После слов Сиси о клятве верности я напрягся и медленно положил на стол револьвер, лихорадочно перебирая варианты.

То, что произошло дальше, оказалось для меня полной неожиданностью — Сиси резко вскинула свой клинок, лезвие которого налилось ослепительным светом.

— Стой, дура! — только и успел выдохнуть я.

С клинка сорвался сияющий полумесяц, от которого даже на расстоянии пахнуло чудовищным жаром.

Он пронёсся через весь стол, разрубая его, будто тот был сделан из бумаги.

Всё, что я успел, — вскочить на ноги и рефлекторно прикрыться левой рукой.

Перед предплечьем вспыхнул полупрозрачный щит «Тихого Стража». Полумесяц врезался в него — щит продержался какую-то долю секунды и разлетелся на осколки света.

Сияющая дуга пошла дальше, и мою левую руку ниже локтя срезало так легко, словно нож прошёл сквозь масло.

Я даже не успел почувствовать боли.

Почти сразу вспыхнул второй барьер — сработала защитная цепочка, которую я купил у Лысого Шварца. Одновременно с ней я чисто на инстинктах активировал Покров Молний, и моё тело взорвалось электрическими разрядами.

Я успел увидеть, как сияющая дуга врезалась в защитную дымку цепочки, а затем почти полностью рассыпалась под всполохами молний.

Почти — остаток удара всё-таки достиг цели. Меня отбросило назад, но я каким-то чудом удержался на ногах.

От левой ключицы наискось вниз, почти до бока, тянулась длинная кровавая полоса.

— Тупая сука, — процедил я, вскидывая револьвер.

Сиси смотрела на меня ошеломлённо. Она явно не понимала, как я вообще остался жив.

БАХ! БАХ! БАХ!

Револьвер «Серый Ворон» и без того частично игнорировал защиту, а с такими патронами результат должен быть ещё лучше. Перед Сиси один за другим вспыхнули сразу три барьера — и каждый из них лопнул, сдерживая мои выстрелы.

Девушка вскрикнула и отшатнулась.

— Защитите меня! — взвизгнула она.

Справа от неё мелькнуло что-то серебристое, и раздался сухой треск — лезвие рапиры пробило ещё один невидимый барьер.

Это был Вьюн. Он стоял неподалёку от кресла главы и держал на вытянутой руке рапиру, кончик которой вошёл Сиси прямо в висок.

Глаза девушки широко распахнулись.

Вьюн одним движением выдернул клинок, отступил и спокойно вытер лезвие платком. Тело Сиси мешком рухнуло на пол.

В комнате воцарилась тишина.

Я тяжело дышал. Из обрубка руки хлестала кровь. Рана через всю грудь тоже кровоточила. Но боли почти не было — «Безмолвная боль» подавляла ощущения, а «Последний рубеж» не позволил свалиться от травматического шока.

Без этих двух браслетов я бы, скорее всего, уже валялся без сознания.

Я сунул правую руку во внутренний карман, нащупал одну из склянок, зубами выдернул пробку и залпом выпил обезболивающее.

В этот момент трое приспешников Сиси одновременно рванули к выходу. Но кто им позволит сбежать?

Вьюн вдруг размазался в движении и оказался возле одного из них. Рапира вошла беглецу точно в затылок.

Сшивателя сцапал Колос — здоровяк уже снова раздулся до боевой формы и двигался с совершенно ненормальной для такой туши скоростью. Он схватил Мистика за горло одной рукой и оторвал от пола.

Оставшийся огненный Мистик успел сделать ещё пару шагов.

БАХ! БАХ! БАХ!

Все Мистики, кроме Фермерши открыли огонь из револьверов — огненный Мистик рухнул возле выхода и больше не поднялся.

Снова наступила тишина. Лишь Сшиватель хрипел и дёргался в руке Колоса.

— Отдай его мне, — прохрипел я.

Колос повернул ко мне голову.

— Шокер, а ты меня удивил, — громыхнул он. — Столько артефактов. Надо же.

Он приподнял Сшивателя повыше.

— Если хочешь вернуть руку, придётся платить.

Я заскрипел зубами. Во мне мгновенно вспыхнула ненависть к этому ублюдку.

Я прекрасно помнил нападение на посольство Альбиона и погибшего там мальчишку. Помнил разгромленный дом баронессы, кучу убитых людей и Машу, которая тогда едва не погибла.

И это лишь малая часть того, что я знал о Колосе.

Но ненависть пришлось задавить. Сейчас в руках этого урода находился Мистик, способный вернуть мне руку.

Рядом неожиданно раздался удивлённый вскрик.

Я резко повернул голову и увидел, как Вьюн отскочил от лежащего на полу клинка Сиси и встряхнул кистью. С его пальцев капала кровь.

Он хмуро посмотрел сначала на ладонь, затем на оружие. Похоже, даже просто прикоснуться к этой штуке мог далеко не каждый.

— Ну же, решайся, парень, — прогремел Колос. — Будешь дальше тормозить — сверну ему шею.

Я шумно выдохнул.

— На моей отрубленной руке два кольца и браслет, — я кивнул на стол, на котором лежал обрубок. — Забирай их и отдавай Сшивателя.

Адреналин потихоньку отступал, и на меня накатывала тупая, ноющая боль. Браслет подавлял её, но не всю.

Стараясь не выдать своего состояния, я медленно стянул с пальцев отрубленной руки два кольца и браслет. Зрелище было настолько сюрреалистичным, что даже думать об этом не хотелось.

Я со стуком положил все три артефакта на уцелевшую часть столешницы. Браслет «Последний рубеж», защитное кольцо «Тихий страж» с тремя зарядами и «Тихий след». Ценнейшие и, что главное, редчайшие артефакты.

— Среди них защитный артефакт с тремя зарядами, — добавил я. — Ты сам видел его в деле. Этого более чем достаточно.

Хорошо, что я надел «Кровавый Тюльпан» на правую руку. Но активировать его пока нельзя — если этот урод узнает, что у меня исцеляющий артефакт, он точно не успокоится, пока не получит его.

Колос задумчиво покосился на мою правую руку.

— Маловато будет, — заявил он.

— Не наглей, Колос, — холодно бросил я. — Или забирай эти три артефакта и отдавай мне Сшивателя, или иди нахер. Я найду другой способ вернуть себе руку.

Несколько секунд мы молча бодались взглядами. Рука и грудь пульсировали болью, не позволяя отвлекаться ни на что другое. Лишь краем глаза я заметил, как поднялись призраки Сиси и двух других азиатов.

Колос неожиданно широко улыбнулся.

— Так и быть, ты всё-таки один из нас! — прогрохотал он. — Один из тех, кто следует воле Громовержца!

Здоровяк расхохотался.

Я ничего не ответил.

— Но сперва положи револьвер на стол, — потребовал он. — Хочу видеть, что ты без оружия.

Я медленно положил револьвер на стол. Колос заинтересованно уставился на него.

— Интересный экземпляр. Мощный.

— Его ты не получишь, — сухо бросил я.

Колос снова рассмеялся.

Он двинулся вдоль стола в мою сторону, продолжая тащить Сшивателя за горло. Подойдя ближе, здоровяк отшвырнул того в сторону.

Сшиватель покатился по полу, судорожно хватая ртом воздух.

Колос же протянул громадную ладонь к моим артефактам. Для этого ему пришлось слегка наклониться.

Именно этого я и ждал.

Крупный изумруд на моём «Жале» вспыхнул, и яркий луч разрушительной энергии врезался Колосу прямо в лицо.

Его маска с треском разлетелась, здоровяк взревел и отшатнулся, а в скуле у него появилась глубокая дымящаяся дыра.

Я уже хватал револьвер.

БАХ! БАХ! БАХ!

Три выстрела подряд в голову.

Первые две пули сплющились о чудовищно крепкий лоб, оставив на коже кровавые раны, а третья всё-таки пробила кость.

Колос дёрнулся, его глаза на мгновение замерли. А затем двухметровая туша повалилась назад и с грохотом рухнула на пол.

Почти сразу его тело начало меняться — раздутые мышцы медленно сдувались, кости словно уменьшались, и Колос постепенно возвращался к обычным размерам.

Я тяжело выдохнул и бросил взгляд на остальные трупы.

До этого всё моё внимание было приковано к отрубленной руке, Колосу и Сшивателю. За поднимающимися призраками я следил лишь краем глаза.

Теперь же прищурился и посмотрел на Сиси.

Её призрак стоял возле собственного тела и со странным смирением осматривал комнату.

Я сразу почувствовал нить между нами. Потянулся к ней и резко укрепил связь.

Получилось удивительно легко. Видимо, потому что Сиси была обычным Мистиком, а не Старшим.

В следующую секунду что-то мелькнуло перед глазами. Я заметил лишь смазанный силуэт. А затем понял, что мои артефакты, лежавшие на столе, исчезли.

— Стоять! — рявкнул я.

Вьюн уже мчался к выходу.

Я вскинул револьвер и выстрелил ему вслед.

БАХ!

Мимо, Вьюн выскочил за дверь.

— Ах ты сука! — процедил я. — Шарлотта, следи за ним!

Выкрикнув мысленный приказ, я тут же повернулся к перепуганному Сшивателю. Подобрал со стола отрубленную руку и сунул её ему.

— Лечи. Сейчас же.

Парень часто закивал.

Маска давно слетела с его лица. Под ней обнаружился худой до болезненности азиат лет двадцати, перепуганный настолько, что его трясло.

Оставшиеся Мистики всё ещё стояли вокруг с револьверами в руках и насторожённо наблюдали за мной.

Я раздражённо обвёл их взглядом.

— Валите отсюда, если не хотите сдохнуть, идиоты.

Возражать никто не стал. Мистики начали покидать комнату. Один из них хотел было подойти к телу Сиси, но я ткнул в него револьвером, и он тут же убежал.

Через несколько секунд мы со Сшивателем остались вдвоём.

Мысленно костеря грёбаного Вьюна, я посмотрел на призрак другого азиата — одного из приспешников Сиси. Секунда — и между нами установилась связь.

А затем над телом Колоса поднялся его призрак.

Я сунул в рот Лунную жемчужину и потянул из неё призрачный заряд, восстанавливая резерв.

Колос что-то зло заорал, но я проигнорировал ругань, сосредоточился и создал между нами связь. Всё, теперь он от меня никуда не денется.

И тут я неожиданно ощутил сильную усталость. На сознание будто что-то навалилось. Я поморщился, и перед глазами появилась надпись:

Достигнут предел привязанных Духов. Эквивалент Старших Духов: 6 из 6.

Я удивлённо моргнул.

Шесть?

Шарлотта, Давыдов, Винсент, Лич и теперь Колос — пять Старших Духов.

Ах да. Похоже, два обычных Духа занимают столько же, сколько один Старший. Значит, Сиси и её подручный вместе забрали последний полноценный слот.

— Эй, куда ты! — закричала Сиси.

Третий призрачный азиат, который при жизни владел огнём, поднялся над полом. Он сам с удивлением смотрел на своих коллег, не понимая, почему те остались стоять на месте.

А затем он исчез.

Сиси, Колос и третий призрак начали удивлённо кричать, не понимая, что происходит. Тут припёрся Давыдов, и это место вообще превратилось в призрачный базар, который я старательно игнорировал.

Сшиватель тем временем уже начал действовать.

Дрожа от страха, он подошёл ко мне, держа в руках длинную тонкую иглу. Аккуратно приставив отрубленную конечность к культе, он приложил остриё к месту среза.

Игла засияла мягким светом, позади неё вспыхнула светящаяся нить. Парень проколол кожу и принялся быстро и ловко сшивать руку — нить буквально стягивала плоть, а кожа следом за ней срасталась, не оставляя даже шрамов.

Я невольно засмотрелся — вот это уже была самая настоящая магия. Клинок Сиси не просто отсёк руку — сам разрез оказался шириной примерно в сантиметр. То есть, часть плоти и кости попросту исчезла под воздействием атаки.

Но способность Сшивателя восстанавливала даже недостающее.

— Ты говоришь на янтарском? — мрачно спросил я.

— Да, говорю, — с лёгким акцентом отозвался парень, не прекращая работать.

— Расскажи про свою способность.

— Я могу сшивать части тела, — пробормотал он. — Если конечность отрезали недавно.

— Насколько недавно?

— Чем быстрее, тем лучше. Через десять минут уже не получится.

— Артур! — расстроенно раздался в голове голос Шарлотты. — Он ушёл! Тут лошадь была, он вскочил на неё и ускакал!

Я заскрипел зубами. Ну ничего. Личность этого урода мне известна — Отто Ланг, глава аптекарской сети. Раз решил меня ограбить, пусть потом винит только себя.

Почувствовав мою злость, Сшиватель заметно вздрогнул и заработал ещё быстрее.

В общей сложности ему понадобилось около пяти минут, чтобы пришить мою руку. Всё это время трое новых призраков успели сначала запаниковать, потом переругаться между собой, а затем начали требовать объяснений у Давыдова, который с невозмутимым видом троллил их, неся какую-то чушь про то, что это он их оставил на Земле, и они должны служить ему.

Наконец Сшиватель закончил — последняя светящаяся нить растворилась, и парень осторожно отпустил мою руку.

Я пошевелил пальцами и покрутил кистью. Всё прекрасно работает, и даже следа от разреза не осталось. Супер! И боль прошла.

Я ощутил гигантское облегчение. Мне было реально страшно, что я останусь без руки.

— Эту рану сможешь зашить? — спросил я, указав большим пальцем на грудь.

— Н-нет, — покачал головой Сшиватель. — Такую не могу.

— И что мне с тобой делать? Скажи мне, почему я должен оставить тебя в живых?

Парень застыл. Его лицо мгновенно побледнело.

— Не надо убивать! — он отчаянно замотал головой. — Я полезный! Я могу быть полезным! Сейчас! Сейчас!

Сшиватель вдруг сорвался с места, подбежал к телу Сиси и принялся копаться в её карманах, под возмущённые крики призрака.

Через несколько секунд он вытащил небольшую папку и торопливо положил её на стол.

Раскрыв её дрожащими руками, парень отложил в сторону четыре листа из тёмно-красного плотного материала, похожего то ли на бумагу, то ли на очень тонкую кожу.

Затем достал обычный желтоватый лист.

— Контракт, — быстро произнёс он. — Я буду служить вам.

Я приподнял бровь. Взяв лист, я внимательно прочитал условия.

Это действительно оказался контракт подчинения. Одна сторона обязалась служить другой, выполнять приказы и не могла сознательно предать хозяина.

— Настоящий? — уточнил я.

— Да, да, настоящий! — часто закивал Сшиватель.

Я вздохнул. Не знаю, где именно мне пригодится этот парень, но такой Целитель лишним точно не будет.

Контракт был составлен на тяньлинском языке, а ниже полностью продублирован на янтарском. Видимо, обе стороны перед заключением должны были ознакомиться со всеми условиями и понимать, под чем именно ставят подпись.

Я ещё раз внимательно всё перечитал и протянул лист Сшивателю.

Тот тоже пробежался по тексту глазами, после чего уколол палец собственной иглой и поставил кровавую подпись в нужном месте.

Я повторил за ним, только не пришлось ничего колоть — просто взял немного крови из раны на груди.

Когда моя кровь оказалась на контракте, тот слабо засветился. Через несколько секунд бумага начала рассыпаться в мелкую пыль.

Пыль разделилась на два потока и исчезла. Но я успел заметить тонкую бледно-синюю, призрачную нить и хотел было дёрнуться, но не успел — она вошла прямо мне в голову.

Сшиватель одновременно вздрогнул и поёжился.

Я поднял взгляд. Теперь между нами действительно существовала едва заметная призрачная связь. Она отличалась от тех нитей, которые я видел между собой и духами, но природа у неё явно была похожей. Любопытно.

— Хорошо, — тихо сказал я. — А теперь собери артефакты с убитых.

Я кивнул на тела.

Сшиватель вздрогнул и покосился на клинок.

— Это нельзя, — испуганно произнёс он, указывая на меч. — Это Клинок Солнца! Клан Сюань найдёт. Везде найдёт. Это реликвия.

— Хорошо, понял, — поморщился я. — Клинок трогать не будем.

Я задумчиво посмотрел на лежащий возле тела Сиси меч. На самом деле у меня появилась одна интересная мысль.

Пока Сшиватель собирал остальные вещи, я зарядил револьвер убойными патронами, подошёл поближе к Клинку Солнца и прицелился в основание лезвия.

— Что ты делаешь, варвар⁈ — завопила призрачная Сиси. — Не смей!

БАХ!

Пуля ударила возле гарды. Клинок звякнул, но выдержал.

— Не смей! Ты хоть понимаешь, что это такое⁈

БАХ!

На этот раз пуля отрикошетила и чуть не попала в меня, я рефлекторно отшатнулся.

На поверхности металла осталась едва заметная трещина.

— Да ты совсем обезумел⁈ — продолжала вопить Сиси.

БАХ!

Я снова выстрелил. Потом ещё раз. И ещё.

Клинок оказался чудовищно прочным — лишь после шестого выстрела по повреждённому месту раздался громкий треск.

Лезвие переломилось у самого основания, обе части отлетели в разные стороны.

Я выждал несколько секунд и осторожно подобрал рукоять. Никаких проблем не возникло — сила, которая питала артефакт, исчезла. Затем подошёл к лезвию и поднял его тоже.

— Замотай во что-нибудь, — велел я Сшивателю, кладя обломки меча на стол. — Заберу с собой.

— Хорошо, — подавленно кивнул тот.

Я не стал объяснять, что уничтожать Клинок Солнца вовсе не собираюсь. Восстановить его для меня не составит большого труда.

Зато после такого повреждения он перестал быть действующим артефактом — а значит, возможно, клан Сюань уже не сможет так легко отыскать свою драгоценную реликвию. Позже узнаю это у призрака Сиси.

Сшиватель собирал вещи и складывал их на стол. Хоть атака Сиси и разрезала столешницу, но тот устоял.

Сшиватель уже сложил мешочек с поглотителями душ, клинок, браслет, пару колец. Неплохая добыча, особенно учитывая контракты.

Наконец, Сшиватель закончил.

— Всё, можешь уходить, — бросил я ему. — Скрой все следы и пока ни с кем не связывайся. Я позову тебя, когда ты понадобишься.

— Д-да, — парень кивнул и торопливо покинул помещение.

Подождав несколько секунд, я активировал «Кровавый Тюльпан». Рубин сверкнул, и по моему телу прошла тёплая волна. Рана на груди зачесалась и начала заживать.

Я активировал ещё один заряд кольца, затем ещё — и лишь после третьего разрез на груди полностью исцелился. Остался лишь шрам.

— Вот гадёныш, — процедил Колос, жадно глядя на кольцо. Он хотел ещё что-то сказать, но я поднял на него взгляд и перебил:

— Так, а теперь ваша очередь.

— Ты нас видишь⁈ — воскликнул Колос.

Я зло усмехнулся и активировал Уничтожение.

Колос заорал. По его призрачному телу пробежали волны прозрачного электричества. Фигура Колоса задрожала, края силуэта начали распадаться, словно его медленно разрывало изнутри.

Я чувствовал — стоит надавить ещё немного, и смогу уничтожить его окончательно.

Но я не стал этого делать и вовремя остановился. Колос тяжело дёргался, ошеломлённо глядя на меня.

Нет, убивать его окончательно пока рано. Мне ещё предстоит как следует поэкспериментировать с его силой.

Я повернулся к Сиси и её перепуганному подручному.

Улыбнувшись, я сказал:

— Если вы не хотите здесь и сейчас погибнуть окончательно, вам придётся ответить на все мои вопросы.

Ставь лайк, если тебе нравится книга! Если не нравится — тоже ставь, почему бы и нет⁈

— Что ты хочешь знать? — дрожащим голосом спросила Сиси, с ужасом косясь на призрак Колоса, который ещё не пришёл в себя от пережитого удара.

— Для начала скажи: сюда могут нагрянуть люди из клана Сюань? — буднично поинтересовался я и принялся копаться в мешочке с поглотителями душ.

Разумеется, среди них нашлись и те, что подходили для душ Старших Мистиков. Похоже, Сиси всерьёз собиралась прикончить кого-нибудь из нас. Она явно понимала, что без боя навязать свои контракты подчинения ей не удастся.

Взяв один из подходящих поглотителей, я подошёл к телу Колоса, присел и обмазал сферу его кровью. Затем поднялся и шагнул к призраку здоровяка.

— Стой, — прохрипел Колос, отползая. — Что тебе надо?..

Договорить он не успел.

Я дёрнул за связывающую нас нить, призрака рвануло ко мне — и я вдавил окровавленную сферу прямо ему в грудь. Огромная фигура вытянулась и за мгновение исчезла внутри поглотителя.

— Что ты делаешь⁈ — голос Сиси сорвался. — Как ты можешь… Это же Табу! Ты же Разрушитель, как ты можешь влиять на души⁈

Я протёр поглотитель и сунул его в сумку к двум другим — с душами Лича и Винсента. После этого подобрал пустую склянку из-под обезболивающего и набрал в неё немного крови Колоса.

Закончив, я выпрямился и вновь посмотрел на Сиси.

В голове наконец-то прояснилось. Отсутствие боли действительно здорово помогает соображать.

— Итак, ещё раз. Клан Сюань может сюда нагрянуть?

— Я тебе ничего не скажу, — Сиси поджала губы и зло уставилась на меня.

— Эх, ну всегда так, — пробормотал я.

Щёлкнув пальцами, я активировал Уничтожение.

Но в этот раз вложил совсем немного энергии. Я уже умел контролировать силу своих способностей, так что особого труда это не составило.

Сиси закричала. Её тело вспыхнуло прозрачным электричеством и стремительно побледнело, став почти невидимым.

Я тут же остановился. Ого, обычные души и правда намного слабее душ Старших Мистиков.

Сиси тяжело дышала и с ужасом смотрела на меня. Хотя лёгких у неё теперь не было, но привычные человеческие рефлексы никуда не делись.

— У тебя нет другого выхода, — я криво улыбнулся. — Или ты отвечаешь на все мои вопросы, или я тебя просто развею. Ты не попадёшь в Мир Духов. Не увидишь своих предков. Просто исчезнешь навсегда.

В глазах Сиси появился настоящий, искренний, почти животный ужас. И я вполне мог его понять.

Если ты родился в клане Мистиков и тебе с детства рассказывают, что земная жизнь — это далеко не всё, отношение к смерти неизбежно меняется. Ты знаешь, что после неё попадёшь в Мир Духов, продолжишь существовать там ещё очень долго и столетиями будешь наблюдать за своими потомками.

И вдруг появляется кто-то вроде меня, способный отнять это. По сути — забрать у тебя вечную жизнь. Тут и правда кто угодно перепугается.

Для меня, человека с Земли, всё выглядело иначе. Я до сих пор не привык к самой мысли о том, что после смерти действительно что-то есть. Да и, если честно, сильно сомневаюсь, что мне, как переселенцу, вообще светит нормальное перерождение в Мире Духов. А если и светит, то единственной моей перспективой вполне может оказаться участь быть сожранным Арешем.

Но для Сиси всё обстояло совсем по-другому.

— Ты не посмеешь, — дрожащим голосом выдавила она. — Это нельзя… Это Табу!

— Ещё как посмею, — хмыкнул я.

— Ты с ним заодно? — по прозрачным щекам Сиси покатились слёзы. — С Фридрихом? С этим подонком⁈

Я прищурился.

— С Наследником?

Впрочем, развивать эту тему сейчас я не стал и быстро вернулся к прежнему вопросу:

— Так что насчёт клана Сюань? И сразу предупреждаю: не надейся, что после моей смерти освободишься. Если я умру — ты исчезнешь вместе со мной. Моя смерть означает и твоё уничтожение.

Мои слова сильно напугали Сиси, она сорвалась и разревелась. Её подручный тут же зачастил что-то на тяньлинском, обращаясь к девушке. Я не понял ни слова — похоже, янтарского он не знает.

Я сосредоточился на азиате, и перед глазами появилось знакомое окно.

Объект: Чэнь Жуй.

Статус: привязан.

Ступень: Контрактный Дух.

Способность: Усиление эмоций.

Целостность: 90 %.

Доступно: Разрушение.

Заряд: 80 из 100.

Хм, нет Поглощения. Только Разрушение.

Я перевёл взгляд на Сиси и сосредоточился.

Объект: Сиси Сюань.

Статус: привязан.

Ступень: Контрактный Дух.

Способность: Печать взрыва.

Целостность: 92 %.

Доступно: Разрушение.

Заряд: 80 из 100.

И снова — только Разрушение.

— Вот же… — пробормотал я.

Похоже, вытягивать силу я могу лишь у душ Старших Мистиков. Полезность этой парочки в моих глазах сразу заметно снизилась.

Я поморщился, понимая, что способность Поглощения оказалась не такой полезной, как я ожидал. Старших Мистиков в целом сильно меньше, чем обычных.

Сиси, видимо, решила, что я начинаю терять терпение, потому что тут же затараторила:

— Нет! Нет, сюда никто не придёт! Я и трое моих подручных — единственные из клана Сюань, кто сюда прибыл! Но за нами наблюдают. Они узнают, что я погибла, если уже не узнали. И смогут выяснить, что здесь произошло.

— Вот как, — протянул я.

Покопавшись в сумке, я вытащил сферу «Чистый след» и направил в неё энергию. По поверхности артефакта замелькали искры, а сама сфера слабо засветилась.

Глазами я ничего не видел, но каким-то странным образом чувствовал, как незримые потоки вокруг втягиваются внутрь артефакта.

Через несколько секунд сфера резко помутнела.

Всё. Только что я потратил один из двух одноразовых артефактов, способных очищать место от мистических следов. Теперь выяснить, что именно здесь произошло, будет гораздо сложнее.

Хотя, думаю, клан Сюань всё равно поймёт, от чьих рук погибла Сиси — свидетелей её смерти хватало. Значит, надо поскорее найти Вьюна и забрать свои артефакты, пока этого ублюдка не прикончил кто-нибудь другой.

— Пора уходить отсюда, — решил я вслух.

Вернувшись к столу, я принялся складывать в сумку всё, что осталось после устроенной здесь бойни. Диагностикой займусь потом.

Сломанный Клинок Солнца Сшиватель успел засунуть в ножны — хорошо придумал, я как-то совсем о них не подумал. Рукоять лежала отдельно, её я засунул в сумку.

Я уже направился к выходу, когда рядом появился Давыдов.

— Тут неподалёку есть ещё одна комната, — сообщил граф. — Там какие-то бумаги.

Я остановился.

— Показывай.

Давыдов двинулся вперёд, а я пошёл следом.

Комната оказалась чем-то вроде временного штаба Сиси. Похоже, именно здесь она сидела и ждала, пока соберутся все члены Палитры.

На столе лежала целая стопка досье. Я взял верхнее и быстро пробежался по нему глазами. Это было досье Колоса. Меня заинтересовала одна строчка:

Классификация: Крепость-6, Силач-3.

Надо будет позже расспросить Сиси, что это вообще за классификация. Раньше о подобном я не слышал.

Я усмехнулся, почувствовав, как натянулись нити, связывающие меня с Сиси и вторым призраком. Похоже, они попытались сбежать. Ну пусть пробуют.

Сгребя все бумаги и убрав их в сумку, я двинулся к выходу. Лучше всё-таки поскорее отсюда свалить — кто знает, вдруг кто-нибудь из этих придурков решит вернуться.

Оказавшись на улице, я зашагал по тёмной дороге в сторону более оживлённых кварталов. Через нашу связь я чувствовал, что Сиси и второй призрак летят позади.

Слегка дёрнув одну из нитей, я подтянул Сиси к себе.

— Ай! — воскликнула она, резко оказавшись рядом. — Что ты делаешь?

— Твой подручный умеет говорить на янтарском?

Сиси замешкалась, но всё же ответила:

— Нет. Он всю жизнь прожил в клане и впервые покинул Тяньлин.

— Зачем ты вообще взяла его с собой? — спросил я. — Зачем тебе Мистик, умеющий усиливать эмоции?

Сиси вздрогнула и испуганно посмотрела на меня, явно не понимая, откуда я узнал такие детали. Затем пробормотала:

— Чтобы усилить ваш страх передо мной. Я хотела показать вам силу и убить одного из вас, а потом усилить эмоцию страха, чтобы вы не сопротивлялись и подписали контракт.

Я остановился и повернулся к призраку.

Выглядел азиат лет на тридцать. Высокий, худощавый, с чуть выпуклым лбом и уже начинающими редеть волосами. Глаза были посажены немного шире обычного, но в остальном внешность самая заурядная.

Этот человек лично мне ничего плохого не сделал. Просто выполнял приказы Сиси и погиб, по сути, лишь потому, что оказался не в том месте и не с теми людьми.

Я щёлкнул пальцами и оборвал связывающую нас нить. Если честно, мне было интересно посмотреть, что произойдёт — я ещё никогда не обрывал нити. Но не думаю, что призрак пострадает.

Азиат вздрогнул и быстро заговорил на тяньлинском.

— Что ты сделал? — испуганно выдохнула Сиси.

Я не ответил, продолжая наблюдать. Призрак медленно поплыл вверх. Через несколько секунд его силуэт резко вытянулся, будто кто-то подхватил его и потащил ввысь, — и исчез.

Вот и всё. Что и следовало ожидать — он ушёл в Мир Духов. Значит, если я погибну, с остальными привязанными ко мне призраками, скорее всего, случится то же самое — они просто отправятся в Мир Духов.

Но кроме Шарлотты, никому из призраков об этом знать не следует.

Я повернулся к Сиси. Взгляд девушки был наполнен животным ужасом, её прозрачные губы мелко дрожали.

— Ты… Ты… — пролепетала девушка.

Я приподнял брови.

— Не надо! — вдруг закричала Сиси.

Она бросилась мне в ноги и склонилась так низко, что её голова погрузилась в землю.

— Прошу тебя! — её голос сорвался на всхлип. — Не уничтожай меня! Молю!

О-о-о, так она решила, что я только что уничтожил её подручного.

— Я буду полезна! — торопливо продолжила Сиси. — Пожалуйста! Пощади меня!

Я хмыкнул и с любопытством поинтересовался:

— И чем же ты можешь быть мне полезна?

— Я буду помогать! — Сиси вскинула голову. — Я умею анализировать. В клане все знали о моём таланте. А ещё…

Она замялась.

— Что ещё?

— Я умею плести интриги, — выпалила она. — Продумывать их. Строить планы.

— Да уж, вижу, к чему тебя привели твои интриги, — насмешливо заметил я.

— Я много знаю! — глаза Сиси забегали. — Мне известно то, чего не знаешь ты. Ты в опасности!

Во взгляде девушки вдруг мелькнула надежда.

— В Приморскую Республику съезжаются элитные отряды Мистиков из других стран, — зачастила она, подавшись ко мне. — Здесь скоро будут Вороны Брана, Эйнхериии, Гетайры, Небесные Волки, Ракшасы и многие другие! Скоро прибудут даже Лунные Драконы Тяньлина!

— Кто это? — с любопытством спросила Шарлотта. Она не так давно присоединилась к нам и с интересом следила за тем, как развиваются события.

— Она перечислила сильнейшие отряды Мистиков нескольких стран, — напрягся Давыдов.

— Они все здесь ради одного — наказать того, кто нарушил Табу! — Сиси поднялась на ноги. — Они пойдут войной на Наследника. Они будут искать Мистиков, владеющих молниями. И ты один из них!

На её лице появился неподдельный испуг. Теперь она боялась уже не за себя, а за меня — она и правда поверила, что моя смерть означает её уничтожение.

— Тебе надо срочно уходить! — выпалила Сиси. — Беги из страны! Если останешься, тебя обязательно убьют!

Я невольно нахмурился, её слова и правда меня взволновали.

— Расскажи всё, что знаешь, — велел я.

Как ни крути, в одном она права — информации у неё намного больше, чем у меня. До недавнего времени Сиси жила в одном из сильнейших кланов Тяньлина и явно знала о происходящем в мире Мистиков куда больше меня.

— Да, да, конечно! — она тут же часто закивала. — Я всё расскажу. Но тебе правда надо уходить.

— Это уже не тебе решать, — отрезал я.

К этому моменту мы наконец вышли на более оживлённую улицу. Здесь горели фонари, попадались редкие прохожие и время от времени проезжали экипажи.

Я стянул маску и убрал её в карман. Сиси же принялась рассказывать. И чем дольше я её слушал, тем сильнее мрачнел.

Похоже, ситуация в Приморской Республике и правда становилась крайне хреновой. И что самое скверное — всё это было лишь началом, скоро станет ещё хуже.

Я поймал свободный экипаж, забрался внутрь и назвал кучеру адрес. Пока мы ехали домой, я лихорадочно размышлял над следующим шагом.

В первую очередь надо обезопасить тех, кто живёт со мной — Витю и Машу. Если эти двое продолжат постоянно таскаться рядом со мной, то рано или поздно сложат головы. Особенно теперь, когда в страну съезжаются сильнейшие Мистики со всего мира.

Нужен дом, о котором никто не будет знать. Но для этого нужны деньги… Где их достать?

Я сразу вспомнил о пяти сломанных духовных сокровищах, которые принесла Виолетта. А ещё о душах Лича и Винсента, томящихся в поглотителях.

Теперь, благодаря новым трофеям, свободных поглотителей у меня стало достаточно. Так что этих двоих больше незачем держать про запас — надо их вытащить и нормально допросить. Узнать, где они прятали деньги, артефакты и прочее добро.

Да, значит, следующий пункт — срочно раздобыть деньги и купить дом. Маша и Витя должны жить отдельно от меня… Нужен взрослый, который будет приглядывать за ними. Тот, кто будет выполнять для меня разные поручения, и в чьей верности я не буду сомневаться. Хм, Сшиватель? Только он подходит.

На самом краю сознания неприятно зудела ещё одна мысль.

Двое детей — моё слабое место. Если враги поймут, что они мне дороги, то рано или поздно этим воспользуются. Схватят Машу или Витю, а потом поставят меня перед выбором. И я не смогу просто закрыть глаза на их судьбу.

Значит, этот вопрос надо решить в первую очередь.

Немногим ранее, рядом с местом встречи Палитры.

Чуть в стороне от улицы, скрывшись в густых тенях между домами, стояли трое Мистиков. Ранее они участвовали в собрании Палитры, но быстро ушли, как только запахло жареным.

И сейчас они смотрели на здание, в котором были убиты Колос, Демоница и ещё два Мистика.

Наконец дверь открылась и наружу вышел Шокер.

Трое Мистиков проводили его напряжённым взглядом. Они заметили, что в руках Шокер несёт что-то длинное — похожее на меч в ножнах.

— Он взял меч, — тихо сказал один из тройки — Мистик, известный под именем Боксёр. — Надо догнать и грохнуть его.

Боксёр нервно сжал рукоять револьвера, но никуда не пошёл. Перед его глазами всё ещё стояла картина убийства Колоса — человека, который был для него большим авторитетом.

— Ну так иди догоняй, — нервно сказал второй Мистик — Вестник.

— Рот закрой, — огрызнулся Боксёр.

— Тихо, оба, — осадил обоих Жила. — Он ушёл. Пойдёмте проверим, может там что-то осталось.

Эти трое недолюбливали друг друга, так как относились к разным фракциям. Жила был человеком Искры, Боксёр — подручным Колоса, а Вестник служил Вьюну.

Эти трое были обычными Мистиками, не Старшими — и под давлением обстоятельств им пришлось объединиться.

Лишь спрятавшись и обсудив между собой произошедшее, они пришли к выводу, что, возможно, всё-таки смогли бы справиться с Шокером. Но… Проверять свою теорию они не спешили.

Вдобавок, они быстро нашли другую цель — клинок. Тот самый, которым Демоница едва не прикончила Шокера. Правда… и его теперь нет.

Жила первым вошёл в здание и быстрым шагом направился к нужной комнате. Однако, переступив порог, резко остановился.

Рядом с телом Демоницы на корточках сидел неприметный мужчина средних лет в клетчатом костюме и кепке. Он внимательно рассматривал рану на её виске.

Услышав шаги, мужчина мгновенно поднялся и повернулся к вошедшим, вскидывая револьвер.

— Опа, а вот и Связной, — вперёд вышел Боксёр, держа мужчину на мушке. — Не двигайся.

Вестник тоже нацелил револьвер на Связного. Жила мешкал — всё же Связной был человеком Искры. Но… Где сейчас Искра? А нет её, если верить словам Демоницы.

— Как минимум одного из вас я точно заберу с собой, — бесцветно произнёс Связной, переводя ствол с одного противника на другого.

— А может, и не заберёшь, — хмыкнул Боксёр. — Но я не хочу с тобой воевать. Скажи нам кое-что, и можешь идти.

Связной чуть прищурился.

— Личность Шокера, — Боксёр качнул стволом. — Скажи, кто он, и мы тебя отпустим.

Он мельком осмотрел помещение. Клинка нигде не было… Значит, Шокер и правда забрал реликвию с собой. Жаль… Клан Сюань наверняка отвалил бы за такое оружие немалые деньги.

— Именно, — поддакнул Вестник, продолжая целиться в Связного. — Нам нужно только его имя.

Несколько секунд Связной молчал.

— Он Старший Мистик, — наконец холодно произнёс мужчина. — Вы с ним не справитесь.

— А кто сказал, что они будут втроём? — раздался от входа сухой голос.

Все четверо Мистиков резко повернулись на звук. В дверном проёме стоял Вьюн — он небрежно опирался плечом о косяк и совершенно равнодушно рассматривал Связного.

Боксёр едва слышно выругался.

— Босс! — обрадовался Вестник, и подошёл к Вьюну. Тот уже вытащил свою рапиру.

— Имя, Связной, — кончик оружия чуть качнулся. — Назови его, и останешься жив.

Боксёр отступил в сторону, продолжая краем глаза следить за Вьюном и мысленно костеря его на чём свет стоит. Жила тоже не хотел находиться рядом с этим маньяком.

Связной обвёл взглядом четырёх Мистиков. Шансов выбраться отсюда силой у него действительно не было.

— Хорошо, — неожиданно спокойно произнёс он. — Я скажу вам его имя. Более того, его досье сейчас у меня с собой.

Связной медленно сунул руку во внутренний карман и вытащил тонкий блокнот. Он неторопливо перелистнул несколько страниц и вырвал один лист.

— Здесь всё, что вам нужно. Так вы точно будете уверены, что я ничего не выдумал.

Связной поднял лист двумя пальцами.

— Освободите выход, и получите информацию.

— Думаешь, сможешь нас обмануть⁈ — рыкнул Боксёр.

— Я не успею сбежать от Вьюна, — Связной скользнул взглядом по стоящему в дверях Старшему Мистику. — Поэтому выйду в коридор, оставлю лист у выхода и уйду. Вы получите то, что вам нужно.

Несколько секунд никто не отвечал.

— Хорошо, — Вьюн наконец чуть отвёл рапиру. — Я тебе верю.

Боксёр поморщился, но не стал спорить. А Вестник даже и не подумал сомневаться в словах босса. Жила тоже не видел причин возражать — он не хотел смерти Связного.

Все, кроме Боксёра, понимали — у Связного нет никакого смысла рисковать жизнью ради личности Шокера. Не его тайна и не его проблема.

Мистики медленно расступились. Связной спокойно прошёл между ними и двинулся по коридору. Никто не спускал с него глаз.

Дойдя почти до самого выхода из здания, мужчина остановился. Сложил лист пополам и бросил его на пол.

А затем резко сорвался с места и выскочил наружу.

Боксёр рефлекторно дёрнулся следом — как гончая за зайцем. Но резко остановился, ощутив на себе холодный взгляд Вьюна.

БАХ!

Боксёр рухнул на пол с простреленной головой.

— Минус один фанатик, — хмыкнул Вестник, убирая револьвер в кобуру и доставая поглотитель душ.

Он присел над телом Боксёра и вдавил маленькую сферу в развороченное пулей отверстие в его голове. Свободной рукой Вестник поправил синюю маску, посмотрел на Жилу и велел:

— Убирайся. Мы справимся с Шокером сами.

Жила не стал спорить и рванул прочь. Его сердце стучало где-то в горле, ладони вспотели от страха. Он понимал — если Вьюн захочет, то ему не жить.

Но… Его отпустили. Жила смог сбежать.

А пока Связной и Жила рвали когти, Вьюн уже направлялся к сложенному листу. Ему пришёлся по душе украденный защитный артефакт — и Вьюн был уверен, что соберёт с трупа Шокера ещё немало интересного.

Резиденция Кровавого Императора.

Линьси пришла в себя, но ещё некоторое время просто лежала, не открывая глаз.

— Милочка, — раздался рядом чуть писклявый мужской голос. — Я знаю, что ты уже очнулась. От меня это не скроешь. Открывай глазки.

Линьси медленно разлепила веки и повернула голову. На неё смотрел странный мужчина, одетый в белый халат.

У него было большое круглое лицо, а глаза, нос и рот будто стянулись к самому его центру. На голове росли редкие чёрные волосы, между которыми отчётливо виднелась кожа.

Мужчина улыбался крохотным ртом.

— Как ты себя чувствуешь, Линьси?

Девушка открыла рот, собираясь грубо ответить, но незнакомец тут же поднял руку.

— Знаю, знаю. Чувствуешь себя ужасно, можешь даже не говорить. Скоро сюда прибудет Наследник. Он хочет с тобой поговорить.

— Наследник? — прохрипела Линьси.

Горло отчаянно саднило.

— Водички? Сейчас.

Мужчина поднёс к её губам небольшую трубочку.

Линьси жадно потянула из неё воду и одновременно попыталась пошевелить левой рукой. Не получилось…

В голове мгновенно вспыхнуло осознание. Она — калека. Без руки и без ноги… Значит, всё произошедшее не было кошмаром.

Линьси стиснула зубами трубочку и, сдерживая подступающие слёзы, с ненавистью уставилась на мужчину в белом халате.

— Ну чего ты так на меня смотришь? — нахмурился тот. — Это не я тебе ручку и ножку оторвал. Наоборот, я как раз тот, кто может тебе помочь.

В этот момент дверь распахнулась, в комнату вошёл Наследник.

Линьси видела его не так давно, на сходке — но сейчас он выглядел немного иначе. На нём была длинная чёрная мантия, по ткани которой то и дело вспыхивали синие узоры. По его телу пробегали короткие электрические искры.

Сам Наследник будто немного постарел — в волосах прибавилось седины. Однако держался он всё так же уверенно. Даже, пожалуй, увереннее прежнего.

— Дай нам немного времени, Кукольник.

— Хорошо, хорошо, — быстро закивал мужчина.

Развернувшись, он странной переваливающейся походкой направился к выходу.

Когда дверь за ним закрылась, Наследник посмотрел на Линьси.

— Я вытащил тебя из лап твоей семьи.

Девушка вздрогнула.

— Зачем? — хрипло спросила она.

— Чтобы сделать тебя одним из своих офицеров, разумеется, — уголки его губ слегка приподнялись.

Наследник некоторое время внимательно её разглядывал, после чего продолжил:

— Я верну тебе руку и ногу. Более того, новые конечности будут лучше прежних. Артефактные протезы, обладающие высокой стойкостью к огню. Они усилят твоё пламя и позволят использовать его эффективнее. Работа над проектом уже началась — несколько лучших мастеров, бежавших из Червонной Империи, сейчас занимаются твоими протезами.

— Протезы?.. — ошеломлённо пробормотала Линьси.

— Именно, — Наследник кивнул. — Ты снова сможешь ходить. Сможешь пользоваться обеими руками. Вернёшься к прежней жизни и перестанешь быть калекой.

Он сделал короткую паузу.

— Однако взамен я потребую верности.

Линьси молча смотрела на него.

— Ты подпишешь контракт и станешь одним из моих офицеров на десять лет, — спокойно продолжил Наследник. — Всё это время ты будешь верно служить мне и выполнять мои приказы. За десять лет ты полностью отработаешь стоимость протезов. После этого контракт закончится, и ты станешь свободна. Как тебе моё предложение?

Линьси молчала, лихорадочно обдумывая услышанное, и не находила ни одной причины отказаться. Сейчас она была куском мяса, неспособным даже самостоятельно подняться с кровати.

Десять лет жизни взамен на новую руку и ногу? Пустяк.

— Я согласна, — прохрипела она.

— Отлично, — кивнул Наследник, словно нисколько не сомневался в её ответе. — Позже я принесу контракт. Мы заключим договор Хозяина и Слуги.

Линьси невольно поёжилась. О таких контрактах она слышала — невероятно редкие и очень ценные. При заключении договора один Мистик становился Хозяином, а второй — Слугой. После этого Слуга уже не мог причинить вред своему Хозяину или сознательно выступить против него.

— Отдыхай, — добавил Наследник. — Скоро тобой займутся.

Он уже собирался уйти, когда Линьси поспешно спросила:

— Я смогу встретиться со своей служанкой?

— Разумеется, — Наследник остановился у двери. — Сразу после подписания контракта ты станешь частью Империи и получишь право иметь собственных подчинённых. Сможешь даже оформить им доступ в нашу резиденцию. Конечно, после нескольких обязательных процедур.

Линьси с облегчением кивнула. Она почти не сомневалась, что это именно Шао, скрывавшаяся под личиной Связного, обратилась за помощью к Наследнику.

Но почему она сделала это без разрешения? Почему не посоветовалась? Неужели времени совсем не было?

— Ах да, кстати, — Наследник уже взялся за дверную ручку. — Артур Ричи тоже присоединился к нашей организации. Правда, только как внешний член.

Он слегка поморщился.

— Не ожидал, что человек, сумевший заключить контракт с кем-то из пантеона моего предка, окажется настолько слабохарактерным. Даже убить человека нормально не способен.

— Артур? — удивилась Линьси. — Он связывался с вами?

— Да. Именно он рассказал мне о твоей ситуации, — усмехнулся Наследник. — Так что, когда встретитесь, можешь его поблагодарить.

После этих слов он вышел.

Почти сразу дверь снова открылась, и внутрь протиснулся Кукольник. Он довольно потирал ладони.

— Ну что, милочка, давай начинать! Я уже столько ждал. Кибернетические конечности для Старшего Мистика, владеющего огнём! Раньше у меня таких проектов ещё не было.

Кукольник подошёл к кровати и принялся осторожно снимать бинты.

— А хочешь, я встрою в твои новые руки резервуары с особой горючей жидкостью? — глаза мужчины возбуждённо заблестели. — Представь: взмахиваешь рукой, создаёшь пламя, потом впрыскиваешь туда состав — и огонь взлетает до самого неба! Хотя нет, надо ещё подумать над форсунками. И над защитой внутренних механизмов от температуры…

Он продолжал что-то увлечённо рассказывать, но Линьси его не слышала. Она безучастно смотрела в потолок.

А затем едва слышно прошептала:

— Артур…

Связной ворвался в старый деревянный дом и тут же рухнул на пол.

Тяжело дыша, он начал менять облик. Мужское тело поплыло, уменьшаясь и перестраиваясь, и через несколько секунд на полу уже лежала девушка и судорожно хватала ртом воздух.

Смена облика неожиданно придала немного сил, и девушка сумела подняться. Цепляясь за стену, она добралась до своей комнаты и рванула дверцу шкафчика.

Внутри стояло несколько склянок с универсальными антидотами. Девушка одну за другой выдернула пробки и выпила содержимое сразу трёх.

Дышать почти сразу стало легче.

— Вьюн… — процедила она. — Предатель.

Девушку колотило. Вьюн отравил её, причём сделал это так, что она даже ничего не заметила.

Голова продолжала кружиться, перед глазами всё расплывалось.

Вьюн позволил ей уйти — и позаботился о том, чтобы она не успела никого предупредить. Лист с досье она отдала сама, другого выхода не было. Теперь личность Артура Ричи раскрыта, и он даже не знает, что за ним уже идут.

Девушка стиснула зубы и на дрожащих ногах добралась до кровати. Сил почти не осталось.

— Надеюсь, ты выживешь… — едва слышно пробормотала она, теряя сознание.

Я вошёл в лавку. В торговам зале никого не было.

Войдя в каморку, я выложил на стол сумку. Рядом легли ножны со сломанным мечом.

— Расскажи мне про Клинок Солнца, — велел я, взглянув на Сиси.

— Это одна из самых ценных реликвий нашего клана, — её лицо напряглось. — Клан обязательно станет его искать, в Приморскую Республику отправят элитные отряды. Тебе лучше избавиться от обломков. И вообще… зачем ты его сломал?

Я проигнорировал последний вопрос.

— Почему Вьюн не смог взять меч?

— На Клинке Солнца стоит кровное ограничение, — пояснила Сиси. — Взять его в руки может лишь тот, в ком течёт кровь первого владельца. Я одна из его потомков.

Я задумчиво посмотрел на лежащие передо мной ножны.

— Если восстановить меч, кровная привязка тоже вернётся?

— Не знаю, — Сиси нахмурилась. — И как ты собираешься его восстановить? Ты же сломал лезвие.

Я не ответил. Для меня главное, чтобы обе части оружия были на месте — мне не составит труда восстановить Клинок Солнца.

Отложив ножны в сторону, я ненадолго задумался.

— Ты что-нибудь знаешь о нынешней ситуации Линьси?

Сиси заметно помрачнела, её прозрачные пальцы сжались в кулаки.

— Её забрал Наследник, — глухо произнесла она.

Я слабо улыбнулся. Значит, всё получилось, я и правда спас Линьси жизнь. Супер.

— Как это произошло?

— Он ворвался в нашу резиденцию и силой всех подавил, — Сиси опустила взгляд. — Он предупредил, что заберёт Линьси к себе. Даже Старейшина не посмел ему перечить.

Да уж, Наследник силён… Но ладно, одной проблемой меньше. Интересно, Линьси станет реализовать свой план по нападению на клан Сюань? Скорее всего — да, она точно не забудет о мести.

— Скажи, когда ваш клан собирается возвращаться в Тяньлин? — спросил я.

— Теперь уже не знаю, — Сиси качнула головой. — Я должна была подчинить Палитру. Её Мистики помогли бы защищать дирижабль, на котором мы собирались лететь в Тяньлин. Но сейчас… Скорее всего, Старейшина будет ждать подкрепления из клана. Без него он не рискнёт перевозить перо Кардинала.

— Почему бы не доставить перо тайком? Оно же маленькое — пусть кто-нибудь заберёт и отвезёт в Тяньлин.

— Это слишком рискованно, — Сиси покачала головой. — Перо Кардинала — легендарная реликвия. Ты ведь знаешь, что сам Кардинал родом из Тяньлина?

— Да, конечно.

— После себя Кардинал оставил два великих сокровища, — продолжила Сиси. — Перо и Дневник. Говорят, вместе они способны творить настоящие чудеса. Всех подробностей я не знаю, но Дневник Кардинала якобы даёт ответ почти на любой вопрос. А Перо позволяет ограниченно менять реальность.

Я приподнял брови. Ничего себе.

— Дневник всегда считался одним из самых желанных артефактов в мире, — Сиси чуть помедлила. — Вот только Дневником может воспользоваться лишь потомок Кардинала, который заключил с ним контракт. А кровная линия Кардинала в Альбионе прервалась во время Великой Войны, там не осталось его потомков. Наш клан верит, что другая ветвь могла сохраниться в Тяньлине. И перо укажет на того, в ком течёт кровь Кардинала.

Так вот что за этим стоит. Получается, клан Сюань купил перо вовсе не потому, что им просто захотелось заполучить легендарную реликвию. Они хотят найти потомка Кардинала… Интересно.

— Я же говорила, что владею ценной информацией, — осторожно напомнила Сиси, не сводя с меня глаз.

— Пока я не буду тебя уничтожать, — успокоил я её. — Расскажи ещё что-нибудь полезное.

Сиси торопливо закивала и принялась перебирать в голове всё, что знала.

А я поднялся в спальню и забрал оттуда небольшой чемодан. Внутри лежали пять сломанных духовных сокровищ, которые принесла Виолетта.

Заглянув на кухню, я увидел Машу.

— Господин, будете ужинать? — спросила она.

— Да, чуть позже, — кивнул я. — А где Витя?

— Он с другими ребятами… — Маша смутилась. — Работы пока нет, вот он и убежал. Вы не против?

— Нет, конечно, — хмыкнул я.

Вернувшись в каморку, я поставил чемодан на стол и откинул крышку. Внутри лежали пять коробочек. Я вытащил первую и открыл её — в коробке лежал обугленный офицерский жетон, принадлежавший Людвигу Штейну.

Я взял его в руку и активировал Диагностику.

Объект: Офицерский жетон Янтарной Гвардии.

Материал: серебро 84-й пробы, эмаль, вставка из янтарита.

Возраст: 81 год.

Состояние: сильно повреждён.

Повреждения: металл обуглен; щиток деформирован; эмаль выгорела и осыпалась; вставка помутнела и растрескалась; крепёжная булавка обломана.

Доступно: Погружение, Восстановление.

Заряд: 88 из 100.

Я привычно потянул энергию из Лунной жемчужины и восполнил заряд. После чего поднял руку, заставляя Сиси замолчать.

— Будешь Погружаться? — Шарлотта тут же подлетела поближе.

— Да, — кивнул я.

— Я прослежу, — важно заявила она.

Затем девочка повернулась к Сиси и с очень серьёзным видом предупредила:

— Сейчас ты увидишь один из секретов моего брата.

— Брата? — удивилась Сиси.

Она с подозрением посмотрела сначала на Шарлотту, затем на меня.

— Как это понимать?

Я не стал слушать, что ей ответит Шарлотта. Поудобнее устроился на стуле, крепче сжал жетон и активировал Погружение.

Голова закружилась, меня затянуло в видение.

…Я брёл по полю боя, пошатываясь на каждом шагу.

Всё тело чудовищно болело. Одежда была изорвана, с многочисленных ран стекала кровь.

Вдали раздавались выстрелы, крики и стоны. Повсюду клубился густой дым, сквозь который едва просматривались горы трупов.

Я шагал между ними и едва слышно бормотал:

— За Государя… За Государя…

Что-то со свистом пронеслось над головой.

В нескольких десятках метров прогремел взрыв. Меня обдало волной жара, но я даже не остановился и продолжил плестись вперёд.

В дыму показались три силуэта. Все — азиаты. Они выглядели немногим лучше меня — изорванная одежда, кровь, копоть. Правда, ран на них было заметно меньше.

Один из них что-то закричал, и все трое вскинули оружие. Грохнули выстрелы.

Я взмахнул рукой — передо мной вспыхнула сетка электрических разрядов. Влетевшие в неё пули одна за другой лопнули с сухим треском.

— Сдохните! — прохрипел я.

С ладони сорвалась молния, отдалённо похожая на извивающуюся змею.

Она врезалась в первого противника, а затем мгновенно перескочила на второго и третьего. Все трое одновременно закричали и забились в судорогах.

