Вам когда-нибудь разбивали сердце? Предавали?
Тася искренне считала, что эти слова никогда не коснутся её безоблачной жизни, до одного летнего дня, когда оказалось, что всё её счастье - фальшивка!
Идеальный брак, успешное творчество - всё обернулось ложью!
В одночасье мир Таси рассыпался как карточный домик.
Что ж, решила за девушку судьба, когда жизнь подсовывает тебе большой, кислый лимон, остается одно - ехать в Италию и делать там лимонад...
Ничего не предвещало грядущую катастрофу. Этот день был словно создан для свадебного торжества. Чахлый ночной дождик к рассвету закончился, и утро встретило Тасю яркими лучами уже совсем теплого июньского солнышка. Врываясь в распахнутые окна коттеджа, аромат цветущей сирени кружил голову, безотчетно рождая счастливую улыбку.
Спустившись по скрипучей лестнице, Тася задержалась возле высокого зеркала в холле, невольно залюбовавшись на своё отражение. Внимательным взглядом прошлась по стройной фигуре, тщательно уложенным в сложную косу, длинным волосам; осторожно оправила хрупкий шифон платья. В очередной раз похвалила себя за покупку. Светло-лиловое платье сидело безупречно, подчеркивая тонкую талию и волнами охватывая лодыжки.
Не удержавшись, Тася слегка покружилась, с восторгом наблюдая, как взлетает невесомая ткань. Чудесно! Хоть подружке невесты и не полагается затмевать виновницу торжества, но нигде не сказано, что ей не позволено выглядеть красавицей.
Выровняв тонкую нитку жемчуга на шее, Тася прислушалась к нарастающему гомону на улице. Подготовка к свадьбе шла семимильными шагами. До церемонии оставалось чуть больше пары часов, и небольшой коттеджный комплекс, целиком арендованный Моргуновыми, кипел работой. До ушей Таси долетала перекличка рабочих, завершающих украшение подиума для выездной регистрации. За окном слышались детские крики и смех, многие из приглашённых на свадьбу прихватили с собой отпрысков. Их должен был занимать аниматор, но его до сих пор не было, и малышня развлекала себя сама, активно вмешиваясь в работу устроителей мероприятия.
В детском гомоне Тася легко различила голос дочери и, слегка нахмурившись, быстро направилась в кухню, застав там Виолетту Сергеевну. В просторной кухне мать невесты сновала между гор фарфора и фруктов, сверяя наименования со списком в руках. Появление Таси оторвало её от дела, вызвав добродушную улыбку.
– Тасенька! Чудесно выглядишь!
– Вы тоже, Виолетта Сергеевна! Причёска потрясающая!
– Спасибо, милая! – мать Леры с деланной небрежность коснулась сложной конструкции на голове. – Больше часа с ней провозились. Твой муж тоже похвалил. А ты, детка, хотела что-то? – Заметила она быстрый взгляд Таси, обшаривающий кухню.
– Да вот, ищу что бы украсть, чтобы впихнуть перекусить Нате. На завтрак она почти ничего не съела.
– Возьми банан! – протянула фрукт Виолетта Петровна. – А хочешь, - голос женщины заговорщицки понизился, – взглянуть на свадебный торт? Его недавно привезли.
Само собой, Тася хотела и, заглянув в торжественно распахнутый Виолеттой Петровной холодильник, высказала необходимую дозу восхищения идеальными кремовыми розочками и яркими вкраплениями клубники.
– Смотри, там и шоколадные фигурки для торта есть! – наклонилась ниже мать невесты и тут же ойкнула. Великолепная прическа женщины вдруг пошла волнами и несколько прядей выскользнули вниз, блестящими змейками устроившись на плечах. – О, Господи! Только не это! Я столько с ней возилась! – красивое лицо Виолетты Петровны исказило отчаяние. – Шпильки?! – взгляд женщины заметался по полу в поисках разлетевшихся невидимок.
– Я соберу! – Таня присела, выискивая под громоздкой кухонной мебелью пропавшие шпильки. – Тут только четыре! – озвучила она неутешительный результат поисков, протягивая невидимки женщине.
– В Лерочкиной комнате есть ещё. Стилист утром делала ей прическу…
В этот момент в кухню ввалился крупный мужчина с несколькими огромными сумками.
– Кейтеринг! – пробасил он. – Куда продукты ставить? У меня профитроли с паштетом и ещё всякая буйня, требующая холода.
– Сейчас, сейчас! – засуетилась Виолетта Петровна. – Тасенька, ты не сходишь наверх? Видишь, мне не вырваться… Если не трудно, принеси десяток шпилек. Они в комнате Леры. Скорее всего, на туалетном столике. Если там нет, то посмотри в ванной…
– Я быстро! – пообещала Тася, осторожно огибая пирамиду из коробок и коробочек, которую выстраивал здоровяк.
На то чтобы добраться до спальни невесты Тасе хватило пары минут. Дверь в комнату, одну из четырех, находящихся на втором этаже, была приоткрыта. Тася деликатно постучала и, не дождавшись ответа, осторожно шагнула внутрь.
– Ау, есть кто? Лерчик?
Ответом ей была тишина. Возможно и к лучшему. Тасе совсем не хотелось беспокоить невесту прямо перед церемонией. Бурный темперамент двоюродной сестры давал о себе знать по самым неожиданным поводам. Ещё с детства Лерочка была самым избалованным чадом во всей их большой семье, помыкая собственной матерью и любым, кто попадал под очарование больших синих глаз девочки. Вот и Степа, пока ещё будущий муж Лерочки, был очарован невинностью этих распахнутых глаз, пышностью белокурых кудрей и изысканной хрупкостью будущей невесты, настолько, что готов был терпеть любые выходки и капризы невесты.
Убедившись, что она здесь одна, Тася быстро огляделась в поисках тех самых шпилек. Сборы невесты прокатились по спальне с разрушительностью торнадо: смятая постель, разбросанная косметика, шёлковый халатик на полу, фата невесты на дверце шкафа... Тася неуверенно раскопала груду теней и румян, сваленных на туалетном столике, но не обнаружила под ней ничего похожего на шпильки.
– Значит в ванную! – скомандовала она себе. Благо, вход в ванную комнату находился прямо здесь, в спальне. За дверью, на белом кафеле, обнаружилось брошенное впопыхах полотенце. Быстро вернув полотенце на крючок, Тася увидела объект своих поисков – горсть шпилек, разнообразных по цвету и размеру, красовалась на широкой мраморной раковине. Девушка быстро зажала их кулак, шагнула к выходу и внезапно замешкалась…
Именно в этот критический момент она приняла решение, изменившее всю её дальнейшую жизнь – Тася решила попИсать.
Желание возникло внезапно и подкрепленное соображением о предстоящих бесконечных свадебных церемониях, мгновенно переросло в решение. Всего-то пара лишних минут. Откинув белоснежную крышку унитаза, Тася быстро стянула трусики... Она успела облегчённо вздохнуть и нажать на рычаг спуска воды, когда услышала голоса.
Кто-то вошел в спальню, раздался щелчок поворачиваемой защелки. Женский смех, просочившийся в чуть приоткрытую дверь ванной, Тася узнала сразу.
– Прекрати! – хихикнула Лера. – Ты испортишь мне причёску, негодник! Нууу не надо…
Хихиканье переросло в страстный стон. Тася вжалась в унитаз, боясь пошевелиться. Боже, как неловко! Стать третьей лишней в спальне молодоженов! Ужасно! Стараясь приглушить страстные звуки, доносящиеся из спальни, Тася прижала ладони к ушам и осторожно сползла с унитаза. Боже, Боже, пусть они не дойдут до того самого! Пусть их позовут вниз!
Её молитвы определённо были услышаны. В дверь спальни энергично постучали,
– Лерочка, ты здесь? – голос принадлежал Виолетте Петровне. Она подергала ручку и, убедившись, что дочь внутри, снова заговорила. – Детка, организатор хочет начать церемонию регистрации через пятнадцать минут. Ты готова? Стёпа уже истомился внизу!
– Маам, не пускай его наверх! Ты же знаешь, это плохая примета! Я закреплю фату и спущусь!
– Поторопись, дорогая! – шаги стихли за дверью.
Присев на корточки возле унитаза, Тася недоуменно нахмурилась. Если жених Леры ждет внизу, то с кем же она сейчас…? Ответ на вопрос оказался слишком быстрым и разрушительным.
Негромкий мужской смех, раздавшийся в тишине спальни, Тася узнала бы из сотни миллионов.
– Слышишь, киска, жених ждет! Нам надо ускориться!
– Максик, ну пожалуйста… Ещё чуточку.
– Гляди-ка, мы помяли тебе платье, – мягкий голос мужа Таси сочился удовлетворением. – Чёрт, ты такая мокрая, что мне хочется кончить, сразу как вставляю!
До этой секунды Тася думала, что разбитое сердце это всего лишь фигура речи. Но в этот момент она понял – всё взаправду! Горячая волна окатила тело, принося с собой не жар, а странное оцепенение. Невидимые тиски сдавили грудь, не позволяя вдохнуть; вспыхнувшая за грудиной боль нарастала, делаясь невыносимой. Мозг вскипел отрицанием происходящего – нет, нет, это бред! Невозможно! Тася стиснула зубы, сдерживая стон и, забилась глубже в угол. Казалось, если она увидит сейчас любого из этих двоих, их разгорячённые сексом лица, смеющиеся глаза… она просто свихнётся! Сорвется в бесконечный звериный вопль, который не сможет остановить…
– Зая, я теку от одного прикосновения твоих пальцев. Ах…! – Лера тихонько вскрикнула и тут же оборвала себя. – Нет, хватит! Всё! Убери руки! Всю красоту испортишь, а меня три часа делали красивой! Выметайся! Меня ждут внизу, и твоя жёнушка может заявиться в любой момент. Какого чёрта она вырядилась в это нелепое пенсионерское платье? Ещё и эта её коса…
– Не хмурься, а то появятся морщины,– проворковал Макс. – Платье, как платье, тебе то что? Дизайнерское какое-то вроде даже... Тася очень гордится, тем, что купила его на свои деньги.
– Твои деньги, ты хотел сказать? Таська до сих пор не в курсе, что у тебя договор с салоном и все эти её поделки скупаешь ты?
– Тсс, это большой секрет! – хохотнул Макс – Ты же знаешь – я самый заботливый муж на свете!
– Знаю, – промурлыкала Лера. – Самый заботливый муж, с самых офигенным членом. Мне будет так не хватать тебя…
Тася больше не чувствовала своего тела, не замечала нервную мелкую дрожь, которая сотрясала её. Казалось, даже мозг окоченел и впал в кому, больше не в состоянии воспринимать реальность. Взгляд медленно скользил по безупречной белизне кафеля, никак не отмечая увиденного. Окончательно добивая Тасю, мозг бесстрастно заносил каждое услышанное слово в некую папку – свидетельство её взорванной жизни.
– Детка, я тоже буду скучать, но медовый месяц – это святое! – послышался звук быстрого поцелуя.
– Всё, уходи! Иначе я опоздаю на собственную свадьбу!
Скрип открывшейся двери прозвучал как спасение от Тасиных мук. Пусть, пусть они оба уйдут – молила она, беззвучно шевеля губами. Пусть исчезнут, испарятся навсегда… Тася слышала, как невеста быстро засновала по комнате и негромко выругалась: «Ни фига не выходит! Дурацкая фата! Мааам… помоги мне…». Дверь снова хлопнула, и в комнате стало тихо. Тася вскинула голову, прислушиваясь. Ничего!
Тася попыталась подняться, но внезапно подогнувшись, ноги отказались держать её подрагивающее, точно в ознобе, тело. Тогда она поползла на четвереньках. Как угодно, лишь бы прочь, прочь из этого места, которое стало для неё личной пыточной. Длинное шифоновое платье мешало двигаться быстро, всё время путаясь и проскальзывая под коленями. Тася нервно дергала тонкую ткань, совсем позабыв о недавнем восхищении ей. Какая теперь разница? Дурацкое платье, бессмысленная теперь красота, никому не нужная жизнь…
Вывалившись из ванной, Тася схватилась за туалетный столик и усилием воли, подтянула вверх сопротивляющееся тело. Рывком преодолела комнату и, выбравшись за дверь, шагнула к лестнице – два пролёта вверх и она сможет закрыться в своей комнате! В той комнате, что Моргуновы любезно выделили для дружной семьи Лариных: Максима, Таисии и семилетней Натуси. Семьи, которую до этого момента Тася считала самой счастливой.
Девушка сделала несколько шагов по лестнице и замерла, напряженно ловя взглядом каждое движение спускавшегося сверху Макса. Его по-мужски красивое, уверенное лицо, освещала улыбка победителя. Макс заметил жену, и улыбка стала шире.
– Тась, а ты чего здесь? Забыла что-то?
Тася вздрогнула и быстро помотала головой.
- Нет? Меня искала? – сообразил мужчина. – А я по-быстрому душ принял. Жарень на улице – жуть! Настоящее лето!– преодолев последние ступеньки до жены, Макс нежно подхватил её под локоть. – Ты чего такая холодная? Под кондеем стояла?
Тася неуверенно кивнула.
– Вот дурочка! Простудишься! Идем, снизу кричали, что церемония вот-вот начнется.
…
Саксофон старательно выводил что-то лиричное, пока прекрасная невеста, под руку с отцом, шла по проходу к нарядной цветочной арке, где уже ждал её раскрасневшийся от волнения жених. Солнце играло яркими искрами на украшениях в волосах невесты и на блестках роскошного платья. Стоя четвертой с краю, среди остальных подружек невесты, Тася не в силах была отвести взгляд от лица Леры.
Это лицо было прекрасно той, модной нынче красотой, что сразу бросается в глаза. Тяжелый мейкап и наращенные ресницы лишь усиливали впечатление ненатуральности. В этом своем помпезном платье с корсажем усыпанным блёстками и разрезом на юбке, оголяющем ногу до бедра при каждом шаге, Лера была похожа на огромную куклу – мечту любой семилетней крохи. Фальшивую куклу. Не спуская глаз со счастливого лица невесты, Тася не могла осознать, как она может – так?! Как может смотреть в глаза Степе? Соблазнительно улыбаться ему, произносить фразы о любви и верности? Как может поступать так со всеми?! Что нашел в этой испорченной кукле Максим? Тася снова и снова задавалась этим вопросом и не могла найти ответ. Он действительно влюблен?! Как давно они…?! Как давно из Таси делают дуру?!
Вопросы мелькали в голове Таси с хаотичностью рыбок в аквариуме, сбиваясь и мешая друг другу. Агония, которая не кончалась. Церемония обмена клятвами шла своим ходом, ничего не задевая в Тасе, и нисколько не мешая буре, бушующей в ней. Соскользнув с улыбающихся лиц молодоженов, взгляд девушки медленно двинулся по рядам гостей и задержался на лице Максима. Муж расслабленно наблюдал за церемонией, в нужных моментах улыбаясь и аплодируя вместе с остальными. Нахлынув на Тасю с новой силой, воспоминая о случившемся в спальне, откликнулись очередным спазмом в горле и внезапно подкатившей дурнотой.
Она тяжело сглотнула и быстро перевела взгляд на дочь, сидевшую в первом ряду, рядом с бабушкой. Умильная мордашка Натуси немного растопила лед, тяжелой глыбой сдавивший грудь. Быстро сглотнув, Тася выдавила подобие улыбки и пообещала себе, что продержится до конца. До конца церемонии, до конца этого вечера. Продержится ради родителей Леры, многочисленных гостей, ради Натуси… и ради своей матери, что, тепло улыбаясь, тихонько вытирала слезу умиления, слушая проникновенную речь ведущего свадьбы. Никто, никто не должен пострадать из-за свалившейся на Тасю катастрофы!
А ведь до этого дня она считала себя счастливицей: любящие родители, дружная семья, и даже с младшей сестрой они почти не ссорились, деля в детстве одну комнату. Сдав рисунок и композицию на максимальный балл и, поступив в институт на бюджет с первого раза, Тася решила, что родилась под счастливой звездой. И полностью укрепилась в этом мнении когда, на дне рождения подружки, самый классный парень в компании подсел к ней… Роман с Максимом оказался стремительным. Всё, за что брался Макс, он делал со страстью и с полной отдачей. Так же горячо он взялся за покорение Таси и легко завоевал, и так уже отданное ему, сердце девушки. Восемь лет взаимной любви и счастливого брака… Когда счастье стало фальшивкой? Когда любовь обернулась ложью?
Тася едва дернулась от легкого прикосновения к плечу и с недоумением уставилась на Алёну, самую невысокую из подружек невесты.
– Поздравляем молодых! – громко прошептала Алёнка в ухо Тасе, подтолкнув в спину. Тася осознала, что замешкалась и быстро протянула небольшой букетик роз Лере.
– Поздравляю! – сдержанно выдохнула Таисия в лицо Степану и сделала несколько торопливых шагов назад, сливаясь с толпой поздравляющих.
– Мааам, Мааам, я есть хочу! – подол Тасиного платья подвергся атаке маленьких девчачьих рук.– А бабушка говорит, что надо ждать какого-то банкета!
– Что?!
Рассеянно слушая дочь, Тася никак не могла собраться с мыслями. Взгляд метался по площадке торжественной регистрации, где по-прежнему царило оживление. Заметив Максима, подошедшего к новобрачным, Тася напряглась, тут же забыв про дочь. Пульс сделал резкий скачок и зачастил, когда Макс небрежно пожал руку Степану и коснулся губами щеки Леры…
– Мааам, ну мааам!
– Отстань! – Сорвалась Тася, резко выдернув подол платья у дочери. Глаза Наты удивленно распахнулись, но Тася не заметила, снедаемая собственными демонами.
– Детка, иди ко мне! – Татьяна Александровна – мать Таси, бросив недоуменный взгляд на дочь, нежно прошлась рукой по темноволосой головке внучки. – Давай сходим, проверим, может что-то осталось от фуршета?
– Мам, я отведу её на кухню, – словно очнувшись от сна, Тася потерла кончиками пальцев налитый тяжестью лоб. – Там было полно еды…
– Давай я сама, – с тревогой взглянув на дочь, Татьяна Александровна покачала головой. – Ты лучше присядь. На тебе лица нет. Болит что-то?
– Голова раскалывается, – почти не покривила душой Тася.
– Наверно от шампанского. Нельзя пить на пустой желудок!
Не в силах вдаваться в подробности, Тася безразлично кивнула и опустилась на ближайший стул…
…Следующие пару несколько часов прошли как в тумане. Не в том тумане, что приносит облегчение прохладной влагой. То было мутное марево горячки, в котором бьётся погруженное в агонию болезни тело.
Сидя за круглым, щедро накрытым столом, Тася едва ли замечала сверкающие гирлянды и свечи, что украшали просторный зал. Бездумно поднимая бокал одновременно с остальными гостями, она с методичностью автомата делала положенный глоток и снова опускала взгляд в тарелку. Усилиями вымуштрованных официантов тарелка не оставалась пустой, однако вкуса еды Тася не чувствовала, едва притронувшись к разносолам. Музыка не смолкала, тосты лились рекой, избавляя девушку от необходимости включаться в общее веселье.
Подавленное настроение Таси не осталось незамеченным мужем. Впрочем, для того чтобы унять его беспокойства хватило банального: « Болит голова».
– Хочешь, схожу в номер за таблеткой? – проявил заботу супруг, но Тася только покачала головой, соврав.
– Я уже выпила.
– Умница! Значит скоро пройдет! – беспечно улыбнулся Максим, быстро чмокнул жену в щёку и, потянув у официанта новую порцию горячительного, вернулся к увлекательному разговору с соседом по столу. Тот был биржевым маклером или кем-то вроде того. В разговор мужчин Тася не вслушивалась, бесцельно бродя в коридорах собственного отчаяния.
Когда веселье на танцполе переросло в вакханалию, Тася решила, что с неё достаточно. Мать ушла спать в свою комнату ещё с час назад, прихватив с собой Натусю.
– Уложу у себя, – сообщила она дочери. – Тебе лучше выспаться. Не засиживайся. И не пей больше!
Мать выдернула бокал из рук Таси и резко поставила на стол. Тася проводила его безразличным взглядом и снова наполнила, стоило Татьяне Александровне исчезнуть из вида. Таисия не любила алкоголь, от него начинала болеть голова, и быстро делалось дурно, но сегодня на такие мелочи было наплевать. Сегодня Тася просто пыталась пережить этот вечер не сдохнув от разрывающей её боли, и если алкоголь хоть сколько-то мог помочь в этом непростом деле – велком, то бишь – добро пожаловать!
Распрощавшись с бокалом, который был заключительным на сегодня, Тася осторожно приподнялась, проверяя ноги на устойчивость. Ноги держали… почти… если опираться ладонями на стол. Неуверенно переступив, Тася вдруг оказалась в кольце решительных мужских рук.
