Как поймать удачу за хвост девушке из маленького провинциального городка, без особых способностей и хорошего образования? Хвала Небесам – у Шаньшань очень редкая группа крови, а у сестры президента огромной компании такая же, и ей срочно требуется переливание. В знак благодарности за помощь Шаньшань получает работу в престижной компании, ежедневные бесплатные обеды, а также повышенное внимание к себе со стороны президента компании, а значит, и всех ее сотрудников. И хотя президент молод и хорош собой, он пугает Шаньшань своей строгостью и суровостью, а ежедневные обеды – одно сплошное беспокойство. Но такую желанную работу потерять нельзя! Хочешь не хочешь, пора кушать, Шаньшань!
V 1.0 by prussol
Серия «Freedom. Пионовый терем. Молодежная проза Китая»
Copyright © 顾漫 GuMan
This editionis authored by GuMan and published by Limited company Publishing House Eksmo through the agency of Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co., Ltd.
Художественное оформление
Перевод с китайского
© Козенева Е., перевод на русский язык, 2025
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Сюэ Шаньшань – главная героиня, работает в компании «Фэнтэн».
Сюэ Люлю – двоюродная сестра Сюэ Шаньшань.
Сюэ Тунтун – двоюродный брат Сюэ Шаньшань.
Лу Шуанъи – одноклассница и подруга Сюэ Шаньшань.
Дахуа – однокурсница и подруга Сюэ Шаньшань.
Фэн Тэн – большой босс, владелец компании «Фэнтэн».
Фэн Юэ – сестра Фэн Тэна.
Янь Цин – свояк Фэн Тэна, директор одного из филиалов компании «Фэнтэн».
Янь Юй – сын Фэн Юэ и Янь Цина.
Помощник Фан – помощник Фэн Тэна. Его охранник и водитель.
Блэйн – бывший парень Фэн Юэ.
Управляющий Ван – управляющий в поместье Фэн.
Сяо Чжу – служанка в поместье Фэн.
Сяо Чжан – водитель в поместье Фэн.
Сяо Цзян – финансовый консультант Фэн Тэна.
Юань Лишу – внучка слуги поместья Фэн. Выросла вместе с Фэн Тэном и Фэн Юэ.
Господин Чжан – самый известный и самый лучший адвокат в городе S. Адвокат семьи Фэн.
Госпожа Линда – главный секретарь офиса генерального директора.
А-Мэй – помощница госпожи Линды.
Тун Шицзя, А-Цзя – коллеги Сюэ Шаньшань.
Чжоу Сяовэй – сотрудница отдела кадров.
Господин Сяо, Сяо Наем – разработчик игры «Путешествие в мир рек и озер 2».
Госпожа Сяо, Вэйвэй – супруга Сяо Наема.
Сяо Цунцун – сын Сяо Наема и Сяо Вэйвэй.
Сяо Юэлян – сын Сяо Наема и Сяо Вэйвэй.
Все случилось после того, как Сюэ Шаньшань отработала сверхурочно пять дней подряд.
Несмотря на то что вся страна отмечала национальный праздник[1], сотрудникам финансового отдела приходилось работать сверхурочно: наступил конец месяца, и было необходимо свести все счета. Новичок Сюэ Шаньшань оказалась настолько загружена бесконечными отчетами, так старалась и суетилась, что у нее даже закружилась голова, а перед глазами поплыли круги. Наконец вечером третьего числа начальник отдела объявил, что месячный отчет сдан. Шаньшань вернулась в квартиру, которую снимала, завалилась на кровать и уснула.
В полусне девушка услышала телефонный звонок. Она долго шарила рукой по кровати, пытаясь с закрытыми глазами найти мобильный. На ощупь нажав на кнопку приема, Шаньшань неразборчиво произнесла:
– Алло.
– Здравствуйте, я говорю с госпожой Сюэ Шаньшань?
– Угу, это я.
– Вас беспокоят из больницы. Пожалуйста, немедленно приезжайте в отделение акушерства и гинекологии.
– О… хорошо.
Звонивший говорил что-то еще, но Шаньшань его уже не слушала, машинально произнося «хм», «а-а-а» и «о» в ответ. Наконец собеседник повесил трубку, и в комнате воцарилась тишина. Девушка натянула на голову одеяло, свернулась калачиком и продолжила спать.
Прошло несколько минут, а затем Сюэ Шаньшань резко села на кровати.
Что ей только что сказали? Больница?!
Неужели дома опять что-то случилось со стариком?
Шаньшань быстро натянула обувь и выскочила из квартиры[2]. Сев в такси и торопливо назвав водителю адрес больницы, девушка замерла в недоумении. Что-то не сходилось. Шаньшань теперь жила и работала в S. Старик же остался в родном городе и никак не мог оказаться в местной больнице. И кажется, звонивший говорил что-то об отделении… акушерства и гинекологии?
Все, что произошло дальше, было настолько удивительным, что такой простой девушке, как Шаньшань, казалось сказкой.
У ворот больницы она вышла из машины. Не успела Шаньшань заплатить грабительские пятьдесят юаней, как к ней подошли двое высоких, крепких молодых людей в солнцезащитных очках. Кажется, они ждали именно ее и даже знали, как она выглядит.
– Госпожа Сюэ Шаньшань, пожалуйста, следуйте за нами.
Эти двое проводили испуганную Шаньшань, решившую, что она попала к гангстерам, в отделение акушерства и гинекологии. Там к ней подбежал мужчина, лицо которого покрывали капельки пота, и, крепко сжав ее руку, взмолился:
– Госпожа Сюэ Шаньшань, пожалуйста, спасите мою жену.
Ничего не понимающая Шаньшань ошеломленно смотрела на суету, творившуюся вокруг нее.
– Э-э, ну…
Кто-нибудь объяснит ей, что вообще происходит? Ой… этот мужчина скоро раздавит ей руку…
– Янь Цин, отпусти.
Приказ прозвучал негромко, но в голосе говорившего чувствовалась сила. Янь Цин тут же отпустил ее руку.
Шаньшань невольно взглянула в сторону, откуда раздался голос, и ее глаза расширились от удивления. Девушка могла видеть лишь профиль сидящего мужчины, но и этого оказалось достаточно для того, чтобы ее взгляд устремился к нему, как к источнику света в темноте. На незнакомце был строгий черный костюм. Казалось, этот человек только что приехал с торжественного обеда. На его лице можно было заметить как следы усталости, так и, видимо, привычное выражение высокомерия и отчужденности. Мужчина стряхнул невидимую пыль с одежды, встал и подошел к Шаньшань.
– Сюэ Шаньшань?
Девушка оцепенело кивнула.
– Четвертая группа крови с отрицательным резус-фактором?[3]
Шаньшань снова кивнула.
Хотя выражение лица мужчины оставалось все таким же надменным, в его взгляде промелькнуло облегчение.
– У моей сестры та же редкая группа крови, что и у вас. Роженицу только что отвезли в предродовую палату. Но банк крови плохо работает в праздники. Пожалуйста, останьтесь в больнице на случай, если понадобится ваша помощь.
Ах вот в чем дело, наконец-то поняла Шаньшань.
О своей редкой группе крови она узнала, когда проходила медицинское обследование в институте. После этого девушка всегда очень осторожно переходила дорогу: боялась попасть в беду и истечь кровью.
– Конечно, конечно, – произнесла Шаньшань. Ей стало жаль беременную женщину, лежавшую в предродовой палате, а потому она согласилась без колебаний.
Вот только…
Шаньшань смущенно спросила:
– Хм… могу я задать вопрос?
– Спрашивайте.
Этот человек просил о помощи и, казалось бы, Шаньшань не должна была тушеваться перед ним, но он вел себя настолько властно, а окружающие так безропотно принимали подобное поведение, что Сюэ Шаньшань невольно оробела.
– Э-э-э… А вы кто?
И откуда он узнал ее контактные данные?
Мужчина несколько секунд странно смотрел на Сюэ Шаньшань, а затем медленно произнес:
– Мое скромное имя Фэн Тэн.
Шаньшань надолго замолчала, пытаясь вспомнить его, но затем смущенно спросила:
– Эм… И я вас знаю?
Янь Цин вытер пот с лица.
– Госпожа Сюэ, вы ведь работаете в компании «Фэнтэн»[4], верно? Разве во время стажировки не изучают историю создания предприятия? Вы никогда не заходили на сайт компании?
Рот Шаньшань сначала приоткрылся, приняв форму буквы О, а затем протянул неслышное «А-а-а». Кажется, она вспомнила…
Фэн Тэн… Фэн Тэн…
Так значит, это владелец компании?
Шаньшань послушно сидела у родильного зала, ожидая, когда ей придется превратиться в банк крови. Чуть ранее владелец компании отправил ее сдать анализ крови, желая удостовериться, что она здорова и может стать донором.
И действительно: во время операции произошел форс-мажор, и роженице потребовалось переливание. Шаньшань сдала триста миллилитров крови, что позволило избежать опасности и спасти пациентку. Счастливый Янь Цин рассыпался в благодарностях. Выйдя из больницы, Шаньшань на миг остановилась, посмотрела на яркую луну в ночном небе и вздохнула.
– Богачи и правда кровососы. Совершенно бездушные.
Покачав головой, Шаньшань зашагала к воротам, не заметив остановившегося позади нее черного лимузина. Расположившийся на заднем сиденье мужчина, услышав ее слова, едва заметно усмехнулся и закрыл окно, которое сам только что опустил.
– Поезжай.
– Босс, разве вы не хотели проводить госпожу Сюэ домой?
– Не стоит, – бесстрастно ответил мужчина. – Все богачи бездушные.
Шаньшань с детства отличалась хорошим ||У здоровьем. Поэтому девушка отлично себя чувствовала даже после потери трехсот миллилитров крови. На протяжении нескольких дней она была бодра и энергична, однако вскоре праздники закончились и пора было возвращаться на работу.
Восьмого числа Шаньшань вышла на службу и тут же была вызвана в кабинет начальника отдела, где получила крупный выговор из-за того, что отчет, который она подписала, содержал ошибку.
«Фэнтэн» являлась крупной корпорацией, имеющей несколько дочерних компаний, работающих в разных отраслях. Каждое подразделение действовало самостоятельно и составляло отдельный отчет. Доклад, который подписала Шаньшань, был сделан ее коллегой, но, как новичок, девушка не могла повлиять на ход работы. Все, что ей оставалось, – лишь смотреть и учиться. Начальник знал об этом, но решил отыграться на новенькой, которая ему сразу не понравилась.
Единственной ошибкой Шаньшань было то, что она не обладала достаточной компетенцией. Девушка устроилась в известную корпорацию, которая отличалась строжайшими правилами набора персонала и обычно не принимала на работу тех, кто не был выпускником одного из престижных университетов. Однако Шаньшань удалось попасть в компанию, обойдя более квалифицированного новичка, которого выбрал сам начальник отдела. Начальник финансового отдела был прямолинейным стариком. Он подозревал, что Шаньшань прошла по блату, а потому, что бы она ни сделала, всегда был ею недоволен.
Девушка и сама порой чувствовала неуверенность и стеснялась того, что является сотрудницей «Фэнтэн». Хотя она и была выпускницей университета, входящего в рейтинг 211, а также сдала экзамены на шестой уровень английского языка[5] и второй уровень владения компьютером[6], ее резюме все равно сильно уступало резюме ее коллег.
На самом деле Шаньшань, как и многие ее одногруппники, просто однажды заполнила форму на сайте, не питая особых надежд на положительный результат. Кто бы мог предположить, что ее возьмут на работу?
Старик продолжил ругаться:
– Вы из третьесортного вуза, и квалификация ваша тоже третьесортная. Не знаю почему отдел кадров нанял вас, но вам стоит подумать, как не провалить испытательный срок.
К тому моменту, когда Шаньшань вышла из кабинета, ее настроение уже полностью испортилось.
Испытательный срок. Интересно, засчитает ли владелец компании ей за испытательный срок то, что она бесплатно сдала кровь и хорошо себя вела? Это ведь очень выгодно. По крайней мере, если в будущем произойдет непредвиденная ситуация, Шаньшань можно будет использовать в качестве банка крови.
Одна зарплата – две функции…
Ого! Неожиданно в голову девушки пришла странная мысль. А возможно ли, что ее как раз и наняли из-за редкой группы крови? Шаньшань неожиданно вспомнила, как удивилась, когда обнаружила в анкете обязательную для заполнения графу, в которой нужно было указать свою группу крови.
Старик отругал Шаньшань, но никто из коллег этого даже не заметил. Они продолжали заниматься своими делами, и это угнетало девушку еще больше.
Двое новичков, пришедших в одно время с Шаньшань, быстро освоились, встретили старших коллег, которые были выпускниками тех же вузов, что и они, и успешно влились в коллектив. Шаньшань же, напротив, чувствовала себя на работе одиноко. Это немного расстраивало ее, ведь девушка с детства была общительным человеком. Невольно она стала сомневаться в себе, может быть, с ней действительно что-то не так?
На самом деле проблема была не в ней. Во-первых, корпоративная культура компании «Фэнтэн» делала упор на тихой эффективности и не одобряла излишнее общение в офисе. Во-вторых, коллеги считали, что, чтобы поступить на работу с таким образованием и квалификацией, как у Шаньшань, нужны крепкие тылы. Но кто был ее покровителем? Не сумев выяснить это, сотрудники предпочли держаться от нее на некотором расстоянии и наблюдать, не слишком отстраняясь, но и не подходя близко. Это было одно из правил выживания в большой компании, всегда наполненной сложными межличностными отношениями.
Новенькая всегда казалась искренней и общительной, но на данную тему никогда не говорила. Коллеги из офиса несколько раз закидывали удочку, пытаясь получить хоть какой-то намек, но все было безрезультатно.
До сегодняшнего полудня. В этот день тайный покровитель Сюэ Шаньшань наконец оказался раскрыт.
Госпожа Линда, главный секретарь офиса гендиректора, появилась в дверях офиса финансового отдела, сжимая в руках контейнер для еды. Это совершенно не соответствовало ее статусу.
– Простите, кто из вас госпожа Сюэ Шаньшань?
Шаньшань в замешательстве посмотрела на окружавших ее людей и встала.
– Я.
Перешептывания и странные выражения, появившиеся на лицах коллег, дали Сюэ Шаньшань понять, что молодая красивая женщина, стоявшая перед ней, была не простым человеком. Сердце девушки тут же сжалось в предчувствии чего-то нехорошего.
Да нет. Не может быть. Это же просто ошибка в отчете. Неужели дело дошло до высшего руководства? Могла ли эта женщина так спешить наказать виновницу проблем, что даже не стала доедать свою еду? Неужели ее сегодня уволят с работы?
Сюэ Шаньшань напряженно застыла, глядя на то, как вошедшая в офис женщина остановилась прямо перед ней.
– Здравствуйте, госпожа Сюэ, – улыбнулась та. – Меня зовут Линда. Это обед, который директор Фэн попросил передать вам.
Директор Фэн? Обед?
Коллеги непроизвольно раскрыли рты… Не может быть… Покровитель Сюэ Шаньшань… генеральный директор?
Если бы сейчас кто-то из них взглянул на Сюэ Шаньшань, то увидел бы, что ее рот раскрылся еще шире.
Линда оставила контейнер для еды и ушла. Коллеги тоже ушли на обед, провожая Шаньшань задумчивым взглядом. В офисе осталась только Сюэ Шаньшань. Глубоко растроганная подарком богача, она открыла контейнер с едой.
И хотя в ланч-боксе не было акульих плавников или морских огурцов, которые Шаньшань видела в ресторанах, аккаунты которых просматривала, обед все равно был роскошным: желтый рис, жаренная в масле свиная печень, жареная говядина, вареный шпинат, салат из водорослей и омлет с древесными грибами.
На десерт были ломтики сырой моркови и сладкий суп из красной фасоли с финиками.
Два мясных блюда и три овощных, просто потрясающий аромат, но… это ведь все помогает кроветворению, верно?
У Шаньшань, только что почувствовавшей признательность к богачу, вдруг возникло дурное предчувствие. Неужели что-то снова случилось с его сестрой? Большой босс собирается откармливать ее, чтобы снова взять кровь?
Полезную для кроветворения еду также доставили и на следующий день, что еще больше подтвердило догадку Шаньшань. Но на этот раз пищу принесла не госпожа Линда, а другая красивая девушка из офиса гендиректора. Она представилась помощницей госпожи Линды А-Мэй[7].
Красотку, которая принесла еду на третий день, звали А-Ви.
Люди, доставляющие обед, сменялись каждый день (пару раз даже заходили настолько элегантные красавцы в деловой одежде, что от одного их вида сердце Шаньшань чуть не выпрыгнуло из груди), неизменным оставалось одно – свиная печень в контейнере с едой.
Девушке так и хотелось воскликнуть: «Я согласна сдать свою молодую кровь, только не заставляйте меня больше есть печень… дайте мне самой выбрать блюда…»
Конечно, вслух она ничего такого сказать не могла. Даже будь Шаньшань в десять раз храбрее, она бы никогда не осмелилась прокричать подобное.
Спустя две недели особенных обедов из офиса гендиректора даже недогадливая Сюэ Шаньшань начала испытывать беспокойство.
Сколько же крови у нее планируют взять, если так плотно кормят…
Ежедневно Шаньшань собиралась отказаться от еды, но каждый раз надеялась, что получила последнюю доставку и ей ничего не придется объяснять. Кто бы мог подумать, что начальство окажется настолько настойчивым, что не откажется от своей затеи даже спустя две недели.
На третьей неделе, в понедельник, Шаньшань отвела девушку-секретаря в сторону и насколько могла искренне поблагодарила компанию, гендиректора и всех, кто доставлял еду. Она сказала, что, даже если не будет получать обеды, все равно готова на все ради компании, даже на то, чтобы сдать четыреста миллилитров крови, поэтому с завтрашнего дня нет необходимости в доставке (Шаньшань готовила эти слова два дня, потратив все выходные на продумывание речи. Девушка полагала, что ее высказывание достаточно лаконично и точно выражает основную мысль..
Секретарь вежливо улыбнулась и ответила:
– Я выполняю указания гендиректора. Если у госпожи Сюэ есть своя точка зрения на этот вопрос, то лучше поговорите об этом с директором лично.
Шаньшань была ошеломлена. Как она, мелкий финансовый работник, может так запросто поговорить с гендиректором? К тому же «Фэнтэн» была настолько огромной компанией, что Шаньшань даже не знала где вообще находится кабинет владельца компании. Допустим, она могла бы пойти за секретарем и узнать об этом. Но… но… где взять столько смелости?..
Все, что оставалось Шаньшань – продолжать с непроницаемым лицом есть жареную свиную печень и игнорировать скептические взгляды коллег, не устававших строить предположения на ее счет… Хотя однажды, заметив на лбу огромный прыщ – высыпание, которого у нее отродясь не было, она сильно расстроилась и вспылила…
Конечно, во всей этой ситуации было и кое-что хорошее. Например, в офис Шаньшань наконец-то пришла весна. Ее коллеги не зря считались выдающимися людьми. Они смогли, не подавая вида, просто и незаметно наладить до этого прохладные отношения. Раньше, когда у Шаньшань возникали трудности на работе, она пыталась узнать информацию у окружающих, но никогда не получала дельного и полного разъяснения. Все вечно были заняты, и ни у кого не хватало времени на новичка. Теперь же все изменилось. Коллеги сами проявляли инициативу, постоянно спрашивая у Шаньшань, есть ли у нее какие-то вопросы по работе. Время от времени они как бы случайно приносили ей чашку горячего чая, а во время редких бесед не забывали узнать мнение девушки…
Шаньшань была не настолько глупа, чтобы не понять, почему отношение коллег к ней так изменилось. Она всегда была скромным и честным ребенком и поэтому не хотела, чтобы кто-то принимал ее за «императорскую родню». Девушка тут же поспешила все объяснить, сказав, что гендиректор присылает ей обеды только потому, что она однажды оказала ему небольшую услугу. Шаньшань не стала объяснять, как именно она помогла, посчитав, что это слишком личная информация.
На лицах коллег появилось понимание: казалось, они неожиданно осознали причину происходящего. Однако на самом деле никто из сотрудников не поверил сказанному. Чем могла такая мелкая сошка помочь гендиректору? Да даже если бы и так, стал бы он из благодарности ежедневно присылать ей еду? Здесь явно было что-то другое.
Увидев понимание на лицах коллег, Шаньшань наивно решила, что недоразумение исчерпано, не понимая, что своими словами лишь усугубила ситуацию.
Придирчивый старик-начальник тоже вдруг стал вежлив. Но не потому, что пытался выслужиться перед начальством, а потому, что считал большой редкостью то, что девушка, которая могла рассчитывать на твердую поддержку сильных мира сего, вела себя скромно, проявляла любознательность и трудолюбие и никогда не отлынивала от порученных дел. Теперь чем больше он смотрел на ее работу, тем больше был доволен.
Шла четвертая неделя питания свиной печенью. В этот день секретарь принесла Шаньшань не только обед, но и письмо. Это было очень красиво оформленное приглашение. Открывая его, Шаньшань вздохнула, понимая, насколько отличается мир богатых людей от бедных. В приглашении было написано:
Ниже черной ручкой был подписан точный адрес Клубного Зала XX.
Слова «Сюэ Шаньшань» и адрес были подписаны вручную, но почерк отличался. Имя было выведено красиво и изящно. Шаньшань предположила, что его написала госпожа Фэн, женщина, обладающая той же редкой группой крови, что и она. Адрес же был подписан сильной рукой, так что иероглифы просвечивали сквозь бумагу. Твердые линии говорили о силе и жесткости того, кто их написал. Шаньшань сразу вспомнила надменного гендиректора, которого встретила в больнице.
Нет, конечно, он не стал бы тратить время на такую ерунду… Ведь, если подумать, адрес можно легко найти в интернете. Зачем бы ему так стараться?
Проходящая мимо А-Цзя бросила быстрый взгляд на приглашение. Осознание того, что Шаньшань имеет право присутствовать на семейном торжестве гендиректора, глубоко поразило ее.
– Клубный Зал XX? – небрежно произнесла она. – Слышала, туда можно попасть только по членским билетам. Очень загадочное место.
Недавно радующаяся тому, что ее пригласили не в пятизвездочный отель, ради которого необходимо надевать вечернее платье, Шаньшань скривилась. Девушке внезапно показалось, что она воочию увидела, как юани в ее кошельке обретают крылья и улетают от нее.
Проведя весь вечер в магазине, Шаньшань купила простое маленькое платье и туфли на высоком каблуке. И платье, и туфли были беспроигрышного черного цвета. Еще девушка приобрела в подарок набор из восьми маленьких резиновых уточек, которые могли не только держаться на воде, но и плавать. Уточки были произведены известным брендом и стоили несколько сотен юаней. Шаньшань хорошо помнила, как в детстве ей нравились такие игрушки: она любила нажимать на них и слушать их кряканье. Ребенку должно понравиться. Сначала Шаньшань хотела подарить набор детских серебряных украшений, но потом решила, что в семье гендиректора все это наверняка уже есть, так что будет полезнее подарить игрушки.
Так к концу дня девушка обнаружила, что ее финансы ушли в минус и теперь она должна банку один юань…
В пятницу Шаньшань не пошла домой. После работы она осталась в офисе. В семь часов девушка отправилась в туалетную комнату, где переодела платье и надела новые туфли, а затем вышла из здания «Фэнтэн». К счастью, в компании уже оставалось мало людей, так что Шаньшань не пришлось смущаться из-за своего вечернего наряда.
Девушка ждала такси у входа, когда перед ней остановился серебристо-серый «БМВ». Окно у пассажирского сиденья приоткрылось, и оттуда высунулась голова вежливого помощника директора.
– Госпожа Сюэ, вы собираетесь на банкет? Садитесь, мы вас подвезем.
– Да, да, спасибо, – произнесла Шаньшань и с благодарностью кивнула. Сегодня был выходной, так что поймать такси оказалось очень сложно.
Шаньшань открыла заднюю дверь…
И…
Она пожалела об этом…
Может быть, кто-нибудь объяснит ей, почему сзади сидит большой босс?..
Господин помощник, ну чем я вас так обидела, а?
– Директор, – торопливо поздоровалась Шаньшань.
Гендиректор сидел на заднем кресле, закрыв глаза. Услышав приветствие, он даже не подумал открыть их, а только кивнул.
Помощник Фан обернулся и с улыбкой сказал:
– Госпожа Сюэ, пожалуйста, садитесь.
– Кхм… хорошо.
Шаньшань осторожно села в машину.
Обалдеть! Они постелили на пол белый пушистый ковер! А что делать, если пойдет дождь? На покрытие вообще можно наступать, оно же испачкается? Хорошо, что именно сегодня она надела новые туфли. Если бы сейчас на ней были ее обычные кроссовки, на ковре наверняка остались бы два черных следа…
Ох…
Пока все эти мысли проносились у Шаньшань в голове, автомобиль медленно тронулся.
Девушка сидела у окна, изображая ученицу начальных классов: руки на коленях, спина ровная, а взгляд устремлен прямо перед собой. Шаньшань была так напряжена, что даже боялась дышать.
Помощник Фан не смог сдержать улыбки. Стремясь ослабить чувство неловкости, он взглянул на подарочную коробку в руках девушки и спросил:
– Госпожа Сюэ приготовила подарок?
– Да
– Очень интересно.
– Правда? – польщенная Шаньшань сразу же почувствовала в помощнике Фан родственную душу. Девушка неосознанно наклонилась к нему поближе и добавила: – Мне тоже кажется, что эти уточки очень милые. Они умеют петь, и у каждой своя песня.
Шаньшань искренне восхищалась резиновыми уточками, а помощник Фан не уставал ее поддерживать. Приятную беседу внезапно прервал до этого молчавший директор Фэн.
– «Фэнтэн» мало вам платит? – холодно поинтересовался он.
Шаньшань обернулась на большого босса, о существовании которого успела забыть, и встретила его презрительный взгляд.
– Не мало… много… ой… – Девушка вдруг поняла, что взгляд директора упал на подарочную коробку. Наверное, он посчитал ее подарок слишком дешевым.
Рука, держащая коробку, невольно сжала ее. Шаньшань даже хватило смелости, чтобы возразить:
– Директор, хоть эти игрушки и выглядят как простые утки, но на самом деле…
На самом деле они умеют петь и плавать. А главное, они от известного бренда! Вы вообще разбираетесь в брендах? Они очень дорогие! Даже дороже, чем утиное мясо!
– Что на самом деле? – Директор Фэн прищурился, а его тон был холодным.
На лице большого босса читалось: «Любой, кто посмеет мне возражать, умрет».
Шаньшань сглотнула слюну.
– На самом деле… вы правы… это просто утки.
Машина продолжала мчаться вперед, и никого в ней не интересовало охватившее Шаньшань чувство презрения к самой себе. Стоило им прибыть к месту назначения, как Фэн Тэну тут же позвонили. Выслушав кого-то, он обратился к помощнику Фану:
– Чуть позже проводите ее наверх. Фэн Юэ хочет с ней увидеться.
Фэн Юэ? А! Младшая сестра директора? Она что, правда хочет встретиться?
Великолепно.
Это был первый банкет, на который Шаньшань пришла, будучи взрослой. В детстве с ней всегда кто-то был рядом. Поэтому девушка переживала: она не знала, когда стоит вручить подарок. После презрительных слов Фэн Тэна Шаньшань стала сомневаться в своих прелестных уточках, поэтому подумала, что было бы здорово подарить их наедине, чтобы не опозориться на глазах у всех.
Машина остановилась. Фэн Тэн и его высокий крепкий охранник, занимающий по совместительству должность водителя, вышли первыми. Помощник Фан позвал Сюэ Шаньшань к лифту и проводил девушку в комнату на верхнем этаже.
Фэн Юэ оказалась миниатюрной хрупкой красавицей. Она сидела в комнате для встречи гостей и спокойно беседовала с несколькими женщинами. Увидев Сюэ Шаньшань, красавица поспешно подошла и сердечно взяла ее за руку.
– Должно быть, вы госпожа Сюэ? Спасибо за то, что спасли меня и ребенка.
Шаньшань смутилась и тут же покраснела.
– Нет, что вы, я ничего такого и не сделала, – замотала она головой.
Фэн Юэ улыбнулась, посадила Шаньшань рядом с собой и сказала еще несколько теплых, вежливых фраз. Внезапно она о чем-то вспомнила.
– Госпожа Сюэ, вам понравилась еда?
Шаньшань ошеломленно застыла.
– Я попросила повара приготовить вам еду и отправить вместе с обедом старшего брата. Неужели вы ничего не ели?
– Я ела, ела, – закивала Шаньшань, внезапно осознав, кого действительно нужно было благодарить за подарок.
Ну конечно, разве мог такой высокомерный человек, как гендиректор, позаботиться о мелкой служащей и отправить ей еду? Вот когда ему понадобится кровь, он обязательно позвонит и отдаст приказ.
– Вам понравилась еда? – снова спросила Фэн Юэ.
– Да, конечно, понравилась, – продолжала кивать Шаньшань. Если не считать свиную печень, другие блюда действительно были очень вкусными. – Спасибо за ваше беспокойство
– Не за что, – с улыбкой сказала Фэн Юэ. – Мой старший брат очень привередлив в еде. Каждый день шеф-повар отправляет ему пишу, приготовленную дома. Нет ничего сложного в том, чтобы занести контейнер и вам. К тому же я знаю сотрудников «Фэнтэн»: вы работаете столь же усердно, как и мой брат. Иногда даже довольствуетесь на обед одной булочкой. Но из-за меня ты потеряла много крови. Как я могу допустить подобное?
Шаньшань была по-настоящему тронута. Девушка из богатой семьи оказалась такой заботливой и внимательной.
Фэн Юэ наконец заметила подарочную коробку в руках Шаньшань и восторженно спросила:
– Это подарок для ребенка?
– Да, – сказала Шаньшань и передала коробку. – Это уточки, которые умеют петь и плавать.
Фэн Юэ выглядела так, будто подарок ей действительно понравился.
– Я боялась, что все подарят конверты с деньгами. Но это так скучно. Словно никто не хочет утруждать себя мыслями о подарке. Знаешь, когда я узнала о твоем поступке, то спросила брата, как лучше тебя отблагодарить. Он ответил, что может выписать тебе чек. Но этот так оскорбительно, правда?
А?!
Шаньшань ничего не сказала, но внутри нее все так и кричало: «Госпожа, почему вы не позволили гендиректору оскорбить меня? Я хочу быть оскорбленной!..»
Чек или свиная печень? Такой разительный контраст и такой простой выбор. Шаньшань надолго погрузилась в печаль. Кстати, о свиной печени. Шаньшань больше не хочет ее есть. Никогда. Если она продолжит есть печень, то сможет написать трактат под названием «Печень на каждый день года»[8].
– Наверное, для вас слишком хлопотно каждый день отправлять мне еду, – сказала Шаньшань. – Не стоит этого больше делать, хе-хе…
Фэн Юэ понимающе кивнула:
– Хорошо. В конце концов, ты работаешь в офисе. Наверное, не стоит слишком выделяться.
Шаньшань не ожидала подобного ответа, но все равно была рада, что Фэн Юэ согласилась. Женщины проговорили до тех пор, пока в находящейся рядом спальне не заплакал ребенок. Банкет вот-вот должен был начаться, поэтому Шаньшань воспользовалась удобным случаем и попрощалась. Один из сотрудников проводил ее в банкетный зал.
Шаньшань думала, что увидит торжество, похожее на то, что показывают по телевизору. Ну такое, где все ходят взад-вперед с бокалами в руках. Но, похоже, это торжество должно было пройти в китайском стиле.
Отправляясь сюда, Шаньшань уже все продумала. Раз у нее отрицательный баланс на счету, то нужно хорошенечко поесть, чтобы запастись силами на следующие несколько дней. Исходя из цели, Шаньшань разработала план. Два плана.
