нужна подобная пристройка?.. То, что находилось внутри, смущало не меньше: какие-то плетёные коврики и благовония, а ещё портативная колонка, из которой вырывались звуки горлового пения.

Внутри нас ожидал молодой мужчина в цветастом японском хаори поверх белой футболки с глубоким вырезом, открывавшим вид на татуировку, змеившуюся от шеи на грудь. Как и тренер Марина, он тоже попросил нас обращаться к нему без формальностей на «ты» и называть просто Демьяном.

Демьян мало походил на настоящего преподавателя. На вид ему было не больше двадцати пяти, а из-за причудливого стиля и манеры речи можно дать и того меньше.

— Закройте глаза, — велел он, когда все четверо опустились на мягкие коврики. — Вдохните поглубже и вслушайтесь.

Я не торопилась следовать указаниям и просто наблюдала за тем, как мужчина со смартфона переключает мелодию на колонке.

— Алекс, будь добра, закрой глаза, — повторил он. Вздохнув, я всё-таки послушалась. — Вслушайтесь в звуки природы.

И тут я чуть не прыснула. Мы ведь и так за городом и вполне можем послушать звуки настоящих птиц и шелест листвы над головами, зачем включать запись?.. Ещё и зажжённые ароматические палочки ничем кроме дыма не пахнут, чем раздражают слизистую, вынуждая часто шмыгать носом и морщиться. Так себе расслабление, если Демьян этого добивался.

— Опять… — недовольно буркнул Тим.

— Ну и вонище! — подхватил Ник.

Марго же просто закашлялась.

Дым, конечно, неприятный, но никакой вони я и в помине не чувствовала. Вообще никакого запаха. Видать, мой пролетарский нюх оказался крепче, чем у этих изнеженных богатеев.

— Сосредоточьтесь! — велел Демьян. — Не сопротивляйтесь!

Ответом ему стал громкий кашель братьев, который секундой позже подхватила и моя соседка.

— Это невыносимо! — воскликнула она, борясь с удушьем. Я приоткрыла глаза и увидела, как девушка закрывает нос обеими ладонями, но даже это не помогало.

Я наклонилась поближе, чтобы понять, насколько сильнее пахнет с её стороны, но всё оказалось с точностью до наоборот. Направление ветра несло потоки дыма на меня, в её же стороне ничего не было слышно.

— Ну же, сосредоточьтесь! — повторил преподаватель. — Это пробудит вашу ярость, чтобы потом вы могли её обуздать!

Я опустила голову, но закрывать глаза не стала, следя за однокурсниками, ёрзавшими на ковриках в почти болезненном нетерпении. Да что это со всеми ними?..

— Вы молодцы! — подбадривал нас Демьян. — Так держать! Но давайте повысим градус…

Он снова взял в руки смартфон. Звуки природы исчезли и по логике на смену должно было заиграть что-то другое, но вместо этого лишь тишина из колонки. Секунда. Другая. И ничего. Как вдруг все трое моих однокурсников резко схватились за головы и принялись кричать, морщась от боли. Испугавшись, я вскочила на ноги и попятилась назад.

— Алекс, — преподаватель обратился ко мне, а не к трём бедолагам, которым одновременно стало плохо. — Ты разве ничего не чувствуешь?

Я лишь отрицательно замотала головой, не сводя глаз с корчащейся соседки.

— Это очень странно… — хмыкнул мужчина.

— Что?.. — у меня от страха затряслись руки. — Нет, вот это странно! — указала на Марго. — Что ты с ними делаешь⁈ Немедленно прекрати это!

Демьян собирался мне что-то ответить, даже поднялся с коврика на ноги, когда вдруг Тим воскликнул:

— Больше не могу! — и в одночасье принял облик коричнево-рыжего волка.

Я даже не успела раскрыть рот и завопить, как вслед за ним обратился Ник, превратившись в пятнистого серо-рыжего зверя. Прямо тут потеряла бы сознание, если бы Демьян не хлопнул в ладоши и не заговорил:

— Наконец-то! — его-то звонкий голос и привёл меня в чувство. — Вас, парни, было сложно расшевелить. Никогда прежде не встречал настолько пассивных оборотней-самцов. Главное, помните: в современном мире нам не нужна форма зверя. Когда-то она служила силой, что возвышала нас над другими и позволяла занимать ведущие позиции в обществе. Сейчас же мы вынуждены сдерживать своё животное начало и ту ярость, что пылает внутри. Если не подавлять порывы, то можно раскрыть себя, что совершенно недопустимо в нынешних реалиях, полных оружия и видеокамер. Ради сохранения тайны вы и учитесь призывать зверя, но не для того, чтобы использовать, а дабы суметь обуздать в нужный момент.

Я не спускала глаз с двух относительно мелких и тихих волков, чьи жёлтые глаза метались между мной и Марго. Демьян тем временем продолжал говорить:

— Самцам перевоплощение даётся проще, нежели самкам, из-за преобладающей ярости. Но с вами было по-настоящему сложно! Девочки — ваша очередь.

У меня потемнело в глазах на последней фразе. К счастью, ни я, ни Марго, так и не превратились в волков до конца занятия.

Учебный день подошёл к концу. До ужина бродила как в тумане, никого и ничего не замечая вокруг. Аппетита тоже не было, но я всё равно отправилась в столовую вместе со всеми. Хотелось находиться поближе к толпе, но чтобы меня никто не трогал. Я даже села отдельно от Марго, зашившись в углу с высоким бокалом смузи и тарелкой чего-то слишком эстетичного для студенческого ужина. Кормили здесь как в мишленовском ресторане, начиная с подачи и заканчивая вкусом, однако кусок всё равно не лез в горло.

Отодвинув посуду подальше, выложила на стол блокнот. Мне оставалось внести в рисунок последние штрихи и ночная сцена в лесу будет закончена. Я всё больше смирялась с увиденным, ведь не зря говорят, что человек способен приспособиться к чему угодно. Вот и я убеждала саму себя, что в открывшейся мне тайне нет ничего страшного.

Сокурсники… То есть их волки. То есть они сами!.. Ребята не являлись опасными или дикими и довольно скоро возвращали свой первоначальный человеческий облик. К тому же здесь их учили контролировать животные позывы, чтобы впредь подобное не случалось за пределами пансиона. Значит, и угрозы для общества нет. Ну а то, что они оборотни — так у некоторых третий сосок имеется или сросшиеся пальцы на ногах. У всех нас свои особенности. Ох, я и правда пытаюсь убедить себя в нормальности произошедшего…

Мозг человека гибок и не хочет страдать. А когда не может найти ответ, то пытается отгородиться. Похоже, что-то подобное сейчас происходит со мной.

Грифель скрипнул по плотной бумаге, внося финальные правки. Чёрный волк был готов и даже больше не пугал, став всего лишь плодом моего воображения. Но не успела я отложить карандаш, как мощная загорелая рука вырвала рисунок из блокнота.

— Эй! — обернулась, увидев позади себя Влада, разглядывавшего моё творение. — Верни!

— Теперь он мой, — заявил парень, не глядя на меня.

— Ещё чего! — я вскочила ноги. Тогда он вытянул руку вверх, чтобы я даже в прыжке не смогла дотянуться до листа.

— Соблюдай уговор.

— Не было у нас никакого уговора! — разозлилась, не сумев перехватить рисунок. — А хотя знаешь… оставь себе! Не надо мне то, к чему прикасались твои лапищи!

— Ты и представить себе не можешь, как мои «лапищи» способны прикасаться…

Влад насмешливо ухмыльнулся, надеясь вогнать меня в краску. Не выйдет! Фыркнув, я быстрой походкой покинула столовую. Мне всё ещё хотелось побыть одной и желательно на улице. Подышать свежим вечерним воздухом и прикормить парочку комаров. Пусть хоть кто-то сегодня поужинает.

Прямой наводкой добралась до своих качелей. Да, я уже считала их своими, ведь никто из студентов не заглядывал в этот угол под старым клёном. Цепи звякнули, когда опускалась на сиденье, а затем жалостливо заскрипели, когда начала раскачиваться. В руках машинально оказался смартфон: дурацкая привычка постоянно тянуться к телефону, когда руки ничем не заняты. В чат лезть не стала, зато зашла в соцсети, посмотреть на новые фото моих настоящих однокурсников из института. Сейчас я могла бы встречаться с Глебом и гулять допоздна со Светой, но вместо этого торчу здесь, а обе попытки сбежать не увенчались успехом.

Позавидовав свежим селфи одногруппников из музея, куда их недавно водили, убрала смартфон обратно в карман пиджака и громко вздохнула.

— Скучаешь? — раздался голос с соседнего сиденья. Опять я встретилась здесь с Богданом. Похоже, это место не только моё.

— Скорее тоскую, — зачем-то призналась я.

— Могу узнать: по ком или по чём?

— По подруге. По институту. Даже по парню, с которым планировала начать отношения, хотя он мне даже не нравится, — почему-то с Богданом мне хотелось поделиться всем. — И, конечно, по маме.

Вот зачем я всё это ему рассказываю? Ещё подумает, что я маленькая девочка, которая и недели без мамочки прожить не может.

— В первый год я тоже сильно тосковал по дому, — вместо осуждения сообщил Богдан. — Даже пару раз плакал в подушку.

Я заглянула в его большие светло-карие глаза и улыбнулась. Не собиралась его высмеивать, напротив, почувствовала родственную душу. Во всём пансионе он единственный, от кого мне не хочется бежать, чтобы побыть одной.

— А ты… — начала я, не зная, как спросить. — … ты тоже?

— Тоже ли я оборотень?

Я кивнула.

— А сама как думаешь?

— Думаю, что да, — призналась, продолжая смотреть ему прямо в глаза. — Думаю, что все здесь… кроме меня.

— И не боишься?

— Ещё не знаю. Во всяком случае, тебя я боюсь меньше, чем остальных.

Мы оба замолчали. Наши взгляды устремились вперёд к огням пансиона, только начавшим зажигаться с наступлением заката.

— Я могу тебе чем-то помочь? — вдруг спросил Богдан, выдержав недолгую паузу.

— Помоги мне сбежать, — ответила не раздумывая.

Глава 5

Пять дней — столько мне понадобилось, чтобы окончательно свыкнуться с существованием оборотней в нашем мире. Как оказалось, принять этот факт не так уж и сложно. Куда тяжелее осознавать, что я всё ещё здесь, а моя настоящая жизнь проходит мимо. В институте скоро начнутся зачёты и экзамены по окончанию первого курса, но вместо подготовки к ним, я натягиваю на бёдра синие спортивные шорты и тащусь на физкультуру. Душ после пробуждения принимать не стала, всё равно посещу его после занятия. Благо в пансионе предусмотрены большие перерывы, а душевых кабин даже с запасом.

Разминку делала для вида, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание тренера Марины. Ни я, ни Марго не собирались и сегодня присоединяться к тренировке чирлидерш, стараясь затеряться на общем фоне. Мужская половина потока вовсю готовилась к очередной порции «обнимашек» на матах, для начала разогреваясь на турниках и за столиками для армрестлинга. Богдана отыскала не сразу: он нарезал круги на беговой дорожке. Погода с самого утра выдалась пасмурной, отчего жара ощущалась не так сильно, как в прошлые дни.

— Ненавижу спорт, — брюзжала Марго, делая наклоны в стороны. — А Марина отказывается меня отстранять.

— Впервые слышу, чтобы тебе что-то здесь не нравилось, — удивилась я.

— Я обожаю пансион и те возможности, что он предоставляет! — воскликнула девушка. — Но лучше бы я дополнительный иностранный язык учила.

Марго не была пышечкой, но имела весьма негибкое тело с короткими и довольно массивными конечностями. Мои же спортивные ноги так и рвались на пробежку, однако инициатива привлекла бы нежелательное внимание со стороны тренера, хотя… А и наплевать!

Сорвалась с места и выбежала на песчаную дорожку к Богдану. Поставила сама себе цель обогнать его, хоть это и не было соревнованием, да и финиша на закольцованной дистанции не имелось. Не говоря уже о том, что парень приступил раньше и наверняка устал.

Лицо рассёк сырой воздух с частицами собирающегося дождя, оставляя на коже приятную прохладу. За последнее время я впервые испытывала нечто схожее с радостью. Ссадины на теле зажили, а тревога внутри поутихла. Я всё ещё ненавидела это место, но как будто не всем сердцем.

— Ты что, пытаешься меня обогнать? — заулыбался Богдан, когда мы поравнялись.

— Слабо на перегонки до вон того поворота? — указала кивком головы импровизированный финиш.

— Замётано! — парень на ходу протянул мне руку.

Я охватила его пальцы своими, а затем резко дёрнула, лишая его скорости и равновесия.

— Догоняй! — бросила, хитростью вырвавшись вперёд.

Богдан стал для меня тем самым светлым пятном, не позволяющим изныть от тоски в пансионе. Не знаю, могу ли уже назвать его другом, но если я и хотела бы продолжить с кем-то общение за пределами этой тюрьмы, то только с ним.

Увы, но парень всё равно пришёл к финишу первым, невзирая на мою уловку. Хотя я и не слишком расстроилась. Собиралась предложить реванш, но тут прозвучали свистки тренеров. Сначала преподаватель мальчиков позвал всех на маты, а затем и Марина велела заканчивать с разминкой. Я неспешно двинулась к переносному холодильнику с питьевой водой и закусками, ведь вдруг кто-то из золотых детишек проголодается прямо во время тренировки. Недопустимо!

Поднеся к губам бутылку с водой, краем глаза заметила, как к холодильнику приблизился Волков. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось видеть рядом с собой этого черноглазого гада. И нет, не потому что он украл мой рисунок, над которым я работала несколько дней и уж точно не потому, что боялась гнева его невесты. Влад никак не хотел уходить из моих снов. Понятия не имею, что со мной творится и почему я вижу его обнажённым каждую ночь, а после просыпаюсь с пульсирующим горящим телом или чувствую возбуждение прямо во сне.

Присутствие Влада раздражало и напоминало о стыде, о котором никто не знал, но испытывала сама перед собой. Всё это вызывало дискомфорт и желание никогда не пересекаться.

— Не мог подождать пока я отойду? Или так сильно жажда мучает? — не сдержала с виду беспричинного раздражения. Если хоть кому-то станет известно о снах — я сквозь землю провалюсь. Вырою подкоп голыми руками и убегу в лес!

Парень облокотился на невысокий ярко-красный холодильник и лениво посмотрел на меня.

— За кого будешь болеть на татами? — вместо ответа спросил он.

— Я даже не знаю, кто дерётся.

— Борются.

— Что?..

— Мы боремся, а не дерёмся.

— Плевать, я всё равно не планировала смотреть.

— А зря, я как раз собираюсь навалять твоему дружку, — сообщил Влад. Я нахмурилась. — Первый бой: я против Стрельского. Не повезло бедолаге. Победа против девчонки на перегонки — его единственное утешение на сегодня.

— И зачем ты мне это говоришь? — Пыталась сдержаться, но взгляд всё равно скользнул вниз от лица по обтягивающей белой футболке, через которую проступал мускулистый рельеф.

Влад это заметил и ехидно ухмыльнулся, показательно поиграв грудными мышцами. Я поспешила отвести взгляд в сторону.

— Просто хотел предупредить новенькую, чтобы не ставила на заведомо проигравшего.

— Это всего лишь тренировка, — напомнила, скрестив на груди руки.

— Ты ведь уже знаешь в каком обществе очутилась? Превосходство — для нас всё. Но не бойся, в женском мире важнее другое.

— И что же? — скучающим тоном уточнила я.

— Принадлежать тому, кто сильнее.

— Тебе что ли? — ляпнула, не подумав, и тут же пожалела.

— А кто сказал, что я в этом заинтересован? — он наконец достал из холодильника воду, попутно пройдясь по мне таким пренебрежительным взглядом, будто я неликвидный товар по акции. — Болей за меня, и я подумаю над твоим предложением.

— Не было никакого предложения. К тому же у тебя достаточно болельщиц.

— Значит, всё-таки Стрельский? — Он издевался в каждом слове. В его тоне и голосе не было яда, лишь бесконечное подначивание.

Я промолчала, не став и дальше играть по его правилам. Хочет красоваться? Пусть делает это перед кем-нибудь другим.

— Он тебе нравится, этот слабак? — улыбка Влада стала шире, но не веселее. Его задело, что я не реагирую, как остальные девушки. Не визжу от радости и не поддерживаю диалог, лишь бы он продлился подольше.

— Я бы поспорила над тем, кто тут слабак.

— Тогда тебе не понравится, что я с ним сделаю.

Влад ушёл, напоследок одарив меня высокомерным взглядом. Неужели я настолько ему неприятна?.. Мне стало вдвойне противнее оттого, что я вижу об этом самодовольном гаде эротические сны. К счастью, он умеет превращаться в волка, а не читать мысли.

— Алекс! — окликнула меня тренер Марина. — Хватит отлынивать!

Бросив беглый взгляд на маты, куда уже поднимались Влад с Богданом без футболок, поспешила отвернуться, чтобы лишний раз не подпитывать воображение.

— Алиса, — заговорила тренер, когда я приблизилась к группе девушек, — займись новенькими. Найди им место в команде.

— Это будет непросто, — не менее высокомерно, чем её жених, отозвалась капитан чирлидерш. — Вы хоть что-нибудь умеете?

Марго нервно помотала головой. Я же осталась стоять столбом.

— Понятно, — довольно хмыкнула девушка. Похоже, она и не хотела, чтобы мы что-то умели. — Смотрите и учитесь!

Чирлидерши расступились, освобождая место капитану. Поправив длинный каштановый хвост, Алиса тут же продемонстрировала несколько танцевальных движений, сначала грациозно раскинув руки, а затем поиграв бёдрами. Напоследок она под всеобщее одобрение уселась на неполный поперечный шпагат. Всего-то?.. Однако аплодировали ей так, словно она сделала нечто невообразимое, достойное олимпийского гимнаста.

— Ну что, сумеете повторить? — запыхавшимся голосом спросила Алиса, гордо задрав подбородок. Я еле подавила смешок от её раздутого самомнения.

— Нет… — Марго опустила свои светлые глаза. Зная мою соседку, она могла специально подыгрывать Алисе, чтобы заполучить расположение. — Я никогда не смогу так же!

Капитан одобрительно закивала. Я же тягой к лизоблюдству не страдала, а потому заявила:

— Тут нет ничего сложного.

— Неужели?.. — скривилась Алиса, перекинув высокий хвостик с одного плеча на другое. — Тогда повтори. Мы все хотим это увидеть.

Даже Марго, испугавшись, встала поближе к остальным чирлидершам, оставляя меня один на один с Алисой. Я выдержала взгляд капитанши, как и не боялась показать себя перед всеми девятью девушками. Возможно, моё замешательство с ответом приняли за сомнения, но на деле я отвлеклась на маты, где, как и обещал, Влад очень грубо уложил Богдана на лопатки. Сердце защемило от осознания, что это моя вина. Не стоило подначивать этого гада, ведь теперь из-за меня пострадал хороший парень.

— Ну и?.. — усмехнулась Алиса. — Будешь отвечать за свои слова? Или уже хочешь взять их обратно?

Сколько же головной боли мне приносит эта парочка. Воистину жених и невеста. Заложив за уши цветные пряди, сделала быструю разминку и с лёгкостью уселась на продольный шпагат. Мои движения не столь грациозны, но зато элемент вышел завершённым, касающимся бёдрами земли.

— Неплохо, — хмыкнула капитанша. — Но я показала поперечный.

Я давала ей шанс закончить всё миром, но раз так, то пусть смотрит. И без какой-либо подготовки тут же уселась на поперечный шпагат. Я с самого детства была очень гибкой, а гимнастика лишь развила то, к чему и так имелась предрасположенность. Пока другие годами тренировали растяжку, я с ней буквально родилась.

Все молчали, включая саму Алису. Однако её выражение лица говорило красноречивее любых слов и это заметили. Остальные девушки боялись открыть рот, начав нервно переглядываться между собой. Лицо Марго и вовсе отражало неподдельный ужас, а щёки побило красными пятнами.

— Потрясающе! — воскликнула тренер Марина. — Алиса, кажется, у тебя появилась конкурентка!

Капитаншу словно молотком по голове ударило. На мгновение она даже сморщилась.

— Неплохо, — выдавила из себя скупую похвалу, какую я уже слышала минуту назад. Только если в тот раз это звучало надменно, то теперь в голосе Алисы чувствовалась сталь.

Меня мало волновала её задетая гордость, как и сам чирлидинг. Могла бы подыграть и притвориться неумёхой, но и этого мне делать не хотелось. Я не жертва и не подлиза. Мне прекрасно известны мои сильные стороны, и я не собираюсь их скрывать.

Пока девушки шушукались, снова перевела взгляд в сторону парней. Влад с Богданом покинули татами, а их место заняли другие ребята, одним из которых оказался Стас. Ещё один гад, подшутивший надо мной в душе. Он буквально пожирал меня глазами вместо того, чтобы готовиться к собственному бою с белокурым противником. Лучше бы так на свою девушку глазел!

Я перевела взгляд с него на главного гада, так и не нацепившего на загорелый торс футболку. Влад тоже смотрел в мою сторону. 1:1, Волков! Может ты и победил Богдана, но я только что обошла твою невесту. Хотя, нет, ещё недостаточно. Полюбуйся теперь!

Убедившись, что и Влад, и Алиса смотрят — сделала «колесо», за что тут же получила одобрение тренера:

— Молодец, Алекс! — воскликнула Марина. — Ты просто находка для команды!

Алиса скривилась, но тут же взяла себя в руки и заявила ровным тоном:

— Теперь мы знаем кто станет новым флаером. Поздравляю.

А вот на такой поворот я точно не рассчитывала. Посмотрела на Милану с гипсом на руке и выпалила:

— Ну уж нет!

Я её не боюсь и уж точно не собираюсь повторять судьбу бедняжки. Если капитан так поступила с членом своей команды за непонравившийся комментарий о её женихе, то что она захочет сделать со мной?..

— Ты отказываешься? — Алиса снова заулыбалась, нащупав точку давления.

— Отказываюсь, — отрезала я. Меня так и подмывало посмотреть на реакцию Влада, но всего один лишний взгляд в его сторону обесценил бы все мои старания с «колесом».

— Тренер, вы это слышали? — не унималась девушка.

— Алекс, это против правил, — сообщила Марина. — Алиса — капитан, и вправе назначать позиции по своему усмотрению. К тому же ты идеально подходишь для роли флаера. Немного высоковата, но зато худая.

— Я отказываюсь, — не уступала я. Ещё и показательно скрестила на груди руки. — Для чирлидинга вас и без меня более, чем достаточно. Лучше займусь бегом.

— Ты не можешь выбирать, — прошипела Алиса, отзеркалив мою позу. — Будешь делать, что скажут!

— А ты заставь.

— Могу, я капитан!

— Не для меня, — плевала я на правила пансиона. Не собираюсь прогибаться под место, из которого мечтаю сбежать.

В спор вмешалась Марина, буквально встав между нами:

— Девочки, прекратите, у меня есть идея! Почему бы Алекс самой не стать капитаном? Я имею в виду вторым. Давайте разобьёмся на две команды! Алиса, ты ведь всё равно не всеми участницами довольна. Может, у Алекс получиться с ними лучше. Как вам мысль?

— Ужасная, — тотчас отозвалась я, а вот Алиса задумалась. И это насторожило.

— А мне нравится, — заявила капитанша. — Я отдам ей четверых на свой выбор. Но тренер, раз команд теперь две, то стоит ввести соревновательный элемент, как у парней.

— Отличная мысль! — воодушевилась Марина. — Это будет потрясающе и дополнительная мотивация стараться! Алиса подготовит своё выступление, Алекс — своё, а жюри выберет победителя!

— Я на это не подписывалась, — руки сильнее прижались к груди. Они издеваются надо мной⁈

— Уже подписалась, когда пошла против правил, — хмыкнула Алиса. — И против меня.

Похоже, она в своей победе не сомневалась. А я, как назло, ненавижу проигрывать.

Новые обязанности капитана. Испорченное настроение. Быстрый душ. И вот я снова сижу за высокой тёмной оградой рядом с зажжёнными ароматическими палочками и делаю вид, что мне так же дискомфортно, как и остальным. Дым не раздражал мои ноздри, а тишина из колонки не резала слух. Я не испытывала ничего из того, что мучило моих сокурсников — это серьёзно беспокоило Демьяна, лишь подтверждая ошибку. Мне не место в пансионе, но нутро подсказывало, что и просто так меня отсюда уже не отпустят. А потому научилась имитировать дискомфорт, в точности повторяя за Марго. Морщилась, закрывала нос ладонями и затыкала уши.

С чего они вообще решили, что я одна из них? Всё дело в той дурацкой медкомиссии? Меня явно с кем-то перепутали! Если бы в моей родословной водились волки, я бы об этом знала. А так даже ни одной байки о странном шерстяном предке. Я всегда была самой обычной и из такой же заурядной семьи, где самыми выдающимися достижениями считались: суметь получить высшее образование и дожить до семидесяти.

Тим и Ник выкрикивали ругательства, а Марго изо всех сил заткнула уши, когда из колонки вновь послышалась тишина. Сразу вспомнился ультразвук, который слышат только собаки. Я бы даже посмеялась, если бы мне не было так тревожно за ребят. Страшно представить, что они сейчас чувствуют.

Соседка закричала, отчего я вся поёжилась, борясь с желанием разбить дурацкую колонку о высокую ограду.

— Не сопротивляйтесь! — напутствовал Демьян. — Выпустите зверя наружу, чтобы затем усмирить!

Другие занятия не шли ни в какое сравнение с этой изощрённой пыткой, причём сам Демьян не похоже, чтобы мучился. Или настолько привык, либо сам не являлся оборотнем. Я поставила на второе. Вероятно, этот любитель японской одежды чей-то родственник, не унаследовавший семейную особенность, что лишь побудило его сильнее изучать сей феномен, поскольку знал он о природе перевоплощения предостаточно.

Пару дней назад я узнала, что в средние века большая часть знати на Руси так или иначе происходила от волков. В те времена миром правила грубая сила и не было полководцев сильнее и яростнее, чтобы противостоять монголо-татарскому нашествию, чем оборотни. Что лишь сильнее подтверждало ошибку со мной. Не было в моём роду князей и бояр, а если и были бы, то мои родственники носились бы с этой информацией, как свидетели НЛО в небе. И до меня уж точно дошли бы слухи.

Теперь закричали Тим с Ником, а их глаза засветились жёлтым. Дыхание замерло, я приготовилась в очередной раз лицезреть трансформацию парней, как вдруг Марго упала на четвереньки и в одночасье перевоплотилась в скулящего напуганного волка. Самого мелкого из всех, что мне довелось видеть. Я и сама испугалась, шлепнувшись на спину. Никогда к этому не привыкну…

— В стае официальное пополнение! — воскликнул Демьян, хлопая в ладоши. — Алекс, осталась только ты. Догоняй ребят!

Спасибо, обойдусь.

Слух об обращении Марго быстро разошёлся по пансиону. За обедом её позвали за стол остальные девушки, чему я совершенно не возражала, с радостью оставшись наедине с тарелкой в излюбленном углу. Соседка мечтала влиться в коллектив, я же хотела от него отстраниться. Желательно, по ту сторону высокого забора.

Расковыряв пасту с морепродуктами, отвлеклась на смартфон. Вернее, на новые «кружки» от Ульяны в студенческом чате. Оказалось, днём она снимала на видео моё выступление со шпагатами и колесом. На камеру также попало недовольное лицо Алисы и комментарий самой блогерши: «Кажется, у нас новая звезда растяжки! Кое-кто сильно взбесился!».

Чирлидерши в комментариях побоялись упоминать кто именно, хоть это и так очевидно. Выражение лица капитанши на видео впору разбирать на мемы. Такое молчание меня вполне устраивало, однако один комментарий всё же имелся: «Я б её повертел, люблю гибких…», — написал Стас. Фу, похабник. И это при наличии живой девушки, которая тоже сидит в этом чате. Терпеть не могу таких мужланов. И Стаса, и его дружка Влада.

Следующая неожиданная новость застигла меня вечером после ужина, когда мою соседку переселили в главное крыло к остальным ребятам. Марго находилась на седьмом небе от счастья, да и я не то, чтобы расстроилась. Даже помогла ей собрать вещи. Однако, когда за окном стемнело, я ощутила тоску и одиночество. Хоть мы и не были подругами, но даже так я чувствовала, что не одна в этом незнакомом месте. Есть ещё кто-то, оказавшийся в подобном положении. Теперь я осталась совсем одна, позабытая и позаброшенная, вдали от ровесников.

В не учебное время это особенно ощутимо, когда тебе буквально некуда податься и остаётся бесцельно залипать в дисплей смартфона. Ребята наверняка сейчас тусуются во дворе с другой стороны громадного пансиона. До моих окон даже не долетают их голоса и смех, может оно и к лучшему. И вообще, почему меня это задевает? У меня есть настоящие друзья, с которыми я всегда могу поговорить! А без Марго в комнате можно громко болтать по телефону, лёжа прямо на кровати. Так и поступила, набрав Свету.

Время уже вечернее, но ещё не такое позднее, чтобы она ушла спать. Ответили мне быстро и даже по видеосвязи. Сама я камеру включать не решилась, зная, что в любой момент могут разъединить звонок. Но удивило другое: с экрана смартфона на меня смотрела не Света, а Глеб — тощий кудрявый скульптор из института, которому я так и не успела ответить «да».

— Привет, беглянка! — заулыбался парень. Позади него виднелись вечерние огни Москвы, а на фоне звучал наиграно-надутый голос моей подруги:

— Отдай! Саша позвонила мне, а не тебе!

На мгновение я растерялась, но быстро взяла себя в руки и заговорила:

— Э-э… привет. Дай Свету. Она ведь уже сообщила тебе, почему я пропала?

Девушка на фоне игриво колотила моего несостоявшегося парня по плечу, требуя вернуть ей телефон. В груди противно засаднило.

— В общих чертах. Ладно, даю тебе Свету.

— Ку-ку! — на экране возникло улыбчивое лицо моей институтской подружки. Кое-как я сумела улыбнуться ей в ответ. — Как ты? Я очень скучаю!

— Я тоже. А вы… — хотела спросить про Глеба, но осеклась.

— Решили прогуляться после занятий, — она с ходу поняла, о чём я. — Заболтались и не заметили, как полгорода обошли!

— Москву не так-то просто обойти…

— Я же образно! А ты там что делаешь?

— Я… отдыхаю, — не нашла лучшего ответа. Вдруг захотелось реветь и все силы начали уходить на сдерживание неуместных слёз.

— Устала? Бедняжка, возвращайся скорее к нам! — Света попыталась изобразить грустное лицо, но Глеб позади принялся её щекотать, из-за чего девушка расхохоталась. — Глеб, отстань!

— Да… да, я тоже этого очень хочу. Ладно, пойду, а то и правда что-то сильно устала.

Я поспешила закончить разговор, который едва начался. Надеялась отвлечься от тоски и чувства одиночества, но дыра в груди только расширилась. Все вокруг жили, и лишь я тухла в окружении мерзких бежевых стен. Моя прежняя жизнь разваливалась на куски: подруга, мой несостоявшийся парень, карьера художника-реставратора… Я потеряла всё, а что получила взамен? Возможность притворяться той, кем не являюсь? Сколько бы Демьян не включал на колонке «тишину» — я её не услышу. Меня вырвали из общества, чтобы запереть в другом, частью которого я никогда не стану. Я буквально оказалась на обочине сразу двух миров. Сама по себе.

От гнетущих мыслей становилось всё тоскливее. Стены давили, а потолок сползал вниз, грозясь раздавить. Я больше не могла находиться взаперти, мне срочно нужно на воздух.

Влад плавал в бассейне совсем один, как делал это каждый вечер, чтобы поддерживать свою физическую форму в надлежащем виде не столько ради внимания девушек, сколько во имя побед на матах. Ему нельзя проигрывать. Никогда. Всего один промах поставит под сомнение его положение. Сын альфы, будущий альфа. Такие не проигрывают никому, даже если на татами против него выйдет сразу дюжина борцов — он обязан победить. И ему это всегда удавалось.

Раньше Влад каждый раз волновался, выходя против очередного противника, но это чувство давно ушло. Нужно лишь следить за своим телом тщательнее остальных лентяев и проигрыш ему не грозит. За несколько лет обучения в пансионе он избавился от всех страхов и тревог, убедившись в собственной непревзойдённости. Он красив, высок и носит древнейшую фамилию оборотней из всех существующих.

Однако в последнее время мысли и чувства подводили Влада. Вот и сейчас он ощутил внезапный прилив тревоги. Откуда ей взяться? Чувство было для него забытым и ныне незнакомым. Будто и вовсе не его. Выбравшись из воды, он принялся спешно обтираться большим белым полотенцем. В душ решил не идти и даже волосы сушить не стал. Его тянуло на улицу, подобно тем лентяям, что предпочитают коротать вечера за пустой болтовнёй.

Подобное случалось с ним уже не в первый раз и всегда этому предшествовали мысли о новенькой. Они всегда приходили внезапно, как наваждение. Влад не думал о ней, она ему даже не нравилась. Не в его вкусе такое: цветные пряди, разношенные кеды и походка, в которой нет стремления угодить мужским глазам. Алиса всегда шагала от бедра, намерено виляя изгибами. Эта же девчонка казалась ему слишком своенравной с ссадинами на коленях и пирсингом в ушах.

Однако, когда она днём продемонстрировала свою гибкость, он, как и остальные парни, не мог отвести от неё глаз. Но когда Стас присвистнул и отпустил сальную шуточку, то опомнился, насколько же она ему неровня. А то, что девчонка порой влезает ему в голову — не больше, чем эффект «новенькой» игрушки. Он далеко не единственный в пансионе, кто заинтересовался неформальной экзотикой, взять хотя бы Стрельского, которого он сегодня уложил на матах. Такие слабаки не заслуживают девушек.

Зачем он только пошёл к холодильнику и заговорил с ней?.. Ещё и бахвалился как прыщавый подросток. И так ведь знал, что победит. Сильный не должен выставлять своё превосходство напоказ. Это не достижение, а само собой разумеющийся факт. Хвастовство в таком деле неуместно и обесценивает все труды, а он трудился над своим телом немало. Это всё она. Она так влияет.

Влада всё сильнее тянуло на улицу, подышать. Выругавшись, он стряхнул с тёмных волос большую часть воды и натянул на влажное тело белую футболку, прилипшую к торсу, отчего начал проступать рельеф. Убедив себя, что ему просто стало нехорошо в замкнутом помещении бассейна, Влад направился во двор.

Я вышла на крыльцо. В воздухе пахло летом и свободой. Свободой, которой мне не видать в этом месте. До ушей доносились звуки музыки и смех студентов с другой стороны здания. Похоже, они отлично проводили вечер в кругу друзей. Моя подруга тоже отлично его проводила в компании Глеба. И только я осталась одна наедине с собственными мыслями. Пожалуй, я могла бы разыскать Богдана, но тогда бы мне пришлось отправиться к главному крылу пансиона. А что, если он занят или тусуется со своими настоящими друзьями во дворе? Какой же я тогда буду выглядеть дурой. Возможно, мы могли бы вновь встретиться на качелях, но и к ним идти не стала. Не хотелось предстать на глазах у всех изгоем, тихо раскачивающимся в одиночестве. Должно быть, моей единственной компанией здесь станет ночное небо и смартфон в руках.

Втянув поглубже тёплый воздух, опустилась на крыльцо у входа, так и не двинувшись дальше. Поставила локти на колени и подпёрла ладонями подбородок. Жалеть себя не в моих правилах, а плакать и подавно. Лучше подумаю о том, как буду восстанавливаться в институт, когда избавлюсь от этого места.

— Дай угадаю… — послышалось слева. Я повернула голову. — Опять думаешь, как бы сбежать?

Неподалёку от крыльца на мраморной тропинке возник он. Тот, кого я меньше всего надеялась встретить, особенно перед сном и тем более в мокрой облегающей футболке. Не хватало только получить новую порцию впечатлений на сон грядущий. И так не получается выкинуть Волкова из сновидений.

— Иди куда шёл, — буркнула и отвернулась.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Потому что не обязана, — я пыталась говорить жёстко, но голос звучал… радостно? Этим вечером я была рада любой компании, хоть и не собиралась подавать виду.

Опустив руки в карманы, парень собирался развернуться и уйти. И тут я сделала то, чего сама от себя не ожидала, остановила его:

— А если и так? — Я сошла с ума, если даже его общество сейчас лучше одиночества.

Влад приблизился, но садиться на крыльцо не стал, только поставил одну ногу на последнюю ступеньку.

— То у тебя всё равно ничего не выйдет, — ответил он с опозданием.

— И почему же?

— Тебя найдут и привезут обратно. Думаешь, ты первая, кто отказывался торчать здесь? Первая, кто хотел тусоваться в ночных клубах вместо порой даже болезненной учёбы?

— Я не тусуюсь по клубам, — выпалила я, проигнорировав остальное. Последнее меня не касалось, хоть никто об этом и не знал.

— Заметно.

Одно слово, но оно заставило меня нахмуриться. Что за намёки?..

— По-твоему, я недостаточно хороша для мажорных клубов? Не пройду фейсконтроль?

— Думаю, там, где развлекалась ты, его нет.

Я резко вскочила на ноги. Стоя на верхней ступени крыльца, оказалась почти одного с ним роста, что придавало мне силы и значимости, ведь могла смотреть ему прямо в наглые чёрные глаза.

— Думаешь, всё обо мне понял? Зато я знаю таких, как ты, — прошипела я. Как же хотелось отвести взгляд в сторону, но я выдержала. — Мажор с раздутым самомнением, не вылезающий из качалки, чтобы компенсировать то, что в штанах!

Влад резко толкнул меня к двери позади. Ручка впилась мне в поясницу, когда он прижал меня к ней без возможности сбежать. На мгновение я испугалась, а он широко заулыбался и спросил:

— И давно ты думаешь о том, что у меня в штанах?..

— Отпусти! — тут же потребовала я. Он не шелохнулся.

— Если так манит выяснить, то ты выбрала неправильную тактику. Я могу подсказать, как правильно…

Его лицо слишком приблизилось к моему. Я кожей ощущала жар его дыхания. Ехидная ухмылка не сходила с его лица, пробуждая во мне сразу два противоположных чувства: интерес и злость.

— Отпусти… — повторила шёпотом, когда его нос практически коснулся моего.

— А то что?.. — его руки нагло упёрлись мне в плечи, прижимая к двери, когда я вновь попыталась выскользнуть. — Если боишься последствий, то не стоит дразнить.

Дразнить?.. Да что он себе возомнил! Вместо того, чтобы продолжить вырываться или отвернуть лицо, я сама сократила оставшуюся между нами дистанцию и впилась в его губы. А когда Владу показалось, что он победил, соблазнив глупую первокурсницу, я со всей силы укусила его за нижнюю губу, вынуждая отшатнуться.

— Бешеная кошка! — воскликнул он, хватаясь за лицо.

Проход в здание снова был свободен, чем я моментально воспользовалась, бросив напоследок:

— Не забудь сделать сорок уколов! — и захлопнула за собой дверь.

Во рту остался привкус крови, а на губах тепло прикосновений. Я дотронулась до них двумя пальцами, не сумев сдержать улыбку. Он думал, что играет со мной? Но не тут-то было!

Глава 6

К утру злость так и не отпустила Влада. Нижняя губа чуть припухла и побаливала. Однако не она стала причиной его раздражения, а Алиса, вторгшаяся в его спальню. Влад никогда не разрешал ей оставаться у него на ночь, стараясь как можно меньше времени проводить со своей невестой.

Выбранная родителями девушка всегда ему уступала, а затем находила лазейки оказаться рядом. С тех пор, как два года назад её зачислили в пансион, она не упускала ни дня, просыпаясь раньше, чтобы вместе с ним отправиться на занятия. Алиса говорила о любви и о том, как соскучилась, но Влад понимал, что она делает всё это, лишь бы окружающие не забывали о её статусе наречённой будущего альфы.

— Милый, что с твоей губой? — Влад ловко увернулся от прикосновения, но девушка не отступала: — Вчера на матах стукнули, да?

Парень лишь недовольно зарычал, продолжая застёгивать белую учебную рубашку. Форма пансиона ему шла, но к четвёртому году обучения он изрядно от неё подустал. А ещё никак не мог успокоиться после вчерашнего.

Плевать на губу, но задетая гордость саднила. Он ведь действительно поверил, что новенькая хочет его поцеловать. Внутри уже ликовал очередной слишком лёгкой победе, но оказалось, что девчонка просто играла с ним, как он сам собирался поступить с ней. Ещё и её слова, намекающие, что он тупой качок. Неужели он производит именно такое впечатление? На всех или только на неё?.. Это страшно бесило, ведь на деле интеллектуально Влад ничем не уступал, а то и превосходил, остальных учащихся пансиона. Сначала частная школа с углубленным изучением точных наук и языков, затем европейский вуз, откуда ему пришлось отчислиться и вернуться на родину, поскольку волчья натура начала брать верх, грозясь раскрыть древнюю тайну. Так он оказался здесь. Без желания, но по собственной воле.

Умение быть ответственным Влад высоко ценил как в себе самом, так и в окружающих. Чего не скажешь об этой Алекс, норовящей сбежать с бомбой замедленного действия внутри, невзирая на последствия. Она настолько сильно отличалась от всего в его привычном мире, что бесила одним своим существованием. А возможно он просто ей завидовал, ведь сам не мог позволить себе жить настолько свободно. Её вид, её поведение — всё кричало о том, насколько же ей наплевать на мнения окружающих. Это одновременно злило и завораживало.

— Любимый, когда мы поженимся? — Алиса сделала очередную попытку прикоснуться и на этот раз Влад не сумел полностью увернуться.

— Я же уже говорил, что после учёбы.

— Ты выпустишься уже этой осенью, а мне учиться ещё два года… — Она надула губки. Должно быть, это очень мило, когда так делает столь привлекательная девушка, как Алиса. Однако у Влада это вызывало лишь дополнительное раздражение.

Его невеста словно тяжёлый булыжник, висевший на шее с тех пор, как их семьи договорились о помолвке. Влад пытался отказаться, на что отец ответил, что его сын волен спать с кем пожелает, но женится на чистокровной волчице. И с ней же заведёт потомство.

В те годы Влад ещё верил в любовь и считал, что брак его родителей образец для подражания. Но услышав от отца такое, его розовые очки треснули. Больше он не верил, что однажды влюбится. Перестал стремиться стать настоящим джентльменом для своей будущей леди, о которой собирался заботиться, как отец о его матери. С того дня их брак начал казаться ему фарсом, и он стал ровно тем, на кого ему указали — бабником, видевшим в своей постели множество девушек. Всех, кроме собственной невесты. Алиса страшно боялась, что правда однажды вскроется и кто-нибудь прознает об отсутствии у них близости. Она умоляла Влада никому об этом не рассказывать, а сама всячески поддерживала образ страстных отношений.

Почему он не спал с Алисой — сам до конца не понимал. Объективно она красива, очень красива. И на всё согласна. Его раздражало само отсутствие выбора. Нежеланная невеста стояла на его пути к свободе, которой он лишён в отличие от новенькой, делавшей всё, что ей вздумается. Совсем не похожа на волчицу. Как же она его бесит.

— Я и не собирался жениться на тебе после пансиона, — наконец ответил Влад. — Это место вынужденная мера для молодых оборотней. Я говорил о настоящей учёбе. После лета я вернусь в Европу.

— А как же я?.. Возьми меня с собой! — Алиса плотнее прижалась к его спине и опустила голову на плечо, балансируя на цыпочках, чтобы дотянуться.

Владу понадобились усилия, чтобы не повести себя как последний козёл и не смахнуть её голову со своего плеча, словно соринку.

— Тебе же нравится в пансионе, — сказал он, поправляя манжеты.

— Я рвалась сюда только из-за тебя!

Больше парень ничего не ответил. Закончил с приготовлениями и молча двинулся к двери.

— Куда ты? — окликнула его Алиса.

— Сегодня перед занятиями собрание, забыла? — напомнил он, спеша к выходу, но Алиса успела его нагнать и вцепиться в руку, чтобы появиться на людях вместе.

На утреннее собрание притащилась одна из первых, поверив, что это действительно что-то срочное. И теперь клевала носом, вспоминая что же мне снилось этой ночью. Благо, никаких обнажённых качков во сне не фигурировало, как и волчьего леса. Кажется, мне снились Света и Глеб. Они звонили по видеосвязи и бурно целовались на камеру. Я сбрасывала звонок, но они снова перезванивали, смеялись и по новой начинали целоваться.

Дурацкий сон, совсем не отражающий действительность. Да, я немного расстроилась из-за того, что Света даже не спросила не против ли я их общения, но, с другой стороны, они ведь просто гуляли. Что она должна была спросить? Тем более Глеб даже не упомянул о предложении встречаться, сделанном мне, словно уже и забыл. В итоге я скорее приревновала к тому, что ребята прекрасно живут и веселятся без меня, пока сама тухну в стенах пансиона, нежели к их зарождающимся отношениям.

К самому Глебу я никогда не испытывала никаких романтических чувств. Умом понимала, что он симпатичный парень, разделяющий мой интерес к искусству. Из нас получилась бы неплохая пара. Впрочем, из него со Светой пара выйдет не хуже.

Честно говоря, я никогда не влюблялась по-настоящему. Возможно, ещё не пришло моё время, а может, я просто не создана для этого.

Студенты стягивались в аудиторию, но самого Вячеслава Яковлевича видно не было. Я от скуки вытащила на стол смартфон и заглянула в чат. За ночь в нём появилась всего одна новая запись и даже не «кружок» от Ульяны, а обычное сильно приближенное фото низкого качества. На нём в полумраке виднелся слегла размазанный силуэт Влада. Вечер, белая футболка, крыло обслуживающего персонала… Ой-ой! Мне сразу стало понятно: когда и откуда он так гневно возвращался. Глаза в панике метнулись к подписи внизу: «К кому это Волков спешит в мокрой футболке? Алиса всем сказала, что они вместе проводят вечера у него. Но вот её жених гуляет один о-очень далеко от своей комнаты. Что-то тут не сходится…».

Блогерша одна из немногих, кто не боялась дразнить Алису ради контента. Я же радовалась, что меня самой не оказалось на снимке, да и в тексте под ним. Оставалось только проверить комментарии:

«Спешил ко мне, разумеется», — написала Алиса.

Вероятно, Влад и правда спешил к своей невесте, шагая откуда-то, и ненароком наткнулся на меня. Ему не следовало останавливаться и заговаривать со мной, глядишь, и губа осталась бы цела… Уголки рта поползли вверх от воспоминаний. Было приятно поставить на место зазнавшегося мажора.

Я не считала, пришли ли все тридцать один студент на собрание, но большая часть учащихся точно явилась, заполнив аудиторию. Марго села с остальными девчонками, оставив меня одну в последнем ряду, но я не сильно расстроилась. После вчерашнего сыта по горло общением с местными.

Наконец-то в помещение зашёл и сам Вячеслав Яковлевич в очередной серо-коричневой безрукавке поверх клетчатой рубашки, и это при том, что температура на улице давно перевалила за 20°С.

— Доброе утро, студенты! — поздоровался преподаватель, на что в ответ получил лишь мычание и один грубый вопрос: «зачем нас так рано подняли?». — Вам, наверное, не терпится узнать, для чего вас всех здесь собрали?

Беру свои слова обратно, первая реакция оказалась совсем не грубой, ведь на этот раз аудитория воскликнула хором:

— Нет! — Даже я прыснула от такой сплочённости.

— А зря! — не унимался мужчина. — У руководства школы появилась замечательная идея, как укрепить ваши животные корни, тянущиеся из древности. Мы, как никто другие, неразрывно связаны с матерью-природой, но совсем позабыли об этом, отдав предпочтение комфорту и современным технологиям. Все вы… почти все, уже успели стать частью нашего старинного сообщества, но не сумели сплотиться в настоящую стаю. В этом вам поможет совместный досуг!

— Куда полетим? — выкрикнул белокурый парень. — Го в Африку на Сафари, поохотимся на антилоп! Они же там водятся, да?

— Да, они там водятся, Егор, — вздохнул преподаватель. — Но мы не отправимся в Африку.

— Тогда куда? — Ульяна выставила перед собой смартфон, снимая каждое слово профессора. — Думаю, никто не будет против моря и пляжа.

— Мы против! — воскликнул Ник. — У нас с Тимом скоро турнир по одной онлайн-игре, мы не можем остаться без нормального интернета даже на время перелёта.

— Успокойтесь! — Вячеслав Яковлевич поднял обе руки, призывая к тишине. — Никто никуда не полетит. Вы отправляетесь в поход с ночёвкой!

Не прошло и секунды, как в аудитории раздалось протяжное «фу-у!». Не скажу, что я фанатка спать под открытым небом, а потом вымывать из волос запах дыма от костра. Я всегда считала себя скорее жителем мегаполиса, нежели любительницей отдыха на природе, но до неприкрытого недовольства остальных ребят мне было далеко.

— Лучше бы просто в клуб отпустили! — воскликнула Каролина. — Назюзюкались бы все вместе и сплотились крепче некуда!

Аудитория зашлась смехом и одобрительно засвистела.

— Прекратите! — профессор начал злиться. — Поход и точка! Никаких вам клубов и пьянок, это понятно? Мы элитное учебное заведение, а не курорт!

— Да мы уже поняли, что здесь полный тухляк, — фыркнул Стас, опуская голову на колени своей девушке и вытягивая ноги на учебной скамье. — И там дождь передавали на выходные, если что.