Я ударил ещё раз. Один из азиатов обмяк и затих. Двое других продолжали дёргаться на земле.

Дрожащей рукой я выхватил револьвер.

БАХ!

Голова ближайшего дёрнулась.

БАХ!

Мимо.

Я снова нажал на спуск.

Щёлк.

Осечка.

— Да чтоб тебя…

Отшвырнув револьвер, я побрёл к ещё живому противнику. Тот скрючился на земле и дрожал, а по его телу всё ещё пробегали электрические разряды.

— Сдохни, обезьяна, — прорычал я.

Выдернув из-за пояса клинок, я с силой всадил его азиату под мышку.

Тут сзади загрохотали выстрелы.

Спину обожгло. Я дёрнулся и обернулся.

Из дыма выходили трое мужчин. Каждый держал револьвер, и все трое продолжали стрелять.

Пули одна за другой входили мне в грудь. Я стиснул зубы, вскинул руку и выплеснул в них всё, что у меня осталось.

Мир впереди взорвался молниями, раздались крики.

Силуэты один за другим попадали на землю, а я почувствовал, что внутри не осталось вообще ничего. Пусто.

И в этот момент сбоку в меня врезался огненный сгусток. Тело мгновенно вспыхнуло, как сухой хворост.

Последнее, что я увидел, — яркое оранжевое зарево.

Я очнулся в собственном теле и судорожно вдохнул. Руки сами метнулись к груди — туда, куда несколько секунд назад входили пули.

Фантомная боль накатывала волнами. Я стиснул зубы и прикрыл глаза.

Кожу по всему телу щипало и жгло после последней атаки. Хорошо хоть тот, чьими глазами я смотрел, горел недолго и очень быстро умер.

— О, значит, тебя опять убили в видении, — со знанием дела заявила Шарлотта. — Рассказывай, что там было.

Я открыл глаза.

Рядом с ней стоял Давыдов и с любопытством наблюдал за мной. Чуть поодаль зависла Сиси — девушка приоткрыла рот и ошарашенно хлопала глазами.

— Подождите немного, — пробормотал я.

— Да-да, конечно, — тут же закивала Шарлотта. — Восстановись пока. Тяжело переживать чужую смерть.

Я прислушался к ощущениям.

Боль отступала довольно быстро. В целом всё оказалось далеко не настолько ужасно, как бывало после некоторых прошлых Погружений. Похоже, сказался экстракт светлого янтарита.

Пожалуй, сегодня же приму вторую порцию, когда лягу спать. Но до тех пор надо кое что сделать. А именно — потренироваться. Уж очень мне хотелось повторить то, что я только что видел.

Я достал часы, щёлкнул крышкой и посмотрел на циферблат.

Всего пол девятого вечера.

Собрание Палитры началось в семь, а закончилось меньше чем через полчаса. Неудивительно, что времени ещё вагон.

Захлопнув крышку, я убрал часы и снова взял жетон. Сосредоточившись, я активировал Восстановление.

С моих пальцев сорвались всполохи электричества и покрыли жетон. Вот только в этот раз я полностью сконцентрировался на контроле, поэтому жетон не восстановился за несколько секунд, как это должно было быть.

Обычно повреждения исчезали очень быстро — сейчас же я нарочно придерживал способность, заставляя её работать как можно медленнее.

Обугленные участки постепенно светлели. Покорёженный металл возвращался на место, края выправлялись.

Недавний скачок в моём развитии как мага сказался и на главной способности реставратора — мне без труда удавалось контролировать скорость Восстановления. И это очень удобно, надо признать.

Когда жетон стал полностью целым, я остановился, не став восстанавливать его до первоначального состояния. Наоборот, я специально оставил поверхность потёртой, местами потемневшей от времени.

Я покрутил жетон между пальцами.

Теперь в руке у меня лежала очевидно старая вещь. Не развалюха, но и не только что сошедший с фабрики предмет.

Если предложу его Наследнику, тот хотя бы не станет удивляться идеальному состоянию восьмидесятилетнего жетона.

— Ты хочешь его продать Наследнику? — догадался Давыдов.

— Думаю об этом, — признался я.

— Подумай несколько раз, стоит ли, — посоветовал Давыдов.

Собственно, поэтому именно с жетона я и начал. Мне срочно нужны деньги, а один из самых простых способов их раздобыть — продать Наследнику духовное сокровище Старшего Мистика. Подобные вещи стоят очень дорого.

Вот только с точки зрения морали решение, мягко говоря, спорное.

Я отложил жетон и посмотрел на Сиси. Та всё ещё таращилась на меня с приоткрытым ртом.

— Как?.. — наконец выдавила она. — Ты… Умелец?

— Кстати, об Умельцах, — я пропустил вопрос мимо ушей. — Расскажи мне про эти ваши классификации. Где ты вообще их взяла? Я раньше о них ни разу не слышал.

Сиси шумно выдохнула и наконец оторвала взгляд от жетона.

— Эта система появилась относительно недавно, после Великой Войны, — объяснила она. — Я некоторое время служила в тайной полиции Тяньлина, у нас её используют постоянно.

— Да? И в чём смысл? — заинтересовался Давыдов.

— Всех Мистиков разделяют на классы в зависимости от их способностей и степени опасности, — пояснила Сиси. — Для каждого класса существуют отдельные протоколы задержания и уничтожения.

Она ненадолго задумалась, подбирая пример.

— Допустим, нужно захватить Крепость-6. Никто не станет просто посылать против него людей с револьверами или пытаться победить его в ближнем бою. В первую очередь применят яды, газ, удушение — всё то, против чего физическая прочность бесполезна. И так с каждым классом. Сначала определяется способность Мистика, потом подбирается наиболее эффективный способ его нейтрализации.

— Удобно, — оценил Давыдов, потирая щёку. — У нас ничего подобного нет.

— Вообще, сейчас эту классификацию используют практически во всех крупных странах, — криво усмехнулась Сиси. — Но, видимо, в Приморской Республике её специально не внедряют. Такие протоколы слишком сильно повышают эффективность борьбы с Мистиками.

— Ну да. Как всегда, — хмыкнул я. — В Приморской Республике запрещено всё самое полезное.

Поднявшись, я отправился переодеваться.

Лезть в следующее Погружение прямо сейчас не хотелось. Куда интереснее было другое — та самая цепная молния. Пока воспоминания свежие, надо попробовать её повторить.

Тем временем Сиси продолжала рассказывать всё, что знала о классификации Мистиков.

Говорила она много, подробно. Я отсеивал всё лишнее и выцеплял лишь главное.

Выходило так. Крепость — это Мистик, чья способность повышает физическую защиту. Усиливает кожу, мышцы или всё тело целиком. Яркий пример — Колос.

Живчик — тот, кто быстро восстанавливается после ранений. Силач — Мистик с усиленной физической мощью. Тут среди примеров — знакомый мне Жила.

Проныра — скорость, ловкость, реакция. Сиси упомянула, что Вьюн — это Проныра-6. Надо иметь ввиду.

Скрытник — всё, что связано с сокрытием: невидимость, смена облика, стирание следов. У Алины одна из двух способностей относится к Скрытникам. Туда же — азиатка-Связист. Обе умеют менять внешность.

Разрушитель — Мистик владеющий какой-либо атакующей способностью. Огнём, молниями, льдом и чем-нибудь подобным. Я официально тоже являюсь Разрушителем.

Есть ещё Умелец — тот, чья сила работает с другими объектами. Это артефакторы, оружейники или фермеры.

Лекари — тут и объяснять нечего, они исцеляют людей.

Ловчие — подчиняют зверей. Оборотни — превращаются полностью или частично в зверей. Крайне неудобная способность, если честно.

Мозголомы— воздействует на чужой разум, чувства и восприятие. С ними надо быть как можно осторожнее… Тут тоже на ум приходит Алина. Её способность приворожения явно относится к Мозголомам.

Умники — усиливают свой разум. Ищейки — поиск, слежка. Стрелки — тут всё понятно, у них повышенная меткость.

— … Есть ещё Связисты, которые могут передавать информацию, — заканчивала Сиси. — М-м-м… Вроде всё. Есть ещё несколько редких видов, вроде Ясновидцев, но их почти нигде не встретишь.

Она чуть помедлила.

— Ещё Универсалы. Их способности плохо укладываются в обычные рамки.

— Я правильно понял, что все атакующие способности свалили в одну кучу к Разрушителям? — уточнил я.

— Не совсем, — Сиси качнула головой. — Во многих странах Разрушителей дополнительно разделяют на подклассы. Причём не по стихии, а по тому, что способность делает с человеком. Например, огонь и мороз могут быть в разных подклассах — один сжигает, а другой замедляет.

— А цифры что означают? — я вспомнил досье. — У Колоса стояла шестёрка. Это степень опасности?

— Да, — Сиси качнула головой. — От единицы до девяти, в зависимости от мощности. У Старших Мистиков есть хотя бы одна шестёрка. У Владык-Мистиков, как правило, уже девятки. Как у Наследника — он Разрушитель-9.

Продолжая слушать её, я закончил сборы и вышел из дома.

На улице уже стемнело, но было ещё не настолько поздно, чтобы экипажи перестали ходить. Добравшись до улицы Яшмы, я быстро поймал свободный и велел извозчику везти меня к окраине города — к тому самому лесу, где проходила моя первая серьёзная тренировка. Лучшего места всё равно не найти.

Пока экипаж катил по ночному Гданежу, я вполуха слушал разговор Давыдова, Шарлотты и Сиси — они всё обсуждали классификации. Сам же я вернулся мыслями к офицерскому жетону. Так стоит ли продавать его Наследнику?

С одной стороны, это самый быстрый способ получить крупную сумму. На неё я куплю дом, куда спрячу Машу и Витю. Туда же можно будет перевезти Сшивателя. Деньги мне нужны позарез.

С другой стороны, человек из видения был сильным Мистиком Янтарной Гвардии. Продав его духовное сокровище, я собственными руками усилю армию Наследника — в следующее полнолуние у Фридриха может появиться ещё один Старший Мистик. Если он, конечно, вообще доживёт до этого полнолуния.

Судя по словам Сиси, за Наследника взялись всерьёз. В Приморскую Республику уже стягиваются сильнейшие отряды Мистиков со всего мира, так что шансов спокойно пережить ближайший месяц у Фридриха не так уж много.

Экипаж остановился возле леса. Я расплатился, углубился между деревьями и приступил к тренировке.

Почти сразу стало понятно, что с цепной молнией ситуация похожа на Прыжок. Только даже лучше — я чувствовал, что способен её повторить, нужно лишь время.

Осознание этого меня окрылило, и я полностью отдался тренировке.

Небо над Янтарным Морем.

Высоко над облаками шли три дирижабля.

Небольшие — раза в три короче обычных пассажирских, узкие, без единой лишней надстройки. Корпуса покрывала чёрная матовая краска, которая не давала ни одного блика. Гондолы были прижаты к корпусам вплотную, винты работали почти беззвучно.

Под открытым солнцем они казались не машинами, а вырезанными в небе прорехами. На них не было опознавательных знаков — только эмблемы. Голова ворона с широко раскрытым клювом — чёрная по чёрному, заметная лишь под определённым углом, когда свет ложился вдоль борта.

Тем, кому положено, этого хватало, чтобы узнать дирижабли Воронов Брана — сильнейшего боевого отряда Альбиона и одной из тайных гордостей государства.

Внутри головного дирижабля почти каждый выглядел так, словно сошёл с военного плаката. Идеальные осанки, чёрные доспехи, холодные лица и одинаково выверенные движения.

Выделялся лишь один. На диванчике возле иллюминатора сидел молодой мужчина, которому едва исполнилось двадцать.

Худой, узкоплечий, с прямыми огненно-рыжими волосами чуть ниже подбородка. Слегка раскосые глаза выдавали примесь тяньлинской крови. В руках он держал небольшую потрёпанную книжечку.

За полёт парень уже несколько раз украдкой глянул на сидящую напротив женщину. Она была красива. Даже очень.

Тёмные волосы туго стянуты назад, спина идеально прямая, руки спокойно лежат на коленях. Но во всём её облике было что-то настолько холодное и неприятное, что каждый раз хотелось отвести взгляд.

Наконец он всё-таки собрался с духом.

— Простите… — парень нервно сжал книжечку. — А почему я вообще лечу с вами в Приморскую Республику?

Женщина медленно повернула голову. Молодой человек тут же поёжился под её взглядом. Ему очень захотелось стать маленьким и незаметным.

— Ты нужен нам, чтобы найти тайную резиденцию Мясника, — холодно произнесла она.

— Тайную резиденцию?..

— С момента её создания никто так и не смог определить её местонахождение, — женщина чуть качнула подбородком. — Ни один Ищейка не способен её обнаружить.

Она перевела взгляд на иллюминатор.

— Если бы Мясник в своё время по собственной глупости не покинул эту резиденцию, он, возможно, остался бы жив.

Парень сглотнул.

— Но почему тогда она понадобилась сейчас?

— Потому что наша цель — его далёкий потомок, — женщина не отвернулась от иллюминатора. — Он может свободно находиться внутри резиденции и, в отличие от предка, вряд ли окажется настолько глуп, чтобы добровольно её покинуть. Если мы не найдём вход, устранить его будет крайне сложно. Мы уже пытались, и не раз.

— Понятно… — пробормотал молодой человек.

Он посмотрел на книжечку у себя в руках и осторожно приподнял её.

— Вы хотите, чтобы я использовал Дневник Кардинала?

Женщина скользнула взглядом по потрёпанному переплёту.

— Именно.

— Но…

— Только Дневник Кардинала способен дать нам точный ответ, — отрезала она. — И нам очень повезло, — последнее слово прозвучало с особым нажимом, — что в прошлом году Кардинал наконец признал в тебе одного из своих далёких потомков и заключил с тобой контракт, Джеки.

Джеки Кейси невольно поёжился.

— Хорошо. Я всё сделаю.

Его взгляд вновь опустился на потрёпанную книжечку. От одной мысли о том, что придётся использовать её снова, становилось не по себе.

Он уже дважды обращался к Дневнику Кардинала, и каждый раз артефакт от него требовал плату. Очень неприятную, болезненную плату…

— Кроме того, — неожиданно продолжила женщина, — есть ещё одна причина.

Джеки поднял голову.

— Какая?

— По имеющимся сведениям, во время Великой Войны Мясник украл перо Кардинала. Если сведения верны, оно до сих пор может находиться в его тайной резиденции.

Пальцы Джеки сильнее сжали книжечку.

— Перо?..

— И не только оно, — женщина чуть подалась вперёд. — Есть и другие легендарные артефакты, исчезнувшие во время Великой Войны. Часть из них тоже могла осесть там.

Она выдержала короткую паузу.

— Если мы найдём вход в резиденцию и сумеем её захватить, Альбион получит гораздо больше, чем просто голову Наследника.

Впервые за весь полёт уголки её губ приподнялись.

Джеки замер. До этого момента он ни разу не видел, чтобы эта женщина улыбалась… Лучше бы и не видел — улыбка получилась холодной и совершенно неживой.

* * *

Я выбрался из экипажа, не переставая улыбаться.

Тренировка затянулась больше чем на три часа. Потом ещё пришлось идти к депо и восполнять Лунную жемчужину.

Но оно того стоило — я всё-таки освоил прыгающую молнию!

Правда, проверить её на людях возможности пока не было. Но я почти не сомневался: если столкнусь сразу с группой Мистиков, достаточно будет ударить одного, а дальше разряд перекинется на остальных.

Впрочем, даже не это радовало меня больше всего. Я усмехнулся, вспомнив свой прорыв.

Я тогда стоял перед деревом, в трёх метрах от него, и раз за разом пытался выстрелить молнией. И спустя два с половиной часа попыток у меня получилось! С моей ладони сорвался поток электричества и натурально расхреначил дерево.

Раньше я так не мог. Я умел выпускать электричество короткими импульсами вокруг себя, бить через прикосновение, создавать Покров Молний. А вот направить разряд в конкретную цель на расстоянии не получалось — приходилось идти на ухищрения и создавать «бомбочки».

Если честно, это меня слегка беспокоило — Старший Мистик молний, который не умеет метать молнии, выглядел как-то несолидно.

Теперь проблема решена, у меня появилась настоящая атакующая способность.

Зайдя домой, я первым делом сходил в душ и хорошенько отмылся после тренировки. Затем плотно поел, выпил вторую порцию экстракта светлого янтарита и лёг спать. С оставшимися четырьмя сокровищами решил разобраться завтра, куда они от меня денутся?

* * *

— Артур, вставай! — раздался в голове напряжённый голос.

Я резко открыл глаза. За окном стояла глубокая ночь, сквозь стекло пробивался бледный лунный свет.

— Что такое? — хрипло спросил я, приподнимаясь на локте.

— В лавку проникли Вьюн и ещё двое Мистиков, — голос Шарлотты зазвучал очень напряжённо. — Они внутри. Ходят внизу.

Несколько секунд я просто смотрел в стену, переваривая услышанное. Затем тихо выматерился и откинул одеяло.

Сон как рукой сняло. Я торопливо принялся одеваться, чувствуя, как внутри поднимается злость.

Вот же сука.

Я ещё даже не успел начать его поиски, а Вьюн уже пришёл ко мне домой. Что ж, так даже лучше.

Быстро одеваясь, я лихорадочно прокручивал в голове план атаки и перебирал все свои козыри.

Первым делом я использовал Восстановление на «Жале» — мне нужны все пять зарядов кольца. Артефакт был чудовищно мощным, но, к сожалению, стрелять без остановки не мог. Поэтому нельзя просто выпустить всю обойму во Вьюна, нужны ещё козыри.

Например — стилет «Слепая игла», способный ограниченно игнорировать защитные барьеры. Но и этого мало…

— Граф, — я застегнул рубашку и повернул голову к Давыдову. — Позволь использовать на тебе Поглощение. Мне нужно Окаменение.

Давыдов на несколько секунд задумался, затем коротко кивнул.

— Если ты умрёшь, я исчезну вместе с тобой. Так что действуй.

— Восполнение использую сразу, как только смогу, — пообещал я, затягивая ремень.

Закончив одеваться, я неслышно вышел из комнаты.

— Шарлотта, где они? — мысленно позвал я, замерев на верхней ступеньке.

— Уже в каморке, — тут же отозвалась девочка. — Сейчас пойдут к лестнице.

Я остановился на лестничной площадке и, прижавшись спиной к углу, достал колокольчик. Тот самый стационарный артефакт, который я забрал с тела Винсента, должен был скрыть меня от чужих глаз. Главное — не шевелиться, иначе купол начнёт мерцать.

Я пропустил через колокольчик немного энергии и пространство вокруг слегка дрогнуло. Я замер, стараясь дышать через раз.

На левой руке сидело «Жало». Этой же рукой я собирался бить молниями. В правой сжимал «Серого Ворона».

Запас убойных патронов заметно истончился — почти всё ушло на Колоса и на слом Клинка Солнца. Хорошо хоть у трупа Винсента нашлось достаточно боеприпасов, так что совсем без патронов я не остался.

Дверь рядом бесшумно приоткрылась.

Первым наружу шагнул Мистик в знакомой маске Рыси. Я припомнил его реальное имя — Ян Ковач.

Он был напряжён до предела: в одной руке револьвер, в другой — короткий клинок. Рысь плавно повёл стволом из стороны в сторону, обшаривая взглядом лестничную площадку, втянул носом воздух и двинулся вперёд.

Я сильнее вжался в стену, торопливо вспоминая его досье.

Разведчик. Ловкий, быстрый, отлично видит в темноте, лазает по стенам и прыгает так, что обычному человеку и не снилось. По новой классификации — типичный Проныра, но не Ищейка. Значит, сквозь маскировку он меня не достанет.

Следом появился второй Мистик — в синей маске. Этого придурка я тоже прекрасно помнил — именно с ним у меня вышел конфликт на самом первом собрании Палитры. Ойген Ферт, по кличке Вестник.

Его способность позволяла передавать голос на большие расстояния, очевидный Связист. В бою он представлял куда меньшую угрозу, хотя сейчас двумя руками стискивал револьвер и выглядел предельно сосредоточенным.

Последним вышел Вьюн.

В руке у него была длинная тонкая рапира. Старик шёл неторопливо и выглядел очень собранным, явно ожидая нападения.

Скоро всё решится.

Моя главная проблема заключалась в отсутствии защиты. После собрания Палитры у меня не осталось защитных артефактов, так что ошибаться нельзя. Нужно закончить всё одним ударом.

Когда Вьюн сравнялся со мной, я активировал Поглощение. Давыдов болезненно поморщился. Я старался действовать осторожно, но вытягивать силу совсем безболезненно пока не умел.

Энергия графа хлынула в меня. После прошлых тренировок ощущение уже не казалось чужим — я примерно понимал, за что нужно ухватиться и как заставить эту силу работать.

Выждав ещё мгновение, я выставил вперёд левую ладонь и выпустил Окаменение. Серая волна сорвалась с руки и ударила Вьюна между лопаток.

В последний момент старик почувствовал неладное и начал поворачиваться. Но не успел — его движения резко замедлились, будто Вьюн разом превратился в старую механическую куклу с проржавевшими шарнирами.

Я тут же сжал ладонь в кулак, и изумруд на «Жале» вспыхнул. Яркий луч разрушительной энергии рванул старику в спину.

Точнее, должен был — прямо перед ним развернулся полупрозрачный барьер моего «Тихого Защитника».

Барьер разлетелся, а я уже поднимал револьвер.

БАХ! БАХ!

Два выстрела почти слились в один.

Вьюн продолжал медленно разворачиваться. Подвижность возвращалась к нему, но пока он двигался словно под водой.

Барьеры вспыхнули дважды, приняв на себя обе пули — всё, «Тихий Страж» пустой.

Я выпустил прыгающую молнию и с руки хлестнул яркий разряд.

Он ударил Вьюна в грудь и мгновенно перескочил на Рысь и Вестника, которые вернулись на грохот.

Оба Мистика вскрикнули, свалились на пол и забились в судорогах.

А вот Вьюну хоть бы хны — молнии пробежали по его телу, стекли вниз и рассыпались по полу, не причинив никакого видимого вреда.

Я сразу понял, в чём дело — у Вьюна имелась какая-то защита от электричества.

Палец лёг на спуск.

БАХ!

Именно в этот момент Окаменение окончательно отпустило старика — Вьюн резко дёрнулся в сторону, и пуля прошла мимо, выбив щепу из дверного косяка. Одной рукой он выхватил из кармана небольшой металлический амулет и швырнул его вбок.

Что-то рвануло мой револьвер с такой силой, что удержать его я не сумел. «Серый Ворон» вылетел из пальцев, понёсся вслед за амулетом и с грохотом ударился о стену.

Я не растерялся и снова активировал «Жало» — из кольца выстрелил луч энергии.

Вьюн каким-то невероятным образом изогнулся вбок и назад. Его тело словно стало резиновым — позвоночник выгнулся под совершенно невозможным углом, и луч пролетел мимо, врезавшись в стену.

Одновременно с уклонением старик ткнул в мою сторону рапирой — и его рука вдруг удлинилась сама собой!

Какого хрена⁈

Я успел сдвинуться в сторону, но не смог увернуться — лезвие вошло между рёбер. Не в сердце, ниже и правее — похоже, в лёгкое.

Я захрипел, в глазах потемнело от боли.

— Сука! — вырвалось у меня.

Чисто на инстинктах я высвободил накопленный заряд, все сто единиц. От моего тела во все стороны рванула сфера электрических разрядов. Вьюн вскрикнул и отшатнулся — рапира выскользнула из раны и со звоном упала на пол.

Старик отступал, встряхивая рукой, которая постепенно возвращалась к нормальной длине.

— Какого… — прохрипел он.

Я не дал ему договорить — «Жало» снова вспыхнуло.

Вьюн снова попытался извернуться, вот только молнии всё-таки дали о себе знать — двигался он чуть медленнее, чем раньше, поэтому не успел. Луч врезался ему в плечо.

Только вот… за миг до попадания тело старика окутала полупрозрачная дымка — разрушительная энергия ударила в неё и рассеялась. У него ещё один защитный артефакт, но уже не моё кольцо…

Я тут же активировал «Кровавый Тюльпан», и по телу разлилась тёплая волна. Стало легче. Ещё раз, и ещё.

Я один за другим потратил все четыре заряда, пока наконец не почувствовал, как рана в груди полностью затянулась.

Фух…

И почти сразу меня сильно повело. Голова закружилась, перед глазами поплыло.

Что за…

— Возьми мою силу! — Шарлотта металась над стариком и старательно вымораживала доски вокруг него. По полу расползалась тонкая корка льда.

Я тяжело дышал, пытаясь понять, что со мной происходит. Рана зажила, тогда почему мне становится хуже? Яд, что ли?

И тут Вьюн прыгнул к лежащей на полу рапире. Его нога поехала по льду, старик потерял равновесие и рухнул на бок.

Момент я не упустил — «Жало» вспыхнуло в очередной раз.

Луч ударил Вьюна в бок, и тело старика снова окутала полупрозрачная дымка.

ХРУСТ!

Звук получился настолько отчётливым, что я расслышал его даже сквозь шум в ушах. Защитный артефакт сломался.

— Тварь… — процедил Вьюн.

Не вставая, он резко вытянул руку — она снова удлинилась, и его пальцы сомкнулись на рукояти рапиры. Оставаясь в таком же положении, старик махнул клинком в мою сторону. Атака получилась вялой, и я сумел отшатнуться, увернувшись от острия буквально на миллиметр.

— Возьми мою силу! — Шарлотта метнулась ко мне вплотную и вцепилась в мой рукав прозрачными пальцами. — Ты сейчас умрёшь!

Стиснув зубы, я потянулся к связывающей нас нити и активировал Поглощение. Шарлотта вскрикнула, и этот звук словно ножом полоснул меня по сердцу.

Я взял совсем немного — ровно столько, сколько было необходимо.

Чужая энергия наполнила меня обжигающим холодом, я выставил ладонь и вперёд рванула волна мороза.

Вьюн уже успел подняться, но уйти не смог. Иней мгновенно покрыл его одежду, по рукам и груди поползла ледяная корка.

— Сдохни уже! — рявкнул старик.

Он выбросил рапиру вперёд, целя мне в грудь.

Но холод его замедлил — я успел уйти в сторону и одновременно выхватил из ножен трофейный стилет «Слепая игла».

Перед глазами всё плыло, так что особо целиться я не мог. Просто прыгнул вперёд, пропуская сбоку рапиру, и ударил стилетом.

Вьюн увернулся, отскочив назад — лезвие пронеслось довольно далеко от его груди. А вот последний заряд «Жала» чудом попал в цель — луч энергии вонзился в шею Вьюна, с правой стороны. Во все стороны брызнула кровь и кусочки плоти с кожей.

Старик захрипел и рухнул на колени. Рапира выпала из его рук, звонко застучав по полу. Обеими руками он схватился за горло, из-под его пальцев тут же потекла кровь.

— Ты… сдохнешь… — выдавил он, глядя на меня с ненавистью.

Я покачнулся и сел на пол. Руки дрожали. Сунув ладонь в сумку, я лихорадочно принялся перебирать склянки.

Где же… Вот! Универсальный антидот, найденный в сумке Винсента. Непослушными пальцами я выдернул пробку и залпом выпил содержимое. Почти сразу стало легче. Головокружение отступило, зрение прояснилось, даже дышать получалось свободнее.

Лежащий на полу Вьюн вдруг забулькал — он так смеялся. Очень жутко…

— Это… лишь временно… — прохрипел он сквозь кровь.

Вот же гнида.

— Они встают! — крикнула Шарлотта.

Я резко повернул голову.

Рысь уже стоял на четвереньках. Его всё ещё трясло, но одной рукой он успел нашарить на полу револьвер. Вестник рядом тоже зашевелился.

Во мне поднялась новая волна злости — я вскинул ладонь и попытался ударить молнией — но не вышло. Заряд на дне. Нашарив языком Лунную жемчужину, я потянул из неё энергию, и снова атаковал — на этот раз удачно.

Разряд ударил в Рыся и перескочил на Вестника. Оба Мистика закричали и задёргались на полу, корчась от боли.

Я держал разряд ещё несколько секунд, а затем остановился — оба Мистика лежали неподвижно. Потеряли сознание или сдохли — сейчас мне было плевать.

Я снова посмотрел на Вьюна. Тот уже почти не двигался, лишь иногда дёргался и пытался зажать ладонями рану на шее.

А мне опять становилось хуже. Головокружение возвращалось, перед глазами медленно наползала мутная пелена.

Похоже, этот урод не врал. Универсальный антидот действительно лишь ненадолго подавил яд.

Что ж, посмотрим, как он заговорит, став призраком.

Стиснув зубы, я сосредоточился на Лунной жемчужине, восполняя оба своих резерва. И когда они заполнились, я посмотрел на Шарлотту.

Девочка висела чуть в стороне. Очень бледная, почти прозрачная. И при этом сжимала кулачки и всем своим видом показывала, что с ней полный порядок.

Я прищурился и активировал Восполнение. Мои глаза защипало, зрение затуманилось из-за призрачных молний.

Тело Шарлотты окутали полупрозрачные всполохи электричества, девочка удивлённо опустила взгляд на свои ладони. С каждой секундой её силуэт становился плотнее, целостнее.

— Фух… — выдохнула она и несколько раз сжала и разжала пальчики. — Как классно. Какое приятное чувство.

Когда поток прекратился, я снова вытянул заряд из Лунной жемчужины и повторил Восполнение.

Только убедившись, что целостность Шарлотты вернулась к ста процентам, я перевёл взгляд на Давыдова. Граф тоже заметно побледнел после Поглощения. С ним также пришлось повторить процедуру дважды.

— Благодарю, — Давыдов с облегчением кивнул.

Я ничего не ответил. Мне снова становилось хуже.

Я повернулся к Вьюну. Тот уже некоторое время не двигался. Над его телом задрожало пространство, и из трупа медленно поднялся полупрозрачный силуэт — призрак Вьюна.

Я зло ощерился и тут же попытался создать связь. Перед глазами вспыхнула надпись:

Достигнут предел привязанных духов. Эквивалент Старших Духов: 5,5 из 6.

— Да чтоб тебя…

Я сунул руку в сумку и нащупал мешочек. Внутри лежали три поглотителя душ — с Винсентом, Личом и Колосом. Кто именно где, я примерно помнил, вот только перед глазами всё расплывалось, поэтому разбираться не стал и вытащил первый попавшийся и сосредоточился на нём.

Тонкая нить, связывающая меня с заключённым внутри духом, проявилась почти сразу. Я потянулся к ней и разорвал связь.

Ничего не случилось. Душа рядом не появилась, поглотитель тоже не сломался. Похоже, дух просто остался внутри — как и в тех поглотителях, которые я раньше находил на телах убитых Мистиков.

Отлично, это в будущем даст мне немало преимуществ — я могу просто копить Старших Духов в поглотителях и периодически менять привязку.

Я перевёл взгляд на Вьюна. Его призрак стоял возле собственного тела и растерянно смотрел вниз — видимо, старик ещё не до конца понял, что уже умер.

Я нащупал протянувшуюся к нему связь и активировал Привязку.

Вьюн вздрогнул и резко посмотрел на меня. Потом на Давыдова, на Шарлотту и на ошеломлённую Сиси, которая смотрела на всё происходящее круглыми глазами.

Его лицо медленно вытянулось.

— Кто вы?.. — хрипло выдавил он.

Я широко улыбнулся. И активировал Разрушение.

Вьюн заорал. Его призрачное тело вспыхнуло прозрачными молниями, старик рухнул на колени, задёргался, а силуэт начал стремительно бледнеть и развеиваться.

Я не остановился сразу. Довёл его почти до самого края, и лишь когда от Вьюна остался едва различимый полупрозрачный контур, прекратил.

После чего активировал Восполнение — молнии снова охватили его, но теперь уже не разрушали, а восстанавливали.

До ста процентов доводить не стал, оставил где-то тридцать-сорок.

Мне стало совсем плохо — из носа потекла кровь. Тяжело дыша, я опустился на корточки возле трупа и быстро принялся его обыскивать.

Почти сразу под одеждой обнаружилась небольшая перевязь со склянками — очень похожую носил Винсент.

— Говори, где антидот, — процедил я, подняв взгляд на призрака. — Предупреждаю сразу: если я сейчас умру, твоя душа будет уничтожена вместе со мной. Уж поверь.

— Он не лжёт! — испуганно закричала Сиси. — Скажи ему! Где антидот⁈ Он не должен умереть!

Кажется, именно её слова впечатлили Вьюна куда сильнее моих. Старик резко повернулся к девушке.

— Ты кто?.. — глухо спросил он.

— Демоница, — процедила Сиси, глядя на него с ненавистью. — Ублюдок! Ты меня убил!

Она вдруг бросилась вперёд и попыталась пнуть Вьюна. Но её нога просто прошла сквозь него — Сиси не умела пользоваться своей призрачной энергией, как Шарлотта или Давыдов. Но Вьюну этого хватило, он рефлекторно отшатнулся.

— Говори, где антидот! — завопила девушка. — Или хочешь, чтобы нас обоих уничтожили⁈ Без права попасть в Мир Духов⁈ Этого хочешь⁈

Мне тем временем совсем поплохело. Из носа всё сильнее капала кровь, во рту появился металлический привкус, перед глазами начало темнеть.

Склянок было восемь. Угадать, в какой именно нужный антидот, невозможно. Если он вообще есть среди них…

Впрочем, в этом я почти не сомневался. Любой человек, работающий с ядами, если он не полный идиот, обязан носить с собой средство от собственной отравы.

— Синяя… — наконец прохрипел Вьюн. — Синяя склянка. Там антидот.

Я нашёл нужный флакон. Дёсны уже кровоточили. Похоже, времени оставалось совсем немного.

Я посмотрел Вьюну прямо в глаза и медленно откупорил склянку.

— Если ты соврал, — хрипло произнёс я, — после смерти я попаду в Мир Духов. А ты сгоришь в муках.

Вьюн ничего не сказал и не попытался меня остановить.

Ладно, похоже, он не блефует. Я запрокинул голову и залпом выпил содержимое.

По телу тут же прошла волна ледяного холода. Меня затрясло, стало настолько холодно, что застучали зубы.

Постепенно сознание начало проясняться, головокружение отступало, зрение возвращалось.

Через две-три минуты я почувствовал себя почти нормально.

Я шумно выдохнул. Жутко хотелось спать. Голова раскалывалась, всё тело ныло после боя… Но дела ещё не закончены.

Тут я услышал тихий скрип открываемой двери — ага, это Маша с Витей.

Я встал и, слегка пошатываясь, вышел в коридор. Успел заметить, как дверь в чулан быстро закрылась. Я подошёл к ней и коротко постучал.

— Это я. Сидите там и никуда не выходите, пока я не скажу. В дом забрались грабители, но сейчас всё хорошо. Слышите меня?

На несколько секунд повисла тишина.

— Да, господин, — донёсся приглушённый голос Маши. — Мы не выйдем.

Я кивнул сам себе и спустился вниз.

Рысь уже пришёл в себя. Он тихо стонал, одной рукой сжимая другую. Кисть и предплечье были покрыты ожогами от электричества.

Я холодно посмотрел на него сверху вниз. А затем носком ботинка сбил маску.

На меня уставился мужчина с рыжей бородой и густыми бровями. Его нос был слегка свёрнут набок, словно когда-то его плохо срастили после перелома, а на виске красовалась крупная волосатая родинка.

— Шокер… — прохрипел Рысь. — Не убивай.

Я молча перевёл взгляд на второго — Вестник всё ещё не двигался.

Подойдя, я несильно пнул его в бок. Мужчина закашлялся и согнулся.

Его маску я тоже сбил ногой — под ней скрывался бледный лысеющий мужик с вытянутым худым лицом и широким выпуклым лбом. Он смотрел на меня с откровенным ужасом.

Я перевёл взгляд с рыжего на большелобого.

— У вас есть только один шанс выжить, — спокойно произнёс я. — Подписать со мной контракт. Согласны?

— Да, — первым выдохнул Вестник.

— Да, — тут же просипел Рысь.

— Проследи за ними, — мысленно попросил я Шарлотту, после чего поднялся в свою комнату.

Два контракта подчинения я нашёл быстро — те, которые предназначались для обычных Мистиков.

Вернувшись вниз, я бросил по листу перед каждым из пленников.

— Подписывайте сейчас. Или умрёте.

Револьвер я уже подобрал и теперь держал его в опущенной руке, равнодушно глядя на обоих.

Спорить никто не стал. Первым кровавую подпись поставил Вестник. Следом — Рысь. Я повторил процедуру с каждым.

Оба контракта засветились и начали рассыпаться. Бледная пыль разделилась на потоки и исчезла, а я почувствовал две новые связи — точно такие же, как со Сшивателем.

— Теперь вставайте и приводите себя в порядок, — сухо велел я. — У меня для вас есть работа.

Пока эти двое с трудом поднимались, я снова подошёл к телу Вьюна. Под ним растеклась огромная лужа крови, из раны на шее всё ещё медленно сочилось.

Я взял пустую склянку из-под антидота, набрал туда крови и плотно закупорил.

Кстати… Надо будет потом проверить одну вещь. Подойдёт ли для поглотителя душ уже свернувшаяся кровь, которая давно засохла? Или обязательно нужна свежая?

Разберусь позже, сейчас — трофеи.

Первым делом я снял с пальцев Вьюна два своих кольца — «Тихий след» и «Тихий Страж».

Быстро протерев их от крови, «Тихий след» я убрал в карман, а «Тихий Страж» сразу надел на палец. Восстанавливать заряды артефакта пока не стал.

Затем отложил в сторону рапиру Вьюна и продолжил обыск. На боку старика обнаружилась закреплённая несколькими ремешками поясная сумка. Я аккуратно отцепил её. Судя по весу и звону внутри, там тоже находились артефакты.

Я тщательно прошёлся по всем карманам Вьюна, забирая всё, что выглядело хотя бы немного полезным или ценным. Краем сознания отметил, что обыск трупа не вызывает у меня никакого отвращения…

Закончив, я поднялся. Рысь и Вестник уже стояли возле стены. Обоих слегка потряхивало, они тихо постанывали от ожогов.

Я кивнул на труп и велел:

— Избавьтесь от тела. Потом вернитесь и приведите это место в порядок.

Оглядев лестничную площадку, я поморщился. М-да, после боя это место выглядело паршиво. Электрические разряды оставили на стенах и полу чёрные подпалины, попадания «Жала» выбили в стене глубокие ямки, кое-где отлетела штукатурка.

— Здесь всё должно выглядеть точно так же, как до вашего прихода, — добавил я. — Всё ясно?

Ответа не последовало. Я нахмурился и, сосредоточившись на двух новых нитях контракта, мысленно пожелал наказать обоих.

Рысь и Вестник одновременно вскрикнули и согнулись, прижимая руки к груди. Любопытно. Я впервые использовал контракт таким образом.

— Всё ясно? — повторил я.

— Да… — просипел Рысь.

— Всё сделаем, — поспешно выдавил Вестник.

— Тогда за дело.

Я отступил в сторону.

Оба Мистика, которых всё ещё потряхивало после молний, подняли труп Вьюна и потащили его вниз.

Я холодно смотрел им вслед, не чувствуя ни капли сочувствия. Эти уроды пришли сюда меня убивать — так что пусть радуются, что до сих пор живы.

Я спустился следом за ними, таща за собой призрак Вьюна, словно собаку на поводке. Старик выглядел измождённым. Его тело едва просвечивало, лицо осунулось, движения стали вялыми.

Рысь с Вестником вытащили труп наружу, загрузили его в экипаж и вскоре уехали. Я дождался, пока стук колёс стихнет вдали, после чего повернулся к Вьюну.

— У тебя сейчас есть два варианта, — спокойно произнёс я. — Первый — я уничтожаю твою душу.

Я щёлкнул пальцами и Вьюн мгновенно задёргался.

— А-а-а-а!

Его тело начало стремительно бледнеть и рассыпаться. Я тут же прекратил.

— Второй — я отпускаю тебя, и ты отправляешься в Мир Духов.

Вьюн тяжело дышал, хотя дышать ему, конечно же, уже не требовалось.

— Только есть один нюанс, — продолжил я. — То, кем ты станешь там, зависит от состояния твоей души.

Я улыбнулся, заметив, что старик внимательно слушает, и продолжил:

— Если отправишься в Мир Духов полностью восстановленным, скорее всего, останешься Старшим Духом. А если я отпущу тебя в нынешнем состоянии… — я демонстративно оглядел его едва различимый силуэт. — Максимум, что тебе светит, — стать Младшим. Но, скорее всего, ты переродишься Тенью.

Лицо Вьюна исказилось. Вот теперь он действительно испугался. Нет, он был в ужасе.

— Не надо… — пробормотал старик.

— Правила простые, — я склонил голову набок. — У тебя есть возможность купить свою свободу.

Вьюн уставился на меня.

— Говори, где находятся твои тайники. Деньги, артефакты, духовные сокровища — всё, что у тебя есть. А я посмотрю, сколько это стоит, и решу, в каком состоянии отпустить тебя в Мир Духов.

— Нет… — Вьюн медленно покачал головой. — Ты не можешь… Так нельзя…

— Ещё как могу, — хмыкнул я. — Уж поверь.

Я поднял руку.

— Нет! — Вьюн шарахнулся назад. — Не надо!

Я всё равно щёлкнул пальцами.

Старик заорал, его призрачное тело задёргалось и начало быстро исчезать. Я дождался момента, когда от Вьюна остался почти невидимый контур, и лишь тогда прекратил Разрушение, чтобы следом активировать Восполнение.

Призрак немного уплотнился, его целостность достигла примерно тридцати процентов. Этого хватит.

— Ты даже не представляешь, как тяжело мне сейчас сдержаться и не развеять тебя окончательно, — процедил я, глядя ему прямо в глаза. — Поэтому не испытывай моё терпение.

Старик молчал.

— Начинай говорить. Где твои тайники? Где деньги? Где артефакты? Всё перечисляй. А когда закончишь, я решу, что с тобой делать дальше.

— Дома, в тайнике, у меня наличные, золото и закладные на пару зданий. Общая стоимость около ста пятидесяти Корон, — глухо произнёс Вьюн. — Есть часы, украшения и другие предметы немалой стоимости. Кроме того, лаборатория — там хранятся мои яды и антидоты. В совокупности всё это можно продать ещё за полторы сотни Корон.

Я приподнял брови. Ничего себе.

— Такая мелочь? — усмехнулся я. — Так и быть, развеивать тебя не стану. Но в Мир Духов отправишься примерно в нынешнем состоянии.

— Нет! — Вьюн дёрнулся. — Не надо!

— Тогда говори дальше. Я уверен, у тебя есть деньги в банках и куча недвижимости. Ты ведь владеешь сетью аптек. Как мне всё это получить?

— Никак, — старик опустил взгляд. — Большая часть недвижимости записана на родственников. Я знал, что рано или поздно могу погибнуть, поэтому подготовился. Что касается банковских счетов… Операции возможны только при моём личном присутствии. Без меня ты ничего не получишь.

Я поморщился. Впрочем, триста Корон — совсем не маленькие деньги. Да что там говорить, у меня в руках никогда не было такой суммы.

— Хорошо. Где находится тайник?

Вьюн некоторое время молчал, но после моего выразительного взгляда всё-таки заговорил.

— В моей личной комнате. За портретом висит сейф.

Он назвал адрес, а затем продиктовал комбинацию для открытия сейфа.

— Не ошибись, — предупредил старик. — Сейф особенный. Если неправильно ввести комбинацию, всё содержимое будет уничтожено.

Я уже собирался подняться наверх, переодеться и самому отправиться по указанному адресу, когда рядом раздался голос Давыдова:

— Ты хочешь ехать туда лично?

Я повернулся к графу.

— Да.

— Зачем? — Давыдов приподнял брови.

— В смысле?

— У тебя теперь есть подчинённые. Отправь их.

— Я им не доверяю, — я покачал головой.

— А тебе и не нужно им доверять, — граф пожал плечами. — Всё сделает контракт. По-моему, ты ещё не до конца понимаешь, в каком положении теперь находятся эти двое. Давай-ка я тебе расскажу.

В нескольких минутах езды от города Гданеж.

Экипаж остановился возле старого котлована. Рысь спрыгнул с козел и, морщась от боли, достал из задней части экипажа две лопаты. Следом выбрался Вестник.

Оба выглядели мрачнее тучи. Ожоги после молний продолжали болеть, пальцы плохо слушались, а любое движение отзывалось неприятной ломотой во всём теле.

Но выбирать не приходилось.

Они взяли лопаты и начали копать. Несколько минут слышался только глухой стук металла о землю.

Рысь вдруг зло сплюнул.

— А ведь эти лопаты мы взяли, чтобы закопать Шокера.

Вестник ничего не ответил.

— Вот же мразь, — процедил Рысь. — Он правда думает, что сможет нас подчинить?

Вестник продолжал молча копать.

— Я ему так просто не поддамся, — Рысь зло встряхнул головой. — Буду выжидать. Рано или поздно он допустит ошибку, и тогда…

Он резко осёкся, лопата выпала из рук.

— Ах!..

Рысь рухнул на колени и скрючился, прижимая обе ладони к груди. Казалось, сердце внутри сжали раскалёнными клещами.

— Дурак, — буркнул Вестник.

Рысь несколько секунд лежал на земле, тяжело дыша.

— Что… это было?.. — просипел он.

Вестник наконец перестал копать и посмотрел на него сверху вниз.

— Мы подписали контракт. Теперь мы, по сути, его рабы.

Он сплюнул под ноги.

— Никогда не думал, что из одной кабалы сразу прыгну в другую.

Рысь поднял на него взгляд.

— Ты уже был под таким контрактом?

— У Вьюна, — мрачно подтвердил Вестник. — И поверь, обойти его не получится. Он связан напрямую с нашей душой. Ему плевать, что ты говоришь вслух, контракт чувствует намерение. Тебе достаточно всерьёз захотеть предать господина — и сразу почувствуешь боль.

Рысь скривился, в его взгляде появилась паника.

— А если всё-таки попытаться?

— Если реально попробуешь ему навредить, можешь умереть, — Вестник криво усмехнулся. — Первые годы я тоже искал лазейки. Проверял слова, мысли, поступки. Бесполезно.

Он с силой воткнул лопату в землю.

— Теперь мы с тобой слуги Шокера. Точнее — Артура Ричи. Признай это сразу. Чем раньше признаешь, тем проще будет жить. А теперь вставай, помогай копать.

Рысь заскрипел зубами, но промолчал. Он с трудом поднялся и подобрал лопату.

Спустя десять минут Вестник отбросил лопату и буркнул:

— Достаточно.

Он подошёл к экипажу, распахнул дверцу и, тихо постанывая от боли, вытащил наружу тело Вьюна. Труп тяжело рухнул на землю.

— Помогай, — бросил Вестник.

Рысь нехотя подошёл. Вместе они стащили тело в яму и начали забрасывать его землёй.

— Откуда у него вообще такой контракт? — пробормотал Рысь. — Я слышал про подобные. Это огромная ценность.

— Откуда-откуда… — Вестник тяжело выдохнул. — От клана Сюань, конечно. Он прикончил Демоницу и забрал всё её добро. Она, видимо, собиралась подчинить нас. Но убилась о Шокера…

Рысь посмотрел на наполовину засыпанное тело.

— Зря он полез на Шокера.

— Очень зря, — согласился Вестник.

Они закончили закапывать яму и уже собирались возвращаться к экипажу, когда оба одновременно замерли.

У обоих внутри появилось странное ощущение. Словно что-то невидимое ухватилось за самую душу и потянуло.

Вестник вздрогнул, Рысь тяжело задышал и прижал ладонь к груди.

— Что это?.. — просипел он.

Вестник прислушался к собственным ощущениям, а затем выругался.

— Он нас зовёт.

— Что?

— Шокер. Торопит нас вернуться.

Вестник несколько раз потопал по свежей земле, утрамбовывая могилу.

— Поехали.

Он направился к экипажу. Рысь задержался ещё на секунду, зло посмотрел на могилу Вьюна и сплюнул на неё.

После чего пошёл следом.

Граф Давыдов подробно рассказал мне, в каком положении оказываются люди, заключившие контракты подчинения. Сиси периодически его дополняла.

— И кто вообще делает такие контракты? — я перевёл взгляд на девушку.

— Подобных Мистиков-Умельцев очень мало, — Сиси качнула головой. — Все они наперечёт. Даже в Тяньлине таких не больше десятка. В клане Сюань есть один, поэтому мне и выдали целых четырнадцать контрактов.

Она ненадолго задумалась и добавила:

— Насколько я знаю, в Приморской Республике нет ни одного подобного мастера. Да и в других странах их не больше, чем в Тяньлине. На самом деле, Мистики, получившие дар создавать контракты подчинения, постоянно ходят по краю. Их часто пытаются убить, и периодически это даже удаётся.

Я задумчиво кивнул, без труда представив себя на месте кого-нибудь, кто подписал такой контракт. Если бы я несколько десятков лет прожил в качестве чьего-то слуги, а потом освободился, то первым делом попытался бы отомстить тому, кто меня подчинил. А уже вторым — создателю этого дьявольского контракта.

Я прикрыл глаза и слегка потянул сразу за две нити, призывая к себе Рысь и Вестника.

Обычно владельцу контракта для такого требовалось куда больше, чем простая мысленная команда. Давыдов описывал целый ритуал: нужно использовать свою кровь, нарисовать особый знак, назвать имя и, сосредоточившись, позвать нужного человека. Но я видел сами духовные нити контракта, поэтому мне ничего этого не требовалось.

Открыв глаза, я посмотрел на Вьюна. Старик всё ещё стоял передо мной — бледный, едва различимый, но уже более-менее успокоившийся. И сейчас он очень сосредоточенно следил за каждым моим движением.

— Денег, которые ты накопил, недостаточно, чтобы выкупить себя, — сообщил я. — Их хватит лишь на то, чтобы я не стал уничтожать тебя окончательно. Но если хочешь повысить свою целостность перед отправлением в Мир Духов — плати другой валютой.

Вьюн насторожился.

— Информацией, — пояснил я. — Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю и что может представлять для меня ценность. А я подумаю, стоит ли немного тебя восполнить.

Несколько секунд старик молчал, напряжённо о чём-то размышляя.

— Скоро… — наконец выдавил он. — В течение трёх дней в Приморскую Республику прибудут Бессмертные Симурга.

— И кто это? — я приподнял бровь.

— Элитный отряд Мистиков Парсиды, — Вьюн понизил голос. — Мне было приказано встретить их в столице.

Он замешкался, но всё же продолжил:

— Я примерно представляю, какой силой обладают члены этого отряда. Поэтому и решил усилиться перед их приездом. Поторопился… и сделал несколько ошибок.

Старик помрачнел.

Ага. Вот оно что.

— Кто тебе приказал их встречать?

Вьюн тяжело вздохнул.

— На самом деле я тайный агент Парсиды. Каждый квартал отправлял им отчёты о том, что происходит в Гданеже, и периодически выполнял мелкие поручения.

— О, так ты ещё и шпион чужого государства? — усмехнулся я.

— Я родился здесь, в Гданеже, — сухо ответил Вьюн. — Сын грузчика и служанки. Когда мне предложили изменить свою жизнь, я не смог отказаться.

Что ж, мотивация понятная.

Немного помолчав, я снова посмотрел на старика.

— Что ты знаешь об этих Бессмертных Симурга?

— Практически ничего, — Вьюн отвёл взгляд. — Знаю только, что их лидер заключил контракт с одним из Владык. Но с каким именно — понятия не имею.

Он чуть помедлил.

— Его зовут Бахрам Заранди. Он считается сильнейшим воином Парсиды. Его ещё называют Человеком-армией.

Неплохое прозвище.

— У него есть два заместителя — Мистики лишь немного слабее самого Бахрама. И ещё десять членов основного состава.

— То есть всего тринадцать? — уточнил я.

— Да, — Вьюн коротко кивнул. — У Бессмертных Симурга в основном составе всегда тринадцать человек.

Я внимательно посмотрел на него.

— Так, значит, ты решил меня убить, чтобы немного усилиться, а потом встретить этот отряд и произвести на них впечатление?

Некоторое время Вьюн молчал.

— Можно и так сказать, — наконец признал он.

— Да уж, — протянул я, с жалостью рассматривая старика. — Ты правда думал, что Бессмертные Симурга возьмут к себе чужака?

— Ты не так понял, я не собирался никуда вступать, — помрачнел старик. — Мне и здесь было хорошо. Скорее наоборот — я хотел подготовиться к возможной атаке. Ты сам сказал: для них я чужак. Они вполне могли попробовать меня на зуб.

Вьюн чуть помедлил, явно вспоминая что-то неприятное, и добавил:

— Такое уже случалось в прошлом.

Я ничего не ответил. Похоже, старик опасался гостей из-за рубежа и решил немного прокачаться. Только вот выбрал не тот тренажёр, хех.

— Что ты знаешь о Наследнике и его делах? — немного подумав, спросил я.

Вьюн принялся рассказывать, но здесь меня ждало разочарование.

Ничего нового я не услышал. Старику приказали внимательно следить за всеми действиями Наследника, и Вьюн выяснил, что тот собирается провернуть нечто большое, связанное с Громовержцем. А вот узнать что-то действительно существенное он так и не сумел.

В этот момент в дверь постучали. Почти сразу она открылась, и внутрь вошли Рысь с Вестником. Выглядели оба паршиво — перепачканные землёй, с обожжёнными руками.

Они подошли ко мне.

— Дело выполнено, — Вестник тяжело повёл плечами. — Труп закопали за городом, возле котлована.

Я скосил взгляд на Вьюна. Старик скривился и прикрыл глаза — ему явно было неприятно слушать о судьбе собственного тела.

— Хорошо, — кивнул я. — Теперь езжайте в дом Вьюна.

Рысь с Вестником переглянулись, но промолчали.

Я назвал адрес дома, а затем перечислил места, о которых рассказал старик: сейф за портретом, гардеробную с часами и украшениями и лабораторию, где хранились яды и антидоты.

— Принесите мне всё ценное. И ещё кое-что, — я поочерёдно посмотрел на каждого. — Если заберёте себе хотя бы одну монету или какую-нибудь безделушку, я передумаю быть с вами добрым.

Договорив, я слегка надавил на связывающие нас нити, и оба Мистика разом согнулись, схватившись за грудь.

— Вам ясно?

— Да… — прохрипел Вестник. — Мы не посмеем.

— Надеюсь, — я выдержал короткую паузу и добавил: — Выполните задание как надо — помогу вам залечить раны.

Рысь и Вестник удивлённо уставились на меня. Объяснять я ничего не стал, лишь махнул рукой.

— Вы свободны.

Оба немного замешкались, но всё же вышли из комнаты.