План А:
Если банкет будет проходить в западном стиле, то нужно набрать еду и скрыться в темном углу.
План Б:
Если банкет будет проходить в китайском стиле, то следует изначально выбрать место понеприметнее.
Шаньшань огляделась и, выбрав укромный уголок, присела. Девушка молилась, чтобы стол не был сильно заполнен, и с нетерпением ждала начала трапезы.
И действительно, место, которое она выбрала, оказалось настолько удалено, что гости проходили мимо, присаживаясь за столы поближе. Шаньшань была счастлива: чем меньше людей, тем больше еды можно съесть. Но вскоре ее радость сменилась печалью.
Трапеза должна была вот-вот начаться. Другие столы уже оказались заполнены, но девушка по-прежнему сидела одна.
Шаньшань почувствовала себя неловко.
Какой бы толстокожей она ни была, даже для нее сидеть за столом в одиночку было чересчур. Шаньшань встала, собираясь пересесть за другой столик, но к этому моменту свободных мест уже не осталось. К тому же она здесь никого не знала, так что было бы странно попытаться втиснуться к чужим людям.
Все уже расселись по местам. Шаньшань чувствовала себя изгоем. Ей было так неловко, что хотелось провалиться сквозь землю. Внезапно она почувствовала чей-то пристальный взгляд. Подняв голову, девушка увидела гендиректора, который смотрел на нее, хмуря прекрасные брови.
Это конец. Все просто ужасно. Директор, должно быть, думает, что она опозорила всю компанию. Шаньшань печально посмотрела в ответ: я не нарочно, босс, вы ведь должны понять.
Некоторое время Фэн Тэн продолжал смотреть на подчиненную, а затем отвел взгляд, подозвал официанта и что-то сказал ему.
Шаньшань увидела, что официант взглянул на нее, и поняла, что слова начальника как-то были связаны с ней. Сердце девушки бешено забилось. Наверное, директор попросил передать ей, чтобы она ушла? Ну что ж, это тоже неплохо. Тогда можно будет пойти и поесть лапши с говядиной.
Шаньшань просто умирала от голода!
Официант действительно подошел к ней и, сделав приглашающий жест, с улыбкой произнес:
– Госпожа Сюэ, господин Фэн приглашает вас занять место за его столиком.
А? Он не просит ее уйти, а зовет присоединиться к нему? Но его столик… ровно посередине… это место для самых важных гостей…
Шаньшань снова смутилась.
Конечно, у нее не хватило смелости отказаться у всех на глазах от приглашения, а точнее, приказа директора Фэна. Девушка последовала за официантом и заняла место рядом с Фэн Тэном.
Гендиректор разговаривал о каких-то земельных участках с интеллигентным стариком и не обращал внимания на Шаньшань. Сюэ Шаньшань честно подождала окончания беседы и осторожно спросила:
– Директор, не слишком ли это хорошее место для меня?
– А что не так? – равнодушно произнес директор Фэн.
– Здесь ведь сидят самые важные гости, да? А я, э-э-э… еще не стала важным гостем.
Фэн Тэн усмехнулся и посмотрел на нее.
– Если не хотела здесь сидеть, то почему так смотрела на меня?
– Так смотрела? – ошеломленно переспросила Шаньшань.
– Только что твой взгляд говорил… – медленно протянул Фэн Тэн. – «Меня бросили, спаси меня».
…
Босс, ты ошибаешься, мой взгляд умолял не лишать меня зарплаты.
Шаньшань молча взглянула на Фэн Тэна. Он был так уверен в своих словах, что девушка даже начала сомневаться. Может, и правда она посылала именно такие сигналы? В душе она ничего такого не имела в виду, но возможно, ее взгляд говорил о другом? Ведь есть же такие строки: «мой взгляд предает мое сердце».
Босс, твоя способность читать по глазам действительно сильна…
Конечно, сидя рядом с Фэн Тэном, нельзя было рассчитывать на возможность съесть достаточно много. На самом деле, если палочки для еды не будут дрожать в ее руках, то это уже можно будет посчитать успехом. Изначально Шаньшань планировала принимать пищу по этикету, но от всей души. Но теперь «от всей души» придется отложить в долгий ящик. Сейчас Шаньшань усердно пыталась вспомнить изящную манеру, с которой она ела в ту далекую пору, когда притворялась утонченной леди.
Но четыре года борьбы за еду с одногруппниками в университете оставили ее утонченность в далеком прошлом.
Ладно.
Взять еду палочками – улыбнуться.
Взглянуть на кого-нибудь – улыбнуться.
Официант принес свиные ножки.
Кхм, хорошо.
Посмотреть в сторону свиных ножек – улыбнуться.
Эй, оказывается, это вовсе не свиные ножки. Ну и ладно.
Взглянуть на лапу какого-то животного – улыбнуться.
…лицо Шаньшань задеревенело от улыбки.
Наконец банкет подошел к концу, и люди начали расходиться. Шаньшань тоже поспешила попрощаться с Фэн Тэном.
– Уйдешь немного позже. Пойдем со мной, проводим гостей, – сказал он в ответ.
…
Дрожащим голосом Шаньшань напомнила:
– Директор, я ведь тоже гость.
Я и подарок принесла…
– Хочешь уйти сейчас? – сощурился Фэн Тэн. – Босс еще не ушел. Разве может сотрудник покинуть помещение?
Хорошо знакомое чувство охватило Шаньшань. Давление и стресс.
– Конечно, не может! – твердо ответила она. – Я останусь и провожу гостей.
Полуголодная Шаньшань последовала за директором Фэном, чтобы проводить гостей.
Фэн Тэн родился в богатой семье и с детства привык к таким приемам. Конечно, он чувствовал себя непринужденно и свободно. Директор выглядел элегантно и естественно, и каждое его движение казалось выверенным. Шаньшань стояла к нему так близко, что чувствовала его мужской запах. Сердце невольно запорхало у нее в груди, но девушка быстро с ним справилась. Директор такой пугающий, а ты еще смеешь тут порхать? Жить надоело?
Для Шаньшань это был первый опыт участия в таком крупном мероприятии. Девушка снова и снова повторяла одни и те же вежливые фразы – просто ничего другого не приходило ей в голову. Большую часть времени ей приходилось стоять рядом с директором и натянуто улыбаться. Про себя же она в это время громко восклицала: «Ого! Это же глава города! Значит, между чиновниками и бизнесом есть тайные связи? А этот старик продает XXX. Спекулянт! У него все так дорого!»
Шаньшань вообще-то не очень понимала, почему директор позвал ее стоять здесь. Он вполне мог бы и сам с этим справиться.
Пока Фэн Тэн разговаривал с одной богатой дамой, Шаньшань воспользовалась возможностью и взглянула на свой телефон. Было уже больше десяти часов. Девушка немного расстроилась.
– Что ты делаешь? – спросил кто-то рядом.
– Смотрю на часы. После полуночи такси дороже, – не задумываясь, ответила Шаньшань. Затем она неожиданно поняла, чей голос услышала, а потому замерла и повернулась. – Эм… директор…
Шаньшань очень хотелось сейчас накрыться с головой и заплакать. Как она могла ляпнуть такое? Гендиректор оказался настолько коварен, что не постеснялся застать ее врасплох.
Фэн Тэн нахмурился и пристально посмотрел на нее.
– Когда все закончится, я попрошу кого-нибудь отвезти тебя.
Шаньшань была удивлена, но быстро кивнула:
– Спасибо, директор!
Действительно нет худа без добра. Теперь она хотя бы сэкономит пятьдесят юаней на такси. После этого предложения Шаньшань провожала гостей с гораздо большим энтузиазмом. Когда почти все гости разошлись, Фэн Тэн попрощался с Фэн Юэ и ее мужем.
– Пойдем, – сказал он Шаньшань и, не оборачиваясь, пошел к выходу
Девушка поспешила за ним, надеясь, что снаружи ее ждет обещанный водитель. Но выйдя на улицу, она обнаружила, что у дверей припаркована только одна машина. Служащий увидел Фэн Тэна и предупредительно приоткрыл дверь автомобиля.
– Господин Фэн.
Шаньшань проследила за тем, как Фэн Тэн проходит к противоположной стороне и садится на водительское место…
Шаньшань застыла рядом с машиной.
А где же ее водитель?
Может ли гендиректор быть им?
Наклонившись к двери, Шаньшань с трудом заставила себя произнести:
– Директор, вы сказали, что попросите какого-нибудь человека отвезти меня… Где же мой водитель?
Фэн Тэн с нетерпением произнес:
– А я для тебя уже не человек?
Шаньшань ужасно хотелось кивнуть. Большой босс, разве ты можешь быть человеком? А даже если и так, ты наверняка ешь людей.
Видя, что она не собирается двигаться с места, Фэн Тэн сказал еще более нетерпеливо:
– Садись в машину.
Шаньшань не посмела возразить и послушно села. Это был не тот «БМВ», на котором они приехали сюда, а совершенно другой белый спортивный автомобиль, марку которого Шаньшань даже не знала. «У богачей так много машин», – тяжело вздохнула она.
Много-много раз произнеся слова благодарности, Шаньшань назвала свой адрес и легонько откинулась на сиденье, позволив себе передышку. Возможно, из-за того, что на банкете она выпила немного вина, сейчас девушка чувствовала себя расслабленно. Шаньшань зевнула, а затем… и вовсе уснула.
Ладно бы она просто заснула. Проблема была в том, что ее сон не был крепок. В какой-то момент Шаньшань приоткрыла глаза и увидела за окном знакомую вывеску. Ее мозг все еще находился в полусне, а потому девушка совершенно забыла о том, кто именно находится рядом с ней.
– Остановитесь здесь. Я хочу поесть лапши с говядиной.
К тому моменту, когда Шаньшань вспомнила, что она не в такси, а в спортивном автомобиле, за рулем которого находится директор Фэн, вокруг уже разлилась звенящая тишина.
Она что, правда сказала, что голодна, при хозяине, который организовывал банкет? Шаньшань хотелось реветь, но слез не было.
– Директор… у меня просто большой аппетит… Каждый вечер я что-нибудь перекусываю на ночь… Я наелась на банкете, правда. Просто еда уже переварилась…
Фэн Тэн молча смотрел на нее несколько секунд, а затем развернул машину, чтобы подъехать к маленькому магазинчику с желтой вывеской.
– Этот?
– Да, да, этот, – закивала Шаньшань, мечтая поскорее попрощаться с боссом. – Директор, ну я пойду. До свидания, спасибо, что подвезли. Я поем и возьму такси, вам не нужно меня ждать. Спасибо.
Она выпалила все это на одном дыхании, вышла из машины и закрыла дверь. Подняв глаза, она увидела Фэн Тэна, стоящего напротив нее.
Шаньшань смутилась.
– Директор?
Почему он вышел из машины?
– Говяжья лапша, говоришь?
– Директор, вы что, снова хотите есть?
– А нельзя? – спросил Фэн Тэн и прошел мимо застывшей Шаньшань. – Я уже тоже все переварил.
– А?
– Думаешь, моя способность усваивать еду хуже твоей?
Поймав еще один убийственный взгляд большого босса, Шаньшань поспешно ответила:
– Нет, нет, директор. Ваши пищеварительные способности самые лучшие в мире.
Фэн Тэн поперхнулся.
Вошедший в лапшечную директор собрался уже было присесть, но Шаньшань тут же остановила его:
– Подождите, подождите. Я протру стул.
Она достала бумажную салфетку и вытерла засаленный стул. Все-таки одежда директора была слишком дорогой для такого заведения.
Фэн Тэн потянулся к стулу, но Шаньшань снова закричала:
– Подождите, подождите. Я вытру стол.
Она протерла стол другой салфеткой.
…
– Ну вот, директор, теперь, пожалуйста, садитесь.
Девушка смахнула пот, небрежно вытерла свое сиденье и тоже присела. Подошел хозяин лапшечной, и Шаньшань заказала маленькие порции лапши.
Хозяин знал ее, потому что она часто приходила сюда за едой.
– Сегодня только маленькую порцию?
Шаньшань неловко кивнула. Наверное, из-за присутствия большого босса у нее пропал аппетит, так что заказывать большую порцию было бы пустой тратой денег.
Лапша готовится быстро, так что две порции были поданы всего через несколько минут. Шаньшань разломила палочки и собралась уже было приступить к еде, как внезапно заметила, что Фэн Тэн хмуро смотрит на миски.
Что такое? Больше не можешь есть, да? Я же говорила, чтобы ты не заходил. Ворча про себя, Шаньшань изобразила на лице беспокойство.
– Директор, что-то случилось?
Фэн Тэн поднял голову и равнодушно произнес:
– Нужна другая порция, я не ем кинзу.
Тогда почему ты не сказал об этом владельцу?!
Шаньшань машинально остановила директора.
– Значит, эта тарелка вам не подойдет? Это слишком расточительно. Я выберу ее.
Фэн Тэн приподнял бровь и переспросил:
– Ты выберешь?
Шаньшань некоторое время молчала, а затем решительно кивнула и ответила:
– Да, выберу!
Она сказала, что выберет, значит, сделает это. Небо широко, земля обширна, но им не сравниться с главным боссом. Шаньшань готова была пролить свою кровь. По сравнению с этим выбрать кориандр для него – сущая мелочь.
Открыв новую пару палочек для еды, Шаньшань аккуратно выбрала всю кинзу и поставила миску с лапшой напротив Фэн Тэна.
– Директор, посмотрите.
Шаньшань подняла голову и встретила колючий взгляд большого босса. Сердце девушки дало сбой. Этот взгляд… почему он такой путающий.
Директор Фэн взглянул на миску и кивнул:
– Неплохо.
Шаньшань снова вздрогнула. Он похвалил ее. Так почему же ей стало еще страшнее? У девушки появилось плохое предчувствие…
Шаньшань робко съела лапшу, а доев, не осмелилась соперничать с Фэн Тэном за то, кто оплатит счет. Большой босс заплатил, а после довез ее до дома…
Уф, ничего страшного не произошло. Похоже, ее предчувствие было ложным…
Помахав директору на прощание, Шаньшань поднялась по лестнице и выглянула из окна лестничной клетки второго этажа. Белый спортивный автомобиль Фэн Тэна, особенно заметный в ночной темноте, свернул за угол и скрылся из виду.
Шаньшань вдруг почувствовала легкую грусть и разочарование. То, что случилось сегодня и месяцем ранее, было похоже на сказку, в которую попала такая мелкая сошка, как Шаньшань. Наверное, ей больше никогда не доведется увидеть большого босса…
С другой стороны, у этого есть и свои плюсы!
Шаньшань сжала кулаки и снова повеселела!
Вперед, Сюэ Шаньшань!
Вперед, в новый день, в котором уже не будет свиной печени!
В понедельник Сюэ Шаньшань приехала в офис в приподнятом настроении. Все утро она улыбалась и была невероятно счастлива.
Коллеги шутили:
– Шаньшань, ты просто лучишься от радости, произошло что-то хорошее?
Если они узнают, что она так счастлива потому, что ей не нужно больше есть свиную печень, сочтут ли они ее легкомысленной или глупой? Шаньшань подперла подбородок рукой, размышляя над этим, а затем произнесла фразу, которую сочла достаточно глубокой:
– Хорошее обязательно произойдет.
Свиная печень. Сегодня не придется ею давиться!
В счастливый полдень Шаньшань прибрала свой стол и решила пойти с коллегами в столовую. А-а-а, жареные ребрышки! Я так скучаю по вам.
Только Шаньшань собралась встать, как зазвонил телефон. Это была А-Мэй с двадцать второго этажа.
– А-Мэй, ты ведь не собираешься снова отправить мне обед? – встревоженно спросила Шаньшань.
– Сегодня нет, – произнесла А-Мэй.
Шаньшань выдохнула с облегчением и радостно продолжила:
– Вот и славно! А-Мэй, я собираюсь пойти пообедать. Когда у тебя появится свободное время, я обязательно угощу тебя едой.
А-Мэй чаще всего приносила Шаньшань еду, поэтому они успели сблизиться.
– Хорошо, давай в воскресенье пройдемся по магазинам. Мне нужно кое-что прикупить. – Обсуждая еду и покупки, А-Мэй ощущала невероятный душевный подъем. Затем она мимоходом добавила: – Кстати, Шаньшань, сегодня президент не просил меня приносить тебе еду, но сказал, чтобы ты поднялась к нему и сама все принесла.
Это известие было подобно молнии среди ясного неба.
Шаньшань почти физически ощутила, как сгорает изнутри. Прошло какое-то время, прежде чем она, все еще питая надежду, спросила:
– … принесла что?
– Обед.
– А-Мэй, ты точно все правильно услышала?
– Правильно, – уверенно ответила помощница госпожи Линды.
Пауза затянулась.
Шаньшань глубоко вдохнула перед ответом. Нет. Ей все равно еще не хватало смелости. Еще один вдох. Пожалуй, теперь можно.
– А-Мэй, могу ли я тебя попросить перевести звонок на директора?
– Хорошо. Подожди минутку, я спрошу.
Прошло некоторое время, и А-Мэй снова сказала:
– Перевожу.
Раздалась единая при звонке на любой из номеров компании музыка. Шаньшань крепко сжала трубку. Хотя девушка уже дважды виделась с большим боссом, те встречи проходили за пределами офиса, а потому она сейчас нервничала.
Через несколько секунд музыка прервалась. На том конце взяли трубку.
– Да, – раздался глубокий голос Фэн Тэна.
– Директор, это Сюэ Шаньшань.
– Хм, в чем дело?
Шаньшань услышала шелест бумаг и, догадавшись, что большой босс занят, быстро перешла к делу:
– Директор, я об обеде. Госпожа Фэн сказала…
– Что касается обеда, – перебил ее Фэн Тэн. – Госпожа Сюэ, не припомню, чтобы я просил секретаря приносить вам еду.
Совершенно верно! Совершенно! Шаньшань была взволнована. Директор, вы наконец-то об этом подумали! Поэтому, пожалуйста, больше никогда не присылайте мне обед…
– Начиная с сегодняшнего дня, вы сами будете выбирать еду и приходить с ней сюда.
Директор положил трубку, не дожидаясь ответа.
В финансовом отделе, на другом конце провода, статуей замерла Шаньшань.
Коллеги поторопили:
– Сюэ Шаньшань, ты ведь говорила, что хочешь сегодня пообедать с нами? Идешь?
– Идите первыми. – Шаньшань положила трубку, повернулась и еле заметно улыбнулась коллегам.
– Ты не пойдешь? Где же ты собираешься есть?
– На двадцать втором этаже.
Шаньшань вышла из отдела, оставив сослуживцев обмениваться удивленными взглядами.
– Неудивительно, что сегодня она была так счастлива, – с завистью сказал кто-то из коллег.
Шаньшань зашла в лифт и нажала кнопку двадцать второго этажа. «Забудь, забудь, – успокаивала она себя. – Все обязательно прояснится. Должно быть, сестра директора забыла предупредить повара. Нужно просто найти способ снова с ней поговорить. Но как с ней связаться? Неужели придется обращаться к директору?»
Лифт остановился на двадцать втором этаже. Стоило Шаньшань выйти, и она забыла обо всем, о чем думала: перед ней раскинулись владения, действительно достойные большого босса. Окружающая ее обстановка значительно отличалась от того, что находилось внизу. Это было так, так…
Шаньшань не могла подобрать слов для того, чтобы описать то, что она видела. Все вокруг выглядело именно так, как и ожидалось от места обитания богатого кровопийцы.
Но где же А-Мэй?
Шаньшань оглянулась в поисках подруги и обнаружила подошедшего к ней улыбающегося помощника Фана.
– Госпожа Сюэ, директор попросил вас идти сразу в его кабинет.
– Э-э-э, мне не нужно искать А-Мэй?
– А-Мэй, вероятно, уже ушла на обед в ресторан. Госпожа Сюэ, прошу вас проходите. Не стоит заставлять директора ждать вас.
– Не стоит, – произнесла Шаньшань с кислым выражением на лице.
Гендиректор такой большой человек, вечно занят важными делами. С чего бы ему волноваться о передаче контейнера с едой?
Глядя на Шаньшань, помощник Фан не смог удержаться от улыбки. В приподнятом настроении он отправился на обед. Шаньшань нашла кабинет директора, немного помялась у двери, не решаясь войти, но все же выдохнула и постучалась.
– Входите.
Открыв тяжелую деревянную дверь, Шаньшань сначала по привычке вытянула шею и заглянула внутрь.
Логово большого босса оказалось просторнее, чем она ожидала. Кабинет был светлым, солидным, но не кричащим. Гендиректор сидел за большим столом в противоположном конце комнаты и просматривал документы.
Когда Фэн Тэн работал, он выглядел строгим и серьезным. Солнечный свет, проникающий сквозь панорамное окно, освещал его молодое тело. Шаньшань потрясенно замерла.
Взгляд Фэн Тэна был по-прежнему направлен на бумаги.
– Что застыла? Проходи.
– Кхм, – Шаньшань вздрогнула и очнулась.
Удивительно, как сильно ее околдовала красота босса. Девушку прошиб холодный пот. Действительно, чем опаснее существо, тем удивительнее его внешний вид, и директор тому лучшее подтверждение.
Шаньшань закрыла за собой дверь и подошла к столу Фэн Тэна.
– Подожди минутку.
Девушка кивнула и отошла в сторону, осторожно наблюдая за ним и боясь помешать.
Через несколько минут Фэн Тэн поставил свою подпись в конце документа и закрыл папку. Гендиректор взглянул на Шаньшань и кивнул вправо – на расположенный в гостевой зоне стол.
– Обед там.
Шаньшань медленно повернула голову, и у нее чуть не отвисла челюсть.
О небо, на этот раз госпожа Фэн превзошла саму себя! Если раньше Шаньшань доставляли еду в обычных одноразовых контейнерах, то теперь перед ней стояла деревянная трехслойная круглая коробка.
Две коробки!
Неужели госпожа Фэн дает этим понять, что она дармоед?![9]
Шаньшань потрясенно пробормотала:
– Две… директор, я не смогу столько съесть.
Фэн Тэн кашлянул.
– Одна из них моя.
Шаньшань была потрясена еще больше. Ее поставили на одну ступень с директором?.. Может ли так быть, что… коробка гендиректора тоже наполнена свиной печенью?
Шаньшань смущенно произнесла:
– Директор, я… я больше не могу это есть. Госпожа Фэн в прошлый раз обещала больше не присылать мне еду. Может быть, она забыла передать это вашему повару? И кровь, которую я в прошлый раз сдала… все уже полностью восстановилось. Посмотрите, какая я румяная.
Такими темпами ее кожа вообще скоро станет красной, как печень.
Фэн Тэн взглянул на нее, и в его глазах промелькнула смешинка. Однако вскоре выражение его лица снова стало холодным и равнодушным.
– Меня не касаются ее дела. Скажи ей об этом сама.
– Эм… тогда… директор, можете ли вы дать мне контакты госпожи Фэн?
– Вчера она улетела в Европу, – медленно произнес Фэн Тэн. – Вернется где-то через месяц.
Шаньшань потрясенно застыла. Неужели ей придется есть это еще месяц?!
– Госпожа Сюэ, не скромничайте, – безразлично сказал Фэн Тэн.
– Я не скромничаю… – Шаньшань хотелось плакать.
Фэн Тэн посмотрел на нее, словно изучая.
– Госпожа Сюэ, вам неловко есть бесплатно?
– Да, да, директор, вы правы. Мне ужасно неловко, – закивала Шаньшань.
– Вот как, – Фэн Тэн задумался.
Шаньшань неотрывно смотрела на него, взглядом моля о милосердии.
– Тогда давай сделаем так. – Фэн Тэн принял решение, и его красивое лицо разгладилось. – Ты можешь сделать что-то, чтобы отплатить за еду.
– Что сделать?
– Принеси коробки.
Шаньшань принесла оба бокса для еды.
– Открой.
Шаньшань открыла одну коробку.
Фэн Тэн бросил быстрый взгляд на блюда.
– Хм, вытащи из этого блюда морковь, а из этого зеленый перец.
Глядя на ошеломленную Сюэ Шаньшань, мужчина добавил:
– Будь так же внимательна, как и в тот раз, когда выбирала кориандр.
Сюэ Шаньшань – выдающийся сборщик овощей.
Хотя ей и нравились выражения в стиле: «деньги и власть не совратят его», «бедность и нужда не изменят его», «сила не сломит его», но… но Шаньшань все еще находилась на испытательном сроке.
Для себя девушка, конечно, решила, что, как только испытательный срок закончится и ее возьмут в штат, она обязательно покажет директору свою несгибаемую силу воли.
Ну а пока… пока ей приходилось аккуратно выбирать овощи из блюд.
Сюэ Шаньшань сидела на диване в гостевой зоне кабинета гендиректора, находившегося на двадцать втором этаже, и сосредоточенно выбирала лишние ингредиенты. Фэн Тэн и высокие руководители компании совещались в конференц-зале, примыкавшем к кабинету.
Прошел почти месяц с тех пор, как она впервые зашла в этот кабинет. Поначалу Шаньшань надеялась, что госпожа Фэн вернется и поможет ей, но на днях директор сообщил, что его сестра уехала в Канаду.
Она путешествовала сразу после родов! Видимо, все в семье гендиректора были удивительными людьми. Например, сам он оказался чрезвычайно привередлив в еде. Его разборчивость была немыслима для обычного человека, но самое ужасное заключалось в том, что предпочтения большого босса менялись в зависимости от времени и способа приготовления еды. Сегодня он мог отказаться от того, что ел вчера, или мог съесть вареное блюдо, но отказаться от такого же жареного…
Девушка бормотала себе что-то под нос, когда дверь конференц-зала открылась, выпуская Фэн Тэна и высокое руководство. Шаньшань не знала этих людей, но понимала, что они большие шишки в компании. Наверное, будет невежливо просто остаться сидеть, поэтому девушка отложила палочки, встала и вежливо улыбнулась.
Руководители тут же заговорили:
– Госпожа Сюэ, что вы! Присядьте, присядьте.
Неловко!
Откуда они узнали, что ее фамилия Сюэ?!
Все кончено! Наверняка уже все в компании знали, какое она безвольное существо, согласившееся работать у директора сборщицей овощей!
Подумав об этом, Шаньшань сильно расстроилась. Как же она будет в будущем выживать в компании?
Разговаривающий с кем-то Фэн Тэн услышал разговор и обернулся к Шаньшань.
– Ты закончила?
– Нет, нет. – Девушка поспешно села и вновь начала выбирать соевые бобы.
О будущем можно подумать и позже. Сейчас же важно угодить директору. Нужно выбирать овощи? Что ж, пусть будет так. Она теперь находилась в полном распоряжении императора!
Шаньшань собрала соевые бобы на ложку и высыпала их в свой контейнер. Директор говорил, что выбрасывать еду плохо, поэтому девушка обычно доедала то, что не съедал он. Теперь эти соевые бобы предназначались для ее желудка.
Она сделала все машинально, даже не подозревая, как этим действием потрясла наблюдавших за ней людей.
Все знали, что госпожа Сюэ «легкими шагами поднялась к синим небесам»[10], но никто не мог понять, чем она заслужила расположение гендиректора. Фэн Тэн даже проводил с ней обеденные перерывы, совершенно не беспокоясь о слухах.
Теперь стало ясно, что отношения госпожи Сюэ и владельца компании действительно были необычны.
Сюэ Шаньшань выбрала свои любимые ингредиенты и переложила их из тарелки директора в свою!
Руководители разошлись, но на их лицах читалось задумчивое выражение. Фэн Тэн положил документы на стол, подошел к Шаньшань и сел напротив нее.
Девушка встала, почтительно поставив перед ним коробку с едой.
– Директор, я закончила.
– Сиди.
– Ммм.
Шаньшань уже месяц обедала с директором. Конечно, не по своей воле, а по приказу большого босса. В глубине души девушка считала, что он это сделал для того, чтобы было кому убрать посуду после еды.
Шаньшань взяла палочки и стала неспешно есть. Обычно она ела очень быстро, поглощая пищу с громким хлюпаньем, но директору это не нравилось, и он попросил ее есть с его скоростью.
Придется это признать. Директор оказался настолько амбициозным, что не смог стерпеть даже того, что кто-то рядом ест быстрее, чем он.
У Шаньшань не осталось иного выбора, кроме как откусывать по кусочку и следить за скоростью директора. Фэн Тэн долго смотрел на нее, а затем опустил палочки и спросил:
– Ты так на меня смотришь, потому что сама хочешь съесть это блюдо?
Шаньшань посмотрела на него с недоумением. Ее рот был занят едой, поэтому девушка просто замахала рукой.
Фэн Тэн кивнул с пониманием.
– Хочешь сказать, что не будешь брать…
Утвердительный кивок.
– Хочешь, чтобы я тебя покормил?
Шаньшань наконец прожевала еду и уже хотела было что-то сказать, но, услышав слова директора, поперхнулась. Девушка закашлялась, бросая на Фэн Тэна укоризненные взгляды. Господин директор, пожалуйста, не шутите во время еды. Да еще и с таким серьезным лицом.
Видя, как она закашлялась так, что выступили слезы, Фэн Тэн изящно наклонился и легонько похлопал ее по спине. Шаньшань тут же накрыла его заботливая мужская аура. Сердце девушки неожиданно забилось сильнее, и она тут же отстранилась.
Обаяние директора и правда слишком пугающее. Оно настолько сильное, что от незначительного прикосновения у нее сердце начинает выпрыгивать из груди.
Фэн Тэн убрал руку и, взглянув на ее порозовевшее личико, с улыбкой, как никогда мягко, сказал:
– Если хочешь что-то съесть, просто скажи, не переживай так.
Шаньшань закашлялась еще сильнее, а отдышавшись, тут же стала оправдываться:
– Директор, я бы никогда не осмелилась позариться на вашу еду. Мне достаточно и соевых бобов!
– Ничего страшного, если хочешь, – великодушно разрешил директор Фэн.
– А?
– Сегодняшняя говядина очень неплоха, – рассеянно добавил он.
Ясно! Похоже, сегодняшняя говядина ему не по вкусу. Шаньшань погладила живот и стиснула зубы.
– Директор, раз это так вкусно, то, пожалуйста, дайте и мне пару кусочков!
Взяв чистую ложку, Шаньшань бесстрашно зачерпнула еду из ланч-бокса Фэн Тэна.
Директор улыбнулся и сказал:
– Нет проблем. Если хочешь, забирай все.
Ложка замерла в воздухе. Шаньшань смотрела на Фэн Тэна, еле сдерживая слезы.
– Директор.
– Ммм?
– Будет ли смерть от переедания считаться производственной травмой?
Все же у гендиректора проснулась совесть, и он не стал заставлять Шаньшань есть всю говядину. Девушка съела несколько кусочков, но почему-то после этого у нее возникло какое-то странное чувство, природу которого она так и не смогла объяснить. После обеда Фэн Тэн ушел мыть руки. Шаньшань же, подгоняемая необъяснимым чувством, тоже быстро собралась, мечтая поскорее удрать. В этот момент вышел Фэн Тэн.
– Можешь завтра не приходить.
Шаньшань вздрогнула и остановилась на полпути. Неужели она получила свободу вот так просто?
Без борьбы, без уговоров? Девушка почувствовала разочарование. Неужели ей так и не представится возможности однажды самой решительно отказать директору и показать свою силу воли?
С другой стороны, все же хорошо, что больше не придется мучить свой многострадальный желудок. Размышляя таким образом, Шаньшань незаметно для себя расплылась в улыбке. К сожалению, как раз в этот момент Фэн Тэн добавил:
– Приходи через две недели.
– А?
Фэн Тэн немного приподнял утолки губ.
– Есть вопросы?
– Нет, нет…
Конечно, все не могло оказаться настолько хорошо, как показалось сначала… Президент, не могли бы вы говорить все сразу, а не давать ложную надежду?
Печальная Шаньшань вышла из кабинета, пряча отрыжку.