— Станислав, сядь нормально, — потребовал преподаватель, но был бесстыдно проигнорирован. — И в поход вы отправитесь не в субботу, а сегодня. Так что бегите собирать вещи, встречаемся во дворе после завтрака. Возьмите только самое необходимое, всё остальное уже доставили к озеру.

Под очередной недовольный возглас толпы, студенты принялись покидать аудиторию. На этот раз даже я не сдержала усталого вздоха от мысли, что придётся провести целые сутки в столь разношёрстной компании. Возможно, скучать в одиночестве у себя в комнате не так уж и плохо…

В пансион я прибыла с большой спортивной сумкой и институтским рюкзаком. Хотя точнее будет сказать, что с этими вещами меня выкрали и заточили сюда. В любом случае для похода только с самым необходимым мне будет вполне достаточно кожаного рюкзака, из которого достала принадлежности, загрузив личными вещами. Блокнот и пару карандашей оставила, на случай вдохновения на природе. Переоделась в короткие джинсовые шортики и свободную чёрную футболку. Повязала на ремень худи оверсайз на случай, если замерзну или надоест кормить комаров. На ногах оставила кеды, а вот пряди решила подкрасить в более подходящий цвет. Провела по волосам чёрными мелками и была готова выдвигаться.

Во дворе собирались студенты. Оказалось непривычным видеть ребят в личных вещах, а не в уравнивающей учебной форме. Тим и Ник выглядели как обычные парни в дурацких цветастых шортах из шуршащей ткани с большими карманами по бокам для гаджетов. Блогерша Ульяна и вовсе позабыла о том, что мы собрались в поход, нацепив на себя милейший летний сарафан. На её фоне Алиса в элегантном, но всё же спортивном костюме смотрелась вполне уместно, хоть он и подходил скорее для модного спортивного зала, чем для леса.

Влад держался от своей невесты на расстоянии, о чём-то беседуя с дружком Стасом. Оба парня выбрали спортивный стиль, но тоже более уместный для клуба. Не думаю, что у них в принципе имелись вещи, подходящие для похода. На Стасе развевалась свободная летняя рубашка с короткими рукавами, а на Владе серая футболка с v-образным вырезом. Такая узкая, что обтягивала не только мощные руки, но и рельефный торс. Как же он любит хвастаться своим идеальным телом. Аж тошно.

Затем во дворе показалась Марго в зефирно-розовом комплекте, больше напоминающем пижаму. Я помахала ей рукой, на что бывшая соседка только спешно кивнула и ускорилась. Ладненько.

После собрания думала, что с нами отправится Вячеслав Яковлевич, но как оказалось его громкие речи остались лишь словами, а на деле немолодой преподаватель предпочёл комфорт и блага цивилизации спартанским условиями, оставшись в пансионе. Сопровождать нас доверили тренеру Марине и Демьяну, не сильно обогнавших нас по возрасту. Показалось, что между этой парочкой что-то наклёвывается, но быстро отвела взгляд в сторону, поскольку это не моё, а их личное дело.

— Все тут? — прокричала Марина, упёршись руками в бока. Демьян тем временем пересчитывал нас по головам.

— Одного не хватает, — объявил он.

— Я здесь! — из-за моей спины возник припозднившийся Богдан, после чего вся группа двинулась к воротам, ведущим в лес, которые сегодня были распахнуты.

Их вид сразу навёл меня на мысли о победе. Поравнявшись с Богданом в хвосте строя, спросила шёпотом:

— Ты подумал над моей просьбой?

— Работаю над этим, — сообщил он. — Не передумала?

— Нисколько.

Парень усмехнулся, когда мы ступили на дорожку, которую я прежде видела лишь в ночи. В нос ударил приятный запах свежести, а кожу лизнула лесная прохлада. Я чуть ли не зажмурилась от удовольствия. Когда долго живёшь в большом городе, забываешь, как это приятно.

— Куда мы идём? — спросила Богдана. — Вячеслав Яковлевич упоминал какое-то озеро.

— Это очень красивое место. На границе этой чащи и следующей есть озеро с кристально чистой водой, оно, по сути, и разделяет лес на две половины.

— И большой лес за озером? — уточнила я.

— Думаешь, сбежать?

— Тихо ты! — толкнула его в бок.

— Лучше дождись моего решения, так надёжнее. Ладно?

Я согласно кивнула. Богдан прав, ведь в лесу очень легко заблудиться. Но как же манит свобода, когда она так близко.

Мы шли несколько часов, постоянно останавливаясь: то малая нужда настигнет кого-то из группы, то в лифчик заползёт букашка, после чего поднимется шум. Оборотни всё больше напоминали квартирных чихуахуа, которых вывели на прогулку и это веселило. Не скажу, что я фанатка насекомых, но такого крика из-за маленького жучка не подниму. Богдан тоже отличался спокойствием и немногословностью. Казалось, его мысли где-то не здесь, но расспрашивать, что у него на сердце, не торопилась. Мы не настолько близки.

Периодически мой взгляд цеплялся за широкую спину в серой футболке, на которой играли лучи утреннего солнца, пробивавшиеся сквозь кроны деревьев. Его невеста плелась рядом, хотя Влад совсем не обращал на неё внимания. Даже когда девушка попыталась взять его за руку, жених просто убрал свою конечность в карман. Очередное не моё дело, но почему-то это зрелище меня радовало.

— Почти на месте, — сообщил Богдан, а следом я увидела из-за кустов фургончик с белой крышей. Значит, где-то неподалёку имелась нормальная дорога. Запомню.

За фургоном начинался настоящий палаточный городок. Всё уже было собрано и подготовлено за нас, включая парочку биотуалетов вдали и натянутую волейбольную сетку. Еслиэто для мажоров ужасный отдых в дикой природе, то я даже не знаю…

Взгляд метнулся в другую сторону к переносным холодильникам и заранее подготовленному высокому костру, сложенном столь искусно, что годится скорее для фотосессии на Купалье, нежели для ночной посиделки студентов. Все приготовления выглядели настолько выверено, что о нетронутой природе напоминало разве что окружённое со всех сторон лесом озеро, сверкавшее в лучах предобеденного солнца.

— Занимайте палатки! — скомандовала тренер Марина. — Собираемся у шведского стола через пятнадцать минут!

За долгую дорогу успела проголодаться, хоть и выдвигались в путь сразу после завтрака. Влиял ли на это свежий воздух, лес или водоём поблизости. А может просто потраченные калории от долгой ходьбы, но бросилась вместе с остальными занимать одну из тёмно-синих палаток с гербом пансиона на боку. Зашвырнула рюкзак внутрь, попутно в очередной раз удивившись обустройству: под потолком висела лампа на аккумуляторе, если захочется почитать или порисовать в темноте, а внизу разложенный новенький спальник и каталитическая грелка, чтобы никто из золотых детишек не замёрз ночью.

Не хотелось признаваться даже самой себе, но мне чертовки нравилось, как всё здесь утроено. Всю работу сделали за нас, доставив и установив оборудование, а нам оставалось лишь наслаждаться отдыхом. В мире богачей даже обычный поход в лес — это что-то не требующее никак усилий.

Студенты уже собирались у шведского стола и холодильников с газировкой, попутно извергая недовольства из-за пластиковой посуды и отсутствия «нормальных» смешанных напитков. Кто-то ворчал, что не ест мясо, хотя вокруг хватало продуктов на любой вкус. У некоторых людей это в крови — жаловаться на всё на свете. Я же с удовольствием приступила к поглощению пищи, параллельно наблюдая за тем, как вчерашние «комнатные растения» приспосабливаются к жизни под открытым небом.

Марина и Демьян проверяли лагерь и отдавали водителю фургончика указания, после чего автомобиль тронулся с места, на мгновение испортив выхлопными газами чистый озёрный воздух. Солнце находилось уже высоко, но вблизи водоёма жара не ощущалась, да и ещё далеко до настоящего летнего зноя. Я практически расслабилась и отдалась моменту, когда над ухом раздался сладко-ядовитый голос:

— Сыграем,капитан ? — с нажимом на второе слово спросила Алиса. — Или ещё не наелась?

— Чего тебе? — я даже не пыталась казаться вежливой.

— Хочу представить тебе твою новую команду, — девушка обвела рукой палаточный городок, вычленяя в толпе чирлидерш. — Милана — ты её помнишь, — указала она на смуглую студентку со сломанной рукой. — Затем Лиза, — она хихикнула, переведя взгляд на весёлую рыжую толстушку. — Аня, — показала пальцем на миниатюрную, но очень зажатую девушку. — И твоя нескладная бывшая соседка Марго.

— И?.. — невозмутимо уточнила я.

— Как ты планируешь победить меня с таким составом?.. Благодаря тебе я избавилась от балластов в команде.

— Не благодари, — буркнула, продолжив набивать рот едой.

Алиса недовольно поджала губы.

— И не собиралась! Тебе не выиграть, ты же понимаешь?

— Я уже выиграла, — пожала плечами. — То, что ты так боишься и думаешь, что отобрала мне самых неспособных девочек — уже победа.

— Оправдания проигравших!

Боже, чего она такая воинственная? Я, конечно, тоже ненавижу проигрывать, но можно мне хотя бы поесть спокойно?..

— Сыграем? — повторила Алиса, не унимаясь. Азартная улыбка растянулась на её фарфоровом лице. — В волейбол. Моя команда против твоей.

— Я немного занята, если не видишь. Да и команды должны быть по шесть игроков, а не по пять.

— Позже понабиваешь рот, — она полностью проигнорировала моё второе замечание, развернулась и окликнула Марину: — Тренер, мы хотим сыграть в волейбол нашими командами для укрепления боевого духа!

— Отличная идея, девочки! Выходите на поле! — отстранённо бросила Марина, увлёкшись флиртом с Демьяном. Мне ничего не оставалось, как затолкать в рот половинку сэндвича, прожёвывая его на ходу.

Моя команда очень неохотно вышла к сетке. Марго неуклюжа, Лиза ленива, Аню может унести порывом ветра в прыжке. А Милане так и вовсе было позволено пользоваться только одной рукой. К слову, и я не то, чтобы профессиональный игрок в волейбол. Тут определённо запахло жареным.

Команду же Алисы составляли: Каролина — неугомонная девушка Стаса, Ульяна и те две девицы, которые наведывались ко мне в комнату вместе с блогершей в мой первый день в пансионе. Я не знала их имён, но про себя называла: миссис Губа и мадам Нарощенная коса. Может, форма чирлидерш и сидела на них лучше, но в остальном они не были похожи на спортивных девчонок, способных задать жару. Единственная, кто представлял угрозу — это сама Алиса.

— Начнём? — сощурилась Алиса.

Вокруг площадки моментально собралась толпа. Парни присвистывали, им не терпелось посмотреть на нашу игру.

— Подавай! — объявила я.

Первый мяч пошёл. Я взяла его на себя, отбив по направлению миссис Губы, однако подачу перехватила Каролина, которая на удивление неплохо справлялась. Я надеялась перенять и следующую подачу, но не успела. Она пришлась на Марго, которая отбила мяч в сетку. По зрителям прокатился гул неодобрения, который не прибавлял уверенности. Однако я сумела спасти положение, не дав случиться фолу, и продолжила розыгрыш мяча. И если в нашей команде играла только я, то у противниц дела обстояли не сильно лучше: мне противостояли лишь Алиса с Каролиной. Ульяна, как и две другие, больше берегли свои ногти, нежели хотели победить.

Влад вместе с остальными парнями следил за игрой. Надо признаться, весьма слабой игрой, хотя чего ещё ожидать от принцесс пансиона. Их с детства готовили стать покорными волчицами, за которых всегда постоит их волк. Им не нужно соревноваться и побеждать, это удел самцов. Однако в этому году что-то переменилось. Женских команд стало две, хотя это больше напоминало дуэль двух конкретных альфа-самок Алисы и новенькой, остальным было плевать на результат.

Владу следовало бы гордиться своей невестой, но он даже не смотрел в её сторону. Его взгляд не сходил с Алекс, отдувавшейся за всю команду, словно от этой игры зависела её жизнь. Он даже усмехнулся, узнав в ней себя, такого же азартного и несгибаемого. Хоть новенькая и проиграет сегодня. У неё спортивные икры, но она в одиночку противостоит двум более или менее способным игрокам. Девчонке просто не хватит скорости, да и выносливость скоро начнёт подводить. Влад понимал это, но всё равно болел за неё, сам не зная почему. Не Алекс стала зачинщицей и не она выбирала себе команду, а работала с тем, что было, и не сдавалась.

Даже её цветные пряди сегодня его не раздражали. Влад всегда любил чёрный цвет, тем более, когда он так соблазнительно контрастировал со светлыми волосами. Слишком короткими на его вкус, всего лишь до плеч, но стрижка ей шла. Пожалуй, он не смог бы представить новенькую с длинной косой. А имеющейся длины уже достаточно, чтобы удержать её сзади за волосы…

На последней мысли парня передёрнуло, он даже отшатнулся на шаг. С чего бы ему думать о ней в таком ключе? Разве что поиграть разок, да и забыть. И то если она хорошо попросит.

Конец игры Влад досматривать не стал, развернулся и ушёл к себе в палатку, подальше от всплывающих образов.

Я проиграла, но не с таким треском, как надеялась Алиса. Мы отставали всего на два очка, когда Марго подкрутилась мне под ноги, не дав отбить мяч за неё. Порой неумелая помощь хуже бездействия — это первое, чему я научу свою команду на грядущих тренировках.

Я уже хотела вместе с девчонками двинуться к холодильникам и выпить чего-то освежающего, когда со мной вновь заговорила Алиса:

— Ты проиграешь.

— Уже проиграла, гордись, — холодно бросила я, желая поскорее уйти.

— Я говорю не о сейчас… — не отпускала меня она, — … и не только о чирлидинге.

Я нахмурилась в непонимании. Перейдя на шёпот, девушка пояснила:

— Я о моём женихе. Держись от него подальше!

Сказав это, Алиса развернулась и ушла, виляя высоким каштановым хвостиком. Так всё дело в ночном фото… И ведь Влад действительно шёл на нём от меня, хоть всё и было совсем не так, как она подумала. Или так?.. Формально мы соприкоснулись губами, но назвать это поцелуем можно разве что с очень большой натяжкой.

Вечер наступил очень быстро. Озеро накрыли сумерки, а в воде отражалось пламя высокого костра. Даже самые брезгливые студенты втянулись в происходящее, собравшись вокруг огня и делились историями с «воли». Богдан и белокурый парень по имени Егор обосновались у мангала, угощая всех мясом и печёными овощами. Атмосфера сильно напоминала летний лагерь и это прожигало в груди дыру. Я всё ещё была здесь чужой, сидела поодаль, а мои истории никому не пришлись бы по вкусу, решись я их озвучить. Никто бы их даже не понял. Их жизни и увлечения отличались от моих. Я не бывала в тех местах, что являлись для ребят обыденностью. Не знала знаменитостей и не сорила деньгами направо и налево. Моя жизнь не скучнее, она другая.

Устав слушать чужие байки, решила немного прогуляться. Лес вокруг так и манил совершить очередную попытку сбежать, но я не была уверена, что это хорошая идея. Возможно, правильнее будет дождаться содействия Богдана. Но что, если он не сможет мне помочь?.. Тогда я упущу идеальный шанс.

Окинув взором палаточный городок, симпатично украшенный огоньками, я взглядом попрощалась с ребятами и этим местом. Пожалуй, здесь было не так уж и плохо. За рюкзаком возвращаться не стала: во-первых, слишком подозрительно уходить с вещами. А во-вторых, я напрочь забыла какая из палаток моя в череде одинаковых тёмно-синих брезентов.

Слинять от костра оказалось несложно: никто даже не заметил моего исчезновения. А затеряться среди палаток и того проще. Под конец я даже ускорилась, вскоре очутившись в лесной чаще. Придётся обогнуть озеро, чтобы оказаться на той стороне, а дальше найти дорогу и двигаться только прямо, чтобы в конечном счёте выйти на трассу. Все рвутся в Москву, но меня, пожалуй, ещё никто не переплюнул.

Смех и огни костра остались позади, когда я наконец отыскала тропинку, которая выведет меня на другую сторону озера. Похолодало, а я, как назло, не захватила с собой худи. Может, вернуться?.. Стоп! Я что уговариваю себя остаться в этой тюрьме? Ну уж нет! С самого начала я решила, что сбегу отсюда и не отступлюсь, даже если это место перестало казаться мне таким уж ужасным. Я всё равно здесь чужая, не одна из них.

Сумерки сгущались вместе с уплотняющимися кронами деревьев. Однако на этот раз я знала, чего ждать от леса. Волки, напугавшие меня в прошлый раз, оказались людьми, и я своими глазами видела, что даже в обличье зверя они остаются в сознании. Никто из обратившихся на занятиях не причинил вреда окружающим.

Только подумала о своих однокурсниках, как где-то вдали раздался волчий вой. Чёрт, чёрт, чёрт! Даже если они не агрессивны, как настоящие звери, но что, если у них такой же острый нюх?.. Что если в лагере заметили моё исчезновение? Я ускорилась, а спустя несколько мгновений и вовсе перешла на бег.

Волчий вой слышался всё ближе и зашуршали кусты. Мне вдруг стало страшно от мысли, что здесь могут обитать настоящие волки. Об этом я как-то не подумала. Вдруг в полнолуние ребята бегали не одни, а с настоящими пёсиками?..

Очередной рык вынудил меня бежать с максимальной скоростью, которую я вряд ли смогу долго поддерживать, но долго и не понадобилось… Я плохо ориентировалась в полумраке, а обзор ограничивался всего несколькими метрами вокруг, как вдруг картинка перед глазами резко посветлела. Над головой засветились яркие звёзды, освобождённые от густой листвы. У меня не вышло придерживаться курса «только вперёд», и я выбежала прямиком к озеру, но не с обратной стороны, как планировала, а всё на том же берегу на внушительном расстоянии от лагеря. Огни палаточного городка мерцали вдали как светлячки.

Если бежать вдоль берега — не заблудишься, но тогда меня обязательно заметят. Хотя, похоже, уже заметили… Из чащи вышел волк, а за ним ещё двое. По святящимся жёлтым глазам я поняла, что это оборотни, а не дикие звери. Меня поймали.

— Я просто решила прогуляться, — тут же попыталась отбрехаться, махая руками.

Центральный волк сделал рывок вперёд и зарычал, отчего я машинально попятилась назад, ступив одной ногой в воду.

— Вы чего? — чуть обеспокоено спросила я. — Скоро вернусь в лагерь.

Центральному зверю было всё равно на мои слова, он не отступал. Склонил морду на бок и рыкнул на волка, стоявшего слева. После чего уже этот зверь начал движение ко мне с оскаленной пастью.

— Эй! — мне стало страшно. — Это же я, новенькая!

Тело сделало ещё один машинальный шаг назад и теперь обе мои ноги оказались в воде.

Самый мелкий из волков продолжал наступление, пока не совершил резкий рывок вперёд. Я закричала от неожиданности и потеряла равновесие, споткнувшись о крупный камень. Не могла же я ошибиться насчёт их вменяемости в обличье зверей? Может, это дикая природа так влияет на оборотней?.. Если да, то мне конец.

Я пятилась назад, теперь уже сидя в воде, пока зверь приближался, а два других окружали меня, отрезая путь для отступления. Как будто я смогла от них сбежать…

Вода была холодной, но мне вдруг стало невыносимо жарко. Тело буквально горело огнём, а кости плавились. Я старалась не сводить глаз со зверюг, но не могла сфокусировать внимание ни на одном из них. Перед глазами всё плыло, затягиваясь пеленой. Даже агрессивные оскалы отошли на второй план моих проблем, когда начало ломить суставы, а уши больше не слышали рычания: в них поселился гул, нараставший с каждым вздохом. Не выдержав, я закричала. Упала на четвереньки, едва ли не касаясь носом воды и задышала рывками, будто меня сейчас стошнит.

Боль усиливалась, как и мой крик, но волков это не спугнуло. Самый мелкий из них уже готовился наброситься, когда я зажмурила глаза от невыносимых ощущений в теле. Я едва ли не теряла сознание, но понимала, что обязана удержать себя, иначе меня разорвут. Усилием воли вновь распахнула глаза и тотчас обомлела…

Из отражения водной глади на меня смотрела серая пятнистая морда. Хищные бледно-жёлтые глаза казались перепуганными, а пасть распахнута от учащённого дыхания. Острые клыки пугали, но также внушали надежду и чувство защищённости. Я могла обороняться. Посмотрев ниже, увидела такие же пятнистые серые лапы с острыми изогнутыми когтями, способные разорвать плоть в один прыжок. Моё тело стало сильным и гибким. Слух, отсутствовавший мгновение назад, обострился, а обоняние чуяло на километры вперёд. Я ощущала земные колебания и видела в ночи даже лучше, чем своими человеческими глазами днём.

Зашипела, переведя взгляд с воды на волков. Я чуяла в них врагов, а ещё ощущала их страх и недоумение. Вряд ли они когда-либо видели мне подобных. Я была мельче, но намного проворнее. Мои кошачьи лапы и длинный хвост сбивали их с толку. Снежный барс — не самый крупный хищник, но не менее смертоносный, и они это знали.

Самая мелкая из волчиц попятилась назад, пока центральная самка — теперь я знала, что все трое — самки — не зарычала, заставляя ту продолжить наступление. Мелкая волчица бросилась на меня с распахнутой пастью, я с лёгкостью увернулась и её несостоявшийся укус пришёлся на камень позади меня. Тот самый, о который я споткнулась. Чувствительные уши уловили треск, а внимательные глаза заметили, как откололся левый клык волчицы. Она взвыла, затряслась, а спустя мгновение на месте зверя в воде уже барахталась Марго.

На меня напала моя бывшая соседка. Та, которой я не сделала ничего плохого. Кто были две другие — могла лишь догадываться, поскольку они тотчас убежали обратно в лес, бросив свою соратницу мне на растерзание.

— Я сломава зюб! — вопила девушка, хватаясь за лицо. — Как ше больно! Моя целюсть!

Я могла бы на неё напасть, отомстить. Но меня не сжирала ярость, а вот громкий визг раздражал восприимчивые кошачьи уши. Зашипев на предательницу и взмахнув длинным хвостом, я помчалась вдоль озера. Никогда в жизни не развивала такой скорости. Никогда не была такой быстрой и выносливой. Никогда ещё не чувствовала себя настолько свободной, вольной бежать куда глаза глядят. Но я остановилась, резко пробороздив когтями землю. Теперь я могла сбежать. Теперь, когда стала частью тайного сообщества. Теперь, когда моё место и правда в пансионе… На глаза навернулись слёзы, но заплакать не удалось. Это сильное тело не умело реветь, лишь жалобно мяукать.

Поняв, что я больше не нуждаюсь в защите, моё тело начало обратную трансформацию, которая прошла намного легче предыдущей. Мне становилось холодно без шерстяного покрова, а человеческие конечности ощущались беспомощными отростками, но боли не было. Я снова стала сама собой. Из глаз потекли слёзы.

Глава 7

Я не позволила себе долго плакать. Это не по мне, я же не какая-нибудь нюня. Да, обращение шокирует, но я знала, что это может произойти, хоть и упорно отрицала, выискивая различия между собой и остальными обитателями пансиона. Однако реальность оказалась куда прозаичнее: я действительно отличалась ото всех при этом являясь одной из них. Пожалуй, подобное могло случиться только со мной. К чему это приведёт дальше — понятия не имею, как и то, что теперь будет со мной. Я не волк, не часть стаи. Чувствую, что скоро не я одна буду ломать голову над этим вопросом, ведь правда так или иначе вскроется.

Поднялась с земли, отряхнула мокрые колени и побрела в сторону лагеря. Дом, милый дом. Теперь официально.

На улице почти никого не осталось: ребята вымотались за день с ранним подъёмом и долгой дорогой, и теперь устало дрыхли в своих палатках. Вот бы и мне свою отыскать. Кажется, она стояла во втором ряду от леса третья с края… или четвёртая? А может и не во втором ряду, а в третьем… Наверное, всё же во втором. Неведомая чуйка вела меня именно туда. К тому же я страшно замёрзла. Мокрая одежда липла к телу, а с волос стекала вода. Я тряслась как осиновый лист, разве что зубами не стучала пока. Хотелось поскорее переодеться в сухое и забраться в тёплый спальник.

Я отвернула кусок брезента и сунула голову внутрь палатки, как тотчас воскликнула:

— Да ладно⁈

Влад пошёл спать довольно рано. Болтовня вокруг костра быстро ему наскучила, особенно те моменты, когда Алиса во всех красках рассказывала о их прошлогоднем путешествии. Врать она умела искусно: будь то заготовленная речь или импровизация. Влад никогда не ездил вместе с ней отдыхать, хотя она часто предлагала, даже настаивала. Однако её и так было слишком много в его жизни. Вот и сегодня стоило ему сбежать в свою палатку, как невеста тут же очутилась на пороге:

— Могу войти? — поинтересовалась она, уже войдя внутрь.

— Не сейчас. Хочу отдохнуть, — объявил парень, укладываясь на спальник. — Лягу спать пораньше.

— Могу остаться с тобой, — тут же предложила Алиса.

— Не надо. Повеселись с остальными, а потом иди спать к себе в палатку.

После этих слов девушка моментально поменялась в лице.

— Влад, — заговорила она тихо, но строго, — в стенах пансиона это можно скрыть, но здесь, на озере, не утаить, если мы будем спать по раздельности.

— Мне всё равно, — отрезал парень, заваливаясь на бок. — Это тебе важно, чтобы наши отношения выглядели подлинными.

Алиса сжала руки в кулаки, спешно думая, что ей делать. Спустя ещё несколько мгновений она громко закричала:

— Как ты мог забыть их взять! — Влад удивлённо поднял голову. — Раз так, то сегодня ночуешь один, без меня! И даже не думай меня останавливать, я не передумаю!

Закончив свой маленький спектакль, девушка пулей вылетела из палатки жениха, гневно топая ногами.

— Что случилось⁈ — к ней тут же подошла Ульяна, готовая в любой момент включить камеру ради свежей сплетни.

— Мы поссорились, — соврала Алиса. — Я отказалась остаться у Влада. Ничего такого, завтра помиримся.

Ульяна раздосадовано поджала губы, когда к ним подбежала Марго, ставшая новой девочкой на побегушках у принцессы пансиона.

— Алиса, Алиса! — запыхавшись верещала она. — Вот ты где! Ты просила следить за Алекс.

— И?..

— Она ушла в лес. Одна.

— Зачем? — нахмурилась Алиса.

— Не знаю, я сразу побежала к тебе!

— Дура! — разозлилась девушка, но тут же взяла себя в руки и добавила: — Ладно. Идёмте, вместе проследим за новенькой.

— Вряд ли мы её догоним, — подметила Ульяна.

— В человеческом обличье нет, — ухмыльнулась Алиса. Две другие студентки переглянулись.

На какое-то время Влад даже уснул, но затем резко распахнул глаза и долго ворочался. То ли дело в отсутствии нормальной постели, то ли в тревожных мыслях, ни с того ни с сего разогнавших сердцебиение. Последнее время подобное случалось частенько, но на сей раз тревога с завидной скоростью перерастала в натуральный страх. Волчье чутье буквально кричало об опасности. Но какая здесь могла иметься угроза? Кто вообще мог противостоять Владу?..

И тут в голову вновь прониклаона . Что-то стряслось с новенькой, понял парень. Он попытался откинуть мысли в сторону. Какое ему до неё дело? Но чувство тревоги только усиливалось. Не выдержав, Влад вскочил с лежанки и бросился к выходу, но не успел одёрнуть брезент, как это сделали за него с другой стороны палатки.

— Да ладно⁈ — воскликнула Алекс, возникшая на пороге.

Страх тотчас отступил, а ему на смену пришло раздражение, что он вообще переживал за новенькую. Сомкнув на груди руки, Влад спросил:

— Сколько можно видеться в ночи? Не проще ли уже ночевать в моей постели? Хотя придётся хорошенько попросить… Не уверен, что хочу пускать тебя внутрь в таком виде. К тому же ты кусаешься, — он окинул взглядом промокшую одежду девушки, уловив, как она дрожит от холода.

— Я просто ошиблась, — Алекс обхватила себя обеими руками, даже не пытаясь съязвить в ответ. На её лице читались усталость и страх.

— Неужели?.. — ухмыльнулся парень, метясь между раздражением и желанием согреть. — Искала палатку Богдана?

— У меня нет желания это выслушивать. Я пошла.

Алекс уже разворачивалась, собираясь уйти, когда жалость победила над раздражением.

— Заходи, — вдруг предложил Влад, останавливая меня. — Ты вся дрожишь. Ночи ещё слишком холодные для купания.

Он действительно думает, что я полезла купаться?.. Я не собиралась раскрывать ему правду о случившемся, но одна только эта фраза взбесила сама по себе, словно я какая-то дурочка.

— Спокойной ночи! — бросила раздражённо. Голос дрожал, а тело сотрясалось.

Скорей бы отыскать мою палатку и согреться, а то зуб на зуб не попадает. Но не успела сделать и шагу, как этот гад схватил меня за плечи и силой затащил к себе в палатку, больше напоминающую шатёр, где можно выпрямиться практически во весь рост.

— Отпусти!

— Да не кричи ты, — и тут же отстранился. Склонился над сумкой в углу и достал запасную футболку. — На вот, надень.

— Надеешься посмотреть? — хмыкнула я.

— Через мокрую одежду и так всё видно. Если не хочешь и дальше меня радовать, переоденься в сухое.

— Гад! — Я выхватила из его рук футболку. — Отвернись!

Мне следовало развернуться и уйти, но я этого не сделала. Не хотелось оставаться наедине с собственными мыслями, даже если альтернативой служило общество этого зазнавшегося мажора. Только не после того, что приключилось со мной в лесу. Что я видела, ощущала и кем стала… К тому же я действительно замёрзла и неизвестно, сколько бы ещё искала свою палатку. Меня словно тянуло в эту сторону, к его обители. А ведь я была уверена, что движусь в верном направлении. Тяжело жить с топографическим кретинизмом…

— Можешь поворачиваться, — объявила я, переодевшись. Футболка Влада превратилась на мне в платье, благодаря чему смогла снять ещё и мокрые шорты.

Парень даже не посмотрел в мою сторону, как ни в чём не бывало завалившись на спальник.

— Ты дрыхнуть собрался? — не сдержалась я.

— Ночь на дворе.

— Тогда меня зачем задержал?

— А ты уже что-то себе нафантазировала? — его голос стал лукавым. — Есть идеи получше, чем заняться?

Я скрестила на груди руки. Как же надоели его намёки!

— И не надейся!

— Хочешь поговорить? — вздохнул он, озвучив совсем не то, о чём я подумала, выставляя меня похотливой дурочкой. — Девушки обожают болтать.

— Мне не о чем с тобой разговаривать. Ты сам не дал мне уйти!

— Я лишь предложил тебе сухую футболку, не придумывай.

— Да пошёл ты! — я снова развернулась, желая уйти, как Влад резко схватил меня за лодыжку, повалив на спальник. — Отвали!

— Не кричи, нас же услышат, — в его хриплом шёпоте я распознала насмешку. Это страшно бесило.

— А мне плевать! — я лягнула парня ногой, высвобождая её из его хватки, после чего тут же приняла сидячее положение.

— Хочешь, чтобы утром все считали тебя моей любовницей? — он снова заложил руки себе за голову.

— Так вот зачем всё это…

— Думаешь, я настолько бессердечный?

— Об этом пусть судит твоя невеста, — хмыкнула, отстраняясь от горячего мужского тела.

Влад скривился при одном только упоминании Алисы и вмиг посерьёзнел.

— Не говори о том, чего не знаешь.

— Меня не волнуют ваши отношения. Но факт остаётся фактом — она твоя невеста!

— Больше так не говори. Я повторять не буду, — прозвучало почти как угроза. Или вызов.

— Алиса. Твоя. Невеста, — проговорила, буравя взглядом чёрные омуты, затерявшиеся во мраке.

Не знаю, чего я добивалась, провоцируя его, но ответная реакция не заставила себя ждать. Влад резко приподнялся, а затем одним рывков повалил меня на спальник и навалился сверху, прижимая всем телом. Мне следовало завопить, позвать на помощь, но я чуть ли не замурлыкала от удовольствия, ощутив столь желанное тепло.

— Я предупреждал… — прорычал он мне в ухо.

— Тебе меня не запугать… — мой голос снова задрожал, но теперь по иной причине.

— Я не запугиваю девушек, — его горячее дыхание обдало заледеневшую кожу.

— Вот и славно.

— А ещё я знаю, что означает, когда девушка специально нарывается.

— И что же… — не успела договорить, как его губы коснулись моего уха.

Я дёрнулась всем телом, но не смогла вырваться, а затем ощутила, как горячий язык скользнул вниз от мочки по шее.

— Прекрати… — простонала я.

Парень хрипло усмехнулся.

— Нужно звучать убедительнее, если хочешь, чтобы я остановился. Иначе не поверю.

Его язык прошёлся по моей шее ниже, практически достигнув ворота футболки. Мне нужно лишь внятно потребовать, чтобы он прекратил, но я не была бы собой, если бы вместо этого не плеснула очередной порцией яда:

— Оставь свои ласки для Алисы, а от меня отстань!

Влад замер, а затем медленно отстранился, освобождая мои конечности. Я уже думала, что он ничего не скажет, однако лениво завалившись обратно на спальник, он процедил:

— Ты уже согрелась.

Его голос звучал холоднее льда.

— Прогоняешь?.. — зачем-то спросила я, принимая сидячее положение. Парень даже не удосужился ответить, чем окончательно меня разозлил. — С радостью покину это логово!

Я резко вскочила на ноги и двинулась к выходу. Брезентовая крыша касалась макушки, но я всё равно гордо выпрямила спину. А затем замерла у самого выхода, но Влад больше не обронил ни слова. Неужели я надеялась, что он меня остановит?.. Я не могла этого хотеть!

— Ирбис или же снежный барс, — мужчина задумчиво почесал подбородок. — Интересно-интересно.

Сразу по возвращению я очутилась в кабине Вячеслава Яковлевича. Мне даже не требовалось гадать, кто именно настучал преподавателю о моём перевоплощении. Марго гордо шагала по пансиону с отколотым резцом, вынюхивая всё и вся. Сама бы я предпочла держать в секрете случившееся.

— Данный подвид давно не встречался, — продолжал преподаватель. — Его считали вымершим. Напомни-ка свою фамилию, Александра?

— Острова.

— По отцу? — уточнил он.

— Нет, по маме.

— Какая отцовская?

— Не знаю, — я пожала плечами. Допрос утомлял. — Он укатил в закат ещё до моего рождения.

— Нужно побеседовать с твоей матерью, а пока свободна, — я тут же вскочила с кожаного дивана. — Чуть не забыл! Зайди в мой кабинет после обеда.

— Зачем? — насторожилась я.

— По поводу твоего переселения в главное крыло. К полудню подготовят комнату.

Согласно кивнув, поспешила к выходу. С утра меня ждала первая тренировка с командой. Ещё вчера мне было плевать, ведь я собиралась сбежать, но теперь чирлидинг становился моей действительностью. Кто меня только тогда за язык тянул?.. Из-за убеждённости в побеге я была слишком неосторожна в словах и навлекла на себя лишние обязанности капитана. Но и бросать девочек не хотелось, разве что Марго… с прогиба.

Все четверо ожидали меня во дворе в то время, как вторая команда уже вовсю тренировалась под тиранией Алисы. Большую часть спортивной площадки занимали парни, сворачивавшие шеи при моём появлении. Когда стало известно об обращении, я внезапно стала всем интересна. Чат ломился от вопросов о «новенькой» и о её загадочной звериной форме. Ребята строили теории, вспоминая какие-то имена, которых я никогда не слышала и с уверенностью могла сказать, что они не являлись моими предками.

Пока размышляла о родственниках, не заметила, как сзади навис Стас, шепнув мне на ухо:

— Ты новая игрушка, киска. Все хотят с тобой поиграть, но только со мной ты бы замурлыкала.

— Не подавись слюной! — рыкнула я, предварительно подпрыгнув на месте от неожиданности.

Больше я не смотрела в сторону парней, полностью проигнорировав их сальные свистки и голодные взгляды. Лишь на мгновение глаза задержались на Владе, готовившемся к бою на матах. В отличие от остальных он не обращал на меня внимания, но бесил сильнее прочих. С той ночи мы не то, что не разговаривали, а делали вид, что не знаем друг друга. Ну и отлично. Всё правильно. Так и должно быть. У него есть невеста, а у меня гордость.

Я приблизилась к девчонкам, поздоровалась с Лизой, Миланой и Аней, а Марго наградила холодным прищуром.

— Приступим? — спросила я. — Милана, как твоя рука?

— На оборотнях всё быстро заживает, — заверила меня студентка. — Уже могу тренироваться.

— Не перенапрягайся только, ладно?

Девушка согласно кивнула.

— Аня, — обратилась к самой мелкой из четверых. — Будешь нашим новым флаером?

— Я… я очень боюсь высоты, — заверещала тихоня. — Пожалуйста, не заставляй меня, как Алиса!

— Не буду, не волнуйся. Значит, выберем кого-то другого.

Позади тотчас раздался смешок капитана второй команды. Я обернулась. Алиса смотрела на меня со смесью превосходства и насмешки, значение которой я не сразу поняла. Но как только мы приступили к тренировке, то всё встало на свои места. Марго целенаправленно рушила акробатические и танцевальные элементы, прикидываясь неумёхой. Ставила девочкам подножки, ломала построение и не страховала. Я даже заметила, как несколько раз Алиса одобрительна кивнула засланному агенту. А когда я попыталась отстранить Марго от тренировки, то она тут же нажаловалась своей родственнице.

— Алекс, — вмешалась тренер Марина. — Вы выбрали флаера?

— Да, это буду я. Больше некому.

— А Марго? Почему ты не даёшь ей роль?

— Марго отказывается работать в команде, — обтекаемо ответила я.

— Это неправда! — завизжала бывшая соседка. — Я просто неуклюжая и она меня исключила.

— Алекс, как капитан ты должна раскрывать таланты, а не избавляться от неугодных.

— А что насчёт командного духа? — сощурилась я. — Девочки подтвердят, что Марго специально срывает тренировку. Я требую замены!

— Замены?.. — удивилась тренер.

— Да! Раз уж Марго не хочет быть частью нашей команды, то пусть переходит в другую.

— Замена возможна… — задумалась Марина, — но только если кто-то из девочек второй команды сам захочет поменяться.

Позади послышался новый смешок Алисы. Она прекрасно знала, что никто не решится пойти против неё. И что же делать? Работать с Марго невозможно и отстранить её не получится. Проще на всё плюнуть и даже не пытаться, но сдаваться не в моём характере. Стучать на бывшую соседку выше? Это её метод, а не мой. Как ни крути, положение безвыходное.

— Я поменяюсь, — вдруг заявил кто-то.

Я резко обернулась, а глаза тотчас округлились от удивления. К нам шагала Каролина. Та самая стерва, однажды затолкавшая меня в душ к Владу. Если это опять какая-то подстава от Алисы…

— Принимаешь замену, капитан? — ухмыльнулась девушка.

— Принимаю, — кивнула я. Хуже всё равно уже не будет.

— А как же… — разволновалась Марго, явно не ожидавшая такого разворота событий. — Я же…

Похоже, она и сама не жаждала попасть в команду к Алисе, только шпионить и портить наши тренировки для неё. Пускай теперь позанимается под гнётом деспота с высоким каштановым хвостиком. Заслужила.

Перевела взгляд с Каролины на Алису и искренне порадовалась увиденному. Судя по выражению лица капитанши — она была непричастна к уходу своего лучшего игрока и теперь пребывала в натуральном шоке.

— Каролина… — наконец собралась и заговорила Алиса. — Ты сейчас серьёзно?

— Ага, пакеда! — только и бросила ей на прощание девушка, небрежно махнув рукой.

Марго неуверенно двинулась в сторону второй команды, навстречу недовольному лицу Алисы. Каролина тем временем поравнялась со мной.

— Зачем тебе это?.. — не сдержалась и спросила я.

— Ты забавная, — чирлидерша пожала плечами. — А ещё мой парень на тебя заглядывается.

Так всё дело в Стасе! Этот гад даже перед тренировкой не удержался, чтобы не отвесить мне какую-нибудь пошлость. И всё это на глазах у своей девушки!

— Зачем ты мне это говоришь? — уточнила на всякий случай, вдруг готовится очередная месть.

— Предупреждаю, что хочу держаться к тебе поближе. И чтобы Стас был на виду.

— Мне твой парень не нужен.

— Вот и славно. Мир?

— Мир.

Глава 8

Все студенты, включаю мою команду, вернулись в пансион принять душ и переодеться. Я прибывала в отличном настроении, переступая порог главного входа. Во-первых, меня чертовски радовали воспоминания о том, как Алиса орала на Марго за неуклюжесть — считаю выслуженным наказанием за предательство. А во-вторых, сама тренировка пошла как по маслу после замены участницы. Каролина оказалась на редкость общительной девушкой, хоть и с придурью. Однако страховала меня как надо, когда я была вынуждена стать новым флаером.

— На каком ты курсе? — спросила её я.

— На четвёртом вместе со Стасом и Владом.

От упоминания имени последнего по телу прокатилась волна мурашек.

— Так ты и познакомилась со своим парнем?

— Ну-у… почти, — задумалась Каролина. Мы неплохо разобщались за тренировку, невзирая на наш конфликт в прошлом. — Мы были первогодками, когда Стас решил подкатить, а я ему отказала.

— И тем не менее вы вместе, — заметила я.

— Сама в шоке! — девушка по-дружески толкнула меня бедром. — Ты прикинь, его так задел мой отказ, что он сфотографировал меня в одном белье и выложил в чат!

— И ты начала с ним встречаться после этого⁈ — у меня округлились глаза. Я после такого выцарапала бы гадёнышу глаза.

— Ещё чего! Это было только начало. На следующее утро я подменила всю одежду Стаса в душе на моё бельё. То самое, в котором он меня сфотографировал. Ему ничего не оставалось, как бежать по пансиону в моих кружевных трусиках! И вот тогда я тоже его сфотографировала и выложила в чат с опросом: на ком бельишко лучше сидит? Он победил в голосовании и ещё месяц не мог отмыться от позора!

— И вот тогда вы начали встречаться? — История их «любви» объясняла всю специфичность сложившихся отношений.

— Нет, конечно! Началась полномасштабная война. Кровавая и ожесточённая. Мы портили жизнь друг другу до тех пор, пока не переспали. Так всё и завертелось.

— И жили они долго и счастливо, а их любовь к душевым кабинам и злым приколам никуда не исчезла… — сыронизировала я.

— Ты о том случае с Владом? Было же весело!

Мы остановились у водяной стены на середине холла. Я собиралась напомнить Каролине, что лично мне в то утро весело не было, но не успела открыть рот, как меня окликнул Вячеслав Яковлевич:

— Александра, подойди!

— Я же должна зайти к вам после обеда, а ещё только утро.

— Да-да, — профессор зашагал мне навстречу, — но с твоим переселением возникли непредвиденные… трудности.

Я остановилась, а Каролина и остальные девчонки смешались с толпой студентов, заполнивших помещение.

— Видишь ли, комнату, в которую ты должна была заселиться, затопило. Работники выясняют причины и скоро всё починят, однако вся утварь и отделка безвозвратно испорчены. Понадобится время, чтобы всё восстановить. Мне жаль это сообщать, но тебе придётся ещё какое-то время пожить в крыле прислуги.

Преподаватель говорил о случившемся так, словно это страшная трагедия, а на деле обычный пустят. Во всяком случае для меня.

— Ладно, — пожала плечами.

— Помещение скоро восстановят, вот увидишь! — он то ли утешал, то ли уговаривал меня потерпеть.

— Ну ок, спасибо.

Я даже не знала, что тут ответить. Честно говоря, меня совершенно не заботила новая комната, напротив, даже вещи собирать не придётся. Зато беспокоили ядовитые смешки Алисы неподалёку. Сдаётся мне в потопе без её участия не обошлось.

— Пусть займёт соседнюю от моей комнату. Она давно пустует, — вдруг в разговор вклинился Влад, как окружающие тотчас притихли, вслушиваясь.

— Что⁈ — и лишь голос Алиса прокатился громом по всему холлу. — Ты же не разрешал никому туда заселяться, даже мне! Не хотел, чтобы у тебя был сосед!

— Я передумал.

Секундная пауза. Глаза девушки заметались, затем на лице возникла улыбка, а изо рта вырвались слова:

— Ты у меня такой щедрый. За это я тебя и люблю! Сама хотела предложить эту… благотворительность, но ты меня опередил, мой волчонок.

Боже, и как ей только удаётся выносить саму себя? Алиса же натурально сверлит меня взглядом, а губы улыбаются и произносят то, что она на самом деле не думает, лишь бы прилюдно не упасть лицом в грязь. Не знаю, что у них за отношения, но я начинаю понимать, почему Влад не желает слышать даже упоминания о его невесте. Вероятно, он просто устал от её масок. Но тогда зачем было обручаться?..

— Если Владислав не против, то… — заговорил Вячеслав Яковлевич.

— Не против, — перебил его Влад, после чего развернулся и ушёл.

Влад спешно шагал по зданию, пытаясь избежать сцены от Алисы, но она неумолимо следовала по пятам.

— Влад! — в очередной раз окликнула его невеста.

Однако парень не сожалел о содеянном. Тогда на озере он повёл себя грубо с новенькой: сначала приставал, а затем прогнал. Ей не следовало его злить, а ему реагировать. Предложенная комната что-то вроде извинения, которое он никогда не произнесёт вслух. А ещё Владу страшно хотелось держать её поближе к себе. Рядом с ней уходят тревоги, а волчье чутьё молчит. Если для собственного спокойствия ему нужно, чтобы девчонка находилась под его защитой, то так он и поступит. Поселит поблизости и будет приглядывать.

— Любимый, давай поговорим! — Алиса вцепилась Владу в руку.

— О чём? — устало спросил он.

— Что у тебя с этой Алекс? Ты же понимаешь, что об этом могут узнать и тогда нашей репутации конец! Если уж заводить любовницу, то рангом повыше и не в пансионе.

В очередной раз услышав, что на самом деле беспокоит его невесту, парень одёрнул руку и заскочил в свою комнату, захлопнув перед её носом дверь. Неужели вся его жизнь будет такой?.. Показной брак. Показные чувства. Показное счастье.

Я заселилась в свою новую комнату, которая оказалась в два раза просторнее и имела дизайнерскую отделку в неоклассическом стиле с лепным декором на стенах и большим зеркалом в серебряной раме. Скучно и официозно как на мой вкус, но с лихвой компенсируется собственным санузлом и душевой кабиной в примыкающей комнате. Такие апартаменты есть не у каждого обитателя пансиона, мне же посчастливилось войти в число избранных благодаря протечке (вряд ли случайной) и внезапной милости Влада.

Последнее стало единственным, что омрачало переезд, ведь мне предстояло стать с ним соседями. Не уверена, что это хорошая идея селить парня и девушку по соседству, но, похоже, у Волкова в пансионе имелись особые прерогативы по многим вопросам. Уверена, ему бы даже позволили жить в одной комнате вместе с невестой, если бы он того захотел. Но чем дольше я наблюдала за этой парочкой, тем страннее казались их отношения.

По началу я думала, что Влад просто кобель, направо и налево изменяющий своей невесте. А Алиса озлобленная на девушек стерва именно по этой причине, ведь каждая в пансионе для неё потенциальная любовница будущее супруга. Но теперь мне думается, что проблема кроется намного глубже. Хотя это всё ещё не моё дело.

Спортивная сумка с вещами упала на диванчик у подножья кровати, а рюкзак с художественными принадлежностями на саму постель. Вся комната была отделана в благородных бело-голубых тонах с вкраплением серебра. Думаю, мне бы такое понравилось будь я лет на двадцать старше или обладай аристократичным вкусом, но будучи простой девчонкой, выросшей в панельке, мне резало глаза всё это обилие света и воздуха. А потому я поспешила зашторить окна, когда смартфон в кармане внезапно зазвонил.

— Привет, мам, — вздохнула в трубку, заранее зная о чём пойдёт речь.

— Здравствуй, Саша, — ответное приветствие тоже не сулило ничего хорошего. — У меня тут состоялась интересная беседа с твоим преподавателем…

Я плюхнулась на мягкую кровать всем телом в позе звезды, а смартфон уронила рядом с ухом. Разговор обещал стать долгим, хотя мама не кричала и не злилась. Более того, примерно через десять минут расспросов она вдруг выпалила:

— Это всё моя вина… Я впустила в свою жизнь этого мерзавца!

— Ты об отце? — догадалась я. — Где он сейчас?

— Понятия не имею, — в её голосе появились слёзные нотки. — Он сбежал, как только узнал о беременности. Наверное, надеялся, что я избавлюсь от ребёнка, если останусь одна. Но как я могла? Ты моё счастье, Сашенька!

— Кем он был? Ты никогда не рассказывала, — осторожно поинтересовалась, вернувшись в сидячее положение.

— Мне так стыдно признаваться перед тобой, но я почти ничего о нём не знала. Он так красиво ухаживал, дарил дорогие подарки, виделся со мной каждый день. Вскружил голову одним словом! А я ведь была ещё девочкой: глупой и наивной. Мы были знакомы всего неделю, когда он привёл меня в такой отель, куда бы меня даже работать не взяли. Там всё и случилось… — она всхлипнула. — Затем мы виделись раз в две недели, но он продолжал напоминать о себе каждодневными букетами и подарками.