– Рыбка, ты наконец-то созрела для танцев?! – Макс крепко прижал жену к подтянутому торсу, вдавив правую ладонь в талию. Правая рука по-хозяйски прошлась по обтянутому шифоном заду. – Потанцуй со мной, крошка!
Светлые глаза Макса превратились в два черных омута, заполненных пьяным азартом. Рывком притянув Тасю вплотную, муж яростно впился в её губы. Вместо привычного трепета, на Тасю обрушилось отвращение. Было мокро и мерзко. Распухшие, влажные мужские губы пропитал привкус виски и предательства, заставив Тасю скривиться. Решительно отстранившись от мужа, Тася грубо толкнула его в грудь.
– Отстань от меня! Я же сказала – не хочу!
– Эй, ты чего?! – опешил Макс, едва нахмурившись. – Что случилось? Это всего лишь танец! – Его ладони быстро поймали в плен её запястья, удерживая рядом с собой. – Ну же, солнышко, не злись!
– Отпусти меня! – Тася дернулась назад, извиваясь в его захвате. – Я не хочу! Отвяжись!
Голос взлетел на несколько тонов вверх, на мгновение перекрыв грохот музыки. Головы большинства гостей обернулись в их сторону.
– Детка, успокойся! Ну же!
Макс попытался обнять жену, но сделал только хуже. В ужасе отшатнувшись от его тела, Тася изо всех сил рванула плененные руки на себя и, не удержав равновесие, рухнула назад. На миг спина ощутила неровную жесткость дощатого пола, в голове вспыхнув роскошный, многоцветный фонтан искр, а потом всё померкло…
В гостиной часы, подарок свекрови, мерно пробили двенадцать раз. Уже полдень? Бесцельно бродя по пустой квартире, Тася не могла вспомнить, как провела утро… Память безжалостной стервой, подсовывала Тасе картинки случившегося на свадьбе. Дальнейшие события всплывали тусклыми обрывками.
Воскресенье… Утро… Вот, проснувшись с оглушительной головной болью в душной комнатушке коттеджа, Тася не может понять, как туда попала… Вот, она забирается на заднее сидение небольшого родительского внедорожника, устраиваясь рядом с дочерью. Мать недовольно хмурится от пронзительного утреннего солнца, опустив переднее стекло возле водительского сидения: «Нет, Максим, мы не останемся до вечера. Я отвезу девочек домой. Тася совсем расклеилась и Наташе не дело смотреть на эти помятые лица. Ты, конечно, оставайся! Тася? С ней всё будет в порядке. Не волнуйся!».
Тася смотрит на такое привычное лицо мужа и не находит на нём признаков волнения. Макс как обычно собран, подтянут, полон бьющей через край энергии. Говорят, мужчины – овны все такие… Глупость, конечно. Тася вязнет в киселе хаотичных пустых мыслей, бездумно глядя в окно машины, за которым расцветает сочными красками жаркий летний денёк. Безразлично пожимает плечами на вопрос: «Понравилась ли ей свадьба?». Кто задал вопрос, Ната или мать, значения не имеет, как и всё остальное в это утро.
Воскресенье. Вечер. Хлопнувшая входная дверь, и Макс в дверях спальни. Муж пропитан радостным возбуждением и крепким ароматом коньяка. Он желает поделиться с Тасей переполняющими его впечатлениями и заняться сексом. В ответ Тася забирается глубже в нору, созданную из одеяла, бормоча оттуда, что Нату бабушка забрала на дачу до конца недели, а сама она, похоже, простыла. «Простыла?! Летом?!» – муж зависает в недоумении, забыв повесить в шкаф снятый пиджак. Однако Тася не готова к объяснениям. Всё, на что она способна, это попросить его переночевать на диване в гостиной. «Ладно. Раз тебе так хочется...» – быстро нагнувшись, муж пытается поймать в поцелуе её губы, но Тася уворачивается и поцелуй приходится в плечо…
Этим утром Макс ушел на работу не разбудив её. На кухонном столе оставил упаковку парацетамола. Тася усмехнулась – забавно! Может действительно пара таблеток поможет от разбитого сердца? Это было бы чудесно.
Таблетки немного притупили головную боль, но не избавили от ноющего спазма за грудиной. Болтаясь по пропитанной тишиной квартире, Тася раз за разом, повторяла себе, что должна что-то решить, но решения не было. От одной мысли, что она прямо в глаза Максиму выскажет всё и разом разрушит весь их старательно выстроенный, уютный мир, Тасе становилось дурно. А что дальше? Развод? Одно это слово ужасало мрачной неопределённостью. Конец их вечерних посиделок на кухне, конец дружного смеха над выходками Натуси, конец нежных поцелуев и воскресных прогулок в парке… Конец всего, что составляло смысл существования Таси. Могла ли она пойти на это?
На очередном кругу Тася вернулась в спальню и, рухнув на кровать, прижала к груди Лялечку. Её первая, самая любимая кукла. Кукла, в которую она вложила всю любовь и восторг, что переполняли её после рождения Наты. Это было забавно – дипломированный промышленный дизайнер с энтузиазмом принялась за поделку кукол. Первых кукол Тася делала для себя, увлечённо экспериментируя с полимерной глиной, красками и лоскутками ярких тканей. Забавные, трогательные девочки в разноцветных платьях усаживались на полки в детской комнате.
Знакомые Таси поливали её восхищением, уверяя, что такая прелесть должна хорошо продаваться. И однажды, промозглым зимним вечером, Макс ввалился в квартиру и, чмокнув Тасю, обрушил на неё грандиозную новость: «Я нашел художественный салон, где готовы выставить твоих кукол. Показал им фотографии, они в полном восторге! Говорят, такие игрушки хорошо покупают». Надо ли говорить, что Тася была на седьмом небе от счастья. Вот уже больше года, сумма на её карточке, заработанная честным трудом, неуклонно росла, согревая Тасе сердце мыслью, что ещё одна её маленькая красавица нашла любящих хозяев.
Тася горько усмехнулась и вытерла набежавшую слезу. Эти фантазии тоже оказались ложью! Как там сказала Лера - её «поделки» никто так и не увидел, кроме «заботливого» супруга. Неужели он так мало верил в талант Таси? Хотел уберечь её от разочарования или …? Глаза защипало от разрывавших слёз.
Шумно хлюпнув носом, Тася побрела в ванную и уставилась на бледное, несчастное лицо в зеркале. Черные круги под глазами, безжалостно подсвеченные резким светом софита над зеркалом, придавали ей сходство с зомби. Взлохмаченные длинные волосы окутывали фигуры, превращая её в небольшой соломенный стог.
– Уродина! – сообщила Тася отражению, – Старомодная, глупая уродина! Кому ты нужна!
Брезгливо скривившись, девушка коснулась волос, которые всегда были её гордостью. Сейчас они казались Тасе безобразными и ненужными, как и вся её прежняя жизнь. Тася с ненавистью откинула спутанные пряди за спину и, внезапно приняв решение, быстро направилась в гостиную, в свой «уголок для творчества»…
Оптимистичный звонок в дверь застал Тасю на кухне, где она допивала третью чашку чая. Чай был горький и противный, отлично подходя под настроение.
– Проснись и пой! День чудесный! – ворвалась в прихожую Маруся, вместе с ароматом цветущего летнего полдня. – Мама сказала, что ты приболела и вот она я – твоя заботливая сестра! – разглядев Тасю в полумраке прихожей, Маруся ойкнула и уронила на пол пакеты из супермаркета. – Боже! Что ты с собой сделала?!!
Тася безразлично покачала головой, которую украшали криво обкорнанные пряди, некогда шикарных волос.
– Подстриглась, – равнодушно сообщила она сестре, найдя силы сострить, – Стильно, модно, молодёжно…
– Это ужас какой-то! С ума сошла?! Зачем так то?!
– А какая разница? – пожала плечами Тася. – Всё равно я старая уродина.
– Чего?! – Маруся ошарашено взяла сестру за плечи. – Кто старая уродина?! Совсем рехнулась?! Алё, Тасюнь, тебе всего тридцать и ты красотка! Какая собака тебя покусала?!
Тася безучастно махнула рукой,
– Не важно… Идем, налью тебе чаю.
– Какое чаю?! Тут чаем не обойдёшься!
– Ничего другого нет, – Тася поставила на кухонный стол вторую чашку. – В холодильнике вроде сыр был…
– Я принесла пирожные и виноград, но, похоже, здесь это не поможет, – Маруся с сочувствием смотрела на сестру, безучастно помешивающую сахар. – Расскажешь, что случилось?
Тася опустила глаза и крепко сжала губы. Нет, она не расскажет даже Марусе. Произнести терзавшее её мысли вслух – значит выпустить этот ужас наружу, сделать его реальным…
– Пааанятно! Значит не скажешь?! Это всё из-за Макса, да? Поссорились? Этот кретин обидел тебя?
Тася плотнее стиснула губы и сцепила пальцы рук.
– Значит всё-тики Максик виноват! – резюмировала Маруся. – Вот козел! Никогда мне не нравился!
Маруся стремительно прошлась по кухне, затем достала из небольшой белой коробочки эклер и с энтузиазмом принялась поглощать его, задумчиво разглядывая сестру.
– Выглядишь жутко, – поделилась она своими наблюдениями. – Надо это исправлять! Вот, держи! Жуй пока! – сунула она пирожное Тасе в руки. – А я сейчас! Попробую исправить катастрофу…
Тася слышала, как младшая сестра по телефону с энтузиазмом обещает кому-то оторвать голову и прочие части тела. Звучало угрожающе, но через несколько минут Маруся появилась в дверях кухни, сияя победной улыбкой.
– Я обо всё договорилась! Едем! Сделаем из тебя опять человека!
…
Через пару часов Тася, с некоторым удивлением, разглядывала девушку, отражавшуюся в высоком, нарядно подсвеченном зеркале. Зеркало, как и сам салон красоты, всем видом демонстрировали сдержанный шик, соответствующий весьма не бюджетному ценнику. Тот же самый шик был и в эффектной блондинке, отражавшейся сейчас в зеркале.
– Круто вышло, правда! – с нескрываемой гордостью произнёс Рома, и поправил и так безупречно уложенную прядь. – Я гений! Скажи, Марусь!
– О-бал-деть! – выдохнула Маруся, восхищенно разглядывая сестру. – Тась, ты офигенная! Скажи, Ромчик, она офигенная?!
Тася осторожно коснулась мерцающих золотом прядей и слегка встряхнула головой. Волосы заструились живым водопадом, едва касаясь плеч.
– А я говорил, что плотное мелирование будет смотреться идеально! – Похвастался Ромчик. – Немного румян, темные стрелки, тушь – и можно на красную дорожку Канн!
– Никаких Канн, - Тася с тоской подумала, о том, как не хочет возвращаться домой. В эту пропитанную болью и сожалениями квартиру. Может двинуть к маме, на дачу? Эта мысль показалась соблазнительной, оттягивая необходимость что-то решать.
– Марусь, а может, поедешь со мной на дачу? – Нашла она в зеркале лицо сестры. – У тебя же закончились выпускные экзамены в институте?
Маруся покачала головой,
– Не могу! Я же рассказывала – мы с Надькой намылились в отпуск! Завтра улетаем в Италию. Собираемся оторваться там по полной! Не зря же я целый год батрачила официанткой!
– Италия… Там чудесно, – Тася невесело улыбнулась.
Красивое, но по-прежнему грустное лицо сестры, заставило сердце Маруси болезненно сжаться,
– Нет, ну я так не могу! Ты на себя не похожа. Во всех смыслах этого слова! А хочешь, – взгляд Маруси загорелся внезапно пришедшей в голову идеей. – Поехали с нами! Отвлечёшься, забудешь про проблемы с Максом и … загоришь!
Тася медленно шагала в плотном людском потоке, к выходу из аэропорта Фьюмичино. Торопящиеся поскорее избавиться от чемоданов и дорожной пыли путешественники проворно огибали медлительную блондинку, едва замечая её. Ползя с чемоданом через просторный зал прилёта, Тася проклинала себя, свою слабохарактерность и сестру, уговорившую её на эту авантюру. Почти сутки в пути и три перелёта окончательно вымотали девушку, лишив остатков уверенности в правильности принятого решения. Тася могла бы сразу сообразить, что «проще простого» в устах Маруси, выльется в череду бесконечной мороки.
После неохотно выдохнутого Тасей «ладно», сестра развила бурную деятельность: нужно было отыскать Тасин загранпаспорт, в котором (ура, ура) оказался действующий ещё семь месяцев шенген. Спасибо великодушным грекам, в допандемийные времена расщедрившимся на трехлетнюю визу. Следом Маруся влезла на сайты поиска авиабилетов, громко присвистнула, пролистав предложенные варианты, но на Тасино: «Всё так плохо?», – бодро улыбнулась.
– Всё здорово! Билеты на завтра есть! Правда, придётся лететь с пересадками. И доплатить за багаж…
– У меня есть деньги, – Тася вспомнила про источник доходов на её карточке и нахмурилась. Что ж, если Макс решил спонсировать её творчество, пусть так и будет. – Но не знаю, хватит ли оплатить отель на две недели…
– Насчёт этого не волнуйся! У нас забронирован большой двухкомнатный номер в Риме на пару дней, и аппарты с двумя спальнями в Лукке. На троих места за глаза! Ух, оторвемся!
Рассмеявшись, Маруся исполнила па из танца с саблями прямо в гостиной их родительской квартиры, где и проживала, как она выражалась «на шее несчастных предков». Предки были отнюдь не несчастными, и даже не очень пожилыми, но Маруся была не чужда доли театральности. Наблюдая за её выходкой, Тася невольно улыбнулась. Идея с путешествием внезапно показалась удачным выходом из положения. У неё будет пара недель, чтобы тщательно всё обдумать на трезвую голову, не подпадая под обаяние Максима и не терзаясь сомнениями в стенах собственной квартиры. Развеяться, отвлечься… может, это то, что ей действительно сейчас нужно?
Неловко подтянув чемодан по пологому скату, Тася огляделась, высматривая девчонок, обещавших встретить её по прилёту. Вместо них взгляд зацепился за молодую пару с пухлой малышкой в коляске. Младенец в розовом беззубо улыбнулся Тасе и, улыбнувшись в ответ, девушка поняла, что уже скучает по дочери. Мать Таси горячо поддержала идею о поездке с сестрой в отпуск, убеждая, что они отлично проведут время с Натусей на даче. «Где же ещё проводить ребенку летние каникулы, как не на природе!» - выдала бронебойный аргумент Виолетта Сергеевна, отметая неуверенные возражения дочери. Это решило дело. И вот теперь, спустя всего сутки, Тася уже тосковала по Нате. «И по мужу» - тихонько просочилось из глубины души, но Тася решительно подавила этот голос, ускорив шаги.
Уже подойдя к высоким стеклянным дверям, отсекающих зал от разгорающегося жаром итальянского полдня, Тася наконец-то увидела раскрасневшиеся лица Маруси и Нади. Они быстро обняли её, выхватили чемодан и потащили на улицу, наперебой делясь впечатлениями,
– Мы взяли напрокат машину! Прямо возле отеля! Тачка классная! Только маленькая!
– Зато дешёво! Ой, ты обалдеешь! У нас такой номер! Балкон огрооомный!
– Это не балкон, а терраса! Ага, метров пять наверно! Слушай, ты голодная?! Я прихватила булочек с завтрака!
Маруся энергично подтолкнула Тасю к крохотной зелёной машинке, припаркованной у входа в аэропорт. Тут всё было заставлено большими и маленькими авто, яркие мотоциклы беспардонно впихивались в узкие просветы, нагло сигналя аккуратным белым машинкам такси.
– Фиат, настоящая итальянская машина! – Маруся горделиво постучала по заметно покоцанному капоту. – Запрыгивай! А то нам штраф вкатят! Здесь нельзя стоять больше пятнадцати минут. Путешествие до отеля, находившегося в некотором отдалении от центра города, оказалось жутким аттракционом. Широко раскрытыми глазами Тася следила за хаосом, творящимся на дороге. Словно пчёлы в ульи, машинки сновали, подрезая, бесконечно сигналя и норовя обогнать друг друга в плотном, хаотичном потоке. Как Маруся умудрялась маневрировать и продвигаться вперёд, следуя указаниям навигатора, в этом безумии, оставалось для Таси загадкой.
Лишь когда они, наконец, вкатились на небольшую парковку возле отеля, Тася облегчённо выдохнула. В её прошлую поездку Италию, с момента которой прошло больше десяти лет, страна запомнилась совсем другой. Впрочем, тогда они с родителями путешествовали по северным регионам. Всего неделя, которая навсегда осталась в сердце Таси, заставив её увлечённо приняться за изучение итальянского языка. Который так и не пригодился…
Остаток дня прошел суматошно. В Риме у них оставались всего сутки, за которые надо было успеть посмотреть ВСЁ! Перво-наперво, их ждал Собор Святого Петра и таинственный Ватикан с прославленной Сикстинской Капеллой, затем Замок Святого Ангела, древний Пантеон, Фонтан Треви и само собой Колизей… Список закладок в путеводителе был бесконечным.
Переодевшись и приняв душ, девчонки быстро сварганили яичницу на троих в маленькой кухне. Да, да в номере была даже кухня. Не говоря уже о большой ванной комнате, душ в которой при включении хрипел так, будто собирался извергнуть вам на голову весь Ниагарский водопад.
Намазав носы солнцезащитным кремом, путешественницы водрузили на макушки соломенные шляпы и, вооружившись солнечными очками, отправились покорять раскаленные улицы старинного города.
… Когда, уже поздно вечером, уставшие, но переполненные впечатлениями, они ввалились обратно в номер, Тася обнаружила пять пропущенных вызовов и три сообщения в ватсап. Все они было от Макса. Перед отлетом в Италию Тася так и не поговорила с мужем. Более того, она повела себя как полная трусиха, так и не решившись увидеться с ним. Сумбурное объяснение по телефону про внезапно нарисовавшийся отпуск с Марусей, произошедшее позапрошлым вечером, выглядело неубедительно, с какой стороны не посмотри. Макс был удивлен и обескуражен, пытаясь выяснить причину такой поспешности, которую Тася так и не смогла толком объяснить.
Прошлым утром, заехав домой за вещами и чемоданом, Тася думала оставить мужу записку. Даже написала несколько неровных строчек на листке, выдранном из старой Натиной тетрадки. Однако несколько раз пробежав взглядом написанное, разорвала записку, спустив обрывки в унитаз, и ограничилась сухим сообщением мужу в ватсап «Вылетаю! Не забывай поливать цветы».
Вот и сейчас, прочитав встревоженные мессиджи мужа, Тася ответила коротким «Уже в Риме. У меня всё хорошо» и отложила телефон. «Иду!» – откликнулась она зов сестры с террасы. И удивленно подняла брови, разглядев накрытый под звездным небом столик. Клубника, шоколад и бутылка игристого вина, были подсвечены найденными здесь же, уже оплывшими, свечками.
– Присаживайся! – обогнула Тасю Наденька, звякнув принесёнными бокалами. – Будем отмечать начало новой жизни!
Уже забравшись в постель и, неспешно разминая налившиеся усталостью ноги, Тася перебирала в памяти воспоминания прошедшего дня. Таинственный полумрак и помпезность Собора Святого Петра… Никогда в жизни она не видела такого изобилия мрамора и божественно прекрасных изваяний, вызывающих не меньший трепет, чем осознание значения этого места для католиков всего мира.
Пафос этого места немного сбивал мальчишка лет трех, увлеченно ползающий на четвереньках прямо в центре огромного, величественного зала. Что, впрочем, совершенно не смущало многочисленных туристов, с открытыми ртами бродящих между роскошных, покрытых изящными росписями, церковных нефов. Тася усмехнулась, вспомнив, как пробиралась через толпу китайцев, оживленно галдящих перед Пьетой Микеланджело, а потом потрясённо застыла перед скульптурой, всматриваясь в скорбное и пленительное в своём трагизме лицо Девы Марии…
Площадь перед собором, памятная Тасе по новостям в телеке, оказалась совсем не такой большой и помпезной, как она ожидала. Многочисленные туристы фотографировались здесь на каждом квадратном метре, остужая потные лбы в изящных фонтанах, которых здесь было два. Тася тоже окунула руки в прохладную воду, и тут же получила порцию брызг в лицо.
– Прекрати! – невольно улыбнулась она, уклоняясь от смеющейся сестры.
Та набрала воды в ладони и бросилась догонять убегающую Надю, едва не столкнувшись с нарядной парой молодоженов, фотографирующихся на фоне собора.
– Скузи!– Быстро нашлась Маруся, сделав комплимент невесте в пышном белом кружеве. – Сей белло!
Та радужно улыбнулась и прижалась к груди высокого брюнета в смокинге.