Странное чувство, возникшее во время обеда, беспокоило Шаньшань весь день. Девушка была рассеянна и задумчива, но никак не могла понять, что же ее так беспокоит. Наконец, когда Шаньшань зашла в чайную комнату, ее неожиданно осенило. Она потрясенно замерла и пробормотала себе под НОС:
– Теперь понятно… недоеденная еда… слюна…
А-а-а, она старательно выбирала соевые бобы и даже не заметила, что директор уже ел ту говядину. Там ведь наверняка осталась его слюна, верно?
– Что за слюна?
– Директора… Ой!
Шаньшань обернулась и увидела стоявшую позади нее А-Цзя. Коллега выглядела очень заинтересованной.
Шаньшань замолчала и напряженно рассмеялась, собираясь ретироваться. Быть выборщицей овощей и так довольно унизительно. Не хотелось бы, чтобы кто-то узнал о том, что она опустилась до поедания объедков.
Но обычно деликатная коллега, всегда знающая, когда стоит отступить, сейчас оказалась настолько увлечена «тайной гендиректора», что не собиралась отставать.
– Шаньшань, ты выглядишь так, как будто сегодня впервые… ну, понимаешь… эта слюна…
– Да!
Конечно. Раньше она никогда не доедала за кем-то еду.
– Ой, нет, нет, нет, ничего я не ела.
Шаньшань опрометью выскочила из чайной комнаты с чашкой в руках.
Какая неуклюжая попытка скрыть правду. Все же очевидно! А-Цзя округлила от удивления глаза и покачала головой: кто бы мог подумать, что гендиректор окажется настолько невинен, что до первого поцелуя дело дойдет только сегодня.
А-Цзя вышла из чайной комнаты с пустой, даже не помытой чашкой, бредя бездумно, словно лунатик.
Дурные воспоминания от того, что она случайно съела чужие объедки, беспокоили Шаньшань весь день. На следующий день девушка услышала от А-Мэй, что директор вместе с Линдой и помощником Фаном улетели в европейское отделение компании, и выдохнула с облегчением.
Большой дьявол уехал за границу. Ю-х-х-у!
Обрадовавшаяся Шаньшань даже не догадывалась, что через несколько дней произойдет кое-что еще более прекрасное. Руководитель старика-начальника отдела финансов, финансовый директор, встретивший Шаньшань в офисе директора Фэна, на очередном утреннем совещании финансового отдела объявил, что Сюэ Шаньшань и два других новых сотрудника настолько хорошо проявили себя, что их испытательный срок заканчивается досрочно и они будут официально приняты в штат. Отдел кадров тоже был настроен на сотрудничество. Начальник отдела охотно и с большим воодушевлением помог уладить все формальные процедуры, и трудоустройство завершилось в кратчайшие сроки.
Став официальным сотрудником, Шаньшань почувствовала себя невероятно счастливой! Теперь она сможет отклонить любые необоснованные требования гендиректора, а у него уже не получится уволить ее без причины!
Радостные события воодушевляют любого человека. Шаньшань улыбалась каждому, кого видела.
Единственное, что ее расстраивало, так это снизившееся качество питания в столовой для сотрудников. А комплексный обед с ребрышками, по которому она так сильно скучала, и вовсе оказался невкусным.
Увы, повара в столовой, должно быть, перехвалили, и он возгордился.
После того как Шаньшань стала штатным сотрудником, она считала дни, с нетерпением ожидая возвращения большого босса. Каждый день подходя к зданию «Фэнтэн», она поднимала глаза к окнам двадцать второго этажа и, полная боевой решимости, сжимала кулаки. Уходя с работы, девушка снова поднимала взгляд и с неохотой шла домой, недовольная тем, что ее боевой дух снова пропал впустую.
Все в компании знали: пока директора нет, Сюэ Шаньшань из финансового отдела с грустью смотрит на его окна, страдая от любовной тоски.
Однажды в полдень Шаньшань пообедала и уснула за столом. Сквозь сон ей послышался звонок. Девушка медленно подняла трубку и услышала голос А-Мэй.
– Шаньшань, ты ведь свободна? Поднимайся сюда.
Подняться?!
Шаньшань выпрямилась на стуле. Неужели большой босс вернулся?!
Решительно сказав «хорошо», девушка повесила трубку и глубоко вздохнула. Успокойся, Сюэ Шаньшань! Ты обязательно победишь! Богиня победы всегда на стороне справедливости! Она никогда не перейдет на сторону директора только потому, что он красивее и богаче!
Шаньшань мгновенно перешла из спящего состояния в боевое. Горя жаждой крови, она отправилась на двадцать второй этаж.
А-Мэй увидела ее и помахала рукой.
– Шаньшань, иди сюда.
Девушка помахала в ответ, давая понять, что подойдет позже, и твердым шагом направилась к кабинету директора. Она решительно постучала, одновременно повторяя про себя заученные фразы.
В такой момент совершенно нельзя останавливаться, чтобы поболтать с А-Мэй, иначе боевой дух ослабнет. Это истина, известная всем, кто когда-либо читал новеллы в жанре уся[11].
Тук. Тук… Тук. Тук… тук-тук-тук… Она поменяла частоту продолжая стучать.
Никто не ответил.
Шаньшань глупо застыла и повернула голову.
А-Мэй и другие секретари хихикали, закрыв руками рот. Они никак не могли остановиться. Наконец продолжавшая хохотать А-Мэй сказала:
– Шаньшань… хи-хи… директор еще не вернулся.
– Но ты попросила меня подняться…
– Разве я не могу позвать тебя по поводу, не касающемуся директора? На прошлой неделе я ездила в родной город и привезла оттуда местные деликатесы.
Протянувшая ей сумку Мэй тяжело дышала, пытаясь сдерживать смех.
– Кхм… спасибо, спасибо.
Под сдерживаемые смешки всех присутствующих Шаньшань прошла к лифту, обливаясь холодным потом.
В первом раунде Сюэ Шаньшань потерпела поражение, даже не прикоснувшись к краю одежды большого босса.
Всю вторую половину дня А-Мэй была в приподнятом настроении. Она позвонила Фэн Тэну, чтобы получить распоряжения по работе и мимоходом, не задумываясь, сказала:
– Директор, госпожа Сюэ очень по вам скучает.
Когда А-Мэй осознала, что сказала, ее сердце екнуло. Какое безрассудство! Директор Фэн был не из тех начальников, с кем можно общаться по-дружески. Подчиненные всегда относились к нему с уважением и не смели говорить ни о чем, кроме работы. Но сейчас, когда забавный случай с Шаньшань еще был свеж в памяти, А-Мэй находилась в приподнятом настроении, а потому, не подумав, сказала то, что сказала.
Фэн Тэн, явно не ожидавший такого красноречия, машинально сказал:
– А?
А-Мэй решила, что это «А?» означает, что босс очень заинтересован и просит ее продолжать. Девушка выдохнула с облегчением и поспешила рассказать ему сегодняшнюю историю с Шаньшань.
Этим же вечером, когда Сюэ Шаньшань сидела перед компьютером, играя в игру, раздался странный телефонный звонок.
– Мой рейс через два часа. Буду завтра в полдень.
Не дожидаясь ответа, звонивший просто повесил трубку.
Долгое время Шаньшань продолжала держать телефон у уха. До тех пор пока наконец не поняла, что это был голос директора.
Как высокомерно! Девушка в гневе швырнула телефон на кровать. Кто бы мог подумать, что, еще не вернувшись, директор в одностороннем порядке объявит войну.
К тому же через международный звонок!
Деньги, денежки… Шаньшань так огорчилась из-за счета за телефон, что, повернувшись к компьютеру, готова была метать молнии из глаз.
В игре она только-только снизила здоровье босса до минимума! Но теперь уже сама лежит у его ног в луже крови, а босс-монстр расхаживает вокруг ее тела…
Видимо, все боссы одинаковы. Поднимают шум на востоке, а удар наносят на западе, выманивая тигра с горы![12]
К старой вражде добавились новые обиды!
Встретимся завтра!!! Шаньшань уставилась на экран компьютера налившимися кровью глазами и сжала кулаки.
На следующий день, только придя на работу, Шаньшань получила тайное послание от А-Мэй. В нем говорилось, что самолет директора приземлится в городе S в двенадцать часов и около часа дня директор уже будет в офисе. Узнав об этом, Шаньшань не стала дожидаться, пока Фэн Тэн вызовет ее. Закончив обед, она, полная боевого духа, отправилась на двадцать второй этаж дожидаться гендиректора.
Прождав некоторое время, Шаньшань уснула в кресле А-Мэй.
Без четверти двенадцать Фэн Тэн, Линда и помощник Фан поднялись на двадцать второй этаж. Все секретари вскочили со своих мест, приветствуя директора. А-Мэй толкнула Шаньшань – никакой реакции. Подруга еще раз попробовала ее растолкать – и сонная Шаньшань подняла голову.
В полусне девушка плохо понимала, что происходит… Все фигуры перед глазами были размытыми. Через некоторое время зрение потихоньку восстановилось, и Шаньшань увидела перед собой чьи-то зрачки.
У нее не было достаточного опыта, чтобы понять, какие мысли скрывают эти глаза. Взгляды Шаньшань и неизвестного встретились. Незнакомец вопросительно приподнял бровь и как будто едва заметно улыбнулся. Что же означал его взор?
– Директор, госпожа Сюэ пришла сразу после обеда, – пояснила А-Мэй.
Фэн Тэн хмыкнул и направился к своему кабинету.
– Заходи.
Шаньшань продолжала с глупым видом сидеть в кресле А-Мэй.
– Госпожа Сюэ, директор приглашает вас войти, – сказала Линда.
Ой! Директор! Большой босс!
Шаньшань полностью проснулась.
Она тут же подскочила и последовала за Фэн Дэном в его кабинет. Тот бросил «дипломат» и другие вещи на диван и приказал:
– Закрой дверь.
– Угу.
Шаньшань закрыла дверь. Приказы большого босса девушка выполняла быстрее, чем успевала об этом задуматься.
Закрыв дверь, она обернулась и застыла в ступоре.
Гендиректор… он что… снимает одежду?
Хорошо, не всю одежду. Фэн Тэн снял пиджак, оставшись в рубашке, но сам процесс раздевания выглядел неплохо. Теперь понятно, почему люди платят деньги, чтобы посмотреть стриптиз. Тем более у большого босса действительно красивое тело…
Шаньшань не сводила с него глаз.
Фэн Тэн снял пиджак, посмотрел на Шаньшань, которая продолжала с глупым видом стоять на месте, и бросил ей вещи.
– Помоги повесить.
Он прошел в ванную комнату, чтобы помыть руки, оставив потрясенную Шаньшань стоять с пиджаком в руках…
Большой босс он и есть большой босс. Для него командовать, как дышать. Если продолжится в том же духе, она станет личной служанкой гендиректора.
Шаньшань сжала кулаки, полная решимости сопротивляться и ни за что не вешать этот пиджак!
Фэн Тэн вытер руки и вышел. Сюэ Шаньшань стояла на прежнем месте, сжимая пиджак. Фэн Тэн нахмурился.
– Не найдешь куда повесить?
– Нет, – выпалила Шаньшань, набравшись смелости. – Директор, я не буду помогать вам его вешать.
– Почему?
Помрачневший Фэн Тэн подошел ближе. Шаньшань почувствовала почти физическое давление. Ее тело словно сжали в тиски.
– Потому что… – Шаньшань стиснула зубы и протянула пиджак.
Рисковать значит рисковать!
– Потому что сейчас холодно и вам следует его надеть, чтобы не простудиться.
Сюэ Шаньшань, ты безнадежна… Девушка в отчаянии смотрела на пиджак в своих руках.
Забудь. Одежда – это мелочь, сегодня главное – разобраться с темой еды.
Фэн Тэн едва заметно улыбнулся.
– Значит, ты заботишься обо мне, а я было подумал…
Улыбка директора заставила Шаньшань вздрогнуть. Девушка быстро замотала головой, опровергая:
– Нет, нет, конечно, я забочусь о вас, директор.
– Почему?
Что почему? Почему она заботится о нем? Шаньшань напрягла мозги и сказала с запинкой:
– Потому что, потому что здоровье директора – это благополучие его сотрудников.
– В моем здоровье заключается твое благополучие, верно? – удовлетворенно кивнул Фэн Тэн. – Ладно, со мной все хорошо. Просто повесь пиджак.
«Эмм, слова директора прозвучали как-то странно», – подумала Шаньшань, бредя к шкафу. Повесив одежду, она вернулась, так и не поняв, что конкретно ей показалось необычным. Оставив этот вопрос на потом, она, запинаясь, произнесла:
– Директор…
Нет, нет, почему именно таким тоном?! Она здесь не для того, чтобы просить поддержки. Нужно быть тверже. Шаньшань прокашлялась и снова начала:
– Директор!
Фэн Тэн подошел к столу.
– В чем дело?
– Ну, этот обед…
Шаньшань сделала первый шаг и теперь была настроена стоять насмерть, но Фэн Тэн перебил:
– Кстати, об обеде. Принеси с дивана два бумажных пакета.
Он снова просит ее что-то сделать! Ну что ж, Шаньшань выполнит поручение, но это будет ее последним делом.
Девушка принесла два красивых бумажных пакета, но Фэн Тэн их не взял. Вместо этого он включил компьютер, ввел пароль и как бы мимоходом произнес:
– Ах да, это тебе. Возьми.
Это! Тебе! Возьми!
Эти три слова прозвучали как гром среди ясного неба. Они настолько потрясли Шаньшань, что она несколько минут вообще не могла пошевелиться.
Дело в том, что, когда девушка несла пакеты, она случайно бросила взгляд внутрь, и ей показалось, что там лежала уходовая косметика. Большой босс купил ей средства для ухода за кожей?..
Хорошо, хорошо. Хорошо, но страшно!
Инстинкт выживания подсказывал Шаньшань, что она не должна принимать это. Если примет, то обратной дороги не будет… Шаньшань медленно произнесла:
– Директор, я не…
Как только частица «не» была ею произнесена, Фэн Тэн поднял на нее острый взгляд. Слова «не могу принять» застряли у Шаньшань в горле. Она едва не лопнула, стараясь удержать их!
– Что «не»?
Опять угроза! Всегда использует этот прием. Даже не боится, что его обвинят в отсутствии фантазии. Шаньшань посмотрела на него с ноткой презрения.
– Я не… не могу не взять.
Прием всегда один и тот же, но на ней он всегда срабатывал. В этот момент Шаньшань презирала себя гораздо больше, чем его.
Девушка опустила голову, не выказывая никакой радости по поводу подарка, и во взгляде Фэн Тэна промелькнуло недовольство.
– Ладно, теперь иди, – мужчина махнул рукой в сторону выхода, и выражение его лица стало холодным. Не успела Шаньшань дойти до двери, как Фэн Тэн снова сказал: – Не забудь завтра прийти на обед.
Только сейчас Шаньшань вспомнила, что проблема совместного приема пищи так и не была решена из-за внезапного подарка большого босса.
Выйдя из кабинета, девушка решила, что обязательно вернет большому боссу деньги за подарок. Директор наверняка их не примет, но Шаньшань в голову пришла хорошая идея: можно работать сверхурочно, но не получать за это оплату. Экономия, верно?
Линда увидела Шаньшань, выходящую с бумажным пакетом.
– Госпожа Сюэ, так это действительно подарок для вас? – сказала она с ноткой самодовольства. – Это я порекомендовала эту марку директору. Помню, вы как-то сказали, что у вас сухая кожа, которая шелушится зимой. Это средство очень эффективное.
На самом деле и сама идея подарить подарок принадлежала ей, но Линда, конечно, не стала рассказывать об этом Сюэ Шаньшань. Перед возвращением главный секретарь как бы между прочим спросила директора, не хочет ли он привезти что-нибудь для госпожи Сюэ. Фэн Тэн, казалось, был удивлен ее предложением, но через мгновение кивнул и попросил ее заняться этим. После этого Линда пришла к выводу, что поначалу директор и не думал ни о каком подарке вовсе. Это, в свою очередь, означало, что госпожа Сюэ занимала не очень прочное положение.
Однако, как бы то ни было, секретарю все равно стоило заручиться ее расположением.
Услышав слова Линды, Шаньшань вспомнила, как однажды рассказывала ей и А-Мэй о своей проблеме и спрашивала их совета, как экспертов в модных средствах. Тогда она и представить не могла, что…
– Линда, – пришедшая в голову мысль заставила Шаньшань напрячься. – А сколько стоят эти средства по уходу за кожей?
Посчитав этот вопрос мелочным, Линда мысленно нахмурилась. Шаньшань следовало просто принять подарок от мужчины. С ее стороны было некрасиво спрашивать о цене. Но главный секретарь не стала говорить об этом вслух. Вместо этого она улыбнулась и назвала сумму.
– Ох!
Услышав цифру, Шаньшань мысленно взмолилась: пусть начнется ураган и унесет ее подальше отсюда… куда-нибудь очень далеко…
Это была такая неприличная сумма! Сколько же придется работать сверхурочно?
Шаньшань пришла в отчаяние и пробормотала под НОС:
– Линда, почему вы не порекомендовали ему что-нибудь подешевле?
Под удивленными взглядами всех присутствующих Шаньшань побрела к лифту, словно блуждающий дух.
Всю вторую половину дня Шаньшань ходила, словно призрак. Вечером дома она села на кровать, оцепенело разглядывая средства для ухода за кожей. Большой босс действительно настоящий богач: прекрасно пользуется как большой дубиной, так и большими деньгами.
Ох…
Шаньшань открыла красивую коробку и решила опробовать косметику. В конце концов, это оплата ее будущих сверхурочных, которую она будет отрабатывать следующие несколько лет. Будет обидно просто так ее потерять. Шаньшань достала бутылочки и баночки, но, взглянув на них, потеряла дар речи.
Что на них написано?
Хоть она и знала каждую букву по отдельности, но стоило им собраться вместе, и она не представляла, что они означают. Кажется, это на французском?
Лицо Шаньшань помрачнело.
Отбросив баночки в сторону, девушка повалилась на кровать и некоторое время тупо смотрела в потолок. Затем она встала, нашла ручку и бумагу и переписала слова с бутылочек, решив завтра расспросить о них у сослуживцев.
Придя на работу на следующий день, Шаньшань спросила двух коллег о значении написанного на баночках. Ей казалось, что они должны хорошо разбираться в этом вопросе, но это оказалось не так: девушки ничем не помогли. Шаньшань задумалась и поняла, что у нее нет другого выхода, кроме как обратиться к Линде. Раз уж она порекомендовала директору этот бренд, то наверняка в нем разбирается.
Пришло время обеда, и мрачная Шаньшань поднялась на двадцать второй этаж.
Плохое настроение девушки было связано с дурными мыслями. Как говорится «если ешь в чужом доме, потом придется смягчать свои уста; если принимаешь что-то в чужом доме, добровольно делаешь свои руки слабыми»[13]. Шаньшань и ела, и принимала, но хотела отказаться от выполнения поручений. Кажется, она подлая и неблагодарная. Но если не отказаться сейчас, в будущем придется продолжать есть, а возможно, и продолжать принимать. Замкнутый круг. Так можно из выбирательницы овощей превратиться в подневольного слугу.
Слуга… Шаньшань вздрогнула, почувствовав холодок на спине. Нет, нет, этого нельзя допустить! Лучше быть подлым человеком, чем подневольным слугой!
Первое касалось ее репутации, но второе – жизни.
Девушка снова приняла решение.
Когда Шаньшань вошла в кабинет, она увидела, что директор тоже пребывает в дурном настроении. Конечно, босс был голоден, а это означало, что от плохого настроения до ярости рукой подать. Чтобы подергать тигра за усы, нужно накормить его досыта. Так что лучше сначала поесть, а уже потом приступить к важному разговору.
Шаньшань села и со знанием дела начала выбирать из тарелок овощи. Закончив, она вежливо пригласила директора к столу. Пока он ел, девушка тайно наблюдала за ним. С каждой порцией выражение лица большого босса смягчалось.
После еды Шаньшань наконец осмелилась заговорить:
– Директор, могу ли я больше не выбирать овощи из вашей еды?
Красивые брови Фэн Тэна снова нахмурились.
Шаньшань поспешила найти козла отпущения.
– Вы можете попросить об этом помощника Фана!
Простите, помощник Фан, мне очень жаль…
– А, нет. Пусть это сделает А-Мэй! – Шаньшань вдруг пришла в голову отличная идея, выгодная нескольким сторонам.
Нет, это не попытка подставить подругу. А-Мэй сама сказала об этом. В прошлый раз, когда они ходили по магазинам, приятельница сказала, что такое занятие – это ее мечта и если Шаньшань не хочет этого делать, то может просто перепоручить все ей.
– А-Мэй образованная, усердная, внимательная и мягкая. Она всегда готова первая прийти на помощь. – Шаньшань, будто торгуя на рынке, перечисляла достоинства А-Мэй.
Фэн Тэн прищурился.
– Помощь мне ты считаешь работой?
«А как иначе?» – хотела спросить в ответ Шаньшань, но, к сожалению, ее смелость уже иссякла, и она промолчала. Выражение лица директора в эту секунду было еще более устрашающим, чем тогда, когда он был еще голоден!
– Раз уж не хочешь выполнять такую работу, то перестань считать это работой.
– А?
Так в конце концов ей нужно это делать или нет? Почему слова директора так сложны для понимания? Нельзя ли дать более понятный ответ? Шаньшань оказалась сбита с толку.
– Ты говоришь, что А-Мэй образованна и усердна…
Может ли это быть тем самым переломным моментом? Шаньшань с радостью закивала, усиливая рекомендацию:
– У А-Мэй степень магистра!
– Именно поэтому позволить ей выполнять такую работу означает растратить ее талант попусту, – холодно произнес Фэн Тэн. – Лучше это будешь делать ты.
Не хочешь А-Мэй, просто откажи. Большой босс, зачем же переходить на личности? Шаньшань расстроилась.
Видя, что она возмущена, но не осмеливается протестовать, Фэн Тэн воспрял духом и сменил тему:
– Ты уже пользовалась тем подарком, что я тебе дал?
– … Я… еще нет.
На сияющее лицо Фэн Тэна снова наползли тучи.
Шаньшань поспешила объяснить:
– Не потому, что не хотела. Я просто не смогла прочитать, что там написано. Но я все выписала. Позже спрошу у Линды.
Фэн Тэн сказал с претензией:
– Спрашиваешь о подобном у других людей? Если тебе это не кажется позорным, то это унижает меня.
Почему ей должно быть стыдно, из-за того, что она не умеет читать по-французски? Шаньшань чувствовала себя абсолютно невиновной. Она всего лишь мелкий финансист. Директор, уж будьте добры не предъявлять такие завышенные требования. К тому же, даже если это позорит саму Шаньшань, при чем здесь он?
– Дай посмотреть, – с досадой произнес Фэн Тэн.
– Что? – не поняла Шаньшань.
– Разве ты не сказала, что выписала то, что написано на упаковке? Покажи.
– А. – Шаньшань не представляла, что собирается делать директор, но послушно вытащила бумажку из кармана брюк.
Фэн Тэн взглянул и положил записку на стол.
– Подойди.
Зачем? Шаньшань осторожно приблизилась.
– Слушай внимательно, – Фэн Тэн указал на первую надпись и начал переводить: – Это…
Директор одну за другой перевел все строки. Шаньшань была ошеломлена: неужели большой босс сейчас лично помог ей???
Шаньшань продолжала удивленно таращиться на Фэн Тэна, когда тот закончил и спросил:
– Ты запомнила?
– Угу.
Она была так удивлена, что почти не слушала.
Фэн Тэн с укором посмотрел на Сюэ Шаньшань. Та в ответ стыдливо опустила голову.
– Как тебя вообще сюда приняли? – вздохнул Фэн Тэн, покачав головой. – Ладно.
Он взял ручку и записал все на китайском.
Большой босс держал ручку так уверенно, что нельзя было усомниться в том, что он способен решить любую проблему. Почерк тоже был напористым и сильным… Взгляд Шаньшань как-то сам по себе переместился с бумаги на самого Фэн Тэна и надолго там задержался.
Почему директор кажется таким нежным, когда вот так сидит и что-то пишет, опустив голову?.. Ясно же, что он должен выглядеть недовольным… Обман зрения. Это просто обман зрения.
Фэн Тэн закончил писать и поднял голову. Заметив расфокусированный взгляд Сюэ Шаньшань, он неожиданно повеселел.
– Вот, возьми, – произнес большой босс и протянул ей бумажку.
– Угу. – Шаньшань спрятала ее в карман.
Фэн Тэн улыбнулся уголками губ.
– Завтра приходи вовремя.
Шаньшань была сбита с толку этой улыбкой и в замешательстве кивнула.
– Угу.
Фэн Тэн казался довольным.
– Можешь идти.
Ничего не понимающая Шаньшань послушно вышла.
Она пришла в себя, только когда вернулась в свой офис.
А-а-а! Директор слишком жесток! Ему уже недостаточно большой дубинки и больших денег. Теперь он еще применяет технику обольщения. Но хуже всего то, что она попала в эту ловушку.
После двух сражений Шаньшань поняла, что большого босса нельзя победить силой. Оставалась только хитрость. Девушка высказалась напрямую, но ничего не добилась. Поэтому ей нужно найти обходные пути. Через несколько дней будут опубликованы результаты CPA[14]. Многие в офисе сдавали экзамен, поэтому сейчас все только об этом и разговаривали. У Шаньшань неожиданно появилась идея.
После обеда с Фэн Тэном девушка серьезно сказала:
– Директор, я хочу повысить свой профессиональный уровень, чтобы лучше выполнять служебные обязанности. Поэтому я планирую сдать экзамен СРА. В обед я должна буду учиться, вот почему…
Шаньшань остановилась и выжидающе уставилась на Фэн Тэна, надеясь, что он и сам все поймет и тактично скажет что-то вроде: «Тебе не нужно приходить завтра. Лучше почитай учебники». Вряд ли директор догадывался, что следующий экзамен будет проходить только в следующем сентябре.
Фэн Тэн действительно проникся и с пониманием сказал:
– У тебя в офисе слишком шумно? Конечно, приходи в обед и читай учебники здесь.
Шаньшань сникла.
Хоть на этот раз Шаньшань вновь потерпела поражение, она была сильной девушкой, которая находила удовольствие в самом сражении, а потому была готова к затяжной войне. Именно поэтому она смогла вынести этот удар. Что же касается слов Фэн Тэна о чтении книг в его кабинете, то Шаньшань не восприняла их всерьез.
Но, придя на следующий день в кабинет директора, она обнаружила на столе огромную стопку книг.
– Что это? – Лицо Шаньшань вытянулось.
– Учебники по СРА, – спокойно ответил директор.
В этот момент Шаньшань в полной мере осознала значение выражения «выстрелить себе в ногу».
– Разве ты не собиралась читать учебники? Я решил, что ты можешь забыть их взять, поэтому попросил Линду все приготовить.
Фэн Тэн подошел ближе, провел рукой по стопке и нахмурился:
– Почему так мало?
У Шаньшань потемнело в глазах. Она не выдержала и сказала:
– Разве этого недостаточно?
В СРА пять предметов, поэтому учебных материалов очень много, а здесь, кроме учебников, лежали еще и справочные пособия и различные тетради для проверочных работ.
Как он мог сказать, что этого мало?!
Фэн Тэн молча достал рабочую тетрадь и пролистал ее.
– Эти тетради не в счет. Тебе стоит начать с учебников, а после каждые полмесяца будешь сдавать мне экзамен.
Сдавать экзамен? Не может быть! Директор хочет стать ее учителем на полставки?
– Но мне нужно работать.
– Тогда приходи в субботу.
– Разве суббота является рабочим днем?
– А я что-то говорил о работе? Я сказал приходить, чтобы сдать экзамен. Ты должна повысить свой профессиональный уровень, чтобы лучше выполнять служебные обязанности.
Шаньшань предприняла еще одну отчаянную попытку:
– Тогда я выберу один предмет… ну может быть, два. Сдать все пять просто невозможно.
Экзамен СРА действительно очень сложен.
– До экзамена еще год, так что время у тебя есть.
Он с самого начала все знал! Какое коварство!
– Кроме того… – твердо произнес Фэн Тэн, – я могу сделать так, чтобы ты сдала!
Ого, у директора есть связи? Глаза Шаньшань загорелись. Конечно, она бы никогда не стала жульничать, но помечтать-то можно.
– Только одна фраза.
Ну конечно! Директор выглядит очень уверенно! Шаньшань была взволнована.
– Если провалишь экзамены, вычту из зарплаты.
Обед почти закончился, и бледная Шаньшань вышла из кабинета большого босса. Она спустилась к себе, держа в руках кипу книг. В ее глазах плескалось отчаяние.
Как говорится в пословице, «в первом бою решителен, во втором напор угас, в третьем и вовсе истощился».
После сегодняшнего сражения Шаньшань оказалась полностью истощена.
В то же время она постигла истину: можно сражаться с небом, можно сражаться с землей, но сражаться с большим боссом – беспримерная глупость.
Новичок Сюэ Шаньшань недавно обзавелась новым хобби – перед сном два часа играть в онлайн-игру. Она только недавно начала, обзаведясь персонажем по имени «Спокойно Усну После Победы Над Боссом».
Хотя порой некоторые зануды спрашивали ее, почему она не назвала персонажа «Спокойно Усну После Поцелуя», Шаньшань не обращала на них никакого внимания и продолжала азартно играть. Каждый вечер, побеждая игрового босса, она избавлялась от проблем целого дня и засыпала в хорошем настроении.
Благодаря хорошему сну и обильному питанию в кабинете директора, Шаньшань заметно поправилась.
Девушка оказалась приятно удивлена.
Она нарастила мясо за счет еды, которую предоставляла семья генерального директора. Совершенно бесплатно. Разве это не здорово?!
Хотя бы здесь Шаньшань чувствовала себя в выигрыше.
В одну из ночей, победив игрового босса, девушка отправилась в ванную, чтобы почистить зубы, умыться и приготовиться ко сну. Посмотрев в зеркало, она ущипнула себя за щеку.
Бесплатный жирок пошел ей на пользу: кожа стала мягкой и гладкой и на ощупь казалась гораздо лучше, чем прежде. Конечно, не стоило забывать и о тех уходовых средствах, которые ей подарил директор. Раньше в это время года лицо Шаньшань уже становилось сухим и сильно шелушилось.
Девушка ущипнула себя за левую щеку, затем – правую и вдруг печально сказала:
– Кхм, я не так уж плохо и выгляжу. Почему же никто не обращает на меня внимания?
Все женщины, пришедшие в компанию вместе с ней, уже обзавелись воздыхателями. В «Фэнтэн» было так много одиноких молодых людей. Почему же она никому не приглянулась? Гордость Шаньшань оказалась задета.
Если бы кто-то обратил на нее внимание… Шаньшань только начала фантазировать, как вдруг в ее голове всплыл образ мрачно усмехающегося директора. Девушка вздрогнула, и грезы рассеялись.
Почему она подумала о директоре? Как страшно! Лучше пойти спать!
Шаньшань забралась на кровать и залезла с головой под одеяло.
Но в итоге… она так и не смогла нормально уснуть, потому что большой босс явился к ней во сне.
Сон был прекрасен.
Широкий зеленый луг, голубое небо и веселая Шаньшань, которая сидела на корточках и ела траву. Да, все верно, она ела траву, потому что стала белым кроликом.
Вдруг взгляд кролика-Шаньшань упал на черные кожаные ботинки рядом с ней. Она подняла голову и увидела директора. Он был элегантно одет и галантен и улыбался ей сверху вниз.
Кролик-Шаньшань посмотрела сквозь него, а затем снова опустила голову, продолжая есть траву. В этот момент она подумала: «Костюм в загородной поездке? Директор, это уже слишком».
Пока Шаньшань ворчала про себя, кто-то неожиданно схватил ее за длинные уши и приподнял от земли.
