Павел Матисов

Хозяин оков

Том X V I

Искрящиеся шары начали вылетать из моих рук один за другим. На близкой дистанции упырям было сложно увернуться от моих атак, хотя некоторым удавалось. Это притом, что я специально усилил телекинетические контуры заклинания, чтобы снаряд летел как можно быстрее. Шустрые сволочи!

Нечистые монстры после разрыва превращались в темные бутоны, расплескивая вокруг себя черную стихию Тьмы. Энергии в гадах было много, так что бахали будь здоров. Дисбаланс оказался вполне эффективен против восставших упырей.

Успел завалить на кураже пятерых солдат и двоих носорогов. Использовал я, само собой, пробивную версию Дисбаланса. Обычное заклинание бы не взяло этих бронированных тварей. Особенно тяжко приходилось с копытными монстрами. Из-за толстой шкуры заряд Резонанса плохо проникал внутрь и не доходил до их осколка.

Наша армия сумела нанести повреждения некоторым носорогам, так что я бил в первую очередь по ним, целя в виднеющиеся ранения. Некоторых пробивали зачарованным оружием, других доставали маги. Особо старались Ниуру и Ульдантэ.

Кшанти со сделанной мной Ночной Призмой тоже пыталась внести свою лепту, вот только Проклятье плохо работало против мертвых. Что-то в темной ауре сбоило, но упыри даже после удара оставались такими же опасными.

Обстановка немного выправилась. Бойцы Нирдхолда поняли, как бороться с противниками. Обычные солдаты держались от элитной нежити подальше. Атаковали копьями в кавалерийском наскоке или пытались достать зачарованным оружием. На скорости магические клинки резали даже прочные шкуры могущественной нежити. Проблема только крылась в том, чтобы попасть по вертким пехотинцам или носорогам и не получить в ответ.

Мертвяки в свою очередь кромсали гурдов, сбивали их с ног, полосовали бойцов и магов, эльфов и чародеев. Порой упыри соединялись в кучки, чтобы сломить нашу оборону, порой разбегались.

Я продолжил бить Дисбалансом практически без перерыва, закинувшись оранжевым осколком. Дорого, но в критической ситуации на такие мелочи не обращаешь внимание.

Мякотка сама правила, что высвобождало мне время и силы. Я сосредоточился на плетении заклинаний, ведь даже с фокусатором нельзя было отвлекаться на прочие мелочи. Заклятье могло сорваться и ударить самого мага. Тем более на мне все еще висело Проклятье, делающее магию нестабильной.

Мякотка и врагов раскидывала, и выбирала наилучший маршрут, понимая, что нельзя далеко отдаляться от зоны, которую я просчитал под Дисбаланс.

И монстры сменили тактику! Пехотинцы начали окутываться черным щитом, сотканным из разреженной стихии Тьмы. Не прям очень прочным и монолитным, но мой Дисбаланс не мог одновременно пробить и темный Барьер и их аномально прочную шкуру.

— Чтоб тебя! — ругнулся я после очередной неудачи.

Пехотинец успешно избежал Резонанса своего осколка, укрывшись за темной завесой.

— Пока на них щит, они не такие прыткие! — заметил Гинфорт. — Стрелки — атакуйте в спину, пока конунг бьет по ним магией!

Такой подход дал свои результаты. Слитными залпами у нас получалось выносить пехотинцев, либо серьезно повредить. Правда, процесс шел донельзя медленно. Нирдхолдцы и боевые гурды гибли один за другим.

Громыхали подкованные копыта, лязгало оружие, доносилось едва разборчивое рычание упырей и рык носорогов. Над полем боя витали ароматы крови и смерти. Над головами уже начали кружиться стервятники — местные птицы-падальщики в ожидании своего лакомого куска.

В душе моей трепетала праведная ярость. Сколько еще некромантов нам придется перебить? Но данный тип, конечно, превзошел все наши ожидания. В прошлый раз мы столкнулись с повелителем мертвых и легко разбили его небольшим отрядом. Да и армии нежити Черной Длани не демонстрировали подобных успехов.

Мельком я видел лысого татуированного типа с посохом, который наблюдал за битвой с холма. В руке он держал явно чародейский посох, так что не одной Тьмой он пользовался, как многие инициированные культисты. Ведь для владения Тьмой не требовались печати, фокусаторы и посохи. По крайней мере, я о таком не слышал.

Очередной Дисбаланс прилетел по упырю и пробил шкуру, не встретив особого сопротивления. Осколок срезонировал, и разъедающая Тьма прыснула из грудины твари во все стороны едким фонтаном. Союзники едва успели убраться из зоны поражения.

— Постой-ка… — спохватился я.

Мякотка несла меня вперед, в кольце из охраны окружения. Я обернулся и посмотрел на мертвяка. Почему-то он не выставил Темный Барьер как остальные. Хотя упыри словно были сделаны под копирку. На одном конвейере изготавливали. Примерно схожие пропорции, сила, скорость и способности. Он тоже должен был владеть Барьером.

— Кшанти! — осенило меня. — Работаем в связке!

— Да! — откликнулась Ночная.

Очевидно, мне попался упырь, который ранее попадал под Проклятые эманации Кшанти. Вот тут наконец дело пошло значительно бодрее. Дзартен одаряла цель Проклятым лучом, и у мертвяка сразу возникали проблемы с использованием внешней магии Тьмы. Он не мог выставить нормальный Барьер. Следом цель атаковал я. Бил, не давая ему опомниться от предыдущей атаки Ночной эльфийки. Дисбаланс пробивал шкуру и пускал темную ауру существа в разнос.

Ниуру тоже разошлась не на шутку. Нам противостояли особо быстрые и прочные монстры, против которых хорошо работали только мощные скоростные атаки. Кумулятивный Снаряд эльфийки голубого ранга — единственное, что стабильно разило монстров.

Ульдантэ тоже трудилась, не покладая молота, но Воительнице было сложнее огреть элитную нежить. Постепенно она переключилась на носорогов, поскольку они были не такими прыткими. Била по черепу сбоку, поскольку сверху у них имелось утолщение. Либо ломала ноги, если получалось достать.

Практически все наши бойцы владели зачарованным оружием: копьями, мечами и стрелами, но даже элитные солдаты Нирдхолда не всегда попадали или не всегда пробивали шкуру мертвяков, напитанных темной магией по самую макушку.

Дед Олбрахт мешал упырям, насылая на них Пепельные вихри. Мертвяки прекрасно обходились без дыхания, да и без зрения могли ориентироваться. Но все равно Пепел устраивал им определенные проблемы. Создавал трудности даже для магического чутья, не только обычного зрения.

Старый чародей еще не до конца освоился с новой для себя стихией, но постепенно улучшал свои навыки управления Пепельным хаосом.

Мы с Дзартен уничтожили больше десятка пехотинцев. Ниуру поджарила нескольких носорогов. Гоблины, эльфы и люди тоже кромсали нежить.

Наступил перелом в сражении. Нирдхолдцы получили численное преимущество. Бои протекали легче. Оставшаяся нежить и не думала разбегаться. Мертвяки сражались до последнего.

В какой-то момент они решили собрать ударный кулак и прорваться ко мне — их главной цели. Однако солдаты сплотились и дали достойный отпор.

— Руби тварей, пока они несутся к конунгу! Навались! — орал Гинфорт, командуя отрядами стражи.

Мякотка расшвыривала особо прыгучих в стороны, не давая им подобраться и махнуть оружием. Носороги не могли догнать гурдиху голубого ранга.

Слитная атака упырей провалилась. Они только потеряли многих в процессе. От темного воинства остались считанные единицы мертвяков. С пехотой почти разобрались. Еще десяток носорогов топтал степи, гоняясь за всадниками. Некоторых просто водили за собой, приманивая, пока другие бойцы загоняли остальных упырей.

— Кукловод! — донесся до меня возглас Лейны, которая обосновалась на отдельном пятачке вместе с ранеными.

Я бросил взгляд в сторону пригорка. Некромант запрыгнул на поднятого гурда. Тоже слепленного с помощью темных ритуалов. Существо будто состояло из одних костей и мышц. Выглядело зловеще.

— Стой, мразь! Ты ответишь за павших! — воскликнул я и направил Мякотку в сторону.

С остальными упырями должна справиться стража.

Я погнал питомца в сторону культиста, за мной последовала часть солдат и Ниуру. Красная эльфийка выпустила в сторону врага несколько Кумулятивных огненных снарядов, однако противник выставил довольно мощный многослойный Барьер стихии Тьмы, и заклинание не пробилось. Но повредило несколько слоев защиты, так что некромант не был неуязвим. Видимо, поэтому он и решил убраться прочь.

— Отступник, нарушивший Первую Заповедь! — рыкнул враг напоследок. — Остановись, пока не стало слишком поздно. Иначе не только я, Ингваррум, но и весь Архей явится по душу твою и души твоих учеников!

— Какая еще заповедь? Фанатик ксаргов! — раздраженно бросил я.

Темный кукловод запрыгнул на элитного темного гурда и поскакал прочь. Двигалась поднятая тварь безумно быстро! Наверное, только Мякотка могла поспевать за ней. Остальные копытные точно не догонят.

— Это может быть ловушкой! — окликнула меня Ниуру.

Раз даже Красная эльфийка до этого додумалась, то и поганый культист сможет. Я нехотя остановил Мякотку. Гурдиха недовольно била копытом и косилась глазом в сторону уносящегося противника. Ей хотелось догнать некроманта и покарать, как и мне.

Вот только такова могла быть задумка врага. Если у него в загашнике остался еще десяток-другой элитных упырей, в одиночку мне с ними не совладать.

— Ингваррум, значит, — буркнул я, глядя в сторону темного колдуна. — Похоже, это не последняя наша встреча… Добиваем мертвяков! — скомандовал я двинулся обратно.

Хоть большую часть упырей мы перебили, оставшиеся еще могли доставить проблем и навредить моим солдатам. К сожалению, я не мог вырастить новых бойцов из пробирки или просто кликнуть по казарме и получить кучу юнитов. Приходилось вербовать их в других городах, долго и упорно тренировать молодежь. На что уходило как время, так и средства. Каждый воин ценился на вес серебра.

Мы навалились, выманили и по одиночке расправились с оставшимися мертвяками, стараясь не рисковать лишний раз и никого больше не потерять. С темным воинством было покончено.

Мана плескалась на нуле, усталость навалилась со страшной силой.

— Это еще что за татуированный тип? — сплюнул я, остановив гурда.

— Жаль, что я не успела его пожечь, — разочарованно заметила Ниуру.

— Такое ощущение, что это не просто бродячий некромант, а участник некоего культа, — пояснил я. — Представился Ингваррумом, говорил про какой-то Архей. Если мне не изменяет память, то Архей — это заморское королевство?

— Не совсем, — поправила Ульдантэ. — Архей — это могущественная империя, занимающая целый материк. Размерами он меньше Шимтрана, но представляет из себя великую силу. Так рассказывали летописцы Острова Полумесяца…

— Архейская Империя практически не контактирует с внешним миром, — поведала Дзартен. — Сумерки пытались вести с ними переговоры. Безуспешно. Такое ощущение, что им нет дела до Шимтрана. Только иногда архейские торговцы приплывают в наши порты, чтобы скупить разные диковинки и местные товары. Несносные, презренные индивиды!

— Они занимают целый материк и не высовываются оттуда? Странные типы!

— По слухам, архейцы полностью во власти темных сил и темных Богов. Ими правит загадочная Триада, — заметила Дзартен. — Говорят, у них упыри даже на полях трудятся вместо привычных рабов. Представляете, что за дикари!

— Почему бы и нет? Если можно использовать стихию Тьмы на пользу — лучше уж так, чем возиться с рабами. Живые — материал ненадежный, — хмыкнул я.

На меня посмотрели как на умалишенного. Даже Кшанти, не отличающаяся мягкосердием, приподняла бровь:

— Не советовала бы тебе говорить подобное во всеуслышание…

— Архейцы припахали нежить выполнять всю грязную работу… Мы бы с ними сработались, я думаю. Жаль, что наше знакомство началось с конфликта, — покачал я головой. — Может, это просто залетный тип, который действует сам по себе и не представляет интересы империи… Он назвал меня отступником. Что за Первая Заповедь?

Окружающие не слышали про культистские тексты, так что нам пришлось закруглить обсуждения. Чародеи и Светлые эльфы занялись лечением раненых.

Вернее, в войске был всего один одаренный Светлый эльф, чья способность являлась аналогом Целительского Касания. Шелковистые волосы цвета соломы и бледная, почти белая кожа. Казалось, он только вылез из подвала и никогда не бывал на солнце. Загар к Светлым эльфам не приставал совершенно. На Шимтран их завозили, так что в страже Нирдхолда было мало таких спецов.

Ранее одаренные Светлые эльфы высоко ценились в страже, но мы с Лейной изменили ситуацию. Теперь почти все чародеи владели Целительским Касанием, причем на весьма приличном уровне. Составили ушастому конкуренцию.

Мы с Лейной тоже помогали в лечении раненых. На этот раз нам не приходилось пахать до изнеможения в три смены. Несколько десятков лекарей быстро ставили на ноги легкораненых и стабилизировали состояние тяжело раненых.

Связались с Арьяджи по рации. Город отбил нападки нежити. С высокоуровневыми мертвяками они не сталкивались. Некромант готовил сюрприз конкретно против нашего отряда. Против меня, если верить его словам.

Из Арьяджи привезли подкрепление и повозки, на которые мы сгрудили павших бойцов и гурдов. Не следовало оставлять материал для темных колдунов. Иначе мы бы в следующий раз встретились с павшими стражниками уже лицом к лицу.

Ниуру почти не пострадала — ей только ногу порезало. Вот ее гурду досталось, но животину успели спасти. Ульдантэ изобиловала самыми разными ранениями, а ее гурд пал в ходе стычек. Лунная эльфийка в своем репертуаре. Ночная держалась на дистанции, так что осталась цела.

Обработав раненых, мы двинулись к Арьяджи. Уже не лихим кавалерийским войском, а побитым караваном с хромающими гурдами и перевязанными солдатами. Потрепало нас изрядно. Прискакали на выручку, называется.

Оставалось надеяться, что нам попался какой-то элитный архейский некромант. Если у них там все такие, то проще сразу начать могилу себе копать. Точнее, дрова для печи подготовить.

Мы прибыли к городу на закате. Алые лучи солнца окрашивали стены в кровавые тона. Здесь тоже было жарко, но потерь местная стража понесла намного меньше. Если бы в каждую Гиблую Ночь теряли десятки солдат, людские города бы давно вымерли.

Лиетарис встретила нас у центральных врат. Конунг Арьяджи и моя супруга вопросила с беспокойством:

— Кто это вас так потрепал? — обозрела она обоз с ранеными. — По связи упоминали темного колдуна?

— Лысый хрен с горы, — скривился я. — Назвался Ингваррумом, родом из Архейском империи. Бросил против нас элитных упырей. Всего несколько десятков, но мы едва справились!

— Архей⁈ — округлила Высокая эльфийка глаза. — Не может быть! Что он здесь забыл?

— Ты слыхала про архейцев? — удивился я. — Думал, Алгадо — это натуральное захолустье. Пятая точка мира.

— Так было не всегда, — поджала губы Лиетарис. — Предания и летописи Высоких эльфов хранят древнюю историю. Многие века тому назад Алгадо считался самым развитым материком Тардиса. Не только люди, но и эльфы преуспевали в различных науках, магии и технике.

— И что же произошло? — вопросил я с интересом.

— Нашествие архейцев. Они прошлись катком по Алгадо. Разбили все армии, уничтожили передовые предприятия, убили ученых и магов. Разрушили все, до чего смогли дотянуться. Алгадо до сих пор уступает другим материкам, — покачала она головой сожалеюще.

— И почему архейцы атаковали материк? Чем вы им так не понравились?

— Архейцы твердили, что на Алгадо нарушили Первую Заповедь.

— О! Татуированный и мне такое заявил!

— Крайне дурной знак! — округлила она глаза.

— Так что за заповедь-то? — вопросила Ниуру нетерпеливо.

— Не должно человеку становиться в один ряд с Богами, — трепетно отчеканила Высокая эльфийка.

На площадке возле врат воцарилась тишина. Мы обдумывали сказанное какое-то время. Трактовать Заповедь можно было по-всякому.

— Это из-за того, что мы изгнали Аурифи? — протянула Ниуру. — Триада мстит за Богиню?

— Сомневаюсь, что здесь есть связь, хотя ничего исключать нельзя, — качнула головой Лиетарис.

— И Мякотка здесь тоже не причем, — потрепал я «божественную» гурдиху по холке.

— Так что конкретно означает Заповедь архейцев? — вопросила Эббот.

— Полагаю, Триада следит за тем, чтобы люди и эльфы находились на низком уровне развития, — пояснила конунг Арьяджи. — Именно поэтому Архейская Империя вторглась на Алгадо. Как только все наши ученые и маги были убиты, а технологии утеряны, они ушли. И многие столетия мы про них даже не слышали.

— Выходит, Триада борется против прогресса, — проговорил я. — Архейцы — их цепные псы. Ингваррум показался мне отбитым фанатиком, слепо исповедующим святые Заповеди. Теперь… все встает на свои места! — осенило меня вдруг.

— Что именно? — вставила слово Кшанти.

— Я все время удивлялся, почему это Тардис на многие века застыл примерно на одном уровне технологий. В моем мире мы проскочили данный этап достаточно быстро. Уже через несколько столетий появилась продвинутая техника и транспорт, мы даже на другие планеты и спутники отправляли аппараты. Здесь же все остается на том же уровне, что и тысячелетия назад. Становится понятно, куда делись могущественные технологии вроде Щита Ундраго или Колец Неподчинения. Древние маги, владеющие гармониями всех рун, просуществовали недолго. Оплоты научной и магической мысли появлялись на Тардисе регулярно. Мне казалось, что прогресс невозможно остановить, но, похоже, высшим сущностям долгое время удается гасить развитие. Ксарговы Божки не терпят конкуренции! — скривился я.

— И что мы будем делать? — поникла Лейна. — Нуэз, Сумеречный Лес, Аркон и Братство Тумана, предатель Тьярдон, сбежавший в Далифакс… Теперь еще и могучая Архейская Империя объявилась. Справимся ли мы?

— Не думаю, что Хоран ей пока интересен, — заметила Лиетарис. — Технологии не ушли далеко за пределы Нирдхолда. Судя по всему, это была инициатива конкретного темного колдуна.

— Если Архейцы решат напасть, нам необходимо к тому времени подмять под себя весь Шимтран, — высказала идею Дзартен.

— Да мне бы с парой городов управиться. Куда нам целый материк? — закатил я глаза.

— Другого выхода может не быть, — сузила глаза Ночная эльфийка. — Лишь совместными усилиями можно одолеть столь сильного врага, как Архей.

— Алгадо с ними не справился, — добавила Лиетарис.

— Может… нам просто перестать распространять артефакты, и тогда от нас отстанут? — высказала крамольную мысль Эббот.

— Похоже, нечто такое Ингваррум и имел в виду… — выдохнул я. — Отказаться от продажи артефактов? От заработка, от улучшения жизни?

— Зато сохранив при этом свои собственные жизни, — заметила Лиетарис.

— Так ты на стороне архейцев? — посмотрел я на брюнетку.

— Такого я не утверждала. Но если есть шансы избежать столкновения, необходимо обдумать все варианты.

— Сжечь поганых архейцев вместе с Триадой, во славу огня! — вставила свои пять серебрушек Ниуру.

— Если бы это было так легко… — хмыкнула Дзартен.

— Что ты решил, Хоран? — вопросила Ульдантэ.

— Слишком сложный вопрос. Подумаю об этом на досуге, — покачал я головой. — Пока что Архей не считает нас весомой угрозой. Необходимо воспользоваться данным временем с толком. Завоевать Шимтран, да? Звучит как задачка повышенной сложности. Вот бы, ради разнообразия, у меня появились не новые враги, а союзники.

— Мечтать не вредно, — фыркнула Ниуру.

— Иной союзник хуже открытого врага, — добавила Кшанти.

— Поверю на слово Ночному эльфу, — посмотрел я в сторону бывшего Эмиссара. — Пусть разведчики рыщут в поисках архейского некроманта. По-видимому, он формирует армию во время Гиблой Ночи. Наши чародеи ощущали отзвуки темных эманаций. В следующий раз, когда взойдет Штард, попробуем локализовать местонахождение темного мага и отправить по его душу скоростной отряд. Пока он не успел призвать новое воинство.

— Я организую поиски, — кивнула Лиетарис.

— Значит, мы продолжим заниматься артефактами? — поинтересовалась Лейна. — Ведь можно остановиться на достигнутом. Мы и так многого добились. Улучшили жизнь людей. Ты уже заработал кучу золота, наставник!

— Без сомнений, — хмыкнул я. — В твоих словах есть резон. Зачем ссориться с могущественной империей, если можно жить припеваючи, просто соблюдая определенные правила…

— Хоран не остановится, пока в его закромах не будет лежать все золото Тардиса, — фыркнула Ниуру.

— Жена хорошо меня знает, кши! — усмехнулся я. — Но в целом можно озолотиться и на текущем этапе. Не лезть дальше в дебри, не искать новые стихии, не разрабатывать новые технологии. Притормозить прогресс. Как мы поступим? Ксарг его знает. Подумаю об этом за кружечкой славного грибного эля! Сегодня мы отпразднуем битву с архейским прихвостнем и помянем павших бойцов. Нирдхолдцы сражались достойно!

— Во славу огня!

— Кстати, как вам наш новый офицер — Гинфорт? — уточнил я. — Кирлох и Кшанти о нем хорошо отзывались.

— Он умеет командовать, — кивнула Ульдантэ. — Быстро реагирует на изменение обстановки.

— Защищал меня и наставника! — добавила Лейна.

— Слишком принципиальный и честный, — скривилась Дзартен.

— Разве это плохо?

— Для мелкой сошки нет. Но когда ты взбираешься на вершину, надо уметь лавировать и идти на компромиссы. Война и политика — грязное дело.

— И все же попробуем. Раз даже Ночной эльф его хвалит, значит кандидат достойный, — решил я и прокричал в сторону скоплений военных. — Эй, десятник Гинфорт!

— Да, господин конунг!

Мужчина спешно подошел к компании моих приближенных. В его глазах и позе не было раболепства и преклонения, но и вызова тоже. Примерный служащий, при этом знающий себе цену.

— Ты хорошо поработал, капитан Гинфорт! — кивнул я.

— Рад стар… капитан? — обескураженно заметил военный.

— Поздравляю с повышением. Отныне ты назначаешься командующим войсками Нирдхолда. Дзартен продолжит заниматься шпионско-разведывательной и проверочной работой. Ей некогда муштровать войска и подбирать грамотных офицеров. Мне нужен надежный человек, которому я могу доверять. Знаю, что на прежнем месте службы у тебя отношения с начальством не сложились. В Нирдхолде тоже не все идеально. Так что будут возникать проблемы или появятся предложения — обращайся ко мне или приближенным.

— Благодарю за доверие, господин конунг. Я не подведу!

— Трудись, капитан. Чует мое сердце, у тебя будет много работы, — кивнул я.

— Тесновато главнокомандующему будет в таком звании, — заметила Дзартен. — В других городах тоже есть капитаны.

— В империи Нуэз служили целые генералы, — упомянул я. — Похоже, и нам скоро придется вводить новое звание. Империя Мрадиша должна расти!

В Арьяджи мы остались на несколько дней. Мы с ученицей почти сразу занялись местными чародеями. Город подчинялся Нирдхолду, так что усиление местных магов пойдет нам на пользу. Процесс был в целом налажен, но все равно занимал определенное время.

Мы с ученицей уже руку набили на анализе аур и спектров маны других чародеев. Иногда и без просчетов понимали, к какой стихии он тяготеет и стоит ли пытаться настраивать лечебную печать для него или сразу забить.

Через нас прошли все одаренные городской стражи, подписав аналогичные контракты служения. Ни стихии Металла, ни Бумаги, ни Вулкана среди них не проявилось, а вот еще один Пепельных дел мастер нашелся. На этот раз достаточно молодая чародейка-сирота, которая влезла в долги из-за обучения у мага-наставника и отправилась отрабатывать в стражу, где платили хоть и не шибко много, зато стабильно.

Дед Олбрахт принялся давать наставления и обучать новичка Пепельной стихии. Хотя старик сам еще далеко не полностью освоил новые печати.

В процессе работы над чужими аурами, учебными рунами и печатями мы с Лейной набирались опыта и впоследствии сумели адаптировать собственные базовые контуры. Достигли гармонии в некоторых учебных рунах. В итоге я дошел до пятнадцати рун из двадцати одной, а Лейна добралась до отметки в десяток базовых рун.

Артефакты Мрадиша тоже не стояли без дела. Заказы поступали в Нирдхолд, служащие их обрабатывали и без устали конструировали заготовки. В душе я надеялся, что в Арьяджи нас не достанут, однако работники нашли нас и здесь.

Привезли на телегах партию заготовок под артефакты вместе с приложенными духовными камнями для мест их установки. Нам с Лейной оставалось только горестно вздыхать и трудиться.

По крайней мере, мы приспособились обрабатывать сразу большой объем однотипных артефактов. В таком ключе времени уходило меньше, чем при зачаровании небольших партий заготовок. Но все равно мы уперлись в потолок человеческого организма, аур и скорости расчетов. Без техники, калькуляторов и магических станков процесс не улучшить. Люди — не роботы.

— А почему бы и да? — решил я в один из дней, когда корпел над мозголомными расчетами.

Постоянно приходилось перемножать или делить числа с кучей знаков после запятой, где требовалась высокая точность. С чем как раз и мог помочь калькулятор. Если раньше я сомневался в том, что смогу его сконструировать, то теперь очень даже поднаторел в логических и управляющих контурах. Наловчился на разных артефактах.

Особенно помогли артефакты связи, в которые было встроено довольно много логики. Даже контуры шифрования сигнала имелись.

Я осознавал, что подобное устройство может положить начало компьютерной революции когда-нибудь в будущем. Именно то, с чем и боролись архейцы. Но распространять такие артефакты я в ближайшее время не планировал. Для личного использования ведь не зазорно применять технологии?

С большим энтузиазмом я взялся за дело. Привлек к задаче Лейну в плане магических контуров. Для заготовки нанял лучших кузнецов и ремесленников Арьяджи. Использовать для основного плетения решил драгоценный камень — достаточно крупный. Средств у нас хватало, так что решил раскошелиться. Плетение должно было получиться огромным, поэтому требовалась качественная начинка. Иначе артефакт мог получиться размером с рояль. Мне же хотелось таскать калькулятор в руках.

Корпус заготовки сделали из золота площадью примерно с подошву ступни крупного человека. Сверху и снизу располагалась дюжина вращающихся шестеренок с цифрами от нуля до девяти. Напоминало отчасти кодовый замок на сумках. С помощью этих шестеренок фиксировалось два числа.

Другой рычажок менял тип операции: сложение, вычитание, деление или умножение. Ответ решил изображать с помощью световых точек в определенных зонах. Сколько точек — такая и цифра в разряде. С одной стороны устройства находился паз для драгоценного камня, служившего магической платой. Рядом — паз для осколка, который будет давать питание устройству.

Также предусмотрел место под лунные контуры Ульдантэ, но в начале работы я не представлял сколько энергии будут потреблять артефактные счеты, так что решил внедрить оба варианта.

Когда я приступил к разработке печати, сразу же столкнулся с первыми сложностями. Это тебе не на готовом языке программирования писать простой калькулятор. Обычно в пакете уже были забиты все арифметические операции. Тебе достаточно было просто подставить нужный оператор.

Основная сложность крылась в хранении информации. Я не знал, как создать банальные переменные с помощью магических контуров. Одна из проблем магии на Тардисе — невозможность хранения энергии. Лишь осколки могли помочь в данной ситуации. Но в осколках нельзя хранить никакой информации — только извлекать энергию.

Долго мне пришлось провозиться с этим делом, пока я наконец не нашел подходящий спектр и не решил закольцевать мини-кольцо с автоматической подпиткой. Мана циркулировала по контурам по кругу. Постепенно рассеивалась, но из осколка пополнялась до нужного уровня. Таким образом я создал первую ячейку памяти. Выдающееся достижение по меркам Тардиса!

Дальше дело пошло значительно бодрее. В ячейки памяти забивались заданные числа и промежуточные этапы вычислений. За несколько дней я выстроил основной алгоритм для разных операций. Перестраивал и упрощал программу множество раз.

Все равно итоговый вариант мне казался чересчур громоздким. Но возиться над оптимизацией задачи можно было бесконечно, так что я отставил перфекционизм в сторону и сосредоточился на том, чтобы создать рабочий прототип.

Ячеек памяти, логических контуров и связей пришлось создавать сотни и сотни. Донельзя утомительная и кропотливая работа. Нам с Лейной потребовалось применить все наши способности, умения и магические силы. Работали тончайшим Магическим Щупом при помощи многократной Магической Линзы. Обычно до пяти увеличений использовали.

Настоящее ювелирное искусство!

Подобная работа тратила осколки и силы как не в себя. К концу дня мы с ученицей походили на выжатые лимоны. Казалось, мы разгружали вагоны с цементом, а не корпели над научно-магической техникой. Но мы не отступались от задачи. Трудились до последнего.

Сложение и вычитание далось нам относительно легко. Над умножением и делением пришлось корпеть значительно дольше. Тут ведь еще и ограничение на количество разрядов вступало в силу. Я постарался найти компромисс между точностью и громоздкостью устройства и контуров.

Наконец, спустя примерно неделю после начала адской работенки рабочий прототип был закончен. Еще день мы потратили на отладку, тестирование и внесение последних корректировок. Всплыли некоторые баги, куда уж без них. Но они были не критичны и на основную задачу не влияли. Поскольку мы с Лейной делали устройство не для продажи, а для себя, просто договорились избегать этих моментов.

Под конец так устали, что уже плюнули на полировку определенных контуров. Для устранения некоторых багов требовалось чуть ли не с нуля все перестраивать, так что мы просто смирились с неидеальностью устройства. Главную свою функцию он выполнял, а это главное.

Архейского некроманта разведчики закономерно обнаружить не смогли. В Арьяджи все еще оставалась очередь из заказов на артефакты и желающих пройти адаптацию их печатей с проверкой на редкие стихии. Так что мы остались в городе еще на какое-то время.

Пожалуй, это даже более важное изобретение, чем все то, что мы творили до этого. Калькулятором никому не хвастались, даже приближенным. Только мы с Лейной знали в точности, для чего нужен данный артефакт. Не стоило давать многочисленным недругам лишней информации. Меньше народу знает — надежнее секрет.

Первым делом я протестировал артефакт на просчете фона для Дисбаланса. Скорость расчетов выросла в разы! Больше времени уходило на кручение шестеренок для выставления числа и перезапись печати в фокусатор, чем на сами расчеты.

Да к тому же все это делалось почти на автомате. Попробуй записать на бумаге расчеты, скача верхом на гурде, уворачиваясь от вражеских атак, следя за обстановкой и раздавая приказы. Возможно, когда-нибудь и дорастем до автоматического артефакта, подстраивающего печать под фон, но прогресс налицо.

Этим же вечером отпраздновали создание великого считающего артефакта.

— Так что мы отмечаем? Над чем вы трудились все это время? — вопрошала Ниуру.

— Не забивай свою прекрасную голову всякой ерундой. Просто полезный инструмент, который поможет нам в магических изысканиях… Дела наши здесь почти закончены. Можно отправляться в Дилавердо, где нас давно ждут в гости. Заодно и стихию Жизни приручим под артефакты! — я поднял кружку с грибным элем, несколько бочонков которого привезли в Арьяджи мои работники. — Выпьем же за то, чтобы прогресс не стоял на месте!

— Моя голова… — простонал я наутро. — Где мои фокусаторы? Срочно нужно Целительское Касание… Да и закинуться осколком не помешает… — принялся я шарить рукой по тумбам и стульям вокруг.

— Больше никогда не буду отмечать с вами… — донесся из-под одеяла недовольный голос.

— Лия? Ты что ли? — удивился я.

— Представь себе!

— Не думал, что ты решишь погреть мне постель…

— Ты заявил, что я отлыниваю от супружеских обязанностей… — проговорила эльфийка угрюмо.

— И ты согласилась их исполнить?

— Не следовало мне праздновать. Выпивка затуманивает разум… К счастью, ничего не было.

— Как это к счастью⁈ Тогда придется наверстывать упущенное в срочном порядке! Для такого дела и оранжевого осколка не жалко!

— Меня ждут в городской ратуше…

— Подождут!

Состояние мое оставляло желать лучшего даже после Целительского Касания и принятого осколка, но отказываться от награды в виде шикарной Высокой эльфийки я не стал. Заслужил поощрение после нескольких дней трудоемкой и кропотливой работы над калькулятором! Да и в конце концов супружеские обязанности необходимо исполнять. С Лиетарис мы видимся редко, так что нельзя забывать оказывать ей знаки внимания.

Простыни после наших игрищ были мокрыми, мы — уставшими, но довольными. Долго нежиться в кровати нам не дали. Сначала Ниуру колотила, зовя на завтрак, потом и ученица приперлась, заявив, что нас ждет очередь из оставшихся магов и клиентов.

Во время трапезы Красная эльфийка без устали бурчала на нас с Высокой. Хоть мы сочетались официально признанным браком, Ниуру все еще считала, что ее старая подруга поступила бесчестно. Сначала оскорбляла ее за сделанный выбор, а потом и сама попалась в человеческие сети. Сердцу эльфийскому не прикажешь.

Мы остались в Арьяджи еще на несколько дней, решая накопившиеся вопросы в темпе вальса. Через нас прошло пару десятков местных чародеев — из гражданских, согласившихся заплатить выставленную нами с Лейной непомерную плату за адаптацию и проверку на редкие стихии. Раскошелиться решились немногие, но мы не собирались заниматься благотворительностью. Наше время стоило дорого.

В итоге ни одного редкостихийного среди испытуемых не нашли. Но по три печати каждому адаптировали — таков был наш уговор. Заработав при этом приличную сумму денег, на что у Хорана Мрадиша всегда найдется свободная минутка.

Калькулятор стал поистине прекрасным изобретением для нас с ученицей. Экономил просто гору времени. Как при просчетах магического фона для артефактов с Дисбалансом, так и для просчета личной маны и печатей для чародеев. Скорость работы повысилась в несколько раз.

Поскольку устройство пока было в единственном экземпляре, мы с Лейной пользовались им по очереди, либо менялись. Пока один занимался зачарованием контуров, другой проводил расчеты. И наоборот. В целом получалось достаточно эффективно и удобно. Но если к нашей команде добавиться хотя бы еще один чародей, то придется корпеть над вторым экземпляром.

По крайней мере, начинка для устройства уже была разработана. Достаточно скопировать. Правда, на зачарование сотен и тысяч ячеек, связей и контуров все равно уйдет несколько дней.

Видеть бесконечные вереницы артефактов мы с ученицей уже не могли. Так что я решил нанять парочку зачарователей. В страже нашлись такие специалисты, пусть и не лучшего качества и ранга. Зато сэкономили на плате, ведь опытный зачарователь с гражданки затребовал бы колоссальный оклад.

Мы с Лейной подтянули выбранных нами чародеев. Один приехал с нами из Нирдхолда, второй служил в местной страже Арьяджи — починял артефакты городским службам.

Оба согласились подписать расширенный контракт, и мы занялись ими вплотную. Тщательно проанализировали личную ману, проработали самые разные печати, адаптировали учебные руны и заклинания, довели несколько базовых контуров до уровня гармонии.

Потратили времени в несколько раз больше, чем для рядовых магов. Ранее эти зачарователи-служащие звезд с неба не хватали — потому и прозябали в страже, где платили не ахти. Но теперь в кратчайшие сроки достигли… пусть не высокого, но вполне добротного среднего уровня.

— Будете делать базовые заготовки Артефактов Мрадиша по лекалам! — распорядился я. — А уж доводить до финала и настраивать под магический фон продолжим мы с ученицей.

Да, повышались шансы на то, что базовые печати и некоторые секреты утекут на сторону, но пока что основной технологией настройки владели только мы с Эббот. А без адаптации под конкретное место от артефактов и плетений не было толку.

В итоге мы с ученицей высвободили дополнительное время. Вернее, высвободим через какое-то время. Зачарователей пока что отправил набираться опыта под руководством Ильхарда, который уже помогал нам с заготовками и знал много профессиональных тонкостей. Думаю, через неделю-другую их можно будет подпускать к простым заготовкам. А еще через какое-то время они перестанут делать брак.

К сожалению, при таком распределении удавалось скинуть с себя лишь часть работы. Многие контуры требовали настройки под магический фон. Но даже так производительность вырастет.

Разобравшись с делами в Арьяджи, мы распрощались с Лиетарис и местными, после чего двинулись на юго-восток, в сторону Дилавердо.

Строительные бригады, занимающиеся переправами, давно начали работать на данном участке, так что многие мосты и переходы были уже возведены. Вот дорожное полотно оставляло желать лучшего. Требовалось время на строительство скоростного тракта.

Гурды двигались довольно бодро. Выехали мы на рассвете, и к позднему вечеру достигли городских стен Дилавердо. Стража пропустила нас в город и сопроводила до замка правителя. Со многими из солдат Дилавердо мы были уже знакомы, поскольку бились бок-о-бок во время арконского крестового похода. Так что привечали нас охотно.

На Дилавердо толком вечером мне полюбоваться не удалось, но в целом город оставлял благоприятное впечатление. Вокруг расстилались сочные по меркам засушливых Пустошей луга, которые могли посоперничать с окружающими просторами Нирдхолда. Территория города была значительной. Мы проезжали мимо многочисленных загонов для скотины, хлевов и амбаров. Недаром Дилавердо считался главным конкурентом Нирдхолда в животноводстве.

Мы выехали на полутемную площадь близ замковых ворот, за которыми проживал Бьярнум. Лишь несколько горящих магических фонарей, да полумесяц Кайи разгоняли сгустившийся полумрак. Освещение — вот еще одна задачка для Артефактов Мрадиша.

Свет — почти что синоним жизни. Местная жизнь все еще была во многом подчинена ходу движения светила. Крестьяне вставали на рассвете и заканчивали свою деятельность на закате. При тлеющей лучине особо не позанимаешься делами, требующими нормального освещения.

Масляные фонари, свечи, факела и тем более магические светильники все еще стоили приличных денег по меркам бедного сословия. Правда, и Артефакты Мрадиша не стоили дешево. Но хотя бы общественные места и разные важные объекты следовало обеспечить нормальным освещением.

Хоть я и организовал освещение на производстве, но там применялась стихия Огня. Генерировались быстро таящие светящиеся пламенные язычки и искры. Они давали не слишком много света, при этом потребляли прилично энергии. Да еще и создавали риск пожаров. Далеко не самый удобный метод освещать пространство.

Стихия Света была родственна Огню, но мы пока не находили естественных источников на Тардисе. А без замеров подогнать правильный спектр не выйдет.

Все случилось в одно мгновение. Я заметил легкий отблеск с одной из крыш. Раздался едва уловимый щелчок. Мякотка дернулась и привстала на дыбы, в тот же момент отправив магическую волну в сторону. Летящий в меня снаряд отскочил и упал на каменную мостовую.

— Сжечь! — взъярилась Ниуру и запустила огненный снаряд в нападавшего.

Ульдантэ, а за ней и еще несколько Воителей в один миг взлетели на крышу строения и погнались за налетчиком. Чародеи, и я в том числе, не могли совершать подобные акробатические трюки. В этом мы Воителям уступали.

— Не дайте ему уйти! — крикнул я напоследок, прежде чем наши бойцы растворились в ночи. — Ниуру, ксарг тебя дери, ты город хочешь спалить дотла⁈

— Да я по гаду била!

— Пожар! Горим! — раздались возгласы жителей здания, в крышу которого зарядила Красная эльфийка.

— Тушим пламя. Живее! — распорядился я. — Убийца не уйдет. Мякотка, помоги им выйти на след.

— Грук-хра! — ржанула гурдиха.

Сам я тащиться за нападавшим не стал. Не конунгское это дело за всякими тараканами гоняться. Помог с тушением пожара, хотя толку от меня в этом вопросе было мало. В основном трудились чародеи стихии Воды, включая и Лейну, у которой стихия была отработана на множестве Водных артефактов. Магов в нашем войске было достаточно, так что разгорающееся пламя потушили в один миг.

Нашли и запущенный снаряд — мощный арбалетный болт с зачарованным наконечником. Такой даже крепкий доспех может прошить с дистанции. Впрочем, это все равно должно повезти, ведь при наличии стольких целителей рядом умереть от одиночной раны достаточно сложно. Даже прямое попадание в сердце можно пережить. Пока кровь не поступает в органы, магия Жизни сможет поддерживать тело какое-то время.

На переполох вышел поглазеть и конунг Дилавердо, которому уже доложили о нашем прибытии.

— Дружище Хоран, рад, что ты не пострадал! — обнял меня здоровяк так, что чуть ребра не треснули. — Думал, что ты пораньше приедешь. Чего так долго?

— Да то один проект, то другой. Сам знаешь. Часто у вас тут на конунгов покушаются?

— На меня почти перестали. Как одну семейку предателей казнил, да еще нескольких провинившихся изгнал, — пожал плечами Бьярнум. — Привык, можно сказать.

— Да и я готов к внезапному нападению, — подметил я.

— Скоро узнаем, какой дом посмел послать убийцу по твою душу. Ладно я, но гости города должны чувствовать себя в полной безопасности! — разорялся правитель.

— О, а вот и виновник торжества, — заметил я процессию.

Ульдантэ волокла за собой одетого в темного худого мужчину, чья нога свободно болталась. Похоже, по ней прошлись молотом. Налетчик стонал от боли и беспомощно цеплялся за камни мостовой. Но Воительница шла вперед, не чувствуя особого сопротивления.

— Славно! — хлопнул в ладоши Бьярнум. — Тащите его в Священную Келью!

— Это еще зачем? Чтобы подлатать? — вопросил я.

— Допрос с пристрастием и пытки переживает далеко не каждый, даже с целителем рядом. А в Священной Келье намного легче этим заниматься. Только ты нанес раны или увечья, как они тут же сами затянулись, и можно начинать допрос по новой. Настоящее чудо! — ухмыльнулся конунг.

— Полезная реликвия, — согласился я. — Давай посмотрим на эту вашу Священную Келью…

Мы развернулись и двинулись в обход замка. Территория Священной Кельи соединялась с крепостным комплексом конунга Дилавердо. Правители тоже хотели иметь к ней постоянный доступ, так что замок был выстроен вплотную к ней.

— Когда-то Келья находилась в открытом доступе и любой мог ей воспользоваться, — поведал Бьярнум. — Сюда приходили лечить недуги и раны, приносили детей, приводили захворавших животных. Однако один из конунгов огородил место каменной стеной и начал взимать плату.

— Где есть спрос, там будет и золото, — кивнул я.

— Я бы и снес стены, но Келья дает стабильный приток средств. Придется иначе уменьшать количество стражи или повышать налоги. Так что я решил продолжить старую практику.

Возле прохода к Каменной Келье стояла небольшая очередь.

— Даже ночью ждете своего шанса? — вопросил я.

— Конечно, господин. Ночью ведь на Келью скидки! — ответил один из мужиков.

— Грамотное решение, — покивал я.

Мы прошли через створку и оказались в небольшом каменном мешке. Вокруг нас высились мощные каменные стены, а впереди лежал здоровенный валун. Прямо внутри скалы были выдолблены пустоты. Магией или ручными инструментами — неизвестно. Келья появилась так давно, что никто и не знает, кто первым обустроил место.

В камне обнаружилось небольшое помещение примерно пять на пять шагов с низким потолком. Освещено качественными магическими светильниками. Много народу со скотиной здесь явно не поместится. Для нас Келью освободили. Народ не стал роптать, пропустив конунгов с сопровождением вне очереди.

Мы с Лейной сразу приметили магические эманации стихии Жизни, которые распространялись откуда-то из-под земли.

— То, что надо! — потер я ладошки в предвкушении.

— Полагаешь, сумеешь разгадать секрет Кельи? — вопросил Бьярнум.

— Определенно. Суть та же, что в Жаровнях, Каменном Древе и Ледяном Гроте. Не терпится сразу приступить к изучению фона, но оставим дела на утро. С дороги надо как следует помыться и отдохнуть!

— Мудрое решение. Я как раз достал пару бочонков нуэзийского! — покивал конунг.

— Я не то имел в виду. Тебе любой повод сгодится, лишь бы устроить попойку, — хмыкнул я.

В Священную Келью завели убийцу, который покушался на мою жизнь. Его приковали к кандалам в стене и почти сразу приступили к допросу. Участвовала как Дзартен, так и местные эскулапы. Я в отлаженную процедуру лезть не стал. Зевнул и потащил ученицу подальше от «пыточной лечебницы».

— Наставник, это же настоящее открытие! — воодушевилась Лейна. — Если мы создадим такие же Кельи в других городах, это спасет множество жизней!

— Понаделаем госпиталей, и народ не будет дохнуть словно мухи! Решим проблему материнской и детской смертности! — поддакнул я.

— Да-да-да! — загорелась идеей Эббот.

— Заодно и казну пополним, кши-уш…

— Нет-нет-нет! — отшатнулась ученица. — Наставник, целебные Кельи должны стать бесплатными и общедоступными!

— Т-ц, нет в тебе тяги к прекрасному… К золоту, то бишь. Ладно, сделаем бесплатными, — заверил я и добавил. — Но потом. Как только отобьется стоимость заготовки и наши с тобой услуги по зачарованию. Серебро с золотом на деревьях не растут!

Ученица вынуждена была согласиться с моими требованиями. В общем-то у нас и так имелись возможности для заработка. Волшебные госпитали можно и в народное пользование отдать. Все будет польза для растущей империи Мрадиша.

Бьярнум как всегда затеял пирушку, в которой прибывшие гости из Нирдхолда стали главными участниками. Я ради приличия посидел какое-то время, пообщался на разные темы. Рассказывать Бьярнуму про архейцев не стал. Незачем ему в эти дела лезть. Еще разболтает. Просто сообщили, что столкнулись с сильным некромантом.

К ночи с допроса вернулась и Дзартен:

— Мы нашли нанимателя из местных, и тот быстро раскололся. Похоже, за этой цепочкой стоит некий заказчик из Далифакса. Скорее всего, Тьярдон.

— Чтоб этому предателю ксарги глаза выцарапали! — ударил по столу кубком Бьярнум. — Это уже открытое неуважение к конунгу Нирдхолда. Подобная дерзость смывается только одним — кровью!

— И что на сей счет говорят традиции пустошей? Далифакс не выдает беглого преступника. Как нам следует поступить? — поинтересовался я.

— Впервые ты спросил про наши традиции, Хоран, — кивнул Бьярнум. — Что ж, если кто-то не выдает кровного врага, значит он сам враг. Далифакс должен нести ответ за сделанный выбор!