– Ты с ума сошла? – пожурила Тася сестру, когда та вернулась к фонтану. – Мы же в Риме!
– Вот именно, сестрёнка! Мы в Риме! Наслаждайся жизнью и улыбайся! Идем, посмотрим на Собор Святого Ангела. Сфоткаю тебя на фоне Тибра!
Тибр, в отличие от римской архитектуры, не впечатлил Тасю. Закованная в монументальные берега река еле влачила свои темно-зелёные, мутные и довольно мелкие воды. Заключив, что тратить время на селфи на фоне Тибра не стоит, девушки отправились на поиски фонтана Треви…
…Тася закончила с массажем ног и вернула Марусе тюбик с кремом.
– Спасибо. Знаешь, я почти ничего не захватила из дома. Всё забыла. Последние дни, будто по голове пыльным мешком ударили.
– Это из-за проблем с Максом?
– У нас с ним нет проблем, – Тася отвела взгляд, а потом, удивив саму себя, добавила. – Я думаю подать на развод.
– Чёрт возьми! – Маруся резко села на кровати. – Ты серьезно?!
– Видишь ли, – Тася осторожно подбирала слова. – Я не уверена, что всё ещё люблю его. И что он любит меня…
– Конечно, любит! Он что, дурак, чтобы не любить такую красавицу?! Что он натворил?!
– Я думаю, может, мы больше не подходим друг другу? – избежала Тася прямого ответа на вопрос.
Задумчиво покачав головой, Маруся крепко обняла сестру.
– В любом случае, тебе не надо решать это прямо сейчас! Давай спать! Завтра будет сумасшедший день…
Следующий день действительно оказался под завязку насыщен событиями. С утра пораньше отправившись в забег по достопримечательностям, к полудню девчонки совершенно выдохлись. Они выпили пять бутылок минералки, прокатились на римском метро, увидели Колизей, поглазели на толпы на остановках, вызванные очередной забастовкой транспортников и даже купли у араба на улице нарядный соломенный зонтик, который, впрочем, не спас девушек от алых пятен на лицах.
В полдень путешественницы загрузили чемоданы в машину и уже через четыре часа въехали в, пронизанную мягким светом, старинную, Лукку. Желтые и белые домики под красными черепичными крышами создавали ощущение бесконечного солнца на улицах, сразу подняв настроении уставшим путницам.
Апартаменты, в которые они вползли с чемоданами по узкой скрипучей лестнице, располагались на третьем этаже пережившего не одно столетие домишки, на окраине Лукки. Похоже, владелец дома значительно вложился в переустройство здания для туристов: сантехника в ванной комнате блестела модным хромом, а на просторном заднем дворе Тася заметила отличный бассейн.
Если верить путеводителю, то город был под завязку набит историческими достопримечательностями, но наши путешественницы были не готовы покорять их в этот день. Вместо этого они совершили небольшой набег на ближайший супермаркет и провели следующие несколько часов у бассейна, наслаждаясь нежарким вечерним солнышком и фризанте (легкое газированное вино) с персиками.
Когда солнечные лучи сбежали за крыши домов, потерявшись в тенях переулков, Маруся вытащила из чемодана темно-синее шелковое платье и пару крупных сережек «под золото». Крепко сбитая, невысокая Наденька натянула на себя нечто невесомо-кремовое, что, в комплекте с босоножками на тонкой шпильке, превратило девушку в воздушное пирожное.
– Сможешь ходить на таких каблуках по камням? – засомневалась Тася, утягивая волосы в плотный хвостик. Не мудрствуя лукаво, она натянула единственный прихваченный из дома сарафан.
– А ты пойдешь в этом?!
Маруся скептически взглянула на простенький зелёный хлопок в горошек и, переведя взгляд на лаконичные сандалии, украшавшие ноги Таси, громко вздохнула.
– Конечно! – не поняла её недовольства сестра. – Мы же на юге! Чего наряжаться-то?
– Боже мой, но это же Италия! Колыбель моды и красоты! Здесь самые ухоженные женщины и самые стильные мужчины! В старинных городах живет местная аристократия и вечером люди наряжаются, выходя в город развлекаться. Мы будем выглядеть нелепо! – попыталась донести Маруся свет истины до Таси, но та была непробиваема.
– Переодеваться не буду! Либо идем так, либо я остаюсь тут, залезаю в кроватку и отрубаюсь. А вы делайте что хотите!
Сдаваясь, Маруся сердито проворчала,
– Хотя бы волосы распусти! – и потянула на плечо сумочку на тонкой цепочке.
Всё оказалось именно так, как и расписывала Маруся. В сумерках центр города преобразился. Небольшие лавки и магазинчики деликатесов осветили свои витрины, заманивая беспечных прохожих. Незаметные днем рестораны и бары, вечером загорелись множеством блестящих огоньков и сотнями свечей на нарядных террасах. Узкие старинные улочки превратились в таинственные гроты, по которым прогуливалась нарядная публика. Волшебная музыка лилась из открытых окон домов и распахнутых дверей закусочных, перемежаясь громкими взрывами смеха и оживлёнными голосами.
Вдоволь налюбовавшись на роскошные витрины и слопав по настоящему джелато, такому густому и сливочному, что блаженство разливалось на языке от первого прикосновения, девушки обосновались за столиком на террасе небольшого ресторанчика. Они решили довериться официанту, уверяющему, что местная лазанья просто бесподобна. И не прогадали! Слои тончайшего теста утопали в прослойке из томатов, сочного фарша и нежного сыра, тая во рту божественной симфонией.
Уминая угощенье, девчонки дружно хлопали в такт разудалой песне, выступавшего тут же, в ресторанчике, пожилого музыканта в забавной соломенной шляпе. В своём порыве они были не одиноки. Ещё несколько весёлых голосов громко поддерживали певца, подпевая знакомой мелодии и отбивая такт ногами. Тася не заметила, как рассмеялась вместе со всеми, когда песня закончилась.
– Простите, синьориты, вам презент от соседнего столика.
Тася недоуменно взглянула на темную бутылку вина в руках наклонившегося к ним официанта.
– Спасибо, но у нас уже есть вино! – Маруся кивнула на бутылку красного полусладкого, рекомендованного самим официантом, что украшала их стол. И была уже наполовину пуста.
– Простите синьориты, но синьоры с того столика просили передать, что очарованы вашей красотой и желают сделать ваш вечер немного приятнее. Поверьте, это очень хорошее Бруннелло ди Монтальчино урожая две тысячи третьего года!
Всю эту тираду Тася перевела девочкам, пытаясь при этом высмотреть таинственных благодетелей. Сильно напрягаться не пришлось. Молодой, симпатичный парень дружелюбно улыбнулся в ответ на Тасин взгляд. О приятеле парня, укрытом тенью террасы, можно было сказать лишь одно – он был очень крупным.
Маруся с Надей тоже разглядели симпатичных синьоров и после обмена располагающими улыбками, молодые люди подошли к столику девушек. Получив разрешение присесть за стол, молодые люди представились. Худощавого, подвижного парня звали Даниэль. Его живые, весёлые глаза, белозубая улыбка и ямочки на щеках сразу очаровали Марусю. И не составило труда заметить, что эта симпатия взаимна.
Второго парня звали Бернардо, и он казался полной противоположностью своего друга. Очень высокий, широкоплечий, он двигался с мягкой, осторожной грацией, словно боясь нечаянно уронить или сломать окружающие предметы. Длинные каштановые пряди курчавились не только на затылке, небольшая бородка Бернардо тоже завивалась мягкими завитками. Тася взглянула на его массивную, неловкую фигуру в мешковатой одежде, большие темные глаза в окружении слишком пушистых ресниц, и решила, что этот увалень определённо не в её вкусе…
Тася с удовольствием потянулась в кровати и размяла пальчики ног. Несмотря на количество вчерашнего вина и позднее возвращение домой, она отлично выспалась и чувствовала себя восхитительно бодрой. Босиком прогулявшись по тёплым каменным плиткам пола, Тася нашла сестру на кухне, напевающей за приготовлением омлета. Аккомпанементом служило старенькое радио, транслирующее итальянскую музыку. Маруся ненадолго прервала повиливание бёдрами, кивнув на стол.
– Там есть хлеб и сыр. С чаем здесь у них туго, пришлось заварить кофе.
– Надя ещё спит?
– Уже убежала купаться бассейн. Остужается от мыслей о здешних красавчиках.
Тася только скептически подняла брови, намазывая масло на хлеб. Воодушевления Маруси она совершенно не разделяла. Да, вчерашний вечер оказался чудесным. Новые итальянские знакомые вовсю старались развлечь девушек легкой болтовнёй об особенностях итальянского быта и местной кухни, которая велась сразу на трех языках: итальянском, английском и русском. Говорили о спагетти (нет-нет, только не с кетчупом), разновидностях пиццы и тонкостях в выборе вина. Временами приходилось прибегать к помощи переводчика на телефоне, но по большей части компания обходилась языком жестов, улыбок и, горящих взаимным интересом, взглядов. Когда время приблизилось к полуночи, а третья бутылка вина опустела, парни настояли на том, чтобы проводить девушек до дома.
Всю дорогу беседа не смолкала, поддерживаемая улыбками и вспышками задорного смеха. Говорили в основном Даниель и Маруся, время от времени прибегая к помощи Таси, знающей итальянский лучше всех из девушек. Бернардо шагал с краю, засунув руки в карманы свободных льняных брюк и, по большей части, участвуя в разговоре лишь смущенной улыбкой. Бросая беглые, внимательные взгляды на новых знакомых, мужчина время от времени кивал, подтверждая слова Даниеля и, совершенно не замечал зачарованного взгляда, который не спускала с него Наденька.
Впрочем, когда впереди показалась зелёная ограда, защищающая их дом от любопытных взглядов, и Даниель настоял, на том, чтобы обменяться телефонами, Бернардо тоже скороговоркой продиктовал свой. Для Таси осталось загадкой, почему здоровяк нахмурился, быстро взглянув на неё на прощанье. Однако эта мысль занимала её не больше пары секунд, тут же вытесненная мечтами о душе и белоснежной постели…
– Как думаешь, ещё не рано звонить Даниелю? – огорошила сестра Тасю внезапным вопросом, усаживаясь рядом с тарелкой в руках. – Он, наверно, сейчас на работе... Хотя, у риэлторов обычно ведь свободный график?
– Ты реально собралась ему позвонить?! – от удивления Тася даже забыла о бутерброде.– Серьёзно?! Мы ведь ничего не знаем об этих парнях! Да, они симпатичные, но мы ничего о них не знаем! Может они маньяки, вообще! Или работорговцы! Втираются в доверие к хорошеньким иностранкам, а потом отбирают у них документы и продают в подпольные бордели.
Маруся недоуменно выслушала эту тираду, а потом рассмеялась,
– О Боже, Тась, ты пересмотрела телек! Что за жуткие фантазии?! Нормальные парни! Дани так вообще душка! Чем ты слушала? Они же всё о себе рассказали: Даниэль занимается недвижимостью, а Бернард работает с металлом…
– Ага, собирает металлолом! Чудесное занятие! – съязвила Тася. – Кстати, всё, что мы знаем об этих парнях – исключительно с их слов! А итальянцы известны своей любовью к преувеличениям! Твой Дани, на деле, может оказаться обычным водителем трамвая или мошенником. Про второго я вообще молчу!
– Какая муха тебя укусила? Тебе же вчера они тоже понравились?! – Маруся отставила яичницу, не доев. – В любом случае – я собираюсь позвонить Даниелю! Твоё разрешение мне не требуется! А пока иду переодеваться! Мы собирались на пляж, помнишь?
Сборы на пляж прошли в напряженном молчании, но так как надолго ссориться сестры не умели, то уже через полчаса, подъезжая к прибрежному Виареджио, обе забыли о размолвке. Виареджио оказался небольшим, тихим современным городком. Уютные зелёные улочки с малоэтажной застройкой, перемежаясь многочисленными скверами, вели путешественников в одну сторону – к морю.
Пристроив машину в нескольких метрах от пляжа, под раскидистым платаном, девушки скинули сандалии и наперегонки побежали к волнам, подставляя раскрасневшиеся лица свежим порывам ветра.
– Остановимся здесь! – бросила Надя на песок полотенце, быстро стаскивая шорты. – Я купаться! В этой машине просто микроволновка! Я вся сварилась!
– Кондей, похоже, накрылся, – Маруся тоже стремительно избавилась от одежды и бросилась следом за подружкой. – Эй, подожди меня!
С улыбкой взглянув им вслед, Тася аккуратно разложила все три полотенца на горячем песке и, улегшись сверху, раскинула руки, подставляя тело обжигающим солнечным лучам. Солнце выжигало все мысли, а тихое урчание моря уносило в нирвану расслабленное в неге тело. Было так хорошо и спокойно, словно в этом мире не существовало боли и предательства, а остались лишь красота, покой и ласкающий кожу морской бриз…
Накупавшись и назагаравшись вволю на мелком, белоснежном песке, девчонки пришли к мысли, что неплохо бы пообедать. Единодушно решено было поискать кафешку где-то здесь же, на побережье. Дружно загрузившись в свою тарантайку, девушки столкнулись с неожиданной проблемой – машина несколько раз громко фыркнула и перестала подавать признаки жизни. Безрезультатно покрутив ключ в замке зажигания и сделав пару бесполезных кругов вокруг автомобиля, Маруся авторитетно заявила,
– Сами мы не справимся! Придется звонить мальчикам!
Набрав номер на мобильном, она бодро прокричала в трубку,
– Чао, Дани!– и тут же пихнула телефон Тасе. – Поговори с ним! Я не смогу объяснить! Скажи, что у нас сломалась машина, и очень нужна помощь!
С трудом подбирая слова, Тася обрисовала Даниелю проблему, продиктовав подсказанный Наденькой адрес и слегка удивившись, передала ответ девочкам.
– Сказал, что сейчас приедет!
– Вот видишь! Он – душка, я же говорила! – запрыгала на месте Маруся. – Как думаешь, какая у него машина?
Серебристый кабрилет ламборгини, возникший в поле зрения девушек минут через двадцать, вызвал у Маруси восхищенный вздох. Рядом потрясённо выдохнула Надя,
– Похоже, я выбрала не того парня…
– Руки прочь!– не отрывая взгляда от приближающегося к ним Даниеля, прошептала Маруся. – Это моя добыча!
– Синьориты! – Даниель по очереди обнял и чмокнул в щёку каждую из девушек, а потом скинул модный синий блейзер, закатывая рукава белоснежной рубашки. – Показывайте, в чём проблема!
С деловитым видом открыв капот и покопавшись в двигателе, мужчина сдул упавшую на лоб каштановую прядь и пожал плечами.
– Каттиве нотицие – печальные новости! Боюсь, здесь требуется серьёзный ремонт! Я позвоню своему другу, у него автомастерская. – Быстро переговорив с кем-то по телефону, Даниэль с улыбкой обернулся к Марусе. – Всё в порядке! Марко заберёт машину и разберётся в чем там дело. Надеюсь, ремонт не займет много времени.
Тася перевела сестре слова парня и та заметно расстроилась.
– Вот мы и попутешествовали по Италии…
Увидев её огорчение, Даниэль тут же приблизился, деликатно коснувшись плеча Маруси,
– Вы, вероятно, голодны? Столько волнений, мама мия! Если позволите, я приглашаю вас с подругами на обед, к моему другу, на виноградник. Оттавио делает лучшее вино в Тоскане. Вам понравится!
– Ужасно проголодались! – добавив страдания во взгляд, произнесла Маруся на чистом русском, но мужчина каким-то образом понял, сочувственно кивнув. – Мы с радостью пообедаем с вами! Тась, переведи!
– Он и так уже понял, – усмехнулась сестра. – Надеюсь, мы не пожалеем об этом обеде…
Тася впервые путешествовала в кабриолете и ощущения были удивительные! Ветер, пропитанный горячим запахом сухой травы и цветов, отчаянно трепал волосы, бросая пронизанные солнечным светом пряди прямо в лицо. Городская застройка быстро закончилась, и машина устремилась вверх, резво двигаясь между живописных холмов, на вершинах которых Тася замечала то яркие крыши небольших поселений, то силуэты старинных крепостей. Даниэль увлеченно рассказывал девушкам о местечках, мимо которых пролегал их путь, но звучащие музыкой старинные названия тут же вылетали из головы Таси, едва успев растаять в воздухе.
Вот, наконец, на одном из холмов, машина резко свернула влево, на узкую дорожку, пролегающую между рядов высоких, словно застывших в почётном карауле, кипарисов. Дорожка привела путников к большой, старинной усадьбе в средиземноморском стиле. Из-под сводов белоснежных арок, в просторный двор выкатилась маленькая, округлая старушка и, заметив Даниэля, широко раскинула руки,
– Ай, мой Дани! Негодник! Совсем забыл нас! Иди, обними меня, маленький бесстыдник!
– Чао, донна Франческа! Вы по-прежнему затмеваете всех девушек в округе! Ах, если бы вы ответили мне взаимностью, я давно стал бы самым счастливым мужчиной в Италии!
Воскликнул парень, крепко обнимая старушку.
– Ах, негодник! Как ты смеешь смеяться над старой женщиной!
Донна Франческа отвесила Дэниэлю шутливый подзатыльник, а потом обратила внимание на девушек, переминающихся возле машины. Круглые чёрные глаза в сети неглубоких морщин смотрели на гостий с любопытством и доброжелательностью.
– Проходите, дорогие! Будьте как дома! У нас здесь всегда рады гостям…
ГЛАВА 7
Войдя в дом, гости сразу оказались в большой, светлой комнате с огромными окнами во всю стену, за которыми открывался вид на склон холмы, сплошь покрытые рядами виноградной лозы. Не успели девушки и глазом моргнуть, как на приземистом, круглом столике, появились графин с лимонадом и блюдо с фруктами. Вновь метнувшись на кухню, донна Франческа поставила перед путешественницами тарелку с пышными, горячими булочками.
– Угощайтесь! Мама мия, вы такие худые! Дани, – сурово взглянула она на парня, – ты так и будешь сидеть как осёл на конюшне, или всё же представишь мне синьорин?
– Простите, тётушка! Я был так ослеплен вашей красотой, что забыл о манерах! Это мои подруги: Мария, её сестра Таисия и Надя. Они из России, – по очереди представил Даниэль девушек. – А это моя несравненная тётушка донна Франческа! Один господь знает, в каком мы родстве, но она самая любимая из моих тётушек!
– Ах, маленький льстец! Не слушайте этого безобразника! Вы ешьте, ешьте, пока хлеб не остыл!
Когда с церемониями было покончено и несколько пышных булочек исчезли в животах гостей, Даниэль нетерпеливо прошёлся по комнате, поглядывая в окно.
– Где Отто, тетушка? Я обещал девушкам познакомить их с самым лучшим виноделом в Тоскане!
– Оттавио вместе с Бруно осматривают лозу на северном склоне. Обещали вернуться к обеду. Ты можешь поискать его там, а заодно покажешь нашим гостьям поместье.
– Отличная идея! – вдохновился Дани предложением тётушки. – Прогуляемся, синьориты?! Осмотрим виноградники, винодельню… А ещё здесь есть конюшня.
Предложение было принято единодушно. Узкая тропинка, которая начиналась за домом, шла прямо через виноградники. Легко двигаясь между ровных рядов виноградных лоз, густо покрытых тяжелыми, спелыми гроздями, Даниель просвещал девушек,
– Здесь произрастает самый популярный в Тоскане сорт винограда – санджовезе. Что переводится как «Кровь Юпитера». Именно на его основе производят кьянти и самые известные вина региона. Такие, как Нобиле ди Монтепульчано. А вон там, смотрите, – мужчина показал на соседний склон. – выращиваются светлые сорта винограда. В основном это треббьяно тоскано. Из этого сорта винограда делают коньяк и бренди. Попробуйте…
Даниэль сорвал небольшую гроздь темного винограда и протянул Марусе. Заметив легкое замешательство на её лице, он смущенно улыбнулся и сорвал по такой же грозди, угощая Тасю и Наденьку.
Виноград оказался спелым до безобразия, лопаясь на языке Таси взрывом сладкого, до приторности, сока. Девушка с любопытством следовала за Даниелем, невольно отмечая очевидные знаки внимания, которые итальянец оказывал её сестре. Несмотря на то, что Дани старался развлечь и угодить всем трем гостьям, большая часть пылких речей, несомненно, предназначалась для блестящих оживлением синих глаз Маруси. Взмахивая руками по ходу объяснения устройства виноградника, парень, будто случайно, нет-нет, да касался руки, идущей рядом Маши. Взглянув на счастливое, улыбающееся лицо сестры, Тася подумала, что та совсем не против такого внимания, и отведя взгляд, решила сосредоточиться на изучении красот поместья.