– Трава красивее, чем я? – грозно сказал директор. – Я зря кормил тебя и зря любил.
Любил? Она не ослышалась?
Шаньшань была так ошеломлена, что недожеванная трава выпала у нее изо рта.
Директор как будто слышал ее мысли. Он кашлянул и высокомерно произнес:
– Ты все правильно услышала. Я… кхм… тебе не о чем волноваться.
Шаньшань продолжала висеть в оцепенении, роняя очередной пучок травы.
Ее молчание разозлило директора.
– Тебе нечего сказать? Никак не проявишь своих чувств?
Шаньшань покачала головой и подумала: «Я кролик, разве я могу говорить?»
Увидев, как она качает головой, директор вдруг взревел, превратился в огромного тигра и проглотил кролика целиком.
Шаньшань с криком проснулась среди ночи. Девушка вцепилась в одеяло, обливаясь холодным потом.
Какой страшный и необычный сон! Кажется, она больше никогда не сможет играть в игры.
Этот луг был знаком Шаньшань. Она часто сражалась на нем с монстрами в онлайн-игре.
И громадного тигра девушка тоже узнала. Это был босс-монстр, которого она убила сегодня.
Кто бы мог подумать, что он объединится с директором, чтобы отомстить.
Хорошо, хорошо… суть-то не в этом.
Главное, что…
Ой!!!
Во сне, когда босс сказал, что влюблен в нее, она покраснела, а сердце забилось чаще. Если бы у директора хватило терпения не превращаться в тигра и не глотать ее, Шаньшань, немного поломавшись, ответила бы взаимностью.
Девушка вздрогнула и покрепче сжала одеяло.
Неужели… неужели у нее и в самом деле есть какие-то чувства к боссу? Неужели она смущена? Почему сердце снова так бешено забилось?
Только не это!
Неужели ей настолько надоела жизнь?
Если директор узнает о ее снах, он непременно выбросит Шаньшань из окна двадцать второго этажа.
– Нет, нет… все определенно не так. Нормально, услышав признание, почувствовать, как учащается ваш пульс. Если бы он не ускорился, это бы означало, что вы уже мертвы, – убеждала Шаньшань саму себя. – Верно, верно, именно так. Даже если бы мне призналась свинья, я бы смутилась. А директор все же человек. Точно, точно, вот и ответ.
Несколько раз подтвердив свою твердость и непреклонность по отношению к директору, Шаньшань немного успокоилась. Но из-за сильных переживаний она плохо спала оставшуюся ночь и на работу пошла на грани нервного срыва.
В обед в офисе директора неожиданно произошло кое-что, что заставило Шаньшань переживать еще больше.
– Почему… я должна отправиться с вами в путешествие?
Шаньшань захотелось схватить большого босса за плечи и сильно потрясти. Какое отношение она имеет к тому, что все сотрудники офиса гендиректора и отдела кадров отправляются в поездку?
Сотрудники «Фэнтэн» ежегодно имели право отправиться в туристическую поездку за счет компании. Фирма предоставляла несколько маршрутов различной степени протяженности. Сейчас уже никто не мог сказать, когда зародилась традиция отправляться в путешествия по два отдела. В этом году финансовый отдел уже был в совместной поездке с отделом маркетинга, но это было еще до того, как Шаньшань пришла в компанию. Офис директора и отдел кадров запланировали совместное путешествие еще в прошлом году.
Господин Фэн Тэн обычно никогда не участвовал в таких поездках, но в этом году неожиданно решил присоединиться. Стоило этой новости стать известной сотрудникам, и они ее приняли с огромным воодушевлением.
Только что гендиректор «уведомил» Сюэ Шаньшань совершенно равнодушным тоном о том, что послезавтра, в семь часов утра, она должна быть внизу, у здания «Фэнтэн», так как вместе с ним и его отделом отправляется в путешествие на озеро Тайху.
– Но директор…я… я не хочу ехать.
Шаньшань была расстроена и зла. Конечно, она легко догадалась о причинах, по которым директор решил взять ее с собой. Наверняка он боится, что на выезде будет еда, которую он не любит, так что кому-то придется выбирать из нее ингредиенты. Вот он и захотел взять Шаньшань в качестве бесплатной служанки.
Ее отказ заставил Фэн Тэна помрачнеть.
– Или ты хочешь остаться и сдать экзамен?
Экзамен… верно, послезавтра же суббота. День, когда она сдает пробные экзамены СРА.
Изначально Шаньшань подумала, что директор говорил об экзаменах не всерьез. Кто же знал, что он действительно это сделает. В прошлый раз большой босс и сам усердно работал, поэтому ей было стыдно отказать ему. Но в этот раз он отправляется в путешествие. Неужели у него найдется время на экзамен?!
Шаньшань хотела возразить, но подумала, что с таким характером, как у директора, стоит ей отказать ему в открытую, и он наверняка придумает другой способ устроить неприятности. Лучше уж…
У Шаньшань появилась идея. Чем больше она о ней думала, тем замечательнее та ей казалась. На лице девушки невольно расцвела улыбка, и она самым искренним голосом сказала Фэн Тэну:
– Директор, путешествие с вами непременно будет замечательным. Я обязательно приду вовремя послезавтра, хи-хи-хи…
Шаньшань счастливо улыбнулась. Фэн Тэн пристально посмотрел на нее и тоже едва заметно ухмыльнулся.
Идея Шаньшань заключалась в следующем: сбор группы должен был состояться в семь часов утра. Но если она придет в семь тридцать или даже в восемь, разве группа станет ждать ее одну, верно? Конечно, нет. Но и Шаньшань нельзя будет винить в том, что она не пришла.
Просто не прийти, конечно, нельзя. Директор сразу поймет, что она сделала это намеренно. Поэтому девушка решила часов в восемь показаться охраннику, чтобы тот увидел ее досаду и сожаление по поводу опоздания на общий автобус из-за пробок. Так Шаньшань получит свидетеля.
Хи-хи-хи! Просто идеальный план. Она и правда становится все более и более изобретательной.
В субботу, в восемь часов утра, Шаньшань медленно подошла к зданию «Фэнтэн», откусывая баоцзы[15].
И… увидела экскурсионный автобус. Определенно тот самый, не спутаешь.
Как неловко!
Ничего не понимая, Шаньшань достала свой мобильный телефон. Было определенно восемь. Почему же автобус все еще здесь?!
Шаньшань ошеломленно застыла перед ним.
А-Мэй открыла окно и громко позвала:
– Шаньшань, поднимайся скорее, мы уже ждем тебя.
Шаньшань кивнула и, словно в дурмане, залезла в автобус, внутри которого сразу же увидела директора. Он сидел на первом ряду у окна. На большом боссе был мягкий серый свитер, красивый, но неформальный. Шаньшань впервые видела Фэн Тэна в такой одежде. Он выглядел не таким серьезным, как на работе, и казался моложе и доступнее.
Окинув взглядом салон, девушка поняла, что свободным осталось только место рядом с большим боссом. Шаньшань осторожно присела и любезно поприветствовала его:
– Доброе утро, директор.
– Скоро день, – равнодушно произнес Фэн Тэн.
Шаньшань неестественно рассмеялась, испытывая угрызения совести.
Все собрались, и водитель отправился в путь. Гид кратко рассказала о природе и истории озера Тайху, и в салоне заиграла тихая музыка.
Чем больше Шаньшань задумывалась обо всей этой ситуации, тем более странной она ей казалась. Неужели они и правда ждали ее целый час? Шаньшань некоторое время терпела, а затем все же спросила у Фэн Тэна:
– Директор, разве вы не говорили позавчера, что мы должны встретиться в семь часов?
– Ты ослышалась.
– Да нет.
Она слышала вполне ясно.
– Если я сказал приходить к семи, почему ты пришла в восемь?
Фэн Тэн не выглядел рассерженным, но Шаньшань покрылась холодным потом. Сюэ Шаньшань, ты дура! Задавая этот вопрос, ты даешь понять, что опоздала намеренно.
Девушка тут же нашла выход из положения:
– Хи-хи-хи, директор, вы правы. Вы сразу сказали о восьми часах. Я резко вспомнила об этом, про семь я просто ошиблась.
Фэн Тэн сделал вид, что ничего не услышал, и внимательно уставился в путеводитель.
Неужели она и правда не так запомнила? Шаньшань надолго задумалась, а затем повернулась и прошептала, обращаясь к сидящей позади А-Мэй:
– А-Мэй, во сколько мы сегодня должны были встретиться?
– Изначально мы договаривались на семь, но вчера директор сказал, что это слишком рано, и изменил время на восемь часов. Как так вышло, что ты не знала?
А откуда ей было узнать? Никто ведь не сказал! Жулик!
Он наверняка специально это сделал!
Но как он смог понять ее замысел? Неужели он что-то добавил в еду?
Шаньшань очень хотелось спросить об этом самого Фэн Тэна, но тот был так занят чтением, что она не осмелилась отвлекать его. Интуиция подсказывала ей, что вот такой спокойный директор гораздо страшнее привычного, хмурого и строгого.
Стоит сказать, что чутье не обмануло ее.
Фэн Тэн был давно в бизнесе и умел держать каменное лицо, иначе он давно бы сожрал ее, не оставив ни кусочка.
Через два часа автобус подъехал к озеру Тайху. Всю дорогу Фэн Тэн сидел с абсолютно непроницаемым лицом, что заставляло Шаньшань чувствовать постоянное беспокойство. Несколько раз девушка даже пыталась начать разговор, но директор не отвечал ей. Шаньшань решила, что она обречена. На этот раз большой босс был очень зол.
Но что его так разозлило? Разве это не он снова перехитрил ее? Она опять проиграла.
Выходя из автобуса, Шаньшань схватила рюкзак Фэн Тэна.
– Директор, позвольте помочь вам донести.
Она крепко вцепилась в сумку, решительно глядя на большого босса.
Тот бросил взгляд на отобранные у него вещи, надел ветровку и молча вышел из автобуса.
Шаньшань последовала за ним.
Экскурсовод повела группу вперед.
Шаньшань хотела неотступно следовать за директором, чтобы искупить свою вину, но большой босс обладал такой притягательностью, что девушку быстро оттеснили другие сотрудники, подходящие к Фэн Тэну, чтобы пообщаться.
Все, что оставалось Шаньшань, – это вместе с А-Мэй плестись в хвосте.
Подруга взглянула на толпу вокруг Фэн Тэна и произнесла:
– Шаньшань, у тебя и правда мягкий характер.
– А? Ты так думаешь? – смутилась Шаньшань, искренне считая, что А-Мэй ее хвалит.
– Утром, пока ты еще не пришла, одна из девушек из отдела кадров хотела сесть рядом с директором.
– Какая девушка?
Кто настолько смел и сердечен, что готов пожертвовать собой во имя долга?
– Вон та, в красном. – А-Мэй указала на одну из сотрудниц рядом с Фэн Тэном. – Угадай, что сказал директор?
– Что?
– Даже не взглянув на нее, директор сказал: «Разве в автобусе нет другого места?» Хи-хи-хи!
Да, это было в стиле директора.
Шаньшань взглянула на тонкую спину девушки, покачала головой и неодобрительно сказала:
– Она слишком худая!
Большому боссу нужен кто-то вроде нее. Сильный и энергичный, способный носить тяжелые сумки!
Пройдя часть дороги пешком, группа села на корабль, чтобы добраться до острова Тайху, который также называли Черепашьей горой. Это было сегодняшнее главное место назначения. Прогуливаясь по живописным местам острова, Шаньшань почувствовала легкий голод. Девушка уставилась на сумку в своих руках, и ее глаза заблестели.
Наверняка в рюкзаке большого босса много еды. Заметит ли он, если я незаметно что-нибудь съем?
Пока Шаньшань раздумывала, стоит ли вставать на разбойный путь, шедший впереди Фэн Тэн неожиданно обернулся.
– Шаньшань, иди сюда.
Шаньшань, на ощупь пытавшаяся угадать, что может быть спрятано в закрытой сумке, вздрогнула, быстро убрала руку и посмотрела на большого босса невинным взглядом.
Ого! Директор позвал ее? Означает ли это, что он больше не злится? Можно ли ей будет что-нибудь съесть из рюкзака?
Шаньшань быстро подбежала к нему, даже не придав значения, что Фэн Тэн назвал ее просто по имени.
– Директор! Давайте поедим!
Глаза Шаньшань заблестели.
От ее взгляда по коже Фэн Тэна пробежали мурашки. Он вдруг почувствовал себя жареным куском мяса. Старательно игнорируя это ощущение, он указал на здание впереди и сказал:
– Иди тоже спроси.
Шаньшань проследила за его рукой и обнаружила, что он указывает на храм Юэ Лао[16]. Там уже собралось много сотрудников, еще не состоявших в браке. Шаньшань плохо расслышала, но кажется, даосский монах сказал что-то о гадании за пятьдесят юаней.
Девушка тут же замотала головой.
– Директор, я не пойду. Сейчас у меня в приоритете карьера, так что я не думаю о браке, – амбициозно заявила она.
Только дурак пойдет туда. Пятьдесят юаней за одну гадательную палочку! С чего бы ей хотеть дать себя ограбить?! К тому же эти даосские монахи мошенники: у любого человека есть возможность найти свою пару и вступить в брак. Ну и…
У нее нет с собой денег, ясно?
Она не планировала тратиться на развлечения, поэтому просто сунула в карман несколько десятков юаней на дорожные расходы. Откуда бы ей взять деньги на гадание?
Фэн Тэн пристально посмотрел на Шаньшань, достал кошелек и протянул ей купюру в пятьдесят юаней.
– Иди и спроси.
Шаньшань взяла деньги и робко сказала:
– Директор, если я потрачу на гадание ваши деньги, это будет считаться моим предсказанием или вашим?
Уголки губ Фэн Тэна чуть дрогнули.
– Нашим.
– Э-э-э…
А так можно?
Шаньшань с сомнением направилась к храму Юэ Лао. Увидев Фэн Тэна и Шаньшань, сотрудники вежливо пропустили их вперед.
Шаньшань встала на колени на молитвенном коврике из тростника и встряхнула бамбуковый цилиндр с палочками[17]. Одна палочка тут же выпала.
Фэн Тэн поднял ее.
– Первая.
Даосский монах, разгадывающий гадание, довольно покачал головой.
– Хорошая палочка. Первая палочка сулит удачу. Орел и орлица поют брачную песню на острове посреди реки. Красивая и скромная девушка станет прекрасной парой для благородного мужа.
Стоявшие рядом коллеги тут же поспешили поздравить Сюэ Шаньшань
Услышав предсказание, Фэн Тэн приподнял бровь и задумчиво улыбнулся.
Сотрудники были людьми опытными: они работали в крупной компании и многое подмечали. Украдкой наблюдая за выражением лица директора, они пытались поймать его настроение и понять, стоит ли поздравить и его.
Вскоре они пришли к выводу: независимо от того, что директор чувствует к Сюэ Шаньшань, он не будет против комплиментов.
В потоке восторженных возгласов вдруг раздался радостный голос Сюэ Шаньшань:
– Отличное предсказание. Впервые кто-то назвал меня прекрасной девушкой.
В храме Юэ Лао неожиданно воцарилась тишина. Фэн Тэн бросил на Шаньшань быстрый взгляд и вышел, не оглядываясь.
Выйдя из храма Юэ Лао, Шаньшань кожей почувствовала на себе странные взгляды коллег. Да что не так? Она ведь просто пошутила, хоть и немного неуместно. К тому же она ничего не имела в виду, просто само сорвалось с языка. Вокруг в тот момент была странная атмосфера. Все отчего-то поздравляли вместе с ней еще и директора. Как тут не растеряться?
Вот что значит «у злодея от страха сердце стучит на всю улицу»[18]. Хоть она и не злодей. Просто ей приснился сон…
Уф…
После посещения храма Юэ Лао сотрудники устроили пикник у озера. Шаньшань ела белый хлеб, пожертвованный А-Мэй, смотрела на озеро Тайху и молча плакала. Слезы падали в воду, создавая тончайшую рябь, скорбную и молчаливую
Ну хорошо. На самом деле в озеро падали не слезы, а хлебные крошки… Но эффект тот же: все было очень печально. Есть ли что-то более скорбное, чем смотреть, как другие едят мясо, в то время как ты сама давишься черствым хлебом?
К сожалению, А-Мэй оказалась помешана на похудении. Даже зная о предполагаемом пикнике, она почти ничего не взяла с собой. Что же касается еды для директора…
Шаньшань не удержалась и посмотрела на толпу, собравшуюся метрах в десяти от нее. Та самая девушка в красном из отдела кадров разговаривала с Фэн Тэном, широко улыбаясь. Несколько коллег стояли рядом, тоже улыбаясь. Выражения лица Фэн Тэна видно не было, потому что он стоял к Шаньшань спиной.
Девушка отвернулась, отщипнула немного хлеба и снова бросила его в воду, желая привлечь рыбок.
– Сюда, плывите сюда. Разделим же радости и печали. Ешьте.
Разноцветные карпы кои подплыли за едой. Красные и белые отблески в воде смотрелись очень красиво. Шаньшань с улыбкой подкидывала хлеб, но карпы вдруг вильнули хвостами и уплыли… Девушка обернулась и поняла, что сотрудницы, стоявшие рядом с большим боссом, тоже решили покормить рыб.
– Ой, скорее, скорее. Посмотрите, какие красивые рыбы! – радостно закричали они.
Да что ж такое!!!
Толстые заносчивые рыбы, разве вы не помните, кто вас покормил первым?!
Шаньшань вздохнула и посмотрела на бесконечную гладь озера. В этот момент она испытывала ничем не объяснимую грусть.
Это должны были быть прекрасные выходные. Почему же она сидит здесь и ест черствый хлеб, словно слуга, следующий за господином? Дома ее ждали мягкая кровать, ароматная пшенная каша и куча нестираной одежды…
Шаньшань доела хлеб, даже не почувствовав его вкуса, и, глядя на озеро, мысленно пробурчала:
– Этот день такой длинный. Всемогущее Небо, пусть он поскорее закончится!
Конечно, Небо не обращает внимания на таких мелких людишек, как Шаньшань. Девушка вернулась из поездки, но с каждым днем «вода была все глубже, а огонь все жарче»[19].
Приближался конец года. У финансового отдела было много задач, к тому же сотрудникам приходилось иметь дело с бухгалтерами из других отделов. Шаньшань оказалась настолько загружена, что ей пришлось несколько дней подряд поработать до десяти вечера.
И все же другие бухгалтеры фирмы им завидовали. Тем, по слухам, иногда приходилось задерживаться и до трех утра.
Зарабатывать деньги непросто!
Но даже при таком плотном графике Шаньшань приходилось каждый обед подниматься к директору и подвергаться пыткам. Девушка воспринимала это как трагическую драму. Хуже всего было то, что у большого босса всегда было такое мрачное лицо, будто ему не выдали зарплату.
В конце концов под двойным грузом физических и душевных страданий Сюэ Шаньшань простудилась.
Поначалу она не придала этому большого значения. Простуда как простуда. С лекарствами пройдет за семь дней, а без лекарств за неделю. Главное – пить побольше горячей воды[20]. Но неожиданно болезнь усугубилась настолько, что даже всемогущая горячая вода перестала помогать.
Проснувшись утром, Шаньшань почувствовала головокружение, но отпроситься на сегодня было абсолютно невозможно: слишком много работы. Выпив пару таблеток витамина С для поддержки, Шаньшань отправилась в офис. В обед она снова прислуживала директору, а после приступила к подготовке к экзамену СРА.
Шаньшань почувствовала, что отключается. Голова закружилась, веки стали смыкаться. Она украдкой взглянула на директора, но тот работал и не смотрел на нее. Кстати, в последнее время он всегда очень занят…
А что, если незаметно закрыть глаза всего на минуточку?
Девушка медленно откинула голову на мягкую подушку дивана и смежила веки…
Шаньшань не знала, сколько прошло времени, но сквозь сон услышала чьи-то голоса.
– …небольшой жар… – сказал незнакомый голос.
– Нужно поставить капельницу?
Не нужна никакая капельница! Ставить капельницу из-за легкой простуды? Да это просто смешно! К тому же это стоит несколько сотен юаней…
– Нет необходимости. Просто пусть принимает лекарства и больше отдыхает.
А этот незнакомец явно хороший человек…
Раздались неразборчивые шепотки и звук закрывающейся двери…
Ммм?
Все стихло. Можно продолжать спать.
Шаньшань проснулась и села. Она все еще чувствовала легкое головокружение, но ей определенно было гораздо лучше, чем прежде.
Девушка огляделась и поняла, что все еще находится в кабинете директора. Наверное, не так уж долго она и спала… Но откуда перед диваном появилась ширма? Шаньшань смутно помнила, что Фэн Тэн разговаривал с кем-то за ширмой, но голоса были такими тихими, что сложно было разобрать, о чем они говорят.
Ой… Шаньшань обнаружила, что укрыта тонким одеялом!
Первая мысль, пришедшая ей в голову: ее застали спящей!
Вторая – слава Небу, она не храпит!
Множество мыслей беспорядочно носились у нее в голове. Шаньшань достала мобильный телефон и посмотрела на время. Тихое «ой» сорвалось с ее губ.
Уже больше двух часов! Она так долго спала?!
Ее движения встревожили кого-то снаружи. Сначала было тихо, а затем Шаньшань услышала, как большой босс отдал несколько распоряжений, дождался ответа, а затем закрыл за кем-то дверь.
Девушка наблюдала за тем, как Фэн Тэн с хмурым выражением лица приближается к ширме.
Она неловко поправила волосы. Директор снова зол? Что же делать?
Шаньшань лихорадочно пыталась припомнить «100 советов для офисных сотрудников: что делать, если…», которые она когда-то видела в интернете. Например, что делать, если начальник застал тебя листающим порнографические сайты, или что делать, если начальник застал тебя спящим на работе…
Но ни один совет так и не вспомнился. Верно говорят, когда приходит время, жалеешь, что мало читал…
Когда Шаньшань уже собралась было покаяться и попросить вычесть этот день у нее из зарплаты, Фэн Тэн раздосадованно спросил:
– Почему ты не сказала, что заболела?
А? Он не будет ругать ее за то, что она уснула на работе?
Шаньшань сложила руки на коленях и осторожно спросила:
– Директор, вы больше не сердитесь?
Лицо Фэн Тэна застыло.
– А когда я злился?
Что?! Обманщик! Если он не злился, то зачем ходил с таким видом, будто говорил: «Ты задела меня за живое, так что подумай теперь о том, как расположить меня к себе, чтобы не быть уволенной».
Возможно, оскорбленность Шаньшань выглядела слишком явно, потому что Фэн Тэн почувствовал некоторую неловкость. Он поспешил сменить тему.
– Можешь не ходить сегодня на работу, я уже сообщил твоему начальнику.
– О? Спасибо, директор, – искренне поблагодарила Шаньшань.
Взглянув на одеяло, она вдруг подумала, что иногда холодный, словно зима, директор, может быть теплым и заботливым, как весна.
Еще раз выразив признательность, Шаньшань уже хотела было уйти, но неожиданно ей в голову пришла странная мысль. Сердце застыло в груди, и девушка, взволнованно взглянув на Фэн Тэна, спросила:
– Директор, а что конкретно вы сказали начальнику отдела?
Напряженный взгляд Шаньшань заставил Фэн Тэна забыть о гневе и едва заметно улыбнуться. Она беспокоится о своей репутации?
Конечно, Фэн Тэн не стал рассказывать о том, что она уснула у него на диване. Он всего лишь сказал, что Шаньшань заболела и ушла домой. Но сейчас ему хотелось заставить ее поволноваться, поэтому мужчина медлил с ответом. Налив стакан воды и взяв таблетки, он протянул их Шаньшань.
– Прими лекарство.
Его молчание заставило сердце Шаньшань стучать еще громче.
– Директор, вы ведь не попросили об отпуске за свой счет? Это ведь всего лишь отгул? Если будет отпуск, я не получу премию.
Она больна, нужно принять это во внимание!
Фэн Тэн едва сдерживал себя от желания выгнать Шаньшань.
Телефон на письменном столе зазвонил как раз вовремя. Мужчина направился к столу, угрюмо сказав:
– Прими лекарство и ложись спать. Не шуми, иначе вычту из зарплаты.
Вычтет из зарплаты за шум?.. Что это за метод эксплуатации, придуманный лично директором?
Шаньшань немедленно закрыла рот.
Помолчав пару минут, девушка, вдруг вспомнила, что собиралась уходить. Почему же она все еще находится здесь? Но если выйти сейчас, то не будет ли странно, если кто-то ее увидит?
Эта мысль, хоть и с запозданием, наконец дошла до Шаньшань. Подперев подбородок рукой, девушка задумалась над проблемой. Есть ли вероятность, что она сможет выйти из кабинета директора и добраться домой никем не замеченной? Придя к выводу, что такая вероятность равна нулю, Шаньшань сдалась.
Ради сохранения репутации большого босса придется подождать до тех пор, пока все сотрудники разойдутся по домам, и только потом сбежать. Директор ведь не выгонит ее, правда?
Шторы в гостевой части комнаты были задернуты, а ширма у дивана оставляла весьма ограниченное, довольно темное пространство. Шаньшань встала и, помня о приказе директора, тихонько подошла к окну и отдернула занавески. В комнату хлынули лучи зимнего солнца.
Зимнее солнце слабое. Оно освещает, но не греет, создавая чувство лени и уюта. Шаньшань присела на подоконник, разомлев на солнце.
В кабинете было очень тихо. Слышался шелест бумаг, и иногда раздавался телефонный звонок, на который директор быстро отвечал. Голос большого босса звучал очень приятно.
Неожиданно для себя Шаньшань почувствовала себя очень хорошо. На душе стало тепло и спокойно. Погревшись на солнышке, девушка вспомнила, что забыла принять лекарства, поэтому она вернулась, взяла чашку с водой и выпила таблетки.
Жидкость была еще горячей, и чашка согревала руки. В голове промелькнул образ Фэн Тэна, с улыбкой наливающего эту воду, и Шаньшань ошеломленно замерла.
Хотя у большого босса вечно меняется настроение, хоть он и бывает порой странно угрюм, но все же он неплохой человек… Если однажды директор скажет, что ей можно больше не приходить к нему, расстроится ли она?
Как только Шаньшань подумала об этом, она тут же потрясенно замотала головой, стараясь вытрясти эту мысль.
Это шутка?! Если этот день однажды настанет, она запустит петарды, чтобы отпраздновать!
К пяти часам вечера, когда Шаньшань наконец ушла с работы, она еще больше уверилась в этой мысли.
Кто бы мог подумать, что гендиректор попросит у нее деньги за лекарства! Он сказал, особо не церемонясь, что Шаньшань должна ему сто юаней!
Сто юаней!
Существуют ли вообще лекарства от простуды, которые стоят сто юаней???
Это вымогательство! Большой босс оказался по совместительству еще и боссом мафии.
Так как у Шаньшань не было наличных, ей пришлось написать долговую расписку и покинуть «Фэнтэн» с болью в сердце. Девушка сто один раз помолилась Небу, чтобы день, когда она вырвется из лап демона, поскорее настал!
Шаньшань не ожидала, что Небо вскоре проявит свое милосердие. Ее простуда еще не прошла полностью, а уже представился удобный случай избежать когтистых лап.
Это был самый обычный день. Бухгалтеры сверяли отчеты, и вечерами многие из финансового отдела оставались на работе сверхурочно. От вопросов бухгалтера у Шаньшань заболела голова и помутнело в глазах. Наконец, немного освободившись, она смогла найти время сбегать в чайную комнату.
Еще до того, как войти, Шаньшань услышала голос А-Цзя, разносящий сплетни. Хоть эта девушка и выглядела благородно и отстраненно, однако при ближайшем знакомстве можно было понять, что ее навыки узнавать и передавать сплетни не хуже, чем у папарацци.
– Эй, вы слышали, что Чжоу Сяовэй из отдела кадров сегодня в полдень садилась в машину гендиректора?
Кроме А-Цзя в чайной комнате были еще две сотрудницы. Они посмотрели на коллегу с сомнением. Видя, что ее словам не доверяют, А-Цзя разгорячилась.
– Это точные сведения. Это произошло внизу у входа. Многие видели.
Шаньшань стояла у двери, сжимая чашку в руках. На лице девушки отразилось волнение.
Неожиданно демонические когти директора протянулись к другим сотрудницам! Теперь понятно, почему ей сегодня позволили уйти посреди обеда, сразу после того, как у директора состоялся короткий телефонный разговор. Значит, это из-за новой жертвы.
Чжоу Сяовэй? Шаньшань задумалась. Это имя звучало очень знакомо.
Ах да! В прошлый раз, во время поездки в Уси[21], Сяовэй хотела занять место рядом с директором. А-Мэй специально узнала ее имя и рассказала эту информацию Шаньшань.
У Шаньшань тогда сложилось о ней впечатление как о худенькой маленькой красавице. Сможет ли она быть настолько сильной и стойкой, чтобы выдержать унижения директора? Определенно нет.
Шаньшань тут же представила эту картину: хрупкая девушка в ужасе кричит «нет, нет», а директор угрозами заставляет ее подписывать долговую расписку. Слезы красавицы падают на бумагу, размывая слова…
Сердце Шаньшань неожиданно наполнилось благородным гневом. Ее маленькая Вселенная ярко вспыхнула, требуя справедливости. Душа почему-то печально заныла, но это ощущение было каплей в море благородного чувства долга.
Шаньшань сжала кулаки.
– Директор просто отвратителен. Как он мог так поступить!? – сурово произнесла она.
– Вот видите, Чжоу Сяовэй села в машину к директору и отношение к ней тут же изменилось. Всем в отделе кадров сегодня пришлось работать сверхурочно, и только ей начальник отдела разрешил уйти домой.
– Это… это уже чересчур! – Голос Шаньшань задрожал от зависти.
Просто отпустил?! Отпустил?! Она работала как вол, но ни разу не получила отгул! Ей даже во время болезни приходилось выбирать овощи! Большой босс даже инфекции не испугался!
– Ой, Шаньшань! – воскликнула А-Цзя, наконец-то услышав ее голос.
Сюэ Шаньшань стояла в дверях красная от гнева, ревности и ненависти. «Скверно! – подумала А-Цзя. – Она может подумать, что я перемываю косточки директору. А если эта новость дойдет до него?» А-Цзя, которая изначально хотела разжечь интерес к своей истории, поспешно сказала:
– Шаньшань, не пойми меня неправильно. Директор не заинтересован в Чжоу Сяовэй. Я слышала, у нее редкая группа крови, такая же, как у сестры господина Фэна. У госпожи Фэн было сильное кровотечение, и ей потребовалось переливание. Поэтому директор попросил Чжоу Сяовэй помочь. Не подумай ничего такого.
Сильное кровотечение? Разве госпожа Фэн сейчас не находится за границей?
Шаньшань была одновременно удивлена и обеспокоена.
– Что произошло? С госпожой Фэн все в порядке?
– Я слышала от отдела кадров, что все обошлось. – А-Цзя не смогла устоять перед соблазном и снова начала передавать свежие сплетни. – Хотя зачем я тебе это рассказываю, ты ведь и так каждый день проводишь с директором, разве не знаешь?
Шаньшань с облегчением выдохнула, услышав, что с Фэн Юэ все в порядке. Но необъяснимая печаль снова появилась в ее сердце, на этот раз став намного заметнее. Значит, в компании есть и другие люди с редкой группой крови?
Шаньшань неосознанно посмотрела на вены на своем запястье.
Зная госпожу Фэн, можно предположить, что завтра она попросит кого-нибудь доставить Чжоу Сяовэй жареную свиную печень. Позже Сяовэй уже станет ходить обедать в кабинет директора и заодно выбирать для него овощи…
В конце концов, самой Шаньшань уже не нужно будет этим заниматься, и она будет полностью свободна.