— Мы идем войной на Далифакс? Достаточно ли веские у нас основания и доказательства? — засомневался я.

— Прихвостни Тьярдона дали показания. Конунги их примут, — отмахнулся правитель. — Мы в своем праве, Хоран. Дело осталось за малым — показать Далифаксу, что они выбрали неправильную сторону!

Похоже, юридические тонкости в Пустошах народ волновали слабо. Решало право сильного и кровная месть. Что ж, раз Далифакс встал в ряды моих врагов, придется с ним разобраться. Нет, врагов у Хорана Мрадиша достаточно, но одинокий Вольный Город — посильная для нас цель. Оставалось надеяться, что к нему никто более не примкнет.

— Кстати, не так давно в Далифакс конунги съезжались, — заметил беспечно Бьярнум, утерев бороду от остатков выпивки.

— И ты только сейчас говоришь об этом? — приподнял я бровь. — Кто именно?

— Помимо Мьеркампфа, конунга Далифакса, и предателя Тьярдона в городе видели свиту Седой Гривы, Сьорвика Дуболома, Железного Брюха, Мадьярана и других… Почитай, почти все, кто был против твоего назначения на пост конунга Нирдхолда.

— Так все-таки они задумали устроить заговор против благородного Хорана Мрадиша? Как подло с их стороны! — фыркнул я, немного захмелев от выпитого.

— Это война! — вонзил топор в столешницу Бьярнум.

— Тише, мой сумасбродный друг. Мы не будем переть напролом. Кшанти, где сейчас наш Безликий шпион? Отправь его в Далифакс. Пусть узнает, кто из конунгов еще в городе и сколько примерно у них войск!

— Безликий пребывает в Дилавердо. Будет исполнено, — отчиталась Ночная.

— Под нашим правлением три крупнейших города Пустошей. Войска сильны! Даже Арконцы не сумели сломить наш дух. Куда уж там ксарговым заговорщикам. Мы снесем предателей с лица Тардиса! — продолжил конунг залихватски вещать.

Я закатил глаза:

— Таким темпом у нас и армии не останется. А ведь врагов еще достаточно. Главное — это сберечь личный состав. Так что в лобовую атаку мы против мятежников не пойдем.

— Тю, какой ты осторожный. Что предлагаешь?

— Ты мне скажи. Далифакс почти что твой сосед — в нескольких часах езды. Можно ли проникнуть в город?

— Далифакс имеет мощные стены и защитные укрепления. И армия у них солидная. Столько ведь на серебре заработали!

— Рудники далеко от города? — поинтересовалась Ульдантэ, краем уха прислушивающаяся к беседе.

— Нет, город, считай, на рудниках и воздвигнут! Там под землей все изрыто тоннелями, — заверил Бьярнум. — К моему двору прибился один бригадир-рудокоп, который знает далифакские шахты как свои четыре пальца!

— Может быть, пять пальцев?

— Не-е, ему один из пальцев раздробило валуном во время обвала. Позовите Четырехпалого! — рыкнул правитель.

— Ему можно доверять?

— Мьеркампфа он ненавидит. Из-за жадности конунга много шахтеров полегло, а сам Четырехпалый лишился всего нажитого имущества и семьи. На него повесили обвал, в котором погибло много рабов и шахтеров, после чего изгнали из Далифакса. Хотя это Мьеркампф отдал прямой приказ вести разработку опасной штольни.

Бригадиром оказался побитый жизнью мужчина со спутанной бородой и немытыми волосами в помятой одежде. В общем-то типичный житель Тардиса. Это я привык регулярно мыться и стирать одежду, да в моем окружении было много околоидеальных эльфов. А вот большинство жителей этого мира выглядели менее опрятно.

— Хотите проникнуть в самое сердце Далифакса? Это я могу вам устроить! — оскалился Четырехпалый. — Главное, когда будете вырывать гнилое сердце Мьеркампфа, передайте ему привет от бригадира Дурви!

— Обязательно, — покивал я. — Как далеко идут подземные шахты?

— Да в них сам ксарг ногу сломит! За века добычи руды проходы разрослись вглубь и вширь. Многие вышли за пределы города. Большую часть выходов завалили, либо перекрыли магическим камнем. Я знаю пару мест, где завалы на самом деле неглубоки. Если есть маги Земли, сможете расчистить проход!

— Маги Земли найдутся, — кивнул я. — Под замок конунга сможешь провести?

— В самый центр? Не уверен. Так далеко я не забирался. Нужен грамотный маг Земли, который поможет ориентироваться.

— Чародей Металла подойдет?

— Конечно! Так даже проще будет. Я знаю, где залегают жилы разных металлов, — откликнулся Четырехпалый.

— Ха! Где ты достанешь чародея Металла? Из-под земли выкопаешь? — фыркнул Бьярнум.

— Вообще-то у нас есть одна магичка металлическая, — заявила Ниуру.

— Да, мы же провели проверку на редкостихийных магов, — кивнул я.

— И ты только сейчас говоришь об этом? — удивился конунг.

— Запамятовал. Еще нашли одного Бумажника и двоих Пепельных. Один у нас, другой в Арьяджи. С нами дед Олбрахт приехал.

— Двое Пепельных⁈ Хоран, и мне найди одного мага Пепла! — попросил здоровяк, как будто бы даже протрезвев.

— Я тебе Пепельных магов из воздуха делаю что ли? Все зависит от того, повезет Дилавердской страже или нет, — хмыкнул я.

— Точно повезет. Меня любят Боги!

— А меня не особо… — вздохнул я. — Кстати, как твоя супруга? Уже в Дилавердо?

— Мы пока не разговариваем. Я предложил расширить брак и взять еще одну жену — с тебя пример беру. Но женушка воспротивилась.

— Сочувствую.

— Чего жалеть? Без ее упреков живется намного легче!

Теперь понятно, чего Бьярнум вечно навеселе и такой отбитый. Супруга хотя бы немного сглаживала кипучую натуру любителя сражений и пирушек.

— Ты лучше помирись с женой — твоей опорой и поддержкой. Ведь главное — это семья!

Бьярнум завис на какое-то время, обдумывая мои слова. После чего ударил по столу:

— Умный же ты мужик, Мрадиш!

— И постарайся никому не разболтать о наших планах. Иначе все пойдет ксаргу под хвост!

Вечер продолжался еще долго, но я отправился на боковую, обсудив основные вопросы. Сразу же связались с Нирдхолдом и вызвали в Дилавердо чародейку Металла. Ей потребуется пара дней, чтобы добраться до города. Но мы особо и не торопились.

На следующий день Бьярнум долгом отсыпался. Мы же с ученицей, которая вела трезвый образ жизни, направились изучать местную достопримечательность.

К Священной Келье круглые сутки стояла очередь, но нам с Лейной удалось пройти без записи. Правда, людей все равно пускали внутрь, просто в меньшем количестве. Но нам лишние наблюдатели не сильно мешали. Обыватели и даже одаренные все равно бы не смогли понять ничего из наших замеров, расчетов и записей.

— Здесь нигде нет мест с аномально быстро растущей травой и разными сорняками? — спросил я стражу.

— Не припомню такого, господин…

Значит, с подходящим спектром облом. Источник был настроен на целительство, давая энергию живым организмами и подстегивая регенерацию. Существовали спектры стихии Жизни, которые ускоряли рост растений. Чем-то похожим, например, владели Высокие или Призывающие эльфы.

Если бы удалось совместить заклинание ускоренного роста с магическим фоном Тардиса, это бы сулило прекрасные перспективы. Повышение урожайности и скорости созревания могло дать прорву еды. Высвободить крестьян из пищевой кабалы. Империи нужны солдаты и рабочие! Но Священная Келья нам дать такого чуда не могла, а жаль.

Распространение холодильных артефактов чуть облегчило ситуацию с продовольствием. Еду стало хранить проще. Да и травиться народ перестал в таком масштабе. Правда, морозильные артефакты пока стояли не в каждом доме, но лиха беда начало.

Люди приходили в Келью, сидели по часам и уходили. Кто-то лечил мелкий ушиб, у другого зуб болел, третий поломал ногу, упав с высоты, иные страдали от лихорадки или даже просто на всякий случай приносили младенца на профилактику. По факту здоровые дети, но зажиточные мамочки перестраховывались. В принципе, от стихии Жизни побочных эффектов не возникало, вторых голов не появлялось, так что вреда никакого.

— Разве что идет ускорение обмена веществ, — подметил я, глядя на одну такую мамашу с ребятенком.

— Обмен… веществ? — переспросила она. — Что это значит?

— Это значит, что во время нахождения в источнике жизнь человека идет быстрее. И если водить его слишком часто, то он может постареть раньше положенного срока…

— Так это замечательно! — воскликнула гражданка. — Поскорее бы сыночек мой вырос и возмужал!

— На стариков это тоже работает? — вопросил один небедный мужик, пришедший подлечиться от похмелья.

— Конечно.

— Надо сюда тещу привести на «лечение». Глядишь, и скопытится карга пораньше, — усмехнулся он.

— Полезная Келья. И людей пытать удобно, и жизнь укорачивать, — заметил я.

— И думать о таком не смейте! — возмутилась ученица.

За день мы собрали достаточно замеров. Следом настал черед расчетов и натурных тестов. С собой мы привезли на всякий случай серебряную ячеистую сеть площадью в несколько десятков метров. Заготовки для артефактов, как показала практика, всегда могли пригодиться.

Еще день у нас ушел на разработку заклинания, проверку разных спектров и внедрение в тестовые контуры. Наконец стационарная целебная печать заработала! Пока что мы использовали небольшую заготовку примерно в пару квадратных шагов. Целебный эффект фокусировался в определенной зоне, иначе был бы слишком разреженным.

Дилавердо лечебный артефакт не требовался — у него своя Келья имелась. Можно было бы изготовить дополнительный, но пока что серебро оставалось в дефиците, так что мы внедряли устройства избирательно. Возможно, после разборок с Мьеркампфом Далифакс продолжит поставлять нам драгоценный металл.

Да и отрядам Нирдхолда стационарный артефакт без особой надобности. У нас теперь куча целителей в войсках. Впрочем, заготовка все равно может пригодиться.

Безликий облазил доступные тоннели шахт, на которые указал Четырехпалый. Наш эльф-разведчик пронес несколько духовных камней в нужные места. И даже внутрь города прокрался.

Идея пришла в голову именно мне, скажу без ложной скромности. И мы решили воплотить ее в жизнь. Так что все серебряное полотно заготовок было распилено нами на несколько разных артефактов. Мы с Лейной провели зачарование, использовав принесенные шпионом духовные камни. Каждый артефакт был готов к использованию, но только в одном конкретном месте.

Также занялись с Лейной проработкой и местных магов по просьбе Бьярнума. Дилавердской страже с Пепельными не повезло. Ни одного Вулканиста, ни Металлиста. Лишь один чародей стихии Бумаги обнаружился.

— Тьфу, бесполезный бумагомарака! — сплюнул Бьярнум, когда узнал. — Ничего, распущу своих магов и наберу новых. Кто-нибудь из следующего набора покажет талант к Пеплу!

— Звучит как план. Дерзай, — хмыкнул я. — Мы закончили с подготовкой к операции.

— Выступаем⁈

— Не так быстро. Сначала надо расчистить проходы. Отправимся небольшим разведывательным отрядом.

— Уверен, что сможете пробраться мимо патрулей?

— Обижаешь. Я в Туманное Аббатство просочился. Уж с местным князьком справлюсь!

Сказано-сделано. Я собрал боевую группу в основном из приближенных. Я с Мякоткой, чародейка Металла по имени Кьярна, дед Олбрахт, Ниуру, Ульдантэ и Дзартен. Плюс Четырехпалый в качестве проводника. Мы выбрали лучших гурдов высоких рангов, чтобы иметь возможность быстро ретироваться, если вдруг нас обнаружат.

И в одну из ночей тайно покинули Дилавердо, дабы шпионы Далифакса ничего не заподозрили. За несколько часов не самой простой скачки почти по диким местам достигли соседнего города. Я наложил на весь отряд Туманный Скрыт, включая гурдов. Патрули иногда шастали вокруг города, так что ауры следовало спрятать.

Четырехпалый провел нас к заброшенному входу в шахты, который находился примерно в трех километрах от городских стен. Тоннели были завалены на первый взгляд капитально, но бригадир заверил, что долго пробиваться нам не придется. Мы расчистили вход и спрятали гурдов от случайного взора.

Затем развернули уже настроенный на это место горнопроходческий артефакт и запустили устройство. Артефакт потреблял энергию из окружающего пространства и практически не фонил.

Время тянулось ужасно медленно. От нас требовалось лишь выгребать каменный щебень наружу, да прятаться от проезжающих патрулей. Далифакская стража на заброшенные, поросшие бурьяном, шахты внимания не обращала. Мы замирали и прекращали все работы, как только Ульдантэ замечала приближающихся всадников.

В итоге потребовались всего сутки, чтобы проделать в завалах камня сквозной проход. Проводник не обманул. Здесь действительно всего несколько шагов завала, часть которого можно было разобрать вручную.

Мы проникли в темные затхлые подземные тоннели. Гурдов тоже завели внутрь. Старые проходы были достаточно широкими, чтобы провести копытного. Вот верхом здесь не поскачешь — будешь биться головой о каменный потолок. Мы с Лейной сформировали по светляку, разогнав извечный подземный мрак.

— Ведите! — махнул я Четырехпалому и чародейке Кьярне.

Бригадир и магичка Металла повели нас вглубь подземных тоннелей. Шли достаточно бодро, хотя разок проводник и завел нас в откровенный тупик. В какой-то момент бригадир узнал родные тоннели и двинулся в ускоренном темпе. Один раз мы даже слышали отдаленный грохот от ударов кирками. Видимо, проходили неподалеку от разрабатываемой штольни.

— Мы уже под городом, — заметил шахтер спустя время. — Дальше начинается темная зона. Мы так глубоко не забирались. Здесь пропадали рабочие, да и проходы многие завалены.

Какое-то время мы плутали по подземным переходам. Частенько натыкались на тупики, каверны и заброшенные штольни. То уходили на ярус ниже, то поднимались наверх. Далифакс действительно напоминал сыр со множеством дыр и ходов. Город выбрал все доступное серебро из недр, оставив в земле сквозные раны, тянущиеся на многие километры.

— Это единственный путь, который ведет к центру города, — постучал по завалу Четырехпалый. — Замок конунга где-то там. Может, проще поискать выход наверх, и уже из города пробраться в крепость?

— Мы должны подобраться как можно ближе. Лейна, настраиваем артефакт!

— Да!

Горнопроходческий артефакт снова включился в работу, как только мы перенастроили контуры под текущее место. Здесь уже нам не требовалось следить за патрулями стражи. Просто сидели в темноте и ждали, когда же на той стороне появятся пустоты.

Ждать пришлось не слишком долго. Менее чем через сутки артефакт закончил прокладывать узкий тоннель через камень. Мы двинулись через лаз и вышли в еще более древние, заброшенные шахты. Наверное, здесь добывали металл сотни и тысячи лет назад. Когда порода истощилась и все значимые жилы были выработаны, рудокопы были вынуждены уйти в новые штольни. Зашли так далеко, что даже покинули пределы города. Поистине далеко человек может зайти в попытках получить нечто ценное.

Мякотка недовольно фырчала, ступая по стертому камню. В воздухе витала опасность. Казалось, нечто зловещее пялится на нас из глубины мрачных тоннелей.

— Жуткое место! — поежилась Лейна.

— Нельзя применять сильную магию, — заметил я и обнажил на всякий случай клинок. — Иначе всплески засекут маги в городе. Мякотка, ты поняла?

— Бр-гхру!

— Ниуру?

— Че? Или ты думаешь, что я тупее гурда?

От недовольного голоса Красной эльфийки где-то рядом раздался потусторонний скрежет. Послышалось быстрое шарканье, за которым последовало голодное рычание.

— Мертвяки! Работаем!

Я рубанул первого попавшегося упыря, Ульдантэ работала молотом без остановки. Мы старались не применять мощные заклинания, поскольку маги над нами могли почуять всплески фона.

Мякотка долбила лезущую нечисть рогами и лягала копытами. Ниуру переключилась на короткий зачарованный клинок, который носила с собой. В замкнутом пространстве даже слабый огонь — скверное решение. Кислород мог быстро закончиться.

Четырехпалый и Кьярна помогали по мере возможностей. Чародейка Металла бросалась мелкими железными пулями. Не Магнето, конечно, но свою лепту вносила.

Основными бойцами стали Мякотка с Ульдантэ. Да я иногда кромсал упырей клинком, используя разученные приемы. Прошло уже больше года с момента моего появления на Тардисе. Небольшими шагами, но все же мне удалось достичь приемлемого уровня, став неплохим мечником. Учителя у меня были достойные.

Правда, нечисть представляла из себя грозного противника. С одной стороны, они не использовали клинки и броню, но природные когти с клыками и нечеловеческая сила со скоростью с лихвой компенсировали данные недостатки. Приходилось вертеться как юла, отходить и прикрываться щитом.

Зачарованное лезвие раз за разом входило в мертвую плоть. Летели конечности и головы, прорубались хребты, вспарывались брюха. Старые заброшенные тоннели стали местом настоящей резни.

Нас атаковали иссушенные мертвяки в почти полностью истлевших одеждах. После элитных упырей Игнваррума обычная нежить показалась нам легкой прогулкой. Неизвестно, как эти бедолаги оказались замурованы в заброшенных шахтах.

Поначалу они еще не отошли от спячки, в которой находились долгое время. Но чем дальше, тем более шустрые упыри начали вылезать из недр. Мы уставали, теряли сноровку и получали разные повреждения. Поток мертвяков же не иссякал.

— Отходим! — принял я решение. — Примем нечисть в узком проходе…

Мы вернулись назад к проделанному нами лазу, перешли на ту сторону и заняли оборону. Мертвяки лезли на нас по одиночке, и мы расправлялись с ними совместными усилиями. Словно на конвейере по разделке рыбы. Отсечь плавники, отрубить голову, выпотрошить — неси следующего!

Ульдантэ была поистине прекрасна. В этих мрачных тоннелях, едва освещенных мутными заклинаниями, вся в останках упырей, с грязным здоровым молотом, так и мелькающим в руках Воительницы. Пожалуй, без нее мы бы не сдержали напор восставшей орды.

— Совсем Мьеркампф тараканов в подвале не травит! — утер я катящийся градом пот. — Этому городу нужен новый конунг!

Наконец поток мертвяков начал иссякать. Мы закончили с зачисткой заброшенных шахт. Зализав полученные ранения, продолжили исследование недр.

Спустя некоторое время Кьярна и Четырехпалый привели нас к центру Далифакса.

— Замок конунга прямо над нами, — объявил проводник. — Ходили слухи, что подвальные уровни соединяются с шахтами. Надо только выйти на нужный ярус…

— Замечательно. Приступаем ко второй фазе операции!

Спустя еще какое-то время плутания мы достигли одного из верхних ярусов и проложили путь прямо в подвальные катакомбы далифакской крепости. Фактически открыли дорогу для вторжения. Правда, здесь имелась одна загвоздка. Как незаметно провести солдат? В Дилавердо наверняка находились наблюдатели наших недоброжелателей, так что любые передвижения крупных групп войск отслеживались.

Пришлось пойти на ухищрение. Часть гвардии Бьярнума переодели в цвета Нирдхолда. Мы с конунгом устроили прилюдную сцену прощания, после чего наш расширившийся отряд покинул Дилавердо.

Мы двинулись на запад, к Арьяджи. Достаточно удалившись и убедившись в отсутствии наблюдателей, сделали крюк и объехали Дилавердо по широкой дуге по дикой степной местности. Вечером соединились и с Бьярнумом, который втихую покинул город.

Сборный отряд элитных войск Дилавердо и Нирдхолда двинулся к вражескому оплоту. Небольшими группами мы с Лейной проводили людей в шахты, используя Туманный Скрыт. Ученица, слава Богам, достаточно поднаторела в расчетах, так что сумела освоить эту сложную печать. Туманный Скрыт подстраивался индивидуально под конкретную ауру, так что при больших группах лиц приходилось изрядно повозиться. Ученица в помощниках и новый калькулятор в значительной степени ускорили процесс.

Глубокой ночью войска вторглись в замок заговорщиков. Солдаты были мной тщательно проинструктированы, так что почти каждый боец знал, что ему делать и куда бежать.

Благодаря шпионам мы имели общий план крепости конунга Далифакса. Знали, где находились переходы и башни дозорных. Замок не являлся такой уж хорошо защищенной точкой. Последний оплот обороны перед наступающими войсками. Считалось, что конунг обязан в первую очередь защитить город, поэтому во время сражений правители редко прятались в своей обители.

Тем не менее, замок имел достаточно мощные каменные стены, крепкие врата, сеть башен и даже парочку баллист. Поговаривали, что ни одна из них не работала, поскольку никто их не обслуживал.

— Выходи на честный бой, серебряный барон! — завопил Бьярнум сразу же, как только вышел в открытый двор.

Чего-то в таком духе я от него и ожидал, поэтому и отправил дуболома на передовую. Его сопровождали отряды Дилавердо. Войска Нирдхолда же спешно занимали крепостные стены, укрепления и башни.

Обычно замок охранялся слабо, поскольку враги редко штурмовали оплот правителя сразу. Сначала шли бои на далеких городских стенах. Но на этот раз наряды были усиленными. Видимо, из-за приезда гостей. Благодаря докладам Безликого мы знали, что несколько конунгов остались в Далифаксе вместе со своей свитой и отрядами сопровождения. Часть правителей разъехалась, часть решила поддержать Мьеркампфа. Вероятно, они прознали о том, что Мрадиш с войсками выдвинулся в Дилавердо, так что решили на всякий случай задержаться.

В замке находилось расположение стражи, но всю свою рать поселить здесь они не могли. Большая часть войск как местных, так и солдаты гостивших здесь конунгов были распределены по казармам и постоялым дворам поблизости от замка. Именно поэтому нам следовало действовать стремительно.

— Живее! Каждая секунда на счету! — кричал я, бросаясь Дисбалансом.

Нарядов на стенах оказалось больше наших предположений, так что солдаты не сразу занимали нужные рубежи.

— Ульдантэ, Ниуру, проложите нам путь!

Эльфийки стремительно двинулись вперед. Ушастые валькирии сминали сопротивление как рядовых бойцов, так громили и одаренных: эльфов, Воителей и магов. Я тоже помогал на одном из направлений, продвигаясь по стене.

Бьярнум во дворе сдерживал поднятых по тревоге местных стражей и гвардейцев приехавших конунгов. Ему приходилось непросто, ведь гостившие здесь правители взяли с собой в качестве охраны элитных бойцов. Как и мы, впрочем.

Пока что перевеса в численности не было ни у одной из сторон, но если подоспеет подкрепление из внешних казарм и расквартированных войск, то нам придется тяжко. Войск у нас было меньше, чем при обороне Нирдхолда. Следовало в кратчайшие сроки захватить весь периметр замка.

Одно радовало. Наши чародеи давали жару. Чувствовалась заметная разница, если сравнивать прошлое сражение с арконцами и нынешнюю зарубу. Все маги прошли через адаптацию печатей от «Мрадиш Компани». Ради ускорения процесса мы работали только над одним боевым заклинанием, да Барьером с исцелением, но в бою этого чаще всего хватало.

Некоторые до нас были прям совсем плохи в работе с плетениями. Наверное, поэтому и пошли в стражу, где зарплаты были невысоки, зато брали почти всех. Часть отсталых колдунишек словно бы прыгнули сразу ранга на три. Много ума активировать печать из фокусатора не требовалось.

Основной костяк стал сильнее примерно на пару рангов. Малая часть чародеев и до наших с Лейной усилений имели качественно настроенные печати — те стали лучше всего на ранг.

В противостоянии с вражескими одаренными это было хорошо видно. Наши чародеи проламливали Барьеры противника, тогда как местные одаренные не могли сходу пробить защиту воинов двух городов. Я прям испытывал гордость за наших бойцов и проделанную нами с ученицей работу.

Еще бы эльфов и Воителей как-то подтянуть — цены бы не было нашему воинству!

— Сразу расстилайте сеть и открывайте огонь! — распорядился я, когда войска взяли одну из башен крепости.

Отдельный расчет из неодаренных принялся раскладывать серебристую ячеистую сеть. Много времени на установку не требовалось. Просто раскидать полотно и активировать. Артефакты уже были настроены на нужное место, поскольку к башням ранее прокрадывался Безликий шпион с духовными камнями. Пробираться внутрь ему не требовалось — достаточно было зафиксировать фон вплотную к стене.

Оператор навел раструб на толпу спешащих далифакских солдат во внутреннем дворе и открыл огонь. Ледяные сгустки принялись вылетать из серебряного фокусатора. Блямбы падали на доспехи, мостовую, стены, гурдов, головы, оружие, щиты и конечности солдат, после чего моментально застывали, превращаясь в куски стылого льда, застывая и распространяя мерзлый, глубоко проникающий холод.

Это и была моя придумка. Благодаря духовным камням мы получили возможность устанавливать стационарные боевые артефакты даже в тех местах, которые нам только предстояло захватить. Дармовая энергия работала нам на пользу и могла обеспечить решающий перевес!

— Хорошо. Разверните Гнев Неллис наружу. Появилось подкрепление… — скомандовал я.

Стрелок перетащил раструб на другую сторону башни и принялся поливать из бойницы прибывающих к стенам солдат. Гвардейцы обрастали ледяными панцирями. Если на них имелась броня, то эффект был не таким сильным. Но промораживающий сгусток мог проникнуть в щели, попасть на лицо, в складки, достичь кожи. И тогда уже бойцу будет очень неприятно. Не факт, что он сможет продолжать бой, даже если избавится от налипшей ледяной корки. Некоторые могли потерять пальцы, уши или даже полностью отморозить кисть.

Барьеры тоже страдали от промораживающих сгустков. Если прилетит разом несколько таких — вполне могут и пробить. В любом случае я не надеялся на проникающую мощь артефактных турелей. Главное — это обеспечить огонь на подавление и измотать врага.

Стихию Огня я использовать не стал, поскольку мне было жаль город. Могла половина Далифакса выгореть, если бы мы начали раскидываться огненными сгустками направо и налево. Лучше бы подошла Цепная Молния для выведения войск из строя, но нужный спектр под фон Тардиса нам пока известен не был. Лед тоже отлично подошел.

— Охладите горячие головы, друзья! — громогласно вещал я, продвигаясь по стене.

К счастью, мы успели захватить основные ворота до того, как подоспело подкрепление. Решетку моментально опустили. На башнях по обе стороны расположились стрелки Гнева Неллис, как я обозвал ледяные артефакты, и принялись поливать морозными сгустками подходящие войска.

Наконец круг сомкнулся. Мы прошли всю замковую стену по периметру и соединились с союзниками.

— Зачистка окончена, — доложила мне запыхавшаяся Ульдантэ, чуть не огрев своим монструозным молотом. Настолько сильно она вжилась в роль пробивного тарана, что не сразу узнала меня.

— Хорошая работа. Занимаем позиции. Долбим как по донжону, так и по войскам снаружи! — отдал я новый приказ.

Опасный момент миновал. Союзники распределились по замковой стене, заняли переходы, башни, крыши. И начали поливать неприятеля смертоносными снарядами. Несколько отрядов гоблинов с нами тоже затесались. В Арьяджи и Дилавердо мы скрывали их под глухими одеждами, ибо народ еще не привык к свободно разгуливающим монстрам. Но здесь коротышки двигались в открытую. Вибрирующие стрелы собирали свою кровавую дань.

Убивать простых солдат не слишком хотелось. Ведь они вполне могли стать моими подданными. Как если бы я собственных стражей расстреливал. Но рано делить шкуру неубитой саламандры тоже не стоило. Сначала необходимо расправиться с врагом. Сопутствующие потери — неизбежное зло.

В донжоне окопались враги, причем высоких рангов. Сами конунги с приближенными. Из бойниц по нам летели разрушительные заклятья. Бьярнум ругался, требуя от них выйти на открытую битву. Однако те не спешили покидать насиженные позиции.

Штурмовать засевших в здании будет непросто. Но всегда можно выкурить…

— Олбрах, завесу! — скомандовал я. — Ниуру, чародеи: закидайте донжон огнем!

— Наконец-то, во славу огня! — воодушевилась Ниуру.

Стены донжона были сложены из крупных каменных блоков. Бойницы узкие, окон практически нет. Крыша тоже с усиленной черепицей. Поджечь будет сложно, но не невозможно. Рано или поздно засевшие вылезут из своих нор.

Пепельный маг воздвиг заслон из кружащихся хлопьев между войском Бьярнума внизу и окопавшимися. По нашим бойцам стало заметно сложнее попасть. Правда, и в ответ они тоже не могли ударить, но от них этого и не требовалось.

Огненные росчерки изукрасили двор конунга Далифакса. Взвивались ввысь языки пламени, трещали доски перекрытия, плавился камень и крыша, раздавались крики, тянуло паленой плотью. Оплот правителя Далифакса постепенно окутывался огнем. Порой чародеям удавалось попасть в бойницы, и тогда пламя распространялось.

Едкий черный дым окутал этажи замка. Выходил из окон и щелей. Засевшая внутри прислуга и солдаты повалили к окнам в поисках чистого воздуха, где их находили наши стрелки.

Нирдхолдские же войска в основном оборонялись против наседающих снаружи замка врагов. Подкрепления подносили лестницы, искали обходные пути. Пытались забраться с крыш соседних домов, которые стояли почти вплотную к замку правителя.

Гнев Неллис поливал солдат охлаждающими сгустками без остановки. Чародеи не спешили вкладываться, экономя силы. Если для сдерживания врага хватало нескольких ледяных турелей, лучше подержать ману в резерве для более жаркого момента. В общем, дел у нас хватало.

— МРАДИШ! — раздался из донжона усиленный магией голос. — Как посмел ты нагло атаковать мою обитель! Вероломно вторгнуться в Далифакс⁈

Я в свою очередь тоже активировал редко используемую печать стихии Звука под названием Громогласность и усилил свой голос:

— Мусье Мьеркампф, вы ли это? Кажется, вы лично не приезжали в Арьяджи на сход конунгов. Будем знакомы!

— Конунги Пустошей не потерпят произвол! Резонансный маг будет казнен!

— Произвол⁈ — рыкнул Бьярнум, который и без магии мог перекричать кого угодно. — Мы в своем праве, поганый ксарг!

— Вы приютили у себя предателя Нирдхолда, — обрушился я. — Отказали нам в выдаче, плюнув в лицо. Мало того, что Тьярдон открыл проход для арконцев в Нирдхолд, он еще и отправил убийц по мою душу. Именно Мьеркампф дал приют ублюдку!

— Выдайте им Тьярдона! Предатель того не стоит! — выкрикнул кто-то отчаянно из донжона, кашляя из-за распространившегося дыма.

— Этого мало, — покачал я головой. — Вы устроили заговор против правителя Нирдхолда. Против Хорана Мрадиша. Хотя ни с кем из вас у меня не было вражды. И собрались вы именно в Далифаксе, воспользовавшись гостеприимством Мьеркампфа. Планировали устроить эмбарго Нирдхолду на товары? Устроить на меня очередное покушение? Отправить войска штурмовать город? Сборище трусливых ксаргов!

На этот раз ответа не последовало. Я продолжил:

— Хоран Мрадиш — благородный конунг, который чтит традиции Пустошей. Я даю шанс правителям малых Вольных Городов. Вы прекращаете сопротивление и отзываете войска. Взамен я обещаю сохранить ваши жизни. Вы поклянетесь, что никогда не замыслите недоброго против Хорана Мрадиша, его близких или подданных! И явитесь на зов Нирдхолда, коли возникнет нужда. При появлении врага, города объединяют силы. Таковы древние традиции Вольных Пустошей!

— Дави их, во славу огня! — воскликнула Ниуру.

— Что же касается Мьеркампфа и Далифакса… Конунг зашел слишком далеко. Вариант остался единственный. Пусть сила определит, кто из нас более достойный — как и полагается конунгам Вольных Пустошей! Мьеркампф, выходи из конуры. Будем биться один на один! А если конунг Далифакса не выйдет, вы все сгорите в праведном огне или задохнетесь! Выбор за вами!

Я дал засевшим возможность обдумать мое предложение. Конунги определились достаточно быстро. Уже спустя несколько минут ворота донжона распахнулись, и из задымленного помещения вывалилась толпа слуг, охраны и самих вождей.

— Да будет так, Резонансный маг. Пусть Боги определят, на чьей стороне Правда! — выдал правитель города.

— Не Боги. Люди, — качнул я головой и двинулся вниз со стены по каменной лестнице. — Олбрахт, достаточно.

Пепельный маг перестал насылать вихри серой хмари. Хлопья пепла постепенно улегались, укрывая мостовую, дома и тела павших серым покрывалом. Первые рассветные лучи накрывали город нежным озарением. Битва затихала, занималось утро.

Раненых оттаскивали в укромные места. Целители приступали к своей работе. И здесь у нас тоже имелось преимущество. Нет, целебный артефакт я делать отдельно не стал, поскольку запасы серебра были ограничены. Пустил все на Гнев Неллис. Почти каждый чародей владел заклинаниями лечения, так что мог помочь ближнему своему. Мне подрываться не требовалось.

Сражение прошло почти по плану. Да, возникли определенные трудности. Стражи на стенах было больше, чем докладывала разведка, так что у нас ушло больше времени. Да и враг неожиданно засел в крепости, не захотев давать нам прямой бой и выходить на открытое пространство. Где мы бы его по задумке должны были расстрелять со стен.

Но планы на то и нужны, чтобы их перекраивать. В целом критических ошибок мы не допустили. Раненых и погибших с нашей стороны не так много. Больше полегло бойцов Дилавердо, чем Нирдхолда. Мы отделались буквально десятком безвозвратных потерь и несколькими десятками раненых. Подопечным Бьярнума, которых он повел в открытое противостояние, повезло меньше.

Стоило ли оно того? Должен ли я был идти на конфликт с Далифаксом? Был ли иной выход? Выбор имелся всегда. И, похоже, я его сделал, сам того не подозревая. Если Архей явится за мной, я должен иметь достаточно сил, чтобы дать отпор. И Далифакс являлся важным элементом в вероятном противостоянии.

Про Мьеркампфа ходила молва, что он скорее торгаш, чем воин. Дуэлей сторонился, предпочитая договариваться и заключать сделки. Возможно, мы с ним и сработались бы, но такого противника лучше сразу убрать с доски.

— Ну ты и даешь, Хоран! — хлопнул меня по плечу Бьярнум, когда я поравнялся со здоровяком. — Не думал, что вызовешь на дуэль чести самого Мьеркампфа!

— Почему это? — приподнял я брови. — Он же обычный купец без боевых навыков.

— Таковые среди конунгов встречаются крайне редко, — покачал головой приятель. — Поэтому никому не понравилось, когда Арьяджи достался по наследству хилому правителю. Мьеркампф — другое дело.

— Но он ведь не участвовал в дуэлях…

— Да, по какой-то причине конунг Далифакса избегал поединков. Но он все равно боец высокого класса, насколько мне известно. Каждый день тренируется по несколько часов. Не знаю, что за козырь в рукаве у тебя припасен, но я верю, что ты справишься, Хоран! — подмигнул мне Бьярнум.

— Ксарг тебя за ногу! — выдохнул я.

Сам себя загнал в угол. Не слишком ли поздно давать задний ход или ситуацию еще можно переиграть? Свои силы я прекрасно представлял. Если в магической дуэли я мог рассчитывать на победу даже против одаренного высокого ранга, то в поединке с холодным оружием против мастера мои шансы были невысоки.

— Могу я выставить вместо себя другого дуэлянта? — вопросил я у Бьярнума тихо.

— Где ж это видано! Если конунг бросает вызов, он сам отвечает за свои слова, — покачал головой приятель. — Ты не можешь проиграть, Хоран. Ведь правда на твоей стороне!

— Пу-пу-пу… — издал я неопределенный вздох.

Правда, справедливость, карма — все это пустые слова в мире, полного хаоса и неопределенностей. Опытный, благородный боец вполне мог поскользнуться на мокром полу и проиграть дуэль отпетой сволочи без каких-либо навыков. Миру плевать на справедливость.

Сражение замерло. Люди приступили к тушению пожара. Слуги, гвардейцы и маги боролись с очагами возгорания. Я дал команду нашим магам Воды тоже помочь справиться с огнем. Основные войска продолжали дежурить на стенах. Подкрепления внутрь не пропускали.

Чародеи занялись ранеными. Бойцы приводили себя в порядок, воспользовавшись передышкой. Дуэлянты же готовились к грядущей битве. Нам принесли по браслету определения магии. Дабы ни один из состязующихся не использовал некий нечестный магический прием.

Мьеркампф не владел никаким даром. Воителем он не был. Да и слухов про его боевые навыки не курсировало в народе. Поэтому я так легко и вызвал его на дуэль.

В этом плане порядки в Пустошах были вполне удобны. Не обязательно уничтожать армию противника целиком, сжигать города и разрушать все укрепления. Достаточно бросить вызов правителю, и сила решит исход противостояния. Несколько примитивный, дикий подход, но для меня весьма кстати. Войска Вольных Городов мне еще пригодятся. Нечего расходовать людской ресурс попусту.

Выглядел конунг Далифакса как ладно скроенный мужчина вполне обычной комплекции. Не высокий, не низкий, не тощий, не толстый. Горы мышц тоже не бугрились под одеждой. Аккуратная бородка и холеное лицо не создавали впечатления умелого бойца.

Разве что дым и суматоха боя оставили на его изысканных одеждах и доспехах свои грязные разводы и отметины, что делало его на похожим на элитного наемника, вернувшегося из заварушки.

Мьеркампф начал разминаться с клинком и щитом, делая пробные выпады. Мечник формировал сложные связки ударов и выписывал зрелищные пируэты. Теперь любому хотя бы немного знакомому с фехтованием становилось понятно, что конунг знал, как обращаться с оружием.

— Плохой выбор, Мрадиш, — обронил противник с легкой усмешкой, блуждающей на его устах.

— И как мне его победить? — обратился я к приближенным, которые тоже спустились во двор замка.

— Просто стукни посильнее, — посоветовала Ульдантэ.

— Спрячь какой-нибудь артефакт в рукаве! — предложила Ниуру. — И жахни как следует!

— Не силен я махать железяками, — покачал головой дед Олбрахт.

— Попробуй задеть болевые точки или выколоть глаза, — выдала Дзартен.

— Видно, что фехтовальщик опытный, — посмотрел на конунга командующий Гинфорт. — Но это домашний боец.

— Домашний? — переспросил я.

— Мьеркампф не бывал в настоящих сражениях — только тренировочных. А реальная сшибка — это грязное и непредсказуемое дело, — добавил капитан стражи.

— Хоть один полезный совет. И что мне делать?

— Действуйте нестандартно. Используйте грязные приемчики. Но в меру. Конунги не примут бесчестную победу, — проговорил Гинфорт.

— Может, мне сразу отказаться? — снова засомневался я.

— Я поддержу любое твое решение, муж, — заметила Ульдантэ.

— У тебя нет ни единого шанса без твоей магии, — «поддержала» Ниуру.

— Спасибо, что верите в меня…

Я отошел в сторону и тоже начал разминаться. Сделал растяжку, разогрел мышцы, провел несколько пробных выпадов и поправил ремешки доспехов, чтобы экипировка лучше сидела.

Постепенно тело разогревалось, в крови булькал боевой сироп. Неуверенность и слабость отступали в сторону, уступая азарту, жажде крови, упертости и желанию взять верх. Туман тоже поддавал жару, заставляя совершать сумасбродные поступки.

Умом-то я понимал, что решение не самое умное, но сердце двигало меня в бой. Похоже, после месяцев жизни в Вольных Пустошах, я все-таки понемногу перенимал местные порядки. Либо это общение конкретно с Бьярнумом повлияло на мой характер. Я ведь, как и прошлый Мрадиш, по натуре человек осторожный, не лезущий на рожон и не любящий ненужный риск. Однако за время странствий моя личность тоже постепенно менялась. Не думаю, что из меня когда-нибудь получится второй Бьярнум, но раз уж сделал шаг, надо делать и второй.

— Похер, погнали! — ударил я клинком о щит.

Раздавшийся перезвон придал мне уверенности.

— Бойцы готовы? — вышел в середину плаца Бьярнум в качестве судьи. — Дуэль чести ведется до последнего вздоха. Судьба Нирдхолда и Далифакса решится здесь и сейчас… БОЙ!

Мы с Мьеркампфом сблизились и обменялись серией осторожных выпадов. Как и я, противник изучал оппонента. Искал слабые и сильные стороны. Никто из нас не спешил бросаться в безрассудную атаку.

Зачарованные лезвия сталкивались, выбивая красивые искры. После такого дорогое оружие придется чинить, а то и искать замену, но никого из нас подобные мелочи в данный момент не волновали.

На мне были надеты зачарованные доспехи, которые подогнал под меня Харальдин. Став конунгом и разбогатев, я, разумеется, озаботился собственной защитой и подобрал лучшую экипировку. Постарался соблюсти баланс между защищенностью и подвижностью, выбрав пластинчатые доспехи из зачарованного металла средней толщины.

Все-таки предполагалось, что я буду сражаться на дальней дистанции. Да и носить полностью закрытые латы из толстой стали целый день приятного мало. Так что ограничился средним вариантом.

В броне имелись слабо защищенные участки: щели и сочленения. Но по ним еще требовалось попасть, плюс поддоспешник тоже пробить не так уж просто. Правда, зачарованное лезвие легко прошивало уплотненную ткань и простую кожу, так что в бою против конунга меня это не спасет.

Мьеркампф, если отбросить разные детали, являлся моим зеркальным отображением. Чуть выше ростом, но примерно того же веса. Качественные пластинчатые доспехи из зачарованной стали. Не слишком громоздкие и тяжелые, как и у меня. Средней длины клинок с лезвием, сужающимся к кончику, благодаря чему меч получился облегченным. Разве что я использовал овальный щит размерами чуть больше обычного. Мьеркампф ограничился стандартным круглым щитом, изукрашенным серебряным орнаментом и позолотой.

Да и в целом экипировка конунга выглядела дороже и роскошнее моей. Я не особо стремился пускать пыль в глаза, отдавая предпочтение скорее практичности и эргономичности. Иногда это сочеталось с роскошью, но не всегда. Доспехи и оружие мои выглядели добротно, но без признаков излишеств. Мьеркампф же так и светился в рассветных лучах утреннего солнца различными бликами от натертых до блеска серебряных пряжек и золотых вставок.

Вражеский клинок полоснул меня по доспехам, оставив заметную прореху в металле и окантовке. Я в ответ сделал ложный выпад и попытался полоснуть Мьеркампфа по ноге, однако он разгадал мой маневр и вовремя сместил щит. В ответ я чуть не получил острое лезвие в забрало шлема. Едва успел убрать голову. Клинок чиркнул по ободу шлема и ушел вниз, скользнув по наплечнику.

Мы кружили друг напротив друга, то наращивая темп и сходясь в активных сшибках, то замедляясь и выжидая действий противника.

Мьеркампф доминировал на площадке. Я достиг такого уровня мастерства, когда уже становилось понятно, контролирует ли противник ситуацию или нет. Некоторые зоны были полностью закрыты. Я осознавал, что бить туда бесполезно — враг легко заблокирует или увернется, да еще и нанесет удар в ответ.

Попробовал сменить тактику, раз уж в фехтовании и сноровке я уступал оппоненту. Перешел на развязный и хаотичный стиль боя. Неожиданно взрывался атаками, использовал пинки и активно бил щитом в клинче. Поставил удачно подножку. Жаль только не успел воспользоваться состоянием упавшего Мьеркампфа. Противник быстро вскочил на ноги.

С меня обильно катился пот, пропитывая поддоспешник и исподнее, застилая взор. Мьеркампф тоже запыхался, но он явно находился в лучшей кондиции. Измором его не взять.

Несколько болезненных ударов нашли прорези и слабые стороны в моих доспехах. Мьеркампф полоснул меня по правой руке, из-за чего орудовать клинком стало проблематичнее, да умудрился уколоть в ногу. Раны неглубокие, но в бою каждая мелочь решала. Кровь потихоньку покидала мое тело вместе с силами.

Грязные приемчики тоже не помогли, как я ни старался. Отчаяние потихоньку начинало пульсировать в висках, твердя, что зря я это затеял. Что у меня нет шансов на победу. Однако упрямство и дух Вольных Пустошей боролись с малодушием и толкали меня вперед. Да и Туман в таких случаях помогал здоровой злостью.

— Что сказала бы Лия? — пробормотал я себе под нос во время передышки.

Жаль, что моей учительницы не было рядом. Уж она бы подсказала правильное решение.

Я представил себе супругу. Ее слегка надменный взгляд с хищными бровями и точеными чертами. «Изучи противника. Используй его слабости себе на пользу. Не играй по его правилам. Веди собственный бой.» Вот что она бы мне сказала.

Я вдруг осознал, что действительно начал невольно плясать под дудку Мьеркампфа. Сторонился его ударов, держался на выгодной для него дистанции, не атаковал в некоторые зоны, считая, что шансов нет. Чаще уходил в оборону.

Слишком выверенные движения, отточенные на множестве тренировок. Мьеркампф излишне полагался на технику. Тогда как сражение — это не всегда про связки и приемы.

Собравшись с духом, я попер на врага. Ударил по широкой дуге клинком, который конунг легко заблокировал. Отвел своим щитом меч оппонента, хоть он и умудрился полоснуть меня по плечу. Однако я двигался вперед, игнорируя болезненную пульсацию.

Обе руки были заняты, так что я использовал голову. Ростом я был ниже противника. Как следует оттолкнувшись от мощеного булыжника, я прыгнул на врага и вдарил верхушкой шлема прямо по челюсти. Часть удара пришлась на шлем Мьеркампфа, но и самому ему досталось.

Конунг попятился. Я же продолжил развивать наступление. Снова мы обменялись ударами мечей. Я врезался в него щитом и нанес сильный удар ногой прямо по колену. Еще не очухавшийся от предыдущего выпада в челюсть Мьеркампф припал на одну ногу, скривившись от боли.

Упускать такой момент было нельзя. Я выпрямил руку и направил клинок в шею врага. Но и Мьеркампф выбросил клинок вперед. Сместившись, я принял удар на бок, не дав ему попасть в область сердца. Мой же укол пронзил бармицу и вошел глубоко в плоть прямо по центру шеи, достигнув позвоночника.

Конунг захрипел отскочил назад и рухнул на мостовую. Я осел рядом, скривясь от чудовищной боли. Не первый раз мне поражают внутренние органы, и это всегда неприятно.

— Закончи, Хоран!

— Наставник, может не надо плодить жестокость…

— Сожги его! — кричали вокруг.