Случай узнать поместье детальнее скоро представился. Завидев между рядами виноградника коренастого мужчину в широкополой шляпе, Даниэль замахал руками,
– Бруно! Эй, Бруно! Мы ищем Отто! Ты не знаешь где он?
– Чао, синьор Даниель! Решили навестить нас? – прокричал в ответ крепыш. – Давненько вас не было видно! Нет, я не знаю где сейчас синьор Оттавио. Мы закрепляли с ним лозу на северном склоне. А потом синьор ушел в сторону винодельни, а меня отправил в конюшню, покормить Принчипессу. Поищите его в винодельне!
– Спасибо, Бруно! Хорошего дня!
– И вам, синьор! Рад видеть вас и этих хорошеньких синьорит!
– Идем на винодельню? – скорее для проформы предложил Даниэль, предполагая дружное согласие, но Таси покачала головой, глядя вслед удаляющемуся Бруно.
– Если можно, я хотела бы взглянуть на лошадей.
– Конечно! Не проблема! – Если Даниэль и был слегка сбит с толку её просьбой, то не подал вида, по-прежнему добродушно улыбаясь. Сложив руки рупором, он прокричал уходящему работнику. – Бруно! Эй, погоди-ка! Синьорита пойдёт с тобой в конюшню!
Догоняя Бруно, Тася слегка запыхалась, и мужчина дал её пару минут на передышку, дружелюбно рассматривая девушку,
– Нравятся лошади?
Тася кивнула, не зная, как подобрать правильные слова для чувства, что вызывали у нее лошади. Это была смесь восхищения и некой робости, перед силой и грацией животных. Прочитав ответ в волнении, написанном на её лице, Бруно понимающе покачал головой и широко улыбнулся,
– Идите за мной!
Конюшня располагалась недалеко от хозяйского дома. Несколько лошадок расслабленно щипало травку в построенном тут же, на лужайке, загоне. Тася понаблюдала, как Бруно потрепал по холке пару стройных красавцев, и устремилась за ним внутрь, в конюшню. Длинное, отлично оборудованное строение сияло чистотой и явной заботой о его постояльцах. Бруно прихватил у входа небольшой, плотно набитый холщёвый мешок и распахнул одну из деревянных дверец в стойло.
– Ну что, красавица, ждала меня! Угощайся! – насыпав в кормушку овса, обернулся он к Тасе. Знакомьтесь, синьорита, это Принчипесса! Хозяйская любимица! Да вы входите, погладьте её! Не укусит, не бойтесь…
Тася неуверенно вошла в стойло и коснулась гривы изящной, каурой лошадки. Грива была шелковистая и мягкая, словно волосы младенца. Лошадь внимательно взглянула на гостью и мягко заржав, ткнула в ладонь девушки влажным носом.
– Понравились вы ей! – резюмировал Бруно и теплые лучики улыбки разбежались от уголков его глаз. – Мне надо накормить остальных лошадок, а вы подождите пока здесь. Не все лошади такие покладистые как наша Принцесса!
Тася осталась наедине с лошадью. С трепетом прошлась ладонью по гладкому, блестящему боку. Негромко заржав, Принцесса высказала одобрение, и склонила голову к девушке. Тася залюбовалась темными, навыкате, умными глазами и робко прижалась губами к пахнущей сеном морде животного…
– Любите лошадей?
Хрипловатый мужской голос, внезапно прозвучавший за спиной, заставил Тасю вздрогнуть. Резко обернувшись, она встретилась с карим, острым взглядом. Высокий, стройный мужчина, небрежно разглядывающий её, вызвал неожиданное сравнение с породистым скакуном. На эту мысль наводили горделивая посадка головы, изящная небрежность в позе, высокомерно прищуренный взгляд.
Узкое, загорелое лицо было красиво аристократичной и немного хищной красотой. Тонкий нос с легкой горбинкой, капризно изогнутые губы, резкие дуги приподнятых бровей. Мужчина выжидающе смотрел на Тасю, с явным интересом изучая её фигуру, облачённую в шорты и растянутую футболку. Внезапно, Тася пожалела, что не прихватила из дома ничего приличнее…
– Вы не итальянка? – произнёс незнакомец, так и не дождавшись ответа на первый вопрос.
– А… ? – всё что смогла выдохнуть Тася, наблюдая за его неторопливым приближением.
Мужчина удивленно вскинул брови, медленно обходя растерянно замершую девушку. Словно корову на ярмарке – подумала Тася, сделав глубокий вздох.
– Откуда вы, прекрасная синьорита?
– Даниэль! – отчаянно пискнула Тася. – Туристо!
Звучало жалко, но под пристальным взглядом незнакомца, она чувствовала себя ужасающе неловко.
– О, Дани?! – ухмыльнулся мужчина. – Вы его подруга?
– Россия, туристо! – быстро объявила Тася, делая шаг в сторону выхода. И зачем-то добавила. – Облико морале!
Теперь мужчина озадаченно моргнул, а через секунду внезапно расхохотался. Под этот хохот Тася быстро выскочила из загона, пронеслась через всю конюшню и, не сбавляя темпа, рванула в сторону хозяйского дома. Подальше от этого красивого маньяка!
ГЛАВА 8
Разогнавшись, Тася легко взлетела на крутой склон и оказалась на заднем дворе дома, который, исходя из габаритов, смело можно было называть особняком. На задний двор смотрело не меньше десятка окон, не считая арочной анфилады, создающей желанную, в такой жаркий день, тень. Туда Тася и направилась, через минуту услышав радостный вскрик Маруси. Обернувшись, она увидела странно ковыляющую сестру, которую поддерживал под локоть верный Дани. Надя шагала следом за медленно ползущей парочкой, с видом дуэньи, присматривающей за приличным поведением подопечной.
– Привееет! – радостно замахала Маруся. – А нам устроили дегустацию! Прямо из бочек! Тась, там их сотни, и каждая больше телёнка! А ещё, я подвернула ногу!
– Как ты умудрилась?!– поспешив подойти, Тася подхватила сестру под локоть с противоположной стороны от Даниэля.
– Сама не поняла. Просто оступилась. Там был невысокий порожек… А как ты? Смотри-ка, как вспотела! Дать тебе влажную салфетку?
Рассказать свои приключения Тася не успела, вспугнутая приветствием, раздавшимся с другого конца двора,
– Чао, Дани! Ты сегодня с компанией?!
– О, а вот и бесследно пропавший хозяин! Чао, Отто! – громко откликнулся Даниэль. – Посмотри, каких прекрасных синьорин я привез к тебе в гости! Русские путешественницы Маруся и Надя. А это – Таисия.
– Таисиияя…
Протянул нараспев странный незнакомец из конюшни, не сводя с Таси ироничного взгляда. Прозвучало так, будто он пробует имя на вкус, проверяя на сладость… Почувствовав в этом нечто смущающее, девушка быстро уточнила,
– Тася! Лучше просто – Тася!
– Оттавио. Для друзей – Отто! – мужчина приблизился к гостье, и осторожно поймал её ладонь в свою. – Ты обронила в конюшне свой телефон, Тася.
В руку девушки перекочевал её мобильный, однако пальцы мужчины ещё задержались на запястье, ловя ускорившийся Тасин пульс.
– Грацие! – Тася быстро выдернула руку из аристократически красивых мужских пальцев. – Это всё от жары! – Смущенно пробормотала она, отступая назад.
– Тогда зачем вы стоите здесь, на солнце? – поднял бровь хозяин поместья. – Идёмте в дом! Тетушка давно ждет нас обедать.
И правда, когда компания оказалась в доме, донна Франческа устремилась к ним с динамичностью маленького пушечного ядра.
– Отто, Дани, как не стыдно, негодники! Паста почти остыла, а бедные девушки, наверное, умирают от голода! Позор на мою седую голову!
– Простите тетушка, это моя вина! Показывал нашим гостьям винодельню. У нас ведь есть лёд? Мария подвернула лодыжку.
– Ах, бедняжка бамбино! – всплеснула руками старушка, тут же забыв о деланном гневе. – Проходи, садись сюда, на диван! Сейчас принесу лёд!
Когда с лечебными процедурами было покончено, компания перебралась в столовую и с энтузиазмом принялась за обед. Вопреки причитаниям донны Франчески, паста была восхитительна, так же как и простой салат из свежих овощей, приправленный душистыми травами.
Макая корочку ещё теплого, домашнего хлеба в мисочку с оливковым маслом, Тася внимательно слушала рассказ мужчин об интересных местах, которые можно найти в округе. Её, как и Наденьку, особенно привлекло упоминание городка Вольтерра, в котором снимали фильм «Сумерки».
– Это мой любимый фильм! – воскликнула Надя. – Обожаю момент, когда Эдвард скидывает рубашку и выходит на площадь!
– Твои любимые вампиры! – подколола Маруся подругу. – Тася тоже сто раз пересматривала это кино. Тась, признайся!
Тася улыбнулась.
– Да, в юности мне очень нравилась эта история. Фильм такой красивый! Было бы здорово увидеть все эти древние каменные улочки, площадь с дуомо…
– Если хотите, я мог провести вам небольшую экскурсию, – Оттавио внимательно взглянул на Тасю. – Завтра у меня свободный день. Дорога займет не больше часа…
– Было бы здорово! – ответила за всех Наденька. – К тому же, мы пока без машины!
– Договорились! – быстро кивнул мужчина. – Возьмите зонты. Вольтерра расположена на возвышенности, там часто случаются дожди…
Когда о времени завтрашней поездки условились, компания перебазировалась на улицу, под своды большой террасы, с которой открывался прекрасный обзор на окрестности. Была открыта вторая бутылка вина. Само собой, с виноградника Оттавио. Вино было терпким и жарким, как и этот день. Такими же горячими были и взгляды хозяина дома на Тасю.
– Как бы ему сказать, что я замужем? – незаметно прошептала Тася, сидевшей рядом, сестре.
– Расслабься! – тихонько рассмеялась Маруся, уже пригубившая третий бокал вина. – Ты очень красивая. Само собой, что мужчины теряют от тебя голову! Немного внимания от красивого, обходительного мужчины ещё никому не помешало. Он ведь не съест тебя, правда?!
Насчёт последнего Тася не была точно уверена. Взгляды, которыми Отто сопровождал каждое движение девушки, были слишком уж заинтересованными. И не сказать, чтобы они не находили отклика в груди Таси. Чтобы немного остудить горящую волнением голову, гостья попыталась сосредоточиться на рассказе Даниэле о его поездке на Сицилию – прибежище мафии и мошенников всех мастей, судя по словам парня. Тася не успела до конца вникнуть в суть его рассказа, когда Дани внезапно вскинул брови, завидев нового гостя.
– Бернардо?! Приятель, ты тут откуда?!
Здоровяк аккуратно протиснулся между плетёных кресел, небрежно кивнув хозяину дома (похоже, они были неплохо знакомы).
– Чао, Отто! Чао, Дани! Буонасера синьорины! Были дела тут неподалёку, – Ответил Бернардо на вопрос приятеля. – Позволишь? – Мужчина притянул плетёное кресло, поставив рядом с Тасей.
Та удивлённо кивнула,
– Конечно!
В отличие от излучающего опасность Отто, Бернардо не казался Тасе угрожающим, несмотря на его впечатляющие размеры. Мягкая улыбка мужчины располагала улыбнуться в ответ, взгляд больших, глубоких глаз излучал тепло и внимание. Берни напомнил Тасе большого, красивого медведя, которого она видела в зоопарке прошлым летом. Когда он уселся рядом, Тася дружелюбно улыбнулась и почти сразу забыла о его присутствии.
Появление Бернардо мало что изменило в обстановке, царившей на веранде, незаметно погрузившейся в сумерки. Новый гость предпочитал помалкивать, потихоньку потягивая вино и изредка улыбаясь шуткам приятелей. В какой-то момент Тася осознала, что совершенно клюёт носом и, потянувшись, смущенно спросила,
– Вы не могли бы отвезти нас обратно в город? Или, заказать такси?
Сразу трое мужчин тут же предложили подбросить девушек домой, но тендер выиграл Даниэль, обменявшийся быстрым взглядом с Марусей. Все присутствующие правильно поняли эти взгляды и не стали возражать. Расцеловавшись на прощание с донной Франческой, девушки ещё раз подтвердили договоренность о поездке в Вольтеру, и позволили Оттавио быстро коснуться их щек в прощальном поцелуе. Впрочем, не все. Тася быстро отклонилась от губ мужчины, вместо этого протянув ему руку: «До завтра! Спасибо, за обед!».
… Следующее утро встретило Тасю прекрасной погодой и нудящей головной болью. Звонок мобильного заставил поморщиться, но недовольство тут же сменилось радостной улыбкой,
– Привет, солнышко! Так рано проснулась?! Ох, да, я же забыла, что у вас на час позже! Как дела? Как бабушка? О, ходили вчера на речку? Ты купалась?
Короткий разговор с дочерью сразу поднял Тасе настроение, и, обнаружив, что в квартире она совершенно одна, Тася с удовольствием принялась за завтрак, мурлыкая себе под нос что-то неразбочивое.
Сестру с Надей, Тася обнаружила где и предполагала – у бассейна. Раскинувшись в полосатых шезлонгах, те увлечённо болтали о вчерашнем дне на винограднике.
– Искупнись! Вода умопомрачительная! – посоветовала Маруся подошедшей сестре.
– Не могу! Надо собираться. Через полчаса подъедет Оттавио. Мы же договорились поехать с ним на экскурсию, помните?
– Ага! Только я не еду! – небрежно сообщила Маруся. – У меня нога! Гляди, как опухла! Куда я с таким по горам ползать?
– Я тоже остаюсь дома! – внезапно добила Тасю Наденька. – У меня расстройство желудка! Останусь тут и буду ухаживать за Машкой!
– Это заговор! – Тася расстроено плюхнулась на свободный шезлонг. – И что мне теперь делать?! Так неудобно перед Отто! Он специально ради нас приедет…
– А в чем проблема?! – Маруся легкомысленно закинула в рот виноградину. – Езжайте вдвоем! Всё равно красавчик затеял эту экскурсию только ради тебя!
– Это неудобно, – мозг Таси напряженно искал выход из положения. И не находил.
– Глупости! Чего неудобного?! Он же не в койку тебя тащит, а посмотреть на архитектуру! Всё прилично, не парься! Развлечёшься немного! Новые впечатления и всё такое…
Спустя минут пять напористых уговоров, сопротивление Таси было сломлено и, тяжело вздохнув, она направилась переодеваться. Короткие шорты сразу были отвергнуты. В памяти всплыл оценивающий взгляд на её ноги в конюшне, и Тася решительно потянулась в шкаф за длинным белым сарафаном. Он принадлежал Марусе, но Тася решила, что это будет справедливой платой за предательство.
Когда с улицы раздался короткий гудок, Тася выглянула в окно и нисколько не удивилась, увидев Отто, стоящего рядом с блестящей чёрным лаком, дорогущей машиной. Впрочем, хозяин авто затмевал собой роскошь машины! Светло-бежевые брюки безупречно подчеркивали длинные ноги и идеальный зад мужчины, а белоснежная рубашка, расстегнутая на груди, демонстрировала безупречный торс. Заметив, выходящую из дома, Тасю, мужчина восхищенно присвистнул,
– Вы прекрасны, синьорита!
– Спасибо! – Тася выдавила неуверенную улыбку. – Девочкам нездоровится. Похоже, мы едем вдвоем.
ГЛАВА 9
Тася крепко вцепилась в дверную ручку, с тревогой следя за очередным резким зигзагом узкой дороги, в который легко вписалось элегантное авто Оттавио. Дорога шла вверх уже минут пятнадцать, всё ближе подбираясь к неспешной череде облаков. Когда машина наконец-то остановилась, вкатившись на покрытую сухой травой стоянку, а Отто произнес: «Вот мы и на месте», девушка облегченно выдохнула и осторожно разжала онемевшие пальцы.
Древняя крепостная стена, ограждала старую часть поселения от домов и домишек, которые, кутаясь в зелень, жались друг к другу, стекая вниз с вершины высокого холма. Сопровождая Тасю к арке, ведущей в Старый город, Отто негромко рассказывал,
– Ты знала, что Вольтерра – один из двенадцати сохранившихся городов этрусской цивилизации? Считается, что этруски жили здесь ещё в седьмом столетии до нашей эры. Вольтерра был одним из крупнейших городов древней Этрурии, до того момента, как его завоевали римляне. Кстати, тут есть неплохо сохранившиеся остатки римского форума. Можем взглянуть, если захочешь…
– Захочу! – кивнула Тася, жадно рассматривая высокую арку, за которой виднелись узкие каменные улочки.
Погрузившись в этот лабиринт из незаметно уходящих вверх улиц, Тася с любопытством крутила головой, удивляя всему: отшлифованной до глазурной гладкости каменной мостовой под ногами, старинным вывескам, зазывающим туристам в крохотные лавчонки, многочисленным магазинчикам, торгующим поделками из алебастра. Изделия были такой сложности, что Тася подолгу зависала перед витринами, потрясённо разглядывая абсолютно реалистичные фрукты, конфеты, яйца с ярким желтком, пирожные… Невозможно было поверить, что всё это сделано из камня!
– Эти места издавна славились добычей алебастра, – пояснил Отто. – Хочешь, купим что-нибудь?
Тася представила, какой фурор дома произведёт алебастровое пирожное и кивнула,
– Давай зайдём!
Само собой, одним алебастровым пирожным дело не обошлось. В тонкую папиросную бумагу пожилой продавец завернул пирожное, следом «разбитое» яйцо (точь-в-точь как настоящее) и маленькую статуэтку античной богини.
– Заверните и это… – протянул Отто продавцу небольшую, украшенную сложным орнаментом, белоснежную шкатулку.
– О нет! – всплеснула руками Тася. – Нет, нет, я не беру! Очень красиво, да, но мой бюджет уже не потянет! – пояснила она, удивленно приподнявшему бровь, Отто.
– Это подарок! – мужчина отстранил её руку с кошельком, мягко сжав пальцы. – Безделица, в знак нашей дружбы. Ты же откажешь мне в такой малости?
Слегка ошарашенная его напором, Тася замешкалась с ответом и не успела возразить, когда несколько банкнот быстро перекочевали в руку продавца.
– Сдачу оставьте себе! Хорошего дня!
Он уверенно забрал пакет со всеми покупками с прилавка и легко улыбнулся Тасе.
– Куда теперь? Ты хотела осмотреть Баптистерий?
…
На то, чтобы осмотреть Баптистерий, который поразил Тасю непривычным для Италии аскетизмом, ушло не больше пятнадцати минут. Толстые стены из светло-золотистого камня, огромная фреска в высокой арке, несколько рядов простых, деревянных скамей, и необычная чаша в виде фонтана украшенного мрамором, в самом центре небольшого зала. Возвышающаяся над чашей хрупкая, беломраморная скульптура Христа, выделялась изяществом на фоне непритязательной обстановки.
Полюбовавшись, Тася сделала несколько отличных снимков, предвкушая, как девчонки будут кусать локти, что пропустили такое приключение. И скомандовала, любующемуся на неё Отто.
– А теперь идем смотреть обещанный форум!
В их идеальный план вмешалась погода. Небо, ещё минуту назад сиявшее ясной синевой, внезапно заволокло черными тучами, резкий порыв ветра потащил по мостовой мелкий мусор и, спустя миг, на головы туристов обрушился шквальный ливень. Это произошло так внезапно, что всё, что успели гуляющие по улицам люди, это броситься врассыпную, укрываясь от яростных струй где придётся. Припустив с места, как подростки, Тася и Оттавио укрылись от бешеного потока, извергающегося сверху, под узким навесом, прикрывающим дверь в один из домов на улочке. Укрытие было ненадежным, но до ближайшей лавки, где можно было спрятаться от дождя, было не меньше сотни метров, что в такую бурю было равно другой галактике.
– А я забыла взять зонтик! – сообщила Тася спутнику, вжимаясь спиной в запертую массивную дверь.
– Не уверен, что он спас бы нас, – улыбнулся Отто, закрывая спиной девушку от врывающихся под навес, косых дождевых струй.
Тася попыталась улыбнуться в ответ, но вышло не очень. Тонкая ткань сарафана успела промокнуть в первые секунды ливня, теперь превратившись в мокрый парус, облегающий тело девушки на пронзительном ветру. Замерзать Тася начала почти сразу и минут через пять уже отчетливо дрожала всем телом, обхватив себя руками.
– Если ты позволишь… – Оттавио придвинулся совсем близко и неожиданно обнял девушку, отгораживая своим сильным, теплым телом от урагана.