Долгожданная мечта вот-вот сбудется. Шаньшань на миг почувствовала счастье, но ее настроение быстро испортилось.
Это была радостная новость, так почему же Шаньшань чувствовала стеснение в груди? И откуда взялось это плохое настроение?
Почему… у нее такое чувство, что ее бросили?
Даже вернувшись домой, Шаньшань не смогла избавиться от этого отвратительного настроения. Пройдя по комнате несколько кругов, девушка взяла телефон и позвонила своей однокласснице.
– У меня сейчас очень плохое настроение.
– Что случилось?
– Ну, – тяжело вздохнула Шаньшань. Ей хотелось многое рассказать, но она не знала, с чего начать. – Я приведу пример.
– Говори. Я слушаю.
– Жила-была свинья, которую поймал волк и запер в загоне. Волк сказал свинье, что будет откармливать ее на мясо. Свинья была вынуждена есть все, что давал ей волк. Шло время, свинья становилась все толще и толще. Но ни с того ни с сего однажды волк выпустил свинью и поймал себе другую. И первая свинья отчего-то загрустила. Как считаешь, что ей нужно сделать?
– Эээ… ну, мчаться на свободу во весь опор!
Шаньшань помрачнела.
– Ты вообще не уловила сути! Почему свинья опечалена? Почему она не рада, что ее не съели?
– А! Я поняла! Эта свинья, должно быть, влюбилась в волка! Любовь, которая не знает различий в происхождении! Как романтично!
– …Лу Шуанъи! Ты дура!
Шаньшань потеряла терпение и отключилась.
В эту ночь она не могла уснуть. Слова одноклассницы о любви, которая не знает различий в происхождении, смутили ее. На следующий день Шаньшань пришла на работу с огромными темными кругами под глазами и в подавленном настроении. Это вызвало шушуканье и обеспокоенные вопросы коллег о ее здоровье. А-Цзя смотрела на нее с сочувствием.
Когда настало время обеда, Шаньшань проявила такт и не пошла в кабинет директора, решив поспать на своем столе.
Сегодняшняя еда приготовлена не для нее!
Сюэ Шаньшань, ты должна быть счастлива! Ты наконец свободна.
Недолгая апатия в конечном счете сменилась воодушевлением. Волей к жизни, как у таракана. Шаньшань уже собиралась пойти в столовую для сотрудников, но неожиданно у нее на столе зазвонил телефон. Девушка подняла трубку и услышала недовольный голос директора:
– Сюэ Шаньшань, смеешь бастовать!
Хнык!
Конечно, директор на мог просто так отпустить такого квалифицированного работника, как она. Шаньшань выбирала овощи, одновременно ведя внутренний диалог, полный боевого духа. Попутно она не забывала презирать себя за то, что смела печалиться из-за того, что директор попросит ее уйти.
Фэн Тэн сегодня пребывал в дурном настроении, и атмосфера во время еды была немного натянутой.
Шаньшань прожевала несколько кусочков и не смогла удержаться от вопроса:
– Директор, с госпожой Фэн все в порядке?
Фэн Тэн был удивлен.
– Знаешь?
Он был недоволен. Сотрудница из его отдела, видимо, слишком любит сплетничать. Случай с сестрой произошел только вчера, но сегодня даже Шаньшань уже знала о нем. Хотя произошедшее с Фэн Юэ не было тайной, Фэн Тэну не нравилось, что сотрудники обсуждают его семейные дела.
– Она в порядке.
– О, хорошо. – Шаньшань немного помолчала, а затем осторожно спросила: – Директор, как вы с госпожой Фэн собираетесь отблагодарить госпожу Чжоу?
– Почему ты об этом спросила? – Взгляд Фэн Тэна вспыхнул.
– Э-э-э… ну…
А правда, почему? Может быть для того, чтобы узнать, будет ли у нее новый товарищ по обеду?
Стеснение Шаньшань отчего-то очень порадовало начальника. Он не стал долго тянуть и сказал:
– Чек.
Чек?!
Шаньшань не смогла удержаться и воскликнула:
– А почему вы мне чек не прислали?
Фэн Тэн неожиданно разозлился и хмуро сказал:
– Сюэ Шаньшань, ты глупая? Знаешь поговорку «забросить удочку подальше, чтобы поймать рыбу покрупнее»?
Неужели чек стоит дороже, чем он сам?
Сюэ Шаньшань неотрывно смотрела на него, словно понимая и одновременно не понимая его намек. Она медленно положила еду в рот, выглядя при этом совершенно потрясенной.
Вдруг ее лицо исказила гримаса боли.
Хоть Фэн Тэн был раздражен ее недогадливостью, он все равно спросил:
– Что случилось?
Шаньшань с трудом произнесла:
– …Я… укололась… костью… большой… рыбы…
Врач компании, вызванный директором, сдерживая улыбку, помог Шаньшань извлечь впившуюся рыбью кость. После этого Фэн Тэн выгнал и Шаньшань, и невиновного врача из своего кабинета.
Весь день девушка ходила очень печальная. Слова директора о длинной удочке и большой рыбе не давали ей покоя, но, думая о подводных обитателях, Шаньшань тут же вспоминала боль от впившейся сегодня на обеде кости…
Поэтому…
Лучше просто об этом не думать.
Нормально, если такой необычный человек, как директор, говорит такие странные вещи. Ненормально слишком много думать над его словами.
Следуя этой идее, Шаньшань с чистой совестью стерла намеки большого босса из памяти, снова став беззаботной Сюэ Шаньшань.
Хотя, по правде сказать, странное чувство у нее все равно осталось.
В пятницу все сотрудники испытывали нетерпение: уже скоро можно было уйти с работы. Старик-начальник вышел по делам в другой отдел, благодаря чему А-Цзя смогла открыто подойти к столу Шаньшань, чтобы поговорить.
– Шаньшань, что ты наденешь завтра?
Мысли Шаньшань все еще были заняты цифрами, поэтому она не стала отвечать на вопрос, а лишь подняла взгляд на подошедшую коллегу.
– Завтра вечером новогодний корпоратив! Ты совсем замоталась с этой сверхурочной работой.
Шаньшань тут же вспомнила об уведомлениях о новогоднем корпоративе, которые были разосланы на почты сотрудников еще на прошлой неделе.
Мысли о предстоящей вечеринке вызвали у девушки прилив сил и слюноотделение.
Старые сотрудники говорили, что ежегодный новогодний корпоратив компании «Фэнтэн» – событие грандиозное. Оно включало в себя не только роскошный ужин в пятизвездочном отеле, но и возможность поучаствовать в лотерее с хорошими подарками. В прошлом году главным призом был автомобиль, а самым маленьким стала новая цифровая камера.
В этот раз новогодний корпоратив также планировали провести в пятизвездочном отеле, а банкет предполагался в западном стиле, в формате фуршета. В этом году успехи компании «Фэнтэн» были лучше, чем в предыдущем, поэтому можно было предположить, что и призы окажутся не хуже, чем в прошлый раз.
Шаньшань, естественно, тут же представила, как она выигрывает главный приз. Интересно, что это будет? Если машина, то она ее просто продаст. Хи-хи-хи… Продолжая хихикать, Шаньшань неожиданно вспомнила, что главный приз обычно дарит гендиректор…
Мрачное лицо большого босса тут же возникло перед ее глазами, и девушка вздрогнула.
Забудем. Пусть первый приз достанется кому-нибудь другому. Ей достаточно и второго.
Пока Шаньшань пребывала в немом ступоре, подошла еще одна коллега и завела разговор с А-Цзя о том, в чем завтра они придут на корпоратив. Услышав это, Шаньшань нахмурилась.
Она чуть не забыла о дресс-коде. На ежегодном корпоративе компания обеспечивала вкусную еду и подарки, а взамен просила соблюдать вечерний дресс-код!
И кому это вообще пришло в голову? На улице почти ноль градусов. Если прийти в вечернем платье, то можно и промерзнуть насквозь.
Шаньшань не смогла сдержаться и поделилась с коллегами своим беспокойством. На что одна из них ответила:
– А что в этом такого? Каждый год такой дресс-код. Ты же не будешь танцевать в спортивной одежде? К тому же в отеле есть отопление.
Будут еще и танцы…
Видимо, Шаньшань придется сбежать сразу после банкета.
– А еще на новогоднем корпоративе будут выбирать «самую элегантную девушку вечера», – подхватила А-Цзя. – Поэтому девочки из других отделов стараются принарядиться. Мы, сотрудники финансового отдела, люди скромные и не претендуем на победу, но и нам нельзя ударить в грязь лицом.
Многие коллеги ее поддержали.
Шаньшань узнала от них, что каждый год на новогоднем корпоративе все мужчины компании голосуют за «самую элегантную девушку вечера». Победительнице достается приз в десять тысяч юаней.
Но Шаньшань не отнеслась к этой информации серьезно, так как мгновенно поняла, что это был коварный замысел коллег-мужчин.
Если хорошенько подумать, то сможет ли девушка в элегантном вечернем платье поесть вдоволь? Не сможет, верно? Тогда кому же достанутся все те вкусности? Конечно, коллегам-мужчинам!
Как коварно!
Награду получит только одна, но нормально поесть не сможет никто!
Однако о своем открытии Шаньшань решила не рассказывать никому. Она просто воспользуется чужой задумкой и избавится от конкуренток за еду. Хи-хи!
Но… если Шаньшань закралась такая мысль, неужели о ней можно сказать, что она нехороший человек?
– Шаньшань, обязательно оденься завтра красиво… Ты ведь не отдашь другой возможность потанцевать, – произнесла А-Цзя и загадочно подмигнула.
Возможность потанцевать? Шаньшань растерялась.
Увидев недоумение в ее взгляде, А-Цзя удивленно спросила:
– Ты ведь знаешь, что самая элегантная девушка вечера будет танцевать с гендиректором?
Как неловко!
Ну конечно, можно было сразу догадаться, что за десять тысяч юаней придется заплатить.
Но такое жестокое наказание…
Хоть Шаньшань и в обычные дни выглядела неприметно, завтра она еще больше постарается не выделяться из толпы…
В субботу девушка проспала до полудня, ни о чем не заботясь. Проснувшись, она побродила по комнате, занимаясь ничего не значащими делами. Когда наступило пять вечера, Шаньшань достала платье из шкафа.
Еще вчера она решила, что наденет тот самый наряд, в котором была на приеме госпожи Фэн. Несмотря на то что платье было легкое, да и его длина достигала лишь колена, оно удовлетворяло главному требованию – экономии бюджета. Девушка собиралась привезти зарплатную карточку домой, чтобы похвастаться маме, поэтому ей нельзя было безрассудно тратить деньги.
Трясясь от холода[22], Шаньшань попыталась натянуть платье, но не тут-то было…
Кто бы мог подумать… как так вышло… молния не застегивалась!
В прошлый раз платье было как раз!
Шаньшань грустно посмотрела в зеркало, впервые пожалев о том, что набрала вес.
Все из-за этого злодея-директора!
Стиснув зубы, Шаньшань продолжала тянуть. Было уже слишком поздно покупать что-то новое. Резко выдохнув, девушка все же смогла застегнуть молнию. Все было более-менее сносно, за исключением небольшого сдавливания в груди.
Мда… тесновато. Но это же не помешает ей кушать, верно?
Посмотрев в зеркало, девушка убедилась, что одета в соответствии с правилами приличия и этикета. Надев длинный пуховик, она отправилась на корпоратив.
Сначала Шаньшань планировала доехать до отеля на автобусе, но холодный ветер заставил ее взять такси. Приехав к месту назначения, Шаньшань случайно столкнулась с А-Мэй у входа в лифт.
Подруга оглядела ее с ног до головы и с удивлением сказала:
– Шаньшань, и это весь образ? Надо было сделать его более вечерним!
– И так хорошо.
Это ведь просто банкет. Она даже помыла голову. Разве этого недостаточно?
А-Мэй покачала головой и настойчиво потащила ее в специальную комнату, чтобы сделать макияж и прическу, но Шаньшань отказалась. Это шутка? Какая косметика, когда скоро подадут еду? Если нанести макияж, пудра может попасть в пищу и испортить ее.
А-Мэй ничего не могла с этим поделать. Она решила, что раз Шаньшань в обычное время не пользуется косметикой, то, возможно, директору она нравится естественной, без макияжа, поэтому не стала настаивать.
– Увидишь, когда придем в зал, – сказала подруга.
Войдя в банкетный зал, Шаньшань поняла, что слова А-Мэй были правдивы. Коллеги с большой отдачей отнеслись к сегодняшней встрече. Все были одеты торжественно, и повсюду сновали красивые элегантные девушки.
Шаньшань невольно огляделась, ища кого-то.
А-Мэй улыбнулась.
– Директор еще не пришел. Но почему вы не пришли сегодня вместе?
Шаньшань вздрогнула.
– А-Мэй, пожалуйста, не говори такие страшные вещи перед ужином.
После этого Шаньшань тут же побежала смотреть, какие блюда предлагали сегодня.
Меню на ежегодном новогоднем корпоративе и правда было очень разнообразным: еда манила запахом и видом. У Шаньшань потекли слюнки при виде нескончаемых рядов.
Разглядывая блюда, девушка не забывала поглядывать на вход.
Господин директор, пожалуйста, приезжайте скорее! Сейчас я особенно скучаю по вам. Не опаздывайте, прошу!
Иначе все эти блюда остынут и станут невкусными.
Обойдя почти все столы, Шаньшань вдруг услышала гомон. Должно быть, прибыла важная фигура.
Девушка подняла взгляд. И правда, прибыли гендиректор и еще несколько человек из высокого руководства.
Шаньшань неотрывно смотрела на Фэн Тэна сквозь толпу.
Гендиректор действительно…
Человек-образец.
Освещаемый ярким светом ламп, Фэн Тэн не торопясь вошел в главный зал. На нем был элегантный костюм и небрежно накинутое поверх него черное пальто. Высокий и невероятно притягательный.
Глаза Шаньшань невольно следили за директором до тех пор, пока его не заслонил толстый начальник отдела. Девушка тут же опомнилась и отвела взгляд. Оглядевшись по сторонам, она, к своему удивлению, увидела, что многие смотрят в ту же сторону. Кто-то даже вставал на цыпочки, чтобы рассмотреть директора. Неожиданно Шаньшань почувствовала себя подавленно.
Надменный!
Директор снова строит из себя крутого!
Мужчины, которые привлекают внимание многих женщин, самые аморальные.
Так вырядился. Неужели он думает, что находится на подиуме?
Шаньшань бормотала себе что-то под нос, когда вдруг заметила взгляд директора, направленный в ее сторону.
Ой…
Он все знает? Неужели и мысли читать умеет?
Шаньшань замерла, сделала каменное лицо и, развернувшись, уставилась на говяжий стейк, расположенный на столе перед ней…
Стейк, стейк, думай о стейке…
О нет, почему это стейк?![23]
Стоило только Фэн Тэну прибыть, и на сцену тут же вышли ведущие, объявившие о начале ежегодного корпоратива. Они произнесли поздравительные речи, и слово взял большой босс.
Раздались жаркие аплодисменты, а затем шумный зал мгновенно затих.
Шаньшань тайком скривилась: видимо, все большие боссы обладают способностью устрашать окружающих одним лишь своим видом.
Девушка подняла взгляд на Фэн Тэна, в этот момент что-то говорившего со сцены, прислушалась к его спокойному серьезному голосу и почему-то почувствовала, что не знает этого человека.
Хотя они с директором виделись почти каждый день, раньше она никогда не слышала, как он выступает перед большим количеством людей. Сейчас Шаньшань воспринимала его по-другому: от мужчины словно исходила странная сила, заставляющая смотреть на него снизу вверх. Большой босс полностью контролировал ситуацию и доминировал над толпой. Он держался уверенно и элегантно: ни одного лишнего движения, а каждое слово – убедительное и вдохновляющее.
В чем же разница, почему он казался другим?
Шаньшань остолбенела.
Может быть… может быть, потому, что сейчас он был таким далеким и отстраненным?
Раздались аплодисменты, и Шаньшань поняла, что Фэн Тэн закончил свою речь. Она тоже машинально хлопнула в ладоши пару раз.
Ну а потом… Йу-ху…
Честно говоря, такие глубокие и сложные эмоции не задерживались в сердце Сюэ Шаньшань дольше трех минут. Поэтому, как только аплодисменты стихли, она тут же выбросила из памяти странные мысли, взяла тарелку и отправилась в путешествие от стола к столу
Говядина, баранина, крабовые клешни…
Призы в лотерее – это эфемерные облака, плывущие по небу. Неизвестно, получится ли достать их. А вот еда – досягаемая реальность!
Довольная Шаньшань пробовала разные вкусности, когда неожиданно позади нее раздался восхищенный мужской возглас:
– Госпожа Сюэ.
…Шаньшань чуть не подавилась.
Она с трудом проглотила кусок и обернулась. Позади нее стоял муж госпожи Фэн. Кажется… Янь Цин?
Шаньшань вежливо поздоровалась:
– Здравствуйте, господин Янь.
Янь Цин был директором филиала и редко появлялся в главном здании. Однако на новогоднем корпоративе должны были присутствовать все руководители дочерних компаний, в том числе и он. Шаньшань впервые увидела его после званого вечера в честь первого месяца ребенка.
Увидев Шаньшань, Янь Цин заметно оживился.
– Госпожа Сюэ, я так рад вас видеть. Мы с женой даже не знаем, как вас благодарить. Мы так вам обязаны.
А? Что значит обязаны? Это ведь просто переливание. К тому же они уже поблагодарили ее.
– Господин Янь, вы слишком вежливы. Это пустяки.
– Как это может быть пустяком? – Янь Цин казался по-прежнему взволнованным. – Я был в командировке, когда с Юэ произошел несчастный случай. К счастью, госпожа Сюэ снова протянула нам руку помощи, иначе я бы сожалел об этом всю оставшуюся жизнь. Юэ все еще в больнице. Когда ее выпишут, мы обязательно пригласим вас на обед.
Шаньшань наконец сообразила, о чем говорил Янь Цин. Видимо, он подумал, что это она сдала кровь во второй раз. Девушка попыталась объяснить:
– Господин Янь, вы, наверное, ошиблись, я…
– Янь Цин.
Шаньшань неожиданно прервали.
Гендиректор?
Девушка посмотрела в сторону говорящего и неосознанно отставила грязную тарелку. Фэн Тэн же, даже не взглянув на нее, обратился к подчиненному:
– Энди ищет тебя.
Янь Цин оглянулся, ища кого-то взглядом, а затем снова с улыбкой обратился к Шаньшань:
– Госпожа Сюэ, мне нужно идти. Еще поговорим.
– О, конечно, до свидания, – кивнула Шаньшань.
Янь Цин ушел, оставив Сюэ Шаньшань и Фэн Тэна наедине. Наступила неловкая пауза.
– Директор… – попыталась завести разговор Шаньшань, но Фэн Тэн проигнорировал ее.
Он взял бокал с вином со столика, посмотрел на зал и сделал неторопливый глоток.
Что он делает? Намекает, что ей лучше уйти?
Затянувшееся молчание стало еще более неловким. Вспомнив о только что состоявшемся с Янь Цином разговоре, Шаньшань поспешно сказала:
– Директор, господин Янь, похоже, пребывает в заблуждении. Кажется, он думает, что это я снова сдала кровь для госпожи Фэн.
– Ну и что с того? – Фэн Тэн отставил свой бокал и посмотрел на нее. – Если в будущем он будет говорить тебе что-то подобное, не отпирайся.
– А? – Шаньшань была озадачена. – Почему?
Девушка почувствовала себя неловко. Ей показалось, будто она обманом завладела плодами чужого труда.
– Не задавай так много вопросов, – равнодушно ответил Фэн Тэн.
– О-о-о.
Выражение его лица говорило: «тебе не нужно знать», и это немного расстраивало Шаньшань. Глубокие и сложные эмоции, задвинутые ею на второй план, снова вспыхнули в сердце.
Ну и замечательно! Не хочешь, не говори. Так или иначе, она не должна стыдиться за его обман. В худшем случае ее можно просто посчитать соучастницей, да и то по принуждению. Больше не найдя поводя для разговора, Шаньшань угрюмо сказала:
– Директор, тогда я пойду поищу А-Мэй. Не буду вас беспокоить.
Она уже собиралась уйти, как вдруг услышала.
– Постой. Кто сказал, что ты можешь уйти?
Большой босс, как всегда, властно и категорично отдавал приказы.
– Пойдем со мной. Если будут предлагать выпить, возьмешь удар на себя[24].
Шаньшань ошеломленно застыла.
Возьмешь удар на себя???
Она что, ослышалась? Разве это не мужское дело? Директор действительно хочет, чтобы она это сделала?! Шаньшань была в ярости: действительно богачи относятся к женщинам как к мужчинам, а к мужчинам как к домашнему скоту!
– Директор, я не ваш секретарь…
Увидев, что она собирается отказаться, Фэн Тэн нахмурился и холодно добавил:
– Твоя годовая премия…
Ну это уже слишком! Он снова воспользовался этой угрозой! Гнев и горечь придали Шаньшань смелости, и девушка сказала:
– Директор, у нас… ведь есть профсоюз.
Поэтому вы не можете просто так лишить меня премии! Иначе я пожалуюсь на вас!
– Профсоюз? – Фэн Тэн приподнял бровь и спросил: – И кто им, по-твоему, платит?
И почему Шаньшань переживала о том, что директор находится слишком далеко?
Да лучше бы он улетел в космос!
Сюэ Шаньшань снова оказалась в когтях большого босса. С горестным видом она следовала за директором, сжимая в руке бокал вина. Когда ей предлагали выпить, девушка улыбалась и чокалась, чтобы не казаться невежливой.
Не иметь возможности поесть было для нее само по себе огромной трагедией, но высокие каблуки добавляли еще больше печали. Хорошо, она стерпит все, хоть многое и казалось нестерпимым! А-а-а-а…
Например, вот этот старик в костюме.
– Госпожа Сюэ, вы сегодня такая естественная и ослепительная. Я обязательно проголосую за вас.
Ослепительная? Старик, ты так хорошо умеешь врать!
– Спасибо, вы слишком добры, – улыбнулась Шаньшань.
Или вот этот старик в национальной одежде.
– Госпожа Сюэ от природы красива, юна и энергична… (и много, много другого, опустим это)… Ах! Вы словно… (здесь должна быть банальное сравнение)… Ах! А директор… (скучное перечисление)…Ах!
– Спасибо, спасибо – изображая смущение, Шаньшань тайно восхитилась способностью старика врать. Так он еще и говорил все это, распевая, словно оду!
Когда старик в национальной одежде допел свою песню и ушел, Шаньшань потянула Фэн Тэна за рукав и спросила:
– Директор, а вот этот старичок в национальной одежде занимает более высокий пост, чем тот, предыдущий, в костюме?
Фэн Тэн кивнул.
– Я так и знала, – самодовольно сказала Шаньшань.
Она не стала дожидаться встречного вопроса и поспешила поделиться:
– Он лжет профессиональнее.
Фэн Тэн рассмеялся и посмотрел на ее порозовевшие щеки. Наверное, она уже немного пьяна, иначе вряд ли бы осмелилась сказать что-то подобное. К тому же…
Он посмотрел на ее руку, лежащую на сгибе его локтя…
Она бы не осмелилась дергать его за рукав…
Подумав об этом, Фэн Тэн подозвал официанта и попросил его принести новый бокал.
– Что это? – Шаньшань посмотрела на напиток приятного оттенка.
– Это коктейль. В нем меньше алкоголя.
– Спасибо, директор.
Шаньшань с благодарностью приняла бокал, совершенно не подумав о том, что Фэн Тэн являлся начальником тех двух старичков, а значит, его способность врать достигла совершенно недосягаемого уровня.
Коктейль казался слабым, но содержание в нем алкоголя было в несколько раз выше, чем в вине.
Фэн Тэн пребывал в хорошем настроении. С улыбкой глядя на Сюэ Шаньшань, он неожиданно нахмурился.
– Где твоя бутоньерка?
При входе каждой девушке выдавали бутоньерку с номером, за который можно будет проголосовать во время выбора самой элегантной девушки вечера. Кандидатки, желающие побороться за этот титул, активно перемещались по залу и общались с мужчинами. В конце концов, даже если твоя одежда прекрасна, никто не проголосует за тебя, если не будет знать твоего номера.
Шаньшань покрылась холодным потом. Может ли она сказать директору, что выбросила бутоньерку, потому что посчитала ее ношение глупостью?
Абсолютно точно нет!
– Ах, верно! Где же бутоньерка? – удивленно воскликнула Шаньшань, оглядываясь по сторонам. Затем она посмотрела на большого босса и предположила: – Упала?
– … Бутоньерка может упасть на потолок?
– … Э-э-э, нет, не может.
– Тогда почему ты только что смотрела наверх?
– Э-э-э…
Фэн Тэн подозвал администратора.
– Пожалуйста, дайте этой девушке еще одну бутоньерку.
Шаньшань попыталась отказаться.
– Директор, может быть, не надо…
– Приз, – коротко ответил Фэн Тэн.
Приз… который невозможно получить! Такой скромный человек, как Шаньшань, никогда не станет интересоваться призом, из-за которого ее коллеги-девушки должны морить себя голодом!
>_<
Да даже если бы она и заинтересовалась, то все равно не смогла бы его получить…
– Директор, меня ни за что не выберут, – честно сказала Шаньшань.
Она знала себя. С самого начала девушка пришла сюда из-за еды и с самого начала не собиралась наряжаться.
– Почему нет? – Фэн Тэн оглядел ее долгим взглядом. – Хоть ты и правда не очень, но другие-то еще хуже.
Шаньшань ошеломленно застыла.
Господин директор… как можно быть таким жестоким?
Ради того, чтобы унизить ее, не нужно было обижать всех девушек-коллег.
В этот момент принесли новую бутоньерку, и Шаньшань ничего не оставалось, кроме как надеть ее под угрожающим взглядом большого босса. У девушки вдруг промелькнула странная мысль. До этого Шаньшань избегала толпы, прячась в укромном уголке, поэтому никто не мог бы увидеть ее номера. Это было равносильно тому, как если бы она просто отказалась от соревнования. Теперь же гендиректор заставил ее надеть бутоньерку и вместе с ним обходить людей в зале…
У девушки невольно сорвалось с языка:
– Директор, вы ведь не собираетесь помочь мне сжульничать?!
Фэн Тэн посмотрел на нее и еле заметно улыбнулся.
– Можно и так сказать, – затем он добавил, довольный произведенным на Шаньшань впечатлением: – Приз разделим. Семьдесят процентов мне, тридцать тебе.
У него… правда… возникла… такая мысль…
Поделить приз?.. Беспринципный торгаш!
Шаньшань почувствовала, что вот-вот потеряет сознание.
Пусть лучше так, пусть она потеряет сознание и ее вынесут из зала. Это все равно предпочтительнее, чем пережить такой позор! Если бы Шаньшань раньше знала, что у директора на нее подобные планы, то оделась бы получше. Возможно, даже потратила деньги! А-а-а-а…
Теперь же, когда она одета так просто, победа в качестве самой элегантной девушки компании будет выглядеть как очевидное жульничество. Какой позор!
Самое главное в финансах – это добрая репутация! Шаньшань не хотела у всех на глазах подделывать счета… Да и директор, видимо, страдал от близорукости, раз решил инвестировать в ее внешность…
Так, о чем она вообще думала…
А-а-а… упасть в обморок…
К сожалению, Шаньшань оказалась настолько здорова, что даже после того, как директор безжалостно заставил ее ходить за ним по залу, она крепко стояла на ногах и не собиралась падать.
Наконец, когда все уже наелись, ведущий и ведущая объявили о начале лотереи.
Призы традиционно разыгрывали от менее дорогих к более ценным.
Первый, второй, третий… Шаньшань не досталось ни одного подарка.
Предпоследний приз – по-прежнему ничего.
…
…
Последний, главный приз… из рук директора забрал радостно смеющийся сотрудник.
Шаньшань не было грустно. Сейчас все ее мысли были сосредоточены на выборе самой элегантной девушки компании. Ни в коем случае не выбирайте меня, ладно?! Мужчины, проявите волю, не потакайте произволу гендиректора! Это ведь тайное голосование. Босс не сможет лишить вас премии…
Разыграв главный приз, ведущие продолжили, подхватывая один другого:
– А теперь самая ожидаемая номинация вечера.
– Действительно, для присутствующих здесь девушек эта награда, вероятно, более желаемая, чем разыгранный только что главный приз.
– Ладно, ладно, все уже заждались. Давай быстрее объявим победительницу.
– Красавица, набравшая сегодня больше всех голосов, – это…
Шаньшань затаила дыхание.
– Госпожа Чжоу Сяовэй! Отдел кадров!
Ха-ха-ха! Это не она! Не она!
Шаньшань чуть не расплакалась от счастья и облегчения. Все же в этом мире есть справедливость!
Девушка снова обрела уверенность в себе и горячо зааплодировала вместе со всеми.
Стоявшая среди оваций Чжоу Сяовэй порозовела и взглянула на Фэн Тэна.
Лицо мужчины было бесстрастным. Шаньшань решила, что большой босс, должно быть, расстроен из-за сорвавшегося плана и вскоре захочет выместить гнев на ней, своем «деловом партнере». Когда девушка уже собралась незаметно улизнуть, Фэн Тэн покосился на нее и произнес:
– Оставайся здесь и никуда не уходи.
Как и ожидалось, он захотел отыграться.
Сам пошел танцевать с красивой девушкой, а ей приказал стоять здесь, как дурочке.
Зазвучало музыкальное вступление, и толпа разошлась по сторонам, оставляя свободное пространство в центре зала. Свет погас, и лишь один прожектор создавал белое пятно в середине освободившейся танцевальной площадки.
На глазах всех присутствующих Фэн Тэн небрежно передал бокал с вином Сюэ Шаньшань, подошел к стоявшей напротив Чжоу Сяовэй и галантно предложил ей руку. Та застенчиво вложила свою ладонь в его.
Двое закружились в танце.
Сегодня Чжоу Сяовэй затмила всех других красавиц. Разумеется, она уделила своему образу много внимания. На девушке было белоснежное платье из струящегося шифона с оголенными плечами и прикрытым тонким кружевом декольте. В таком наряде красавица выглядела одновременно соблазнительно и невинно. Ее волосы были уложены в естественные локоны, а на голове красовалась изящная тиара с пурпурными стразинками. Они ярко сверкали, делая ее образ еще более нежным и хрупким.
Чжоу Сяовэй подняла голову, устремляя на высокого мужчину перед собой застенчивый юный взгляд.
Шаньшань оцепенело стояла в стороне, наблюдая за танцем. Ее взгляд невольно остановился на талии Чжоу Сяовэй, которую обхватили «цепкие когти» большого босса.
Ни капли целомудрия!
Какой извращенец придумал танцы? Они позволяют мужчинам открыто распутничать… Шаньшань весь танец ворчала про себя. Ее радостное и приподнятое настроение по непонятной причине резко ухудшилось.
Фэн Тэн и Чжоу Сяовэй продолжали грациозно кружиться в танце. Казалось, они чувствуют себя свободно, а вот у наблюдающей за ними Шаньшань закружилась голова.
Ох, должно быть, она выпила слишком много алкоголя. Нужно присесть и отдохнуть.
Шаньшань подошла к столику, выбрала кое-что из оставшейся еды и присела. Сейчас самое главное заключалось в том, чтобы восполнить свои силы. Девушка сглупила, когда решила послушаться большого босса и остаться стоять там.
Пока она ела, к ней снова кто-то подошел.
– Госпожа Сюэ!
…Этот вредный человек уже второй раз заставил ее подавиться.
Шаньшань подняла взгляд и с улыбкой сказала:
– Господин Янь.
Янь Цин вежливо спросил:
– Могу ли я попросить госпожу Сюэ оказать мне честь и потанцевать со мной?
Шаньшань смутилась.
– Кхм… я не умею танцевать.