Дождавшись, когда Рысь и Вестник уедут, я снял с пальца «Кровавый Тюльпан» и использовал на нём Восстановление. Рубин коротко вспыхнул. Вернув кольцо на палец, я широко зевнул, аж глаза заслезились. Спать хотелось просто невыносимо, вот только на сегодня дела ещё не закончились.

— Кому я смогу быстро и без лишних проблем продать бумаги на недвижимость, которые лежат у тебя в сейфе? — я снова повернулся к Вьюну.

— Это будет несложно, — тихо отозвался старик. — Есть несколько торговцев, которым мои здания придутся по вкусу. Они с радостью их выкупят. Я расскажу, к кому лучше обратиться.

— Хорошо.

Я немного подумал. Раз уж Вьюн разговорился, стоило выжать из него максимум.

— Теперь расскажи мне о ситуации в Гданеже. В целом — кто и что сейчас держит в городе.

Старик ненадолго задумался.

— На данный момент самым влиятельным человеком в Гданеже является герцог Гразе. Хотя, насколько мне известно, свою резиденцию он уже покинул.

Я кивнул. Это я и без него знал.

— По моим сведениям, герцог курировал несколько групп Мистиков, — продолжил Вьюн. — Часть из них он создал сам, а над частью перехватил контроль с помощью своего ручного горбуна-маньяка. Под герцогом находятся пять виконтских родов.

— Среди них Яхонти? — перебил я.

— Да, — Вьюн кивнул. — У Яхонти очень сильные связи в Соборе, да и в армии они обладают серьёзным влиянием. Если бы не слухи о том, что в прошлом их род был тесно связан с Громовержцем, они бы давно перебрались в Бернгольд и закрепились там.

Я невольно усмехнулся. Слухи были совсем не беспочвенными — я прекрасно помнил видение, полученное через часы дедушки Виолетты. Род Яхонти действительно служил Громовержцу.

— Виконтские рода контролируют Белых Перчаток, — продолжал Вьюн. — Ниже идут баронские рода, всего их было восемнадцать. Они тоже частично связаны с Белыми Перчатками, но не только с ними — ещё с Янтарными Пальцами и другими организациями. Если не считать государственные предприятия, в руках аристократии сосредоточено примерно шестьдесят процентов крупного бизнеса Гданежа. Фабрики, склады, доходные дома, торговые предприятия. Остальное принадлежит независимым частникам вроде меня.

— Ты говоришь о ситуации до той бойни, которую устроили Колос и остальные? — уточнил я.

— Да, — Вьюн медленно кивнул. — Я описываю положение дел до последних событий. Сейчас всё стало куда хаотичнее.

Он ненадолго замолчал, собираясь с мыслями.

— Как минимум три баронских рода вырезали практически полностью. Ещё несколько серьёзно пострадали и потеряли влияние. Зато в город пришли столичные рода, Собор усилил давление, появилось больше людей из армии. Более того, активизировались шпионы других государств.

Вьюн невесело усмехнулся.

— Равновесие нарушено.

— А семья Син?

Старик чуть склонил голову набок.

— Одна из самых зубастых семей города. Деньги, склады, торговля, своя доля в Белых Перчатках. Сейчас они на взводе — у них пропал один из сыновей, Энтони. Ищут до сих пор и не жалеют на это средств.

Я и бровью не повёл.

— Кого подозревают?

— Вроде как Клыков, — пожал плечами Вьюн.

Я медленно кивнул.

Вьюн продолжил говорить, и чем дольше он говорил, тем яснее я понимал, какой кладезь информации мне достался. Вьюн знал о Гданеже едва ли не всё: имена торговцев, места встреч разных групп, тайные организации Мистиков, связи между аристократами, контрабандистов, чиновников, которых можно подкупить. Да и компромата на влиятельных людей у него наверняка накопилось немало.

Нет, торопиться отправлять этого старика в Мир Духов пока точно не стоит.

Я нащупал языком Лунную жемчужину, которую всё это время держал за щекой. Отвернувшись, незаметно сплюнул её в ладонь и сделал вид, будто достаю что-то из кармана, после чего раскрыл пальцы.

— Ты знаешь, что это?

Вьюн подплыл ближе и внимательно вгляделся в мою ладонь.

— Жемчуг? — неуверенно предположил он.

— Да, но не простой. Это бусина из Чёток Просветителя, — пояснил я. — Её ещё называют Лунной жемчужиной. Знаешь, где можно найти что-нибудь подобное?

Глаза Вьюна слегка расширились.

— Нет, — признался он, теперь уже совсем иначе разглядывая мою ладонь. — Я даже не знал, что бусины Просветителя действительно существуют. Думал, это всего лишь легенда.

— А я знала, — неожиданно подала голос Сиси.

Я повернулся к ней.

Девушка тоже не сводила глаз с жемчужины.

— Один из кланов Тяньлина хранит подобную жемчужину в специальном артефакте, — продолжила она. — Если честно, я всегда думала, что они просто хвастаются. Этот клан далеко не настолько силён, чтобы владеть таким сокровищем.

Вот как. А это уже интересно.

— А ты? — я посмотрел на Давыдова. — Что-нибудь слышал?

— Только слухи, — граф пожал плечами. — Говорили, что герцог Гразе в прошлом очень активно искал подобные жемчужины. Кое-что якобы осело в его коллекции, что-то он передал в дар Собору. Но подробностей я не знаю.

— Понятно.

Про герцога я и без того знал, а вот информация Сиси зацепила меня куда сильнее. Интересно, получится ли перехватить эту жемчужину? Купить её раньше, чем до неё доберётся Гразе?

Правда, сейчас у меня попросту не было настолько длинных рук, чтобы дотянуться до Тяньлина. Разве что встретиться с Линьси и попробовать заручиться её поддержкой — уверен, у неё осталось немало связей на родине.

— Ладно.

Я убрал жемчужину в карман и снова повернулся к Вьюну.

— Рассказывай дальше. Пока то, что я услышал, даже близко не тянет на полное Восполнение.

Старик недовольно поджал губы, но спорить не стал.

— Что вы хотите узнать? — спросил он.

— Давай про семью Син — всё, что тебе известно.

Вьюн кивнул, чуть задумался и начал:

— Если верить слухам, Сины прибыли из Хинокаты около двухсот лет назад. С тех пор их кровь сильно смешалась с янтарской, но некоторые традиции они сохранили, в том числе и преемственность Мистиков. В их семье крайне строгое воспитание детей, а их предки очень отзывчиво заключают контракты, поэтому среди Синов всегда хватало сильных Мистиков.

Вьюн выложил всё, что знал, и после его рассказа связываться с этой семейкой мне захотелось ещё меньше.

Как оказалось, в Гданеже сидела лишь небольшая ветвь рода. Сами Сины были раскиданы по множеству городов и даже соседних государств, причём в случае серьёзного конфликта любая ветвь могла запросить поддержку остальных. Неудивительно, что с ними предпочитали не связываться.

Кроме того, по слухам, у Синов имелась собственная небольшая армия — военизированный отряд численностью в несколько сотен человек. Большинство составляли обычные бойцы, зато часть офицеров являлись Мистиками. И глава каждой ветви при необходимости мог запросить часть этого отряда себе в помощь.

Закончив с Синами, Вьюн перешёл к другим влиятельным силам Приморской Республики в целом и Гданежа в частности. Я старался слушать внимательно, но получалось всё хуже — то и дело зевал, глаза слипались, а сознание уплывало.

В этот момент в дверь снова постучали.

Через несколько секунд внутрь вошли Рысь и Вестник, таща мешки и коробки. Оба выглядели вымотанными, но при этом даже немного довольными.

— Мы всё доставили, господин, — Вестник опустил на пол тяжёлый мешок и раскрыл его.

Внутри лежали аккуратно сложенные костюмы, а между ними — свёртки с часами и украшениями. Рысь поставил рядом коробку, набитую наличными, а затем выложил несколько мешочков с золотыми монетами, драгоценностями и небольшими слитками. Там же нашлись документы на недвижимость.

Глядя на всё это добро, я довольно улыбнулся. Неплохо. Очень даже неплохо.

За второй заход Мистики принесли алхимическое оборудование и расставили его вдоль стены, а следом появились коробки со склянками, заполненными самыми разными жидкостями — в основном ядами и антидотами. Особенно выделялась крупная колба с прозрачной жидкостью — яд той самой змеи, которую Вьюн купил на сходке Наследника и которую прикончила Сиси.

Когда Рысь с Вестником закончили разгружаться, я снял с пальца «Кровавый Тюльпан» и протянул его Мистикам.

— Здесь четыре заряда. По два каждому.

Рысь осторожно взял кольцо и дважды его активировал. По телу Мистика прошли едва заметные красноватые волны, ожоги на руках заметно побледнели, кожа начала затягиваться, и уже через несколько секунд от большинства повреждений почти ничего не осталось.

Кольцо перешло к Вестнику, тот использовал два оставшихся заряда. Оба заметно расслабились, даже их лица разгладились.

— Теперь ждите моих приказов, — велел я, забирая опустевший «Кровавый Тюльпан». — Утром я уеду — и вы придёте сюда и сделаете ремонт. Вот ключи.

Я бросил дубликат ключей Вестнику.

— Как закончите — отправляйтесь в столицу и снимите жильё. Буду ждать вас там.

Вестник растерянно моргнул.

— Что-то не так? — я вопросительно уставился на него. — Насколько я знаю, семей у вас нет. Так что особой разницы, где жить, тоже быть не должно.

— Это да, — пробормотал Вестник. — Просто… — он замялся. — У нас обоих почти не осталось денег.

Я поморщился, запустил руку в коробку с наличными, вытащил пачку купюр и отсчитал каждому по пять Корон.

— Держите. Как только закончите с ремонтом — езжайте в Бернгольд.

— Благодарю, — Вестник осторожно забрал деньги.

Рысь что-то невнятно буркнул, тоже взял свою долю, после чего оба пошли на выход.

— Постойте, — остановил я их.

Блин, из-за сонливости совсем голова не варит.

Начав рыться в трофеях, я мысленно кое-что попросил у Шарлотты, и она озвучила мои слова, обратившись к Вьюну:

— Расскажи, кому можно продать твою недвижимость.

Тот чуть помедлил и начал говорить. А я повторял за ним, откладывая нужные бумаги. Говорил имена, адреса — Вестник и Рысь внимательно слушали.

— Всё, свободны, — сказал я, передав им бумаги.

Рысь и Вестник кое-что уточнили и вышли из лавки.

— Ты относишься к ним куда добрее, чем я, — спокойно заметил Вьюн.

Я не удостоил его ответом. Вместо этого протянул руку в сторону старика и активировал Восполнение.

Хм, тянуть руку было совершенно не обязательно — магия активируется через глаза. Просто привычка.

Вокруг Вьюна вспыхнули призрачные молнии. Старик дёрнулся, но почти сразу замер и удивлённо уставился на собственные ладони, а его полупрозрачное тело с каждой секундой становилось всё плотнее.

Я довёл целостность до ста процентов.

— Спасибо… — выдохнул Вьюн. На его лице появилось такое облегчение, будто с плеч сняли громадный груз. — Правда, большое спасибо.

— Немного потерпи, — предупредил я и тут же активировал Поглощение.

— Стой! Пощади! А-а-а! Твою мать, сука, как больно!

По телу Вьюна запрыгали молнии, он весь сжался, а через связывающую нас нить в меня хлынула его энергия. С моим уже немаленьким опытом процесс давался весьма просто — я быстро вытягивал энергию, пока призрак стремительно бледнел.

Когда внутри накопилось достаточно, я остановился. Целостность Вьюна опустилась примерно до десяти процентов.

— Чтоб ты сдох… — сдавленно выругался старик.

Я не обратил на него внимания, вся моя концентрация ушла на новую силу. Я пытался понять, как она работает, и почти сразу почувствовал разницу.

Сила Шарлотты, Давыдова или Лича ощущалась словно сжатая пружина: стоило правильно надавить — и она высвобождалась наружу импульсом Холода, Окаменения или Разложения. Здесь всё было совершенно иначе. Внутри меня будто появилась густая тягучая жидкость, которая непрерывно двигалась и норовила растечься по всему телу. Управлять ею оказалось чудовищно сложно — даже не управлять, а скорее задавать приблизительное направление.

С огромным трудом я заставил эту странную энергию перетечь в левую руку.

Способность Вьюна я примерно представлял — совсем недавно видел, как его рука удлинялась, словно резиновая. Но повторять тот же трюк не рискнул. А вдруг вытяну руку на метр, а обратно она уже не вернётся? Не хочу рисковать.

Вместо этого я обхватил левое предплечье правой ладонью и осторожно надавил. Рука начала сгибаться — только не в локте, а прямо посередине предплечья.

— Офигеть… — пробормотал я.

Я продолжил давить, пока рука не согнулась почти под прямым углом. Боли не было совсем: кости и мышцы словно перестали быть твёрдыми и превратились во что-то плотное, но податливое. При этом я ощущал, как всё больше поглощённой энергии стекается к месту изгиба, а кожа там заметно нагревается.

Стоило разжать пальцы, и рука медленно выпрямилась сама собой, вернувшись в нормальное состояние.

Запаса чужой силы осталось примерно на треть. Я перегнал остаток в ладонь и принялся по очереди выгибать пальцы в самых неестественных направлениях — назад, вбок, почти разворачивая суставами в противоположную сторону. Зрелище получалось жутковатое.

Когда энергия закончилась, пальцы сами вернулись на место.

Я с любопытством посмотрел на Вьюна.

— Так можно менять любую часть тела?

Старик зло глядел на меня исподлобья и молчал.

Тогда я достал Лунную жемчужину, вытянул из неё немного энергии и снова активировал Восполнение. Целостность Вьюна слегка выросла, а страх в его глазах стал ещё заметнее.

— Кто ты такой? — процедил он. — Как ты это делаешь?

— На вопрос ответь, — лениво бросил я. — Любую часть тела можно сделать такой… резиноподобной?

Вьюн несколько секунд молчал.

— Да, — наконец медленно произнёс он.

— Даже голову?

— Да. Но с ней сложнее, — нехотя признал старик. — Сильно деформировать череп нельзя. Можно повредить мозг.

— Понятно.

Я задумчиво хмыкнул. Да уж, очень интересная способность. Пока понятия не имею, где именно она мне пригодится, но возможность превратить собственное тело в подобие резины лишней явно не будет.

Широко зевнув, я полез в сумку с поглотителями душ. Порывшись, достал один из них, а следом — склянку, в которую заранее собрал кровь Вьюна.

За прошедшее время кровь успела загустеть и теперь совсем не походила на ту, что ещё недавно текла по венам старика.

Пересилив отвращение, я откупорил склянку и аккуратно обмазал поглотитель тёмными сгустками, после чего шагнул к Вьюну.

Старик тут же попытался отлететь подальше, но связывающая нас нить не позволила.

— Что ты делаешь⁈ — испуганно воскликнул он. — Я тебе всё рассказал! Ты забрал все мои деньги!

Я ничего не ответил. Просто сунул поглотитель в его призрачное тело, и Вьюн, коротко вскрикнув, мгновенно втянулся внутрь.

Я внимательно осмотрел артефакт. Получилось. Значит, даже загустевшей крови вполне достаточно — это хорошо.

Тщательно вытерев поглотитель, я убрал его в отдельный мешочек и снова широко зевнул.

Всё. Хватит с меня на сегодня. Спать.

Я поднялся на второй этаж и первым делом подошёл к двери чулана. За ней стояла полная тишина.

— Спите? — тихо спросил я.

Ответа не последовало. Я очень медленно приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

Маша спала на небольшой кровати, свернувшись под одеялом. Витя устроился рядом на полу — ему постелили толстый матрас.

Будить их я не собирался, но, когда начал закрывать дверь, старая петля предательски скрипнула.

Маша тут же открыла глаза.

— Господин? — она сонно приподнялась на локтях. — Всё хорошо?

— Да, — тихо ответил я. — Спи дальше. Все проблемы решены.

Маша несколько секунд смотрела на меня, после чего расслабилась и снова легла.

Я осторожно прикрыл дверь и направился в душ. Да уж, ночка выдалась крайне тяжёлой. Смою грязь и сразу завалюсь спать…

— Артур, вставай, — разбудил меня напряжённый голос Шарлотты. — Там внизу опять этот пришёл.

Я с трудом разлепил глаза. Сколько я вообще поспал? Часа два? Три?

Повернув голову к девочке, я хрипло спросил:

— Кто?

— Детектив, который расследует убийство Энтони Сина, — Шарлотта зависла рядом с кроватью. — Сейчас он внизу и притворяется богатым клиентом. Он уже убедил Машу и Витю, что тебя обязательно надо разбудить. Маша как раз идёт сюда.

Я поморщился. В этот момент в дверь постучали.

— Господин? — позвала Маша. — Господин, там клиент.

Я простонал и сел.

— Скоро буду! — крикнул я, после чего несколько раз провёл ладонями по лицу.

Фух. Ладно, всё равно сегодня надо было встать пораньше, чтобы отправиться в Бернгольд.

В Гданеже меня больше ничего не держало, а вот в столице дел ещё хватало. Как минимум надо разобраться с дворецкими — мы ведь с Машей уже подали объявление в газету, так что скоро придётся проводить собеседования.

Я поднялся и побрёл в ванную, где кое-как привёл себя в порядок.

— Выпей бодрящую настойку, — посоветовал Давыдов. — Среди алхимии, которую вчера принесли из лаборатории Вьюна, я видел несколько подходящих склянок.

— Да? — я с удивлением посмотрел на графа. — Где?

Пришлось вернуться в спальню. В углу громоздилось всё добро, которое ночью притащили Рысь и Вестник: деньги, драгоценности, золото, коробки и множество самых разных склянок.

— Вот эта, — Давыдов указал пальцем на одну из них. — Понюхай. Если пахнет мятой, значит, она.

Я достал небольшую склянку с бледно-голубой жидкостью и осторожно вытащил пробку. И правда мята.

Пожав плечами, я запрокинул голову и выпил содержимое. По телу тут же пронеслась бодрящая волна — сонливость словно рукой сняло, голова прояснилась, в мышцах появилась лёгкость, а глаза наконец перестали слипаться.

— Хорошая вещь, — оценил я, с интересом разглядывая пустую склянку.

— Только стоит немало, — вздохнул Давыдов. — Впрочем, думаю, Вьюн делал её самостоятельно. Выведай у него рецепт — возможно, тоже сможешь готовить.

— Надо будет.

Я быстро оделся и позвал Машу с Витей. Когда оба поднялись наверх, я сразу предупредил:

— Собирайтесь. Сейчас отправляемся на вокзал, а оттуда — в Бернгольд.

— Сейчас? — Маша удивлённо моргнула.

— Да.

— Но там же… — она махнула ладошкой в сторону первого этажа.

— Сейчас едем, — повторил я. — Собирайтесь.

— А завтрак? Вы же не ели!

После её слов в животе заурчало.

— Я быстро приготовлю, — затараторила Маша. — Десять минут!

— Ладно… — вздохнул я. — Поедим и поедем.

Спустившись вниз, я первым делом увидел кучу алхимического оборудования, сложенного вдоль стены. Возле одного из приборов стоял старичок в очках и с большим интересом его рассматривал.

— Прошу прощения, но лавка закрыта, — холодно произнёс я. — Покиньте её.

— О, отчего же? — старичок выпрямился.

Выглядел он крайне безобидно. Круглые очки сильно увеличивали глаза, поверх одежды висел потрёпанный плащ, а седые волосы росли только над ушами. Старик чуть приоткрыл рот и несколько раз удивлённо моргнул, уставившись на меня.

— Лавка сегодня не работает, — повторил я. — Мы переезжаем. Как видите… — я обвёл рукой помещение. — Сейчас мне не до клиентов.

Старик немного пожевал губами.

— Эм-м… Вы ведь знали Энтони Сина?

Ого. А он быстро перешёл к делу.

— Что бы ты ни ответил, он уже прочитал первую реакцию на твоём лице, — предупредил Давыдов. — Не говори ничего, что может тебя скомпрометировать. Даже малейшая оговорка для него важна.

— Вы плохо слышите? — приподнял я брови. — Покиньте мою лавку. В противном случае я вызову полицию.

Не став дожидаться ответа, я развернулся и пошёл в сторону каморки.

— Это вы его убили, да ведь? — неожиданно крикнул старик мне вслед.

Я остановился.

Блин. И что теперь делать? Возмутиться?

Тогда этот урод наверняка решит, что я слишком бурно отреагировал. Просто проигнорировать? Тоже странно — меня только что в лицо обвинили в убийстве, а я молча ухожу.

Вот специально же провоцирует.

Я медленно повернулся. Старик испытующе смотрел на меня из-за огромных круглых стёкол и теперь совсем не выглядел растерянным. Обе руки он держал перед собой ладонями вверх, а тонкие пальцы едва заметно подрагивали, словно он собирался сыграть на каком-то невидимом струнном инструменте.

— Я повторяю, — медленно произнёс я. — Покиньте мою лавку. Здесь не место сумасшедшим.

Раздражённо хмыкнув, я вошёл в каморку и направился к лестнице.

— Как считаешь, много он понял? — тихо спросил я, поднимаясь наверх.

— Понятия не имею, — Давыдов помрачнел. — Но он явно уловил, что тебе есть что скрывать. Доказательств у него нет, иначе он бы действовал совсем иначе. Поэтому и продолжает прощупывать тебя.

Я скривился. Только приставучего детектива мне сейчас и не хватало.

Добравшись до комнаты, я принялся собирать чемоданы, заодно ещё раз мельком осмотрев вещи, которые ночью притащили Рысь и Вестник.

Наличность и золото отправились в чемодан первыми. Следом я отложил то, что тоже стоило забрать: несколько дорогих часов, самые ценные украшения и ещё пару вещей, которые могли пригодиться или которые не хотелось оставлять без присмотра.

Рапиру Вьюна и Клинок Солнца я тоже взял. Под конец, не сдержавшись, использовал Диагностику на втором артефакте.

Объект: Меч «Клинок Солнца».

Материал: высокоуглеродистая сталь, серебро, золото, чёрное дерево, кожа, янтарит.

Возраст изделия: 684 года.

Состояние: критически повреждён.

Повреждения: клинок переломан у основания; разрушен основной проводящий канал; связь с накопителем прервана.

Свойства: недоступны.

Доступно: Погружение-1, Погружение-2, Восстановление-1, Восстановление-2.

Заряд: 88 из 100.

Ого, два Погружения! Последнее — моя работа. А первое Погружение? Значит, клинок когда-то в прошлом был сломан? Надо будет спросить у Сиси.

Закончив со сборами, я вышел в коридор.

— Еда готова! — с кухни выглянула Маша.

Витя как раз закончил со сборами и положил у стены два чемодана. Выглядел он запыхавшимся.

Я пошёл на кухню и мысленно спросил у Шарлотты:

— Где этот детектив?

— На улице стоит, — тут же отозвалась она. — Тебя ждёт. На часы смотрит, ногой притопывает.

— Пи! — возмутился Пирожочек, когда я чуть не наступил ему на хвост.

— Ой, прошу прощения, отвлёкся, — повинился я, садясь за стол. Маша уже накладывала.

Мы быстренько поели, затем Маша и Витя накинули верхнюю одежду, и мы спустились вниз, в торговый зал. Разумеется, Пирожочка не забыли — его я закинул в свой рюкзак.

— Идите вперёд, — велел я Маше и Вите.

Открыв дверь, я пропустил их наружу и вышел следом, даже не взглянув в сторону старика. Мы втроём направились к улице Яшмы.

— А вот и наш убийца, — раздался позади знакомый голос.

Детектив двинулся за нами, держась чуть в стороне.

— Детишки, а вы вообще знаете, с кем водитесь? — громко поинтересовался он. — На кого работаете? Артур Ричи убил человека! Он — убийца! Мерзкий убийца, преступник, мерзавец! Подонок и лжец! Бегите от него, пока вас тоже не убили!

Я остановился, развернулся и одним движением выхватил револьвер. Старик замер, когда ствол уставился прямо на него.

— Да, я уже убивал людей, — мрачно произнёс я. — Тех, кто врывался в мою лавку и пытался меня ограбить. И не прочь прострелить ногу какому-нибудь бродяге, который мешает нормальным людям жить.

Старичок широко улыбнулся и поправил круглые очки.

— Ну признайтесь уже. Энтони Сина ведь убили именно вы, да?

Я чуть опустил револьвер и выстрелил ему в ногу.

БАХ!

Каким-то совершенно невероятным образом дедок успел отскочить в сторону. Пуля выбила каменную крошку из брусчатки позади него.

— Что вы делаете⁈ — взвизгнул он. — Вы совсем псих⁈

— Я предупреждал, — спокойно ответил я, хотя на самом деле слегка нервничал.

Давыдов говорил, что этого придурка уже не раз пытались убить и пока ни у кого не получилось, так что я был уверен: старик обвешан защитными артефактами с ног до головы. Я ожидал увидеть барьер, но этот гад каким-то образом заранее понял, куда я выстрелю, и просто уклонился.

Что это за артефакт такой? Может, очки?

Я взвёл курок и снова навёл револьвер на детектива.

— Последний раз предупреждаю. Перестаньте меня донимать.

— Какая реакция, — старик усмехнулся, пристально разглядывая моё лицо. — Очень говорящая реакция.

Я хмыкнул и снова нажал на спуск.

БАХ!

На этот раз увернуться он не успел. Перед стариком вспыхнул полупрозрачный щит, и пуля отлетела в сторону.

— Что вы творите⁈ — заорал детектив.

БАХ! БАХ!

Я продолжил стрелять, а старик, пригнувшись, начал пятиться прочь. Перед ним один за другим вспыхивали защитные барьеры.

Я невольно рассмеялся.

— И сколько у тебя ещё зарядов, придурок?

Прищурившись, я выпустил оставшиеся патроны, заодно выплёскивая накопившуюся злость и раздражение.

Четыре пули попали в цель. И все четыре остановили вспыхнувшие перед детективом щиты.

— Я этого так не оставлю! — закричал старик, после чего развернулся и побежал прочь.

— Да-да, конечно, — пробормотал я.

Откинув барабан, я принялся быстро перезаряжать револьвер.

— Бежим.

Мы быстрым шагом, почти бегом, направились к улице Яшмы. Соседи уже повысовывались из окон и дверей и провожали нас ошеломлёнными взглядами.

— Это было круто, — выдохнул Витя, глядя на меня горящими глазами.

— А что это были за стены из света? — Маша обеими руками прижимала к себе чемодан.

— Защитные артефакты, — пояснил я. — У некоторых такие есть.

Мы выбрались на улицу Яшмы и направились туда, где обычно стояли извозчики.

— Кто-то из соседей уже побежал за полицией, — доложила Шарлотта, следившая за округой.

— Пусть бежит, — пробормотал я.

Ситуация мне очень не нравилась. Соседи прекрасно знали, кто я такой, и, если полиция быстро объявит меня в розыск, на вокзале могут возникнуть проблемы.

Но следом пришла успокаивающая мысль. Я же не на Земле — в Гданеже нет телевидения, и даже телефоны считаются редкостью. Пока кто-то добежит до участка, пока там выслушают, пока сообразят, кого именно искать и куда отправлять людей, — мы уже будем сидеть в вагоне.

Да и с чего полиции особенно шевелиться? Трупа нет, раненых нет, старик не получил даже царапины. К тому же он последним побежит жаловаться — он сам Мистик, а значит, должен вести себя осторожно с официалами.

Так что максимум, что мне грозит, — заявление от кого-нибудь из соседей о стрельбе. Вот только разбираться с ним будут уже без меня.

Добравшись до стоянки, я щедро заплатил первому попавшемуся извозчику.

— На вокзал. И побыстрее.

Мы забрались в экипаж, и, стоило ему тронуться, я наконец немного расслабился.

— Это всё равно было круто, — снова восхищённо выдохнул Витя. — А вы знали, что у него появятся эти щиты?

— Знал, — кивнул я. — Этот жук известен в узких кругах. Я прекрасно понимал, что убить его не получится.

До этого Маша сидела заметно напряжённая, но после моих слов слегка расслабилась. Ну и хорошо. Пусть не думает, что её работодатель окончательно сошёл с ума и начал стрелять в прохожих на улице.

До вокзала мы добрались без происшествий.

Уже там я нащупал связывающую меня со Сшивателем нить и позвал его через контракт, после чего отправился за билетами. Взял сразу два отдельных купе — одно для себя, второе для Маши, Вити и Сшивателя.

У меня накопилась целая куча новых сокровищ, которые давно хотелось как следует изучить: рапира Вьюна, Клинок Солнца, поясная сумка старика. Кроме того, оставались вещи, которые принесла Виолетта, — на них мне ещё предстояло использовать Погружение. В поезде как раз появится несколько свободных часов, когда никто не будет отвлекать.

Но первую часть дороги я решил провести вместе с Машей, Витей и Сшивателем. Пусть познакомятся с новым членом нашей небольшой компании. Кто знает, возможно, именно Сшиватель в будущем станет нашим дворецким. Он человек знающий, работал на клан Сюань и должен прекрасно понимать, как действует заключённый со мной контракт. Я хоть и не успел его нормально узнать, но он не произвёл на меня впечатление человека, который станет рисковать своей жизнью. Даже наоборот — думаю, он будет верно служить, надеясь, что его оставят в покое.

Забрав билеты, я вернулся к детям, и мы устроились ждать поезд Гданеж — Бернгольд. И пока мы ждали, я попросил у Шарлотты задать вопрос Сиси:

— Расскажи про Клинок Солнца, — передала она мои слова. — Кто его сделал?

— Клинок Солнца… — Сиси задумчиво посмотрела на меня. — Это одно из девяти сокровищ легендарного Бога-Кузнеца, который жил около семисот лет назад, в эпоху Четырёх Императоров, когда Тяньлин ещё не был един.

Хм, впервые слышу про такую эпоху. Скорее всего, она касается только Тяньлина, а не всего мира в целом.

— Ты ведь знаешь, что состав Двенадцати Владык в Мире Духов непостоянен? — спросила Сиси.

Вокруг сновали пассажиры, так что говорить с призраком вслух я не мог — все свои ответы приходилось передавать через Шарлотту.

— Да, он знает, — озвучила девочка мои слова.

— В эпоху Просвещения одним из Владык стал именно Бог-Кузнец, — на лице Сиси появилась печальная улыбка. — Каждая из девяти созданных им реликвий считается легендарным артефактом, обладающим огромной силой. Правда, до наших дней дошли лишь четыре, и Клинок Солнца — один из них.

— Клинок Солнца ведь уже был сломан в прошлом? — спросила за меня Шарлотта.

Сиси чуть удивлённо посмотрела на неё.

— Да. Во время Великой Войны Клинок Солнца был сломан, — она кивнула. — Мой предок Сюань Шан заключил контракт с Богом-Кузнецом и получил право перековать клинок. С тех пор он принадлежит нашему роду.

— Получается, до того, как твой предок его перековал, на клинке не было кровной привязки? — тут же заинтересовалась Шарлотта.

— Не знаю, — Сиси покачала головой. — Такие детали мне неизвестны.

Я ненадолго задумался.

— А что случилось с самим Богом-Кузнецом? — передала девочка мой вопрос.

Я прекрасно помнил состав нынешних Двенадцати. Никакого Бога-Кузнеца среди них не было.

— Его уничтожил Мясник, — сухо произнесла Сиси. — Вознесясь в Мир Духов, он первым же делом принялся истреблять всех сколько-нибудь сильных духов, владевших силой молнии. Не зря все знают, что он был помешан на электричестве… Это даже преуменьшение — Мясник сразу развязал войну в Мире Духов и уничтожил сотни духов, которые специализировались на молниях.

Девушка ненадолго замолчала.

— Бог-Кузнец владел молниями? — мысленно удивился я. Шарлотта озвучила мой вопрос и даже натурально сыграла удивление.

— Согласно легендам, двумя главными инструментами Бога-Кузнеца были молот, созданный из застывшей молнии, и печь из застывшего пламени, — пояснила Сиси. — Разумеется, это лишь легенды. Но в исторических хрониках говорится, что он был не только величайшим ремесленником. Он мог призывать молнии и обрушивать на врагов целые моря пламени.

— Ого, — удивилась Шарлотта. — Звучит очень круто.

— Среди моих предков раньше существовала целая ветвь Мистиков, владевших молниями, — продолжила девушка. — Однако после вознесения Мясника связь со всеми нашими предками, способными даровать подобную силу, оборвалась. Скорее всего, он поглотил или уничтожил их всех.

Сиси тяжело вздохнула.

Вот оно что. А мне ведь и правда казалось странным, почему сейчас любой намёк на силу молнии немедленно связывают с Кровавым Императором. Оказывается, всё довольно просто: других достаточно сильных духов, способных даровать такую силу, попросту не осталось. А если кто-то и уцелел, то наверняка сидит в Мире Духов и лишний раз не высовывается, чтобы не навлечь на себя ярость этого безумного существа.

Рассказ Сиси слегка дополнил моё представление о Мире Духов. Похоже, происходящее там не слишком отличается от земных дел: те же войны, борьба за власть, устранение конкурентов. Только вместо стран и организаций — пантеоны Духов, которые вдобавок способны пожирать друг друга.

Тут я заметил парня, шагающего в нашу сторону. Капюшон был надвинут почти до самых глаз, а нижнюю половину лица скрывала медицинская маска. По связывающей нас нити я сразу понял, кто это, — Сшиватель.

— Господин, — тихо произнёс он, остановившись рядом. — Я прибыл.

Я кивнул и покосился на Машу с Витей. Оба с любопытством разглядывали незнакомца.

— Знакомьтесь. Это…

Я повернулся к Сшивателю и осёкся. Понятия не имею, как его зовут. Ладно, пусть представляется сам.

— Меня зовут Хо Чэнь, — парень чуть склонил голову.

— Так вот, это Хо Чэнь, — продолжил я. — Возможно, некоторое время он будет путешествовать вместе с нами.

— Приятно познакомиться, — Маша приветливо кивнула.

Витя выглядел куда настороженнее.

В этот момент со стороны путей донёсся протяжный гудок, и почти сразу ожил громкоговоритель — металлический голос объявил посадку на поезд до Бернгольда.

— Идёмте, — бросил я, поднимаясь.

Подхватив свой большой чемодан и забрав у Маши её багаж, я направился к вагону. Ребята пошли следом.

Мы заняли одно из двух купленных мною купе. Проводница слегка удивилась, увидев, что мы все вошли в одно купе, хотя купили два. Но я объяснил, что позже собираюсь перебраться во второе и поспать. Кажется, она решила, что перед ней просто богатый чудак, и больше вопросов задавать не стала.

Мы закинули чемоданы на полки и расселись.

— Ну что, давайте знакомиться поближе, — я посмотрел на Сшивателя. — Здесь можешь снять маскировку.

Хо Чэнь немного помедлил, после чего откинул капюшон и стянул маску.

Теперь я смог рассмотреть его намного лучше. Совсем молодой парень — худой, измождённый, с уставшим лицом и настороженным взглядом. Даже сейчас, несмотря на заключённый контракт, он выглядел слегка запуганным.

— Сколько тебе лет? — поинтересовался я.

— Двадцать один, — едва слышно отозвался он.

Я кивнул. Примерно так и думал.

— Хо Чэнь — Мистик, — сообщил я, переводя взгляд на Машу и Витю.

— Мистик⁈ — тут же воскликнул Витя.

Его отношение к новому знакомому изменилось буквально мгновенно: настороженность исчезла, а глаза загорелись восхищением.

— А ты тоже умеешь выпускать молнии? Покажешь? — он подался вперёд, едва не сползая с дивана.

Хо Чэнь явно растерялся под таким напором. Маша прижала ладони к коленям и тоже выжидающе уставилась на него.

— Я… — парень замялся.

— Он лекарь, — пришёл я ему на помощь. — Правда, очень специфический и узконаправленный. Так что вылечить любую болезнь не сможет.

— Лекарь… — разочарованно выдохнул Витя, но почти сразу снова оживился. — А показать что-нибудь можешь?

Хо Чэнь бросил на меня вопросительный взгляд, и я кивнул.

Парень сунул руку во внутренний карман и достал длинную тонкую иглу. Несколько секунд он сосредоточенно смотрел на неё, а потом остриё мягко засветилось, и следом за ушком потянулась сияющая нить.

— Ух ты! — Витя аж подался вперёд. — Вот это круто!

Он попытался потрогать нить пальцем, но тот прошёл прямо сквозь сияние.

— Это энергетическая нить, — Хо Чэнь заметно оживился, увидев, как его способностями восхищаются. — Она позволяет сшивать края ран и одновременно восстанавливать повреждённые ткани.

— Ого, — Маша округлила глаза. — Получается, ты можешь быстро зашивать раны?

— Да, — слабо улыбнулся Хо Чэнь. — А ещё, если повреждения не слишком старые, даже шрамов не остаётся.

— Как здорово, — совершенно искренне выдохнула Маша. — А сложно стать Мистиком?

Я незаметно покосился на Машу. Вот этого я как раз и опасался. Ей уже пятнадцать, и я прекрасно помнил, как когда-то наплёл им с Витей, будто раньше двадцати лет к духам лучше не соваться. Не хватало ещё, чтобы после общения с настоящим Мистиком у неё в голове начали появляться всякие опасные мысли.

— Хо Чэнь получил свою силу совсем недавно, меньше года назад, — заговорил я раньше Сшивателя. — И сейчас он расскажет вам, как именно это произошло. Да?

Я выразительно посмотрел на парня. Тот замялся, но под моим взглядом всё-таки кивнул.

— Да.

Хотя я почти не сомневался, что на самом деле Хо Чэнь связался с духами гораздо раньше двадцати лет, но детям об этом знать совершенно необязательно.

Сшиватель начал рассказывать.

В день полнолуния он вместе с несколькими другими членами клана спустился в специально подготовленное подземелье, где их ждал ритуал обращения к предкам. Всего участвовало девять человек. Трое не получили никакого отклика из Мира Духов. Ещё трое во время ритуала сошли с ума и впоследствии погибли. И только оставшиеся трое смогли установить связь с предками и обрести способности.

Когда Хо Чэнь замолчал, я добавил от себя:

— И учтите ещё кое-что. Хо Чэнь и его родственники пытались заключить контракт не с обычными духами, а со своими предками, — я внимательно посмотрел на притихших Машу и Витю. — Понимаете? С теми, кто максимально к ним лоялен. С теми, кто сам хотел бы сделать собственных потомков Мистиками. Но даже в таком случае трое из девяти ничего не получили, а ещё трое погибли. Если бы они обращались к чужим духам, жертв было бы гораздо больше, а Мистиками из девяти стали бы от силы один-два человека.

На самом деле, я и сам слегка офигел от такой статистики. Надо будет поговорить с Виолеттой и отговорить её становиться Мистиком.

— Так и есть, — серьёзно кивнул Хо Чэнь.

Он ненадолго замялся.

— На самом деле я никогда не хотел становиться Мистиком, — парень опустил взгляд. — Мои родители были Мистиками, и оба погибли. Дедушки, бабушки… Все они рано или поздно погибали. Да и сам я чуть не умер.

Хо Чэнь покосился на меня.

— Если бы не господин, я бы уже лежал в земле, как многие из тех, кто прибыл из Тяньлина в Приморскую Республику. Быть Мистиком очень опасно. Это всегда риск.

Маша и Витя молчали. На такое им было нечего ответить.

— Ладно, — я хлопнул ладонями по коленям и поднялся. — Оставлю вас ненадолго одних.

Я предостерегающе посмотрел на Сшивателя.

— Мне нужно кое-чем заняться. Пригляди за ними. Ты за старшего.

— Да, господин, — Хо Чэнь быстро кивнул. — Не беспокойтесь.

— Если что — зовите.

Я снял с полки свой чемодан и вышел из купе, чтобы зайти в соседнее. Положив чемодан на сиденье, я откинул крышку и первым делом решил заняться холодным оружием. Я аккуратно вытащил рапиру Вьюна из тонких кожаных ножен, положил её на столик перед собой и вгляделся в оружие.

Объект: Боевая рапира.

Доступно: Диагностика.

Заряд: 100 из 100.

— Что ж, начнём, — пробормотал я и протянул ладонь.

— Что он делает? — тут же заинтересовалась Сиси.

Из моих пальцев вырвались электрические всполохи и побежали по клинку. Информационное окно перед глазами резко расширилось.

Объект: Боевая рапира «Змеиный Зуб».

Материалы: оружейная сталь, серебро, чёрный янтарит.

Возраст изделия: 91 год.

Состояние: исправно.

Свойства: концентрация ударной силы на острие; частичное игнорирование магических защит; нанесение нейротоксического яда при повреждении живой ткани.

Запас яда: 4 из 6.

Доступно: Восстановление.

Заряд: 87 из 100.

— Ничего себе, — пробормотал я, приподняв рапиру.

— Что там? — Шарлотта тут же зависла над моим плечом.

Я кратко пересказал ей свойства оружия.

— Мощная вещь, — оценил Давыдов. — Уверен, Вьюну пришлось немало за неё отдать. Рапира идеально подходит под его стиль боя.

Я невольно вспомнил, как этот урод растянул руку и проткнул меня. Да уж, тут не поспоришь. Лёгкая, узкая, невероятно опасная рапира, которая частично игнорирует защиту и впрыскивает яд после первого же попадания. Для Вьюна с его способностью — почти идеальное оружие.

Правда, лично для меня пользы от неё не так много. Фехтовать рапирой я не умею, да и в целом предпочитаю несколько другие способы решения проблем. Но продавать её всё равно пока не стану.

Отложив «Змеиный Зуб», я достал из чемодана Клинок Солнца. Аккуратно вытащил из ножен сломанное лезвие, а затем положил рядом рукоять.

Перед глазами вновь возникло уже знакомое описание, я прошёлся по нему взглядом и задержал взгляд на двух Погружениях.

Второе, по большому счёту, мне было совершенно не нужно. Я и так прекрасно знал, что именно там увижу, — сам ведь не так давно сломал Клинок Солнца. Но почему-то нельзя перейти сразу к первому Погружению, пропустив второе. Надо по очереди. Да и мне самому любопытно, на самом деле. Тем более никаких смертей или других неприятных сюрпризов там точно не будет, так что Погружение пройдёт безболезненно.

Я активировал Погружение-2, и мир вокруг исчез.

Я вновь оказался в том самом помещении и увидел перед собой лежащий на полу Клинок Солнца. Только на этот раз всё было немного иначе.

Обычно в Погружениях я смотрел на происходящее глазами определённого человека и был заперт внутри его тела, видя лишь то, что видел он сам.

Но сейчас этим человеком оказался я.

Я наблюдал, как сам подхожу к лежащему оружию и вскидываю револьвер.

БАХ!

Первая пуля ударила возле гарды. И вдруг я понял, что могу двигаться. Точнее, не моё тело из прошлого, которое сейчас продолжало действовать точь-в-точь как тогда, — двигался я сам, тот, кто наблюдал за видением.

Я осторожно отступил в сторону. Получилось.

— Охренеть… — пробормотал я, хотя собственного голоса даже не услышал.

Я шагнул ещё дальше, а моё прошлое тело тем временем снова выстрелило в Клинок Солнца.

БАХ!

Пуля отрикошетила, а я спокойно обошёл самого себя со спины. Вот это уже любопытно.

Я мог свободно перемещаться по помещению, смотреть на происходящее сбоку, заходить за спины, рассматривать то, чего физически не мог увидеть в тот момент. Будто оказался не участником собственного воспоминания, а невидимым наблюдателем.

Хм… Похоже, я смог выйти из своего тела, как душа? Моё тело полупрозрачное, едва видимое — как у призрака с очень низкой целостностью.

БАХ!

Ещё выстрел. Я отошёл к стене и внимательно осмотрел помещение с нового ракурса.

Сам по себе этот момент никакой ценности не имел — я прекрасно помнил всё, что здесь произошло. Но возможности, которые открывала такая особенность…

БАХ! БАХ!

Моё прошлое тело продолжало стрелять. После шестого выстрела по клинку пробежала трещина, и лезвие с громким звоном переломилось у основания.

Видение оборвалось.

Я открыл глаза уже в купе и невольно усмехнулся.

— Любопытно…

— Что такое? — тут же спросила Шарлотта.

— Посмотрел, как сам же разбил Клинок Солнца, — отозвался я, не став пока вдаваться в подробности.

В голове уже мелькали варианты применения новой особенности. Если я окажусь в месте, где происходит какое-нибудь важное событие, можно специально повредить какой-нибудь ценный предмет. А потом, использовав на нём Погружение, выйти за пределы собственного тела и спокойно осмотреть произошедшее с других ракурсов.

Заглянуть себе за спину, увидеть, что делал человек в другом конце помещения, разглядеть то, чего я сам в тот момент просто не заметил.

Да уж, определённо полезная штука. Наверное, это результат синергии двух моих талантов — реставратора и медиума.

Несколько минут я размышлял над открытием, а потом перешёл к Погружению-1. Правда, вряд ли оно будет полезным — скорее всего, я увижу ещё один фрагмент Великой Войны и почувствую на себе боль от какой-нибудь жуткой смерти. Может, я мазохист?

Я сосредоточился и активировал способность.

Мир снова исчез.

Первое, что я ощутил — сильный жар. Воздух буквально обжигал кожу, впереди ревело пламя.

Я оказался в теле какого-то старика, склонившегося над мечом, который лежал на массивной наковальне. Краем зрения я видел собственную редкую седую бороду с тёмными прядями, свисающую почти до середины груди, и узловатые старческие пальцы.

Старик что-то тихо пробормотал на незнакомом мне языке — кажется, тяньлинском.

Я всмотрелся в меч — скорее всего, это Клинок Солнца. Оружие выглядело совсем иначе: простенький узкий меч с деревянной гардой. Далеко не такое вычурное оружие, как знакомый мне Клинок Солнца.

Но что-то с этим мечом было не так… Гарду покрывала паутинка чёрной жижи, а вдоль лезвия тянулась тёмная полоска, из которой словно пытались вырваться микроскопические личинки. Именно их и рассматривал старик.

Если бы я был в своём теле, то сразу бы отскочил. Эта чёрная гадость… Она выглядела очень отталкивающе, отвратно.

Я провёл пальцами вдоль клинка, не касаясь чёрной полоски. Затем произнёс ещё несколько непонятных слов и взялся за молот.

Замах — удар! Затем ещё и ещё.

Я раз за разом обрушивал удары молота на лезвие, постепенно проваливаясь в какое-то странное состояние. И тут ощутил чужое присутствие — холодное, неживое.

Что-то похожее я уже чувствовал во время Погружения в диадему графини Болконской. Правда, тогда оно было несравнимо сильнее и опаснее.

Я сразу понял, что происходит — это Одержимость!

Старик продолжал бить по клинку, а я с жадным любопытством прислушивался к его ощущениям.

Из-под молота вдруг начало вырываться пламя. По рукам старика заплясали молнии, и с каждым новым ударом их становилось всё больше, жар усиливался, а поверхность наковальни понемногу плавилась.

Сам Клинок Солнца раскалился докрасна, но продолжал выдерживать удары.

БУМ! БУМ! БУМ!

Наконец в том самом месте, где по металлу проходила чёрная полоска, появилась первая трещина. За ней вторая, следом третья.

Старик резко ускорился.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ!

Молот почти размазывался в воздухе. Он двигался с совершенно нечеловеческой скоростью, обрушиваясь на раскалённый клинок раз за разом.

И наконец Клинок Солнца с хрустом раскололся на множество частей.

Но старик не остановился. Он ударил по рукояти, раздробив и её, после чего резко взмахнул ладонью.

Все осколки вспыхнули.

Металл поплыл прямо на глазах, превращаясь в раскалённые капли, которые потекли друг к другу. Через несколько секунд над наковальней уже висел кипящий шар металла.

Старик протянул ладонь, и из неё вырвался чудовищный поток молний.

Разряды ударили в раскалённый металл, и из шара начали вытягиваться тонкие чёрные струйки. Они потянулись вниз, а затем быстро истаяли в воздухе.

Старик что-то сказал и полоснул собственными ногтями по ладони — кровь с шипением потекла вниз.

Протянув руку, кузнец начал капать своей кровью на кипящий шар металла, а затем вновь заговорил, высвобождая из второй руки пламя вперемешку с молниями.

Шар медленно повело в стороны, и он начал принимать форму нового клинка. Но увидеть продолжение я не успел — видение оборвалось.

Я открыл глаза и несколько секунд просто смотрел на лежащие передо мной обломки.

— Ну что там? — Шарлотта заглянула мне в лицо. — Что-нибудь интересное?

Она прищурилась.

— По лицу вижу, что интересное.

— Ага, — рассеянно кивнул я. — Дай время.

Я прикрыл глаза, пытаясь осмыслить увиденное. Вспоминал, как старик выпускал свои молнии. Бесполезно… Это другая способность. Другие молнии — совершенно не такие, как у меня. Ничего не могу перенять.

— Ну рассказывай уже! — потребовала Шарлотта, когда я открыл глаза.

— Я увидел, как твой предок перековывал Клинок Солнца, — сообщил я, взглянув на Сиси. — Причём перед этим он сам его полностью уничтожил. Разбил на куски, расплавил, а потом начал ковать заново.

— Уничтожил? — Сиси ошеломлённо уставилась на меня. — Нет. Клинок был сломан во время Великой Войны.

— Не-а, — я покачал головой. — Его разбил молотом именно твой предок.

Я ненадолго задумался.

— Правда, до этого с клинком уже было что-то не так… Он словно был чем-то заражён. Какой-то чёрной гадостью. Знаете, что это?

— Нет, — покачал головой Давыдов. — Впервые слышу.

— То, что ты описал, похоже на Осквернение, — нахмурилась Сиси. — Но я очень мало об этом знаю. Только то, что некоторые души и Мистики могут быть осквернены — тогда и появляется чёрная жижа.

Я кивнул. Надо будет потом поискать информацию про это Осквернение.

— А ещё там была Одержимость. Очень странная. Я чувствовал чужое присутствие внутри старика, но оно казалось почти мёртвым.

Не стал добавлять, что эта Одержимость была совсем не такой, как в случае с Арешем.

Я перевёл взгляд с Сиси на Давыдова.

— Что вы вообще знаете об Одержимости?

— Она бывает добровольной и насильственной, — Давыдов чуть нахмурился. — В первом случае Мистик сам впускает в своё тело чужую душу. Во втором, думаю, объяснять ничего не нужно.

— У Одержимости есть три стадии, — добавила Сиси. — Проникновение, Подавление и Захват.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— При обычном контракте дух остаётся в Мире Духов и лишь передаёт Мистику силу через канал, — принялась подробнее пояснять девушка. — Во время Одержимости этот канал расширяется настолько, что часть сущности и воли духа проникает внутрь носителя. Чем сильнее дух и чем слабее душа человека, тем быстрее тот теряет над собой контроль — и тем скорее наступает Захват.

— А при добровольной одержимости?

— При добровольной одержимости подавления обычно не происходит, — пояснила Сиси. — Мистик сам позволяет духу проникнуть внутрь и при необходимости передаёт ему контроль над телом.

— Звучит даже полезно, — заметил я.

— Одержимость никогда не заканчивается ничем хорошим, — сухо возразил Давыдов. — Даже добровольная.

Сиси согласно кивнула.

— Человеческое тело не предназначено для того, чтобы внутри него находилась чужая душа, — её прозрачные пальцы сжались. — Даже если Мистик сам согласится отдать контроль, начинается отторжение. Чем дольше продолжается Одержимость, тем сильнее разрушается тело.

Она ненадолго замолчала.

— Если вовремя не остановиться, носитель начинает буквально гнить заживо.

Я невольно поморщился.

— В истории нашего клана бывало, что Мистики добровольно позволяли духам полностью занять их тела, лишь бы получить доступ к максимальной силе, — продолжила Сиси. — Особенно часто такое происходило во время Великой Войны. Поэтому мне хорошо известно, что такое Одержимость.

Я задумчиво кивнул. Похоже, именно это и случилось во время перековки Клинка Солнца: предок Сиси добровольно позволил чужому духу занять своё тело, чтобы получить достаточно силы для уничтожения и повторной ковки легендарного артефакта. Причём, судя по рассказу самой Сиси, этим духом был тот Бог-Кузнец, с которым Сюань Шан и заключил контракт. А ощущался он по-другому, потому что Бог-Кузнец уже мёртв, в отличие от Ареша. Будь он жив, то почувствовал бы меня, как Ареш?..

Кстати, этот Сюань Шан добавил в новый клинок собственную кровь — возможно, отсюда и взялась та привязка, из-за которой пользоваться Клинком Солнца могли Мистики с определённой родословной.

Я посмотрел на обломки. Интересно другое: если я восстановлю Клинок Солнца до состояния, в котором он находился до перековки, эта чёрная дрянь тоже вернётся?

Надо попробовать. Заодно наконец смогу лучше понять, как именно работает моя способность.

По сути, Восстановление очень похоже на отматывание времени самого предмета назад — объект просто возвращается в то состояние, в котором находился до повреждения. Если это действительно так, то вместе с прежней формой должна вернуться и та чёрная зараза. А если моя способность работает как-то иначе… что ж, сейчас и проверим.

Я состыковал обломанное лезвие с рукоятью, вытянул из Лунной жемчужины энергию, восполняя потраченный заряд, и разместил обе ладони над Клинком Солнца.

— Начнём с первого.

Я активировал Восстановление-1, и из ладоней хлынули молнии. Место перелома почти мгновенно затянулось, а через несколько секунд Клинок Солнца снова выглядел целым.

Я тут же сосредоточился.

Восстановление-2!

На этот раз электричества вырвалось значительно больше. Молнии заплясали по всему мечу, перескочили на стол, и дерево с громким треском начало чернеть, а по столешнице одна за другой поползли трещины.

Сам Клинок Солнца некоторое время лишь дрожал под потоками электричества, а затем начал меняться.

Лезвие понемногу вытянулось и стало чуть тоньше. Рукоять тоже сделалась проще.

Ещё несколько секунд — и всё закончилось. Я прекратил Восстановление.

Стол под мечом был весь покрыт чёрными следами и едва не разваливался, зато передо мной теперь лежал довольно простой на вид клинок с деревянной рукоятью, совсем не похожий на то оружие, которым ещё недавно владела Сиси.

И что важно — на нем не было той чёрной дряни. Значит, моя сила не относится к отмотке времени, а работает как-то по-другому. Хотя, может, я ошибаюсь, и это сила времени — просто она действует не совсем так, как я подумал.

Я протянул ладонь и осторожно сомкнул пальцы на рукояти. Ровным счётом ничего не произошло.

— Никакой кровной привязки, — задумчиво произнёс я и повернул голову.

Сиси застыла с широко раскрытыми глазами и приоткрытым ртом.

Усмехнувшись, я вновь присмотрелся к клинку, ожидая, когда перед глазами появится новое информационное окно.

Объект: Меч «Клинок Солнца».