Опешив, Тася замерла, на несколько мгновений застыв в тесном объятии мужчины. Казалась, она перестала даже дышать, испуганно прислушиваясь к нервно забившемуся сердцу. Секунды бежали, горячее мужское тело быстро прогнало озноб, заставив почувствовать себя лучше. Привыкнув к его рукам и ритмично вздымающейся, широкой груди, Тася позволила себе слегка расслабиться.
Дурные, странные мысли внезапно полезли в голову. Каково это будет, если он сейчас наклонится и поцелует её? Будет это дерзко, жадно или нежно и сладко? Тася подняла глаза, незаметно разглядывая резко очерченный, волевой подбородок. Двинувшись выше, взгляд нашел надменно изломанные в постоянной усмешке губы. Признавшись себе честно, Тася нашла их весьма соблазнительными. Сладковатый, с ноткой пряных трав и острой терпкостью мужского тела, запах мягко окутывал Тасю, разгоняя возбуждение в крови. Дыхание стало чаще, и Тася подумала, что ещё немного, и она сама прильнёт к губам Отто, самым бесстыдным образом. Она вполне осознала, что этот порыв ужасен, но её тело вибрировало от желания, рожденного близостью этого мужчины.
– Ну вот, кажется, улеглось!
Отто внезапно отстранился, позволив Тасе увидеть улицу за его спиной. Потоки дождевой воды буйными реками неслись по мостовой, смывая остатки дневной пыли, однако ветер утих, а водопад обернулся редким, на глазах слабеющим дождиком.
– Пробежимся? – Отто указал взглядом на вывеску траттории, виднеющуюся в конце улицы. – Там наверняка тепло и сухо.
– Давай! – кивнула Тася, стараясь справиться с проснувшимся волнением.
И они побежали. Держась за руки и смеясь, в облаке брызг, поднимающихся вокруг их ног…
В траттории им дали бумажные полотенце и налив по рюмке граппы, предложили попробовать их ризотто – самый лучший ризотто во всей Тоскане! Тася вспомнила, что завтрак был не меньше пяти часов назад и, с радостью, согласилась, как и Отто.
К моменту, когда они разделались с богатырскими порциями ризотто, которое правда не подвело, Тася просохла, раскраснелась и находила Отто самым приятным мужчиной в мире. Он рассказывал столько интересного, при этом оставаясь немного таинственным и, безусловно, очаровательным. Тася узнала, чем отличается молодое вино от выдержанного, как принято здесь ходить в гости и почему мужчины в Италии женятся так поздно.
К концу обеда, который затянулся неприлично долго, Тасе казалось, что она знакома с Отто по меньшей мере несколько месяцев. Они ещё немного прошлись по просыхающему под солнечными лучами городу, заглянули на главную площадь, куда уже вернулись туристы и, всё же добравшись до руин римского форума, пришли к выводу, что пока возвращаться в Лукку.
Уже остановив машину возле дома, где остановились девушки, Отто внезапно посерьёзнел.
– Это был прекрасный день, мио каро! Могу ли я, пригласить тебя на ужин? Скажем, завтра вечером?
Тася почти не колебалась, легко улыбнувшись в ответ.
– С удовольствием! Опять закажем ризотто?
– Я попробую удивить тебя, – покачал головой Отто.
На прощание он вновь обнял Тасю, легко коснувшись губами щеки. Тасе показалось, что его губы задержались чуть дольше, чем здесь было принято, но она не отстранилась, позволив ему эту вольность. Всёго лишь развлечение – напомнила она себе, легко поднимаясь вверх по старой лестнице.
ГЛАВА 10
Пройдясь по комнатам, Тася обнаружила сестру на кухне, за весьма увлекательным занятием. Надя мазала обнажённую спину Маруси чем-то похожим на простоквашу.
– Привет! Что это вы делаете?
Тася заинтересованно пихнула палец в белую субстанцию и, облизнув, решила, что это больше похоже на сметану.
– Я обгорела. Забыла намазаться солнцезащитным, когда поехали на пляж… – сообщила Маруся.
– На пляж?! – Тася деловито уселась на стул, ожидая подробностей. – Ты же собиралась страдать у бассейна весь день!
– Ага, но планы изменились. Приехал Дани и позвал нас на море. Я не смогла устоять.
Маруся легкомысленно пожала плечами, тут же вызвав возмущенный окрик Наденьки.
– Не дергайся! Всю кухню перепачкаем!
Маруся послушно сложила руки на коленях, не прервав разговора с сестрой.
– А как твой день? Повеселилась?
– Было очень интересно! Увидела римский форум и попала под дождь. Оттавио оказался отличным экскурсоводом.
– Вы целовались?
– Ты с ума сошла?! С чего вдруг?! – возможно, немного чрезмерно возмутилась Тася.
– Ну, этот Отто – ходячий секс, а с Максом ты собралась разводиться…
– Серьёзно?! – подняла голову Надя, оторвавшись от спины подруги.
– Нет! Я ещё ничего не решила!– Тася сердито взглянула на сестру. – И вообще, я не собираюсь заводить романы с кем бы то ни было! Это была просто дружеская поездка и ничего больше! Заканчивайте фантазировать, ладно?!
– Не будь такой занудой! – фыркнула Маруся. – Дело твоё, но я бы стала строить из себя монашку, когда такой классный мужик подбивает клинья. Кстати, о птичках, Дани заедет завтра в десять, забрать нас! Обещал какой-то сюрприз! Ты тоже участвуешь! О, не делай такое лицо! Едем все вместе, возражения не принимаются! Ты должна мне за сарафан!
В качестве ответа демонстративно закатив глаза, Тася прихватила со стола персик и взяла курс на спальню, где царило прохладное блаженство, порожденное кондиционером. Скинув платье, Тася уже собиралась подставить свое бренное тело под душ, когда подключившийся к вай фаю мобильник разразился чередой из громких вибраций, выдав разом все сообщения, пропущенные за день.
Нахмурившись, Тася просмотрела сообщения. Настроение сразу упало. «Почему не берёшь телефон?», «Не могу до тебя дозвониться! Ответь!», «Что-то случилось? Напиши мне! Я скучаю!» – всё от Макса. Как и пять пропущенных вызовов, которые Тася искренне не видела. Стандартные проблемы со связью избавили её от необходимости врать мужу. Мелькнувшая мысль – позвонить ему, сразу показалась неудачной. Что она скажет? Каждое слово, что рождалось в мозгу, казалось фальшивым. Боль, от случившегося неделю назад, до сих пор отравляла каждое воспоминание о муже. Она пока не готова. Быстро набрав: «Прости, здесь проблемы со связью. У меня всё прекрасно! С девчонками ездим на море и по экскурсиям. Не беспокойся! Позвоню при возможности. Пока!», – Тася решила, что так вполне сгодится и нажала отправить, пока не передумала.
Откинувшись на подушки, прикрыла глаза. Эйфория от прошедшего дня испарилась как небывало. Весь её флирт с Отто, как и мечты о поцелуе, показались нелепой безделицей. О чем она только думала?! Зачем согласилась на новое свидание? Безрассудно, бессмысленно! У неё ведь есть Макс, обязательства… Нет, на их свадьбе не звучала клятва «и в печали, и в радости», но что-то такое они наверняка обещали.
Тася не помнила ни слова из произнесённого в загсе, перед столом регистратора. Плывя в плотном облаке волнения от значимости момента, она думала в тот момент лишь об одном – как бы не накосячить! Точно следуя сто раз прокрученным в голове инструкциям: вовремя ответить «да», надеть кольцо на палец Максима, поцеловать, Тася панически боялась испортить самый главный день в своей жизни. Тогда ещё она думала, что самый главный…
Тася горько усмехнулась и, засунув телефон в прикроватную тумбу, решительно направилась в ванную.
…Сюрприз, который обещал Даниэль, оказался поездкой в маленький курортный городок Пьтрасанта. По словам Дани, это местечко имело лучшее расположение среди всех тосканских курортов – с одной стороны его окружали Алуанские горы с сосновыми рощами, а с другой – бесконечные песчаные пляжи Тиррентсого моря. Впрочем, сам старинный город являлся не главным сюрпризом…
Маруся и Надя замучили Дани, выпытывая подробности главного сюрприза, но тот лишь загадочно улыбался, и качал головой: «Увидите сами».
Заинтригованные, девушки едва дождались, когда машина остановилась на въезде в старую часть города. Тася с интересом осматривалась, выискивая обещанные достопримечательности, как вдруг услышала вскрик Маруси,
– Не может быть!
Обернувшись на восклицание сестры, Тася быстро оглядела улицу, но не заметила ничего особенного. Плотная череда старинных домов, нагретая солнцем каменная мостовая, немногочисленные нарядные прохожие – эта картина стала привычной за последние дни.
– А вот и ты! Чао, приятель! – приветственно махнул рукой Дани, обращаясь к приближающему к ним мужчине.
Приглядевшись, Тася потрясённо моргнула. Ну нет, это просто невероятно! Мужчина, которому помахал Дани, при ближайшем рассмотрении оказался Бернардо. Вернее, его сильно улучшенной версией. Куда делась его борода?! Вечно взлохмаченные кудри оказалась аккуратно уложены, а свободные футболки заменила классическая голубая рубашка, подчеркивающая широченные плечи и узкую талию. Сейчас, побритым и ухоженным, парень выглядел едва ли старше Таси, а ведь она считала, что ему под сорок…
Быть может, чуть более смущённо чем обычно, Барнардо поздоровался и ответил на удивлённые вопросы девушек насчёт своего преображения.
– Дани сказал, что я пугаю вас своим видом. Вот я и подумал…
Тася понадеялась, что мельком брошенный на неё взгляд при этих словах, заметила только она. Иначе не избежать новых подколок Маруси. К тому же, вчера вечером Тася твердо решила, что больше никакого флирта! Хватит с неё угрызений совести.
Как выяснилось, Пьетрасанта являлась родным городом Бернардо. Тут он родился и вырос. Здесь и жил до сих пор, вдвоем с отцом.
– Сейчас он навещает родственников в Апулии, – рассказывал Берни (как он попросил называть его) девушкам, шагая рядом по узкой улочке. – А так, он был бы очень рад познакомиться с вами. Наш дом находится в северной части города, ближе к горам. Надеюсь, вы загляните на обед. Покажу вам свою мастерскую.
Надо ли говорить, что это предложение было встречено общим одобрением? Обсуждая предстоящий обед, компания добралась до центральной площади – пьяцца Дуомо – сердца старинной части города. Кроме белоснежного, прекрасного в своей возвышенной простоте дуомо, небольшая площадь приковывала взгляд ещё несколькими строениями: узкой, высокой колокольней из красного кирпича и большим, лаконичным зданием, украшенным декоративными арками.
– Это Музей эскизов «Пьерлуиджи Герарди», – рассказал Бернардо. – Здесь проходят выставки современного искусства. В основном скульптура…
– Не скромничай, Берни! – вмешался Даниэль. – Твои работы тут тоже выставляются!
– Не так уж часто… Сейчас только одна, – Барнардо безразлично пожал плечами. – Если хотите, можем заглянуть в музей. Сегодня он открыт…
Музей произвел на Тасю сильное впечатление. Под расположенными во внутреннем дворе здания арочными анфиладами оказались десятки самых необычных скульптур. Что-то Тасе понравилось, как застывшая в бронзе фигура обнажённой красавицы, а что-то вызвало недоумение. Она долго смотрела на необычную композицию из отшлифованного до блеска металла, расположившуюся в самой глубине двора.
– Это птица, пойманная в силки, – пояснил Бернардо, – Она пытается вырваться, но только сильнее ранит себя. Одна из моих ранних работ.
– Красиво! – не покривила душой Тася, любуясь солнечными бликами, играющими на плавных гранях металла. – Я хотела бы посмотреть и остальные.
– Это можно устроить.
Мягко улыбнулся Берни и девушка невольно тоже улыбнулась в ответ…
ГЛАВА 11
Над широким деревянным столом, находящимся в небольшой оливковой роще, сразу за домом, раскинулся полосатый, слегка выгоревший тент, защищающий гостей от палящего солнца. Тася поставила на стол блюдо с фруктами, сурово взглянула на бокал вина в руках сестры, и вернулась на кухню, где колдовал у плиты Бернардо. Надо отметить, забавный фартук с цыплятами шёл ему неимоверно!
– Тебе помочь? – вид здоровяка с овощами в руках вызывал у Таси странное чувство умиления, вкупе с легкой неловкостью. Казалось странным веселиться за столом, пока парень отдувается здесь один, готовя угощение на всю компанию.
– Если хочешь… – Берни шагнул в сторону, уступая ей место рядом.
– Что готовим? – Тася деловито взяла нож с подставки.
– Обычная болоньезе, – пожал плечами повар. – Фарш я уже обжарил. Можешь почистить томаты, пока я режу лук?
Кивнув, Тася взялась за дело, осторожно срезая тонкую шкурку с помидор и украдкой поглядывая на ловко орудующего ножом парня. Тот шустро построгал лук прозрачными дольками и, капнув на сковороду оливкового масла, отправил туда лук. Встряхнув сковороду, потянулся за очищенными томатами и, со скоростью профессионала, мелко постругав их в алую кашицу, забросил к луку. Следом пошли несколько зубчиков чеснока и знатный пучок петрушки, который так же доверили порезать Тасе.
Как зачарованная, Тася наблюдала за уверенными движениями мужчины, когда он забрасывал спагетти в большую кастрюлю, при этом не забывая помешивать, добавляя соль, перец, ещё какие-то специи в шумно пыхтящую, ароматную массу на сковороде.
– У тебя здорово получается! – не скрыла восхищения Тася, жадно вдыхая аппетитный запах с плиты. – Часто готовишь?
– Приходится. Настоящим кулинаром в семье была мама. С тех пор, как её не стало, готовка легла на меня. Отец всё время проводит в лавке, возвращается поздно… А я, вроде как, работаю дома.
– Прости, я не знала! Как давно не стало твоей мамы?
– Уже три года, как господь забрал её от нас. Рак. Мерзкая штука!
– Мне жаль…
Тася нахмурилась, не находя верных слов, чтобы выразить своё сочувствие. Впрочем, Берни избавил девушку от этих мук, тут же найдя её рукам новое дело.
– Достань, пожалуйста, тарелки! Они вон там! Правая дверца. Чуть дальше. Ага, вон те, с зелёной каймой!
Когда Тася поставила на стол стопку тарелок, Берни внезапно весело подмигнул ей.
– Знаешь, главное правило удачного болоньезе?! Всё должно быть престо! То есть быстро – быстро! Холодная паста – испорченная паста!
С этими словами мужчина извлек большой кусок сыра из холодильника, и скоро на тарелке выросла внушительная горка тёртого пармезана. С легкостью трюкача, мужчина быстро слил воду из спагетти прямо через дырочки в крышке, бухнул туда внушительный шмат масла и, капнув несколько капель оливкового масла, заявил,
– Ну вот, паста готова! Неси тарелки на стол, я захвачу соус и сыр.
Когда Тася поставила тарелки на стол в саду, то поймала на себе вопрошающий взгляд Нади. Она единственная заинтересовалась отсутствием Таси, вероятно почувствовав себя третьей лишней в увлеченном курлыканье Даниэля и Маруси.
– Почему ты так долго? – обычно милое лицо Нади было сумрачно.
– Помогала Берни с обедом, – улыбнулась Тася, надеясь смягчить её недовольство. – Он отлично готовит!
– Ты предложила или он сам попросил помочь? – внезапно заинтересовалась деталями Наденька.
– Вообще-то – я! А какая, собственно, разница?
– Никакой, – сдвинула брови подружка. – А он в курсе, что ты замужем?
– Не знаю! И не вижу, как это вообще связано…
Фыркнула Тася и, всем видом показывая, что не собирается развивать эту тему, уселась за стол. В груди вскипело неожиданное раздражение. Какого черта вообще Надя поднимает такие темы! Её не касается, как и с кем Тася делает спагетти и всё остальное!
Впрочем, раздражение быстро растаяло, вытесненное вкусной едой, легким вином и весёлой компанией. Наденька тоже дулась недолго. Хмурая мина быстро уступила место улыбке и заливистому смеху. На взгляд Таси, эта весёлость была даже слегка чрезмерной. Наденька всплескивала руками и откидывалась назад в новом приступе смеха, от каждого остроумного комментария Бернардо. Даже если тот не шутил. Наблюдая за этим странным флиртом, Тася всё чаще прикладывалась к бокалу, с легкой настороженностью высматривая на лице парня признаки ответного интереса к Наде.
Когда голова стала чуть-чуть кружиться, а солнце ушло за верхушки гор, подарив облегчение от жара, Бернардо вдруг коснулся её запястья.
– Ты хотела посмотреть на мои работы. Они в мастерской, в пристройке. Взглянешь?
– Да, конечно! – Тася резко поднялась, отчего мозги резко принялись плясать самбу. – Куда идти?
– Я покажу… – мужчина мотнул головой в сторону дома.
– Вы куда?! – сразу три головы обернулись в их сторону.
– Я обещал показать Тасе мастерскую…
– Я тоже хочу с вами! – дернувшись, Надя едва не опрокинула бокал.– Хочу посмотреть, где Берни мастерит свои фигуры!
Тася первый раз видела в Наденьке такой интерес к искусству, но предпочла не комментировать эту внезапную странность. Втроем (Даниэль и Маруся предпочти остаться наедине) они вошли в большую деревянную пристройку, напоминающую ангар и почти без окон. Когда Бернардо щёлкнул выключателем, девушки одновременно негромко охнули.
По периметру всё просторное, похожее на сумрачный храм пространство, было уставлено невысокими деревянными стеллажами на которых, словно статуи святых, стояли многочисленные, очень отличные по форме и материалам, скульптуры.
Тася сделала несколько шагов и разглядела в глубине амбара рабочее место Бернардо. Подойдя ближе, с любопытством рассматривала предметы, назначение которых мужчина неторопливо объяснял: наковальня, небольшая плавильная печь, ещё какие-то станки и приспособления, названия которых Тася не запомнила. Покивав с умным видом, она неспешно пошла вдоль стены, изучая работы Берни. В них было столько динамики, энергии и при этом, строгая лаконичность. Тася видела в переплетении тускло мерцающих граней и скрытую страсть, и вечное движение жизни…
– Мне нравится, – обернулась она к хозяину мастерской. Но договорить не успела. Звонкий грохот, казалось, взорвал тишину помещения.
– Ой, простите! Я не нарочно. Только хотела посмотреть. Оно само упало! Надеюсь, не сломалось…
Наденька растерянно смотрела на Бернардо, невинно хлопая ресницами. Один в один – провинившаяся первоклашка. Сложно сказать, какого эффекта она ждала, но мужчина лишь слегка нахмурившись и внимательно осмотрев скульптуру, осторожно водрузил её на место.
– Всё в порядке! Идемте на воздух. Я, должно быть, утомил вас этими поделками.
На пути обратно, Тася с удивлением осознала, что рассказывает Бернардо о своем хобби. Назвать изготовление кукол серьёзным делом, у неё не повернулся бы язык. Словно старому знакомому, она объясняла парню, как экспериментировала с материалами и красками, как радовалась первым успехам…
Всего мгновение она колебалась на просьбу Берни показать её работы. А потом достала телефон и торопливо нашла фотографии. Каждую свою «девочку» она любовно фотографировала со всех ракурсов, сохраняя в своём сердце.
– Вот! Конечно, не скульптуры и не живопись... Но в каждую я вложила немного своей души.
Сложно сказать, что понял из этого объяснения мужчина, но он внимательно посмотрел каждое фото и продолжил это занятие, усевшись за широкий стол. Вернув телефон Тасе, лишь задумчиво покачал головой. В больших, темных глазах, Тася не смогла прочесть, понравилось ли ему, и немного расстроилась.
Впрочем, её мысли тут же приобрели иное направление, когда на экране мобильного высветилось сообщение на чистом итальянском: «Буду у тебя через полчаса. С нетерпением жду нашей встречи!». Тасе не нужно было смотреть на подпись, чтобы понять от кого мессидж.
– Черт! – вскочила она, судорожно вспоминая, где оставила сумочку. – Кто-нибудь знает, как отсюда быстро добраться до Лукки?!
ГЛАВА 12
Тася задумчиво оправила платье, глядя на себя в тусклом свете дамской комнаты ресторана. Облегающее шелковое платье, снова одолженное у сестры, на взгляд Таси было слегка вызывающим, но что поделать – среди взятых из дома вещей, не было ни одной более–менее соответствующей определению коктейльного наряда.
Тася покачала головой, разглядывая пылающие алым щёки, и осторожно смочила лицо водой, надеясь хоть немного унять неуместный румянец. Похоже, бесполезно. Безумие последних часов никак не позволяло успокоиться нервно частящему пульсу. О, эта сумасшедшая гонка до Лукки в спортивном авто Даниэля, с девчонками повизгивающими от ужаса на заднем сиденье! И слегка обалдевшее лицо уже поджидавшего её Отто, когда Тася буквально выпала из машины Дани, под громкие возгласы сестры.