Янь Цин понимающе улыбнулся.
– Тогда мы можем просто поболтать.
С этими словами он сел напротив Шаньшань. Та участливо спросила:
– Как себя чувствует госпожа Фэн?
Услышав из ее уст имя своей жены, господин Янь снова расплылся в благодарности:
– Спасибо, с ней все в порядке. Врач сказал, что она идет на поправку. Через несколько дней ее выпишут из больницы, и некоторое время она проведет дома. И это все благодаря вам, госпожа Сюэ!
Услышав это Шаньшань почувствовала себя неловко, но гендиректор запретил ей признаваться, поэтому девушка поспешила перевести тему:
– Слышала, госпожа Фэн долгое время была в Европе. Когда она вернулась в Китай?
– В Европе? – удивился Янь Цин. – Мы ездили туда в наш медовый месяц, но в последние два года не были там. Вы планируете путешествие? У Юэ тоже была идея провести отпуск в Европе. Вы могли бы подождать, пока она поправится. Тогда мы сможем поехать все вместе.
Шаньшань замерла в изумлении.
Первый танец подходил к концу.
А-Мэй и Линда не присоединились к общему веселью, а сели в сторонке, чтобы поболтать. А-Мэй огорчилась, что не получила приз в десять тысяч юаней, а потому сказала что-то язвительно-недовольное. Линда улыбнулась.
– Почему ты так огорчилась? Кто-то потратил в десять раз больше, чем ты.
А-Мэй была удивлена.
– Линда, этот образ стоил недешево, – сказала она и провела рукой вдоль тела.
Главный секретарь усмехнулась и посмотрела в сторону танцующих. Оценив примерную стоимость брендовых вещей, надетых на Чжоу Сяовэй, она снова обернулась к А-Мэй.
– А ее?
Обида А-Мэй прошла. Девушка вздохнула и сказала:
– Она ведь тоже простой служащий. Неужели ей было не жалко потратить такие деньги?
Линда двусмысленно сказала:
– Истинные помыслы старого пьяницы обращены не к вину[25]. Пожалеешь ягненка, не поймаешь волка[26].
А-Мэй понимающе усмехнулась.
– Готова поспорить, что, даже если она потратится в десять раз больше, это все равно будет бесполезно. Видела, как директор Фэн только что непринужденно передал Шаньшань свой бокал? Разве их можно сравнить? Директор Фэн на следующий танец обязательно пригласит Шаньшань.
Наконец была сыграна последняя нота. Фэн Тэн отпустил руку партнерши, вежливо кивнул и собрался уйти. Чжоу Сяовэй несколько поспешно окликнула его:
– Директор Фэн.
Мужчина остановился и оглянулся.
Снова заиграла музыка. А-Мэй с удивлением обнаружила, что директор не пригласил Сюэ Шаньшань, как она того ожидала, а снова танцует с Чжоу Сяовэй.
Другие сотрудники тоже были удивлены. Неужели Чжоу Сяовэй сегодня оказалась настолько прекрасна, что сердце директора дрогнуло?
Все сочувственно покосились на «настоящую девушку директора» Сюэ Шаньшань, которую задвинули в сторону. Та же сидела в уголке и потерянно смотрела в пустоту. Всем было ясно, что девушка получила жестокий удар.
На самом же деле Шаньшань совершенно не замечала ни странной атмосферы вокруг, ни направленных на нее взглядов. Она даже понятия не имела, что уже начался второй танец. Девушка просто ошеломленно сидела, не меняя позы с тех самых пор, как Янь Цин вышел, чтобы ответить на звонок.
Директор… все это время лгал ей? Госпожа Фэн не была в Европе! Так кто же все эти месяцы посылал обеды?
…Возможно ли… чтобы это был сам директор?
Но зачем?
Чтобы просто эксплуатировать ее рабский труд? Или… или…
Шаньшань неожиданно почувствовала беспокойство. Ее сердце забилось так бешено, будто собиралось выскочить из груди.
А-а-а! Нет, нет, это невозможно! Шаньшань ухватилась за грудь, стараясь утихомирить сердце. Должно быть, она пьяна. Откуда такие безумные мысли?! Алкоголь – это зло, без него ей бы и в голову не пришло подобное…
Шаньшань уставилась на танцпол, не отрывая взгляда. Фэн Тэн и Чжоу Сяовэй все еще танцевали.
Директор стоял к ней спиной, и Чжоу Сяовэй, поймав взгляд Шаньшань, ласково ей улыбнулась.
Но та не обратила на нее никакого внимания. Девушка смотрела только на прямую спину директора. Голова потяжелела от мыслей, и Шаньшань решила, что ей следует выйти на свежий воздух, чтобы протрезветь. Если она еще хоть на секунду останется здесь, то просто сойдет с ума.
Любители сплетен, увидели в этой сцене следующее: Чжоу Сяовэй вызывающе улыбается Шаньшань – та провожает ревнивым взглядом спину директора, сердито вскакивает и с мрачным лицом выходит из зала.
Шаньшань толкнула дверь и вышла на улицу.
Холодный северо-западный ветер пронизывал ее до костей. Девушка поежилась и поспешила вернуться в отель.
Так холодно! И когда она вообще успела спуститься? Дрожащая Шаньшань обхватила себя руками.
Хотя почему бы и не вернуться домой пораньше, время-то уже позднее…
Пока она размышляла, в сумочке зазвонил телефон. Шаньшань достала мобильный и увидела номер звонившего. На миг она потрясенно застыла. Вообще-то Шаньшань не собиралась отвечать на звонок, но палец как-то сам потянулся к кнопке.
– Ты где? – раздался мрачный голос Фэн Тэна.
– …Внизу, в вестибюле.
– Разве я не сказал тебе оставаться на месте? – Голос Фэн Тэна стал еще угрюмее. – Жди там, я сейчас спущусь.
Поняв, что он собирается повесить трубку, Шаньшань поспешно окликнула его:
– Постойте, директор!
Все равно ей уже нечего терять, так хоть умрет счастливой. Смирившись с этим, девушка бесстыдно добавила:
– Директор… не могли бы вы прихватить мой пуховик?
Очень скоро Фэн Тэн вышел из лифта с пуховиком в руках. Его острый взгляд тут же отыскал Шаньшань. Она же быстро подбежала к нему и, благодарно кивнув, выхватила из его рук куртку.
– Почему ты спустилась?
– Э-э-э, у меня закружилась голова, и я решила вернуться, – робко сказала Шаньшань.
Фэн Тэн посмотрел на ее покрасневшее лицо, и выражение его лица смягчилось.
– Я отвезу тебя.
Сказав это, он тут же вышел на улицу, не дав ей возможности отказать.
Шаньшань на миг застыла, а затем последовала за ним. Директор просто вежливый человек… А она слишком много надумывает…
Шаньшань села в машину, однако в ее голове все еще роились странные мысли.
Белый спортивный автомобиль плавно двигался по ночным улицам, а двое внутри сидели и молчали.
Спустя некоторое время Шаньшань все-таки задала терзавший ее вопрос:
– Директор, господин Янь сказал, что госпожа Фэн не была в Европе в последние месяцы.
– Угу, – негромко отозвался Фэн Тэн. – И что?
Он действительно спрашивал у нее «и что»? Шаньшань уставилась на него широко открытыми глазами. Уму непостижимо! Ведет себя невозмутимо, даже несмотря на то, что его уличили во лжи?
Большой босс, должно быть, старый тысячелетний монстр!
– Тогда почему вы мне сказали, что она уехала в Европу?
Фэн Тэн спокойно произнес:
– Сказал?
– Конечно!
– О, – Фэн Тэну, похоже, было все равно. – Оговорился.
Шаньшань ошеломленно уставилась на него.
Большой босс, насколько еще бесстыдным ты можешь быть?
Но… может быть, это и правда была оговорка… Зачем бы директору обманывать ее? Неужели только ради того, чтобы поесть вместе с ней?
Невозможно…
Но то, что она представила себе, казалось еще более невозможным… Большой босс, человек из другого мира, из другой Вселенной… влюбился в нее?
В голове Шаньшань шла жестокая битва, а в автомобиле снова воцарилась тишина. Неожиданно Фэн Тэн как бы между прочим сказал:
– Надеюсь ты ничего не надумала по поводу того танца.
Чжоу Сяовэй не стала обналичивать чек, а вместо этого попросила его о еще одном танце. Конечно, директор Фэн не мог не понять, какие намерения скрывались за скромным и застенчивым выражением ее лица, но что бы поменял еще один танец? В праздничной обстановке новогоднего корпоратива Фэн Тэн не хотел ставить в неловкое положение сотрудницу, которая помогла его сестре, сдав кровь, поэтому он без особых возражений согласился на второй танец.
В какой-то момент мужчина увидел, как Сюэ Шаньшань вышла из зала.
Опыт общения с ней подсказывал Фэн Тэну, что выбежала она, как всегда, по какой-нибудь нетривиальной причине, но он все равно решил объясниться. Хотя это объяснение и оказалось уж очень завуалированным.
Шаньшань, однако, ничего не поняла, но расчувствовалась. Она не знала, что Фэн Тэн и Чжоу Сяовэй танцевали второй танец, и думала, что директор объясняется за первый.
Кто бы мог подумать, что большой босс будет объясняться за протокольный танец с другой женщиной, прося ее не надумывать…
Неужели…
Неужели это действительно…
Шаньшань была пьяна, импульсивна, а потому не контролировала слова, вылетевшие из ее уст:
– Директор, не надумывать что? Что я вам нравлюсь?
Рука Фэн Тэна, расположившаяся на руле, еле заметно дрогнула. Слово «нравлюсь» прозвучало для мужчины неожиданно, но еще большей неожиданностью стало то, что она вообще осмелилась поднять этот вопрос, к тому же по собственной инициативе.
Похоже бокал вина дал неплохой результат.
Фэн Тэн с удивлением обнаружил, что эти слова совершенно не режут ему слух. Мужчина повернул к ней голову и, чуть приподняв бровь, сказал:
– Не страшно, если надумала именно это.
А?.. Слова директора оказались слишком запутанны. Но что они значат?.. Что она ему и правда нравится?
А-а-а!
Шаньшань вдруг почувствовала такую растерянность, что не знала, куда деть руки и ноги. В машине как-то сразу стало тесно. Сердце Шаньшань колотилось так громко, что она слышала его удары. Лицо девушки начало потихоньку наливаться жаром, а в душе, казалось, запела стайка маленьких птиц…
– Директор, вы можете ехать помедленнее? – после долгого молчания сказала Шаньшань.
– Укачивает?
– Да нет, просто слишком быстро.
Наверное, поэтому и сердце бьется словно бешеное.
Спортивный автомобиль, способный развивать скорость больше трехсот километров в час, двигался к квартире Шаньшань со скоростью черепахи.
Машина остановилась, и атмосфера внутри вдруг стала странно двусмысленной. Только немного успокоившееся сердце Шаньшань снова затрепыхалось в груди. В этот момент директор внезапно наклонился к ней…
Ой! Что он делает?! Шаньшань взволнованно уставилась на него…
– Почему так напряглась? – В глазах Фэн Тэна заплясали веселые искорки. – Я помогу расстегнуть ремень.
Раздался щелчок. Ремень безопасности оказался расстегнут…
Ремень? Директор, вы так внимательны…
– Хи-хи-хи, – глупо рассмеялась Шаньшань, стремясь избавиться от неловкости. – Директор, вы… я… – запинаясь, произнесла она… – Когда вы… вы никогда не говорили…
Фэн Тэн с удовольствием воспользовался ее растерянностью.
– Разве не должен человек, у которого есть определенные намерения, сказать первым? – медленно произнес он.
Что это значит? Шаньшань была ошеломлена. Большой босс говорит о том, что у нее на него есть виды?
– Я?
Шаньшань с глупым видом указала на себя, а стайка птиц, оживших внутри, уже помахала крыльями, без оглядки уносясь прочь.
– А разве нет?
На лице большого босса появилось знакомое угрожающее выражение.
Фэн Тэн по привычке начал подразнивать Шаньшань. Однако он не учел, что трусливая мышка, обычно удирающая от кошки со всех ног, смело пустится в бой, будучи пьяной!
– Я… я… я…
Шаньшань, как обычно, хотела покориться принуждению директора, но неожиданно ей в голову пришла интересная мысль!
Сейчас все было по-другому. Ведь директор тайно влюблен (?) в нее!
Тогда почему бы ей самой не стать большим боссом?! Почему это он всегда главный?
Шаньшань внезапно почувствовала душевный подъем. Это не было похоже на застенчивую радость слабой девушки, которую она испытала недавно. Это был восторг рабочего класса, завладевшего атомной бомбой!
Смелость Шаньшань подскочила до небес! Птички прилетели обратно, страстно напевая: «Вставай, кто не желает быть рабом!»[27]
Стоит признать, что государственный гимн играет огромную вдохновляющую роль. Шаньшань так воодушевилась, что посмотрела Фэн Тэну прямо в глаза и смело сказала:
– А вы… вы мне нисколько не нравитесь!
Фэн Тэн замер в изумлении, а Шаньшань на одном дыхании выпалила:
– Потому что, директор, вы слишком незрелы!
Мир затих.
Выражение лица Фэн Тэна было трудно описать словами. Сквозь сжатые зубы он процедил:
– Сюэ Шаньшань!
Девушке даже показалось, будто она воочию увидела пламя, исходящее от большого босса.
Ей конец!
Он уволит ее!
Запинаясь, Шаньшань продолжила речь:
– Если… если вы уволите меня из-за этого, то еще больше докажете свою незрелость!
Фэн Тэн сначала выглядел напряженным, но затем расслабился, а услышав слова Шаньшань, даже едва заметно улыбнулся.
– Я не собираюсь тебя увольнять.
От его улыбки у Шаньшань волосы встали дыбом.
– Я… я хочу домой.
– Иди, – на удивление легко согласился Фэн Тэн и открыл дверь машины.
Шаньшань поспешила выскочить. Когда она уже добежала до лестницы, Фэн Тэн окликнул ее:
– Шаньшань.
Что такое? Девушка неуверенно обернулась. Не зови меня так ласково, я только что тебя отвергла.
Фэн Тэн открыл дверцу машины и вышел, держа в руке ее пуховик.
– Ты снова забыла свою куртку.
Он приблизился, и Шаньшань протянула руку, чтобы забрать пуховик, но директор явно не собирался его отдавать. Фэн Тэн остановился прямо перед ней, и его высокая фигура нависла над девушкой. Близко, очень близко.
– Сюэ Шаньшань, у меня к тебе два вопроса.
Запрокинув голову, Шаньшань уставилась на него.
– Почему ты каждый день приходишь в мой кабинет и почему ты каждый день ешь со мной? Только потому, что я приказал?
Шаньшань глупо уставилась на директора. Алкоголь лишил ее способности думать.
Фэн Тэн долго смотрел на нее, а затем вернул пуховик.
– Подумай об этом хорошенько, Шаньшань. Спокойной ночи.
– …Спокойной ночи.
Шаньшань дрожала, наблюдая за тем, как белый автомобиль исчезает во мраке ночи. С одной стороны, ей действительно было холодно, с другой – взгляд директора был слишком пугающим…
Вот только теперь она его не боится! Шаньшань снова почувствовала смелость восставших трудовых масс.
Подождите, господин директор! Завтра я покажу вам, что значит быть злодеем, добившимся успеха. Ой, нет, нет, не злодеем, рабочим, освободившимся от гнета тирана…
Тоже не так!
Ай, да неважно! Важно, что ее настроение сейчас стало чрезвычайно боевым.
С боевым настроем она поднялась по лестнице.
С боевым настроем открыла компьютер, чтобы сразиться с боссом.
С боевым настроем уснула.
Ей снова снился тот же сон.
Все тот же бесконечный зеленый луг.
Тигр выплюнул белого кролика и самодовольно сказал:
– Значит, я тебе нравлюсь.
Маленький белый кролик удивленно спросил:
– Откуда ты знаешь?
Тигр торжествующе взмахнул хвостом.
– Потому что только что я узнал вкус твоей души.
Какой необразованный тигр! Маленький кролик посмотрел на него с презрением. То, что падает в желудок, не имеет отношения к душе.
Хотя… кто знает. В конце концов, тигр – это не белый кролик. Мало ли какие у них есть странности.
Может быть, выплюнутый белый кролик только назывался белым кроликом, а на самом деле уже стал душой большого тигра?
Тигр взмахнул хвостом, приглашая белого кролика:
– Хочешь пойти в мой сад? Он очень большой и красивый и подходит для маленьких кроликов. Ах да, еще в нем много вкусной сочной травы.
Много вкусной травы? Хотя маленького белого кролика и взволновало услышанное, но он все же медлил.
– Но… но…
– Но что? Скажи мне! – Большой тигр нетерпеливо хлопнул когтистой лапой.
– Но тебе нельзя мною помыкать, – храбро ответил маленький белый кролик. – Ты должен меня слушать и не говорить, что мне делать. А еще… ты должен есть траву вместе со мной.
– Есть траву? – Тигр казался озадаченным.
– Да! Есть траву!
Иначе вдруг однажды он съест кролика?
Маленький кролик продолжил:
– Ты не должен быть слишком разборчивым в еде. Нельзя есть один вид травы, но пренебрегать другим.
– Ладно, ладно, я обещаю тебе! – Большой тигр взмахнул когтистой лапой, легко соглашаясь с кроликом. – Теперь мы можем пойти в мой сад?
– Можем. – Маленький белый кролик кивнул и застенчиво опустил ушки.
– Садись ко мне на спину, я отвезу тебя.
– Тогда пригнись, ты слишком высокий. Я не дотянусь.
Большой тигр покорно лег на траву. Маленький белый кролик запрыгнул на него, ухватился за шерсть на загривке и величественно сказал:
– Вперед, тигр! Беги быстрее.
Тигр с маленьким белым кроликом на спине пробежал через луг, вброд преодолел реку и пересек чащу. Прямо за лесом показался большой прекрасный сад.
Тигр решил, что, как только доберется до сада, обязательно поговорит с белым кроликом.
Если тигр свиреп, то это значит, что он хочет съесть маленького белого кролика.
Если тигр ласков, то это значит, что он хочет откормить кролика и съесть его позже.
Ах да, и придется постепенно приучить кролика есть мясо…
Лунный свет освещал каждую комнату, где не были задернуты шторы.
Шаньшань крепко уснула, обняв подушку, а луна освещала ее нежно улыбающееся лицо.
Девушка проспала до десяти часов. Открыв глаза, она встала, надела тапочки и на автомате пошла в ванную комнату. Выдавив пасту, Шаньшань начала чистить зубы. Вверх, вниз… вверх, вниз… вверх-вниз, вверх-вниз…
Неожиданно зубная щетка замерла у нее в руках!
Нет, это не может быть правдой…
Шаньшань подняла голову и посмотрела на себя в зеркало.
Она все еще спит? Или пьяна, и у нее алкогольный бред? Иначе откуда появились эти воспоминания о том, что вчера вечером директор признался ей в любви? А у нее… хватило смелости отказать ему!
Отказать…
Шаньшань чуть не разгрызла зубную щетку.
Быстро дочистив зубы, девушка надела длинный пуховик прямо на пижаму и спустилась вниз. Вообще-то она и сама не знала, зачем сюда пришла. Просто поддалась импульсу взглянуть на место происшествия из своей галлюцинации.
Внизу никого не было, переулок оставался холодным и пустым. Хмурая зимняя картина. Некоторое время Шаньшань бездумно пялилась на то место, где Фэн Тэн вчера вечером остановил машину. Сначала девушка долго разглядывала землю, а затем подняла глаза к небу…
Несмотря на то что она ясно помнила каждое сказанное вчера слово, ей все равно не верилось, что это произошло наяву. Не может быть… это был сон, галлюцинация…
Разве могла она оказаться настолько смелой, чтобы дать отпор директору?
Нет, нет… не это главное. Как большой босс мог дать ей тот намек?
Шаньшань поднималась по лестнице, словно под гипнозом. В это же время сверху спускалась соседка. Заметив девушку, она улыбнулась и спросила:
– Девочка. Откуда ты идешь?
Хотя в больших городах соседи часто не обращают друг на друга внимания, однако такие милашки, как Шаньшань, у всех вызывают симпатию. Они всегда приветливы и помогают донести тяжелые сумки. Малу-помалу соседи знакомятся с ними и налаживают контакт.
– Ха-ха. Откуда я могу идти, тетушка? Просто прогуливаюсь.
Шаньшань понимала, что выглядит растрепанно и странно, поэтому попыталась перевести все в шутку и поскорее вернуться в квартиру. Однако неожиданно тетушка проявила интерес:
– Тот молодой человек, который привез тебя вчера вечером домой, твой парень?
– А?
Вчера вечером? Парень? Шаньшань вздрогнула.
– Ну, высокий, красивый, при машине и деньгах?
– Э-э-э…
Улыбка сползла с губ Шаньшань.
А-а-а!
Она орала про себя все время, что шла до своей квартиры.
Это был не сон… Ей конец! Конец! Шаньшань и в самом деле ответила отказом на признание большого босса! Господин директор, почему вы не предупредили до того, как признались в своих чувствах? Она отреагировала слишком импульсивно!
В сердце Шаньшань пронесся ураган, путая чувства. Но затем послышался «буль-буль», «буль-буль»: из глубины ее души поднялись маленькие пузырьки, наполняя сердце радостью.
Он ей нравится?
Шаньшань никогда не задумывалась над этим. У нее в голове даже не было намека на подобную мысль. Но если не было даже намека, то что за пузырьки сейчас бурлили в ее сердце?
Как же сложно! Как это вообще вышло? До вчерашнего вечера у нее и мыслей не было о директоре…
В памяти невольно всплыли слова Фэн Тэна:
«Почему ты каждый день приходишь в мой кабинет, и почему ты каждый день ешь со мной? Только потому, что я приказал?»
Конечно, поэтому!
Честно и смело ответила сама себе Шаньшань.
Но неожиданно в глубине души раздался другой голос, слабый и оправдывающийся: «Похоже, не совсем так»…
Значит ли это, что она обманывает саму себя, не признавая очевидного?
…Шаньшань казалось, что она ничего не понимает.
Но… но несмотря ни на что, большой босс признался ей вчера.
Шаньшань закрыла лицо руками, чувствуя, как горят щеки. Веселые пузырьки в ее сердце пели все громче и громче. Она больше не могла лежать, поэтому встала и переоделась.
Нужно пойти туда, где много людей.
Поесть, пройтись по магазинам да даже просто прогуляться по улице. Нужно сделать хоть что-то, иначе она взорвется от мыслей и пузырьков.
Шаньшань больше не могла сдерживаться и должна была дать выход всему, что творилось у нее на сердце.
Гуляя по улице, девушка поймала себя на мысли, что ее шаги стали легче, чем обычно. Несмотря на то что Шаньшань наступала на асфальт обеими ногами, ей казалось, что она не идет, а бежит, почти летит над ним.
Девушка постаралась отпустить все мысли и просто следовала в потоке людей, вытекающем из станции метро. В какой-то момент Шаньшань остановилась в центре многолюдной площади. Девушка была озадачена: и как она тут оказалась?
Хотя какое это имеет значение?
Здесь и сейчас она чувствовала, что все вокруг прекрасно.
Небо яркое.
Северо-западный ветер ласковый и теплый.
Мраморные плиты под ногами податливы, словно трава.
Краски мира яркие и четкие.
Даже прохожие такие милые!
Шаньшань снова и снова обходила торговый райончик, до тех пор пока наконец не села на скамейку, обессиленная.
Тяжелый вздох.
Сюэ Шаньшань, Сюэ Шаньшань, тебе конец. Директор так небрежно признался тебе, а ты сошла от этого с ума!
Была зима, а Шаньшань сидела на скамейке в сквере. Стоял мороз, но ей совсем не было холодно. Наоборот, на лице девушки даже появился горячий румянец. Еще немного посидев в оцепенении, она достала телефон, открыла контакты и, склонив голову, уставилась на одно имя: Фэн Тэн.
Пока она блуждала в грезах, неожиданно зазвонил телефон.
Сердце Шаньшань ушло в пятки и бешено заколотилось оттуда. Дрожащим большим пальцем она нажала кнопку «Назад» и увидела на экране совсем другое имя: Лу Шуанъи. Сердцебиение так же быстро восстановилось.
Приняв звонок, Шаньшань с одновременным облегчением и разочарованием воскликнула:
– Да, Шуанъи.
– Шаньшань, ты уже встала?
– …Ты думаешь, что я – это ты? – Как такая лежебока может спрашивать у работающего человека, проснулась ли она? Какой кошмар!
– Ха-ха-ха, я хотела спросить, когда ты приедешь домой в этом году?
– Буду в поезде ночью, в канун Нового года[28].
– О-о-о, значит, я вернусь раньше. Ха-ха-ха, перед праздниками, как всегда, ажиотаж[29]. Береги себя, Шаньшань.
Шуанъи подхихикивала над невезучестью Шаньшань, но та думала совершенно о другом и почти не слушала, о чем говорила подруга. В какой-то момент Шаньшань непроизвольно выпалила:
– Шуанъи, я хочу у тебя кое-что спросить.
– Что такое? Говори скорее, а то я уже хотела уходить.
Слова вертелись на языке, но Шаньшань так и не смогла их сказать. После недолгого молчания она произнесла:
– Забудь. Иди, если занята. Поговорим, когда вернусь.
– Скажи сейчас! – Шуанъи была недовольна. – Ненавижу, когда кто-то прерывает разговор на полпути. Это так же отвратительно, как забросить роман на самом интересном месте.
– О… – Шаньшань все же медлила. – Шуанъи… как быть, если очень влиятельный и идеальный мужчина признается в любви обычной девушке?
– Ну, если это про ту историю со свиньей, то девушка должна сразу же принять чувства мужчины, после чего автор сможет закончить свой роман. Ха-ха-ха.
– …А что, если это не книга?
– А? Тогда это означает, что кому-то с неба упала «золотая кредитка», которую нужно быстро схватить! – Шуанъи пошло рассмеялась, а затем серьезно добавила: – Вот только на такую карту лучше просто посмотреть, потрогать, а затем быстро выбросить.
– Почему?
– Глупая?! – важно ответила Шуанъи. – Какой смысл брать «золотую карту», если даже пароля не знаешь?
Шаньшань ошеломленно замерла с телефоном в руке.
У нее никогда не было отношений, но она видела, как в институте соседки по комнате заводили себе парней. Одна девушка однажды сказала, что, когда выбираешь парня, нужно искать того, кого понимаешь ты и кто понимает тебя. Иначе следует трижды подумать над своим выбором.
Иными словами, нужно знать его пароль.
Большой босс…
Да какой пароль! Там даже непонятно, куда его вводить!
Шаньшань почувствовала себя так, будто ей на голову вылили ушат ледяной воды. Приподнятое настроение вмиг исчезло.
У Шуанъи, все еще находившейся на другом конце провода, неожиданно возникли сомнения.
– Шаньшань, ты ведь не о себе говоришь? – осторожно спросила она.
– …Нет, – уныло ответила та.
– Ха-ха-ха, так и знала, что не о себе. Ты ведь такая же, как я: если и найдешь карту, то это обязательно окажется кредитка с большим долгом…
– Гм.
Повесив трубку, Шаньшань потеряла интерес к прогулке и, опустив голову, пошла домой. По дороге она съела говяжью лапшу, но без особого аппетита. Девушка чувствовала голод, но не могла себя заставить доесть порцию.
А дальше начались трудовые будни.
Несколько дней Шаньшань была настолько занята, что время пролетело незаметно, как во сне.
Она не ходила на обед в кабинет директора, и Фэн Тэн тоже ее не звал. От Линды и остальных секретарей не было никаких вестей. Только А-Мэй отправила сообщение, в котором жаловалась, что совсем сбилась с ног, организовывая чей-то прием.
Это и была нормальная жизнь, жизнь обычных людей. Ее привычный мир. Но Шаньшань внезапно обнаружила, что этот мир печален и одинок.
К счастью, другое дело отвлекло ее внимание.
Хозяин квартиры, которую снимала Шаньшань, решил ее продать. Видимо, ему срочно понадобились деньги, поэтому он не смог подождать до Нового года. Шаньшань должна была срочно съехать. Однако сложно было найти жилье за такое короткое время, да еще и перед праздниками. К тому же Шаньшань подводила годовой баланс на работе и была сильно занята. В итоге она связалась со своей однокурсницей Дахуа, которая работала в том же городе, и договорилась оставить у нее свои вещи на праздники. Поиск новой квартиры было решено перенести на потом, когда закончатся новогодние каникулы.
Так как договор оказался разорван по инициативе арендодателя, ему пришлось возместить Шаньшань два месяца аренды. А это несколько тысяч юаней. Девушка должна была бы обрадоваться таким неожиданным деньгам, но, даже держа их в руках, она ничего не почувствовала.
Видимо, даже для радости нужна энергия.
Годовой отчет был завершен. Приближался китайский Новый год. У сотрудников в офисе наконец-то появилось свободное время, и они, разбившись на группки по два-три человека, обсуждали свои планы на праздник. Шаньшань же, закончив работу, машинально зашла в интернет.
– Сюэ Шаньшань.
«Щелк».
Услышав, как кто-то ее зовет, девушка быстро закрыла вкладку.
– Эй, Шаньшань, а что ты делала на сайте компании?
Острый взгляд А-Цзя заметил на странице, которую Шаньшань так поспешно закрыла, фотографию директора, сделанную на ежегодном новогоднем корпоративе.
– Э-э-э…
Вообще-то Шаньшань бессознательно открыла сайт, не отдавая себе отчета в том, что делала…
Девушка поспешила сменить тему:
– А что ты хотела?
Услышав вопрос, А-Цзя тут же угодливо улыбнулась.
– Шаньшань, а когда ты едешь в родной город?
– Сегодня вечером, на поезде.
Дом Шаньшань находился в провинции G. Путь на поезде занимал около десяти часов, а затем нужно было еще пересаживаться на автобус. Довольно затруднительно. Когда Шаньшань доедет, можно будет сразу садиться за новогодний стол.
– Тут такое дело, мы с семьей изначально планировали на праздники вернуться в родной город, даже уже забронировали билеты на утренний поезд. Но внезапно наши планы изменились, и мы решили поехать на Хайнань. Так вышло, что у нас совсем не осталось времени, чтобы заехать на вокзал и сдать билеты. Может быть, ты поможешь нам вернуть деньги за возврат?
– Да, хорошо. Не вопрос.
Шаньшань тут же согласилась. Ей в любом случае нужно было ехать на вокзал, так что зайти и сдать билет не составит большого труда.
А-Цзя искренне поблагодарила.
– Ха-ха, Шаньшань, спасибо тебе. Когда вернешься, угощу тебя ужином.
Когда коллеги разошлись, Шаньшань снова провалилась в собственный мирок.
Завтра она уезжает в родной город. Господин директор, вы собираетесь что-то предпринять или нет?
В офисе царила суета, но Шаньшань казалось, будто между ней и всем, что ее окружает, стоит прозрачное стекло. Она бездумно вытащила телефон, повертела его в руках и молча написала три слова: «С Новым годом».
После этого она настроила автоматическую отправку на восемь часов.
А в получатели добавила: «Фэн Тэн».
Девушка глубоко вздохнула.
Можно ли сказать, что этим она сама себе отрезает путь к отступлению?
А чего тебе бояться, Сюэ Шаньшань? В крайнем случае директор все сведет к шутке, но, если не прояснить это сейчас, весь Новый год будет испорчен!
Шаньшань и сама не знала, хочет ли она, чтобы все это привело к каким-то изменениям или чтобы все просто закончилось. В любом случае, сделав то, что сделала, девушка почувствовала облегчение.
Не успела Шаньшань моргнуть, как уже наступили каникулы. В канун Нового года она отправила свои вещи к Дахуа и с одним чемоданом поспешила на вокзал.