— Похоже, он был женат… — резонно предположила я.

— Я слишком поздно это поняла.

— И что было потом?

— Задержка, — вздохнула мама. — Я сообщила ему о возможной беременности и…

— Он исчез?

— Почти. Выслал мне приличную сумму денег и скрылся. Слишком большую. Я сразу поняла, что он откупается, но названивать не переставала. Я же… я же любила его, понимаешь? А потом он просто сменил номер. Я ведь не знала ни его адреса, ни даже полного имени. Сейчас уже понимаю, что имя, которое он мне назвал, вряд ли было настоящим. Джон. Как можно было поверить? А я поверила… Хотела ему верить.

— Ты была влюблённой студенткой, — напомнила я, параллельно вспоминая, что получила отчество своего деда по материнской линии, а не отца.

— А расплачиваться за мои ошибки приходиться тебе! Это из-за него ты попала в эту школу. Его гены нашли у тебя в крови и… дальше нельзя об этом по телефону, а то разъединят, — опомнилась мама. — Ты прости меня.

— Не за что извиняться. Уж точно не за то, какими генами меня наградил этот «ходок за хлебом», — съязвила я. — Ты никак не могла знать.

— Мне и сейчас мало, что объяснили.

Я понятия не имела, какой долей правды и лжи напичкали мою маму, а потому не могла рисковать, продолжая разговор, ушедший не в то русло.

— Ладно, мам. Скоро следующее занятие, мне надо готовиться.

— Хорошо, милая. Люблю тебя!

— И я тебя.

Закончила звонок с неприятным осадком на душе. Вроде бы и не врала, но и правды не говорила. Да и не смогла, даже если бы попыталась. Чтобы отвлечься, потянулась к рюкзаку и выудила из него блокнот для рисования. Хотелось набросать свои чувства и мысли, выплеснуть их в нечто абстрактное, понятное мне одной. Однако меня снова отвлекли, на сей раз стуком в дверь.

— Войдите! — прокричала и створка тотчас распахнулась.

На пороге стоял Богдан с робкой улыбкой на губах. Увидев его, я и сама заулыбалась.

— Проходи, — поманила его похлопыванием по покрывалу. — Как тебе мои новые апартаменты? Круто, да?

Парень опустился на кровать рядом.

— Только не говори, что тебе начало здесь нравиться, — улыбка тут же сошла с его лица, а следом и с моего.

— Не то, чтобы… просто…

— Встречаемся в полночь под нашим клёном, — перебил меня он.

Я нахмурилась в непонимании.

— Сегодня ты покинешь пансион. Я помогу тебе сбежать.

Ничего не ответив, я коснулась руки парня и сжала пальцы в знак благодарности. Честно говоря, понятия не имею, что тут надо сказать. Богдан стал единственным, кто отнёсся ко мне с теплом и взялся помочь, хотя сама я уже не была уверена, что мне это нужно. Однако и отвергнуть его усилия не могла. Он старался и рисковал. Не его проблема, что я передумала.

— Клён. В полночь, — повторил Богдан, после чего покинул мою комнату.

Неужели я действительно сегодня сбегу?.. Голову заполнили мысли о том, что будет дальше. И чем дольше прокручивала разные варианты событий, тем отчётливее понимала, насколько это ужасная затея. Для меня больше не существовало пути назад.

Я рухнула на кровать, распластав конечности в разные стороны. Рисовать перехотелось, а для ужина ещё слишком рано. Телефон, снова оказался у головы, оставленный на подушке после разговора с мамой. Он неприятно пиликнул возле уха. Рука машинально потянулась проверить уведомление.

В студенческом чате появился очередной пост от Ульяны. На сей раз это было короткое видео, смонтированное из трёх фрагментов. На первом Богдан стучал в дверь моей новой комнаты, на втором выходил из неё, а на третьем появлялось ехидное лицо блогерши, вещавшей в камеру:

— Минута сорок секунд — ровно столько Стрельский пробыл у новенькой. Неужели он настолько плох, что управился за столь жалкое время? Или же это она настолько непривлекательна, что ему пришлось уйти ни с чем? Жду ваших ставок, дамы и господа!

А ниже комментарий от Стаса: «Почему он, а не я⁈»

От злости у меня загорелись щёки. Одно — следить за моей жизнью и совсем другое впутывать Богдана! Он не заслужил подобных издевательств, искренне пытаясь мне помочь. Я была настолько зла, что впервые принялась строчить гневный комментарий под постом, но не успела его опубликовать, как резко вздрогнула, уловив крае глаза движение в комнате.

Сначала подумала, что мне почудилось, но затем зеркало в серебряной раме снова шевельнулось и отъехало в сторону. За ним в узком проходе стоял Влад со смартфоном в руке.

— Что… — обомлела я. — Как⁈

— Лучше ты мне ответь, — он вышагнул из прохода и выпрямился. — Всё-таки Стрельский, серьёзно?

Парень продемонстрировал экран своего смартфона, где на повторе крутилось то же самое видео, под которым я не успела дописать комментарий.

— Сначала ты! — я вскочила с кровати. — Это что, тайный проход между нашими комнатами?

— Допустим, — сощурился он.

— Какого чёрта⁈ Только не говори, что поселил меня в своё логово для свиданок!

— Если тебя это успокоит, то бельё здесь меняют регулярно.

— Так это правда! — не выдержав, я схватила с постели подушку и швырнула в голову Влада. К несчастью, он увернулся.

Парень рассмеялся, а я брезгливо отряхнула руки.

— Алиса знает?

— Конечно, нет. Твоя очередь отвечать.

— Ну уж нет! — я потянулась за второй подушкой. — Она же твоя девушка! Хуже того, невеста! А ты просто кобель!

Влад за один рывок оказался рядом со мной и перехватил подушку. Его глаза опасно сузились, а речь превратилась в шипение:

— Ты ничего не знаешь обо мне, но уже решила кто я такой?..

— Так просвети, — я сглотнула ком, но взгляда не отвела, продолжив тонуть в чёрных омутах.

— Эту помолвку устроили наши родители. И как ты понимаешь, без нашего на то согласия.

— Зачем?.. — только и смогла выдавить.

— Династический брак чистой крови оборотней.

— И ты не можешь отказаться?

— Для чего? — усмехнулся Влад. — Чтобы жениться на кошке и уничтожить чистоту родословной?

— Я… я не это имела в виду, сам знаешь!

Парень рассмеялась и напряжение спало. Он сделал несколько шагов в сторону, мне сразу стало легче дышать.

— Алиса идеальная партия, — в один миг его голос стал леденящим. — Чувства в договор не входили, котёнок. Моя очередь спрашивать: неужели ты действительно выбрала Стрельского?

— Мы просто друзья.

— Хорошо, — заключил Влад. — Тогда ты не сильно расстроишься, если я запрещу тебе его сюда приводить.

— Это моя комната!

— Нет, ты просто арендуешь её у меня, — он развернулся, собираясь нырнуть обратно в проход за зеркалом.

— Гад! — я всё-таки швырнула в него вторую подушку, но нахал успел скрыться за потайной дверью. Удар пришёлся по моему отражению.

Так просто я этого не оставлю! Бросилась к зеркалу, но как ни старалась открыть проход — ничего не вышло. Вскоре стало понятно, что он открывается только с обратной стороны. Это взбесило не на шутку, пробудив во мне силу сразу трёх богатырей. Я за один присест сдвинула диванчик у кровати и подпёрла им зеркало, чтобы Влад даже не думал соваться сюда без разрешения. Если что-то понадобится, пусть стучит в дверь, как все остальные!

Без одной минуты полночь. В большинстве окон ещё горел свет, зато, как стало известно за ужином, руководство школы уехало обсуждать вопрос ученицы с необычной мутацией, способной обращаться в кошку. Лучшего момента для побега не придумать. Однако я не находила себе места от волнения, даже на качелях усидеть не могла и просто кружила вокруг дерева, обхватив себя обеими руками.

— Вот и ты! — на гравийной дорожке показался Богдан, а позади него плёлся тот самый сторож, поймавший меня на клёне в мою прошлую попытку побега. — Не бойся, он нам поможет.

Немолодой мужчина воровато огляделся по сторонам, сжимая в кулаке охапку ключей. Стало понятно, что ему заплатили за услугу и молчание.

— Я только открою ворота, а дальше вы сами, — рявкнул сторож.

— Поторопимся, — Богдан протянул мне руку, ладонью вверх. — Сегодня твоё заветное желание сбудется!

Но вместо того, чтобы её принять, я отшатнулась на шаг назад.

— Богдан, послушай. Не думаю, что это хорошая идея…

— Ты же сама этого хотела! — парень недоумённо захлопал длинными ресницами. — Просила о помощи. Так почему передумала?

— Всё изменилось, сам знаешь. Я оборотень. Да и что будет дальше?.. Ну вернусь я домой, меня на следующий же день возвратят в пансион.

— Так всё дело в этом? Если ты не знаешь, как от них скрыться, я помогу!

— Я не преступник в бегах! — повысила голос, но тут же опомнилась и заговорила спокойнее: — Я просто студентка, которая хочет жить свою обычную жизнь: учиться в институте, потом найти работу за копейки, выгореть, уволиться, разочароваться в выбранной профессии и заново начать поиски себя. Понимаешь? Они всё равно не дадут мне нормально жить и учиться, пока я не закончу это дурацкое обучение в пансионе.

— Так ты сдаёшься?..

— Это просто здравый смысл.

— Я не позволю тебе отступиться, когда ты почти получила то, чего хотела! — воскликнул парень, сделав резкий шаг ко мне.

Разнял мои руки, плотно скрещенные на груди, и потащил вперёд.

— Я же сказала, что не хочу! — я и с места не сдвинулась.

— Ты просто напугана, но я со всем тебе помогу, обещаю! — он не уступал, продолжая силой тащить меня вперёд.

— Богдан, хватит! Это моё окончательное решение! — не выдержала и рявкнула. — Прости, я поминаю, что ты старался и сделал это для меня. Я очень тебе благодарна и никогда этого не забуду, но… Да отпусти же ты меня!

Лишь после этого хватка Богдана ослабла. Он перестал меня тащить, но руку не отпустил. Его лицо стало грустным и даже разочарованным. Я чувствовала, что подвела своего единственного друга.

— Когда дама требует её отпустить — ты отпускаешь, — прозвучал знакомый надменный голос из темноты. — Или ты из тех типов, что воспринимают женское «нет» как «да»?

На дорожку вышел Влад. Сторож стушевался при его появлении и тотчас сбежал, звеня ключами. А Богдан нехотя разнял свои пальцы, высвобождая моё запястье.

— Всё нормально, — сказала я то ли одному, то ли другому парню.

— Не нормально, если девушка вынуждена повышать голос, чтобы её услышали, — не унимался Влад.

— Прости, я просто хотел как лучше, — Богдан смотрел только на меня. — Если…

— Никаких если, — опять вмешался Волков, встав рядом со мной. — Отправляйся восвояси, я сам провожу Алекс, мы ведь теперь соседи. Ах да, чтобы я больше не видел тебя в её комнате.

Богдан молча опустил глаза. Да что это такое? Почему он терпит? И словно прочитав мой немой вопрос в глазах, Влад произнёс:

— Перед альфой следует склонять голову ниже.

— Ты ещё не альфа, — сквозь зубы процедил Богдан.

— И тем не менее намного выше тебя.

Влада забавляла реакция моего друга, а я больше не могла это выносить. Шагнула вперёд и встала между ними, словно живая преграда.

— Хватит! — потребовала, глядя в бездонные глаза моего нахального соседа.

— Прекращу, если пойдёшь со мной.

— Я пойдук себе , а не с тобой, ясно? Просто нам по пути.

— Меня это устраивает.

Ничего больше не сказав, Богдан спешно удалился, даже не обернувшись. В груди защемило от незнания, какими станут наши отношения завтра. Я страшно боялась потерять единственного друга и чувствовала себя ужасно виноватой перед ним.

— Ты самый настоящий гад, знаешь? — прошипела, когда мы остались наедине.

— Как неблагодарно. Я вообще-то спас тебя, между прочим, уже в третий раз. Становишься моей должницей, котёнок.

— Не стоило его унижать. Он хороший парень!

Мы двинулись в сторону здания, соблюдая метровую дистанцию друг от друга.

— Хорошие парни не удерживают девушек силой.

— Он хотел мне помочь, я сама передумала… — замолчала, решая, стоит ли рассказать Владу об очередной попытке побега. Впрочем, уже и не важно. — Я ведь планировала сбежать, сам знаешь. Попросила Богдана о помощи, но в последний момент передумала.

— И правильно сделала. Это опасная затея и для тебя, и для твоих близких. Откажешься играть по правилам — тебя уничтожат. Ещё ни одной выскочке не удавалось раскрыть нашу тайну общественности.

— Знаю… — я тяжело вздохнула. — Поняла, что пути назад нет, когда сама обратилась.

— Умная кисонька, — ухмыльнулся Влад.

— А сам-то? — я толкнула его кулаком в каменное плечо. Дистанция между нами сократилась. — Это ведь уже не в первый раз, когда мы сталкиваемся в ночи. У тебя бессонница или ты меня преследуешь?

Парень не ответил сразу. Мы ступили на крыльцо пансиона, когда он наконец заговорил:

— И то, и другое. У меня странное чувство каждую ночь, когда ты пытаешься сбежать.

И тут уже обомлела я. Для начала от его тона, в котором не осталось надменности, и заканчивая самими словами. Никак не ожидала услышать нечто настолько откровенное от этого зазнавшегося гада.

Что ж, откровенность за откровенность.

— Ты не прав, — заявила я. — Ты спас меня не в третий раз, а в четвёртый, если учесть тот случай в палатке, когда я чуть не умерла от холода.

— Мне впору требовать награду за все мои подвиги, — съехидничал Влад.

— Подпитанное героизмом эго — недостаточная награда для сира?

— Считаешь меня рыцарем?

— Скорее злодеем, прогнавшим настоящего рыцаря, пытавшегося вызволить принцессу из заточения.

Глава 9

День начинался с урока иностранного языка. Казалось, подобные занятия должны проходить в группах, но поскольку большинство учащихся уже свободно говорили на английском, не было никакой нужды разделять курсы. Я же не понимала и десятой доли того, о чём болтали остальные, а преподавательница старалась лишний раз меня не дёргать, видя отсутствие интереса к учёбе. Подобный расклад устраивал нас обеих.

Дверь отворилась, однако в кабинет вошла не Виолетта Андреевна, а Вячеслав Яковлевич. На мгновение я даже подумала, что перепутала расписание, но затем мужчина заговорил:

— Доброе утро, студенты! И поздравляю всех с первым днём лета! — аудитория никак не отреагировала, и он продолжил: — Как вы знаете, преподавательский состав отлучался на совещание, где было принято решение, что завтра в школу прибудет делегация, в честь чего состоится торжественный приём.

— Какая ещё делегация? — выкрикнул Стас. — Наши родители приедут что ли? Так и скажите, что будет утренник!

— Или день свиданок в тюрячке! — следом пошутила его девушка Каролина.

По аудитории прокатился хохот, но тотчас стих, когда слово взял Волков:

— Мы все знаем, по какому поводу состоялось совещание. Но зачем после этого устраивать приём в пансионе?

— Спасибо за твой вопрос, Владислав, — предельно вежливо обратился к нему профессор. — Лидеры сообщества хотят лично познакомиться с нашей новой уникальной ученицей.

Меня передёрнуло. Вячеслав Яковлевич не называл имени, но все и так знали, что речь идёт обо мне.

— Всё-таки утренник! — Стас вновь разрядил обстановку. — Петь надо будет? Я лучше танцую!

Студенты зашумели пуще прежнего, вынуждая преподавателя повысить голос:

— Тишина в аудитории!

Это не подействовало, пока слово опять не взял Влад:

— Да заткнитесь вы! — и замолчали все. — Что моему отцу понадобилось от новенькой?

— Никто уже много поколений не встречал оборотней-кошек, так что делегация во главе с твоим отцом желает лично пообщаться с обладательницей столь редкой мутации, — пояснил профессор. — А заодно справиться об успехах своих отпрысков.

Мне это не нравилось. Я им не выставочная кошка! А ещё что-то подсказывало, что на этот «день открытых дверей» мою маму не пригласят. Может, оно и к лучшему.

— Это ещё не все новости, — снова заговорил Вячеслав Яковлевич. — В честь первого дня лета вас отпустят в город. Можете навестить родственников и встретиться с друзьями, а руководство пансиона тем временем подготовится к завтрашнему приёму.

— Амнистия! — воскликнула Каролина.

— Только до вечера! — объявил профессор. — Ночью вы вернётесь в пансион.

Вторая новость обрадовала меня больше первой. Если делегация из родителей этих мажоров пугала, то возможность побыть дома и увидеться с мамой — вселяла радость. Да и, честно говоря, я уже устала от тишины этого уединённого места. Соскучилась по суете и шуму большого города, а потому восприняла известие с неменьшим энтузиазмом, чем все остальные.

За распахнутыми воротами ожидал большой синий автобус. На правом боку красовался герб пансиона, на который Влад вдоволь насмотрелся за четыре года обучения. Осталось всего одно лето, и парень свободен. Скоро он вернёт себе свою жизнь, временно поставленную на паузу. Возвратится в Европу или включится в дела отцовской Империи. Долгое время он только об этом и думал, перетасовывая в голове дальнейшие планы. Теперь же там плотно поселилась белокурая фигура с цветными прядями. Она запрыгнула в салон автобуса без какого-либо изящества, но с лёгкостью и полным безразличием к окружающим, выбрав место в самом конце, подальше от остальных и уткнулась в смартфон. Будь его воля, он бы даже не посмотрел в её сторону, но глаза будто сами искали Алекс в толпе.

Влада завораживало насколько новенькой плевать, что о ней подумают люди. Её походка не была идеальной, а волосы не всегда уложенными. Споткнувшись о ступеньку, она не озиралась по сторонам в страхе, что кто-то это увидит. Она просто шла дальше по своим делам, не обращая ни на кого внимания. Без масок, только живой человек со всеми прилагающимися недостатками и неловкостями. Наверное, он просто устал от идеальных картинок, раз начал подмечать такие мелочи. Или то, что его перестали раздражать её цветные волосы. Напротив, теперь они его забавляли. Он гадал: какого цвета пряди будут сегодня?.. Ярко-малиновые. Не угадал.

Утром, когда обрюзглый профессор сообщил, что отец Влада хочет познакомиться с Алекс, парня охватила ревность и желание оградить её от этих стервятников. Откуда это взялось?.. Он еле сдержался, чтобы не засыпать преподавателя вопросами, ограничившись всего одним.

Вот и сейчас что-то внутри велело ему сесть рядом с новенькой, защитить от окружающих. Он же видел, как ей одиноко и неуютно среди давно сформированных компаний. Наверняка она просто бесцельно листает новостную ленту, даже не вникая в увиденное. Пожалуй, он мог бы скрасить её поездку.

— Любимый… — до его запястья дотронулась Алиса, вырывая из размышлений. Лицо девушки выглядело обеспокоенным, когда Влад едва не прошёл мимо её сиденья, рядом с которым пустовало второе, придержанное для него. — Ты куда? Садись.

Парень взглянул на свою невесту, а затем на Алекс, рядом с которой также пустовало место. Что-то внутри снова дало точный ответ, где ему следует находиться. Но не успел он двинуться дальше по салону, как рядом с новенькой уселся Стрельский. Опять этот червяк мешается у него под ногами. Так и норовит раздавить.

Похоже, вчера вечером Влад был недостаточно убедителен, раз он посмел снова приблизиться к его… соседке.

— Любимый?.. — настойчивее переспросила Алиса.

Решив оставить всё как есть, Влад нехотя уселся рядом с невестой, чему она несказанно обрадовалась, тут же вцепившись в его локоть и опустив голову на плечо.

Если бы она действительно любила Влада, он пощадил бы её чувства и не относился к ним столь небрежно, но он знал, что они и выеденного яйца не стоят. Всё это спектакль для окружающих, подготовка перед большой игрой в «счастливую семью». Он не любил Алису, а Алиса не любила его.

— Богдан! — обрадовалась я, увидев друга. Наконец-то выдался шанс извиниться перед ним за вчерашнее. — Садись рядом, если хочешь, конечно.

— А могу не хотеть? — подмигнул парень, словно вчера я не отвергала его помощь, а Влад не прогонял.

— Ты не злишься из-за вчерашнего? Я повела себя как дура, незнающая чего хочет.

— Только не говори, что опять передумала! — Богдан плюхнулся на соседнее сиденье.

— Нет, но мне всё ещё стыдно, что так вышло. Ты старался и рисковал, а я…

— Если что, я всегда к твоим услугам. Если передумаешь, — его ладонь накрыла мою и слегка сдавила пальцы в знак поддержки.

— Спасибо, — выдохнула с облегчением. — Я так боялась, что ты и разговаривать со мной не захочешь…

Мы разняли руки. Продлись прикосновение чуть дольше, и оно уже не было бы дружеским.

— Рада выбраться из пансиона?

— Конечно! Увижусь с мамой, а потом, возможно, встречусь с подругой, если она не будет занята подготовкой к сессии. В институте начались экзамены.

— Может, после этого и мы встретимся? Покатаемся по вечернему городу, выпьем кофе?

— С радостью!

— Я отвезу тебя в одно фантастическое место!

Школьный автобус развёз студентов по домам, объехав полгорода. Дорога выдалась долгой, отчего и времени на «свободе» оставалось не так уж и много. Первым делом я проведала маму, едва вернувшуюся с работы. Она учитель, а потому и освобождается рано, иначе бы и вовсе могли не пересечься. Правда разговор совсем не клеился: она задавала вопросы, на которые я не могла ответить. Прихватив из шкафа наряд со школьного выпускного, в итоге сбежала на улицу, сославшись на запланированную встречу со Светой, хотя на деле ещё даже не звонила ей. Мама лишь спросила зачем мне платье, но я и про приём не стала рассказывать, зная, что её не пригласят.

Выскочила во двор с омерзительным чувством на языке. Ужасно, когда приходиться недоговаривать близкому человеку, но в то же время это для её же безопасности. Для меня пути назад нет, но мама всё ещё может жить свою обычную жизнь без оборотней и тайных сообществ. Ей известно, что мой биологический отец наградил меня «особыми» генами, из-за чего я должна учиться по специальной программе и пройти курс реабилитации в пансионе. Для неё это генетическое отклонение, о котором нельзя распространяться. Пусть всё так и остаётся.

Под открытым небом сразу стало легче дышать. Здесь меня никто не жалел и не допрашивал. Я больше не была «больной» девочкой, чья мать отыскала новую причину побега её первой любви. Мама уверовала, что отец сбежал как раз из-за проблем со здоровьем. Якобы он был не в себе и не дружил с головой. Но я-то знала, что дело не в этом. А ещё поражалась желанию оправдать его поступок спустя столько лет вместо того, чтобы признать: он просто эгоистичный гад, чхавший на нас с мамой.

Вытащив из кармана смартфон, набрала Свету по видеосвязи. Хотелось не только услышать, но и увидеть подругу. На фоне виднелась моя пошарпанная панелька, а не пансион, так что и проблем со связью не должно возникнуть.

— Я на свободе! — воскликнула, увидев лицо подруги по ту сторону дисплея. — Ненадолго, но всё же!

— Ого, привет! — обрадовалась она. — Так тебя отпустили⁈

— Только до вечера. Как сессия?

— Сдала все зачёты, остались художественные экзамены.

— Эх… — вздохнула я. — Могли бы вместе сейчас готовиться.

— Было бы здорово, но я не одна, мне помогают, — Света переместила камеру в сторону, демонстрируя Глеба без футболки, развалившегося на её диване.

— Оу… — растерялась я.

— Приходи к нам! Мы как раз почти закончили и собираемся смотреть кинчик.

— Не хочу быть третей лишней, — фальшиво усмехнулась. — И вообще я тут вспомнила, что у меня ещё остались дела. Обещала Богдану покататься с ним по городу.

— Кто такой Богдан? — спросил Глеб, нахмурившись. Как будто сам не предпочёл мою подругу вместо того, чтобы дождаться меня.

— Друг.

— Вы спите?

— Нет и… не твоё дело! — огрызнулась, обомлев от бестактности вопроса.

— Не говори так с Глебом! — встряла Света.

— А ты могла бы для начала узнать, не против ли я ваших отношений! — во мне нарастало раздражение. — Я не стала бы мешать, но всё же предупредить подругу стоило!

— У вас всё равно ничего бы не вышло, — хмыкнула девушка, даже не осознавая, как некрасиво поступила со мной.

— Ещё может выйти, — влез Глеб. — Если бросишь свою новую учёбу, то я брошу Свету. Мы же это так… даже не встречаемся.

И тут я выпала в осадок. А глаза округлились от возмущения. Вот же проныра!

— В смысле не встречаемся⁈ — следом возмутилась и сама Света. — Мы же провели ночь вместе!

— И что?.. — Глеб прикинулся дурачком. — Нам хорошо вместе, мы развлекаемся, но на отношения я не подписывался.

— Саше же ты предлагал встречаться! — подруга кивнула в мою сторону.

— Ну тебе же не предлагал, — парировал скользкий скульптор, будто и сам весь состоял из мокрой глины.

— Нет, но…

На месте Светы я бы ещё несколько фраз назад выгнала этого гада прочь из своего дома и жизни. Однако она предпочла сделать крайней меня:

— Довольна⁈ Хочешь разрушить наши отношения? И не мечтай, Глеб — мой! — сказав это, девушка бросила трубку.

Пожалуй, я и сама хотела закончить разговор, став свидетелем очень странной ссоры. После я ещё несколько мгновений тупо пялилась в потухший экран смартфона с приоткрытым ртом, анализируя услышанное. Глеб мне и даром не нужен. Он не был мне нужен даже тогда, когда предлагал встречаться. И уж тем более теперь, став ухажёром моей подруги. Мне вдруг стало по-настоящему обидно за Свету, цеплявшуюся за типа, не ценящего её.

Влюблённость страшная сила. Девушки совершают ошибки ради мужчин, которые того не стоят. Унижаются ради тех, для кого они лишь «временное пристанище». Ставят их желания выше собственных, только бы удержать при себе того, кто этого не заслуживает.

Я ведь сама планировала поступить с Глебом подобным образом. Я не влюблена в него, но думала, что неплохо было бы обзавестись парнем на лето. В подобном союзе нет ничего дурного, если вам одинаково всё равно на партнёра. В случае же Светы в дело вмешались чувства, которых этот тощий скульптор попросту недостоин. Не каждому в этом мире посчастливится встретить настоящую любовь, но это не повод размениваться на меньшее.

Разблокировав экран смартфона, я принялась набирать номер Богдана, когда неподалёку прозвучал гудок клаксона. Я не обратила на него внимания, тогда звуковой сигнал повторился, вынуждая меня поднять глаза.

Напротив моего подъезда остановился новенький спорткар, каких эти дворы ещё не видывали. Чёрный рычащий зверь с тонированными стёклами издал очередной сигнал, но я и с места не сдвинулась, пока стекло с водительской стороны не опустилось, открывая обзор на наглое лицо Влада.

— Что ты тут делаешь⁈ — вырвалось у меня вместо приветствия.

— Позвонил в пансион и узнал твой адрес. Ничего сложного.

— Они имеют право разглашать личные данные учащихся? — двинулась к тачке.

— Нет, — ответил парень, выбравшись из автомобиля. — Но мне можно. Я ведь особенный.

Влад ухмыльнулся. Так и захотелось двинуть по самодовольной физиономии.

— Садись.

— И не подумаю.

— Мне нужна твоя помощь.

— И зачем такомуособенному типу понадобилась помощь кого-то вроде меня?

— Сама всё увидишь, садись.

На этот раз парень не стал дожидаться моего «нет» и практически силой затолкал меня в двухместный салон, усадив на красное кожаное сиденье. Ещё и заботливо пристегнул, пока я брыкалась и вырывалась, привлекая внимание случайных прохожих. Однако вмешаться никто не решился.

— Я вообще-то собиралась встретиться с Богданом!

— Уже нет, — нагло заявил Влад, плюхаясь в водительское кресло. — Сегодня ты моя.

— Найми настоящего специалиста! — воскликнула, увидев, чего от меня хочет Влад.

Он привёз меня в загородный дом, ограждённый со всех сторон высоким забором. Даже с улицы это место выглядело как нечто, где мне не следует ходить и дышать. Сломаю что-нибудь и обеих почек не хватит, чтобы расплатиться. Но словно и этого было мало, Влад потащил меня внутрь особняка, полного слуг. Здесь имелся даже дворецкий, как у какого-нибудь Брюса Уэйна.

— Тогда отец узнает о случившемся и запретит вечеринки в доме. А тебя… — хмыкнул парень. — Тебя прислуга примет за очередную мою подружку. И никаких подозрений.

— Класс! — выпалила раздражённо, упёршись кулаками в бока.

Я разглядывала испорченное произведение искусства на стене, наблюдая как глубоко белый след въелся в холст. Краска в том месте вздулась и потрескалась, не говоря уже об эстетизме. С картины на меня смотрел суровый черноволосый мужчина, одетый в тёмный кафтан и плащ без рукавов, расшитый золотом. Повреждение пришлось на его одежду, словно это он сам был неряхой, а не тот, кто испачкал старинный портрет.

Днём к Владу нагрянули друзья, умудрившиеся пролить молочный коктейль на полотно. Не знаю, что бы я сделала на его месте первым делом: выгнала бы таких друзей или попыталась сразу всё убрать. Этот же гений не сделал ничего, понадеявшись, что само высохнет, тем самым дав жидкости время нанести холсту непоправимый ущерб. А когда осознал свою ошибку, то просто разыскал меня в надежде на чудо.

— Ты ведь училась на художника-реставратора, — напомнил он. — Как раз для тебя работёнка.

— Меньше года! — воскликнула я. — И первый курс закончить не успела! К тому же мне нужны растворитель, краски, кисти и…

— Я всё купил, — остановил меня парень. — В машине. Сейчас принесу и приступай, пока родители не вернулись.

— Если я что-то испорчу…

— … То хуже всё равно уже не будет, — перебил меня он. — Просто попытайся.

— Ладно, — вздохнула я, после чего потёрла лоб ладонью. — Попробую помочь.

Влад вернулся со всем необходим. Запер дверь, чтобы нас никто не потревожил, и помог снять тяжёлую картину со стены. А затем просто уселся в кресло, молча наблюдая за моими творческими потугами. Работать в тишине, да ещё и под пристальным надзором нервировало, так что я спросила:

— Чей это кабинет?

— Моего отца, — ответил парень, закидывая ноги на стол.

— Ты устроил вечеринку в кабинете отца⁈

— Это не была вечеринка. Так, встретился с парочкой друзей детства.

— Чем эта картина так ценна? — поинтересовалась, пока зачищала поражённую область.

— Тем, что на ней изображён мой предок князь Волков. Основатель рода и бла-бла-бла. Этот портрет кочует в моей семье из поколения в поколение.

Рука, в которой я держала кисть, затряслась. Вот так новость! О подобном следует сообщать заранее, ведь, как оказалось, картина имеет куда большее значение, нежели я могла подумать. И уж точно такую работу не следовало доверять недоучке.

— А раньше предупредить не мог⁈ — разозлилась я.

— Это что-то меняет?..

— Да! Есть моменты, когда лучше признаться и получить заслуженное наказание, но обратиться к настоящему специалисту!

— Ты тоже специалист. Уже почти и не видно, что моему прапрапра… и ещё несколько раз прадеду брызнули на кафтан белой жидкостью.

— Ты омерзителен! — у меня закатились глаза.

— Не спорю, — Влад поднял обе руки, признавая очевидное. — А почему ты решила стать реставратором?

— Куда хватило баллов на бесплатное обучение, туда и пошла, — сообщила, не отвлекаясь от работы. — Всегда хотела стать художницей.

— Это ни одно и то же.

— В твоём мире получают что хотят, в моём — что доступно.

— Я заплачу тебе за работу сколько попросишь.

— Не надо, я ещё не профессионал, чтобы брать плату. Я даже не уверена, что пятно не вылезет завтра обратно наружу.

— Как же мне тогда тебя отблагодарить?..

Голос парня стал лукавым, когда он неспешно подошёл ко мне со спины и наклонился к холсту.

— Искреннего «спасибо» будет достаточно.

— Спасибо.

— Видишь, это несложно! — я нервно усмехнулась. Не ожидала, что Влад действительно меня поблагодарит. Непривычно общаться с ним вот так, как нормальные люди, без колкостей и раздражения.

Аккуратно взявшись за раму с обеих сторон, повесили картину обратно на стену. Краска будет сохнуть всю ночь, но вряд ли кому-то понадобиться тыкать в холст пальцами. В остальном я справилась даже лучше, чем ожидала. Пятна как и не было!

— Ты голодная? — спросил Влад. Меня ужасно смущало видеть его таким… внимательным и вежливым. — Я просто обязан тебя накормить.

Но как будто и этого было мало, он принялся помогать мне оттирать краску с перепачканных пальцев. Ещё и делал это намного нежнее, чем я сама. Слишком нежно. И слишком приятно.

— Не хочу, — из меня вырвался резкий ответ, пока щёки наливались жаром. Я так не смущалась даже когда оказалась с обнажённым ним в душе. — И вообще пора возвращаться в пансион.

— Мы уже опоздали на автобус, — сообщил парень, стерев с кончиков моих волос масло.

— И что теперь делать? — волнение перекрыло смущение. — Если мне из-за тебя влетит…

— Не волнуйся! Поедем на моей.

Как бы я не сопротивлялась, по дороге мы всё же заехали в ресторан с замысловатым названием, заказав еды навынос. Влад потягивал кофе, сидя за рулём, а я уплетала за обе щеки круассан с сырно-мясной начинкой, засыпая крошками кожаный салон и любуясь видом отдаляющегося ночного города.

— Когда у тебя день рождения? — вдруг спросил парень.

— Прошло незадолго до похищения.

— Похищения? — удивился он, переведя взгляд с пустой дороги на меня.

— Ага, меня скрутили прямо в кампусе и привезли в пансион, — болтала еле разборчиво, прожёвывая еду. — Только мешка на голове не хватало.

— Не удивительно, что ты так рвалась сбежать… — прыснул Влад. — А сколько исполнилось?

— Восемнадцать.

— И как отпраздновала?

— Никак, — пожала плечами, освобождая от фольги десерт. — На что-то грандиозное денег не было, а устраивать обычную посиделку не хотелось.

— Это не дело. Совершеннолетие должно проходить с размахом!

Удивительно, но за всё время поездки мы умудрились ни разу не поцапаться. Хотя ещё не вечер.

— Пофиг, — отмахнулась я, шлифуясь молочным коктейлем, из-за которого умудрилась сегодня устать, проголодаться и опоздать на автобус.

Влад помолчал с полминуты, а затем выпалил предельно серьёзным тоном:

— Значит так: я устрою тебе незабываемый ДР, пусть и с опозданием, взамен за твою помощь сегодня. Идёт?

— Это необязательно.

— Не люблю быть в долгу, тем более перед девушкой. А раз уж плату ты не принимаешь, то возьмёшь подарок.

— Стоп, стоп, стоп! — хитро сощурилась я. — У меня есть условие! Даже не думай откупиться дорогой безделушкой! Я хочу подарок, который ты придумаешь, выберешь или сделаешь сам, ясно?

— Серьёзно?.. — Я кивнула, и парень недовольно заворчал: — А подключить на помощь дизайнера или…

— Никого нельзя! — остановила его я. — Всё сам!

Тяжело вздохнув, Влад сосредоточился на дороге. Наверняка уже начал продумывать свой чудо-подарок. Интересно, на что ему хватит фантазии?.. Если, конечно, завтра он и вовсе не забудет, что обещал.

Всю дорогу мы болтали обо всём и ни о чём одновременно. Под конец всё же умудрившись поцапаться из-за какой-то ерунды, так что на территорию пансиона въезжали уже молча. Сторож без проблем пропустил машину Влада. И если к нему не возникло никаких вопросов, то меня с ходу попытались отчитать за опоздание, пока не вмешался мой «особенный» спутник, сообщив, что я с ним. И как-то в одночасье нарушенное мною правило перестало являться проблемой, требуемой срочного выговора. Ну и славно, ведь шёл уже второй час ночи, и кроватка манила в свои тёплые объятья.

Глава 10

Перевалило за два ночи, а Влад никак не мог уснуть, ворочаясь в постели. Простыня превратилась в ком, отчего заснуть становилось ещё сложнее. Мысли мощным потоком неслись ему в голову, не позволяя расслабиться. Проведя с Алекс весь вечер, она лишь плотнее засела в его голове. А ведь он наивно полагал, что пообщавшись с ней, наваждение развеется.

Не было никаких друзей детства, а пятно от молочного коктейля оставил сам отец, когда в гневе швырнул напиток в стену. С тех пор он много раз хотел заняться реставрацией портрета, но руки никак не доходили. Выискивая предлог, чтобы встретиться с новенькой, Влад раскопал не только её адрес, но и институт, где она училась. Профессия сама собой подсказала решение, и он тотчас сорвался с места, помчавшись к ней.

Около недели Влада гложила их странная связь. Почему он ощущает её тревогу или предчувствует, что девушка в опасности, даже без видимых на то причин? Дело в ней или в нём самом?.. Размышления привели его туда, где за все четыре года обучения он ни разу не был. В библиотеку.

Покопавшись в старинных книгах на тему своего чутья, парень ничего не нашёл, хотя в пансионе имелась самая большая и правдивая коллекция материалов про оборотней. Ничто не подходило, если только… Нет, этого не может быть!.. Подобная связь упоминалась лишь в контексте истинной волчьей пары. Одной на всю жизнь. Смешно. Это точно не про него, да и не влюблён он в новенькую. Она симпатичная и целеустремленная, и даже её неформальный стиль каким-то магическим образом перестал его раздражать. Более того, ему начали нравиться её цветные пряди и то, как она закладывает волосы за уши, открывая вид на пирсинг. Он просто привык к этому, не более. Не говоря уже о том, что Алекс и не волчица вовсе.

Но почему он тогда не в силах выкинуть новенькую из головы? Он даже поселил её поближе к себе, но это чувство не ушло, только усилилось. Возможно, ему просто мерещится. Нет никакой связи, он просто ищет оправдание тому, что слишком часто о ней думает. Ещё и как дурак признался прошлой ночью, что чувствовал все её попытки сбежать. Алекс не обратила внимания на его слова, но Влада всё равно терзало собственное признание, вылетевшее изо рта. Словно происходящее с ним стало реальным, когда он заговорил об этом вслух.

Сон окончательно отступил. Злой и раздражённый, Влад резко вскочил с постели, ненавидя себя за то, что думает об Алекс, мирно спящей за стенкой.

Мне снился красный кожаный салон. Я на пассажирском сиденье и полностью обнажённый Влад за рулём. Старалась смотреть куда угодно, только не на него. Разглядывала проносившиеся мимо деревья и фонарные столбы. Ночное небо без звёзд и пустую дорогу впереди. Отчего-то удержать отвёрнутую в сторону голову было труднее, чем бежать во сне. Я то и дело поворачивалась к парню и каждый раз взгляд предательски скользил вниз, изучая подтянутое мужское тело. А он будто бы и не замечал этого, без стеснения продолжая вести машину.

С каждой секундой в салоне становилось всё жарче, пока мне самой не захотелось раздеться. Одна за другой пуговицы на учебной рубашке выскальзывали из петель, но прохладнее не становилось. Напротив, жар охватывал моё тело изнутри. Внизу живота пульсировало, а бёдра принялись ёрзать на сиденье. Я сгорала от нетерпения, но не могла себе позволить сорвать всю одежду в одночасье. Казалось, если делать это постепенно, то Влад не заметит, что до этого я была одета.

А затем я проснулась и от возбуждения не осталось и следа. Напротив, я вся сжалась под одеялом от ощущения, что в моей комнате кто-то есть. Темнота давила на виски, а в каждой тени виделся монстр. Что-то разбудило меня, предостерегая об опасности и я не собиралась игнорировать это чувство. Резко вскочила с постели и включила свет на прикроватной тумбе, готовая в любой момент схватить лампу в руки и атаковать.

Тусклый свет осветил пространство вокруг. Я почти успокоилась, как вдруг из тени вышел обнажённый по пояс Влад в чёрных пижамных штанах. Спасибо, что сейчас на нём одежды побольше, чем в моём сне…

— Я же заложила проход! — кивком указала в сторону зеркала.

— Зеркало сдвигается в сторону, а не открывается вперёд, — смеясь надо мной, пояснил парень.

— Чего тебе?

— Не спится, — пожал он плечами, разглядывая стены.

— И поэтому ты решил завалиться ко мне⁈ — на взводе прокричала я, еле сдерживаясь, чтобы не запустить в него лампу.

— Я тебя разбудил?

— Ты меня напугал! — не успокаивалась я. Сердце всё ещё бешено колотилось. — Какого ты вообще делаешь в моей комнате посреди ночи⁈

— Она не твоя, забыла? — ухмыльнулся парень, неспешно двинувшись ко мне.

— Ничего подобного!

— Не веришь?.. — его улыбка стала шире и какой-то вызывающей. Он приблизился к моей кровати с другой стороны. — Я буду находиться здесь когда захочу и сколько захочу. Но мне жаль, что я потревожил твой сон.

Сказав это, Влад плюхнулся на постель, будто она и правда была его собственностью.

— Выключи свет, — ещё и посмел командовать.

Однако я не растерялась. Запрыгнула на кровать и принялась сталкивать на пол это нахальное тяжеленое тело.

— Вали к себе и дай мне поспать! — Ничего не выходило. Я и на миллиметр не сдвинула его к краю, так что пришлось подключить ноги и толкать парня ими.

— Ложись и спи! — отбивался он, не желая уступать. — Кровать большая!

— Ага, конечно, как будто это возможно пока ты здесь!

Я продолжила пихать Влада босыми ступнями в бока, а он только смеялся.

— Подвинься хотя бы! — фыркнула, признавая поражение. Этот гад слишком тяжёлый, хотя так с виду и не скажешь. Всё-таки мышцы много весят.

Тут он мне уступил и сдвинулся на край. Не то, чтобы мне не хватало места на большой кровати, но так между нами оставалось свободное пространство, которое я поспешила заложить подушками.

— А это у нас что?.. — Пока я строила между нами баррикаду, Влад изучал мои вещи на прикроватной тумбе. Точнее то, что вывалилось из рюкзачка после того, как я его разгрузила, чтобы привезти из дома своё выпускное платье.

— Положи на место, это не твоё!

Вскочив на подушки, попыталась выхватить у него из рук комикс с ярко-красной обложкой. Парень извернулся, не позволив мне этого сделать.

— Это что… манга?

— Отдай! — вновь потребовала я, наплевав на попытки оградиться и перелезла через баррикаду, упёршись ладонью в твёрдую мужскую грудь. Вторая рука продолжила попытки дотянуться до моей собственности в загребущих лапах Влада.

— Так ты ещё и анимешница! Кого я впустил сюда пожить… — издевался он, выкручиваясь в разные стороны.

Я так и не сумела коснуться комикса, зато успела облапать всю его грудь и спину. И то, и другое оказалось слишком рельефным, и это вызвало неожиданный отклик в моём теле. Впрочем, под чёрными пижамными штанами тоже кое-что нарастало.

— Между прочим, это девушка-мангака нарисовала. Её мангу не так-то просто достать в России! — сообщила я, стараясь отвлечься от непрошенных мыслей. Мы слишком близко друг к другу и на нас слишком мало одежды. — Скоро состоится выставка её работ в Москве, но я не смогу пойти. Так что положи комикс на место, ты и так его весь помял!

Парень не стал спорить и опустил мангу на край тумбы, как вдруг между страниц вылетела бумажка. Я не сразу вспомнила, что это, а когда поняла, то было уже поздно. Влад успел заглянуть в мой табель успеваемости.

— Что это?.. — вчитался он.

— Это ещё из института… Эй, не смотри! Отдай! — задёргалась в новых попытках выхватить мою собственность.

— Вот это оценки по естественным наукам! — весело воскликнул изворотливый гад. Владу везло, что я не решалась забраться на него сверху и отнять свою вещь силой. — Физика… Основы высшей математики… Еле тянешь! Только рисование и история искусств отлично. А ещё меня тупым качком назвала! Что тут у нас дальше…

— Верни! — я принялась колотить его кулаками в бока, но это тоже не сработало. — И я не говорила, что ты тупой, а лишь, что компенсируешь кое-что ниже пояса!

— Тут ты тоже ошиблась, — его ухмылка стала самовольной. — Но с твоими оценками тебе не привыкать делать неверные выводы.

Вот гад!

Стеснение как рукой сняло. Я запустила ногти ему под рёбра и принялась неистово щекотать. Теперь он не просто извивался, а сквозь смех умолял прекратить. На мольбы я отреагировала своеобразно: надавила сильнее, вынуждая его выпустить из рук табель и прикрыть руками обнажённый торс.

— Бешеная двоечница!

— Но проиграл-то ты!

Не теряя времени, подхватила табель, намереваясь спрятать. Но, как назло, в моей пижаме не имелось ни одного кармана, так что пришлось сунуть листок под майку в чашечку бюстгалтера.

— Эй, я же не дочитал! Думаешь, не достану?..

— Не рискнёшь!

Но он рискнул. Резко приподнялся на локтях, занимая сидячее положение, а после одним рывком повалил меня на спину. Я взвизгнула от неожиданности, но тут же рассмеялась, когда уже он принялся меня щекотать.

— Прекрати! — я колотила его ногами и отбивалась руками, но Влад слишком силён.

Одну мою ногу он зажал подмышкой, а обе руки прижал к подушке своей огромной лапищей. Я изгибалась и хихикала, умоляя его остановиться, ведь вторая его рука всё так же продолжала щекотать. А у меня из оружия осталась всего одна свободная ступня, которой не хватало силы оттолкнуть от себя мускулистого парня.

— Сдаёшься? — игриво спросил он.

— Сдаюсь! — на глаза выступили слёзы.

Но вместо того, чтобы отпустить, Влад лишь прекратил меня щекотать. Теперь его пальцы нежно поглаживали мои рёбра, постепенно проскальзывая всё выше под майку.

— Ты больше не смеёшься… — его голос стал тихим и хриплым.

— Не видишь, я плачу… — я тоже заговорила шёпотом.

Дыхание сбилось от осознания того, как властно он заключил мои руки в замок над головой. А то, как он дотрагивался своими пальцами до моего тела, вызывало огненную бурю внизу живота. Всё это было чертовски неправильно, но я не хотела, чтобы он останавливался.

Влад навис ниже, балансируя на сильных ногах, сдавивших мои бёдра. А свободная рука поползла вверх, касаясь края бюстгалтера.

— Я же говорил, что достану… — выдохнул он мне в губы, практически соприкасаясь с ними.

Жар его дыхания обжигал не хуже пальцев под моей маечкой. Огонь играл даже в его чёрных непроницаемых глазах, изучавших мои губы и шею. Он словно не мог определиться, что хочет попробовать на вкус первым. И тут я опомнилась, не переставая при этом глазеть на рельефный бицепс, сковавший обе мои руки над головой:

— Мой телефон…

Он и правда уже несколько раз пиликнул, извещая о новых текстовых сообщениях. Кому это понадобилось писать мне посреди ночи?.. Кто бы это ни был — он только что спас меня от фатальной ошибки, показавшейся в ночи Раем и ставшей стыдом наутро.

— И пускай…

Парень никак не отреагировал. Медленно облизал свои пересохшие губы в предвкушении и уже собирался накрыть ими мои, когда я отвернула лицо. Его губы упёрлись мне в щёку, и я расслышала тихий рык разочарования. А за ним прозвучало ещё одно уведомление на смартфоне.

— Может ты забыл, но у тебя есть невеста… — ко мне полностью вернулся рассудок и осознание неправильности происходящего.

— Возможно тебя утешит, что мы с ней не спим, — Влад не торопился меня отпускать. Его губы поползли ниже по моей щеке, оставляя на коже влажный след.

— Меня утешит, чтоя́не стану спать с парнем, у которого есть невеста, — я игнорировало то, как приятны мне его прикосновения. Его тяжесть. Его учащённое горячее дыхание. Я не должна была позволять ему даже того, что уже случилось. — Отпусти меня!

Я не стану очередной дурочкой, которую Влад покатал на своём спорткаре, а она покатала его на себе. Я не настолько глупа. У меня есть гордость и чувство самоуважения, как бы меня не манил его голос, запах или тепло.

Влад не желал меня отпускать, но и проигнорировать мою просьбу не мог, а потому медленно разнял пальцы, сковывавшие мои запястья, и отстранился. Без его горячего тела над моим стало холодно и пусто.

— Алекс… — прохрипел он, как в этот же миг мобильник снова завибрировал, окончательно выводя из себя и без того раздражённого волка.

Разозлившись, Влад резко метнулся в сторону и схватил с прикроватной тумбы злосчастный смартфон. Его тёмные глаза сверкнули жёлтым светом, когда он взглянул на дисплей. Я даже не успела возразить, что это мой телефон, как он прорычал:

— Надеялась увидеть здесь Богдана, а не меня? Твой любовничек места себе не находит, всё пишет и пишет!

Проклятье! Я так и не перезвонила Богдану, хотя собиралась встретиться с ним в городе. Замоталась и совсем забыла, а он наверняка волнуется, потому и пишет. Меня ведь и в обратном автобусе не было. И в пансион вернулась уже ночью. Надо срочно ему ответить и сообщить, что со мной всё в порядке.