Потом они судорожно решали, во что облачить потное и ещё не отошедшее от поездки тело Таси, для романтического ужина, пока кавалер терпеливо ожидал девушку в гостиной, болтая о чём-то с Дани.
Сказать по правде, Тася вовсе не горела желанием идти на этот ужин. Вчерашнее легкомысленное безрассудство за сутки значительно выветрилось. Но! Было одно но, которое гнало её в Луку и заставляло торопливо выбирать наряд – она пообещала этот ужин Отто! Обещала, дала слово – не имело разницы. Это был вопрос принципа, привитый Тасе с детства. Дал слово – держи, во что бы то ни стало! Даже если луна падает тебе на голову, выполни обещание! Так всегда говорил отец, преподававший математику в военном училище. Военные же принципы он прививал и дочерям. И вот теперь Тася расплачивалась…
Небрежно мазнув красным блеском по губам, Тася поправила волосы. Из зеркала на неё смотрела привлекательная блондинка в весьма сексуальном наряде. Глубокий вырез на темном шёлке выгодно подчеркивал высокую грудь, позволяя увидеть сокровенную ложбинку в центре. Маруся предпочитала носить это платье без лифчика, но Тася не была столь смелой, и край черного кружева соблазнительно выглядывал из-под шёлка.
Будь рядом Макс, Тася никогда не позволила бы себе такой вольности, но Макса не было, как и его резких, язвительных комментариев насчет её внешнего вида. В этом откровенном наряде Тася чувствовала себя другой – раскованной, немного легкомысленной и… желанной. Да, да, она видела, как темнеют и вспыхивают глаза Отто, при взгляде на неё. И, черт возьми, это было безумно приятно и возбуждающе!
Высокие каблуки придавали походке изящество и сексуальность. А может, виной всему платье, но сразу несколько голов обернулось, когда Тася проходила между столиками. «О-ла-ла!» – раздалась за спиной, и Тася чуть усмехнулась. С этой мягкой, ускользающей улыбкой, она и опустилась за столик. Отто покачал головой,
– Мне придется поставить самую большую свечу Деве Марии! Такая удача – сама Венера Ботичелли украшает мой вечер! – мужчина поднял бокал, поблескивающий алым. – За нашу странную встречу, моя загадочная фея!
Тася чуть пригубила вино, помятуя о тех бокалах, которые уже были выпиты в гостях у Бернардо. Мысленно ужаснулась. За всю жизнь она не пила столько, но итальянцы, похоже, не обходились без бокала, при любом приеме пищи. Вот и сейчас, Отто с недоумением взглянул на крохотный глоток сделанный Тасей и приподнял брови,
– Тебе не нравится вино? Это одно из лучших урожая две тысячи пятнадцатого, но, если хочешь, я могу заказать другое! Лимончелло или шампанское… Что ты желаешь?
– Нет, нет, это прекрасное! – быстро возразила Тася, в подтверждение своих слов, старательно опустошая бокал. – Всё замечательно! И вино, и еда… Очень вкусно!
Это было правдой. В отличие от обычных тратторий, где до этого ели девушки, здесь подавали действительно изысканные блюда высокой кухни. Гребешки с соусом из трюфеля, кольца осьминогов, брокколи под сливочным соусом с моцареллой… Тася не запомнила все названия, но уминала явства с отменной скоростью, время от времени кивая и улыбаясь Оттавио, который не давал ей скучать, легко перепархивая с темы на тему. Он с интересом выслушал рассказ девушки и прогулке по Пьетрасанте, кивнул при упоминании о галерее Герарди, и посоветовал заглянуть в старинную церквушку Сан-Антонио, которая незаметно вписана в одну из улочек.
– Тебя точно не оставят равнодушной фрески Ботеро! Этот колумбийский художник, который в конце двадцатого века создал две картины для этой церкви! «Небесные врата» и «Адские врата» – удивительные по мощи и оригинальности! На них можно увидеть Гитлера и мать Терезу…
– Очень интересно! – кивнула Тася, дожёвывая осьминога.
– Если хочешь, можем съездить туда завтра?
Такое скорое развитие событий немного смущало Тасю, поэтому она лишь неопределённо пожала плечами. Там видно будет…
Виной тому было вино, романтичная обстановка полутемного зала или сладкая, как первый поцелуй музыка, что лилась с небольшой сцены, погружая гостей в атмосферу расслабленной неги, но разговор неспешно свернул на более откровенные темы.
– Знаешь, почему итальянцы считаются лучшими любовниками в мире? – Тася глупо хихикнула и помотала головой. – Видишь ли, на первое место в жизни, у нас ставится удовольствие! Мы умеем получать его во всех сферах, будь то еда, искусство, работа, отдых, любовь… Что такое жизнь без удовольствия – всего лишь недолгий путь от рождения до могилы! О, любовь, в том числе физическая, главный подарок, что дан нам Господом! Нет большего греха, чем пренебрегать им! Поэтому получать и дарить наслаждение и радость в любви – для нас так же естественно, как дышать!
– Звучит очень самонадеянно! – покачав головой, Тася осознала, что золотистые огоньки свечей на столах слегка колеблются, словно танцуя странный, понятный лишь им одним танец. «А я набралась» – мелькнула здравая мысль и тут же растаяла, вытесненная соображением о том какая чарующая улыбка у этого мужчины…
– Могу поспорить… – Отто многозначительно приподнял брови, ожидая реакции девушки.
– Не боишься проиграть? – усмехнулась Тася, включаясь в игру.
– Я никогда не проигрываю!
– Серьёзно?! Всё когда-нибудь бывает впервые…
– Я готов рискнуть. А ты…? – горячая мужская рука накрыла ладонь девушки.
Тася пару секунд колебалась, прежде чем принять вызов. В голове немного кружилось, но в целом ощущения от этого вечера, ужина, мужчины, были восхитительными. И могли стать ещё лучше. Таящий страсть взгляд мужчины напротив, обещал неизведанные прежде наслаждения, и Тася сделала шаг в неизвестность, не убрав руку.
– А как же десерт? – прошептала Тася, тая от жаркого пожатия его пальцев.
– Попросим, упаковать его с собой! Какой ты хочешь?
– С собой? А куда мы…?
– Тссс. Это сюрприз!
Загадочно усмехнулся Отто, и Тася почувствовала, что готова на всё, лишь бы эти губы сейчас же прикоснулись к ней. Всё её тело горело в жарком томлении, рожденном сладостью этого вечера и страстью, горящей в глазах Оттавио.
Расплатившись и прихватив с собой небольшой пакет с пирожными, они вышли в мерцающую звездным ожерельем ночь. Она пьянила Тасю ароматами погасшего дня, обволакивающим теплом и предвкушением неизведанного.
– Идем! – потянул он её за собой, вниз по узкой, подсвеченной теплыми огнями, улочке.
– Разве мы не поедем на машине?
– Нет. Здесь недалеко…
Действительно, они прошли не больше десяти минут до изящного, старинного особнячка, плотно воткнутого между двух соседних домов. Отто достал ключ и отпер резную, покрытую металлическими накладками дверь.
– Кто здесь живет? – прошептала Тася, неуверенно ступая в полумрак прихожей.
– Я. Это мой дом. Живу здесь, когда приезжаю в город, – Отто прошел вперёд и в уютной, отделанной дорогим деревом гостиной, вспыхнул свет. – Проходи! Будем пробовать пирожные.
ГЛАВА 13
До этого момента, Тася видела подобную романтику только в кино. Старинные картины, изысканная мебель, тяжелая парча на окнах… и красавец, загадочно улыбающийся ей в полумраке. Когда Отто достал бокалы для шампанского, а потом зажег свечи на столе, Тася сдержанно хихикнула. Ей не хватало только огромного бального платья, чтобы почувствовать себя героиней бульварного романа в мягком переплёте.
– Дом старый. Бывают перебои с электричеством. Свечи для подстраховки, – пояснил Отто и включил небольшой бронзовый торшер рядом с креслом. Так сразу стало привычнее, и Тася заметила большой плоский телевизор над камином, а ещё футуристичный музыкальный проигрыватель на старинном комоде. Современная техника смотрелась чужеродно в пропитанном долгой историей интерьере.
– Я ничего не здесь не менял, как и родители, – раскинувшись на огромном диване, Оттавио с интересом наблюдал за гостьей, обходящей комнату с видом увлечённого знатока. – Дом достался нам от двоюродной бабки. Она умерла старой девой, всю жизнь отдав расширению художественной коллекции семьи Корсини.
– Искусство предпочла любви? – сочувствующе покачала головой Тася, в красках представив прекрасную молодую женщину, чахнущую в одиночестве среди этой древней роскоши.
– Не совсем так, – усмехнулся мужчина. – В любви бабушка Люсия себе не отказывала. Говорят, у неё было больше ста любовников и парочка из них даже пытались покончить с собой, когда она их бросила. Но замуж бабуля так и не вышла, не желая передавать богатства семьи в чужие руки.
– Печальная история, – Тася прекратила кружение по гостиной и осторожно опустилась на противоположный от Отто край дивана.
– Отчего же? Она любила и была любима, тогда и так, как сама этого хотела. Любовь – всего лишь краткий миг, вспышка в бесконечном потоке жизни. Счастливы те, кто умеют ловить этот миг и наслаждаться им всей душой. Ты не согласна?
– Не знаю, – Тася задумчиво сдвинула брови. – Никогда не думала о любви так. Я всегда считала, что любовь – это нечто незыблемое, постоянное, что-то вроде предназначения. Ты выбираешь человека и отдаешь ему всю себя, навсегда. И это взаимно… Я ошибалась.
Последняя фраза далась Тасе нелегко, и она замолкла, пытаясь справиться с вдруг навалившейся горечью.
– Тебя ранили?! Прямо в сердце. Бедная девочка, – Оттавио придвинулся ближе, нежно коснулся волос девушки и покачал головой. – Не грусти, боль не вечна, так же как и любовь. Мы, люди, удивительные существа, знаешь? Способны возрождаться вновь и вновь, даже после самых тяжёлых потерь. Поверь, твоё сердце излечится для нового чувства. А пока… вот, съешь пирожное!
Тася невольно улыбнулась профитролю, неожиданно возникшему перед её лицом, и послушно открыла рот, когда Отто поднес сладость к её губам. Удовольствие таяло во рту, на губах и… продолжилось во внезапном поцелуе.
Всё было так, как в её фантазиях! Горячо, но нежно. Губы Отто атаковали её рот настойчиво, но без лишней спешки. Вкрадчиво увлекая Тасю в жаркую игру языков, Отто продвигался всё дальше, распаляя желание, затягивая в водоворот страсти. Мужская ладонь уверенно отодвинула шёлк, а потом и кружево, нетерпеливой лаской пройдясь по нежной коже, и когда его пальцы коснулись соска, Тася отрывисто вскрикнула, сгорая от наслаждения…
Несколько мгновений безумия и Тася осознала себя лежащей на диване, под разгоряченным мужским телом. Отто быстро скинул рубашку, и Тася жадно скользнула ладонями по обнажённому, безупречному торсу, снова потрясённо воскликнув, когда вниз поползли расстёгнутые брюки. О, это было просто с ума сойти! Она определённо была пьяна, не в себе, но это было точно – Просто с ума сойти!
Пальцы мужчины пробежались по девичьему телу, и пока губы Отто увлечённо терзали её грудь, быстро справились с кружевными трусиками, и двинулись дальше. Тася уже не сдерживалась, дыша как загнанная лошадь, и громко вскрикивая от каждого умелого прикосновения любовника. Ах, он знал, знал самые потаённые места её естества, умело надавливая, поглаживая и распаляя Тасю до беспамятства, она выгнулась навстречу, прося, требуя, моля, наконец-то утолить этот голод…
Нежная плоть мужчины пощекотала Тасю между ног, но, тут же отстранилась, вырвав у девушки стон разочарования. Ну почему! Она горела, умирала от нетерпения!
– Я сейчас! Пара секунд, ми аморе! Мы не должны рисковать… – Он быстро чмокнул Тасю в бедро и рванул в глубину дома.
О Боже?! Какого…?! Тася возмущенно фыркнула. Этот кретин оборвал весь кайф, сбежав за презервативом! Тася сдвинула колени и огорчённо вздохнула. Ладно, пусть будет пара секунд…
Странный звук у прихожей, похожий на звон ключей, заставил насторожиться и прислушаться. В голову пришла глупая мысль о бандитах, пробравшихся в особняк, но реальность оказалась намного хуже.
Приподнявшись с дивана, Тася встретилась взглядом с черными, горящими бешенством глазами в густом контуре темной подводки. Эти глаза принадлежали яркой, очень красивой брюнетке в облегающем коротком платье. Кстати вспомнив о платье, Тася резко дернула подол вниз, не сразу сообразив, что главная катастрофа творится чуть выше.
– Привет! – поздоровалась Тася на чистом русском, суетливо приводя свою грудь в пристойный вид.
Незнакомка зло процедила нечто неразборчивое. Там было что-то про шлюху, сдобренное доброй порцией ругательств. Тася не поняла больше половины, поэтому не обиделась, но заметив угрожающе сдвинутые брови неожиданной гостьи, благоразумно потянулась за сумочкой. Ключ в руке брюнетки, как и чрезвычайно раздражённый вид, намекали, что девушка имеет некоторые права в этом доме.
В этот момент в комнате появился третий! Вернулся Отто! Вид обнажённого Оттавио в полной боевой готовности и с презервативом в руке на пару секунд поверг дам в лёгкое оцепенение.
– Бастардо! – первой нашлась брюнетка.
О, это слово Тася знала! Оно обозначало «ублюдок». Что, в целом, подходило ситуации.
– Чессо! Манкьенэ! Шемо! Фрочио! – рычала в ярости брюнетка, резко наступая на растерявшегося мужчину.
С последним определением Тася была в корне не согласна. На голубого Отто не походил ни капли. Идиот и сволочь ещё ладно, но голубой… Впрочем, по всем признакам, красотка была знакома с Оттавио куда больше Таси.
– Лючия, достаточно! Баста! – Отто перехватил нападающую девицу за запястья. На взгляд Таси – очень вовремя, ибо разъярённая фурия намеревалась расцарапать хозяину дома лицо, по всем правилам итальянской драмы. – Баста! Ты не имеешь права врываться сюда и мешать моей жизни! Мы больше не вместе!
Ну вот, ситуация понемногу прояснялась, как прояснялось и в голове Таси. Наблюдать, как голый мужчина борется со злобной бывшей любовницей, было увлекательно, но лишь в некоторой степени. Как ни крути – процесс был весьма интимный, и на второй минуте представления Тася почувствовала себя третьей лишней.
Попятившись и врезавшись задом в спинку дивана, она быстро замахала руками обернувшейся к ней парочке.
– О, не обращайте внимания! Не прерывайтесь! Я уже ухожу!
Под двумя пристальными взглядами, она подхватила сумочку, ловко подцепила за ремешки туфли и бочком, бочком пробираясь между антиквариатом, быстро оказалась у двери. Не зная, что сказать напоследок, пробормотала: «Буона ноте!» и стремительно выскочила за порог.
Галопом подстреленной лани преодолев несколько старых ступенек крыльца, Тася бодро понеслась по ночной улице. В голове бушевало торнадо из обрывков мыслей и хаоса чувств. О господи, во что она вляпалась?! Нет, это просто безумие! Это же надо так умудриться! А ведь она едва не…
Резко остановившись, Тася неожиданно расхохоталась на всю улицу. Сладкий бульварный роман обернулся пошлым фарсом. Самым банальным из фарсов… От души насмеявшись (благо улица была практически пустой) Тася внезапно поморщилась. Нежная кожа ступней была не приучена к забегам босиком по улицам и слегка саднила. Наклонившись, Тася вставила правую ногу в туфлю и боковым зрением заметила небольшой грузовичок с открытым кузовом, замерший в нескольких метрах позади неё. Щурясь на слепящие фары, Тася внезапно сообразила, что видела их сзади последние ээээ… Чёрт! Да весь путь от дома Отто, эта машина ползла следом как приклеенная!
О господи! Только маньяка ей не хватало, чтобы сделать этот день вторым провальным в жизни! Удрученно покачав головой, Тася застегнула туфлю, потом разделалась со второй и, решив, что сюрпризов с неё на сегодня достаточно, энергично направилась к странному автомобилю, с твердым намерением послать преследовавшего её придурка к черту, вместе с его грязными мыслями!
Поравнявшись с кабиной грузовичка, Тася отважно вскинула голову, готовясь обрушить на голову маньяка всё возмущение, накопившееся в ней, но рассмотрев водителя, пробормотала лишь,
– О… Ты?! Что ты здесь делаешь?
ГЛАВА 14
Секунд пять растерянно попялившись на сидевшего за рулём Бернардо, Тася высказала родившееся предположение,
– Ты что, следишь за мной?!
Едва заметно нахмурившись, Берни отвел взгляд (Тася не могла бы поклясться, но ей показалось – парень покраснел),
– Нет, я тут… проезжал мимо. Надо было забрать кое-какие инструменты в мастерской приятеля… Случайно заметил тебя. Вот и… Решил проследить, чтобы не случилось чего. Ночь всё же…
Обычно неспешная речь Бернардо была столь сумбурной, что Тася с трудом улавливала суть объяснения. Не сказать, чтобы Тася ему совсем не поверила. Хотя… Чего уж там, оправдания парня звучали крайне неубедительно, хотя и льстили самомнению девушки. Не так, чтобы она сразу потеряла голову, но такая преданность не могли не тронуть.
Впрочем, после случившегося пару десятков минут назад, Тася была крайне не расположена доверять мужчинам. Особенно красивым. Особенно итальянцам. Поэтому, когда Бернардо предложил подвезти её до дома, Тася ограничилась вежливым «Спасибо», пояснив, что совершенно не желает обременять парня лишними хлопотами. К тому же она планирует прогуляться. Ведь ночь такая чудесная!
– Ладно. Как хочешь, – без возражений согласился Берни и захлопнул дверь кабины прямо перед Тасиным носом.
Такая покладистость слегка обескуражила девушку. И даже немного раздосадовала. Но пути обратно не было. Не заявишь же, что передумала, словно какая-то вертихвостка. Уже чуть-чуть жалея о своей принципиальности, Тася горделиво расправила плечи, вздернула подбородок и направилась дальше по улице, прислушиваясь к шуму мотора за спиной. Он негромко порыкивал, ползя позади, а потом вдруг раскатисто взревел, и через миг пикап обогнал Тасю, стремительно растаяв в конце улочки, в тусклом свете фонарей.
Ну вот, и этот оказался не принцем – с некоторым разочарованием заключила Тася, продолжая уверенно шагать вперёд, совершенно не представляя в каком, собственно, направлении двигается, и как попасть в апартаменты к девчонкам. Можно было бы спросить у прохожих. Само собой, если бы те прохожие появились в зоне видимости. Но как назло, неказистая улочка, на которой она оказалась, была совершенно пуста.
Неожиданно до Таси дошло – она совершенно одна, ночью, в незнакомом городе, в чужой стране. Тут же всплыли в памяти истории про мафию и похищение людей. Все, как одна, с несчастливым концом. Тася зябко поёжилась в своём невесомом шёлке и испуганно замерла, разглядев высокую мужскую фигуру, двигающуюся навстречу. Она хотела кого-то встретить… вот и встретила! Приплыли!
Потихоньку попятившись, Тася быстро огляделась по сторонам – окна невысоких домов были темны и безжизненны. Ни магазинов, ни единого, самого захудалого карабинера поблизости. Блин, выковырять бы булыжник из мостовой… Но их не смогли расшатать и столетия. Тася прижала к себе последнюю надежду на защиту – крохотную чёрную сумочку и сжалась, приготовившись бежать. Бежать очень быстро.
– Ты же не собираешься ударить меня этой сумкой? – знакомый голос подействовал на Тасю, как теплый душ. Она резко выдохнула, сразу расслабившись.
– Берни, какого чёрта так пугать меня?! Ты же уехал! Где твоя машина?! И почему болтаешься здесь!
– Не одной тебе нравится гулять по ночам. Днем сейчас слишком жарко. К тому же, я все время торчу в мастерской. Редко выбираюсь в город. Не возражаешь, если составлю тебе компанию?