Шаньшань первый год работала в офисе и впервые ощутила на себе ажиотаж, связанный с переездами людей в праздники. Хотя в прошлые годы она тоже возвращалась домой на Новый год, но у студентов каникулы начинались немного раньше, и путешествующих было не так много. В этот раз все разительно отличалось. На вокзале негде было даже встать, а воздух потяжелел настолько, что многим стало дурно.
Шаньшань пожалела, что из-за экономии не купила билет на самолет. Она протиснулась к окну для возврата билетов. Там уже образовалась солидная очередь.
Люди толпились рядом, спрашивая, есть ли билеты на те или иные направления. Один мужчина у всех интересовался билетами в город Н. Шаньшань невольно взглянула в его сторону.
У мужчины была хорошо развита интуиция. Он тут же выделил Шаньшань из толпы и спросил:
– Госпожа, вы возвращаете билеты до города Н?
Шаньшань кивнула
– Сколько их у вас? – радостно спросил он.
– Три.
– Отлично, мне как раз нужно три, – воскликнул мужчина еще более счастливо и поспешно попросил: – Можете ли вы продать их по первоначальной цене? Мы с семьей ждем здесь уже много времени, но билетов нет.
Шаньшань посмотрела на семью, стоящую перед ней. Они были одеты в старую одежду и выглядели небогато.
– Я помогаю друзьям вернуть билет, так что можете просто отдать мне полную стоимость.
Мужчина медлил. Он нерешительно взглянул на Шаньшань и спросил:
– Ваши билеты настоящие?
Шаньшань вдруг стало грустно. Она не думала, что ее добрые намерения возымеют обратный результат. Разозлившись, девушка ответила:
– Не хотите, не покупайте.
– Хочу, хочу.
Мужчина тут же отсчитал несколько сотен юаней.
Шаньшань взяла деньги и тоже выказала недоверие, проверив каждую купюру, прежде чем отдать билеты. Покупатель ушел, а Шаньшань покатила чемодан, планируя зайти в магазин в зале ожидания, чтобы купить еды в дорогу.
До отправления ее поезда было еще больше часа, поэтому девушка не спешила. Она неторопливо выбрала продукты и встала в очередь на кассу. Расплатившись и выйдя из магазина, она неожиданно вновь увидела того человека, что выкупил у нее билеты. Сейчас за ним следовали двое полицейских. Подбежав к Шаньшань, мужчина ткнул в нее пальцем и гневно сказал:
– Это она! Она продала мне поддельные билеты! Шаньшань ошеломленно замерла.
Сюэ Шаньшань привели в полицейский участок, где рассказали, что с билетами ее коллеги, которые она возвращала, возникли проблемы: все три проездных документа оказались поддельными. Шаньшань торопливо и максимально искренне рассказала все, что знала, и даже потянулась за телефоном, чтобы позвонить А-Цзя, но вдруг обнаружила, что карман ее куртки пуст. В панике она начала искать везде, где можно, но телефона не было, так же как и кошелька.
Только что в супермаркете все лежало на месте, как же так? Может быть, она просто поспешила и промахнулась мимо кармана? Может быть, телефон и кошелек просто выпали?
Шаньшань в шоке замерла.
Все пропало. Деньги, карточка, билеты на поезд – все было в кошельке. Без билета ее не пустят в поезд. Хорошо, что хотя бы удостоверение личности она по привычке положила в багаж и его не украли. Но от него было мало толку. Это только доказывало, что Шаньшань не преступница-рецидивистка.
К тому же ей еще придется компенсировать ущерб тому мужчине.
Шаньшань не знала, что делать, и снова и снова пыталась объясниться:
– Я и правда понятия не имела, что эти билеты поддельные. Откуда они? Я помогала своей коллеге. Изначально она планировала поехать на праздники в родной город, но внезапно у нее изменились планы, и они с семьей уехали на Хайнань. Поэтому она отдала мне билеты и попросила их сдать.
…Я не знаю, где она их купила. Я не могу сейчас с ней связаться, потому что не помню ее номер телефона.
Компания? Верно! Я сотрудник компании «Фэнтэн». У меня хорошая работа, зачем мне спекулировать билетами?
Наконец-то Шаньшань нашла действительно убедительный аргумент.
«Фэнтэн» известная в городе S компания. Двое полицейских переглянулись.
– У вас есть доказательства?
Фэн Тэн.
Имя директора тут же всплыло в голове Шаньшань. Девушка помнила его номер, но… как она могла позволить ему узнать такую позорную вещь?
Шаньшань мгновенно исключила его из списка.
Подумав немного, она сказала:
– Я помню номер телефона своей коллеги.
Номер А-Мэй был последовательным и легко запоминался. Шаньшань позвонила ей с телефона полицейского участка. К счастью, мобильный подруги не был выключен, и она взяла трубку.
– Алло, здравствуйте.
– А-Мэй, это Шаньшань. Ты сейчас в городе S? – торопливо спросила она.
– Шаньшань? Да, я в городе. А что это за номер? Ты ведь уже должна быть в поезде, разве нет?
– Да, но со мной случилась неприятность.
Из трубки доносились разноголосый гомон и звуки музыки, словно А-Мэй была на вечеринке. Но Шаньшань не обратила на это внимания, поспешно рассказав, что с ней приключилось. Испытывая огромный стыд, она с неловкостью произнесла:
– А-Мэй, ты сейчас не занята? Если свободна, можешь прийти и показать свое удостоверение личности? Я в полицейском участке. X X
– Подождите минуту, – она как будто с кем-то проконсультировалась, а затем сказала, снова обращаясь к подруге: – Шаньшань, не волнуйся, это пустяковое дело, я скоро буду.
После того как Шаньшань связалась с коллегой, полицейские оставили ее на время, занявшись другими делами. Девушка наконец немного успокоилась. Однако стоило ей расслабиться, как она тут же почувствовала голод, усталость и душевное бессилие. Выйдя из дома днем, Шаньшань испытала душевный подъем от одной только мысли о том, что скоро вернется в родной город. Но теперь поезд уехал без нее, а она сама ела холодную черствую булку в полицейском участке.
К счастью, женщина-полицейский оказалась настолько добра, что предложила Шаньшань чашку горячей воды. Это позволило девушке немного прийти в себя.
Молча доев хлеб, она некоторое время бездумно сидела, глядя в пустоту, а затем кое-что вспомнила, сняла трубку телефона полицейского участка и набрала свой собственный номер. Как и ожидалось, телефон был выключен. Шаньшань понимала, что теперь она вряд ли найдет его. От этого девушка стала еще более подавленной.
Прошло около часа, прежде чем Шаньшань дождалась помощи. Но пришла не А-Мэй, а помощник Фан.
Господин специальный помощник, как всегда, был хорошо одет и широко улыбался.
– Помощник Фан, почему вы здесь?
Он улыбнулся и ПОЯСНИЛ:
– Когда вы позвонили, мы с А-Мэй были на банкете. А-Мэй немного выпила, поэтому ей не позволили прийти.
– Ох, простите, что пришлось вас побеспокоить, – смущенно сказала Шаньшань.
Помощник Фан успокоил ее:
– Все в порядке, не переживайте. Скоро вы сможете уйти домой.
Девушка кивнула.
Шаньшань не знала, как помощнику Фану это удалось, но потерпевший взял двойную компенсацию и ушел довольный. Мужчина не потребовал продолжить разбирательства, а полиция, вероятно, тоже убедилась в невиновности Шаньшань, поэтому ее легко отпустили.
Девушка нерешительно спросила:
– Я могу уйти?
Помощник Фан улыбнулся.
– Да, я уже обо всем договорился.
Кто бы знал, что специальный помощник Фан такой крутой?! Шаньшань вышла вместе с ним и со слезами благодарности сказала:
– Спасибо, помощник Фан. Я угощу вас обедом после Нового года.
Тот широко улыбнулся и тут же огорошил девушку:
– Госпожа Сюэ, вам стоит благодарить не меня. Директор Фэн в машине. Прошу вас.
Колени Шаньшань подогнулись, а шаги замедлились.
– Директор Фэн?
Для помощника Фана ее удивление стало неожиданностью.
– Сегодня мы с директором Фэном были на банкете в Шанхайском представительстве. Разве госпожа Сюэ не знала об этом?
Продолжая разговор, помощник Фан толкнул дверь полицейского участка. Шаньшань бросила взгляд на улицу и увидела высокую фигуру Фэн Тэна, прислонившегося к машине. Он стоял под светом фонаря, а на него падал снег.
Ой, слишком неожиданно, слишком!
Что это такое? Он появился словно гром среди ясного неба![30] В это мгновение Шаньшань подумала, что увидеть его было страшнее, чем встретить полицейского. Девушка медленно, шаг за шагом, приблизилась к Фэн Тэну. Подсознательно она приняла позу совершившего проступок ребенка. Опустив голову, Шаньшань остановилась перед Фэн Тэном, всем видом выражая раскаяние.
Взгляд девушки упал на его черное пальто, чуть припорошенное снежинками. Она и сама не знала почему, но озеро в ее сердце неожиданно всколыхнулось. Еще мгновение назад девушка ужасно боялась, но внезапно страх сменился неясным ожиданием.
Однако Фэн Тэн продолжал молчать.
Его взгляд на миг задержался на ее макушке, а затем мужчина смахнул с пальто снежинки и сел в машину, так ничего и не сказав.
Помощник Фан положил чемодан Шаньшань в багажник, поднял голову и увидел, что она все еще стоит у машины.
– Госпожа Сюэ, пожалуйста, садитесь в машину, – кашлянув, сказал он.
– Ой, да, хорошо. – Шаньшань суетливо закивала.
Помявшись несколько секунд возле машины, она решительно засеменила к переднему пассажирскому сиденью.
Помощник Фан снова кашлянул.
– Госпожа Сюэ?
Шаньшань посмотрела на него умоляющим взглядом: «Мы ведь коллеги, помощник Фан, ты же понимаешь меня?» Разве может сотрудник, только что вышедший из полицейского участка, осмелиться сесть рядом с директором?
На несколько секунд воцарилась тишина, которую прервал лаконичный приказ Фэн Тэна:
– Езжай.
Тишина в машине стала особенно напряженной. Чуткий помощник Фан попытался все уладить:
– Директор Фэн, госпожа Сюэ опоздала на свой поезд. Может быть, нам стоит проводить ее домой? Как вы считаете?
Спрашивая Фэн Тэна, помощник Фан на самом деле обращался к Шаньшань. Девушка собралась с силами и сказала:
– Не могли бы вы отвезти меня в ближайшую гостиницу?
Шаньшань объяснила, что перед Новым годом хозяин квартиры, которую она снимала, решил ее продать, поэтому девушке пришлось съехать. К тому же все ее друзья разъехались по родным городам, и в городе S ей просто некуда было пойти. В этот же момент ей в голову пришла еще одна мысль: какая гостиница, кошелек ведь украден!
Ох, как она могла забыть об этом?
Что важнее всего прямо сейчас? Занять деньги! Надо отбросить все эти путаные мысли о директоре и сосредоточиться на главном: на проблеме с финансами!
Шаньшань почувствовала сожаление: ну как она могла вспомнить о деньгах только сейчас?! Почему не подумала об этом в полицейском участке? И как же теперь, когда директор сидит сзади, поговорить с помощником Фаном?
Что же касается мысли одолжить деньги у большого босса…
Лучше забыть об этом… Не каждый может позволить себе занимать деньги у богачей.
Шаньшань мучительно раздумывала, как начать разговор, когда услышала, как Фэн Тэн обратился к помощнику Фану.
– На следующем перекрестке можешь выйти и идти домой.
– Хорошо.
Что? Помощник Фан уходит? Шаньшань не успела придумать, что предпринять, а они уже остановились на перекрестке. Помощник Фан вышел из машины, вежливо попрощался с Фэн Тэ-ном и Шаньшань и просто ушел, оставив их наедине.
Шаньшань с отчаянием смотрела ему вслед. Неужели ей и правда придется занимать деньги у большого босса?!
Водительская дверь снова открылась, и высокая мужская фигура села в машину, принеся с собой мороз и снег. Маскулинный аромат вмиг развеял мысли Шаньшань о деньгах. Сердцебиение девушки снова нарушилось. Сейчас ей казалось, будто в ее груди одновременно бьются тысячи сердец.
Шаньшань почувствовала, как ее разум окутывает туман, поэтому поспешила открыть окно, чтобы впустить прохладный ветерок.
Фэн Тэн не спешил трогаться. Он сел, положил руки на руль и уставился вперед.
– Сюэ Шаньшань, ты ничего не хочешь мне сказать?
Хочу. Одолжи мне, пожалуйста, тысячу юаней! Нет, лучше полторы тысячи, мало ли что! Но прежде, чем получить деньги, придется сказать ему пару вежливых слов. Шаньшань смущенно потупилась.
– Директор, вы поведете машину? Разве вы только что не были на банкете? Нехорошо садиться за руль после употребления алкоголя.
Фэн Тэн перевел на нее взгляд, и его губы изогнулись в подобии улыбки.
– Не волнуйся, у меня нет нужды пить на банкетах.
Все мысли Шаньшань были заняты деньгами.
– Ты сказала полиции, что являешься сотрудником компании «Фэнтэн»?
Ой, это конец. Наступил час расплаты!
– Да.
Фэн Тэн холодно фыркнул.
– На этот раз ты обо мне не забыла.
Шаньшань тотчас ухватилась за возможность выразить свою преданность и лояльность.
– Я, я всегда помню о том, что являюсь частью компании…
– Правда? Тогда почему в последнее время я не вижу даже твоей тени?
Эй, господин директор, это выглядит так, как будто вор кричит: «держите вора». Это ведь ты исчез первым. Очевидно, что ко мне это не относится!
– Я много работала в последнее время. Кхм… не могли бы вы принять это во внимание и выплатить мне аванс? Я верну вам деньги после Нового года.
Наконец-то сказав это, Шаньшань перевела дух.
Фэн Тэн бросил на нее быстрый взгляд.
– Потеряла и телефон, и кошелек?
Шаньшань кивнула.
– Хочешь занять у меня денег.
Снова энергичный кивок
– Сюэ Шаньшань, не так-то просто одолжить у меня денег. – Его голос внезапно стал угрожающим: – Подумай хорошенько о том, что ты должна сказать.
Если сначала девушка не очень понимала, куда клонит директор, то его слова «подумай хорошенько» напомнили ей кое о чем.
Прежде чем уйти в тот день, он так же попросил ее хорошенько подумать.
– Почему ты каждый день приходишь в мой кабинет и почему ты каждый день ешь со мной? Только потому, что я приказал?
– Подумай об этом хорошенько, Шаньшань. Спокойной ночи.
Он ведь это имеет в виду, да?
Конечно, она уже думала о его словах. И пришла к выводу, что так и есть: она делала все это по его приказу… Ну, по крайней мере, вначале. Но сейчас девушка пятой точкой чувствовала, что такой ответ не приблизит ее к деньгам…
Эх, как можно было быть такой недалекой и заранее не придумать правильный ответ?! Хотя не стоит зря себя винить. Кто бы мог подумать, что она потеряет кошелек и ей придется идти на такие уловки?
Машина медленно начала движение.
– Ну, я думала об этом…
Шаньшань увидела, как они проезжают мимо недорогой гостиницы, и забеспокоилась.
– Почему я каждый день прихожу к вам в кабинет? Почему ем с вами? Это не потому, что вы мне приказали! Это потому… потому, что…
Шаньшань бесстыдно тянула время, надеясь в этих вопросах найти ответ. И наконец, в порыве отчаяния, она выпалила:
– Потому, что я одержима вами!
Мир затих, стоило этим словам сорваться с ее губ. Автомобиль мирового класса на мгновение потерял управление, но быстро выровнялся…
Больше Шаньшань не осмеливалась смотреть на большого босса. Она сама от себя была в шоке.
Должно быть, только что у нее был приступ дурости. Как вообще это слово всплыло у нее в голове?
А может быть, это правда?
Даже хладнокровный Фэн Тэн на мгновение потерял дар речи. Прошло некоторое время, прежде чем он загадочно и мрачно сказал:
– Правда? Очень хорошо. Но если ты одержима мною, почему сделала то, что сделала?
Шаньшань задумалась, пытаясь понять, что он имеет в виду. «Сделала то, что сделала»… это он о том, что она отвергла его? Большой босс, не мог бы ты выражаться яснее?
Но действительно, если она одержима им, то почему отказала?
Оказывается, стоит солгать один раз, и потянется бесчисленная цепочка несостыковок, из-за которых обману не будет конца.
У Сюэ Шаньшань от размышлений разболелась голова. Может быть, стоит сказать, что в тот день она была пьяна и неудачно пошутила? Это близко к истине, но, если Шаньшань скажет подобное вслух, большой босс выбросит ее тело где-нибудь в безлюдном переулке.
Девушке захотелось плакать. Неужели так сложно занять ей денег? Каких-то полторы тысячи!
Есть ли ответ, который будет одновременно лестным и разумным? Шаньшань напрягла все извилины, и наконец в ее голове промелькнула нужная мысль. Чуть не плача от радости, девушка закричала:
– Директор! На самом деле, я играла с вами в кошки-мышки![31]
Снова наступила тишина.
Казалось, на этот раз были приняты меры предосторожности, и автомобиль, не сбившись с курса, продолжил двигаться ровно. Уличные фонари мелькали за окном, скрывая выражение лица Фэн Тэна.
Прошло много времени, прежде чем он сказал:
– Поздравляю, Сюэ Шаньшань, это правильный ответ.
Его голос не был ни мрачным, ни радостным. Казалось, большой босс проговорил это сквозь зубы. Сердце Шаньшань затрепыхалось в груди. Он правда был доволен таким ответом?
– Тогда у меня для тебя хорошие новости.
– Какие?
– Я хотел отвезти тебя в гостиницу и вычесть стоимость номера из твоей зарплаты, но передумал.
И? Шаньшань с нетерпением ожидала продолжения. Неужели из-за ее лести… нет, нет… из-за ее искренних слов, он поселит ее бесплатно?
– Следующие несколько дней поживешь у меня.
Шаньшань ошеломленно замерла, а затем дрожащим голосом спросила:
– Директор, что… что вы имеете в виду под этими словами?
Фэн Тэн не собирался отвечать. Он нажал на педаль тормоза, развернул машину и поехал в совершенно другом направлении.
Шаньшань пребывала в состоянии шока до самого конца поездки.
Машина заехала на эстакаду, съехала с нее, дважды повернула за угол, и неожиданно обстановка резко изменилась. Стало тихо. По обеим сторонам дороги мелькали высокие, аккуратные деревья, скрывая под своей сенью едва различимые дома. Мегаполис исчез. Проехав еще немного, автомобиль свернул на аккуратную аллею. В конце ее виднелась ограда с резными металлическими воротами.
Шаньшань наконец пришла в себя.
– Стойте, стойте, я еще не согласилась!
Фэн Тэн равнодушно спросил:
– Ты уверена, что хочешь выйти сейчас?
Девушка огляделась, пытаясь обнаружить такси… но кто здесь может ездить на такси?
Шаньшань подавленно произнесла:
– Директор, вы каждый день ездите на работу из такой дали?
– Это старый дом. Я обычно здесь не живу.
Старый дом?
Это тот, где вы жили раньше с семьей? Неужели и родители директора здесь? Подумав об этом, Шаньшань вдруг вспомнила сплетни коллег о том, что родители большого босса погибли в автокатастрофе больше десяти лет назад, а старый председатель, вырастивший их с сестрой, скончался в прошлом году. Может быть, поэтому директор редко приезжает в этот дом.
Шаньшань не знала, что сказать.
Машина в полной тишине въехала в железные ворота. Стоило им оказаться внутри, и дом вспыхнул огнями. Шаньшань, только что принявшая решение не глазеть по сторонам, невольно распахнула глаза.
Фэн Тэн остановил машину.
– Приехали.
Девушка вышла из машины и вслед за директором пошла по дорожке между деревьями. Хотя по обеим сторонам стояли изящные уличные фонари, все равно было невозможно охватить взглядом всю картину. Шаньшань начала волноваться… А когда она увидела у дверей дворецкого, ее напряжение выросло вдвойне.
Может, в доме еще и домработница есть? Это ведь входит в стандартный набор дома богача.
Ладно, если представить, что смотришь сериал, тогда и тревога не будет ощущаться так сильно.
Действительно, стоило Шаньшань войти в дом, как ей тут же начали прислуживать. Девушка переобулась в тапочки, неловко пошевелила пальцами ног и спросила Фэн Тэна:
– Можно мне воспользоваться телефоном? Хочу позвонить маме.
Большой босс кивнул и протянул ей свой мобильный.
Э-э-э… она имела в виду стационарный телефон…
Шаньшань ничего не оставалось, кроме как взять трубку, отойти и позвонить домой. На звонок ответила мама.
– Мам, привет.
– Шаньшань? – удивленно спросила мама. – Почему ты звонишь в такое время? Ты ведь должна быть в поезде.
– Не…
Шаньшань с грустью рассказала обо всем, что с ней произошло. Конечно, девушка не осмелилась сказать, что ее увезли в отделение полиции, просто упомянула о том, что у нее украли кошелек и телефон, а вместе с ними и билет на поезд. Разумеется, Шаньшань тут же отругали, и девушке пришлось смиренно выслушать все поучения. Когда маме наконец надоело орать, она спросила:
– Где ты остановилась?
– Э-э-э… в доме коллеги.
Дом коллеги?
Фэн Тэн, внимательно слушавший управляющего Вана, не мог не отвлечься. Управляющий тут же замолчал.
Фэн Тэн опомнился и произнес:
– Продолжайте.
Закончив разговор, Шаньшань стала размышлять над тем, как ей добраться до родного города. Она сжимала трубку в руке и чувствовала, что находится в затруднительном положении. Купить билеты на поезд уже было невозможно, можно только забронировать билеты на самолет. Но как это сделать? На какой номер нужно звонить?
Шаньшань подождала, пока Фэн Тэн и старый управляющий закончат разговор, а затем подошла ближе и осторожно спросила:
– Директор, вы случайно не знаете, как забронировать билет на самолет?
Конечно, Фэн Тэн не знал. Ему никогда не приходилась заказывать билеты самому. Он посмотрел на усталую Шаньшань и сказал:
– Иди отдохни. Не беспокойся о билетах.
Затем он обратился к управляющему:
– Забронируйте билет на самолет до провинции G на завтрашнее утро.
Шаньшань была смущена и поспешно сказала:
– Простите, что вам приходится беспокоиться об этом.
Управляющий серьезно ответил ей, что это его работа. Он достал блокнот и записал в него идентификационный номер Шаньшань. Затем управляющий Ван подозвал молоденькую девушку и приказал:
– Сяо Чжу, отведи госпожу Сюэ в гостевую комнату на втором этаже.
– На восточной стороне, – как бы случайно добавил Фэн Тэн.
Услышав слова директора, подошедшая круглолицая женщина удивилась, но не показала вида.
– Госпожа Сюэ, пожалуйста, следуйте за мной, – вежливо обратилась она к Шаньшань.
Сяо Чжу донесла чемодан до конца коридора на втором этаже, открыла дверь, обернулась и с улыбкой произнесла:
– Прошу, госпожа Сюэ.
Она включила свет, и перед глазами Шаньшань предстала просторная уютная спальня.
– Так красиво! – не сдержалась она.
Сяо Чжу улыбнулась.
– Во всем доме только у этой комнаты такая же планировка, как у комнаты господина Фэна.
Шаньшань удивилась.
– Правда?
– Да, комната господина Фэна находится на третьем этаже прямо над вашей комнатой, – Сяо Чжу показала на потолок. – Отсюда открывается самый лучший вид. Госпожа Сюэ, утром вы можете открыть окно, чтобы полюбоваться им. Жаль, что снегопад почти закончился. Заснеженный пейзаж здесь очень красив.
Сяо Чжу оставила чемодан и спустилась вниз за чашкой горячего молока.
– Госпожа Сюэ, могу ли я еще что-нибудь для вас сделать?
Шаньшань быстро покачала головой:
– Ничего не нужно, большое спасибо.
Сяо Чжу улыбнулась.
– Госпожа Сюэ, вы слишком вежливы. Тогда я спущусь. Если вам что-нибудь понадобится, просто позовите меня по внутреннему телефону.
Когда Сяо Чжу ушла, Шаньшань перестала стесняться и прошлась по комнате. Это была просторная спальня с кабинетом, гардеробной комнатой и балконом, на котором девушка обнаружила комплект бежевых диванов, так и манивших на них прилечь.
Шаньшань вышла на балкон, включила небольшой светильник и села на диван. Ее внезапно охватила досада: балкон в доме босса оказался больше, чем ее комната… Это заставило девушку почувствовать собственную никчемность…
На несколько мгновений ее пронзила глубокая печаль из-за разницы их с директором статусов.
Но Шаньшань просто физически не могла переживать слишком долго. Как только она чувствовала грусть, мозг сразу включал защиту, и на девушку накатывала сонливость. Зевнув, она встала с дивана и пошла в кровать.
Не прошло и минуты, как Шаньшань уже спала сладким сном.
Свет в находившейся внизу гостиной все еще горел.
Фэн Тэн редко приезжал в этот дом, поэтому здесь накопилось много нерешенных вопросов. К тому же наступал Новый год. Закончив с указаниями, Фэн Тэн начал подниматься по лестнице, но неожиданно остановился. Повернувшись, он обратился к управляющему Вану, стоявшему внизу:
– Ее билет забронируйте на первое число Нового года.
Хотя управляющий и был немного удивлен, но кивнул, не раздумывая, показывая, что понял.
– Хорошо.
Фэн Тэн медленно поднялся по лестнице и, проходя мимо второго этажа, еле заметно приподнял уголки губ.
Шаньшань хорошо выспалась. Проснувшись на следующее утро, она и думать забыла о неудачах вчерашнего дня и была полна энергии. Шаньшань умылась, почистила зубы и открыла дверь. Сяо Чжу уже ждала ее снаружи. Увидев гостью, служанка подошла и, широко улыбнувшись, поздоровалась:
– Доброе утро, госпожа Сюэ.
– Доброе утро, – поспешила ответить Шаньшань
– Госпожа Сюэ, вы идете завтракать в столовую?
– Э-э-э… – Шаньшань засомневалась
Не слишком ли это было бесцеремонно для случайного гостя?
Сяо Чжу заметила ее смятение и быстро сказала:
– Господин Фэн велел сразу же проводить вас туда, как только я вас увижу. Госпожа Фэн тоже здесь.
– Госпожа Фэн? – Шаньшань была удивлена.
Сяо Чжу кивнула.
– Да, она приехала сегодня утром.
Фэн Юэ размешивала суп в тарелке, но аппетита у нее не было. Женщина приехала так рано не для того, чтобы завтракать. Задумчиво водя ложкой по краешку тарелки, она наконец не выдержала и спросила:
– Брат, госпожа Сюэ останется с нами на Новый год?
Фэн Тэн поднял на нее взгляд и ответил:
– А ты хорошо осведомлена.
Фэн Юэ немного смутилась.
– Брат, – выпалила она.
– М-м-м?
– Тебе нравится госпожа Сюэ?
Задав этот вопрос, Фэн Юэ почувствовала себя странно. Это действительно прозвучало нелепо: ее брату кто-то нравится. Но как еще можно было объяснить всю эту ситуацию?
Старший брат под Новый год привел в дом девушку…
Да, они были знакомы уже несколько месяцев, но в случае Фэн Тэна это выглядело еще удивительнее, чем когда богатые люди из их круга брали в жены знаменитостей, которых знали всего несколько дней.
Фэн Тэн молчал, явно не собираясь отвечать.
– Брат, я ведь о тебе беспокоюсь, – серьезно посмотрела на него Фэн Юэ. – Я знаю, ты не любишь обсуждать подобные вопросы, но мне нужно знать твое мнение. Успокой меня. Помнишь, когда мы с Янь Цином собирались пожениться, я не мешала тебе выяснить все о моем женихе, потому что знала, что только так ты сможешь быть спокоен за меня. Ведь в этом мире мы остались одни друг у друга.
Фэн Тэн вздохнул и ответил:
– Она не раздражает.
– То есть вы встречаетесь и намерены пожениться?
Спустя некоторое время Фэн Тэн ответил:
– Ты много надумала.
Фэн Юэ робко спросила:
– Брат, ты ведь не собираешься играть с чувствами девушек?
Фэн Тэн недовольно нахмурился.
– Я не люблю заниматься бесполезными вещами.
– Тогда хорошо. – Фэн Юэ больше не настаивала. Если брат уклоняется от прямого ответа, то от него уже ничего не добиться. Поэтому женщина поспешила сменить тему: – Я всегда думала, что ты найдешь девушку, равную тебе по статусу.
– Выгоды, которые я могу получить от брачного союза, невелики. Компании это не нужно, – равнодушно ответил Фэн Тэн.
Фэн Юэ покачала головой
– Я не это имела в виду. Ты же знаешь, меня не волнуют условности, иначе я бы не вышла замуж за Янь Цина. Я так сказала только потому, что все твои предыдущие девушки были из богатых семей.
– Это совпадение.
Действительно, до этого у брата было всего две девушки, так что сложно усмотреть закономерность. Вот только после того, как дедушка умер, Фэн Тэн вообще ни с кем не встречался. Фэн Юэ осторожно спросила:
– Если тебя не волнует происхождение, тогда почему отвергаешь Лишу?
Лишу?
Фэн Тэн был удивлен.
– Почему ты вспомнила о ней?
– Лишу выросла вместе с нами. Только не говори, что не знаешь о ее чувствах к тебе.
Юань Лишу была внучкой старого слуги поместья. Того же возраста, что и Фэн Юэ, она вместе с ней росла и ходила в школу, так что дочка семьи Фэн всегда считала ее своей сестрой.
– Фэн Юэ, она выросла с тобой, а не со мной.
– Но она жила в этом доме до старших классов.
– Я думал, мы обсуждаем Сюэ Шаньшань. При чем тут Лишу? – с досадой спросил Фэн Тэн.
Фэн Юэ видела, что брат не хочет продолжать эту тему, но Лишу давно попросила у нее разведать обстановку, так что нужно было получить ответ.
– Я просто хочу узнать, что не так с Лишу.
Фэн Тэн поднял на нее взгляд и сказал:
– Фэн Юэ, у меня есть претензии к Сюэ Шаньшань, но нет ни одной к Юань Лишу. Понимаешь?
Фэн Юэ промолчала и только вздохнула. У него нет к Лишу претензий, потому что он совершенно равнодушен к ней. А вот к Сюэ Шаньшань прикован его взгляд, естественно, к ней он придирчив и находит много претензий.
Похоже, у Лишу не осталось надежды. Вообще-то, у самой Фэн Юэ тоже сложилось хорошее впечатление о Шаньшань, но как объяснить это подруге?
Фэн Юэ закатила глаза.
– Брат, могу я спросить, по каким критериям ты выбираешь девушек?
– Достаточно, если она будет разумна и не станет надоедать, – не раздумывая, ответил Фэн Тэн.
Это прозвучало слишком обобщенно. Фэн Юэ осталась недовольна.
– Разве мало разумных и милых девушек? Прошло очень много времени с тех пор, когда ты в последний раз встречался с кем-то. Почему же сейчас ты выбрал госпожу Сюэ?
– Значит, она особенная.
Фэн Юэ тут же спросила:
– Что в ней такого особенного?
Фэн Тэн ответил не сразу. Он взял чашку, сделал пару глотков и неторопливо произнес:
– Ее особенность… еда.
– А? – госпожа Фэн подумала, что ослышалась. Она моргнула с глупым видом, не зная, что сказать.
Разговор закончился сам собой, когда объект обсуждения зашел в столовую. Госпожа Фэн взяла себя в руки и с широкой улыбкой поприветствовала Шаньшань:
– Шаньшань, скорее иди завтракать.
– Госпожа Фэн.
– О, я называю тебя Шаньшань, а ты меня госпожа Фэн? Мне грустно.