Возраст изделия: 684 года.

Состояние: исправен.

Свойства:

«Солнечная кромка» — насыщает лезвие жаром, многократно увеличивая его режущую способность.

«Проводник пламени» — принимает и усиливает огненную энергию владельца, позволяя проводить её через клинок.

«Солнечный серп» — позволяет высвободить накопленную энергию в виде дистанционного режущего удара.

Заряд: 8 из 100.

— Неплохо… — пробормотал я.

Сосредоточившись, я пустил по клинку молнию. Кромка тут же вспыхнула ослепительным светом, от металла дохнуло жаром, а само оружие заметно потяжелело.

Не ожидая ничего подобного, я чуть опустил руку, и клинок мягко вошёл в столешницу, как раскалённый нож в масло.

— Вот это игрушка…

Я тут же оборвал поток энергии. Впрочем, обрывать было уже почти нечего — остатки заряда ушли подчистую. Меч начал остывать.

Я осторожно вытащил его из стола и некоторое время вертел в руках, рассматривая со всех сторон.

— Какой красавец…

Я взял ножны. Для нынешнего клинка они оказались чуть широковаты и коротковаты, но другого варианта всё равно не было, поэтому я убрал меч внутрь и отложил его в сторону.

— К-как т-ты это сделал?.. — заикаясь, выдохнула Сиси. — Что это вообще было?

— Я же говорила, что Артур умеет восстанавливать предметы! — гордо заявила Шарлотта и скрестила ручки на груди.

Я посмотрел на испорченный стол. Вытянув немного энергии из Лунной жемчужины, я вгляделся в столешницу, провёл Диагностику и сразу же активировал Восстановление.

По дереву пробежали молнии. Глубокий порез затянулся, чёрные пятна исчезли, трещины сошлись. Всего несколько секунд — и стол выглядел так, будто его только вчера установили в купе.

В дверь постучали.

— Что там у вас происходит? — раздался голос проводницы. — Я слышала шум!

Я поднялся и открыл дверь.

Женщина подозрительно посмотрела на меня, а затем попыталась заглянуть через моё плечо.

— Да ничего не происходит, — я широко зевнул. — Может, вам послышалось?

— Может… — неуверенно пробормотала она и повела носом. — А почему у вас пахнет палёным?

— Понятия не имею, — я пожал плечами и отступил в сторону, открывая ей обзор на купе. — Видите? Всё в порядке.

Женщина ещё раз оглядела помещение, задержала взгляд на целом и чистом столе и наконец сдалась.

— Прошу прощения.

— Ничего страшного.

Она ушла, а я закрыл дверь и вернулся на своё место.

Некоторое время я сидел молча, размышляя о Клинке Солнца. Артефакт оказался на диво мощным и даже подходил мне — по крайней мере, как атакующее оружие.

Особенно меня заинтересовал «Солнечный серп». Надо будет обязательно потренироваться. Думается мне, ударный потенциал нынешнего клинка может оказаться даже выше, чем у той перекованной версии, которой Сиси едва меня не прикончила.

Всё-таки этот меч создал сам Бог-Кузнец, а перековывал его другой Мистик, пусть даже с помощью Одержимости.

— Ладно… — я широко зевнул.

Да уж, спать хотелось зверски — действие бодрящей настойки, которую я выпил утром, постепенно заканчивалось.

Я открыл чемодан, немного порылся внутри и достал ещё одну такую же склянку.

— Лучше не перебарщивай, — тут же предупредил Давыдов. — Одной в день вполне достаточно.

Я вытащил пробку и понюхал содержимое. Резкий запах мяты немного взбодрил.

— Ладно, — проворчал я.

Не настолько мне плохо, чтобы постоянно подгонять себя стимуляторами. Тем более никаких срочных дел пока нет.

Закупорив склянку, я вернул её в чемодан, а следом достал четыре коробочки — оставшиеся сокровища, которые Виолетта выкупила у Серых Капюшонов. Пришло время наконец изучить их как следует.

Я разложил все коробки перед собой и по очереди открыл их. Сперва взял в руки перстень. Выглядел он, конечно, ужасно. Скорее кусок старого металлолома, чем ценнейшая духовная реликвия.

Восполнив энергию, я осторожно взял перстень двумя пальцами и активировал Диагностику. Электрические всполохи обвили покорёженный металл, и перед глазами появилось информационное окно.

Объект: Перстень Квинта Марцелла.

Материалы: серебро 84-й пробы, сталь.

Возраст изделия: 860 лет.

Состояние: критически повреждён.

Повреждения: глубокая деформация обода; сквозная трещина на внутренней стороне; множественные вмятины.

Доступно: Погружение-1, Погружение-2, Погружение-3, Погружение-4, Восстановление-1, Восстановление-2, Восстановление-3, Восстановление-4.

Заряд: 75 из 100.

— Ого… Вот это да.

Сразу четыре Погружения. Да и возраст впечатлял — почти девять сотен лет. Значит, Серые Капюшоны действительно продали Виолетте оригинал.

Я довольно усмехнулся, поглаживая пальцем искорёженный металл. Наконец-то мне попался предмет, на котором Погружений больше двух — прямо как на том браслете, который был у Клыка.

Как и в случае с тем браслетом, мне были доступны лишь два Погружения. Третье и четвёртое были тусклыми, неактивными.

Теперь у меня появилась возможность проверить одну теорию. Раньше я упирался в предел собственного резерва — сто единиц, и всё. Однако теперь со мной была Лунная жемчужина, способная в любой момент восполнять потраченную энергию.

Интересно, поможет ли она добраться до Погружений, на которые моего обычного запаса не хватает?

Я отложил перстень. Проверю чуть позже, а пока изучу остальные сокровища.

Я пододвинул к себе коробочку с моноклем. Вытаскивал я его очень осторожно — выглядела эта штука так, будто могла окончательно рассыпаться прямо в руках.

Диагностика.

Объект: Монокль Кассиана Рота.

Материалы: серебро 84-й пробы, оптическое стекло.

Возраст изделия: 412 лет.

Состояние: критически повреждён.

Повреждения: линза покрыта сетью глубоких трещин; оправа частично расслоилась; нарушена структурная целостность изделия.

Доступно: Погружение, Восстановление.

Заряд: 72 из 100.

— Хм…

Всего одно Погружение, хотя самому сокровищу больше четырёхсот лет. Но если подумать, то ничего удивительного в этом нет: монокль — не оружие и не та вещь, которую регулярно ломают, а потом чинят.

Я аккуратно вернул его на место и взял следующую коробочку — внутри лежала старая кожаная перчатка.

Объект: Стрелковая перчатка Армана Безошибочного.

Материалы: кожа, серебряная нить, костяные накладки.

Возраст изделия: 608 лет.

Состояние: сильно повреждена.

Повреждения: кожа пересохла и растрескалась; глубокий продольный разрыв; повреждены два пальца; частично утрачена серебряная прошивка.

Доступно: Погружение-1, Погружение-2, Восстановление-1, Восстановление-2.

Заряд: 58 из 100.

А вот тут уже два Погружения, отлично. И оба доступны.

Я осторожно положил перчатку обратно и потянулся к последней коробке. Золотая корона Альфонса Вердена хоть и выглядела не очень, но была заметно целее остальных сокровищ.

Я в очередной раз выпустил искры.

Объект: Корона Альфонса Вердена.

Материал: золото 72-й пробы.

Возраст изделия: 527 лет.

Состояние: сильно повреждена.

Повреждения: обруч сильно деформирован; один из семи зубцов надломлен; на поверхности множественные глубокие вмятины и царапины.

Доступно: Погружение, Восстановление.

Заряд: 44 из 100.

И здесь всего одно Погружение. Впрочем, если задуматься, ничего удивительного.

Что монокль, что корона — не те вещи, которые должны постоянно ломаться. Монокль однажды раскололи и, видимо, после этого просто убрали на хранение. С короной, скорее всего, произошло то же самое: её один раз серьёзно повредили, а потом уже не пытались использовать по назначению и сохранили как историческую реликвию, пока она в итоге не оказалась у Серых Капюшонов, а от них — у Виолетты.

Я вернул корону в коробку и окинул взглядом четыре сокровища.

Разумеется, больше всего меня интересовал перстень Квинта Марцелла — ученика самого Владыки Парсия Сиятельного. Четыре Погружения, почти девятьсот лет истории.

С него и начну. Уж больно любопытно, что именно мне покажут эти видения.

Перед тем, как приступать, я немного поболтал с Шарлоттой — рассказал ей, что увидел. И лишь поведав о своих дальнейших планах и утолив её любопытство, я активировал Погружение-4.

Мир вокруг мгновенно исчез. Я стоял посреди тесной комнатушки, которую непрерывно трясло. Стены дрожали, где-то неподалёку надрывно выл двигатель, из коридора доносились крики, а в воздухе стоял запах горелого металла.

Краем глаза я заметил небольшое окошко за толстым стеклом. За ним проплывали облака. Я в дирижабле.

Помещение оказалось чем-то вроде маленького лазарета: вдоль стен стояли кровати, на которых лежали раненые. Все они были одеты в одинаковую чёрно-жёлтую форму.

Кто-то стонал, кто-то тихо бормотал себе под нос, а один мужчина вообще лежал неподвижно, уставившись в потолок широко раскрытыми глазами.

Я как раз подошёл к ближайшей кровати. Половину лица лежащего на ней человека рассекала глубокая рваная рана, а левая кисть превратилась в сплошное месиво из раздробленных пальцев.

Раненый тут же вцепился в мою одежду здоровой рукой и торопливо заговорил. Я ничего не понимал — язык был мне совершенно незнаком.

Мой носитель что-то ему ответил, и я постарался выцепить из разговора хотя бы несколько слов. Если запомню звучание, потом можно будет спросить у Давыдова или кого-нибудь ещё. Этот язык был для меня гораздо привычнее, чем тяньлинский.

Немного успокоив раненого, я вытянул над ним правую руку ладонью вниз. На среднем пальце находился тот самый перстень — и был он далеко не новым: простой серебряный обод, местами измятый и покрытый царапинами.

Из ладони вырвалось мягкое беловато-зелёное сияние и накрыло раненого.

Я с удивлением наблюдал, как глубокая рана на его щеке прямо на глазах начала затягиваться. Края сошлись, кровь исчезла, и через несколько секунд на месте страшного повреждения осталась лишь розоватая полоска.

С рукой происходило то же самое. Покалеченные пальцы выпрямились, раздробленные кости будто сами вернулись на свои места, кожа затянулась.

Я убрал ладонь. Раненый что-то торопливо произнёс, но я его не слышал — в ушах шумело.

Меня качнуло, я едва устоял на ногах. Я на себе ощущал, что такое исцеление отнимало у лекаря немало сил — но отдыхать он не собирался.

Я подошёл к следующей кровати. Здесь лежал мужчина, который едва мог дышать: его грудь была вся в крови, а из тела торчали осколки металла.

Я снова протянул ладонь, и сияние накрыло раненого. Один за другим металлические осколки начали сами выходить из его тела и со звоном падать на пол. Я видел, как срастаются раздробленные рёбра, закрываются раны, а тяжёлое хриплое дыхание постепенно становится ровнее.

Всё происходило буквально за считанные секунды.

Меня снова качнуло — перед глазами на мгновение потемнело, ноги задрожали от слабости, но лекарь лишь стиснул зубы и потянулся к следующему раненому.

И тут что-то грохнуло.

Дирижабль резко дёрнуло в сторону.

Я налетел плечом на кровать, кто-то закричал. Лампы под потолком замигали и погасли, помещение сразу же накренилось, а из-за стены донёсся чудовищный металлический скрежет.

Кровати поехали по полу, люди попадали.

Я успел схватиться за металлическую стойку свободной рукой, но дирижабль накренился ещё сильнее. Где-то в коридоре вспыхнуло пламя.

Лекарь что-то закричал, а потом всё вокруг рухнуло.

Раздался такой грохот, будто разом разорвало весь корпус дирижабля. Пол ушёл из-под ног, стены затрещали, а в следующую секунду помещение захлестнуло огнём.

Боль вспыхнула сразу во всём теле, и видение оборвалось.

Я резко открыл глаза и судорожно втянул воздух. С меня ручьями стекал пот.

— Твою ж мать… — прохрипел я.

Несколько секунд я просто сидел, пытаясь отдышаться. По всему телу гуляли фантомные боли, кожа горела так, будто меня и правда только что вытащили из пожара.

В этот раз Погружение оказалось особенно глубоким. Иногда после видений я отделывался неприятными ощущениями, которые быстро проходили, а иногда чужая боль оставалась со мной ещё надолго. Сейчас был как раз второй случай.

— Что ты увидел? — Шарлотта встревоженно придвинулась ближе.

Немного отдышавшись, я рассказал ей, Давыдову и Сиси о дирижабле, раненых и герое-лекаре, который совсем не жалел себя. К тому моменту во рту совсем пересохло.

— Пойду попью, — пробормотал я.

Опёршись двумя руками о стол, я поднялся и вышел из купе. Для начала заглянул к ребятам. Хо Чэнь что-то увлечённо рассказывал Маше и Вите, но, стоило мне открыть дверь, как все трое тут же замолчали.

— Всё нормально? — спросил я.

— Да, господин, — быстро кивнул Хо Чэнь. — Я рассказываю о своей жизни в Тяньлине.

Маша и Витя закивали.

— Ладно…

Закрыв дверь, я отправился к проводнице и попросил у неё чай. Она не стала отказывать и заварила мне горячий напиток. Я выпил, немного посидел у неё, окончательно приходя в себя после Погружения, а затем вернулся к себе.

Перстень Квинта Марцелла по-прежнему лежал на столе.

Эх… Хоть я и чувствую себя паршиво, но хочется посмотреть следующее Погружение. Так что потерплю.

Детектив Шмуэль Эйдельман был мрачен как никогда. Он сидел в приёмной резиденции рода Син и ждал, когда его наконец пригласят к главе семьи.

Стоило ему вспомнить утреннее происшествие, как лицо старика перекосилось от злости.

— Как он посмел… — процедил Шмуэль и, закатав рукав, с сожалением посмотрел на своё запястье.

Там поблёскивал тонкий серебряный браслет с девятью небольшими пазами, и сейчас лишь в одном из них сверкал ярко-синий сапфир. А ведь когда-то камни сидели во всех девяти, и каждый из них мог один раз спасти детективу жизнь.

Работа у Шмуэля была опасная, поэтому убить его пытались регулярно: яды, артефакты, отравленные иглы, змеи… Однажды какая-то громадная птица рухнула на него с крыши и попыталась проломить ему голову когтями.

Но каждый раз защитные артефакты спасали детективу жизнь. Именно поэтому Шмуэль так ценил защиту и старался постоянно пополнять запасы.

Если заказчик был достаточно богат, он порой включал в условия оплаты не только деньги, но и защитные артефакты.

Однако самым его ценным сокровищем был именно браслет. Там, где любой другой защитный артефакт пасовал — браслет срабатывал. Будь то яд, пуля или другой способ убийства — браслет мог защитить от всего. Но он имел всего девять зарядов, поэтому Шмуэль очень его берёг.

Но в последнее время всё шло наперекосяк. До того как взяться за дело об исчезновении Энтони Сина, Шмуэль расследовал другое убийство, и оно оказалось куда опаснее, чем он предполагал, — в какой-то момент расследование закончилось настоящей перестрелкой. Тогда детектив истратил почти все заряды остальных защитных артефактов, а замены у него не было.

Сдав заказ, он решил на время взяться за что-нибудь попроще. Казалось бы, что может быть легче, чем выяснить, куда исчез молодой отпрыск богатой семьи?

С самого начала Шмуэль старался действовать аккуратно и не лезть к действительно опасным людям. Расследование он начал с самой подозрительной детали — баронессы Габриэлы Дейзи. Детектив наведался к ней под видом полицейского, задал несколько вопросов и почти сразу понял, что девушка что-то скрывает. Причём это «что-то» явно было связано с Артуром Ричи.

Изучив следующую цель, детектив решил, что никаких особых проблем возникнуть не должно. Да, семья Ричи была богатой и влиятельной, но всё-таки не аристократической. А сам Артур Ричи и вовсе считался белой вороной своего рода — обычный реставратор, который совсем недавно начал набирать популярность.

Поэтому Шмуэль и решил его спровоцировать. Подобными методами он пользовался постоянно и прекрасно знал, насколько легко люди срываются, если правильно надавить на них. Стоит начать громко орать на человека посреди улицы, обвинять его в убийстве, называть преступником и мерзавцем — и тот непременно выдаст хоть какую-нибудь реакцию. Да что там, сам Шмуэль вряд ли смог бы долго сохранять спокойствие на месте подозреваемого.

Но произошедшего утром он точно не ожидал. Кто вообще станет посреди белого дня палить из револьвера в хоть и наглого, но на первый взгляд совершенно безобидного старика? Для такого надо быть настоящим психом. И Артур Ричи им оказался.

Шмуэль сжал кулак. Из-за проклятого реставратора он потерял не только последние заряды двух амулетов, спрятанных под одеждой, но и сразу два сапфира из трёх оставшихся. Теперь в браслете сверкал лишь один камень.

А ведь мало кто знал, что этот артефакт создал сам герцог Илья Речинский, внук Родомира Гениального. Шмуэлю сказочно повезло — он совершенно случайно нашёл это сокровище, когда расследовал одно дело в Червонной Империи. С тех пор прошло почти шесть лет — и вот теперь остался всего один заряд.

Дверь открылась, и в приёмную вошёл сухощавый дворецкий.

— Господин вас ждёт, — бесстрастно произнёс он.

Шмуэль поднялся. Наконец-то. Он провёл здесь уже около получаса, и ожидание начинало его раздражать.

Следуя за дворецким, детектив прошёл по длинному коридору и вскоре оказался возле массивной двери. Дворецкий распахнул её, и Шмуэль вошёл в кабинет главы рода Син.

За широким рабочим столом сидел крупный мускулистый мужчина с короткими седыми волосами. Левую половину его лица покрывала сеть старых шрамов. Он молча указал на кресло, и детектив опустился в него, чувствуя, как тяжёлый взгляд буквально вдавливает его в кожаную спинку.

С этим человеком лучше не шутить — Шмуэль понял это мгновенно.

— Вы узнали имя убийцы? — мрачно поинтересовался глава рода.

— Да, — детектив уверенно кивнул. — Это Артур Ричи.

Мужчина слегка выпрямился.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Можете расспросить людей на улице Пенса о сегодняшнем происшествии. Когда я обвинил Артура Ричи в убийстве Энтони, тот сорвался и открыл по мне огонь прямо посреди улицы, — Шмуэль выдержал небольшую паузу и добавил: — Из-за него я потратил четыре заряда защитных артефактов. Согласно нашим условиям, я хотел бы, чтобы эти расходы были восполнены.

Глава рода Син некоторое время молча смотрел на детектива. Шмуэль выдержал его взгляд, и наконец мужчина медленно кивнул.

— Конечно. Все ваши расходы будут восполнены.

— Благодарю.

— Можете идти.

Шмуэль поднялся и направился к выходу. И тут один из артефактов на его груди резко кольнул кожу. Опасность!

Старик рефлекторно дёрнулся в сторону.

Но не успел.

Массивный серый нож врезался в мелькнувший щит из света и отскочил в сторону. Но за первым ножом летел второй — он вонзился в скулу детективу и прошил половину головы. Шмуэль даже не вскрикнул — его тело рухнуло на ковёр, несколько раз дёрнулось и замерло.

Глава рода Син медленно поднялся из-за стола и протянул руку. Серый нож вырвался из головы мертвеца и лёг прямо в его ладонь. Мужчина спокойно вытер лезвие о платок, убрал оружие в поясные ножны и снова протянул руку, на этот раз притягивая второй нож, застрявший в стене.

Затем он подошёл к трупу. Присев рядом, он достал небольшой поглотитель душ. Смерть была совсем свежей, так что никаких проблем возникнуть не должно. Глава рода сунул артефакт в рану на голове мертвеца, и через несколько секунд сфера внутри потемнела.

Дождавшись, пока душа окончательно окажется заперта внутри, мужчина вернулся к рабочему месту и открыл деревянную шкатулку, лежащую на столе.

В шкатулке лежали поглотители душ — всего девятнадцать штук. В пятнадцати были заключены души обычных Мистиков, а ещё в четырёх, покрупнее, хранились души Старших. Глава рода положил к ним новый поглотитель. Теперь Старших было пять.

— Алексо! — громко позвал он.

Дверь тут же открылась, и в кабинет вошёл дворецкий.

— Господин?

— Убери это, — глава рода небрежно махнул рукой в сторону трупа. — И свяжись с людьми Наследника. Передай, что мы собрали все нужные души и готовы провести обмен.

На губах мужчины появилась довольная улыбка. В последнее время Наследник какими-то совершенно безумными темпами разбазаривал сокровища, накопленные его предком. Только вот деньги его почти не интересовали. Наследник хотел души Мистиков, а особенно — души Старших.

Главе рода Син как раз не хватало последней такой души, поэтому детектив появился крайне вовремя. Тем более что в прошлом Шмуэль уже пару раз переходил дорогу семье Син и доставил ей немало проблем. Детектив, похоже, был уверен, что глава рода ничего об этом не знает. Он ошибался.

— Да, господин, — дворецкий склонил голову. Замешкавшись, он спросил: — Что насчёт господина Энтони? Известно, кто его убил?

Глава рода задумался. Энтони… Старшего сына он никогда особенно не любил. Слишком вспыльчивый, избалованный, да ещё и наполовину безумный. Но что ещё хуже — он даже не смог стать Старшим.

— Энтони был слабаком, — наконец произнёс мужчина. — Он не умел контролировать себя — рано или поздно я бы сам его прикончил.

Дворецкий промолчал. Глава рода несколько секунд смотрел на труп детектива, после чего добавил:

— Но в его жилах текла кровь нашего рода. И за его смерть надо отомстить.

Он поднял тяжёлый взгляд на дворецкого.

— Отправь отряд «Зет» за головой Артура Ричи.

— Будет исполнено.

Дворецкий поклонился и сел у тела. Он быстро обыскал его: снял несколько колец, цепочку, вытащил содержимое карманов. Наконец в его руках оказался небольшой металлический крест с острыми краями.

— Здесь есть интересные экземпляры, — заметил дворецкий, положив крест на стол. — Этот артефакт предупреждает владельца об опасности.

Глава рода заинтересованно взял артефакт. Так вот почему детектив успел дёрнуться.

— Полезная вещь, — оценил мужчина.

— А ещё это.

Дворецкий расстегнул браслет на запястье Шмуэля и положил рядом с крестом. Тонкий серебряный обод с девятью пустыми ячейками.

— Защитный? — глава рода повертел браслет в руках.

— Да. Судя по всему, каждая ячейка рассчитана на отдельный заряд. Сейчас они пусты.

Мужчина внимательно осмотрел артефакт. На серебре виднелась целая сеть мелких трещин — вещь была старой, сильно изношенной и, похоже, уже находилась на грани окончательного разрушения. К тому же в семье Син не нашлось бы мастера, способного восстанавливать подобные заряды.

Глава рода потерял к браслету интерес и отложил его в сторону.

— Передай его Наследнику вместе с душами. Возможно, заинтересуется.

После этого мужчина снова взял металлический крест. Артефакт, предупреждающий об опасности, — совсем другое дело. Такой ему точно пригодится.

— А вот это я, пожалуй, оставлю себе.

Глава рода Син довольно улыбнулся. День определённо складывался удачно.

Улица Пенса 22.

К «Лавке на углу» подъехал вычурный экипаж, из которого вышла Габриэла Дейзи. Баронесса подошла к двери и легонько постучала. Но никто не ответил. Габриэла немного подождала, затем отошла подальше и подняла голову, посмотрев в окно на втором этаже — но там было пусто.

— Госпожа.

Габриэла обернулась. К ней подходил какой-то старик.

— Если вы ищете Артура Ричи, то, боюсь, его нет в лавке.

— Вы знаете, где он? — спросила девушка.

— Не знаю… Он утром ушёл, — ответил старик.

Он замешкался, бегло огляделся по сторонам, а затем, понизив голос, добавил:

— Когда Артур Ричи уходил, произошло кое-что удивительное.

— И что же? — заинтересовалась Габриэла.

Старик снова воровато оглянулся и потёр указательный палец о большой. Габриэла хмыкнула, достала пару серебряных монет и протянула ему. Деньги он забрал мгновенно.

— Не поверите, госпожа, — зашептал он. — Артур Ричи вышел из лавки вместе с мальчуганом и девочкой. Все трое были с чемоданами, вестимо. Пошли в сторону улицы Яшмы, — старик махнул рукой, указывая направление. — А следом за ними какой-то чудаковатый старичок в очках. Идёт и на всю улицу кричит, что Артур Ричи убил какого-то человека.

Габриэла напряглась.

— Кого?

— Энтони какого-то, вестимо… — старик почесал затылок. — Фамилию ещё называл. Какая-то странная, ненашенская… Ксин вроде.

У Габриэлы всё похолодело внутри. Буквально вчера к ней приходил полицейский — лысый старик в очках, и по описанию он очень походил на того, о котором сейчас рассказывал её собеседник.

— Что произошло дальше? — поторопила она.

— Так вот, — старик понизил голос ещё сильнее. — Идёт этот дед за Артуром Ричи и обвиняет его в том, что тот убийца. А Артур вдруг достаёт револьвер и давай палить!

— Артур начал стрелять в старика? — ошеломлённо переспросила Габриэла.

— Да! Да! — он возбуждённо закивал. — Я сам глазам не поверил! Только перед этим дедом световые стены вспыхивали. Одна, вторая, третья! — старик замахал руками. — Артур в него стреляет, а деду хоть бы что! Ни одной раны! Потом развернулся и убежал.

Глаза старика горели от восхищения.

— Я, конечно, слышал о всякой чертовщине. И всегда знал, что наш мир не так-то прост. Я, вестимо, и сам кое-что умею, — он многозначительно подвигал бровями. — Есть у меня некоторые экстрасенсорные способности, так сказать. Иногда могу кое-что необычное почувствовать.

Старик поводил ладонями в воздухе.

— Даже поисками порой занимаюсь. Если вдруг вам понадобится кого-нибудь найти… Обращайтесь, конечно. Не обижу в цене.

Габриэла едва сдержала нервный смешок и спросила:

— Что ты ещё видел?

— Да я уже всё рассказал, госпожа, — старик развёл руками. — Артур Ричи стрелял в того деда, а тот даже не пострадал и убежал. Вот что я хотел вам рассказать. Согласитесь, не зря денежку отдали?

— Не зря, — задумчиво произнесла Габриэла. — Спасибо. Держи ещё.

Дав старику ещё одну монету, она развернулась и направилась к экипажу. Сев внутрь, девушка настолько погрузилась в мысли, что даже не заметила, как карета тронулась.

Похоже, род Син всё-таки вышел на Артура. А тот, видимо, понял, что дело принимает неприятный оборот, поэтому собрал вещи и уехал. Вот только куда он мог отправиться? В столицу? Хорошо бы. Но что, если Артур решил где-нибудь затаиться?

Габриэла прикусила губу. В последнее время ей постоянно хотелось увидеть Артура, но каждый раз будто какой-то злой рок мешал им встретиться. Из-за этого нетерпение лишь нарастало, а желание наконец увидеть реставратора становилось ещё сильнее. Будто сами препятствия только подталкивали её к нему.

— Я поеду в столицу, — решительно произнесла Габриэла и хлопнула ладонью по колену.

Давно пора. Надо найти Артура, предупредить его и сказать, чтобы был осторожнее.

Девушка нахмурилась. Световые стены… Она вспомнила книгу, которую видела в лавке Артура, — ту самую, где рассказывалось о Мире Духов, контрактах с духами и Мистиках. У девушки накопилось немало вопросов…

У Габриэлы мелькнула мысль поговорить на эту тему с отцом, но почти сразу она передумала. Их отношения всё ещё оставались ужасными. Более того, недавно девушка узнала, что барон Дейзи осторожно начал подыскивать ей нового жениха, и это взбесило её ещё сильнее.

Нет. Уж лучше она обо всём спросит самого Артура, когда наконец-то с ним встретится.

Я с неохотой посмотрел на лежащий передо мной перстень. Ладно, хватит откладывать, пора продолжить изучение истории этой вещички.

Взяв перстень Квинта Марцелла в ладонь, я сосредоточился и активировал Погружение-3. Мир перед глазами померк.

Вокруг стало невероятно шумно. Повсюду кричали люди: кто-то орал от боли, где-то совсем рядом истошно ржала лошадь. Я находился посреди огромного полевого лагеря, и в воздухе стояла жуткая смесь запахов — кровь, дым, навоз, гной и мокрая земля.

Моё тело двигалось очень быстро. Я бегом добрался до огромной палатки, откинул полог и вошёл внутрь.

Тут оказалось ещё хуже. В несколько рядов лежали раненые: у одного отсутствовала нога, другой зажимал распоротый живот, у третьего была раздроблена рука. Кто-то уже не кричал и лишь тихо стонал, глядя в потолок мутными глазами.

По палатке бегали другие лекари — их легко можно было отличить от остальных по когда-то белой, а теперь грязной и заляпанной кровью одежде.

Отдавая уверенные, строгие приказы на неизвестном мне языке, я направился к ближайшему раненому. У мужчины был распорот живот, а крови он потерял столько, что лицо стало почти серым.

Я вытянул над ним ладонь, и из пальцев хлынуло мягкое бежевое сияние. Волны света прошли по телу раненого, края чудовищной раны дрогнули и начали стремительно сходиться. Кровотечение остановилось, а спустя несколько секунд от распоротого живота остался лишь длинный красный след.

Ого. Этот лекарь явно был гораздо сильнее того, которого я видел во время прошлого Погружения.

Не задерживаясь, я развернулся и направился к следующему раненому, на ходу ощущая, как наваливается усталость. Ноги налились тяжестью, дыхание стало частым, в висках пульсировало. Но лекарь даже не подумал останавливаться.

Я протянул ладонь над следующим человеком, и бежевый свет вновь окутал раненого. Ещё один исцелён, и ещё немного сил покинуло моё тело.

Я пошатнулся, встряхнул головой и вытер со лба пот. Краем зрения заметил грязные светлые волосы, едва не лезущие мне в глаза.

На этот раз я не пошёл к следующей койке. Вместо этого направился в заднюю часть лазарета и откинул ещё один полог. За палаткой находилась огороженная площадка.

Я остановился.

На земле рядами лежали связанные люди — мужчины в лохмотьях, многие избитые, окровавленные и полураздетые. Внешностью они напоминали азиатов, но сильно отличались от Сиси или Линьси: кожа имела желтоватый оттенок, лица были широкими и плоскими, да и разрез глаз отличался.

Степняки? Похоже на то.

При моём появлении пленники тут же оживились. Кто-то отпрянул, насколько позволяли верёвки, кто-то стиснул зубы. Один мужчина злобно выкрикнул что-то на незнакомом мне языке — грубом, резком, почти лающем.

Я подошёл именно к нему. Пленник замолчал и с ненавистью уставился на меня.

Я вытянул над ним ладонь.

И мужчина закричал. Из его тела вырвались тонкие светлые потоки и потянулись прямо к моей руке. Одновременно с этим пленник начал меняться: щёки запали, кожа натянулась на кости, руки стремительно худели. Человек будто старел на глазах, иссыхая с каждой секундой.

А я, наоборот, чувствовал, как силы возвращаются в тело. Усталость исчезала, дыхание выравнивалось, в мышцах вновь появлялась энергия.

Через несколько секунд крик оборвался. На земле лежало высушенное до состояния мумии тело.

Вот оно как.

Я только сейчас понял, что те груды хлама, на которые я, сконцентрированный на пленниках, не обращал внимания, — это останки таких вот бедолаг.

Остальные пленники смотрели на меня с ужасом. Кто-то дрожал, кто-то беззвучно плакал.

Я развернулся и вернулся в лазарет. Теперь моё тело вновь было полно сил. Я подошёл к очередному раненому и вытянул над ним ладонь. Бежевое сияние окутало его тело.

Получается, этот лекарь высасывал жизненную силу из пленных, чтобы потом лечить своих. Вот какова истинная сила способности, которую может даровать Квинт Марцелл?

Додумать эту мысль я не успел. Снаружи раздались крики — на этот раз совсем другие. Испуганные.

В палатку начали вбегать солдаты в золотистых доспехах, многие светловолосые. Они что-то кричали и оглядывались назад, а один едва не упал, зацепившись ногой за лежащего раненого.

А затем половину палатки просто снесло к хренам. Ткань натянулась, стойки переломились, и вся боковая часть лазарета исчезла, будто её одним движением сорвал какой-то великан.

Послышался топот множества копыт, и внутрь ворвалась конница. Всадники даже не пытались объехать койки — они промчались прямо через лазарет, рубя всех на своём пути. Первый меч рассёк лежащего солдата, второй всадник снёс голову одному из лекарей.

Я рефлекторно дёрнулся назад, но бестолку.

Один из степняков нёсся прямо на меня — всадник взмахнул тяжёлым мечом, и мир перед глазами перевернулся.

Чудовищный удар разрубил моё тело почти напополам. Я рухнул на спину и захрипел — боль была такой, что на мгновение я перестал что-либо видеть.

Но лекарь не умер. Из его ладони вырвалось слабое бежевое сияние — он попытался исцелить себя, и рана начала понемногу стягиваться.

И тут по мне пробежала лошадь.

ХРУСТ! — Копыто врезалось прямо в лицо.

Челюсть переломилась, зубы разлетелись, голову буквально впечатало в землю. Я заорал бы, если бы мог. Но тело всё ещё не умирало — энергия внутри лекаря поддерживала жизнь, не позволяя ему отключиться.

Следом пронеслась ещё одна лошадь, и копыто раздробило руку. Следующая наступила на грудь — хрустнули рёбра. Ещё одна пробежала прямо по ногам, дробя колени.

Я чувствовал всё — каждое копыто, ломающее кости. Лекарь продолжал цепляться за жизнь, а его собственная магия лишь растягивала агонию.

Наконец мир перед глазами потемнел, и видение оборвалось.

Я вернулся в своё тело и обнаружил, что сижу перед столиком, выпучив глаза и мёртвой хваткой сжимая края стола. Я тяжело дышал, будто и правда только что вылез из-под копыт.

— О-о-о… — Шарлотта внимательно меня рассматривала. — В этот раз опять что-то страшное.

Она зависла чуть ближе и прищурилась.

— Наверное, ещё страшнее, чем в прошлый. Видишь, какой он? Я уже научилась по его состоянию определять, насколько мучительно умер хозяин предмета.

— Эта сила уже не кажется мне настолько удивительной, — тихо произнесла Сиси, глядя на меня.

— За всё есть своя цена, — спокойно отозвался Давыдов. — Артур может заглядывать в прошлое, но за это приходится платить.

Я ничего не ответил. Просто не мог. Всё тело полыхало фантомной болью, и казалось, я до сих пор чувствую каждое копыто, проламывающее кости. Особенно сильно пульсировали лицо, грудь и руки.

Я стиснул зубы и прикрыл глаза.

Это было самое мучительное Погружение за всё время — и всё потому, что носитель оказался слишком хорошим лекарем. Обычный человек после такого удара мечом сразу потерял бы сознание и умер, а этот ублюдок продолжал исцелять себя и тем самым продлевал собственную агонию.

Не знаю, сколько времени прошло. Постепенно фантомная боль начала отступать, дышать стало легче, и я наконец смог нормально разжать пальцы.

— Да уж… — пробормотал я. — Неприятно.

— Рассказывай, — тут же потребовала Шарлотта. — Что видел?

Я немного помедлил, собираясь с мыслями, после чего начал рассказывать. Поведал о полевом лагере, лазарете и раненых, о пленных степняках, из которых лекарь вытягивал жизненную силу, и о всадниках, которые в конце разгромили лагерь и затоптали лекаря насмерть. Заодно повторил несколько слов, которые сумел запомнить.

— Это период Завоеваний Орды, — уверенно заявил Давыдов, едва я закончил.

Я вопросительно посмотрел на него.

— «Верда», — граф чуть склонил голову. — Одно из слов, которое ты услышал. Старое ругательство. В те времена его часто употребляли по отношению к степнякам, а сейчас почти не используют.

— Понятно, — кивнул я.

Хм, так далеко я ещё не заглядывал. Период Завоеваний Орды — это 1321–1504 годы, эпоха, подарившая Миру Духов сразу двух Владык: Хана Тимура и Понтифика. К тому времени на смену Альбиону уже пришла Священная Империя, которую контролировал Собор. А под конец периода и она, и Орда ослабли настолько, что позволили Червонной Империи набрать силу, тем самым допустив появление Елены Мудрой.

Сейчас, зная о Владыках гораздо больше, я мог хотя бы предположить, что происходило в прошлом на самом деле.

Просветитель говорил, что именно Ареш запустил Тёмные Века, из-за которых человечество сократилось вполовину. И что он же был одним из виновников периода Завоеваний Орды.

Если так подумать, тень Владык лежит едва ли не над каждой эпохой. Кроме Античности.

Хотя… В Античность родился Просветитель, а следом появился и его ученик, Карис Великий. А затем наступили Тёмные Века, из-за которых пала Каристия. Возможно ли, что изначально именно Ареш помогал Просветителю? Он хотел спуститься на Землю, Просветитель ему не помог — и в отместку Ареш обрушил на мир Тёмные Века, заодно похоронив Каристию? Вполне реально.

Дальше было Средневековье — эпоха Гавейна, Парсия и Кардинала. Думаю, их вёл Просветитель в союзе с Варваром. Но в итоге именно в стране Гавейна, в Альбионе, появляется Собор, который подминает под себя всё, включая и сам Альбион. Так возникла Священная Империя, а как противовес ей — Орда. Кто стоял за ней? Снова Варвар и Просветитель?

Хотя, наверное, всё же только Варвар. Просветитель подключился позже: когда Варвар с Арешем ослабли, он поддержал Червонную Империю, вложившись в собственного потомка — Елену Мудрую.

А потом, спустя четыреста лет после завершения периода Завоеваний Орды, Ареш снова сделал свой ход и выпустил Мясника, который едва не подмял под себя весь мир и уничтожил почти все древние рода, служившие другим Владыкам.

Да уж… Похоже на какую-то стратегию с Земли. Только вместо неписей — реальные люди, а вместо игроков — древние призраки с Луны. И вот в такой бредовой реальности я теперь живу…

— Будешь дальше смотреть? — поинтересовалась Сиси.

Я покосился на перстень.

— Да, — нехотя пробормотал я. — Но сперва немного отдохну.

Несколько минут я просто сидел на месте, потом поднялся и снова пошёл искать проводницу. Надо было сразу купить воды в дорогу, но что-то я об этом не подумал.

Попив и вернувшись в купе, я понял, что продолжать исследования хочется ещё меньше, чем раньше. Проверил время. Большая часть дороги уже позади — до Бернгольда осталось около двух часов.

Немного подумав, я убрал обратно в чемодан все коробки, кроме перстня Квинта Марцелла. С остальными сокровищами разберусь в следующий раз, а сегодня закончу только с перстнем. Чемодан я закрыл и закинул на верхнюю полку.

Когда окончательно убедился, что пришёл в себя, я снова взял перстень в руки. Погружение-1 и Погружение-2 всё ещё оставались неактивными. Вот только теперь у меня появилась одна идея, как это исправить.

Постоянно заполняя резерв через Лунную жемчужину, я заметил любопытную деталь: казалось, если как следует надавить, то можно вобрать чуть больше энергии. Только вот каждый раз, стоило надавить чуть сильнее, накатывали крайне неприятные ощущения, поэтому дальше я не лез.

А ещё я вечно бегал как белка в колесе, решая разные вопросы — чаще всего связанные с убитыми мною Мистиками, — и над этим феноменом попросту не задумывался. Вспомнил я о нём только недавно, когда снова увидев перед глазами недоступные Погружения.

Сжав в ладони Лунную жемчужину, я начал вытягивать из неё энергию. Резерв заполнился быстро — сто из ста. Останавливаться я не стал: стиснул зубы и продолжил тянуть.

Сперва появилось неприятное ощущение внутри, но не более — энергия не шла. Я напрягся надавил сильнее. Ещё.

И тут внутри меня что-то треснуло. Не по-настоящему — никакого звука не было, я просто ощутил этот треск где-то глубоко внутри. Будто до этого во мне находилась невидимая ёмкость, упиравшаяся в собственные стенки, а теперь они начали расходиться.

Боль пришла почти мгновенно. Сердце бешено заколотилось, грудь сдавило так, что стало трудно дышать. Я покраснел, но продолжил вытягивать энергию из жемчужины.

— Артур? — насторожилась Шарлотта.

Я поднял ладонь, показывая, чтобы она не мешала.

Перед глазами всё ещё висело информационное окно. Погружение-2 оставалось серым.

Я продолжал. Ещё немного. Ещё. Казалось, грудную клетку сейчас разорвёт изнутри. В висках застучало, перед глазами появились красные пятна.

И вдруг Погружение-2 мигнуло. Надпись стала активной.

Я тут же разжал пальцы и прекратил вытягивать энергию. Несколько секунд я просто сидел с закрытыми глазами. Внутри всё пульсировало болью, но сквозь неё на лице сама собой появилась улыбка.

Вот же я идиот. Надо было раньше додуматься попробовать расширить собственный резерв. И почему я столько тянул?..

Я открыл глаза и вновь сосредоточился на перстне. Последняя строчка изменилась.

Заряд: 200 из 200.

— Охренеть… — тихо пробормотал я.

Получилось. Я удвоил свой резерв. Главный вопрос — останется ли он теперь таким или постепенно уменьшится обратно?

По ощущениям, внутри ещё оставалось какое-то пространство, так что, возможно, я смогу немного увеличить запас снова. Но вряд ли это будет продолжаться бесконечно — рано или поздно я точно упрусь в предел, который не получится продавить даже Лунной жемчужиной.

Что ж, проверю потом. Сейчас меня в первую очередь интересовало ставшее активным Погружение-2.

Я неприязненно посмотрел на этот бесовской перстень — чтоб он расплавился к хренам — и активировал способность.

Поезд Гданеж — Бернгольд.

— Да, те ассасины тогда пробрались через нашу границу, и меня отправили в составе группы, чтобы устранить их, — горячо рассказывал Хо Чэнь, совершенно не замечая испуганных детей, которые смотрели на него округлившимися глазами. — Разумеется, я был там в качестве лекаря. Их было десятеро: трое Мистиков и семеро просто очень умелых бойцов. Нас же всего пятеро, зато все Мистики. В том числе один человек из главной ветви Сюань — уважаемый Сюань Хэчи, владеющий тайнами пламени.

Парень увлечённо подался вперёд.

— Битва тогда была жёсткой. Двое наших погибли, ещё одному отрубили обе руки, но благодаря мне конечности удалось восстановить.

Хо Чэнь гордо улыбнулся — и только сейчас заметил, как странно на него смотрят Маша с Витей. Парень кашлянул и замолчал.

— Знаешь… — тихо произнесла Маша, покосившись на брата. — Я, кажется, передумала становиться Мистиком.

— Я, наверное, тоже, — неуверенно пробормотал Витя.

Последние рассказы Хо Чэня явно произвели на него сильное впечатление.

В этот момент лежащий в углу дивана рюкзак зашевелился. Маша расстегнула его и осторожно достала наружу жирную белую крысу. Пирожочек лениво разлепил глаза и недовольно оглядел купе.

— Пирожочек хочет кушать, — сообщила Маша, усаживая крысу себе на колени. — Я его утром покормила, но ему надо есть примерно каждые три часа.

Она посмотрела на брата.

— Открой мой чемодан, там немного мяса осталось.

— Каждые три часа… — пробормотал Витя, с завистью глядя на Пирожочка. — А мы раньше могли часов двадцать ничего не есть.

— Это было раньше, — мягко произнесла Маша. — Сейчас, когда нас поддерживает господин Артур, всё по-другому.

Витя тяжело вздохнул. Маша прекрасно понимала, о чём думает младший брат: он был тесно связан с группой беспризорников, которые следовали за ним. Витя считался у них главным и присматривал за остальными, хотя сам оставался совсем ребёнком.

А теперь ему пришлось бросить их и уехать. Хорошо хоть господин Артур дал немало денег — в ближайшее время ребята точно не пропадут.

— Сейчас тебе в первую очередь надо думать о себе, — настоятельно произнесла Маша. — О том, чтобы нормально устроиться. А когда у нас всё будет хорошо, тогда уже можно будет помогать остальным.

— Я знаю, — тихо пробормотал Витя.

Он достал из чемодана свёрток с мясом и положил кусочки на стол. Пирожочек тут же перебрался туда и принялся есть.

Хо Чэнь во все глаза уставился на крысу.

— Никогда не видел такой большой… мышки, — наконец подобрал он слово.

— Это не мышка, а крыса, — поправила его Маша. — Пирожочек. И да, он очень большой.

Она ущипнула крысу за толстый бок и улыбнулась. Пирожочек недовольно фыркнул, но даже не перестал жевать.

— Зато он очень полезный. Наш защитник.

— Защитник? — с сомнением переспросил Хо Чэнь, глядя на жирную и откровенно ленивую крысу.

— Ага, — кивнула Маша. — У него очень ядовитые когти.

— Лучше его не злить, — предупредил Витя. — Одной царапины может хватить, чтобы тебя убить.

Хо Чэнь недоверчиво покосился на Пирожочка. Похоже, он не особо поверил словам детей, но приближаться к крысе всё равно не стал. Было в ней что-то неправильное, особенно во взгляде: стоило Пирожочку посмотреть прямо на Хо Чэня, как тот невольно напрягался.

Крыса тем временем доела мясо, шумно испортила воздух, лениво сползла со стола и побрела к рюкзаку. Маша подхватила Пирожочка, уложила внутрь и застегнула сумку.

— На самом деле для него это идеальное место, — спокойно пояснила она, зажимая нос. — Там темно, тихо и сухо. Он там очень быстро засыпает, а спать Пирожочек обожает. Поэтому во время поездок вообще никаких проблем не доставляет.

Маша улыбнулась.

— Другая крыса уже давно бы перевернула всё купе вверх дном, а этот просто спит. Мечта, а не крыса.

— Главное — не нюхать рюкзак, — авторитетно загундосил Витя, зажимая нос двумя ладонями. — И лучше туда не лезть вообще.

Хо Чэнь, зажав нос пальцами, с сомнением посмотрел на рюкзак, но спорить не стал.

— Расскажи ещё что-нибудь, — попросил Витя. — А как у вас вообще в Тяньлине? Мне один торговец рассказывал, что там очень любят воздушных змеев. И ещё про салюты. Я никогда в жизни салют не видел. А ты видел?

— Конечно, — с гордостью кивнул Хо Чэнь.

Ему явно нравилось рассказывать о родине и видеть восхищение на лицах слушателей, так что вскоре он пустился в новый длинный рассказ.

Меня затянуло в очередное видение. На этот раз я оказался в теле очень древнего старика.

Он с огромным трудом шёл по коридору, опираясь обеими руками на трость. Кожа на ладонях была тонкой и морщинистой, пальцы дрожали, а на них красовалось сразу несколько колец.

Одно я узнал мгновенно — перстень Квинта Марцелла. Только сейчас он выглядел практически новым, особенно если сравнивать с тем, каким я видел его в предыдущих Погружениях.

Хм. Возможно, этот старик и был самим Квинтом. А может, его учеником или одним из предыдущих владельцев.

В любом случае сейчас я заглянул очень далеко в прошлое — возможно, в Средневековье. Дальше, чем когда-либо прежде. Я весь подобрался от предвкушения. Что же я сейчас увижу? Какие тайны истории откроются мне в этот раз?

Старик тем временем продолжал медленно шаркать по коридору и остановился у лестницы. Что-то недовольно пробурчал себе под нос — судя по интонации, выругался — и начал осторожно спускаться.

На каждую ступеньку уходило по несколько секунд. Трость. Нога. Вторая нога. Ещё ступенька. Трость. Нога.

И тут старик зацепился носком за край собственной мантии.

— Ох!

Он потерял равновесие, трость выскользнула из руки, и старик полетел вниз.

БАМ!

Плечо врезалось в ступеньку.

БАМ!

Следом спина.

ХРУСТ!

Голова. Он продолжал катиться по лестнице, буквально пересчитывая собственными рёбрами каждую ступеньку. Когда тело наконец достигло нижней площадки, старик уже не дышал.

Видение оборвалось.

— Чтоб вас всех свиньи драли… — процедил я одно из любимых ругательств Алины, возвращаясь в собственное тело.

Я сидел за столиком и зло смотрел на перстень, одновременно растирая шею и ноющие рёбра.

Если стариком действительно был легендарный Квинт Марцелл, то закончил свою жизнь он очень жалко. Неудачник, блин — с лестницы упал.

— Что там? — тут же заинтересовалась Шарлотта.

— Старик упал с лестницы и сломал себе шею, — буркнул я.

Шарлотта несколько секунд молча на меня смотрела.

— И всё?

— И всё, — я развёл руками.

Девочка прыснула, и я мрачно покосился на неё.

— Не смешно.

— Очень смешно, — не согласилась Шарлотта, зажимая рот ладошками.

— Значит, это Погружение было не страшным? — уточнила Сиси.

— О да, мне было очень весело падать с лестницы и ломать себе кости, — хмыкнул я.

Я снова посмотрел на кольцо. Осталось последнее Погружение, самое древнее. Но прежде я проверил свой запас энергии.

Заряд: 12 из 200.

Я довольно улыбнулся. Пока что расширенный резерв не уменьшился — и есть у меня ощущение, что так и дальше будет.

Хорошо, очень хорошо.

Я широко зевнул.

— Разбудите меня через часик.

— Спать будешь? — зачем-то уточнила Шарлотта.

— Ага, — я убрал перстень в коробочку и откинулся на спинку дивана. — Пожалуй, немного посплю, а потом посмотрю последнее Погружение. Что-то мне совсем не нравятся истории, которые показывает эта вещь.

Я прикрыл глаза.

— И сильно сомневаюсь, что первое Погружение окажется приятнее остальных трёх…

Бернгольд. Резиденция семьи Ричи.

Виктор сидел за рабочим столом и изучал бумаги. Выглядел он уставшим — после смерти отца на него навалилось слишком много работы.

Очень многие аспекты семейного бизнеса были завязаны именно на старого Патриарха. Виктору приходилось заново договариваться с людьми старой закалки, которые в первую очередь опирались на личные связи и лишь потом смотрели на выгоду. И хоть ещё при жизни отца он навёл нужные мосты и сделал все возможные приготовления, проблемы возникали одна за другой.

В дверь постучали.

— Господин, — Каспар вошёл в кабинет и склонил голову. — Отряд наёмников прибыл.

— Пусть войдут, — кивнул Виктор, отложил бумаги и выпрямился в кресле.

Через несколько секунд в кабинет вошли пятеро — четверо мужчин и одна женщина. Выглядела эта компания довольно необычно.

Мужчины были громадными здоровяками ростом не меньше метра девяноста. Щетина, бороды, широкие плечи — каждый смотрелся так, словно в одиночку способен раскидать десяток обычных бойцов. Женщина же едва дотягивала до полутора метров: миниатюрная, светловолосая, она доставала своим спутникам разве что до плеч, но именно она, насколько знал Виктор, возглавляла отряд.

Она уверенно остановилась перед рабочим столом и заговорила:

— Позвольте представиться. Мария Буслаева, Старший Мистик. А это мои сыновья.

Женщина указала на крайнего справа здоровяка.

— Илья.

Самый старший из братьев — лысый, с густой бородой и таким выражением лица, будто улыбаться его отучили ещё в детстве. На его поясе висел меч, рядом с ним — небольшой боевой топор.

— Добрыня.

Второй, наоборот, оказался крайне волосат: голову покрывала шевелюра, напоминающая львиную гриву, а нижнюю половину лица — чёрная с лёгкой рыжиной борода. На его спине был закреплён огромный щит.

— Алёша.

Третий был светловолосым и самым низким из братьев, хотя всё равно возвышался над матерью почти на две головы. Лицо покрывала лёгкая щетина, на бедре висели ножны с мечом.

— И Святослав.

Последний явно был самым младшим — это легко читалось по глазам, хотя внешне он казался старше Алёши. Густая чёрная борода, такая же чёрная копна волос и тяжёлый внимательный взгляд.

— С сегодняшнего дня мы будем охранять вашу семью, — Мария посмотрела Виктору прямо в глаза.

— Рассчитываю на вас, — улыбнулся тот.

Мария Буслаева и её сыновья были довольно известной группой Мистиков из Червонной Империи. Виктор понятия не имел, как так вышло, но все четверо её детей тоже стали Мистиками, причём их способности удивительно удачно дополняли друг друга. Буслаевы уже не раз и не два выполняли сложные заказы, и репутация у них была отличная. За грязную работу они не брались, предпочитая охрану и сопровождение, зато денег требовали немало и выставляли одно обязательное условие — членов группы нельзя разделять.

Продолжая улыбаться и разглядывать гостей, Виктор вспоминал информацию по этим людям. У него была идеальная память — ему хватало бросить взгляд на страницу книги, чтобы в любой момент вспомнить её.

В первую очередь он сосредоточился на Марии Буслаевой — единственном Старшем Мистике в команде и, по сути, её основе. Без матери четверо здоровяков стоили бы в разы меньше. Мария обладала крайне редкой силой: она могла создавать копья самых разных типов и метать их с невероятной точностью.

Виктор Ричи являлся Мистиком и обладал необычной способностью — чем больше информации он знал, тем больше он мог узнать.

Вот и сейчас — Виктор активировал свою силу, и благодаря уже известным сведениям смог мысленно увидеть Марию в действии.

Вот она вскидывает руку — и в её ладони возникает пылающее копьё. Образ сменился: теперь древко окутывало золотистое сияние. Следом появилось обычное на первый взгляд металлическое оружие, наконечник которого словно едва заметно вибрировал, — и Виктору даже не требовалось видеть результат удара, чтобы понять, что эта штука способна пробить очень многое.

Был и ещё один образ, едва различимый, почти скрытый, но лезть глубже Виктор не стал. Он и так примерно представлял, что там увидит. Громовое копьё — самая тщательно скрываемая способность Марии Буслаевой, которую она вряд ли когда-нибудь решится продемонстрировать на публике.

Виктор перевёл внимание на её сыновей. Илья был явным силовиком, способным многократно усиливать физические возможности собственного тела. Добрыня, наоборот, был защитником: он мог укреплять тело и каким-то образом частично сливаться со своим громадным щитом, превращая себя в настоящую живую стену. Алёша работал барьерщиком, а Святослав выполнял роль разведчика — видел сквозь предметы, а ещё умел смотреть на местность словно сверху вниз, будто зависал высоко над землёй. Область действия способности была небольшой, но для такой группы более чем достаточной.