— Хоран, я тут разузнала интересные сведения. Оказывается, Мьеркампф спонсировал некроманта осколками. Видимо, благодаря им Ингваррум и смог собрать столь сильное воинство.

— В любом случае пора заканчивать, — кряхтя, поднялся я на ноги. — Мьеркампф, тебе привет от бригадира Дурви! — проговорил я торжественно.

Конунг широко распахнул глаза в удивлении. Я преодолел последнее сопротивление раненого и в один удар зачарованным клинком отсек Мьеркампфу голову.

— Правосудие свершилось! — выкрикнул я, подняв окровавленный меч над головой. — Далифакс покорился Нирдхолду!

Ощущение победы и торжества даже ненадолго перекрыли болезненные спазмы и накатывающую усталость. Я справился!

Ко мне подошли целители вместе с Лейной и в несколько рук быстро наложили лечебные печати. Сразу стало полегче. Резано-колотые раны закрывались быстрее прочих. Тем не менее, крови я успел потерять, как и сил, так что еще долго чувствовал слабость.

Главный донжон смогли потушить, но его внутреннюю часть придется перестраивать полностью. Деревянные полы хоть и были изготовлены из железного дерева, все равно декора было достаточно, чтобы замок выгорел. Но хоть не рухнул — и то хлеб.

— Я знал, что ты одолеешь этого жалкого злопыхателя, Мрадиш! — радушно приветствовал меня один из конунгов-заговорщиков.

Остальные же помалкивали, понимая, что их судьба была в моих руках. Всего в настоящий момент в Далифаксе гостило пятеро конунгов. Несколько правителей уехали ранее. Они правили не особо крупными городами, но вместе могли представлять достаточно грозную силу.

— Победа за Хораном Мрадишем, конунгом Нирдхолда, Арьяджи и Далифакса! Какую судьбы ты уготовил предателям? — поинтересовался Бьярнум.

— Сжечь!

— Хоран Мрадиш держит слово, — покачал я головой. — Коли вы присягнете Нирдхолду на верность и обязуетесь прислать силы во время созыва, то сохраните свои жизни и посты. У меня нет желания устраивать ритуальные поединки с каждым из конунгов Пустошей! Выбор за вами.

В теории я мог бы уничтожить конунгов. Их жизни были в моих руках. Вот только это не даст мне никаких прав на престол в Вольных Городах. Только ритуальная дуэль давала возможность заполучить город в свои руки законным путем. Поэтому я и решился бросить вызов Мьеркампфу.

В противном случае проблем был бы вагон и маленькая тележка. Легко вспыхивали мятежи, постоянные покушения и диверсии. Если же дуэль прошла по всем правилам со свидетелями, то знатные люди города и весомые группировки будут блюсти установленные обычаи. Традиции Вольных Пустошей важнее.

Правда, отморозки все равно будут попадаться. Недаром Бьярнуму пришлось повозиться в Дилавердо. Но это вопросы решаемые.

Иначе бы любой грамотный убийца мог проникнуть в спальню конунга и самому за ночь стать правителем крупного города. Такой порядок вещей жителей города бы не устроил.

Все конунги согласились с моим предложением. Кто-то охотно кивал, заглядывая в рот, другие морщились и угрюмо сверлили глазами. Жаль, что в жизни нельзя везде поставить полностью верных тебе вассалов. Постоянно приходится искать компромиссы и полагаться на не особо надежных людей. Тот же Бьярнум и Лиетарис на мой взгляд не являлись оптимальными кандидатами, но иных вариантов не просматривалось.

— Мудрое решение! Хоран Мрадиш приведет Пустоши к процветанию. Наступит время, когда эти места перестанут называть Пустошами. Здесь будут колоситься сочные луга, пастись мясистые стада, основываться новые города, а по ровным дорогам будут разъезжать купеческие караваны. Попомните мое слово!

— Айранстед Кровавый тоже строил дороги, — буркнул один из правителей.

— Видать грамотный был правитель, — хмыкнул я. — Лишь вместе мы можем представлять хоть какую-то силу. Разве вам, жителям Пустошей столь очевидная истина неясна?

— Яснее некуда, сударь Мрадиш.

— Тогда можете быть свободны, — кивнул я. — Нирдхолд позовет вас, когда час наступит.

— Я знала, что ты одолеешь этого задохлика, Хоран! — сменила пластинку хитрая Ниуру.

— Все произошло, как и должно было, — спокойно кивнула Ульдантэ, будто бы что-то знала.

— Эй, там чей-то гурд снаружи тащит кого-то. С голубыми рогами! — донесся до нас возглас одного из наблюдателей.

— Мякотка? — повернулся я.

Через врата торжественной походкой прошла гурдиха, таща за шкирку вяло сопротивляющегося мужчину. Мы быстро узнали поганца. Совсем забыли про одно важное лицо. Похоже, предатель сумел как-то улизнуть из резиденции конунга мимо нас. Снова мы чуть его не упустили. Но Мякотка не дремлет.

— Черный Барон Тьярдон! — воскликнул я. — Может, без тебя и не было всего этого заговора. Я тебе в каком-то роде благодарен даже за то, что помог мне захватить Далифакс…

Мякотка отпустила мужчину. Тьярдон неуклюже рухнул на колени мне под ноги:

— Тогда прошу о милости господина Мрадиша! — склонился он в мольбах.

— Конечно! Милостью своей благородный Хоран Мрадиш дарует тебе быструю смерть! — взмах зачарованного клинка поставил точку в жизни предателя Тьярдона. Одной головной болью меньше.

Каждого из конунгов я обязал подписать специальную грамоту. Не полноценная вассальная присяга, но что-то около того. Бумажному документу я доверял чуть больше, чем устному уговору. Правители не слишком были довольны моей кандидатурой, но вынуждены были смириться.

Меня официально признали конунгом Далифакса, Арьяджи и Нирдхолда.

— А вы, кажется, издали декрет о запрете Артефактов Мрадиша, — обратился я к одному из конунгов. — Так дело ней пойдет. Мои устройства должны использоваться повсеместно. Только так мы обеспечим развитие Вольных Пустошей!

— Похоже, они больше не такие уж и Вольные… — пробормотал мужчина. — Я понял вас, господин Мрадиш. Запрет на ваши артефакты будет отменен.

Вечером мы провели торжественное сожжение павших на площади кремации. Я произнес короткую речь:

— Пусть погасшие жизни станут последними жертвами эпохи смуты и распрей между правителями. Нирдхолд объединит под своей сенью все Вольные Пустоши и даст бедным землям процветание! Давайте почтим память воинам, что сложили головы в противостоянии. Не важно, солдаты Нирдхолда, Далифакса или других городов. Все семьи почивших получат причитающиеся компенсации. Пусть их души обретут новые вместилища в бесконечном великом Колесе Перерождений!

После мы продолжили заседать в городской ратуше, празднуя и знакомясь с местными знатными людьми. Крепость ведь была не в лучшем состоянии, так что мы нашли другой подходящий зал, где могло собраться большое количество людей.

— У тебя уже есть подходящие кандидаты на пост конунга Далифакса? — поинтересовался Бьярнум.

— Думаешь, я не смогу править на несколько городов?

— Хозяин из дома — ксарги в пляс. Так у нас говорят. — ответил здоровяк. — Конунг должен находиться в городе, либо назначить своего представителя на пост.

— Судя по всему, ты предлагаешь свою кандидатуру? А как же Дилавердо?

— Мне нравится наводить порядок. Вычищать сор из избы. Далифакс будет устраивать диверсии и каверзы первое время. А я уже научился бороться с бунтовщиками и привык к покушениям. Когда обстановка утихнет и все наладится, я вернусь в Дилавердо. Пасущиеся стада мне ближе сердцу, чем темные шахты.

— Что? Ты ищешь конунга⁈ — услышала ушастая Ниуру. — Я могу занять этот пост, во славу огня!

— Не думаю, что это хорошее решение.

— Че⁈ То есть, дылду Лиетарис ты конунгом назначил, а меня брать не хочешь⁈ Думаешь, что я совсем идиотка и не справлюсь⁈ — набычилась Красная эльфийка.

Срочно требовалось найти выход из щекотливого положения.

— Конечно нет, милая. Просто я хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной. Разлука с моей прекрасной Красной женой — это настоящая мука, — взял я ее за руку.

Бьярнум, наблюдавший за сценой, хмыкнул. Я напрягся, ожидая как отреагирует Ниуру. К счастью, эльфийка не стала искать двойное дно в моих словах. Возможно, потому что отчасти они были правдой. Самую малость.

— О-у, ну раз так, тогда лучше назначить другого на пост конунга, — кивнула она и отвела взгляд, смутившись. — В любом случае рядом с тобой всегда происходит все самое интересное. Лия многое упустила. Так ей и надо, лицемерке!

Ульдантэ обреталась возле стола с закусками и дегустировала различные яства. Должность конунга ее не интересовала. Дзартен прислушивалась с большим интересом, крутя своими пурпурными ушами, но влезать не стала.

— Тебя должность не интересует? — полюбопытствовал я.

— Интересует, — не стала скрывать она. — Но мне почему-то кажется, что это не последний захваченный тобой город. Подожду варианта получше. Или останусь главой тайной службы. Еще неизвестно, какой пост дает больше власти и привилегий…

— Какая придирчивая… Бьярнум, ты наведешь порядок в Далифаксе!

— Будет сделано, Хоран! — отчитался бородач.

— Меня в первую очередь интересует, конечно же, серебро. Наладишь прямые поставки, повысишь производительность труда, найдешь новые жилы, проложишь штольни…

— Э-э-э… — замялся Бьярнум.

— Я пришлю тебе бригадира Дурви. Пусть управляет шахтами. В помощь отряжу Кьярну. Чародейка стихии Металла быстро найдет новые серебряные месторождения. А рудоискательный артефакт пусть остается в Крулде. Гоблины тоже приносят пользу.

— Тогда ладно. Я в шахтах не шибко разбираюсь. Хоран, сделай мне рядом с замком Священную Келью. Сможешь?

— Смогу. Кстати, что там по запасам серебра?

— Я сразу отправила людей на личные склады и к казне Мьеркампфа, чтобы никто из презренных не посмел умыкнуть твои трофеи, — подметила Кшанти.

— О, это ты грамотно распорядилась…

— В замковой казне, судя по всему, кто-то успел покопаться. Либо сам Мьеркампф во время нападения, либо кто-то из приближенных имел доступ. Возможно, члены семьи.

— Далифакс интересен не трофеями, а постоянными поставками руды, — пожал я плечами. — Но ценности лишними не бывают, само собой. Надо будет посмотреть, что интересного есть в закромах…

— У Мьеркампфа скопилось довольно много как грубо обработанной руды, так и чистого серебра. В последние месяцы презренный распорядился повысить скорость добычи, но при этом не спешил продавать.

— Ждал когда цены вырастут еще выше, — хмыкнул я. — Я бы поступил также.

— Что будет с семьей Мьеркампфа? — с тревогой вопросила подошедшая Лейна.

— Изгнание, — равнодушно откликнулся Бьярнум. — Оставаться им в Далифаксе нельзя. Но и уничтожать всех наследников до единого не обязательно. У нас ведь не алгадские Баронства, а Вольные Пустоши. Конунгом становится наиболее достойный, а не старший отпрыск предыдущего правителя.

— Но иногда совпадения случаются, — заметила Дзартен.

— Чаще всего конунги готовят своих сыновей на эту роль, — кивнул Бьярнум. — Наследник должен прекрасно разбираться в политике, иметь нужные связи и навыки. Его обучают мастерству воина с младых лет. Дарят осколки для развития дара. Не удивительно, что многие сыновья с честью проходят испытание Пустошей.

— А что насчет Бьяршина — твоего старшего сына? — поинтересовался я.

— Может и передам ему какой-нибудь небольшой городок, когда он подрастет. Или новое поселение. Ты же говорил, что в Пустошах появятся новые города, Хоран?

— Не исключено. Если мы переживем грядущую бурю… — сделал я глоток из кубка.

— Бурю?

— Не бери в голову. Занимайся делами в Далифаксе, а мне необходимо поработать над другими проектами. Будет тебе целебная келья…

После торжественной пирушки мы с Кшанти и другими приближенными с интересом покопались в трофеях, доставшихся нам от почившего Мьеркампфа. Серебряный барон не сказать чтобы прям купался в роскоши. Возможно, и не держал при себе кучу наличных сокровищ, либо где-то грамотно припрятал. В любом случае охотиться за его схронами и пытать всех близких по очереди мы не собирались.

В основном в закромах конунга лежало оружие и экипировка, разные статусные подарки, немного драгоценностей, осколков, золота и серебряных слитков. Последнее нам было даже важнее золота, хотя и желтый металл приятно грел мою алчную душу.

Я себе ничего интересного не присмотрел. Разве что взял несколько драгоценных камушков для личных фокусаторов себе с ученицей, либо для особо сложных артефактов. Ниуру обновила себе доспехи, найдя хорошую легкую экипировку как раз под ее комплекцию.

На следующее утро мы с Лейной взялись за зачарование целебного артефакта. Благо наработки у нас имелись после посещения Священной Кельи, как и тестовые рабочие образцы. Так что просто взяли несколько серебряных сетей из-под ледяных турелей и перезачаровали.

Проснувшийся Бьярнум остался недоволен нашими действиями. Он полагал, что мы оставим Гнев Неллис в башнях для защиты замка. Так что ограничились несколькими заготовками. С помощью огня Ниуру мы сплавили несколько ячеистых сетей вместе и установили золотую пластину, где будет храниться центральное плетение.

По-хорошему бы целебные артефакты стоило делать сразу из золота, поскольку они могли использоваться десятилетиями и столетиями, но я решил, что серебра с Далифакса хватит. Вот как захватим золотой рудник, тогда и можно подумать об основательном зачаровании.

Тут не знаешь, что с тобой будет через неделю, не говоря уже про сроки в несколько лет. Серебро легко прослужит такое время. Ну а обученные нами маги-ремонтники будут приезжать и обслуживать артефакты во время разных мелких поломок.

Дурви с Кьярной отправились наводить порядок в далифакских шахтах. Бывший бригадир получил солидное повышение. Раньше он командовал только одной из бригад. Теперь же стал во главе всех серебряных шахт. Мужчина даже постригся и подровнял свою неряшливую бороду, став выглядеть намного опрятнее.

В глазах его все еще горел огонь рудоискателя, несмотря на приличный стаж работы. И чародейка стихии Металла быстро стала его протеже. Они с Кьярной с самого утра и до поздней ночи пропадали в подземных тоннелях, либо катались с отрядом на гурдах по поверхности в поисках новых жил.

— Идет работа! — посетил нас как-то Бьярнум, когда мы с ученицей возились с сетью для целебного артефакта.

— Кстати, кто будет управлять Дилавердо в твое отсутствие?

— Сам справлюсь!

— Разве не ты говорил: хозяин из дома — ксарги в пляс? Давай-ка назначь официального управляющего в Дилавердо.

— Можно устроить. Гунгефирт — мой верный соратник, с которым мы прошли через десятки сражений. Такой же отбитый, храбрый и стойкий как я! — похвастался Бьярнум. — Его никто не способен перепить!

— Так себе компетенции для вакансии конунга, — хмыкнул я. — Лучше одного из своих управленцев из Артефактов Мрадиша назначу.

— Но… Ладно, пусть так. Но это временно! Я вернусь в Дилавердо, как только здесь станет спокойно.

— Разумеется.

Артефакты Мрадиша работали и без моего непосредственного участия и контроля. Производство пока было относительно небольшим. У меня трудилось около сотни человек в Нирдхолде, еще несколько десятков были распределены по филиалам. Плюс смены и кузнецы литейных цехов, которые постепенно набирали обороты.

Несколько караванщиков, развозящих заготовки и артефакты. Поначалу мы прибегали к услугам других купцов, но проще и дешевле было организовать свое транспортное отделение, что мы и сделали.

Перепись я не проводил, но, если так прикинуть, то число служащих на разных производствах перевалило за две сотни. Приличная фирма, особенно по меркам позднего средневековья. Хорошо хоть с охраной стало намного проще после того, как я стал конунгом. Просто теперь безопасность караванов и участков производства обеспечивала городская стража.

Само собой, в такой большой по меркам Шимтрана компании требовались грамотные управленцы. Начальники, менеджеры, казначеи, бухгалтера, даже нечто вроде отдела кадров появилось. Среди моих служащих постепенно вырастали умелые специалисты, способные организовать народ или наладить новое производство. Думаю, они и с городом справятся.

Одним из подходящих кандидатов, к слову, являлся и Бьяршин. Он уже имел кое-какой опыт управления Нирдхолдом, помогая беспечному отцу с разными городскими заботами. Плюс поработал управленцем в Артефактах Мрадиша, показав себя с хорошей стороны.

Бьярнум о нем даже не вспомнил. Видимо, считал еще слишком юным молокососом. Обычно конунгом становились в более зрелом возрасте. Родители могли очень долго считать своего чада неопытным и несмышленым.

В принципе, неплохая кандидатура в помощь отцу для второго города. Лучше, конечно, не устраивать семейные династии и не складывать все яйца в одну корзину. Будет неприятно, если они оба разом пойдут против меня. Но пока что я доверял Бьярнуму и Бьяршину, так что решил дать молодежи шанс проявить себя.

Пришлю сынка, с которым он давно не виделся. Куда его Бьярнум отрядит, в Дилавердо или Далифакс — пусть сам решает. Надо только ревизора периодически отправлять. А то мне Бьярнум умело оставил Нирдхолд в долгах. Как бы и в новых городах не учудил чего-нибудь в схожем духе.

Для целебного артефакта в темпе вальса сколотили навес, выделив небольшой участок близ замка конунга. Мы с Лейной закончили работу и уложили артефакт под снимающийся деревянный настил. Специально сделали так, чтобы можно было легко получить доступ к артефакту для последующего ремонта и модернизаций.

Великой ценности без привязки к месту целебное устройство не представляло, но, само собой, его будет охранять наряд стражи. Подозреваю, что Бьярнум даже деньги начнет брать со страждущих. Любой способ пополнить казну сгодится.

Глашатаи собрали народ с окрестностей. Вышло много желающих поглядеть на запуск лечебного артефакта. Это в Нирдхолде люди привыкли уже к постоянным новинкам от Артефакты Мрадиша. В Далифаксе же новость разлетелась молнией. И на меня все желали поглазеть — как-никак новый конунг, так и на экзотическое магическое устройство полюбоваться, о которых ходило столько слухов.

— Вот и первое улучшение жизни, идущее следом за сменой конунга! Настоящий целебный источник производства Артефакты Мрадиша! Причем, совершенно бесплатный для любого желающего!

— Что⁈ Нет! — раздался в толпе недовольный голос Бьярнума.

— И если кто-то, даже мой временный поверенный, начнет взимать плату, сразу сообщайте. Ведь здравоохранение, как и образование должны быть бесплатными и доступными каждому!

Толпа возбужденно загомонила. Эббот похвалила меня, выкрикнув несколько поощрительных фраз. Народ не верил, что правитель может что-то дать людям за просто так. Ничего! Это маломощное лечебное устройство не слишком много ресурсов потребовало. Много людей он обработать не сможет. У кого нет денег — пусто стоят в очереди. А для зажиточных граждан будут отдельные лечебницы с обходительными медсестрами и всегда доступными целебными койками. Родина научила, как правильно делать, так что Хоран Мрадиш своего не упустит! Не коммунизм же с магией и эльфами на Тардисе строить, право слово.

— Есть люди с травмами или болезнями? Проходите сюда, испытайте артефакт. Одновременно в зоне действия всего четыре человека поместятся. Садитесь на эту скамью в два ряда, да поплотнее. Не упустите ни капли живительно магической энергии!

Вызвалось несколько кандидатов с ушибами, ранами и даже одним переломом. Я пригласил их под навес, и больные устроились на жесткой скамье, прижавшись как можно теснее друг к другу.

Целебный источник обдавал их энергией Жизни. Устройство получилось слабее, чем Священная Келья. Все-таки мы использовали небольшую площадь покрытия. Но с обычного люда хватит халявы.

— Становится ощутимо легче…

— Глядите, ссадины затянулись! — восхитился один из подопытных.

— Хм, значит устройство действительно функционирует, — сделал я в уме пометку.

Хорошо изобретать в дремучие века, будучи правителем. Не нужно беспокоиться о судьбе добровольцев.

Бьярнум пожурил меня за слова о бесплатности, но всерьез возмущаться не стал. Конунг попросил обустроить замок по последнему слову техники. Другими словами, поставить греющие и холодильные артефакты. Но я отказал приятелю, наказав отправить запрос в Артефакты Мрадиша. Не забыв про духовные камни с места установки. Как только у нас появится время, сразу же обработаем заказ.

Город не заметил гибели конунга. Шахты и плавильные печи продолжили работать в прежнем режиме. Покончив с делами в Далифаксе, мы отправились в обратный путь. Нагрузили телеги как частично очищенной рудой со складов Мьеркампфа, так и полноценными слитками серебра. Мне не хотелось уезжать без материалов к будущим заготовкам. Да и столь ценный караван вполне могли ограбить недоброжелатели. Атаковать же Резонансного мага под охраной нирдхолдского войска мало какой идиот вздумает.

В общем, вывез из Далифакса все доступные запасы серебра. Жаль только скорость передвижения наша заметно снизилась. Особенно в первой половине пути — до Арьяджи. Телеги плелись чуть ли не со скоростью пешехода. Так что нам пришлось потратить заметно больше времени. Уже от Арьяджи повозки пошли бодрее по новому тракту.

Через несколько дней мы прибыли в Нирдхолд. Как только показался знакомый кратер с крепостными стенами, мое сердце наполнилось приятным ликованием. Привык я к Нирдхолду! Постепенно начал считать его своим домом.

— Что-то интересное происходило, пока мы были в пути? — обратился я первым делом к Хильде, которая исполняла обязанности конунга в мое отсутствие.

В целом мы старались держать связь с Нирдхолдом, так что важные события города не пропускали.

— Вас ждут документы на подписание, господин Мрадиш! Мы подготовили отчеты к вашему возвращению, как вы и просили…

— Хорошая работа…

— Вчера прибыло письмо от родственника Унзара Четвертого.

— Что им надо? Артефактов хотят прикупить? — буркнул я, не особо желая знакомиться с корреспонденцией.

— Письмо мы не вскрывали. В приписке было указано, что она знакома с вами лично.

— Она? — заинтересовался я.

— Да, отправитель — внучка Унзара Четвертого, принцесса Дженнифер…

— Так-так-так, хорошо помню эту милую голубовласую девчушку с большой тягой к знаниям! — покивал я.

— Это кого ты там помнишь с большими тягами, а? — услышала мою фразу Ниуру.

— Внучка императора Нуэз, — добавила Лейна. — Наставник помог ей адаптировать одну печать. Помнишь, у Санчеса встречались?

— Поди запомни всех юбок, которые крутились возле пройдохи Хорана, — буркнула Красная.

— Ладно, давайте почитаем… — протянул я руку.

Хильда передала мне толстый конверт, запечатанный на плотный сургуч с печатью в виде императорского герба.

— Прочитай вслух, — попросила Ульдантэ, взявшись за медитации почти сразу после приезда.

Мне тоже следовало вернуться к медитациям, ибо синий ранг сам себя не возьмет. Синий осколок достать практически нереально даже с нашими финансами. Да и голубой осколок проест солидную дыру в казне. Но его хотя бы есть шансы купить. Так что надо готовить свою ауру к возвышению и пользоваться возможностями Ведьминого Котла — усиленной точкой Резонанса.

Признаться, перед отъездом начал филонить. Дело в том, что прогресс во время бесконечных медитаций практически незаметен. Сложно сказать, как близко ты находишься от заветной планки. Готов твой организм к переходу или нет. Не существует четких определителей, которые дадут ответ. Приходилось полагаться на смутные личные ощущения.

И каждая попытка возвышения — большой риск. Хватит тебе осколка на прорыв или нет — никто не знает. Имелись шансы, что камня рангом ниже окажется недостаточно, и тебе придется тратиться на новый. Так что в таком деле лучше не торопиться и действовать наверняка. Ошибка может стоить тебе в прямом смысле тысячи золотых.

— Дорогой учитель Хоран! — принялся я зачитывать аккуратные ровные строчки письма, от которого едва уловимо веяло приятными духами. — О, я уже «учитель» — видали?

— То же мне ученица нашлась, — пробурчала Лейна. — Один раз помогли печать настроить и уже «учитель»!

— Отправляю вам письмо уже в третий раз, — продолжил я. — Так и не получила от вас ответа. Но вас я не виню. Подозреваю, что всему виной имперская тайная служба, которая следит за всей корреспонденцией. На этот раз я попросила одного своего знакомого передать послание лично вместе с караваном, который отправится в Вольные Пустоши. Надеюсь, письмо наконец дойдет до адресата, и вы пришлете ответную весточку.

— Имперская перлюстрация не дремлет, — хмыкнула Дзартен.

— У нас в целом все хорошо. Я постепенно постигаю магическую науку, изучаю и пробую самостоятельно адаптировать разные печати. Однако улучшенная вами Водная печать все равно остается лучшей в моем арсенале. Я даже провела проверку плетения и разобрала его на составляющие. После чего опробовала некоторые элементы на базовых рунах. Представляете что случилось, учитель Хоран? Мне удалось достичь гармонии сразу в двух учебных рунах! После этого я смогла улучшить несколько других своих печатей. И все благодаря вашему труду!

— Приятно, когда тебя хвалят, — вытер я скупую слезу.

— Нельзя слишком часто хвалить, а то зазнаешься. Человека надо держать на коротком поводке! — заявила Ниуру.

— Вот только пока чаще эльфов держат на коротком поводке, кши.

— Дрянная шутка!

— Читай дальше, — попросила Ульдантэ, выгнувшись назад из позы лотоса.

— Очень жаль, что все так обернулось с вашей службой в имперской армии. История с предательством Туенгоро очень неприятная. Но знать и император все равно не выдали вам прощения из-за ашурского инцидента. Хоть я и пыталась вступиться за вас.

— Что-то больно хорошо она к тебе относится, — сузила глаза Ниуру. — Вы же ничем таким не занимались там в Нуэзоре?

— Когда бы успел! — всплеснул я руками.

— То есть, тебе хотелось, но возможностей не было?

— Хватит флиртовать с мужем. Продолжай, Хоран, — встала на руки Ульдантэ.

— Впоследствии до нас начали доходить слухи о чудодейственных Артефактах Мрадиша. Император поначалу не придал этому внимания, но мне сразу захотелось получить один из экземпляров. Жаль, что ваши артефакты работали только в конкретном месте. Однако, время шло, и на ваши труды начали обращаться внимание. Сначала робко упоминали при дворе, с шуткам и недоверием, а затем уже стали обсуждать всерьез. Мне было приятно наблюдать за изменением отношения придворных лизоблюдов. Сейчас к артефактам учителя относятся со всем уважением и даже опаской. Многие жалеют, что с вами так обошлись.

— Нуэз наконец-то оценивает последствия, — обронила Дзартен. — Зря они расторгли все отношения с Лучезарным Магом.

— Лишь не так давно нам удалось заказать несколько рабочих артефактов с помощью духовных камней, — прочитал я и приподнял брови. — Чего? Когда это мы изготавливали артефакты для империи Нуэз? Куда смотрели руководители и служба безопасности?

— Наставник, но ведь по духовному камню невозможно понять, с какой части Шимтрана он привезен, — напомнила Эббот. — Его даже с Алгадо могли привезти.

— Выходит, заказывали, солгав о месте установки, — кивнул я. — Насчет невозможности я бы так утверждать не стал. Магический фон уникален для разной местности. Наверняка существуют признаки, по которым можно определить примерное местонахождение, но для этого надо собрать большую базу данных со всего материка и провести тщательный анализ. Слишком напряжно.

— Будем исходить из того, что любая группировка Шимтрана уже заполучила себе рабочие экземпляры Артефактов Мрадиша, — вынесла вердикт Дзартен. — Мне жаль, что служба безопасности пропустила замаскированных представителей нуэзийцев, но каждого клиента невозможно проверить досконально. Плюс они вполне могли подкупить кого-то из местных. Вопрос времени, когда бы это произошло.

— Твоя правда. Пусть пробуют разгадать наш секрет. Только головы сломают… — махнул я рукой и продолжил. — Артефакты великолепны! Я прониклась еще большим уважением к вашему таланту, учитель! Мне удалось достать для себя Грелку, пусть и за большие деньги. Буду признательна, если пришлете и другие свои артефакты. Если мы сможем держать нормальную связь, конечно. Обратный ответ прошу вас передать вместе с тем же караванщиком, что и доставил письмо. Он пробудет в Нирдхолде, пока не получит дополнительных распоряжений.

— Да, я знаю этого купца, — кивнула Хильда. — Он регулярно возит нам нужные товары из Нуэз.

— Но разве это не запрещено официально? — поинтересовалась Эббот.

— Официально — да. Но нам все равно нужны определенные товары. Осколки, редкие металлы и особые изделия. Нирдхолд не производит все на свете, — ответила Хильда. — Мне пришлось очень сильно постараться, чтобы наладить новые каналы поставки. Тьярдон сбежал, его сеть распространителей распалась. Господина Мрадиша не интересует снабжение города. Пришлось мне несколько недель заниматься этим вопросом, отправляя курьеров в одно место за другим и договариваясь с поставщиками. Я только недавно начала нормально спать… — вздохнула юная руководительница.

— Наставник, — с укоризной посмотрела на меня Лейна.

— Что? Я ж не заставляю Хильду пахать до ночи. Это ее личный выбор. Вспомни сколько ты сидела со мной над целебным артефактом. Клевала носом, но доделывала контуры. В твоем возрасте я думал только о новых игрушках и соревнованиях с мячом, а не о нудной работе.

— Вы правы… Но, может быть, нам следует как-то поощрить Хильду?

— Само собой. Если у тебя есть какие-то желания — говори, не стесняйся, — предложил я.

— Ничего такого. Кров и деньги у меня есть, — ответила приютская. — Разве что… Квандиила…

— Квандиила? Нашего полурадужного слугу-эльфа? — вопросил я. — И что же ты намеревалась с ним сделать? Эй, Квандиил, подь сюды!

— Нет-нет, ничего такого! — замахала Хильда руками и густо покраснела. — Не надо его звать! Просто…

Лейна с усмешкой прошептала мне на ухо:

— Наставник, она хочет встречаться с Квандиилом.

— Да? А ему известно о твоем желании?

— Не знаю… Ну, мы проводили иногда время вместе… Боги, зачем я это спросила? — произнесла Хильда, готовая сгореть от стыда на месте.

— Квандиил — твой личный слуга, Хоран, — проговорила Дзартен. — Поэтому она должна ставить господина в известность и испрашивать разрешения. Вдруг у тебя на него другие планы?

— Нет никаких планов. Забирай его себе, коли желаешь. Благословляю вас и все такое, — совершил я ритуальный пасс руками.

— За что мне все это… — простонала временно исполняющая обязанности конунга, закрыв лицо руками.

— Господин, я нигде не могу найти Квандиила! — передала нам подошедшая главная служанка Гирхуз — та самая, которую мы спасли из гоблинского плена вместе с эльфом.

— Он в последнее время выглядел подавленным, — подметила Хильда. — Так и не признался мне, что его гложет. Я не знала, как ему помочь.

— Поцелуй красивой девицы всегда поднимет настроение, — заметил я ехидно. — Гирзух, принеси какие-нибудь личные вещи Квандиила Мякотке. Она найдет эльфа в два счета.

— Да, господин…

— А я продолжу… Осталось всего несколько строчек, — углубился я в письмо. — Понимаю, что вы очень занятой чародей, но мне бы страсть как хотелось получить от вас хотя бы парочку уроков магии! Весь Нуэз сходит с ума от догадок, как вам удалось приструнить магический фон Тардиса. Заставить мир подчиниться вашей воле. Я не претендую на столь значимые секреты. Но, быть может, вы подскажете, как мне адаптировать другие печати под личную ману? Со сколькими бы наставниками я не занималась, никому не удавалось добиться столь значимого прогресса буквально за несколько часов.

— Вот зараза… — пробурчала едва слышно Лейна.

— Я буду вам крайне признательно и готова оказать ответную услугу по мере своих скромных сил внучки императора Унзара Четвертого и наследной принцессы империи Нуэз, если вы дадите мне несколько уроков магии, учитель Хоран. Могу ли я посетить с визитом Нирдхолд? Если вы не против моего визита, укажите в ответном послании. С нетерпением буду ждать вашего письма! — закончил я.

— Не нравится мне ее лестный тон, — заметила Эббот.

— Нельзя исключать, что император Унзар решил сблизиться с вами с помощью внучки, — предположила Дзартен.

— Мы можем держать ее в Нирдхолде в качестве заложника, — предложила Ульдантэ.

— Сжечь ее, во славу огня.

— Что за кровожадный настрой? Дженнифер — хорошая девочка. Она не будет плясать под дудку деда, — фыркнул я.

— Ты в этом уверен? Высокородные умеют хорошо притворяться и играть на публику, — выдала Кшанти.

— Уверен. Насчет лояльности утверждать не берусь. Мне письмо тоже показалось излишне восторженным. Но что Дженнифер большая фанатка магии — это факт. Не хуже чем наша Лейна готова закопаться в расчеты и печати, лишь бы стать сильнее, возвыситься или узнать что-нибудь новое.

— Еще посмотрим, кто из нас лучше, — не преминула добавить сама Эббот.

— Так что, Хильда, настрочи ей ответное письмо со всеми любезностями.

— Господин Мрадиша, так может вы сами ей напишете?

— У меня есть более важные дела. Передай, что Нирдхолд примет ее визит с большой охотой. Мы обеспечим ей безопасность, предоставим кров и все полагающееся для высокородной особы. Правда, неясно, каким образом она собирается выехать из Нуэз в Нирдхолд. Наверняка за ее передвижениями следят. Имперская тайная служба вряд ли допустит наших контактов. Записываешь?

— Да! — откликнулась Хильда.

— Напиши, что я с удовольствием пообщаюсь с Дженнифер лично, покажу город, расскажу про новые артефакты и адаптирую для нее любые печати, какие она захочет. Буду рад видеть ее в Нирдхолде!

— Хвост-то распушил словно лавовый аист в период спаривания! — выдала Ниуру.

— Необходимо налаживать отношения с соседями. Дипломатия — тонкая наука. Спроси об этом у Кшанти — она меня учила.

— Господин Мрадиш! — вошла в кабинет Гирзух. — Мякотка отыскала Квандиила! Негодник где-то раздобыл грибной эль и надрался до синих ксаргов.

— Ох, не может быть. Квандиил ведь сторонился выпивки, — ахнула Хильда.

— Мой тебе совет — держись подальше от запойных эльфов, — покивал я.

— Нет, я не верю. Должна быть причина!

— Тащите алкашню сюда! — распорядился я.

Вскоре слуги привели шатающегося полурадужного, полулесного эльфа, которого по запаху нашла Мякотка. Выглядел Квандиил не совсем убитым, но явно поддатым.

— Ты где шлялся, бесстыдник, когда господин изволил вернуться из странствий⁈ — огрела его полотенцем Гирзух.

— Квандиил, что случилось? — трепетно произнесла Хильда.

Эльф какое-то время помалкивал, после чего горестно вздохнул:

— Я узнал, что скоро в Белых Пещерах состоится ритуал Солнцестояния…

— Что за ритуал? — заинтересовалась Ульдантэ.

— Кто сообщил? — вопросила Дзартен сразу.

— Один Солнечный эльф, выбравшийся из Белых Пещер…

— Назови имя. Мы проведем проверку, — не отступала начальница службы безопасности.

Квандиил повиновался, после чего продолжил:

— Раньше ритуал Солнцестояния проводился раз в пятьдесят, а то и сто лет. Однако Великий Князь Белых Пещер совсем одряхлел. Прошло всего тридцать лет с прошлого ритуала! Уму непостижимо! — разорялся поддатый эльф.

— Ближе к сути, — направил я парня в нужное русло.

— Я ведь говорил о том, что Радужных эльфов разводят в Белых Пещерах словно… бесправный скот. Их используют для продления жизни. Ими торгуют с богатейшими людьми Шимтрана, желающими прожить дополнительные года. Но Солнечные эльфы тоже стареют и дряхлеют, и Великий Князь не исключение. Никто и не помнит, сколько именно ему лет. По слухам, больше тысячи!

— Как он еще ласты не склеил? — хмыкнул я.

— Все дело в ритуале Солнцестояния. Князь приносит в жертву Радужных эльфов и поглощает их силу. Что продлевает жизнь правителю, хотя он давно уже должен был уйти в Колесо Перерождения, старый Солнечный ублюдок!

— Это ужасно! — воскликнула Эббот. — Нельзя приносить в жертву разумных!

— Так если люди давно покупают Радужных эльфов и проводят такие же ритуалы, чем тебя Солнцестояние зацепило? — вопросила Ульдантэ.

— Великий Князь очень стар, да к тому же он не человек. Чтобы продлить и без того длинную жизнь эльфийскому правителю необходима далеко не одна жертва. Десятки, а то и сотни Радужных эльфов могут скоро погибнуть! Лишь чудом мне удалось избежать подобной участи, а так бы и мое сердце могло достаться бездушному кровопийце… — поведал Квандиил.

— Любопытная история, — покивал я задумчиво. — А ведь я очень давно планировал заглянуть в Белые Пещеры и позаниматься с одаренными Радужными эльфами. Вдруг они и есть ключ к стихии Проклятья? Почему ты сразу не обратился ко мне?

— Я… собирался… Ведь вы единственный, кто не испытывает презрения к эльфам и гоблинам. Даже взяли эльфиек в жены… Но не думал, что вам будет интересна судьба каких-то рабов. Белые Пещеры — это могущественное подземное королевство. Великий Князь явно не будет продавать Радужных эльфов. Они нужны ему самому для продления жизни.

— Наставник, мы же спасем Радужных эльфов? — обратилась ко мне Лейна со слезами на глазах.

— Разумеется, ученица. Ведь благородный Хоран Мрадиш всегда боролся с угнетением и рабством! — проговорил я помпезно.

Ниуру чуть воздухом не подавилась:

— Нет, из твоих уст, конечно, всякая чушь вылетала, но такую дичь я слышу впервые!

— Тем не менее, ты получила свободу из рук Хорана, как и многие другие, — подметила Ульдантэ. — Именно он изготовил Жезлы Неподчинения.

— Ага, чтобы жениться на тебе — ради твоего коровьего вымени. Да ты только глянь на его хитрую лысую рожу. Ему плевать на судьбу эльфов. Его интересует только их особая Радужная магия! — продолжила Красная.

— Одно другому не мешает. Оценивайте человека не по мотивам, а по поступкам, — проговорил я патетично. — Мы собираем отряд на героическую миссию. Радужные эльфы будут освобождены от Солнечного гнета!

Квандиил просиял:

— Это правда, господин Мрадиш⁈

Я кивнул:

— Живой эльф полезнее мертвого. Нирдхолд найдет приют всем беженцам, с какой бы формой ушей и глаз они ни были!

— Спасибо, господин!

— Разве что щупальцеголовых в особняк не пускать. Я брезгую… Будешь нашим проводником по Белым Пещерам, Квандиил!

— Я бы с радостью, но я не так хорошо ориентируюсь под землей. Нам ведь не разрешали выходить с территории Радужной фермы. Лишь раз я шел маршрутом по пещерам, когда бежал во внешний мир.

— Так ты всю жизнь прожил на Радужной ферме?

— Да… Я хорошо знаю тамошние порядки. Сколько эльфов охраняет ферму, как часто сменяются патрули, как проходит вывод пленников для продажи и представляю, как проводится ритуал Солнцестояния.

— Отлично. Отправишься с нами. Кшанти, найдешь нам проводников среди Солнечных эльфов, — распорядился я. — В городе наверняка найдутся такие.

— Если они не являются агентами Белых Пещер. Ты действительно собрался идти войной против Солнечного Князя? — уточнила Ночная эльфийка.

— Война — дело рискованное и расточительное в плане людских ресурсов, — заметил я философски. — Армия нам не нужна. Мы должны просто вытащить Радужных эльфов из плена.

— Предлагаешь идти небольшим отрядом? Это самоубийство!

— Мы штурмовали логово Черной Длани, уничтожили Цитадель и Сердце совсем небольшой группой, — хмыкнул я. — Всегда найдется способ. Вот если вариантов не останется, тогда подумаем и о вторжении. Только что-то я сомневаюсь, что это будет легкой прогулкой. Солнечные эльфы умеют обороняться в своих Белых Пещерах.

— Поэтому никому до сих пор не удавалось их захватить, — заметила Дзартен. — Обрушения свода, ловушки, засады, отраженные и скрещенные лучи — все это испытавал на себе захватчик.

— И я того же мнения. Скрытное проникновение небольшим отрядом несет в себе меньше риска, чем если бы мы ввалились огромной гурьбой, собрав воинство всех трех, вернее уже четырех, Вольных городов.

— Солнечные эльфы бывают не менее коварны, чем Ночные, — выдала Кшанти. — Кто-то называет их нашим зеркальным отражением. Только Ночные сразу демонстрируют свою подлую натуру, Солнечные же могут вести себя дружелюбно и миролюбиво при знакомстве. Но в решающий момент они легко вонзят тебе кинжал в спину. Презренные создания!

— Набрать бы их себе для Солнечных расчетов. Возможно, я смогу побороть Проклятье и сделать артефактную Ледяную Призму, но это неточно, — протянул я, размышляя. — Да и в Нуэз мне эльфов поставляли со всех уголков света. Пришлось изрядно попотеть, прежде чем я собрал Солнечных с подходящими спектрами магии.

— Солнечные эльфы не пойдут в услужение к человеку без большой выгоды. В теории можно выкупить рабов из разных мест, но я не уверена, что тебе хватит выборки для создания хотя бы одного расчета, — ответила Дзартен.

— Пока будем работать в стиле Резонансного Мага, — кивнул я. — Кстати, Квандиил…

— Да, господин?

— Совет вам, да любовь!

Хильда издала смущенный возглас и отвернулась от эльфа. Квандиил недоуменно хлопал ушами, не понимая, что означает мой посыл.

Мы расспросили эльфа о деталях. Оказалось, что ритуал Солнцестояния состоится через несколько недель, так что у нас имелось время на подготовку и дорогу до Белых Пещер. Следовало сделать множество важных дел, ведь мы долго отсутствовали в Нирдхолде.

— Каким образом мы проникнем в Белые Пещеры? У тебя есть план? — вопросила Ульдантэ, закончив с медитациями.

— Вы мне скажите. Зачем мне нужны подчиненные, если все за вас приходится додумывать! — фыркнул я.

— То есть плана у тебя нет? — уточнила Ульдантэ.

— А разговоров-то было! — хмыкнула Ниуру.

— Давайте думать, подсказывайте, что вы, мозги мне делаете! Посоветуйте, как, сделать по красоте-то, — выдал я известную в узких кругах тираду. — Кто изобретет годный метод прохода в Белые Пещеры и спасения Радужных, получит себе Вольный город в управление, который мы захватим следующим.

— Во славу огня! — загорелась Красная.

— Шучу. Отбор все равно будет вестись по особым критериям, — ухмыльнулся я. — Но вы накидывайте варианты…

— Надеть накладные уши и притвориться Солнечными эльфами, — высказала Ниуру, — Только Хорана и Ночную будет сложно замаскировать.

— Попробовать узнать местоположение Радужной фермы и пробуриться в пещеру с помощью артефакта? — предложила Ульдантэ. — Метод сработал в Туманном Аббатстве и в шахтах Далифакса. Почему бы снова к нему не прибегнуть?

— Организовать дипломатическую миссию в Белые Пещеры от лица Вольных Земель? Приехать с подарками в виде артефактов, — взяла слово Дзартен.

— Дельные предложения, — кивнул я.

— Выдать себя за поставщика товаров, — предложила вдруг Хильда, когда воцарилась тишина. — Мы тоже торгуем с Белыми Пещерами, хотя поток и достаточно скудный. Вы бы знали, господин конунг, если бы чуть больше времени тратили на дела города…

— А рабов они покупают?

— Покупают и продают, — кивнула Хильда.

— Примерить на себя маску работорговца? Давненько я не занимался любимым делом! — молвил я.

— Ты эту маску и не снимал, — вставила шпильку Ниуру. — Гоняешь нас, словно на нас все еще висят ошейники. Да и пленных сразу отправил вкалывать в шахтах.

— Верно мыслишь, рыжая. Даже если на вас нет видимых оков, я остаюсь вашим хозяином. Кши-ши-ши!

Подопечные получили задачу проработать разные варианты, и на том наше совещание было окончено. Усталость взяла свое, так что мы разбрелись по комнатам. Было приятно наконец вернуться в Ведьмин Котел.

На следующий день мы с Лейной взялись за зачарование артефактов. Добытое серебро сразу отправилось на ковку заготовок, а руда — в доменные печи. Материала мы добыли прилично.

Заказов на артефакты мы получили вагон и маленькую тележку. Работники мануфактуры за время нашего отсутствия успели изготовить кучу разных предметов. И стандартные заготовки для грелок, плиты, холодильников и даже унитазы с разными редкими устройствами на заказ.

Оставалось лишь сформировать ячейки сети и встроить в саму вещь. Мы с ученицей рьяно набросились на задачи. Хотели было распределить усилия и работать отдельно, но этому мешал калькулятор. Устройство требовалось каждому для работы, так что мы старались не отходить далеко друг от друга, либо меняться. Принимали пищу по отдельности. Когда один отдыхал — другой трудился. Даже график сна тоже распределили так, чтобы реже пересекаться.

По-хорошему бы следовало каждому по калькулятору сделать, но как представишь, что снова надо несколько дней возиться с ворохом однотипных контуров, так энтузиазм сразу иссякал. Пока что справлялись.

Калькулятор повысил скорость расчетов и зачарования в разы, так что поток артефактов расширился.

Один из нас приходил к рабочему верстаку со счетным устройством, и нам служащие подносили уже готовую отмеренную ячеистую сеть вместе с соответствующим духовным камнем. Чаще из серебра, иногда из золота — для богатых клиентов. Мы проводили анализ духовного камня, просчитывали контуры и проводили зачарование. Затем рабочие уносили голую сетчатую заготовку и внедряли в предмет. Дальнейшим занимались служащие Артефактов Мрадиша: перевозкой, доставкой, финансами и прочим.

Мы же с Лейной трудились будто на конвейере. Одна сеть, другая, десятая, сотая. Пекли артефакты словно горячие пирожки. Цены я прям сильно не завышал, так что заказов хватало. Но пока что мы все равно в основном трудились на богатых и просто зажиточных граждан. Всех поголовно дешевыми артефактами вдвоем не обеспечить.

Занимались и стратегическими артефактами. Расширили Гнев Ниуру в Нирдхолде, установив огненные метатели во все крепостные башни по периметру. Также усилили оборону прочих наших городов: Арьяджи, Дилавердо и Далифакс. Не каждую башню экипировали Гневом Ниуру, но по несколько комплектов на город отправили. И против нечисти, и против разных захватчиков будет полезно.