— Ещё не поздно закончить начатое с другим, — бросил Влад, скривив лицо в гримасе такого презрения, что все остальные слова и мысли тут же выветрились из головы.

Это фраза задела настолько, что я не стала оправдываться и объясняться, мне хотелось сделать ему так же больно в ответ.

— Ты прав, хотя тебя это и не касается. И да, не переживай, втвою комнату я его не приведу. Переночую у Богдана. Хотя спать мы вряд ли будем…

И неважно, что я испытываю к Богдану исключительно дружеские чувства. Этот гад заслужил, чтобы ему предпочли другого хотя бы на словах. Пусть же и ему станет гадко и больно, раз уж сам за своим языком не следит!

Я знала, что мои слова заденут Влада, но никак не ожидала, что после он со всей силы швырнёт мой телефон в стену, а тот разобьётся в дребезги. От страха я даже зажмурилась, ведь неизвестно, что иликто полетит следующим. Но когда открыла глаза, парень уже успокоился. Он всё ещё тяжело дышал, сжимая одну руку в кулак, а другой потирая лицо в попытках обуздать внутреннего зверя.

— Завтра… завтра тебе привезут новый. Какой хочешь? — спросил он задыхаясь и даже не глядя в мою сторону.

— И всё?.. Ну да, для тебя же это всего лишь вещь! Хоть сотню таких купишь! — Зачем я только его подначиваю? Мало мне было этой вспышки гнева…

— Это и правда всего лишь вещь, — произнеся это, Влад развернулся и ушёл, а мне вдруг стало слишком просторно на этой огромной кровати.

Мы как кошка с собакой. Блин, а ведь действительно…

Ночь выдалась… странной. Я и первый раз легла спать поздно, а после ухода Влада и вовсе ещё долго не могла уснуть. Меня бесило, что он посмел лезть в мою личную жизнь, даже если её не существовало. Я не хотела думать о нём, закрывая глаза. Не хотела представлять его пальцы на моём животе, укрываясь одеялом. Не хотела чувствовать его запах на моей подушке, касаясь её носом. В попытках выкинуть его из головы, проворочалась ещё час и только тогда уснула.

Проснулась уже к полудню, проспав всё на свете. Обед стал для меня завтраком, а будничный день выходным. Сегодня все занятия в пансионе отменили из-за вечернего приёма для важных шишек сообщества, чей приезд я так же проспала. И теперь наблюдала, как по коридорам слоняются серьёзного вида мужчины в деловых костюмах, женщины в костюмах, костюмы в костюмах.

Проглотив обедо-завтрак и приняв душ, неспеша возвращалась к себе в комнату, когда заметила у двери бледно-розовую коробку с атласным бантиком наверху. Я догадывалась, что внутри, но почему розовый?.. Чем я могла продемонстрировать, что это мой цвет? Может, всё дело в том, что я блондинка? Крашенная, но всё же.

Подхватив с пола коробку, завалилась вместе с ней в комнату и поспешила открыть. Внутри оказался новенький смартфон: уже включённый и с сим-картой, а ниже лежала записка, написанная от руки удивительно ровным почерком:

'Он не прослушивается. Можешь звонить кому захочешь, но будь благоразумна. В остальном все счета будут оплачены, ни о чём не беспокойся.

З. Ы. Я позволил себе лишнего прошлой ночью. Сожалею.'

Интересно, это Влад о своих словах, разбитом телефоне или о его руках под моей маечкой?.. Пожалуй, лишним было всё.

На дне подарочной коробки под упаковкой от смартфона я вдруг заметила кое-что ещё: редкий выпуск манги Изуми Саито, который в России попросту не достать. Обалдеть! Где он его нашёл⁈ А самое главное: неужели Влад действительно меня слушал, когда я рассказывала о любимой художнице-мангаке?

На самом дне коробки имелась ещё одна записка, звучавшая несколько угрожающе:

'Это только начало. То, что удалось добыть в кратчайшие сроки.

Ещё раз: сожалею.'

Невольно я улыбнулась от нежелания моего соседа принести прямое извинение. Он из тех людей, кому проще откупиться подарками и размытыми «сожалею», нежели просто признать, что вспылил.

Однако я всё равно улыбнулась. Прежде мне никогда не делали столь дорогих подарков. И я сейчас не о цене. Для Влада это пустяк, но вот его умение слушать стало для меня настоящим открытием. Я ведь даже не называла ему имени мангаки. Он сам вчера запомнил имя художницы или название комикса на обложке и отыскал один из редчайших выпусков. Такое внимание дорогого стоит.

Но как бы не хотелось придаться чтению манги, как и все сейчас в пансионе, я была вынуждена заняться приготовлением к вечернему приёму. Привести в порядок влажные после душа волосы и примерить привезённое из дома выпускное платье.

Как оказалось, я опять превзошла себя. Наряд превратился в мятое нечто, пролежав в рюкзачке всю ночь. Но даже будь платье идеально отпаренным, оно всё равно не смотрелось в антураже пансиона. Его место в стенах школьного актового зала, не дальше. Слишком простое, слишком дешевое. Годное лишь для прогулок по городу, но никак не для приёма серьёзных дядечек. Я осознала, что не могу в нём пойти, а другого у меня ничего нет.

Сначала меня охватила паника, а затем злость. Не мне нужен этот приём, хоть меня там и ждут. А я вот возьму и не приду!

Вариант взбунтоваться успокоил взволнованную голову и помог начать мыслить здраво. Может я и не смогла сбежать из пансиона, но точно сумею улизнуть с приёма, если не выйдет исправить ситуацию с платьем. Стоит сначала попытаться, а если не получиться — вернусь к плану Б.

Пораскинув мозгами, разблокировала экран новенького смартфона и задумалась, к кому бы могла обратиться за помощью. А уже спустя пятнадцать минут на моём пороге стояла Каролина с одежным чехлом и туфлями в руках.

— У тебя же 38 размер ноги? — с ходу спросила она, заваливаясь ко мне в комнату. — Как же меня подмывало прикольнуться и принести тебе кожаный костюм женщины-кошки и плеть, ты не представляешь!

— А у тебя такой есть? — закрыла за девушкой дверь.

Её лукавая улыбка стала мне ответом.

— Но у меня есть условие! — вдруг заявила она.

— Я думала, мы на пути к дружбе… — хмыкнула я. — Ладно, слушаю.

— Ты должна ответить взаимностью на подкат Стаса!

— Что⁈ Ты с ума сошла⁈ — похоже, я всё-таки сбегу с приёма.

— Помнишь, как мы сошлись? Моего парня привлекает недоступность. Ответь на его интерес, и он сам отстанет.

— Ты уверена, что это не сделает только хуже? — засомневалась я. — Я сломаю ему нос, если что-то пойдёт не так.

— Поверь, я знаю своего Стасика, — Каролина принялась освобождать принесённый наряд из чехла.

— Тогда договорились.

— Держи, — и протянула мне платье.

Тоненькое, чёрное. На бретелях и с открытой спиной. Длиной до пола, а потому требовались высокие каблуки. Как раз такие Каролина держала в руках и ухмылялась.

— Нравится? — спросила она.

— Как будто у меня есть выбор, — вздохнула я. — Спасибо!

Влад думал, если «попробует» Алекс, то наваждение пройдёт. Однако её отказ прошлой ночью только сильнее распалил в нём желание, но что самое худшее, это не была жажда уложить её в постель. Ему этого хотелось. Чертовски хотелось. Но он смог отступить, когда она попросила. А вот желание находиться с ней рядом лишь усилилось и переросло в потребность.

Ему хотелось касаться её бархатистой кожи и просто болтать всю ночь напролёт. Впервые в жизни Владу хотелось слушать, что рассказывает ему девушка. А затем он увидел, что ей пишет Стрельский, и напрочь потерял самообладание, отдав управление волку. Четыре года контроля гнева насмарку из-за новенькой. Что она с ним делает? И почему он это позволяет, не в силах прекратить?

Ему следовало отстраниться от Алекс, но он еле сдерживался, чтобы снова не завалиться к ней в комнату под каким-нибудь дурацким предлогом. Например, что не умеет завязывать галстук, и чтобы она ему помогла. Какая глупость. Влад умел это делать с четырёх лет, а вот она наверняка ни разу не пробовала. Он бы с удовольствием посмотрел на её попытки позаботиться о нём.

Последняя мысль вызвала на лице парня улыбку, но её как ветром сдуло, когда в комнату вошла Алиса с собранными вверх каштановыми волосами и в роскошном вечернем платье цвета спелой вишни. Внешне она была бесподобна, как и всегда, однако сегодня её фарфоровую маску искажала недовольная гримаса.

— Ты с ума сошёл⁈ — прошипела девушка, как только дверь за ней плотно закрылась. — Почему ты вернулся вчера ночью вместе с этой Алекс? Мне пришлось подкупить сторожа, чтобы никто не узнал! Пойдут слухи!

Влад промолчал. Ему не хотелось спорить с Алисой и продлевать диалог. Пусть себе накричится и поскорее уйдёт.

— Я же просила заводить любовницу не в пансионе и не такую… — задыхалась она от злости, не заканчивая фразы. — Если ты посмеешь, то я…

— Что ты?.. — усмехнулся парень.

— Пересплю с кем-нибудь здесь, и все узнают, что будущий альфа не способен удовлетворить невесту! — выплюнув эти слова, Алиса развернулась и ушла. Однако дверью не хлопнула, напротив, натянула на лицо счастливую улыбку, как только оказалась в коридоре.

Влад ещё раз тоскливо усмехнулся. Алиса думает, что её слова задевают его. На деле же он не мог думать ни о чём кроме прошлой ночи в комнате новенькой. Вспоминал её запах, тепло тела и мягкость кожи. А ещё её резкие, но такие правдивые слова. Со стороны Алекс всё именно так и выглядит, ведь она понятия не имеет на чём держится его с Алисой помолвка. Расскажи ей правду, и соседка заявит, что Влад просто слабак, неспособный пойти против отца. Откуда кошке, которая гуляет сама по себе, знать о волчьих обычаях? О том, как держать слово, особенно данное сыном вожака? Нарушить обещание — позор и клеймо на весь род. Если бы только Алиса сама отказалась… Но она никогда так не поступит. Она слишком тщеславна, чтобы отказаться от брака с будущим альфой.

Сегодня у меня в волосах чёрные пряди под цвет наряда и каблуков. Но самое главное, я вполне уместно смотрюсь в похорошевшем дворе пансиона. Деревья покрывали золотые огни, а между накрытых столов слонялись официанты в белых фартуках. На парнях были костюмы, хотя в силу жары большинство сняли пиджаки, а на девушках вечерние платья. Торжество омрачали разве что комары, которых не отпугивал даже специальный дым.

Народа собралось много, но первым мне на глаза попалось семейство Щебетко. За вчерашний отгул Марго успела починить сломанный зуб и теперь вовсю улыбалась, пока её родители жадно разглядывали присутствующих, то и дело пытаясь вклиниться в приватный разговор других гостей.

Не став задерживаться возле бывшей соседки, я прошла вглубь двора, поближе к столам. Моей мамы здесь не было, а потому меня интересовала исключительно еда и напитки. Я бы с радостью набрала целую тарелку и спряталась с ней в соседних кустах, но мне не дали закинуть в рот даже первый кусок.

— Ты должно быть Александра? — заговорил кто-то позади меня.

Другие гости также обернулись, начав разглядывать моё сгорбившееся над столешницей тело. Клянусь, они даже принюхивались!

— Да, а вы…

— Владимир Леонидович Волков, — не дав мне договорить, ответил мужчина.

О как.

— Приятно наконец познакомиться, — вежливо добавил он. — Ты воистину редкий экземпляр. В жизни не встречал ни одного оборотня-кошки, только читал, что вы существовали. Продемонстрируешь нам свою трансформацию?

— Я… не уверена, что могу делать это по желанию, — растерялась я.

— Ещё научишься.

— А я думала нас здесь обучают сдерживать превращение, — отшутилась я.

— Контроль в том, чтобы научиться управлять зверем. Научишься вызывать, сможешь и подавлять.

Проведя с отцом Влада всего минуту, я уже мечтала, как бы сбежать. Я не была для него человеком, только диковинкой. А тут, как назло, к нему присоединился ещё и Вячеслав Яковлевич:

— Смотрю, вы уже познакомились с нашей Александрой? Уникальный случай!

И он туда же…

— Значит, они всё же не вымерли? — Владимир Леонидович смотрел на профессора, обсуждая меня с ним, как чучело за стеклом в музее.

— Вы знаете что-то о своём роде? — я не сразу заметила, что гость обратился ко мне.

— Не-а.

— Я искал информацию, — Вячеслав Яковлевич снова перетянул внимание мужчины на себя. — Про кошек-оборотней ходит немало легенд. Одни говорят, что с их помощью можно увеличить силу, другие утверждают о целебных свойствах.

— Типа приложи кошку к больному месту и всё пройдёт? — усмехнулась я, разряжая душную обстановку.

—Типа нужно съесть сердце кошки, — передразнил меня профессор.

Я тут же осеклась, а улыбка сошла с лица. Желание сбежать усилилось, и словно услышав мои мысли, позади возник Влад.

— Запугиваете девочку, профессор? — заговорил парень. — Здравствуй, отец. Я думал, твоя тяга к истокам заканчивается на роде Волковых.

— Я не мог пройти мимо такой редкости и не разузнать подробности.

Влад встал рядом со мной и мне вдруг стало намного спокойнее.

— И ради этого стоило устраивать приём? — хмыкнул он.

— Не рад меня видеть, Владислав?

Разгорался новый спор, только теперь отца и сына. Я же всё ещё просто хотела сбежать, а потому незаметно дёрнула Влада за рукав рубашки, привлекая его внимание, и прошептала:

— Спаси меня.

Парень усмехнулся, а уже в следующее мгновение предложил мне свой локоть со словами:

— Ты посмотрел на Алекс, а теперь я её забираю. Увидимся, отец.

Владимир Леонидович поджал губы, но всё же кивнул, полностью переключившись на разговор с Вячеславом Яковлевичем. Мы же поспешили сбежать подальше, к самым дальним столам.

— Ну и отец у тебя… — заявила, отпуская руку соседа. — Будь у меня яички — они бы сжались!

Влад прыснул, а затем пояснил:

— Ему положено производить такое впечатление. В конце концов, он же альфа. Все присутствующие либо уже ему подчиняются, либо будут в будущем, когда займут места своих родителей. Отец диктует всем какие бизнес-решения принимать и какие заключать сделки. Какие акции скупать или наоборот сбывать. Никто не может его ослушаться даже в собственном бизнесе и уж тем более вредить его империи. Он глава нашего сообщества и большой ценитель истории оборотней, но это ты уже и сама поняла.

Я только открыла рот, чтобы задать Владу вопрос, как неподалёку раздался голос Алисы:

— Любимый, вот ты где! Что вы тут делаете? — звучала она сладко, но глаза были полны гнева и смотрели исключительно на меня.

И будто этого было мало, в следующую секунду рядом со мной возник Богдан.

— Алекс! — воскликнул парень. — Со вчерашнего дня не могу с тобой связаться. Мы же договаривались встретиться, а ты пропала.

— Да… да, прости, — забормотала я, отводя виноватый взгляд в сторону. — С подругой засиделась и вернулась поздно. Потом сразу пошла спать. А сегодня весь день готовилась к приёму и…

— Да, подруга — это святое, — съязвил Влад, знавший правду. Его лицо стало каменным, под стать невесте.

— Оставим голубков одних? — заметив перемену во взгляде жениха, Алиса тотчас вцепилась в его руку. — Идём, не будем им мешать.

— Да, уходим отсюда, Алекс… то есть Алиса, — Влад мотнул головой, осознавая ошибку, Алису же на мгновение передёрнуло злобой, но она быстро вернула лицу невозмутимость.

— Как мило! — и воскликнула как ни в чём не бывало. — У нас и правда очень похожие имена! Идём, поздороваешься с моими родителями.

Мы с Богданом остались вдвоём. На что бы там не намекали окружающие — он для меня только друг. Добрый и верный друг, получше некоторых!

— Где твои родители? — спросил парень, разрывая неловкое молчание.

— У меня только мама. Её не приглашали. А твои?

— У меня только дядя, — усмехнулся он. — Вон он.

Богдан указал в сторону одинокого мужчины, смотревшего на нас в упор.

— Почему он один и ни с кем не разговаривает? — мне стало неуютно под пристальным взором его дяди.

— Он поругался с половиной собравшихся. Приехал только из вежливости.

— Возможно тебе стоит поговорить с ним? Похоже, ему очень скучно.

— Можем вместе к нему подойти, — предложил Богдан.

Я не знала, как отказать другу, который был готов рискнуть и вызволить меня из пансиона. Не хотелось болтать ещё с чьим-то родственничком, я пока от отца Влада не отошла.

Меня вновь спасла моя крестная фея Каролина, быстро двигавшаяся вместе со Стасом в нашу сторону.

— С каких пор вы подруги? — удивился Богдан, видя, как она нам машет.

— С недавних, мы ведь в одной команде. Извини, позже ещё поболтаем, ладно?

Парень еле заметно кивнул. А я поспешила навстречу чирлидерше и её парню, которого не особо жаловала.

— По взгляду поняла, что тебя надо спасать, — с ходу заявила девушка. — Стрельский утомил? Он ещё тот зануда.

— Нет-нет! — замотала головой. — Богдан хороший, но мне совсем не хотелось знакомиться с его стрёмным дядей. Спасибо! Теперь ты официально моя лучшая подружка. Я готова тебя даже расцеловать!

— Первое принимается. От второго, пожалуй, откажусь, — хихикнула Каролина.

— А я не против, — встрял Стас, за что получил сразу два неодобрительных женских взгляда. — Что?.. Кстати, кисуня, тут такое дело… — голос парня стал тише. — Мы подкупили сторожа, чтобы тот совершенно случайно потерял ключи от гаража с автобусом. Почти все ребята в деле, ты с нами? Вот родители обалдеют, когда мы все сбежим сегодня ночью!

На мгновение я призадумалась, но затем моё лицо озарила заговорщическая ухмылка.

Глава 11

Приём ещё не закончился, когда студенты по несколько человек сбегали в гараж, занимая места в автобусе. Не хватало лишь троих: Марго и Тима с Ником. И если братья сами отказались ехать, не видя ничего весёлого в сомнительной авантюре, то Марго никто и не приглашал. Бывшая соседка заимела дурную славу ябеды и стукачки даже среди тех, кто этим пользовался.

Я заняла место рядом с Миланой. Перед нами сели Аня с Лизой. Из участниц моей команды недоставало лишь Каролины, оставшейся в кабине водителя вместе со своим парнем, севшим за руль.

— Помашите на прощание мамочкам и папочкам! — воскликнул Стас, когда автобус вырвался из гаража, тараня прикрытые, но незапертые ворота.

Мы махали в окна, улюлюкали и смеялись, наблюдая очумевшие лица гостей, только заметивших отсутствие собственных детей на приёме. На прощание Стас даже посигналил, после чего пансион остался позади, а впереди нас ждала долгая пустынная дорога до города.

— Ну что? Куда двинем? — в проходе салона показалась Каролина в своём тёмно-изумрудном платье. Никто из студентов не успел переодеться перед побегом.

На девушку тотчас обрушилось с дюжину предложений: некоторые подходили не всем, а другие оказывались сложно осуществимыми за одну ночь.

— Всё отстой, люди! — воскликнула она. — Думайте лучше и поживее! Нужно место, где никто не настучит родителям, чтобы они не припёрлись забирать нас раньше времени. Поэтому дом Волковых не вариант, персонал тут же позвонит его отцу. И надо что-то поближе, чем моя конура!

— Тогда едем ко мне! — из-за руля прокричал Стас, не отрываясь от дороги. — Полностью пустой загадочный дом. Минус один — придётся сначала заехать в магаз, поскольку там давно никого не было и все холодильники пустые.

— Ты мне не рассказывал про этот дом… — нахмурилась Каролина.

— Теперь же рассказал, — парень пожал плечами. — Не сердись, детка. Иди лучше ко мне. А все остальные держитесь, выжму из этой малышки максимум скорости!

Мы с девочками переглянулись и на всякий случай вцепились ногтями в спинки сидений перед собой. Я понятия не имела насколько хорошо водит Стас, но что-то мне подсказывало, что с автобусами он раньше дела не имел.

Примерно через сорок минут езды по шоссе, автобус остановился у небольшого провинциального магазинчика возле заправки. Вдали уже виднелись редкие огни пригорода, а над головой мерцало звёздное небо. Его было отчётливо видно с крыши автобуса, куда забрались некоторые из студентов, включая нас с Каролиной. Остальные девочки из моей команды побоялись делать это в платьях. Мы же просто побросали свои туфли в салоне и теперь морозили босые пятки о холодную металлическую обшивку.

— Почему они так долго⁈ — возмущалась Каролина, не сводя глаз с дверей магазина. — До середины ночи тут проторчим!

Стас, Влад и ещё несколько парней ушли за покупками, но возвращаться не торопились. Не думаю, что им не хватило денег, да и у Стаса с собой имелись водительские права, чтобы подтвердить возраст в случае необходимости.

— Там ведь и выбора никакого, что можно так долго делать⁈ — не унималась девушка.

— Может в том и дело, — предположила я. — Нет ничего подходящего для их утончённого вкуса.

— Ну всё, я иду к ним! — стоило Каролине так сказать, как стеклянные двери распахнулись и один за других на улицу повыскакивали ребята с деревянными ящиками в руках, полными напитков.

Помимо всего они тащили несколько пакетов, доверху набитых закусками, от которых у половины из этих неженок на утро будет несварение.

— Наконец-то! — прокричала Каролина, принявшись спускаться вниз. — Может, поможешь? — бросила она своему парню.

— Ты же как-то туда залезла, значит, и спуститься сможешь, — хмыкнул Стас, но всё же поставил ящик на землю и направился к своей девушке.

Я также развернулась спиной и поставила ступню на бортик открытого окна, начав медленный и аккуратный спуск, пока вдруг не почувствовала на своих лодыжках чьё-то касание. Чуть не сорвалась, но удержалась и обернулась через плечо.

— Давай помогу, — сказал Влад, протягивая ко мне руки. — Прыгай, я удержу.

— Конечно, удержишь! Я не такая уж и тяжёлая, а ты качок.

Парень ухмыльнулся, а затем поймал меня.

— Может и в автобус отнести? А то ты босая, — предложил он.

— Не стоит, — я высвободилась из его рук и отвернула лицо, скрывая неконтролируемую улыбку. — Ноги всё равно уже грязные.

И двинулась к распахнутым дверям автобуса, периферическим зрением уловив взгляд Алисы, наблюдавшей за происходящим из окна. Увиденное чертовски ей не понравилось.

— Шевелитесь! — попутно подгоняла всех Каролина. — Хватит терять время, пора закатывать вечеринку!

Стараниями всё той же Каролины вечеринка началась ещё в автобусе, что сильно огорчило её парня, находившегося за рулём без возможности полноценно поучаствовать.

Время в дороге пролетело незаметно. Я преимущественно общалась с девчонками из команды, но из-за сильного перевеса в сторону парней, нам то и дело приходилось отбиваться от разгорячившихся кавалеров. Меня не интересовало их внимание, зато взгляд то и дело падал в сторону Влада, а что самое странное — почти каждый раз наши глаза встречались, словно нам одновременно приходила в голову одна и та же мысль: посмотреть друг на друга.

Несколько раз я ловила на себе взгляд Алисы, пестривший молниями с того момента, как Влад помог мне спуститься с крыши автобуса. А может и того раньше, ещё с приёма, когда парень случайно назвал свою невесту моим именем. Что ж, её не за что винить. Мне бы это тоже не понравилось.

— Алиса с тебя глаз не сводит, — хихикнула Каролина, тоже заметив. — Что между вами двумя происходит?

— Мы капитаны противоборствующих команд, — пояснила я, поднеся к губам ледяную жестяную банку. Шипучий напиток как нельзя лучше подходил в летнюю ночь.

— Я не о ней. О нём, — девушка кивнула в сторону Влада. — Что у вас с Волковым?

— Ничего… — ответила осторожно и неубедительно, поэтому тут же попыталась реабилитироваться, придав голосу уверенности: — Ничего! Мы просто соседи.

— Ага. Как же, — отмахнулась она. — Ладно, пофиг. Ты не забыла про наш уговор?

— Хотела бы, но я всё помню.

— Рассчитываю на тебя.

Вскоре мы заехали на территорию дачного посёлка, а затем и на сам участок. Летний дом Стаса уступал особняку Волковых как в масштабах, так и в помпезности, но справедливости ради и не являлся основным жильём семейства. Здесь всего один этаж, но зато на заднем дворе имелся бассейн. Жаль только его давно не чистили, но это не мешало ребятам бросить возле него вещи и повытаскивать наружу лежаки. Стас включил уличную подсветку, а следом за ней музыку.

— Соседи не пожалуются? — спросила я, перекрикивая басы.

— Они почти не приезжают! — ответил хозяин дома. — Вряд ли сейчас на месте!

Что ж, поверю ему на слово.

К тому моменту, как мы приехали, ребята были уже разогретыми, начав тусовку ещё в автобусе. Кто-то вовсю танцевал, кто-то целовался на лежаке, а кто-то просто стоял поодаль ото всех и с улыбкой наблюдал за происходящим. Мой взгляд вновь метнулся к Владу, опиравшемуся на угол дома у стеклянной двери с напитком в руке. У здания было много элементов из стекла: панорамные окна до самой земли, прозрачные двустворчатые двери, ведущие на задний двор, и самая необычная барная стойка из стекла на веранде, которую я только видела. Подсветка в столешнице играла светом покруче, чем в любом столичном клубе. Дом явно не являлся семейным, скорее уж холостяцким логовом самого Стаса. Понятно, почему он не рассказывал о нём Каролине.

— Тебе что-нибудь принести?

Я вздрогнула, когда рядом возник Богдан, приобняв меня за плечи.

— Спасибо, не надо. Всё есть, — я продемонстрировала ему жестянку в руке. — Жаль только напитки успели нагреться.

— Надо узнать у Стаса есть ли в доме лёд.

— Пожалуй, — согласилась я. — Кстати, удивлена, что ты тоже поехал.

— Почему? Думаешь, я такой зануда как все говорят?

— Нет! Вовсе нет, — замотала головой. — Просто не думала, что ты решишься оставить своего дядю одного.

— Уверен, он справится. Да и ты, смотрю, решилась-таки сбежать.

— Всего на одну ночь и вместе со всеми. Это не считается.

— Так и не передумала? — лицо парня стало серьёзнее. — Я всегда помогу, ты же знаешь. Если тебе что-нибудь понадобится или…

— Спасибо! — теперь уже я приобняла его за плечи и довольно крепко сжала пальцы, чтобы он почувствовал через прикосновение, как сильно я ценю нашу дружбу. — Я тебя не заслуживаю.

— Не говори так, — усмехнулся он. — Ты заслуживает намного большего, в том числе и свободы.

— Возможно, — я немного отстранилась, чтобы сделать глоток. — Но пока мой дом — это пансион. Дом, милый дом…

— И не говори. Настоящая тюрьма.

— Только не сегодня! — воскликнула за его спиной Каролина. — Идём, потанцуешь со мной!

— Я⁈

— Ну не Стрельский же! — девушка схватила меня за руку и потащила за собой. Часть содержимого моей жестяной банки расплескалось по земле. — Его стеклянная барная стойка не выдержит!

— Стоп, что⁉ — опешила я, но было уже поздно, поскольку двое парней принялись помогать нам взобраться наверх. Кажется, блондина звали Егор, а второго… когда-нибудь запомню.

Каролина начала извиваться под музыку в своём восхитительно изумрудном платье, облегавшем фигуру. Каблуки опасно скрипели по стеклу, и я снова решила их снять, но присоединяться к танцу не торопилась. Не привыкла двигаться на глазах у стольких людей, а ещё и под прицелом камеры: блогерша Ульяна, как всегда, вела прямой репортаж всего происходящего. Думаю, родители уже получили доступ к студенческому чату и воочию любовались тем, что вытворяют их детишки. Ну и пускай, моей мамы среди них всё равно нет.

Осознав, что мне не перед кем позориться, подхватила подол своего восхитительного чёрного платья и включилась в танец. По толпе тотчас прокатился гул одобрения, когда мы с Каролиной встали спина к спине и принялись извиваться: не очень синхронно, но зато соблазнительно. О чём свидетельствовал голодный взгляд Стаса, обращённый исключительно на меня. Свою девушку он будто не замечал.

— Уговор, — шепнула мне на ухо Каролина.

Я закатила глаза, но всё же спрыгнула с барной стойки, больно ударившись босыми пятками о мелкие декоративные камешки. Лишь бы сейчас не закряхтеть как дряхлая бабка и всё не испортить.

Стас не сразу понял, что я иду к нему. Отчего весьма удивился, когда я повисла у него на шее и промурлыкала:

— Ты чуть ли не раздеваешь меня глазами.

Не знаю, как это выглядело со стороны, но сама я ощущала себя нелепо и неуклюже.

— Могу и не глазами, — парень нервно захихикал, явно не ожидая такого поворота событий. Некоторые парни отпускают сальные шуточки без надежды на взаимность, а когда получают, то понятия не имеют что делать дальше. — Могу руками.

— Этими?.. — Я коснулась его вспотевшей ладони, провела по ней пальцами, а затем поместила себе на талию. Боже, как же это нелепо. Мой голос нелепый. Вся эта ситуация нелепая.

— А… — Похоже, Стас начал что-то подозревать, резко одёрнув руку. — Слушай, это ужасная идея. Моя девушка…

— … прямо за нашими спинами.

— Вот именно! — теперь он попытался сбросить мою вторую руку, обвивавшую его шею.

— Так давай уйдём туда, где её не будет, — ещё немного и меня стошнит от самой себя. Благо наутро можно будет сделать вид, словно я ничего не помню. — Неужели не хочешь узнать, что умеют эти пальчики? Или где могут оказаться? Разве ты не этого добивался?..

— Классная мысль, конечно… Но давай в другой раз, ладно? — парень наконец высвободился из моих объятий и сразу попятился назад. — Или никогда. Лучше никогда.

Его лицо выражало недоумение вперемешку с неприязнью. Вряд ли теперь он станет меня звать «кисуней», а ведь я почти привыкла. Эх.

Мимо пронеслась Каролина, бросившаяся вслед за Стасом, попутно подмигнув и произнеся одними губами: «Хорошо сыграно!». Забавно, что именно с ней у меня с самого начала не заладилось знакомство, а теперь девушка стала мне почти подругой.

Подняв с земли недопитый напиток, я собиралась поднести банку к губам, как моё запястье перехватила знакомая рука, по новой расплёскивая жидкость.

— Эй! — возмутилась я.

— Что ты тут устроила? — прорычал Влад. Его слова прозвучали настолько грозно, что мне стало смешно и я прыснула. — Тебя это забавляет⁈

Не успела ничего ответить, как парень силой потащил меня за собой, до боли сжимая запястье.

— Ай! — упиралась я. — Отпусти!

— Так не сопротивляйся, — зло прошипел он.

Я обернулась на ребят, но никто не посмел перечить Волкову, а Алисы, как назло, не было рядом. Вероятно, она ушла ещё когда мы с Каролиной стали звёздами вечера, танцуя на барной стойке. А ведь сейчас её присутствие могло бы успокоить её взбесившегося жениха.

Влад затащил меня в дом, провернул на стеклянной двери барашку и опустил жалюзи. В помещении настала кромешная тьма. Ой-ой!.. На мгновение мне даже почудилось, будто сейчас он начнёт меня убивать, но вместо этого парень с силой придавил меня к стене и не спрашивая разрешения накрыл мои губы своими. Влада не смущало, что я не отвечаю на его поцелуй. Он усилил односторонний напор, нахально вторгаясь меж плотно сомкнутых полосок. А когда я попыталась вырваться, то сильнее стиснул пальцы на моих плечах. Тогда я попыталась отвернуть лицо, но в ответ одна из его рук переместилась мне на подбородок и до боли сдавила челюсть, чтобы я не могла увернуться. Сильные пальцы надавили на щёки, вынуждая мой рот открыться. Я глухо застонала от возмущения, но совсем недолго, вскоре его язык проник внутрь, начав обшаривать пространство как хозяйские угодья.

Это был злой поцелуй. Грубый и пошлый. От него одновременно становилось жарко между бёдер и горько на языке. Влада одолевала ярость, постепенно перетекавшая в страсть и передававшаяся мне через прикосновение. У меня одновременно подкашивались ноги и сжимались кулаки. Как он смеет меня принуждать? Использовать?.. Но как же это заводит. Проклятье.

Я боролась из последних сил, чтобы не потерять остатки разума и гордости, но всё равно была недостаточно сильна физически, чтобы оттолкнуть парня. И слишком слаба ментально, чтобы не поддаться магии его тепла. Я уже собиралась ответить на его поцелуй, когда в дверь кто-то постучал.

— Пошли вон! — прорычал Влад, всего на секунду оторвавшись от меня.

Тем временем ко мне вернулось осознание неправильности происходящего, и я завопила:

— Отвали! — толкнула его в грудь освободившейся рукой и замотала подбородком, сбрасывая с него горячие пальцы. — Ты обалдел⁈ Не трогай меня!

— Не нравится?.. Как же так? Стасу ты хотела позволить намного боль… — не успел Влад договорить, как прозвенела звонкая пощёчина, вынудившая его умолкнуть. Я еле сдержалась, чтобы не влепить вторую.

— Уйди с дороги и больше не смей ко мне прикасаться! — я ещё раз толкнула парня в грудь, но на этот раз он отступил, пропуская меня к двери.

За ней меня ожидала взволнованная Каролина, нервно колотившая костяшками пальцев по стеклянной створке.

— Что случилось⁈ — с ходу спросила она, почуяв неладное. — Это всё из-за моей дурацкой просьбы, да⁈

— Всё нормально.

— Ты уверена?..

— Да, — я замотала головой. Губы всё ещё горели от грубого вторжения, а на коже остался его запах.

— Если тебе нужно выговориться или…

— Я в порядке! — резче ответила я и девушка умолкла. — Мне просто нужно побыть одной. Извини.

Не глядя на подругу, я быстро ушла за пределы участка. Хотелось побродить в тишине, чему слабо способствовала громкая музыка и разгорячённые голоса вокруг.

Алекс вылетела на улицу, хлопнув дверью, и только после этого до Влада наконец дошло, что он только что сделал. Волчья ярость опять взяла над ним верх и даже сейчас до конца не отпустила. Чтобы не броситься следом за новенькой, он несколько раз ударил кулаком в стену, но боли не почувствовал, только тепло от выступившей из-под содранных костяшек крови. Что эта чертовка с ним делает? Она или окончательно сведёт его с ума, или женит на себе. Последняя мысль вызвала на лице парня тоскливую усмешку. Он не забыл, что обязан жениться на другой. Той, на кого не смотрел весь вечер и даже понятия не имел, где она сейчас. Зато слетел с катушек, когда увидел, как Алекс обнимает Стаса. Первым делом Владу хотелось набить лицо другу, но заметив, как тот отстранился, понял, что дело исключительно в ней. Если новенькой так нравятся занятые парни, то чем он хуже? Как раз подходит под описание.

Крови становилось всё больше и несколько капель успели упасть на кафель. Появляться в таком виде во дворе не хотелось, а потому Влад двинулся вдоль коридора в поисках ванной комнаты. Он ещё не бывал в этом доме и не знал планировку, однако найти нужное помещение оказалось несложно. Дёрнул ручку, но дверь не открылась. Ещё раз. Парень не стал рассуждать: заело или заперто. Он был слишком зол, чтобы думать о таких мелочах, зато звериная натура придавала его мышцам силы. Хватило одного мощного рывка, чтобы выдрать ручку вместе с механизмом. За ущерб Влад заплатит потом. Сейчас его больше озадачил горящий в помещении свет, он уже было хотел закрыть дверь, решив, что вторгся куда не следует, как вдруг расслышал знакомый голос и распахнул створку настежь.

— Какого… — растерялся светловолосый парень.

— Влад⁈ — следом опешила Алиса, спешно поправляя шлейки кружевного бюстгальтера.

Платье на девушке было спущено по пояс, а Егор и вовсе стоял в одних трусах-боксерах, стыдливо прикрывая руками то, что из-под них выглядывало.

— Это не то, что ты… — тут же принялся оправдываться застигнутый врасплох парень, но Влад его перебил, обратившись к своей невесте:

— Одевайся, поговорим, — бросил и закрыл за собой дверь.

Пока ждал Алису, нашёл на кухне чистое полотенце и замотал им разбитую руку. Первым из комнаты вылетел Егор с опущенной головой. Парень бегло пробубнил себе под нос извинения и тут же убежал. Влад не одарил блондинчика даже беглым взглядом. Пусть теперь оглядывается в ожидании расплаты и боится каждого шороха — это само по себе достаточное наказание. Следом за любовником вышла Алиса с гордо поднятой головой.

— Ну и?.. — девушка скрестила на груди руки.

— Может это ты мне расскажешь? — устало спросил Влад.

— Я предупреждала, что будут последствия, — ядовито прошипела она. — Заведёшь любовницу в пансионе — я сделаю то же самое.

— Так это месть? А как же идеальная картинка, к которой ты так стремилась? Золотая пара, безупречный брак?

— Ты первый всё это разрушил, когда назвал меняеё именем при всех!

Оба на минуту замолчали. Влад смотрел на перемотанную полотенцем руку, а Алиса барабанила длинными ногтями по сложенным на груди локтям.

— Нам стоит разорвать помолвку, — наконец выпалил парень.

— То есть мне?.. — хищно ухмыльнулась девушка. — И не надейся! Я этого не сделаю. А тебе как будущему альфе — это непростительно, настоящий позор волка. Клеймо на весь род! Заруби себе на носу женишок: ты не сможешь расторгнуть помолвку, а я не стану! — помедлив пару секунд, она добавила: — По поводу Егора не беспокойся, он будет держать язык за зубами, а ты… ты впредь будешь знать, чем чревато злить меня.

Настало очередное молчание, которое вновь разрушил усталый голос Влада:

— И часто это? Мы ведь не спим вместе.

— Говори потише, — шикнула Алиса, услышав, как дверь в дом отворилась.

Девушка в одночасье изменилась в лице, встала возле своего жениха и принялась нежно поглаживать его спину, приговаривая:

— Бедняжка, очень больно?

Спустя мгновение на кухне показалась Ульяна с телефоном наготове. Блогерша рыскала глазами и наткнулась на перемотанную полотенцем руку парня.

— Что случилось? Я слышала шум в доме.

— Мой любимый поранился, — Алиса состроила грустное личико. — Но ничего, я о нём позабочусь.

Девушка уже тянулась к Владу, чтобы утешительно чмокнуть в щёку, когда он резко сдвинулся с места и молча направился к выходу, не желая участвовать в очередном спектакле.

Дом Стаса остался далеко позади. Я шагала вдоль тёмной асфальтированной дороги, а по обе стороны тянулись высокие заборы и коттеджи за ними. Дачный посёлок казался мёртвым: почти нигде не горел свет, хотя кто откажется жить в подобных хоромах? Разве что те, у кого их много, тут же поняла я.

Мне хотелось переправить всю скопившуюся ярость на владельцев этих буржуйских домов, но не получалось. Я злилась на себя. За то, что поздно оттолкнула Влада. За то, что не ударила во второй раз. За то, что вообще ударила и остановила. Мои мысли противоречили друг другу, как и мои желания. Никогда прежде со мной не происходило ничего подобного, я всегда знала, как отношусь к человеку. С первой секунды могла понять нравится он мне или нет. Но не в этот раз.

Мне хотелось верить, что я ненавижу Влада, но это была неправда. А в истинном отношении к нему я боялась признаться даже самой себе. Да и неважно это, он всё равно обручён с Алисой и не имел никакого права отчитывать меня за флирт с другим! Тогда почему мне так паршиво от мысли, что он мог подумать, будто я заинтересовалась Стасом? Даже не так. Мне противна сама мысль, что он решил, будто я легкодоступная для такого парня, как Стас, с похабными шуточками и сальными смешками.

Я завернула за очередной поворот, стараясь запомнить их все, чтобы не заблудиться, хотя дом Стаса хорошо слышен издалека. Проветрю голову и буду возвращаться.

Теперь по левую сторону тянулся высокий непроницаемый забор, а по правую густые кустарники, от которых исходил приятный аромат цветов. Я склонилась, чтобы втянуть в себя запах летней сладости, когда мне на голову опустилось что-то вроде мешка, лишая зрения и воздуха. Я тут же закричала, тогда поверх ткани мне на рот легла сильная ладонь. Прокусить её через плотную ткань не удавалось, зато получилось расцарапать руку и ударить нападавшего ногой в колено. Он был выше и шире меня, из-за чего я сделала вывод, что это мужчина.

Между нами завязалась драка. Одной рукой я старалась ослабить давление на горло, а другой пыталась вырваться, попутно не забывая колотить подонка ногами. В какой-то момент мне даже удалось попасть ему в промежность, после чего гад зашипел от боли, но хватку не ослабил.

Я боролась с ним изо всех сил, но всё было тщетно. Мерзавец всё глубже затаскивал меня в кусты. Я цеплялась за листья и царапала руки о шипы, пока удавка на шее лишала меня остатков кислорода. Ещё немного и я потеряю сознание.

— Алекс! — раздался голос того, от кого я сбежала, но была счастлива услышать. — Алекс, ты где⁈

Преступник замер, а спустя мгновение со всей силы швырнул меня на землю. Я в тот же миг сорвала с головы мешок, но его уже и след простыл. Только зашуршали заросли.

— Алекс! — вновь произнёс Влад, оказавшись возле меня. — Что произошло⁈

Я закашлялась и не могла ему ответить, лишь тыкала пальцем в направлении дрожащих кустов в надежде, что он меня поймёт.

— На тебя напали? — догадался он. Я закивала. — Я его догоню.

Парень уже собирался сорваться с места, когда я прохрипела:

— Влад…

Сейчас мне больше всего на свете не хотелось оставаться одной. Меня окутал страх и за себя, и за него. И даже справедливое наказание подонка не виделось мне наградой.

— Если я буду в обличье волка — ему не уйти, — сообщил парень.

Я замотала головой, а затем прохрипела:

— Пожалуй… ста… не оставляй… меня… одну.

Глава 12

Меня всё ещё трясло. Я не могла отвести глаз от тёмных кустов, сидя через дорогу от них и прижимаясь спиной к холодному металлическому забору. Вздрагивала от каждого шороха, хоть и знала, что это всего лишь Влад. Он обещал не исчезать из моего поля зрения, но увы настоящей кошкой я не являлась и не умела видеть в темноте, а потому его черноволосая макушка затерялась среди густой растительности.

Мне было плевать, найдём мы маньяка или нет. Я хотела поскорее убраться отсюда, но Влад оказался непреклонен. Он рвал и метал от желания поймать и наказать нападавшего, а мне с каждой секундой начинало всё больше казаться, что я его придумала. Лишь осипший голос напоминал о том, что случившееся действительно произошло.

— Давай отведу тебя в дом, — на дорогу вышел Влад. — И вернусь сюда один.

— Не надо, — прохрипела я. — Ты что-то нашёл?

Парень размял кулаки и молча осмотрелся по сторонам. Стало понятно, что он не хочет отвечать и о чём-то умалчивает.

— Не скажешь — пойду туда и сама выясню, — может я и пережила сильный стресс, но я ему не робкая девочка, от которой нужно скрывать правду.

Влад подошёл ближе и опустился рядом на землю, откинувшись спиной на забор.

— Это был оборотень, — вдруг сообщил он. — Человеческие следы превратились в волчьи. Я бы догнал его, если бы сразу отправился в погоню, но теперь уже поздно.

— А запах?

— Что запах? — парень посмотрел на меня. Он всё ещё хмурился.

— Ты не можешь вычислить его по запаху? — уточнила я.

И тут Влад громко рассмеялся. Однако смех не звучал весело, скорее нервозно.

— Ты пересмотрела фильмов про оборотней, котёнок. Мы ненастоящие волки, к тому же живём в современном мире, едим пищу с ароматизаторами и пользуемся стойким парфюмом. Не говоря уже о тех благовониях, которыми нас мучают по четыре года в пансионе, чтобы подавить звериное начало. Если наш нюх и был когда-то сродни настоящим волкам, то эти времена давно прошли.

Он отвёл взгляд и замолчал. Мы оба смотрели вперёд на шелестящие кусты, куда полчаса назад меня затащил сельский маньяк, который к тому же оказался оборотнем. Ну и жуть. Мурашки по коже.

— Когда я превратилась в барса, — очень тихо заговорила я, чтобы вновь не закашляться, — моё обоняние обострилось. А волчьи благовония на меня не действуют. Я претворяюсь на занятиях у Демьяна. Но я тоже ничего не почуяла. В форме человека у меня нет ничего звериного: ни ярости, ни обострённого зрения или слуха. Только сильный иммунитет, я никогда в жизни не болела даже простудой.

Снова настала тишина. Моё плечо касалось его плеча и это успокаивало. Все прошлые обиды и недомолвки остались позади. Рядом с Владом я чувствовала облегчение и защищённость, словно пока мы вместе со мной не случится ничего плохого.

— Это моя вина, что ты убежала, — вдруг произнёс он, как будто почувствовав то же самое.

— Это точно, даже спорить не стану. Наехал на меня без причины и… — я проглотила слово «поцеловал», но чтобы не замолчать на полуслове добавила: — Но ты же и спас меня, уже в пятый раз, между прочим. Как ты меня нашёл? Это та твоя странная чуйка на мои побеги, о которой ты как-то упомянул?

Влад утвердительно кивнул.

— Это волчий прикол такой? Я, как видишь, в форме человека самая обычная.

— Не будем об этом. Есть предположение кто это мог быть?

— Не-а, — я отрицательно замотала головой.

Я знала лишь пару человек, кто мог бы мне навредить. Но неужели они пошли бы на такое? Марго трусиха, к тому же осталась в пансионе, а Алиса… Её не было во дворе, когда Влад затаскивал меня в дом и после, когда я уходила. К тому же я почти уверена, что нападавшим был мужчина.

Так кому могло понадобиться нападать на меня? И главное — зачем⁈ Я понятия не имею, как много в мире оборотней и каковы шансы случайно повстречать ещё одного сбрендившего волка. А думать о том, что это мог быть один из наших слишком тяжело. Потому я не стала делиться с Владом предположительным полом маньяка. Ещё подумает на Стаса и прибьёт без суда и следствия. Блин, а вдруг это и правда был Стас?.. Мог ли он догадаться, что флирт во дворе был всего лишь спектаклем? Я прилюдно поиздевалась над ним, ещё и с подачи его девушки. Что если он решил отомстить? Или, наоборот, завёлся? Я ведь совсем его не знаю, да и поведение парня показалось мне странным. Я приняла его растерянность за свою победу, но что если то было предвкушение?.. Он высокий и крупный, к тому же оборотень. Всё сходится.

Я сглотнула вязкий ком, образовавшийся в горле. Мне всё ещё было слишком страшно думать о том, что мог быть кто-то из ребят.

— Это нельзя просто так оставлять, — Влад осторожно коснулся моего запястья в попытке поддержать, но тотчас убрал руку. — Ты должна сообщить о нападении в администрацию пансиона.

Похоже, он тоже не верил, что мы повстречали случайного волка и пришёл к тому же выводу, что и я.

— И что я им скажу? — я нуждалась в его поддержке, а потому сама перехватила его удаляющиеся пальцы и переплела их со своими. — Мы нарушили правила, сбежали, а потом на меня напал один из нас? Как думаешь, кого сделают крайней?

— Это не шутки, Алекс, — парень не стал убирать руку, лишь крепче сжал мою ладонь. Мы оба делали вид, будто не замечаем этого.

— Знаю, но чуть-что запрут в четырёх стенах не тебя, а меня. Ты никому ничего не скажешь, ладно?

Влад промолчал.

— Обещай! — потребовала я.

— Ладно, если ты обещаешь быть осторожной и не шляться по ночам одна.

— Только если прежде ты пообещаешь не целовать меня против воли!

— А если по обоюдному согласию? — он склонился ближе.

— Такого не случится, — я тоже подалась вперёд. Наши носы едва не касались друг друга, а переплетённые пальцы успели сформировать общую температуру и ощущались как единое целое.

— И я буду за тобой приглядывать, — шёпотом добавил парень.

— Как будто до этого ты так не делал… — мой осипший голос тоже перешёл на шёпот.

Мы оказались в опасной близости друг от друга. Случившееся около часа назад растормошило во мне самые разные чувства, включая потребность в защите и поддержке, но так продолжаться не могло. Мы оба это почувствовали, а потому почти синхронно отвернули лица и разняли руки. Помолчав несколько мгновений, Влад произнёс:

— Я отведу тебя в дом.

— Не хочу возвращаться. Давай ещё немного побудем одни.

По возвращению в пансион нас ждал выговор. Двадцать восемь человек сдерживали смех и зевоту, когда один Вячеслав Яковлевич распинался, пытаясь нас запугать. Гости покинули школу рано утром, не став дожидаться возращения своих отпрысков, переложив воспитание на профессора, с чем он очевидно не справлялся.