Хорошая команда. Пожалуй, даже лучше, чем он рассчитывал.

Виктор перестал использовать способность и чуть расслабился.

— Пока оставайтесь в резиденции, — произнёс он. — Позже я поговорю с вами о ваших обязанностях. Каспар покажет ваши комнаты. Если что-то понадобится — обращайтесь к нему.

— Благодарю, — Мария коротко кивнула.

Она развернулась, и Буслаевы один за другим покинули кабинет вслед за Каспаром.

В дверь снова постучали, и в кабинет заглянул один из посыльных.

— Господин, — тихо произнёс он. — Мы обнаружили кольцо.

Лицо Виктора мгновенно оживилось.

— Сейчас же доставьте его мне, — он подался вперёд.

— Уже в пути, — заверил посыльный.

Виктор махнул рукой, отпуская его. Когда дверь закрылась, глава семьи откинулся на спинку кресла и довольно улыбнулся. Значит, всё-таки нашли.

То самое кольцо, которое Просветитель велел семье Ричи отыскать, а затем передать Артуру.

Мысли Виктора тут же перескочили на младшего сына. За последние дни он успел многое обдумать и пришёл к вполне определённому выводу: Артура необходимо вернуть в семью. Любым способом.

Конечно, материальный мир важен. Но почивший Патриарх был прав — посмертие гораздо важнее. И Виктор должен сделать всё, что в его силах, чтобы обеспечить себе и своим детям достойное место на том свете.

Поэтому Виктор собирался постепенно налаживать отношения с сыном, и кольцо должно было стать ещё одним шагом на этом непростом пути. Он намеревался показать Артуру полную поддержку семьи, помогать ему там, где это возможно, и мало-помалу завоевать его доверие. Торопиться не стоило — после стольких лет равнодушия внезапная отцовская любовь выглядела бы слишком странно.

Кроме того, Виктор не раз говорил об Артуре с остальными детьми, меняя их отношение к нему. А вот с Региной эту тему он обсуждать практически перестал. Жена почему-то до жути боялась Артура и при этом отказывалась толком объяснять причину своего страха. Лишь однажды она обмолвилась, что в тот момент, когда ей стало плохо на балу виконта Управского, ей привиделся призрак Шарлотты.

Но Виктор не особенно в это верил. Шарлотта погибла ребёнком, как она могла столько лет сохранять себя в Мире Духов? Такого просто не бывает.

Несколько секунд Виктор задумчиво смотрел на закрытую дверь, после чего подавил нетерпение, взял следующую папку и вновь погрузился в работу. Дел у него было ещё очень много.

— Лже-Артур, просыпайся. Час уже прошёл, — раздался прямо над ухом голос Шарлотты.

Я неохотно открыл глаза. Эх, когда же я нормально высплюсь? Надеюсь, хоть этой ночью никто не попытается меня убить.

Сев, я протёр лицо ладонями и посмотрел на призраков. Все трое зависли рядом и выжидательно смотрели на меня.

— И чего вы уставились?

— Ждём, когда ты используешь Погружение, — ответила за всех Шарлотта. — Мы призраки. Думаешь, у нас так много развлечений? — Она развела руками. — Я уже все вагоны осмотрела, ничего интересного не нашла.

Я перевёл взгляд на Давыдова.

— Я уже перестал пытаться её останавливать, — граф обречённо пожал плечами. — Она совершенно меня не слушается, понятие личных границ неведомо ей.

— Ещё бы я тебя слушалась! — хмыкнула Шарлотта. — Я гораздо дольше призрак, чем ты. Ты вообще новичок.

Она указала пальцем сначала на Давыдова, затем на Сиси.

— И ты тоже. Если вы не знали, в мире призраков существует дедовщина, поэтому вы оба должны меня слушаться. Поняли? — Шарлотта сжала кулак, и вокруг её пальцев заклубился морозный холод. — Иначе я вас буду бить.

Она с превосходством оглядела обоих призраков.

— Бить? — Сиси с сомнением посмотрела на неё. — Девочка, ты же совсем маленькая.

Шарлотта тут же нахмурилась, подлетела ближе и ткнула её кулаком в плечо.

— Ай! — Сиси отшатнулась и схватилась за ушибленное место. Несколько секунд она удивлённо тёрла плечо, а затем спросила: — Как ты это сделала?

— Я же говорила, я уже семнадцать лет как призрак, — с важным видом произнесла Шарлотта. — Я многому научилась. И кое-чему даже обучила своего ученика — этого неблагодарного обалдуя.

Она махнула рукой в сторону Давыдова.

— Я всегда благодарен вам за обучение, учитель, — смиренно отозвался граф.

— О! — Шарлотта тут же просияла и одобрительно ткнула в него пальчиком. — Вот так и надо всегда говорить!

Понимая, что подобная перепалка может продолжаться очень долго, я поднялся. Всё же Шарлотта была права — у призраков действительно не так много развлечений.

Я снова отправился к проводнице за водой. Та с каждым моим визитом смотрела на меня всё более странно, а в этот раз даже сделала несколько весьма недвусмысленных намёков. Похоже, решила, что я таким образом пытаюсь к ней подкатить. Я постарался забрать воду как можно быстрее и сразу же вернулся в купе — пьющие женщины за сорок меня не особенно привлекают.

Проверив время, я поморщился — до прибытия оставалось всего двадцать пять минут.

— Что ж, ладно, — пробормотал я. — Посмотрим, что там в последнем Погружении.

Я взял перстень и сосредоточился. Погружение-1 всё ещё оставалось недоступным.

— Эх…

Придётся повторить фокус с расширением резерва. Впрочем, рано или поздно я всё равно собирался это сделать, так что лишним это точно не будет.

Я сжал в ладони Лунную жемчужину, и энергия хлынула в тело. Теперь мой резерв был вдвое больше прежнего, поэтому заполнялся заметно дольше, но спустя некоторое время я почувствовал знакомое давление — энергия упёрлась в его границы.

Стиснув зубы, я потянул сильнее. Тело слегка затрясло. В этот раз было ещё больнее, чем в прошлый: сердце неприятно закололо, а давление внутри груди росло с каждой секундой.

— У тебя кровь из носа идёт! — словно сквозь шум донёсся голос Шарлотты.

Я не ответил. И даже не пытался проверить, стало ли доступно Погружение-1, — на это просто не оставалось ни сил, ни внимания.

Я продолжал вытягивать энергию из жемчужины, буквально нутром ощущая, как мой резерв со скрипом раздвигает собственные границы.

Боль усиливалась. Мышцы дрожали, сердце колотилось, перед глазами начинало темнеть.

Не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент я совершенно отчётливо понял — всё, предел. Сколько бы я ни тянул энергию, как бы ни напрягался, резерв больше не увеличится ни на единицу. А если я всё же надавлю, то рискую надорваться.

Я наконец отпустил жемчужину, резко расслабился и тяжело выдохнул, откинувшись на спинку дивана. Всё моё лицо было мокрым — от пота и крови.

— Да уж… — прохрипел я. — Это было не очень приятно.

Какое-то время я просто приходил в себя, прислушиваясь к собственным ощущениям. Что-то изменилось. Внутри меня словно появился заряд, растекающийся по венам. Странное чувство — будто после расширения резерва я сделал ещё один маленький шаг навстречу самому электричеству.

С трудом поднявшись, я сходил в уборную и привёл себя в порядок, смыв кровь. Жаль, заляпал одежду…

Шарлотта подлетела ко мне и спросила:

— Расскажешь, что ты сделал? Или дальше будешь молчать?

Я скосил на неё глаза, а затем вернулся в купе и рассказал всё мысленно, не желая говорить вслух.

Недавно, когда я размышлял о древних призраках с Луны, мне пришла в голову одна неприятная мысль. Вот взять ту же Сиси — она знает огромное количество моих секретов. Уничтожать её я не хочу, но если когда-нибудь отпущу в Мир Духов, разве она не сможет рассказать обо мне кому-нибудь там? А призраки уже каким-нибудь образом передадут информацию на Землю — о том, что я владею силой Табу. Это ведь огромный риск!

Мне нужно разобраться, как вообще происходит переход в Мир Духов. Что там случается с умершими Мистиками? Как Духи взаимодействуют друг с другом? Помнят ли они всё, что происходило с ними на Земле? Можно ли каким-то образом ограничить их воспоминания? Понятия не имею. Поэтому теперь я решил быть немного осторожнее с информацией, которую выдаю в присутствии Сиси.

Шарлотта внимательно меня выслушала, после чего одобрительно подняла большой палец.

— Молодец. Я рада за тебя.

Я хмыкнул.

— Сколько теперь твой резерв? — тут же спросила она мысленно.

Я посмотрел на лежащий рядом перстень и сосредоточился на последней строчке.

Заряд: 300 из 300.

— Триста, — ответил я.

— Знаешь, мне кажется, ты уже давно дорос до такого размера, — задумчиво предположила Шарлотта. — Просто тебе нужно было силой раздвинуть границы.

Я кивнул. Думаю, она права.

Раньше я уже подозревал, что способен увеличивать резерв, однако специально этим не занимался. Во-первых, ощущения во время процесса были весьма неприятными. Во-вторых, я понятия не имел, чем всё закончится. А вдруг внутри меня что-нибудь просто лопнет? Я же совершенно не понимаю, как работает эта хрень, почти всё приходится проверять наобум. Но теперь, после двух удачных попыток, принцип хотя бы стал немного понятнее.

— Ладно, — пробормотал я и взял перстень.

Погружение-1 сияло, показывая, что теперь доступно для активации. Я собрался с мыслями и активировал способность.

Если честно, ожидания от этого Погружения у меня были очень высокими — не зря же я так старался и расширял резерв. К тому же это самый далёкий взгляд в прошлое из всех, что мне когда-либо удавалось совершить. Будет неприятно, если снова попадётся какая-нибудь пустышка вроде старика, навернувшегося с лестницы.

Мир перед глазами изменился.

Я оказался в теле мужчины, открывающего дверь. На его пальцах поблёскивало сразу несколько колец, и часть из них я узнал — те же самые украшения были на руках старика из предыдущего Погружения.

Я вошёл в комнату. Кто-то тут же уважительно обратился ко мне и поклонился, и имя прозвучало отчётливо — Квинт. Значит, это всё-таки Квинт Марцелл, ученик самого Владыки Парсия Сиятельного.

Квинт что-то ответил и прошёл дальше. Комната была обставлена невероятно богато: почти половину пространства занимала огромная кровать под тяжёлым балдахином. Я приблизился к ней и отдёрнул ткань.

На постели лежал мужчина, сухой, словно мумия. Кожа настолько плотно обтягивала кости, что казалась почти прозрачной. По всему телу расползались чёрные пятна, а самое большое находилось прямо на лбу — из него пузырилась густая чёрная слизь, похожая на чернила.

Бр-р-р. Какая мерзость.

Но выглядело это знакомо. Нечто похожее я уже видел на Клинке Солнца — те полосы, из-за которых предок Сиси разбил и переплавил меч.

Квинт что-то произнёс, и я постарался как можно лучше запомнить незнакомые слова. После этого он поднял руку и расположил ладонь над больным.

Вспыхнул белый свет. Поток сияния окутал лежащего на кровати мужчину, и тот выгнулся дугой, а затем его затрясло. Чёрные пятна на его коже задымились, и от них начала подниматься тёмная дымка, стремительно растворяющаяся в воздухе.

Чёрных пятен становилось всё меньше, но чем дольше Квинт продолжал, тем хуже выглядел больной. Он стремительно худел: кожа ещё сильнее обтянула скелет, щёки провалились, а глаза едва не вылезли из орбит.

И тут мужчина зарычал.

Я вздрогнул. Больной резко повернул голову в мою сторону, распахнул рот, показав гнилые зубы, и зашипел. А затем резко повернул корпус в кровати и ударил рукой.

Я попытался отдёрнуть ладонь, но не успел — ладонь мужчины двигалась с какой-то нечеловеческой скоростью. И только в последний момент я разглядел её как следует: изуродованная, с торчащими из кожи заострёнными костяными фалангами, искривлёнными под разными углами и превратившими пальцы почти в когти.

Удар пришёлся прямо по моей руке, и вспыхнула резкая боль. Я отшатнулся и что-то закричал.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвались двое стражников в золотистых доспехах с длинными копьями в руках. Оба ударили почти одновременно — наконечники пробили больного насквозь и вонзились в кровать.

Я продолжал ругаться, прижимая к груди окровавленную руку. По одному из колец проходила глубокая царапина — именно по тому самому перстню, через который я сейчас наблюдал это видение.

Квинт вскинул вторую ладонь, из неё вновь хлынул целительный свет, и меня выдернуло из Погружения.

Я резко вдохнул и тут же схватился за ладонь, которую пронзала фантомная пульсирующая боль.

— Что там было? — Шарлотта тут же подлетела ближе. — Не так страшно?

— Ага, — задумчиво кивнул я, разжимая и снова сжимая пальцы. — Вполне себе нормально.

Я коротко описал увиденное и повторил те незнакомые слова, которые успел запомнить. Сиси промолчала, явно не понимая языка, а вот Давыдов задумался.

— Похоже на слово «чума», — наконец произнёс он. — Если я правильно понял, Квинт Марцелл пришёл лечить человека, заболевшего чумой.

— Чумой? — удивился я.

— Да. Одно из произнесённых тобой слов точно означает «чума».

Я нахмурился. Чума появилась в Тёмные Века — после Античности. Квинт же жил в Средневековье.

— Получается, Осквернение — это и есть чума? — предположил я и посмотрел на Сиси.

— Не знаю, — равнодушно пожала она плечами. — Я слишком мало об этом знаю.

— Понятно.

Я встряхнул кистью и снова посмотрел на совершенно целую ладонь. Если честно, Погружение оказалось не особо впечатляющим — я ожидал чего-нибудь поинтереснее. Хотя чего вообще можно ожидать от подобных видений? Сокровище может сломаться при каких угодно обстоятельствах, и старик, навернувшийся с лестницы, прекрасно это доказал. Так что лучше вообще ничего заранее не придумывать, а просто смотреть то, что показывает предмет.

Я проверил запас энергии.

Заряд: 80 из 300.

— Охренеть…

Последнее Погружение сожрало сразу двести двадцать единиц. Слишком много за настолько скудную информацию.

Я взял Лунную жемчужину и посмотрел на её запас.

Заряд: 3921.

Сам того не замечая, я начал расходовать огромные объёмы энергии. Нужно срочно придумать нормальный способ зарядки.

Задумчиво повертев жемчужину в пальцах, я перевёл взгляд на Давыдова.

— Скажи, существуют какие-нибудь артефакты, выпускающие молнии?

— Конечно, — граф уверенно кивнул. — И немало. У Наследника такие точно должны быть.

Я задумался. А что, если взять подобный артефакт и просто стрелять молниями в самого себя? Звучит как запредельный мазохизм, но нечто подобное я уже проделывал с тем ящиком с заводной ручкой. Только теперь нужно найти что-нибудь гораздо мощнее — какую-нибудь сферу или посох.

Кстати… Кажется, тот продавец из запретной секции на сходке Наследника предлагал мне жезл за триста пятьдесят Корон, способный выпускать молнии. Возможно, с его помощью я смогу спокойно заряжаться.

В любом случае — надо что-то придумать, а то постоянно искать подстанции и депо совершенно не хочется. В Гданеже подобные фокусы ещё можно было провернуть, но Бернгольд — столица, народу здесь куда больше, а значит, и шанс однажды попасться намного выше. Лучше не рисковать.

Я ещё немного обдумал эту идею и решил, что она вполне рабочая.

До прибытия оставалось около десяти минут. Поднявшись, я снял с полки чемодан и раскрыл его, после чего вернул перстень Квинта Марцелла в коробочку и убрал к остальным сокровищам. Восстанавливать его пока не стану — никакого смысла, пусть остаётся в нынешнем покорёженном состоянии.

Тут мой взгляд упал на сумку Вьюна, содержимое которой я так толком и не изучил. А ведь там тоже есть кое-что интересное, связанное с молниями.

Я подтянул сумку к себе и принялся перебирать добычу. Внутри обнаружилось несколько артефактов: один выглядел как небольшая фигурка животного — нечто похожее я уже находил среди вещей Винсента, — ещё нашлись несколько металлических пластинок, пара сфер и крупный медальон в форме звезды.

Последний привлёк моё внимание сильнее остальных. Медальон выглядел довольно старым: поверхность почти полностью обгорела, местами металл почернел.

Я взял его в руку. Не хотелось лишний раз расходовать энергию, но любопытство победило, и я активировал Диагностику.

Перед глазами появилось информационное окно.

Объект: Медальон «Звезда Фореля».

Материалы: серебро, сталь, янтарит.

Состояние: изношен.

Повреждения: поверхность обуглена; серебро потемнело; на корпусе множественные мелкие трещины и следы перегрева.

Свойства: защита носителя от электрических разрядов слабой и средней мощности.

Время восстановления защитного эффекта: 3 секунды.

Доступно: Восстановление.

Заряд: 68 из 300.

— Ага…

Так и думал. Именно эта штука защищала Вьюна от моих Прыгающих молний — между ударами проходило достаточно времени, чтобы медальон успевал перезарядиться. А вот когда я выпустил в него заряд напрямую, мощности артефакта уже не хватило.

Полезная вещь. Мне самому защита от молний не особенно нужна, зато такой артефакт наверняка можно дорого продать или выгодно обменять.

Я вернул медальон в сумку, а остальные предметы осмотрел лишь мельком и расспросил о них Давыдова. Часть он узнал, по остальным смог только предположить назначение. Ничего особо интересного на первый взгляд.

Позже, когда разберусь с нормальным способом зарядки, проведу Диагностику всего подряд. Да и вообще пора устроить полную инвентаризацию своих сокровищ — у меня их накопилось уже столько, что я начинаю забывать, что именно лежит по чемоданам и сумкам. Всё ненужное можно будет продать, хотя бы тем же людям Наследника.

Я закрыл чемодан и вернулся в соседнее купе. Хо Чэнь как раз рассказывал Маше и Вите об аристократии Тяньлина, а Маша периодически перебивала его и сравнивала услышанное с порядками Приморской Республики.

Стоило мне войти, как поезд начал замедляться, и разговор постепенно стих. Через несколько минут состав окончательно остановился.

Мы забрали вещи и вышли на платформу. До лавки добрались без приключений — поймали экипаж и просто доехали до улицы Бехера.

Маша сразу отправилась заниматься хозяйством, Витя принялся осматриваться, знакомясь с новым местом, а я позвал Хо Чэня в мастерскую.

Сшиватель остался внизу, а я поднялся на второй этаж. Там быстро умылся, затем открыл чемодан в спальне и вытащил деньги и золото.

Спустившись вниз, я сел в кресло. Сшиватель стоял возле стола.

— Я хочу купить дом, — сообщил я, раскладывая мешочки с золотом перед собой. — Или квартиру. Какое-нибудь нормальное место, где смогут жить Маша и Витя.

Парень молча слушал.

— И мне нужен человек, который будет заниматься моими делами, — продолжил я. — Покупками, оплатой, документами. Что-то вроде поверенного, которому я смогу спокойно доверить деньги.

Я внимательно посмотрел на него.

— Займёшься?

Хо Чэнь замялся.

— Господин… — пробормотал он. — Клан Сюань всё ещё в городе. Боюсь, меня очень легко смогут узнать.

Сшиватель по-прежнему ходил в капюшоне и чёрной медицинской маске, стараясь максимально скрывать лицо.

— И то правда, — вздохнул я.

Об этом я как-то не подумал. Может, дождаться Рыси и доверить всё ему? Хотя…

— Скажи, а когда люди клана Сюань уедут, ты сможешь спокойно передвигаться по городу?

— Их люди всё равно останутся здесь, — помешкав, тихо произнёс Хо Чэнь.

Вот же геморрой.

В голове неожиданно всплыла Алина. Она ведь умеет менять внешность… Только свою или чужую тоже? Надо будет как-нибудь уточнить. Заодно давно пора с ней связаться и узнать, как продвигаются её дела. И у семьи Ричи спросить, нашли ли они вторую жемчужину, утонувшую на дне моря.

Я широко зевнул. Всё-таки хотелось доспать хотя бы положенные шесть часов, но чего нет, того нет.

— Ладно, обсудим твою работу позже, — решил я. — Можешь пока идти.

— Да, господин.

Хо Чэнь быстро поклонился и вышел из мастерской.

Я посмотрел на лежащие на столе мешочки с золотом и Коронами. Похоже, всё-таки придётся нанять какого-нибудь нормального дворецкого или управляющего, который будет заниматься подобными вопросами. Самому мне на это времени точно не хватит.

Спальня Артура Ричи.

Лежащий на полу кожаный рюкзак вдруг зашевелился. Горловина медленно растянулась, и наружу высунулась жирная крысиная морда. Пирожочек сонно протёр лапкой глаза, выбрался из рюкзака, несколько раз помотал головой и замер. Принюхался.

Где-то рядом пахло чем-то очень интересным.

Крыса ещё раз повела носом и повернула голову. Неподалёку лежал большой чемодан, который хозяин по неосторожности оставил открытым, когда доставал деньги.

Пирожочек засеменил к нему, остановился рядом и снова принюхался. Запах шёл оттуда. Очень приятный запах.

Крыса забралась внутрь и принялась рыться среди вещей. Что-то звякнуло. Пирожочек откинул лапами небольшую шкатулку и обнаружил под ней несколько склянок — пять штук. Две содержали золотистую жидкость, две — густую молочно-белую, а в последней плескалась ярко-синяя.

Пирожочек по очереди обнюхал все склянки. Белые ему совершенно не понравились, от золотистых пахло куда интереснее, но больше всего привлекала синяя.

Крыса ухватилась за склянку обеими лапами, подтащила её к себе, вцепилась зубами в пробку и дёрнула. Ничего. Пирожочек сердито запищал и попробовал ещё раз, но снова безрезультатно.

Он завозился внутри чемодана, пытаясь одновременно удержать бутылочку лапами и выдернуть пробку зубами. Дёрнул сильнее — и склянка выскользнула из лап, вылетела за пределы чемодана, звякнула о пол и покатилась прочь.

Крыса тут же выпрыгнула следом. Догнав добычу, Пирожочек несколько секунд яростно молотил её лапами, кусал и царапал когтями, но пробка не поддавалась. Пирожочек раздражённо запищал и ударил по стеклу когтями. Ещё раз.

ХРУСТ!

По склянке прошла трещина, и на пол потекла ярко-синяя жидкость. Пирожочек мгновенно сунулся к ней и принялся жадно лакать — очень быстро, не оставляя ни капли. Закончив с лужицей, крыса окончательно расколотила повреждённую склянку, вылизала остатки со стекла и довольно облизнулась.

Она сделала несколько шагов и пошатнулась. Остановилась, растерянно помотала головой, попыталась идти дальше — но лапы начали заплетаться. Крыса с трудом преодолела ещё пару метров, после чего завалилась набок.

Несколько секунд Пирожочек ещё шевелился, а затем окончательно затих.

Пока я размышлял, что делать с деньгами и стоит ли искать помощников на стороне, Маша закончила с готовкой и позвала ужинать.

Я поднялся на кухню, где уже всё было накрыто. Маша пустила в ход запасы копчёного мяса, которые оставались в леднике ещё с прошлого раза, и приготовила изумительное рагу с гречневой крупой.

— Очень вкусно, — довольно сказал я, доедая свою порцию.

— Да! — закивал Витя, не отрываясь от тарелки.

Маша смущённо улыбнулась, явно радуясь нашей похвале.

Закончив с ужином, я поднялся из-за стола и потянулся. После еды накатила сонливость, и я решил, что ничего страшного не случится, если немного подремать. Всё же и ночь, и день выдались тяжёлыми, да и с дороги я порядком устал. Вот только сперва надо сходить в душ.

Я зашёл в свою комнату за нужными вещами и замер на пороге.

Пирожочек лежал посреди пола. Рядом с ним валялась разбитая склянка с синими разводами на стенках.

Несколько секунд я тупо смотрел на эту картину, а потом до меня наконец дошло.

— Ах ты гад мелкий! — возмутился я. — Ты что наделал, свинья жирная⁈

Подскочив к крысе, я схватил её за шкирку и попытался поднять одной рукой. Пришлось напрячь все мышцы, а потом ещё и подхватить второй — всё же эта тварюшка была крайне толстой и тяжёлой.

— Слышь ты! — я как следует встряхнул Пирожочка.

Тот лениво приоткрыл глаза.

— Что ты наделал, я тебя спрашиваю⁈ — я ткнул пальцем в сторону осколков. — Ты знаешь, сколько эта штука стоит⁈

Пирожочек снова закрыл глаза.

— Ого, — раздался рядом голос Шарлотты.

Девочка подлетела ближе и уставилась на синие разводы.

— Это же был экстракт синего янтарита?

Пирожочек вдруг насторожился, открыл глаза, посмотрел прямо на Шарлотту и зашипел, яростно замахав в её сторону лапками.

— Ой! — Шарлотта отпрянула. — Он меня видит! Он же меня видит!

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стараясь успокоиться.

Двести Корон. Именно столько я отдал за эту бутылочку. Экстракт синего янтарита высшего качества — ценнейшее сокровище, которое можно принять всего один раз в жизни и которое способно серьёзно усилить магический потенциал Мистика. Я даже не знаю, смогу ли достать ещё одну такую склянку, да и отдавать за неё очередные двести Корон мне совершенно не хотелось.

Я поставил Пирожочка на пол.

Очень хотелось вытащить револьвер, зарядить его теми самыми особыми патронами и пристрелить эту жирную сволочь. Уверен, с новым револьвером у меня точно получится. Однако я вспомнил, сколько Корон уже вложено в тварюшку, и подавил кровавые мысли.

Пирожочек продолжал шипеть, не сводя глаз с Шарлотты. Когда к нам подлетели Давыдов и Сиси, он настороженно уставился уже на них, а затем принялся прыгать из стороны в сторону, пытаясь дотянуться то до одного призрака, то до другого.

А ведь он и правда их видит.

— Пирожочек, — Шарлотта осторожно приблизилась к нему и протянула руки. — Меня зовут Шарлотта.

Крыса тут же задёргала лапами, метя когтями ей по ладоням, но те просто проходили сквозь призрачную плоть.

Ну хоть вредить призракам этот жирдяй не научился. А то я бы совсем охренел.

В дверях появилась Маша с миской в руках.

— Ой, а что случилось с Пирожочком? — она с беспокойством посмотрела на крысу. — Я ему еду принесла.

— Он не будет есть, — раздражённо бросил я. — Он теперь наказан.

— Если ему не дать поесть, он будет очень злиться, — предупредила Маша, прижимая миску к груди. — И может что-нибудь учудить.

Я стиснул зубы, глядя на бешеного Пирожочка.

— Ладно, покорми, — выдохнул я и потёр глаза. — Двести Корон… Боже.

Маша тут же поставила миску на пол. Крыса мгновенно потеряла всякий интерес к призракам, засеменила к еде и громко зачавкала.

— И убери эту вонючую тварь отсюда, — добавил я, отворачиваясь. — Видеть его не могу.

Маша подхватила миску и поманила Пирожочка за собой. Тот, не сводя глаз с угощения, послушно потрусил следом.

Я собрал нужные вещи и отправился в ванную, где долго мылся, всё ещё пребывая в расстроенных чувствах.

Два экстракта светлого янтарита я уже выпил, оставалось ещё два, чтобы полностью закончить курс. Во второй раз побочных эффектов почти не было, правда, и таких сильных изменений, как после первого, я тоже не почувствовал. Так что я думал чуть ускориться и за неделю добить два экстракта.

А потом я планировал рискнуть и попробовать экстракт синего янтарита. Планировал. Потому что теперь у меня его нет, и я понятия не имею, сможет ли Наследник продать мне ещё одну бутылочку. Даже раньше эта штука стоила двести Корон, а теперь, когда в мире творится чёрт знает что, цена вполне могла измениться. Причём явно не в лучшую для меня сторону.

После душа я вернулся в спальню. Маша уже успела убрать осколки, поэтому я просто лёг на кровать и закрыл глаза. Надо поспать хотя бы часик.

Только я начал проваливаться в сон, как в дверь постучали.

— Господин Артур, — раздался голос Маши. — К вам пришли. Передали записку.

Я тяжело вздохнул и сел.

— Заходи.

Дверь приоткрылась, и Маша проскользнула внутрь, держа в руках перьевую ручку и небольшой конверт.

— Там пришла немая девочка, она от какой-то аристократки, — сообщила она. — Ждёт внизу, когда вы ответите.

— Давай сюда, — я протянул ладонь.

Маша передала мне перьевую ручку и конверт. Я вскрыл его и быстро пробежался глазами по записке.

Она оказалась от Алины. Та приглашала меня сегодня в девять вечера в ту самую кафешку, где мы разговаривали в прошлый раз.

Я посмотрел на часы. Сейчас только семь, значит, часик поспать всё-таки успею.

Я перевернул записку и коротко написал на обратной стороне, что согласен, после чего вложил её обратно в конверт и протянул Маше. Та вышла, а я снова лёг на кровать.

Эх, надо бы поскорее разобраться со всеми срочными делами. У меня, например, оставалось ещё два аристократа, которым я должен вернуть заказы.

Размышлять обо всём этом настолько не хотелось, что я сам не заметил, как организм просто-напросто вырубился.

Шарлотта с интересом наблюдала за Пирожочком.

Тот уже поел и теперь лениво лежал на животе, явно готовый в любую секунду заснуть. Мешала ему только Шарлотта, которая то и дело подлетала поближе и пыталась привлечь его внимание. Вот и сейчас девочка протянула ладонь, словно собираясь погладить крысу, — Пирожочек недовольно отвернул морду и отполз в сторону.

— Он и правда меня видит, — хихикнула Шарлотта. — Так интересно!

За семнадцать лет она успела привыкнуть, что живые её попросту не замечают. Исключений было немного: Артур да другие редкие призраки. А тут — обычная жирная крыса. Ощущения были очень непривычными.

Наконец Пирожочек заснул и почти сразу захрапел. Шарлотта ещё некоторое время разглядывала его, а потом ей в голову пришла одна занятная мысль.

А что, если попробовать вселиться в него?

Конечно, прошлый подобный опыт, связанный с Региной, оказался не самым приятным. Но Регина — человек, а Пирожочек — крыса. Причём явно необычная. Может, получится ненадолго занять его тело?

Чем дольше девочка думала об этом, тем сильнее ей нравилась эта идея.

— Даже если что-то пойдёт не так, я сразу вылечу, — пробормотала она.

Тогда, с Региной, Шарлотта почти минуту находилась внутри чужого тела и вдобавок боролась с хозяйкой — и всё равно сумела выбраться. А тут даже бороться не придётся.

Было ещё кое-что… На самом деле Шарлотта не всё рассказала Артуру о её тренировках. Частью её обучения у дедушки Генриха было внедрение в тела животных. Под присмотром старика она несколько раз пробовала вселяться в лесных грызунов, а однажды даже проникла в тело старого облезлого волка.

Правда, все эти опыты заканчивались одинаково. Дедушка Генрих предупреждал сразу: призрак не способен долго занимать тело животного. Организм почти мгновенно начинает отторгать чужую душу и стремительно умирает. Крысам хватало секунды, чтобы сердце останавливалось, да и волк продержался совсем немного дольше.

Но Пирожочек ведь необычная крыса — Шарлотта прекрасно помнила, насколько прочная у него шкура. Значит, и организм у Пирожочка должен быть куда крепче, чем у обычного животного. А при первых же признаках отторжения она сразу выйдет. Максимум крыса проснётся и почувствует себя не очень хорошо.

Окончательно решившись, Шарлотта зависла над спящим Пирожочком и сосредоточилась. Нужно почувствовать разум существа, ощутить его душу и войти в тело, одновременно не забывая подпитывать собственную призрачную оболочку энергией. Именно так учил дедушка Генрих.

Спустя несколько секунд девочка поняла, что готова. Она резко рванула вперёд и исчезла внутри Пирожочка.

Какое-то время ничего не происходило. А затем крыса открыла глаза и замерла.

Шарлотту переполнял восторг. Получилось! Она и правда заняла тело Пирожочка!

Но почти сразу радость сменилась растерянностью. Мир вокруг вдруг стал совершенно другим.

Шарлотта привыкла воспринимать его как призрак. Она видела и слышала людей, ощущала холод, тепло, присутствие живых и других духов, но всё это было каким-то далёким, приглушённым. Будто между ней и настоящим миром всегда оставалась тонкая прозрачная стена.

Теперь этой стены не было.

В нос ударило сразу множество запахов. Еда на столе, дерево пола, пыль под шкафами, Маша, собственная шерсть Пирожочка — всё смешалось в настолько густой коктейль, что Шарлотта на несколько секунд совершенно растерялась.

Звуки тоже изменились.

Тиканье часов стало неожиданно громким. Где-то внутри стены что-то шуршало. С улицы доносился стук колёс экипажа, хотя раньше Шарлотта едва обратила бы на него внимание. Она даже услышала собственное дыхание и быстрое биение сердца Пирожочка.

Но сильнее всего удивляло осязание.

Лапы чувствовали прохладные доски пола. Шерсть щекотало от малейшего движения воздуха. Усы постоянно задевали что-то невидимое, словно сами подсказывали, насколько близко находятся предметы.

Шарлотта попробовала пошевелить носом — и запахи тут же стали ещё ярче. Ничего себе.

Она впервые за много лет по-настоящему чувствовала физический мир. Не наблюдала за ним со стороны, а находилась внутри.

Несколько минут Шарлотта просто лежала и привыкала к новым ощущениям. Затем девочка попыталась сделать несколько шагов, но лапы тут же запутались, и толстая крыса шлёпнулась животом на пол. Оказалось, ходить в чужом теле крайне непросто.

Шарлотта снова поднялась. Так. Раз — шаг. Два — ещё шаг. Три — и она не упала.

Медленно, лапа за лапой, девочка двинулась вперёд, постепенно привыкая к коротким конечностям и странному распределению веса. При этом она очень внимательно следила за состоянием самого Пирожочка, которое совсем не ухудшалось.

Его душу Шарлотта ощущала совсем рядом — и та преспокойно спала. Пирожочек даже не пытался выгнать незваного гостя: он хоть и заметил, что кто-то забрался в его тело, но ему было слишком лень что-либо с этим делать.

Вот же ленивый толстяк.

Через несколько минут Шарлотта уже более-менее освоилась и даже смогла пробежаться по кухне.

— Пирожочек? — удивлённо позвала Маша, отрываясь от посуды. — Ты чего это?

Шарлотта остановилась, посмотрела на неё снизу вверх и открыла пасть.

— Пи-и-и…

Получилось не очень убедительно.

— Странный ты какой-то, — нахмурилась Маша.

Шарлотта едва удержалась, чтобы не захихикать. Дождавшись, когда девушка отвернётся, она выскользнула из кухни и засеменила по коридору.

Теперь оставалось самое интересное.

Дверь в спальню Артура была приоткрыта, и Шарлотта без труда протиснулась внутрь. Артур спал на кровати, закинув одну руку на лицо; губы были слегка приоткрыты, дыхание — ровное и спокойное.

Вот сейчас будет весело.

Она подбежала к кровати и приготовилась к прыжку. Несмотря на толстое и крайне неуклюжее тело, Пирожочек обладал удивительной взрывной силой — Шарлотта оттолкнулась всеми четырьмя лапами и без особого труда взлетела на постель. После этого медленно подобралась к лицу Артура, но тот продолжал спокойно посапывать.

Шарлотта осторожно подняла переднюю лапку и положила её прямо ему на подбородок. Никакой реакции. Тогда она устроилась поудобнее, набрала побольше воздуха и яростно запищала:

— ПИ! ПИ! ПИ!

Артур вздрогнул, убрал руку от лица и сонно посмотрел прямо на неё.

— ПИ-ПИ-ПИ! — ещё воинственнее завопила Шарлотта и угрожающе замахала лапкой.

Глаза Артура широко распахнулись.

— А-А-А-А!

Он наотмашь врезал ей рукой. Шарлотту снесло с кровати: жирное тело пролетело через половину комнаты, грохнулось на пол и покатилось, словно мохнатый шар, — а саму Шарлотту от удара вышвырнуло наружу.

Я тяжело дышал, испуганно глядя на барахтающегося на полу Пирожочка. Сердце гулко колотилось в груди.

— Ты что творишь⁈ — возмутился я.

Рядом раздался смех. Шарлотта висела в паре шагов от кровати и хохотала, держась обеими руками за живот.

— Вообще не смешно, — пробормотал я, вытирая вспотевший лоб. — Меня чуть инфаркт не схватил.

Всю сонливость как рукой сняло.

— И зачем ты вообще припёрся ко мне, придурок? — спросил я уже у крысы.

Пирожочек наконец пришёл в себя, поднялся на лапы и растерянно завертел головой, будто вообще не понимал, как здесь очутился.

Я покосился на приоткрытую дверь. Обычно я по привычке не закрывал её, чтобы в комнате не становилось душно. Но, видимо, с сегодняшнего дня от этой привычки придётся избавляться.

— Что случилось? — в спальню заглянула Маша. — Ой, Пирожочек!

Она быстро подбежала к крысе и подняла её на руки.

— Он сегодня странно себя ведёт, — растерянно поделилась девушка. — Обычно после еды долго спит, а тут проснулся, начал ходить, падать… Я сначала даже подумала, что он заболел. А потом он взял и убежал.

Шарлотта к этому моменту уже отсмеялась и вдруг заявила:

— Это была я!

— Что? — я непонимающе моргнул.

— Пирожочек как будто заболел, — повторила Маша, поглаживая крысу по загривку. — Может, его к ветеринару отвести?

— Это была я! — одновременно с ней сказала Шарлотта.

— Не надо к ветеринару, — покачал я головой. — У него инфаркт случится, если он начнёт изучать нашего Пирожочка. Всё нормально, можешь идти.

— Хорошо, — кивнула Маша и вышла, унося крысу с собой.

Я дождался, пока дверь закроется, и повернулся к сияющей Шарлотте.

— Что ты имеешь в виду?

— Я заняла тело Пирожочка, — с невероятно гордым видом пояснила она. — У меня получилось! Я теперь могу в него вселяться!

— Ого, — только и выдавил я.

— Но у меня есть одна теория, — тут же продолжила Шарлотта, деловито сложив руки на груди. — Мне кажется, перед этим Пирожочка нужно очень плотно покормить. Тогда он становится ленивым и вообще не сопротивляется.

— Та-а-ак… — протянул я.

Мозг наконец окончательно включился в работу. Сердце всё ещё стучало чуть быстрее обычного, но это были уже остатки пережитого стресса.

— Получается, если понадобится, ты сможешь войти в тело Пирожочка и кого-нибудь поцарапать?

— Ага! — радостно закивала Шарлотта. — Я тоже сразу об этом подумала. Или укусить! Я теперь вообще идеальный шпион!

Она буквально светилась от счастья, но через пару секунд её улыбка слегка дрогнула.

— Только Пирожочку надо немного похудеть. С такими боками мне будет тяжело оставаться незаметной.

— Это точно, — хмыкнул я и задумался. — Как думаешь, его яд стал сильнее после экстракта синего янтарита?

— Не знаю, — Шарлотта покачала головой. — Но раньше он мог нас только чувствовать. Помнишь? Водил носом и настораживался, когда я подлетала ближе. А сейчас видит полноценно. У него явно появилось какое-то магическое зрение.

Я кивнул.

— Это уж точно… Возможно, и яд стал ещё сильнее, — задумчиво произнёс я. — Хотя, блин, куда уж сильнее.

— А может, у него появились и другие способности? — предположила Шарлотта, устраиваясь в воздухе прямо напротив меня. — Знаешь, когда призрак вселяется в тело крысы или другого животного, оно почти сразу начинает умирать — организм отторгает чужую душу. Но с Пирожочком всё было не так. Во-первых, я вообще не почувствовала никаких плохих последствий для его тела. А во-вторых, его душа ощущалась гораздо сильнее, чем у остальных животных, в которых я пыталась вселяться.

— Ты пыталась вселяться в других животных? — удивился я.

— Ну да, — Шарлотта немного смутилась и заложила руки за спину. — Дедушка Генрих так обучал меня Одержимости. Крысы всякие, лесные звери… Один раз даже волк был.

Да уж. Интересные у старика методы обучения.

Покосившись на окно, за которым уже окончательно стемнело, я проверил время. Больше восьми. Скоро встреча с Алиной.

— Ладно, пора ехать, — произнёс я, поднимаясь с кровати.

— Я тоже с тобой! — тут же заявила Шарлотта.

Я иронично посмотрел на неё. Куда ж она денется?

— В теле Пирожочка! — пояснила Шарлотта. — Может, мне стоит поцарапать Алину?

— Не нужно, — буркнул я.

Я сходил в ванную, умылся, привёл себя в порядок и переоделся в костюм поприличнее — хорошо хоть одежды у меня теперь хватало. Предупредив Машу и Витю, что ухожу, я спустился вниз и вышел из лавки.

Сиси и Давыдов, которые до этого непонятно чем занимались, тоже присоединились ко мне. Шарлотта самодовольно поглядывала на них, но по моей просьбе ничего не рассказывала — пока что я продолжал ограничивать информацию, которую получают мои новые призраки.

Правда, надо будет подумать, что со всем этим делать дальше. Всю жизнь таскать Сиси при себе мне не особенно хотелось, всё-таки она занимает целый слот. А убрать её в поглотитель душ нельзя — у меня нет её крови. К тому же я пока понятия не имею, как долгое пребывание внутри поглотителя влияет на призрака. Не удивлюсь, если в этой тесной штуке душа постепенно истончается и теряет целостность.

Ладно. Потом разберусь.

Я поймал экипаж и отправился в нужное кафе. Прибыв на место, занял тот же столик, за которым мы с Алиной встречались в прошлый раз, и заказал кофе с десертом.

Едва мне принесли заказ, дверь открылась, и внутрь вошла девушка. Сам бы я Алину нипочём не узнал — понял, что это она, только когда незнакомка нашла меня глазами и направилась прямо к моему столику.

Выглядела она сногсшибательно: длинные светлые волосы, точёная фигура, большие голубые глаза, высокие скулы и широкая улыбка. Чтоб меня Пирожочек сожрал… Алина была точь-в-точь как одна известная актриса из моего мира — та самая, что играла Харли Квинн в фильмах про отряд суперзлодеев. Она приняла облик актрисы!

Алина подошла к столику и элегантно опустилась на стул напротив.

— Привет, Артур, — чарующим голосом произнесла она.

Я скупо улыбнулся, разглядывая её новое лицо.

— Не ожидал? — она чуть склонила голову, и на её губах появилась лукавая улыбка.

— Зачем ты приняла этот облик? — спокойно спросил я.

Алина неторопливо поправила локон.

— Хотела показать тебе, какие возможности ты упустил, когда отверг меня.

Я фыркнул. Внутри тут же поднялась волна раздражения, но я её подавил и несколько секунд просто холодно смотрел ей в глаза.

— Зачем ты хотела встретиться?

Под моим взглядом Алина слегка напряглась, и улыбка сползла с её лица. Некоторое время мы молчали, разглядывая друг друга, пока она первой не нарушила тишину:

— Я сделала, как ты просил. Я нашла организацию, где можно купить артефакты.

Я немного расслабился, взял ложечку и придвинул к себе десерт.

— Рассказывай.

— Это организация из Червонной Империи, её филиал есть и здесь, в Приморской Республике, — начала Алина, чуть понизив голос. — Называется «Кудесники». Там состоят Мистики, многие из которых артефакторы. Примерно раз в три месяца они устраивают небольшие рынки, где продают свои артефакты. Скоро будет следующая встреча, и меня туда пригласили.

Она полезла в сумочку.

— А вчера я даже достала вот это.

Алина вытащила папку с листами и протянула её мне. Я сразу принялся изучать содержимое.

Это оказался список артефактов с примерным диапазоном цен. Первыми шли защитные.

Одноразовая цепь защиты «Страж».

Выдерживаемая мощность атаки: до 20 единиц.

Цена: 8–10 Корон.

Хм, такую же цепь я купил на сходке у Наследника. И цена такая же, кстати. Только что за единицы такие?

Цепь защиты «Страж», усиленная.

Заряды: 3.

Выдерживаемая мощность атаки: до 20 единиц на заряд.

Цена: 50–70 Корон.

Хм, дороговато как-то. Я у Лысого Шварца купил похожий артефакт за тридцать Корон. Кстати, он меня очень выручил — без него атака Сиси точно бы меня прикончила. А так сработали все три заряда и почти развеяли её серп.

Надо будет обязательно купить ещё один такой.

Медальон «Крепость».

Тип: направленный барьер.

Заряды: 2.

Выдерживаемая мощность атаки: до 35 единиц.

Особенности: создаёт перед владельцем щит шириной около двух метров.

Требует ручной активации.

Цена: 70–90 Корон.

Хм, не особо полезно.

Браслет «Ответный удар».

Тип: автоматический барьер.

Заряды: 3.

Выдерживаемая мощность атаки: до 30 единиц.

Особенности: после разрушения барьера высвобождает накопленную энергию в сторону атакующего.

Цена: 150–190 Корон.

Ого, а вот это гораздо интереснее! Артефакт с контратакой — это очень круто.

Медальон «Черепаха».

Тип: купольный барьер.

Заряды: 1.

Выдерживаемая мощность атаки: до 60 единиц.

Особенности: полностью окружает владельца защитной сферой. Во время действия невозможно атаковать наружу.

Цена: 300–350 Корон.

И правда, черепаха. Но в определённых ситуациях такой артефакт может быть очень полезен.

Перстень «Семь стен».

Тип: многоуровневая защита.

Заряды: 7.

Выдерживаемая мощность атаки: до 25 единиц на слой.

Особенности: при мощной атаке может автоматически задействовать несколько зарядов одновременно.

Цена: 400–500 Корон.

Тоже очень интересно, похоже на моего «Тихого Стража», только зарядов побольше.

Всего в списке оказалось двенадцать защитных артефактов. Цены постепенно росли, и последний экземпляр был самым дорогим:

Боевой браслет «Щит Витязя».

Тип: усиленный автоматический барьер.

Заряды: 3.

Выдерживаемая мощность атаки: до 100 единиц на заряд.

Особенности: автоматически определяет направление угрозы; способен объединить несколько зарядов для отражения одной особо мощной атаки; защищает от физических, энергетических и большинства артефактных воздействий.

Время восстановления между активациями: 2 секунды.

Цена: от 1000 Корон.

— Что означают единицы? — я поднял взгляд на Алину.

— Сама точно не знаю, — она покачала головой. — Какая-то их внутренняя система оценки. Посол говорил, что выстрел из обычного револьвера — это примерно пятнадцать единиц.

Я задумчиво кивнул, прикидывая возможности последнего браслета. Получалось впечатляюще.

Вернувшись к перстню, похожему на мой «Тихий Страж», я начал прикидывать цены. Думаю, «Тихий Страж» спокойно уйдёт за двести пятьдесят — триста Корон. Немаленькие суммы…

Я перелистнул страницу — дальше шёл раздел атакующих артефактов.

Первые десять позиций занимали револьверы: от сравнительно простых моделей с усиленными выстрелами до дорогих экземпляров, способных пробивать защитные барьеры или заряжать пули дополнительной энергией. Следом начиналось холодное оружие — рапиры, мечи, кинжалы и даже тяжёлый тесак. Нашлись две пары боевых перчаток, усиливающих удары владельца, и один артефактный лук. Арбалеты почему-то вообще вынесли в отдельный подраздел — их оказалось сразу несколько, от компактных ручных моделей до довольно массивных боевых.

Я внимательно пробежался глазами по всему списку. К сожалению, ничего связанного с молниями среди атакующих артефактов не оказалось.

Перелистнул страницу — дальше шёл раздел с боеприпасами. Самые разные патроны для револьверов, небольшие бомбы, специальные стрелы для луков и арбалетов и прочие интересные вещи.

Алина мельком посмотрела на свои карманные часы, проверяя время. Она явно спешит.

Я приподнял папку и спросил:

— Я могу оставить это себе?

— Конечно, — кивнула Алина. — Я специально принесла её для тебя, у меня есть ещё один экземпляр.

— Отлично.

Я принялся быстрее листать папку. Каких тут только артефактов не было… усиливающие, скрывающие, поисковые, разведывательные, лечебные, подавляющие, антидуховные, накопительные, транспортные, сигнальные, связные, наблюдательные, противоартефактные, охранные, бытовые и ещё отдельный раздел специальных артефактов, которые вообще не получалось отнести ни к одной нормальной категории.

Я немного задержался на скрывающих артефактах и заприметил медальон невидимости и кольцо невидимости. Оба позволяли владельцу полностью исчезнуть из поля зрения окружающих.

Вот такую штуку я бы себе с удовольствием приобрёл. Правда, стоило каждое сокровище около трёхсот Корон. Зато если совместить любой из них с моим «Тихим следом», получится почти идеальный невидимка: ни звука, ни запаха, ни самого человека. Красота.

Я немного завис на последнем разделе, в котором находились специальные артефакты.

Тут было много чего интересного. Первая позиция: брошь «Голос незнакомца» — изменяет голос, позволяет копировать тембр другого человека.

Дальше — Медальон «Переводчик» — позволяет понимать один заранее заданный иностранный язык или значительно облегчает его восприятие. Хм, мне такой бы очень пригодился. Особенно, если его можно как-нибудь использовать во время Погружений.

Очки «Правда» — реагируют на сознательную ложь собеседника. Не показывает правду, только сам факт лжи. Тоже очень полезно — похоже на «Голос сердца», который я получил от рода Ричи.

Перстень «Холодный разум» — подавляет страх, панику и часть ментальных воздействий. Вообще бесценный артефакт, я считаю. Мне такой точно пригодится.

Амулет «Ясная память» — позволяет идеально запомнить увиденное или услышанное в течение нескольких минут после активации. И снова — идеально сочетается с Погружением.

Браслет «Чужая рука» — на короткое время позволяет двигать небольшие предметы на расстоянии. Тут вообще телекинез… В детстве я мечтал им обладать, хе-хе.

Медальон «Второе дыхание» — позволяет несколько минут обходиться без воздуха. Полезен под водой, при дыме или отравляющих газах.

Кольцо «Лёгкое тело» — резко уменьшает вес владельца, позволяя пережить падение или сделать необычно высокий прыжок.

И ещё около двадцати позиций крайне интересных артефактов, которые я бы с удовольствие забрал в свою коллекцию. Выбор тут гораздо больше, чем у того же Лысого Шварца…

— Там собрано далеко не всё, — заметила Алина, увидев, на каком разделе я остановился. — На самом деле артефактов куда больше. На каждой сходке появляются новые, не учтённые ранее артефакты.

— Любопытно, — прокомментировал я, закрывая папку.

— Я могу купить то, что ты захочешь, — Алина довольно улыбнулась. — Для меня это несложно. Я сама сейчас коплю на хороший защитный артефакт.

Я задумчиво постучал пальцами по папке. Если честно, мне куда больше хотелось попасть на этот рынок самому.

— Ты сможешь взять меня с собой?

— Нет, — Алина сразу качнула головой. — Даже меня пустят только потому, что Посол имеет здесь очень большое влияние и попросил за меня лично. Привести кого-то ещё точно не получится.

— Я могу! — тут же вклинилась Шарлотта, подлетая вплотную к столу. — Я могу вселиться в Пирожочка! Пусть она возьмёт его с собой, а я буду мысленно рассказывать тебе обо всём интересном! И можно повесить мешочек с деньгами! Буду платить лапками!

Я покосился на довольную девочку. А ведь идея и правда неплохая. Ну, не считая момента с оплатой.

Но это слишком рискованно. Во-первых, надо выяснить, сколько времени Шарлотта вообще способна находиться в теле Пирожочка. Во-вторых, проверить, сохранится ли наша мыслеречь, если крыса окажется далеко от меня. Ну и главное — что произойдёт, если Шарлотта в теле Пирожочка попадёт в зону, которая подавляет или блокирует духов?

Впрочем, на проверку всего этого время у меня ещё было.

— Когда будет сходка? — спросил я.

— Через два дня, — ответила Алина. — Поэтому, если хочешь что-нибудь купить, лучше определиться заранее.

— Так и сделаю.

Алина чуть помедлила.

— Я хотела поговорить с тобой ещё кое о чём.

— О чём же? — я вернулся к десерту.

— Я хочу понять, как развивать свою способность, — тихо произнесла она. — Я до сих пор не могу отменить эффект влюблённости. И, если честно… всё давно вышло из-под контроля.

Алина нервно улыбнулась и принялась тереть ладонь.

— Насколько сильно? — уточнил я.

— Ко мне уже приходила полиция. Несколько раз. Мне кажется, Мистики во власти начинают что-то подозревать, — она снова потёрла руки и отвела взгляд к окну. — Я видела подозрительных людей возле дома, за моей семьёй явно следят. Я уже не знаю, что делать.

Я молча наблюдал за ней. Она и правда нервничала.

— Я узнала, что способности можно развивать, — продолжила Алина. — Для этого нужно выпить экстракт синего янтарита. Надеюсь, на рынке «Кудесников» он будет, тогда я смогу попробовать.

При упоминании экстракта у меня дёрнулся глаз. Перед глазами почему-то сразу возник Пирожочек, валяющийся рядом с разбитой склянкой. Сука жирная.

— Возможно, поможет, — кивнул я. — Только не забывай, что мы с тобой не совсем обычные Мистики. Так что результат может оказаться непредсказуемым.

Алина рассеянно кивнула, продолжая смотреть в окно.

— Я планирую инсценировать собственную смерть, — наконец произнесла она. — А потом взять новую личность, никак не связанную с Елизаветой Грэй.

Я перестал ковырять ложкой десерт.

— Зачем?

— Так мне будет намного проще выполнить твоё задание и втереться в доверие к Наследнику. Сейчас я даже не представляю, как это сделать под своей нынешней личностью. Вокруг меня крутится слишком много влиятельных людей…

Я задумчиво постучал пальцем по столу. Проблема и правда существовала, однако почти сразу мне в голову пришло несколько идей.

— Для начала тебе надо сделать так, чтобы люди, которые за тобой следят, узнали, что ты Мистик.

— Что? — Алина удивлённо моргнула. — Зачем⁈

— Только так ты сможешь отвести от себя часть подозрений, — пояснил я. — Сейчас вокруг Елизаветы Грэй происходит слишком много странного. Мужчины сходят по тебе с ума, устраивают чёрт знает что, полиция заинтересовалась, появились наблюдатели. Рано или поздно кто-нибудь сложит два и два.

— Ну а я о чём⁈ — Алина непонимающе смотрела на меня.

— Ты умеешь менять внешность, — я поднял руку и растопырил пальцы. — Значит, наверняка способна изменить не только лицо. Например, удлинить ногти, превратить их в когти. Сделать пальцы похожими на боевую лапу.