Ниуру, к слову, постепенно сменила гнев на милость. Если раньше ей название казалось оскорбительным, то спустя время она поменяла мнение. Солдаты и простые жители хвалили Гнев Ниуру за то, что он спас их во время арконского вторжения. И часть славы доставалась самой Ниуру, будто бы она благословила артефакты или даже сама их заряжала. Обыватель в таких тонкостях не разбирался. Так что рыжая получила свою бесплатную порцию славы, чему осталась более чем довольна.

— Кстати, Бьяршин! — обратился я к молодому начальнику в цеху.

— Да, мастер?

— Ты уволен с поста начальника Артефактов Мрадиша…

— Что… — изумился он.

— Займешься Дилавердо, пока отец наводит порядок в Далифаксе. Сам знаешь — твой папаша без присмотра наверняка наворотит дел. А у тебя есть не только мускулы, как у Бьярнума, но и мозги. Следи за финансами и не влезай в бесконечные долги. Докладывай мне лично еженедельно о состоянии дел обоих городов. Задача ясна?

По мере моей речи брови парня все выше ползли вверх.

— Так точно, господин Мрадиш!

— Тогда назначь себе замену, сдай дела и отправляйся исполнять обязанности конунга Дилавердо, — махнул я рукой. — Свободен.

Бьяршин был обескуражен, но взялся за дело. Провел отбор, поговорил с начальниками и вскоре представил мне отобранного кандидата. Судя по данным характеристикам, специалист годный, так что я одобрил его выбор. Новым начальником стал мужчина средних лет, бывший когда-то писарем и казначеем в городской ратуше Нирдхолда.

Не отрываясь от зачарования очередной заготовки, я провел кадровые перестановки, и продолжил возиться с магическими контурами.

— Я думал, что волшебный мир — это горячие эльфийки, эпичные сражения, драконы и загадочная магия, а волшебный мир — это все перечисленное и в дополнение еще ксарговы смены на магическом заводе! — бухтел я изредка, когда накатывала усталость.

Спина тоже порой давала о себе знать. Столько сидячей работы — не удивительно. Так что я доделал то самое массажное кресло, которое не успел закончить перед нападением некроманта.

Прерывался на массаж спины и ног периодически, отдыхая как головой, так и телом. Стало полегче, да и Лейна поблагодарила за комфортное рабочее место. Ниуру иногда приходила попользоваться массажным креслом, которое я обещал сделать именно ей.

Помимо Гнева Ниуру изготавливали и другие важные артефакты. Сделали зонды с устройствами дальней связи для Далифакса. Наделали и обычных раций для координации боевых соединений. Отряды разбили по двадцать человек примерно, так что много устройств делать не пришлось. Обеспечили рациями не только Нирдхолд и Арьяджи, но и для Дилавердо с Далифаксом изготовили достаточно.

Торжественно открыли в Нирдхолде большую Целебную Келью. Ассоциация лекарей города явно не была рада такому событию, но поделать против конунга они ничего не могли. Бунтов луддитов не произошло — артефакту никто вредить не стал.

Для родного города использовал обширную заготовку, которая обеспечивала лечением сразу десяток человек или парочку буйволов. Как и просила Лейна, плату брать не стал.

Установил и вторую Целебную Келью, но на этот раз — платную. В отдельном здании с качественном ремонтом и красивой распорядительницей. Очередь туда естественным образом была меньше, поэтому зажиточные граждане готовы были платить за лечение. Плюс я прорекламировал ее как более мощную, надежную и качественную. Хотя по факту устройства вообще никак не отличались. Обыватель их отличить не мог, но он верил, что раз дерут такие деньги, то платная Келья всяко лучше халявной. Еще один источник золотишка, пускай и небольшой.

Изготовил несколько Жезлов Неподчинения дополнительно, когда накопился определенный запас платины. Ульдантэ внимательно следила за нашим производством. Редкий металл начали добывать понемногу и гоблины. Да и в Далифаксе его производили в небольших количествах. Лунная эльфийка раздобыла материал и дала мне заказ.

Так что Жезлы Неподчинения продолжали тайно распространяться по континенту. Пару штук отправили на Алгадо. Один жезл даже решили передать той самой Лиге Без Оков, которая доставила нам множество хлопот.

После ухода Аурифи Лига захирела, но все еще функционировала. Она являлась самой крупной организацией, которая боролась с рабством на Алгадо, и ее члены сохранили прежние принципы. Так что кандидатура вполне логичная.

Ситуация вырисовывалась местами забавная:

— Кши, вот бы Лиговцы удивились, узнав, что главный враг Богини Свободы сделал для освобождения рабов больше, чем вся Лига вместе взятая!

В какой-то степени жаль некоторых рабовладельцев, чьи династии долгие века полагались на рабский труд. Впрочем, Жезлы Неподчинения не являлись панацеей. В Книхране вон случилось множество восстаний и эпизодов с освобождением рабов, но постепенно вроде бы они приноровились. По слухам даже захватили один из освобождающих артефактов.

Мне в целом было плевать на распространение рабства. Раз жена хочет артефакты — почему бы ее и не побаловать? У каждой супруги свои любимые хобби.

Средства в казну текли немалые. Накопилось множество заказов, причем не только из наших городов, но и других поселений Пустошей. Городов Сончхэ, Книхрана, Белых Пещер, Высоколесья, Аркона, Нуэз и Сумерек. Духовные камни значительно расширили географию применения. Многие иностранцы, правда, продолжали заказывать втихую, но некоторых служба безопасности раскусила. Я не стал отменять заказы. Пусть платят.

Золото стало… Даже слишком много. Мы с Лейной гребли такие деньжищи, которых раньше и представить себе не могли. Впрочем, золото само по себе просто приятный желтоватый металл с невысокой температурой плавления.

Да, средства уходили на заготовки, на оплату рабочим, на дороги и строящиеся корпуса-«мрадишки» для новобранцев. Да и обещанные осколки для стражников иногда необходимо было доставать. Хотя там хватало дохода с алтаря для забоя скота.

В общем и целом свободного золота поступало достаточно.

— Надо куда-то вкладывать средства, — произнес я в один из дней, когда принесли отчет о продажах артефактов.

— Нанять наемников? Закупить больше осколков и зачарованного оружия? — перечислила Ниуру.

— Лучше вложить туда, где будет прибыль. А что если… купить Вольный город? — вопросил я вслух.

— Разве можно купить город?

— В моей истории такие случаи встречались. Целые территории продавались за золото. Что-то мне не улыбается с каждым из конунгов драться за престол. С Мьеркампфом кое-как справился, но бесконечно сопутствовать удача не будет. Кшанти, брось клич!

— Да? — откликнулась Ночная.

— Свяжись с руководством малых поселений. Предложи конунгам продать свой пост и передать город в управление Нирдхолда. За, скажем, пять тысяч золотых.

— Полагаешь, кто-то согласится?

— За пять тыщ я бы раньше согласился, — хмыкнул я. — Не торопись и не дави. Начни с небольших сумм тыщи в три для мелких поселений. Крупным можно и десятку вывалить. Вдруг кто-то захочет уйти на покой и передать мне престол? Взамен города получат наши лучшие артефакты. Воду, хранение продуктов с помощью заморозки, лечение и многое другое. Так что пусть подумают как следует. Империя все равно поглотит мелкую рыбу рано или поздно!

— Я разошлю послания конунгам. Начну с наших соседей.

— Наставник, лучше бы ты потратил золото с большей пользой, — заметила Лейна.

— И что ты предлагаешь?

— Освободить рабов!

— Хм, а в этом есть смысл, — задумался я.

— Вряд ли рабы согласятся служить тебе после освобождения, особенно эльфы, — подметила Дзартен.

— А кто сказал, что я собираюсь их освобождать? По крайней мере, не сразу. Собирайтесь, съездим на невольничьи ряды! — загорелся я идеей.

Мы небольшой компанией двинулись к особому рынку Нирдхолда, где продолжали торговать разумными в ошейниках подчинения. Я же не из тех отбитых аболиционистов, что сразу издают декреты о запрете рабства. Любая индустрия должна приносить пользу растущей империи Мрадиша.

Невольничьи ряды Нирдхолда были весьма скудными. Рынок сбыта оставался слабым, караваны ходили редко. Тем не менее, здесь можно было найти самых разных рабов: начиная от хилых стариков, набравших долгов при игре в кости или пропивших все состояние до матерых преступников с даром Воителя и, конечно же, набранных в набегах различных эльфов.

Я походил немного, приценился к товару с видом знатока. Все-таки в рабах Хоран Мрадиш разбирался. Выбор небольшой, но на безрыбье и ксарг сгодится.

Нирдхолд и ранее изредка выкупал рабов, когда появлялись свободные деньги. Ставил их в стражу охранять периметр. Пятнадцать лет безупречной службы, и раб получал свободу. За это время многие вполне неплохо обустраивались в Нирдхолде — как люди, так и эльфы. Оставались в страже, либо искали иную работу.

— Удобно, когда подчиненных можно просто купить. И отдел кадров не нужен. Думаю, скостим стандартный срок службы до трех лет. Этого вполне достаточно, чтобы пройти проверку на лояльность Нирдхолду, — покивал я.

— Три года… Что ж, это в любом случае достойное и благородное дело, наставник! — похвалила радостная Лейна.

— Кого именно вы желаете приобрести? — уточнила Дзартен. — Одаренных, Воителей, эльфов, людей?

— Всех! — обнажил я ровные белые зубы в коварной усмешке.

— То есть всех? — переспросила Кшанти.

— Разве нам не хватит золота?

— Хватит, но… как ты себе это представляешь? Что нам с ними делать?

— Пополним ряды стражи, наймем рабочих на мануфактуры, в шахты, в бригады строителей, — пожал я плечами. — Работы много, так что дешевые слуги нужны как воздух. Три года по сути не надо платить им жалованье. Только экипировку дать, еду и кров. Выгодное вложение!

— Ты не забыл про бунты рабов? Жезлы Неподчинения могут обернуться против тебя, — напомнила эльфийка.

— Твоя правда. Что ж, значит пусть сбегают. Если с рабами обращаться по-человечески, то они не будут мстить хозяину. А если чуть подкормить и обласкать, даже могут стать твоими женами, кши.

— Ты собираешься купить всех рабов в Нирдхолде?

— Совсем отбитых отсей, — распорядился я. — Зачем нам психи и принципиальные. У меня нет столько времени, чтобы тратить на перевоспитание каждого. Вон сколько усилий пришлось приложить для одной Лиетарис. Так что бери только тех, кого сочтешь достаточно лояльным. Тех, кто согласится присягнуть мне и городу на верность. Я не хочу, чтобы слуги в решающий момент сделали мне гадость, так что и относиться к ним надо как к обычным работникам. Просто с временным запретом на передвижения, только и всего!

Пока Дзартен переваривала новшества, я осмотрелся. Вокруг меня крутилось множество работорговцев, что и не удивительно. Фактически, я в достаточно короткие сроки стал самым богатым и влиятельным человеком в Нирдхолде. А возможно и во всех четырех союзных Вольных городах. Раз я шастаю по рынку и присматриваю рабов, значит мне можно впарить товар по завышенной цене и получить солидную прибыль. Ага, пусть попробуют обдурить работорговца со стажем!

Я активировал усиливающее звук плетение и огласил на всю площадь:

— Конунг Нирдхолда, Резонансный Маг Мрадиш, набирает сотрудников для перспективных производств и гвардейцев в стражу. Мне нужны исполнительные и добросовестные работники. Без необходимости постоянно надзирать за вами и проверять, как работают ошейники. Взамен вы получите то же самое отношение, что и к свободным. Три года верной службы, и каждый из вас обретет полноценную свободу. Поэтому, кто готов принести присягу Хорану Мрадишу — шаг вперед! Не упустите свой шанс на свободу, ведь иной возможности у вас не будет!

Невольники внимательно слушали мою речь, но к словам отнеслись с настороженностью. Оно и понятно. Неизвестно, куда их пошлют и как будут относиться. Слова — это одно, реальность — другая штука.

Рабы были удивлены, ведь им впервые предоставили подобие выбора. На службу я принимал исключительно добровольцев. Они сами должны были решить, становиться им моими слугами или нет.

Поначалу желающих было мало:

— Я готов принести присягу!

— Три года и свобода? Я в деле.

— Господин конунг, меня возьмите!

— Замечательно. Этих мне заверните! — махнул я рукой величаво. — Да по рыночной цене, а не по заоблачной!

Я купил нескольких невольников, и процесс прошел. Сомневающиеся приняли решение. Рабы были наслышаны об условиях работы в Артефактах Мрадиша, городской страже и других отделениях. Положительная репутация сделала свое дело.

— Кшанти, займись проверкой желающих. Привлеки своих эскулапов по допросам, можешь и наш отдел кадров припахать. Разузнай всю подноготную кандидатов. Ненадежные и неадекватные нам не нужны. Остальных — будем покупать по границе рынка. Хильда займется финансовым вопросом.

— Будет исполнено… — выдала Дзартен. — Мы рассматриваем только тех, кто есть в наличии? Торговцы могут привезти новых рабов.

— Берем всех, кого смогут привезти, пока есть деньги. Особенно Солнечных, Воителей, магов… любых одаренных в принципе. Есть у тебя на примете грамотный помощник? Ты мне будешь нужна в Белых Пещерах, так что надо повесить эту задачу на кого-то другого.

— Есть один перспективный мастер допросов. Одно время промышлял в криминальном секторе, был связан с работорговлей. Прошлое его не без изъянов, но дело свое знает. Ему можно поручить задачу по отбору рабов.

— Тогда пусть занимается. А мы поработаем над оставшимися артефактами. Надо как следует потрудиться перед отпуском!

— Отпуском ты называешь поездку в Белые Пещеры? Оптимистично, — хмыкнула эльфийка.

Еще несколько дней мы с Лейной потратили на выполнение заказов и создание некоторых дополнительных устройств. Наконец-то закрыли потребности в строительных артефактах. Обеспечили ими бригады дорожных рабочих, которые теперь будут тянуть полотно не только от Арьяджи до Дилавердо, но и дальше к Далифаксу. А вот от Далифакса уже можно будет проложить маршрут напрямую в Нирдхолд. Серебряные рудники находились достаточно далеко к востоку от Арьяджи, так что новый путь в столицу имел смысл.

Если смотреть в целом, то основных маршрутов из Нирдхолда шесть. Один прямо на восток в Нуэз, на северо-восток к Сумеречному царству, на северо-запад в Книхран, на запад в Сончхэ, на юго-запад к Арьяджи и дальше к Белым Пещерам. И на юго-восток к Далифаксу, великой гоблинской реке и Аркону.

После того, как союзные города будут связаны в единую сеть, мы продолжим строительство коммуникаций с соседями. Количество строительных артефактов увеличилось кратно. Рабочих мы тоже наберем с запасом как среди жителей, так и отправим рабов. Так что скорость прокладки дорог должна заметно возрасти. Правда, и объемы строительства повысились, так что быстрых результатов ждать не стоило.

Первые каменные мрадишки постепенно вырастали из земли. Под это дело отрядили специальный район относительно недалеко от основного производства. Все-таки центр Нирдхолда был застроен плотно.

На строительство многоквартирных домов мы тоже отправили несколько строительных артефактов, плюс купленные рабы пойдут помогать местным бригадам. К слову, нирдхолдцы после опыта с общежитием уже поднаторели в использовании строительных артефактов. Появились первые мастера-специалисты, способные обучить других. Либо просто надзирать и руководить.

В целом строительство зданий и дорог с помощью материализации магического камня не являлось такой уж трудоемкой задачей. Специальные деревянные краны и крепления надежно удерживали сеть артефакта. Стены и дорожное полотно росли медленно, но неумолимо. Рабочие трудились по сменам, так что артефакты работали круглые сутки.

Процесс возведения домов тоже небыстрый, но почти не затратный. С десяток рабочих, инженер-проектировщик, да кран с артефактом из серебра. Вот и все, что требовалось. Пара месяцев, и дом на несколько десятков небольших квартир построен.

Правда, серебра уходило до хрена. Это тебе не первые наши модели, с помощью которых мы делали ловушку для Кочующего Стада. Сеть максимально расширили на такой диапазон, откуда энергию к центру еще можно было доставить.

Полагал, что скопившихся в Далифаксе запасов серебра и руды нам хватит надолго, но Гнев Ниуру, строительные и целебные артефакты его расходовали очень быстро. Аппетит приходит во время еды, как говорится.

К слову, грибная промышленность тоже потихоньку разрасталась. Правда, не в том направлении, в котором я рассчитывал. Грибной эль тоже брали, благо я как конунг постоянно делал ему достойную рекламу, но прям прорывным товаром он не стал.

А вот маринованные грибочки нирдхолдцы быстро распробовали. Я подал идею, и Гирзух с Ниуру адаптировали рецепт. Оказалось, что закуска местным очень зашла — самое то под выпивку. Таверны завалили Фарилеха заказами, отчего гоблин был вполне доволен. Даже запросил расширение тоннелей. В который раз. Но я-то прекрасно знал, что он успел настроить там целые катакомбы, прежде чем ему запретили пользоваться горнопроходческим артефактом. На расширение грибной плантации места точно хватит.

Харальдин наконец наладил процесс выплавки стали, сумев снизить процент содержания углерода в чугуне. Все еще по качеству металл уступал современным аналогам со всеми нужными добавками, но для наших нужд вполне годился. И для бытовых вещей пойдет, и для простых доспехов с оружием.

Гоблины тем временем вместе с рабами близ Крулда вели активную разработку нового месторождения — там, где мы завалили гигантскую саламандру. Железная руда поступала в телегах в город постоянно. Поскольку разработку только начали, качество руды было на высоте. Выплавка металла шла полным ходом в новых гигантских доменных печах.

Резко, буквально за месяц, цены на железо в Нирдхолде просели в несколько раз. Я не рассматривал продажу металлов как основной заработок, так что распорядился установить вполне лояльные цены. Разве что на экспорт мы решили продавать металл по ценам лишь немногим ниже рынка.

Горунг изрядно напрягся. Долгие столетия железная житница обладала чуть ли не монополией в Пустошах. Поставляла железо и другие металлы как в Вольные Города, так и в соседние королевства. Впервые у них появился серьезный конкурент, который мог выдавать схожие объемы продукции, а то и больше. Мастеров ковки у нас пока было заметно меньше, но материал мы выдавали в промышленных масштабах.

Будут возникать — и их захватим тем или иным способом. Пока что Горунг не выказывал признаков недовольства. В свое время конунг железного города одобрил мою кандидатуру на пост правителя.

Нирдхолд обойдет и поглотит всех конкурентов. Должен остаться только один! Таковы законы рыночной экономики.

Изобилие стали сподвигло меня выдать и еще одно распоряжение. Наладить выпуск арматуры, с помощью которой усиливать все новые масштабные конструкции. Все-таки магический камень — материал не идеальный для высотных конструкций. Хоть он и был по характеристикам лучше естественных пород. Здесь нет морозных пучений грунта и землетрясений, но все равно бы столь длинные конструкции из обычного камня давно бы пошли трещинами.

Харальдин на фоне успеха просил все новые и новые артефакты. Теперь не только греющие, но и режущие и даже смешивающие. Пришлось изощряться, ведь набор плетений был ограничен. Да и серебром не стоило разбрасываться.

Проекты сыпались один за другим, иногда подтягивая за собой все новые и новые направления. Так можно заниматься развитием и клепать артефакты до бесконечности. И всей моей скромной человеческой жизни не хватит.

Однако время поджимало. Дата Солнцестояния приближалась, и нам следовало выступать в поход. Как обычно, кучу всего важного я доделать не успел. Но дело не терпело отлагательств, так что я принял решение выдвигаться.

— Наставник, когда мы отправляемся? Я хотела доделать еще несколько заказов. Целебный артефакт для Арьяджи почти закончен! — подметила Эббот.

— Кстати, вы в курсе, какое прозвище дали целебной Келье Нирдхолда? — произнесла Ниуру. — Благодать Лейны!

— Правда? — похлопала глазами ученица.

— Ага, Гирзух сказала про слухи. Ты ведь постоянно обреталась возле Кельи, учила как пользоваться и настраивала артефакт. Так что народ сам придумал название — по примеру Гнева Ниуру.

— Здорово! Мне тоже всегда хотелось оставить след в истории…

— И оставишь, — кивнул я. — Доделаешь артефакт для Арьяджи, пока нас не будет.

— Что? Вы пойдете без меня? — округлила она глаза.

— Полагаю, тебя не убедить доводами об опасности задуманного нами? Учитывая в скольких переделках мы с тобой успели побывать, — усмехнулся я. — В любом случае станки не должны простаивать. Артефакты должны поступать в работу. Только ты можешь меня подменить. И если со мной что-то случится, будет кому передать знания.

— Не говорите так, наставник! Вы обязательно вернетесь!

— Разумеется. Иначе бы и не затевал этот поход. Но человек смертен. Внезапно смертен. Так что продолжатель дела должен быть всегда.

— Знания расчетов… Я могу распоряжаться ими по своему усмотрению? — вопросила ученица.

— Пожалуй, что так. Если меня вдруг не станет, чего в ближайшее время точно не произойдет.

— Я поняла. Будут продолжать трудиться над артефактами, пока вас не будет, — с неохотой согласилась Лейна.

Ура! Нашел, кому сплавить самую скучную нудную деятельность. Надеюсь, пока мы бродим по пустошам в поисках приключений, Эббот закроет основные потребности. Ученики — штука хорошая. Надо бы еще парочку взять. Только где ж найти чародеев, которым я мог бы доверять? Разве что вырастить самому.

— Наставник, а как же калькулятор? — осенило вдруг мелкую.

— К сожалению, мне придется взять его с собой. Для быстрого просчета Дисбаланса в критической ситуации.

— Не-е-т! — простонала она, представив, сколько ей придется считать вручную.

— Припашешь счетоводов. Зря что ли столько рабов накупил? А будет желание — поработай над новым калькулятором. Заготовки ведь уже изготовлены. Осталось только провести зачарование, — подбодрил я.

— Я одна не справлюсь! Не помню все эти мозголомные контуры!

— Я набросаю основной каркас. Дальше справишься.

Лейна была настроена категорично, но я хорошо знал свою ученицу. Она каждый раз твердила, что не готова, ничего не знает и не справится. Но потом брала и делала. Возможно, не с первого раза, тратила кучу времени, делала множество попыток. Но в итоге добивалась успеха. Ей, правда, придется пользоваться услугами стороннего чародея для плетения Магических Линз, иначе тонкие контуры в одиночку внедрить не получится. Но у нас такие мастера работали, так что варианты имелись.

Я чувствовал, что не выдержу, если снова засяду за калькулятор, так что свалить задачу на ученика — дело благодатное для любого грамотного наставника.

Кшанти проверила и собрала отряд по моим критериям. Во-первых, мы нашли двоих Солнечных эльфов, которых тщательно допросили и проверили. Они не были связаны с агентурной сетью Белых Пещер. Оба побывали в рабах, но затем смогли получить свободу. Один из Нуэз, другой местный — из Нирдхолда.

В набегах на Белые Пещеры обычно участвовали Арконцы. Святоши считали Солнечных эльфов и Школу Солнца своими исконными врагами, так что при первой возможности рыли ходы под землю и захватывали эльфов в плен. Затем рабов продавали по всему континенту. Так они попадали в Нуэз, Пустоши и другие части Шимтрана. Выгодный для Братства Тумана бизнес.

Были мысли прикинуться официальным поставщиком Нирдхолда, который везет Солнечным пробные артефакты Мрадиша, но эту идею забраковали. В итоге остановились на варианте Хильды, модифицированном мной. В качестве предметов для торга выступал живой товар.

Я примерил на себя знакомую маску работорговца. Мне подготовили парик, легкий макияж и покрасили бороду в более темный оттенок. Да и остальных хорошенько замаскировали. Фотокамер здесь не было, так что узнать человека может быть проблематично. Обычно больше полагались на ауры при определении личности, но на это у нас есть Туманный Скрыт, который поможет сохранить наше инкогнито.

Сложнее было с Мякоткой. Все-таки гурдов голубого ранга на материке немного, и по ней нас бы сразу раскусили. Пришлось и ей наносить стойкий краситель. Голубые полосы на шкуре и рогах окрасили в коричнево-бежевые цвета. Мякотка все еще несколько выделялась статью на фоне рядовых гурдов, но такие экземпляры в целом встречались.

Ну и какой же работорговец, да без собственной повозки? Мы приобрели и немного модернизировали два фургона среднего пошиба. Специально избегали дорогих экземпляров, соблюдая легенду. Захватили с собой достаточно сети из серебра на тот случай, если понадобятся артефакты. Даже лицензию работорговца выкупили у одного типа, который согласился временно отойти от дел.

Пообщался с Лиетарис по межгородской связи, предложив составить нам компанию. Высокая эльфийка на удивление согласилась, хотя я полагал, что она не станет оставлять Арьяджи. Видимо, супруге тоже хотелось развеяться, либо она посчитала нашу цель спасти Радужных эльфов вполне достойной.

В один из ничем не примечательных дней две скромные пошарпанные повозки вместе с разношерстным потрепанным отрядом под командованием благородного работорговца Мьярдоша выступили в путь.

— Как в старые добрые времена! — с прищуром оглядел я свой небольшой караван.

— Ты заставил нас напялить эти мерзкие ошейники снова. Уму непостижимо, — оттянула ремешок на своей шее Ниуру.

— Ради дела можно и потерпеть, — откликнулась Ульдантэ невозмутимо. — Или ты опасаешься, что надоела мужу и он решил тебя продать по-настоящему?

— Пусть только попробует! Тогда он познает на себе истинный Гнев Ниуру, во славу огня!

Приятно снова вернуться к неспешному путешествию по диким землям вместо просиживания в офисе или мастерской, корпя над очередной заготовкой в бесконечной веренице заказов. Сколько ты артефактов не сделай — клиентам все мало. Некоторые готовы были платить любые деньги за эксклюзивный товар или хотя бы просто подвинуться в очереди.

Поговаривали, что некоторые из моих менеджеров даже брали взятки, лишь бы кто-то получил артефакт в этом месяце, а не через полгода. Заказы были расписаны на месяцы вперед, так что не зря я оставил Лейну трудиться. Кто-то должен зарабатывать средства и кормить растущую империю. Я вложил в нее знания и навыки. Много поработать пришлось. Настало время собирать с ученицы дивиденды!

Повозка почти не подпрыгивала, двигаясь по каменному полотну. Рессоры здесь стояли скверные. Просто дорога от Нирдхолда до Арьяджи по качеству превосходила все прочие известные тракты Шимтрана. Рабочие наконец доделали слой каменного полотна на всем протяжении между двумя городами.

Разве что Мякотку приходилось осаживать. Мы делали вид, что являемся простым караваном с рядовыми эльфами и гурдами. Если бы кто-то узнал, что в отряде звери или эльфы голубого ранга, сразу бы возникли вопросы.

На Шимтран мы прибыли, считай что, зелеными новичками. Или оранжевыми, если говорить про ранги. Но теперь многие из нас достигли приемлемого уровня по местным мерками, и даже превзошли ожидания. Осталось еще Лию с Улей добить до голубого ранга. Как только они закончат медитации, сразу повысим их ранги. Да мне и самому надо подналечь на занятия в Точке Резонанса. Синий ранг сам себя не возьмет. Придется приложить усилия.

У нас собрался достаточно разношерстный отряд. Я, Ниуру, Ульдантэ, дед Олбрахт — мастер Пепла, Лиетарис присоединится чуть позднее, Квандиил, Юджин с Лесной эльфийкой Гардантуил, Кшанти, два неодаренных Солнечных эльфа проводника, несколько одаренных гоблинских стрелков, включая Кирлох, и еще трое Воителей из стражи.

Последние выступали в качестве охраны каравана. Тоже делали вид, что обычные бойцы. Ауры их были скрыты под наложенной мной Туманной завесой. С калькулятором, к слову, и Туманный Скрыт стало проще обновлять. Правда, энергии маскировочное заклинание расходовало все равно прилично.

Большая часть каравана расхаживала в ошейниках подчинения и дешевой одежде или простых доспехах. Молот Ульдантэ чуть подкрасили, чтобы отблески не выдали в нем зачарованную сталь. Разве что зачарованные клинки охранникам-Воителям оставили.

Я изображал средней руки работорговца, а не совсем нищего. Специализирующегося на одаренных и редких эльфах. Поэтому не все ауры скрывали полностью. Некоторым просто приглушали свечение контуров, чтобы выдать их за одаренных малых рангов.

Для гоблинов подготовили специальные клетки, в которых они прятались, когда на горизонте показывались люди. Диких монстров тоже продавали в разные зверинцы или на гладиаторские арены, так что товар ходовой.

Чтобы спрятать наш высокоранговый отряд мне пришлось взять с собой небольшой запас осколков. Несколько серых камней я поглотил для прокачки Тумана. Особо не налегал, зная, что это может серьезно аукнуться. Пусть Туман не влиял так сильно на разум как Тьма, последствия все равно имелись. Если бы не он, вряд ли бы я рискнул бросаться в авантюру с дуэлью с Мьеркампфом, в которой победил скорее благодаря удаче, чем навыкам.

После арконской резни, в которой мы перебили многих членов Братства Тумана, нам досталось некоторое количество Туманных осколков, так что небольшой запас имелся. Туманные осколки не считались прям совсем запрещенным товаром. Да, у Братства Тумана могли возникнуть вопросы, но в Вольных Пустошах на это смотрели спустя рукава.

Тем более после падения Локдара и исхода Туманников из многих городов. Братство Тумана закрыло филиалы в Нирдхолде, Арьяджи, Дилавердо и Далифаксе. Не так уж много официальных отделений у них осталось в Пустошах, что не могло не радовать.

Вряд ли они будут предпринимать какие-либо действия после провала крестового похода. Для начала им следует собрать больше сил и одаренных, для чего нужны осколки в промышленных масштабах. Локдара нет, щит Ундраго уничтожен. Им остается только везти осколки с Алгадо. В общем, вряд ли в ближайшем будущем они доставят нам серьезные неприятности.

Вот Ингваррум слегка напрягал. Опытный некромант засел где-то в Пустошах, и разведка не смогла его отыскать. Даже Мякотку отпускал на волю, чтобы она взяла след, но божественное чутье не помогло.

Мы узнали от сведущих людей, что таких как Ингваррум называли Мастер Плоти. Это, можно сказать, некромант с высшим образованием. Дичь по местным меркам. На материках Шимтран и Алгадо не существовало учебных заведений, где бы обучали темным практикам и ритуалам. Даже наставника попробуй найди. Разве что Черная Длань что-то такое начинала практиковать, но в Родлигане это находилось в зачаточном состоянии.

Архейцы же изрядно поднаторели в черной магии. Долгие годы абитуриенты обучались на Мастеров Плоти. Знаний по работе с нежитью у них было больше, чем где бы то ни было. Оплот темных технологий, можно сказать.

Честно говоря, я бы тоже не отказался от бессловесных, но исполнительных и покорных слуг. Подумаешь, мертвые. Зато не предадут тебя и не требуют платы за работу. Могут трудиться денно и нощно. Эдакие биологические роботы. Подзаряжаются от простой еды и во время полнолуния Штарда. Сплошные плюсы!

Минусом являлась сама магия Тьмы, которая развращала разум. Перекраивали сами нейроны в голове, превращая тебя в отбитого психопата. Слишком большая плата за подобные бонусы.

Архейцы считались очень грозной силой. Мощнее всего Шимтрана целиком. Триада сдерживала их распространение, иначе бы темная империя давно попыталась высадиться на соседних землях и захватить их. Поставить под контроль.

Если они решат атаковать Шимтран, это будет примерно также, как если бы Шимтран атаковал Алгадо. Разница в рангах и навыках слишком заметна.

Однако я уже принял решение, и назад нет. Мы приняли вызов, который несет с собой Архей и Триада, и будем бороться за свое место под солнцем. Не станем прятаться в дыре и отказываться от технологий, как мне советовал Ингваррум. Развитие продолжится. Не уверен, что его вообще можно остановить. Кажется, прогресс — это неизбежная константа человеческой общности. Лишь темные времена способны повернуть его вспять и отбросить цивилизацию назад в смутные века.

Задача перед нами стояла грандиозная. Сделать следовало еще много чего. Но для начала надо закрыть базовые потребности, так сказать. Избавиться от Проклятья! И желательно вообще найти лекарство от Проклятой стихии. Возможно, во мне говорит печальный опыт прошлого. Ведь местные научились жить бок-о-бок с Ночными эльфами. Справляться с Проклятьями и идти дальше.

Мне же пришлось уже больше года мириться с заразой, засевшей в глубине тела и ауры. Мерзкими проклятыми ростками, пустившими корни. Недолго мне удалось побыть без Проклятья в ауре, и я прекрасно помнил ту мощь, которую обрел. Меня называли Лучезарным Магом, сильнейшим магом империи Нуэз и Сумеречного Леса. Я потерял этот титул, и мне пришлось начинать чуть ли не с начала.

Даже если я исцелюсь от текущего Проклятья — убив Королеву, например, не факт, что сохраню здоровье надолго. Ночные эльфы — коварные существа. Так что необходимо искать кардинальное решение проблемы.

Проклятье все время примешивалось при работе с артефактами. По факту Лейна уже изготавливала артефакты быстрее меня. Ей требовалось прикладывать меньше усилий. Я все время встраивал фильтрующие руны, которые худо-бедно избавляли от лишних эманаций. Делал несколько попыток, отбрасывая неудачные там, где Эббот все удавалось с первого раза.

Так что лекарство от Проклятья я горел желанием найти даже больше, чем эликсир вечной молодости. Периодически в свободное время тестировал разные спектры, с помощью которых можно выжечь заразу из ауры. Однако любая магия убивала вместе с Проклятыми контурами и здоровые участки.

Радужные эльфы же, по слухам, имели иммунитет к магии Ночных эльфов. Продлевали жизнь, улучшали потенцию, лечили кариес, избавляли от бородавок… И еще много чудодейственных особенностей, которые им приписывали. Где здесь правда, а где вымысел — ксарг их разберет.

Правда, имелся и ленивый вариант — накупить Радужных эльфов у работорговцев. Одаренные стоили несколько тысяч, и их еще следовало поискать, но в целом способы раздобыть имелись. Средства у нас водились.

Но лучше иметь побольше подопытных. Вдруг один или два одаренных скопытятся? Если помочь Радужным, они будут мне обязаны. В любом случае мы побывали почти во всех уголках Шимтрана. Осталось посетить и Белые Пещеры. Кто-то называл их очередным чудом света наряду с Сумеречным Лесом, Цитаделью Солнца и Великим Каньоном.

До Арьяджи успели добраться к вечеру. Дабы случайно не пересечься со знакомыми, в сам город не заезжали. Миновали построенный нами мост и проехали дальше. Устроились на ночлег в дикой местности.

Ниуру, как и прежде, занималась готовкой, наполняя котелок над костром различной едой. Подчас ингредиенты ее варева не сочетались, но итоговое блюдо получалось чаще всего вкусным. Если только Красная не уходила в эксперименты с головой.

Юджин часто жаловался на готовку Ниуру раньше, но эльф вынужден был к ней привыкнуть. Иначе бы оставался голодным. Сейчас Юджин уплетал еду с большим удовольствием.

Было слегка непривычно путешествовать без своей верной помощницы рядом. Эббот стала частью нашего дружного коллектива довольно давно. Наверное, я отчасти относился к ней не как к ученице, а как к дочери. Или скорее как к младшей сестренке, которую необходимо опекать и защищать. Без Лейны, впрочем, ощущал себя немного более раскованным. Все в отряде взрослые люди и эльфы, привычные к опасности. Так что можно и пойти на риск в определенной ситуации.

Наутро к нам присоединилась Лиетарис. Эльфийка выбралась из города инкогнито, надев простые одежды. С собой захватила только верный зачарованный клинок. Доспехи ей были не нужны — призывной дух решал за нее эту задачу. Правда, ее способность достаточно приметная, так что следовало применять ее разборчиво.

Первым делом — крепкие объятия. Все-таки мы давно с Лией не виделись. Высокая эльфийка даже слегка смутилась от проявления чувств. Сама она все еще словно бы колебалась, не в силах решить, что между нами: настоящие отношения или брак по расчету.

— Давай-ка посмотрим на твою ауру, любимая женушка. Надеюсь, мне хватит Тумана, чтобы прикрыть вас всех…

Я провел анализ эльфийской ауры и удивленно присвистнул:

— Мне кажется, или ты окрепла за то время, что мы не виделись?

— Верно, — кивнула Лиетарис с гордостью. — Я освоилась с медитациями. В Арьяджи ведь тоже есть Точки Резонанса. Мне удалось достичь голубого ранга!

— А осколок где взяла?

— Раздобыть зеленый камень было непросто, но у конунга Арьяджи есть свои методы, — усмехнулась Лиетарис. — Как видишь, я прекрасно справляюсь и без твоих подарков.

— Ну и дура, — фыркнула Ниуру. — Могла бы получить осколок, не прикладывая никаких усилий. У Хорана денег словно песка в пустыне, во славу огня.

— Ты так и останешься на всю жизнь зависима от него, — сузила глаза Высокая. — Возможно, с тебя и сняли ошейник, но оковы никуда не делись.

— Оставь эту высокопарную чушь при себе. Красный эльф голубого ранга легко найдет работу, если будет такое желание.

— Заработать золото — не так легко, как ты думаешь.

— Ну а насчет ошейника, — Ниуру потрепала ремешок на шее. — Как видишь, мы вернулись к тому, с чего начали. Настала твоя очередь!

Красная эльфийка протянула ошейник подчинения Лиетарис. Брюнетка с ненавистью взглянула на артефакт. Затем вздохнула и, преодолевая брезгливость, захлопнула оковы на себе.

— Ошейник нужен ради важного дела — спасения Радужных эльфов, — кивнула она. — Можно и потерпеть…

— Какая прелесть! — умилился я. — Все женушки в ошейниках. Любо-дорого посмотреть!

— Губу-то не раскатывай. Одно неверное слово, и наш досточтимый хозяин превратится в угольки, во славу огня!

Ах эти душевные посиделки у костра, со взаимными оскорблениями и подколами. Мне этого немного не хватало.

Мы продолжили путь на юго-запад, миновав Арьяджи. Дорога шла без особых злоключений. Пару раз отбивались от саламандр. Хватило огня Ниуру, чтобы пресмыкающиеся передумали с нами связываться. Подземные гады нас постоянно преследовали. Нам с дедом Олбрахтом приходилось отгонять их. Старик хорошо владел Землей, так что мог вколачивать каменные шипы прямо в почву. Что саламандрам не нравилось, разумеется.

Мы миновали пару Вольных Городов на своем пути, решив поменьше рисковать. Все-таки компания у нас достаточно приметная. Кто-то из местных мог узнать конунгов под маскировкой.

Подумалось, что нам на всякий случай стоит приобрести рабов для продажи, ведь своими компаньонами я торговать не мог. Разве что Ульдантэ можно продать — ошейник подчинения на нее не действовал. Для этого решили заехать в последний Вольный Город на нашем маршруте.

Тиердол располагался на самом юго-востоке Вольных Земель. Пограничный город, который за свою историю много раз становился то частью Аркона, то страдал от набегов Солнечных эльфов, то заключал союз с Сончхэ. Ныне он считался независимым поселением, но связи с соседями все равно сохранил.

На границах Вольных Земель жизнь была чуть более сложной, чем в центральном Нирдхолде. У нас чаще всего сложности возникали с другими конунгами. Либо с фанатиками, устраивающими Крестовые походы.

Дороги здесь были ужасными, так что повозки плелись со скоростью черепахи. В некоторых местах прям хотелось остановиться и организовать каменную переправу с помощью артефакта. Но мы сюда не за этим явились, так что объезжали препятствия.

Тиердол уже должен был показаться на горизонте, как вдруг на нас вышла свора разношерстно разодетых личностей. В узком участке дороги караван облепили натуральные разбойники. Я уж и забыл, когда последний раз сталкивался с ними!

Мякотка предупредила о засаде, так что мы успели подготовиться. Дзартен получила Ночную Призму, Лия обновила призванного духа.

— Охранники и рабы, бросайте оружие немедленно! — выкрикнул главарь. — И тогда, быть может, мы сохраним твою жалкую жизнь, работорговец!

— Мои ж вы родные, — пробормотал я про себя, освобождая бьющую копытом о землю Мякотку из упряжи, после чего коротко выдал приказ. — Разберитесь с паршивцами!

— Вы избрали не ту цель, презренные, — обронила Кшанти.

— Во славу огня! — сходу атаковала Ниуру, только получив разрешение.

Кумулятивный огненный снаряд быстро преодолел дистанцию, пробил плохонький Барьер и врезался прямо в грудь главаря. Сгусток поразил плоть, пламя поглотило тело. Вожак разбойников умер прямо на рабочем месте.

Остальные попятились, узрев мгновенную расправу предводителя. Некоторые стремительно побежали прочь, остальные нерешительно переминались с ноги на ногу.

— Ксарг тебя дери, не дайте никому уйти! — воскликнул я.

Началась натуральная бойня. Разбойников резали как скот, давили самыми разными стихиями. От Огня и Молнии до Проклятья и Пепла. Воители из охраны тоже хорошо проявили себе, догнав особо прытких. Лиетарис с Ульдантэ разбили бандитов в пух и прах.

Среди разбойников попалось несколько быстрых поганцев, включая одного Воителя. Тому хватило ума понять, что дело пахнет жареным, и что зря они атаковали наш скромный с виду караван. Чуть не ушел, зараза. К счастью, Мякотка оказалась быстрее. Гурдиха догнала Воителя, отпинала и приволокла к нам обратно. Словно послушный питомец.

— Умничка, — похвалил я ее, дав один из очищенных фруктов из запасов. — Что бы мы без тебя делали!

— Гурк-храу!

— Мы захватили троих разбойников живьем, — доложила Дзартен. — Что с ними делать?

— Быстро допросите и в расход. Нам свидетели не нужны! — распорядился я и обернулся.

Однако никто из спутников протестовать не стал, как я того ожидал. Хоть я Лейну люблю и ценю, но без мелкой принимать такие решения намного проще. Хорошо, что ученица осталась в Нирдхолде.

С другой стороны, совесть и глас рассудка оберегали нас от темных и рискованных поступков… Кто знает, может нам это и аукнется.

Нас ждал последний рывок до Белых Пещер. Мы удалились довольно далеко, так что остались без связи с Арьяджи и Нирдхолдом. Оставалось надеяться, что в родных пенатах без нас не возникнет проблем…

[Дженнифер Ладерро]

Бушующая водная стихия быстро преодолела дистанцию и смела тренировочные мишени, раскидав камни, дерн и ветки в разные стороны, оставив после себя заметную дорожку из воды. Водный Вихрь до сих пор производил впечатление на наследницу престола.

Правда, наследницу очень дальнюю. Лишь в случае гибели множества прямых наследников принцесса Дженнифер могла рассчитывать на трон. В любом случае старый Унзар Четвертый правил уже много десятков лет. Сморщенного Проклятого императора постоянно списывали со счетов, однако он сумел пережить многих своих недоброжелателей. Так что некоторые горячие головы перестали строить теории заговоров и ждать, когда же правитель уйдет в колесо перерождения.

Дженнифер в любом случае и не рассчитывала особо на трон. Она могла бы занять достаточно высокий пост при желании. Образование и положение вполне это позволяли. Например, стать главой одного из городов империи Нуэз или войти в состав правления какой-нибудь гильдии.

Но подростка больше интересовали магические практики, печати и тренировки. Благодаря заклинаниям и возвышению начинающая волшебница становилась сильнее год от года. Ранги повышались один за другим, печати адаптировались.

Было приятно осознавать, что разрушительная стихия высвобождает свою силу по одному мановению ее руки. Ей хотелось стать еще сильнее. Постичь все тонкости магической науки и достичь высочайших рангов.

Вот только дальнейший путь не будет столь быстрым. Чем дальше, тем труднее будут покоряться новые ранги, а улучшения печатей будут давать мизерный прирост эффективности. Она понимала это, но в данный момент наслаждалась скачком в возможностях.

— Джен, ты снова нам весь полигон разнесла! — раздалось от входа в особняк.

Сэмуэль Санчес стоял с бокалом на пороге у заднего входа, с усмешкой наблюдая за устроенным разгромом. На тренировочной площадке после нескольких Водных Вихрей воцарился первозданный стихийный хаос.

— Простите, дядя. Мне требовалось куда-то выплеснуть энергию, которую я получила после перехода на зеленый ранг! — без капли раскаяния произнесла девушка, зная, что хозяин поместья не особо переживает насчет поломок на полигоне.

— Смотрю, за сегодня уже десятый раз упоминаешь о новом ранге. Хвастунья, — отхлебнул он из бокала темно-красной жидкости.

— Еще не вечер, а вы уже пригубили? Супруга будет не в восторге.

— Какие отношения и без домашних склок? Это придает изюминку и вносит разнообразие… — покрутил он рукой в воздухе.

— Я бы предпочла обойтись без изюма в отношениях, — фыркнула Дженнифер.

— К слову об этом… Тебе исполнилось шестнадцать лет. Есть кандидат на примете?

— И вы о том же, дядя! — закатила она глаза. — Все слуги и придворные только об одном и талдычат. Как будто, если я не определюсь в течение недели, то мой срок годности закончится, и никто меня более в жены не возьмет!

— Конечно нет, малышка. Радуйся, что у тебя вообще есть выбор. Обычно судьба главных наследников престола расписана чуть ли не с рождения. С кем им породниться, где жить и кем править. У тебя в этом плане намного больше свободы.

— Свободы всегда мало, — вздохнула Ладерро.

— Не забывай про свой долг перед империей, — поднял мужчина бокал в знак тоста.

— Долг? Вот уж от вас в последнюю очередь ожидаешь понуканий, дядя Санчес! — фыркнула девушка.

— А я что? Я исправно служу империи, поставляя ошейники подчинения. И не страдаю из-за упущенных возможностей. Надо ценить, что имеешь!

— Когда определюсь с выбором жениха, дам вам знать одним из первых, — буркнула она. — Это правда, что говорят слухи: ошейники перестали покупать?

Санчес скривился:

— Ксаргов Книхран и эти клятые древние артефакты. Откуда они только появились? Рабы бунтуют на всем Шимтране. И в Нуэз в том числе.

— Я слышала об этом. Поговаривают, что в гробнице одного древнего мага нашли могущественный Жезл Неподчинения. С его помощью можно избавиться от любого ошейника и другой подобной магии. Да и Подчиняющие Вороны тебе будут не страшны.

— Боги с этим вороньем. Жезл мне всю торговлю портит! — выдал Сэмуэль. — Раньше Книхран стабильно брал партии ошейников на замену старым. Теперь же рабов стало меньше, а ошейники при побеге уничтожают не все. Вот артефактов и образовался избыток. Перестали брать новые, представляешь!