Не страшно нести наказание, когда провинились все. Эта массовость и сплочённость буквально витала в воздухе вперемешку с амбре от ночных коктейлей. Правда в моей душе помимо всего застыла тревога, поутихшая с лучами солнца. Однако я всё ещё не знала: был ли нападавший случайным сельским маньяком или одним из нас? Кому и чем я могла насолить, а главное, нужно ли ещё опасаться? Хотелось бы верить, что всему виной совпадение, не имеющее никакого отношения к ребятам. Мало ли сколько в России живёт оборотней, а может Влад и вовсе ошибся. Подонок сбежал, а рядом с его нашлись собачьи следы. Это же посёлок, мало ли там шляется по кустам живности.

— За такой проступок я имею полное право отстранить всех вас от занятий! — продолжал свою тираду Вячеслав Яковлевич.

— Как страшно… — прозвучал голос из толпы.

— Продано, хоть отосплюсь! — воскликнул другой.

Мужчина пыхтел, еле сдерживая собственного внутреннего зверя. Даже прохладный дождь и отсутствующее солнце не могли остудить его пылающие щёки. Утро выдалось на редкость пасмурным для лета, но хорошо ложилось на моё текущее настроение. Меня не волновали слова профессора в отличие от синяка на шее.

— Трое из вас проявили ответственность! — он всё ещё распинался. — Из тридцати одного студента лишь трое оказались достаточно взрослыми и рассудительными, чтобы не участвовать в побеге! После занятий, пока они будут отдыхать, все остальные понесут заслуженное наказание!

— И что это за наказание такое? — спросила стоящая рядом со мной Каролина, скрестив на груди руки. Тушь размазалась на её глазах, а роскошное изумрудное платье больше напоминало смятую тряпку.

— То, что вам прежде незнакомо, — тяжёлый труд! А сейчас марш приводить себя в порядок и на занятия! Никакого сна и поблажек!

Первое занятие проходило у Демьяна. Из-за непрекращающегося дождя урок перенесли под навес. Я уже предвкушала, как подремлю с закрытыми глазами, пока остальные ребята закашливаются от благовоний и закрывают уши от «тишины» из колонки. Но не тут-то было. В пансионе нашли способ раздражать и меня, поставив передо носом некий травяной чай, от которого исходил невыносимый смрад. Причём чувствовала его только я. Он не оказывал на меня того же эффекта, что способы, действовавшие на волков, но создавал неприятное ощущение дискомфорта. Я испытывала нескончаемые потуги к рвоте, нежели ярость или желание обратиться. Что ж, рвота — неотъемлемая часть кошачьей сущности. Хорошо бы ещё всё это прилетело на Демьяна, устроившего мне эту пытку. Но преподавать, как назло, отсел подальше. Жаль, жаль.

Я сидела с закрытыми глазами и боролась с рвотными позывами, когда мой телефон тихо пиликнул, извещая о новом уведомлении. Приоткрыв один глаз, я заметила, что и Марго потянулась за своим смартфоном, проверить, что на этот раз Ульяна выложила в чат. Сначала изменилось её выражение лица, а затем взгляд устремился ко мне. В этот миг мой телефон издал ещё один звуковой сигнал. На этот раз мне пришло личное сообщение от Каролины:

«Тебе хана, подружка… Буду приносить цветы на твою могилку. Ты какие предпочитаешь?».

Прежде, чем ответить ей, я открыла чат, пряча смартфон между сложенных в позе Будды икр. Нужно было понять из-за чего мне прогнозируют столь безрадужное будущее. Видео нашего с Каролиной танца на барной стойке… Кружок от Ульяны о том, как нам весело… Мой позорный флирт со Стасом, который я бы предпочла не видеть… Мотнула в самый низ, а там фото того, как Влад тащит меня за руку в дом, а на следующем снимке дверь за нами закрывается и опускаются жалюзи, оставляя дальнейшие события на потеху фантазии.

— Вот блин… — пробубнила себе под нос, принявшись читать комментарии:

«Отальфачил, мужик!» — написал Стас, собрав уже тринадцать лайков.

«А где была Алиса?!! — поинтересовалась миссис Губа, которую на самом деле звали Камилла. — Она прибьёт новенькую, когда узнает!!!».

«Шлюпка», — добавила мадам Нарощенная коса, она же просто Тоня.

Протерев сонные глаза и отодвинувшись от рвотного чая, я написала ответ Каролине:

«Я не боюсь Алису».

Теперь я была практически уверена, что за нападением стояла именно она, пусть и не своими собственными руками.

Дальнейший учебный день проходил на автопилоте. Ни у кого не было ни сил, ни желания впитывать знания. Отовсюду раздавались зевки, а порой и посапывание. И вот, когда казалось бы, что занятия подошли к концу, Вячеслав Яковлевич не забыл об обещанном наказании, появившись на пороге аудитории аккурат за пять минут до конца.

— Да ладно⁈ — возмутилось сразу несколько человек. Я охотно разделила их чувства, мечтая последний час о подушке и одеяле.

— Ну, молодые люди, вы сами виноваты! — победно воскликнул профессор. — Не стоило думать, что побег сойдёт вам с рук. А теперь все марш за мной, кроме Маргариты, Тимофея и Николая. Вы молодцы!

Однако вместо гордости названные ребята опустили глаза, столкнувшись с неодобрительными взглядами сокурсников. И если Тиму с Ником было с большего всё равно, то Марго заметно нервничала, оторвавшись от группы. В отличие от братьев она не сама отказалась от побега, её просто никто не приглашал. Девушка чувствовала себя изгоем, и прекрасно знала за что, а потому подчёркнутая похвальба со стороны преподавателя только сильнее рушила её и без того шаткое положение в студенческом социуме. И поделом.

Нас вывели во двор под противный моросящий дождь и собирающиеся ранние сумерки из-за пасмурной погоды. Вокруг всё выглядело по-старому и никто не понимал, что мы должны будем делать.

— Работаете до самого ужина! — объявил Вячеслав Яковлевич. — Часть рабочих, — он специально и подчёркнуто назвал нас именно так, — займётся обновлением краски на воротах. Ещё часть поливкой растений и стрижкой кустов.

— Поливкой растений?.. — захихикала Каролина. — Дождь идёт, алё! Нам помогают сами небеса!

— Не паясничай! — рявкнул профессор. — Будете делать, что сказано.

— Вы когда-нибудь пробовали красить что-либо под дождём? — спросила я. Не удивлюсь, если этому престарелому аристократу невдомёк, что так делать нельзя.

— Александра, раз уж ты такой большой специалист в этом деле, то и возглавишь бригаду по покраске, — ухмыльнулся мужчина.

— Что за бред… — я кривилась от осознания абсурдности ситуации.

— Все поделились на три группы!

Вячеслав Яковлевич прекрасно осознавал всю бессмысленность этих заданий, но хотел таким образом проучить. В пансионе хватало работников, которых он заставит завтра всё переделать вместо того, чтобы не заставлять портить двор сегодня и просто дать студентам выспаться.

Нехотя мы разбились на три группы. Моя двинулась к забору, снарядившись кистями и чёрной краской. Я даже не думала стараться, зная, насколько это бесполезный труд: краска пузырилась и шли разводы. А то, что не смоет дождь, очень скоро отслоится.

Те ребята, кого отправили поливать растения, возмущались не меньше нашего, ведь помимо дождя в саду стояли автоматические поливалки, которые сейчас были выключены. Складывалось ощущение, что Вячеслав Яковлевич — это взрослый обидчивый ребёнок, а его наказание ни столько несёт воспитательный характер, сколько личную месть. Наверняка вчера ему сильно досталось по шапке от родителей ребят, вот он и вымещает обиду доступным ему способом.

Третья группа, подстригавшая кустарники, и вовсе уродовала сад, вместо просто бестолковой работы, как у остальных. Надеюсь, завтра никого из садовников не хватит сердечный приступ от увиденного.

— Я уже вся мокрая! — громко возмутилась Каролина, поставленная поливать цветы. — Сверху льёт дождь, а снизу этот долбанный шланг!

— Что у тебя там за шланг внизу, детка? Я раньше не замечал, — глупо хихикнул Стас, стоявший рядом со мной на покраске.

Я понятия не имела, как мне теперь вести себя с ним. Стоит ли опасаться или попробовать поговорить? Так и не выбрав тактику, я просто молчала, продолжая красить стальные прутья.

— Сейчас заметишь! — воскликнула Каролина, после чего резко направила струю на своего парня.

Стас запищал как девчонка, а следом и я уронила кисть, спасаясь от водных рикошетов. Случайно толкнула спиной Влада, который так же оказался на покраске.

— Ой, прос… — только собиралась извиниться, как мне в живот прилетела тёмная клякса с его кисти. — Э-э-эй!

— А чего ты толкаешься? — заулыбался парень, набирая на кисть новый снаряд.

— Ну всё! — я тотчас подхватила с земли свою кисть, принявшись атаковать в ответ.

Следом за нами к баловству подключились остальные ребята. Никто не пулялся краской в лицо или по голым частям тела, но вся одежда очень скоро стала непригодной для носки. Чуть дальше по двору раздавались крики других ребят: орудовавшие штангами принялись обливать водой доморощенных садовников. Очень скоро сад превратился в поле боя из краски и водомётов. Студенты носились в разные стороны и визжали как малые дети. Я тоже бросилась в бега от Влада, желавшего отомстить мне за испорченную белую футболку, но не смогла далеко убежать, вскоре очутившись спиной на траве с перехваченными руками. В одной из них замерла кисть.

— Отдай, — игриво потребовал парень.

— На нас все смотрят… — прошептала я, ощущая, как моё сердце забилось быстрее. Должно быть от пробежки.

— Всем плевать, — Влад смотрел на меня таким странным взглядом, словно любовался моими мокрыми волосами, липшими к лицу, потёкшей тушью на глазах и порозовевшими щеками без тонального крема.

Кожа пылала под его взором, а вместе с ней и сердце, помнившее и никогда не забывавшее о его невесте. Алиса словно невидимая стена всегда возникала между нами. А следом в памяти всегда всплывали слова Влада, сказанные мне однажды: «Эту помолвку устроили наши родители… Династический брак чистой крови оборотней… Алиса идеальная партия, чистокровная волчица…». А я нет. Я — кошка.

В очередной раз вспомнив о его «породистой» невесте, я заявила:

— Мне нет и Алисе тоже.

Лицо парня вмиг помрачнело, но не успел он ничего ответить, как во дворе раздался взбешённый голос Вячеслава Яковлевича:

— Вы что тут устроили⁈

Мы продолжали смотреть друг на друга. Пальцы Влада всё ещё сжимали мои запястья, а капли дождя с его волос падали мне на лицо. Однако в чёрных глазах постепенно угасало веселье, вспыхнувшее минуту назад. Странное чувство засаднило в груди, будто бы это я отняла у него всю радость и мне самой стало не по себе. Но ведь это не я заставила его обручиться с другой, не я почти замужем и не я не обращаю внимания на свою невесту. Всё перечисленное его выбор, как бы мне не становилось от этого неприятно. Проклятье, мне вообще не должно быть неприятно!

— Вы неисправимы! — продолжал ругаться профессор. — Ничему не учитесь! Марш мыться и ужинать!

Влад отпустил мои руки, но сохранил со мной зрительный контакт. Его непроницаемо чёрные и мои ореховые глаза буквально приклеились друг к другу. Пора это прекращать, нам всё равно не по пути.

Я резко отвела взгляд в сторону, куда мгновение спустя направилась сама, присоединившись к строю студентов, и больше не оборачивалась.

За ужином стояла гробовая тишина, если не считать звона столовых приборов о тарелки. Все проголодались и устали. Мне и самой хотелось поесть и поскорее забраться в тёплую постель, а затем проспать как минимум часов двенадцать. Это при том, что сейчас нет и девяти вечера. На небе ещё цветёт закат, разогнавший тучи, а пансион полон жизни, чего не скажешь о его обитателях. Сбегать и не спать до утра — это, конечно, весело, но энергозатратно.

Быстро проглотив всё, что было на тарелке, я с предвкушением неслась к себе, но резко затормозила в коридоре, когда увидела, что дверь моей комнаты распахнута настежь. Мысли тотчас вернули меня в события прошлой ночи, но откуда маньяку взяться здесь, в пансионе?.. Не успела я набраться храбрости, как меня окликнул женский голос:

— Александра, заходите!

Голос показался смутно знакомым, хоть я и не смогла точно вспомнить, кому он принадлежит. А когда прошла внутрь, то увидела у моего письменного стола двоих: Алису и ту женщину в тёмно-сером брючном костюме, которую повстречала в свой первый день в пансионе. Она работала здесь кем-то вроде завхоза и отвечала за жизнь школы.

— У вас большие проблемы, юная леди! — объявила строгая дама, а Алиса за её спиной ехидно ухмыльнулась.

Глава 13

Сначала я даже не поняла, что происходит. Почему Алиса и эта женщина находятся в моей комнате? А судя по выдвинутым ящикам стола ещё и рылись в моих вещах. На мгновение подумала, что слова про проблемы были адресованы не мне, а Алисе, пока строгая дамочка не спросила:

— Александра, как вы это объясните?

— Объясню что? — я хлопала сонными глазами и слабо соображала, ощущая себя сторонним наблюдателем, а не участником диалога.

— Ты украла мою вещь! — вперёд вышла Алиса, держа в руке незнакомую мне вещицу. — Думала, я не узнаю? Такой кулон один в мире! На нём фамильный герб моей семьи.

Девушка трясла цепочкой, а я начинала соображать, что к чему. Вот же стерва! Стоило догадаться, что Алиса не оставит просто так то фото, на котором Влад затаскивает меня в дом и запирает за нами дверь. Но разве она не отомстила мне той же ночью, оставив синяк на шее?..

— Я его не брала, и ты это знаешь, — невозмутимо ответила, скрестив на груди руки. — Заканчивайте этот спектакль и дайте мне поспать.

Я уже было хотела направиться к кровати и наплевав на всех завалиться спать, когда мне преградила дорогу женщина в сером брючном костюме:

— Вы, похоже, не осознаёте всю серьёзность ситуации.

— Ей на всех плевать! — тявкала рядом Алиса. — Алекс не уважает ни правила этой школы, ни приличия. Таким как она не место в пансионе!

Я сделала шаг назад от собственной постели и этих двоих, восстанавливая между нами дистанцию.

— Александра, вы понимаете, что это очень серьёзный проступок? — женщина в сером сделала шаг вперёд, подавляя меня своим ростом и авторитетом. — В пансионе не потерпят воровства. За такое могут и исключить!

А так можно было⁈ Знала бы я это раньше, когда мечтала отсюда сбежать. Но что-то мне подсказывало, что женщина блефует. Никто бы не выгнал необученного оборотня в мир, рискуя раскрыть всё сообщество.

— Я ничего не крала, — мой голос остался ровным. Я была уверена в своей правоте и не собиралась оправдываться за то, чего не делала.

— Не ври! — опять встряла Алиса, размахивая дурацким кулоном. — Откуда он у тебя, а?

— Если я и правда украла эту безделушку, то как ты об этом узнала? — прищурилась я. — Пока всё выглядит так, словно этоты вломилась в мою комнату и тычешь мне в лицо своей цацкой, которую сама же и подбросила.

— Варвара заходила со мной и может подтвердить, что я ничего не подбрасывала!

— Это так, — подтвердила завхоз. — Я сама обыскивала комнату, Алиса ничего не трогала.

— Ну да, конечно, — устало вздохнула я. — Кто бы сомневался. Допустим, но откуда Алиса знала где искать кулон? Он магическим образом исчез, и она сразу решила искать его у меня? Как-то слабо верится. На лицо подстава.

— А у кого ещё? Остальные здесь приличные люди, — скривилась девушка.

Теперь даже Варвара смотрела на студентку с недоверием. Всё это выглядело слишком подозрительно и указывало на личный мотив. Двое из нас знали это наверняка, оставалось убедить третью.

— Мне подсказали, — хмыкнула Алиса. — Я пожаловалась девочкам, что не могу найти свой фамильный кулон и мне сказали, что видели, как Алекс его стащила.

— Да неужели?.. — я уже чуть ли не смеялась. — Когда и откуда я могла его стащить? Подружки-то тебя, конечно, прикроют. Но поверит в их рассказ разве что ребёнок.

— Она заговаривает вам зубы, Варвара! — Алиса принялась прикрывать агрессией слабую версию.

— А как ваши подруги узнали? — женщина старалась держать нейтралитет.

— Не уточняла. Мне сказали, что он у Алекс, где и оказался в итоге!

— И кто же тот добрый самаритянин, кто видел меня с твоим кулоном? — устало улыбнулась я.

Но не успела девушка придумать ответ, как в распахнутую дверь моей комнаты вошёл Влад. Видимо, услышал спор.

— Что тут происходит? — с порога поинтересовался парень.

— Твоя соседка воровка, вот что! — тут же воскликнула Алиса.

— А невеста у тебя вообще врушка! — Обвинение за обвинение, стерва.

Влад по очереди вопросительно посмотрел на нас: сначала на неё, а затем задержал взгляд на мне.

— Она украла мой кулон! — тогда Алиса подбежала к нему, вынуждая смотреть только на неё.

— Ясно же что мне его подкинули пока мы работали во дворе и… — И тут ко мне пришло озарение. Пазл сложился и перед глазами возникла вся картина целиком. — Конечно! Это была её ручная обезьянка Марго! Она не отрабатывала вместе с нами, вместо этого Алиса попросила её подставить меня!

Моя бывшая соседка готова на всё, лишь бы её семья вошла в ближний круг, даже если придётся вылизывать Алисе пятки или пойти на преступление.

— Вы видите какая она! — занервничала девушка, вцепившись в локоть своего жениха. — Лжёт, манипулирует, ворует!

— Это серьёзное обвинение, за которым следует серьёзное наказание, — от былой уверенности завхоза ни осталось и следа. — Мы нашли кулон в вашей комнате, Александра, но, похоже, нужно провести более тщательное расследование и побеседовать с вами обеими в более приватной обстановке.

Я тяжело вздохнула, мечтала лишь о долгом и крепком сне. А теперь придётся ещё несколько часов проторчать на бессмысленном допросе, который ни к чему кроме взаимных обвинений не приведёт. Я неплохо изучила Алису и прекрасно знала себя: ни одна из нас не сдастся. Она не признается, а я ни за что не возьму на себя вину за то, чего не делала. Этот спор не прекратится, пока одна из нас не свалится замертво от усталости.

— Это моя вина, — вдруг заявил Влад, стряхивая со своей руки пальцы невесты. — Я стащил кулон… шутки ради. Пусть Алекс отдыхает, она здесь ни при чём.

— Зачем? — удивилась Варвара.

— Да, Влад, зачем?.. — нахмурилась Алиса, завуалировано спрашивая совсем о другом.

Парень пожал плечами.

— Эта комната раньше принадлежала мне. Вот я и спрятал здесь кулон, а потом забыл. Хотел отдать тебе при случае.

— Нет, Влад… — замотала головой девушка.

— Вы так и не объяснили причину кражи? — перебила её завхоз.

— Уже и не помню. Дурацкая шутка, не более.

Я знала, что Влад импровизирует, но даже для спонтанного ответа звучало неправдоподобно. В отличие от своей невесты он не умел врать. Зато умел защищать. Неужели благодаря моему соседу я наконец высплюсь?

— Это всё ещё воровство. Вы понимаете, Владислав? — спросила Варвара.

— Конечно.

— И готовы понести наказание?

— Да.

От такого развития событий у меня приоткрылся рот, а Алиса и вовсе занервничала, поняв, что натворила.

— Я отзываю своё обвинение! — воскликнула она.

— Даже ради шутки стащить чужое — преступление! — упёрлась завхоз. — В пансионе такого не потерпят!

— Вы накажите будущего альфу? — взгляд Алисы метался между Владом и Варварой.

— Оборотни понимают только силу. Горячую кровь нужно контролировать, тем более у будущего альфы. Владислав должен подавать пример. Если вожак начнёт нарушать правила, то что остановит остальных?

Алиса задёргалась, перестав походить на саму себя. Фарфоровую кожу побило алыми пятнами, а лицо не понимало, какую ему играть эмоцию.

— Неважно, — отмахнулась она. — Кулон нашёлся. Замнём эту тему и…

— Наказанию быть! — строго заявила строгая женщина в строгом сером костюме. Слишком много строгости для одного человека, но это сработало. Алиса тотчас умолкла. — Вы свободны, Алиса.

— Я…

— Ступайте.

Девушка посмотрела на своего жениха, но тот даже не взглянул на неё в ответ. Задрав повыше подбородок, она неспешно двинулась к выходу, притормозила возле меня и прошептала:

— Ты подлая воровка.

— Я не крала твой кулон, и ты это знаешь.

— А я и не о кулоне вовсе.

Влад вышел во двор в сопровождении Варвары, своего тренера по борьбе и Вячеслава Яковлевича. Почти все студенты предпочли сну зрелище, когда будущий альфа стащил с тела мокрую футболку, оставшись стоять обнажённый по пояс. Его подтянутое тело блестело от дождя, а по рельефным впадинам скатывались капли.

— Сила контролируется силой! — объявил профессор. — Владислав совершил проступок, карающийся в пансионе по всей строгости. Его невеста слёзно умоляла меня отменить наказание, но какой это подаст пример остальным?..

Вячеслав Яковлевич распинался дальше, но Влад его не слушал. Чёрные глаза парня смотрели в одном единственном направлении, сталкиваясь с опухшими от недосыпа ореховыми омутами.

— Прости, любимый! — раздался сбоку голос Алисы, но он даже не повернулся. — Я не знала, что это шутка. На твоём месте должна быть я!

Даже в такой момент его невеста играла роль, а дождь помогал сымитировать несуществующие слёзы. Влад не сердился, он радовался, что вовремя вошёл в комнату Алекс и сумел защитить соседку. Вчера в посёлке он появился слишком поздно и хоть спугнул маньяка в итоге — это не спасло новенькую от тонкого синяка на шее. Сегодня же он мог забрать всю её незаслуженную боль себе.

— Владислав признался в краже, — продолжал профессор. — Наказание будет смягчено. Семь ударов плетью вместо десяти, как было предписано с основания школы!

Влад смотрел на Алекс, чьё лицо исказила гримаса ужаса, когда она услышала приговор. Девушка очень мало знала о правилах пансиона и ещё меньше о порядках оборотней. Даже будущий альфа бессилен перед законами стаи.

Влада не заботило, как он выглядит перед остальными, даже когда тренер сказал ему встать на колени и обхватить руками ствол дерева. Парень продолжал смотреть на новенькую, чьи мокрые светлые волосы липли к лицу, а по шее и плечам стекала чёрная краска с окрашенных прядей.

— Вы не можете! — не выдержала Алекс, выйдя вперёд. — Влад, вставай!

Парень молча улыбнулся. Её беспокойство согревало ему душу под проливным дождём. Хотя сам он предпочёл бы, чтобы она никогда не видела его в столь уязвимом положении.

— Влад не виноват! — Алекс преградила путь тренеру с плетью в руке.

Влад знал, что обязан подчиниться. Он волк, часть стаи. Это она кошка и не подчиняется никому. Новенькая может противиться, но ей не остановить их в одиночку, как бы она не упиралась. Кажется, Алекс даже оцарапала лицо Варваре, когда та стала оттаскивать девушку.

— Отпустите меня, долбаные варвары! Что за средневековье вы тут устроили⁈ — последнее, что услышал парень перед тем, как первый удар обжёг кожу.

Влад попытался и дальше фокусироваться на голосе новенькой, но вскоре все сторонние звуки растворились в пучине шума, зазвеневшем в ушах. Ему ничего не оставалось, как стиснуть зубы и считать удары в надежде не закричать. Тренер бил сильно, но без желания серьёзно навредить. Плеть должна отбить у провинившегося желание воровать, но не оставить шрамы на теле будущего альфы.

Несмотря на боль, Влад снова попытался найти глазами Алекс. Не успели их взгляды встретиться, как просвистел второй удар. Парень зажмурился, а когда вновь распахнул глаза, то увидел, как его дикая соседка снова сцепилась с завхозом в попытке остановить творящееся безумие.

Третий удар. Да, это было самое настоящее безумие. Влад нёс телесное наказание за то, чего не делал, хотя и осознавал, что является первопричиной. Он сам отринул в сторону осторожность в общении с новенькой, прекрасно зная лживую натуру своей невесты. Чего только стоила выходка Алисы с Егором в доме у Стаса. Тогда она хотела проучить Влада, теперь же её желчь полилась в сторону Алекс. Влад не мог позволить, чтобы за его неосторожность несла наказание ни в чём неповинная девушка. Та, что ему нравится и не выходит из головы. Та, ради которой он готов вытерпеть и сотню ударов.

Четвёртый удар. Спина горела огнём, а в голове прояснялось. Влад ненавидел традиции оборотней, считая их пережитком прошлого. Физическая боль лишь укрепляла его новаторские убеждения. Зачем в современном мире альфы? Зачем вся эта звериная иерархия? Ограничения? Почему бы просто не жить, как все нормальные люди: свободно и счастливо?

Пятый удар. Влад считал, что обучение в пансионе важно. В первую очередь для самих волков, ведь звериные гены и ярость никуда не делить. Их нужно учиться контролировать ради собственной безопасности и безопасности окружающих. Но зачем всё остальное? Зачем сохранять чистоту крови, обрекая своих детей на вечный контроль внутренних чувств? Почему бы не извести породу, перемешавшись с людьми и в итоге не стать такими, как все? Обычными. Нормальными.

Шестой удар. Зачем нужны эти династические навязанные браки? Влад будущий альфа. Властитель стаи. Богат и красив. Но он не имеет права сам распоряжаться своей судьбой. Не может даже жениться по любви, не связывая свою жизнь с девушкой, которую презирает. Из-за вранья которой он сейчас и терпит всю эту боль, стиснув до скрежета зубы и глядя на другую.

Седьмой удар. Влад мысленно поклялся самому себе, что никогда в жизни не станет заставлять своих детей жить жизнью оборотня. Они будут вольны не следовать волчьим традициям, вольны выбирать пару сердцем и вольны не жить в древней звериной иерархии, избрав собственный путь.

Удары прекратились, но Влад этого даже не заметил. Спина горела настолько сильно, что не было разницы: хлещет по ней ещё плеть или уже нет. К тому же он безотрывно смотрел на новенькую, замершую на месте со слезами в перепуганных глазах. А может это был просто дождь. От кошки можно ожидать чего угодно. Когда-то она бесила его своим своевольством, но на деле он просто ей завидовал, ведь она могла жить свободно и делать что хочет, пока он нёс на своих плечах груз ответственности и ожиданий старинной династии вожаков. У Алекс есть выбор, которого у него никогда не будет.

Тяжело видеть, когда твоя мечта дана кому-то просто так и её растрачивают на цветные пряди и необдуманные попытки побега. Но так было раньше, теперь Владу нравились все эти причуды. Он больше не завидовал свободе Алекс, а мечтал разделить её вместе с ней.

— Возвращайтесь в свои комнаты! — объявил Вячеслав Яковлевич. — Представление окончено! Хорошо запомните этот момент, чтобы больше никому не пришло в голову нарушать правила пансиона! Радуйтесь, что не поплатились за побег! Можете считать, что ваш вожак понёс наказание не только за глупую шутку с воровством, но и за всех вас! Отныне никаких шуточек и угона школьного автобуса!

Мимо проносились студенты, а я так и стояла в ступоре от увиденного. Они буквально избили моего защитника плетью, а я ничем не смогла ему помочь. Противное тянущее чувство в груди не проходило, даже когда Варвара перестала меня удерживать. Эта высокая волчица обладала феноменальной силой, став настоящей преградой на пути. Я ненавидела её всем сердцем так же сильно, как и Алису, из-за которой всё это случилось. Стерва осторожно приблизилась к своему тяжело дышавшему жениху и попыталась коснуться его плеча.

— Не трогай меня! — парень отпрянул от её ладони.

— Любимый…

— Убирайся!

Ей ничего не оставалось, как проследовать в здание вслед за остальными. Только я осталась стоять столбом посреди двора и глазеть на вздувшиеся багряные рубцы на спине моего соседа.

— Влад, тебе надо в больничное крыло, — тренер отбросил в сторону плеть и попытался помочь парню подняться.

— Не сейчас, — отмахнулся Влад. — Уйдите.

Мужчина выпрямился и вздохнул, а затем перевёл взгляд на меня:

— Идём, Александра. Дадим ему побыть одному.

— Нет, — вдруг заявил Влад. — Она пусть останется.

Бегло кивнув, тренер удалился, и мы остались во дворе одни. Я всё ещё пребывала в ступоре, не замечая ни дождя, ни холода.

— Не подашь мою футболку? — болезненно ухмыльнулся Влад, продолжая сидеть на земле у дерева.

— Она же промокла насквозь.

— Я просто искал повод, чтобы ты подошла поближе.

Что-то кольнуло изнутри, выводя из оцепенения. Ноги неслись впереди мыслей и вот я уже стояла на коленях перед парнем. Наши глаза и губы оказались на одном уровне.

— Тебе больно? — он кивнул, а я сглотнула ком от осознания, чего мне удалось избежать ценой чужой жертвы. — Это должна была быть я…

— Тут никого не должно было быть.

— Ты снова спас меня.

— В который раз? — уже не настолько криво усмехнулся парень, казалось, ему стало легче, когда я приблизилась. Так и хотелось взять его за руку, но я сдержалась.

— В шестой.

Дождь не прекращался. Колени утопали в размокшей земле, а руки дрожали от холода. Влад же выглядел скорее измученным. Его грудь высоко вздымалась от тяжёлого дыхания, а в глазах застыла усталость.

— Влад…

— Да, котёнок?..

Зубы стучали, а сердце колотилось, когда я наклонилась к нему и осторожно поцеловала в щёку. Я не знала, как ещё выразить благодарность, а потому постаралась вложить в этот жест все чувства, что переполняли меня в этот момент. Затем начала медленно отклоняться назад, когда рука парня перехватила моё дрожащее запястье и потащила обратно на себя, а вторая ладонь легла мне на скулу. Не успела я даже ойкнуть, как теперь уже Влад целовал меня и отнюдь не в щёку. Его губы накрыли мои: такие горячие на фоне дождя и мягкие в сравнении с острыми камешками под коленями. Поцелуй стремительно набирал обороты, ведь на этот раз в нём участвовали двое и сложно сказать, кто из нас проявлял большее участие. Поцелуй на вкус оказался как ярость, раскалённый металл и цепи. Возможно, Влад прикусил язык, когда его хлестали плетью, а может такова была его сущность.

— Владислав! — позади раздался голос тренера, вернувшегося во двор. — Я же сказал, что тебе нужно в медпункт!

Мужчина приближался, вынуждая нас остановиться. Я отстранилась от Влада, приняв прежнее положение, а вот его ладонь так и осталась на моей щеке, продолжая нежно поглаживать кожу.

— Значит, нужно быть избитым плетью, чтобы добиться взаимности? — усмехнулся парень. В его усталых глазах появился огонь, словно в них вновь вдохнули жизнь. — Знал бы я это раньше…

— Это… это просто награда за очередное спасение, — пробормотала, не обращая внимания на приближающегося тренера.

— Теперь я рыцарь, а не злодей? — Влад тоже проигнорировал мужчину.

— Извини, нет белого платка, чтобы подарить.

Тренер остановился совсем рядом, упёрся кулаками в бока и зацокал языком.

— Молодые люди, вы же простудитесь! А Владиславу и вовсе нужно в медпункт! Если ты обижаешься на меня за…

— Вы сделали то, что должны, — прервал его парень, продолжая смотреть на меня.

— Рад, что ты это понимаешь. А теперь идём, отведу тебя в больничное крыло.

Мужчина наклонился к Владу, но парень не принял помощь и поднялся самостоятельно. После чего подал руку мне.

— Переночуешь сегодня в палате под присмотром медсестры, — сообщил тренер. — Александра, а ты ступай к себе.

Ни один из нас на него даже не взглянул. Мы смотрели исключительно друг на друга.

— Иди, — прошептала я, нежно толкнув Влада кулачком в обнажённую грудь. — Тебе правда надо показаться врачу.

— Как же я переживу ночь без своей соседки за стенкой?

— Зато я наконец высплюсь без страха, что кое-кто вылезет из-за зеркала.

Нехотя Влад ушёл, и я осталась во дворе одна, однако возвращаться в свою комнату не торопилась. Одежда всё равно промокла насквозь, а сонливость как рукой сняло после шоу с плетью.

Мне нравилось затянутое тучами небо и тишина этой ночи, позволявшая обдумать случившееся. Я шагала вдоль забора думая о нашем с Владом поцелуе. Он не был первым, но стал первым настоящим. Когда Влад поцеловал меня в доме у Стаса — я ему не ответила, это была игра в одни ворота, но сегодня… Сегодня всё было по-другому. Я отвечала парню взаимностью и получала искреннее удовольствие. В животе разливалось чувство, которое люди характеризуют как «бабочки». Теперь понимаю почему. Прежде нечто подобное случалось со мной разве что в парке аттракционов.

Я коснулась своих губ двумя пальцами. Наощупь они оказались влажными от дождя и слегла припухшими от недавнего поцелуя. Не сдержав улыбки, я ускорилась. Меня переполняла необъяснимая лёгкость, хотя впору злиться после всей этой истории с воровством.

Практически вприпрыжку добралась до ворот, ведущих в лес, и с удивлением обнаружила, что они не заперты. Странно, сегодня ведь не полнолуние. Сделала буквально десять шагов по направлению к лесу и остановилась. Нет, я не думала сбегать. Давно уже оставила эту мысль. Я всего-навсего хотела вдохнуть елового воздуха, когда по затылку прокатилась волна мурашек. Сердце застучало и появилось необъяснимое чувство, будто за мной кто-то следит.

Я резко обернулась. Никого.

В такую погоду никого и не могло быть на улице, лишь проливной дождь омывал горящие окна пансиона. Однако тревожное чувство не уходило. Сглотнув ком, я повернулась обратно к лесу и чуть не закричала, когда заметила между деревьев тень в человеческий рост. Она двинулась, а следом за ней и я попятилась назад. Дрожащие ноги подвели, и я поскользнулась на размокшей земле. Из меня тотчас вырвался тихий стон. Поползла спиной обратно к воротам, кожей ощущая чужое присутствие. Тень исчезла, но я знала, что она где-то здесь, совсем рядом, и намерения у неё отнюдь не добрые. Мозг спешно соображал, что ему делать: пятиться дальше, не спуская глаз с лесной чащи, или бежать сломя голову к пансиону.

Деревья шуршали под тяжестью капель, лишая меня подсказки, а глаза больше не видели никакой тени. Должно быть мне уже просто мерещится после случившегося в посёлке, недосыпа и шокирующего наказания во дворе. Не стоило гулять одной по улице ночью, тут и без всего перечисленного немудрено себя накрутить.

Я резко вскочила на ноги и спотыкаясь помчалась к зданию. Не оборачивалась, но с каждым вздохом представляла, что сейчас мне на голову накинут мешок и на этот раз доведут дело до конца…

Горло засаднило от одной только воображаемой удушки, когда я добралась до старого клёна, ненавидя пансион за его габариты прилежащей территории. Качели скрипели, в ушах стучали барабаны, а дождь и темнота ухудшали обзор. Если тень существовала, то с лёгкостью могла затаиться.

Отдышавшись, отлипла от дерева и бросилась к зданию. Мне оставалось завернуть за угол и покажется главный вход. На повороте я снова поскользнулась, но вместо того, чтобы упасть, оказалась подхвачена крепкими мужскими руками.

— Эй, полегче! — воскликнул Богдан, в которого я практически врезалась. Парень стоял сразу за углом под навесом, неподалёку от крыльца. — Ты чего?.. Только не говори, что занимаешься бегом в такую погоду.

— Богдан! — выдохнула с облегчением, тотчас повиснув у него на шее. — Как же я рада тебя видеть! Что ты тут делаешь?

Я отстранилась от парня, а он стеснительно улыбнулся, продемонстрировав мне бумажный кораблик.

— Только не смейся. Я искал достаточно большую лужу, чтобы запустить его. А ты почему не спишь?

— Мы можем поговорить внутри? — видимо, выражение моего лица было настолько серьёзным, что с губ Богдана тут же сошла улыбка. Он кивнул.

Спустя пару минут мы уже сидели в холле. С меня в три ручья стекала дождевая вода, намачивая диван и пол, не говоря уже о грязных земляных пятнах, которые оставляла не только моя обувь, но и одежда.

— Ты меня пугаешь. Что случилось? — спросил Богдан, крепко сдавив мою ладонь. — Только не говори, что это из-за Волкова!

Я отрицательно замотала головой, сжав во второй руке его бумажный кораблик.

— Мне показалось, что за мной следят. Я видела в лесу какую-то тень и…

— Ты опять ходила одна в лес? — нахмурился парень.

— Нет! Сделала пару шагов за ворота и всё. Я не собиралась сбегать.

— Ворота были открыты?

— Сама удивилась. Видимо, их забыли запереть, — я убрала с лица мокрые волосы, разбрызгав воду по спинке дивана. — Должно быть мне просто мерещится из-за вчерашнего нападения.

— Какого ещё нападения⁈

И тут я поняла, что многое должна рассказать Богдану. Втянув побольше воздуха, приступила к рассказу, опустив некоторые подробности, касавшиеся меня и Влада.

— Есть предположения, кто это мог быть? — спросил парень, дослушав.

— Нет, но знаю, что это дело рук Алисы и её шавок. Она на всё готова, лишь бы В… — я резко замолчала, едва не ляпнув лишнего.

Богдан посмотрел на меня так, словно понял, что я чуть не проговорилась о её женихе. Дурацкий язык, летящий впереди мыслей!

— Поговаривают, Алиса сблизилась с Егором, — сообщил парень, не став допытывать.

— Егором?..

— Белокурый парень с третьего курса. Мы вместе учимся, потому и слышал. Так-то я не любитель подобного.

— И кто же пустил эту сплетню? — как правило я и сама не сторонница сплетен, но сейчас на кону стояла моя безопасность.

— Ульяна. Она тоже на третьем курсе. Ты же её знаешь, она всюду суёт свой блогерский нос.

— Как думаешь, это мог быть Егор прошлой ночью в посёлке?

— Кто знает, — Богдан пожал плечами. — Я только видел, как он пулей вылетел из дома Стаса и куда-то свалил.

— Вот как…

— Не знаю, что у тебя творится, но я начинаю волноваться. Лучше тебе одной не гулять.

Даже спорить не стала и согласно кивнула.

— Я провожу тебя до твоей комнаты.

— Не стоит.

— Ещё как стоит, — Богдан поднялся на ноги и потянул меня за собой. — Не упирайся или возьму на руки, а мне бы не очень хотелось пачкаться.

Этой ночью я долго ворочалась в постели и не могла уснуть. Перенервничала, промёрзла насквозь, ещё и Влада оставили на ночь в больничном крыле. Ощущала себя без соседа за стенкой неуютно и даже одиноко. Кто бы мог подумать, что однажды я буду по нему скучать…

Медсестра обработала рубцы на спине Влада. Кожа разошлась всего в нескольких местах, но лежать приходилось на боку и никак не удавалось уснуть. Причина казалась очевидна, но только он знал, что дело совсем не в боли.

Владу было не по себе без Алекс за стеной, к которой он мог ворваться в любой момент через проход за зеркалом. Парень чувствовал что-то схожее с одиночеством. Ему хотелось оказаться ближе к ней. Он с трудом удерживал себя в постели, чтобы не сорваться и не примчаться к соседке, когда в груди вдруг защемило. Нехорошее предчувствие прострелило виски и в голове закружило одно единственное желание защитить Алекс.

Вскочив с кровати, Влад выбежал в коридор, где ему тут же преградил путь медперсонал. Парень даже не стал объясняться, начав расталкивать их в разные стороны, когда тревожное чувство внезапно отступило. Неужто показалось?.. Не успел он обдумать свои ощущения, как медсестра воспользовалась его замешательством и вколола парню успокоительное. Последнее, о чём он подумал, была его мистическая связь с Алекс, в которую он не верил, зато точно знал, что его к ней чувства настоящие и без всякой древней чуши из пыльных книг про оборотней.

Глава 14

Настало субботнее утро. Хотя уже скорее день, время ближе к обеду, нежели к завтраку. А я только-только открыла глаза и потянулась.

С наказания Влада прошло четыре дня, которые он провёл в лазарете, хотя должен был освободиться на следующее утро. Как нам объяснили: отец парня настоял на тщательном наблюдении и полном восстановлении, в то же время похвалив персонал за соблюдение традиций, пусть даже под удар попал его собственный сын. Во всяком случае в лицемерии Владимира Леонидовича не обвинишь. Легко радеть за традиции, когда страдает кто-то другой и очень легко их переписать, когда провинилась собственная кровинушка. Он же исключений не делал.

Так что с той ночи мы с Владом не виделись. Я могла бы его навестить в больничном крыле, но под каким предлогом? Я ему не друг, как Стас, и не невеста, как Алиса. Так, соседка, с которой он жарко целовался под дождём… Поцелуй не выходил из головы, а следом за мыслями по телу разливалось тепло. Бесило, что мне это нравится. Хотелось оставаться хладнокровной и здравомыслящей. В конце концов у него есть невеста.

Радовало лишь то, что Алису Влад к себе не подпускал. Их ссора разошлась по пансиону горячей сплетней. Всем известно, как он поплатился кожей на спине за её ошибку. Разве что никто не знал, что это вовсе не была ошибка, а целенаправленное вредительство, правда, не ему. Но как оно часто и бывает — всё пошло не по плану.

Вот и вышло, что в палате у Влада целыми днями торчал Стас, иногда вместе с Каролиной, которая и так подозревала, что между мной и Волковым что-то происходит. Если бы я и хотела, то не смогла бы его навестить, не вызвав подозрений. Я ещё сама не разобралась в своих чувствах, не хватало, чтобы их начали обсуждать посторонние.

Правда мы несколько раз переписывались. Сдержанно и ни о чём. Я спросила: как его самочувствие? А Влад: как мне спиться без него?.. И только потом дописал «за стенкой». Про поцелуй мы оба молчали, словно ничего и не было. Твердила себе не отвечать, прекратить всё это. Знала ведь, что ни к чему хорошему наше общение не приведёт, а потом срывалась и строчила ответ, но так и не рассказала о ночном инциденте с привидевшейся мне тенью. Я обещала не гулять по ночам одна, как и говорила, что никогда не буду целоваться с ним по обоюдному согласию… Похоже, держать слово не моё.

Я встала с постели и направилась в собственную ванную комнату. В одной руке держала зубную щётку, в другой смартфон и листала новостную ленту. Больше меня не задевали посты одногруппников из института. Я окончательно смирилась с учёбой в пансионе. Однажды я всё равно стану художницей, но, как и все оборотни, вынуждена временно поставить на паузу свои планы. Лучше уж так, чем как у Светы, чьи планы рушились налету. Судя по ленте, они с Глебом окончательно расстались. Бывшая подруга страдала по скользкому скульптуру на всеобщее обозрение, записывая нелепые слёзные видео. Я поставила ей молчаливый лайк и отложила телефон, чтобы не сорваться и не написать, что нужно учиться уважать себя, а не лить слёзы! Но ведь я не лучше…

Мне следовало бы разорвать нашу нездоровую связь с Владом, но отчего-то это невыносимо трудно. Я скучала по нему все четыре дня, хоть никогда и не признаюсь в этом. Каждый раз я мгновенно читала его сообщения, но специально тянула с ответом. Иногда считала или даже ставила таймер, а то ещё подумает не то… Владу не стоит знать, что я почувствовала той ночью, когда мы целовались. Для него это всего лишь увлекательная игра перед тем, как остепениться, вступив в свой чудесный династический брак с чистокровной врушкой… ой, простите, волчицей! Его отец наверняка счастлив устроенной сыну помолвкой. Такая породистая девушка, само благородство и добродетель!

Но сколько бы я не язвила в своей голове, действительности это не изменит. И если в ближайшее время я не прекращу всё это, в итоге пострадает один человек — я.

Пока умывалась, телефон снова пиликнул. Потянулась за ним, не переставая чистить зубы.

«Проснулась?» — спросил Влад.

Я так раззадорила себя в мыслях, что пальцы уже набирали три веселые буквы, желая послать моего шесть раз спасителя. Благо я вовремя остановилась, стёрла и написала другое.

«Тебе какое дело?» — Влад улыбнулся, получив мгновенный ответ. Он через экран смартфона чувствовал заинтересованность Алекс, и неважно какие при этом она пишет слова.

Четыре дня в лазарете он мечтал сбежать к ней. Четыре дня набирал и стирал текст эмоциональных сообщений, переписывая на сухие вопросы и подколки. Его сердце стучало и желало излить чувства, но он боялся, что они лишь отпугнут девушку, а потому сдерживал себя в рамках всё того же зазнавшегося гада, каким она его считала. Неважно, если его чувства сильнее, он готов ждать и добиваться, а вот излишний напор может всё испортить. Он не мог так рисковать.

Утром Влада выпустили из лазарета, где продержали лишних три дня по милости его одновременно строгого и опекающего отца. Если себя парень считал новатором, то его самым настоящим консерватором. Отец во всём придерживался правил и традиций, будь то бизнес или семья.

«Соскучился по тебе, котёнок», — написал и тут же стёр.

Владу хотелось поскорее увидеться с Алекс, но нужно держать себя в руках. Сбавив обороты, он написал:

«У меня для тебя сюрприз, соседка».

Парень опирался о корпус нагретого на солнце автомобиля, поглядывая то в экран своего смартфона, то в окно новенькой, которое почти всегда было занавешено.

«Обойдусь», — пришёл очередной мгновенный ответ.

А следом ещё одно сообщение, на этот раз не от Алекс, а от Алисы:

«Надо поговорить!!! В пансионе все уже шепчутся, пошли слухи! Ты можешь меня ненавидеть, но ты должен…»

Весь текст не влез в уведомление, но и любопытства не вызвал. Влад точно знал, что там написано, а потому без раздумий смахнул плашку, вернувшись к переписке с Алекс:

«Иди к главным воротам».

«Зачем?».

«Сама всё увидишь».

Ответа не последовало. Влад не знал, что это значит, но был намерен ждать. А если Алекс не выйдет, то поднимется за ней сам.

Надо это заканчивать, твердила самой себе, расчёсываясь. Затем вытащила из тумбочки косметичку и цветные мелки для волос. Навела марафет, после чего вышла во двор и сразу увидела чёрный спорткар Влада и его самого за воротами.

— Тебя отпустили? — спросила на расстоянии.

— Я тебя не слышу! — прокричал парень. — Подойди ближе!

— Всё ты слышишь!

— Не слышу!

— Вот же гад… — пробубнила себе под нос, но всё же сдвинулась с места и вышла за ворота. — Что я должна была увидеть? Тебя и твою машину?.. Так себе сюрприз, если честно. Если только ты не переоформил авто на меня.

— Хочешь свою машину? — серьёзным тоном спросил Влад, будто готовый подарить её прямо сейчас.

— Нет, — отмахнулась я. — Я пошутила. У меня и прав нет. Так чего ты хотел?

— Дай подумать… — парень сделал вид словно задумался. — Немного сочувствия, пожалуй, не помешало бы.

— Тебе всё ещё больно?

— От ударов плетью?.. Нет, конечно, ты что! — усмехнулся он, обходя машину и открывая пассажирскую дверь. — Садись, тебе понравится. Другого шанса не будет.

— О чём это ты?.. — я и с места не сдвинусь без объяснений.

— Увидишь. Сегодня или никогда!

— Выбираю: никогда, — сказала, хоть так и не думала. По правде говоря, мне стало жутко интересно, что же придумал Влад.

— Если честно, я и не собирался спрашивать твоего согласия, — парень зашагал ко мне, оставив дверь автомобиля открытой.

— Значит, вот как? Если тебе отказывают, ты просто берёшь силой? Уже проходили!

— А потом ты дала согласие.

— Это когда же? — я скрестила на груди руки.

— Когда ответила на поцелуй.

И тут я почувствовала, что краснею. Потребовались усилия, чтобы не отвести взгляд в сторону. Ни за что не покажу ему, что смущаюсь!

Он тем временем сократил дистанцию, встав прямо передо мной на неприлично близком расстоянии, допустимом только для влюблённых.

— Сегодня фиолетовые?.. — и коснулся моих волос. — Мой любимый цвет.

— Буду знать, — одёрнула цветную прядь, которую он перебирал пальцами.

— Закрой глаза.

— Не-а.

— Тогда ты не оставляешь мне выбора, — сказал и тут же подхватил меня на руки.

Бессмысленно вырываться из лап крупного спортивного парня, но я всё равно попыталась. Колотила его каменные мышцы и извивалась как кошка, которую пытаются искупать. Ничего не вышло и очень скоро я оказалась на пассажирском сиденье его автомобиля. Похоже, похищать меня уже вошло у оборотней в привычку.

— Как… — только и смогла выдавить, стоя посреди зала полного работ Изуми Саито — моей любимой художницы манги. — Вчера ведь был последний день её выставки…

В помещении кроме нас не было посетителей, что также подтверждало мои слова.

— Формально так оно и есть, но упаковывать стенды начнут только завтра, — сообщил Влад. — Хотел привести тебя раньше, обещал ведь переиграть твой тухлый день рождения, но дурацкая госпитализация нарушила все планы.

— Как?.. — повторила я.

— Пару звонков и всё решилось. Ты довольна?

— Ещё бы! Мы тут совсем одни!

— Удобно, правда? Можно всё спокойно рассмотреть.

Дальше я Влада не слушала, зашагала вдоль стен, разглядывая страницы первых выпусков комиксов за стеклом, наброски персонажей и не вошедшие сцены. Я словно заглянула за ширму творческого процесса талантливой художницы, которая не просто хорошо рисовала, а создавала целые миры на бумаге.