Как порядочной девушке, Тасе следовало бы возмутиться подобной навязчивостью, но она не стала. Отчасти, в силу обстоятельств, отчасти, потому, что компания Берни ей нравилась. Пожав плечами, она чуть посторонилась, позволяя мужчине занять место рядом. Так они и шли, плечом к плечу, негромко обсуждая особую жизнь, которой живут по ночам города и удивительное стечение обстоятельств, которое свело их этой ночью. Любовались на роскошные бриллиантовые брызги, разбросанные невидимым ювелиром над их головами. Прислушивались к чарующей музыке, едва слышно сочащейся из пор спящего города, а может звучащей лишь в их сердцах…
Когда в зоне видимости появился дом, в котором девушки снимали апартаменты, Тася замедлила шаг и задумчиво прикусила губу, ища слова для прощания. Странно, но ей не хотелось прощаться, не хотелось, чтобы эта невероятная ночь заканчивалась. Пока она мучилась между «Ещё увидимся» и «До завтра», Бернардо шагнул к ней и губами быстро коснулся виска девушки, тут же отстранившись.
– Не против, если я позвоню завтра?
Впав в легкое оцепенение от ощущения его тёплых губ на своей коже, Тася неуверенно кивнула. И развернувшись, медленно пошла в сторону дома, чувствуя спиной его взгляд. Было приятно и чуточку неловко. Тася будто снова нырнула в шестнадцать и своё первое свидание с мальчиком…
Не громче мышки пробравшись в спальню и нырнув под одеяло, Тася не разбудила сестру и ещё какое-то время лежала без сна, словно серфингист снова и снова скользя по волнам воспоминаний о прошедшем дне…
Проспав всё, что только возможно, Тася выползла из постели, широко зевнула и поплелась на кухню, откуда пахло завтраком. Застав шепчущихся девчонок за столом, Тася потерла заспанные глаза и потянулась за чашкой.
– Обо мне сплетничаете? Ай-яй-яй, как не стыдно! – пробурчала она беззлобно, выбирая между бутербродом и яичницей.
– На плите есть овсянка, – Маруся приняла вид полнейшей невинности. – И вовсе мы не о тебе говорили. Просто боялись разбудить. Ты ведь вчера поздно вернулась. Мы уж думали, осталась ночевать у Отто…
Маруся и не пыталась скрыть многозначительную улыбку.
– Не срослось, – ответила Тася на их горящие любопытством взгляды. – Печальное стечение обстоятельств. Давайте закроем тему. Не думаю, что мы ещё увидим Отто.
Однако она ошиблась. Минут через тридцать, когда девушки уже собрали сумки, чтобы ехать на пляж, во входную дверь деликатно постучали, и одетый с иголочки Оттавио возник на пороге гостиной. Тася оценила и легкое смущение, и вину, сквозившие в обычно уверенном взгляде мужчины.
– Ты не уделишь мне пару минут? Мне хотелось бы объяснить вчерашнее недоразумение.
– Мы собираемся на пляж, – Тася с удовольствием наблюдала, как его красивое лицо грустнеет. – Ну да ладно. Только пара минут. Я не хочу задерживать девочек. Поговорим на кухне?
Из торопливых объяснений Отто следовало, что девушка, заявившаяся среди ночи – его прошлая подружка, с которой он разорвал отношения ещё полгода назад. Окончательно и бесповоротно! Так он думал, но у Люсии был свой взгляд на их разрыв. Она искренне считала, что Оттавио принадлежит лишь ей до конца своих дней, даже если они не вместе.
– Она немного сумасшедшая... – Отто смущенно мял в руке персик. – В начале, мне это в ней даже нравилось. Пока она не перестала видеть любые границы…
– Люсия… Когда я услышала это имя вчера, то заподозрила в неё разъяренный призрак твоей бабушки, – усмехнулась Тася. – Повезло, что обошлось без кровопролития.
– Прости, за то, что так вышло. Твой вечер оказался испорчен…
– Вовсе нет! Я отлично провела время. Не принимай близко к сердцу. А сейчас прости, меня уже ждут…
Кислая физиономия Отто позабавила Тасю, подняв и без того прекрасное настроение. Когда она спустилась вниз, к бассейну, то выяснила, что сюрпризы на сегодня не закончены. Поджарая фигура Дани маячила за спиной Маруси.
– Даниель едет на пляж с нами, – безапелляционно сообщила сестра. – Мы договорились вчера.
– Может, усыновим его? – съязвила Тася, забирая у Маруси пляжное полотенце. – Тогда он сможет жить с нами и не возвращаться домой, чтобы поспать.
– Очень смешно! – фыркнула Маша. – Тогда уж и твоего Отто пропишем. Смотри-ка, он собрался ехать с нами на море?
Действительно, красавчик винодел торчал возле машины, засунув руки в карманы свободных брюк, скучающе перекатываясь с носка на пятку и обратно. Чего, или кого он ждет, всем было ясно без пояснений. Девушкам не оставалось ничего иного, как пригласить его с собой, за компанию…
Горячий песок, ласковые волны, холодный лимонад, дружеская компания… Отто вел себя самым примерным образом. Может, всё ещё чувствуя себя виноватым. А может, немного смущенный общими с Тасей не очень пристойными воспоминаниями… Как бы то ни было, но Оттавио проявлял себя как истинный джентльмен, ненавязчиво ухаживая за Тасей и не забывая оказывать вежливое внимание остальным девушкам. Несколько часов на пляже пролетели одним мигом, оставив на лицах расслабленные улыбки и отчетливое желание сбежать куда-то в тень. Желание это, подкрепленное проснувшимся голодом, привело компанию в небольшую тратторию, в десятке метров от набережной.
Сперва решили обойтись пиццей и пивом, однако картинки в меню, как и запахи из кухни, оказалась столь соблазнительными, что через полчаса стол был полностью уставлен самыми аппетитными закусками. Тася нацелилась на большое блюдо с морепродуктами и, приговорив пяток криветок, без смущения взялась за клешню здоровенного омара. Клешня не поддавалась, но Тася всё же одержала верх, и, разломив щипчиками плотную броню, наконец-то добралась до сладковатой мякоти…
В этот момент, близкий к экстазу, она и заметила вошедшего в тратторию Бернардо. Поперхнувшись и тут же забыв про омара, Тася во все глаза наблюдала, как парень вскользь улыбнулся каждому из компании и задержался взглядом на её лице. Сердце Таси сдурело, ошалело затрепетав. Господи, да что это с ней?! Тася быстро отхлебнула воды и отвела взгляд от парня. Какого черта она ведет себя как влюблённая первоклашка?!
– Привет, а я за тобой! – Бернардо разрушил все её планы держаться безразлично, усевшись на соседний стул. – Твой мобильный вне доступа. Хорошо, что Дани подсказал, где вы обедаете.
Тася приоткрыла рот, пытаясь придумать что-то остроумное в ответ, да так и не подобрала ничего подходящего, с самым глупым видом уставившись на собеседника.
– А куда это вы?! – вместо сестры заинтересовалась Маруся. – Вдвоем?
– Это небольшой секрет, – негромкий баритон Бернардо звучал привычно мягко. – Тася расскажет вам. Потом. Если сочтет нужным…
Маруся широко распахнула глаза, выражая высшую степень потрясения,
– Секреты?! От меня, родной сестры?!
Крайне заинтригованная происходящим и слегка растерянная Тася лишь удивленно пожала плечами и пролепетала,
– Я сама не в курсе…
– Идем? – Берни пристально взглянул Тасе в глаза, ожидая её реакции. – Ты ведь доверяешь мне?
ГЛАВА 15
– Нет, я не пойду! Ты с ума сошел?! Это же просто нелепо! – Тася испуганно озиралась по сторонам. О боже, казалось, вся соборная площадь недоуменно наблюдает за её позором.
– Всё в порядке! Идём! Бьянка уже ждет нас. Уверяю, она очень милая и не съест тебя! Она только взглянет на твои работы… – Бернардо ободряюще коснулся плеча Таси, но та резко отстранилась.
– О нет! Господи, я же умру от стыда… Это же настоящая художественная галерея! Взгляни! В самом центре города!
– Слушай, я сотрудничаю с ними больше пяти лет. Поверь, владельцы отличные ребята! Они открыты всему новому…
– Берни, я делаю кукол! Кукол! А не создаю современное искусство! Они просто посмеются надо мной!
Девушка в панике взглянула на вывеску, на которой было выведено золотой вязью «The Circle of Life Art Gallery». Как пояснил Бернардо, арт галлерея называлась «Колесо жизни», и сейчас Тася с ужасом представляла, как это колесо катком прокатится по её самооценке. Черт возьми, да если бы она знала, что Берни задумал такое, то никогда не села бы к нему в машину! Когда на горизонте замаячили уже знакомые крыши Пьетрасанты, Тася украдкой улыбнулась, предвкушая нечто чудесное. Романтическая прогулка по старому городу… А может, Берни задумал ужин на двоих в своей оливковой роще…
Когда они оказались на площади Дуомо, покорившей её сердце в прошлый раз, Тася совсем не ожидала подвоха. Даже когда Бернардо произнес: «Нам сюда», увлекая её к большим стеклянным дверям в узком проулке, Тася решила, что это очередной ресторанчик из множества, встретившегося им по пути. И лишь когда прозвучало,
– Я договорился с владелицей галереи, она посмотрит твои работы. Когда я рассказал Бьянке о тебе, она высказала заинтересованность и желание познакомиться с тобой.
Этих двух фраз хватило, чтобы вмиг выкинуть Тасю из блаженной расслабленности в океан паники. Взглянуть на её работы! Да он смеётся! Поделки, достойные лишь дочкиной спальни, он предложил на суд настоящих ценителей искусства. Зачем?! Господи, ну зачем?! Чтобы Тася почувствовала себя совсем никчёмным ничтожеством?!
– Она видела фотографии, эта Бьянка?
Убедившись, что увещевания и возмущения не срабатывают, Тася пыталась тянуть время.
– Нет, ты покажешь их сама. Бьянка доверяет моему мнению. Не волнуйся так! Всё пройдет отлично. Твои работы понравятся.
– А если нет?!
– Вряд ли. В любом случае, успеха или провала, ты не узнаешь этого, пока не сделаешь первый шаг. Тебе придется рискнуть. Не рискнув, невозможно победить. Удача любит смелых… Идем?
Ладонь Таси утонула в большой, надёжной ладони мужчины. И что ей оставалось делать, кроме как последовать за ним?
Бьянка оказалась высокой, худой женщиной с пышной копной смоляных кудряшек. Загорелое, отрытое лицо не выдавало возраста. Женщине могло быть как тридцать, так и все пятьдесят, что, впрочем, совершенно не имело значения, ибо Бьянка покорила Тасю с первого мгновения знакомства. В ответ на робкое Тасино приветствие, женщина просияла широкой улыбкой и крепко обняла гостью.
– Таисия! Мама мия, Бернардо не обманул! Ты действительно перфетто! Идемте, я налью вам кофе, а потом покажу галерею нашей гостье!
Небольшая, светлая комнатка, которая служила кабинетом и переговорной, несмотря на обилие современной мебели, казалась очень уютной, встретив Тасю запахом крепкого кофе и ярким цветочным ароматом. В центре круглого белого стола, располагался огромный букет пионов.
– У вас так красиво! – выдохнула Тася, осторожно опускаясь на предложенный стул.
– О, это ты ещё не видела саму галерею, дорогая! – махнула рукой Бьянка, пододвигая к гостям крохотные фарфоровые чашки и печенье в жестяной коробке. – Пейте, пока не остыл!
Закончив с церемониями, Бьянка провела для Таси небольшую экскурсию по галерее. Девушка внимательно вслушивалась в быструю речь итальянки, с каждым словом той, убеждаясь, что ей здесь ожидать нечего.
– Мы открылись в две тысячи двенадцатом.– Бьянка вела Тасю по небольшим, но очень светлым залам. Белый цвет, властвующий здесь, обрамлял и воспевал красоту представленных предметов искусства. – Бьянка неторопливо двигалась вперёд, позволяя гостье осмотреться, – Галерея была задумана, как выражение любви к великому Андреа Роджи. При входе в галерею ты видела несколько его скульптур. Мы желали продвигать в мир основной постулат Роджи – «Все во вселенной есть жизнь и любовь». И, надеюсь, у нас это неплохо получается. Сейчас галереи «Круг жизни» открыты уже в трёх городах Тосканы…
Пройдясь по залам, Тася совершенно не представляла себе, как теперь показывать Бьянке свои работы. Это казалось смешно и нелепо, на фоне реального искусства. Она так и сказала, когда они вернулись в кабинет, но женщина доброжелательно улыбнулась,
– Позволь мне просто посмотреть!
Тася неохотно вытянула из сумки мобильный.
– У меня только здесь…
– Ничего страшного. Давай подключим к моему компьютеру….
На большом экране замелькали фотографии сделанные за последние пять лет. На них грустили и улыбались маленькие девочки из полимерного фарфора, каждой из которых Тася придумала свою историю. Бьянка задумчиво рассматривала фотографии, прокручивая фото туда и обратно, увеличивая картинку и вглядываясь в детали.
– Это восхитительно! – вынесла она неожиданный вердикт. – Потрясающе! Такая живость, детали… Всё это сделала ты одна?
Тася кивнула, не в силах издать хоть звук враз пересохшим горлом.
– Надо ещё обсудить детали, но думаю, мы будем счастливы, выставить у себя твои работы… – Бьянка развернулась к Тасе и солнечно улыбнулась…
Когда стеклянная дверь захлопнулась и галерея осталась за спиной, Тася повернулась к Бернардо, который предпочитал отмалчиваться большую часть времени, которое они провели в галерее. Глаза девушки сияли возбуждением.
– Боже мой, ты это слышал?! Невероятно! Мне предложили участие в их сентябрьской выставке! Не могу поверить!
– Угу…– легко кивнул мужчина, с явным удовольствием рассматривая её лучащееся восторгом лицо.
– Бьянка обещала составить договор и согласовать всё до моего отъезда! Они хотят взять пять кукол! Пять! – Тася рассмеялась так громко, что несколько прохожих обернулись. – Это безумие! Представляешь, она сказала, – Тася понизила голос. – Что для начала, рассчитывает выручить за каждую не меньше двух тысяч евро! За каждую! Можешь представить?!
– Совсем неплохо.
– Не то слово! Я так счастлива! – Тася снова рассмеялась и, не сдержавшись, бросилась на шею мужчине. – Спасибооо!
Взлетев, её руки обвили крепкую шею, тела соприкоснулись во внезапном объятии. Мгновение растерянности и большие ладони Бернардо легли на спину девушки, закрепляя объятие. На миг Тася будто утонула в его большом, горячем теле, погрузившись в жаркий и немного пугающий плен. Это было так странно и ух, как волнительно! Сердце забилось вспугнутой птахой, соскакивая в хаотичный рваный ритм и, испугавшись своей реакции, Тася резко высвободилась из мужских рук.
– Прости… Это был просто порыв. Я так рада…
– Идем! – словно не заметив Тасиного смущения, Берни невозмутимо поймал её ладонь. – Победу надо отметить…
Они отметили Тасин успех тремя порциями джеллато, в крохотной мороженице на соседней улочке. Расправившись с вишневым, карамельным и фисташковым, Тася расстегнула верхнюю пуговицу на шортах и пообещала умереть через секунду.
– Сперва тебе придётся пройтись, – безжалостно сообщил Берни, вернув ладонь Таси в уже привычный плен своих пальцев. – Обещаю, ты не пожалеешь.
Она, правда, не пожалела…
ГЛАВА 16
День уже официально перешёл в вечер, когда пикап Бернардо остановился в прибрежной части городка, носившей гордое название Marina di Pietrasanta.
Пройдя десяток шагов вслед за спутником, Тася резко остановилась и не удержала восхищённый вздох.
– Ух ты! С ума сойти!
Перед ней от края до края, насколько мог уловить взгляд, протиралась широкая полоса белоснежного пляжа. Самого восхитительного из всех, что Тасе приходилось видеть. С правой стороны пляж обрамляла живописная горная гряда. А по левую руку золотистая змейка терялась вдали, растворяясь в бесконечной синеве прибоя.
– Здесь самые чистые пляжи на всем Средиземноморском побережье, – Бернардо сбросил кеды и с видимым удовольствием погрузил стопы в мелкий песок.– Так говорят какие-то там эксперты. Лично я с ними согласен. Давай руку! Песок, в это время, уже не горячий, а море – чистое блаженство.
Взявшись за руки, словно влюбленная парочка, они пошли по пляжу, позволяя сонному прибою ласкать их ноги. Пляж потихоньку пустел. Шумные семьи с детьми и пары всех возрастов сворачивали многочисленные пожитки, складывали солнечные зонты и неспешно исчезали за линией старых сосен, ограждавших пляжную полосу от дороги. В какой-то момент, Тася с Бернардо остались на пляже почти одни. Им составляли компанию лишь пожилой мужчина, раскинувшийся на песке в отдалении, да его собака, верно лежащая рядом с хозяином.
– Присядем здесь?
Тася расстелила на песке так удачно прихваченное полотенце. Места хватило как раз для двоих, расположившихся плечом к плечу. Не отводя взгляда от мерцающего закатной позолотой морского простора, Тася подставила лицо угасающим солнечным лучам и мягко улыбнулась их прощальной ласке.
– Можно я спрошу? Почему ты… Почему у тебя нет девушки? Ты же такой классный!
– Спасибо, – Бернардо усмехнулся. – Я не девственник, если ты спрашиваешь про это.
– Ох, нет! Я не это имела в виду, – моментально смутилась Тася.
– Хочешь знать, почему я сейчас один? Так было не всегда. С последней девушкой, Кьярой, мы встречались почти три года…
– И что случилось?
– Ничего, – мужчина безразлично пожал плечами. – Наши пути разошлись. Она уехала в Рим, делать карьеру в журналистике.
Тася недоуменно нахмурилась,
– Так просто? А как же любовь?
– Знаешь, моя мама была очень мудрой женщиной. Она всегда говорила: «Мой мальчик, можно доверять только своему сердцу. Всё остальное обманет. Если сердце зовёт – следуй за ним! Если же оно молчит – значит это не твой путь!». Всё просто – сердце Кьяры не удержало её рядом со мной, а моё не позвало следом за ней в Рим. Мы расстались друзьями. – Бернардо набрал в пригоршню песок и позволил ему стечь сквозь пальцы. Наблюдая за тонкими, скользящими вниз, струйками, он вдруг спросил.
– А что насчет тебя?
– Я замужем, – Тася отвела взгляд к океану.
– Знаю. Ты любишь его?
Вопрос внезапно поставил в тупик. Тася не сразу нашлась с, казалось бы, очевидным ответом. Ещё пару недель назад, не задумываясь, она ответила бы безоговорочным «конечно». Но сейчас… Вместо привычной уверенности в душе всколыхнулась сумятица из смешанных чувств и обрывков воспоминаний. Подстертая солнечными деньками боль, вновь напомнила о себя, отозвавшись резким уколом в сердце. Молчание девушки, как и сурово поджатые губы, подсказали Бернардо ответ.
– Тогда почему ты с ним?
Вопрос заставил Тасю очнуться от задумчивости.
– Всё не так просто… Давай, не будем об этом сейчас. Смотри, солнце почти село! Так красиво!
Указала она на багряный диск, почти полностью погрузившийся за горизонт.
Когда солнце совсем зашло, они ещё немного прошлись по темному пляжу, любуясь на мерцающую хрустальным блеском лунную дорожку, а потом Бернардо отвез Тасю домой, в Лукку. На прощание он поцеловал её, как и в прежний вечер, осторожно коснувшись правой щеки. И ещё раз, в другую щёку. Тася не дышала, пока его дыхание трепетало на её коже. В тот вечер он не целовались по- настоящему…
Это произошло лишь на следующий день. Их первый настоящий поцелуй. Всего одна неделя, что оставалась у девушек в Италии, подстегнула Бъянку ускориться с подписанием договора. Утренний звонок женщины вынудил Тасю вернуться в галерею, чтобы обсудить черновик и детали контракта. Никто не возразил, когда Бернардо вновь вызвался отвезти её в Пьетрасанту. Маруся и Наденька лишь обменялись многозначительными взглядами при этом известии, но сурово сдвинутые брови Таси не позволили девушкам высказать всё, что они думают насчет этой поездки.
После галереи Бернардо предложил заехать к нему, перекусить и выпить лимонада. Лимонадом дело не ограничилось. Палящее июньское солнце раскаляло воздух до адской температуры даже в тени, поэтому лимонадом с бутербродами Тасю угощали прямо на большой, обдуваемой кондиционером, кухне. В какой-то момент, когда раскрасневшаяся от жары Тася почти разделалась с бутером, Берни шагнул к ней и поцеловал. Это было неожиданно, но так естественно, словно иначе, и быть не могло. Тася поняла это в тот же миг, когда его губы нежно, но уверенно накрыли её рот. Замешательство длилось не больше секунды, а потом она закинула руки на шею мужчине, обнимая, притягивая его ближе, погружаясь в желание, подхватившее их обоих…
Это было чудесно и захватывающе. Всего один поцелуй и ничего больше. Никакого секса не было в этот день.
Так Тася сказала сестре.
Она сказала неправду.