— Вам стоит поискать более достойное и благородное занятие, чем клепать рабские ошейники.

— И какое же? Все ниши по созданию артефактов давно заняты!

— Берите пример с Хорана. Ему конкуренция не помешала.

— Нет, ну ты сравнила! Мрадиш из другого теста. Он просто сверхчеловек с немыслимыми познаниями!

— Вы разве не из одного мира пришли? Образование у вас схожее…

— Похоже, он, в отличие от меня, действительно учился, — вздохнул Сэмуэль. — Пытался я провести анализ его артефактов. Все равно ни ксарга не понял. Как ему удалось подобрать ключ к фоновому излучению? Оно же едва уловимо. Магический взор со временем просто перестает обращать на него внимание. А Хоран взял и наплодил кучу артефактов, которые к нему подключаются.

— Да-да! Это же просто великолепно! — охотно согласилась Дженнифер. — Я тоже просматривала несколько артефактов Мрадиша, которые мне удалось достать. Знаете, что мне показалось: каждое его устройство уникально! Со своими контурами, отличающимися от других.

— Я это сразу понял, — кивнул Санчес. — Похоже, это связано с тем, что магический фон отличается в разных местах. И поэтому артефакты перестают работать, если их переместить.

— Как думаете, может новое прозвище Мрадиша с этим как-то связано?

— Резонансный маг? Полагаешь, он использует Резонанс, чтобы настроить связь с фоном?

— По слухам, он мастерски владеет боевым заклятьем, вводящим осколки врага в немедленный Резонанс.

— В любом случае я понятия не имею, как повторить его плетения. Быть может, после сотни попыток у меня и получится полностью скопировать контуры, но получившийся артефакт будет работать только в том же самом месте. Потрачу кучу нервов и осколков, а получу обычную копию. Проще дать заказ Нирдхолду и получить готовый рабочий артефакт.

— Наставник Мрадиш полон загадок, — протянула Дженнифер задумчиво. — Недаром он так быстро адаптировал мою печать. Я такого не видела ни у одного из лучших чародеев Нуэз. Возможно, этот метод и помог ему найти ключ к фоновым артефактам.

— Мрадиш — просто лысый задрот-ботаник, которому повезло, что эти бесполезные знания хоть где-то пригодились. Откуда мне было знать, что геометрия и высшая математика нужны в ином, магическом мире? — пробурчал Сэмуэль не без зависти в голосе. — Сейчас меня в любом случае больше заботит Жезл Неподчинения. Судя по датам рабских бунтов в разных местах, их несколько. Сейчас наемники пытаются выяснить, откуда они взялись, найти или уничтожить изделия. Вроде бы книхранцы сумели устроить засаду на аболиционистов и взять подлецов вместе с одним артефактом.

— Хотелось бы мне взглянуть на древние магические техники.

— Может, и взглянешь. Император подал прошение в Книхран, чтобы Жезл Неподчинения привезли в Нуэз на анализ. Возможно, наши маги поймут, как он работает и найдут его слабые места, а мы с Ролантэ адаптируем ошейники. Так, чтобы Жезл их не брал. Представляешь, что тогда начнется? Все захотят обновить свои ошейники, чтобы на них стояла защита от взлома. Продажи попрут валом!

— Почему-то я сомневаюсь, что вы сможете встроить в ошейники защиту от Жезлов Неподчинения. Но в любом случае желаю удачи, дядя Санчес, — хмыкнула Ладерро и потянулась. — Пожалуй, надо навестить еще пару своих знакомых. Похвастаться тем, что я взяла зеленый ранг раньше их!

— Собралась уничтожить все столичные полигоны? Дело приятное, — согласился чародей. — Оставь силы для завтрашнего торжественного приема во дворце. Все-таки совершеннолетие происходит раз в жизни.

— Непременно. Спасибо за подарок! — взяла она внушительный сверток со стола.

Судя по всему, книги, которые для нее подготовила Ролантэ. Возможно, редкие труды по магии, а может и любовные романы. Вкусы супруги Санчес были специфичны.

— Кстати, у твоего обожаемого Мрадиша тоже скоро могут возникнуть проблемы…

Дядя поведал ей о последних слухах, которые курсировали в придворных кругах. Еще достаточно смутных, ни о чем не говорящих. Но император явно прощупывал почву. Дженнифер такие расклады очень не понравились.

Она все еще считала, что с Лучезарным Магом обошлись несправедливо. Но даже оставляя за скобками прошлые истории, оставалось настоящее: Мрадиш являлся самым известным и могущественным зачарователем на всем континенте. Именно он двигал вперед магические технологии и науку, а не замшелые придворные маги-лизоблюды, только и способные заглядывать императору в рот.

Она не простит себе, если не попытается помочь. Ведь если наставника Хорана не станет, весь Шимтран откатится назад. Резонансный Маг сиял словно яркая звезда на бескрайнем магическом небосводе.

Следующий день должен был стать ее триумфом. Дженнифер Ладерро исполнилось шестнадцать лет. Она стала совершеннолетней по меркам Нуэз. Плюс ко всему принцесса достигла зеленого ранга благодаря одному из презентов императора. О ее заклинаниях и магическом таланте отзывались с большим восхищением. Ей прочили статус архимага уже в достаточно молодом возрасте. Правда, хвалили в основном ее Водный Вихрь, который ей помог адаптировать именно наставник.

Торжественный прием во дворце проходил прекрасно. Император был занятым, да к тому же больным человеком, так что он не присутствовал на каждом празднестве. Но к вечеру все-таки выбрался из своей императорской рутины, чтобы посетить торжества и сказать имениннице несколько хвалебных слов.

Дженнифер смиренно поблагодарила деда. Спустя какое-то время она улучила момент, когда они с Унзаром Четвертым остались наедине. В последние месяцы Унзар избегал компании внучки, поскольку она постоянно заводила разговор о Лучезарном Маге, но для того вопрос был давно исчерпан.

Теперь же Унзар Четвертый не мог сбежать от хозяйки бала.

— Дедушка, это правда, что говорят слухи? Прорабатывается маршрут для переброски войск через Пустоши? Просчитывают, сколько им еды и воды нужно в поход?

— Бездари! Совершенно ничего нельзя удержать в секрете, — недовольно пробурчал сморщенный старик.

— Так это правда?

— Необходимо понимать возможности армии. Пустоши — суровое место. Многие армии сгинули там, недооценив опасность бесплодных земель…

— Вы ведете постоянные переговоры с Сумеречным Лесом. Известно, что Королева тоже горит желанием наказать Лучезарного Мага. Значит ли это, что вы готовите поход на Нирдхолд⁈

— Девочка, тебе не следует забивать голову подобными темами. Военными вопросами занимаемся мы с советниками, — ушел от ответа Унзар.

Дженнифер сжала ткань платья так сильно, что побелели пальцы. Она понимала, что не может ничего сделать. Ни как-то повлиять на императора, ни изменить планы империи.

— Я этого так просто не оставлю, дедушка Унзар! — выпалила она и удалилась.

Торжественный вечер был безнадежно испорчен. Она не знала, действительно ли Нуэз и Сумерки планируют атаковать Нирдхолд, но что такую возможность прорабатывали — это бесспорный факт.

Весь вечер она ходила смурная и долго думала о том, что может предпринять. Дабы отвлечься от грустных дум, Дженнифер распаковала подарки. Ролантэ действительно прислала ей помимо прочего парочку женских романов.

Чтиво оказалось достаточно предсказуемым, однако именно книга подсказала ей одну донельзя сумасбродную идею. По сюжету наследница рода отправлялась за своим возлюбленным к враждебно настроенному роду. Закончилась история крайне плачевно, однако мысль засела в голове у Дженнифер.

Нет, ситуация из книги не повторяла реальность, да и Хоран не был ее возлюбленным. Однако она усмотрела в этом шанс избежать кровопролития. Довольно слабый, но шанс.

Девушка снова перечитала ответное письмо, которое пришло из Нирдхолда. Судя по аккуратному почерку и вежливым формулировкам, писал секретарь. Но все равно получить весточку от наставника было приятно. Им пришлось приложить усилия, чтобы послание не досталось имперской разведке.

Хоран охотно приглашал девушку в Нирдхолд, обещав показать много интересных артефактов и помочь с печатями. Делиться знаниями насчет своих артефактов он не спешил, что вполне логично. Зачарователи берегли свои тайны пуще зеницы ока.

И раз Ладерро теперь совершеннолетняя, то несет ответственность за свои поступки и свою жизнь. Вольна выбирать тот путь, которым хочет следовать.

— Дядя Санчес! — явилась она в особняк к зачарователю на следующий день. — Помогите мне добраться до Нирдхолда!

— С Кайи рухнула? — округлил он глаза. — За тобой же шлейф фрейлин, слуг и охраны. Тебя никто не отпустит без сопровождения. А император точно запретит тебе посещать Нирдхолд.

— Поэтому я и прошу вас о помощи. Вы знаете разных людей…

— Знаю, конечно… То есть, ты настроена серьезно?

— Серьезнее некуда.

— Понимаешь ведь, что можешь не вернуться из Пустошей? Нирдхолд только отошел от арконского крестового похода. В Далифаксе какая-то смута происходит. Это Вольные Пустоши. Там правит хаос!

— Я приняла решение, — посмотрела она ему прямо в глаза.

— Ксарг с тобой. Но, если что, ты сама вышла на нужных людей. Взамен же… попросишь Мрадиша помочь с Жезлом Неподчинения, если он ему попадется. Он в артефактах знает толк.

— Хорошо, я передам твою просьбу. Спасибо за помощь!

Сборы не заняли много времени. С собой Дженнифер решила взять единственного слугу, в котором была уверена. Уже немолодого Воителя, который являлся ее телохранителем с раннего детства. Никого предупреждать о своем отбытии она не стала, как и оставлять записки, в которых бы объяснялись ее мотивы.

— Вы уверены, госпожа? Пустоши — опасны, а Хоран Мрадиш… непостоянен. Его может и не быть в Нирдхолде. Он словно перекати-поле бороздит просторы наших необъятных земель…

— Уверена, Бранд. Наставник примет меня в Нирдхолде!

— Что ж, зная ваш характер, можно сказать, настроены вы серьезно, — вздохнул старый воин. — Я буду следовать за вами туда, куда вы посчитаете нужным пойти. Тем более вы теперь взрослая…

— Вот именно.

— Только позвольте вам дать совет насчет гардероба, госпожа. Если вы собираетесь путешествовать инкогнито, некоторые мелочи могут выдать в вас высокородную. Начиная с броши и заканчивая манерами…

Бранд дал Дженнифер несколько весьма дельных советов и подобрал гардероб для путешествия. Девушке было немного жаль расставаться с любимыми нарядами, но магию она ценила больше тряпок и безделушек.

Утром решающего дня они с телохранителем встретились в условленном месте с человеком, которого им порекомендовал Санчес. Им оказался упитанный высокий купец с реденькими сальными волосами и мясистыми губами. Звали его Бенихолд. Купец занимался перевозкой рабов между королевствами. В том числе курсировал и в Вольные Пустоши.

— Теперь понятно, какие знакомства водит дядя… — буркнула она себе под нос.

— Как вы предлагаете вывезти госпожу из Нуэзора? — уточнил Бранд. — За магами высоких рангов здесь пристально следят.

— Проще простого! — усмехнулся Бенихолд. — Нацепим ошейник и проведем как одного из одаренных рабов. Я такими занимался, и смогу раздобыть поддельную рабскую грамоту. Есть связи в Братстве Тумана. После истории с Лучезарным Магом они стали на удивление покладисты. Берут взятки только так.

— Госпожа, можно вас на минутку?

Они с Брандом отошли в сторону, и старый вояка заметил:

— Не нравится мне этот тип.

— Мне тоже, — призналась Дженнифер. — Но дядя Санчес за него поручился, а ему я доверяю.

— И вы готовы надеть на себя ошейник подчинения?

— Если это поможет добиться поставленной цели — легко, — подняла она подбородок, после чего вернулась к торговцу. — Сударь Бенихолд, мы согласны с вашим предложением. Когда выдвигаемся?

— Караван выходит завтра рано утром. Опоздавших не ждем!

В назначенное время Дженнифер с Брандом встретились с плетущейся от рынка процессией. Несколько фургонов с невольниками в ошейниках, немногочисленная охрана и сам глава каравана. Среди рабов виднелись как люди, так и эльфы, преимущественно с серебристыми волосами.

— Попался хороший улов Лунных эльфов, — пояснил купец. — Цены на Водных эльфов в Пустошах значительно просели после появления Водных артефактов. Но Лунные все еще ценятся. Надеюсь, Резонансный маг не изобретет Артефакт Похоти, а то совсем без работы останусь, ха!

Девушка решила не поддерживать беседу с Бенихолдом и общаться только по делу. На нее надели достаточно качественный новый ошейник подчинения. Причем, изготовленный мастером Санчесом — она узнала узоры на ремешке.

Впервые Дженнифер примеряла на себя столь странный аксессуар. На воротах стража досмотрела караван, внимательно проверила документы, грамоты и лицензию. Бенихолд общался с кем-то из мелких начальников, что-то ему объясняя с елейной улыбкой. По всей видимости, договаривался о взятке.

Девушка волновалась. Она не только впервые надела ошейник, но и выбиралась из столицы без сопровождения. Нервы были натянуты до предела.

К счастью, им удалось миновать заслон в виде стражников. Караван покинул Нуэзор, и Дженни вздохнула с облегчением.

— Теперь я могу снять эту штуку? Шею натирает, — пожаловалась она.

— Только когда мы достигнем Вольных Пустошей, — объявил Бенихолд. — На нашем пути еще множество городов, патрулей и застав, так что привыкайте к своему новому украшению, ха!

Девушка цыкнула и смирилась. Караван неспешно двигался на запад, к границам Нуэз и Вольных земель. Поначалу Дженнифер было тяжеловато привыкнуть к суровым походным условиям. Ни ванны, ни свежей одежды, ни угодливых слуг, ни свежеприготовленной изысканной еды. Однако принцесса уже приняла решение и поворачивать вспять из-за такой ерунды не собиралась.

В один из дней Бранд учил Дженнифер стирать и отмывать вещи возле ручья. Девушка не умела делать многие вещи, но готова была учиться. Ведь она теперь взрослая и должна уметь сама о себе заботиться.

Они с телохранителем предавались воспоминаниям о детстве принцессы. Бранд вспоминал, как заступался за нее, покрывая ее детские шалости и проказы перед довольно строгими родителями. Непросто ему приходилось, ведь Дженнифер была той еще занозой. Впрочем, она ей и осталась.

— Кто здесь? — вдруг насторожился Воитель и положил ладонь на рукоять клинка.

Ветер шевельнул траву зарослей, кроны деревьев зашумели.

— Показалось… — резюмировал он. — Мы уже возле границы империи, госпожа. Пустоши — суровое место, так что держитесь поблизости и не расставайтесь с посохом. Ваши Водные заклятья могут пригодиться в любой момент!

— Ты меня уже в десятый раз пугаешь Пустошами. Мы справимся с любыми чудищами!

Бенихолд в пути иногда раздражал своими дурацкими шутками и легкими заигрываниями. Толстопузый купец не мог не обращать внимание на молодую красивую деву. Дженнифер хоть и была неопытна, но базовые вещи понимала. Так что девушка старалась держаться от него подальше.

Правда, в какой-то момент он вдруг перестал играть роль шута и виться вокруг нее. Наоборот — бросал холодные оценивающие взгляды. Будто бы на гурда на рынке, за которого ведется торг…

Караван наконец достиг границ империи. Они миновали последний населенный пункт, больше напоминающий крепость, и проехали через хорошо укрепленную заставу. Солдат в приграничном форпосте было предостаточно. Их внимательно досмотрели и не пропустили сразу. Бенихолду пришлось о чем-то договариваться с командиром заставы. По всей видимости, Нуэз так просто не пропускал караваны в Вольные земли.

— Много новобранцев среди солдат, — заметил Бранд, когда они покинули форпост. — Больше, чем необходимо для такого места. Похоже, Нуэз всерьез нацелился на Вольные Пустоши. Теперь, когда с Сумерками заключен мир, остается лишь Аркон и Пустоши. Со Святой Империей Унзар вряд ли будет ссориться, так что на очереди Нирдхолд и другие Вольные Города.

— Я этого не допущу! — поджала губы Дженнифер.

— Опасную игру вы затеяли, — вздохнул телохранитель. — Но ваши мотивы благородны. Знаете, я уверен, что мама бы гордилась вами. Вы выросли достойным человеком.

— Спасибо! — благостно улыбнулась девушка.

Обычно слуга был немногословен и лишь в редких случаях изменял своему правилу. Похвала Бранда была ей словно бальзам на душу. Она все еще сомневалась в своем решении, поэтому любые слова поддержки очень выручали в столь неопределенное время.

Караван отдалился от последнего оплота империи Нуэз. Сочные зеленые луга и высокие леса очень резко, по щелчку пальцев, сменились на выгоревшие на солнце бескрайние степи.

Дженнифер знала о современной климатической теории. На Шимтране, Алгадо, других материках и морях существуют определенные территориальные различия и аномалии. Согласно исследованиям магов-ученых всему виной магический фон Тардиса. Именно он влияет на климат, на рост растений, количество солнечных и дождливых дней и создает самые различные стихийные девиации. Вроде постоянных сумерек в одноименном лесу, засушливых Пустошей и чудных Белых Пещер.

— Могу я уже снять дурацкий ошейник? — брезгливо отметила Дженнифер.

— Мы еще можем наткнуться на имперские пограничные патрули… — ответил Бенихолд.

— Плевать! Мне надоело таскать ошейник. У меня чешется шея и иногда кажется, будто он сдавливает, словно удавка.

— Хорошо-хорошо. Позвольте, я сам… Не повредите ценный артефакт!

Дженнифер остановилась и позволила Бенихолду заняться снятием ошейника. Толстый купец принялся возиться с ремешком и пряжкой. Копался он дольше положенного и словно бы сомневался в чем-то. Однако в определенный момент он вздохнул и решился:

— Активировать ошейник!

Разум Дженнифер помутился. Щупы подчиняющей магии вонзились в ее разум острыми иглами. Девушка оторопела, не ожидая такого развития событий.

— Что все это значит⁈ Бенихолд! — проревел Бранд, едущий на гурде поблизости.

— Грех упускать добычу, когда она уже в твоих руках… — пробормотал жирдяй с гнусной ухмылкой, после чего резко скомандовал. — Убить его!

Охранники каравана и скованные магией рабы бросились на телохранителя. Бранд отмахнулся зачарованным клинком и пустил гурда вперед. Солдаты Бенихолда насели на Воителя, зажав с нескольких сторон. У рабов не было гурдов, поэтому они толком не поспевали за ними. Бранд активно отбивался и даже сумел поранить нескольких противников.

Однако один из рабов всадил стрелу в гурда, а другой огрел Воителя заклинанием стихии Молнии. Бенихолд перевозил нескольких одаренных пленников. Бранд сверзился с раненого гурда, но быстро оклемался и вскочил на ноги.

Взревев телохранитель сам бросился на врага и сходу отрубил голову одному из солдат, а затем резанул и одаренного Громового эльфа — редкий вид эльфов, представителей которых приходилось завозить с другого материка. После потери руки Громовой стал в разы менее прытким и больше не пытался досадить Бранду, стремясь сохранить собственную жизнь.

Охранники бились со всем старанием и отдачей, чего нельзя сказать про рабов. Невольники часто промахивались из лука на близкой дистанции, неуклюже махали оружием, подставлялись и падали. Словно нарочно они вели себя нелепо и неумело, хотя среди них были и опытные вояки. Рабы противились магии подчинения и воле хозяина как умели. Не всегда это получалось, но в целом противники из них для Бранда были посредственными.

Бывалый Воитель раскидывал их словно котят. Вот с охраной ему пришлось повозиться. Среди бойцов попался другой Воитель, который представлял серьезную угрозу для телохранителя. Он держался позади, не рискуя лезть первым. Ведь Бранд выглядел как настоящая машина смерти.

Вот только не все рабы умели противостоять магии подчинения. Один из новичков впервые испытал на себе силу ошейника.

Голову Дженнифер сдавило тисками. Пульсировала сумасшедшая боль. Настолько сильная, что она и не подозревала о том, что такое возможно. Девушка готова была сделать все, что угодно, лишь бы избавиться от нее.

В разуме ее резонировал приказ хозяина — Убить его. Слезы катились из ее глаз. Она плохо разбирала происходящее. Все помутилось, сознание плавало в тумане. Лишь одно занимало ее разум — избавиться от чудовищной боли.

Девушка вытянула руку и активировала печать из посоха. Мощный Водный Вихрь сформировался рядом с чародейкой. Дженнифер отправила губительную стихию вперед, и разрушительный водоворот понесся в цель.

— Госпожа… — удивленно проговорил Бранд, обескураженный атакой.

Воитель не успел уклониться и попал в самый эпицентр Водного Вихря. Старого телохранителя смело в сторону, перекувырнуло и с силой ударило о скалу. Бранд сполз вниз на землю.

Только Воитель очухался и готов был подняться, как главный охранник каравана подоспел к упавшему. Клинок врага пронзил грудь Бранда. Воитель рухнул в траву, получив тяжелое ранение.

— Бранд, прости! — отчаянно выкрикнула Дженнифер.

В ее голове продолжал пульсировать приказ хозяина, но потрясение от содеянного оказалось столь велико, что она смогла на короткое время побороть магию подчинения. Ужас и отчаяние затопили сознание принцессы. Она до сих пор не могла поверить, что именно ее заклинание повергло близкого человека.

— Все хорошо… Не сдавайтесь… — прохрипел Бранд из последних сил.

Подошедший боец без колебаний отсек телохранителю голову. Дженнифер зажмурилась и отвернулась, не в силах наблюдать за ужасной гибелью Бранда. Человека, который был с ней с раннего детства. Знал ее родителей, учил ее разным хитростям, показывал приемы с мечом. Фехтованию Дженнифер не уделяла много времени, но кое-чему она успела научиться у Бранда.

Тиски подчинения отпустили. Приказ хозяина выполнен, поэтому головная боль стихла. Ладерро открыла глаза и взглянула на Бенихолда с неприкрытой ненавистью:

— Ублюдок! Ты сдохнешь в чудовищ… — девушка осеклась, захрипела и рухнула на колени, скривясь от жуткой мигрени.

— Не стоит так напрягаться, ваше высочество. Пожалейте свою бедную головушку, — ухмыльнулся мерзавец. — А вы чего стоите, раззявив рты? Латайте раненых, ксарг вас дери! Где Светлый эльф? Быстро лечи пострадавших, пока они не истекли кровью!

Чем больше она думала о мести и желала разных несчастий хозяину, тем сильнее становилась головная боль. Магия подчинения била нещадно, ломая ее волю. Дженнифер быстро поняла, что такой подход ничего не даст, поэтому постаралась снизить накал страстей и задвинуть мстительные мысли на дальний план. Головные боли отступили, и девушка сумела подняться на ноги.

Караван оправлялся от скоротечного сражения. Воитель сумел серьезно потрепать бойцов и рабов Бенихолда. Хоть Бранд был один, опыта и сноровки ему было не занимать. Держался он более чем достойно.

— Босс, вы уверены? — вопросил Воитель из охраны. — Если это впрямь нуэзийская принцесса, император это так не оставит. Санчес точно расскажет о том, что доверил ее нашему каравану.

— Уверен! — выпятил объемное пузо купец. — Я все тщательно обдумал. Хорошо, что ты подслушал их разговор у ручья. У меня было время прикинуть, как лучше поступить.

— И что же вы решили?

— Такой шанс дается один раз в жизни! Да, в Нуэз нам возвращаться нельзя при любых раскладах — слишком опасно. Но на Шимтране полно мест, где нас не будут искать.

— У империи длинные руки… — качнул головой охранник.

— Или даже на Алгадо отправимся. Там тоже можно хорошенько подзаработать на торговле рабами, — продолжил Бенихолд. — В любом случае сначала необходимо реализовать товар. Продать принцессу то бишь. Нам выпал огромный куш. Уверен, что за нее можно выручить не одну тысячу золотых. Сколько император готов заплатить в качестве выкупа за любимую внучку? Тысяч десять золота? Представляешь, что это за сумма?

— Много?

— Охренеть как много! С такими деньгами мы с тобой можем открыть по таверне или по лавке и отправиться на покой. Либо накупить еще больше рабов. Можем собственный корабль приобрести и возить товар между материками. Вариантов масса!

— И кто же согласится купить принцессу Нуэз?

— В Сумерки и Аркон не пойдем. С Вольных дикарей взять нечего. Тем более она направлялась в Нирдхолд — там ее могут ждать знакомые. В Книхране орудуют аболиционисты. Туда соваться опасно.

— Значит, остается Сончхэ?

— Возможно, правитель захочет пристроить наследницу своей двадцатой женой. А может выдаст Нуэз в обмен на выкуп. Мы будем богаты! И вам положена своя доля, к слову, — заверил Бенихолд. — Милочка, спасибо, что помогла разобраться со своим цепным псом.

— Пошел ты… — боль снова не дала ей закончить фразу.

Бенихолд подошел к ней и приподнял за подбородок:

— Красивый и непокорный цветок, усеянный ядовитыми шипами. Будет интересно обрезать твои шипы и привить покорность. С другой стороны, это может быть интересно и покупателю. Девственница?

— Д-да… — выдавила из себя нехотя Дженнифер, почувствовав нарастание боли.

— Очень хорошо! Плюс несколько тысяч на торгах, — обрадовался Бенихолд. — Разумеется, тебя никто не тронет из охраны. Иначе останутся без своей доли. Верно, остолопы⁈

— Да, босс… — с усмешкой ответили головорезы, поглядывая в сторону наследницы не без интереса.

— Ты же, милочка, будешь сидеть тише воды, ниже травы, — принялся раздавать приказы торговец. — Ни слова о своем положении, если мы кого-то встретим. Вообще ни с кем из чужих не заговаривай, не подавай знаков и намеков. Не вреди прямо или косвенно ни мне, ни моему имуществу — включая рабов, ни моим слугам. И только посмей нарушить приказы хозяина — быстро вкусишь все оттенки убийственной боли!

— Д-да, — выдавила она из себя.

Ошейник давил на разум, заставляя подчиняться словам толстобрюхого ублюдка. Дженнифер чувствовала себя потерянной и разбитой. Она не в силах была бороться с давлением.

Караван избавился от тела Бранда и подлатал раненых, которым помог Светлый эльф, владеющий стихией Жизни. Процессия продолжила путь по Вольным Пустошам. Дженнифер надеялась, что на них нападут монстры или воинственные племена местных, однако дорога проходила без серьезных происшествий.

Спустя несколько дней девушка немного оправилась от потрясений. Ненависть все еще заполняла ее естество. Из-за чего у нее часто болела голова. Она постоянно думала о мести хозяину. Как Бенихолд будет корчиться в муках. Ошейнику подчинения такое не нравилось.

Постепенно она привыкала к давлению. Противостоять ошейнику оказалось неимоверно сложно. Однако последние слова Бранда засели в голове девушки. Она не должна сдаваться!

Наследница Ладерро обязана приложить все усилия, чтобы избавиться от унизительных оков и наказать зарвавшегося торгаша. Бенихолд решил, что подобное преступление сойдет ему с рук. Он плохо знает императорский род. Поганца достанут даже в самой захудалой дыре Алгадо!

За ней стали чуть менее пристально следить. На раздаче еды во время ужина Дженнифер пересеклась с одним из рабов. Стрелком, который ни разу не попал в Бранда. Хотя выглядел он умелым лучником. Другими словами, раб прекрасно сопротивлялся давлению ошейника и саботировал приказ хозяина.

— Как вам это удается? — тихо вопросила она, стараясь не оглядываться по сторонам. Боль не заставила себя долго ждать, почуяв негодные мысли. Поэтому девушка торопилась. — Как вы боретесь с ошейником?

Лучник взглянул на Дженнифер с сомнением и быстро разорвал зрительный контакт. Она полагала, что раб не удостоит ее ответом, однако невольник молвил:

— Ищите якорь в дебрях своей души. Сильное чувство — хоть светлое, хоть темное. Яркое воспоминание или ощущение. Якорь поможет обойти оковы. Но подобное умение дается далеко не каждому…

— О чем это вы там шепчетесь? Молча забрали еду и по своим углам! — толкнул ее в плечо один из охранников каравана.

Дженнифер получила пускай довольно расплывчатый, но совет. Она слышала о том, что чародеи обладали хорошей сопротивляемостью магии подчинения, но на себе подобного не ощутила поначалу. Казалось, она в полной власти ошейника.

Значит, сильное воспоминание? Она не могла придумать чего-то стоящего. Самое большое впечатление произвело на нее недавнее событие — смерть Бранда. Она сама приложила руку к гибели своего верного спутника. И это продолжало терзать девушку. Шок, который она испытала, и стал тем якорем, который помогал держаться на плаву в не стихающей буре подчинения.

Каждый свободный момент она посвящала тренировкам. Сосредотачивалась на якорном воспоминании и раздвигала границы ошейника. Не сразу, но у нее получилось немного снизить накал магии подчинения. Артефакту словно бы не сразу удавалось распознавать крамольные мысли и идеи. Ошейнику требовалось время, чтобы наказать ее за яркие красочные образы корчащегося в агонии хозяина.

Она рассчитывала на больший прогресс, однако даже при идеальной сосредоточенности эффект действовал всего пару секунд. Очень мало для того, чтобы реализовать побег или проучить Бенихолда. Похоже, придется потратить очень много времени, прежде чем она добьется более значимых результатов.

Караван брел по Пустошам, как назло, не встречая сопротивления. Лишь раз на них выскочила саламандра небольших размеров, и охрана с рабами сумели ее уничтожить.

— Мы идем в сторону Нирдхолда? — вопросил один из главных подельников.

— В сам город заходить не будем, — покачал головой Бенихолд. — Рискованно светить там ее лицо.

— Сончхэ в той же стороне, но можно и объехать Нирдхолд.

— Нет. Слишком удобные там дороги! Слыхал ведь, что конунг Нирдхолда понастроил вокруг. Проедем часть пути до Арьяджи и свернем на запад. Кучу времени сэкономим!

— Разумно, босс…

Путешествие продолжилось. Дженнифер оставалось надеяться, что они встретят кого-то в дороге. Она представляла, как наставник проезжает мимо и вызволяет девушку из коварных лап Бенихолда. Однако подобное происходило лишь в сказках.

Обращались с ней не сказать чтобы плохо. Кормили сытнее, чем остальных рабов, не избивали и не издевались. Обращались как с почетным пленником. Однако подобное отношение все равно оставалось дико унизительным для свободолюбивой принцессы империи Нуэз.

Караван остановился на ночь на удалении от Нирдхолда, не став заезжать внутрь. Мирное течение лагеря прервало внезапное откровение Громового эльфа:

— Зло витает в воздухе. Так бывает только перед Гиблой Ночью!

Бенихолд до последнего не хотел уходить. Однако черная луна Штард действительно показалась на небосводе. Торговцу стало не до шуток и не до конспирации. Свою бы шкуру спасти.

— Придется идти в Нирдхолд. Спрячьте девчонку в фургоне. Тебе запрещено выходить из него и подавать голос. Поняла⁈

— Да… — откликнулась Дженнифер нехотя.

Однако душой она воспряла. Им придется заехать в Нирдхолд, а значит появился мизерный шанс. Она должна превзойти себя и одолеть проклятый ошейник!

Вольный город находился в обширном кратере. Стены возвышались над окружением. С башен по замеченной нежити летели разрушительные огненные заклинания. Повозки каравана неслись с сумасшедшей скоростью. По пятам их преследовало несколько мертвяков, от которых отбивались всадники на гурдах. Одного охранника ранили, но он пока держался. Стрелки всаживали стрелы в наседающую нечисть. Фургон нещадно трясло, так что многого чародейка мало что видела.

Не без труда, но караван успешно добрался до входных врат. Благодаря принципу перемирия Гиблой Ночи их легко впустили внутрь. Несущихся следом упырей быстро нашинковали и пожгли разрушительной магией.

Сердце Дженнифер колотилось, когда она наблюдала за окружением через миниатюрное тусклое окошко фургона. Необходимо правильно подгадать момент и выбрать нужного человека. Она сомневалась, что долго протянет. Боль все нарастала, ощущая ее непокорность и планы побега. Если она не справится, Бенихолд все равно мог выкрутить ситуацию в свою пользу.

— Куда это вы намылились? — окликнула караван стража. — Все одаренные и умелые бойцы должны отражать нападки нечисти, в том числе и гости города. Таков закон Гиблой Ночи здесь в Пустошах!

— Да что вы заладили! У меня нет боевых слуг. Обычные рабочие и крестьяне! — откликнулся Бенихолд нервно.

Возник небольшой спор, который привлек старших офицеров, создал даже некоторый затор на пути. Если бы Бенихолд согласился выделить бойцов, ничего этого не было. Однако жадность сыграла с купцом злую шутку.

К воротам подтянулась группа солдат, офицеров и, судя по всему, важных лиц города. Они заметили затруднения с караваном и подошли к повозкам. Стояла темень, едва разгоняемая отсветами факелов и магических фонарей, так что Дженнифер не сразу распознала подошедшую.

— Госпожа Эббот, вам не стоит здесь находиться, — заметил офицер.

— Пока наставника нет, я обязана следить за порядком, Гинфорт. Гиблая Ночь — это серьезное испытание. Вдруг тот Мастер Плоти вернется?

Эббот! Это же ученица Мрадиша! Девушку осенило. Лучшего человека и сыскать сложно. Они с Лейной были хорошо знакомы. Она должна узнать в пленнице наследницу империи.

Ошейник надавил с огромной силой. Дженнифер сосредоточилась на своем якоре, но это помогало слабо. Голову сдавило тугими тисками. В ушах стоял чудовищный гул. Казалось, кости черепа сейчас лопнут, а мозг выплеснется из глазниц. С неимоверным трудом она сделала шаг к двери фургона.

Девушка оказалась возле двери. Возможности к сопротивлению магии подчинения постепенно таяли. Она чувствовала, что долго не продержится. Сознание постепенно затухало. Дженнифер взялась за ручку и резко дернула. Дверь не поддалась.

Ее заперли! Паника охватила угасающий разум девушки. Может крикнуть? Но она не была уверена, что справится. Ошейник быстро накажет, так что ее могут не услышать.

Последние слова Бранда снова всплыли в ее голове — так четко, будто она видела его наяву. Не сдаваться!

Посох у нее отобрали, но магия осталась при ней. Дженнифер обратилась к своей силе, отдав магии всю себя. Выпустила наружу накопленную боль, обиду и злость. Дикий магический порыв ударил по двери и с грохотом выбил створку. Разметал вещи в фургоне и отбросил девушку назад. Дженнифер ударилась головой о деревянную стену и свалилась вниз. Пустота окутала изможденный разум волшебницы, погрузив в блаженную темноту.

[Лейна Эббот]

Впервые столь огромная ответственность свалилась на тринадцатилетнюю девочку. Вернее, почти четырнадцатилетнюю. До заветного дня рождения оставалось около двух месяцев. По законам родной Нарибии человек уже считался взрослым в таком возрасте и мог сочетаться браком без согласия родителей. А с благословения замуж выдавали и с десяти лет. Соглашения о намерениях могли заключаться и того раньше — еще до рождения ребенка.

Правда, в других королевствах Алгадо и государствах Шимтрана были свои порядки. Да еще и у наставника имелись свои представления о том, какой возраст считается подходящим. Время шло, а количество жен все росло, так что единственной ученице оставалось только вздыхать и усердствовать в магии.

Лейне нравилось заниматься магическими изысканиями и зачарованием артефактов. Да, порой становилось скучно, когда ты внедрял одни и те же контуры в десятый идентичный артефакт подряд, но Эббот это не смущало. Чародейка думала обо всех тех людях, которые будут пользоваться ее творениями. Их жизнь станет намного проще, теплее, сытнее и безопаснее. Они смогут высвободить время для более полезной или интересной деятельности.

Да, Магическая Плита или Грелка — это не Целебный Артефакт, которые стали называть Благодатью Лейны, но все равно юная волшебница с удовольствием занималась зачарованием, понимая, что делает важное дело. Наставник частенько отлынивал или переключался на другие задачи, более интересные с его точки зрения, но Мрадиша она не винила.

Мало кто способен так долго, усердно и кропотливо копаться в однотипных магических конструктах. Удивительно, как Наставник с его тягой к безмятежной и ленивой жизни до сих пор вообще изготавливал хоть что-то. Желание отдохнуть и переложить работу на другого боролось в нем с неимоверной жадностью.

И если тяга к золоту являлась сильным чувством, но с алчностью Хоран научился немного справляться, то жажду сохранить свои секреты ничто побороть не могло. Наставник не желал принимать новых учеников и делиться своими тайнами. Оберегал словно самое сокровенное.

Эббот иногда заводила разговор о том, что им было бы неплохо расширить производство артефактов. Сейчас они в основном изготавливали устройства по завышенным ценам, которые могли себе позволить богачи и мещане. Тогда как стоимость серебряной заготовки оставалось невысокой. Ее могли себе позволить практически все жители Нирдхолда, за исключением самой бедной прослойки.

Но если бы они снизили цены до вменяемых, их бы завалили столькими заказами, что они бы физически не могли справиться с потоком. Оставался единственный вариант — взять еще учеников и обучить их методам наставника. Однако Хоран противился, оставив секреты только им двоим.

Хорошо хоть Лейне удалось уговорить нанять нескольких зачарователей для ремонта простых повреждений и износившихся контуров. Чародеи справлялись и без надзора с большинством поломок, которые случались довольно редко. Да и того же Ильхарда к работам над артефактами связи привлекли по совету Эббот.

Зачарователь не имел полного доступа к законченной печати. Лунные контуры наносили они с Ульдантэ. Но в целом он имел достаточно знаний, чтобы скопировать устройство, используя осколки в качестве источника питания. Хоран бурчал, что рано или поздно Ильхард предаст их и перейдет в стан врага. Того, кто больше денег ему предложит. И хотя зачарователь не внушал большого доверия — ходил с вечно недовольной физиономией и постоянно ворчал, пока что оставался в Нирдхолде и изготавливал артефакты для стражи союзных городов.

Она не знала, какой путь правильный — хранить тайну наставника и получать всю выгоду себе или же открыть знания большему кругу учеников. Эббот чувствовала себя неопытной во многих вопросах, поэтому полагалась на решения наставника.

С уходом Хорана на нее свалилась огромная ответственность. Да, Нирдхолдом командовала Хильда, в Дилавердо отправился Бьяршин, в Далифаксе правил Бьярнум, а Лиетарис оставила грамотного заместителя в Арьяджи. Стражей управлял многоопытный капитан Гинфорт. Артефакты Мрадиша, шахты Крулда, дорожные бригады, строительные команды — все они продолжали бесперебойную работу даже без прямого надзора главного руководителя.

Однако постоянно то тут, то там возникали разные мелкие нюансы и проблемы. И в случае спорных ситуаций за разрешением шли к Эббот — главной ученице и, можно сказать, наследнице Мрадиша. Раз уж своих детей у правителя пока не было.

Порой Лейна совершенно не представляла, как необходимо поступить. Девочка начинала задавать вопросы самим просителям, чтобы разобраться в проблеме. Перебирала варианты и уточняла. И зачастую самих вопросов хватало, чтобы просители пришли к верному варианту. После чего они горячо благодарили Эббот, хотя та ничего и не сделала. Сама еще не успела разобраться в вопросе, а решение уже нашли.

Все это породило какие-то совершенно дурные слухи о гениальности Эббот. Ученичество у ставшего легендарным Резонансного мага, зачарование уникальных артефактов, решение спорных ситуаций с помощью мудрого подхода наводящих вопросов создали юной чародейке совершенно немыслимую репутацию.

Трудясь над очередными заготовками, Лейна с ностальгией вспоминала о беззаботных днях детства, и даже работе в госпитале будучи рабыней казалась ей простой и понятной.

Обычно она ничего не просила, но, оставшись за главную, решилась взять немного золота из казны, которая пополнялась огромными темпами. Да, она знала, что сейчас золото пойдет на покупку и освобождение рабов для Нирдхолда, но ведь она тоже заслужила поощрение за примерную работу, верно?

— Ты хочешь отправить послание на Алгадо? — уточнила Хильда.

— Да, в Нарибию! У меня там осталась семья, и они довольно бедны. Я хотела бы как-то улучшить их жизнь.

— Связь с Алгадо — штука непростая и недешевая, — задумалась Хильда. — Я бы не рекомендовала тебе отправлять золото или осколки в большом количестве.

— Почему?

— Жизнь в трущобах сурова. И если у кого-то внезапно появляются большие ценности, к ним точно заявятся ночные визитеры, — покачала головой выпускница приюта. — Мы хорошо знаем эту сторону жизни.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Лучше всего будет создать постоянный небольшой источник дохода. В принципе… мне кажется, что Артефакты Мрадиша достаточно разрослись, чтобы открыть отделение на другом материке. Заказов хватает, но свой филиал на Алгадо нам не помешает. Твоя семья могла бы стать служащими Артефактов Мрадиша и открыть отделение в одном из королевств.

— Ох, но у нас на Алгадо осталось немало врагов…

— Совсем не к кому обратиться?

— Анзурская Империя! — выдала Эббот.

— Вы успели наладить связи с анзурцами?

— Нет… Скорее, не успели испортить… — смущенно заметила чародейка.

— Как же сложно разгребать все то, что вы наворотили, — вздохнула Хильда. — Даже на Шимтране половина государств отказывается вести с нами дела на официальном уровне. Хорошо, попробуем договориться о протекции с Анзурской Империей.

— Замечательно! — воодушевилась Лейна. — Необходимо отправить одного из наших специалистов на Алгадо вместе с набором духовных камней. Когда они вернутся с заказами, я займусь ими в первую очередь!

Хильда поручила организовать экспедицию на Алгадо одному из служащих канцелярии Нирдхолда. Провели отбор и нашли неженатого сотрудника, который согласился на переезд на далекий Алгадо. Судя по слухам, морские левиафаны все еще продолжали кошмарить нелегально курсирующие суда, но на разрешенных маршрутах торговля шла свободно. Если платить за проход, конечно.

Лейна была очень рада, что удалось хоть как-то помочь своей семье, которая находилась довольно далеко от Нирдхолда. Неизвестно пока, все ли сложится удачно с филиалом Артефактов Мрадиша, но она верила, что они движутся в правильном направлении.

Нирдхолд в целом привык жить с правителем, который может внезапно исчезнуть на неделю, а то и месяц. Бьярнум приучил жителей. При необходимости служащие обращались к заместителям, наследникам или приближенным, которые оставались за главного. Ныне ими стали Хильда и Эббот.

Гиблая Ночь явилась как всегда нежданно и невовремя. Лейна только приноровилась к мерному рабочему ритму. Протяжный гул тревожных горнов разнесся по улицам, а артефакты связи затрещали от вызовов. Войска стягивали в город, оповещали все службы, приводили в боеготовность армию. Доложили в Крулд, связались с союзными городами.

Гинфорт закономерно взялся командовать обороной города. Капитан быстро адаптировался. Он сразу разглядел большой потенциал раций и Гнева Ниуру — огненных артефактов, которые уничтожали как живых, так и мертвых врагов.

Город был готов к отражению нечистого натиска. Вот только на душе у Лейны было неспокойно. В прошлый раз к ним явился ужасный некромант — Мастер Плоти с ахейского континента-империи. Служители темных сил вербовали войско во время восхождений Штарда, так что она ждали неприятностей.

В тот раз Ингваррум выманил войско Нирдхолда из города, атаковав Арьяджи. Что он предпримет на сейчас? Нападет на Дилавердо или Далифакс? Лейна не знала. И как поступить в той или иной ситуации не представляла. Оставалось надеяться, что более сведущие в военном деле соратники найдут выход из положения.

Возле южных ворот заметили странных измененных тварей. Судя по донесениям, рядовая нежить действовала на удивление слаженно. Лейна не могла оставаться в стороне, так что двинулась к крепостным стенам.

— Госпожа Эббот, вам не стоит здесь находиться, — обратился капитан, заметив ученицу.

— Пока наставника нет, я обязана следить за порядком, Гинфорт. Гиблая Ночь — это серьезное испытание. Вдруг тот Мастер Плоти вернется?

— Разберемся! — заверил глава стражи.

Вдруг поблизости громыхнуло. Процессия остановилась и с удивлением воззрилась на застывший посреди улицы небольшой караван. Лейна заметила охрану и рабов в ошейниках. По всей видимости, торговец невольниками. Дверь одного из фургонов выбило наружу неким магическим выбросом. Внутри чуялась аура одаренного не самого слабого ранга.

Лейна тронула поводья и повела гурда вперед. Солдаты и Гинфорт двинулись следом.

— Что у вас происходит? — произнесла она достаточно уверенным тоном.

В такие моменты она удивлялась самой себе: бывшая рабыня временно стала во главе поселения и отдает приказы сотням бойцов.

— Госпожа! Сей презренный торгаш по имени Бенихолд отказывается направлять бойцов на стены, как того требуют законы Гиблой Ночи!

Лейна окатила пузатого торговца уничижительным взглядом.

— Прошу простить, госпожа! — принялся тот кланяться. — Тот час же отправим подкрепление на стены!

— Что с одаренным? — вопросила она и направилась в сторону фургона.

Внутри лежал кто-то без сознания, но темнота и упавшие вещи не позволили ей рассмотреть детали. Бенихолд спешно укутал раба дополнительной одеждой, скрыв от чужого взора.

— Проклятье Ночных эльфов, госпожа! Магия ее стала нестабильна. У меня все документы и рабские грамоты при себе. Закон не нарушаю! — заверил Бенихолд.

Мысли Эббот больше крутились вокруг защиты города от нечисти и возможных каверз Ингваррума.

— Госпожа, Крулд атакован мертвяками. Они нападают отрядами! — доложила стража.

— Шахтерский городок? Необходимо послать подкрепление? — обратилась она к Гинфорту.

— Не стоит торопиться, — погладил бородку капитан стражи. — Я проводил инспекцию шахт. Гоблины не так просты, как кажутся на первый взгляд. Все никак не могу привыкнуть, что монстры живут по соседству… У коротышек припасено несколько сюрпризов супостатам. Так что повременим с подкреплениями, госпожа Эббот. Враг только и добивается, чтобы мы вышли из укрытий.

— Хорошо, — кивнула она.

— Что с купцом, госпожа? — обратился к ней один из стражников.

Лейна бросила безразличный взгляд на торговца и его караван. Отчасти это ей напомнило об их собственном караване. Даже Бенихолд в чем-то напоминал Мрадиша, только более упитанного и не утратившего еще волосы на голове. Вот только она сомневалась, что найдется в мире второй такой неординарный и неоднозначный человек, как ее наставник.