Я задумчиво повертел кистью, вспоминая Погружение в предмет барона Калидовского.

— Да, я так уже делала, — кивнула Алина. — Но зачем?

— У Мистиков есть свои классификации, — пояснил я. — Если продемонстрируешь изменение тела, тебя, скорее всего, примут за Оборотня, способного частично трансформироваться. Тогда никто не станет связывать происходящее вокруг тебя с чарами влюблённости. Это совершенно другая область способностей.

— Вот как… — пробормотала она. — А если за мной придёт инквизиция?

— Тогда влюбишь в себя инквизиторов и сбежишь, — хмыкнул я. — Но вряд ли они придут. Ты аристократка, а к ним всегда особое отношение. Мне кажется, что большинство аристо Приморской Республики имеют среди своих членов Мистиков.

— Хорошо, пусть так, — задумчиво кивнула Алина. — А дальше что делать? У меня же куча людей, которые…

— Ты пробовала влюблять в себя, используя другую внешность? — поинтересовался я.

— Что? — Алина растерянно захлопала глазами.

— Ну вот сейчас, — я указал рукой в её сторону. — Если ты в этом облике встретишь какого-нибудь человека и используешь способность, он ведь влюбится именно в эту девушку, а не в Елизавету Грэй. Правильно?

У Алины аж рот приоткрылся.

— Боже… Какая же я дура, — пробормотала она и резко подалась вперёд. — Но как мне перебить свою же магию⁈ Они же уже влюблены в Елизавету Грэй!

— Вложи больше энергии, постарайся сильнее воздействовать на разум, — пожал я плечами. — Свою магию можно перебить — я знаю это по своему опыту. Так что просто постарайся, и всё получится.

На самом деле я блефовал и понятия не имел, сможет ли Алина перебить свою же магию и снова влюбить мужчину. Но… Путь Истинного Мага — он ведь для каждого свой, как говорил Просветитель. Если Алина будет уверена, что сможет перебить свою магию — то всё так и будет. Я же вон смог добавить информационные окна к магии Медиума.

— Вложить больше энергии… — завороженно повторила Алина. — Спасибо! Я же правда так могу сделать! Я могу использовать несколько других внешностей, случайно встретиться с людьми и влюбить их в себя. Пусть потом ищут загадочных незнакомок и наконец отстанут от Елизаветы Грэй!

Лицо Алины просветлело. Она вдруг вскочила, обошла стол, крепко обняла меня и чмокнула в щёку.

Хм… Довольно необычные ощущения — чувствовать объятия и поцелуй от девушки с внешностью всемирно известной актрисы.

— Ой, прости, — спохватилась она, отпустила меня и вернулась на своё место. — Я просто переволновалась. Вот всегда так, — Алина покачала головой. — То, что для меня кажется неразрешимой проблемой, ты умудряешься решить за несколько секунд.

— Ты пока даже не знаешь, сработает это или нет, — пожал я плечами. — Для начала просто попробуй.

Но надо признать, похвала и благодарность были приятны.

Я ненадолго задумался. Вообще-то даже такой вариант выглядел довольно жестоко: мужики ведь всё равно будут страдать, просто уже не из-за Елизаветы Грэй.

Алина тем временем застыла с ложечкой в руке.

— А ведь я могу принимать облик уже существующих девушек… — медленно прошептала она.

Мне сразу не понравилось выражение её лица.

— Например, стану какой-нибудь баронессой Викторией Гладе и влюблю в себя герцога, который ей нравится. И два одиноких сердца наконец найдут друг друга! — Алина мечтательно сцепила ладони перед собой. — Я стану главной сводницей Приморской Республики!

Кажется, она и сама слегка ошалела от собственной идеи. Несколько секунд Алина удивлённо смотрела на меня, а потом хлопнула глазами и принялась перечислять, загибая пальцы:

— Точно! У меня ведь столько одиноких подруг! Точнее, у Елизаветы, — поправилась Алина. — Баронесса Левицкая уже второй год не может найти себе жениха. Виконтесса Розен сохнет по какому-то офицеру, который вообще её не замечает. Ещё есть графиня Маргарита Вельская, баронесса Дейзи, у которой пропал жених. Виконтесса Яхонти…

— Не трогай баронессу Дейзи и виконтессу Яхонти, — холодно перебил я.

— Почему? — Алина удивлённо посмотрела на меня.

— Потому что они мои клиентки. Хорошие клиентки. И баронессу Коваль тоже не трогай.

— Хорошо, — усмехнулась она. — Я ещё даже не решила, буду ли этим заниматься.

Алина закусила губу.

— Знаешь… — тихо протянула она. — В идеале ведь за это можно ещё и деньги брать.

Я медленно положил ложечку на блюдце. Так. Кажется, всё становится хуже.

— Девушки — очень забывчивые существа, — продолжила Алина, положив локоть на стол и подперев подбородок ладонью. — Они очень быстро захотят забыть, что мужчина влюбился в них не сам, а потому что ему помогли.

Она задумалась, накручивая на палец светлый локон.

— Только мне надо придумать для этого отдельную личность. Например, какую-нибудь ведьму, способную делать привороты. Помнишь, как в «Битве экстрасенсов» показывали?

— Я такое не смотрел, — простонал я, откидываясь на спинку стула.

Боже. Неужели я только что открыл ящик Пандоры? Я всего лишь предложил решить её проблему. Почему эта девушка за какие-то пару минут умудрилась превратить мой совет в жутковатую бизнес-схему по продаже любви?

— Ладно, — Алина проверила время и поднялась. — Мне пора, скоро меня начнут искать.

— Давай, — махнул я рукой.

— Спасибо ещё раз.

Она снова подошла ко мне, поцеловала в щёку и чуть задержалась рядом.

— Если вдруг задумаешься… подумай о том, какие возможности может дать моя способность, — Алина многозначительно подмигнула. — Я ведь не против принимать разные образы. Моё настоящее тело всё равно уже умерло, так что я вполне согласна на некоторые эксперименты.

Хихикнув, она направилась к выходу.

— Я бы на твоём месте задумалась, — тут же посоветовала Шарлотта.

— Иди давай отсюда, малявка, — раздражённо отмахнулся я. — Нашлась советчица.

— Хи-хи!

Шарлотта исчезла.

— Как хорошо, что я умер, — пробормотал Давыдов.

Он завис рядом и с потерянным видом смотрел вслед Алине. Похоже, граф только что осознал, какая судьба могла его ждать, продолжай он оставаться в живых.

— Страшная женщина, — тихо произнесла Сиси и добавила что-то ещё на своём языке, тоже с опаской глядя в сторону двери.

Тут я был с ними абсолютно солидарен.

Доев десерт и допив кофе, я покинул кафе и отправился искать экипаж, по дороге продолжая обдумывать наш разговор. А потом вдруг понял, что так и не спросил Алину, способна ли она менять внешность других людей.

Наверное, и хорошо, что не спросил. Не хватало ещё подкинуть ей несколько новых безумных идей.

Альтенбург. Окрестности Ротенфельда.

В нескольких километрах от города, среди заросших лесом холмов, стоял заброшенный кирпичный завод.

Производство закрыли больше двадцати лет назад. Две трубы давно обвалились, крыша главного цеха местами провалилась, а подъездную дорогу почти полностью поглотили сорняки.

По крайней мере, именно так всё выглядело снаружи.

За ржавыми воротами начиналась территория одной из тайных тренировочных баз семьи Син. Разбитые окна были заложены изнутри кирпичом, под главным корпусом оборудовали стрельбище и несколько тренировочных залов, а старые складские помещения превратили в казармы.

Курт Вальнер сидел в небольшом кабинете на втором этаже бывшей заводской конторы и читал доставленное из Приморской Республики письмо.

У ворот стоял посыльный и ждал приказов.

Дочитав, Курт поднёс лист к пламени настольной лампы. Бумага быстро почернела, свернулась и загорелась.

— Свободен.

Посыльный коротко поклонился и вышел.

Курт несколько секунд задумчиво барабанил пальцами по столешнице, затем поднялся и приоткрыл дверь кабинета.

В коридоре у стены дежурил один из людей базы.

— Позови Фалька.

Охранник кивнул и ушёл.

Спустя несколько минут в коридоре послышались шаги. В кабинет вошёл высокий худощавый мужчина лет тридцати пяти. Его светлые волосы были коротко подстрижены, серый костюм сидел безукоризненно, а узкое бледное лицо не выражало абсолютно никаких эмоций.

Фальк привлекал к себе внимание тем, что он двигался неправильно. Он сделал шаг и на какую-то долю секунды совершенно замер. Затем ещё один — и вдруг оказался почти на метр ближе, хотя Курт так и не заметил самого движения.

Остановка, шаг, остановка — и вот Фальк уже стоял перед столом.

Даже зная природу его способности, Курт никак не мог привыкнуть к этому зрелищу.

— У тебя новый заказ, — Курт подвинул к Фальку папку. — Приморская Республика. Бернгольд.

Фальк взял документы.

— Цель?

— Артур Ричи. Двадцать шесть лет. Реставратор. Пятый сын Виктора Ричи.

Фальк чуть склонил голову.

— Мистик?

— Вероятнее всего.

Курт открыл ящик стола, достал небольшую папку и бросил её перед ним.

— Информации мало. Возможно, он носит несколько сильных артефактов. Его уже пытались устранить, но безуспешно.

Фальк взял папку и открыл её.

— Срок? — спросил он, листая папку.

— Чем быстрее, тем лучше.

Курт откинулся на спинку кресла и заметил:

— Это будет твой десятый успешно выполненный заказ подряд.

— Я помню.

— Как только его выполнишь — твоя группа получит категорию «Дельта» и ты сможешь сразу же взять задание более высокого класса по охране представителей одного клана из Тяньлина.

Несколько секунд Фальк молчал.

— Разрешение на самостоятельный выбор метода?

— Полное.

— Ограничения по сопутствующим потерям?

Курт нахмурился.

— Без необходимости не трогай семью Ричи. И никаких массовых убийств. Мы устраняем одного человека, а не начинаем войну в чужой стране.

— Принято.

Фальк развернулся и вышел.

Весь путь до дома я размышлял над разговором с Алиной и прикидывал, сможет ли она реализовать свой план.

В целом выходило, что вполне. Единственная серьёзная проблема — ей придётся незаметно покидать дом и каким-то образом находить нужных людей, не привлекая лишнего внимания.

Впрочем, Алина наверняка что-нибудь придумает. С её способностями возможностей хватает.

Добравшись до лавки, я умылся и сразу отправился спать, мысленно помолившись, чтобы в этот раз никто не прервал мой долгожданный сон попыткой убийства или какими-нибудь другими непотребствами.

Штаб-квартира организации «Империя», она же тайная резиденция Кровавого Императора.

Линьси просыпалась тяжело, с огромным трудом вырываясь из густого тумана неосознанности.

Сознание возвращалось урывками. Иногда она чувствовала, как к её носу что-то прикладывают, ощущала влагу на губах. В какой-то момент Линьси слизнула несколько капель странной жидкости, и туман в голове немного рассеялся.

Наконец она разлепила веки.

— О! Ура! Ты очнулась! — раздался рядом чуть писклявый голос.

Над ней тут же навис смутно знакомый человек. Большое круглое лицо, а глаза, нос и крохотный рот будто стянуты к самому центру — словно какой-то великан собрал все черты в кучу пальцами.

Несколько секунд Линьси тупо смотрела на него, пока наконец не вспомнила его имя — Кукольник.

— Приходи в себя, не спеши, — мужчина внимательно всмотрелся в её лицо. — Всё самое сложное уже позади.

Вместе с сознанием начали возвращаться и воспоминания.

Линьси чуть шевельнулась и замерла. Правая рука ощущалась… неправильно. Очень медленно она подняла её и поднесла к лицу.

Линьси уставилась на металлическую ладонь. Тонкие пальцы состояли из нескольких подвижных сегментов, и вся рука от самых кончиков и выше была отлита из тёмно-серого металла.

Она медленно сжала кулак, и металлические пальцы послушно сомкнулись.

— Красота, правда? — Кукольник довольно расплылся в улыбке. — Позже сможешь испытать новые конечности как следует. А пока даже не думай спешить.

Состояние Линьси постепенно улучшалось. Она осторожно пошевелила правой ногой — та тоже оказалась металлической.

— Операция была очень сложной, — Кукольник отошёл в сторону и принялся копаться в инструментах. — Целые сутки продлилась, представляешь? Но всё прошло успешно. Поздравляю, теперь ты официально киборг.

— Кто?.. — хрипло выдавила Линьси.

— Киборг, — охотно повторил мужчина. — Термин придумал Родомир Гениальный. Это слово означает человека, у которого часть тела заменена механическими составляющими.

Линьси упёрлась здоровой рукой в кровать, очень медленно села и стянула с себя одеяло, чтобы как следует рассмотреть новые конечности.

Рука и нога действительно были полностью механическими. Гладкий металл, множество мелких сочленений, тонкие пластины, соединённые между собой так плотно, что некоторые стыки удавалось заметить лишь при движении.

— Пока даже не пытайся использовать магию, — голос Кукольника мгновенно стал серьёзным. — Позже всё проверим под моим присмотром. Я понятия не имею, как твоя сила поведёт себя с механизмами, а ты мне ещё нужна целой.

— Хорошо, — тихо произнесла Линьси.

— Вот и славно.

Кукольник подошёл ближе и приложил ко лбу Линьси небольшой металлический артефакт, на поверхности которого засияли разноцветные огоньки. Несколько секунд он внимательно рассматривал показания, а затем удовлетворённо покивал.

Убрав прибор, он посмотрел на Линьси и хлопнул себя ладонями по животу.

— Приходи в себя, милочка. Насчёт внешности не переживай — скоро сюда доставят артефакт, который вернёт тебе былую красоту.

Линьси вздрогнула от слов Кукольника и тут же коснулась правой стороны лица. Она ощутила под пальцами грубую, бугристую корочку. Девушка внутренне содрогнулась и тут же убрала руку.

— Если хочешь, могу позвать твою помощницу, — предложил Кукольник, с жалостью наблюдая за ней. — Она недавно пришла и просила разрешения тебя увидеть.

— Шао? — Линьси подняла взгляд.

— Откуда мне знать, как её зовут? — отмахнулся мужчина.

— Позовите её, пожалуйста.

— Как скажешь. Но не вздумай устраивать тут пожар!

Он развернулся и вышел.

Линьси ещё немного посидела, после чего осторожно поднялась на ноги, сделала шаг — и едва не рухнула.

Она неправильно распределила вес, здоровая нога подвернулась, и тело повело в сторону. Линьси успела выставить металлическую руку — ладонь с треском врезалась в пол, и по нему разбежались тонкие трещины.

Несколько секунд она стояла на трёх конечностях, ошеломлённо глядя на растрескавшийся камень, а затем медленно выпрямилась.

Следующие минут десять Линьси только и делала, что ходила по комнате. Шаг, остановка, ещё шаг. Поднять руку, согнуть локоть, сжать пальцы, разжать.

Новые конечности ощущались крайне странно, совершенно не так, как человеческие. Прикосновения чувствовались иначе, движения требовали непривычно точного контроля, а сила металлической руки явно во много раз превосходила обычную.

Но Линьси это почти не беспокоило. Главное — она снова могла ходить, и у неё снова была рука. От одного этого осознания внутри поднималась такая радость, что хотелось смеяться.

В дверь постучали.

— Входи, — разрешила Линьси, продолжая медленно сжимать и разжимать металлическую ладонь.

Дверь открылась, и внутрь вошла Шао — её помощница и верная соратница ещё с подростковых лет.

— Госпожа, — девушка глубоко поклонилась. — Я рада видеть, что вы снова на ногах.

Голос Шао звучал очень искренне.

— Я тоже рада, — задумчиво отозвалась Линьси, рассматривая собственные пальцы.

Она несколько раз согнула их и только после этого подняла взгляд.

— Рассказывай. Что произошло, пока я была без сознания? Клан Сюань ещё в стране?

— Да, — Шао прикрыла за собой дверь. Затем её тело неуловимо изменилось — и вот, перед Линьси стоял Связной.

— За это время случилось несколько важных событий, — сухо заговорил он.

Линьси молча кивнула и следующие двадцать минут слушала доклад. О том, как Наследник пришёл в резиденцию клана Сюань и подавил всех своей мощью. Как Сиси попыталась взять под контроль Палитру. Как собрала основных членов организации и зачем-то атаковала Артура Ричи. И как в итоге сама погибла от рапиры Вьюна.

— Колос погиб следом, — продолжил Связной. — Его убил Артур. Вьюн сбежал, но он тоже, скорее всего, уже мёртв.

Линьси нахмурилась.

— Почему?

— Он ограбил Артура и принудил меня раскрыть его личность, — Связной слегка качнул головой. — После этого Вьюна больше никто не видел. Скорее всего, он попытался убить Артура и сам был убит.

Линьси молчала, а в голове проносилось множество мыслей.

Костяк организации, которую она с таким трудом создавала последние годы, уничтожили буквально за один вечер. И всё из-за одной дуры.

Линьси испытывала странную смесь чувств: злость, раздражение, сожаление о потраченных силах и времени. Но при этом — облегчение. Она действительно вложила в Палитру много сил, и ей было бы неприятно отдавать своё детище другим. Пусть лучше оно будет разрушено…

— Значит, Сиси была убита… — тихо повторила Линьси и медленно сжала металлическую ладонь. — Ты выяснил, с кем из наших сотрудничал Клык?

— С людьми Сиси, — спокойно ответил Связной. — Это она распространила информацию о вашем скором отъезде из страны. И она пометила вашу карету.

Для Линьси это не стало сюрпризом. Она подавила вспыхнувшую в душе ненависть и спросила:

— Что собирается делать клан Сюань? Они будут мстить?

— Точно не знаю, — Связной чуть помедлил. — Им известны личности почти всех членов Палитры, но виновник, Вьюн, уже убит. Возможно, они дождутся подкрепления и попробуют устранить Артура.

— Сомневаюсь, — покачала головой Линьси. — Артур владеет молниями и уже состоит в Империи. Клан Сюань не пойдёт против Наследника…

— Тоже так думаю, — кивнул Связной.

— Когда они собираются уезжать? — спросила Линьси.

— Пока неизвестно, — помощник качнул головой. — Сейчас они ждут подкрепление из Тяньлина. Кроме того, активно нанимают людей в Альтенбурге и Альбионе.

— Наёмников? — прищурилась Линьси.

— Да. Из последнего — они договорились с семьёй Син. Те должны прислать один из своих отрядов.

Линьси медленно прошлась по комнате. Новая нога всё ещё двигалась непривычно, но с каждым шагом становилось легче.

— Значит, Старейшина собирает силы, — произнесла Линьси.

— Похоже на то.

— А когда соберёт достаточно, отправится в Тяньлин.

Это был не вопрос, и Связной ничего не ответил.

Линьси остановилась у окна, несколько секунд молча смотрела на своё отражение в стекле, а затем повернулась.

— Ты всё ещё готов следовать нашему плану?

Связной не задумался ни на мгновение.

— Да, госпожа, — он глубоко поклонился.

— Хорошо, — Линьси сжала металлический кулак. — Старейшина должен ответить за своё предательство.

В её глазах вспыхнула жгучая ненависть, и по металлической руке пробежала едва заметная искра пламени. Линьси глубоко вдохнула и заставила себя успокоиться.

— Какие организации остались в Гданеже? — спросила она, когда злость немного отступила.

— Из старых — Белые Перчатки и Янтарные Пальцы, — спокойно ответил Связной. — Безмолвные практически исчезли после того, как их разгромил Собор. Остальные организации тоже так или иначе пострадали.

Он немного помедлил.

— Зато появились новые. Некоторые прибыли из столицы, другие — из соседних стран. Если хотите, я соберу подробную информацию.

— Пока не надо, — Линьси качнула головой.

Сейчас её волновало другое. Она уже была связана с Наследником и его организацией. Старой жизни больше не существовало — клан Сюань стал врагом, Палитра развалилась, а сама Линьси теперь находилась под защитой человека, которого ещё совсем недавно предпочитала обходить стороной.

Осталось понять, как жить дальше. Может, ей удастся убедить Наследника отправить её в Гданеж для восстановления Палитры?

* * *

Наконец-то мне удалось нормально выспаться.

Проснулся я в прекрасном настроении и некоторое время просто лежал в кровати, раскладывая в голове последние события.

Как-то совершенно фоном прошёл тот факт, что за последние дни я снова убил нескольких человек. Чем больше времени проходит, тем спокойнее я начинаю к этому относиться. Интересно, так и должно быть?

Впрочем, каждый из них хотел меня убить, так что особого сожаления я не испытывал.

Снова появилась мысль о том, что надо допросить Винсента и Лича. Узнать, где находятся их тайники, есть ли у них спрятанные деньги, артефакты и прочие ценности. С Вьюном подобная схема отлично сработала.

Думаю, сегодня этим и займусь, как только разгребу все срочные дела.

Поднявшись, я сходил в ванную, умылся и привёл себя в порядок, а когда вышел, меня уже ждала Маша.

— Доброе утро! Еда готова, — сообщила она.

— Доброе, — я улыбнулся Маше и отправился завтракать.

— Как всегда, великолепно, — похвалил я, с наслаждением отправляя в рот кусок картофельной вафли с яйцом и лисичками. — Как там Пирожочек?

— Уже покушал, — Маша занялась посудой. — Я его кормлю сразу, как только просыпаюсь.

Я хмыкнул и скривился, снова вспомнив про сожранный этой свиньёй экстракт за двести Корон.

Кстати, сегодня можно съездить к людям Наследника и узнать, есть ли у них в наличии ещё экстракт синего янтарита высшего качества и сколько он сейчас стоит.

Хм, а ведь если Алина всё же найдёт экстракт у Кудесников, то выпьет его точно раньше меня. Как раз посмотрю, как всё пройдёт. Хотя сомневаюсь, что будут какие-то проблемы — максимум, экстракт окажется бесполезен для нас.

Закончив завтрак, я спустился вниз. В торговом зале обнаружился Витя. Парень протирал один из стендов тряпкой и, заметив меня, тут же выпрямился.

— Господин, доброе утро.

— И тебе доброе, — я кивнул ему.

Витя оглядел пустой торговый зал и спросил:

— А вы скоро собираетесь открываться?

— Пока не знаю, — я тоже задумчиво осмотрел лавку.

— А что мне делать? — парень выжидающе уставился на меня.

Я немного подумал.

— Сходи пока купи газету. А потом решу, какую работу тебе дать.

— Хорошо, — бодро кивнул Витя.

Я передал ему несколько монет, после чего поднялся в спальню, забрал свой чемодан и спустился в мастерскую.

Поставив его на стол, я открыл замки и начал раскладывать накопившиеся артефакты. Их стало уже неприлично много, так что пора наконец решить, что из этого добра стоит продать, а что оставить себе.

* * *

Шарлотта с огромным нетерпением ждала, когда Артур наконец проснётся. Ей ужасно хотелось снова забраться в тело Пирожочка, однако ночью девочка рисковать не стала.

Причин было несколько, и все они касались странных изменений, которые Шарлотта заметила после первого вселения.

Покинув тело Пирожочка, она почти сразу почувствовала неладное. Сначала часть левой руки стала заметно прозрачнее, потом появились перебои с энергией — привычный холод начал слушаться хуже, а пару раз вообще не получилось его выпустить.

Шарлотту это здорово напугало, но рассказывать Артуру она не стала. Решила сначала немного подождать и посмотреть, что произойдёт дальше.

И правильно сделала: постепенно прозрачность исчезла, энергия успокоилась, а холод снова начал слушаться почти как прежде.

Почти — потому что Шарлотте всё равно казалось, что небольшую часть целостности она потеряла. Совсем чуть-чуть, буквально несколько процентов.

Но особой проблемой это не было. Артур умеет восстанавливать призраков, так что, если станет хуже, он её починит.

Поэтому, когда утром Пирожочек как следует наелся и улёгся спать, Шарлотта долго не раздумывала. Она подлетела к крысе, сосредоточилась и нырнула внутрь.

На этот раз всё прошло гораздо легче. Мир снова изменился, и Шарлотта открыла глаза уже в теле Пирожочка.

Артур к этому времени закончил завтракать и ушёл вниз, Вити тоже не было. На кухне оставалась только Маша, которая возилась возле плиты.

Шарлотта медленно поднялась на четыре лапы.

Первым делом в нос ударили запахи — еда, очень много еды. Пахло яйцами, жареными грибами, картофелем, маслом, хлебом, чаем и ещё десятком вещей.

Шарлотта повела мордочкой из стороны в сторону. Сам Пирожочек был сыт до отвала, так что настоящего голода она не ощущала, но попробовать еду всё равно хотелось. Причём очень сильно.

Шарлотта подбежала к столу и ловко запрыгнула сначала на стул, а уже оттуда — на столешницу. Там стояла тарелка с печеньем, и она тут же направилась к ней.

— Пирожочек! — возмутилась Маша.

Шарлотта замерла.

Девушка подошла, подхватила крысу обеими руками и сняла со стола.

— Ты что делаешь⁈ Ты же недавно поел! Веди себя спокойно, или господин снова будет ругаться!

Шарлотта тяжело вздохнула — спорить было бессмысленно. Она покорно уселась на пол и дождалась, когда Маша закончит возиться на кухне и выйдет.

Стоило двери закрыться, как Шарлотта тут же снова полезла наверх. Через несколько секунд она уже сидела возле тарелки, которую Маша предусмотрительно накрыла крышкой.

Но против Пирожочка это оказалось бесполезно — Шарлотта упёрлась лапами, сдвинула крышку и вытащила одно печенье. Поднесла к мордочке, понюхала — запах оказался таким сильным, что она на несколько секунд замерла.

А потом впилась зубами в край.

Хрусть.

Шарлотта перестала жевать, и глаза Пирожочка медленно округлились. Она сделала ещё один укус. Потом ещё.

— Пи-и-и! — восторженно вырвалось у неё.

Если бы кто-нибудь умел переводить крысиный писк на человеческий язык, сейчас он услышал бы одно-единственное слово: «Вкусно!»

Шарлотта быстро съела первое печенье и взяла второе — с кусочками шоколада. Она с наслаждением поедала его, при этом не замечая, как из маленьких глазок Пирожочка скатываются слезинки…

Разложив на столе артефакты, я довольно быстро понял, что не хочу ничего продавать.

Вот, например, кольцо «Морозное дыхание». Для меня оно абсолютно бесполезно — на кой чёрт мне артефакт, который усиливает способности, связанные с холодом? Логичнее всего продать его и получить нормальные деньги.

Но с другой стороны… А вдруг у меня и правда когда-нибудь появится собственная организация? И в ней окажется Мистик с подходящей способностью?

Такие специализированные артефакты встречаются крайне редко — продам сейчас, а потом буду жалеть.

Хм… А ведь я могу его и сам использовать — использую Поглощение на Винсенте и с помощью этого кольца усилю свои способности к морозу.

Тут я услышал шорох и повернул голову.

В мастерскую ввалилась жирная белая крыса. Пирожочек подбежал к креслу, каким-то чудом вскарабкался на него, а оттуда тяжело запрыгнул на стол. После чего уселся напротив меня и выжидающе уставился красными глазами. На его мордочке были видны крошки от печенья.

Я прищурился.

— Шарлотта, это ты?

Крыса энергично закивала.

— Ну привет, — я невольно усмехнулся, протянул руку и погладил её по голове.

Пирожочек тут же распластался по столу. Толстое тело под моей ладонью завибрировало от довольного урчания, а глаза почти закрылись.

— Нравится, значит? — хмыкнул я.

Крыса ещё сильнее прижалась головой к пальцам. Пришлось как следует почесать её за ушами, потом по шее и спине.

— Ладно, хватит балдеть, — наконец сказал я. — Ты запомнила, во сколько вселилась?

Шарлотта замерла, а потом медленно покачала головой.

— Эх.

Я достал часы и посмотрел на время.

— Ну ладно. Пять минут прошло?

Пирожочек пожал жирными плечами, а затем неуверенно кивнул.

— Тогда будем считать, что прошло пять минут. Постарайся находиться в его теле как можно дольше, надо понять твой предел.

Шарлотта послушно закивала. Она хотела отбежать, но я поймал её и чуть приподнял.

— Ну-ка, протяни лапу, на котором колечке.

Шарлотта послушно вытянула переднюю лапку, на которой красовалось то самое платиновое кольцо. Именно из-за него я когда-то купил эту жирную крысу. Сейчас это украшение не имеет для меня особой ценности, но тогда я очень хотел его продать. Даже чуть не умер из-за него…

Я взялся за кольцо и начал осторожно стягивать его.

— Пи! — возмущённо пискнул Пирожочек.

— Потерпи немного, — пробормотал я.

Кольцо сидело плотно, но через несколько секунд мне всё-таки удалось его снять.

Когда я опустил Шарлотту, она тут же побежала по столу, с любопытством разглядывая разложенные сокровища. Я положил платиновое кольцо рядом с «Морозным дыханием», и тут в голову пришла интересная мысль.

Я уже хотел подозвать Шарлотту по имени, но в этот момент прямо сквозь стену мастерской выплыла Сиси.

— Пирожочек, иди сюда, — позвал я.

Крыса развернулась и вопросительно посмотрела на меня. Я поманил её пальцем, а когда Шарлотта подбежала ближе, показал ей кольцо.

— У меня появилась одна идея. Попробуй использовать какую-нибудь силу. Например — холод.

Я многозначительно подмигнул.

Шарлотта сначала непонимающе наклонила голову, затем заметила Сиси и, кажется, догадалась, почему я так с ней общаюсь. Она снова энергично закивала, подбежала ещё ближе и замерла.

Мне и правда было интересно, сможет ли Шарлотта использовать свой призрачный холод, находясь в чужом теле. Несколько секунд крыса сосредоточенно сопела, а потом её шёрстка слегка изменилась — как будто каждый волосок немного вытянулся. Я провёл ладонью над её спиной и действительно почувствовал морозец, исходящий от тела.

Совсем слабый, но он был.

— А если так… Ну-ка, подай лапу.

Шарлотта недовольно зыркнула на меня, но протянула лапку, на которой раньше красовалось платиновое кольцо. Я осторожно надел на лапку «Морозное дыхание».

— А теперь попробуй ещё раз.

Пирожочек отбежал на середину стола и замер. Несколько секунд ничего не происходило, а потом под его лапками появился белёсый налёт. По столешнице с тихим треском начал расползаться иней, а от самой крысы дохнуло ощутимым холодом.

— О-о-о, — довольно протянул я. — Так уже гораздо лучше!

— Как это⁈ — Сиси тут же подлетела ближе. Она ошеломлённо смотрела на Пирожочка. — Как он выпустил холод? Почему он вообще так умеет?

— Ты многого о нём не знаешь, — загадочно произнёс я. Шарлотта активно закивала.

— Он тебя понимает, что ли? — окончательно растерялась Сиси.

— Он всегда меня понимал, — невозмутимо заявил я. Посмотрев на Пирожочка, я велел: — Ну-ка попрыгай.

Шарлотта медленно повернула ко мне голову, подняла лапку и несколько раз постучала ею по виску.

— Ну хотя бы один раз, — фыркнул я.

Крыса недовольно дёрнула усами, присела и оттолкнулась всеми четырьмя лапами. Пирожочек пролетел через весь стол и шмякнулся о край столешницы. Толстая туша перевалилась вниз — Шарлотта явно не рассчитала силу прыжка.

ШМЯК!

С пола донёсся возмущённый писк. Я перегнулся через край — Пирожочек уже поднимался. Похоже, Шарлотта ещё не до конца научилась управлять его телом.

Крыса яростно запищала, после чего снова прыгнула и одним махом оказалась на столе. Я невольно присвистнул. Прыгает, как мячик какой-то.

— Видишь? — я посмотрел на Сиси. — Теперь он гораздо умнее и умеет пользоваться силами Мистиков.

— Это всё из-за экстракта синего янтарита? — Сиси уставилась на меня.

— Ага, — кивнул я.

— А откуда тогда у него мороз? И почему именно он?

— Ну вот так получилось, — пожал я плечами.

Сиси подозрительно прищурилась. Кажется, она мне не поверила.

В этот момент Пирожочек неожиданно замер, глядя на Сиси. По его шерсти начал расползаться тонкий слой инея, а воздух вокруг заметно похолодел.

— Эй… — насторожилась Сиси. — Что ты делаешь?

Крыса резко присела, а затем прыгнула прямо на неё.

Пирожочек с размаху врезался Сиси в грудь — девушку отбросило назад, она перевернулась в воздухе, а крысиное тело беспрепятственно прошло сквозь призрака и с грохотом рухнуло на пол.

— Ты что делаешь⁈ — возмущённо закричала Сиси.

Из лежащего Пирожочка тут же вылетела Шарлотта, согнулась пополам и расхохоталась.

— Видела бы ты своё лицо!

— Ты⁈

Сиси ошеломлённо переводила взгляд с Шарлотты на крысу. Пирожочек тем временем с трудом поднялся на лапы и принялся растерянно крутить головой. По его морде было прекрасно видно, что жирдяй совершенно не понимает, как оказался посреди мастерской.

— Как это?.. — растерянно пробормотала Сиси.

Шарлотта гордо задрала нос.

— А вот так! Я теперь умею вселяться в Пирожочка!

— Почему ты вышла? — поинтересовался я.

Шарлотта повернулась ко мне.

— Из-за холода. Когда я начала сильнее использовать свою способность, Пирожочек проснулся, — объяснила она. — Ему стало холодно, он разозлился и начал меня выталкивать. Я не стала сопротивляться.

— Понятно, — я задумчиво посмотрел на крысу.

Получается, использовать магию в его теле можно, но если давить слишком сильно, хозяин просыпается и начинает сопротивляться. Надо будет ещё поэкспериментировать.

— Артур… — неожиданно позвала Шарлотта.

Я повернулся к ней. Девочка выглядела непривычно серьёзной.

— У меня просьба.

— Какая? — я отложил кольцо в сторону.

Шарлотта замялась, а затем подняла руки. Я сразу заметил, что её пальцы немного мерцают, а сквозь ладони местами просвечивает стена.

Улыбка моментально исчезла с моего лица.

— Рассказывай.

— Когда я вселяюсь в Пирожочка, у меня немного теряется целостность, — смущённо призналась Шарлотта. — Но совсем чуть-чуть! Это ведь не страшно? Ты же можешь меня восстановить?

Она с такой надеждой посмотрела на меня, что я сразу понял, почему она молчала. Шарлотта боялась, что я запрещу ей снова вселяться в крысу.

— Конечно могу, — кивнул я.

Я сосредоточился на девочке, и перед глазами почти сразу появились знакомые строчки.

Объект: Шарлотта Ричи.

Статус: привязана.

Ступень: Старший Дух.

Способность: Мороз.

Целостность: 78 %.

Доступно: Поглощение, Восполнение, Разрушение.

Заряд: 100 из 100.

Я нахмурился.

— Ни хрена себе «немного».

— А сколько? — насторожилась Шарлотта.

— Ты потеряла двадцать два процента.

— Много, — пробормотала девочка.

— Ага. Поэтому теперь после каждого такого вселения сразу приходишь ко мне, — строго велел я. — Даже если тебе кажется, что всё нормально.

— Хорошо, — очень серьёзно кивнула она.

Я прищурился и активировал Восполнение.

Шарлотту окутали знакомые бледные всполохи. Её полупрозрачное тело постепенно становилось плотнее, мерцание исчезло, а очертания пальцев вновь стали чёткими.

Через несколько секунд я остановился и снова проверил состояние.

Целостность: 100 %.

Заряд: 47 из 100.

Хм. Надо будет потом увеличить и второй резерв, чтобы тоже было триста единиц.

— Ура! — Шарлотта тут же поднесла ладони к лицу и принялась разглядывать их со всех сторон. — Вообще как будто ничего и не было!

Она довольно закружилась в воздухе, и, глядя на её счастливое лицо, я невольно улыбнулся.

Ладно. Если Восполнение полностью устраняет последствия, запрещать ей вселяться в Пирожочка смысла нет. Главное — следить за целостностью.

Я поднял с пола растерянную крысу и понёс её наверх.

— Маша! — позвал я, заходя на кухню.

Девушка обернулась.

— Да?

Я поставил Пирожочка на пол.

— Покорми его.

— Так я его совсем недавно кормила, — Маша удивлённо моргнула.

— Ничего. Покорми ещё раз.

Она посмотрела сначала на меня, потом на толстую крысу.

— Хорошо…

Пирожочек, услышав про еду, моментально перестал выглядеть растерянным.

Я вышел из кухни.

— Потом снова попробуй занять его тело, — мысленно попросил я Шарлотту. — Только на этот раз обязательно запомни время и не используй магию. Посмотрим, сколько ты вообще сможешь в нём находиться.

— Хорошо! — довольно закивала девочка.

Было видно, что ей очень нравится новая возможность.

— А ты можешь меня такому же научить? — неожиданно попросила Сиси, подлетая к Шарлотте. — Ну пожалуйста!

— Я подумаю, — самодовольно ответила Шарлотта. — Посмотрю на твоё поведение.

Я хмыкнул.

Спустившись обратно в мастерскую, я взял платиновое кольцо Пирожочка и вгляделся в него. Перед глазами появилось знакомое окно.

Объект: Платиновое кольцо.

Доступно: Диагностика.

Заряд: 300 из 300.

Я уже собирался активировать Диагностику, когда дверь мастерской открылась и внутрь вошёл Витя с несколькими газетами в руках.

— Вот, — парень положил их передо мной.

Я отложил кольцо. Ладно, разберусь с ним чуть позже. Не стоит смущать ум ребёнка демонстрацией силы Мистика.

Витя немного помешкал.

— На улицах сегодня как-то мрачно, — заметил он. — Люди напряжённые ходят.

— Ну, понятно почему, — пробормотал я, взглянув на первую полосу.

Крупный заголовок занимал почти половину страницы:

«Преступники, сбежавшие из Янтарной Тюрьмы, до сих пор не найдены!».

Я взял газету и начал вчитываться.

После нападения неизвестных террористов Янтарная Тюрьма была частично разрушена. Воспользовавшись этим, из неё сбежали шестьдесят три заключённых. И это были далеко не обычные воришки — среди беглецов находились люди, виновные в многочисленных убийствах и других тяжёлых преступлениях.

На следующих страницах разместили фотографии и описания сразу двадцати особо опасных заключённых. Читателей настоятельно просили немедленно обращаться в полицию, если они заметят кого-нибудь из списка.

— Янтарная Тюрьма… — пробормотал я, продолжая листать газету.

Остальные новости тоже оказались ни разу не радужными. Какой-то член Палаты был убит вместе со всей своей семьёй. Сразу несколько аристократических родов спешно покинули город и выставили недвижимость на торги.

Нашлись даже политики, которые начали открыто заявлять, что Приморская Республика должна войти в состав Альбиона. Иначе, мол, власть окончательно потеряет контроль над ситуацией.

В общем, было прекрасно видно, насколько сильно действия Наследника раскачали страну.

Причём журналисты явно рассказывали далеко не обо всём. А если рассказывали — то делали это осторожно.

Закончив с первой газетой, я взял вторую и только тогда заметил, что Витя всё ещё стоит в углу.

— Да? — я вопросительно посмотрел на него.

— Я просто не знаю, что мне делать, — смутился парень. — Может, у вас есть какие-нибудь поручения?

— Хм…

Я задумался. Может, приставить его к Сшивателю?

Хо Чэнь боялся, что люди клана Сюань узнают его на улице. Но если он будет ходить не один, а вместе с обычным пацаном, то станет выглядеть куда менее подозрительно. Да и Витя сможет разговаривать с людьми вместо него.

Я потянул за связывающую нас нить, призывая Сшивателя.

— Подожди немного, — велел я Вите.

— Хорошо.

В этот момент в мастерскую спустилась Маша. В руках она держала поднос с чайником, чашкой и какими-то пирожными.

— Благодарю, — кивнул я, когда она поставила всё на свободный край стола и принялась разливать чай.

Я продолжил читать газеты, знакомясь с обстановкой в стране.

— Как тут всё красивенько, — заметила Маша, разглядывая разложенные на столе артефакты. — Это всё на продажу?

Я перевёл взгляд на сокровища, и тут мне в голову пришла одна интересная идея.

А почему бы мне действительно не заняться торговлей артефактами?

Можно скупать сломанные артефакты или те, у которых полностью закончился заряд. Покупать дёшево, восстанавливать, а потом продавать уже как полноценные рабочие артефакты. Причём моя лавка отлично для этого подходит.

Для обычных клиентов я продолжу продавать украшения, часы, оружие и всякие интересные штуки. А для Мистиков появится второй ассортимент — артефакты.

Да, идея хорошая. Только пока пусть остаётся идеей. Для такого бизнеса нужны деньги, связи, поставщики и, главное, свободное время. А со всем перечисленным у меня сейчас некоторые проблемы.

— Пока нет, — покачал я головой. — Но, возможно, в будущем кое-что поставлю на продажу.

Тут сквозь стену влетела Сиси.

— Там твой Сшиватель пришёл, — сообщила она.

Я посмотрел на Витю.

— Позови Хо Чэня.

— Хорошо.

Парень вышел и вскоре вернулся вместе со Сшивателем. Тот, как и прежде, прятал нижнюю часть лица под медицинской маской, а капюшон натянул почти до самых глаз.

Я осмотрел обоих.

— Значит, так. Будете работать в паре.

Хо Чэнь слегка напрягся.

— Ты, — я указал на него, — можешь и дальше скрывать лицо. Старайся лишний раз ни с кем не разговаривать. Если спросят, почему носишь маску, скажи, что сильно заболел и не хочешь никого заразить.

— Да, господин, — Хо Чэнь коротко поклонился.

Я перевёл взгляд на Витю.

— А ты ходи вместе с ним. Если придётся с кем-нибудь разговаривать, спрашивать или договариваться — делай это сам.

Витя мгновенно подобрался.

— Понял.

— Ваша задача на ближайшие дни — найти дома, которые сейчас продаются. Соберите информацию, цены, адреса, а потом принесите мне. Желательно, чтобы дома были не слишком большими и находились поближе к моей лавке.

Я немного подумал и добавил:

— Вы потом сами там жить будете, так что смотрите внимательно.

— Понял, — очень серьёзно кивнул Витя.

Он уже собирался уходить, но вдруг замялся.

— Господин…

— Что? — я поднял взгляд.

— А те ребята, которые остались в Гданеже…

Я сразу понял, о ком он.

— Может, я потом смогу забрать их? — осторожно спросил Витя. — Ну… куда-нибудь пристроить. Чтобы они тоже не на улице жили.

Я задумался. Если честно, пока понятия не имел, что мне делать с целой группой беспризорников. Двое помощников — это одно, а целая толпа детей — уже совсем другое.

— Давай сперва дом купим, — решил я. — А там посмотрим.

— Хорошо, — Витя заметно повеселел.

В каком-то сериале из прошлой жизни я видел, как главный герой собрал беспризорников и превратил их в целую агентурную сеть. Дети носились по городу, слушали разговоры, собирали слухи и передавали ему информацию.

Только что-то я сильно сомневаюсь, что у меня получится устроить то же самое. Да и ссориться с Серыми Капюшонами не хочется.

Хо Чэнь и Витя ушли.

Я допил чай и снова вернулся к артефактам. Так. Что же всё-таки отправить на продажу?

Я перебирал сокровища одно за другим и с каждым новым предметом всё сильнее убеждался, что продавать ничего не хочу. Почти каждому артефакту можно найти применение.

Взять хотя бы трофеи Лича. Кольцо и те же ритуальные бусы «Пепельная нить» — они помогали лучше контролировать силу разложения.

Сейчас мне это вроде бы без надобности. Но у меня есть призрак самого Лича, и если в будущем я научусь полноценно использовать его способность к разложению, такие артефакты могут оказаться невероятно полезными.

Так что нет, продавать их точно не стоит.

В итоге я решил поступить иначе. Для начала съезжу к Лысому Шварцу и осторожно расспрошу его насчёт духовных сокровищ. Узнаю, насколько часто такие вещи вообще появляются в продаже и какие сейчас на них цены. А уже потом буду решать.

У меня всё ещё есть офицерский жетон Людвига Штейна — духовное сокровище Старшего Мистика. Я ведь изначально собирался продать его Наследнику, и, как ни крути, это по-прежнему самый выгодный вариант.

Мистик из пантеона Громовержца вряд ли интересен остальным организациям. Они точно не станут предлагать нормальные деньги — тот белоглазый старик на сходке Наследника чётко дал это понять. А вот самому Наследнику подобная вещь как раз может быть очень интересна.

Я поднялся наверх, переоделся и предупредил Машу:

— Могу задержаться. Если меня не будет к обеду — ешьте без меня.

— Хорошо, — она кивнула.

На лестнице мне встретился Пирожочек. Крыса тут же пристроилась рядом и засеменила следом.

Точнее, конечно, это была Шарлотта.

Мы вместе спустились в торговый зал, после чего Пирожочек забежал вперёд, повернулся ко мне и начал возбуждённо пищать.

— Пи! Пи-пи! Пи!

— Чего?

Крыса поднялась на задние лапы и замахала передними, явно пытаясь что-то мне объяснить. Продержалась она секунды две, после чего потеряла равновесие и с тихим шлепком завалилась на бок.

Я хмыкнул.

— Нет. С собой я тебя пока не возьму.

Пирожочек возмущённо запищал.

— А вдруг дух Пирожочка проснётся, когда я буду находиться в каком-нибудь важном месте? — пояснил я. — Что мне тогда делать с жирной крысой?

Шарлотта замерла, а потом очень по-человечески вздохнула.

— Ты слышишь меня? — спросил я, передавая свои слова мысленно по нашей с Шарлоттой связи.

Пирожочек взбодрился и закивал.

— А сама ты можешь что-то мне сказать? — продолжил я.

— Да, — раздался шёпот Шарлотты. — Но Пирожочек может проснуться.

— Понял, — кивнул я. — Старайся не будить его. И не пугай тут никого.

Пирожочек перевернулся, поднялся на лапы и понуро посеменил прочь.

Я усмехнулся и направился к выходу. Уже у двери надел шляпу и в этот раз решил захватить ещё и трость. Давно я её не использовал.

Для местных мужчин трость была почти таким же элементом одежды, как шляпа или перчатки. А вот я до сих пор к ней не привык — для меня она всё ещё оставалась просто прикольным дополнением к образу, не более.

Только я вышел, как к лавке подъехал экипаж. Он остановился прямо напротив меня, и из него вышел Каспар.

Бернгольд. Ресторан «Горбуша».

Герцог Эдмунд Гразе сидел в отдельном зале для особых гостей и неспешно вкушал фирменное блюдо одного из самых дорогих ресторанов столицы — горбушу, запечённую с томатами.

Он ждал гостей. Тони застыл у дверей, как и всегда молчаливый и внимательный.

Герцог уже почти закончил трапезу, когда снаружи тихо постучали. Горбун выскользнул из зала и почти сразу вернулся.

— Они прибыли, господин.

Эдмунд промокнул губы салфеткой и кивнул.

— Хорошо.

Мало кто знал, что ресторан принадлежит именно ему.

Герцог медленно поднялся, вышел из отдельного зала и прошёл на балкон, с которого открывался прекрасный вид на Янтарное море. Подойдя к перилам, он посмотрел вниз.

Возле ресторана остановился экипаж, из которого один за другим выбрались трое. Все они скрывали лица под масками и совершенно не пытались делать вид, будто в этом есть что-то необычное. Редкие прохожие оглядывались на странную компанию, но троица не обращала на них никакого внимания.

Герцог достал небольшой бинокль и поднёс его к глазам. Это был далеко не обычный оптический прибор, а редчайший артефакт, способный засекать сигналы других артефактов.

Несколько секунд Эдмунд внимательно изучал гостей, проверяя, что они принесли с собой. Не найдя ничего, что могло бы угрожать его жизни, Эдмунд убрал бинокль и вернулся в отдельный зал.

За время его отсутствия прислуга уже успела убрать грязную посуду и накрыть стол заново.

Через несколько минут дверь открылась, и внутрь вошли трое Мистиков. Их предводитель остановился напротив герцога.

— Мы принесли то, что ты хотел, старик, — вместо приветствия бросил он.

Эдмунд совершенно не отреагировал на подобное обращение.

— Товар уже находится на складах, — спокойно произнёс герцог. — Покажи мне жемчужину, и я скажу, где именно.

Бахрам Заранди — глава элитного отряда Парсиды «Бессмертные Симурга», которого называли Человеком-армией, — сунул руку во внутренний карман и достал маленький футляр.

Щёлкнул замок. Внутри лежала жемчужина.

Та самая бусина из Чёток Просветителя, что долгие годы украшала корону бывшего царя Парсиды.

Чтобы заполучить её, Эдмунду пришлось приложить немало усилий и отдать взамен огромное количество ценнейших экстрактов янтарита. Но оно того стоило.

Герцог назвал порт и номер склада.

Бахрам убрал футляр, достал небольшую пластинку и быстро нацарапал на ней несколько слов.

— Пока ждёте ответа, можете угоститься, — Эдмунд указал на накрытый стол.

Мистики отказываться не стали. Все трое расселись по местам и слегка приподняли маски, чтобы те не мешали есть. Эдмунд тоже вернулся за стол и положил себе ещё одну порцию рыбы.

Следующие десять минут прошли в почти полной тишине. Бахрам время от времени поглядывал на лежащую рядом пластинку.

Наконец на её поверхности что-то изменилось. Человек-армия взял пластинку, пробежался взглядом по появившимся символам и коротко кивнул.

— Всё на месте.

После этого он достал футляр и положил его на стол. Тони немедленно забрал его и передал хозяину.

Эдмунд открыл крышку, несколько секунд внимательно разглядывал жемчужину, а затем провёл собственную проверку.

Ошибки не было — перед ним действительно лежала бусина из Чёток Просветителя. Пятая и последняя из тех, что он обещал добыть для Артура Ричи.

Эдмунд прикрыл глаза и едва заметно расслабился. Получилось.

Он дождался, пока гости закончат трапезу, после чего Бахрам вместе со своими людьми поднялся. Никто не стал затягивать прощание.

Когда дверь за Мистиками закрылась, Эдмунд ещё несколько секунд молчал, глядя на лежащий перед ним футляр, а затем перевёл взгляд на горбуна.

— Тони.

— Да, господин?

— Готовься.

Горбун сразу подобрался.

— Сегодня ночью мы встретимся с Артуром Ричи, — Эдмунд закрыл футляр.

Тони молча склонил голову.

Герцог опустил ладонь на крышку. Отведённого ему времени оставалось всё меньше… Свою часть договора он выполнил — теперь пришло время потребовать того же от Артура Ричи.

Каспар подошёл ко мне и слегка поклонился.

— Господин Артур, — старик достал из внутреннего кармана конверт и протянул его мне. — Ваш отец передаёт вам приглашение на ужин.

— Не зайдёшь? — я забрал конверт и кивнул на дверь лавки.

— С вашего позволения, я поеду, — попросил Каспар. — У меня ещё есть дела.

— Да, конечно, — не стал я настаивать.

Когда старик направился к экипажу, мне в голову пришла одна мысль.

— Постой, — окликнул я его. — Мне нужен твой совет.

Каспар обернулся и внимательно посмотрел на меня.

— После бала у виконта Управского пятеро аристократов сделали у меня заказы на реставрацию. С тремя я уже разобрался, остались ещё двое. Но, честно говоря, ездить к ним лично сейчас нет никакого желания. Как считаешь, если я отправлю письма и попрошу прислать кого-нибудь за готовыми работами, они не оскорбятся?

— Думаю, нет, — Каспар покачал головой. — В столице сейчас очень тревожная обстановка, любой разумный человек поймёт вашу позицию. А кто ещё остался?

— Бароны Аксельсен и Бистерфельд, — припомнил я.

— Барон Бистерфельд уже покинул столицу, — после короткой паузы сообщил старик. — Боюсь, лично вернуть ему работу у вас не получится.

— И что тогда делать? — я приподнял брови.

— Я узнаю, остался ли в Бернгольде кто-нибудь из его семьи, — пообещал Каспар. — Если да, передадите заказ через родственников.

— Буду очень благодарен, — кивнул я.

Каспар ещё раз поклонился, сел в экипаж и уехал, а я вернулся в лавку и прочитал переданное письмо.

Виктор писал, что его люди нашли то самое кольцо на дне моря. О-о-о, скоро я получу вторую Лунную жемчужину!

Новость была прекрасной и заметно подняла мне настроение.

Взяв чистый лист, я написал письмо барону Аксельсену. Сообщил, что наручи его предка восстановлены, но из-за нынешней ситуации в столице прошу прислать кого-нибудь, кто сможет их забрать. С Бистерфельдом же придётся подождать новостей от Каспара.

Вот и славно. Меньше всего мне сейчас хотелось снова тратить по несколько часов на разъезды по аристократическим резиденциям.

Закончив с письмом, я невольно вспомнил о печати барона де Форже. Пора уже решить, что с ней делать.

В идеале печать нужно восстановить, но при этом каким-то образом сделать так, чтобы она перестала быть духовным сокровищем. Только вот как этого добиться, я пока не представляю.

К сожалению, после Диагностики я не могу определить, является предмет духовным сокровищем или нет. Кстати, вот ещё один момент, который неплохо было бы изменить в моей способности. Но проблема всё та же — непонятно, с какой стороны за это браться.

Ладно, барон де Форже меня пока не торопит. Может, когда у меня появится вторая бусина из Чёток Просветителя, получится прокачать способность ещё сильнее. Так что с печатью пока повременю.

Я убрал письмо в конверт, прихватил сумку с папкой, которую передала Алина, и вышел из лавки. Дойдя до ближайшего отделения быстрой почты, я отправил послание, после чего нанял экипаж и назвал кучеру адрес оружейного магазина на улице Картие, где заправлял Лысый Шварц.

Шарлотта осталась в теле Пирожочка. В последнее время, по мере развития моей магии Медиума, наша с ней связь заметно укрепилась. И доступное расстояние, на которое может отдаляться Шарлотта, сильно увеличилось — она уже способна долететь до центра города из нашей лавки. А значит, проблем не должно возникнуть.

Пока мы ехали, я ещё раз перелистал папку с перечнем артефактов Кудесников, внимательно изучая интересующие меня позиции. Выбор, конечно, огромный — куда богаче, чем у того же Шварца. Вот только некоторых вещей, которые мне сейчас особенно нужны, в списке так и не нашлось.

Экипаж остановился возле знакомого магазина. Я расплатился с кучером, вышел и, прежде чем зайти внутрь, надел маску. За прилавком сидел всё тот же старичок-одуванчик.

— Мне к Лысому Шварцу, — сообщил я, подойдя к прилавку.

— Одну минуту, — старик тут же поднялся. — Я предупрежу босса.