Влад молча плёлся позади и не мешал мне впитывать мастерство кумира. Ему не было интересно и смотрел он исключительно на меня и мою реакцию, а не на представленные работы. Я бы кружила здесь часами, если бы в какой-то момент к нам не подошла девушка-менеджер, о чём я узнала из её бейджика на груди. Решила, что нам пора уходить, но не успела двинуться к выходу, как Влад коснулся моего плеча и аккуратно развернул в другую сторону.

— Это ещё не всё, котёнок, — заявил парень, указывая на дверь с табличкой «Только для персонала», куда посетителям как правило вход воспрещён. — Идём.

Полноценный дар речи не вернулся, так что я лишь кивнула и без возражений проследовала за ним. Влад открыл перед нами дверь и последние доступные мне слова моментально застряли в горле. Передо мной стояла она. Сама Изуми Саито во плоти. Мангака робко улыбалась, пока менеджер что-то шептала ей на ухо. Напрямую общаться с ней Влад не мог из-за языкового барьера. А я бы и вовсе не сумела выдавить ни слова, даже если бы знала японский.

— Подойдите, — подозвала меня менеджер, вошедшая первой.

Владу пришлось приобнять меня за талию и подтолкнуть вперёд, чтобы вывести из ступора.

— Это вам, — сообщила менеджер, когда художница протянула мне какую-то папку и бегло поклонилась.

Я поклонилась ей в ответ намного глубже, выказывая уважение, как принято у японцев. Затем дрожащими руками забрала из рук папку, оказавшуюся альбомом в плотном тёмном переплёте. Девушка-менеджер снова заговорила:

— Небольшой комикс, нарисованный специально для вас!

Я ахнула, распахнув альбом. Внутри оказалась нарисованная от руки манга про девушку с цветными прядями в светлых волосах, превращающуюся в снежного барса и побеждающую всех врагов.

— Ваш молодой человек попросил изобразить именно такой фантастический сюжет.

Знала бы она, что никакой фантастики здесь нет…

— Аригато! — ляпнула то, что знала по-японски и снова поклонилась художнице, а затем добавила уже на русском, обратившись к менеджеру: — Спасибо!

Настолько растерялась, что даже не стала поправлять девушку, когда она назвала Влада моим молодым человеком. Если честно, мне даже понравилось.

— Надеюсь, тебе нравится? — уточнил парень, когда мы покинули приватную комнату.

— Очень! — честно призналась я. — Тут даже автограф есть! Как ты всё это устроил?

— Это ещё не всё, — сообщил он вместо ответа. — Проголодалась?

Я охотно закивала.

Влад повёл меня не к выходу из здания, а к лифту, где не просто нажал на кнопку последнего этажа, а воспользовался специальным ключом, указав технический 26 этаж, куда обычным посетителям нельзя.

Вскоре мы очутились на крыше высотки, откуда хорошо просматривался центр Москвы, а обстановка вокруг напоминала романтическое кино. Пикник на покрывале, гирлянда из крупных жёлтых лампочек, надувной матрас и уютные клетчатые пледы.

— Да ты оказывается романтик! — нервно выпалила я, прикрывая шуткой смущение. Благо ветер скрывал, как участилось моё сердцебиение, хоть и трепал волосы и подол синей юбки. Знала бы, куда мы отправимся, надела бы что-то приличнее учебной формы.

— Решил продолжить тему Японии, так что и кухня будет японской, не против?

— Нисколько.

Мы расположились на покрывале друг напротив друга. Вся еда была подобрана холодной, чтобы не остыть к нашему приходу. Только я б этом подумала, как оказалось, что это только закуски, и уже через минуту на крышу поднялись двое официантов с горячим. Они молча оставили блюда и тут же удалились.

— Как ты получил доступ на крышу? — спросила, взявшись за палочки.

— Это… — Влад замялся, словно не желая отвечать, но и врать он не умел, а потому сказал: — … это здание принадлежит моей семье.

— Мажор! — фыркнула, но тотчас смягчилась: — Спасибо, что не дорогой отель, а то ты мог!

— Имеешь что-то против дорогих отелей?

— Мою маму как-то в такой сводили…

— И?..

— И потом родилась я.

— Похоже, ты недолюбливаешь своего отца.

— Я его даже не знаю, — отмахнулась, принявшись набивать рот. Мне следовало бы есть медленно и понемногу, но почему-то при Владе совсем не хотелось казаться лучше, чем я есть на самом деле.

— Мне жаль.

— С чего бы? Забей. Даже мне не жаль. Как можно грустить по тому, кого никогда не видел? И кому плевать на твоё существование? Он бросил маму и не заслуживает даже упоминаний. Давай сменим тему.

— Как скажешь. Вкусно?

— Угу, — по правде, я почти не чувствую вкуса еды. У меня всё ещё не выходила из головы встреча с Изуми Саито. Поверить не могу, что я видела своего кумира в живую! — Хотела бы я тоже когда-нибудь устраивать выставки своих работ…

— Однажды так оно и будет.

— Вряд ли.

— Ты талантлива.

— Таланта мало. Чтобы о тебе узнали нужно продвижение, а это деньги. Большие деньги. — Я заглянула в непонимающие глаза Влада, в которых отражалась краснота закатного неба. — Хотя для некоторых это обычные деньги, возможно, даже маленькие.

В нас словно сталкивались два мира. Тот, где нет ничего невозможного. Где все двери и крыши открыты, а художницы из других стран рисуют комиксы по твоей просьбе. И мир, где ты вынужден выбирать направление реставратора только потому, что туда хватило баллов на бюджет. И ты всё равно несказанно радуешься, ведь стал на шаг ближе к осуществлению своей мечты. А затем её отбирают, запирая тебя в пансионе. Но ты смиряешься и продолжаешь жить дальше. Когда я выпущусь, мне придётся всё начать заново, откатиться назад, а Владу нет. Его жизнь не изменится и все двери по-прежнему будут для него открыты. Вот и вся разница.

Мы потратили несколько часов на дорогу до города, затем обошли выставку, поели и вот уже красное небо стало практически ночным, создавая вокруг нас томную атмосферу. Я успела наесться и подмёрзнуть. Хоть сегодня и было тепло, но к вечеру ветер усилился. Так что мы перебрались на матрас под тёплый плед.

Покрывал на крыше имелось несколько, но мы всё равно укрылись одним и вместе смотрели в тёмное небо, на котором не было видно звёзд, зато радовала уютная гирлянда над головами.

— У нас не будет проблем в пансионе за очередной побег? — опомнилась я, фокусируясь на ощущении тепла, исходящего от тела Влада.

— Не волнуйся об этом, — парень перевернулся на бок, лицом ко мне. — Я не спец в выборе подарков, а ты ещё и запретила прибегать к сторонней помощи…

— Только не говори, что это ещё не всё! — я повернулась к нему навстречу. Наши лица оказались прямо напротив.

— Так, ерунда…. Заказал на свой вкус. Не уверен, что тебе понравится… — из-под пледа высунулась его рука с маленькой бархатной коробочкой. — Вот, держи.

Я приняла сидячее положение. Первой мыслью стало: неужели это кольцо? Глупо, конечно. Разумеется, это было не оно. Внутри оказалась серьга в виде кошки из белого золота или платины, со сверкающими бриллиантовыми глазами. Серёжка застёгивалась сразу на несколько дырок и отлично подходила моему пирсингованному уху.

— Подумал, тебе может понравиться, — Влад тоже принял сидячее положение. — Хотя, возможно, слишком банально… Раньше я никогда сам не выбирал девушкам подарки.

Украшение не было оригинальным, но зато я точно знала, что его действительно выбрал Влад. Очень по-мужски интерпретировать что-то настолько буквально. Я же оборотень-кошка, ну конечно, нужно подарить ей что-нибудь кошачье! Тем оно и ценно, ведь выбрано самим дарителем с мыслями обо мне в процессе. Для меня старания важнее итога.

— Спасибо, мне очень нравится! Не поможешь? — Я сняла свои старые серьги.

В четыре руки и два чёрных глаза мы управились меньше, чем за десять минут. Будь здесь зеркало, мне бы хватило и минуты.

— Ну как? — продемонстрировала парню своё обновлённое правое ухо. — Мне идёт?

— Кое-чего не хватает… — заявил он, придвинувшись ближе.

— Да? И чего же?

Вместо ответа Влад коснулся губами моего уха. Сначала поцеловал раковину, а затем лизнул мочку. Я ахнула от неожиданности, когда его язык двинулся вниз по шее. А руки под пледом принялись исследовать мои обнажённые ноги. Пальцы постепенно подбирались к краю юбки, вынуждая меня сдерживаться, чтобы не издать больше ни звука. Постепенно его губы вернулись к уху, проложив влажную дорожку до ключицы и обратно. Я молча повернула лицо, так, чтобы его губы оказались напротив моих. Парень всё понял и немедленно накрыл их поцелуем. Руки под пледом моментально осмелели и уже блуждали по внутренней стороне бедра в опасной близости к самой чувствительной точке.

Мои руки легли ему на плечи, а ноги заелозили на матрасе, когда костяшки его пальцев как бы невзначай задевали край трусиков. По телу прокатился пожар. И если прежде я пыталась плотнее сжать бёдра, то теперь хотелось раскрыться. Наброситься на Влада и любоваться его затуманенными желанием глазами до самого рассвета.

Я забралась к нему на колени и плотнее прижалась к груди, бедром нащупав мужское возбуждение. Одна его ладонь легла мне на талию, а вторая принялась исследовать ягодицы под юбкой, когда над нашими головами внезапно прогремел салют.

Я тотчас разняла наши губы и посмотрела наверх, всё так же сидя на коленях у Влада и обнимая его горячую шею.

— Как красиво! — Никогда прежде я не видела фейерверки настолько близко.

— Наверное, хотя сейчас я их просто ненавижу… — Влад вновь потянулся к моим губам за поцелуем, но был остановлен, когда я двумя пальцами подняла его подбородок, чтобы он смотрел в небо вместе со мной. — Очень сильно ненавижу…

Я захихикала, когда парень уткнулся лицом мне в грудь и ещё крепче прижал к себе.

— Неужели не хочешь посмотреть на салют? — спросила, погладив его волосы.

— Он для тебя, котёнок. А мне и тут хорошо.

Я засмеялась ещё громче, когда он попытался зарыться носом между моих грудей.

— Прекрати!

— Щекотно?

— Да!

— Это потому, что на тебе слишком много одежды.

На этот раз я не хихикнула. Улыбка сошла с лица, а глаза, смотревшие в цветное небо, опустились.

— Нам правда не стоит. Я…

— Не нужно объяснений. Это твой день, и всё будет так, как ты захочешь, — Влад продолжил прижимать меня к себе, но теперь обе его руки легли мне на спину и больше не спускались ниже. — С повторным днём рождения, котёнок…

В пансион мы вернулись когда до рассвета оставалось всего несколько часов. Оба вымотались, устали и хотели спать. И хотя мы больше не целовались, наши пальцы почти всю дорогу были переплетены. В груди поселилось странное чувство, когда легче отказаться от физической близости, чем от душевной. Мне хотелось находиться вместе каждое мгновение, но для этого совершенно не обязательно, чтобы наши тела разгорались в страстной агонии. Достаточно просто быть рядом.

Влад чувствовал то же самое, поскольку когда мы оказались на втором этаже между дверей наших спален, он предложил:

— Не хочешь остаться сегодня у меня? Ты ведь ещё не видела мою комнату. Обещаю не приставать!

Не раздумывая, я согласилась. Вскоре мы очутились в полумраке его спальни. Не включая свет, я скинула с плеч учебный пиджак, а парень оголился по пояс.

— Тебе дать что-нибудь переодеться? — спросил он.

Не успела ответить, как из кровати поднялась тень. Я ахнула и отступила на шаг, а Влад в один рывок добрался до выключателя. В следующее мгновение комнату озарил яркий свет и перед нами предстала Алиса в белом кружевном белье.

— Я скучала по тебе, малыш, — сонно протянула девушка, растягиваясь на простыне в соблазнительной позе. — Тебя долго не было. Это она тебя так задержала, любимый? Надеюсь, ты наигрался. Ложись в постель, а утром вместе посмеёмся.

Сердце тотчас рухнуло на пол, отозвавшись в груди кровоточащей дырой. Я позволила себе стать уязвимой для таких, как Алиса. Я прекрасно чувствовала, что каждое её слово не случайность. Они точно острые клинки, призванные попасть прямо в цель и ранить побольнее. Но хуже всего то, что правда на её стороне. Это я здесь третья лишняя. Я подлая любовница, а она законная невеста. Она жертва этой истории, а я злодейка… Как же низко я пала, сама того не заметив.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал Влад. — Убирайся!

— Любимый…

— Лучше уйду я, — я сжала руки в кулаки, стараясь оставаться невозмутимой. — Вам есть, что обсудить.

— Алекс, постой! — Влад бросился вслед за мной.

— Не смей ходить за мной! — рыкнула, вынуждая парня остановиться. — Ты задурил мне голову, и я совсем забыла о твоей невесте. Это неправильно, и мне противно от самой себя. Больше не подходи ко мне!

— Алекс…

— Ты меня слышал, — я громко хлопнула дверью, забыв в его комнате свой пиджак. Ну и чёрт с ним.

Глава 15

Влад швырнул в Алису футболку, которую собирался предложить Алекс до того, как она ушла, хлопнув дверью. Впервые в жизни ему хотелось ударить девушку. Но, конечно, он этого не сделал. Не так воспитан.

Алиса перешла черту в попытках отравить ему жизнь. Мало ей было того, что его наказали из-за её вранья? Мало, что она станет женой альфы, пусть и фиктивной? Мало, что вот уже несколько лет он подыгрывает ей, делая вид, что они счастливы вместе?

Что если он и правда раз в жизни захотел стать счастливым, но с другой?.. С той, от которой ему не хочется сбежать. С той, у которой в голове есть что-то кроме стремления казаться идеальной во всём. С той, у которой имеются планы на эту жизнь и своё собственное «Я», а не набор образов и фальшивых улыбок.

Какая Алиса на самом деле?.. Раньше Влад даже не задумывался, но перейдя дорогу своей невесте, узнал: она насквозь гнилая, готовая на любую низость и самый гнусный обман лишь бы добиться своего.

— Одевайся и уходи, — проговорил он холодно, из последних сил сдерживая внутреннего зверя.

— Оденусь в своё, — девушка отшвырнула в сторону мужскую футболку, — но я никуда не уйду.

— Уйдёшь.

— Не раньше, чем всем станет понятно, чем мы тут занимаемся! Утром все увидят, что мы вместе выходим из твоей комнаты. Мы жених и невеста, не забыл? — Алиса вытащила из-под подушки свои вещи. — Нравится тебе или нет, но твои выходки всё сложнее скрывать.

— Мои выходки?.. — Влад зло усмехнулся.

— Я просчиталась с кулоном, но ты сам полез на рожон! Это я о твоей Алекс. Она должна исчезнуть, тебе понятно? Я не собираюсь прослыть той, кому изменяют с кем попало. Не хватало, чтобы меня начали жалеть! Я будущая жена альфы, главная самка! Мне должны завидовать, а не сочувствовать!

— Ты знаешь выход…

— И не надейся, свадьбе быть! — Алиса быстро оделась, застёгивая на блузке последние пуговицы.

— В таком случае — пошла вон! — рявкнул Влад, указав на дверь.

— Я сказала, что останусь здесь до утра!

— Не останешься, — не церемонясь, парень грубо схватил девушку за запястье и одним рывком вышвырнул в коридор.

Заперся на замок и уселся на край кровати. Злость тотчас отступила, а ей на смену пришла тоска. Он думал о том, что всё могло сложиться иначе. Должно было сложиться иначе. Потёр глаза холмиками ладоней, ощущая сильную усталость вперемешку с досадой. Возможно, Алекс никогда его не простит. А может стоит ей написать и попытаться всё исправить?..

Убрав руки от лица, парень посмотрел прямо перед собой, заметив на спинке кресла пиджак новенькой. Внутри кольнуло тонкой иглой, вызывая неизвестное прежде чувство одновременной боли и надежды. Эта ночь могла закончиться совсем по-другому, но теперь у него хотя бы появился повод наведаться к Алекс в комнату. На сообщение можно не ответить, но от живого разговора просто так не убежишь. Глупо, конечно. Такие вещи не делаются на горячую голову. Стоило подождать до утра. Дать ей время остыть. Но страх потерять толкает людей на необдуманные поступки, вот и Влад не стал исключением, поддавшись порыву исправить всё здесь и сейчас.

Если постучит в дверь, она ни за что не откроет. Придётся снова воспользоваться тайным проходом. А ведь он так и не рассказал ей правды о зеркале. Давно пора, но не было подходящего момента.

На самом деле Влада не интересовали разовые отношения. Он никогда не приводил девушек в комнату Алекс. Алиса хотела поселиться там, но он бы этого не выдержал, потому и присвоил себе обе комнаты. А тайный проход существовал ещё до его заселения. Здесь жила его двоюродная сестра по отцовской линии, и уже пару лет как выпустилась. Именно она пользовалась лазейкой для тайных встреч с парнем из соседней комнаты, с которым не имела права открыто встречаться. Кузина происходила из ветви вожаков, а он не унаследовал даже гена оборотня и просто подрабатывал в пансионе тренером, как посвящённый. Увы, но их история ничем хорошим не закончилась. Сестру выдали замуж, а парня выгнали с работы, предварительно запугав настолько, что его больше никто не видел. Поговаривали, он уехал, но куда никто не знает.

Влад не стал замуровывать проход и как оказалось не зря. Однако сейчас он чувствовал, что повторяет трагическую судьбу своей кузины и от этого сводило живот.

Парень взял с кресла синий пиджак. Ещё на расстоянии вытянутой руки ощутил исходящий от него запах новенькой. Не удержался и поднёс плотную ткань к носу, вдохнув в себя успокаивающий сладко-фруктовый аромат. Затем резко одёрнулся, удивившись собственному поведению. На мгновение он даже почувствовал себя старым вдовцом, тайно нюхающим вещи почившей супруги. К счастью, Алекс была жива и здорова, только не желала с ним знаться, а это поправимо.

Пригибаясь, Влад пересёк тайный проход. В голове переворачивались разные слова, которые он собирался сказать соседке, однако в комнате её не оказалось. Постель была не застелена, но это же Алекс, у неё никогда не бывает застеленной кровать. Обуви нет, а вот комикс, подаренный Изуми Саито, лежал на тумбочке у изголовья. Значит, новенькая заходила, но потом ушла.

Влад достал из кармана смартфон и зашёл в приложение. Алекс во дворе, понял он, глядя в экран. Следом его посетило ещё одно озарение: лучше дать ей время остыть. Главное, что она в порядке.

Оставив пиджак на краю кровати, Влад вернулся к себе. За окном поднимался красный рассвет, но сна не чувствовалось ни в одном глазу.

Не могла оставаться у себя. Зашла, оставила творение Изуми Саито на тумбочке и не смогла просто лечь спать, зная, что они за стенкой.

Как я вообще могла забыть о его невесте?.. Нет, я не забывала, а целенаправленно отбросила это знание на задворки сознания, чтобы насладиться этим днём, ведь нам было так хорошо вдвоём. Наше с Владом притяжение неправильное, запретное. Оно не приведёт ни к чему хорошему, и я это знала, но отказаться от времени вместе с ним не сумела, за что и поплатилась. Мне мерзко от самой себя.

Недолго думая, схватила блокнот для рисования и направилась во двор навстречу рассвету. Качели под старым клёном тоскливо звякнули, приветствую гостью. Давненько мы не виделись. С тех пор, как я приняла свою участь провести четыре года в пансионе. С того дня нахождение здесь уже не казалось такой пыткой и не требовало частого уединения вдали от остальных ребят. Сейчас же я вспомнила, как мне нравилось это место у самого забора, поближе к свободе. Вот только на этот раз я бежала не от оборотней и их тайн, а от собственных чувств, переполнявших меня без остатка. Я не позволила себе заплакать, но принялась спешно чиркать карандашом по белому листу в попытке излить чувства в абстрактной картине, словно бумага могла впитать мою боль.

Справа послышалось шарканье. Мой взгляд тотчас метнулся к спортивной площадке. В лучах восходящего солнца виднелся силуэт, нарезавший круги по песчаному полю. Не успели сонные глаза рассмотреть раннюю пташку, как размытая фигура помахала мне рукой и прокричала:

— Составишь компанию⁈ Давно вместе не бегали, может на этот раз ты меня обгонишь!

Это был Богдан. Мой милый солнечный друг, способный согреть душу даже в самый пасмурный день. Ради него я скрыла своё истинное настроение и, улыбнувшись, прокричала в ответ:

— Давай в другой раз!

— Боишься снова проиграть⁈

Парень побежал в мою сторону не сбавляя темпа. Я знала, что он занимается бегом, но понятия не имела, что ради тренировок встаёт настолько рано даже по выходным.

— Ты сегодня рано проснулась, — констатировал приблизившись.

— Я ещё не ложилась.

— Ещё не спала⁈ Но уже утро! Что ты делала всю ночь? — Богдан принялся бежать на месте, громко шаркая камешками под подошвами кроссовок.

На самом деле звук не был громким, просто уши стали чувствительнее из-за недосыпа.

— Я… рисовала. Да, рисовала, — показала парню блокнот с хаотичными каракулями. Примерно такая же чёрная дыра бушевала сейчас у меня в груди.

— Это… Знаешь, я не силён в современном искусстве.

— Это и не искусство вовсе, — я выдрала и смяла исчирканный лист.

— Зачем так сразу? Не стоило! Вышло довольно… необычно.

— Твоя тактичность поражает. Может, присядешь? — указала на соседние качели.

Богдан сдвинулся с места и трусцой добежал до сиденья.

— Ты всегда так рано встаёшь?

— Только когда рано ложусь, — широко заулыбался парень.

От его открытого и дружелюбного лица мне всегда становилось легче. Богдан помог мне смириться с обучением в пансионе, а теперь сам того не зная успокаивал моё кровоточащее сердце.

— Спасибо, — улыбнулась ему в ответ.

— За что?.. — удивился он, перестав раскачиваться.

— За то, что всегда оказываешься рядом в нужный момент.

Богдан задумался, и я молчала. Над нашими головами пели птицы, а по коже бежал утренний холодок, но уже через пару часов снова будет жарко и солнечно.

— Не влюбляйся в него, — вдруг выпалил парень, глядя мне в глаза.

— Что?.. — опешила я. — В кого?

— В Волкова. Не надо.

— Я не… — и не смогла произнести больше ни слова. Мне не хотелось врать Богдану, но и сказать правду не решалась.

Настал понедельник. Я бы сказала, что избегала Влада всё воскресенье, но на самом деле проспала почти весь день и теперь с трудом вливалась в учебный процесс. И если на занятиях можно вздремнуть, то тренировка команды чирлидерш давалась через силу. Девчонки то и дело спрашивали моего совета, просили показать новые движения и просто хотели поболтать.

— Тебя все выходные не было видно, — шепнула мне на ухо Каролина, — как и Волкова.

— И на что это ты намекаешь?..

— Не намекаю, а констатирую. Это начали замечать.

— Кто?

— Все.

Как бы Алиса не старалась опровергнуть слухи, нас с Владом всё чаще обсуждали в ученическом чате. Фиксировали время отхода, свет в окнах наших комнат и частоту взглядов друг на друга. И если я сегодня старалась вовсе не смотреть на Влада, то он не отказывал себе в долгих томных взорах.

— Вы поругались? — прямолинейно поинтересовалась девушка. Вероятность того, что между нами ничего нет, она даже не рассматривала.

— С чего ты взяла?

— Если хочешь скрыть, что между вами что-то есть, то не стоит так в открытую его игнорировать, — заявила она.

— То есть, если я смотрю на Влада, то все думают, будто между нами что-то есть? Но и если не смотрю совсем, то тоже так думают?..

— Парадокс, не правда ли? Дело в балансе, подруга, — чирлидерша шутливо толкнула меня бедром и зашагала к остальным девчонкам. — А теперь покажи нам какое-нибудь клёвое движение, чтобы у нас появился шанс потягаться с Алисой.

Прислушавшись к совету Каролины, я бросила на Влада свой первый на сегодня взгляд. И то ли одновременно столкнулась с его пристальным взоров, то ли он уже давно на меня пялился, наши глаза встретились. Я поспешила отвернуться, но было уже поздно: парень воспринял это как сигнал, что пора поговорить. Двинулся в мою сторону невзирая ни на Алису на другом конце площадки, ни на Ульяну, снимавшую всё на камеру смартфона.

— Алекс… — на выдохе проговорил Влад, остановившись в метре от меня. Его лицо выглядело серьёзным и сосредоточенным, а ещё немного печальным.

— Нам не о чем разговаривать, к тому же у меня тренировка.

Я задрала нос и уже собиралась вернуться к девочкам, как позади прокричала Каролина:

— Мы подождём! Не торопись!

Вот же предательница! А я ей ещё со Стасом помогала! Блин, она ведь делает то же самое сейчас.

— Ты должна знать, что у нас с Алисой…

— В том и дело! — я повысила голос, отчего он стал истеричным. — Я не хочу знать, что у вас с Алисой, ведь есть только ты и Алиса! А не ты, Алиса и Алекс! Не собираюсь становиться «и Алекс» в отношениях жениха и невесты. Я сожалею, что вообще оказалась между вами.

— Всё не так…

— Что же не так? Я помню, что это династический брак по расчёту, но это всё ещё брак! Она будет твоей женой, а я всего лишь подлой стервой-разлучницей. Я не хочу ей стать. И… — я понизила голос. — … я рада, что мы не успели зайти дальше поцелуев. Всё кончено. Давно пора было прекратить.

Не дождавшись его ответа, я вернулась к девчонкам и с большим, чем прежде, рвением занялась растяжкой. Чёрта с два я позволю Алисе ещё хоть в чём-то меня обойти!

Влад смотрел в спину уходящей Алекс. Её голос звучал как лёд с еле заметными дрожащими нотками. В остальном она выглядела совершенно уверенной в то время, как парень ощущал себя по-настоящему жалким. Альфа без власти над собственной судьбой. Вожак без права голоса. Он меньше, чем ничто. Всё, что у него осталось — это сила, полученная ценой постоянных тренировок, и как же чесались руки пустить её в ход.

Не обращая внимания на зевак вокруг, Влад вернулся на маты. Ему было плевать кто его следующий противник. Ему просто хотелось сделать кому-нибудь больно. Выпустить пар и скопившуюся ещё с субботы ярость. Он бы ни за что не тронул девушку, даже такую как Алиса. Зато жаждал посоревноваться с мужчинами.

Влад добровольно вызывался на каждый поединок, пока противника определял тренер по списку. Сначала шёл Егор — белокурый ухажёр Алисы. Его было несложно уложить на лопатки, ещё и побольнее выкрутить суставы. Да так, что парень завизжал как пятилетняя девчонка. Это принесло Владу свою порцию удовольствия, но не удовлетворило полностью.

Дальше тренер вызвал на маты Ника — задохлика с первого курса. Влад пошутил, что парню стоит позвать своего брата и выступить против него вдвоём, чтобы появился хоть какой-то шанс. Тренер не одобрил такую идею и всё закончилось очень быстро. Дальше шёл Стас — один из немногих, кто мог сравниться с Владом в силе и массе тела. Друг знатно его вымотал, но Влад всё равно победил, хоть и едва. Выносливости оставалось всего на одного бойца, когда тренер назвал Богдана — долбанного дружка Алекс.

Как же не вовремя нагрянула усталость. Влад не мог ему проиграть, только не на глазах у новенькой. Он всего-то хотел выпустить пар и прочистить голову, но теперь в дело вступил азарт. Он ни за что не уступит тому, кто околачивается возле его девочки. Словно исход боя мог определить выбор самой Алекс. Умом Влад понимал, что всё не так просто в современном мире, но сила и первобытная ярость — всё, что у него осталось.

Бой длился дольше обычного. Богдан хитёр, он заметил, что его противник борется из последних сил и принялся выматывать парня. Влад это тоже почувствовал и на последнем издыхании свалил оппонента в весьма грубом и болезненном захвате. Однако сил удержать Богдана не хватило и уже спустя мгновение он оказался сверху, делая удушающий.

Взгляд Влада метнулся в сторону. Замутнённое зрение разглядело лицо Алекс. Она смотрела, следила за боем. Ему не хотелось думать за кого она болеет, но отчётливо понимал, что не имеет права проиграть у неё на глазах. Скоро тренер объявит «стоп» и тогда всё будет кончено. Поединок остановят.

Он не мог этого допустить, собрал всю оставшуюся волю и сбросил с себя противника, придавив к мату, и закрепил болевым приёмом, изогнув руку Богдана в неестественном направлении. После «рычага локтя» бой был немедленно остановлен, и парень снова вышел победителем. На него наконец накатила блаженная усталость. В голове не осталось никаких мыслей и тревог, а вся ярость вместе с потом впиталась в татами. Насколько Владу было легко бороться с противниками, настолько же трудно со своими чувствами. Оставалось их заглушать.

Сегодня полнолуние. В честь чего ворота, ведущие в лес, будут открыты всю ночь. Ребята каждый месяц ждут подходящей фазы луны, чтобы побегать в зверином обличье. И хотя перевоплотиться можно в любой момент, пансион учит нас подавлять своё животное начало, но в эту ночь запрет снимается. Меня же подобная перспектива не прельщает: то ли потому, что я кошка, то ли оттого, что мне дороже выспаться. Особенно если учесть недавнюю бессонницу. В любом случае этой ночью в пансионе почти никого, все волки в лесу, а кошка в уютной постели.

Полистав перед сном эксклюзивную мангу Изуми Саито про девочку с цветными прядями в волосах, я испытала смесь детского восторга и женской тоски, после чего выключила свет и начала дремать. Сложно засыпать под волчий вой, когда оставила окно настежь распахнутым, только зашторила, чтобы в лицо не светил лунный свет, но ещё сложнее без Влада за стенкой. В чём я никогда ему не признаюсь.

Я проваливалась в мир грёз, когда в комнате послышался тихий скрип половиц. Перевернулась на бок, устраиваясь поудобнее, как вдруг затылком ощутила чужое присутствие. Глаза распахнулись сами собой, а тело спешно развернулось обратно на спину. Не успела ахнуть, как мне на губы опустилась ладонь в чёрной кожаной перчатке и крепко зажала рот. Надо мной нависла тень в тёмном капюшоне и маске, которую я видела в лесу. Тогда мне вовсе не почудилось.

Я мычала и брыкалась, но незнакомец оказался сильнее. Он с лёгкостью удерживал меня, прижимая к матрасу. Я колотила его по бокам и животу, царапала руки, но всё было тщетно. Его кожу защищали перчатки, а удары ног не были достаточно сильными, чтобы оттолкнуть. Мозг превратился в вычислительную машину, проворачивая в голове множество сценариев. Ухватившись за один из приемлемых, подцепила ногой одеяло и набросила поверх незнакомца. Он согнулся от неожиданности, давая моим ногам возможность дотянуться до его головы. Не раздумывая, я врезала мужчине пяткой в нос, вынуждая отшатнуться. Перекатилась на другой край кровати и закричала в надежде, что меня кто-нибудь услышит.

Долбанный маньяк тотчас бросился ко мне, желая заткнуть рот, а я помчалась от него. Попыталась отодвинуть зеркало, ведущее в тайный проход до комнаты Влада, но не успела протиснуться внутрь, как этот гад обхватил меня со спины обеими руками, крепко прижав мои руки к корпусу. Мне оставалось только кричать и лягаться ногами, пока он тащил меня обратно на кровать.

Страх пульсировал в висках, а по венам бежал адреналин, когда случилась очередная неконтролируемая трансформация. В одночасье я обернулась барсом и выскользнула из его хватки. Незнакомец тоже не растерялся и захлопнул дверь прямо перед моим усатым носом. Я шипела, ощущая как шерсть на загривке становится дыбом. Метнулась к приоткрытому зеркалу, но и его мужчина успел захлопнуть. Оставался только один путь…

Не теряя драгоценные секунды, помчалась к окну, помня, что оно осталось открытым за занавешенными шторами, и не раздумывая сиганула вниз со второго этажа. Приземлилась на все четыре лапы и оглянулась безупречным кошачьим зрением, видевшим в темноте. Рано понадеялась, что всё кончилось, поскольку вслед за мной из окна выпрыгнул большой серый волк. Самый обычный по масти, но крупнее своего животного сородича. Испугавшись, бросилась наутёк, прямиком к распахнутым воротам. Я была быстра, но и этот гад не отставал, предпринимая попытки цапнуть меня за задние лапы и длинный хвост.

Его тело крупнее моего, а лапы длиннее, но есть кое-что в чём кошки превосходят собак. Недолго думая, я прыгнула на ближайшее дерево и принялась вскарабкиваться наверх. Выходило небрежно, я несколько раз чуть не сорвалась вниз. Всё-таки я не настоящая кошка и не обладаю тем же проворством и грацией. Однако я не собиралась сдаваться и оторвалась от преследователя, безрезультатно царапавшего кору внизу дерева. Как бы он ни старался, теперь ему до меня не добраться.

Я уселась на одной из толстых ветвей, крепко вцепившись в неё когтями, и уставилась на оборотня в попытках распознать человеческие черты. Безрезультатно. Как и в тот раз на озере, я сумела лишь определить пол зверя.

Волк скалился и рычал, а моё состояние начало приходить в норму, а вместе с ним и тело. Ой-ой… Только не это!

Спустя мгновение я снова стала человеком, и ветка подо мной затрещала по швам. Я даже не успела толком испугаться, как уже летела вниз, а следом больно шмякнулась о землю. Волчий рык прозвучал совсем близко. Распахнув глаза, я увидела перед собой оскаленную слюнявую пасть и закричала в ужасе. Но не успела прикрыть лицо руками, как зверя повалила наземь чёрная молния, вгрызаясь тому в горло. Завязалась волчья драка. Я хорошо знала, кому принадлежит чёрный зверь, но перестать кричать не могла. Перед глазами разворачивалась ожесточённая борьба двух хищников, беспощадно рвущих друг другу плоть.

Серый волк высвободился из челюстей чёрного, на чьих клыках осталась кровь, каплями стекавшая на землю. Влад встал передо мной, широко расставив лапы, и зарычал. Серый зверь стал пытаться обойти моего защитника и просто попятился назад, затем резко сорвался на бег и скрылся в чаще леса. Влад тут же помчался за ним, тоже исчезнув в темноте. У меня не осталось кошачьего зрения, чтобы проследить за ними, так что я просто обняла свои колени и тихо зарыдала.

Влад преследовал противника, чувствуя вкус крови на языке. Этому гадёнышу не уйти. Нет, на этот раз он его не упустит. Не после того, что он собирался сделать с его котёнком.

Внутри бушевала волчья ярость. Влад бегал по лесу, когда его вновь одолела неистовая тревога за новенькую, намного сильнее прежних вспышек. В зверином обличье чутьё ощущалось острее и злее. Все мысли выветрились из головы, когда он нёсся к пансиону ей на помощь и теперь, когда гнался за неизвестным оборотнем в густой траве. Как жаль, что он не настоящий волк и не может узнать подонка по его звериному камуфляжу. Он слишком обычный, таких волков полно в их сообществе. Среди ему подобных Влад смог бы различить разве что Алису, Каролину и Стаса и то лишь потому, что бегал с ними чаще остальных.

Серый волк мчался на всех парах, петляя между деревьями и кустарниками, но Влад и не думал отставать. Ещё немного и они поравняются. Он чувствовал, что его добыча нервничает, боится быть пойманной или столкнуться с остальными волками, что сегодня разгуливают по лесу. Паника заставила подонка свернуть влево, в сторону шоссе. Отлично, там Влад его и сцапает, разорвёт горло, а затем посмотрит в мёртвые глаза тому, кто посмел обидеть Алекс.

Звериная ярость велела не оставлять противника в живых, а человеческое начало напоминало о правосудии. Влад не знал точно, какая из его сущностей победит, когда настанет момент расплаты.

Впереди за редеющими деревьями уже виднелись огни шоссе. На открытой местности противнику будет не скрыться от Влада, как и не победить в волчьем поединке. К тому же дистанция между ними неумолимо сокращалась: у мерзавца осталось совсем немного сил и скоро он не сможет бежать. Оставалось только подгадать момент и прокусить заднюю лапу.

Стоило Владу об этом подумать, вытягивая вперёд раскрытую пасть, как на дороге возникла яркая вспышка, а за ней прогремел оглушающий выстрел, эхом разнёсшийся по всему лесу. Чёрный зверь свалился на землю, наблюдая как его добыча выныривает на шоссе. Жгучая боль разлилась по телу и потемнело в глазах, когда началась обратная трансформация. Последнее, что увидел и услышал Влад своими человеческими ушами и глазами — свист шин по асфальту и удаляющиеся фары автомобиля за деревьями.

Глава 16

Я была рядом, когда его нашли. Не отходила, когда перевязывали. И вместе с врачом уговаривала не сопротивляться госпитализации.

К счастью, пуля прошла навылет тонкой волчьей лапы. Мне сказали, что это хорошо. Хотя разве может быть хорошо, когда тебя подстрелили?.. Я чувствовала себя виноватой, но ещё больше разозлённой на стрелка.

— Не знал, что есть что-то способное заставить тебя плакать, — храбрился Влад, указывая здоровой рукой на мои покрасневшие глаза.

Я усмехнулась через слёзы, которые сдерживала изо всех сил, но пару слезинок всё же прорвались. Эх, сдаю позиции.

— А ты сам попробуй свалиться с дерева, это больно!

— Ты и раньше падала, — парень не поверил моему оправданию.

— Не с такой высоты! — не сдавалась я. Не хотелось, чтобы он понял, как сильно я переживаю за своего защитника. — Ты снова меня спас. Уже в седьмой раз. Наверное, стоит сказать спасибо.

— Нападавшего поймали? — перебил Влад, никак не отреагировав на мою неуклюжую благодарность.

Я отрицательно замотала головой.

— Ты как, цела?

— Мы говорим не обо мне, а о тебе! — напомнила я, преодолевая неистовое желание коснуться и сжать его ладонь.

— Я хочу говорить о тебе.

— Цела. Выстрел был таким громким, я думала…

— Не как в кино, правда? — Влад продолжал делать вид, будто с ним всё в порядке, но выступивший на лбу бисеринами пот выдавал насколько ему сейчас больно.

— Намного громче! — улыбнулась сквозь просачивающиеся слёзы. — Кстати, а как ты меня нашёл, чутьё подсказало?

На мгновение парень замялся, осмотрелся по сторонам и, убедившись, что врач не смотрит, кивнул.

— Откуда оно у тебя? Это какой-то прикол альфы? — предположила я. — Ты всех чувствуешь или только меня?

— Только тебя.

— Но почему?

— Я… не знаю, — сказав это, Влад отвёл глаза к окну, и я поняла, что парень врёт. А врать он не умеет.

Врач вышел из палаты, закончив со всеми процедурами. Проследив, как за ним захлопнулась дверь, я резко наклонилась к Владу и выпалила то, что уже несколько часов вертелось на языке:

— Это была Алиса!

— Нет, — отрезал он, откинувшись на подушку. — Волка Алисы я бы узнал. К тому же это был самец. Я понимаю, почему ты подозреваешь её, но она бы не стала в меня стрелять. Это не в её стиле.

— Не своими руками… лапами… не лично она в общем! Но это была она, я знаю! Она давно хочет мне навредить или скажешь, что я не права? И на тебя ей есть за что злиться…

— Она бы не зашла так далеко. Быть несостоявшейся вдовой ещё не альфы не то же самое, что стать его супругой. Ей не выгодна моя смерть.

— Ты хорошо знаешь свою невесту? Может она и не хотела тебя убивать, только проучить.

Влад задумался, но промолчал. В этот момент в палату ворвался Вячеслав Яковлевич и с ходу принялся засыпать нас вопросами:

— Владислав, Александра — как вы себя чувствуете? Вспомнили что-нибудь ещё? Какие-нибудь приметы нападавшего? Любая информация может помочь!

— Мы рассказали всё, что знаем, — устало произнёс Влад.

— Говорил сейчас с твоим отцом, — сообщил профессор, — он обещал подключиться к расследованию. Охрану усилят, а здание перевернут вверх дном. Маньяк в пансионе… не верится!

— А уж поверьте и поймайте гада, — хмыкнула я, скрестив руки на груди, чтобы спрятать дрожь в ладонях.

— Александра, тебе точно не требуется медицинская помощь? — мужчина подошёл ближе. Его голос оставался спокойным, но лицо побило красными пятнами. Внутри он сильно волновался, вряд ли за нас, скорее за свою должность. Всё-таки пострадал не какой-то студент, а сам Волков-младший.

— Абсолютно.

— Психологическая? — задал он мне свой следующий вопрос, не отрывая при этом глаз от Влада.

— Обойдусь. Лучше скажите, есть ли какие-то новости? Вы что-нибудь нашли?

Профессор подошёл к окну и вгляделся в уходящую ночь. Возможно, самую страшную за всю историю существования этой школы.

— На территории не обнаружено никого постороннего. Наши люди сейчас прочёсывают лес и шоссе, но, полагаю, преступник скрылся и уже не вернётся.

— Это был не посторонний, — заявила я. — Это дело рук Алисы.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько это серьёзное обвинение? — мужчина повернулся лицом к нам. Посмотрел сначала на меня, а затем снова на Влада. — Владислав, а ты что скажешь? В этом могла быть замешана твоя суженая?

— Алиса не при чём, — парень поморщился. То ли от боли, то ли от использованной формулировки. Перевёл глаза с профессора на меня и добавил: — И я вовсе не защитить её хочу, просто знаю.

— Опять чуйка? — съязвила я, но тут же замолчала, осаженная взглядом парня, не желавшего поднимать эту тему при посторонних.

На его счастье, Вячеслав Яковлевич не обратил внимание на наш трёп, вновь приклеившись к телефону. Этой ночью ему много звонили, включая обеспокоенных родителей. Весть о стрелке быстро разошлась по сообществу.

Мужчина нырнул за дверь, но не успел закрыть её за собой, как в палату ворвалась Алиса с растрёпанными волосами и в кофточке с пуговицами, застёгнутыми через одну. Никогда прежде не видела её такой небрежной и взволнованной. Кто-то другой решил бы, что она переживает за жениха, но я-то знала, что она волнуется из-за своей едва не пойманной шкуры.

— Что она здесь делает? — с ходу спросила девушка. — Оставь нас!

— Нет! — хором отозвались мы с Владом, после чего переглянулись.

Не знаю, о чём сейчас думал он, но я не собиралась оставлять раненного парня наедине с этой стервой.

— Алекс останется, а ты уйдёшь, — пояснил он.

— Я никуда не уйду, — сощурилась Алиса. — Я твоя невеста, а она — никто!

Не успела дать словесный отпор, как в палату возвратился профессор. Его красное лицо стало ещё багрянее.

— Владимир Леонидович рвёт и мечет, — назвал он имя отца Влада. — Потребовал не ждать утра и начать разбирательство прямо сейчас. Обе за мной!

В кабинете профессора собрались все. Сонные студенты в пижамах, выдернутые прямиком из постелей, еле держались на ногах, засыпая на ходу, а места на двух кожаных диванах хватило лишь для трети. Ребята устраивались где попало: кто-то на полу, другие забирались на спинки диванов или на колени к парням. Часть осталась стоять, прижавшись к стене.

Рядом со мной сидела Каролина в чёрном кружевном пеньюаре: слишком откровенном для учебного заведения и слишком роскошного для девушки такого проныры, как Стас. Он сел у её ног и опустил голову ей на колени. Мне же буквально упала на плечо голова уснувшего Тима. От обоих братьев жутко воняло потом, из-за чего я успела пожалеть, что вообще заняла сидячее место и теперь завидовала Богдану, свободно облокотившемуся на электрический камин. На нём была смешная водолазка с высоким воротом, заставившая меня улыбнуться. Парень послал мне ответную улыбку.

Сидевшая на соседнем диване Алиса напротив сверлила меня ненавистным взглядом после незавершённой стычки в палате Влада. Её кукольное лицо превратилось в ледяную маску, словно не будь сейчас здесь столько свидетелей, то разорвала бы меня в клочья голыми руками и ни один мускул не дрогнул бы. Зато расположившаяся рядом с ней Ульяна без конца дёргалась и вертелась в попытках отыскать смартфон в своём леопардовом комплекте, и сильно расстроилась, поняв, что в нём нет карманов. Ну хоть одно событие из моей жизни не войдёт в хронику студенческого чата.

Вячеслав Яковлевич оставался всё таким же красным и взволнованным. Сейчас его не заботила несобранность и внешний вид студентов, только бесконечные звонки и донесения службы безопасности. Когда появилось свободное окно, он на мгновение выдохнул, но уже в следующее его взор упал на нас.

— Теперь вы, — произнёс мужчина устало. — На одну из учениц этой ночью было совершено покушение, а другого подстрелили!

Все притихли, переваривая услышанное.

— На кого? — первой заговорила Ульяна, вновь принявшись бесцельно ощупывать свои бёрда в поисках забытого смартфона. — Что случилось? Кого ранили?

Пока профессор рассказывал подробности, Каролина склонила голову к моему уху и прошептала:

— Ты как?

— Пока не знаю, — пожала плечами, нарушив сон Тима. Парень засопел громче. — Странно. В окружении людей — всё отлично, но страшно боюсь остаться одна. Ловлю себя на мысли, чтобы это разбирательство никогда не заканчивалось. Во всяком случае до утра. Надеюсь, дневной свет поможет…

Подруга понимающе сжала мою ладонь и предложила:

— Давай мы сегодня останемся с тобой и посторожим. Я и Стас. Ему вообще всё равно где спать, хоть на полу!

— Спасибо, ребят, но не хочу вас напрягать. К тому же теперь за моей комнатой пристально следят и вряд ли кого-то пропустят.

Разве что Влад смог бы пробраться ко мне через тайный ход, но он сейчас в лазарете…

К тому времени, как профессор закончил вводить студентов в курс дела, все окончательно проснулись и с подозрением поглядывали друг на друга, но главным образом на меня. Стало неуютно под натиском стольких пар глаз. Я успела отвыкнуть от статуса «новенькой», к которой все присматриваются, став обыденной частью группы. Но вот это забытое чувство вернулось, не скажу, что я по нему скучала.

— Сейчас охрана проверяет комнаты, — объявил Вячеслав Яковлевич. — Если кому-то есть в чём сознаться, то делайте это сейчас.

— Это незаконно! — Стас отлип от коленок Каролины, принявшись громко возмущаться. — Нас должны были предупредить об обыске!

— Тебе есть, что скрывать, Станислав?.. — прищурился профессор.

— Фото вашей мамаши в молодости! — съязвил парень. — Прячу его под подушкой. Ну, вы понимаете…

— Станислав, ты нарываешься на наказание! — красное лицо мужчины начало белеть, а во взгляде мелькнула давно подавленная волчья ярость.

— Я соврал! — воскликнул Стас. Лицо профессора начало расслабляться. — Фото не старое, а прошлогоднее. Люблю дам постарше!

Вячеслав Яковлевич сделал шаг из-за стола. Этой ночью все были на взводе, но на него свалилось больше всего проблем. Казалось, мужчина вот-вот сорвётся и врежет языкастому студенту. Скорее всего, так и было бы, если бы в этот самый момент в кабинет не вошёл начальник службы безопасности, перетягивая внимание профессора на себя:

— Мои люди обыскали комнаты учащихся, — сообщил крупный мужчина в дверях. — Вам стоит на это взглянуть.

В кабинете повисла гробовая тишина, пока начальник службы безопасности выкладывал на стол конфискованные предметы. Сердце стучало в висках от осознания, что у кого-то из ребят мог найтись пистолет, из которого подстрелили Влада, а мне предстояло взглянуть в глаза стрелку и спросить: зачем?..

Рослый мужчина больше не покидал кабинет, оставшись стоять в дверях на время разбирательства, а Вячеслав Яковлевич взял со стола блокнот и произнёс:

— Тайная переписка карандашом, стёртая ластиком. По оттиску на бумаге её удалось восстановить, — а затем он зачитал написанное: —И что ты предлагаешь?.. Подкараулить и отомстить за выбитый на озере зуб. Тебе же этого хочется?.. Не думаю, что я справлюсь… Тогда сломай трубу. Я узнала, в какую комнату её поселят… Я не сантехник… Сделай, иначе даже на глаза мне больше не попадайся! Я тебя уничтожу… — профессор сделал паузу, пролистал блокнот до конца и закрыл. — Два разных почерка. Запись явно велась на занятии. А сам блокнот найден в комнате…

— Это не я! — вскочила на ноги Марго, не дав преподавателю закончить.

— Блокнот найден в твоей комнате, Маргарита.

— Он мой, но я не при чём к сегодняшней ночи, клянусь!

— На тебя кто-то давит? Тебе угрожают? — понял профессор. — Кто-то принуждает тебя делать всё это? Кому принадлежит второй почерк?

— Это… не могу сказать, — бывшая соседка тряслась как осиновый лист, готовая разрыдаться в любой момент от безвыходности ситуации. Безвыходности в её понимании, где она не может сдать Алису ради бизнеса своих родителей. Она пришла сюда за связями, способная замарать руки ради них.

Я одновременно понимала и не понимала её. Ни за что не позволила бы никому так со мной обращаться и помыкать!

— Лучше тебе назвать имя. Мы защитим тебя, — голос профессора стал мягче. Я же следила за реакцией Алисы. Стерва ничем себя не выдавала, разве что лицо стало ещё более каменным.