— Заключите купца под стражу до дальнейших распоряжений.

— Госпожа, молю! Мне надо присматривать за рабами! Среди них есть проблемные и буйные!

— Закрой свой рот и помалкивай, пока тебя не спрашивают! — ударил древком копья о землю стражник.

— Нирдхолд готов приобрести рабов по хорошим ценам, в особенности одаренных, — посмотрела она в сторону поврежденной повозки. — Но сейчас у нас есть более важные дела. Дайте приказ всем бойцам помогать в обороне города, в особенности одаренным. После этого стража проводит вас до места содержания. Вам все ясно?

— Но как же…

— Ты все еще смеешь грубить госпоже Эббот, поганый торгаш⁈ — сплюнул один из стражей и схватился за рукоять клинка.

— Все будет сделано в точности, как вы пожелаете! — расплылся толстяк в елейной улыбке.

— Десятник, проследите за исполнением указаний, — кивнула она одному из офицеров стражи.

— Будет исполнено! — отчеканил военный.

Лейна тронула поводья и двинулась в сторону ворот, слушая доклады от военных с разных участков фронтов. Гинфорт активно раздавал указания, командуя подразделениями с помощью рации. Благодаря артефакту связи ему не требовалось находиться непосредственно на поле боя. При этом он получал сведения в реальном времени и мог быстро реагировать на изменения.

До ее слуха долетел обрывок разговора офицера с торговцем Бенихолдом:

— Я не могу ничего приказать. Сами видите — колдунья без сознания. Она совсем буйная, уверяю вас!

— Госпожа сказала поставить всех одаренных в строй, так что исполняйте приказ. Позовите целителя! Надо поставить одаренную на ноги…

Эббот выкинула купца из головы, решив отправить по его душу посредников, которые занимались выкупом рабов. Она не могла тратить время на каждый подобный вопрос. Беря пример с наставника, Лейна старалась поручать дела другим и находить умелых исполнителей.

Ночь выдалась тревожной и долгой. Солдаты Нирдхолда, приехавшие на возвышение гости города и горожане-добровольцы защищали поселение от наседающей нечисти. Нирдхолд атаковала в том числе и обычная нежить, но ими командовали разумные конструкты Мастера Плоти. Мертвяки объединялись в группы и стремились прорвать оборону на конкретных участках.

Целили поначалу в башни, стараясь уничтожить огненные артефакты. Затем наоборот принялись лезть на стены в местах подальше от Гнева Ниуру. Было непросто зачищать прорывы мертвяков. В обычные ночи они не были так организованы и лезли почти по всему периметру. По одиночке с ними легче было расправиться. Мастер Плоти значительно повысил сложность Гиблой Ночи.

Тем не менее, Нирдхолд справлялся. Гнев Ниуру сделал свое дело, уничтожив сотни самых разных упырей. Усиленные чародеи били усовершенствованными печатями, уничтожая нечисть Огнем и Светом. Лейна тоже приняла активное участие, атакуя наседающих мертвяков со стен Лучом Света.

Именно в эту ночь чародейка ощутила, что наконец приблизилась к границе ранга. Медитации в Точке Резонанса дали свои плоды. Однако возвышение она оставила напоследок. Ведь голубого осколка в наличии не было, да и слишком расточительно это даже для Артефактов Мрадиша. Она решила, что займется возвышением в спокойной обстановке Точки Резонанса родного особняка. Зеленый осколок найти в продаже проще. Наставник вряд ли будет против ее возвышения. Все-таки Лейна заслужила поощрение!

— Крулд, докладывайте! Что с мертвяками⁈ — вопросила она по артефактной связи.

— Все под контролем. Кху, гоблинов Русла так просто не взять! — доложил Крамлох. — К нам явились сильные мертвяки. Не видывали таких никогда. Даже лучшие наши воины не справились… Но всех упырей мы похоронили под завалами на подходе к Урнбродранкрулду. Потому что нельзя соваться к гоблинам Русла без приглашения!

— Хорошие новости! Держите оборону!

Судя по всему, Мастер Плоти потерял основную часть элитных сил во время обрушений в Крулде. Нирдхолд справился с остальным воинством.

Время шло к рассвету. Лейна за ночь вымоталась так, что едва стояла на ногах. Гинфорт давно советовал ей идти отсыпаться, но Эббот держалась до последнего.

Уже когда она собиралась уходить, в предрассветных сумерках увидела мощное водное заклинание. Один из чародеев атаковал уцелевших мертвяков со стен. Уставший разум Лейны почему-то зацепился за заклинание. Оно показалось ей смутно знакомым.

Девочка решила сделать крюк и заскочила на участок стены, где орудовал неизвестный чародей стихии Воды. Им оказалась девушка с замотанным лицом и спрятанными волосами. Двигалась она заторможенно, и на приветствие Лейны не ответила.

— С тобой все в порядке? Самое страшное позади… — заметила Эббот устало. — Кто научил тебя этой печати?

Чародейка помотала головой и бухнулась на колени перед ней, после чего схватилась за голову. Будто бы ее что-то мучило изнутри.

— Ошейник⁈ — наконец дошло до Эббот. — Не тебя ли привез этот трусливый купец Бенихолд? Что же за приказы он тебе выдал, раз ты даже слова молвить не смеешь? Стража, откройте лицо чародейки!

Солдаты повиновались приказу Эббот, схватили одаренную и отобрали посох. Она сопротивлялась, мучаясь из-за приказов хозяина. Наконец с нее убрали ворох тряпья, явив спутанные, грязные волосы необычного лазурного оттенка.

— Госпожа Ладерро! — ахнула Лейна, узнав давнюю знакомую. — Как вы здесь оказались⁈ Да еще в таком состоянии⁈

Дженнифер изможденно покачала головой, мучаясь от болей. Очевидно, ей запретили что-либо говорить. Девушка обмякла в руках стражи, потеряв сознание от давящей магии подчинения.

— Бенихолд! — гневно выдала Эббот. — Ты поведаешь нам все без утайки!

[Дженнифер Ладерро]

Голова слегка ныла словно в напоминание об испытанной ранее боли. Никогда в жизни ее высочество не испытывала столь жуткой мигрени. Ошейник подчинения жестоко карал тех, кто противился приказам или задумывал недоброе против хозяина.

Девушка неохотно раскрыла глаза, ожидая увидеть стены рабского фургона или какой-нибудь хлев для слуг, однако Дженнифер очутилась в обставленной комнате с хорошей кроватью, чистым бельем и узорчатыми занавесками.

На тумбе рядом лежал снятый рабский ошейник. Дженнифер сразу же коснулась своей шеи и не обнаружила там ненавистного артефакта.

— Да! — возликовала чародейка.

Наконец она вспомнила последнее, что случилось перед тем, как она потеряла сознание на стенах. Эббот явилась к ней, чтобы выяснить, кто использует Водное заклятье. По-видимому, узнала Водный Вихрь, который помогал адаптировать наставник Мрадиш.

Сердце наполнилось приятным теплом и искренней радостью. Подобные сильные чувства она испытывала тоже впервые в жизни. Даже переход на зеленый ранг и признание придворных меркли в сравнении с этим. Дженнифер избавилась от проклятых оков и вернула себе свободу! Воистину: лишь потеряв, начинаешь ценить то, что имеешь.

Девушка оделась в простенькое, но добротное платье, которое было для нее приготовлено. Тело напоминало о себе, требуя посетить уборную. Дженнифер осторожно вышла из комнаты и очутилась в длинном коридоре со множеством дверей. Напоминало скорее гостиницу или постоялый двор, чем дворец конунга Нирдхолда.

— Очнулись, ваше сиятельство? — показалась в коридоре женщина с корзиной для белья.

— Где я?

— В Ведьмином Котле!

— Где⁈

— Бывший хозяин был тем еще оригиналом, так что название придумал странное. Теперь это особняк господина Мрадиша. Госпожа Эббот распорядилась разместить вас с максимальным комфортом. Завтрак скоро будет готов!

— Благодарю, — спокойно кивнула Дженнифер и выпрямилась.

Постепенно прежние манеры высокородной возвращались. Дженнифер не считала себя грубой или зазнавшейся, в отличие от многих представителей знати, но уж каждый раз благодарить прислугу она не собиралась. Слуги делали свою работу. Скорее она говорила спасибо этому дому, что дал ей приют и спас из коварных лап работорговца.

— Где здесь уборная?

— В обоих концах коридора. Позвольте, я покажу вам, как ей пользоваться…

— Полагаете, я не справлюсь с туалетными принадлежностями?

— Конечно, справитесь, ваше сиятельство. Но господин Мрадиш здесь понастроил всякого, так что первый раз у всех возникают вопросы.

Дженнифер не стала спорить и проследовала в отдельную комнату за прислугой. Внутри стояла классическая ванная и унитаз необычной формы. Во дворце тоже имелись унитазы, но иной модели. Сбоку стояла раковина с двумя рукоятками и одним краном. В углу виднелась огороженная зона за стеклом с рукоятками и лейкой сверху. Повсюду вились трубы, подходящие к каждому устройству.

Девушка примерно представляла себе назначение различных приборов, но все же не могла не поинтересоваться:

— Зачем две рукоятки? У вас есть горячая вода?

— Именно так, госпожа! — не без гордости ответила прислуга.

— Неужели у вас работают дежурные Красные эльфы, которые нагревают воду? — удивилась она.

— Нет! — качнула женщина головой. — Это все артефакты господина!

Дженнифер хмыкнула про себя. Про столь очевидную вещь она просто не подумала. В Нуэз артефакты Мрадиша были диковинкой. Они не вошли в их быт и пока не стали чем-то привычным. Если так подумать, то с помощью артефактов можно было создавать воду, что-то нагревать или охлаждать. Этого вполне достаточно, чтобы настроить подвод горячей воды в доме.

Дженнифер подошла к раковине и открыла рукоятки. Холодная вода смешивалась с горячей. Требовалось немного сноровки, чтобы добиться приятной температуры.

— Поразительно! Выходит, водопроводная система… совершенно автономна? Не требует ни осколков, ни чародеев, ни эльфов⁈

— Все работает даже без господина Мрадиша! — покивала слуга. — У нас полно этих артефактов. В общежитии для рабочих, и в новых домах для стражи тоже будут стоять такие штуки.

— Это похоже… на душ? Могу я воспользоваться им?

— Конечно, ваше сиятельство!

— Принесите мне свежее белье, — распорядилась Ладерро и двинулась к кабинке.

Слуга отправилась за вещами, а Дженнифер сняла одежду и принялась крутить рукоятки. Регуляторы оказались довольно чувствительными. Чуть сдвинешь, и польется кипяток. Уберешь назад — и тебя обольет ледяной водой. Спустя несколько попыток она наконец настроила подходящую температуру и залезла под теплые струи.

Большего удовольствия после изнурительного многодневного путешествия и придумать сложно. Она чувствовала, как струящаяся вода вымывает все тревоги, боль и обиды.

Решение отправиться в Нирдхолд вышло ей боком, но все-таки она достигла своей цели. Император не станет нападать на Пустоши, пока она здесь. По крайней мере, Дженнифер надеялась на это. Унзар Четвертый был довольно практичным и жестоким правителем с достаточным количеством наследников. Одной внучкой больше, одной меньше — для императора это не станет большим ударом. Поэтому задуманное все еще оставалось под вопросом.

Она закрутила рукоятки и начисто вытерлась принесенным полотенцем. Из душа Дженнифер вышла свежей, отдохнувшей и словно бы набравшейся новых сил. Разум немного прояснился. Жизнь в рабском ошейнике уже казалась ей чем-то далеким. Кошмарным сном, который следовало поскорее забыть.

С другой стороны, Дженнифер получила чувствительный урок. Внешний мир жесток, и слепо доверять никому нельзя. Дядя Санчес еще узнает о себе много нелестных слов. Нашел кого рекомендовать в проводники!

Посетив уборную и приняв душ, девушка спустилась на первый этаж. С кухни доносились аппетитные ароматы. Ей быстро указали на обеденный зал, внутри которого нашлись знакомые лица.

— Лейна!

— Дженнифер!

Девушки обнялись словно хорошие знакомые. Эббот была чуть ниже нее и младше примерно на два года, но сейчас такие различия не имели никакого значения.

— Как ты? Расскажи, что же с тобой приключилось? Мы уже допросили Бенихолда и его приспешников, но твоя версия нам тоже интересна, — набросилась на нее с расспросами Лейна. — Кстати, это Хильда — она помогает с управлением города, пока наставник отсутствует.

— Господина Мрадиша нет в городе?

— Наставник отправился в экспедицию, свалив все на нас, — вздохнула девочка.

— Дженнифер Ладерро, — представилась она. — Вы довольно… юны для столь ответственного поста, сударыня Хильда.

— Я говорила мастеру Хорану то же самое десятки раз, но ему было плевать. Пришлось перенимать дела, — пожала она плечами. — Первое время было неимоверно тяжело. Я ничего не понимала и не знала, что делать. Сейчас же стало… Просто тяжело, — усмехнулась девушка.

— Раз он выбрал тебя, значит на то была причина, — кивнула Дженнифер. — Что же до моих злоключений…

За утренней трапезой — довольно простой, но сытной и вкусной, девушка поведала о своих мытарствах. Как Сэмуэль порекомендовал ей один караван в качестве проводника до Нирдхолда. И о том, как Бенихолд пошел на злостное преступление, позарившись на особу императорской крови.

— Какой ужас! Бенихолд — откровенный мерзавец! — ахнула Хильда. — Натуральное чудовище!

— В этом кроется своеобразная ирония, — грустно улыбнулась Дженнифер. — Я шла через Пустоши, думая, что встречу страшных монстров, но настоящие монстры оказались намного ближе, чем мне казалось. Я потеряла дорогого спутника, который присматривал за мной долгие годы. Пусть следующая твоя ипостась будет достойной, мой верный Бранд… — голос девушки сорвался, когда воспоминания накатили.

Однако Дженнифер собралась, не став демонстрировать слабость перед хозяевами дома. Наследники империи должны быть стойкими и сильными. Иначе потенциальный враг моментально воспользуется их слабиной. Так их учили.

— Хоран скоро вернется? — уточнила она.

— Хотелось бы и нам это знать. Главное, чтобы он просто вернулся, — с тревогой заметила Лейна.

— Дзартен оставила после себя хорошего заместителя. Охранники и сам Бенихолд раскололись достаточно быстро, — взяла слово Хильда. — Обычно столь вопиющие случаи разбирает сам конунг, но стоит ли нам ждать его возвращения?

— Полагаю, нам с тобой хорошо известен вердикт, который вынесет наставник, — произнесла Эббот.

— Тогда ты сама доведешь решение до народа, — кивнула Хильда.

— Может, лучше ты? — с надеждой вопросила Эббот.

— Не убегай от ответственности. Но если хочешь — могу взять всю тяжесть на себя.

— Нет, ты права! Мое решение, мне и нести ответственность…

— В вашем особняке бесподобная система автономных артефактов! — сменила тему Дженнифер, решив похвалить хозяев. — Могу я взглянуть на то, как устроена магическая часть?

— Мы не имеем права раскрывать тайну изготовления артефактов даже близким друзьям, — качнула головой Эббот.

— Но ведь вашими артефактами пользуются на всем Шимтране. Неужели в особняке установлены особые устройства?

— Нет! По сути, это все те же артефакты. Ты права, ничего секретного в них нет. Такую систему могут заказать и другие клиенты. Ты хотя бы доешь сначала, Дженни. Только избавилась от ошейника, а уже в артефактную просишься, — улыбнулась Эббот. — Даже судьба работорговца тебя не сильно заботит.

— Полагаю, ты назначишь ему справедливое наказание. Мне не хочется лишний раз вспоминать о Бенихолде, — поморщилась Ладерро.

После трапезы хозяйка поместья устроила Дженнифер экскурсию. Показала залы для медитаций. В Нуэз тоже такие имелись. Точек Резонанса было намного меньше, чем в Нирдхолде. Фактически, дворец и был построен в одном из немногих мест, где можно было развивать свою ауру. В этом плане некоторые Вольные Города имели преимущество.

Мельком поглядели на мастерскую Мрадиша, в которой царил творческий беспорядок. Виднелись рабочие заготовки, фокусаторы, слитки и проволока из драгоценных металлов и даже несколько небольших драгоценных камней валялись, словно простой хлам.

Ладерро заметила заготовку из серебристого металла со странноватым оттенком. Вроде бы и походило на серебро, но не совсем. В любом случае Дженнифер не разбиралась в металлах. По форме заготовка походила на жезл, что ей напомнило об обращении дяди.

— К слову, в качестве ответной услуги Санчес просил донести до вас просьбу проверить один особый артефакт, если он попадет в руки империи. Жезлы Неподчинения, слышали о таких?

— Ж-жезлы неподчинения? — округлила глаза Эббот. — Первый раз слышу! — выпалила девчонка.

Дженнифер приподняла бровь, поскольку реакция Лейны показалась ей странной. Но заострять внимание не стала.

— Ими орудуют шайки аболиционистов по всему Шимтрану, из-за чего бизнес дяди серьезно страдает. Вот только после всего случившегося никакие его прошения более не актуальны. Сэмуэль должен мне самой за то, что свел с подонком Бенихолдом!

— Вот именно. Совершенно не разбирается в людях. Пойдем отсюда, Дженни, здесь ничего интересного… — поторопила ее Эббот.

— Как может мастерская знаменитого на весь материк зачарователя быть неинтересной? Но ты здесь хозяйка… — не стала она спорить.

Они посмотрели разные подсобные помещения, в том числе и домовую артефактную комнату в подвале. Большая ячеистая сеть захватывала приличную площадь. А учитывая, что особняк находился в Точке Резонанса, энергии артефакты получали прилично.

Вода генерировалась в специальных емкостях, излишки сливались в канализацию. В котле вода постоянно подогревалась до высокой температуры. С помощью телекинетической магии стихии Воды нагнеталось давление, благодаря которому жидкость сама поднималась по трубам, стоило открыть кран.

Весьма изобретательный подход, даже без учета самих артефактов. Складывалось впечатление, что многие вещи были для Хорана привычны, что и не удивительно. Если верить слухам, Мрадиш являлся адептом из иного мира, так что он мог просто принести известные ему технологии на Тардис. В любом случае это не умаляло заслуг Резонансного мага.

Дядя Санчес ведь тоже являлся адептом, однако никакими гениальными изобретениями не прославился. Разве что улучшил заклинание в ошейниках подчинения. Что Дженнифер успела испытать на самой себе. Работали артефакты отменно.

Затем ей провели экскурсию по местным достопримечательностям. Она полагала, что главной изюминкой Нирдхолда является кратер с высоченными крепостными стенами по кругу, однако Мрадиш своими новшествами затмил местные красоты.

Вокруг Ведьминого Котла шла высокая каменная стена с наблюдательными вышками. Дежурила стража.

Затем они отправились на производственную площадку. Там масштаб оказался намного больше. Огромное четырехэтажное каменное здание могло бы принадлежать знатному человеку, если бы не его скудный угрюмый серый фасад. Строение выглядело показательно просто и утилитарно. Общежитие для рабочих могло похвастать множеством больших окон, кучей квартир и дорогой артефактной системой.

— То есть, артефактами у вас пользуются даже простолюдины⁈ — поразилась она.

— Пока только наши служащие и стража. Для обывателей артефакты остаются дорогим удовольствием, — покачала головой Лейна. — Но, быть может, когда-нибудь ситуация изменится…

В огромном каменном ангаре без остановки происходила кипучая деятельность. Кто-то что-то мастерил, пилил, сверлил, колотил и полировал. Активно использовали многочисленные стационарные станки-артефакты. Здесь создавали и резали каменные заготовки, творили шаблоны для последующего зачарования.

— И сколько сейчас зачарователей трудится над артефактами? — поинтересовалась Дженнифер.

— Только я… — с грустью ответила Эббот.

— Серьезно⁈ Мастер Хоран не принимает других учеников⁈

Лейна помотала головой.

— Для меня наставник сделает исключение, — заявила девушка уверенно.

Эббот сузила глаза и посмотрела на Дженнифер с долей неодобрения и, даже возможно, ревности:

— С чего ты так решила?

— Я обеспечиваю протекцию от империи Нуэз и Сумеречного Леса. Пока я здесь, император не решится устраивать военный поход в Пустоши. Достаточно веская причина, чтобы поделиться знаниями?

— Зная наставника, я бы не была в этом так сильно уверена. Он может и с империей схлестнуться из принципа. В конце концов в Ашурской пади он почти в одиночку разбил все ваше воинство, — хмыкнула Эббот.

Дженнифер посмотрела на девчонку с недовольством. Если до этого их отношения казались донельзя теплыми и дружескими, то как только возник вопрос ученичества, атмосфера резко охладела.

Что ж, в таких делах лучше не торопиться.

— В любом случае решать наставнику, — выдала она.

— Госпожа Эббот! — нашел их в цеху офицер стражи.

— Все готово, Гинфорт?

— Да. Можете оглашать вердикт.

— Идем, Дженни. Полагаю, тебе будет любопытно присутствовать на мероприятии…

Идти пришлось недалеко. Поблизости от производственных цехов находилась огороженная зона с большим металлическим ящиком, от которого разило магией. Виднелись потеки крови, запашок стоял соответствующий.

Возле раскрытых ворот стояла деревянная трибуна, на которую привели связанных пленников: купца Бенихолда и его приспешников из охраны. Поодаль толпились рабы, которых он перевозил. Ошейники с них были сняты, но за ними все еще присматривала стража.

Перед трибунами собрался простой народ. Присутствовали чиновники и писари словно на заседании имперского суда. Как Дженнифер слышала, Пустоши в этом плане были достаточно диким местом. Здесь многие решения принимал конунг самовольно. Он же имел право разрешать споры между жителями.

— В отсутствии конунга Мрадиша я, Лейна Эббот, принимаю на себя ответственность вынести вердикт по резонансному делу. Торговец Бенихолд совершил страшное преступление, похитив и поработив с целью дальнейшей продажи особу императорского рода. Все материалы допросов будут храниться в ратуше. Вердикт Нирдхолда следующий: казнь на забойном алтаре! — четко проговорила Эббот.

Дженнифер слегка удивилась. Подруга ранее казалась ей неуверенной в себе и робкой. Однако сейчас принимала даже столь жесткие постановления.

— Туда его!

— На кол торгаша!

Народ закономерно не жаловал людей купеческой профессии.

— Пощадите, госпожа! Ксарг попутал! Да я и не хотел никого продавать! Просто использовал маскировку, чтобы провести чародейку в Нирдхолд!

— Перекрестный допрос доказал вашу вину.

— Да как вы смеете! Я вольный торговец! У меня есть лицензия Братства Тумана! Они не простят творимый Нирдхолдом произвол! Вы просто грабите купцов средь бела дня! — распылялся пленник, брызжа слюной.

— Братство Тумана уже приходило к Нирдхолду. Их прах развеян по ветру… — обронила Эббот. — Что же до огульных обвинений, то рабы освобождены. Город не собирается присваивать ваше имущество. Повозки и прочее будут пожертвованы приюту. Ваши подельники отправятся в шахты на три года, чтобы как следует поразмышлять над своим поведением и искупить свою вину. Вас же, сударь Бенихолд, ждет алтарь для забоя. Привести приговор в исполнение!

Дженнифер со злорадным удовлетворением наблюдала за жалобными стенаниями жирного купца. Из хищника и истязателя он превратился в скулящую жертву. Наверное, будь ее воля, она бы отдала мерзавца мастерам пыточных дел, но и обычная казнь вполне приемлема.

Алтарный артефакт оказался еще одним чудодейственным изобретением Мрадиша. Повышал шансы на то, что осколок после смерти уцелеет. Такие бы артефакты Нуэз приобрел с большой охотой. Только Хоран их вряд ли легко продаст.

Гильотина опустилась, и истошный визг работорговца оборвался. Дженнифер довольно кивнула и отвернулась. Смотреть на последствия казни она не сильно хотела.

— Не думаете, что пора бы заняться судебной реформой? Все-таки под вашим началом теперь несколько Вольных городов, — предложила Дженнифер.

У девушки имелся некоторый опыт в этом вопросе. Плюс она знала грамотных судебных чиновников в Нуэз, к которым можно обратиться за советом.

— Да, я думала об этом. Но кто будет ее проводить? — ответила Эббот.

— Посмотрим, чем я смогу вам помочь. Все равно в ближайшие дни у меня нет никаких дел. Что еще интересного есть в городе?

— Много всяких чудес! Первым делом посетим Водный артефакт, а потом посмотрим Целебный, — похвасталась Эббот. — Его еще в честь меня назвали — Благодатью Лейны…

[Хоран Мрадиш]

Степь расстилалась до самого горизонта — бескрайнее море выжженной травы, чьи золотистые и ржавые стебли тихо шелестели под сухим ветром. Запах дорожной пыли, пота и степной растительности пропитал нашу одежду, фургоны, въелся в волосы и кожу.

Все-таки Вольные Пустоши — удивительное место. Можно ехать весь день и не встретить ни единого поселения. Города вырастали будто оазисы в гиблой пустыне. Суровое место, где проживали стойкие и жесткие люди.

Эльфы, к слову, держались подальше от Пустошей. Здесь встречались стада пасущихся буйволов, степные птицы-падальщики, мелкие грызуны и несколько видов саламандр. Больше проблем доставляли Подземные Саламандры, но и против них имелись методы борьбы.

Периодически мы натыкались на острые шпили скал, пронзающие небеса, на глубокие мрачные каньоны, которые, если верить легендам, являлись шрамами на теле Тардиса после древней Битвы Богов. Я в этом закономерно сомневался. С другой стороны, магия серьезно влияла на климат и географию, так что без нее вряд ли обошлось.

Спустя несколько дней пути связь с Арьяджи и другими союзными городами прекратилась. Наш мобильный усиленный передатчик так далеко не доставал. Начинаешь задумываться об установке точек связи по всем Пустошам, а то и по всему Шимтрану. Когда привык пользоваться связью, резко потерять ее неприятно. Впрочем, и обратно привыкнуть тоже можно легко.

Немного скучал по доступным благам цивилизации. Теплому душу, готовым помочь слугам и тому подобному. Уже не так охотно я выбирался в дальние походы. А ведь раньше горел дорогой, приключениями и новыми впечатлениями. Старость так приходит, наверное. Незаметно и неумолимо.

Мы сделали последнюю остановку на пути к Белым Пещерам. В Тиердол, приграничный Вольный Город, нас пропустили безо всяких проблем. Проверили лицензию работорговца, поддельные грамоты на рабов, да прошерстили пространственные хранилища на наличие запрещенных товаров.

По этим причинам мне пришлось оставить большую часть запасов своих драгоценностей дома, ограничившись простым браслетом с золотыми фокусаторами и серебряным гримуаром. Если бы они увидели мой основной браслет с кучей самоцветов, которые стоили баснословное состояние, сразу бы возникли вопросы, зачем такому мажору возиться с жалкими рабами.

Пытались выяснить, что за ячеистую сеть я с собой вожу, но я объяснил, что прикупил один из знаменитых артефактов Мрадиша. Стражники с умным видом покивали. В Тиердоле уже появились первые артефакты моего производства, но пока оставались редким явлением.

Маскировка сработала. Здесь не существовало баз данных, по которым они бы могли пробить подлинностью лицензии работоргова, взять отпечатки пальцев или провести опознание по форме лица. Ауры наши были надежно скрыты, либо серьезно приглушены, так что мы выглядели как несколько экстравагантный и разношерстный, но вполне обыденный купеческий караван работорговца.

Я провел тщательную подготовительную работу и выяснил, какой именно товар ценится в Белых Пещерах. Поспрашивал в тавернах и на невольничьем рынке, уточнил у наших проводников Солнечных эльфов. В Белых Пещерах ценились Земляные и Водные эльфы. Первые прокладывали тоннели, создавали жилища, делали грубую отделку и ремонт домов. Вторые, соответственно, производили воду. Пещеры являлись достаточно засушливым местом.

На рынке как раз образовалось почти с десяток одаренных Водных эльфов, которых привозили с архипелагов.

— Берите, не пожалеете! Лучших цен не видать на всем Шимтране! — заметили мой интерес.

— Странно. Почему цены на Водных так просели?

— Коли желаете приобрести эльфов дороже — мы только рады! — усмехнулся делец и поторопил. — Покупайте сейчас, ведь завтра их всех уже раскупят!

Предложение выглядело достойно, но чутье торгаша подсказало мне, что что-то здесь нечисто. Не могут так дешево продавать Водных эльфов вблизи Белых Пещер. Буквально, один дневной переход, и можно будет их реализовать. Я не планировал зарабатывать — в этом не было смысла. Мне просто требовалась легенда. Но если товар не пользуется спросом, лучше поискать другой вариант.

Я уперся, походил по рынку, поспрашивал народ. И наконец в магической лавке мне удалось выяснить последние слухи:

— Перестали Пещеры скупать Водных эльфов! — рассказал владелец лавки. — По слухам, привозят втайне водные артефакты из Нирдхолда. Так что и эльфов им теперь столько не требуется.

— Так вот кто столько водных артефактов поназаказывал, — пробормотал я себе под нос. — Благодарю за сведения…

Ниуру потащила нас в один местный ресторанчик, где подавали запеченную саламандрятину с горчично-медовым соусом. Нас нас косились, конечно, ибо кормить рабов дорогой едой могли позволить себе не только лишь все. Но мы себе ни в чем не отказывали.

Эльфийка загорелась:

— Идем на мясной рынок. Я хочу приготовить завтра такую же саламандрятину, во славу огня!

Пришлось тащиться на рынок, и прогулка не прошла зря, к моему удивлению. На зверином базаре, где продавали живых животных и разных экзотических гадов нам попался необычный товар: пойманные Глубинные Гоблины! Причем, в наличии имелось и несколько одаренных особей.

— Откуда у вас гоблины? — поинтересовался я.

— Захватили при патрулировании южных границ. Ходят слухи, что среди них страшная резня случилась, и часть монстров сбежала из Великого Каньона. Этих пленили к востоку от Тиердола, — пояснил купец. — Заинтересовались, сударь? Берите! Прекрасное приобретение. Всего пятьдесят золотых за одаренного гоблина оранжевого ранга!

— Сколько⁈ Да за такую сумму можно одаренного эльфа взять того же ранга!

— Какой прок с неразумных монстров? — обронил дед Олбрахт с сомнением.

— Не скажи! Слыхали ведь, чего Нирдхолд учудил. Там гоблины служат в страже, представляете⁈ Их можно обучить правильным командам, если постараться. Как гончих псов или гурдов. Поэтому и от гоблинов может быть польза!

— Цены все равно неоправдано высоки, — покачал я головой. — Шансы приручить дикого монстра крайне малы. Неизвестно, будет ли с них хоть какой-то толк. Идем отсюда…

— Постойте, сударь Мьярдош! Для дорогого покупателя всегда можно сделать небольшую скидку. Видно, что вы человек опытный…

Последовал непродолжительный торг. Странно было бы выкладывать такие суммы за сомнительный товар. Честно говоря, я достиг такого уровня, что местные цены на рабов меня заботили не слишком сильно. Хотя жаба все еще душила, требуя торговаться до последней серебрушки. Но и свое время я ценил не меньше, ведь время — деньги. Так что сбил цены почти в два раза и удовлетворился на этом.

Занятно увидеть своими глазами, как меняется жизнь в Пустошах и на Шимтране в целом. Вот уже и Белые Пещеры начали отказываться от покупки Водных эльфов в промышленных масштабах. Артефакты Мрадиша постепенно перекраивали экономику.

Караван пополнился набором Глубинных Гоблинов. Выкупил всех одаренных и с десяток простых коротышек. Ошейники подчинения работали на монстрах, что, в общем-то, говорило о достаточно развитом разуме. Потому что на зверей и многих монстрах стандартные артефакты не функционировали. Думаю, в теории можно изготовить ошейники подчинения и для других видов, но требуется индивидуальный подход и сложные расчеты.

Купец был очень рад тому, что смог избавиться от неликвидного товара. Он открыл мне несколько команд, которым гоблинов уже успели обучить: «стоять», «еда» и «иди». На этом успехи местных приручателей закончились.

Нам, к счастью, не требовалось учить новичков языку прям сразу. У нас в отряде имелась Кирлох и другие гоблины, которых мы взяли с собой. Все они неплохо знали как гоблинскую, так и людскую речь. Кирлох так вообще отлично шпарила на нашем.

Гоблинша пообщалась с сородичами, и выражение ее лица стало угрюмым:

— Это Гоблины Истока — наши извечные враги!

— То есть, селить их рядом с вами не стоит?

— Обязательно начнется резня, — покачала головой стражница.

— Значит, можно будет спокойно их реализовать на рынке, — пожал я плечами и распорядился. — Ничего из ряда вон выходящего при виде них не делаем. Соблюдаем маскировку. Общий язык им неизвестен, но нельзя исключать, что они могут как-то проболтаться. Всем ясно?

— Гурк-фрриу! — мотнула головой Мякотка в знак согласия.

Гоблинов Истока жители Крулда все еще люто ненавидели. Союзники получили распоряжения. Теперь у нас имелся товар, который можно кому-то пристроить. Ведь продавать кого-то из спутников я не собирался, что могло показаться подозрительным.

— Вы эльфов продаете? Нет, только показываем. Красивое… — протянул я задумчиво, обозрев нашу разношерстную компанию. — Выдвигаемся завтра!

Утром следующего дня караван Кхорна Мьярдоша выступил в путь. Мы покинули Тьярдол, загрузив купленных гоблинов в фургоны. Ошейники достаточно надежно оберегали нас от их агрессии. Гоблины Истока поняли, что мы путешествуем вместе с Гоблинами Русла, так что симпатией к нам не пропитались. Но мне было плевать на чувства товара.

В дороге мы провели несколько тренировок одаренных Гоблинов. Кирлох учила их долбить каменную породу Вибрационной магией. Однако подопытные отказывались заниматься этим по своей воле. Даже ошейнику пытались противиться, что снижало эффективность труда. Нам же требовались послушные гоблины для дальнейшей продажи.

— Чего они ерепенятся? — поинтересовался я.

— Гоблины Истока считают себя истинными воинами, и все нужное добывают в бою. Заниматься копанием ходов или добычей руды считают ниже своего достоинства, — пояснила Кирлох.

— Значит так! Копать по команде: хорошо, еда, сытно, тепло, спать на мягком одеяле. Не выполнять команды: плохо, голодно, сыро, больно, спать на голой земле. Ферштейн?

Кирлох перевела им мои слова, но ушастые коротышки не впечатлились.

— Кшанти, давай я повешу привязку ошейников на тебя. Займись их перевоспитанием.

— С удовольствием. Как быстро тебе нужен результат? — вопросила Ночная.

— Уже вчера.

— Тогда прибегнем к скоростному методу…

Крики и стоны Глубинных Гоблинов сопутствовали всему оставшему маршруту. Им не разрешали спать, не кормили, заставляли плестись пешком и таскать тяжелые камни безо всякой цели. Дзартен придумывала изощренные наказания за малейшую провинность. Наказания они исполняли сами, повинуясь воле хозяйки и давлению ошейника.

К полудню следующего дня, когда показались стены цели нашего путешествия, Гоблины Истока стали донельзя смирными, почти что ласковыми. Исполняли любые команды на ура. Правда, из их глаз пропала искра. Они напоминали потухших узников концлагеря, но такие мелочи опытного работорговца не волновали. Хорошо, что рядом нет Лейны. Она бы не одобрила экстремальные методы перевоспитания.

Караван достиг Нидал-Турула — особого поселения Солнечных эльфов. Город считался одним из немногих открытых входов в подземные чертоги ушастых. Да, существовало куча секретных проходов, одним из которых воспользовалась та же Школа Солнца, когда пришла нам на помощь. Но только здесь принимали гостей из внешнего мира, в том числе дипломатов, купцов и переселенцев.

Солнечные эльфы являлись дикими расистами наравне с Ночными. Считали себя богоизбранным народом, озаренным светилом. Просто так человек не имел права селиться в Пещерах. И даже посещение следовало заслужить. Исключение делалось для торговцев, для которых границы государств не были столь плотно заперты.

И то, по слухам, пускали не всех. Только аккредитованных купцов, заслуживших доверие Белых Пещер. Мы не были уверены, что сможем проникнуть на территорию Солнечных официальным путем. Для этого и захватили с собой заготовку для артефакта. Не получится зайти нормальным путем — зайдем с заднего входа. Пробуримся то бишь.

Нидал-Турул выглядел эпически красиво. Высоченные стены были сложены из золотистого камня. Поселение ярусами поднималось вверх, на склоны возвышащегося над равниной хребта.

Степи резко обрывались, сменяясь крутой горной грядой, чьи пики на обычном транспорте преодолеть невозможно. Перевалов тоже не существовало. Купцам приходилось объезжать Белые Пещеры. Сухая растительность сменилась на небольшие рощи и залитые солнцем луга. Еще не так холодно, как в Арконе, но дыхание мороза стало ощущаться.

Нидал-Турул называли городом-вратами. Здесь находился вход в подгорные катакомбы Солнечных эльфов.

— Что это за отблески в горах? Или мне кажется? — уточнил я.

— Свет, что пробивается из недр Тардиса, — пояснил один из проводников. — Иногда он даже достигает поверхности. Поэтому Пещеры и назвали Белыми.

— Занятно…

Караван встал в очередь на проверку возле входных врат в Нидал-Турул. Эльфийская бюрократия оказалась поистине невыносимой! На одного гостя они тратили по несколько часов. Солнечные гады словно специально тянули время. Может, в этом и крылась задумка: отвадить посетителей от Белых Пещер.

Мы простояли в очереди более суток. И вскоре узнали, что самое худшее еще впереди. Нас досконально проверили, полностью обыскали и допросили. Солнечные эльфы глядели на нас словно на биомусор. На вопросы не отвечали, намеки на взятки игнорировали. Делали свою работу с видом, будто им приходится возиться с мерзкими насекомыми.

На Дзартен порой косились. Ночных эльфов здесь не жаловали. Но Кшанти ходила в ошейнике в статусе раба, так что такое положение Солнечных устраивало.

— Зачем вы притащили в благочестивый Нидал-Турул эти мерзкие создания? — вопросил один из инспекторов, поморщившись.

— Люди не настолько и мерзкие…

— Речь о гоблинах.

— Ах, гоблины! Прекрасные работники. Трудолюбивые и исполнительные. Я слышал, что в Белых Пещерах пользуются спросом рабы Земляные эльфы. Это так?

— Допустим.

— Глубинные Гоблины могут делать ту же самую работу: прокладывать шахты, рыть тоннели и копать подземные жилища! При этом они неприхотливы и просты в обслуживании, да и стоят заметно дешевле. Попробуй излови Земляных эльфов в Сумеречном Лесу!

— Ваши доводы звучат отчасти разумно. Начальство вынесет вердикт насчет вашего пребывания в Белых Пещерах. Ожидайте в транзитной зоне, — кивнул напыщенный Солнечный инспектор.

Транзитная зона выглядела как огороженный высокими каменными стенами закуток с кабаками, постоялым двором и несколькими лавками. Всюду заправляли Солнечные эльфы. Цены здесь были в несколько раз выше стандартных, так что лопоухие драли втридорога. Охотно зарабатывали на гостях, ожидающих вердикта командиров.

Лишь ближе к вечеру к нашей стоянке вышел чопорный Солнечный инспектор:

— В допуске в Белые Пещеры каравану лицензированного работорговца Кхорна Мьярдоша отказано. У вас есть трое суток, чтобы покинуть транзитную зону.

— Что? Какова причина отказа? — вопросил я.

Однако ушастый не посчитал нужным объясниться. При этом сразу нас из города не изгоняли. Давали возможность потратить свое золото в транзитной зоне, а оно улетало здесь семимильными шагами. Меня, правда, подобные мелкие расходы не сильно волновали, но все равно столь презрительное отношение и несправедливость уязвили честолюбивую душу купца Мьярдоша.

Мы остановились на постоялом дворе, чтобы передохнуть и решить, что делать дальше. В Белые Пещеры доступ каравану оставался закрыт.

— Ксарг их дери! Сжечь всех Солнечных, во славу огня! — бушевала Ниуру. — Меня уже достали бесконечные проверки и хмурые рожи. Смотрят на нас как на гурдьи лепехи! А кухня Солнечных — полная лажа! Мох, грибы, улитки и слизни!

— А мне понравилось рагу из слизней… — заметила Ульдантэ равнодушно.

— Да и грибная настойка ничего, — утер я следы выпивки. — Не грибной эль Фарилеха, но пещерные эльфы знают толк в хорошем пойле!

— В любом случае мы не можем бесконечно тут сидеть, — заявила Дзартен. — У тебя есть план?

— Золото — ключ к любым вратам! — усмехнулся я. — Надо только найти нужный замок…

Весь следующий день я провел, бегая по инстанциям и пытаясь достучаться до разных инспекторов. Заводил вежливые беседы, намекал и открыто предлагал взятки. И один раз Солнечный эльф по имени Ууринго даже взял мое золото, не меняя выражения лица. Однако в Пещеры нас так и не пропустили. Солнечный кидала нашелся!

Эльф перестал выходить на связь, так что вернуть золото назад или как-то отомстить я не мог. Средства потихоньку таяли. Я же не думал, что надо брать с собой целое состояние, лишь бы проникнуть в Пещеры. Золото утекало словно вода сквозь пальцы.

От нечего делать я даже зачаровал горнопроходческий артефакт и поставил в одном укромном местечке. Магическое устройство достаточно споро разрушало связи в каменной кладке стены, при этом не привлекая внимания. Слишком слабым было воздействие, так что магический фон оставался в пределах нормы.

Конечно, если артефакт обнаружат, нам придется худо, но и сидеть без дела в каменном мешке я физически не мог.

Правда, даже если мы переберемся из закрытной транзитной зоны в город, не факт, что долго там продержимся. Без специального пропуска нас схватит первый же патруль.

Но я рассчитывал каким-то образом раздобыть купеческую лицензию для Белых Пещер. Не все ж такие кидалы как Ууринго. Должны найтись и благопристойные честные Солнечные эльфы, ценящие культуру взяточничества, кумовства откатов и лоббизма. Которые держат свое слово.

К счастью, редкое событие подарило нам шанс проявить себя. Черный Штард показался на небосклоне. Не думал, что буду когда-нибудь приветствовать Гиблую Ночь и болеть за мертвяков!

Ожидание в транзитной зоне не прошло даром. От нечего делать я зачаровал горнопроходческий артефакт и поставил в одном укромном местечке. В глухом закутке, где таверна примыкала к крепостной стене.

Магическое устройство достаточно споро разрушало связи в каменной кладке стены, при этом не привлекая внимания. Слишком слабым было воздействие, так что магический фон оставался в пределах нормы.

Конечно, если артефакт обнаружат, нас могут вычислить, но и сидеть без дела в каменном мешке я физически не мог. Необходимо хоть что-то предпринять.

Правда, даже если мы переберемся из закрытной транзитной зоны в город, не факт, что долго там продержимся. Без специального пропуска нас схватит первый же патруль.

Но я рассчитывал каким-то образом раздобыть купеческую лицензию для Белых Пещер. Не все ж такие кидалы как Ууринго. Должны найтись и пристойные честные Солнечные эльфы, ценящие благородную культуру взяточничества, кумовства, откатов и лоббизма. Те, кто верен данному слову.

Либо отправить ночью диверсанта, чья аура будет под Туманным Скрытом. Здание Солнечной Инспекции располагалось как раз поблизости — по ту сторону стены. Жаль, что Безликих эльфов мы с собой не захватили. Но и так можно попробовать прокрасться.

Гиблая Ночь — отличный вариант для тайной вылазки. Купеческие пропуска Белых Пещер выглядели как серебряные и золотые жетоны в зависимости от репутации торговца. Золотые давали право прохода в самые дальние поселения. Серебряные — только в несколько ближайших подземных городов.

Разумеется, мы хотели заполучить в свои руки сразу золотой пропуск. Далеко не факт, что нам удастся подделать записи в инспекции и внести туда свои данные. То есть, пропуск-то мы в теории могли выкрасть, а вот базу данных подделать вряд ли.

К счастью для нас на Тардисе не существовало беспроводной связи и интернета. Любой патруль, досматривающий нас, удовлетворится наличием золотого жетона. Только если кто-то дотошный попадется и подаст запрос в канцелярию инспекторов, тогда могут вскрыть обман. В общем, много спорных нюансов, из-за которого мероприятие могло пойти крахом, однако сидеть сложа руки и ждать дождя в Пустошах — не в духе благородного спасителя угнетаемых эльфов Хорана Мрадиша.

— Славная ночка! — произнес я с усмешкой союзникам. — Ждем подходящего момента и отправляем диверсанта. Лия, ты справишься с задачей?

Конунг Арьяджи сухо кивнула.

— Превосходно. Я наложу на тебя полный Скрыт и спрячу ауру от магического чутья. Используй свою древесную броню для маскировки. В ней тебя эльфы не узнают. Твоя задача — прокрасться в здание канцелярии испекторов и выкрасть золотой пропуск, не подняв шума. Желательно сделать так, чтобы пропажу не заметили.

— Будет исполнено.

— Остальным: помогаем отражать натиск упырей на стенах, соблюдаем закон Гиблой Ночи. Главное, не бейте в полную силу, — напомнил я. — На вас маскировка Скрыта. Сами в курсе, каким рангом вас видят со стороны — такую силу и демонстрируйте. Особенно рядовой Ниуру!

— Че сразу Ниуру? И какого ксарга я рядовой, во славу огня⁈

— Не умеешь ты сдерживаться, моя пылкая женушка. Так и быть: повысим тебя с рядового до десятника!

Красная закономерно не согласилась со столь низким званием, но хотя бы мой наказ запомнила.

Каменный мешок транзитной зоны слегка выдавался вперед в сравнении с другими участками городской стены. Словно прыщ на чистой эльфийской заднице. Возможно, так сделали специально, чтобы мертвяки лезли в первую очередь сюда. Упыри ведь шли по пути наименьшего сопротивления. Где ближе чуяли мясо — туда и неслись.

Но в любом случае Нидал-Турул имел достаточно длинную крепостную стену, раскинувшуюся полукругом вдоль подножия горной вершины. Упыри будут штурмовать стену на всем протяжении. Где-то меньше, где-то больше. Нам необходимо продержаться и не вызвать лишних подозрений.

Я изображал неодаренного торговца, так что на стены не лез — отправил подчиненных помогать с нечистью. Некоторые упыри были довольно проворными. Либо цеплялись за малейшие выемки в стенах, либо их когти были настолько острыми, что они могли втыкать их даже в камень. Сравнимые с зачарованной сталью.

Постепенно ночь заполнилась ревом упырей, лязгом оружия, звоном доспехов и глухими разрывами заклинаний. Я ждал подходящего момента, когда можно будет деактивировать артефакт. Горнопроходческая сеть вносила последние штрихи. Осталось буквально несколько сантиметров кладки. Ее можно разрушить одним хорошим ударом, но следовало все проделать тихо.