Он скрылся за дверью позади прилавка и спустя пару минут вернулся уже вместе со Шварцем.

— О-о-о, Шокер! — здоровяк широко раскинул руки. — Рад тебя видеть!

Он подошёл ко мне и с размаху хлопнул по плечу, отчего мне пришлось сделать пару шагов в сторону. Вот ведь привычка у человека…

— Но правила есть правила, — Шварц ткнул в меня толстым пальцем. — Я, конечно, не сомневаюсь, что это ты, но значок покажи.

Я достал из внутреннего кармана золотой значок Империи и продемонстрировал его.

— Всё в порядке, — довольно кивнул оружейник. — Пойдём.

Мы прошли в кабинет. Я устроился на стуле для посетителей, а Шварц садиться за стол не стал — вместо этого пристроился на краю столешницы, рядом со мной.

— Ну, чего тебе в этот раз понадобилось? — здоровяк коротко хохотнул и снова от души хлопнул меня по плечу.

Я с трудом подавил вспыхнувшее раздражение. Уже и забыл, какой он бывает доставучий.

— Хочу приобрести защитный артефакт, — я потёр ноющее плечо.

— Так ты же недавно брал, — удивился Шварц. — На три заряда. Весьма неплохая штука, хоть каждый отдельный барьер и слабоват. Зато если прилетит что-нибудь действительно мощное, все три заряда сработают одновременно и сложатся в один щит.

— Он мне жизнь спас, — спокойно кивнул я. — Теперь нужен новый.

— Так быстро?.. Хотя да, времена сейчас неспокойные, — понимающе хмыкнул оружейник.

— А что-нибудь помощнее найдётся? — я выжидающе посмотрел на него.

— Найдётся, — Шварц с готовностью кивнул. — Могу предложить браслет, как раз на днях привезли. Тоже три заряда, но каждый щит заметно мощнее. Стоит девяносто Корон.

Я невольно скривился. До чего же дорого — и это ведь всего за три заряда.

— А такой же амулет, как в прошлый раз, в наличии есть? — уточнил я, мысленно пересчитывая свои сбережения.

— Есть, есть, — закивал здоровяк.

Я ненадолго задумался. В принципе, у меня уже имеется «Тихий Страж» с четырьмя автоматическими щитами. Если добавить к нему ещё три заряда амулета, получится вполне приличная защита. Даже против очень мощной атаки вроде той, которой Сиси отрубила мне руку, такая связка способна здорово выручить.

— Тогда возьму такой же, — решил я.

— Как скажешь, — он пожал плечами.

— И ещё, — я чуть подался вперёд. — Мне нужен артефакт, способный сделать меня невидимым.

— Такие не продаём, — Шварц тут же покачал головой и усмехнулся. — Самим нужны.

Я уже хотел спросить, за сколько они готовы покупать подобные артефакты, если те вдруг попадут ко мне в руки, но передумал. Не стоит пока распыляться на перепродажу — дел у меня и без того по горло.

— Меня также интересуют артефакты, благодаря которым можно видеть духов.

— О-о-о, — протянул Шварц, даже немного выпрямившись. — Вот это вообще дичайшая редкость. Я о таких слышал всего пару раз, да и то мельком. Вживую ни одного не видел.

Жаль. Хотя чего-то подобного я и ожидал — даже у Кудесников таких артефактов нет.

— Ну и последнее, — сказал я. — Мне нужны артефакты, связанные с силой молнии.

— А вот такие есть, — заметно повеселел Шварц. — У нас есть пара ремесленников, которые умеют их создавать. Что конкретно тебе нужно? Опиши.

— Артефакт, способный выдавать электричество, — я немного помолчал, подбирая слова. — Желательно в больших объёмах.

— Вариантов много, — Шварц задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Есть жезлы, которые выпускают молнии. Есть посохи-усилители — пропускаешь через них собственную силу и получаешь разряд помощнее. Есть кольца, способные выстреливать молниями. Перчатки тоже делают — можно покрывать руку электричеством или выпускать направленный разряд.

Я слушал, но с каждым новым вариантом мой энтузиазм угасал. Как пояснил Шварц, у всех этих артефактов была одна неприятная особенность — для активации Мистик должен сам владеть силой молнии и вкладывать в них собственную энергию. То есть мне придётся тратить свой заряд, а артефакт лишь превратит его в полноценную атаку. Мне же нужно совсем другое.

Допустим, куплю я жезл. Волью в него сто единиц заряда, после чего бахну себе этим же жезлом в живот. И что получу? Те же сто единиц? А может, и меньше — при любых преобразованиях наверняка будут потери.

— Не подходит? — спросил Шварц, не дождавшись от меня реакции.

— Кое-что интересное есть, — уклончиво ответил я. — Но мне нужно другое. Что-нибудь, во что не придётся вкладывать собственную энергию.

— Такие артефакты тоже есть, — Шварц кивнул уже серьёзнее. — Они работают на янтаритовых накопителях.

— Например? — оживился я.

— Есть один револьвер, выстреливающий электрическими снарядами, — Шварц загнул палец. — Один выстрел — один янтаритовый накопитель. Жрёт, конечно, как не в себя, зато вещь убойная.

Один накопитель на выстрел… Недешёвое удовольствие, учитывая, что даже самый маленький стоит целую Корону.

— Ещё знаю комплект из браслета и перчатки, — продолжил Шварц, загибая второй палец. — Браслет выпускает мощный электрический разряд, а перчатка концентрирует его и позволяет формировать что-то вроде шаровой молнии. Тоже весьма дорогое оружие, да и в свободной продаже такого комплекта нет.

Он перечислил ещё несколько артефактов, а потом хмыкнул и добавил:

— Ещё могу предложить пыточные артефакты. Хотя тебе они вряд ли нужны.

— Пыточные? — заинтересовался я. — Что за артефакты?

— Такие начали делать при Громовержце, — Шварц криво усмехнулся. — Предназначение у них одно — пытать людей. Разумеется, с помощью электричества.

— Расскажи поподробнее, — попросил я, чуть подобравшись — как гончая, которая ощутила запах крови.

Шварц прищурился, разглядывая меня. Похоже, мой интерес его слегка удивил.

— Ошейники чаще всего встречаются, — здоровяк поскрёб гладкую макушку. — Слушай, тебя они правда заинтересовали?

— Правда, — невозмутимо подтвердил я.

Шварц ещё несколько секунд смотрел на меня с каким-то странным выражением, а затем пожал плечами.

— Ну, могу поспрашивать. Только они все весьма старые, все со времён Империи.

— Ничего страшного, — махнул я рукой. — Наоборот, чем старше, тем лучше. Выбери какой-нибудь, который не жалко. Мне он нужен для кое-каких экспериментов.

— А-а-а, ну тогда понятно, — лицо Шварца сразу просветлело. — Только учти, накопители к нему придётся брать отдельно.

— Понял. Если получится, возьми и сам артефакт, и несколько накопителей к нему.

Рядом раздался смешок Давыдова. Я покосился на призрака, но комментировать ничего не стал — пусть думает что хочет.

— Зачем ему ошейник? — не поняла Сиси.

— О-о-о, поверь, это будет интересное зрелище, — довольно протянул Давыдов. — Артур, только не забудь докупить к ошейнику красный шарик. Ну, такой, на ремешке. Для полноты образа.

— Приходи часа через три-четыре, — говорил в это время Шварц, глядя на карманные часы. — Раньше не успеют доставить.

— Хорошо, — кивнул я, старательно игнорируя подколки Давыдова. Доиграется — шарахну его молнией.

— Так что, точно берёшь такой же защитный амулет, как в прошлый раз? — Шварц убрал часы и с хитрецой посмотрел на меня. — Браслет-то понадёжнее будет.

Я слегка замешкался. Девяносто Корон за браслет — всё-таки дороговато, особенно с учётом того, сколько всего я сегодня собираюсь купить.

— Да, — наконец решил я. — Пока пусть будет такой же. Ещё мне нужны кое-какие боеприпасы.

— Выбирай, — махнул рукой Шварц.

Я открыл папку на нужной странице и перечислил расходников на десять Корон — патроны и бомбы разной направленности. Закончив, я закрыл папку и осторожно перешёл к опасной теме:

— Шварц. Подскажи, а Наследник выкупает духовные сокровища?

— Конечно, — оружейник с любопытством посмотрел на меня. — В последнее время он и вовсе начал активно их разыскивать.

— Тогда представим чисто теоретическую ситуацию, — аккуратно продолжил я. — Допустим, у меня получится достать духовное сокровище, принадлежавшее офицеру Янтарной Гвардии. Старшему Мистику из пантеона Громовержца. Сколько такая вещь может стоить?

Выражение лица Шварца мгновенно изменилось — от прежнего благодушия не осталось и следа.

— Ты знаешь, где оно находится? — голос здоровяка зазвучал непривычно серьёзно.

— Скорее всего, это вообще фальшивка, — покачал я головой. — Но если у вас есть способ проверить подлинность, я могу принести.

— Приноси, — без раздумий кивнул Шварц. — Проверим, а там и о цене поговорим.

— И всё-таки сколько Наследник может за него дать? Хотя бы примерно.

— Тут всё от состояния зависит, — Шварц задумчиво потёр подбородок. — Если это действительно духовное сокровище и им ещё можно воспользоваться, то минимум восемьдесят Корон. А если вещь в хорошем состоянии… Цена может дойти и до двухсот.

Я медленно кивнул, чувствуя, как участилось сердцебиение. Двести Корон! Да у меня сейчас на руках не сильно-то и больше — вместе с тайником Вьюна и деньгами, которые передал мне Виктор.

— Хорошо, буду иметь в виду.

Попрощавшись со Шварцем, я вышел из оружейного магазина и нанял экипаж. Следующей остановкой был один из магазинов Наследника, торговавший зельями и экстрактами.

Пока мы ехали, я сосредоточился на нити, связывающей меня с Шарлоттой. Она становилась всё тоньше.

Магазин Шварца находился не особенно близко от моего дома, но всё ещё в пределах дистанции, на которую Шарлотта может от меня отдаляться. Но чем дальше ехал экипаж, тем сильнее истончалась наша связь, и к тому моменту, когда кучер остановился у нужного здания, нить стала совсем тонкой. Я невольно занервничал. Впрочем, если Шарлотта почувствует опасность, то сразу меня позовёт. Раз она молчит, значит, всё под контролем.

Я расплатился с кучером, надел маску и вошёл внутрь.

Передняя часть заведения оказалась обычным парфюмерным магазином: на полках стояли флаконы, баночки и коробочки, а в воздухе смешивались десятки разных запахов.

Я показал продавцу золотой значок Империи, и меня без лишних вопросов провели в заднюю часть здания, где и находилась настоящая лавка.

Продавщицей оказалась не та бойкая старушка, которую я видел в запретной секции на сходке Наследника, а совсем другая женщина — слегка сгорбленная, с обвисшей кожей на лице и какими-то мёртвыми, совершенно безразличными глазами. Она сидела за столом в маленькой комнате, чем-то напоминавшей кабинет Шварца.

Я устроился напротив и положил на стол золотой значок.

— Способность покажи, — старуха лишь мельком взглянула на него.

Я хмыкнул и вытянул ладонь — между пальцами с тихим треском пробежали электрические искры.

Взгляд старухи едва заметно изменился. Будто до этого я был для неё пустым местом, а теперь стал хотя бы капельку интересен.

— Говори, что хочешь, — уже чуть живее произнесла она.

— Меня интересует экстракт синего янтарита высшего качества. Он есть в продаже?

Старуха некоторое время молча смотрела на меня, а затем медленно кивнула.

— Есть. Но только для своих. Молнией ты владеешь, значок настоящий — значит, можешь купить.

— И сколько? — осторожно поинтересовался я.

— Для тебя — двести двадцать Корон.

— Так дорого⁈..

Предыдущая склянка обошлась мне в двести, и уже тогда цена казалась просто конской.

— Поставки прекратились, — сухо отрезала старуха. — Дальше дешевле не станет. Чем меньше экстракта останется, тем выше будет цена.

Я задумался. Жадность вступила в ожесточённую схватку со страхом упустить возможность. Двести двадцать Корон — это, мать его, двести двадцать Корон! Но что, если я сейчас откажусь, а через неделю экстракт вообще исчезнет из продажи? Где я тогда буду его искать?

С другой стороны, я до сих пор понятия не имею, как он на меня подействует. Вдруг окажется бесполезным? Или вообще навредит? Пирожочек после этой штуки начал видеть призраков, но я всё-таки не крыса.

— Если хочешь брать — бери сейчас, — неожиданно посоветовала старуха. — Им уже интересуются. У Наследника в последнее время заметно прибавилось людей, а ценные экстракты уходят как горячие пирожки. Спроси ты про низкое или среднее качество, я бы сразу сказала, что ничего нет — всё раскупили.

— У Наследника прибавилось людей… — задумчиво пробормотал я.

Перед глазами сразу всплыла утренняя газета. Я и раньше подозревал, что именно Наследник стоит за нападением на Янтарную Тюрьму и побегом заключённых, а теперь был в этом почти уверен.

— Ладно, — наконец решился я. — Беру.

— Вот так сразу? — старуха удивлённо приподняла брови.

— Вот так сразу, — кивнул я.

Она вдруг рассмеялась. Смех у неё оказался неприятным, скрипучим.

— Минут через тридцать доставят, — старуха медленно поднялась из-за стола и зашаркала к двери, но, уже взявшись за ручку, обернулась. — Деньги с собой?

— С собой, — я похлопал по внутреннему карману.

— Тогда жди, — буркнула она и вышла, оставив меня одного.

Я полез во внутренний карман и вытащил толстую пачку банкнот — почти всю свою нынешнюю наличность. Золото я оставил дома, а вот банкноты захватил с собой.

И теперь возникла небольшая проблема: я ведь уже сделал заказ у Шварца. Если сейчас отдам двести двадцать Корон за экстракт, расплачиваться за защитный амулет, пыточный артефакт и накопители будет практически нечем.

Я вздохнул и принялся пересчитывать деньги.

— Двести тридцать… Двести тридцать один… Двести тридцать два, — пробормотал я и поморщился.

Маловато. После покупки экстракта у меня останется всего двенадцать Корон. Конечно, есть ещё золото — где-то на пятьдесят — семьдесят Корон, но менять его на банкноты совершенно не хотелось.

Неужели жетон Людвига Штейна всё-таки придётся продать?

Я отсчитал двести двадцать Корон, остальное убрал обратно во внутренний карман и принялся ждать старуху, обдумывая это решение.

Лавка без названия на улице Бехера.

Витя и Хо Чэнь вошли в лавку и сразу направились в мастерскую. Оба слегка подустали, но выглядели довольными и несли в руках толстые папки с бумагами.

Как оказалось, в Бернгольде сейчас начался настоящий бум продажи недвижимости. Очень многие спешно покидали столицу, поэтому предложений на рынке было полно, причём попадались действительно выгодные.

— Я пойду, — Хо Чэнь положил свою папку на стол.

— Может, пообедаешь? — предложил Витя. — Маша наверняка уже что-нибудь приготовила.

— Хорошо, — помешкав, всё-таки согласился Сшиватель.

Витя показал ему, куда идти, а сам остался внизу. Он принялся раскладывать принесённые бумаги, чтобы господину потом было проще их просматривать: сначала отделил самые дешёвые дома, потом те, что подороже, а варианты поближе к лавке сложил в отдельную стопку.

Закончив, Витя уже собрался подняться наверх, но тут его взгляд зацепился за несколько мешочков, лежавших на дальнем краю стола. Один из них был приоткрыт, и внутри что-то поблёскивало золотом.

Витя замер. Несколько секунд он просто смотрел на мешочек, а потом любопытство всё-таки победило. Парень подошёл ближе, осторожно заглянул внутрь, и у него перехватило дыхание.

Мешочек был полон золотых монет. Витя никогда в жизни не видел столько золота сразу.

Он торопливо развязал второй мешочек — внутри обнаружились небольшие золотые брусочки. В третьем снова лежали монеты, как и в четвёртом, самом маленьком.

— Сколько же тут?.. — едва слышно пробормотал Витя.

Он бегло пересчитал содержимое: около сорока золотых Корон и тринадцать небольших брусков. Сердце заколотилось быстрее, во рту внезапно пересохло. Витя сглотнул и воровато огляделся.

Почти всю жизнь он прожил на улице и воровал далеко не один и не два раза, поэтому первая мысль пришла сама собой — забрать.

На эти деньги можно купить настоящий дом — пусть небольшой, но свой, в нормальном районе Гданежа. Переселить туда всех ребят, и ещё останется на еду. Больше не придётся бояться, что в любой момент нагрянет полиция, выгонит их из очередного заброшенного дома или вообще разгонит по разным приютам.

Руки будто сами потянулись к золоту. Витя взял один мешочек, потом второй, третий — и принялся рассовывать их по карманам.

Со стороны лестницы донёсся звонкий смех Маши, и Витя замер.

Наверняка Пирожочек опять что-то учудил. Вряд ли её рассмешил Хо Чэнь — истории Сшивателя скорее пугали, чем веселили.

Витя посмотрел в сторону лестницы. Маша… Если он сейчас уйдёт, что будет с ней? Хотя господин добрый и не станет наказывать Машу за то, что сделал её брат.

Витя медленно направился к выходу, прошёл через торговый зал и почти у самой двери остановился.

Перед глазами одно за другим начали всплывать воспоминания. Как господин впервые накормил их, а потом устроил настоящий пир для всей их компании. Как взял его, уличного беспризорника, к себе в лавку продавцом, купил приличную одежду, всегда платил, кормил и доверял ему. Как не раз помогал остальным ребятам и перед отъездом оставил столько денег, что какое-то время они могли вообще не думать о голоде. Как защитил Витю во время нападения вооружённых грабителей. И как потом спас Маше жизнь — нашёл целителя и сделал всё, чтобы сестра после страшной травмы снова встала на ноги. Без господина Маша так и осталась бы калекой.

И вот так он собирается за всё отплатить?

Витя стиснул зубы. На мгновение ему стало настолько противно от самого себя, что даже затошнило. Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул, а затем развернулся и пошёл обратно.

В мастерской Витя по одному вытащил мешочки из карманов, вернул их на стол и аккуратно завязал каждый. Поблёскивающие монеты и брусочки наконец скрылись под тканью.

Витя отошёл от стол. Он тяжело дышал, его слегка потряхивало от пережитых волнений.

— Ты тут? — раздался голос Маши.

Витя вздрогнул и обернулся — сестра как раз спускалась по лестнице.

— Пойдём чай пить. Господин ещё не приехал?

— Нет, — Витя покачал головой, снова глубоко вдохнул и заставил себя улыбнуться. — Пойдём.

Ссутулившись, парень поплёлся за сестрой наверх.

Ни Витя, ни Маша не заметили, что в дальнем углу мастерской сидел Пирожочек. Толстая белая крыса не шевелилась и смотрела вслед Вите совсем не крысиным взглядом.

* * *

— Не стоит этого делать, — вдруг произнёс Давыдов, будто прочитав мои мысли.

Я повернул к нему голову.

— Не продавай жетон людям Наследника, — граф серьёзно смотрел на меня. — Ты же понимаешь, кому может достаться сила Старшего Мистика? Какому-нибудь психу, который будет спокойно забирать чужие жизни.

Я ничего не ответил.

— Скорее всего, именно Наследник стоит за нападением на Янтарную Тюрьму, — подлетев ближе, поддержала его Сиси. — Отсюда и внезапное пополнение его армии. Если ты продашь ему жетон, вполне возможно, что Старшим Мистиком с силой молний станет один из сбежавших преступников. Какой-нибудь садист, убийца или насильник.

Оба призрака зависли напротив и молча смотрели на меня.

— Знаю, — выдохнул я.

Несколько секунд я молчал, а затем тихо добавил:

— Не буду продавать.

Я раздражённо взлохматил волосы и откинулся на спинку стула.

Чёрт, легко сказать — не буду. Но если Наследнику продавать нельзя, тогда кому можно?

Хорошо хоть, что жетоном Людвига Штейна дело не ограничивается. У меня есть ещё три духовных сокровища Старших Духов: корона, монокль и перчатка. Перстень Квинта Марцелла я обещал оставить Виолетте. Да и ей самой нужно как можно скорее вернуть девяносто четыре Короны, которые она отдала за эти сокровища.

Вряд ли остальные духовные сокровища стоят намного дешевле жетона — думаю, за каждое можно выручить минимум сто пятьдесят — двести Корон. А корона, возможно, уйдёт и того дороже. Только вот с ней как раз могут возникнуть проблемы.

Корона целого короля — слишком известный предмет. У неё наверняка есть хорошо задокументированная история, и если такая вещь вдруг всплывёт на рынке, обязательно найдутся люди, которым станет интересно, откуда она взялась и каким образом оказалась у меня. А если кто-нибудь узнает, в каком состоянии она была до реставрации, вопросов станет ещё больше.

Пока я размышлял, дверь открылась, и в комнату вошла старуха-продавщица. Следом за ней появился мужчина в серой маске, по поверхности которой тянулись стилизованные изображения молний.

— Мне тут доложили, что ты до сих пор не подписал полноценный контракт с Наследником, — проскрипела старуха, усаживаясь на своё место.

— Не подписал, — подтвердил я. — Наследник говорил, что со мной свяжутся.

— Вот и связались, — старуха кивнула на своего спутника.

Человек в маске приблизился и положил передо мной тонкую металлическую пластину.

— Капни на неё кровью, — сухо велел он.

Я замешкался. Давыдов тут же подлетел ближе и склонился над столом.

— Я знаю, что это, — граф внимательно разглядывал пластину. — Знак внешнего члена Империи. Через него Наследник передаёт приказы людям, которые не входят в ближний круг организации. Ничего опасного.

Я достал нож, слегка надрезал палец и капнул кровью на металл. Пластина тускло вспыхнула, и кровь мгновенно впиталась, не оставив даже пятна.

— Держи пластину при себе, — мужчина подтолкнул её ко мне. — Если Наследнику что-нибудь понадобится, он с тобой свяжется.

Следом он положил на стол кольцо.

— Путеводное кольцо. Три заряда. С его помощью ты сможешь попасть в резиденцию Наследника. Один заряд всегда держи про запас на случай, если господин тебя призовёт. Оставшиеся два можешь использовать по своему усмотрению. После этого за восполнение зарядов придётся платить.

— Понял, — я забрал кольцо и пластину. — Что я смогу найти в резиденции, чего нет снаружи?

— То, что не продают чужакам, — сухо ответил человек в маске. — Закрытые торги, редкие артефакты и экстракты, услуги наших ремесленников, заказы от других членов организации. Иногда Наследник выставляет там вещи из собственной сокровищницы. Ну и информация. Если тебе нужно что-то действительно редкое — искать стоит именно там.

— Понял, — кивнул я.

Человек в маске вышел.

— Жди, — бросила старуха и тоже покинула комнату.

Ну вот, теперь я официально стал внешним членом организации Наследника. И, судя по всему, эта организация была куда серьёзнее Палитры — у них даже нашёлся мистический аналог мобильного телефона.

Я повертел в пальцах ничем не примечательную пластину и вместе с кольцом сунул во внутренний карман. Позже проведу Диагностику и выясню, как именно они работают.

Следующие минут десять Давыдов и Сиси продолжали обсуждать Наследника и спорить, кому вообще можно продать жетон Людвига Штейна. Выходило не очень: очевидного покупателя, которому я мог бы спокойно передать духовное сокровище Старшего Мистика, у меня не было. Особенно сейчас, когда любой Мистик с силой молний автоматически вызывал подозрения из-за связи с Громовержцем.

Сиси тем временем в очередной раз завела старую песню о том, что мне необходимо покинуть столицу.

— Элитные отряды уже должны прибывать в Приморскую Республику, — девушка скрестила руки на груди. — Как только кто-нибудь из них выяснит, кто ты такой, за тобой могут отправить убийц. Будь я жива — так бы и избавилась от тебя. Слила бы твою личность тем же Воронам Брана, которые люто ненавидят всё что связано с Громовержцем.

Я тяжело вздохнул. Вот после таких разговоров желание продать жетон Наследнику становилось особенно сильным: получить две сотни Корон, купить защитные артефакты подороже и вообще как следует прибарахлиться.

Сейчас деньги напрямую влияли на мою выживаемость, и это чувствовалось особенно остро.

Заодно захотелось как можно скорее вернуться домой и выпотрошить Лича и Винсента. Наверняка у обоих есть тайники, деньги, артефакты или что-нибудь ещё ценное. Вьюн уже доказал, насколько прибыльным может оказаться разговор с мёртвым Старшим Мистиком.

Наконец дверь снова открылась, и в комнату вернулась старуха с небольшим деревянным ящичком в руках. Она поставила его на стол и откинула крышку. Внутри, утопая в соломе, лежала склянка с густой синей жидкостью.

— Экстракт синего янтарита высшего качества, — старуха постучала узловатым пальцем по коробке. — Двести двадцать Корон.

Скрепя сердце, я достал приготовленную пачку банкнот. Старуха забрала её, мерзковато облизнула большой палец и принялась скрупулёзно пересчитывать деньги. Я терпеливо ждал.

— Двести девятнадцать… Двести двадцать, — наконец закончила она и кивнула. — Забирай.

Я уже потянулся к ящичку, но передумал тащить его с собой: вытащил склянку из соломы и аккуратно спрятал во внутренний карман.

Вот теперь мне стало неуютно. В кармане лежало сокровище стоимостью двести двадцать Корон, и я не удивлюсь, если за такими покупателями тут специально следят.

Я поднялся, попрощался со старухой и вышел из комнаты.

— Осмотритесь вокруг, — едва слышно пробормотал я, покосившись на призраков. — Проверьте, нет ли слежки.

Давыдов и Сиси тут же разлетелись в разные стороны.

Выйдя на улицу, я смешался с толпой. Прошёл несколько десятков метров, свернул в переулок и, выбрав подходящий момент, незаметно снял маску. После этого нашёл свободный экипаж и назвал кучеру адрес лавки.

Даже сев внутрь, я ещё какое-то время оставался настороже, и только минут через пять удалось немного расслабиться. Никто за мной не гнался, да и вернувшиеся Давыдов с Сиси ничего подозрительного не обнаружили. Значит, скорее всего, всё в порядке.

Добравшись до дома, я расплатился с кучером, вошёл в лавку, заглянул в мастерскую и замер на пороге.

За моим рабочим столом сидел горбун — тот самый Тони, который прислуживал герцогу Гразе. Он развалился на стуле, закинув ногу на ногу, и лениво покачивал носком ботинка, будто находился не в чужой лавке, а у себя дома.

Я мгновенно напрягся. Как он сюда пробрался? И почему Шарлотта меня не предупредила? Хотя она же сейчас в теле Пирожочка — наверное, где-то наверху тусит.

Рука сама скользнула к кобуре, и уже через секунду револьвер смотрел на незваного гостя. Тони даже не шелохнулся — лишь насмешливо улыбнулся.

— Успокойся, — горбун небрежно махнул рукой. — Я пришёл не для того, чтобы тебя убивать.

— Зачем ты пришёл? — процедил я.

— Этой ночью господин тебя навестит, — улыбка исчезла с лица Тони, и горбун поднялся из-за стола. — Он собрал пять жемчужин и требует, чтобы ты выполнил свою часть договора.

Внутри у меня всё похолодело. Пять? Уже⁈ Как он вообще умудрился собрать их настолько быстро⁈

Тони медленно подошёл ближе и прищурился, словно пытался что-то прочитать по моему лицу. Похоже, моя реакция ему совершенно не понравилась.

— Неужели ты хотел его обмануть? — горбун вдруг ощерился, показав жёлтые зубы.

Он едва заметно дёрнул руками, и свисавшие с его запястий цепи тихо звякнули.

— Ты правда настолько туп? Господин ведь предупреждал. Если ты его обманешь, погибнешь не только ты. Твоя семья, твои знакомые — все с кем ты был знаком.

Я крепче сжал рукоять револьвера.

— Кто тебе сказал, что я не выполню свою часть сделки? — сухо произнёс я.

Тони ничего не ответил.

И тут рядом подал голос Давыдов:

— Знаешь… А ведь я кое-что слышал о Гразе.

Я не повернул головы, продолжая держать горбуна на прицеле. Мы с ним молча смотрели друг другу в глаза, а граф задумчиво продолжил:

— В своё время ходили слухи, что Гразе скупал духовные сокровища, связанные с Громовержцем, и уничтожал их. Ты же знаешь его историю? Люди Мясника уничтожили весь род Гразе и долгое время страшно пытали самого герцога.

О да, я знаю его историю — сам видел, как ему в лоб воткнули булавку с янтаритовым навершием.

— У меня есть предложение, — произнёс я, лихорадочно думая.

— Хочешь отсрочить выполнение договора? — Тони слегка приподнял брови. — Поторговаться с господином?

— Нет, — покачал я головой. — Пусть герцог приезжает ночью, как и собирался. Но до этого я могу кое-что вам продать.

Теперь горбун удивился.

— Говорят, в своё время герцог скупал духовные сокровища последователей Громовержца и уничтожал их, — продолжил я. — Может, напоследок захочет тряхнуть стариной? Так сказать, вспомнить молодость.

Тони с прищуром смотрел на меня, словно пытался прочесть мои мысли. Не дождавшись ответа, я пояснил:

— В ближайшие часы у меня появится возможность выкупить жетон офицера Янтарной Гвардии — Старшего Мистика из пантеона Громовержца. Это полноценное духовное сокровище Старшего Духа.

— О, — горбун удивлённо моргнул.

— Насколько я понимаю, — добавил я, — через несколько часов этот жетон может оказаться у Наследника. Если, конечно, вы не захотите перехватить его раньше.

— Твоё поведение выглядит очень странно, — в голосе Тони прорезалось подозрение.

— Можете проверить мои слова, — хмыкнул я. — Если окажется, что я вас обманул, думаю, герцог найдёт способ вытрясти из меня компенсацию.

Тони несколько секунд молча разглядывал меня.

— Зачем тебе это? Зачем вредить Наследнику?

— Неважно, — отрезал я. — Это уже мои личные дела.

Горбун некоторое время помолчал, внимательно разглядывая меня. А затем спросил:

— Сколько?

— Двести пятьдесят Корон, — не моргнув глазом, ответил я.

— Сколько⁈ — горбун аж поперхнулся.

— Это духовное сокровище Старшего Мистика, — спокойно напомнил я. — Вы и сами знаете, что Наследник сейчас активно набирает людей, а Громовержец его поддерживает. Думаю, герцогу будет приятно, если подобная вещь не попадёт к ним в руки.

Горбун продолжал смотреть на меня так, будто вообще перестал понимать происходящее. Если честно, я и сам понимал не намного больше — просто хватался за подвернувшуюся возможность и старался пока не думать о том, что ночью ко мне придёт Эдмунд Гразе — один из самых влиятельных людей страны.

Раньше я удивлялся, как столетний старик вообще пережил два прямых разряда — от Диагностики и Погружения. Но теперь, когда я гораздо лучше представлял, на что способны сильные Мистики, всё встало на свои места. Скорее странно, что мои молнии вообще сумели причинить ему хоть какой-то вред.

Наверняка тогда Гразе просто меня недооценил. Пришёл к какому-то нищему лавочнику, не ожидая настоящей опасности, и даже не подумал как следует обвешаться защитными артефактами. В следующий раз мне так не повезёт.

— Я свяжусь с господином, — наконец сухо произнёс Тони, всё ещё не сводя с меня подозрительного взгляда. — Но запомни: за тобой следят. Каждый твой шаг под наблюдением.

— Наблюдайте на здоровье, — пожал я плечами. — Только если не хотите, чтобы Наследник получил ещё одного Старшего Мистика с молниями, советую поторопиться. Через три-четыре часа даже я не смогу ничего сделать.

Тони коротко хмыкнул, развернулся и быстро вышел из мастерской. Я последовал за ним в торговый зал и дождался, пока за горбуном закроется входная дверь.

Вот я и остался один. Ну, почти один.

— Ну и лис же ты, — с любопытством разглядывая меня, заявила Сиси. — Мне даже завидно, что это не я провернула такую интригу.

Давыдов хохотнул, довольно глядя на меня.

— Я, конечно, половины не поняла, но ведь правильно догадалась? — продолжила Сиси. — Ты не можешь выполнить свою часть договора с этим герцогом?

Я ничего не ответил и тяжело опустился на стул у прилавка. Вот теперь действительно пришло время хорошенько подумать, как вылезать из того дерьма, в которое я сам себя загнал.

В этот момент из мастерской показался Пирожочек. Жирная белая крыса бодро подбежала ко мне, одним прыжком запрыгнула на прилавок, улеглась рядом и принялась радостно вилять хвостом.

Я машинально протянул руку и погладил её по спине.

— Шарлотта… — тихо пробормотал я.

Пирожочек довольно запищал.

Я замер и несколько секунд смотрел на толстую крысу под своей ладонью. А потом в голове начала медленно складываться одна идея.

Я сидел, поглаживая Пирожочка, и прокручивал в голове только что созревший план.

Да, вряд ли герцог будет в восторге. Но другого решения его проблемы я всё равно предложить не могу.

В этот момент из тела крысы вынырнула Шарлотта, и я тут же насторожился. Выглядела девочка неважно: почти прозрачная, с мерцающими очертаниями, будто вот-вот исчезнет.

— Фух… — с облегчением выдохнула она, расправляя плечи. — Последние полчаса дались особенно тяжело.

Шарлотта обеспокоенно посмотрела на свои ладошки, сквозь которые просвечивал прилавок.

Я сосредоточился на ней, и перед глазами всплыли знакомые строчки.

— У тебя осталось всего тридцать три процента целостности, — мрачно сообщил я.

Не теряя времени, я прищурился и активировал Восполнение. Тело Шарлотты окутали полупрозрачные молнии, и с каждой секундой её силуэт становился всё плотнее.

Одного Восполнения не хватило, чтобы довести целостность до ста процентов, поэтому я достал Лунную жемчужину, вытянул из неё энергию и повторил процедуру.

— Спасибо, — широко улыбнулась Шарлотта, разглядывая снова обретшие чёткость пальчики.

Блин, в Жемчужине осталась половина энергии. Надеюсь, идея с ошейником сработает. Если нет, придётся искать другой способ, как восполнять энергию в столице — и он точно будет не очень удобным…

— Так ты расскажешь, какое именно соглашение заключил с герцогом? — Сиси с любопытством зависла напротив меня.

— С герцогом? — Шарлотта удивлённо распахнула глаза. — Ты с ним встречался?

— Нет, с его горбуном, — покачал я головой. — Он приходил сюда.

— Он был здесь? — нахмурилась девочка. — А я его даже не заметила.

— Ты была в теле Пирожочка, так что неудивительно, — пожал я плечами.

Разговаривая с Шарлоттой, я продолжал теребить толстую крысу за щёки, и Пирожочек, сонно вертя головой, понемногу приходил в себя.

— Ой! — вдруг спохватилась Шарлотта. — А сколько сейчас времени? Я же должна была точно засечь, сколько могу находиться в его теле!

— Почти два часа дня, — я сверился с карманными часами.

— Так мало… — расстроенно протянула девочка. — Я пробыла в нём меньше трёх часов.

— Ну ничего, — подбодрил я её. — Почти три часа — это тоже немало.

К этому моменту Пирожочек окончательно проснулся и принялся недовольно отпихивать мои руки передними лапками. Я напоследок почесал его за ушком, потрепал по загривку и наконец оставил в покое.

Крыса тут же шустро пробежала по прилавку, тяжело спрыгнула на пол и устремилась к лестнице.

— Вот же мохнатый мячик, — хмыкнул я, глядя ему вслед.

— Что от тебя хотел горбун? — Шарлотта встревоженно подлетела ближе.

— Сказал, что герцог Гразе собрал пять Лунных жемчужин, — помрачнел я. — И что этой ночью он меня навестит.

— И что теперь делать? — едва слышно выдохнула Шарлотта, испуганно глядя на меня.

— Есть у меня одна идея, — я задумчиво побарабанил пальцами по прилавку.

Тут из мастерской донеслись шаги, и в торговый зал заглянула Маша.

— О, господин, вы уже вернулись! — просияла девушка. — Идите обедать, у меня почти всё готово.

— Иду, — я поднялся со стула.

Всё равно заняться пока было нечем: предстояло дождаться, когда горбун вернётся с ответом, а до назначенной встречи со Шварцем оставалось ещё больше двух часов.

Проходя через мастерскую, я невольно зацепился взглядом за мешочки с золотом на рабочем столе. Все они были туго завязаны, аккуратно сдвинуты в кучку и лежали немного не там, где я их оставил.

Я остановился и вопросительно покосился на Шарлотту, кивнув на мешочки.

— Это Витя, — спокойно пояснила она. — Увидел их, долго смотрел, потом рассовал по карманам и пошёл к выходу. А затем вернулся и всё положил на место. Его аж трясло, так он волновался.

Я медленно кивнул. Что ж, будем считать, что это была своего рода проверка, и Витя её прошёл, хоть и со скрипом.

Шарлотта осталась внизу, а я поднялся на кухню и сел за стол. Маша тут же поставила передо мной куриные котлеты с запечённым картофелем под сырной корочкой.

Всё оказалось очень вкусным, о чём я не забыл сообщить девушке — я уже знал, как она любит заслуженную похвалу.

Пока я ел, мысли то и дело возвращались к горбуну. Если герцог согласится купить жетон, это решит сразу несколько моих проблем. Во-первых, духовное сокровище не достанется Наследнику. Во-вторых, у меня появятся деньги на покупки у Шварца.

Вот только радоваться возможной сделке всё равно не получалось — слишком уж сильно меня напрягал предстоящий ночной визит герцога Гразе.

Закончив с едой, я откинулся на спинку стула. Маша тем временем разлила по чашкам чай, села рядом и некоторое время явно собиралась с духом.

— Господин… — наконец негромко начала она.

— М-м? — я сделал глоток и поднял на неё глаза.

— Мне ведь завтра идти в школу? — Маша нервно покрутила в пальцах чайную ложку.

— Разумеется, — не задумываясь, подтвердил я.

— Тогда надо купить школьные принадлежности, — девушка замешкалась и отвела взгляд. — Мои остались у госпожи Аурелии.

— Сможешь сходить одна?.. — я бросил взгляд на часы и тут же передумал. — Хотя нет. Возьми с собой Сшивателя и Витю. Походите по магазинам, купите одежду, школьные принадлежности и вообще всё, что тебе понадобится.

— Вы уверены? — робко уточнила Маша.

— Конечно, — я достал из внутреннего кармана оставшиеся деньги.

Отсчитав четыре купюры в половину Короны, я положил их на стол перед Машей. Двух Корон должно было хватить на всё с избытком.

В отличие от Гданежа, в столице банкнотами пользовались куда чаще, так что можно было не бояться, что детям где-нибудь не смогут дать сдачу.

— Спасибо, господин, — девушка бережно сложила купюры и спрятала их в карман.

— Артур, — внезапно раздался у меня в голове голос Шарлотты. — Горбун вернулся. Он уже возле лавки.

Ого, так быстро? Прошло от силы минут тридцать.

Я торопливо допил чай, поднялся из-за стола и спустился вниз.

Тони уже был в торговом зале и целенаправленно шагал в сторону моего рабочего стола — видимо, снова собирался устроиться в моём кресле. Увидев меня, он остановился и слегка прищурился.

— Герцог согласен на твоё предложение.

Я сдержал лицо, хотя хотелось шумно выдохнуть.

— Но знай, — горбун немного подался вперёд, и его голос стал заметно тише. — Если ты посмеешь его обмануть…

Последние слова он многозначительно растянул и выдержал паузу.

— Впрочем, ты и так должен прекрасно понимать последствия.

— Конечно, — я серьёзно кивнул. — Я всё понимаю.

По лицу горбуна было отчётливо видно, что ему не хочется отдавать мне деньги. Но он сунул руку за пазуху, вытащил толстую пачку банкнот и протянул мне. Я принял деньги с невозмутимым видом, стараясь не показывать, насколько сильно взволнован. Двести пятьдесят Корон — вот теперь можно действовать.

— Куда теперь поедешь? — неожиданно поинтересовался Тони.

— Скоро отправлюсь к Лысому Шварцу, — я взглянул на часы. — Знаете такого?

— Знаю, — горбун задумчиво потёр подбородок.

Я убрал деньги во внутренний карман.

— Но не верю, что он способен предать своего господина, — после короткой паузы добавил Тони.

— А кто говорил о предательстве? — я приподнял брови. — В любом случае это уже не ваше дело. С вас деньги — с меня результат. И результат будет, уверяю.

Горбун недовольно фыркнул, но больше ни о чём спрашивать не стал. Он развернулся и уже направился к выходу, когда я его окликнул:

— Постой.

Тони остановился и оглянулся через плечо.

— Пусть этой ночью герцог возьмёт с собой артефакт, чувствующий ложь, — веско произнёс я. — А ещё самый сильный договор клятвы, какой только сможет найти. Такой, чтобы даже после смерти одной из сторон вторая всё равно была обязана соблюдать условия.

Горбун несколько секунд пристально изучал моё лицо, а затем медленно кивнул.

— Я передам твои слова господину, — бросил он и вышел из лавки.

Я дождался, пока за ним закроется дверь, и только тогда позволил себе расслабиться. Провёл ладонью по лбу, стирая выступивший пот. Фух, первый этап прошёл как надо.

— Хорош, — одобрительно хмыкнул Давыдов, глядя на закрывшуюся за горбуном дверь.

— Не без твоей помощи, — я устало усмехнулся и повернулся к графу. — Спасибо за подсказку. Если бы ты вовремя не рассказал про Гразе, я бы до такого варианта даже не додумался.

— Я и сам вспомнил совершенно случайно, — Давыдов небрежно пожал плечами.

Но по его сияющей физиономии было отлично видно, как он гордится провёрнутой афёрой.

— Да что вообще случилось-то? — Шарлотта нахмурилась и зависла между нами. — Вы мне наконец объясните или нет?

— Всё просто, — с важным видом начал Давыдов. — Артур нашёл способ продать жетон офицера за большие деньги и при этом сделать так, чтобы он не достался Наследнику.

Я снова проверил время. Ехать к Шварцу было ещё рановато, но теперь, когда денег у меня заметно прибавилось, можно и прикупиться. К тому же люди герцога, скорее всего, и правда за мной следят — не помешает показать им хоть какую-то активность. Так что, чуть подумав, я решил ехать прямо сейчас.

Взяв с собой жетон, я покинул лавку и отправился искать свободный экипаж. По пути мысленно попросил Шарлотту рассказать о моей сделке с герцогом Давыдову и Сиси. Всё-таки показывать недоверие призракам, которых я сам к себе привязал, совершенно не хотелось. Если я собираюсь и дальше пользоваться их помощью, придётся привыкать делиться с ними хотя бы частью своих планов — тем более, они скоро сами всё увидят.

Уже сев в экипаж, я мысленно рассказал Шарлотте о своём плане — о том, как собираюсь разговаривать с герцогом.

— Время блефа прошло, — говорил я, глядя в окно. — Пора выкладывать все карты на стол.

Шарлотта была встревожена, но согласилась со мной в том, что по-другому эту проблему не решить.

Ресторан «Горбуша», личные покои владельца.

Герцог Гразе сидел, глубоко утонув в кресле.

Выглядел он неважно: пергаментная кожа, усеянная старческими пятнами, туго обтягивала череп, а пальцы едва заметно подрагивали. Эдмунд сильно сдал.

Чтобы достойно выглядеть перед представителями Бессмертных Симурга, ему пришлось принять несколько сильнодействующих эликсиров, и последствия не заставили себя ждать.

Перед герцогом в полупоклоне застыл Тони, ожидая приказа. Он только что вернулся из лавки Артура Ричи и передал его слова — про артефакт распознавания лжи и клятву.

Эдмунд хмурился, обдумывая доклад. Возня, которую затеял Артур Ричи, ему совершенно не нравилась.

Герцог чувствовал, что за всем этим скрывается нечто гораздо большее.

Ему вспомнился вчерашний день, когда к нему неожиданно прибыл представитель Собора из фракции Сына Творца. Уже один этот визит заставил Эдмунда насторожиться, но куда сильнее его обеспокоило то, что сказал храмовник.

Тот крайне осторожно посоветовал герцогу быть лояльнее к Артуру Ричи и не требовать от него невозможного. А затем намекнул, что другого пути спасти свою душу у Эдмунда может и не оказаться — и что помочь ему способен именно Артур Ричи.

Первой мыслью герцога было, что молодой человек каким-то образом тесно сотрудничает с фракцией Сына Творца и сам организовал этот визит. Вот только подобное казалось невозможным.

За Артуром постоянно следили. С момента приезда в столицу он ни разу не посещал Собор и не встречался ни с кем, кто мог бы передать подобную просьбу. Разумеется, существовали артефакты, позволяющие связываться на расстоянии, но герцог чувствовал — Артур Ричи тут не причём.

Были и другие странности — взять хотя бы царя Парсиды.

Изначально тот категорически отказывался расставаться со своей Лунной жемчужиной, несмотря на то что герцог предлагал за неё едва ли не четверть собственного состояния. Эдмунд был готов задействовать все свои связи и помочь Парсиде приобрести столь необходимые этой стране экстракты янтарита.

Последние два десятилетия Парсида всё сильнее отставала от соседей по числу и мощи Мистиков. Другие государства негласно поддерживали такое положение дел и крайне неохотно продавали туда экстракты светлого и тем более синего янтарита, чтобы не позволить ей нагнать остальных.

Герцог был готов нарушить это негласное правило. Стоя на пороге смерти и не имея наследников, он уже не слишком заботился о том, к каким последствиям это приведёт после его кончины.

Но даже такие условия царя не убедили. А потом тот вдруг сам передумал и, более того, потребовал провести обмен как можно скорее. Разумеется, Эдмунд согласился.

И это был не единственный подобный случай. Некоторые из жемчужин, с поиском которых герцог ожидал серьёзных трудностей, словно сами плыли ему в руки.

А буквально этим утром в резиденцию прибыл посланник из Тяньлина. Один из древних кланов, где хранилась Лунная жемчужина, неожиданно согласился передать её Эдмунду в обмен на артефакт из его коллекции.

Причём на эту жемчужину герцог даже не рассчитывал. Когда поиски только начались, он на всякий случай разослал предложения всем известным владельцам подобных сокровищ, и письмо в Тяньлин было скорее формальностью.

И вот теперь в течение ближайшего часа к нему должен был прибыть представитель клана, чтобы завершить обмен.

Эта жемчужина станет уже шестой. Шестой! Хотя для сделки с Артуром требовалось всего пять.

Герцог перевыполнил собственный план и сам толком не понимал, каким образом это произошло.

Всё складывалось слишком легко. Слишком многое в последние дни оборачивалось в его пользу. А теперь ещё этот неожиданный визит человека из Собора и странные слова Артура Ричи.

Эдмунд медленно провёл ладонью по лицу. Для простых совпадений это было уже чересчур.

— Как только прибудет человек из Тяньлина и обмен будет завершён, мы сразу же отправимся к Артуру Ричи, — наконец хрипло распорядился герцог. — Не будем ждать ночи.

— Да, господин, — Тони коротко поклонился и, не задавая лишних вопросов, направился к выходу.

Добравшись до оружейного магазина, я надел маску, вошёл внутрь и, как и пару часов назад, попросил старичка-продавца позвать Шварца.

Вскоре из-за двери позади прилавка показался здоровяк и удивлённо уставился на меня.

— Шокер? — Шварц почесал гладкую макушку. — Я же говорил: через три-четыре часа. Ты рано приехал, товар ещё не доставили.

— Хочу заказать кое-что ещё, — невозмутимо пояснил я.

— А-а-а, это всегда пожалуйста! — оживился Шварц и кивнул в сторону кабинета. — Заходи.

Я прошёл за ним в кабинет. Едва за нами закрылась дверь, здоровяк обернулся ко мне.

— Что там насчёт той вещички, которая может оказаться духовным сокровищем? — голос оружейника зазвучал куда серьёзнее.

— Пока непонятно, — поморщился я. — Но, знаешь, меня всё сильнее одолевает предчувствие, что это обманка.

— Ты всё равно неси, — Шварц небрежно махнул рукой. — Я отправлю её в резиденцию, там всё проверят и точно скажут, обманка или нет.

— Договорились, — не стал спорить я.

Устроившись напротив Шварца, я взял знакомую папку с перечнем товаров и принялся неспешно её листать. В этот раз я специально не торопился — мне всё равно нужно было проторчать здесь какое-то время.

Я пробегал глазами по списку, изредка задерживаясь на особенно интересных позициях, и наконец вернулся к разделу защиты.

— Знаешь что, — я постучал пальцем по странице. — Тот браслет с тремя зарядами, про который ты говорил, я всё-таки возьму.

— Правильный выбор! — одобрительно гаркнул Шварц и врезал мне по плечу, дебила кусок.

— Кстати, ты знаешь организацию Кудесников? — процедил я, стараясь не обращать внимание на ноющее плечо и на сильное желание вытащить револьвер и застрелить этого придурка.

— Знаю, — кивнул оружейник. — Даже немного с ними знаком.

— У них защитные артефакты оценивают по мощности удара, который способен выдержать барьер. Для этого есть специальные единицы. У вас ничего подобного нет?

— Нет, у нас всё попроще, — Шварц потеребил свой нос. — Но артефакты у Кудесников в среднем и правда помощнее, тут спорить не стану. Всё-таки Червонная Империя, у них артефакторика очень хорошо развита.

— Да, слышал, — я перевернул страницу и продолжил изучать товары.

— Кстати, тут слухи ходят, — как бы между делом заметил я. — Говорят, Бессмертные Симурга могут в любой момент прибыть в Приморскую Республику.

Я бросил быстрый взгляд на Шварца — здоровяк заметно помрачнел.

— Не только они, — процедил он. — Сейчас сюда многие шакалы стягиваются, никак им у себя на родине не сидится.

На его скулах заиграли желваки.

— Всё никак не успокоятся. Хотят добить нашу Империю, уничтожить даже память о ней.

После этого Шварц прошёлся по другим государствам таким отборным матом, что я мысленно приказал Шарлотте заткнуть уши.

Сам я слушал его вполуха, продолжая листать каталог и прикидывать, что ещё может мне понадобиться. Этой ночью ко мне пожалует герцог Гразе, и встретить его хотелось во всеоружии.

Может, взять ещё один одноразовый атакующий артефакт вроде того стеклянного револьвера?

Немного подумав, я всё же отбросил эту мысль. С атакующей мощью у меня сейчас и так всё неплохо: мои собственные молнии стали гораздо сильнее, да и «Серый Ворон», снятый с трупа Винсента, оказался весьма серьёзным оружием. К тому же я уже заказал к нему недешёвые убойные патроны, так что этого должно хватить.

Я перелистнул несколько страниц и остановился на разделе усиливающих артефактов. Здесь моё внимание привлекла одна позиция, которую я приметил ещё в прошлый раз. Тогда я даже не стал ничего спрашивать — цена сразу отбила всякое желание.

Кольцо усиления молний.

Цена: 200 Корон.

— Расскажи вот про это, — я ткнул пальцем в строчку.

— О-о-о! — Шварц мгновенно воодушевился и даже приосанился. — Это один из козырей нашей Империи! Подобный артефакт должен быть у каждого уважающего себя Мистика молний!

Шварц говорил с таким энтузиазмом, будто сам эти кольца и производил.

— И знаешь что? — он многозначительно поднял палец. — Ты больше нигде такого не найдёшь, только у нас. Создавать подобные артефакты умеет лишь один из ремесленников Наследника.

Здоровяк гордо посмотрел на меня, и я с трудом подавил скептический смешок. Ну да, конечно. Просто всем остальным такой артефакт нахрен не нужен. Мистиков молний и без того почти нигде не встретишь — подавляющее большинство из них сосредоточено именно вокруг Наследника.

— Говорят… — Шварц неожиданно понизил голос почти до шёпота. — Наследник дарит такие кольца офицерам, которые особенно отличились на службе. Так что, если двух сотен сейчас жалко, можешь не покупать, — здоровяк хитро прищурился. — Подожди, прояви себя — и, глядишь, получишь такое за заслуги.

— Ты не забыл, что сегодня тебя ждут на ужин у отца? — вдруг подал голос Давыдов.

Блин, и правда совсем из головы вылетело — все мысли крутились вокруг герцога и ночной встречи с ним.

Я украдкой взглянул на часы. Уже три часа дня. Аристократы обычно ужинают в шесть, иногда в восемь. Но если меня официально пригласили на ужин без уточнения времени — то, скорее всего, в шесть.

Прикинув в голове дальнейшие планы, я снова опустил взгляд на заинтересовавшую меня строчку.

Хорошее кольцо, и заполучить его очень хотелось. Только вот цена кусалась — особенно сейчас, с учётом всех сегодняшних трат.

— И насколько сильно оно увеличивает мощность молний? — поинтересовался я у Шварца.

— Точно не скажу, — здоровяк с сожалением покачал головой. — Сам проверить не могу, у меня другая способность.

Я не стал спрашивать, какая именно — всё-таки среди Мистиков подобные вопросы могли счесть невежливыми. Но Шварц неожиданно продолжил сам:

— Я владею силой времени, — гордо заявил он и победно посмотрел на меня. — Меня даже Кроносом прозвали, в честь бога времени.

— Ого, — искренне удивился я.

Вот уж чего не ожидал. Так вот почему его тогда в «Граните» назвали господином Кроносом.

Любопытство быстро победило осторожность.

— И как это вообще работает? — не удержался я.

— Могу создавать поле замедления времени, — охотно пояснил Шварц. — Все вокруг меня становятся медленнее.

Он едва заметно улыбнулся, а в следующую секунду его рука метнулась к кобуре.

Я рефлекторно потянулся к своему револьверу, и мне вдруг показалось, будто я завяз в густом сиропе. Мои пальцы только-только коснулись рукояти, а Шварц уже выхватил оружие, с ухмылкой крутанул на пальце и сунул обратно в кобуру. И всё это — за какую-то секунду.

Ощущение тягучести исчезло так же резко, как появилось, а я так и застыл, сжимая рукоять собственного револьвера.

— Видишь? — Шварц самодовольно откинулся на спинку кресла.

Я медленно убрал руку от кобуры.

— Очень неприятная способность, — признался я.

— Ага, — довольно кивнул здоровяк. — Пока никто о ней не знал, я вообще был практически непобедим. Но сейчас каждая собака знает, что Лысый Шварц и Кронос — один и тот же человек, — он тяжело вздохнул. — Так что скрывать от тебя смысла нет.

— Ценю твоё доверие, — я уважительно склонил голову.

— А твои молнии насколько сильные? — усмехнулся Шварц.

Я задумался, подбирая ответ.

— Достаточно, чтобы парализовать человека, — осторожно произнёс я.