— Простите, я только хотела… — не сумев договорить, бывшая соседка залилась в истерике.

Она не созналась, но я и так прекрасно знала, кому принадлежит второй почерк. И если Марго не хватило духу озвучить правду, то скажу я:

— Это написала Алиса! — заявила, поднявшись с дивана.

— Она врёт! — тут же воскликнула стерва. — Даже в блокнот не заглянула, но обвиняет меня.

— Все знают, что Марго твоя ручная обезьянка! — скривилась я. — Она же подкинула кулон мне в комнату, из-за чего наказали Влада!

Студенты зашептались, шокированные услышанным. Только Ульяна принялась выпрашивать у окружающих телефон, чтобы заснять происходящее на камеру.

— Щебетко, скажи, что это ложь! — потребовала Алиса, обратившись к Марго. Но та лишь продолжила заливаться слезами, не в силах выдавить и слова.

— Это весьма громкое заявление, но не лишённое смысла, — объявил профессор. — Однако смею заверить, что на эту ночь у Алисы Князевой имеется неоспоримое алиби в отличие от большинства студентов.

— Алиби?.. — сощурилась я.

Вячеслав Яковлевич проигнорировал мой вопрос, обратившись к Марго:

— Маргарита, ответь: Алиса заставляла тебя исполнять то, о чём написано в твоём блокноте?

— Нет! — сквозь слёзы воскликнула девушка.

— Это её почерк?

— Нет!

— Тогда чей?

Бывшая соседка опять замолчала и разрыдалась, больше не поднимая головы. Алиса же едва заметно кивнула ей в знак одобрения.

— Вы что не видите, что они обе лгут⁈ — не сдавалась я, начав активно жестикулировать руками. Из-за чувства несправедливости стало невозможно оставаться спокойной.

— Александра, — профессор повернулся ко мне, — ранее ты сообщила, что нападавшим был мужчина, разве нет?

— Да, но Алиса могла действовать не своими руками.

— Что ещё ты мне припишешь? — зло усмехнулась стерва. Наконец на её непробиваемом каменном лице мелькнула живая эмоция.

— Успокойтесь! — мужчина повысил голос. — Сядьте обе на место. Мы во всём разберёмся.

Я гневно плюхнулась обратно на диван, скрестив на груди руки. Неужели администрация выгораживает Алису? Но почему?.. Она птица высокого полёта, но разве подстреленный сын альфы не будет поважнее? Ничего не понимаю.

Пока размышляла над скопившимися в голове вопросами, профессор принялся изучать следующую находку, изъятую при обыске. Взял со стола смартфон и объявил:

— Это было найдено в комнате Ульяны Демидовой.

— И?.. — хмыкнула девушка. — У всех есть телефоны. Забыла свой в спальне. Спасибо, что принесли, — и протянула за гаджетом руку.

— Верно, однако у тебя их два, — мужчина продемонстрировал второй смартфон. — Один из них не подключён к системе безопасности пансиона. Неизвестно что и кому ты отправляла.

— Вы серьёзно? — занервничала блогерша. — Думаете, я в сговоре с тем маньяком⁈

— Это ты нам ответь: зачем тебе второй смартфон?

— Чтобы не растерять подписчиков, ясно⁈ Я не могу вести блог только для тридцати человек, это скучно!

— Ты вела съёмку для посторонних с территории пансиона? — разозлился профессор.

— Я ничего такого не показывала! Просто учебные будни и парочка селфи…

— Конфисковать и проверить все соцсети, звонки и переписки за последние полгода!

— Нет, отдайте! — запротестовала девушка. — Там личное!

Начальник службы безопасности сунул оба смартфона себе в карман и вернулся к двери. Профессор же был уже вне себя от злости и то и дело разминал кулаки. Столько нарушений прямо у него под носом и это ещё не всё. Он подошёл к самой крупной из находок, накрытой сверху пледом, и одним резким движением сорвал ткань. Перед нами предстала клетка для грызунов, в которой на задних лапках стояла и принюхивалась к окружению белая крыса с напуганными красными глазами.

— А, это Марго, — не дожидаясь вопроса, сообщила Каролина.

— Что? — не понял профессор.

— Зовут её так: Марго. Идеально имя для крысы, не правда ли? — подруга игриво толкнула меня в бок и кивнула в сторону моей бывший соседки. Я не сдержалась и прыснула.

— Что крыса делает в пансионе? — не унимался мужчина. — Питомцы запрещены!

— Она не питомец.

— А кто?

— Да так, — отмахнулась Каролина. — Собиралась подарить её Алекс в качестве десерта.

— Что?..

— Ну она же кошка… Ай ладно, вы не выкупаете. Это была бы отличная шутка, но вы всё испортили.

Вячеслав Яковлевич выглядел ещё более сердитым, чем минуту назад, однако оставил этот разговор. Ему явно было сейчас не до того, чтобы разбираться с несанкционированной крысой. Накрыв клетку, мужчина потянулся за следующей находкой.

— А вот это уже интересно… — нахмурился профессор, подцепив карандашом чёрную тканевую маску с прорезью для глаз. Точно такую же, как была на маньяке, что влез в мою комнату. Сердце простучало дробью и резко замерло. — Станислав, встань.

Я с ужасом перевела взгляд на парня, что всё это время находился рядом со мной, лёжа на коленях Каролины. Захотелось отодвинуться, но сидевший по другую сторону Тим не позволил.

— Это твоё? — ухмыльнулся мужчина, точивший зуб на языкастого студента.

— Да, но…

— Нападавший был в этом? — профессор перебил парня, обратившись ко мне.

Я кивнула.

— Алекс… — прозвучал голос Каролины, но я даже не взглянула на девушку, продолжая пялиться на маску.

Вячеслав Яковлевич опустил карандаш вместе с тканью обратно на стол. Стас метался взглядом между ним и нами, нервно вереща:

— Это для игр! Клянусь! Зачем мне нападать на Алекс⁈ Это же бред! Мы друзья! Скажи им, скажи!

Но я молчала. Сама уже не знала, кому и чему верить. Каролина стала мне подругой, но её парня я плохо знала. Зато однажды высмеяла на глазах у остальных ребят, чтобы он перестал ко мне клеиться. А ещё раньше они вдвоём зло подшутили надо мной и Владом в душе. Могла ли одна из их игр зайти слишком далеко?..

— Это только для игр! — продолжал уверять нас парень. — Я всего раз её надевал!

— Каких ещё игр? — наконец спросил профессор.

— В маньяка! Блин… Не такого! Понарошку! Я не нападал на Алекс, клянусь! Она для наших с Каролиной игр! Детка, подтверди!

— Так и было! — вступилась за своего парня Каролина. — Стас всего раз её надевал, чтобы влезть ко мне в окно и… дальше вы сами всё поняли.

Девушка перевела взгляд на меня и добавила:

— Алекс, поверь нам хоть ты. Думаешь, мы бы тебе навредили?

Я снова промолчала, хотя подруге верила. А вот Стасу… Он высокий и сильный, вполне подходит под описание моего преследователя. И мотив имеется.

— На этом всё, — вдруг объявил Вячеслав Яковлевич. — Станислав, пройди с Игорем для дальнейшего выяснения. Остальные пока свободны.

Начальник службы безопасности увёл парня, но Каролина не стала с этим мириться и выпалила:

— И всё⁈ Стаса вы будете допрашивать, а Алису, значит, отпустите⁈ Против неё тоже есть улика и она скорее навредила бы Алекс, чем мой парень!

— В отличие от Станислава, у Алисы имеется алиби, — сообщил профессор.

— Какое? — не унималась девушка. — Хочу знать!

— Это невозможно.

— Мне что же поверить вам на слово⁈

— Именно! — неожиданно для самой себя, я поддержала подругу. В причастность Алисы мне всё же верилось больше. Тем более я точно знала, что написанное в блокноте правда и произошло на самом деле. — Что ещё за алиби? Вы её покрываете?

— Уймись уже, — хмыкнула Алиса, собираясь выйти из кабинета вслед за остальными ребятами.

Профессор постучал по столу ногтями и вдруг объявил:

— Александра, Алиса — задержитесь. Каролина, ты свободна.

— Но…

— У тебя со Станиславом достаточно собственных проблем. Ступай.

Подруга недовольно поджала губы, но всё же ушла, захлопнув за собой дверь. В кабине нас осталось трое. Вячеслав Яковлевич уселся за стол, а нам с Алисой досталось по целому дивану.

— Теперь вы скажете, что у неё за алиби? — я заговорила первой.

— Александра, поверь, расследование ведётся честно. У Алисы имеется не оспоримое доказательство её непричастности. Пока все бегали по лесу, она оставалась на территории пансиона, попав под камеры как раз в том часу, когда на тебя было совершено нападение.

— Хочу увидеть это видео! — тут же затребовала я.

— Нет! — следом запротестовала Алиса. Мне захотелось взглянуть на запись ещё сильнее.

— Должен предупредить, что видео несёт личный характер, — сообщил мужчина, начав клацать по клавиатуре. — Поэтому вы обе увидите цензурированную версию и то лишь для того, чтобы убедиться в непредвзятости расследования.

— Вы не имеете права его показывать! — Алиса вскочила с дивана и бросилась к столу. — Не посмеете!

— Я мог бы показать его всем, но, как видите, не стал, — голос профессора стал строже. — Всё лишнее было скрыто, для доказательства достаточно лиц и указания времени.

Алиса тотчас умолкла. Впервые я видела её настолько растерянной и напуганной. Однако девушка не думала сдаваться и одним резким рывком выдрала шнур из компьютера.

— Алё, это ноут, — ухмыльнулась я. — Он и без зарядки работает.

Паника сделала Алису глупее, а мне уже не терпелось посмотреть видео, которого она так сильно стеснялась.

Я встала справа от кресла Вячеслава Яковлевича. Алиса же осталась стоять в стороне, не желая даже взглянуть. Видео включилось. На ночной чёрно-белой съёмке сложно разобрать что есть что, особенно если учесть, что больше половины экрана зацензурено кубиками. Сначала я признала место: тихий угол с густой растительностью за пристройкой с бассейном и барбекю-зоной, а затем разобрала в траве голову Алисы. Судя по цвету цензуры её тела — девушка была голой. Не успела я ахнуть, как из травы вынырнула вторая голова: белокурая и короткостриженая, принадлежавшая парню по имени Егор. Тому самому, с кем по слухам в последнее время сблизилась Алиса. Вот только никто не знал насколько…

— Взгляни на время, — профессор указал в правый угол экрана, после чего захлопнул ноутбук. — Больше вопросов относительно алиби Алисы Князевой у тебя нет?

— Нет… — шокировано выдавила я. — Больше нет…

Алиса первой выскочила из кабинета. Ребята, ждавшие снаружи, набросились на нас с расспросами. У меня не было сил ни с кем разговаривать, зато неверная невеста щебетала с удвоенным усилием в попытках на ходу придумать себе иное алиби. Я не стала ничего опровергать, вместо этого воспользовалась отвлечённостью ребят и смылась.

В конце концов, Влад говорил, что это династический брак по договорённости, но я и представить не могла насколько всё плохо. Вероятно, их отношения рухнули задолго до меня. Если вообще существовали… Одно оставалось неясным: если это не Алиса, то кто? Неужели действительно Стас?..

Мне срочно захотелось увидеть Влада. Сейчас он был единственным, кому я могла всецело доверять.

Влад лежал на больничной койке, не понимая, зачем его здесь держат. Рану очистили, перевязали и дали обезболивающее. Он вполне мог пойти к себе, ноги-то ему не прострелили. Но вместо этого пялился в потолок, периодически посматривая на экран смартфона и отслеживая передвижения Алекс. Волчье чутьё молчало, но парень всё равно не мог перестать о ней беспокоиться.

Если девушка узнает, что в купленном ей Владом телефоне установлено отслеживающее приложение, синхронизированное с его устройством, то точно его убьёт. А то и хуже: никогда с ним больше не заговорит. Пожалуй, второе пугало намного сильнее, особенно теперь, когда их общение едва возобновилось. Всего-то нужно было словить пулю. Пустяк!

Парня беспокоило, что он влезает в её личную жизнь, куда она его не звала, но и оставить Алекс без защиты не мог. Образовавшаяся между ними связь не давала покоя, вызывая неконтролируемое желание оберегать. Неужели истинная волчья пара — это не миф?.. Как так вышло, что девушка, бесившая по началу, стала ему дорога? Настолько, что он больше не представляет своей жизни без неё и больше всего на свете боится её потерять. Это ощущение нового «Я» пугало и завораживало. Влад словно стал кем-то другим. Кем-то лучше, взрослее.

Так вот что она с ним сделала, понял парень. Алекс взрастила в нём мужчину, готового бороться за то, что ему важно.

Дверь палаты резко отворилась. Влад машинально заблокировал экран смартфона с приложением, следившим за перемещениями той, что так беспардонно ворвалась. Под глазами Алекс залегли тёмные круги от недосыпа, но от этого она выглядела только милее, вызвав на лице парня улыбку.

— Влад…

— Всё ещё он.

— Не знаю, зачем я сюда пришла, — занервничала девушка, став совсем не похожей на себя обычную. — Просто хотелось увидеться. Знаю, звучит глупо…

— А я хотел, чтобы ты пришла, — прервал её парень. — Меня-то не отпускают.

— Как ты? — Алекс приблизилась к его койке.

— Теперь отлично. А ты?

Она медленно опустилась на край кровати, стараясь не потревожить, словно из-за одного ранения Влад стал хрупким, как песчаный замок. Это наблюдение вызвало на его лице очередную широкую улыбку.

— Не могу вернуться к себе, хоть и знаю, что его там уже нет.

— Оставайся здесь, — не думая, предложил он.

— Здесь?..

— Тесновато для двоих, но я подвинусь.

Влад и не надеялся, что Алекс воспримет его предложение всерьёз. Однако немного поколебавшись, девушка стащила с ног обувь и улеглась сбоку, подложив себе под голову здоровую руку парня. На мгновение он перестал дышать, а в следующее услышал своё учащённое сердцебиение, барабанившее в ушах.

— Я тут подумал… — заговорил он что попало, лишь бы замаскировать стук сердца.

— Помолчи, — остановила его она, устраиваясь поудобнее.

— Хорошо.

Они оба закрыли глаза, каждый думая о своём. Алекс чувствовала, что наконец может уснуть без страха, если будет крепко сжимать его ладонь. А Влад представлял, какие мягкие у неё волосы наощупь. Он бы обязательно их коснулся, если бы одна его рука не была перебинтована, а вторая захвачена нежными девичьими пальчиками. Набравшись смелости, парень наклонил голову и зарылся в них лицом, вдыхая сладко-фруктовый аромат.

Глава 17

С нападения прошло всего двое суток, а пансион уже вернулся к своему обычному ритму жизни. Расследование ещё велось и на каждом углу стояла охрана, усиленная из-за отсутствия подозреваемых. Все прошлые зацепки ни к чему не привели, отчего я каждую ночь просыпалась в поту от воображаемых шорохов. За эти дни мне удалось выспаться всего раз, тогда в объятиях Влада, но больше меня к нему не пускали, выставив перед его палатой охрану.

Переодевшись в белую футболку и синие спортивные шортики, я неспешно шагала по двору, будучи не настроенной на тренировку чирлидерш. Держалась на одном лишь упрямстве и желании не уступать Алисе, хоть грядущее соревнование и интересовало меня в последнюю очередь. Однако даже в таких условиях отдавать победу совсем не хотелось.

Завернув за угол, я резко затормозила, увидел столпотворение студентов в барбекю зоне. Все потихоньку стягивались на террасу, собираясь вокруг угощений и напитков. Обстановка больше напоминала детский праздник с воздушными шариками, нежели студенческую вечеринку. Да и время ещё слишком раннее.

— Почему не на площадке? — подошла к Каролине, облокотившейся на балку навеса, поодаль от остальных.

— Тренировка отменяется, — сообщила она безразличным тоном.

— А что за повод? — протянула руку к барной стойке, стащив с подноса аппетитную тарталетку.

— Алиса решила устроить сюрприз по возвращению Влада из лазарета.

— Ему это не понравится, — я ехидно ухмыльнулась.

— Ага, — согласилась подруга. — Тем более у него сегодня днюха. Вот он обрадуется…

От удивления я даже перестала жевать и по-новому взглянула на окружавшую обстановку: украшения начали казаться ещё более безвкусными, а закуски пресными. Алиса устроила всё это для Влада, а я даже не удосужилась спросить, когда у него день рождения…

Ещё и этот её ангельский образ, не отражавший истинной сущности: подкрученные в завитки каштановые локоны и воздушное белое платье. Будто это не день рождения, а выездная свадьба. В груди разлилась жгучая ревность, которую я прежде испытывала всего раз, в школе, когда классный руководитель спрашивала кем работают наши папы, а у меня его попросту не было. Даже имени его не знала. В тот момент я страшно завидовала другим детям.

Захотелось развернуться и уйти, как вдруг Алиса заговорила, привлекая в том числе и моё внимание:

— Синие шарики — любимый цвет моего жениха!

— Тупица, — прошипела я. — Совсем его не знает…

Каролина посмотрела на меня с недоумением, как бы требуя пояснений:

— Любимый цвет Влада — фиолетовый.

И всё же я знала его лучше, чем она. Это придало мне уверенности, загнав разрушительное чувство обратно вглубь сознания, где ему и место.

— Смешно, — фыркнула Каролина.

— Что именно?

— Как Алиса пытается восстановить репутацию примерной невесты и доказать окружающим насколько крепки их с Владом отношения после того, как я пустила слушок в чате об одном пикантном видео с её участием…

— Не стоило. Это её методы, а не мои. Я поделилась только с тобой, а больше никому не хотела рассказывать. Главное, что знаю сама.

— Я знала, что ты не расскажешь, — отмахнулась девушка. — Но у меня куда более гибкий моральный компас. Жаль только без прямого доказательства мнения разделились. Не все мне поверили.

— Меня больше волнует вопрос: кто напал на меня той ночью, если не Егор по указке Алисы? Я была уверена, что это её рук дело, как и все предыдущие пакости.

— Ты же не думаешь, что это Стас? Его проверили на детекторе!

— Не думаю, — я успокаивающе коснулась руки подруги, — но теперь совсем в тупике. Неужели так и придётся провести четыре года с охраной у двери…

— Лучше уж так, чем с мешком на голове!

Внезапно прогремели аплодисменты, отчего я вздрогнула. Ребята уставились в одну точку, куда повернулась и я. К зоне отдыха приближался Влад с самым что ни на есть недовольным выражением лица. Сейчас ему явно хотелось оказаться где угодно, только не здесь, но и уйти было бы слишком бестактно. Алиса же не замечала его раздражения в упор или делала вид, что не замечает. Вышла вперёд, кружа своим почти свадебным платьем, и как ни в чём не бывало воскликнула:

— С днём рождения, любимый!

Влада выпустили из «тюрьмы» с белыми стенами и капельницей, и ради чего? Ради очередного притворного спектакля Алисы? Он вышел во двор лишь потому, что у Алекс сейчас тренировка. Первым делом ему хотелось увидеть её и наконец поговорить. О своём дне рождения он напрочь забыл за чередой более важных размышлений.

Его вела иная, куда более важная цель. Находясь взаперти, Влад много думал: о династии, о традициях, о нерушимости обета альфы. Ведь если вожак станет нарушать правила и не будет соблюдать договорённости, то зачем это делать остальным?.. Пусть это плесневелая древность, но она веками хранила порядок в стае. Он не в праве рушить традиции, но вправе не становиться её частью.

— Я отказываюсь от своего положения! — вдруг воскликнул он вместо того, чтобы принять поздравление. — Отказываюсь наследовать место отца после его отставки! Отказываюсь стать следующим вожаком!

У его кузины не вышло переломить судьбу, а он сможет. Даже если для этого потребуется разрушить до основания фундамент, на которой выстроен его род. Отец никогда его не простит. Влад не умеет жить без его поддержки, денег и связей, но он готов от всего отказаться, если такова цена свободы. Цена счастья.

Присутствующие ахнули, не поверив собственным ушам, готовые списать всё на массовую слуховую галлюцинацию. Лицо же Алисы стало каменным. Она сделала ещё два шага вперёд и притворно ласково спросила:

— Любимый, что ты такое говоришь?..

— То, что слышала, — в голосе Влада не было яда, одна лишь усталость с толикой облегчения.

— Это шутка такая?.. Мой жених шутит! — девушка обернулась к ребятам. — Он станет вашим альфой, а я первой волчицей!

— Кстати, об этом… — парень подошёл к ней ближе и, нависнув сверху, заявил. — Я разрываю нашу помолвку.

— Ты не можешь…

— Могу, и уже сделал. Я не стану вожаком, значит, и образцом преданности для других не обязан быть. Простые волки постоянно нарушают обещания, расстаются. А уж волки-одиночки и подавно.

— Ты понимаешь, что станешь изгоем? Отступником! — маска невозмутимости на лице Алисы пошла трещинами. — Это страшная участь!

— Уверен, когда-то так оно и было. В древности. Когда выживаемость волка зависела от сплочённости стаи, — голос Влада стал ещё более усталым. Ему тяжело давался отказ от родных корней. — Но мы живём в современном мире, где можно обойтись без традиционного бреда.

— Ты идиот! — не выдержав, Алиса принялась колотить парня кулаками в грудь. — Ты сломал мне жизнь! Разрушил мою мечту! Я должна была стать женой альфы!

Он не отшатнулся, позволив бывшей невесте выпустить пар.

— Выйдешь за следующего альфу, — спокойно сказал он.

— И кто им станет⁈

— Это не мне решать.

Ребята вокруг зашептались очень тихо и робко, всё ещё не веря в услышанное. Только Ульяна молча снимала разворачивавшуюся драму на камеру. Готовилась запечатлеть торжество, но стала обозревателем куда более значимого события. На мгновение Владу захотелось подойти и разбить её телефон в дребезги, но передумал. Сейчас было не до того.

— Значит, Алиса больше не невеста альфы. Теперь она обычная волчица, — хмыкнула Каролина. Влад перевёл взгляд в сторону девушки, заметив рядом с сокурсницейеё …

Алекс шокировано смотрела на парня, не обращая внимания на слова подруги. Сегодня в её волосах виднелось сразу два цвета: белый и синий, в тон спортивной формы. Белые пряди сливались с её светлыми волосами, но Влад всё равно заметил. Он изучил каждый миллиметр её лица, пока Алиса продолжала кричать:

— Ты опозоришь свой род! От тебя откажутся! Лишат наследства! Ты станешь никем!

— Если отец отречётся от меня, то так тому и быть, — заверил Влад смиренным тоном. — Но на тебе я не женюсь.

Влад знал, что отец ни за что не одобрит отношения единственного сына с кошкой. Корни и чистота рода — для него всё. Своим поступком он разобьёт сердце родителя, но иначе никак. Глядя в белый потолок палаты и размышляя, Влад понял, что единственный выход стать счастливым и при этом остаться мужчиной, а не трусом, пытающимся усидеть на двух стульях, — это отречься от всего. Он не позволит Алекс стать его тайной любовницей, да и она сама ни за что не согласится. Слишком гордая и упрямая. А прожить жизнь с Алисой — чересчур высокая цена за спокойствие родителей. Отец поступил эгоистично, выбрав сыну невесту без его на то согласия. Влад ответит ему тем же и наплюёт на отцовское мнение.

— Передумай! — гнев Алисы сменился торгом. — Пожалуйста, возьми свои слова обратно!

Пора заканчивать. Влад не собирался проходить с бывшей невестой все стадии принятия. Всё что хотел, он уже сказал. Теперь ему нужно побыть наедине с собой. Остудить животный нрав и всё обдумать.

Развернувшись, парень ушёл. Позади осталась тишина. Ни один из тридцати свидетелей не обронил ни слова.

Я смотрела ему вслед несколько секунд, не моргая и почти не дыша. Что это только что было? Влад правда сказал то, что сказал? Отказался от всего, что составляло его сущность и всё это в свой день рождения?.. Я не могла позволить ему провести этот день в одиночестве. Не после того, как он столько раз оказывался рядом, когда мне это было нужно.

Не обращая внимания на поднявшийся шум, я бросилась за парнем следом. Настал мой черёд быть рядом и поддержать, даже если всё, что я сейчас могла, — это взять его за руку и сказать, что всё будет хорошо. Всё образумится.

— Дрянь! — крикнула мне вслед Алиса. — Всё из-за неё! Новенькая разрушила наши с Владом отношения! Мы любили друг друга!

Даже в такой момент Алиса не переставала лгать. Я могла бы поведать ребятам правду о ней, но меня мало заботило общественное мнение. Сейчас для меня было важно лишь одно — догнать Влада. Я перешла на бег, настигнув его у ворот, ведущих в лес.

— Открывай! — потребовал парень у сторожа.

— Мне не велено, — стушевался мужчина. — Вы же знаете…

— Сказал открывай! — Влад схватил перепуганного бедолагу за грудки.

Сторож был сильно ниже ростом, а именинник не на шутку разъярён. Со стороны происходящая картина выглядела пугающе, и я не смогла промолчать:

— Пользуешься остатками привилегий, пока в пансионе не прознали о твоём заявлении?

— Считаешь, я поступил неправильно? — Влад отпустил сторожа, скривившись от боли в простреленной руке.

— Считаю ты поступил смело, но…

— Но?..

Я помолчала пару мгновений, но всё же ответила:

— Надеюсь это не из-за меня.

— А что, если и так?

— То я стану виноватой в конце концов, когда ты устанешь от жизни без папочкиных денег.

Сторож отворил ворота и спешно убежал. Когда мы остались одни, Влад сказал:

— Так вот кем ты меня считаешь… пустым местом. Может ты и права.

— Влад, я же не это… — я попыталась приблизиться, но он сделал шаг от меня к воротам.

— Не переживай, тебя в своём решении я винить не стану. Ты всего лишь дала мне стимул действовать, а не трусливо мечтать о свободе. Теперь уходи.

— И не подумаю! — я сделала ещё один шаг к нему, а он ещё три вглубь леса. — Влад!

Парень согнулся и зарычал, намереваясь перевоплотиться.

— Что ты творишь⁈ — испугалась я. — Твоя рука!

— На оборотнях всё быстро заживает, — только и ответил, после чего за долю секунды обратился в волка. Ступил на раненую лапу и осел. Похромал ещё два шага, привыкая, а затем зарычал от боли и сорвался на бег.

— Постой! Не убегай! — бросила ему вслед, но оборотень уже скрылся за деревьями. — Блин, блин, блин!

Ещё ни разу мне не удавалось перевоплотиться по собственному желанию, но даже хромого волка в человеческом обличье мне не догнать. Так что я принялась пыхтеть и тужиться без веры в успех, как вдруг получилось! Сначала я даже не поняла, что произошло, просто ощутила, что стала легче и намного ниже. И стою я на четвереньках, точнее на четырёх когтистых лапах.

Я сорвалась с места и помчалась в лес. Влад не мог убежать далеко, несмотря на фору. Пускай на оборотнях всё быстро заживает, но с таким ранением, он не может быть шустрее меня.

Я набирала скорость, по новой привыкая к кошачьим конечностям. Обострённый слух уловил шорох листвы, а усиленное зрение поймало капли крови на тропе. Влад калечит себя, я должна это прекратить!

Никогда прежде я не развивала такой скорости, когда сам создаёшь ветер вокруг себя, приглаживающий шерсть. Моё тело стало сильнее и выносливее. В человеческом обличье я ни за что не сумела бы бежать достаточно долго, чтобы нагнать чёрный силуэт. Но в облике барса я уже наступала волку на пятки, а мне на морду брызгали капли крови.

Поравнявшись, я боднула Влада в бок, не зная, что ещё могу сделать, чтобы его остановить. Общаться мы не могли, но я всё равно попыталась заговорить, издав непонятный режущий звук. Оборотень даже не повернул голову, лишь шевельнул ухом и рыкнул. Мне ничего другого не оставалось, кроме как бежать дальше и надеяться, что он не потеряет слишком много крови из открывшейся раны.

Волк споткнулся и зарычал, но вмиг поднялся и побежал дальше, пока лес не начал редеть и мы не очутились на берегу уже знакомого озера. Дальше пути не было и Владу пришлось остановиться. Я тоже замерла.

Ещё один рык и парень вернулся в свой человеческий облик. Повязка на его руке была вся в крови. Я тоже поспешила развоплотиться, чтобы высказать ему всё, что думаю.

— Ты сбрендил⁈ Если да, то так и скажи, и я не буду сердиться! Но если ты ещё в здравом уме, то ответь: где нам теперь искать помощь и остановить кровь⁈ Я ничего не смыслю в медицине! Я…

— Ты беспокоишься обо мне? — спросил он, впервые улыбнувшись.

— Ну конечно…

Я замолчала, глядя ему в глаза. В них было столько боли, но ещё и нежности. Два несопоставимых чувства в одном флаконе чёрных омутов.

— Влад…

Парень взъерошил здоровой рукой волосы и нервно ухмыльнулся.

— Теперь я волк-одиночка, — заговорил нерешительно, отводя глаза в сторону. — Большой позор для рода, династии и всего сообщества! Но чёрт побери, какое это имеет значение в современном мире? Просто слова, которыми меня пичкали с самого детства. Но почему же тогда так больно?..

— Влад… — повторила, сделав шаг навстречу.

— Зачем ты побежала за мной? — он остановил меня резким вопросом.

— Не хотела, чтобы ты оставался один в свой день рождения.

— И только?

— В любой другой день я поступила бы так же. Кстати, я ведь не знала и ничего не подготовила… Проси, что хочешь, и это будет моим тебе подарком. Только не то, о чём ты возможно сейчас подумал!

— Хочу услышать три слова, — сказал он не раздумывая.

Я растерялась от такой просьбы. Но ведь сама обещала.

— Я люблю тебя?.. — проговорила скорее вопросительно. Голос дрожал из-за сбившегося дыхания, а сердце застучало в висках.

Влад улыбнулся, сделал шаг ко мне и лукаво обронил:

— Я имел в виду: с днём рождения…

— Гад! — осознала свой прокол. — Это два слова и предлог вообще-то! Ты…

Он не дал мне договорить, накрыв мои губы поцелуем. Моё тело моментально ответило на призыв, но стоило потянуться к его шее, чтобы обнять, парень отстранился и очень тихо произнёс, дыша мне в ухо:

— Я тоже тебя люблю.

— Я же не… Это был подарок…

Его губы снова накрыли мои, а здоровая рука обхватила талию, плотнее прижимая к крепкому мужскому торсу. Мы ускорялись к каждым рваным вздохом. На этот раз его поцелуй имел совсем иной вкус. В нём чувствовался страх перед неизвестностью, но ещё надежда.

Поцелуй углублялся, становясь стремительнее и жарче. Мои руки блуждали по его плечам, скулам и волосам. С каждой секундой, что я не отталкивала от себя парня, в поцелуе чувствовалось всё больше надежды и меньше страха. Страсть разгоралась и мне стало жарко в одежде. Да и на Владе её было слишком много. Мне всё же пришлось разнять наши губы, чтобы одним резким движением сорвать через голову футболку, а затем вцепиться в его одежду.

— Я сам…

— Побереги… свою… руку, — проговорила сбивчиво, чередуя слова с поцелуями.

Когда на нас осталось совсем немного вещей, Влад опустил меня вниз, укладывая на свою футболку, а сам навис сверху. Я упёрлась ладонями ему в грудь, останавливая. Наши губы разъединились, а опьянённые страстью глаза распахнулись, встретившись в непонимании.

— Ну уж нет… — прошептала, не давая парню наклониться ниже.

— Прости, я подумал…

— Я не позволю твоей руке ещё больше напрягаться, — и одним толчком повалила его на спину.

Влад не сопротивлялся, когда я оказалась сверху и начала целовать его рельефный пресс. Его здоровая рука блуждала по моей спине, пока не добралась до застёжки бюстгальтера. Избавившись от остатков одежды, я медленно опустилась на него, миллиметр за миллиметром становясь ближе к Владу. Одним целым.

Он зарычал, а я тихо застонала, прикрыв глаза. Мои руки упирались парню в грудь, а бёдра медленно двигались вверх-вниз. Когда первое тянущее ощущение ушло, я ускорилась. Отклонилась назад, но Влад притянул меня к себе и жадно впился в губы. На этот раз в поцелуе не было ничего кроме голой животной страсти. Ещё никогда я не чувствовала себя настолько желанной. Мы наслаждались друг другом, поглощая без остатка, пока не настал неожиданный и стремительный финал. С губ сорвался очередной стон, только намного более громкий и сладостный.

Я устало опустилась парню на грудь, тяжело дыша и слушая его учащённое сердцебиение. Он лениво поглаживал мою спину и вдыхал аромат волос.

— И всё-таки я получил в подарок то, о чём подумал… — усмехнулся Влад, поцеловав меня в макушку.

Глава 18

Ветер лизал обнажённую кожу, а шум озера и шелест листвы, доносившийся из леса, ласкал уши. Небо порозовело. Мы молча наблюдали за тем, как солнце утопает в воде, окрашивая её в цвет крови, напоминая о другой ране.

— Твоя рука… — хрипло проговорила я. — Надо возвращаться в пансион.

— Ерунда, — Влад лишь крепче прижал меня к себе, не желая отпускать. — Кровь уже не идёт, нам хорошо здесь, зачем уходить?

— Если рана затянулась — это ещё не значит, что ты в порядке.

— Вообще-то именно это и значит, — он усмехнулся, пальцами спускаясь всё ниже по моей спине.

Я громко вздохнула из-за непробиваемого упрямства парня, однако тоже начала водить ногтями по его груди, вырисовывая узор вокруг редких волосков. Движения наших рук становились стремительнее, а губы были готовы слиться в новом поцелуе, когда мне на спину упала прохладная капля, затем ещё одна и ещё, пока не пошёл дождь. Не мерзкий холодный ливень, а тёплый летний дождик, какой ждёшь каждое лето.

— Теперь точно пора возвращаться.

Влад крепко сжал моё бердо и обижено прорычал сквозь зубы, когда я начала отстраняться, но спорить не стал. Наспех одевшись, мы скрылись за деревьями в лесу, куда практически не долетали капли. Судьбоносное озеро осталось позади.

В пансион пробирались тайком, чтобы никто из студентов нас не заметил. Не потому, что мы боялись афишировать наши отношения, но чтобы хотя бы на один вечер избежать расспросов. Так или иначе, все свяжут новоиспечённыхнас с отказом Влада от помолвки с Алисой. Это лишь вопрос времени, когда она решит оправдать свою несостоятельность, как невесты, обвинив меня. Себя же я виновной в их расставании не считала. Отношения этой парочки были мертвы с самого начала, выстроенные на договорённости третьих лиц. При таком раскладе ничего кроме взаимной неприязни возникнуть и не могло.

— Останься у меня, — предложил Влад, когда мы оказались на нужном этаже между двух одинаковых дверей наших комнат. — У нас… хочу жить вместе… Блин, как же тупо это прозвучало, забудь.

— Ладно, — прыснула я.

— Забыла?

— Пытаюсь, — мои щёки налились жаром, но я хотя бы не болтаю что попало, как Влад. — Вообще-то я надеялась, что сегодня ты переночуешь в больничном крыле в окружении других женщин… медсестёр.

Проклятье, теперь и я тоже несу всякую чушь от волнения.

— Ни за что! Даже ради тебя.

— Даже ради меня — нет?.. — я неуклюже состроила глазки. Как же тяжело вот так резко переходить на новый уровень отношений. Совсем недавно мы были просто соседями, цапались порой, а теперь мы пара и имеем полное право вести себя нежнее и игривее друг с другом. Даже глупее, если захочется. Так странно…

— Это шантаж? — вздохнул Влад, нависнув сверху. Всё ещё непривычно, что теперь мы можем стоять настолько вплотную друг к другу во время разговора и это норма, а не вторжение.

— А что, если и так? — я неловко положила ладони ему на грудь, всё ещё с трудом осознавая, что теперь Влад мой парень. От этой мысли каждый раз приятно покалывало внизу живота, а по жилам растекалась эйфория.

— Не заставляй, мне ведь придётся согласиться с просьбой моей девушки. Но мне бы совсем не хотелось сейчас с ней расставаться и тащиться в лазарет. К тому же рука почти не болит.

— Не буду, — улыбнулась я. Опять это опьяняющее чувство внутри. Уколы, от которых становится хорошо, а не больно. — И да, я останусь у тебя. Мне всё равно последнее время очень плохо спится в собственной комнате. Только давай поторопимся, пока охранники не встали на пост у моих дверей.

Влад открыл дверь, и мы вместе прошли в спальню. На мгновение у меня ёкнуло сердце от воспоминаний об Алисе на его кровати. И это был отнюдь не приятный укол влюблённости. К счастью, на этот раз внутри никого не оказалось. Алису бы не остановило громкое расставание, и она ни за что не отстала бы от Влада по доброй воле, имей он прежнее положение, но он больше не альфа и это меняет всё. Для неё. Не для меня.

— Сейчас принесу полотенце и сменную одежду, — сообщил парень.

— Спасибо.

В прошлый раз, когда я здесь была, то не успела как следует рассмотреть комнату Влада. В целом она очень напоминала мою, только чище. Стало одновременно смешно и грустно от того, что я большая неряха. Ещё сильно удивило наличие личного спортивное инвентаря. Неужели он занимается даже перед сном? В пансионе и так есть спортзал и бассейн. Хотя чему я, собственно, удивляюсь? Я же видела тело Влада во всех деталях всего несколько часов назад. Да и не только видела… Щёки налились жаром от пикантности воспоминаний, а внизу живота засаднило от желания повторить.

Парень разделся по пояс, накинул себе на плечи полотенце, а второе протянул мне вместе с серой футболкой и словами:

— Держи. Моя любимая.

— Я или футболка? — я тут же принялась промакивать влажные волосы.

— С ней мы дольше вместе, — ухмыльнулся он. — Однако я отдаю её тебе.

Ответ вполне годился за признание, хотя пару часов назад оно уже слетело с его уст в чистом виде. Моё же было выманено хитростью, но зато от меня больше не требовалось сделать этот шаг навстречу. Некоторым легко даются громкие слова, но точно не мне.

— Будем спать? — спросил Влад. — Или может хочешь есть, либо в душ?

— А чего хочешь ты? — вернула парню его же вопрос, закончив с волосами.

— Тебя.

Не успела отложить в сторону полотенце, как его губы впились в мои. Влажный кусок ткани полетел на пол, а за ним и моя мокрая одежда. Влад раздевал меня всю дорогу до кровати, пока не повалил на подушки. Сам остался стоять, нависнув сверху и жадно рассматривая каждую деталь моего обнажённого тела.

— Как-то нечестно. Я голая, а ты ещё одетый… — я взглядом указала на его штаны, но вместо того, чтобы избавиться от них, парень вдруг опустился на колени и начал целовать мои ноги, постепенно поднимаясь всё выше и выше.

Я выгнула спину и задрала голову, глядя в потолок и фокусируясь на ощущениях. Хотела закрыть глаза, как вдруг мой взгляд задержался на рисунке, приклеенном скотчем к потолку. Это был тот самый чёрный волк, грубо вырванный и украденный из моего блокнота. Зверь смотрел вдаль, не подглядывая за нами. А то, что парень сохранил его, грело мне душу.

Я собиралась спросить его о рисунке, как вдруг вместо слов громко застонала. Да и Влад мне бы сейчас не ответил, поскольку его язык был занят другим…

Утром нас разбудил настойчивый стук в дверь. Я повернулась на бок и уже собиралась открыть глаза, когда Влад хрипло прошептал:

— Не обращай внимания, — и притянул меня к себе.

Стук повторился, а следом за ним из-за двери послышался разъярённый мужской голос:

— Открывай, надо поговорить!

Дальше тяжёлый вздох Влад и теперь уже он сам начал просыпаться.

— Чёрт, — прохрипел парень, — это мой отец.

Новый стук. На этот раз такой сильный, что вот-вот сорвёт с петель дверь. Хочешь — не хочешь, но от такого грохота любой проснётся.

— Зачем он здесь? — я тотчас приняла сидячее положение. — Это из-за твоих слов вчера?

— Кто-то явно нажаловался альфе. Надеюсь, осведомителя уже почесали за ушком.

— И что теперь делать⁈ — мне сейчас было не до шуток.

— Для начала не помешает одеться.

— Я не хочу встречаться с твоим отцом! — хотелось кричать в панике, но пришлось шептать. — Точно! Тайный проход!

Очередной нетерпеливый стук.

— Немедленно открывай! — не унимался Владимир Леонидович. — Хватит придуриваться!

Я принялась спешно одеваться, не попадая ногами в прорези шортиков. В итоге плюнула, сгребла свои вещи в охапку и бросилась к зеркалу. Но на полпути опомнилась, развернулась, чмокнула Влада в губы и только после этого убежала.

— Удачи! — пожелала напоследок, скрывшись в «зазеркалье» между нашими комнатами.

Мне следовала перейти на свою сторону, но услышав, как парень отпирает дверь и впускает отца, мне стало интересно и чуточку страшно. Даже не видя лица гостя, я ощущала, насколько мужчина зол. Ярость чувствовалась в каждом шаге и учащённом дыхании. Я решила остаться и подслушать, хоть это и противоречило моим принципам.

Влад быстро натянул штаны, закрыл за Алекс зеркало и двинулся к двери. Попутно в голове всплывали воспоминания о кузине, которой не удалось переломить судьбу. Это знание придало ему сил не сдаваться, как бы велик не оказался напор со стороны отца. Раз уж он решил пойти против семейных устоев, то уже не уступит.

Провернул замок и в комнату тут же ворвался взбешённый отец. Он даже помолодел от злости: морщины разгладились, а лицо приобрело юношеский багряный оттенок.

— Что за представление ты вчера устроил⁈ — с ходу накинулся Владимир Леонидович.

— О чём речь, пап? — нарочито мягко уточнил Влад.

— Сегодня же на турнире ты победишь всех противников и напомнишь окружающим чей ты сын, а затем объявишь на всеуслышанье, что пошутил, тебе ясно⁈

— Я этого не сделаю, — парень даже раздумывать не стал.

— Повтори, что ты сказал, щенок! — кулаки мужчины то сжимались, то разжимались.

Влад промолчал, тогда снова заговорил его отец, задыхаясь от злости:

— Всё из-за безродной кошки? Да-да, я в курсе твоей интрижки. Мне сразу же доложили, не надо так удивляться.

— Алекс тут не при чём, — отрезал парень. Она лишь дала ему стимул действовать, наконец освободиться от оков, душивших годами, но решение он принял сам.

— Где я ошибся в воспитании? — Владимир Леонидович уже практически кричал. — Я вкладывал тебе в голову правильные ценности, уважение и гордость за наш древний род, который ты стремишься разрушить из-за мимолётного влечения! Ты позоришь семью! Нарушаешь правила! Плюёшь на вековые традиции!

— Я ничего не рушил и не нарушал, лишь отказался в этом участвовать, — голос Влада остался ровным и спокойным.

— Наш род важнее всех прочих! От этого нельзя просто так отказаться! — мужчина из последних сил сдерживал звериную ярость, чтобы не перевоплотиться. — Хочешь связать жизнь с этой девкой? Десятки поколений чистой крови ради смазливой мордашки? Она же кошка! Это диковинка, на которую интересно посмотреть, но кем родятся ваши дети?.. Волками? Сомневаюсь! Не говоря уже о её сомнительной родословной, которую не удалось толком выяснить! По матери бесконечное скрещивание с обычными людьми, а отец… Кто он вообще? Его нет! — Владимир Леонидович перевёл дыхание и продолжил спокойнее, уговаривая: — Алиса идеальная кандидатура. Её род почти такой же древний, как и наш. Вся родословная состоит из чистокровных оборотней и…

— Ага, — прервал его Влад. — У нас с Князевыми и так уже полно договорных браков в каждом поколении. Вы столько раз женили своих детей между собой, что приходится попотеть, чтобы найти не родственников на родовом древе и заключить очередной союз. Может хватит?

— Чистота крови — наше всё! — отец гордо задрал подбородок.

— Мы живём в современно мире, где всем плевать на родословную и люди наконец равны! Твои консервативные взгляды устарели, отец.

— Равны?.. — сощурился мужчина. — Обычные люди никогда не будут нам равны во влиянии на мир и историю! А твоя кошка… оставь её себе в качестве десерта, если хочешь, но выполни долг. Женись на Алисе и заведи с ней достойное потомство.

— Достойное?.. — и тут голос Влада дрогнул, став неравнодушным. — То есть ты планируешь оценивать своих будущих внуков по тому, насколько «породистыми» были предки у их матери? Тебя всегда больше заботила эта чушь, чем счастье собственного ребёнка!

Теперь уже его кулаки начали сжиматься в попытке утихомирить нараставший внутри праведный гнев, хоть отец и не сказал ничего из того, чего бы Влад не ожидал от него услышать. И всё равно разозлился.

— Одному из них предстоит стать следующим вожаком! — возразил Владимир Леонидович. — Волки пойдут только за сильным!

— Неужели?.. — сощурился Влад. — По-твоему, сила передаётся через родословную, а не благородя огромному труду над собой? Ты не знаешь Алису, и какая из неё получится мать, но главное, ты совсем не знаешь меня.

— Похоже на то. Не ожидал от тебя подобного ребячества и сильно разочарован. Никогда не думал, что мой сын из тех олухов, кто бросит всё ради крашеной потаскухи!

Кулаки Влада сжались с такой силой, что побелели костяшки. Отец оскорблял не только своего единственного сына, но и его возлюбленную. Парню требовались все силы, чтобы не сцепиться с родным человеком в кровавой схватке. Владимир Леонидович это заметил и поспешил закончить разговор:

— Надеюсь, ты готов к вечернему турниру? Ты и так растоптал свою репутацию, докажи, что хотя бы способен ещё уложить противника на лопатки.

— Меня подстрелили, — напомнил парень. — Тренер не выпустит меня на маты.

— С этим я разберусь. Главное, выиграй. Или ты мне больше не сын.

Сказав это, отец ушёл, спокойно закрыв за собой дверь. Лучше бы он ею хлопнул.

Увлёкшись подслушиванием, я не сразу заметила, как зеркало со стороны комнаты Влада распахнулось, впуская в тайный проход утренний свет. Парень молча протянул мне здоровую руку. Я не сразу нашлась, чтобы её принять, и лишь когда он помог мне выбраться, заговорила:

— Жёстко он…

Меня не задели оскорбления. Я знала, что Владимир Леонидович, равно как и Алиса, обвинит во всём меня, и была к этому готова.

— Прости за сцену. Ему не стоило тебя так называть.

— Брось, — отмахнулась я. — Ты как? Сильно расстроен?

Я обняла своего парня настолько крепко, насколько могла, стараясь передать через прикосновение свою поддержку.

— Он мой отец, хоть и закостенелый старикан, — грустно усмехнулся Влад, обняв меня в ответ.

— Ты правда собираешься сегодня выступить? — опомнилась, отстранившись и посмотрев парню в глаза. — Рука ещё не зажила!

— На оборотнях всё быстро заживает, забыла? — улыбнулся он, увиливая от ответа. — Тебе, кстати, тоже не помешает подготовиться, если хочешь победить Алису. Она наверняка очень зла и жаждет крови!

— Откажись! — проигнорировала его слова.

— Боишься, что проиграю?

— Да плевать мне на проигрыш и твой, и мой!

— Значит, волнуешься?

— Конечно, волнуюсь!

— Спасибо, котёнок, — Влад резко прижал меня обратно к себе. — Но отказаться не получиться, раз в дело вмешался отец. Он хочет, чтобы я восстановил своё имя.

— Как будто обжимашки с парнями в обтягивающем трико этому способствуют… — пробухтела, уткнувшись носом ему в грудь.

Отец Влада приехал не только для того, чтобы отчитать сына. Вечером состоится выступление борцов, перед которым наши с Алисой команды чирлидеров также поборются за симпатии зрителей.

Сегодня здесь все, о чём свидетельствует ряд дорогих машин, тянущийся за ворота. Такое ощущение, что на сей раз помимо родителей, в пансион притащились все родственники учащихся. И, как я узнала, немало прошлых выпускников.

Абстрагировавшись от количества глаз, что вскоре будут наблюдать за моим фиаско, двинулась к раздевалкам, чтобы переодеться в униформу чирлидера. В другой раз я могла бы назвать её слишком откровенной, но глядя на трико борцов — наша форма ещё даже очень ничего: синя-белая с короткой юбка-шортиками.

Девочки ожидали меня у входа. Активнее всех махала Каролина. Чувствовалось, что они взволнованны, ведь вчера нам так и не удалось потренироваться, так что выступать придётся без генеральной репетиции. Ничего, прорвёмся.

Мне оставалось всего два шага до дверей раздевалки, когда передо мной возник Богдан.

— Вот ты где! — воскликнул парень. — Просто хотел пожелать удачи!

— Спасибо! А я буду болеть за тебя! — «И за Влада», — добавила мысленно.

В метрах пяти за спиной Богдана возник его странный молчаливый дядя. На сей раз он не показался мне таким уж жутким, но я всё равно была рада, что мужчина держал дистанцию и не заговаривал со мной. Однако снова сверлил взглядом, отчего становилось не по себе.

— Не выйдет, — отмахнулся парень. Я нахмурилась в непонимании, и он пояснил: — Я сегодня не выступаю. Тренер снял меня в последний момент, чтобы уступить место Волкову.

— Как жаль…

— Вовсе нет. Ты же знаешь, я больше люблю бег. Ладно, не буду задерживать. Порви их всех!

— Ты ничего не перепутал? Мы просто болельщицы! — бросила уже в дверях.