Тот спонтанный поцелуй на кухне стал лишь прелюдией. Закружив их с внезапностью урагана, он распалил обоих так, что остановиться они уже не могли. Да же если бы захотели. Но они оба и не хотели останавливаться, с горячим нетерпением познавая друг друга. Их первый раз случился прямо там, на кухне…
Не в силах оторваться друг от друга, они целовались до головокружения, позволяя рукам жадно исследовать каждый изгиб желанного тела. Голова Таси кружилась, когда она быстро, через голову, стянула хлопковый топик. Торопливое движение случайно высвободило затвердевшие соски из кружевного плена, окончательно сведя с ума этим зрелищем беднягу Бернардо. Негромко простонав, он рванул на себя девушку, судорожно расстегивая брюки…
Когда, уже ночью, пикап Берни высадил Тасю у её апартаментов, долгий поцелуй всё ещё не утолённой страсти пришелся прямо в губы.
– Как не стыдно! – приветствовала сестру Маруся, изобразив возмущение. – Прямо у всех на виду! Делали бы это в машине!
Маруся открыто хихикнула.
– Мы не удержалась, – Тася и не пыталась скрыть блаженную улыбку, которая не покидала её лицо несколько последних часов.
– В машине они тоже целовались! Я видела! – встряла Наденька, которая, похоже, смирилась с тем, что Бернардо выбрал не её.
– Ах, развратники! – шутливо вскрикнула Маруся. – Ну и как он, в этом деле? Рассказывай! – Она перехватила сестру за талию, не позволяя смыться из комнаты.
– Отпусти! Рассказывать тут нечего! – попыталась высвободиться Тася. – Поцеловались и всё! Ты же сама толкала меня в пучину разврата! Мол, надо развеяться и отвлечься от домашних проблем. Вот я и отвлекаюсь! Ничего серьёзного! И не надо делать такие большие глаза. Просто невинный флирт! Ну, почти… Всё, отпусти! Хочу спать!
На следующий день Бернардо появился возле их дома в девять утра.
– Боже, эти итальянцы так рано встают! Чего им не спится?! – смотря в окно, Маруся широко зевнула и покачала головой. – Тааась! Вставай, давай! Там твой уже прикатил!
Взглянув, на промчавшуюся мимо и жадно прильнувшую к оконному стеклу сестру, Маруся демонстративно вздохнула,
– Вот ведь сумасшедшие! А ведь взрослые люди!
– Завтракать не буду! – вместо возражения быстро сообщила Тася. – Я возьму твою красную юбку, ладно?
– Съешь что-нибудь! Кофе хоть выпей! – крикнула Маруся уже ей в спину.
– Потом где-нибудь перекушу! – прокричала Тася из спальни. – Не волнуйся за меня! И передавай привет Даниелю!
– Подстеб засчитан! – пробормотала Марья, наливая себе чай. – Ты там хоть предохраняйся… Эй, слышишь меня?!
Безнадежно махнув рукой, девушка проводила взглядом метнувшуюся в ванную сестру и обреченно вздохнула…
ГЛАВА 17
Проходящая между рядов стюардесса одарила Тасю формальной улыбкой и напомнила пристегнуть ремень безопасности. Бездумно выполнив просьбу, Тася безразлично отвернулась к иллюминатору. Взгляд вяло скользил по серой взлётной полосе, пока в голове вибрировали прощальные слова сестры: «Позвони мне, как долетишь! Черт, да что за муха тебя укусила! Я не понимаю, почему не подождать два лишних дня и не вылететь с нами?». Тася хотела бы, но не могла объяснить сестре, что заставило её внезапно поменять билет домой на самый ближайший рейс. Она отделалась от недоумевающей Маруси словами о накрывшей тоске по дочке, но дело было не в этом. Совсем не в этом….
Последние несколько дней проскользнули для Таси восхитительным, волшебным мигом. Пропав в закруживших её чувствах, она потеряла себя прежнюю – ту благоразумную, уравновешенную Таисию, жизнь которой была похожа на спокойную реку, в привычном течении которой обходилось без бурных водоворотов и темных омутов. Знала ли она себя такой, потерявшей голову от шальной, невозможной влюбленности? Никогда!
Даже в период увлечения Максимом всё было иначе. Тогда она просто уступала его шквальному напору, польщённая и трепещущая от его настойчивой страсти. С широко распахнутыми глазами вступая на непознанную территорию новой, взрослой жизни, Тася с головой погрузилась в этот роман, радостно позволяя Максу вести её за собой. В их романе всё было понятно и правильно: одобрение друзей и родителей, кино и кафешки, первая ночь в съёмной квартире парня. Ночь, которая оказалась такой, как ей и положено – слегка неловко, немного больно, с легким привкусом разочарования, которое быстро смыло счастливым блеском в глазах Макса…
Потихоньку Тася привыкла к той стремительной, резкой манере с которой он брал её, быстро утоляя вспыхнувшее желание и не особо заморачиваясь ощущениями жены. Она привыкла отвечать, что ей всё понравилось, решив, что секс и все эти феерические ощущения, типа бесконечных оргазмов, просто очередная выдумка маркетологов, продающих людям мифы о любви в красивой упаковке романтичных фильмов и дамских романов. Да, ей нравилось внимание мужа. Его торопливые поцелуи и шутливые подколы, иногда ранящие её, но по большей части безобидные и действительно смешные. Она любила его. Любила, как могла и умела, старательно вкладывая все душевные силы и терпение в этот брак, ни секунды не сомневаясь, в том, что это единственно возможный путь к её счастью.
Всё, что Тася узнала в браке о любви и сексе, всё, что считала незыблемым и давно понятным, рассыпалось в труху, после первого же поцелуя Бернардо. Тот невозможный, пылкий поцелуй оказался удивительно нежным, пробудив в Тасе ощущения, о которых она прежде даже не подозревала. На ласки больших, неторопливых рук тело Таси охотно отвечало горячей волной, пробуждающей нарастающее наслаждение. Штормовая волна блаженства смела смущение и любые сомнения, стоило их телам соединиться впервые. Там, на кухонном столе. Это было безумие, но каждый раз, снова и снова, Тася вспыхивала и сгорала в яростной, жаркой вспышке стоило мужчине проникнуть в неё. Размер всё же имеет значение, в глубине души признала она, когда Бернардо первый раз наполнил её собой, даря внезапное наслаждение. Вскрикнув и больше не сдерживая стоны, Тася вцепилась в широкие плечи, оставив на загорелой коже алые полукружья от ногтей…
Она целовала их потом, шепча слова извинения и всем телом вздрагивая от ещё сотрясающих её отголосков утоленной страсти. Он заглушал извинения поцелуями, опаляя её губы пронзительной нежностью. Они забывали о времени, условностях, внешнем мире, который притаился за оградой большого фермерского дома, только и поджидая момента, чтобы вцепиться во влюбленных мертвой хваткой…
Это случилось прошлым вечером. День был таким же солнечным и счастливым, как и все последние. Долгая прогулка с утра, пляж, потом обед, приготовленный в четыре руки… Маруся перестала спрашивать сестру вернётся ли она ночевать в апартаменты ещё после первой ночи, проведённой той у Бернардо. Никому, кто видел Тасю со спутником, не пришел бы в голову глупый вопрос об отношениях этих двоих. Сияющие глаза и улыбки, что не сходили с лиц этой парочки, кричали об их чувствах очевиднее любых заявлений. Прохожие улыбались в ответ, на пару мгновений возвращаясь в воспоминания о своей первой любви…
Вот и сейчас, неосознанная улыбка притаилось в уголках губ Таси, когда, быстро взглянув на Бернардо, она подцепила с тарелки последний кусок деревенского, ещё теплого хлеба.
– Ты будешь доедать? – Тася облизнулась, нацелившись на остатки лозаньи в большой, белоснежной миске.
Со своей неподражаемой, манкой улыбкой, мужчина покачал головой,
– Наслаждайся!
– Спасибо, ты – ангел! – Тася деловито пододвинула к себе миску. – Уммм…, благослови Боже твою маму, которая научила тебя так готовить! Ты – лучший в этом деле!
– Только в этом? – глаза Бернардо зажглись озорством.
– Во всем – лучший! – уверенно подтвердила Тася.– Думаю, твоя прежняя девушка была совсем глупой, что решила расстаться!
– А ты? – Берни мягко притянул девушку к себе.
– Что, я? – Тася удобно расположилась у него на коленях и кончиками пальцев нежно коснулась густых темных прядей, открывая высокий мужской лоб.
–Ты…? – Мужчина едва заметно нахмурился, словно решаясь на что-то, но выдохнул уже привычное. – Поцелуешь меня?
Вместо ответа, Тася быстро скользнула губами по его губам и со смехом отстранилась.
– Не так! – Мгновенно вспыхнув желанием, Мужчина придвинул её к себе, впечатывая в большое, уже возбужденное тело. – Вот так…
Этот поцелуй больше не был похож на шуточный, закончившись в спальне… После долгих минут любви, потные тела откинулись на простыни и пытаясь отдышаться, Тася вытерла запястьем влажный лоб.
– О боже, я воняю как портовый грузчик! Надо ползти в душ! Толкни меня, пожалуйста!
Вместо этого Бернардо лег сверху, полностью накрыв собой заметно похудевшее девичье тело.
– Ну вот, теперь мы воняем вместе.
– Сумасшедший! – Тася мягко оттолкнула мужчину, сражаясь с навязчивым желанием прижать к себе так крепко, чтобы насовсем раствориться в его запахе и приятной тяжести.
В душ они пошли вместе, но быстро смыв пот и обернувшись полотенцем, Бернардо пробормотал что-то вроде «Скоро вернусь», оставив Тасю в одиночку наслаждаться освежающими струями прохладной воды. Не нашла она его и в спальне, когда вернулась туда. Натянув на голое тело огромную мужскую футболку, Тася босиком отправилась на поиски, обходя комнату за комнатой и прислушиваясь. Наконец, она широко улыбнулась, услышав знакомый голос, самозабвенно выводящий что-то из репертуара итальянской эстрады. Байки про то, что итальянцы прекрасно поют, оказались правдивы. Может не все поголовно, но её личный итальянец пел восхитительно. Бархатистый, мягкий баритон проникал под кожу, трогая за душу и рождая в груди волнение.
Тихонько проникнув в мастерскую, Тася незаметно любовалась высокой, статной фигурой, наклонившейся над рабочим столом. Напевая, мужчина сосредоточенно шлифовал что-то маленькое, едва заметное в его руках.
– Я соскучилась! – сообщила Тася, подходя ближе. – Давай сходим за мороженным?
От звука её голоса мужчина заметно вздрогнул и быстро спрятал руку за спину.
– Ты?! Конечно, сейчас! Только закончу кое-что…
Это «кое-что» чрезвычайно заинтересовало Тасю. Настолько, что оказавшись рядом, она беспардонно заглянула за спину Бернардо.
– Что это у тебя там?!
– Сюрприз. Я ещё не закончил, – мужчина крепче сжал ладонь, пряча загадочный «сюрприз».
– О, ненавижу сюрпризы! – призналась Тася. – Ну покажи! Ох пер фаворе! Обещаю обрадоваться!
Поколебавшись секунду, Бернардо протянул вперёд руку и раскрыл пальцы. На широкой ладони поблёскивало небольшое кольцо из серебристого металла.
– Не успел отшлифовать до конца… Тут внутри гравировка.
Осторожно взяв кольцо двумя пальцами, Тася присмотрелась, читая надпись.
– il mio amore per sempre. «Моя любовь навсегда», – перевела она и подняла растерянный взгляд на Бернардо. – Это… Это очень мило.
– Я не тороплю тебя с ответом. Просто, хочу чтобы ты знала…
– С ответом? – Тася напряглась, внезапно почувствовав, как сквозняк холодит голые колени.
– Это обручальное кольцо. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.
– Делаешь мне предложение? – Тася всё ещё надеялась, что недостаточно хорошо поняла его. Чужой язык и всё такое… – Это невозможно! – выдохнула она, увидев его уверенный кивок. – Я замужем, и у нас есть дочь!
– Думаешь, она не захочет, чтобы ты была счастлива?
– Да она будет в ужасе! Господи, ты не понимаешь! Ты не знаешь…
– Я знаю, что люблю тебя! И ты любишь меня. Нет, молчи, не надо лгать! Я знаю, что ты тоже это чувствуешь! Так что мешает нам быть вместе?!
Тася смотрела в его красивое, такое любимое лицо, каждую черточку которого ей хотелось бы покрыть поцелуями, и чувствовала, как умирает. Она заигралась, забылась, зашла слишком далеко, позволив запрещённым чувствам взять верх. Как давно она обманывала себя, списывая всё на необременительный роман на отдыхе, который можно забыть на следующий день? Как позволила ему и себе увязнуть в чувствах, у которых не может быть продолжения?!
Эти мысли проносились в голове, пока Тася молчала, подбирая слова для отказа. Слова, которые ранили бы его не так сильно. Так и не найдя таких, Тася покачала головой.
– Прости, но это невозможно. Я не могу быть с тобой. Я виновата, прости!
Она вложила кольцо ему в ладонь и, отвернувшись, быстро пошла в дом. Одежда была по-прежнему раскидана по комнате – свидетельство страсти, которая теперь под запретом. Одевшись и собрав волосы в пучок, Тася шагнула к двери, в проёме которой Бернардо молча наблюдал за её сборами.
– Уходишь? – проронил он, когда она поравнялась с ним и взглянула в лицо.
– Я поймаю такси…
– Не надо. Я отвезу тебя. Не бойся, больше никаких разговоров о любви.
Тася стиснула руки, из последних сил сдерживая слёзы. Нет, она не позволит себе! Не сейчас.
Всю дорогу до Луки они молчали. Уже выйдя из машины, Тася обернулась, выдавив,
– Спасибо!
Небрежно кивнув, Бернардо так и не встретился с ней взглядом, быстро нажав на газ. Машина резко рыкнула и через несколько мгновений исчезла из вида. Вот и всё – сказала себе Тася и размазала по щеке наконец-то прорвавшиеся наружу слезы.
Запершись в спальне и прорыдав на кровати какое-то время, Тася старательно вытерла мокрым полотенцем враз опухшее лицо и, откопав в сумочке мобильный, открыла сайт авиакомпании. Пора было заканчивать с грёзами и возвращаться в реальность.
Самолет зашел на посадку, о чем вежливо сообщили по громкой связи. Город за иллюминатором мерцал множеством огней в уже опустившихся густых сумерках. Тася очнулась от воспоминаний, сосредоточившись на ближайшем будущем. Заказать такси, а потом… Потом, она попытается вернуть себе прежнюю, понятную и упорядоченную жизнь. Макс оступился. Что ж, она тоже. Ничем не лучше. Они квиты! Она должна дать им шанс всё исправить. Попытаться спасти семью. Ради Натуси, ради всех этих лет, что они были счастливы вместе…
Гремя чемоданом через зал прилета, Тася вдруг наткнулась взглядом на лицо мужа, в толпе встречающих. Макс широко улыбнулся ей и привычно клюнул в щёку.
– Обалденно выглядишь! Черт, да я тебя не сразу узнал!– в его глазах горело искреннее восхищение.
Ах да, он же не видел её с новой причёской, – вяло подумала Тася. К тому же она похудела. Ежедневные занятия любовью по несколько раз в сутки заметно отразились на теле. От нечаянных воспоминаний кровь мгновенно бросилась в лицо и Тася быстро сунула чемодан мужу.
– Откуда ты узнал, что я прилетаю?
– Так Машка позвонила. Сказала, что тебя надо обязательно встретить. Мол, ты приболела и не очень хорошо себя чувствуешь. Так то, по виду и не скажешь…
– Уже всё в порядке. – Тася резко тряхнула выгоревшей чёлкой. – Идем! Я хочу домой!
Дома она заварила чай в любимом чайнике, с яркими синими полосками, который они привезли из отпуска в Турции года три назад. Налила себе полную чашку и, окунув в чай печенье, глубоко вздохнула. Вот она и вернулась…
Макс сел напротив и, приподняв кончиками пальцев подбородок Таси, усмехнулся,
– Не могу привыкнуть, что ты ТАКАЯ! Мне словно подменили жену! Ты, там случаем, не влюбилась?
Тася небрежно отстранилась и, проигнорировав шутку, внезапно спросила,
– Ты не знаешь, Лера с мужем уже вернулись из медового месяца?
Макс скривился, демонстрируя легкое недоумение.
– Без понятия. Вроде как нет. Они говорили что-то про три недели… Тебя это волнует?
– Уже нет, – Тася поднялась и отнесла чашку в раковину. – Надо позвонить маме. Я так соскучилась по Нате…
– Позвонишь утром, – Макс перехватил жену за талию, притягивая к себе. – Сейчас они уже спят! И нам тоже пора бы в постель… Я так изголодался по тебе! Ты была такая бука…
Губы мужчины нетерпеливо коснулись Тасиной шее и шустро принялись за пуговицы на блузке. Тася не отстранилась, покорно позволив ему целовать себя, а потом отнести в спальню. Секс не всколыхнул в Тасе особенных чувств. Что-то вроде отголоска былого возбуждения возникло в миг когда он суетливо входил в неё, но тут же угасло в обычном торопливом ритме. Тася даже посчитала – получилось ровно двадцать шесть секунд.
– Прости, слишком перевозбудился, – перевернувшись на спину, пробормотал Макс. – Ты такая охренительная! Бля, затрахал бы тебя до смерти!
Его рука небрежной лаской, по-хозяйски прошлась по её бедру.
– Не перетрудись, – ответила Тася и натянула на себя одеяло. Она несколько раз тяжело вздохнула и пообещала себе, что потом будет легче. Должно стать легче…
На следующее утро она притворялась спящей, пока Макс не ушел на работу. Когда входная дверь хлопнула, Тася прошлепала в ванную, неспешно приняла душ и выйдя в коридор, споткнулась о так и не разобранный чемодан. Червоточина, что разъедала её душу бесконечными воспоминаниями о темных глазах, в которых она оставила столько боли, заставляла искать хоть какое-то занятие рукам. Всё что угодно, лишь бы отвлечься от мыслей. Разобрать чемодан и забросить вещи в стирку – чем не полезное дело?
Тася быстро забросила в барабан огромной стиралки трусики и футболки и задумчиво потёрла висок. Осталось ещё столько места! Притянув к себе бак для грязного белья, Тася подняла крышку. Так, чего бы ещё закинуть в стиралку? Взгляд упал на скомканную простынь, занимающую всё обозримое пространство бака. Вот, муж же старался к её приезду! Сменил бельё, чтобы ей было приятно! Тася вытащила простынь наружу и тут же задумчиво нахмурилась. В нос ударил приторно-сладкий, удушающий аромат духов. Никогда Тася не пользовалась ничем подобным. Борясь с омерзением, она расправила простынь, тут же отдернув пальцы от желтоватых, неровных пятен. Мог бы хотя бы пользоваться презервативом…
Брезгливо отбросив простынь, Тася испуганно дернулась на резко тренькнувший в тишине ванной звук телефона. Открыв сообщение от Маруси, она несколько раз прочитала текст, а потом долго смотрела на прикрепленное к сообщению фото. Затем поднялась, сходив на кухню, выпила чаю и, набрав на мобильном номер матери, легко улыбнулась,
– Привееет! Да, я уже вернулась! Вчера вечером! Соскучилась по вам ужасно! Приеду к обеду! Мааам, а можно мы с Натусей поживем у вас какое-то время? В чем дело? Ни в чем! Всё прекрасно! Просто я развожусь с Максимом…
Потратив минут пятнадцать на разговор с мамой и дочкой, негромко напевая, Тася быстро сложила в чемодан самое необходимое, положила туда же пару своих кукол и, застегнув молнию, снова взялась за телефон. Вновь прочла сообщение Маруси, которое гласило: «Не хочу на тебя давить, но я желаю тебе счастья, сестрёнка. Эту фотку прислал мне Дани. Новая работа Бернардо. Не знаю, видела ли ты. Думаю, нет. Иначе бы не уехала вот так… Короче, скульптура называется «Ми амор» или как-то так, и ты будешь полная дура, если не оценишь такое! Люблю, целую! Цени, пока я жива! Твоя безмерно любящая сестра!».
Тася улыбнулась и ещё раз внимательно посмотрела на фото. В плавных изгибах металла легко угадывалось прекрасное женское тело, летящая волна волос заканчивалась чуть выше лопаток, подчеркивая изящную хрупкость шеи. Задумчивое, схематично набросанное лицо было прекрасно отрешённой, воздушной красотой. Той красотой, что Тася ежедневно видела в зеркале…
Поколебавшись не дольше минуты, Тася прокрутила на телефоне список контактов и нашла нужное имя. Старательно подбирая буквы, она набрала: «Aspettare. Ritornero! Ti amo!», что означало « Жди. Я вернусь! Люблю тебя!».