— Ну, это понятно, — отмахнулся Шварц. — Я немного о другом. Говорят, у Наследника недавно открылась новая способность, — здоровяк заговорщицки навалился локтями на стол. — Серебряные молнии, которые буквально разрушают материю. Слышал о таком?

— Нет, — я заинтересованно подался вперёд.

— Мол, если такая молния как следует попадёт в человека, от него чуть ли не один уголёк останется, — Шварц нехорошо усмехнулся. — Может, у тебя что-то подобное?

— Да нет, у меня обычные молнии, — пожал я плечами. — В основном парализующий эффект. Ну и ожоги, конечно.

Я покрыл ладонь электрическими разрядами.

— Понятно, как у большинства, — кивнул Шварц. — Но ты же Старший Мистик, так что и свои преимущества наверняка имеются. Недооценивать себя не стоит.

— Это да, — уклончиво улыбнулся я.

Ещё раз взглянув на строчку с кольцом за двести Корон, я всё-таки закрыл папку. Нет, пока слишком дорого. Денег у меня хватит, но я ведь должен отдать Виолетте её половину от кольца — так что пока повременю.

— Чаю хочешь? — радушно предложил Шварц.

— Давай, — кивнул я.

Следующие полчаса мы со Шварцем болтали. Но чем больше времени проходило, тем сильнее я хотел отсюда свалить — этот придурок подлил себе алкашку в чай и стал совсем невыносим.

— Шокер, братан! — он хлопнул меня по спине. — С тобой так приятно сидеть! Так душевно! Заходи почаще, а?

— Да, конечно… — я поднялся. — У меня сегодня назначен ужин, нужно ещё заехать домой и переодеться. После ужина загляну к тебе и заберу заказ, надеюсь, к тому времени всё доставят.

— Должны, — уверенно кивнул Шварц. — Я попросил ребят поторопиться. Ты крупный клиент, не каждый день у нас столько заказывают.

— Слышал, после разгрома Янтарной Тюрьмы у Наследника солдат прибавилось, — как бы невзначай бросил я. — Заказов, наверное, больше стало?

Шварц лишь усмехнулся и медленно покачал головой, но комментировать ничего не стал. Что ж, понятно.

— Буду ждать, — коротко отозвался он.

— До встречи, — кивнул я.

Мы пожали друг другу руки, после чего я вышел из кабинета, попрощался со старичком за прилавком и покинул магазин. Отойдя подальше, я незаметно снял маску и поймал экипаж.

Фух, наконец-то. У меня всё плечо отбито и спина ноет.

Когда мы уже подъезжали к улице Бехера, в голове прозвучал встревоженный голос Шарлотты:

— Они тут.

— Кто? — мысленно спросил я, мгновенно напрягшись.

— Герцог и его горбун, — зачастила Шарлотта. — Они сейчас внизу, в торговом зале.

Я скривился. Какого хрена⁈ Горбун же говорил, что герцог придёт ночью!

Герцог уже в лавке… Сердце забилось быстрее, мысли лихорадочно заметались.

— Они говорят с Машей, — продолжила докладывать Шарлотта. — Она идёт чай им готовить.

Экипаж как раз свернул на улицу Бехера, и я сразу заметил нескольких мужчин, стоявших неподалёку от лавки. Вроде бы они ничем не выделялись среди прохожих, но слишком уж внимательно провожали взглядами мою карету. Наблюдатели герцога? Скорее всего.

Экипаж остановился возле лавки. Я глубоко вдохнул, медленно выдохнул и мысленно велел:

— Вселись в Пирожочка и спускайся к нам.

— Опять? — удивилась девочка. — Я же совсем недавно из него вышла.

— Да, так надо. Но возьми с собой Давыдова. Научи его тоже вселяться в Пирожочка.

— Поняла.

Блин, я думал у меня будет больше времени. Не ожидал, что герцог приедет так быстро.

Я расплатился с извозчиком и выбрался наружу. Из стены лавки тут же вынырнула Шарлотта, подлетела к Давыдову и принялась торопливо что-то ему объяснять. Через несколько секунд оба призрака скрылись внутри.

— Пирожочка сначала надо покормить, — предупредила Шарлотта.

— Сейчас разберёмся, — мысленно пообещал я.

Я толкнул дверь и вошёл в торговый зал.

Эдмунд Гразе с хозяйским видом сидел за прилавком. Несмотря на тепло в помещении, плечи герцога укрывала тяжёлая шуба.

Выглядел старик откровенно плохо: лицо бледное, почти серое, а кожа так плотно обтягивала череп, что скулы выступали сильнее обычного. Казалось, с нашей последней встречи герцог постарел ещё лет на десять.

Тони стоял рядом и с улыбкой о чём-то разговаривал с Витей.

— Вить, — позвал я, подходя ближе. — Сбегай к Маше и скажи, чтобы срочно покормила Пирожочка.

— Хорошо, господин, — Витя бросил короткий опасливый взгляд на герцога и поспешил в сторону мастерской.

— Я ожидал вас ночью, — повернулся я к Гразе.

— Меня крайне заинтересовали твои слова, — медленно произнёс Эдмунд.

Говорил он негромко, с короткими паузами, будто даже речь отнимала у него силы.

— Да и наша небольшая сделка с духовным сокровищем тоже привлекла моё внимание, — герцог перевёл дыхание. — Ты получил то, о чём мы договаривались?

— Да, — я сунул руку во внутренний карман, достал целенький офицерский жетон и положил его на прилавок. — Вот.

Эдмунд взял жетон и несколько секунд молча его разглядывал, а затем выудил из-под шубы странный прибор, чем-то напоминающий небольшую лупу на длинной ручке. Поднеся его к жетону, герцог прильнул глазом к окуляру и на какое-то время замер.

— Ты был прав, — наконец констатировал Эдмунд, опуская прибор. — Это духовное сокровище.

Спрятав прибор обратно под шубу, герцог принялся задумчиво вертеть жетон в худых пальцах.

— Да… Такие знаки действительно выдавали Старшим Мистикам Янтарной Гвардии, — Эдмунд посмотрел на меня. — Знаешь, кому он принадлежал?

— Имя мне не известно, — покачал я головой. — Но я знаю, что этот дух может даровать способность цепной молнии.

Эдмунд медленно кивнул и положил жетон на прилавок.

— Сломай его, — не оборачиваясь, бросил он Тони.

Горбун тут же шагнул вперёд, подхватил жетон и легко подбросил его в воздух. Цепь, свисавшая с его запястья, мелькнула так быстро, что я едва успел заметить движение.

ХРЯСЬ!

Жетон раскололся на несколько частей, и металлические осколки брызнули в разные стороны. Я краем глаза проследил, куда они упали.

В этот момент из мастерской вышла Маша с подносом, на котором стояли две чашки чая.

— О, господин, — она кивнула мне, осторожно удерживая поднос. — Я вас так быстро не ждала.

— Принеси и мне чаю, пожалуйста, — попросил я.

— Конечно, — Маша поставила чашки на прилавок перед герцогом и Тони.

— Пирожочка покормила? — вполголоса уточнил я.

— Ещё нет, Витя только что сказал, — девушка прижала к груди опустевший поднос. — Сейчас покормлю.

Маша поспешила обратно, а я тем временем сходил в мастерскую за стулом, поставил его у прилавка и сел напротив герцога.

Эдмунд некоторое время молча разглядывал меня, и я тоже не спешил начинать разговор.

Вскоре вернулась Маша и поставила передо мной чашку.

— Спасибо, — кивнул я. — Пока погуляйте где-нибудь, хорошо? Возьми Витю с собой.

Я вытащил несколько купюр и протянул ей.

— Хорошо, господин, — девушка настороженно покосилась сначала на герцога, затем на Тони.

Она взяла деньги и ушла в мастерскую, плотно закрыв за собой дверь.

— Я бы хотел поговорить с вами наедине, — проводив её взглядом, я посмотрел на Эдмунда.

— Можешь говорить при Тони, — герцог небрежно махнул рукой. — У меня от него нет секретов.

— Даже если разговор касается вашей души? — я выдержал его взгляд.

Эдмунд стал серьёзнее, а Тони разом перестал улыбаться.

— И всё же советую меня послушать, — ровно продолжил я. — Поверьте, будет лучше, если об этом узнаете только вы.

Горбун недовольно нахмурился, но промолчал.

— Выйди, Тони, — герцог устало прикрыл глаза. — Если понадобишься, я тебя позову.

— Но, господин… — попытался возразить горбун.

— Я и так уже одной ногой в могиле, — отмахнулся Эдмунд. — А если Артур решит сглупить и нападёт на меня… Ты знаешь, что делать.

— Знаю, — процедил Тони.

Одарив меня злым взглядом, горбун пружинящей походкой направился к выходу.

Едва за ним хлопнула входная дверь, я поднялся со стула.

— Прошу, подождите минуту, — обратился я к герцогу.

Зайдя в мастерскую, я покопался среди сложенных там артефактов и вытащил один из тех, что достались мне от Вьюна. Выглядел он как небольшая металлическая шайба. По словам Давыдова, эта штука создавала купол, внутри которого невозможно подслушать разговор.

На всякий случай я активировал Диагностику, и перед глазами развернулась надпись:

Объект: Диск тишины.

Возраст: 45 лет.

Материалы: сталь, серебро, серый янтарит.

Состояние: исправен.

Свойства: при активации создаёт купол тишины радиусом 2 метра и высотой до 3 метров. Купол подавляет прохождение звука через границу области и препятствует прослушиванию разговора обычными и мистическими средствами.

Длительность действия: 60 минут.

Количество активаций: 1 из 1.

Заряд: 289 из 300.

Надеюсь, после использования диск не рассыплется в порошок и у меня получится его восстановить — очень полезная штука.

Вернувшись к герцогу, я поставил шайбу на прилавок, взял свою чашку и почти залпом осушил её. Честно говоря, я нервничал.

— Шарлотта, что там у Давыдова? Получается? — мысленно спросил я.

— Пока пробует, но ничего не выходит, — тут же отозвалась она.

— Поторопитесь, — велел я и перевёл взгляд на герцога: — Господин Гразе, вы взяли с собой артефакт, чувствующий ложь?

— Взял, — неторопливо кивнул Эдмунд.

— Достаньте, пожалуйста.

Герцог снова запустил руку под шубу и извлёк небольшую прозрачную пирамидку. В её основании виднелись четыре паза, и в каждый был вставлен довольно крупный янтаритовый накопитель.

Эдмунд принялся возиться с пирамидкой, но пальцы у него слегка дрожали, и с первого раза справиться с ней не удалось.

Любопытная вещица. Мне сразу вспомнился «Голос сердца» — родовое сокровище Ричи, которое передал мне Виктор. Тот артефакт выглядел куда проще, и пользоваться им было гораздо удобнее, хотя свойства у него такие же.

— Впервые вижу такой артефакт, — решил я нарушить молчание.

— Редкая штука, — пробормотал герцог. — И весьма бестолковая.

— Это ещё почему? — удивился я.

Эдмунд поднял на меня раздражённый взгляд.

— Я уже давно не могу активировать артефакты собственной силой Мистика, — сухо пояснил он. — Здоровье не позволяет. Поэтому приходится пользоваться только теми, у которых есть свои накопители.

— Вот как… — протянул я.

Наконец внутри пирамидки что-то щёлкнуло. Прозрачные стенки налились мягким золотистым светом, а под ними заклубился такой же золотой дымок.

— Каждый раз, когда ты солжёшь, дым потемнеет, — Гразе поставил пирамидку между нами. — Попробуй.

— Я женщина, — хмыкнул я.

Золотистый дым внутри пирамидки мгновенно стал угольно-чёрным.

— Я мужчина, — добавил я, и дым тут же снова посветлел.

— Отлично, — удовлетворённо кивнул я. — Именно то, что нужно.

— Мог бы придумать что-нибудь пооригинальнее, — проворчал Эдмунд. — Ладно, я тебя внимательно слушаю.

— Договор клятвы тоже взяли? — уточнил я.

Герцог смерил меня тяжёлым взглядом, но всё-таки кивнул.

— То, что ты просил, — весьма редкая вещь. Но один такой артефакт в моей коллекции нашёлся.

Порывшись под шубой, он достал плоскую коробочку и осторожно её открыл. Внутри лежала небольшая тёмная дощечка, чем-то напоминавшая древнюю глиняную табличку.

— Сокровище, пришедшее из древних времён, — негромко произнёс Эдмунд, глядя на неё. — Камень клятвы. Тот, кто приносит на нём клятву, впускает в свою душу частицу силы, которой больше нет на нашей земле. Если нарушит слово, эта сила его уничтожит.

— Если позволите, я бы хотел её проверить, — не сводя глаз с дощечки, произнёс я.

— И как ты собираешься это сделать? — хмыкнул герцог.

— Артефакт не пострадает, — заверил я.

Эдмунд перевёл взгляд на пирамидку. Золотистый дым внутри неё ничуть не изменился, и спустя пару секунд старик кивнул.

Я осторожно взял Камень клятвы и прямо у него на глазах активировал Диагностику. Мои ладони окутали электрические разряды.

Эдмунд вздрогнул и даже попытался приподняться, но молнии почти сразу исчезли, а артефакт остался совершенно цел.

До сих пор не знаю, что именно за электричество бьёт из меня во время Диагностики, но на обычный ток оно явно не похоже. Иначе половина предметов давно развалилась бы у меня в руках. Да и морская мина, которую я когда-то нашёл у деда Вали, разнесла бы к чертям не только меня, но и весь его склад.

Перед глазами развернулась информационная табличка, но на этот раз она отличалась от привычных — буквы слегка отливали золотом.

Объект: Камень клятвы.

Материалы: чёрный янтарит, кровавый янтарит, неизвестный минерал.

Происхождение: эпоха Истинных Магов.

Состояние: изношен.

Свойства: связывает произнесённую клятву с душой поклявшегося. Сформированные условия сохраняют силу до полного исполнения клятвы и не прекращают действовать в случае смерти второй стороны.

Нарушение условий клятвы влечёт разрушение души поклявшегося и смерть физического тела.

Дополнительное свойство: при полном исполнении значимой клятвы часть заключённой в артефакте силы переходит к поклявшемуся и укрепляет его душу.

Количество активаций: 1 из 1.

Доступно: Поглощение.

Заряд: 192 из 300.

Я несколько раз перечитал описание. Интересно, очень интересно. Я снова увидел Поглощение — и на этот раз не на отрубленных пальцах, превращённых в артефакты…

— Всё именно так, как вы сказали, — кивнул я, аккуратно возвращая дощечку в коробочку. — Крайне редкая вещь. Настоящее сокровище древних магов.

— Что это было? — в голосе Эдмунда прорезался холод.

Тут дверь мастерской открылась — показались Маша и Витя. Они быстро прошли мимо меня и вышли на улицу.

— Подождите минутку, — я взглянул на Эдмунда и поднялся.

Пройдя к выходу, я выглянул наружу и проследил, как брат с сестрой покинули улицу Бехера.

Вернувшись к герцогу, я положил ладонь на Диск тишины и активировал его. Воздух над прилавком на мгновение дрогнул, и вокруг нас сформировался едва заметный купол. Всё, теперь можно говорить.

— То, что вы увидели — одна из граней моей силы, — я посмотрел герцогу прямо в глаза. — Вы ведь помните нашу первую встречу? Когда вы пришли ко мне в лавку искать ответы.

Лицо Эдмунда стало ещё мрачнее.

— Тогда я сказал вам, что сам не знаю, каким образом прошёл проверку лунным порошком. И что получил свои способности после того, как заключил контракт с неким Алхимиком Душ.

Я кивнул на всё ещё работающую пирамидку.

— Теперь понимаю, почему вы тогда не взяли с собой артефакт, чувствующий ложь. Но если бы он у вас был, вы бы сразу поняли, что в этом я не врал.

— Этого не может быть, — глухо произнёс Эдмунд, не сводя взгляда с золотистого дымка внутри пирамидки. — Этого просто не может быть.

— Может, — пожал я плечами.

— Как? — Эдмунд впился в меня взглядом.

Я выдержал короткую паузу.

— Мне помог Просветитель Аврелий.

Эдмунд заметно растерялся. Причём, что интересно — он мне явно начал верить.

— Я не понимаю, — пробормотал Эдмунд. — Зачем Просветителю вообще помогать тебе?

— Потому что я его далёкий потомок, — спокойно пояснил я.

Герцог нахмурился ещё сильнее и снова посмотрел на пирамидку. Он даже взял её в руки и покрутил, проверяя накопители.

— Я не лгу, герцог, — вздохнул я. — Основателем рода Ричи был младший сын Елены Мудрой и Родомира Гениального. Он носил фамилию Речинский, но сбежал из Червонной Империи. Возможно, потому что не хотел жениться на графине Болконской, не знаю. Он перебрался в Янтарное Княжество и основал здесь новый род, слегка изменив фамилию.

Эдмунд продолжал молча смотреть на золотистую дымку.

— Насколько мне известно, Елена Мудрая и Родомир находились под покровительством Просветителя. Наш предок эту связь сохранил, и род Ричи до сих пор не лишён его внимания.

— Елена Мудрая… — хрипло повторил Эдмунд. — Она действительно считалась дальним потомком Просветителя.

— Именно, — кивнул я.

Дым внутри пирамидки оставался золотым.

Герцог вдруг издал сухой, каркающий смешок и медленно покачал головой.

— Удивительно…

— Просветитель помог мне избежать смерти, — продолжил я. — Благодаря его поддержке я получил от Алхимика Душ несколько весьма необычных способностей.

Взяв короткую паузу, я добавил,

— В том числе связанных с Табу.

Эдмунд сразу напрягся.

— Одна из особенностей моей силы заключается в том, что меня вообще нельзя назвать полноценным Мистиком, — пояснил я. — Как выяснилось, я спокойно прошёл проверку лунным порошком именно потому, что не являюсь Мистиком в привычном понимании.

Я подался вперёд.

— Я Истинный Маг. Если вы понимаете, о чём я.

Эдмунд замер.

— И часть моей силы напрямую связана с душами, — негромко продолжал я. — С настоящим Табу. Я способен привязывать души умерших к себе и не позволять им подняться в Мир Духов.

Герцог буравил меня взглядом, не произнося ни слова. Кажется, он уже начал понимать, к чему я веду.

— Если не верите, могу привести доказательства, — предложил я и тут же мысленно позвал Шарлотту.

Через несколько секунд за дверью мастерской послышалось шуршание. Я поднялся, открыл дверь, и оттуда выбежал Пирожочек. Крыса ловко запрыгнула на прилавок и замерла перед герцогом, а я вернулся на своё место.

Эдмунд внимательно посмотрел на крысу.

Я достал из кармана кольцо «Морозное дыхание», прихваченное в мастерской вместе с диском, и надел его на лапку Пирожочка.

— Покажи ему, Шарлотта, — велел я.

Крыса напряглась, и из её пасти вырвался поток ледяного воздуха. По прилавку мгновенно побежал белый иней.

Брови герцога едва заметно дрогнули.

— А теперь выходи, — скомандовал я. — Давыдов, твоя очередь.

Шарлотта выскользнула из тела Пирожочка, а граф тут же сосредоточился и нырнул внутрь. Крыса дёрнулась.

Я быстро поднялся и направился к выходу.

На улице возле лавки стоял Тони. Горбун сразу уставился на меня и чуть шевельнул руками — свисавшие с его запястий цепи тихо звякнули.

Не обращая на него внимания, я присел у края мостовой, набрал горсть песка и вернулся внутрь, где высыпал песок на прилавок.

— Давыдов, преврати его в камень, — попросил я.

Пирожочек неуклюже двинулся к кучке. Сразу видно — Давыдов только-только начал осваиваться в чужом теле: крыса переставляла лапы так, будто минуту назад нехило так прибухнула.

Наконец Пирожочек замер возле песка и напрягся. Песчинки начали слипаться, и через несколько секунд вместо небольшой кучки на прилавке лежал твёрдый серый камень.

— Видите? — я посмотрел на Эдмунда. — Только что одна крыса продемонстрировала две совершенно разные способности.

Герцог молчал.

— Потому что в её теле побывали два разных духа, каждый со своей силой, — я кивнул на крысу. — Второго вы наверняка знаете. Граф Иван Давыдов.

Эдмунд перевёл взгляд на Пирожочка.

— Не так давно Давыдов пытался меня убить, но в итоге погиб сам, — невозмутимо сообщил я. — Я привязал его душу к себе, и с тех пор он остаётся здесь, на Земле.

Лицо герцога потемнело.

— Это не то, что ты мне обещал, — процедил он.

— Согласен, — я тяжело вздохнул. — Но я уже говорил с Просветителем.

Дым внутри пирамидки остался золотым, и Эдмунд тут же скосил на неё глаза.

— И он не сможет вам помочь, — закончил я.

Внутри пирамидки мгновенно закрутился чёрный дым. Я скривился. Чёрт.

— Говори правду, Артур, — герцог подобрался, и его глаза недобро сверкнули. — Всю правду.

Несколько секунд я молчал, собираясь с мыслями.

— Хорошо, — наконец сдался я. — На самом деле я блефовал, когда говорил, что ваша душа обещана Мяснику. Я этого не знаю.

Дым снова стал золотым, но Эдмунд даже не моргнул.

— И с Просветителем конкретно о вас я тоже не говорил, — продолжил я. — Он обращался ко мне по другому поводу. С определённой миссией.

Ух, волнительно то как. Я перевёл дыхание и продолжил:

— Она связана с Наследником. Просветитель предупредил меня, что через него Ареш пытается вернуться в наш мир. И если у Ареша получится, это приведёт к огромной катастрофе.

Дымка в пирамидке даже не дрогнула.

— Но какая, по большому счёту, разница, кому именно обещана ваша душа? — торопливо заговорил я. — Тот же Варвар ничем не лучше Мясника — он просто сожрёт вашу душу, и на этом всё закончится.

На этот раз золотой дым заметно посерел. Я поморщился. Вот же дрянь.

— Ладно, — поправился я. — Я не знаю, сожрёт он вашу душу или нет. Но лично я считаю вероятность такого исхода весьма высокой.

Дымка внутри пирамидки вновь налилась золотом.

Несколько секунд в лавке стояла полная тишина.

— Значит, ты мне врал, — подытожил Эдмунд. Вид у него был задумчивый и несколько потерянный. Хм, не такой реакции я от него ожидал, если честно. Думал, что он психанёт.

— А что мне оставалось делать? — я пожал плечами. — Вы припёрли меня к стенке и требовали то, чего я не способен вам дать. Я несколько раз говорил, что не знаю, как решить вашу проблему, но вы не хотели этого принимать. Вот и пришлось что-то придумывать.

Эдмунд мрачно молчал.

— И признайте, я всё-таки нашёл вам выход, — я кивнул на Пирожочка. — Не идеальный, но настоящий. После смерти ваша душа останется здесь, на Земле. Я привяжу её к себе, и вы не попадёте в Мир Духов… Во всяком случае, до тех пор, пока жив я сам.

— А что произойдёт после твоей смерти? — мгновенно насторожился герцог.

— Точно сказать не могу, — юлить я не стал. — Но, скорее всего, — связь просто оборвётся, и ваша душа отправится в Мир Духов.

Эдмунд долго не сводил с меня взгляда.

— Именно поэтому я и попросил вас принести эту штуку, — я указал на коробочку с Камнем клятвы.

Герцог опустил взгляд на лежащую в ней древнюю дощечку.

— Я поклянусь, что до конца своей жизни буду делать всё возможное, чтобы изменить ваше положение, — твёрдо произнёс я. — Может быть, найду способ перенести вашу душу в другое тело. Может, действительно смогу разобраться с вашим контрактом и освободить вас от Варвара. Или отыщу какой-нибудь третий вариант, о котором сейчас даже не подозреваю.

Я легонько хлопнул ладонью по прилавку.

— Согласитесь, это гораздо реалистичнее, чем требовать от меня решить вашу проблему за несколько дней.

Эдмунд по-прежнему молчал.

— Более того, перед тем как вас отпустить, я восполню целостность вашей души до максимума. А если появится такая возможность, постараюсь сделать её ещё и сильнее.

В глазах герцога мелькнул интерес.

— Поэтому, когда вы всё-таки попадёте в Мир Духов, то вполне можете оказаться там намного сильнее, чем если бы умерли сейчас.

Я бросил быстрый взгляд на пирамидку — дымка оставалась золотой.

— Возможно, мне даже удастся договориться с Просветителем, чтобы он взял вас под своё покровительство, — осторожно предположил я. — Не обещаю, но такая возможность существует. В любом случае это всяко лучше, чем просто умереть и попасть в лапы к Варвару, согласитесь.

Эдмунд устало смотрел на меня.

— Я рассказал вам всё, — подытожил я. — Без блефа и недомолвок. Вы знаете, что именно я могу предложить и чего не могу. Теперь вам решать — принимать моё предложение, или нет. Если вы согласны — то давайте обсудим детали.

— Если вы согласны — то давайте обсудим детали, — закончил свою речь Артур Ричи.

Герцог Гразе сидел, уставившись на лавочника невидящим взглядом. В голове крутился такой вихрь мыслей, что Эдмунд уже не замечал ни самого Артура, ни того, как затягивается молчание.

За свою долгую жизнь герцог многое повидал, а узнал и того больше.

Ему шесть раз посчастливилось воспользоваться силой Алхимика Душ. Всего шесть, хотя новые попытки Эдмунд предпринимал практически каждый год. Его люди проникали в самые разные организации и группы, способные провести ритуал призыва, но Алхимик Душ отзывался далеко не всегда.

Бывали и другие осечки. Трижды люди, которых выбрал герцог, просили у Алхимика вовсе не то, что им было приказано, и, получив желаемое, восставали против Эдмунда. Однажды это обернулось серьёзным ущербом и гибелью одного из самых преданных слуг герцога.

Но с годами Эдмунд становился осторожнее и учился лучше выбирать исполнителей. И шесть раз всё получилось именно так, как он хотел.

Первое по-настоящему важное желание было исполнено почти тридцать лет назад. Тогда человек герцога попросил у Алхимика Душ способность расторгать контракты с духами — и получил её.

Эдмунд был невероятно счастлив. Наконец-то! Казалось, спустя столько лет он нашёл способ освободиться.

Человек успешно разорвал контракт между герцогом и Варваром, а затем погиб от молнии, как и все, кому Алхимик Душ исполнял желание.

Эдмунд успел поверить, что победил. Но лишь до ближайшего полнолуния.

В ту ночь связь с Варваром восстановилась и стала ещё крепче. Более того, герцог получил наказание за попытку нарушить условия договора: несколько часов страшных мучений — и повреждения, которые не смогла полностью исправить даже его собственная сила Мистика. Именно тогда началась болезнь суставов, преследовавшая его все последующие десятилетия.

Это стало хорошим уроком, но Эдмунд не сдался — просто начал действовать хитрее.

Если он не способен разорвать контракт самостоятельно, значит, нужно найти того, кто сумеет защитить его от Варвара. Другого Владыку.

Следующие два желания, полученные через Алхимика Душ, герцог потратил на информацию. Его люди просили знания, которые невозможно было добыть обычными способами. И чем больше узнавал Эдмунд, тем страшнее становилась открывающаяся перед ним картина.

Он понял, насколько велико влияние Владык на мир живых. Земля представляла собой огромную шахматную доску, на которой настоящую партию вели лишь несколько игроков.

Одним из них был Варвар — древнейший Истинный Маг, существо, прожившее больше тысячи лет и погибшее лишь после того, как истинная магия ушла с Земли на Луну.

Варвар искренне ненавидел Ареша и желал его уничтожить, и однажды ему почти удалось добиться своего. В период Завоеваний Орды в Мире Духов разразилась страшная битва, в которой погибли сразу трое духов уровня Владык, а Ареш и Варвар получили тяжелейшие ранения.

Просветитель в той войне поддерживал Варвара, но пострадал куда меньше остальных. А затем воспользовался ослаблением соперников и помог возвыситься Червонной Империи.

Герцог годами собирал подобные сведения, раскрывал тайны истории и изучал Владык, пытаясь понять, к кому из них можно обратиться за защитой.

Ареш отпадал сразу, как и двое его ближайших соратников — Мясник и Понтифик. Варвар и его слуга Хан Тимур, разумеется, тоже. Оставалось семь Владык.

Фаворитом, конечно, был Просветитель. Он был равен по могуществу Варвару и Арешу, но при этом считался «светлым» духом — он не пожирал другие души и за ним шло большинство Владык. Во всяком случае, так думал герцог.

Но позже он узнал, что на самом деле фракция Просветителя была весьма малочисленной. Кроме него самого, в ней состоял только Карис Великий — его ученик. Великий полководец, могущественный правитель, имя которого у любого человека ассоциируется с эпохой Античности.

Герцог узнал, что Король Гавейн, Кардинал и Парсий Сиятельный уже давно отделились и создали свою фракцию. Они старались держаться подальше от остальных Владык, и при этом тоже считались «светлыми» — не занимались пожиранием душ.

А вот Елена Мудрая и Родомир Гениальный удивили. Просветитель помог им стать Владыками — но эти двое откололись. Более того, герцог точно знал, что они пошли по простому пути и тоже пожирают чужие души, тем самым набирая личную мощь.

Получив полную информация о Владыках, герцог Гразе захотел примкнуть к одному из «Светлых» Владык — Просветителю Аврелию, Карису Великому, Королю Гавейн, Кардиналу или Парсию Сиятельному.

Но никто из них не отвечал Эдмунду!

Многие годы герцог пытался достучаться хотя бы до одного из них. Чего он только не делал: искал древние ритуалы, платил огромные деньги, задействовал связи, поддерживал людей, причастных к их пастве. Всё было бесполезно — никто не отвечал. Герцог понимал, что эти Владыки просто не хотят ссориться с Варваром из-за него.

И вот теперь всё внезапно сдвинулось с мёртвой точки. Сначала к нему сам явился человек из фракции Сына Творца, а затем и Артур признался, что связан с Просветителем кровью.

Эдмунд слишком много лет провёл в политике, чтобы поверить в простое совпадение. Нет, всё это происходило неспроста.

Глядя на Артура Ричи, герцог видел в нём уже не просто дерзкого юнца, а одну из фигур Просветителя. И явно не пешку — куда более серьёзную фигуру, которую Просветитель собирался усилить. Судя по всему, одним из инструментов этого усиления предстояло стать именно Эдмунду Гразе.

Чем дольше герцог размышлял, тем больше случайностей и странных совпадений всплывало в памяти и тем сильнее ему становилось не по себе.

Почему он вообще переехал в Гдареж и осел там? Почему встретился с Артуром Ричи? Как позволил какому-то молодому лавочнику поставить себя на колени и наставить на себя револьвер?

Эдмунд прикрыл глаза.

За неделю до той поездки он посещал Собор и долго беседовал с одним из приоров. Они пили чай, в комнате курились какие-то благовония. После той встречи у герцога несколько дней болела голова, резко усилилась раздражительность, а сам он допустил подряд несколько совершенно нехарактерных для себя ошибок. И это — лишь один случай из десятков подобных.

Раньше Эдмунд не замечал странностей, но теперь складывал факты один к одному, кирпичик к кирпичику, и от получавшейся картины внутри становилось холодно.

Его направляли. Подталкивали к тому, чтобы в нужный момент он оказался в нужном месте, встретился с Артуром Ричи и заключил с ним сделку. А теперь, возможно, — к тому, чтобы умереть и стать привязанным к нему духом.

Эдмунд нервно облизнул пересохшие губы.

Если подумать, кто ещё во всей Приморской Республике мог дать Артуру столько же, сколько он? Почти никто.

У герцога были огромные деньги, связи, информация, артефакты и люди — и при этом не было наследников. Зато имелись ненависть к Громовержцу и контракт с Варваром, из-за которого после смерти он должен лишиться собственной души.

Предложение Артура Ричи будто было создано специально для него. И Эдмунд не видел ни одной по-настоящему веской причины отказаться.

— Ну так что? — не выдержал затянувшегося молчания Артур. — Что вы думаете?

Герцог медленно сфокусировал на нём взгляд. Молодой, совсем ещё зелёный. И, похоже, даже не понимает, в какую игру его втянули.

Последние недели Эдмунд отчаянно торопился собрать Лунные жемчужины именно потому, что чувствовал, как стремительно накаляется обстановка в стране. Как появляются новые силы и приходят в движение старые. Как вокруг Приморской Республики закручивается огромный водоворот интриг.

Но теперь герцог понял, что сильно недооценил масштаб происходящего. Возможно, очередная партия Владык и правда приближалась к эндшпилю, и скоро доска снова зальётся кровью.

А у Эдмунда не было ни сил, ни возможностей этому противостоять.

Если он сейчас отвергнет протянутую руку, его судьба почти наверняка останется прежней: смерть, Мир Духов и пасть Варвара.

Герцог глубоко вдохнул.

— Я согласен, — голос прозвучал хрипло.

Артур тут же подобрался, а Эдмунд почувствовал, будто из него выдернули стальной стержень, который все последние дни не давал ему сломаться. Пришлось даже покрепче вцепиться пальцами в край прилавка, чтобы сохранить прежнюю позу.

— Давай обсудим детали, — просипел герцог.

Резиденция семьи Ричи.

Виктор Ричи спустился к ужину в дурном настроении.

Он почти не чувствовал вкуса еды и то и дело поглядывал на часы. Артур так и не приехал. Более того, даже не прислал весточку, что задерживается, — и это начинало всерьёз беспокоить.

Когда ужин перевалил за середину, рядом с Виктором вдруг сформировался небольшой полупрозрачный шар.

— Господин, — раздался из него взволнованный голос Каспара. — Герцог Гразе находится в лавке господина Артура.

Виктор замер.

— Здесь же и его люди, — быстро продолжил Каспар. — Горбун, Пылающий, Твердыня и остальные. Вся улица под наблюдением.

Виктор тут же отложил приборы и поднялся.

— Дорогой? — Регина обеспокоенно посмотрела на мужа. — Что случилось?

Сообщения она не слышала: Каспар умел отправлять подобные послания лишь тем, на ком заранее оставил свою личную метку.

— Ничего серьёзного, — Виктор заставил себя улыбнуться. — Я скоро вернусь.

Быстро покинув столовую, он подозвал в коридоре одного из охранников.

— Найди Марию Буслаеву, пусть собирается, — распорядился Виктор. — Мы немедленно выезжаем.

— Слушаюсь, господин.

— И ещё, — Виктор остановил уже развернувшегося мужчину. — Отправь человека в Собор, пусть передаст экзарху Клавдию, что мне срочно нужно с ним поговорить.

Мужчина коротко кивнул.

— И пошли весть барону Кисану, — продолжил Виктор. — Скажи, что я требую вернуть долг. Он должен присоединиться ко мне в течение получаса.

Охранник заметно побледнел.

— Да, господин, — выдавил он и почти бегом бросился выполнять поручения.

Виктор же направился в холл. Сомнений у него не было: он поедет в лавку сына и, если понадобится, сделает всё, чтобы не позволить Эдмунду Гразе его убить.

Тайная резиденция Кровавого Императора, она же штаб-квартира организации «Империя».

Наследник ужинал в одиночестве. Ел он быстро и рассеянно, почти не чувствуя вкуса. Мысли были заняты совсем другим.

Он уже несколько дней не покидал резиденцию. План перешёл в финальную стадию, и сейчас Наследник просто не имел права рисковать собственной жизнью.

Подготовка шла неплохо, но далеко не настолько хорошо, как ему хотелось.

Поглотители душ наполнялись со скрипом… После большой сходки он рассчитывал на гораздо более впечатляющие результаты. Тогда всё выглядело почти идеально: сотни Мистиков получили доступ к поглотителям, каждому объяснили, насколько выгодно сдавать наполненные сферы обратно, а самые жадные набрали их целыми горстями.

Вот только люди оказались осторожнее, чем Наследник ожидал. Одно дело — купить поглотитель, представляя будущую прибыль. И совсем другое — начать убивать ради его заполнения.

Особенно — убивать Мистиков.

Слабаки!

Наследник раздражённо отрезал кусок мяса.

Времени становилось всё меньше. Конечно, после уничтожения Янтарной Тюрьмы положение сильно улучшилось — из тех, кого удалось вытащить, уже формировали новые отряды.

Многие заключённые десятилетиями ненавидели власть, Альбион, семьи аристократов и вообще всех, кого считали виновниками своего заключения. Им не требовалось долго объяснять, на чьей стороне сражаться. Многие из них и вовсе раньше служили Наследнику.

В целом, подготовка к уничтожению Янтарной Тюрьмы шла давно — представители Империи тайно набирали рекрутов, и постепенно больше половины заключённых так или иначе было связано с Империей.

Всё прошло успешно, да. Правда, далеко не все оказались полезны.

Кто-то слишком долго просидел взаперти и утратил былую силу. Кто-то сошёл с ума. Несколько Мистиков пришлось уничтожить почти сразу после освобождения — они решили, что новая свобода означает отсутствие любых приказов.

Но большая часть подчинилась. А главное — среди освобождённых хватало опытных бойцов. Старых офицеров, Мистиков, служивших ему ещё на этапе становления. Когда придёт время, они станут хорошим дополнением для армии Императора.

Наследник отложил вилку и отпил воды.

Армии Императора… При одной этой мысли губы сами собой тронула слабая улыбка.

Он никогда не считал себя всего лишь главой подпольной организации. «Наследник» — это обещание, а не просто кличка.

Республика была временным недоразумением — чужой конструкцией, созданной победителями на костях Янтарной Империи. Пройдёт ещё немного времени, и всё изменится.

Если план сработает… Когда план сработает.

Наследник медленно провёл большим пальцем по краю бокала. Ему предстояло вернуть трон. Не номинально, нет. Он хотел настоящей власти. Хотел изгнать захватчиков из страны — вновь превратить её в сильнейшую державу планету. Вернуть родине былое величие…

Вот только самостоятельно этого не добиться — нужна помощь Предка. Янтарного Императора… Кровавого Императора. Громовержца, Государя и… Мясника. Сколько же у него имён… И ведь за каждым именем стоит своя история.

Наследник помрачнел. Он уже давно не был наивным юнцом и понимал — Предок помогал ему не из любви к потомку.

Ему нужен путь обратно — возможность снова ступить на землю. И чем ближе становился решающий день, тем чаще Наследник задавал себе один и тот же вопрос — что произойдёт после?

Он прекрасно понимал собственную роль, и когда план придёт в действие — ему станет очень несладко. Несколько лет назад, разбирая старые хранилища семьи, он нашёл секретные документы

Личные бумаги одного из людей, участвовавших в подготовке особых ритуалов.

Часть страниц оказалась испорчена, некоторые записи пришлось восстанавливать буквально по отдельным строкам, но главное Наследник понял — возвращение могущественного духа в мир живых, как правило, заканчивалось смертью того, кто готовил для него путь.

Но существовали способы пережить ритуал. Да, придётся выдержать нечто ужасное — но взамен Наследник получит Трон. Он очистит свою страну, снова поднимет её. Нужно будет лишь потерпеть…

Неожиданно Наследник замер. Он резко вскочил — стул с грохотом отлетел назад. Он бросился в свои покои, распахнул дверь и остановился перед высоким зеркалом.

Рука метнулась к поясному ножу.

Чирк! — Лезвие полоснуло по ладони.

Наследник сжал кулак и взмахнул рукой, забрызгав зеркало кровью. Алые капли медленно поползли вниз.

— Предок мой, — он склонил голову. — Я слушаю тебя.

Кровь на поверхности зеркала вдруг замерла, а потом потёки двинулись вверх, против силы тяжести, сливаясь друг с другом. Постепенно из них сложилось мёртвое лицо, больше похожее на жуткую маску.

А затем прямо в голове Наследника раздался голос:

— Уничтожь Артура Ричи.

Наследник вздрогнул. Несколько секунд он смотрел в кровавое лицо, после чего склонился ещё ниже.

— Да, предок. Я исполню твою волю.

Развернувшись, он стремительно вышел из покоев и на ходу нажал на браслет, вливая в него энергию, — сигнал к срочному сбору.

Не прошло и пяти минут, как перед ним выстроились девятеро офицеров — опытных Старших Мистиков, не раз прошедших через настоящие бои.

Лишь Искра заметно выбивалась из общего строя. Девушка куталась в чёрный плащ, её лицо оставалось бледным и осунувшимся — после недавней операции она ещё толком не восстановилась.

Несколько секунд Наследник молча изучал девушку. Искра раньше работала вместе с Артуром Ричи, более того, именно благодаря ему она осталась жива. Рисковать не стоило.

— Возвращайся в свои покои, — холодно велел он.

— Как прикажете, — Искра коротко поклонилась, развернулась и покинула зал.

Наследник дождался, пока за ней закроется дверь, и перевёл взгляд на оставшихся восьмерых. Он указал на двух крайних и велел:

— Вы тоже остаётесь. Остальные отправляйтесь к лавке Артура Ричи.

Офицеры подобрались.

— Уничтожьте его любой ценой.

— Да, господин, — шестеро Старших Мистиков синхронно склонили головы и поспешили к выходу.

Тайная резиденция Воронов Брана.

Джеки нервно расхаживал по комнате. Его слегка потряхивало, и он то и дело косился на лежащую на столе небольшую книжицу — Дневник Кардинала.

Чуть поодаль сидела Эли. Холодная красавица молча наблюдала за ним, и это молчание нервировало Джеки даже сильнее, чем если бы она его подгоняла.

Он снова посмотрел на дневник. Ему нужно ещё раз им воспользоваться — только вот делать этого совершенно не хотелось.

Каждый раз дневник забирал плату. Не деньги и не кровь — настоящие годы жизни.

Ещё в Альбионе, только-только получив в свои руки Дневник Кардинала, Джеки случайно подслушал разговор двух младших членов Воронов Брана. Они обсуждали его и прежних владельцев Дневника Кардинала. Как оказалось — ни один из них не дожил до старости… Мало кто вообще перешагнул пятидесятилетний рубеж, а некоторые умирали совсем молодыми.

С тех пор Джеки очень боялся этого Дневника. И дело было не только в страхе смерти — сам момент, когда дневник забирал плату, сопровождался такой болью, что от одних воспоминаний о ней Джеки до сих пор просыпался в холодном поту.

Но отказаться он не мог — противиться приказу Воронов Брана было ещё страшнее. К тому же ему пообещали огромную компенсацию за каждый потерянный год жизни, и Джеки пытался себя этим успокоить.

В прошлый раз всё оказалось не так уж плохо. Он задал довольно простой вопрос и потерял, по ощущениям, около месяца. Неприятно, но терпимо.

Сегодня всё было иначе: вопрос предстоял куда сложнее. Вороны Брана требовали узнать, где находится тайная резиденция Кровавого Императора.

Джеки остановился у двери. Вороны не торопили — у него есть время. Он уже второй раз собирается с силами, но пока не может найти их в себе.

Вдруг дневник сам собой распахнулся.

Парень вздрогнул всем телом. Страницы с тихим шелестом принялись перелистываться — одна, вторая, третья, — а в глубине бумаги будто зажёгся слабый свет.

Эли мгновенно поднялась — от её спокойствия не осталось и следа. Женщина подошла ближе и заворожённо уставилась на дневник.

— Это знак Владыки, — потрясённо прошептала она.

Джеки побледнел.

— За всю историю такое случалось лишь несколько раз, — Эли перевела на него расширившиеся глаза.

Джеки шагнул к столу. Страницы перелистнулись ещё несколько раз и замерли на чистом развороте.

— Кардинал даёт тебе знак, — голос Эли дрогнул. — Пользуйся дневником и не бойся. Владыка наблюдает за тобой. Он поможет тебя, поддержит.

Джеки тяжело сглотнул. Страх начал отступать, сменяясь почти религиозным восторгом. Сам Кардинал, один из Владык, лично подал ему знак!

Джеки схватил лежавшее на столе алое перо и, стиснув зубы, проколол им палец. Когда кончик пера насытился кровью — Джеки начал писать.

Крови быстро перестало хватать, и пальцы пришлось колоть снова и снова. Наконец на странице появилась последнее слово:

Где находится тайная резиденция Кровавого Императора, прозванного Мясником? Как безопасно попасть внутрь тому, в ком нет его крови?

На мгновение ничего не произошло, а затем дневник вспыхнул.

— А-А-А-А! — Джеки рухнул на колени.

Ему казалось, будто из тела вытягивают саму жизнь. Кожа пошла волнами и начала сохнуть прямо на глазах. Он повалился на бок и забился в судорогах.

Боль оказалась настолько страшной, что вскоре Джеки уже не понимал, где находится. Не видел он и того, что происходило с дневником.

На страницах одна за другой появлялись аккуратные строчки — целые столбцы информации. Страница перелистнулась сама, затем ещё одна. На следующих разворотах начали проступать карты — одна, вторая, третья: схемы, отметки, маршруты.

И всё это время, пока дневник выдавал информацию, Джеки кричал.

А потом всё резко оборвалось, и Джеки обмяк на полу.

Эли тут же схватила дневник и принялась торопливо перелистывать страницы. Лишь на мгновение её взгляд упал вниз — и женщина застыла.

На полу больше не лежал молодой рыжеволосый парень. Перед ней был старик лет шестидесяти на вид. Иссушенную кожу покрыли глубокие морщины, губы ввалились в беззубый рот. Некогда огненно-рыжие волосы почти полностью поседели, и лишь кое-где среди белых прядей ещё виднелись редкие медные волоски.

В глазах Эли мелькнуло сочувствие, но сейчас было не до этого.

Она крепче сжала дневник и поспешила к выходу. Местоположение найдено, а значит, пора атаковать. Пришло время наконец уничтожить последнего отпрыска Мясника и пресечь его гнилую кровь.

Бернгольд. Штаб-квартира Собора.

Его Святейшество Верховный Понтифик Северин Вальдек вошёл в свой кабинет и устало прикрыл глаза.

Как и после каждой мессы, он ощущал лёгкое опустошение. Несмотря на высокий статус и огромную силу Мистика, во время проповедей ему приходилось выкладываться полностью.

На каждую мессу собиралась почти вся площадь перед Собором, и всякий раз Северин Вальдек пускал в ход силу, полученную напрямую от одного из Двенадцати — Владыки, известного как Понтифик, ближайшего соратника Ареша. Воздействие было мягким и почти незаметным: оно укрепляло веру людей в Творца, подталкивало их чаще приходить в Собор, молиться и посещать особые молебны. И с каждой молитвой в таких молебнах связь становилась крепче — люди всё сильнее привязывали собственные души к одному из величайших Владык, Арешу, Царю Царей.

А для любого духа связь с миром живых была невероятно важна. Благодаря этой связи после смерти верующие в Творца попадали именно в доминион Ареша. Что происходило с ними дальше, Верховного Понтифика не волновало. Его задача заключалась лишь в одном — привести в царство своего господина как можно больше душ. И, как ни прискорбно, с каждым годом выполнять её становилось всё сложнее.

Стоило признать: не только в Приморской Республике, но и во всём мире постепенно наступал кризис веры.

В далёком прошлом, когда Верховные Понтифики выходили с проповедью, послушать их собирались десятки тысяч людей, а иногда и сотни тысяч. Толпа заполняла не только площадь перед Собором, но и все окрестные улицы. Даже те, кто не мог ничего ни увидеть, ни услышать, часами стояли там в благоговейном трепете. Теперь людей тоже приходило немало, но с прошлым это не шло ни в какое сравнение.

Ещё хуже обстояли дела с Мистиками.

Из-за интриг Просветителя всё больше людей узнавало настоящую цену контрактов с духами. И если раньше желающих принять метку Ареша или кого-нибудь из его подданных хватало с избытком, то теперь отказывались даже тщательно отобранные кандидаты. Люди узнали, что платой может стать собственная душа, — и это им почему-то не нравилось.

Северин раздражённо дёрнул застёжку тяжёлой, расшитой золотом мантии, стянул её с плеч и небрежно бросил на ближайшее кресло. Размяв шею, он подошёл к окну. Отсюда открывался прекрасный вид на историческую часть Бернгольда и далёкую полосу Янтарного моря.

Верховный Понтифик ненавидел этот город.

Если бы выбор зависел от него, Северин с куда большим удовольствием жил бы в столице практически любой другой великой державы. Разве что на юг он бы не сунулся, да и Сарматия его совершенно не привлекала. Но даже столицы этих государств превосходили Бернгольд и уровнем жизни, и комфортом.

К сожалению, выбора у него не было. Каждый Верховный Понтифик, принимая сан, приносил клятву переселиться в главную штаб-квартиру Собора и оставаться здесь до самой смерти. Северин Вальдек исключением не стал.

В дверь негромко постучали, и почти сразу в кабинет вошёл юноша лет четырнадцати с тонкой папкой в руках. Увидев Верховного Понтифика, он тут же опустился на одно колено.

— Господин, вам донесение.

— Говори, — ровно бросил Северин, даже не обернувшись.

Юноша торопливо раскрыл папку.

— Экзарх Клавдий тайно собрал Мечей. По нашим сведениям, он собирается отправить их к лавке Артура Ричи, чтобы защитить лавочника.

Уголки губ Северина едва заметно дрогнули. Неужели Просветитель наконец перестал скрывать свой интерес к этому мальчишке?

— Что ещё?

— Вороны Брана тоже пришли в движение, — юноша быстро перевернул страницу. — Один из наших людей сообщил, что Дневник Кардинала был использован. Местоположение тайной резиденции Кровавого Императора раскрыто.

С лица Верховного Понтифика мгновенно исчезло веселье, и он медленно повернулся.

— Передай мой приказ Копьям. Пусть немедленно отправляются к лавке Артура Ричи.

— Какова задача, господин? — вскинул голову юноша.

— Не позволить лавочнику сбежать. Если появятся Мечи Клавдия — сдерживать их. В бой без необходимости не вступать, но Артур Ричи должен оставаться на месте.

— Да, господин, — гонец поспешно поднялся и направился к выходу.

Северин проводил его взглядом и на несколько секунд задумался.

Ситуация вокруг лавочника становилась всё интереснее, но беспокоиться о ней сейчас не стоило. Копья были личным отрядом Инквизиции Верховного Понтифика — сильнейшие из сильнейших Старших Мистиков, способные по боевой мощи тягаться даже с Воронами Брана. Мечи — ещё один отряд Собора, но принадлежащий фракции Сына Творца. Однако их основной состав сейчас в Червонной Империи, так что Клавдий ничего не сможет сделать.

Нет, сейчас куда важнее было другое: альбионцы нашли резиденцию Наследника. А значит, совсем скоро всё решится.

— Тень моя, ты мне нужна, — негромко произнёс Верховный Понтифик.

Прошло лишь несколько секунд, и в углу кабинета бесшумно сдвинулась часть стены, открывая узкий тёмный проход. Из него выступила стройная девушка, с ног до головы затянутая в чёрную кожу. Лицо скрывала гладкая чёрная маска, а вокруг тела медленно клубился едва заметный туман.

Девушка остановилась и молча склонила голову.

— Отправляйся к Фридриху, — приказал Северин. — Он должен немедленно начать. Пусть делает то, что должен.

Верховный Понтифик подошёл к массивному столу, опустился на корточки и открыл нижний ящик. Вытащив оттуда большой тяжёлый мешок, он выпрямился и водрузил его на столешницу. Внутри находилось почти восемь тысяч накопителей душ — и каждая из них была полна.

Впервые поглотитель душ был создан во время Великой Войны учёными Янтарной Империи. Разумеется, Собору стал известен этот секрет и следующие десятилетия они аккуратно собирали души по всей планете, успев накопить немалые запасы.

Тень впервые проявила хоть какие-то эмоции — её взгляд на мгновение задержался на мешке.

— Передашь это Фридриху, — Северин указал на груз. — Пусть начинает ритуал призыва. Без помощи своего предка он не выживет. Так ему и скажи.

— Да, господин, — девушка подхватила мешок обеими руками.

Она развернулась, шагнула обратно в тёмный проём и исчезла, а часть стены бесшумно вернулась на место.

Северин ещё несколько секунд смотрел ей вслед, после чего вновь подошёл к окну.

Внизу жил своей обычной жизнью Бернгольд. По улицам катились экипажи, где-то вдалеке звенел трамвай, а по набережной прогуливались люди, совершенно не подозревающие, насколько близко то, что очень скоро изменит их жизни.

— Значит, скоро всё начнётся, — тихо пробормотал Верховный Понтифик.

Он не знал истинных намерений Ареша. Не знал даже того, какие цели преследует правая рука Царя Царей — Владыка Понтифик. Но Северин прекрасно понимал другое: каждое их действие имело смысл.

И знать больше ему не требовалось. Его задача была куда проще — делать то, что велено, не задавать лишних вопросов и не пытаться заглянуть дальше, чем позволено.

Северин снова посмотрел на город, и в его глазах зажёгся азарт. Оставалось лишь дождаться, когда Наследник закончит свой ритуал. Верховному Понтифику очень хотелось своими глазами увидеть, как этот ненавистный город погрузится в пучину отчаяния.

Бернгольд. Железнодорожный вокзал.

На перрон вышел Фальк — глава отряда «Зет», принадлежащего семье Син. Постукивая тростью, он неторопливо направился к выходу из вокзала. Следом шли шестеро — весь его отряд в полном составе. Самому молодому было около тридцати, старшему — почти семьдесят, и у всех были одинаково холодные, мрачные лица.

Прохожие старались держаться в стороне и с опаской провожали их взглядами. Отряд не использовал никаких способностей и ничем не угрожал окружающим, но от этих людей исходило нечто такое, что заставляло инстинктивно уступать им дорогу.

Покинув вокзал, Фальк сразу заметил два чёрных, наглухо закрытых экипажа семьи Син, которые ждали их чуть поодаль от основного потока карет.

— Маски, — коротко велел Фальк.

Кольцо на его пальце едва заметно вспыхнуло. Сунув руку во внутренний карман, мужчина вытащил небольшую деревянную пластинку и влил в неё немного энергии. Дерево тут же начало раскладываться, увеличиваясь в размерах, и буквально за несколько секунд превратилось в матовую чёрную маску. У остальных членов отряда в руках появились такие же. На всех семи виднелись едва заметные цифры — от нуля до шести.

Бойцы молча скрыли лица и расселись по экипажам.

Фальк выглядел совершенно спокойным, но где-то глубоко внутри у него уже разгорался огонёк предвкушения.

Если этот заказ будет выполнен успешно, он станет десятым подряд — десять заданий без единой ошибки. После этого его отряд наконец покинет категорию «Зет» и получит категорию «Дельта». А вместе с ней придут более серьёзные артефакты, доступ к новым ресурсам и задания совершенно другого уровня. Следующее уже ждало их — охрана представителей одного из кланов Тяньлина.

Фальк не собирался упускать такую возможность. В каком-то смысле он даже был благодарен Курту за проявленную благосклонность: выдав настолько простое задание, тот фактически подарил им повышение.

Убить обычного лавочника. Что может быть проще, так ведь?

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.