— И всё же вас тоже будут оценивать, раз команд две.

Поздоровавшись с девочками, вся команда прошла в раздевалку. И началось приготовление: причёски, макияж, униформа — всё должно быть идеально. Чирлидерши волновались, и я ничего не могла с этим поделать, хоть и знала: если хочешь победить, будь готов проиграть. Наверное, мне легко говорить, ведь я уже победила Алису. Правда, на другом поле боя.

— Соберитесь! — вдруг воскликнула я. — Это всего лишь выступление перед вашими родителями!

— Почему перед нашими? Твоей мамы не будет? — уточнила Каролина, собирая в пучок каштановые кудри.

— Нет. Не думаю, что её пригласили.

— Тогда тебе легко говорить! — пропищала миниатюрная Аня, чей голос звучал так же хрупко, как выглядело тело.

— Там полный зал людей! — добавила Милана, на чьих смуглых ногах просто великолепно смотрелись белые гетры. — А ещё приехал парень, который мне нравится с тринадцати лет!

— Почему вы до сих пор не вместе? — поинтересовалась я, помогая Лизе уложить непослушные рыжие волосы.

— Я ему не нравлюсь, — вздохнула Милана. — И никогда не нравилась.

— Тогда это твой шанс доказать ему, кого он упустил!

Каролина раньше всех закончила с приготовлениями и теперь следила за девчонками, пока вдруг не предложила:

— А давайте мы сегодня все воспользуемся мелками Алекс для волос и накрасим пряди в цвета команды!

Мне идея понравилась, а следом воскликнули остальные чирлидерши:

— Отличная мысль! — согласилась Милана.

— Мне нравится, — подтвердила Лиза.

— И я за, — закивала Аня.

Я принялась разукрашивать девочек. За этим занятием все немного расслабились, и мы снова стали сплочённой командой.

За окном уже стемнело, зато в спортивном крытом зале было полно света, а все трибуны забиты зрителями. Я насчитала по меньше мере сто человек, но среди них не оказалось моей мамы, как бы я не разыскивала её глазами. Ещё и Влада нет рядом, поскольку ему самому нужно готовиться к бою. Его со Стасом поединок откроет вечер сразу после выступления чирлидерш.

Думала, мы выйдем по очереди, но оказалось, что команды поддержки в прямом смысле будут соревноваться за зрительские симпатии и взгляды, перетаскивая внимания на себя, параллельно другой группе. Эта мысль тревожила, но не настолько, чтобы сбежать. Хотя Аню и пришлось уговаривать остаться. Благо она не стала подставлять команду из-за своей робости.

— А теперь поприветствуйте наших прекрасных чирлидерш! — объявила тренер Марина. — В этот году у нас сразу две противоборствующие команды и только от вас зависит, какой из коллективов победит!

Момент настал. Мы вышли в центр зала под громкие аплодисменты зрителей. Я старалась даже не смотреть в сторону Алисы, но кожей ощущала её пристальный взгляд. Наверняка ей уже доложили, у кого я ночевала этой ночью…

Заиграла музыка. Обе команды начали двигаться ей в такт, размахивая бело-синими помпонами. В тон им были разукрашены волосы всей моей команды. Мы смотрелись весело и игриво, но что же на другой стороне?.. В какой-то момент я не выдержала и посмотрела на Алису. В отличие от остальной своей команды, её движения выглядели отточенными и выверенными, но какими-то неживыми что ли.

На её фоне я излучала жизнь. Моя улыбка не была такой широкой, но чувствовалась искренней. А движения казались не столь грациозными, но зато лёгкими и задорными. Я больше уповала на свою гибкость, пока Алиса демонстрировала изгибы.

— Пора, — шепнула мне на ухо Каролина.

И хотя самой мелкой в команде являлась Аня — девушка наотрез отказалась становиться флаером. Так что эту роль пришлось примерить мне.

Я забралась наверх пирамиды, расположившись на крепких плечах Миланы и под всеобщее одобрение сделала сальто, закончив его продольным шпагатом. Все зрительские взгляды тотчас устремились на меня, а следом раздались громкие аплодисменты.

Стоило мне подняться на ноги и подумать, что победа уже в кармане, как Алиса, находившая в противоположной стороне зала швырнула на пол свои помпоны и бросилась в мою сторону с криком:

— Дрянь!

Не успела я увернуть, как девушка буквально сшибла меня с ног своим стройным тельцем и принялась таскать за волосы. Я растерялась лишь на мгновение, а уже в следующее ударила её по лицу ладонью.

— Влад мой! — вопила Алиса. — Я должна стать главной самкой! Ты даже не волчица!

Волчья ярость придавала ей сил и мне никак не удавалось столкнуть противницу с себя. Тогда я ещё раз ударила девушку по лицу, на этот раз кулаком, и наконец она отцепилась от моих волос. На мгновение впала в ступор, а уже в следующее ударила кулаком в ответ. Я увидела перед глазами разноцветные звёзды, когда Каролина и другие чирлидерши оттаскивали эту поехавшую. В зале поднялся шум: гости вставали со своих мест, а преподаватели пытались их успокоить. На помощь чирлидершам, пытавшимся сдержать разъярённую волчицу пришли борцы, среди них оказался и Влад. Он помог мне подняться, отгородив спиной от бывшей невесты.

— Ты в порядке? — спросил он обеспокоено, осторожно касаясь моего лица. — У тебя кровь.

— Да?.. — я коснулась тыльной стороной ладони нижней губы и удивилась. Из неё и правда шла кровь.

— Я отведу тебя в лазарет.

— Скоро твой бой, — напомнила я.

— Плевать! — Влад собирался подхватить меня на руки, но я его остановила.

— Это всего лишь разбитая губа. Дойду сама. Жаль только твоё выступление не увижу.

— Я пойду с тобой!

— На оборотнях всё быстро заживает, забыл? — вернула парню его же слова.

Нехотя, но Владу пришлось меня отпустить. Пока борцы и чирлидерши утихомиривали Алису, я незаметно покинула зал, двинувшись по двору в сторону больничного крыла. Вечерняя прохлада остужала кожу и тушила разгоравшийся внутри пожар. Я не кровожадна, но Алису ненавидела сейчас всем сердцем.

— Постой! — окликнул меня женский голос. Обернувшись, я увидела Марго. — Твоя команда победила. Поздравляю!

— Это потому, что тебя в ней не было, — огрызнулась я. Не в том настроении, чтобы терпеть ещё и прихвостней Алисы.

— Алекс… — Марго не отставала.

— Чего тебе? — на сей раз я даже не обернулась. Тогда девушка сама поравнялась со мной.

— Там твоя мама у ворот. Её не впустили.

Я резко остановилась и посмотрела в лицо бывшей соседки.

— Что⁈ Почему⁈ И зачем ты мне это рассказываешь?

— Алиса теряет позиции, — замялась она, отводя бесцветные глаза в сторону. — А ты теперь с Волковым. Так что нам не обязательно враждовать. Я даже могу извиниться за всё… если хочешь!

Похоже, Марго ищет себе новую хозяйку. И хотя эта роль совсем меня не прельщала, про маму я должна разузнать:

— Где она?

— Идём, я отведу! — с готовностью заявила бывшая соседка.

Мы быстро шагали вдоль рядов автомобилей, тянувшихся далеко за распахнутые ворота. И если территория пансиона хорошо освещалась даже ночью, то за оградой царил полумрак.

— Пришли, — сообщила девушка, остановившись у самой последней машины.

— Это не мамина машина. У мамы вообще нет маши…

Я не успела договорить, почувствовав сильный удар в области затылка. Чьи-то сильные руки подхватили меня под мышки, когда в глазах стало темно.

Глава 19

Как же раскалывается голова. Даже не ощущаю боли в лице, хотя Алиса неслабо приложилась. Ох уж эти бешеные волчицы со своей животной яростью…

Отец Влада, цветные мелки для волос, выступление чирлидерш, разбитая губа… Мозг принялся восстанавливать хронологию недавних событий. Поход в лазарет, Марго, мама… Точно! Где мама? Почему я её не видела?.. И тут до меня доходит последнее воспоминание: тупая боль пронзает затылок, и я теряю сознание. Чьи-то сильные горячие руки подхватывают меня и… занавес.

Я распахнула глаза, но ничего не увидела, вокруг сплошная темнота. Попыталась поднять руки и поняла, что они связаны за спиной. В панике принялась дёргаться из стороны в сторону, отчего голова только сильнее заболела.

— Она очнулась, — услышала знакомый голос справа, но плотная тряпка на лице не позволила заглянуть подонку в глаза.

— Да, — подтвердил женский голос слева. Его я тоже хорошо знала.

Я не пыталась кричать, вместо этого начала как бешеная размахивать ногами, которые в отличие от рук были свободны. Ударила по чему-то твёрдому впереди, затем по мягкому. Чтобы это могло быть? Не успела найти ответ, как услышала третий, совсем незнакомый голос:

— Утихомирьте её! И снимите мешок, пора познакомиться.

Горячая рука опустила мои ноги, удерживая на одном месте, а другая вцепилась в тряпку на голове, сорвав её одним резким движением вместе с парочкой наэлектризовавшихся волос. Мир не стал слишком ярким, как бывает после темноты, лишь слегка затуманился. Сморгнув с глаз пелену, я увидела, что нахожусь на заднем сиденье автомобиля. По левую сторону от меня сидела Марго, а справа удерживал за колени Богдан. Не успела ахнуть, как вновь заговорил водитель:

— Вы выкинули её мобильник?

— При ней его не было, — ответил Богдан, не глядя в мою сторону, хотя я не сводила с него глаз.

— А свои? Гаджеты студентов отслеживаются.

— Разумеется, мы же не идиоты! — раздражился парень, которого я знала как самого доброго и милого в пансионе.

Перевела взгляд в другую сторону на Марго. Бывшая соседка дрожала от адреналина и казалась самым слабым звеном среди троицы. Поняв, что просто так мне не освободиться, я успокоила дыхание и начала присматриваться к обстановке, моим похитителям и виду за окном.

— Ты слишком спокойна, — обратился ко мне водителей.

— Мне не впервой, — фыркнула я. Если бы не Богдан, я бы вновь ударила бы по его сиденью, целясь в голову.

Мужчина обернулся, и я признала в нём дядю Богдана. Сей факт не то, чтобы меня шокировал, но и к ответу не приблизил. Ехидно ухмыльнувшись, жуткий тип вернул взгляд на дорогу.

— Жарко здесь, — заговорил Богдан. — Марго, придержи её.

— Я не могу!

— Она же связана.

— Ладно…

Я не сопротивлялась, хоть соблазн и был велик. Но их тут трое, а я одна. С одной Марго я бы справилась и со связанными ногами, но вот остальные… Лучше пока прикинуться послушной девочкой.

Богдан стащил через голову водолазку, и я тотчас увидела свежие шрамы на его шее.

— Это был ты в ту ночь! — поняла я. — Влад покусал тебя! О боже… В посёлке тоже был ты. А стрелок…

— Думай, — усмехнулся тот, кого я считала другом.

— Твой дядя, — выдохнула я. — Он стрелял.

— Дмитрий ждал на шоссе в ту ночь, чтобы увести тебя, но в очередной раз всё пошло не по плану, — сообщил парень. — Мы должны были сделать это намного раньше, как ты понимаешь, но из-за твоего соседства с Волковым возникли осложнения. Он всё время ошивался рядом и мешал нам.

— С самого начала ты не помогал мне сбежать, а хотел похитить! — ко мне приходило осознание за осознанием. Как же я была слепа, видя врага лишь в Алисе, пока настоящий злодей улыбался и прикидывался другом.

— Ты серьёзно усложнила нам жизни, когда добровольно отказалась бежать. Пришлось менять план и включать в него ещё одного участника, — Богдан кивнул в сторону Марго. — Она присоединилась к нам совсем недавно и ещё немного волнуется.

Я перевела взгляд на бывшую соседку. Она дрожала и в целом выглядела так, будто вот-вот расплачется.

— Я думала, ты прислуживаешь Алисе.

— Так и было, но скоро от неё не будет толку, — заявила девушка. — Не суди меня, я просто помогаю своей семье. Сама знаешь, каково жить в бедности!

Знала бы эта дурочка, что такое настоящая бедность. Она дочь предпринимателей, готовых на всё, лишь бы превратить свой бизнес в настоящую империю. Даже не побрезговали сделать из дочери преступницу. Родители года.

— Но зачем меня похищать? — подошла к главному вопросу, снова обратившись к Богдану.

Не успел парень открыть рот, как в разговор вмешался его дядя:

— Хватит болтать! Мы и так выбились из графика.

Богдан поднял мешок и вновь попытался надеть его мне на голову.

— Нет! — запротестовала, начав брыкаться.

Страх спровоцировал трансформацию, но не успевала я обратиться, как под рёбра ударил электрошокер. Такой боли я ещё не испытывала, буквально потеряв дар речи.

— Извини, не захватил кошачью переноску. Придётся тебе остаться в человеческом облике, — с этими словами мне на голову опустился мешок и вокруг снова стало темно.

Прошли часы прежде, чем автомобиль остановился. Всю дорогу я молилась, чтобы нас остановили сотрудники ГАИ, но этого не случилось. Мешок так и остался на голове, когда меня тащили куда-то вниз по ступенькам. Запах вокруг резко изменился, напоминая погреб. Неужели я всё-таки очутилась в подвале маньяка?.. И как бы я сейчас не храбрилась, колени всё равно дрожали и подкашивались, а сопротивление не имело никакого смысла. На каждое лишнее телодвижение мне угрожали ещё одним разрядом электрошокера, от воспоминаний о котором всё внутри сжималось. Я держалась из последних сил, чтобы не расплакаться от бессилия.

Заскрипели ржавые петли, после чего меня грубо толкнули в спину.

— Не дёргайся, — велел Богдан, разрезая верёвки на моих запястьях.

Стоило моим рукам освободиться, как я тотчас отскочила от парня, попутно стянув с головы мешок. Но он только того и ждал: я сама заскочила вглубь клетки, чья решётчатая дверь захлопнулась за пленницей.

Здесь не было практически ничего, только ржавые металлические прутья, через которые не протиснется даже барс. Тусклая лампочка без абажура под потолком и всё. Судя по отсутствию минимальных удобств — меня не собирались тут долго держать…

Эта мысль скорее пугала, нежели вселяла надежду.

— Теперь ответите: зачем? — я прильнула к стальным прутьям, как мои пальцы тотчас прошибло лёгким разрядом. — Ай!

— Не стоит касаться решётки, — заговорил Дмитрий. Мне хотелось плюнуть ему в лицо, но я сдержалась, ограничившись словами:

— Идите к чёрту!

Рядом с ним стоял Богдан, а чуть позади топталась бледная и напуганная Марго. Такое ощущение, что это не меня, а её похитили и заперли в тёмном подвале.

— Дерзкая, — констатировал мужчина.

— Так вы ответите: зачем я вам понадобилась? — я постаралась звучать уверено, но дрожь вырывалась из горла вместе со словами. — Вас найдут и посадят!

— Настоящий вожак мыслит стратегически, — заговорил Дмитрий, снова увиливая от прямого ответа. Долбанный маньяк!

— Вожак?.. — переспросила я. — Насколько мне известно, альфами всегда были Волковы.

— В этом и кроется главная проблема. Пора менять устаревшие устои, — самозабвенно заявил мужчина, смакуя звук собственного голоса. — Однажды я уже показал зубы Волкову-старшему, после чего он лишил меня всего, чем владела моя семья многие поколения. Тогда я был слишком наивен и самонадеян. Стоило действовать изящнее, без спешки. Теперь я это понял.

— Но при чём здесь я? — «Боже, он когда-нибудь ответит⁈». — Если дело в моей… дружбе с Владом, то это вам не поможет! Его отец ненавидит меня, а сам Влад ещё не альфа!

— Ты никогда не слышала старинное поверье о сердце кошки?

В памяти всплыло воспоминание, как Вячеслав Яковлевич упоминал нечто подобное на приёме в пансионе. Тогда профессор сказал, что нужно съесть сердце кошки ради целебного эффекта.

Промолчав, я в ужасе сглотнула ком, образовавшийся в горле. А мужчина тем временем продолжил:

— Мало кто знает, что волк, съевший сердце кошки становится безоговорочным альфой. Есть предание, что именно так Волковы когда-то и взошли на вершину, прибрав к рукам всю власть в сообществе оборотней.

Я поразмыслила над его словами буквально секунду, а затем выпалила:

— Даже если всё это правда, не думаю, что кто-то добровольно уступит своё положение только из-за какого-то там предания. Вас всех посадят!

— Волков чтит традиции, и он примет поражение, а вслед за ним смирятся и остальные! — в голосе Дмитрия слышалась не только уверенность, но и безумие, заставившее меня сделать шаг назад. Сейчас я даже порадовалась, что нас разделяет ограда под напряжением.

— Влад не примет, даже если вы сместите его отца!

— Тогда я порву и его, ведь стану сильнее любого волка!

Я зло ухмыльнулась, как бы высмеивая абсурдность плана, основанного на древней байке.

— Смешно, да? — широко заулыбался мужчина, отчего сердце застучало как наковальня. — Самое смешное ты ещё не слышала. Например, как я окрутил твою маму много лет назад, представившись под вымышленным именем. Красиво ухаживал, говорил слова, которые она хотела услышать, и юная дурочка купилась даже раньше, чем я рассчитывал.

— Что?.. — я выпала в осадок и хоть стояла на одном месте неподвижно, появилось ощущение будто я падаю.

Этого просто не могло быть. Я наверняка ослышалась или… Не закончив мысль, я перевела очумевший взгляд на Богдана, сумев вымолвить лишь одно короткое слово:

— Ты…

— О да, сестрёнка, план дяди начал претворяться в жизнь задолго до моего и твоего рождения.

Он так спокойно об этом говорил, а я не могла найти слов, только глаза бегали между тремя лицами по ту сторону решётки. Дмитрий выглядел безумным, примерно, как я и представляла себе родного отца, посмевшего бросить мою мать. Двоюродный брат ухмылялся, словно это была забавная игра. И только Марго пребывала в не меньшем шоке, чем я. Похоже, она тоже не знала.

— Но… — прохрипела я. Во рту совсем пересохло. — Вы же волки…

— Мутировавший ген у тебя от матери, — мужчина понял, о чём я. — Кошки очень своевольны. В отличие от волков они не подчиняются правилам стаи и действуют исключительно по собственной воле. Твой род не придерживался чистоту крови и активно мешался с обычными людьми, со временем растеряв способность к трансформации. Я подозревал, что мои волчьи гены смогут разбудить спящую мутацию в твоей матери. Для достижения моего плана мне оставалось только надеяться, что ребёнок унаследует её ген кошки, а не мой волка. Так и случилось.

Ещё сильнее шокироваться просто не выходило, так что я молча думала о том, как сильно заблуждалась, считая, что родилась оборотнем из-за отца и что именно по этой причине он когда-то сбежал, оставив маму одну расхлёбывать происхождение дочери. Но оказывается, шансы были пятьдесят на пятьдесят, рожусь я кошкой или же волчицей. И, похоже, лотерею я проиграла.

Я перевела взгляд с Дмитрия на Богдана.

— Поэтому ты не помогал мне сбежать, пока я не обратилась в кошку… — ко мне пришло ещё одно озарение. Они просто ждали, чтобы удостовериться. А когда их надежды подтвердились, я уже сама передумала сбегать, чем выиграла себе немного времени.

— А ты умнее, чем мне казалось, сестрёнка, — хмыкнул Богдан. В нём совсем не узнавался тот добрый и улыбчивый парень, которого я знала. Казалось, что знала.

Бледная как мел Марго не выдержала и приблизилась к решётке, обратившись к Дмитрию:

— Вы убьёте собственную дочь? — озвучила она мои мысли. — Мы так не договаривались! Я считала…

— И что же ты считала? — перебил мужчина, смерив её таким безумным взглядом, что девушка вся поёжилась. — Только не говори, что думала, будто мы её тут по головке гладить собрались! Твои родители в курсе и их всё устраивает.

— Вы обещали моим родителям большой кусок империи Волковых за содействие — это всё, что я знаю.

— Вот и выполняй свою часть сделки молча! Когда я стану альфой, твоё семейство не будет забыто.

Марго была единственной из троих, в чьих глазах ещё мелькало сострадание и страх последствий. Подавшись вперёд, я обратилась к ней:

— Ты правда готова убить меня ради денег?

— Деньги — это власть, — ответил за девушку Дмитрий, не позволив ей даже рта открыть. — А теперь отдыхай, нам нужно подготовиться к ритуалу.

От одного этого слова у меня потемнело в глазах, и земля ушла из-под ног. Все трое ушли вверх по лестнице, а я не сразу обнаружила себя сидящей на холодном бетоне, хотя казалось, что ещё секунду назад крепко стояла на своих двоих.

Мысль о ритуале, где родной отец вырежет и съест сердце дочери вгоняла в оцепенение, лишая возможности сопротивляться. Мне понадобилось немало душевных сил, чтобы заставить себя подняться и начать искать лазейку. Прорех в конструкции, слабое место в ржавом замке или хотя бы что-то, способное сойти за оружие для самообороны.

Ничего. В этой проклятой клетке не было ничего, кроме меня самой и тусклой лампочки под потолком, до которой не дотянуться даже в прыжке.

Чувство безысходности накапливалось по крупице, как песок в часах. Мне становилось всё тревожнее с каждым вздохом, но я продолжала бороться, даже несколько раз схватилась на прутья, превозмогая электрические разряды, но раздвинуть их так и не смогла. Перевоплощалась, но и это не помогло, а удар током по густой шерсти оказался намного болезненнее.

В какой-то момент я вновь очутилась на бетоне, поддавшись отчаянию. И всё это ради власти? Похитить и убить человека только чтобы стать альфой?.. Я всё ещё не до конца верила в происходящее. Не могла смириться, что такое возможно и происходит со мной. Это даже звучало как бред или сон сумасшедшего при температуре под сорок, но никак не жизнь обычной восемнадцатилетней девушки, воспитанной матерью-одиночкой, преподающей в школе биологию. И неважно сработает этот кровавый ритуал или нет, мне-то будет уже всё равно.

Я опустила голову на колени и, кажется, просидела так целую вечность, пока на лестнице не послышались шаги. Подняв глаза, я увидела робко спускающуюся Марго с подносом в руках.

— Тут вода и перекусить, если захочешь, — проговорила она, отводя взгляд в сторону. Тяжело смотреть на того, кого самолично приговорила к смерти. Небось убеждает себя, что достаточно отвернуться и сделать вид, будто ничего не происходит.

Я могла бы всё это высказать, но не стала. Сейчас Марго единственная, до кого у меня есть шанс достучаться.

— Постой! — окликнула её я.

— Мне надо идти.

— Задержись на минуту, — сказала как можно мягче. — Мне страшно здесь одной.

— Я не знала, что они затевают! — вырвалось у девушки вместе со слезами. — Клянусь! Думала у них есть план, как разрушить империю Волковых и всем нам разбогатеть. Я и подумать не могла, что…

— … что они хотят убить меня.

Марго слабо кивнула.

— Думала, они собираются шантажировать Влада тобой или вроде того, — всхлипнула она. — Я не хочу становиться соучастницей убийства… Я ничего не знала о ритуале!

— А представь, если он не сработает, — я хотела поселить в ней сомнение, которое и без того наверняка уже проскакивало в мыслях. — Это ведь всего лишь древний бред из пыльной книжки. Что будет с твоей семьёй тогда?

— Я не знаю, что делать. Мне страшно…

— Помоги мне сбежать и тебе не придётся в этом участвовать, — прошептала, пытаясь поймать её глаза, но девушка настойчиво уворачивалась, не желая встречаться взглядами.

— Не могу, — замотала она головой. — Нет, нет, нет! — после чего попятилась к лестнице. — Прости…

— Хотя бы свяжись с Владом и скажи ему, где нас искать! — бросила умоляюще, пока Марго не скрылась за железными дверьми.

И вот я снова осталась одна в ожидании неминуемого конца. Я была готова бороться за жизнь зубами и когтями, но вряд ли это поможет… Отчаяние стало настолько всепоглощающим, что мозг начал готовить меня к смирению, пропуская все остальные стадии принятия. Словно это всего лишь дурной сон и скоро я проснусь. Нет. Не проснусь.

Эта мысль пробила мою защиту и впервые с момента похищения я дала волю слезам, которые так редко ощущала на своих щеках. Я вскочила на ноги и зашагала по кругу, била ногами стены, пытаясь нащупать слабое место и вырыть ногтями проход, но всё было тщетно. Эта бетонная коробка не поддавалась и не имела изъянов. Я воображала себе маленькое окно под потолком, куда бы мог протиснуться барс, но и его не существовало. Здесь вообще ничего не было, кроме принесённого пластикового стакана с водой. Я беспомощно мечтала, чтобы он оказался из стекла, и я могла бы вооружиться осколком.

Никто мне не поможет… Пришло осознание через какое-то время. Никто и ничто.

И тут железная дверь вверху снова отворилась, заставляя меня вскочить на ноги и вжаться в противоположную от решётки стену.

Ко мне спустилась Марго. Её глаза опухли от непрекращающихся слёз.

— Только тихо, — велела она. — Я сейчас выключу подачу электричества.

С этими словами девушка приблизилась к щитку и нажала на нужную кнопку. После чего подбежала к решётке и дрожащими руками попыталась отпереть замок, но ключ то и дело выскальзывал у неё из рук.

— Я на такое не подписывалась, — бубнила она. — Не хочу в этом участвовать.

— Так освободи меня скорее!

— Я пытаюсь!

— Дай мне, — я просунула руку между прутьев и перехватила ключ. — Спасибо, что передумала.

Марго только кивнула, продолжая дрожать всем телом.

Замок поддался. Я была готова расцеловать бывшую соседку и простить ей все пакости, но вместо это поспешила спросить:

— Что дальше?

— Иди за мной, только тихо, — велела она. Я охотно закивала.

Ещё никогда я не была настолько бесшумной, как сейчас, поднимаясь по бетонным ступеням к заветной двери. Сердце ёкнуло, когда эта ржавая развалюха заскрипела и мы очутились в блочном помещении без окон и отделки, где пахло заброшенным гаражом, а на стальных полках было полно пыли и грязи. Под ногами валялись канистры из-под моторного масла и бензина, а в центре стоял слишком чистый и дорогой для подобной обстановки автомобиль.

Впереди нас ожидали приоткрытые ворота с облупленной синей краской. Через щель между створками сочился лунный свет, извещая, что на мою доставку и заточение здесь ушло около суток.

— Водить умеешь? — шёпотом поинтересовалась я. Сама я прав не имела.

— Нет, но ключи всё равно не удалось достать, — сообщила Марго.

— Ничего, — успокоила её я, перехватывая инициативу. — Убежим отсюда в звериных обличьях.

Девушка согласно закивала.

Я приблизилась к воротам и аккуратно выглянула наружу: всё чисто. Справа виднелся старый деревянный дом с заклеенными окнами и покосившейся крышей. А слева и впереди за забором начиналось чистое поле и лес вдалеке. Меня привезли на какой-то богом забытый хутор, где никто не станет искать.

И никто не услышит мои крики, добавило подсознание.

Стряхнув страх, я ещё немного приоткрыла ворота. Стараясь не заскрипеть створками, мы по очереди протиснулись между ними бочком, очутившись на улице. С открытым небом над головой сразу стало легче дышать.

— Давай, — скомандовала я.

Мы обе напряглись в попытках перевоплотиться. И если у Марго это вышло практически сразу, то моё тело предательски сопротивлялось. Я смотрела на её волка, нетерпеливо переминающегося с лапы на лапу, когда вдруг прогремел выстрел. Зверь тотчас упал на бок и жалобно заскулил. Не успела я броситься к девушке на помочь, как меня саму сшиб с ног рычащий зверь. От шока я даже не сопротивлялась, просто распласталась на земле, глядя как из бывшей соседке, рискнувшей мне помочь, вытекает жизнь.

— Пора! — раздался голос Дмитрия из окна обветшалого дома, в чьих руках находилось охотничье ружьё.

Глава 20

Никогда не думала, что умру вот так, в наряде чирлидера на грязном столе в полуразрушенном ветхом доме, который затем сожгут вместе с моим телом…

И если раньше я только презирала своего отца, то теперь ненавидела всем сердцем. Лучше бы его и дальше не существовало в моей жизни. Он хладнокровно застрелил Марго, пытавшуюся мне помочь, а теперь собирался вырезать сердце из груди собственной дочери.

Я не прекращала дёргать конечностями в попытках освободиться, но ноги и руки были крепко связаны, а за малейшую попытку перевоплотиться, получала разряд электрошокером от Богдана. Его я ненавидела не меньше, чем Дмитрия. Я верила и доверяла парню, чувствуя в нём родственную душу. Родство нашлось, а вот души не оказалось.

— Я же твоя дочь! И твоя сестра! — взмолилась, надеясь отыскать хотя бы крупицу совести в этих двоих.

— Милая, ты всего лишь долгосрочный проект, — ответил Дмитрий, затачивая нож как заправский маньяк.

Сердце стучало в висках, а время замерло. Я даже не могла скорбеть по Марго, чьё тело утащили и спрятали в подвале под гаражом, сосредоточившись на собственной участи. Вероятно, скоро мы встретимся.

Я снова попыталась перевоплотиться. Не знаю, что бы я делала дальше, сумей освободиться из верёвок. Действовала бы наобум, наверное, не желая смиряться. Это не в моём характере: просто сложить лапки и ждать конца, даже если он неизбежен и нет никакого шанса на спасение.

Очередная попытка увенчалась лишь разрядом электрошокера и едким комментарием Дмитрия:

— Вся в меня. Я когда-то был таким же дерзким, отказывался мириться с неизбежным.

— Ты просто хотел денег! Тоже мне неизбежность…

Как этот ублюдок вообще смеет сравнивать свою жажду власти и мою борьбу за жизнь? Я как-никогда благодарна, что ношу в качестве отчества имя моего дедушки. Если уж моим инициалам суждено очутиться на надгробной плите столь рано, то пусть там хотя бы не будет имени моего убийцы.

— Всё готово, — объявил мужчина.

У меня потемнело в глазах от его слов. Вот и всё…

— Что дальше? — спросил дядю Богдан. — Надо прочесть какое-нибудь заклинание или…

— Это тебе не сказки! — прорычал Дмитрий, протягивая парню нож. — Это наука! Теперь давай, сделай это.

Сумасшедший безумец и псих — вот он кто! Я более чем уверена, что его чокнутый план не сработает, но мне будет уже всё равно. Если я и могу до кого-нибудь достучаться, то это Богдан.

— Прошу, не надо! — взмолилась, глядя парню в глаза. — Пожалуйста, не делай этого!

Из моих глаз полились слёзы. Я больше не пыталась казаться сильной. Мне было чертовски страшно. Настолько, что тело отказывалось бороться, впадая в оцепенение. Я захлёбывалась страхом, издавая странные звуки, похожие на хрюканье.

— Умоляю, Богдан…

Я смотрела ему прямо в глаза, пока парень заносил надо мной нож. Всё происходило как в замедленной съёмке. Он плотно сжал губы, а желваки на его скулах заходили ходуном.

— Остановись! — я перешла на крик без надежды, что кто-нибудь в этой глуши меня услышит. — Пожалуйста! Я не хочу умирать!

Рука парня дрожала. Он несколько раз провернул нож в потной ладони, хватаясь поудобнее. Занёс остриё повыше и уже собирался нанести удар. Мне следовало зажмуриться, но вместо этого тело, включая веки, парализовало. Казалось, даже сердце перестало качать кровь, а лёгкие гонять воздух. Я лишь слабо пискнула, когда остриё с размаха полетело вниз, остановившись в сантиметре от груди.

— Не могу, — объявил Богдан, отшатываясь от меня в сторону. — Думал смогу, но…

— Слабак! — оттолкнул его Дмитрий, перехватывая инициативу и заточенный нож в свои руки. — Опять всё делать самому!

— Помоги мне! — обратилась я к парню, в котором ещё осталась совесть. Но он лишь отошёл в сторону и отвернулся. — Пожалуйста, брат!

Последний огонёк надежды погас вместе с его бездействием. До Дмитрия мне ни за что не достучаться. Этот псих точно доведёт дело до конца…

Слёзы лились градом. Тело то замирало, то билось в попытках освободиться. Я умирала от страха и одновременно не верила в происходящее, даже когда нерадивый папаша попрощался и занёс нож повыше, я продолжала верить в чудо, которое один раз уже случилось. Я смотрела не на Дмитрия, а на Богдана у двери, ожидая, что парень вот-вот сорвётся и поможет мне. Но он не двигался и даже не смотрел в мою сторону.

Человек не способен до конца осознать свою конечность в столь юном возрасте. Ты кажешься себе бессмертным, пока над твоей грудью не заносят заточенный нож, и лишь тогда ты понимаешь, как легко может оборваться жизнь. Никакое чудо или молитва не помогут, только люди, предпочитающие отвернуться и не смотреть.

— Богдан, пожалуйста… — умоляюще протянула сквозь слёзы, готовая простить ему всё на свете, только бы он помог.

Парень молча повернул голову, наблюдая, как надо мной нависло остриё. Его губы разомкнулись, с них наверняка должны были слететь какие-то слова, когда дверь позади с грохотом слетела с петель, сшибая Богдана с ног.

Я не успела ничего понять, когда прогремел выстрел, и Дмитрий вместе с ножом полетел на пол. Как помещение наполнилось людьми в чёрном обмундировании с оружием наперевес. Как кто-то подбежал к столу и принялся гладить меня по волосам.

— Я здесь, с тобой, — заговорил родной голос. — Теперь всё будет хорошо.

Я смотрела в другую сторону. Наблюдала, как Богдану заломили руки и как оттаскивали тело Дмитрия.

— Не смотри туда, смотри на меня! — Влад отвернул моё лицо, вынуждая смотреть ему в глаза. Парень был напуган и одновременно счастлив. А я… мне было странно, словно всё это происходит во сне.

— Алекс, ты меня слышишь? Любимая, ответь!

— Ты победил? — зачем-то спросила я. Моя голова сейчас странно работала.

— Что?..

— Бой, который я пропустила.

— А…

— Ты должен был выступать первым против Стаса.

— Его отменили, — удивлённо ответил парень. — Вернее, я сорвал. Почувствовал, что с тобой случилось что-то очень нехорошее и начал разыскивать, но нигде не нашёл. Вскоре преподаватели заметили, что недостаёт ещё двоих учеников. Попытались вас отследить, но твой телефон остался в комнате, а их смартфоны нашлись на шоссе. Тогда стало окончательно понятно, что что-то стряслось.

Я молчала, а Влад принялся перерезать верёвки, освобождая мои руки и ноги, превратившиеся в бесформенное желе после столько часов напряжения. Только сейчас я почувствовала, как ноют мышцы в теле и как давно я не спала.

— Какая-то девушка позвонила, продиктовала адрес этой глуши и бросила трубку. Я сразу же понял, что это связано с тобой.

Марго справилась, поняла я. Спасибо тебе, бывшая соседка.

— Я так боялся опоздать… — парень подхватил меня на руки и прижал к себе.

Кто-то из вооружённых мужчин предложил помочь, но Влад отказался, не желая меня отпускать.

— Кто все эти люди? — спросила я, уткнувшись носом в горячую мужскую шею. Попыталась обхватить её руки, но конечности не слушались.

— Личная охрана моего отца. Звонить в полицию не было времени.

Влад вынес меня на улицу. Утренний свет резал глаза, напоминая о сильном недосыпе. А где-то вдали слышался шум, становившийся всё громче. Подняв глаза, я увидела в поле вертолёт, к которому мы и направлялись.

— Вот почему ты смог оказаться здесь так быстро, — поняла я, впервые порадовавшись, что мой парень родился с золотой ложкой во рту. Закрыла глаза и снова уткнулась ему в шею, наслаждаясь родным запахом мужского тела. Теперь точно всё будет хорошо.

Я проспала всю дорогу, проснувшись лишь когда вертолёт приземлился на территории особняка Волковых. Влад снова попытался подхватить меня на руки, но к конечностям успела вернуться чувствительность, так что я смогла идти сама, хоть парень и не отходил от меня ни на шаг, придерживая за талию.

— Я вызвал семейного врача, он уже должен быть здесь.

— Я в порядке, — отмахнулась. Во всяком случае физически, добавила мысленно.

— То, что с тобой произошло — не шутка.

— Знаю, но сейчас мне нужен душ, а не доктор.

Парень не стал спорить. Мы вместе прошли в холл его помпезного дома. Казалось, всё самое страшное уже позади, как нам навстречу вылетел отец Влада. Разъярённый и красный, мужчина буквально задыхался от злости.

— Мне доложили, что ты взял охрану и вертолёт. Где ты был⁈ — кричал он, приближаясь. — Всё из-за этой девки⁈ Сколько глупостей ты ещё совершишь прежде, чем образумишься⁈ Она сбежала с дружками из пансиона, а ты как олух помчался следом!

— Ты понятия не имеешь, что произошло! — Влад встал передо мной, заслоняя своим телом от разъярённого отца. Однако после того, что со мной приключилось, криков я не боялась.

— Просвети же, сын! — прорычал мужчина с нажимом на последнем слове.

И тут вперёд вышла я.

— Дмитрий собирался сместить вас при помощи древнего ритуала, — заявила охрипшим голосом. Из собственных уст это звучало ещё большим бредом.

— Какого ещё ритуала? — Владимир Леонидович сделал шаг вперёд. Влад снова попытался меня заслонить, но я не позволила. После своего, его отца я не боялась.

— Собирался вырезать и съесть моё сердце. Он считал, что это сделает его альфой. Бред, конечно…

— Не бред, — намного спокойнее заговорил мужчина. — Таков древний закон оборотней. Но откуда он знал…

— И о том, что вы почитаете правила и традиции он тоже знал.

— Теперь это неважно, — вклинился Влад. — Дмитрий мёртв, а его племянник скоро окажется за решёткой.

Владимир Леонидович перевёл взгляд с меня на сына.

— Всё это важно! И именно поэтому я не расторгну твою помолвку с Алисой. Мой сын не нарушит закон оборотней! Как и не откажется от наследства ради… неё, — он ткнул в меня пальцем. — Не позволю! Эта девчонка опасна для нашей семьи. Сегодня же я отошлю её куда подальше, а ты остепенишься и сделаешь то, что должно!

— Вы не смеете! — запротестовала я. — Не имеете правда решать за меня!

В такт со мной воскликнул Влад:

— Она моя истинная!

Чёрные глаза отца и сына встретились в молчаливой дуэли. Мой же взгляд заметался между ними в непонимании.

— Что?.. — только и смог вымолвить старший.

— То, что слышал.

— Невозможно. Она даже не волчица!

— Но это так.

Владимир Леонидович сорвался с места и принялся нарезать круги по мраморному холлу. Влад следил за отцовскими раздумьями, пока тот не остановился у лестницы, опёршись на перила.

— Этого не может быть! Я в это не верю!

Парень молчал, давая отцу время остыть и осознать действительность.

— Ты мне врёшь, лишь бы оставить девчонку при себе!

Влад продолжал молчать, хоть его руки и сжались в кулаки от такого пренебрежительного упоминания в мою сторону.

— Ты… — Владимир Леонидович указал на меня пальцем. — Ты его подговорила!

— Она не знала, — наконец вмешался Влад. — Это правда, пап.

— Такого не было уже много поколений!

— Но это случилось, и даже ты не сможешь ничего изменить, — Влад сделал шаг к нему.

— В таком случае… — мужчина запнулся, прочистил горло и продолжил, повернувшись к нам лицом: — В там случае всё, что я говорил раньше, не имеет никакого значения. Ты вернёшь себе статус моего наследника и обручишься со своей кошкой. Я не бросаю слов на ветер и не нарушаю законы оборотней. Если мы забудем о своих корнях, то чем мы отличаемся от обычных людей? Правила и традиции существуют не просто так и уже много поколений сохраняют единство и берегут тайну нашего сообщества от посторонних, — мужчина резко замолчал, тяжело вздохнул и продолжил спокойнее: — Истинная волчья пара — наиглавнейший закон. Явление, стоящее выше всех правил и договорённостей. Даже я не в праве вставать между волком и его истинной.

Он зашагал Владу навстречу. Их одинаковые чёрные глаза снова встретились.

— Может… может теперь и меня кто-нибудь просветит? — встряла в момент примирения отца и сына. — Что ещё за «истинная пара»?

— Это значит, что как бы мне не нравились ваши отношения, вставать у вас на пути я не стану. И более того, назову тебя дочкой, когда вы поженитесь.

— Что за… — обомлела я, решив, что ослышалась.

Влад тотчас оказался рядом, взял меня за руку и потащил наверх.

— Не бери в голову, — попутно бросил он. — На тебя и так много всего свалилось в последнее время. С этим можно разобраться и позже.

— Ну уж нет! — запротестовала, когда мы очутились на втором этаже. — Я требую объяснений сейчас!

— Как знаешь, котёнок, — вздохнул парень, приглашая меня в свою комнату. — Не хотел тебя тревожить. В мире оборотней есть такое явление — истинная пара. Я никогда в него не верил, но, похоже, оно действительно существует. Хоть давно и не случалось. Проводить в душ?

Я нахмурилась, буравя его взглядом в ожидании подробностей, полностью проигнорировав предложение. Нервно взъерошив волосы, парень продолжил:

— Ты вроде как моя вторая половинка и всё такое.

— Я в курсе, у нас как бы отношения.

— Это означает, что наша связь намного глубже, чем у других пар. Мы предназначены друг для друга, — Влад попытался обнять меня, но я не позволила. Сначала пусть объяснится.

— Хочешь сказать наши чувства возникли только из-за этой связи?

— Нет, — заявил он строго и абсолютно серьёзно. — Нас тянет друг к другу не потому, что мы истинная пара. Мы истинная пара потому, что нас тянет друг к другу несмотря ни на что.

Я притихла, вдумываясь в его слова. До сего момента я даже не знала о таком явлении и влюбилась во Влада исключительно по собственному желанию. Возможно, эта «истинная пара» не обязательное клеймо без права голоса, а лишь предзнаменование того, что случится. У нас много общего и тянет друг к другу на всех уровнях, начиная с физического влечения и заканчивая общими ценностями. Не говоря уже о том, сколько раз Влад спасал мне жизнь. Тут любая влюбится.

— Та твоя чуйка… — заговорила, связывая все ниточки воедино. — Она появилась из-за нашей связи?

— Думаю, да. В какой-то момент я просто начал чувствовать твоё настроение, особенно когда ты была расстроена, напугана или собиралась сделать что-то очень глупое.

— Ты поэтому каждый раз мешал мне сбежать? А я ещё думала: как этот гад всё время оказываешься рядом? Бесило неимоверно!

— Представь, каково было мне, — усмехнулся парень. — Поначалу я вообще не понимал, что происходит. Меня это тоже страшно бесило, но затем я понял, что влюбляюсь. По-настоящему, а не из-за какого-то там наития.

— Почему я не ощущаю подобной связи, если мы… истинная пара? — даже произносить это было странно.

— Возможно, потому что ты кошка, — пожал он плечами. — Главное, что в итоге ты тоже влюбилась, и без всякой чуйки.

— Вот прямо сейчас уже не уверена! — воскликнула одновременно шутливо и раздражённо.

— И что ты теперь думаешь о нас? На тебя столько всего свалилось, а ты даже толком не сердишься, — внешне Влад оставался спокойным, но подрагивающий кадык выдавал внутреннее волнение.

Поразмыслив над вопросом буквально несколько секунд, мой взгляд смягчился, а с губ слетели слова:

— Думаю, что хочу в душ.

На мгновение парень закрыл глаза и выдохнул. Его плечи расслабились, а на лице появилось облегчение. Он вновь попытался меня обнять и на этот раз я не сопротивлялась.

— Но больше ничего от меня не утаивай, ладно? — пробубнила ему в грудь, уткнувшись в неё носом.

— Больше никогда.

Странно. Мне полагается злиться и кричать, ведь одна старинная байка уже чуть не погубила меня. Но на деле я рада, что очередная пыльная легенда спасла нас от ряда проблем. И неважно, существует ли эта мистическая связь на самом деле. Истинная или нет, но мы точно классная пара.

— Составишь компанию в душе? — спросила, подняв на своего парня глаза.

— Если позовёшь…

— Позову, но ни на что сегодня не рассчитывай. Мне просто нужно больше рук, чтобы смыть с себя запах того мерзкого дома.

— Всё моё — твоё, включая руки, — Влад наклонился и поцеловал моё плечо, а затем осыпал поцелуями всю руку до локтя. И делал бы это дальше, если бы позволял поворот шеи.

А я просто наслаждалась тем, что снова могу его обнять. Мне полагалось отходить от травмы, но то ли я пробыла под страхом смерти слишком мало времени, то ли меня так легко не возьмёшь. В любом случае, всё самое страшное уже позади.

— И, кстати, ты опять меня спас. Уже в восьмой раз.

— У тебя осталась всего одна жизнь, котёнок. И её ты проведёшь со мной, — слишком серьёзно для таких игривых слов, заявил парень. Я ему поверила.

Эпилог

Вот и настал последний день лета. Меня и мою маму неделями таскали следователи, допрашивали и устраивали опознание. И если на тело Дмитрия мне просто не хотелось смотреть, то для бывшей соседки понадобились усилия, чтобы только поднять глаза. Она не была мне подругой, но в последний момент одумалась и поступила правильно, за что и поплатилась.

Богдана и родителей Марго будут судить. Понятия не имею, сколько светит каждому из них, да и знать хочу. Это больше не моя история, я просто рада, что всё закончилось. А лучшее только начинается.

— Что это?.. — упёрлась руками в бока, глядя на чёрный рычащий мотоцикл под моим парнем. Возможно, с «лучшим» я немного погорячилась.

— Садись, не бойся! — перекрикивая мотор, предложил Влад.

— Да ни в жизни! — на самом деле он очень круто смотрелся на байке, но я ни за что в этом не признаюсь, а то ещё решит оставить эту штуковину. — К слову, ты тоже не будешь на нём ездить! Это опасно!

— А если я, гипотетически, проигнорирую запрет моей девушки?

— То у тебя её больше не будет!

Будто бы не услышав, Влад протянул мне второй шлем.

— Я же сказала — нет!

— Ну давай. Всего разок!

Я видела только его глаза, которые стали практически оленьими. Не хватало только слезу пусть для пущего эффекта.

— Ла-адно! — закатила глаза, но шлем приняла. — И куда поедем?

— Это сюрприз.

Я обхватила парня обеими руками, в очередной раз удивившись твёрдости его торса. Теперь это всё моё, подумала и улыбнулась. Однако стоило нам тронуться с места, как ухмылку стёрло с лица.

Сначала было страшно, а потом даже понравилось. Стоило мне привыкнуть к скорости, как мы остановились напротив какого-то заброшенного здания.

— Приехали, — сообщил Влад, заглушая мотор.

— И это твой сюрприз?.. Хватит с меня заброшенных домов…

— Идём, тебе понравится.

Я доверяла своему парню, а потому приняла его руку и двинулась вместе с ним к ветхим покосившимся дверям одноэтажного строения. Стёкол в окнах не хватало, зато было полно под ногами. Я молчала, ожидая, что Влад сам всё расскажет.

Проведя краткую экскурсию по этой свалке, он наконец заговорил:

— Вот здесь будут отлично смотреться стенды с работами, а там, — он указал в дальний угол, — можно поставить диваны для гостей и что-нибудь декоративное для атмосферы.

— Ты вообще о чём?.. — нахмурилась я. Обычно мы понимаем друг друга с полуслова, но явно не в этот раз.

— О твоей будущей галерее, — улыбнулся парень.

— Ты сейчас серьёзно⁈ — я не поверила своим ушам. — Не шутишь?.. Не смей так со мной шутить!

— Пока будешь учиться в пансионе — запасайся работами. Тут на все места хватит.

— Боже, так это правда! — я запищала от восторга. Помойка резко изменилась в моих глазах, превратившись в самую красивую галерею в городе. — Обалдеть!

Я схватилась за голову, не зная куда деть руки от переполнявших внутри эмоций. В итоге не нашла им лучшего применения, как на шее у моего парня. Напрыгнула на него, обхватив ногами и принялась зацеловывать.

— Когда стану известной, верну тебе всё до копейки!

— Я не возьму денег со своей будущей жены, — Влад подхватил меня под ягодицы, охотно подставляя лицо под поцелуи.

— Вы забегаете вперёд, мистер спонсор.

Ноги медленно сползли вниз на пол, а руки парня переместились мне на талию.

— Теперь я жалею, что выпускаюсь. А когда-то только об этом и мечтал, чтобы оказаться подальше от своей невесты. Когда на её месте была другая, разумеется.

Наши губы одновременно подались вперёд, соединяясь в поцелуе. Не то, чтобы мне хотелось целоваться сразу после упоминая об Алисе. Хотя кому я вру. Мне всегда хочется поцеловать Влада, а ему меня и подавно.

— Значит, однажды ты станешь моей женой?.. — выдохнул он мне в губы.

— Может быть. Посмотрим. Вдруг ты мне разонравишься? — хихикнула я, повиснув на его шее. — Но я точно не хочу думать об этом в восемнадцать лет. Оставим этот разговор на окончание моей учёбы в пансионе.

— Тогда постарайся учиться прилежно, чтобы мне не пришлось слишком долго ждать, — Влад снова накрыл мои губы поцелуем, осторожно двигая нас в сторону выхода.

Согласна, место не самое романтичное. Во всяком случае пока.