Купеческие караваны направили охрану на стены для защиты транзитной зоны. Эльфы-защитники оставили свои посты на них, допустив на укрепления. Если бы я знал, что почти все наблюдатели свалят, может и не стал бы возиться с подкопом. Лиетарис смогла бы перебраться через стену, используя свою ловкость и грацию Воительницы. В сгустившемся сумраке ее бы вряд ли заметили.

Но раз уж решили использовать пролом в стене — будем действовать согласно плану.

Гиблую Ночь украшало дикое рычание восставших из небытья монстров, изредка прорезались крики раненых и стоны умирающих. Напряжение на стенах возрастало, как мне показалось.

Союзники свой участок стены держали спокойно, а вот на остальных участках упыри напирали.

— Что-то нечисто, — заметила вернувшаяся с разведки Лиетарис. — Я проверила ситуацию на стенах рядом с транзитной зоной. Чем ближе к нам, тем больше концентрация мертвяков. Как будто их сюда что-то притягивает.

— Хм-м, — нахмурился я.

— Спасайтесь! — раздался отчаянный выкрик одной из купчих, которая, как и мы, не сумела сразу въехать на территорию Солнечных эльфов. — Пустите меня в город! Я заплачу полновесным золотом! Заберите гурдов, только впустите внутрь!

— Старая, ты че орешь, как оглашенная, — обратился я к немолодой женщине, за которой следовал караван из навьюченных гурдов и парой телег. — Защитники справятся. Не первая Гиблая Ночь и не последняя.

— Ты ничего не знаешь о Нидал-Турул. Эльфы оставили нас в транзитной зоне на убой! Мертвяки сожрут всех до единого!

Я не стал продолжать беседу с явно неадеватной дамочкой, но сказанное взял на заметку. Купчиха соглашалась отдать все свои драговенности, золото и товары, лишь бы ее пустили в город. Она явно что-то знала или о чем-то догадывалась. Солнечные эльфы были теми еще расистами в отношении людей, считая нас скотом или даже чем-то похуже.

Доклад Лиетарис тоже не выходил у меня из головы. Укрывшись в глухом местечке, я нарушил свою маскировку и воспользовался магией. Сформировал сразу несколько Магических Линз и внимательно осмотрелся. Чутье подсказывало, что не все так просто с Гиблой Ночью, однако чувствительности мне не хватало, поэтому пришлось прибегнуть к специализированным плетениям.

Магические Линзы подтвердили догадки. В глубине Нидал-Турул пульсировали некие Темные эманации. Отчасти это напомнило мне о Черном Сердце, но лишь отчасти. Я сомневался в том, что феномен имеет схожую природу. Скорее всего, это приманка для упырей. Мертвяки благодаря ней слетались в одно конкретное место. Не все, но большая часть.

Находилась слабо пульсирующая приманка где-то в районе здания инспеции. Точнее сказать было сложно из-за помех, да и план города мы не знали досконально.

— Тварей лезет все больше! Мы не успеваем их сжигать! — донесся до меня крик Ниуру.

Упыри стройными рядами штурмовали стены транзитной зоны, грозя перебраться на ту сторону и похоронить всех присутствующих. Хозяева таверны и разных лавок втихую свалили отсюда. Солнечных эльфов вывели из опасной зоны. Очевидно, горожане действовали согласно заранее оговоренному плану. Все знали о том, как действовать во время Гиблой Ночи.

В голове вдруг щелкнуло. План созрел в одно мгновение. Придется скорректировать схему действий.

— Вот мрази Солнечные! — сплюнул я. — Решили натравить мертвяков на гостей в транзитной зоне. Как у нас говорят: не рой яму другому — самого в ней закопают…

[Хоран Мрадиш]

Действовать следовало без промедлений, так что я подозвал главного исполнителя созревшего в голове плана:

— Расклады поменялись, Лия. Теперь тебе надо повести через проход упырей, когда оборона падет.

— Ты собираешься запустить мертвяков в город, полный ни в чем не повинных жителей? — приподняла она бровь.

— А нас за что Солнечные оставили здесь на заклание? Ты чего «Лейну включила»? Мне найти другого исполнителя?

— Я справлюсь, — вздохнула эльфийка. — Ты прав. Лучше пусть Солнечные получат по заслугам, чем мы.

— Хорошо, когда жена слушается мужа, — покивал я. — Обвалишь остаток каменной кладки и заманишь за собой мертвяков.

— Думаешь, они все пойдут за мной?

— Используй Туманные осколки, — передал я несколько камней. — Разбей их в разных местах, и это привлечет упырей. Они обожают Темное лакомство. Постарайся сделать так, чтобы тебя не заметили.

— А проход? Его быстро найдут.

— Его и мертвяки могли прокопать, стремясь добраться до темной приманки. Оставим следы когтей. Времени нет. Действуй!

Отдав распоряжения Лиетарис, я приблизился к крепостной стене. Мякотка переминалась с ноги на ногу, ожидая, когда настанет ее черед сражаться. Другие гурды пугливо жались к зданиям, чуя приближение восставшего зла.

Стены уже захлестывали полчища упырей. Мои бойцы сражались чуть ли не в полную силу, иначе было невозможно противостоять вторжению. Воители-нирдхолдцы умело держали оборону. Ульдантэ крошила черепа и кости, Ниуру прожигала тела насквозь. Дед Олбрахт атаковал упырей Лучом Света. Юджин с Лесной эльфийкой стреляли из луков зажигательными стрелами. Гоблины атаковали Вибро-снарядами.

Мы их до этого держали внутри повозок, но ситуация не располагала к пряткам. На них косились, но не жаловались, понимая, что сейчас каждый боец на вес золота.

— Отступаем! Необходимо перегруппироваться! — рыкнул я. — Скорее, отходим к вратам в город! Солнечная стража прикроет нас!

— Предлагаешь сдать стену⁈ Это самоубийство!

— Мы не совладаем с полчищами! Отходим! — настоял я.

Мои союзники дисциплинированно покинули позиции на стенах. А без них весь фронт начал быстро сыпаться. Все-таки бойцы моего каравана представляли достаточно грозную силу на фоне остальных. Здесь собрались в основном караваны с охраной и переселенцы. Наемников и солдат было не особо много.

Остальные вольно-невольно потянулись следом. Мы бросили стены транзитной зоны и двинулись вглубь — в сторону массивных укрепленных многослойных ворот, ведущих внутрь города. Желанный вход для всех гостей Нидал-Турул. Там уже обреталась купчиха и еще несколько трусливых особей, которых так и не пустили внутрь. Подкуп тоже не помог.

Городские стены были выше укреплений нашей зоны, так что легко забраться наверх мы бы не смогли. Разве что придумать какие-нибудь уступы с помощью магии Камня. Но защитники бы точно не пустили нас просто так. Солнечные стражи дежурили наверху. Иногда они постреливали в мертвяков из стрел и Лучей Света, но без фанатизма. Видимо, хотели, чтобы мы сражались с упырями в первую очередь.

Вскоре все выжившие участники караванов и делегаций собрались подле врат. Внутрь нас не пропускали. Мы столпились на достаточно открытом пространстве. Упыри вовсю хозяйничали на стенах, спускались вниз и неслись на людей.

— И зачем мы бросили укрепления⁈ Нас здесь всех пожрут! — крикнул мне в гневе один из владельцев каравана.

— Боги не оставят нас в трудный час. Помолимся же, братья и сестры! — произнес я торжественно и смиренно. — СГИНЬ, ПОГАНЬ НЕЧИСТАЯ!

Моя пламенная речь совпала с активизацией прячущейся за таверной Лиетарис. Эльфийка разбила один из Туманных осколков. Я почуял очень слабый всплеск Темной магии, который было легко спутать с умениями мертвяков.

Как по команде все ближайшие упыри повернули в сторону таверны и понеслись к сокрытому проходу в стене. Стабильный поток нечисти прорывался в город, идя по следу из Туманных крошек.

— Свершилось! Боги явились на наш зов! — изобразил я святой жест.

Сгрудившиеся вокруг караванщики глазели на меня словно на мессию.

Мы продолжили отбиваться от наседающих упырей, но от прорывающихся осталась едва десятая часть. С таким натиском мы с союзниками могли справиться и на открытой местности. Основное упыриное войско двинулось в Нидал-Турул и принялось там резвиться. Лиетарис носилась в ночи бледной тенью, приманивая умертвий внутрь.

С той стороны стены, из города, начали доноситься крики и вопли. Солнечная стража вступила в сражение с мертвой ордой. Не так уж и много мертвяков туда успело пролезть, но они были сфокусированы в одном месте, а не растянуты по всему периметру крепостной стены, так что сражаться с ними было в разы сложнее. Когда на тебя несется один мертвяк и два десятка разом — это две большие разницы.

— Так и надо Солнечным подонкам, — сплюнула купчиха. — Заперли нас здесь, не пустили в город. Хуже нечисти!

— Не говорите так! — произнес я веско. — Солнечные эльфы защищают священный Нидал-Турул от врагов!

— Судя по крикам, так себе из них защитники, — хмыкнул другой караванщик.

— Именно поэтому мы должны сплотиться и помочь Солнечным братьям! — заявил я. — Негоже оставлять эльфов в беде. Таковы законы Гиблой Ночи — помогай ближнему своему, пусть у него и уши размером с ксарга. Поможем Солнечным!

Собравшиеся моего энтузиазма не разделяли, но мне было плевать. Я заколотил во врата и громко обратился к охранникам наверху:

— Мы готовы помочь справиться с нечистью! Впустите нас в город, и мы уничтожим всех упырей! Мы хотим защитить Нидал-Турул!

— Не велено! — рявкнули сверху грубо. — Сидите тихо и не мешайтесь. Без вас забот хватает!

Я сделал несколько попыток, однако они не увенчались успехом. Я осмотрел свое воинство, уже слегка потрепанное. Один из Воителей был серьезно ранен — им занимался дед Олбрахт, которому я тоже, разумеется адаптировал целебные печати. Остальных немного потрепало, но мы сохраняли боеспособность, поскольку бились не в полную силу. В глазах Ниуру продолжало гореть пламя.

— Как-то ведь мертвяки проникли за стену… За мной! — скомандовал я.

Мы двинулись по следам упыриного воинства, сметая заплутавших мертвяков на своем пути. Довольно быстро мы «нашли» пролом в стене. Я осмотрел проход при свете магического Светляка. К счастью, даже маскировать его особо не потребовалось. Упыри оставили множество следов от когтей на кладке, да и Лиетарис постаралась. С помощью отрубленной когтистой кисти мертвяка нанесла множество отметин на камне.

Словно бы нечисть сама пробилась через стену. Такое случалось редко. Обычно упыри предпочитали карабкаться или идти в обход. Иногда атаковали врата, поскольку они были тоньше стены. Но если оставить приманку в конкретном месте, то мертвяки могли стать довольно настырными.

Мы миновали проход и вышли в город. Повсюду валялись тела упырей с прожженными Светом грудинами, виднелись и павшие защитники. Видимо, они не справились с напором в узком месте. Местами кипели жаркие бои.

— Помогите Солнечным братьям! — выкрикнул я во всеуслышанье. — Во славу света!

Бойцы ринулись на мертвяков. Завязалась жестокая рубка. Я осторожно крался позади, прикрываясь щитом и держась рядом с Олбрахтом. Все-таки без магии я чувствовал себя уязвимым.

Один из валяющихся рядом гадов вдруг очухался и вцепился в мой сапог, прокусив укрепленную кожу. Я быстро рубанул зачарованным клинком и отсек твари голову. Пришлось еще дополнительно разжимать челюсть, поскольку отпускать мою ногу он не желал.

— Больно же, зараза. Олби, подлечи…

Пепел старый маг использовать не мог ради конспирации, так что использовался в качестве лекаря.

Мои бойцы пришли на помощь сражающимся, и вовремя. Некоторых Солнечных стражей почти смели, так что мы явились как нельзя кстати.

Выглядели защитники выспренно и колоритно. Изукрашенные витиеватыми узорами, позолотой и красной краской элегантные доспехи, которые смотрелись на стройных эльфах весьма эффектно. Изогнутые клинки с позументами на гардах и сложным тиснением на лезвиях. Настоящие сказочные эльфийские воители!

Вот только на упырей экипировка обороняющихся должного впечатления не производила. Только острая сталь и смертоносная магия сминали мертвяков. Нечисть боролась до последнего, не ведая страха. Ей было плевать на гибель других мертвяков и тот факт, что людей было заметно больше.

Я ходил по улицам города и отдавал приказы соратникам. Нам удалось спасти нескольких Солнечных стражей, коих зажали упыри. Еще часть раненых эльфов подлечил Олбрахт с помощью целебной магии. Правда, лишь раз нас поблагодарили, но я в обиде не остался.

Дальше через улицу от крепостной стены стояло массивное здание канцелярии инспекторов. Оттуда и шла едва уловимая Темная пульсация, приманивающая упырей. Врываться туда и искать артефакт я не стал. Подумаешь, чутка используют Темную магию? Я сам применяю Туман направо и налево. Кто не без греха, пусть первым бросит в меня золотым самородком.

Да и слишком много свидетелей бродило вокруг. Так что я продолжил играть роль благородного спасителя и борца с упырями. Лиетарис тоже присоединилась к нам, убрав древесную маскировку. Хоть сражались мы не в полную силу, но все равно оказали существенную помощь.

Вместе с нами через пролом на выручку явилось еще несколько храбрецов из разных караванов, хотя большая часть решила отсидеться в транзитной зоне, которая внезапно стала безопаснее городских улиц.

Я шастал по мостовой перед зданием канцелярии. Вокруг валялись тела как мертвяков, среди которых встречалось много звериных сущностей, так и трупы защитников.

В одном из погибших эльфов я с удивлением и злорадством узнал Ууринго! Голова эльфа была изуродована, но на уцелевшем участке лица все еще сохранилось хорошо знакомое мне чопорно-надменное выражение. Та самая физиономия, которая так и просила кирпича, даже после смерти.

Ууринго взял мое золото, но так ничего и не сделал в плане пропуска в город. И даже деньги не вернул. Кши! Вернулась карма к Солнечному кидале!

Хоть в душе я испытывал глубокое удовлетворение от свершившегося, на лице моем показалась скорбь и сожаление:

— О нет, они убили Ууринго! Вот сволочи!

Я бухнулся на колени рядом с телом эльфа и приподнял изуродованный труп, который еще хранил остатки тепла.

— Солнечный брат! Мы так хорошо вели дела вместе, но судьба-злодейка разлучила нас. Спи спокойно, ведь ты будешь отмщен. Все нечистые твари будут уничтожены! Кхорн Мьярдош дает слово! Страдания Солнечных братьев и сестер не будут забыты! — пустил я слезу, после чего прикрыл веки на остекленевших глазах Ууринго.

— Хоран, переигрываешь… — хмыкнула подошедшая Ульдантэ.

— Да? Надо будет поучиться актерскому мастерству на досуге… — пробормотал я и опустил истерзанное тело Солнечного эльфа.

Постепенно сражение затихало. Основной костяк упырей был разбит. Мертвяки поделились на мелкие группы, с которыми эльфы справлялись и сами. Мы бились до последнего, помогая защитникам и исцеляя раненых.

Лучи Света влетали в упырей со стен и крыш домов. Несколько раз я даже видел скрещение лучей. Местные использовали какой-то особый хрусталь. Минерал, правда, держался недолго — его хватало на одну-две атаки. Но за это время усиленный луч успевал прожечь нескольких мертвяков.

Жалкая подделка при неповторимом оригинале — Лучезарном маге! Вот сниму проклятье, и Солнечные изойдут черной завистью.

В целом оборона Нидал-Турула была налажена на совесть. Эльфы сражались достойно. Одаренных среди Солнечной стражи тоже было достаточно. Если бы они бились по обычному распорядку и уничтожали малые группки нечисти со стен, думаю, жертв было бы меньше. Что ж, карма вернулась к ушастым человеконенавистникам, и это не могло не радовать.

Наверное, героический рыцарь в сверкающих доспехах стремился бы помирить людей и эльфов неким благородным способом, но Хоран Мрадиш имел собственные методы примирения недружественных рас.

— Мьярдош? — обратился ко мне эльф в еще более вычурных доспехах, чем остальные. Офицер, скорее всего. — Хоть вам и не следовало заходить в город, вы проявили себя более чем достойно. Для людей. Наверное, потому что в вашем караване много эльфов, — добавил страж. — В любом случае от лица Солнечной стражи выражаем благодарность. Если бы все люди были столь бескорыстны и благородны как вы, быть может, мы бы давно нашли с ними общий язык…

— Для меня в радость оказать поддержку ближнему. Я всегда восхищался Солнечными эльфами. Рад, что смог оказаться полезен!

— Ваше участие не останется без внимания, — кивнул офицер и принялся раздавать указания. — Добиваем мертвяков! Сжигаем тела! Не расслабляться. Они еще могут доставить проблемы…

Долгая и напряженная Гиблая Ночь плавно окончилась. Остатки мертвяков зачистили, в том числе и в транзитной зоне. Солнечные стражи быстро нашли лаз в каменной стене, истыканный когтями упырей. Нас туда не допускали, место оцепили. Но вроде бы сильных подозрений насчет искусственности прохода у них не возникло.

Мы же вернулись в таверну, где разместили и раненых из караванов. Дед Олбрахт еще долго сидел и возился с ними, кастуя целебные печати. Я же только нашим помог втихую, уединившись с ранеными в номере. А затем завалился спать с чистой совестью.

На удивление удалось обойтись без жертв среди наших. Только одного Воителя и Юджина сильно потрепало, остальные отделались повреждениями разной степени тяжести. Красный эльф попался на пути сразу троих мертвяков и лишь чудом сумел улизнуть. Живучий же Юджин парень.

Ульдантэ откусили мизинец на левой руке, но то мелочи на фоне прошедшей бойни. Палец мертвяк сразу проглотил, так что восстановить повреждение сходу не удалось. Придется отращивать с помощью Высшего Восстановления.

За черной ночью наступило пронзительно-светлое утро. Город оживал и приходил в себя. В транзитной зоне гости тоже праздновали свое чудесное спасение. Боги пришли на помощь и отвадили от них орду мертвяков, пустив на эльфов.

Нескольких караванщиков, и нас в том числе пригласили на торжественное мероприятие, которое проходило ближе к полудню на центральной площади Нидал-Турул. В сопровождении Солнечных стражей нас отвели к месту проведения. Мы немного нервничали, поскольку сопровождающие ничего не говорили. А ну как нас ведут на эшафот, поскольку каким-то образом прознали про лаз.

Однако на площади отмечали прошедшую Гиблую Ночь. Чествовали героев, отмечали отличившихся и поминали павших. С трибун вещали капитан Солнечной стражи, ректор канцелярии инспекторов и мэр Нидал-Турул. Последней оказалась пожилая Солнечная эльфийка, чьи волосы утратили желтоватый блеск, покорившись благородной седине. Платье мэра состояло из мириадов слоев и кружев, делая ее похожей на луковицу.

Жители собрались, чтобы почтить память защитников. Столько Солнечных эльфов в одном месте я видел впервые! Одаренных среди стражи тоже было достаточно. Вот бы их запрячь в Солнечные расчеты — такую бы армию отгрохал.

Витиеватые речи эльфов лились нескончаемым потоком. Ниуру спала стоя, да и я тоже начал клевать носом, потеряв нить повествования.

Наконец речь дошла и до нас.

— На этот раз гости города проявили себя должным образом, хоть от людей такого ждать и не приходится. Несколько караванов проявили недюжинный энтузиазм в борьбе с нечистью. Солнечная стража, разумеется, справилась бы и без их помощи, но эльфы знают, что такое благодарность. Все, кто искренне помогал отражать натиск, заслуживают поощрения!

Сначала вызвали нескольких делегатов и караванщиков, которые неохотно ринулись следом за нами. Их наградили серебряными пропусками. Затем позвали и нас:

— Досточтимый Кхорн Мьярдош оказал городу неоценимую услугу. Истинный борец с нечистью и друг Солнечных эльфов. За свои подвиги странствующий торговец награждается золотым пропуском в Белые Пещеры. Пусть твои товары пользуются спросом, человеческий купец!

— Покорнейше благодарю! — с лучезарной улыбкой принял я заветный трофей. — У Кхорна Мьярдоша лучшие товары на всем Шимтране! Рад, что смог помочь дорогим жителям Нидал-Турул. Люди и эльфы сражались вместе, и в этом крылась наша сила! Поэтому не стоит разъединять гостей города со стражей и держать их в транзитной зоне. Вместе обороняться намного проще!

— Мы подумаем над вашими предложениями, сударь Мьярдош, — дежурно улыбнулась старая эльфийка. — Возможно, людям стоит иногда давать второй шанс…

Вряд ли что-то действительно изменится, но я старался. Мы отошли в сторонку, и слово перешло к другим участникам событий минувшей ночи. Нас оставили в покое.

— Каждый раз поражаюсь, как можно принимать почести с честным лицом после содеянного, — закатила глаза Лиетарис.

— Ничего, ты тоже научишься. Еще один великий подвиг Резонансного мага, примирителя людей и Солнечных эльфов, кши-шиуш! — издал я короткий смешок. — Лейна бы мной гордилась.

Торжественное чествование героев и поминовение павших и не думали заканчиваться. Солнечные эльфы любили витиеватую, выспренную и долгую манеру общения. Каждый считал своим долгом высказаться по поводу погибших, насчет дерзкого прорыва упырей и храбрости обороняющихся.

У почивших стражников имелся целый вагон родственников, и многие из них слали с трибун слова поддержки и хвалили защитника города. Я об этом раньше особо не думал, но если так посудить, то эльфы жили в разы дольше людей. Зависело от вида эльфов, конечно. Но лет двести-триста они спокойно вели насыщенную жизнь.

За столетия у ушастых рождались дети, появлялись внуки, правнуки, праправнуки и так далее. Семейное древо становилось дико ветвистым и запутанным. Подчас они сами не знали, что являются родственниками в каком-то поколении. В Белых Пещерах говорили, что все Солнечные эльфы — родственники, произошедшие из единого источника.

Тем же Красным, Высоким и Лунным эльфам жилось тяжелее. На Солнечных тоже устраивали набеги, но благодаря пещерам и подземным убежищам они были надежно защищены от вторжений извне.

Если бы ушастые размножались со скоростью людей, давно бы доросли до весьма грозной силы по меркам Шимтрана. Нидал-Турул ведь считался достаточно крупным городом Белых Пещер, но мне он таковым не показался. Нирдхолд явно больше и населеннее.

Нудное мероприятие грозило затянуться до ночи, так что мы по-тихому свалили с этого праздника жизни. Я не горел желанием оставаться здесь дольше положенного. У нас есть конкретная цель — это Радужные эльфы. Необходимо вытащить их отсюда и можно сразу возвращаться в Нирдхолд. Дома меня ждало множество дел.

Немного переживал, как там Лейна поживает. Все-таки Гиблая Ночь — это непростое испытание для города. А особенно если учесть, что за мной охотился ахейский Мастер Плоти. Но я в достаточной степени укрепил обороноспособность Вольных Городов: усилил магов и понастроил метателей Гнева Ниуру. У ученицы имелось множество компетентных командиров под рукой. Должны справиться.

Нидал-Турул наполовину выступал террасами на склоны хребта, наполовину был скрыт в глубинах подгорных пещер. Снаружи росли различные культуры, которым требовалось солнце. Тем не менее, Белые Пещеры импортировали многие товары: специи, чай, сахар и многое другое, что не способно вырасти под толщей скал.

Ночь выдалась непростой, так что мы решили задержаться еще на день и как следует отдохнуть. Вторую половину дня же посвятили сбору информации и знакомству с местным бытом.

Побывали в том числе и в кузнечном квартале, который приносил местным хороший доход. На экспорт в основном шли самоцветы, металлы и изделия из них. Белые Пещеры были пронизаны сетями шахт и проходов. Не удивительно, что они натыкались на ценные руды периодически. Здесь, к слову, можно было даже платину достать по умеренным ценам. Золотой пропуск должен нам в этом помочь. Ульдантэ была заинтересована в распространении Жезлов Неподчинения.

Эльфийские кузнецы славились своим качеством и стабильностью. Некоторые ушастые умельцы отрабатывали навыки ковки десятки и даже сотни лет. Человек в этом плане не мог с ними сравниться. Горунгские мастера остро конкурировали с Солнечными.

Раз в опыте соревноваться с эльфами людям было сложно, они пошли другим путем. Придумывали новые виды оружия, доспехов и других изделий. Изобретали разные ухищрения и приспособления, автоматизировали рутинные процессы. В общем, старались продвигать новые товары на рынок, благодаря чему и поддерживали спрос. Эльфы терпеливо ждали, иногда столетиями. Если новинка приживалась, то они старались перенять, украсть или подделать людскую технологию, после чего за века доводили до идеала.

Хочешь качественную, но стандартную вещь — тебе к эльфам. Хочешь чего-то современного и уникального — к людям.

Плюс ко всему добавлялась политика. Белые Пещеры издавна враждовали с Арконом. Солнечный Князь издал указ о запрете торговых отношений со святошами. Так что Горунг охотно занял эту нишу и поставлял различные изделия соседям.

Сложно было сказать насчет масштабов производства и продаж. Все же речь шла не о полной глобализации с международным разделением труда. Подозреваю, что Тардис до этого еще не дорос. Большую часть изделий в разных государствах ковали местные кузнецы. На экспорт шли поставки для элитной экипировки и предметов роскоши.

Аналогично и с едой. Везде питались в основном тем, что росло на местах. Если поставки еды обрубить полностью, государство выживет.

Мы побывали в тавернах, посмотрели что продается в уличных забегаловках, так что сполна ознакомились с Солнечной кухней. Весьма странной, надо отметить. Единственные, кто уминал за обе щеки — это гоблины. Для них жизнь в пещерах была привычна. Да Ульдантэ с большим аппетитом поедала местные гастрономические шедевры.

Белые Пещеры в основном питались грибами, мхом, слизнями, подземным рисом и пещерными водорослями. Я в целом не был предвзят в плане еды. У нас тоже жрали разных гадов.

— Рулетики со слизнями и мхом в кисло-сладком соусе! — подала нам остроухая официантка в одной из таверн.

Я с любопытством осмотрел фирменное блюдо Белых Пещер и поковырял вилкой. В широкий лист темно-зеленых пещерных водорослей был завернут комок из бурого подземного риса, который больше походил по виду и вкусу на булгур или перловку. Внутри риса нашлась начинка из жареных слизней и хрустящего мха в прияном соусе. Рулет был порезан на небольшие порционные куски.

— Кши, да это же подземные роллы! — восхитился я. — Вот тебе и эльфы-затейники!

Вкус был специфическим, но в целом приятным. Ниуру с Юджиным не могли смириться с таким пропитанием. Думаю, Красная со временем привыкнет. Она ведь считала себя гуру кулинарии, и пройти мимо экзотической кухни не могла. Поворчит, да сама начнет лепить эльфийские роллы.

Грибное пиво здесь подавали каким-то разбавленным что ли, но за неимением нормального пойдет и такое пойло.

Мы прошвырнулись по подгорной части Нидал-Турул. Поселение производило впечатление! Над головой нависал тяжелый скалистый свод. Город был основан в обширной естественной пещере, но со временем разросся.

Виднелись и искусственные проходы. Большая часть жилищ была выдолблена в камне. Разве что в естественных пещерах оставались традиционные дома, сложенные из каменных блоков.

Повсюду виднелись выточенные каменные колонны, поддерживающие потолок. Солнечные эльфы опасались того, что свод может обрушиться, что не раз с ними происходило, так что внимательно следили за этим делом.

Поначалу мы ощущали себя слегка непривычно, но чем дольше мы находились в подгорном городе, тем более неуютно нам становилось. Люди и эльфы росли под открытым небом. Грубые своды нас несколько угнетали.

По крайней мере, с освещением здесь проблем не возникало. Мы своими глазами убедились, почему Пещеры звались именно Белыми. Снизу исходили потоки света. Магический фон был серьезно сдвинут в сторону спектров стихии Света, так что лучи образовывались повсюду. Волшебный свет словно бы лился из-под земли.

Порой лучи света клубились и соединялись вместе, становясь похожими на светящиеся туманные линии. Вели себя не как привычный нам свет, а больше походили на дым или газ. Если махнуть рукой, можно было даже временно изменить траекторию движения волшебного сгустка, но затем он возвращался на место.

Благодаря данной аномалии Нидал-Турул имел отличное освещение. Не идеальное, поскольку природа не терпит постоянства. Какие-то участки были освещены отлично, некоторые не очень, в других царил полумрак.

Тем не менее, Белые Пещеры производили благоприятное впечатление. Особенно на тех, кто впервые ступил под эти лучащиеся светом своды. Неплохо устроились с одной стороны — на освещении экономят. С другой, жить без настоящего света все равно непросто.

Посетили и невольничий рынок. В Белых Пещерах было запрещено торговать соплеменниками, так что Солнечных эльфов в ошейниках не наблюдалось. Хорошо хоть к приезжим купцам претензий не предъявляли, а то я таскал с собой пару Солнечных проводников в качестве слуг.

Эльфов разных видов на рынке встречалось достаточно. Особенно ценились Земляные и Водные. Через Белые Пещеры протекала подземная река, как мне было известно, но во многие поселения вода не поступала. Ну а Земляные эльфы прокладывали новые ходы и обустраивали дома. Красные эльфы тоже высоко ценились в кузнечном и рудном деле.

Людей в наличии было прилично. Особенно арконцев — их Солнечные захватывали в плен во время набегов. Людей использовали в качестве чернорабочих. Магов, само собой, использовали охотно.

— А что же Радужных ни одного в продаже нет? — вопросил я у одного коллеги-работорговца — Солнечного эльфа.

— Все Радужные на контроле у его сиятельства Великого Князя! — ответствовал купец, чьим роскошным золотистым локонам позавидовали бы модные дивы.

— Князь их случаем не продает?

На меня поглядели как на мусор. Хотя это традиционный взгляд у Солнечного эльфа при виде человека.

— Хоть вы и добились золотого пропуска, вряд ли добьетесь аудиенции у Великого Князя, — выдал делец с апломбом. — Его сиятельство не продает Радужных. Только дарит приближенным или ценным союзникам.

— Даже в обмен на что-нибудь крайне ценное? Например, на великие артефакты?

— Способны ли великие артефакты продлить жизнь? — скептически хмыкнул Солнечный.

— Пока нет… — качнул я головой.

— Тогда вы ничего стоящего Великому Князю предложить не сможете. Ибо нет ничего более ценного, чем жизнь!

— Разве что жизни некоторых измеряются считанными монетами, — поглядел я в сторону рабов.

— Само собой, товара это не касается. И чем ближе ты к Колесу Перерождения, тем больше ценишь жизнь. А Великий Князь стар. Никто и не помнит точно, сколько он уже правит. Радужные эльфы для него ценнее всех остальных Белых Пещер…

В тоне эльфа слышалось скрытое недовольство. Похоже, Великого Князя тут не особо любили. Надоел им старый правитель, который все не желает отходить в мир иной. Учитывая, что правит он не первое столетие и постоянно продлевает себе жизнь, наверное, никто из ныне живущих и не знавал времен до него. Как среди Солнечных подданных, так и среди остальных.

Возможно, Великий Князь — самое древнее существо на всем Тардисе. Из разумных смертных, по крайней мере.

— Жаль. На Радужных можно было бы сделать целое состояние, — повздыхал я с грустью. — В любом случае, кого посоветуете?

Я немного пообщался с работорговцем, выудив из него массу полезных сведений. Брать никого не стал, поскольку не видел в этом большого смысла.

Кшанти продолжила дрессировать Гоблинов Истока. Коротышки уже начали выполнять простые поручения, повинуясь приказам. Так что их можно будет пристроить достаточно выгодно, как мне казалось.

На следующее утро караван Кхорна Мьярдоша выступил в путь. Из Нидал-Турул расходилось несколько главных дорог-тоннелей. Мы двинулись по основному западному тракту, который шел к столице Белых Пещер — Арде-Лотар. Знаменитый подгорный город, считающийся жемчужиной Солнечных эльфов.

Мякотка и второй наш гурд легко катили пошарпанные повозки с живым товаром внутри. Сидеть на козлах оказалось несколько дискомфортно. Даже главные тоннели между городами делались не сильно высокими. Постоянно казалось, что еще немного, и ты заденешь лысиной потолок.

Зато ширины прохода было более чем достаточно, чтобы две повозки разъехались. Да и само полотно оказалось довольно ровным. Фургоны катили по отполированному камню практически не подпрыгивая. Не хуже, чем мои новые дороги в Пустошах.

— Погоди, так ты не в курсе, где находится Радужная ферма? — вопросил я у Квандиила.

— Знаю только, что недалеко от столицы, — ответил слуга. — Я выбрался, спрятавшись в пустом ящике из-под провизии, и почти ничего не видел. Тоннели ведь все одинаковые… Но Радужных эльфов держали в одной из естественных пещер с особой текстурой камня и голубыми сталактитами. Если увижу похожий узор где-то рядом, сразу узнаю!

— И вы тоже не в курсе? — уточнил я у проводников.

— Великий Князь держит местоположение фермы в большом секрете, — пояснил Солнечный. — Известно, что туда допускаются к службе только элитные Солнечные Стражи, доказавшие свою преданность Князю.

— Т-ц, придется искать Радужных самому, — скривился я и вгляделся в контуры столичного тракта.

Подгорный проход вился в толще скал, то сменяясь заковыристыми естественными пещерами, то превращаясь в идеально ровный искусственный тоннель, прорубленный одаренными. Свет струился повсюду, местами то затухая, то разгораясь. На некоторых участках было светлее, чем днем под открытым небом, в других стояли сумерки.

Наверху шли две ровные борозды, в которых струился свет. Да и на стенах шли повторяющиеся узоры, которые соединялись со светопроводами сверху. Поначалу я думал, что это нечто вроде освещения для тракта, но уж больно много сил местные затратили на эти ровные прорези и орнамент. В нем мне почудились контуры некоего заклинания. Да и без борозд тоннели оставались достаточно светлыми.

— Для чего эти узоры? — вопросил я.

— Говорят, сигнальная световая сеть, — задумчиво протянул один из проводников.

— И как она работает? — протянул я с толикой удивления.

— Если кто-то попытается пробуриться в Белые Пещеры с поверхности и нарушит световой контур, сигнал пойдет дальше. В наблюдательном пункте это увидят и сразу пришлют наряд Солнечной Стражи для проверки. Так что лучше лишний раз световые линии не трогать, — пояснил один из местных.

— Предусмотрительно. Квандиил, на радужной ферме тоже есть такие борозды?

— Часто встречаются, — кивнул полу-Радужный эльф.

— М-да, и подкопаться будет непросто.

— Думаю, я знаю пару мест, где можно проложить проход, не потревожив сигнальную сеть, — задумчиво протянул Квандиил. — Но необходимо попасть точно в нужное место.

— Твои сородичи согласятся на побег? Пойдут ли за нами? — уточнила Дзартен.

— Конечно! Почему нет? — удивился вопросу Квандиил.

— Если долго сидеть в заточении и не знать иного уклада, можно решить, что это и есть лучшая жизнь, — заявила Ночная эльфийка со знанием дела. — Я встречала таких пленников.

— Домовой? — припомнил я слугу Дзартен.

Кшанти поджала губы. Как будто бы упоминание Домового было для нее неприятным. Возможно, она действительно переживала потерю близкого — острее, чем показывала это внешне.

— Насчет настроений Радужных… У нас много молодежи, поскольку до престарелого возраста мало кто доживает, — скривился Квандиил. — Кроме вождя Акмельда. Глава действительно очень стар — его не использовали в ритуалах, позволяя руководить поселением. Не уверен, согласится ли он на побег. Молодежь же всегда была настроена враждебно к Солнечным. Мы мечтали выбраться во внешний мир и хотя бы раз увидеть солнце. Жаль, что это удалось немногим.

— Занятно. Но сначала надо бы найти эту вашу Радужную ферму, — кивнул я.

— Здесь вам не поверхность, — хмыкнул один из Солнечных. — Поселение может находиться не только вокруг вас, но выше или в глубине. Без точного направления искать замучаешься.

— Понастроили лабиринтов подгорных… Какие вы Солнечные эльфы вообще? Копаете шахты словно гномы, жрете слизней и грибное пиво будто Темные эльфы. Все у вас не как у людей!

— Так мы и не люди…

— Белые Пещеры — источник Света. Здесь Солнечные эльфы зародились! — возразили на мою скорее риторическую тираду.

— Источник Света? — всполошился я внезапно и хлопнул себя по лбу. — Вот балбес!

— Я тебе это всегда твердила, — фыркнула Ниуру.

— Что такое? — уточнила Ульдантэ деловито.

— В Пещерах я смогу провести расчеты Светового спектра. Если все получится, то мы сможем повторить местную магию. Запитать заклинание Света от фонового излучения Тардиса. А ведь стихию Льда мы уже освоили. Представляете, чем это грозит?

— Ты собираешься воплотить Лучезарного мага в артефактах? — нахмурилась Кшанти.

— Звучит… интригующе, — почесал спутанную бороду дед Олбрахт.

— Если ты сможешь повторить скрещенные лучи с помощью Призмы и понаставить везде излучателей… Нирдхолд превратится в неприступную крепость! — продолжила Дзартен. — Это ужасное оружие!

— Благодарю за комплимент. Будем работать в данном направлении. Вся мощь Солнца будет лежать в моих руках! Кши-ши-ши-уш!

Мой злодейский смех эхом разнесся по пустующим проходам столичного тракта.

Время в Белых Пещерах текло очень странно. Ты быстро терялся и не понимал, какое сейчас время суток. Поначалу мы еще помнили примерно о том, когда должна наступить ночь, но спустя пару дней пути стали путаться. Если бы не единственные в караване механические часы, мы бы точно заблудились в лабиринте времени.

В дороге нам встречались небольшие поселения и подземные деревни. Жизнь здесь была устроена чуть иначе, чем на поверхности. Настолько огромной угрозы монстров и мертвяков не было. Стены строить тоже не требовалось, поскольку проживали здесь в узких проходах и пещерах. Просто оградить входы высокой стеной, и это надежно удержит большую часть врагов.

В глубинах Белых Пещер обитали Саламандры Бездны, как их прозвали. Плюс встречались племена Скрытных Гоблинов. Последние обладали весьма любопытной способностью, которая их отчасти роднила с Безликими Эльфами. Только гоблины не становились полностью невидимыми. Они меняли окрас шкуры под окружение. Гоблины-хамелеоны, в общем.

Большой опасности Скрытные Гоблины для поселений не представляли, но могли атаковать одиноких путников на тракте. Их хрен заметишь в полутемных уголках пещер и тоннелей, плохо освещенных фоновым сиянием. Нас, слава Мякотке, они не доставали. Видимо, предпочитали не связываться с крупными караванами.

А вот набеги Саламандр Бездны порой происходили, если верить слухам от Солнечных эльфов. Монстры владели способностями стихии Камня, так что могли прокапывать ходы и уничтожать прочные защитные стены.

В Белых Пещерах оставалось множество ответвлений естественных пещер, старых заброшенных шахт и исчезнувших поселений. Проходы старались заделывать, но Саламандры Бездны могли за короткий срок пробуриться через преграду словно грызуны сквозь деревянный настил.

Так что идеальной защитной системы создать не вышло. Белые Пещеры напоминали сыр со множеством дырок и тоннелей. Никто досконально не знал, где откроется новый проход в глубины скалистых пещер.

Тем не менее, в Белых Пещерах было безопаснее, чем на поверхности. Прорывы монстров случались редко, Гиблые Ночи проходили легче. Хотя я бы не променял дуновение свежего ветерка и обволакивающие лучи солнца на блеклое свечение подгорных источников, могильную тишину пещер и единообразные серые дни.

По этой причине Солнечные эльфы чувствовали себя достаточно вольготно. Захватить Белые Пещеры сложно, естественных врагов мало. Ушастые смогли прилично размножиться и усилиться. Настолько, что Белые Пещеры ставили наравне с людскими королевствами или Сумеречным Лесом.

Единственный встреченный мной одиночный вид эльфов, который сумел построить собственную государственность и отстоять свое место под солнцем. Ночные все же полагались на силу Земляных и Каменных эльфов. В одиночку бы они не сдюжили. Так что Солнечные в какой-то степени молодцы.

Под землей на влажных участках встречались заросли густого мха. Ими питались зверюшки небольших размеров, которых в пищу употребляли уже хищные обитатели пещер. Настоящая работающая подземная экосистема. Без магии тут, конечно, не обошлось. Сомневаюсь, что подобное многообразие крупных животных форм способно существовать в наших обычных пещерах.

К вечеру мы достигли Кирде-Нзар — могучей подземной реки, что несла свои воды с восточных горных склонов далеко на запад, к морю. Проходила через все Белые Пещеры и считалась основной водной артерией. Судоходной, между прочим.

Наверное, Белые Пещеры можно было в какой-то степени сравнить с Египтом и Нилом. Основная жизнь кипела как раз возле Кирде-Нзар. Здесь находились крупнейшие поселения, включая столицу Арде-Лотар.

Несмотря на это водные артефакты Мрадиша здесь скупали охотно. Как для удаленных поселений и шахтерских поселков, где были проблемы с водой, так и богачи желали приобрести себе новомодную игрушку. Все шло в карман Хорану Мрадишу!

В поселении нас встретили без особой теплоты. К людям здесь относились с презрением. Лишь золотой пропуск кое-как примирял местных с нашим присутствием и давал возможность посещать любые города.

Золотистое свечение из недр проникало и в местах речного русла. Когда караван впервые выехал на берег Кирде-Нзар, мы замерли от восхищения и несколько минут просто любовались красотой. Разноцветные переливы, отблески и поднимающиеся ввысь лучевые сгустки под мерные звуки текущей воды убаюкивали и завораживали. Казалось, яркий радостный свет танцует в подгорной симфонии в паре с непокорной мрачной речной змеей. Шикарное зрелище.

Мы попытались собрать хоть какую-то информацию, в том числе и окольными путями, но про Радужную ферму никто ничего толком не знал. Только досужие сплетни и домыслы.

Поэтому на следующее утро мы продолжили путь в сторону столицы Солнечных эльфов. В одном показания сходились — ферма располагалась где-то поблизости от Арде-Лотар.

В дороге посмотрели и на местные фермы. От могучей Кирде-Нзар словно вены расходились тоненькие каналы, благодаря которым росли подземные культуры — особый вид съедобного мха, водоросли и подгорный рис. Которыми Солнечные эльфы в основном и кормились.

В общем, выглядели местные особенности весьма колоритно. Если бы сюда пускали туристов и купцов, то Белые Пещеры могли привлечь внимание гостей со всех материков Тардиса, но эльфийские снобы использовали приехавших в качестве мясного щита. Отсталое племя!

Мяса и белка в их рационе было маловато. Да и отсутствие солнечного света сказывалось. Так что Солнечные эльфы из бедных слоев выглядели тощими и бледными. Да, здесь тоже встречались как зажиточные жители, так и совсем пропащие.

— Смотри, тут даже бездомные встречаются, — мотнул я головой в сторону потрепанного эльфа, привалившегося к стене пещеры.

— Подобное немыслимо для Высокого эльфа, — вздернула подбородок Лиетарис. — Высокие эльфы живут большой и дружной общиной. Если у кого-то возникает большая нужда — построить жилище, например, то мы трудимся сообща!

— Это все тлетворное влияние людей, с которыми Солнечные слишком много общались, — хмыкнула Кшанти.

— Еще скажи, что Ночные эльфы заботятся о низших, — фыркнул я.

— Так то низшие, — пожала она плечами.

— Думаю, если бы Высокие эльфы от полудиких племен доросли до нормального государства, ваше общество тоже бы изменилось, — выдал я Лие. — Это естественный процесс.

— Вот только люди так и не дали нам возвыситься… — обронила она.

— Так зови родню в Нирдхолд! — махнул я рукой. — Организуем им переезд быстренько.

Брюнетка взглянула на меня с подозрением:

— Тебе просто нужно больше бойцов, чтобы справиться с ахейцами и другими угрозами.

— Одно другому не мешает, кши!

Пещеры и тоннели слились в один большой бесконечный полутемный клубок. Мы миновали несколько поселений, ферм и деревень разных размеров. Тракт петлял, то расширяясь, то сужаясь. Часто шел вдоль реки, так что проблем с питьевой водой у путешественников не возникало.

В теории мы могли бы обратиться к небольшим баржам, курсирующим по Кирде-Нзар, но решили собрать побольше информации в пути. Что оказалось гиблой затеей. Лучше бы пару дней сэкономили на дороге.

Спустя три дня подгорных блужданий мы наконец достигли Арде-Лотар. Встретили нас мощные ряды каменных укреплений. Несколько толстенных защитных стен перекрывали любых подходы в столицу. Сигнальные световые сети шли повсюду. Проходы, полы и потолки были ими усеяны. Стоило кому-то нарушить целостность периметра, как сразу же туда слеталась вся столичная рать.

Золотой пропуск не произвел впечатления на Солнечную стражу, так что досматривали нас с большим пристрастием. Все артефакты хранения перетряхнули, фургоны досмотрели и ауры чуть ли не через лупу проверили. Я даже запереживал слегка — вдруг Туманная маскировка не справится? Солнечные держали нескольких магов на пунктах досмотра. Между прочим, не только рабов, но и свободных одаренных. Чародеи могли неплохо устроиться в Белых Пещерах. Все-таки люди обладали универсальной магией, так что везде могли пригодиться.

К счастью, ничего запрещенного мы не везли. Вопросы возникли ко все той же сетчатой серебряной сети-заготовке и к гоблинам. Пришлось мне применить все свое мастерство работорговца и навыки красноречия, чтобы убедить местных в эффективности гоблинов в качестве рабочих.

Кирлох в качестве демонстрации выполнила несколько простых команд и разломала валун Вибрационной магией. В итоге нам выдали разрешение на въезд в город, настрого запретив снимать ошейники с гоблинов.

Арде-Лотар сразу притягивал внимание. Столица располагалась в огромной сети связанных друг с другом пещер, через которые протекала река. Массивные каменные колонны поддерживали свод, не давая ему рухнуть вниз.

Основная пещера имела вполне приличную высоту — с многоэтажное здание. Именно здесь располагались все элитные здания, включая дворец Великого Князя. Строение считалось богатым, если оно построено традиционным образом в открытой пещере. Бедняки долбили себе проходы и жилища в скальной породе на окраинах.

Во внутренний город каждого встречного не пускали. Даже купцы с золотым пропуском должны заслужить право посетить верхний квартал и дворцовую резиденцию. Вся жизнь, впрочем, кипела в других пещерах, в том числе и торговая, но нам требовалось как-то собирать информацию.

Бродить по окружающим пещерам и сканировать магией — гиблая затея. Если мы наткнемся на Ферму, то разве что случайно. Может Квандиил узнает знакомую породу. Надо будет попробовать покататься по округе на досуге.

Пока же мы начали обживаться в Арде-Лотар — великом подземном городе Солнечных эльфов. Эльфов, что спрятались от солнца в самые глубины. Иронично в каком-то роде.

Столица изобиловала участками с могучим фоновым излучением, которое преобразовывалось в основном в стихию Света. Я изучал все подобные места и составлял таблицу спектров. Сходу не получилось сформировать единое уравнение по преобразованию фоновой энергии в нужный спектр. Но я ощущал, что разгадка близка. Достаточно собрать побольше данных, и можно будет рассчитать в достаточном приближении.

— Долго ты возишься. Со Льдом и Землей справился быстрее, — подметила Ниуру, когда я заприметил очередной необычный источник, бьющий из-под земли.

— Свет оказался сложнее и многограннее. Но обычный Светляк я уже сейчас могу запитать от фоновой энергии.

— Светляк нам особо не поможет, — хмыкнула Красная скептически.

— Сильно поможет! Представь, если в Нирдхолде появится доступное постоянное освещение. В домах, на мануфактурах, на улицах. Можно будет работать спокойно в несколько смен при хорошем освещении. Рабочие должны пахать и после захода солнца!

— Для тебя рабочие и рабы — одно и то же? — приподняла бровь Лиетарис.

— Главное, чтобы работу делали, а в каком статусе — меня не волнует! — махнул я рукой. — Кстати, о насущном — о рабах, то бишь. Надо пообщаться с коллегами-работорговцами. Вдруг кто-то из них в курсе, где можно купить Радужного эльфа?

Они оставили Хорана заниматься магическими изысканиями, выдвинувшись из постоялого двора в город. Гостиница находилась внутри скальных пород. Достаточно просторные комнаты, коридоры и каменные лестницы производили приятное впечатление. Ульдантэ мечтала снова увидеть солнце, но приходилось довольствоваться свечением из недр.

Блеклые лучи магического света проникали через каменный пол, наполняя номера тусклым свечением. Будто находишься рядом с костром или возле включенного ночника. Ниуру жаловалась на то, что ей сложно засыпать не в полной темноте, но Ульдантэ нравилось легкое освещение. Ей даже казалось, что источаемый из недр свет был родственен сиянию Кайи, коим питались Лунные эльфы.

Дальние номера не имели окон, но Хоран раскошелился и снял комнаты с окнами, выходящими в одну из многочисленных пещер Арде-Лотар. Оттуда открывался фантастический вид на подземную столицу Солнечных эльфов, утопающую в изысканных строениях, поросших мхом сталактитах и извивающихся сгустках света.

Двое Воителей-нирдхолдцев и Мякотка составили им компанию. Лиетарис во время привалов давала бойцам уроки фехтования. Высокая эльфийка отзывалась о Воителях в положительном ключе. Они знали, с какого края браться за зачарованный клинок.

На всех них висела Туманная завеса Мрадиша, которая скрывала их дар, так что остальные видели в них обычных охранников, рабов и гурдов. За исключением Лиетарис. Ей Хоран просто приглушил дар до более низкого ранга. Совсем без одаренных уважающий себя работорговец не стал бы путешествовать.

Арде-Лотар являлся городом контрастов. Существовали и так называемые трущобы. Бедняки селились в старых заброшенных проходах и давно выработанных шахтах. На улицах встречались попрошайки и Солнечные эльфы явно криминального вида.

Впрочем, большая часть столицы являлась вполне безопасным местом. Это ведь не людской город. Они передвигались без всяких препон. Разве что раз их остановил патруль Солнечной стражи, и им пришлось предъявлять бумаги.

Как Ульдантэ и предполагала, книжных лавок у Солнечных эльфов было мало. Но все-таки в столице имелось несколько специализированных магазинчиков, так что поход не прошел зря. Первая лавка оказалась скорее магазином канцелярских товаров для писарей и учеников со скудной горсткой художественных книг. Что любопытно — преимущественно копий людской литературы. Солнечные эльфы не имели тяги к писательству, видимо.

Им посоветовали сразу сходить в главную книжную лавку Арде-Лотар, что находилась близ аристократического квартала. К счастью, вход в магазинчик был доступен для всех, а не только для избранных.

Ульдантэ со все нарастающим нетерпением направила отряд к элитной лавке. Ей хотелось поскорее окунуться в интересную историю. Либо самой стать частью этой истории, но Хоран с остальными пока что топтались на месте.

Заведение примыкало вплотную к дворцовой пещере, где находились особняки аристократии и главный дворцовый комплекс Великого Князя. Гурдов оставили в специализированной гурдюшне поблизости. Мякотка без особого удовольствия жевала хрустящий подземный мох. Поначалу ей новое лакомство понравилось, но затем гурдиха вернулась к старым привычкам — выпрашивала исключительно самую мякоть очищенных фруктов, оправдывая свое имя.

Элитная лавка внутри не произвела особого впечатления на Ульдантэ. В Нуэзоре ей встречались и более роскошные заведения с куда большим выбором. Однако оформление выглядело любопытно. Вроде бы Ролантэ заказывала какие-то труды из Белых Пещер. Не исключено, что здесь Ульдантэ сможет отыскать что-то поистине необычное и экзотичное.

Эльфийка довольно вдохнула, зайдя в лавку. Здесь пахло папирусом, бумагой, чернилами и выделанной кожей. Разные научные труды, биографии и учебные пособия Ульдантэ сразу обошла стороной, определив местонахождение рядов с художественными работами.

Выбор в лучшем столичном книжном заведении был представлен приличный. Здесь встречались необычные авторы. Преимущественно люди, но и эльфы попадались чаще, чем в лавках Нуэзора.

Ульдантэ нравились произведения, написанные эльфами. О том, как они боролись с тиранией, оковами рабства и противостояли людскому гнету. Подобные истории откликались в ее душе особенно остро. Вот только эльфов-хороших авторов было мало. Все наперечет.

Лиетарис скучающе рассматривала названия книг, листала пособия по фехтованию и разглядывала картинки. Воители словно бы опасались приближаться к книжным полкам. Будто бы из-за чтения они обязательно растеряют свои боевые навыки.

— Подыскиваете что-то для своего хозяина? — подошел к ней консультант — чопорный Солнечный эльф, глядящий на нее из-под полуприкрытых век.

Лунная эльфийка поправила рабский ошейник и кивнула:

— Что-нибудь новое и интересное от авторов-эльфов?

— Вы как раз вовремя. Удалось достать копию свежей истории от небезызвестного Эльфийского Барда. Последний экземпляр на продажу. Ждем, когда писари перенесут историю на бумагу и сделают новые копии.

— Беру! — произнесла Ульдантэ без раздумий, поскольку этот автор считался признаком качества эльфийской прозы.

— Эльфийский Бард⁈ — раздался голос сбоку.

Ульдантэ обернулась. Перед ней предстало воздушное создание. Кукольное личико с шелковистой кожей, огромными глазами-блюдцами, переливающимися светлыми волосами и золотистым роскошным платьем с кружевами и блестящими камешками. Ульдантэ не жаловалась на внимание и считалась эльфийкой красивой, но незнакомка выглядела как небесное существо, спустившееся с облаков.

— Госпожа Юиларси, — обозначил поклон консультант. — Рад, что вы снова посетили наше скромное заведение! Да, это новая работа от знаменитого Эльфийского Барда. Вот только на нее уже есть покупатель… — кивнул он в сторону Ульдантэ.

— Никчемная рабыня? — приподняла бровку Солнечная эльфийка и скривила физиономию в презрении.

Моментально весь неземной лоск слетел с красотки. Юиларси превратилась для Ульдантэ во вредную Солнечную эльфийку, которая держала рабов и слуг за низших существ.

— Зачем ей книга? Она ведь наверняка и читать не умеет!

— Сударыня ищет чтиво для своего хозяина, — заметил продавец учтиво.

— Вздор! Разумеется, вы обязаны продать книгу мне!

— Госпожа Юиларси, у нас подобное не практикуется. Книга достается первому, кто изъявил желание ее приобрести. Разве что вы не договоритесь между собой сами…

Солнечная эльфийка обратила недовольный взор на Ульдантэ:

— Я давно ждала, когда новая работа Эльфийского Барда поступит в продажу. Отдай книгу мне! — потребовала она. — Все равно твой хозяин ничего не смыслит в тонких эльфийских эпитетах и глубоких историях!

— Быть может и так, — склонила она голову набок. — Но все же я первой оказалась у стенда. А вы сами, госпожа Юиларси, читали ли предыдущие работы Эльфийского Барда?

— Разумеется! — фыркнула она. — Я множество раз перечитывала Избранника Ночи и Сагу о Солнечной дочери!

— Вот как… — обронила Витеру. — А что насчет Лунной Принцессы?

— Лунной Принцессы? Та самая таинственная работа Эльфийского Барда? Неужели вам посчастливилось достать экземпляр? — подалась вперед эльфийка в удивлении. — В Белых Пещерах ее невозможно найти!

— Одна моя знакомая, помешанная на книгах, сумела раздобыть эту историю.

— И как вам⁈ — раскрыла глаза любительница книг.

— Понимаю, почему Лунная Принцесса не получила распространения. О том, как наследница Лунных эльфов томится в заточении в подземелье, и ее со дня на день ожидает черный ритуал. Достаточно грустное произведение с печальным концом…

— Многие произведения Барда наполнены грустью и тоской. Он напоминает мне птицу, запертую в клетке — меня в окружении отцовских слуг, которые не дают мне и шагу в сторону ступить… — вздохнула явно не бедствующая наследница.

— Вот как… А мне показалось, что Бард повествует о тяжелой доле Лунных эльфов…

— Вот-вот! Ах, эта глубинная печаль, не отпускающая вас до самой последней строчки! — восхитилась юная эльфийка.

— Госпожа Юиларси, мы должны успеть на вечерние занятия… — подошел к ней один из телохранителей.

— Сколько ты еще собираешься нудеть, бестолочь! — ударила его веером наследница. — Поди прочь! Не желаю видеть твою унылую физиономию! Так, о чем мы говорили?

Охранник со вздохом отошел от госпожи, оставив ее предаваться своим фантазиям. Было заметно, что он с ней успел намучиться.

Юиларси оказалась большим фанатом художественной литературы. Как и Ульдантэ, она поглощала любые книги, до которых могла дотянуться. Была довольно начитанной, однако оставалась избалованным и капризным существом. Ульдантэ она сразу в этом плане не понравилась.

Тем не менее, мало кто из близких разделял ее страсть к книгам. Разве что с Лейной она могла изредка обсудить прочитанные истории. Так что Юиларси стала для нее достойным собеседником.

Несколько минут Лунная и Солнечные эльфийки активно обсуждали работы Барда, после чего переключились и на другие истории. Юиларси осталась в восторге от Ульдантэ, найдя в ней единомышленника.

— Феноменально! — захлопала она в ладоши. — Тиивенго, я хочу купить ее!

Ульдантэ похлопала глазами. Все-таки она отвыкла от роли рабыни. Казалось, они беседовали на равных, но Юиларси все равно глазела на нее сверху вниз.

— Не думаю, что хозяин захочет меня продать… — заметила она.

— Вопрос лишь в необходимой сумме. А мой отец очень богат и известен! Прокуратор всего Арде-Лотар!

Лиетарис, до этого не вступавшую в беседу, заинтересовалась:

— Ваш отец управляет столицей? Очень почетная должность!

— Еще бы!

— Вероятно, ему известно все про Арде-Лотар и окрестности… — продолжила Высокая эльфийка. — Я доложу о вашем желании хозяину. Думаю, вы быстро договоритесь, и Ульдантэ станет вашей собственностью. Честно говоря, мы устали от ее бесконечных бесед о книгах и постоянных растратах…

Витуре сузила глаза. Она еще припомнит эти эпитеты третьей жене.

— О, со мной у нее всегда найдется, о чем поговорить! — заверила Юиларси. — Я отправлю с вами слугу, чтобы он договорился о покупке. Скоро ты станешь слугой нашего дома и получишь доступ в библиотеку!

Подобное заявление вызвало положительную обратную связь в душе Ульдантэ. Однако в целом становиться игрушкой избалованной Солнечной принцессы она не желала. Вероятно, Лиетарис сообразила, что таким образом можно собрать нужную информацию. Раз так, Ульдантэ обязана помочь. Необходимо найти Радужную Ферму до того, как наступит День Солнцестояния.

— Как тебя звать, кстати? — продолжила Юиларси. — Хотя, это не имеет значения. Я буду звать тебя Книжной Улиткой! Здорово я придумала, правда, — рассмеялась она переливчатым смехом.

И как только столь прекрасное существо внешне может быть настолько прогнившим внутри?

Лиетарис извинилась перед наследницей и увела отряд. Книга досталась Юиларси, но если все сложится согласно плану, то Ульдантэ должна получить к ней доступ позднее.

Хоран выслушал известия и воодушевился:

— Просто прелестно! Доступ в верхний город, к самому прокуратору Арде-Лотар — то, что нам нужно! Выясни, что сможешь у правителя и его дочурки, помешанной на книгах. Любая мелочь может вывести нас на след Радужных!

— То есть ты готов продать свою жену? — уточнила Ульдантэ.

— Всенепременнейше! Еще и заработаю на тебе. Моя ты Лунная умничка, кши-ши-ши! Ошейники на тебя не действуют, так что просто вернешься, как закончишь с расследованием. Идеальная супруга!

Витеру такие комплименты не сильно порадовали, но злиться на Хорана она долго не стала. Скука отступила, сменившись любопытством и зудом исследователя. У нее появилась важная миссия, так что все прочее меркло на фоне этого. Ульдантэ словно сама стала главной героиней книжной истории.

Без отлагательств этим же днем Ульдантэ продали прокуратору Арде-Лотар. За большую сумму золота, между прочим. Когда-то Ульдантэ запрещала наживаться на ее продажах и пользоваться иммунитетом Лунной Тени к ошейникам, но ради важного дела можно и поступиться принципами.

Первым делом Юиларси показала ей фамильный особняк и огромную библиотеку, которую она собирала долгое время. У Ульдантэ глаза разбегались при взгляде на все это великолепие. Книжным корешкам и полкам не было видно ни конца, ни края!

Она могла бы провести здесь месяцы, а то и годы. Жаль, что Солнцестояние так скоро, и ей следовало спешить. Книги — это хорошо, но Ульдантэ решила посвятить свою жизнь борьбе с угнетением. Она спасла другую Лунную Тень и организовала производство Жезлов Неподчинения, с помощью которых устраивались восстания рабов. Настал черед помочь Радужным эльфам, которых могли принести в жертву будто скот на забое.

Поэтому Ульдантэ подошла к своей миссии со всей ответственностью. Она была взрослее, мудрее и умнее взбалмошной и ветреной Юиларси, так что эльфийке удавалось водить девчонку за нос. Плюс Лунные эманации помогали. На Витеру был наложен полный Туманный скрыт, так что остальные и не подозревали, что она Воительница, да к тому же одаренная Лунная Тень.

Жаль только с боевым молотом ей пришлось временно расстаться. Подобное оружие у неодаренной выглядело бы комично. Она бы с трудом могла сделать им несколько взмахов.

Юиларси милостиво пригласила Ульдантэ на общий семейный ужин. Что считалось большой честью для слуги-раба. Ей удалось втереться к подростку в доверие не без помощи Лунных эманаций, так что Юиларси стала представлять ее скорее как подругу.

— Кого ты усадила за стол, Юи? Только рабов нам не хватало! — буркнула мать семейства.

— Будет тебе. Просто очередной экзотический питомец, которого завела наша малышка, — отмахнулся отец.

Было заметно, что прокуратор Арде-Лотар души не чает в своей дочурке. Чем та умело пользовалась. Супружеской паре можно было дать пять или шесть десятков лет. Солнечные эльфы в отличие от людей не торопились заводить потомство. Юиларси была их первенцем.

— Улиточка не питомец. Она моя подруга и напарница! — заявила эльфийка.

— Как скажешь, милая…

Витеру не знала, как именно выудить нужную информацию у правителя столицы Солнечных эльфов, так что в основном помалкивала, ожидая подходящего момента. Ужин завершился, и ей так и не удалось узнать ничего стоящего.

На следующий день Юиларси с большим энтузиазмом вернулась к Ульдантэ. Они говорили о книгах, читали свои любимые отрывки, обсуждали героев и предавались мечтаниям. Спустя несколько часов азарт наследницы начал стихать. Ульдантэ понимала, что любая игрушка наскучит рано или поздно, поэтому не тешила себя иллюзиями.

— В столице есть какие-то интересные места? — вопросила Ульдантэ, подав порцию Лунных эманаций. — Может, нечто тайное?

— Папа имеет доступ во множество закрытых мест! — похвасталась Юиларси. — Но меня туда не пускают. Разве что… В Солнечную Купель.

— Солнечная Купель? Что это?

— Особое место с высокой концентрацией стихии Света, бьющей из недр. Там медитируют Солнечные эльфы. Становятся сильнее, развивают ауру.

— Точка Резонанса? — догадалась Ульдантэ, которая и сама прошла через множество медитаций.

— Лучше! Но не для всех, а лишь для Солнечных эльфов. Благодаря Солнечной Купели некоторые одаренные Белых Пещер способны прыгнуть на следующий этап, используя камень на ранг, а то и на два ниже! Это неземное ощущение, когда ты входишь в Резонанс с потоками Света, становишься единым с ними, чуть ли не растворяешься! — зажмурилась Юиларси.

— Интересно, — склонила голову Ульдантэ. — Юи, могу я съездить в книжную лавку? Возможно найду что-то стоящее…

— Конечно, Улитка, я с тобой!

— Скоро занятия, — качнула головой Ульдантэ.

— Опять занятия! — надулась она.

— Не переживай, я быстро вернусь и мы обсудим новые книги!

Юиларси нехотя отпустила свою игрушку на свободу, приставив телохранителя. Ульдантэ смогла выбраться в город.

Хоть открытие и не имело прямого отношения к Радужной Ферме, Витеру почуяла некий потенциал. Хоран продолжал возиться с магическими изысканиями, высчитывая спектры стихии Света.

Раз в сутки им требовалось тайно встречаться, чтобы обновить Туманный Скрыт, так что Ульдантэ отпросилась посетить книжную лавку — там она и сошлась с чародеем за рядом книжных полок.

— Солнечная Купель… Работает лучше всего для местных эльфов? — пробормотал Мрадиш, когда она пересказала ему новости. — Любопытненько…

— Значит, это нам поможет?

— Да! Узнай все про Солнечную Купель — где находится, как туда попасть. Пронесешь туда духовные камни и активируешь в разных местах. Так мы соберем данные о спектрах.

Ульдантэ задумалась:

— Я близка к порогу зеленого ранга, Хоран.

— Ты на что намекаешь? Что тебе нужен осколок? Денег нет! — сразу откликнулся жадный лысый работорговец.

— А как же золото с моей продажи? — приподняла она бровь.

— Как же дорого обходятся жены нынче, — вздохнул Мрадиш. — Будет тебе осколок, любимая. Давай обновим Скрыт, и можешь возвращаться к своему заданию, агент Витеру!

Прижимистый муж выдал ей только один желтый осколок, заявив, что больших трат они сейчас себе позволить не могли. Слишком много спустили на гулянки со знатью Арде-Лотар. Все-таки люди — алчные существа, которые и за серебрушку удавятся.

Ульдантэ обновили Скрыт, и Лунная эльфийка вернулась в особняк к своей новой «хозяйке». Юиларси встретила ее с большой радостью, и они вернулись к разговорам о книгах. Как бы невзначай, Лунная промолвила:

— Юи, мне бы хотелось взглянуть на это чудесное место — Солнечную Купель.

Порция магических эманаций коснулась юной наследницы, склонив на свою сторону.

— Почему бы и нет, — пожала она плечами. — Мама талдычит постоянно, что мне надо развивать свой дар. Запишусь в Купель на завтра! Кстати, знаешь, что у нас сегодня на ужин?

— Что же?

— Мое любимое блюдо — улитки в кляре! Пальчики оближешь, Улиточка!

Лунная эльфийка мысленно закатила глаза. Она в целом не была против подземных блюд, но если бы ей дали выбор, предпочла бы еду с поверхности.

После трапезы Витеру бродила по округе. Эльфийка составила план обширного подземного поместья четы прокуратора Арде-Лотар из дома Ойро. У Солнечных эльфов не были распространены фамилии. Скорее речь шла о клане или доме. Когда Солнечный эльф отправлялся в странствие и покидал Белые пещеры, он автоматом лишался и своего второго имени.

Эльфийка невзначай обследовала этажи особняка, который располагался в главной пещере столицы. Был построен традиционным образом — из каменных блоков, а не выдолблен в скалах. Разве что имел несколько подземных этажей, что считалось нормой для богачей. Внизу находились технические помещения, комнаты слуг и камеры для пленных.

Прокуратор и его супруга ночевали по отдельности, достаточно далеко друг от друга. Ульдантэ пока плохо понимала, какие именно отношения у четы Ойро. Вроде бы антипатии друг к другу они не испытывали. Возможно, таковы традиции Солнечных эльфов, которые, в отличие от любвеобильных людей, не нуждались в регулярной близости.

Спальню прокуратора оберегали телохранители, которые косо глядели на бродящую по коридорам рабыню. Пока что определенного плана в голове Ульдантэ не появилось. Эльфийка искала подходы и расширяла границы дозволенного.

На следующее утро Юиларси отправилась в Солнечную Купель, исполняя свое обещание. Решение понравилось матери, так что она даже проводила дочь на занятия. Юиларси часто отлынивала от уроков, витая в облаках. Она пропускала тренировки, хотя имела приличный дар к стихии Солнца. Отец ее не был одаренным, и всего смог добиться упорным трудом. Возвысившись, он нашел себе достойную пару — одаренную Солнечную эльфийку из достойной семьи, и их ребенок унаследовал дар от матери.

Ульдантэ казалось удивительным, что Юиларси плевать на развитие собственной магии. Эльфийка жила в тепличных условиях. Ей не требовалось бороться за место под солнцем, а монстров или нечисть она наблюдала только в зверинцах. Тогда как Ниуру, Лия и сама Ульдантэ — все они стремились стать сильнее, развить свою ауру и способности. Потому что иначе в диком внешнем мире выжить невозможно.

Карета прибыла к большому подгорному храму, являющемуся частью дворцового комплекса. Солнечная Купель находилась рядом с дворцом Великого Князя. Вернее, это дворец построили рядом с Купелью. Аналогичная картина была и в Нуэзоре со дворцом императора, да и Хоран обустроил логово в Точке Резонанса.

Они предстали перед большим строением с широким куполом, из витражных окон которого лились могучие разноцветные потоки света. Казалось, внутри горели мириады ярких ламп. От места веяло силой. Хоть Ульдантэ не имела магического чутья, как чародеи, сильную магию могла почувствовать. А тем более родственную ей магию Света.

— Сюда, Улитка. Ты увидишь насколько прекрасна Солнечная Купель!

— Сударыня Юиларси из дома Ойро, у вас есть два часа на медитации, — проверили их на входе. — Проходите, но без слуг и охраны.

— Но как же моя рабыня? Без нее я не могу заниматься медитациями! — капризно воскликнула девчонка.

— Проход в Купель только по записи.

— Мой отец — прокуратор Арде-Лотар, и ты заявляешь, что я не могу пройти внутрь со своим слугой⁈ — возопила она в неистовстве.

Привратник явно не хотел нарушать установленные правила, и Ульдантэ пришлось пойти на риск. Вокруг находилось множество бойцов из Солнечной стражи, в том числе одаренных. Они могли почуять неладное. Однако Ульдантэ помнила о печальной судьбе, которая ждет Радужных эльфов, если им никто не поможет.

Лунная Тень сформировала легкие, практически незаметные эманации и направила на привратника. Юиларси продолжила с ним спорить, но постепенно служащий склонялся на ее сторону. В итоге эльф вздохнул:

— Хорошо, но проследите за тем, чтобы прислуга никому не мешала.

— Да! — обрадовалась наследница. — Улиточка, пойдем!

Наконец их пропустили в главный храм Солнечной Купели. Телохранители молодой госпожи остались позади. Юиларси и Ульдантэ ступили под купол массивного здания, который поддерживало множество колонн. Внутри виднелись позолоченные узоры, расписной потолок и искусные мозаичные полотна. Мастера постарались на славу.

Храм утопал в солнечных потоках. Толстые мощные жилы стихии Света исходили из недр, извивались, переплетались, отражались от зеркал и поверхностей, обволакивали колонны и уходили ввысь — через купол и витражные окна.

— Госпожа Юиларси, давно вас не было видно, — подошла к девице статная Солнечная эльфийка в возрасте.

— Инструктор Оанди, рада вас видеть! Вот, пришла немного позаниматься и развить свой дар. Заодно показать слуге Солнечную Купель!

— Лунный эльф? — приподняла она бровь, взглянув на Ульдантэ. — Как пожелаете. Пройдемте в зону для медитаций, госпожа Юиларси. Слуга может подождать в сторонке.

Юиларси подмигнула ей и упорхнула следом за инструктором, оставив Ульдантэ в одиночестве. Под куполом храма располагались специальные кабинки из зеркальных поверхностей, внутри которых создавалась повышенная концентрация Световых сгустков. Лучи отражались от зеркал, переплетались и усиливались. Многие зоны были заняты Солнечными эльфами, которые занимались медитациями. Купель не простаивала без дела.

Ульдантэ походила по залу. Ей никто не препятствовал. Только парочка стражей настороженно косилась. Похоже, они здесь скучали, поскольку случаев проникновения в Солнечную Купель раньше не было.

Эльфийка незаметно разбила несколько духовных камней в разных местах, в том числе и близ зеркальных кабинок — с наивысшей концентрацией магии. Хорану должно этого хватить для расчетов.

Затем Ульдантэ прислушалась к мерному тону нравоучений инструктора Оанди. Эльфийка учила юную наследницу, как правильно впускать в себя Свет и запускать Резонанс со своей аурой:

— Расслабься, дай Свету спокойно течь по твоим внутренним узорам. Почувствуй его. Позволь Свету биться в унисон с твоим сердцем. Захвати и удерживай стихию. Черпай Света столько, сколько сможешь удержать. Освоишься — переходи к следующему этапу и прими в себя еще больше Света. И так раз за разом, пока Свет не начнет сочиться из каждой твоей поры.

— Щиплет!

— Твоя аура и тело недостаточно адаптированы к Свету. Старайся лучше, Юиларси, и достигнешь уровня своей матери.

— Дурацкие медитации… — бурчала наследница.

Очевидно, ей не нравились эти занятия, но Юиларси решила терпеть до последнего, раз уж записалась и приехала.

Ульдантэ словно завороженная слушала наставления инструктора и следила за переплетениями Света. Стихия проникала внутрь ее тела. Даже не стараясь особо она ощутила биение Света внутри себя. Магия дикого Света Белых Пещер оказалась родственна магии Лунных эльфов, ведь в основе лежал тот же свет.

Ульдантэ заприметила пустую кабинку, в которой было разбито одно из зеркал. Вероятно, ее закрыли на ремонт, поэтому внутри никто не медитировал. Эльфийка осторожно проскользнула внутрь незаметно от взора стражей. После чего уселась на мягкую подушку и взялась за медитации.

Да, одно из зеркал было разбито, но концентрация Света в кабинке оставалась высокой. Лучи проникали в тело, стихия обволакивала и ослепляла. Нечто подобное, только в меньшей степени Ульдантэ ощущала лишь при полнолунии Кайи. Солнечная Купель казалась настоящим чудом. Если бы на острове Полумесяца было нечто подобное, глядишь, Лунные эльфы смогли бы дать отпор людским набегам.

Аура завибрировала. Ульдантэ ощутила, что вошла в Резонанс с потоками Света. Эффект ощущался мощнее, чем в Точке Резонанса Ведьминого Котла. Солнечная Купель чувствовалась более родной и привычной. Она словно явилась в гости к старому другу, тогда как другие Точки Резонанса ощущались чужими и холодными.

Витеру и до этого находилась на границе перехода на следующий ранг, но не была в этом уверена. Солнечная Купель дала последний недостающий толчок. Лунная эльфийка ощутила, что уперлась в предел.

Неизвестно, захочет ли Юиларси посетить Купель повторно, так что ей следовало брать все от столь редкой возможности.

Ульдантэ достала желтый осколок, полученный от супруга, и поглотила. Жар разлился по телу. Свет стал похожим на густой сироп. Лучи засияли еще ярче, отражаясь от зеркальных стен.

Лунная эльфийка потерялась во времени — настолько плотным оказался контакт с магической стихией. Пускай местная стихия не идеально близка к Лунной магии, этого оказалось достаточно для совершения прорыва.

Время пролетело в один миг.

— Улитка, ты что там делаешь? Заснула что ли?

— Прошу прощения, госпожа Юиларси. Задремала немного… — очнулась она от наваждения.

— Пойдем отсюда. Мне надоело сидеть в идиотских кабинках…

Настроение Юиларси менялось быстро, так что Ульдантэ приходилось подстраиваться. Лунная эльфийка постаралась по возможности приглушить свою ауру, получившую толчок после развития дара. Она не знала, справится ли Туманный Скрыт со столь сложной задачей. Ее аура явственно изменилась, так что необходимо обновить маскировку.

Она ощущала себя тайным агентом, который балансирует на самой грани. Одно неверное движение, и шпионка свалится в глубокую пропасть. К счастью, стражи Солнечной Купели не обратили внимание на чуть изменившуюся ауру одной слуги. Ульдантэ покинула храм.

После обеда эльфийка снова отпросилась посетить книжную лавку, где встретилась с чародеем.

— Что с твоей аурой⁈ Скрыт едва держит! — воскликнул супруг, осмотрев ее.

— Медитации дали свои плоды, — обозначила Ульдантэ скупую улыбку.

— Неужто голубой ранг⁈ Поздравляю… — покачал тот головой изумленно. — Подожди, это с желтым осколком? Ты возвысилась с осколком на два ранга ниже⁈

— Солнечная Купель и впрямь творит чудеса…

— Ого! Духовные камни принесла⁈

— Активировала их в разных частях храма…

— Превосходно! Выходит, эти умельцы нашли способ усилить Резонанс с помощью естественных источников магии, — принялся он размышлять. — Но я ведь проводил опыты раньше на подопытных с искусственным Резонансом. Зверьки дохли только так. Поэтому у меня получился Алтарный артефакт для забоя скота.

— В Солнечной Купели медитируют только Солнечные эльфы, — напомнила Ульдантэ очевидное.

— Хм, то есть, мне надо настроить артефакт на конкретную стихию? — задумался маг. — Для чародеев такой метод не подойдет, поскольку наши ауры слишком различаются между собой. А вот разные виды эльфов тяготеют к одной стихии. И Воители тоже владеют стихией Жизни… Из этого может получиться нечто стоящее. Даже более важное, чем Радужные эльфы!

Хоран воодушевился, получив сведения о Солнечной Купели. Ульдантэ не до конца понимала, что чародей задумал, но, похоже, ее открытие поможет Нирдхолду и эльфам в целом. А значит, она не зря шла на риск. Главная героиня собственной истории.

— Значит, ты теперь голубого ранга… — протянул Хоран, внося корректировки в ее Туманный Скрыт. — Чувствуешь прилив сил? Некие новые способности?

— Не особо…

— Помнишь, там на корабле, когда сражались Лунные эльфы? У одаренных открывались необычные способности, похожие на магию подчинения. Может, и у тебя теперь получится?

— Попытаюсь, — кивнула Ульдантэ. — Но нужно время и тренировки. Мастера Лунной магии оттачивают навыки годами…

— У меня почти закончились средства, — вздохнул Хоран. — Хоть артефакты начинай продавать. Белые Пещеры пожирают золото словно ксарг зерно!

— Ты так и не продал Гоблинов Истока?

— Солнечные эльфы брезгуют гоблинами, расисты клятые. Не дают честному работорговцу реализовать товар!

— Я верю, что ты найдешь способ.

— Обязательно, только время поджимает. Квандиил места себе не находит. Просил тебя поторопиться.

— Постараюсь.

— Но действуй осторожно. Ты для меня важнее, чем Радужные эльфы.

Ульдантэ улыбнулась и мазнула по щетинистой щеке чародея губами:

— Я ценю твою заботу.

Ульдантэ купила одну из редких книжек, оправдывая свою легенду, после чего покинула лавку. В особняке все было по-прежнему. Юиларси еще не наскучила ее новая игрушка, так что они долго обсуждали вместе различные истории.

Ульдантэ нравилось беседовать о книгах. Болтать с кем-то, кто разделял ее увлечение. Но в то же время она осознавала, что время уходит впустую. Ей необходимо действовать, если она желает помочь обреченным эльфам.

Она вспомнила наказ мужа и решила совместить приятное с полезным. Потренироваться в Лунной магии… на своей хозяйке! Ошейник подчинения на нее не действовал, так что Ульдантэ могла хоть прямой вред причинить Юиларси. Правда, какой-то ненависти к юной наследнице она не испытывала. Ее лишь раздражали капризы и сумасбродство дочери прокуратора.

Потихоньку Ульдантэ начала распространять вокруг себя Лунную магию. Юная Юиларси не чуяла подвоха. В магии она была слаба. Опытный Солнечный эльф мог бы почувствовать родственную стихию. Девчонка же и длинным ухом не повела.

Витеру исследовала собственную силу, определяла нужную концентрацию, дозировку и спектр. Чаще всего мастера Лунной магии могли влиять на один конкретный параметр. Некоторые эманации вызывали сексуальное влечение, другие дарили радость, третьи вводили в гнев, четвертые заставляли подчиниться. Изредка встречались универсалы, способные применять сразу несколько видов Лунной магии.

Ульдантэ не рассчитывала на такой подарок, но ей было интересно понять, к чему именно тяготеет ее личная Лунная магия. До сих пор она применяла общие эманации, влияющие на настроение оппонента. Без какой-либо конкретики.

Незаметно наступил вечер, а прогресса в изучении собственных сил не наблюдалось. Что вполне закономерно. Обычно Лунные мастера тренировались годами, а то и десятилетиями.

Юиларси начала клевать носом над очередной книгой. В таком состоянии избалованная наследница выглядела по-настоящему мило и трогательно. Настоящий эльфийский ангелочек. Хоть Ульдантэ и знала, что внутри нее скрыт злобный демон.

Витеру поднялась с ворсистого ковра и собралась было уходить.

— Наследница Богов… — произнесла вдруг Юиларси.

Ульдантэ склонила голову набок и с любопытством поглядела на девочку. Наследница дома Ойро испытала на себя множество Лунных эманаций, так что закономерно устала. По всей видимости, ей грезились приключения, прочитанные намедни.

Ульдантэ решила проверить, как ее магия влияет на спящих, и повторила Лунный посыл. Слегка светящийся поток Лунной магии окутал заснувшую Юиларси.

— Древний левиафан… которого я сражу… огненным мечом… — принялась она бурчать сквозь сон.

Похоже, из-за ее Лунной магии подопытный становился достаточно словоохотливым, что лучше всего раскрывалось во время сна.

— Какое твое любимое блюдо?

— Улитки в кляре…

— Напиток?

— Грибной эль…

Ульдантэ приподняла бровь:

— Родители знают, что ты пила алкоголь?

— Нет… они не разрешали… Пришлось пробовать тайком…

Интересно. Похоже, сила Ульдантэ хорошо подходила под то, чтобы развязывать языки.

Она какое-то время игралась с «хозяйкой», прощупывая границы своей силы. После перехода на новый ранг она ощущала, что сила ее возросла. В ауре плескалась энергия.

План созрел в ее голове моментально. Этой же ночью она взялась за осуществление дерзкой идеи. Рискованно, но ждать дольше она не имела права.

Она тихонько подкралась по коридору к спальне главы дома, возле которой дежурили охранники. Лунные эманации распространились по помещению.

— Тебе очень хочется справить нужду… — шептала она тихо, едва различимо.

Охранники помотали головой и переглянулись.

— Пойду отлить.

— И мне в уборную надо…

Одурманенные телохранители покинули свой пост. Ненадолго — всего на несколько минут. Но этого коварному агенту Витеру хватило.

Эльфийка проникла в спальню лорда и принялась обволакивать его Лунными эманациями с ног до головы. Вскоре клиент созрел.

— Где находится Радужная ферма?

— Ферма… там…

— Где именно?

— Рядом… — бурчал он неразборчиво.

— Город поставляет продовольствие в Радужную ферму?

— Поставляет… — покорно откликнулся прокуратор.

— По какому маршруту?

— Наверх, по закрытым старым шахтам…

— Можно туда попасть другим способом?

— Из дворцовой башни через свод…

— Ферма прямо над дворцом Князя?

— Да…

Время поджимало. Охранники могли вернуться в любой момент. Ульдантэ узнала главное, но был еще один момент, в котором она могла помочь:

— Арде-Лотар может использовать труд гоблинов. Гоблины — хорошие работники.

— Хорошие… — повторил спящий прокуратор.

До чуткого слуха напряженной Ульдантэ донесся отдаленный скрип, так что она поспешила покинуть покои правителя. К счастью, Лунной эльфийке удалось улизнуть до возвращения охраны. Ночной визит остался незамеченным.

Сердце Ульдантэ колотилось так, словно она только что побывала в кровопролитной битве. По лицу катились капельки пота. Тайная миссия в особняке Ойро открыла ей множество новых впечатлений и эмоций. Лунная эльфийка осталась довольна тем, как развивается сюжет ее личной истории.

[Хоран Мрадиш]

На третий день агент Витеру принесла необходимую нам информацию. Кто бы мог подумать, что из Воительницы получится превосходная шпионка! Окружающие верили в надежность ошейников подчинения, поэтому вариант предательства не рассматривали. Лунная Тень же обладала иммунитетом к подобным артефактам, чем умело пользовалась. Солнечные эльфы считали, что слуга под контролем, а она творила, что ей вздумается.

— Отличная работа! Значит, ферма находится прямо над дворцом Князя, а вход идет через закрытые шахты… Я как раз раздобыл карты старых штолен у одного обедневшего эльфа. Думал, что найду на них какие-то следы Радужной фермы, но там без пинты эля сам ксарг ногу сломит. Теперь точно пригодятся!

— Времени остается все меньше, — напомнила Ульдантэ. — Солнцестояние уже завтра. Прокуратор занят подготовкой к торжествам. Ойро часто упоминал о делах во время застольных бесед. Великий Князь обычно появлялся к вечеру после ритуала — уже помолодевший. Мы должны успеть.

— Как тебе удалось выяснить секретные сведения? — поинтересовался я.

— Похоже, моя сила лучше всего воздействует на спящих. Мне удалось допросить прокуратора во время сна.

— Полезная способность! — похвалил я. — Возможно, заменим традиционные пытки пленных твоим «сонным допросом». Кшанти совсем без работы останется.

— Ты придумал, каким образом нам эвакуировать Радужных из Белых Пещер? Их быстро хватятся.

— Есть один вариантик. Рискованный… но когда было иначе? — усмехнулся я. — Надо только еще немного золота подзаработать, чтобы заранее подготовить пути отхода.

— Попробуй обратиться к прокуратору. Возможно, теперь его заинтересуют Гоблины-рабочие.

— Да? Ты что-то с ним сотворила? В любом случае мы должны спешить. Слишком много еще предстоит сделать, — махнул я рукой, не став допытываться. — Продолжай вести наблюдение, агент Витеру. Завтра наступит решающий час, и ты сможешь закончить свою миссию в поместье Ойро.

Лунная молча кивнула, не став тратить силы на пустые слова. Я закончил с обновлением маскировочных контуров эльфийки, и мы разошлись.

Я вернулся на постоялый двор, где меня ждали отдыхающие союзники, и моментально развел бурную деятельность:

— Олбрахт, бери нескольких нирдхольдцев в качестве подстраховки и всех Гоблинов Истока. Твоя задача — продать их любыми способами.

— Но если мастер Мрадиш не справился… — начал было старый чародей.

— Начни с прокуратора Арде-Лотар. Появилась информация, что его может заинтересовать товар.

— Попробую, — кивнул Пепельный маг.

— Лиетарис, сразу иди подыщи нам большую баржу, в которой поместится сотня эльфов и несколько гурдов. Как только появится золото — выкупи или арендуй. Подготовь к долгому плаванию, позаботься о веслах и припасах.

— Собираешься уходить по Кирде-Нзар? — уточнила Высокая. — На подземной реке у Солнечных стоит несколько аванпостов.

— Прорвемся!

— Будет исполнено.

— А ты чем займешься? — вопросила Ниуру.

— Организацией прохода в закрытые шахты. Сеть для артефакта у нас с собой. Вопросы? — осмотрел я верную команду. — Нет? Тогда погнали!

Пришлось потратить время на поиски бывшего бригадира, который помог расшифровать добытые карты проходов. Арде-Лотар был весь изрыт словно бревно термитами. Часть тоннелей специально закрыли каменной толщей, спрятав от посторонних. Но старый шахтер подсказал нам, как правильно прочитать карту тоннелей и сопоставить расстояние.

Выяснилось, что один из заброшенных лазов пролегает вблизи трущоб — прохода в скале, где селились отщепенцы и бедные эльфы. Получив информацию, мы выдвинулись туда и вскоре разыскали подходящую нору. Жилищем подобную конуру язык не поворачивался назвать. Просто выдолбленная дыра в скале с несколькими ответвлениями, завешанными грязными тряпками.

Внутри обреталось несколько отощавших Солнечных эльфов. Мне, привыкшему к возвышенному образу эльфов в кинематографе, было странно лицезреть подобную картину. А ведь бытие определяет сознание, будь ты человек или эльф. Философские размышления не отвлекли меня от дела надолго.

— Вот вам по десятку золотых! — раздал я деньги местным ушастым аборигенам. — И чтобы я тут вас больше не видел. Хлам свой захватите с собой!

Жители норы не стали со мной спорить и быстро покинули грубое жилище. Я же расстелил на полу ячеистую сеть, провел расчеты и потратил время на зачарование артефакта под местный фон. Определил точку входа и угол, после чего запустил горнопроходческий артефакт. Копать было необходимо немного вверх и вбок.

Устройство достаточно быстро дробило породу, используя магию стихии Камня. Ошметки мы выгребали из прохода и распределяли по бедняцкой норе, заполняя ответвления.

Дело шло небыстро, но постепенно мы углублялись внутрь. Вскоре с задания вернулся Олбрахт, и я припахал деда к делу. К стихии Земли у него имелось хорошее сродство, так что он периодически помогал нам долбить проход в скале. Быстро тратил доступную ману, после чего мы переключались на артефакт. Как только накопит — снова сливал на прокладку лаза, тем самым немного ускоряя работу.

Прокуратор и впрямь купил всех наших Гоблинов Истока за хорошие деньги. Теперь коротышки будут пахать во благо Арде-Лотар, так что работенка им нашлась вполне приличная. Все лучше, чем гнить где-то в канаве или кормить собой пещерных слизней.

Горнопроходческий артефакт работал неспешно. У нас ушла вся ночь и утро на прокладку лаза. Небольшого по диаметру, так что Мякотку нам придется оставить в безопасном месте.

С помощью магии дед Олбрахт обнаружил каверну заранее, так что мы были готовы к открытию прохода. В свободное время я в темпе вальса тестировал антисигнальную печать. На той стороне, разумеется, находились световые контуры, оберегающие Белые Пещеры от подкопов разных недоброжелателей. Поэтому мне пришлось искать способ обойти сигнальные линии.

Я не придумал ничего лучше, чем использовать Туман в месте разрыва, а также отдельно скопировать световую линию и сразу пустить ее по руслу. Все расчеты были мной проведены, так что я умел встраивать магию Света в артефакты на основе фоновой энергии.

Требовался точно тот же спектр, что и в сигнальных линиях. Считалось, что его невозможно подделать. Я и не собирался браться за столь сложную задачу. Просто использовал магический фон, чтобы создать новые сгустки Света. Таким образом, искусственный спектр стихии совпадал с естественным.

Поспать толком не удалось. Мы трудились, не покладая рук. Юджин с Квандиилом помогали в простых поручениях и грубых работах. Таскали щебень из лаза. Радужный эльф себе руки стер до мозолей — настолько он хотел быть полезным. Гардантуил быстро пошила несколько десятков простых роб с капюшоном из купленной ткани.

Лиетарис подготовила нам баржу в порту, закупив провизию и обеспечив веслами.

Мы не были полностью готовы к операции по освобождению. Слишком многое могло пойти не так. Однако это наш единственный шанс успеть до ритуала, так что откладывать не стали.

Мы знали от Квандиила, сколько Солнечной стражи охраняет Радужную ферму, расположение блок-постов, время смены караула и прочие детали. Я не представлял, как можно тайно вывести более сотни эльфов из закрытой со всех сторон пещеры. Можно устроить очередной подкоп, благо технология у нас появилась. Но на это уйдет время. Да и незаметно увести всех не выйдет в любом случае. Поднимется тревога.

Поэтому оставался единственный вариант — старая добрая резня. Хорошо, если получится уничтожить стражу, не подняв всеобщую тревогу. У нас имелось достаточно опытных специалистов по тихому устранению врага. Но загадывать не стоит. Придется положиться на удачу и действовать по обстоятельствам. Хаос и неопределенность — главные враги торговли, но именно купцы умели с ними работать так, как никто другой.

Великий Князь мог запустить ритуал жертвоприношения с минуты на минуту, так что тратить время было нельзя. В районе полудня весь отряд, за исключением гурдов собрался в норе, включая вернувшуюся Ульдантэ. Лунная Тень сбежала от своих хозяев и избавилась от ошейника подчинения. Запускать основное действо без столь сильной Воительницы я не собирался.

— Начинаем решающий этап операции Радуга! — известил я и подготовил артефакт с копией световых контуров. — Открыть проход!

Хоран Мрадиш

Возраст: 31, человек

Ранг: Голубой

Адаптированные заклинания: Молниевое Копье, Целительское Касание, Высшее Восстановление, Кулак Ветра, Поток Ветра, Ледяной Шип, Темный Скрыт, Лунная Пелена, Лунный Капкан, Магическая Линза, Магический Щуп, Защитный Барьер, Вентилятор, Ледяной Фугас, Цепная Молния, Звуковой Шар, Оглушительный Раскат, Универсальный Барьер, Туманный Скрыт, Ледяная Призма, Сфера Уклонения, Туманный Раскат, Адаптивный Барьер, Немота, Волновой Дисбаланс, Звуковой Дисбаланс, Ночная Призма, Сигнальная Сеть

Предрасположенность стихий: Тьма, Воздух, Звук, Электромагизм, Молния, Лед, Свет, Жизнь, Огонь, Вода, Земля

Гармония рун: 15 из 21

Примечание: родом из Рифтонга, адепт Аурифи

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.