– А? – Девушка была явно смущена этим дружелюбным тоном и невольно взглянула на Фэн Тэна.
– Садись и ешь. Завтрак начинается в семь часов. В следующий раз не опаздывай.
– О.
Шаньшань села за стол, не обратив внимания на слова «в следующий раз». Госпожа Фэн же, напротив, проявила проницательность и незаметно улыбнулась брату.
Фэн Тэн сделал вид, что ничего не заметил.
В этот момент появились управляющий Ван и работник, разносящий еду.
– Господин, на сегодня в провинцию G билетов уже нет, – обратился управляющий Ван к Фэн Тэну. – Ближайший рейс будет завтра, в десять тридцать утра.
Фэн Тэн посмотрел на Шаньшань.
Конечно, она была расстроена, но понимала, что этого и следовало ожидать в праздники. Поэтому девушка быстро кивнула, выражая свою благодарность.
Фэн Тэн молча кивнул управляющему Вану.
– Постойте… – Фэн Юэ хотела сказать, что может помочь забронировать билет, но стоило ей начать говорить, как она тут же перехватила предостерегающий взгляд брата.
Женщина замолчала, мысленно обругав себя. И правда, если она может забронировать билет, то разве люди Фэн Тэна не способны на это? Ясно, что брат специально все подстроил.
Госпожа Фэн невольно нахмурилась. Разве можно решать за другого человека, где он будет встречать Новый год? Когда мужчина чего-то хочет, он становится бесстыдным, а ее старший брат – самый талантливый в этом вопросе. Кем они были друг для друга, раз он не позволил девушке вернуться на праздники домой?
Во время завтрака Шаньшань чувствовала себя очень неуютно. И причиной этому послужил не совместный прием пищи с директором, к которому она уже успела привыкнуть, а госпожа Фэн, время от времени задумчиво поглядывающая на нее.
Ее взгляд был странным, как будто Фэн Юэ смотрела на что-то съедобное.
Наверное, показалось.
Возможно, госпожа Фэн просто думала о еде и случайно бросила взгляд на Шаньшань. В следующий миг Фэн Юэ произнесла:
– Шаньшань, давай чуть позже сходим на ферму и соберем овощи?
А? Шаньшань была шокирована. У нее уже успел выработаться рефлекс на словосочетание «собрать овощи». На ум сразу же пришла темная тень большого босса… Неужели у госпожи Фэн та же дурная привычка, что и у ее брата?!!
Но зачем нужно идти на ферму?
– Какие овощи нужно выбрать? – дрожащим голосом спросила Шаньшань
Фэн Юэ улыбнулась.
– В нашей семье есть традиция: мы ходим на ферму и выбираем овощи к новогоднему столу. Чуть позже пойдем все вместе.
– В нашей семье все очень привередливы в еде. Меня можно назвать самой невзыскательной. Ферму построил еще мой дедушка. Он считал, что современная еда небезопасна из-за использования химикатов, поэтому купил участок земли и нанял людей для ведения сельского хозяйства.
После завтрака они сели немного отдохнуть и стали дожидаться Янь Цина. После того как мужчина приехал, все отправились на ферму. По дороге к машинам госпожа Фэн задержала Шаньшань, сказав, что хочет поговорить с ней наедине.
По пути она доброжелательно рассказывала девушке историю фермы семьи Фэн.
– Когда мой дедушка был жив, он любил повторять, что благодаря этой ферме наша семья воплощает в себе все четыре прослойки китайского общества: ученые, земледельцы, ремесленники и купцы[32].
Шаньшань с любопытством произнесла:
– А?
Ну земледельцы и купцы понятно, ремесленники тоже можно представить, ведь семья босса участвует во многих промышленных проектах. Но ученые?
Госпожа Фэн увидела ее недоумение и, не дожидаясь вопроса, объяснила:
– Наши предки всегда были образованными людьми. Во времена династии Мин многие из них были чиновниками, и только в династии Цин семья обратилась к торговле.
Шаньшань была ошеломлена. Она думала, что семья большого босса просто богата. Кто бы мог подумать, что у его рода настолько долгая история. Мысли Шаньшань спутались, но неожиданно она вспомнила одну важную вещь:
– М-м-м, А-Юэ, я хочу тебе кое-что сказать. Второй раз кровь для тебя сдавала не я. Это была другая сотрудница компании «Фэнтэн».
Шаньшань разъяснила недоразумение, которое возникло на ежегодном новогоднем корпоративе. Госпожа Фэн была удивлена, но, подумав немного, она сказала:
– Ну, наверное, нельзя сказать, что брат врал мне об этом. Когда я спросила его, была ли это ты, он ничего не ответил. Поэтому я сама сделала ошибочный вывод.
Фэн Юэ была немного раздосадована.
– Наверное, он побоялся, что я буду присылать еду кому-то еще, – взглянув на Шаньшань, она озорно улыбнулась и добавила: – Похоже, не всякий может есть вместе с нами.
Объяснившись, Шаньшань почувствовала легкость. Ей было лень размышлять над мотивами большого босса. Зачем думать об этом, если все равно не сможешь понять. Притворившись, что не слышит подшучиваний госпожи Фэн, Шаньшань участливо спросила:
– Тебе ведь переливали кровь. Разве не опасно садиться за руль?
– Все в порядке, это была ложная тревога. Да и ферма совсем рядом, меньше получаса езды.
И правда, машина только тронулась, а госпожа Фэн уже сказала:
– Приехали.
Шаньшань выглянула в окно и увидела лес, уже через несколько минут сменившийся пахотными землями и водоемом. У края дороги стояли несколько двухэтажных зданий, перед которыми их уже ждали люди.
Фэн Юэ посмотрела на встречающих и ойкнула.
– Как Лишу здесь оказалась?
Когда госпожа Фэн вышла из машины, к ней с улыбкой подошла высокая стройная девушка с короткой стрижкой.
– А-Юэ.
– Лишу, как ты здесь?
Юань Лишу улыбнулась.
– А-Юэ, овощи на нашем новогоднем столе всегда были с вашей фермы. Неужели в этом году тебе жаль их для нас?
Фэн Юэ упрекнула подругу:
– Я просто спросила. Мне вовсе не жаль. Прошлые годы я отправляла овощи твоей семье, но в этом году ты приехала сама?
Ферма семьи Фэн не только обеспечивала ежедневную потребность хозяев в овощах, но и отправляла часть продукции родственникам и друзьям под Новый год.
Лишу в ответ улыбнулась.
– А может быть, я уже все съела? Что, пожалеешь для меня еду? Тогда мне придется попросить ее у твоего старшего брата.
Взгляд девушки уже был устремлен на Фэн Тэна, который выходил из припарковавшейся сзади машины. Не моргнув и глазом, Лишу непринужденно сказала:
– Брат Фэн, давно не виделись.
Фэн Тэн кивнул.
– Лишу.
Стоящую немного в стороне Шаньшань неожиданно осенило: да эта девушка влюблена в большого босса!
Юань Лишу оказалась очень красноречивым человеком. Она сделала несколько тонких комплиментов Фэн Тэну, сказав о его дальновидности при инвестициях на Запад. Даже такой человек, как большой босс, которому было сложно угодить, чуть приподнял уголки губ, услышав ее слова.
Сюэ Шаньшань слушала и критиковала себя: «Смотри, смотри, вот что значит мастер. Вот это называется профессионализм: и кнут и пряник, наступление и резкий уход. По сравнению с ней ты слишком прямолинейна».
Фэн Юэ наблюдала за витающей в облаках Шаньшань со стороны и думала, что она опечалена. Дочь семьи Фэн знала, что брат не проявляет интереса к Лишу, поэтому посчитала необходимым объяснить это Сюэ Шаньшань.
– Лишу – внучка бабушки Ли, – прошептала она. – Бабушка Ли почти всю жизнь прожила с нашей бабушкой. Когда та умерла, бабушка Ли уехала жить к своему сыну. Лишу выросла с нами в старом доме, и брат относится к ней, как к младшей сестре.
Естественно, что акцент она сделала на последнем предложении. Фэн Юэ не стала переспрашивать, поняла ли Шаньшань ее мысль, а засмеявшись, сказала Лишу и Фэн Тэну:
– Вы уже закончили вспоминать былое? А то так и до темноты можно проговорить.
Юань Лишу надулась и с упреком произнесла:
– А-Юэ, не ожидала от тебя. Наконец-то у меня появилась возможность спросить у брата Фэна совета.
Посмотрев на рыболовные снасти в руках Фэн Тэна, Лишу удивленно спросила:
– Брат Фэн, ты сегодня пойдешь рыбачить? Я давно хотела этому научиться, но в прошлый раз не получилось. Может быть, ты сегодня научишь меня?
Фэн Юэ вздохнула, зная, что ее подруга не отступит до тех пор, пока не упрется в стену. Лишу давно хотела признаться Фэн Тэну в чувствах, но всегда считала свой статус препятствием, а потому никак не могла решиться. Теперь же, узнав о Сюэ Шаньшань, она, естественно, не могла смириться с тем, что обычная девушка неожиданно взлетела так высоко, а потому стала еще активнее, чем прежде.
Увидев, что Фэн Тэн кивнул, Фэн Юэ кое-что для себя решила. Ее брат не относился к тому сорту людей, что любили разводить волокиту. Раньше Лишу не выражала своих надежд открыто, поэтому у него не было повода прямо отвергнуть ее. Теперь же девушка пошла в лобовую, а это означало, что стоило воспользоваться случаем и позволить брату сказать ей все напрямую, чтобы та не тратила на него свое время.
Решив так, Фэн Юэ не стала никого останавливать, а, напротив, обратилась к Сюэ Шаньшань:
– Шаньшань, может быть, нам с тобой вдвоем сходить за овощами?
Обычно госпожа Фэн не ходила сама на поля. Овощи собирали работники, а она только выбирала.
– Если ты сама ленивая, то это твое дело, но ее не порть, – сказал Фэн Тэн.
Затем он обратился к Сюэ Шаньшань, которая стояла в стороне, как бессловесный чурбанчик.
– Сюэ Шаньшань, ты тоже идешь.
Фэн Тэн и Янь Цин взяли вещи и направились к пруду. Шаньшань взглянула на Фэн Юэ, которая сморщилась, как от головной боли.
– Ну и ладно. Идем вместе, – сказала госпожа Фэн.
Юань Лишу, идущая за мужчинами, сделала вид, будто только что заметила Шаньшань.
– Кажется, я не спросила. Кто эта девушка? – с улыбкой сказала она.
– Меня зовут Сюэ Шаньшань. Здравствуйте.
– Я Лишу.
Она специально не сказала фамилию, чтобы подчеркнуть близость с семьей Фэн.
– Неужели госпожа Сюэ пришла сюда, чтобы добыть овощи, так же, как и я? – засмеялась Лишу.
– Нет, я приехала в гости, – ответила Шаньшань.
– А где вы работаете?
– Э, я работаю в сфере финансов.
– В компании «Фэнтэн»?
– Угу.
Юань Лишу улыбнулась.
– Можно сказать, что мы с вами работаем в одной сфере, но мне не так повезло. Ты работаешь под началом брата Фэна.
Фэн Юэ перебила:
– Лишу занимается финансовыми инвестициями, а также является моим личным финансовым консультантом.
Юань Лишу делано рассердилась.
– А-Юэ, ты смеешься? Какой еще финансовый консультант? Просто ты настолько ленива, что я помогаю тебе, вот и все.
Затем они начали говорить с Фэн Юэ о недавних инвестициях и текущих рыночных условиях. В какой-то момент Лишу повернулась к Шаньшань и с улыбкой спросила:
– Госпожа Сюэ, что вы скажете о текущих котировках?
Шаньшань не вслушивалась в чужой разговор, но понимала, что речь шла об инвестициях. Она посмотрела на спины Фэн Тэна и Янь Цина: мужчины определенно все слышали. Госпожа Лишу, если вы хотите похвастаться своими умениями, просто сделайте это. Зачем втягивать других людей?
Шаньшань покачала головой.
– Между финансами и инвестициями большая разница. Мне достаточно того, что я могу себя прокормить. У меня нет лишних денег, поэтому я ничего не знаю об инвестициях. Было бы невыносимо иметь множество идей, но не иметь возможность применить их в деле. Кто знает, может быть, это вынудило бы меня пойти на отчаянный поступок и использовать общественные средства ради личной выгоды.
Юань Лишу чуть не задохнулась от возмущения. Иметь множество идей, но не обладать возможностями? Это она на нее намекает? Отчаянный поступок? Это не о ее ли нынешнем эмоциональном состоянии? Улыбка Лишу померкла. Девушка явно недооценила соперницу.
Фэн Юэ невольно посмотрела на Шаньшань, но та оставалась серьезной. Было видно, что она не собиралась никого задеть, но Лишу приняла ее слова на свой счет.
Фэн Тэн, ведущий беседу с Янь Цином, улыбнулся. Однако, когда он развернулся, его выражение лица снова стало надменным.
– Сюэ Шаньшань, ты при мне говоришь, что хочешь присвоить общественные средства?
Шаньшань вздрогнула и быстро закачала головой.
– Нет, нет, это просто для примера. Директор, я совершенно чиста!
Фэн Юэ мысленно произнесла: «Брат, у тебя очень дурные шутки. Шаньшань, ты восхитительна. Лишу… у тебя нет никаких шансов».
За разговором они дошли до пруда. Фэн Тэн отложил рыболовные снасти и спросил Сюэ Шаньшань:
– Ты умеешь ловить рыбу?
Шаньшань покачала головой.
– Нет.
Услышав этот вопрос, все подумали, что Фэн Тэн собирается научить Сюэ Шаньшань ловить рыбу. Лицо Лишу застыло. Но Фэн Тэн кивнул и неожиданно указал на грядку с овощами, растущими неподалеку.
– Тогда иди и собери редис.
Шаньшань замерла, будто молнией пораженная.
Девушка присела на корточки рядом с грядкой и долго молча смотрела на нее. Затем она аккуратно вытащила несколько корнеплодов. Вздохнув, Шаньшань повернула голову к компании, рыбачившей на пруду, и совсем расстроилась.
Богачи и правда испорченные люди. Даже для того, чтобы просто порыбачить, им нужна утепленная беседка. Угу, сидят там, пьют чай, ловят рыбу и тихонько болтают, а ей приходится собирать редис на холодном ветру!
Своих работников тоже так эксплуатируете?
Шаньшань всерьез задумалась о забастовке…
Но потом она вспомнила, что живет в чужом доме, ест чужую еду, да и билет ей, к тому же, тоже оплатят. Жажда борьбы за справедливость начала потихоньку угасать. Хорошо, этот редис будет платой за проживание…
Шаньшань покорно дергала овощи, но нет-нет да поглядывая в сторону пруда. Взглянув туда раз в десятый, она внезапно встретилась со взглядом Фэн Тэна. Его глаза блеснули, и мужчина неожиданно встал и пошел в ее сторону.
Шаньшань быстро опустила голову, сделав вид, что сосредоточена только на редисе.
– Сюэ Шаньшань, и это результат твоего упорного труда?
Вслед за знакомым глубоким голосом в поле зрения Шаньшань появились черные мужские ботинки. Этот вопрос задел девушку, но она, не показывая вида, продолжала тянуть корнеплод.
– У меня руки закоченели, не могу вытащить, – угрюмо произнесла Шаньшань в ответ.
– Сюэ Шаньшань, – Фэн Тэн чуть нагнулся, будто наблюдая за выражением ее лица. – Ты сказала, что не умеешь ловить рыбу…
– … Но я могу научиться!
– Правда? – В его голосе прозвучало сомнение. – Я думал, у тебя нет долгосрочных планов на ловлю рыбы.
Шаньшань замерла. Почему эти слова показались ей такими знакомыми? В памяти тут же всплыл случай с рыбьей костью…
– Сюэ Шаньшань, ты глупая? Знаешь поговорку «забросить удочку подальше, чтобы поймать рыбу покрупнее»?
Тогда эти слова показались ей непонятными, но сейчас неожиданно обрели смысл. Почему он вдруг вспомнил об этом? Шаньшань не знала, куда себя деть. Посмотрев на редис, она вдруг набралась смелости и, запинаясь, произнесла:
– А сейчас… сейчас мне интересно.
Но вспомнив о Лишу, она снова загрустила и расстроенно сказала:
– Но теперь рыбаков слишком много…
Это обида? Фэн Тэн приподнял бровь и улыбнулся.
– Сюэ Шаньшань, хочешь дать знак другим рыбакам? – вдруг спросил он.
– Какой знак? – не поняла Шаньшань.
– Знак, который покажет другим рыбакам, что пруд уже занят.
А?
Ничего не понимающая Шаньшань взглянула на него. В этот момент перед глазами у нее потемнело, и девушка почувствовала теплое прикосновение к своим губам.
Он. „он… кажется, он ее поцеловал!
Мужчина наклонился, чуть приобнял ее за плечи и нежно коснулся губ. Увидев застывший глупый взгляд Шаньшань, он тихонько рассмеялся.
– Это печать, подтверждающая владение прудом.
– Э?
Редис выпал из рук Шаньшань, возвращаясь в только что покинутую ямку.
Шаньшань так и не пошла на рыбалку. Она присела на корточки перед грядкой и наполнила редисом две корзины.
Юань Лишу поймала несколько рыб, но радость на ее лице была неискренней. Назад девушка поехала вместе со всеми. Она, как и прежде, была бодрой и воодушевленной, но немного рассеянной. Еще более рассеянной, чем она, выглядела Сюэ Шаньшань. Нет, Шаньшань оказалась полностью выбита из колеи.
Мысли из ее головы улетучились, осталась только одна: про редис…
Это продолжалось вплоть до новогоднего ужина. Даже роскошный стол имел привкус редиса…
Но вообще-то это была не вина Шаньшань. Ни одна несчастная девушка, потерявшая свой первый поцелуй на редисовой грядке, не сможет быстро вернуться к обычной жизни.
Когда позже Фэн Юэ сказала, что собирается домой, Шаньшань встрепенулась, неосознанно потянувшись к госпоже Фэн.
– Разве ты не останешься до вечера?
Прежде бы осталась, но теперь у ее брата появилась компания.
Фэн Юэ улыбнулась.
– Завтра мы летим в родной город Янь Цина. Самолет вылетит в семь утра, а мы еще даже не собрали вещи.
– Но… но… – Шаньшань не нашла, что сказать. Неожиданно у нее возникло желание тоже собрать вещи и провести эту ночь в аэропорту.
Фэн Юэ подмигнула.
– Хорошо проведи время.
И как это сделать? Шаньшань была напряжена до предела.
Когда слуги убрали со стола и разошлись по домам, в огромном доме остались только двое. Шаньшань вдруг загрустила.
Новый год на носу, а рядом нет никого из родных. Даже такой человек, как большой босс, должен чувствовать одиночество. От этих мыслей ее напряжение уменьшилось, и Шаньшань даже смогла пересилить себя и спросить:
– Что будем делать вечером?
– А что ты хочешь сделать?
Шаньшань надолго задумалась.
– Посмотреть… новогодний концерт?[33]
Фэн Тэн бросил на нее быстрый взгляд. Двое молча встали и перешли в гостевую комнату. Включив телевизор, они стали ждать начала концерта.
Шаньшань взглянула на часы на стене. Прекрасно, уже семь сорок пять. Новогодний концерт начнется через пятнадцать минут. Осталось только их пережить. После того как концерт начнется, можно перестать чувствовать себя глупо и неловко.
Ох! Слава небесам, в мире существует новогодний концерт!
Шаньшань подскочила и побежала на кухню.
– Я принесу фруктов.
Она долго возилась на кухне, стараясь замедлить время, а затем вернулась с двумя полными тарелками.
– Фрукты готовы!
Фэн Тэн даже не пошевелился. Он сидел на диване, глядя на телефон в руке.
– Сюэ Шаньшань, я только что получил сообщение.
– А? – Шаньшань не совсем поняла, почему он ей это сказал.
– Кое-кто пожелал мне счастливого Нового года.
Девушка все еще не понимала. Это нормально лебезить перед боссом… подождите… кажется, она о чем-то забыла.
– Это от тебя, – коротко объяснил Фэн Тэн.
Шаньшань наконец вспомнила…
Девушка поставила тарелку с фруктами на журнальный столик, склонила голову и, готовая слушать, присела на диван.
– Разве ты не потеряла свой телефон?
– Я заранее поставила отправку сообщения на определенное время, – тихо ответила Шаньшань.
– И когда ты это сделала?
– Несколько дней назад.
Фэн Тэн долго молчал.
– Ты всем отправила поздравления?
– Нет, – сказала Шаньшань еще тише. – Только вам.
Фэн Тэн кивнул и замолчал. Новогодний концерт начался. Шаньшань застывшим взглядом уставилась в телевизор, а в ее сердце бушевал хаос. Девушке казалось, что ее поймали на месте преступления.
Неожиданно раздался щелчок: Фэн Тэн выключил телевизор. В гостиной вдруг стало так тихо, что можно было услышать звук упавшей булавки.
– Сюэ Шаньшань, это тоже игра в кошки-мышки?
– А что насчет вас? – Шаньшань сама не поняла, откуда в ней взялось столько смелости, что она решилась на встречный вопрос. – Тот случай на грядке с редисом… тоже был игрой в кошки-мышки?
Фэн Тэн, не ожидавший, что она перейдет в нападение, улыбнулся и многозначительно сказал:
– Нет, это была ловушка.
Она уже была в его доме, зачем расставлять ловушки? Если большой босс думает, что она недостаточно увязла…
– Фэн… Фэн Тэн.
Шаньшань впервые назвала его по имени. Ей было немного неловко, но в этот момент она не могла обратиться к нему «директор».
– Я никогда ни с кем не встречалась, поэтому я не знаю как… До новогоднего корпоратива я вообще не думала об этом, но потом…
Она подняла голову, заставив себя посмотреть ему прямо в глаза.
– Я была очень расстроена, когда в следующие дни не встречалась с тобой. Когда я увидела тебя возле полицейского участка, испытала одновременно и стыд, и радость. Когда ты привез меня сюда, я понимала, что это неправильно, но все равно была счастлива. И сейчас, за новогодним ужином… я тоже была счастлива.
У меня нет твоего пароля, но я могу назвать тебе свой. Мне кажется, что я влюбляюсь в тебя, так что, пожалуйста, присмотрись повнимательнее. Я нравлюсь тебе?
Она не разбиралась в подобных ситуациях, поэтому, столкнувшись с умным человеком, только и могла, что использовать глупые методы.
Шаньшань обхватила колени и инстинктивно вжалась в диван, однако ее взгляд был устремлен на Фэн Тэна. Девушка выглядела одновременно робкой и смелой, а ее взгляд был полон осторожного ожидания. Сюэ Шаньшань всегда была милой, и люди часто пользовались ее добротой. Но в этот момент Фэн Тэн неожиданно почувствовал нечто другое, то, чего никогда не испытывал раньше.
– Сюэ Шаньшань, – он приобнял ее за плечи, медленно наклонился и поцеловал в лоб, – давай попробуем.
После этого «давай попробуем» все этой ночью казалось каким-то нереальным.
Когда теплые губы Фэн Тэна отстранились от ее лба, Шаньшань ошеломленно застыла. Казалось, мужчина хотел продолжить целоваться с ней, но, увидев ее глупый взгляд, просто рассмеялся и отстранился:
– Забудь.
Не стоит торопиться.
Он взял телефон и спросил ее:
– Просто сообщение?
Она кивнула.
Фэн Тэн выключил телефон и положил его на журнальный столик. Затем он повел Шаньшань в кабинет. Сначала мужчина хотел научить ее играть в шахматы, но, увидев, насколько она рассеянна, сдался. Они взяли по книге.
Несколько раз Шаньшань ходила за фруктами, несколько раз заваривала чай. Они просто разговаривали и листали выбранные книги.
В полночь темное небо осветил ослепительный фейерверк.
В этом районе не было высоких зданий. Поэтому, стоя у панорамного окна в кабинете, можно было увидеть все, что простиралось далеко впереди. Шаньшань отложила книгу и подбежала к окну.
Фэн Тэн подошел и встал рядом.
– Хочешь запустить фейерверк?
– Фэн Юэ сказала, что ты никогда их не запускаешь.
– Угу. – Фэн Тэн кивнул, посмотрел на нее и неожиданно поцеловал без предупреждения.
Это был третий раз, когда он ее целовал сегодня.
Девушка подумала, что это происходит довольно часто, но совсем не раздражает ее.
А потом…
Потом она просто вернулась в свою комнату и заснула.
Первым утром следующего года Шаньшань встала и в мягких тапочках спустилась в столовую на завтрак. На лестнице ее встретила улыбающаяся Сяо Чжу.
– Счастливого Нового года, госпожа Сюэ.
– Счастливого Нового года.
– Госпожа Сюэ, идите скорее на завтрак. Господин Фэн уже встал. Пора получать красный конверт, – поделилась радостью Сяо Чжу.
– Красный конверт? – Остатки сна как рукой сняло. – И мне тоже?
– Конечно. Господин Фэн дарит нам красные конверты каждый Новый год. Почему же он вам не подарит?
Сяо Чжу имела в виду: «он дарит их всем, а раз ваши отношения настолько особенные, то естественно, что ваш красный конверт будет особенно толстым».
Но товарищ Сюэ Шаньшань решила…
Верно!
Она ведь тоже сотрудник большого босса!
Конечно, ей положен красный конверт.
Шаги Шаньшань стали увереннее. Девушка радостно направилась в столовую.
Похоже, раздача красных конвертов уже завершилась, и в гостиной остались только большой босс и управляющий. Фэн Тэн что-то объяснял управляющему, но, увидев ее в дверях, кивнул и сказал:
– Шаньшань, иди сюда.
Девушка быстро подбежала к нему. Взгляд, устремленный на него, напоминал взгляд щенка, ждущего угощения. Посмотрев в ее сияющие глаза, Фэн Тэн удивленно приподнял бровь. Прошло несколько секунд, прежде чем он спросил:
– Сколько человек в твоей семье?
– А? – Наводит справки о семье? Шаньшань на одном дыхании перечислила своих близких родственников: – Мама, папа, два дедушки, две бабушки, два дяди, две тети, ну и по одному ребенку в каждой их семье. Это все.
– Угу, – Фэн Тэн кивнул управляющему. – Подготовь все.
Тот кивнул и вышел.
Шаньшань непонимающе спросила:
– Что подготовить?
– Не беспокойся об этом, – небрежно ответил Фэн Тэн
– О… – Шаньшань решила, что это к ней не относится, и поэтому не стала больше задавать вопросы.
Фэн Тэн сел за стол.
– Билеты забронированы. У меня есть дела, так что Сяо Чжан отвезет тебя в аэропорт.
Уже в аэропорту водитель по имени Сяо Чжан вытащил из багажника две большие коробки. Только теперь Шаньшань поняла, что имел в виду Фэн Тэн, когда приказал «подготовь все».
– Госпожа Сюэ, господин Фэн приказал приготовить подарки для вашей семьи.
Новогодние подарки и все такое… большой босс оказался таким внимательным.
Размышляя о тайном смысле новогодних подарков, Шаньшань почувствовала, как ее сердце взволнованно затрепыхалось. Глядя на вместительные коробки, девушка забеспокоилась о том, сможет ли их довезти. Но главное, как объяснить это родителям? Наверняка подарок большого босса недешевый. Как рассказать семье, от кого он?
Сяо Чжан помог ей зарегистрироваться и сдать багаж. Шаньшань ничего не оставалось, кроме как послушно следовать за ним. Перед тем, как девушка прошла последний пропускной пункт, Сяо Чжан дал ей еще одну коробочку, поменьше.
– Госпожа Сюэ, директор сказал, чтобы вы пока пользовались его старым телефоном.
Шаньшань замерла, а затем открыла коробочку, в которой и правда лежал мужской телефон.
Только она осталась одна в зале ожидания, у нее появилось время внимательно рассмотреть мобильный. Он был почти как новый, хоть и было понятно, что его уже использовали. Шаньшань открыла список контактов и увидела там только номер большого босса. Девушка долго смотрела на него, а затем не удержалась, нажала на вызов и подошла к панорамному окну.
Трубку быстро взяли.
– Добрались?
– Угу, я в зале ожидания. Сяо Чжан отдал подарки, которые вы приготовили для моей семьи. И мобильный телефон.
– М-м-м, – отозвался Фэн Тэн. – Не стоит благодарности.
– …Кто сказал, что я собираюсь благодарить?.. Вообще-то мне будет тяжело нести столько вещей.
Фэн Тэн улыбнулся.
– Разве Сяо Чжан не сказал, что тебя там заберут?
Шаньшань была ошеломлена и вдруг почувствовала себя неуютно.
– Не делай так… Я к такому не привыкла.
– Привыкнешь. Ладно, Шаньшань, счастливого Нового года.
Самолет прибыл в административный центр провинции после обеда. К тому моменту, когда Шаньшань вышла из него, ее уже ждали. Это был молодой человек по имени Ли. Он представился администратором местного отделения компании «Фэнтэн». Мужчина все время называл ее госпожой Сюэ и был очень внимателен. Шаньшань к такому не привыкла.
Руководитель отделения получил приказ из главного офиса. Если бы он знал, что приказ отдал сам Фэн Тэн, то наверняка приехал бы лично. Вот тогда Шаньшань, вероятно, было бы некомфортно втройне.
Дом девушки находился в городе В, недалеко от административного центра. Из-за большого количества машин на дорогах поездка заняла около двух с половиной часов, поэтому приехала Шаньшань уже вечером. Администратор Ли проводил ее до самого порога и предложил занести вещи наверх, но девушка поспешно отказалась.
Поблагодарив, Шаньшань дождалась, пока он уйдет, и только после этого позвонила домой и попросила родителей помочь с поклажей.
Девушка всю дорогу витала в облаках, ей все казалось нереальным. И только сейчас, оказавшись в доме, в котором она выросла, Шаньшань почувствовала, что твердо стоит на земле.
Девушка сделала глубокий вдох. Холодный воздух рассеял остатки хаоса.
Стоило родителям спуститься, как они тут же начали браниться, обвиняя ее в том, что она доставляет много хлопот, тратя лишние деньги на самолет. Увидев две большие коробки, они сначала были ошеломлены, а когда узнали, что это подарки, стали ворчать, что Шаньшань тратит деньги на беспорядочные покупки. Девушка уже привыкла к жалобам своей семьи, поэтому слушала их с улыбкой.
Сегодня в доме Шаньшань ужинали родственники отца. Так как девушка вернулась поздно, ее не стали ждать и уже приступили к еде. Пришли бабушка, дедушка и два дяди со своими семьями. Всего получилось с десяток человек. Полный стол.
Увидев Шаньшань, все отложили приборы. Дедушка улыбнулся так широко, что его глаза превратились в щелочки.
– Малютка Шаньшань вернулась!
Девушка давно не видела своих родных, поэтому тут же подбежала и обняла всех.
– Дедушка, бабушка…
Шаньшань перечислила всех.
Бабушка заботливо сказала:
– Садись скорее за стол. Должно быть, ты утомилась от полета. Этот воришка никчемный человек. Как можно было украсть деньги под Новый год?
Шаньшань рассмеялась.
Ее мама поставила вещи, которые держала в руках, и поторопила:
– Садитесь, садитесь, давайте есть. Не уделяйте столько внимания этому ребенку.
Все снова взялись за палочки, и разговор, конечно же, закрутился вокруг Шаньшань. Ее расспросили о работе, зарплате и премиях. Девушка ничего не скрывала и немедленно рассказала все как есть, за что ее не забыли похвалить.
Потом ее спросили о полете, о том, привыкла ли она жить в большом городе, а жена младшего брата отца весело спросила:
– Шаньшань, у Люлю уже есть парень. Когда же и ты поделишься с нами хорошими новостями?
Люлю – двоюродная сестра Шаньшань. В семье Сюэ было трое двоюродных братьев и сестер и имена каждого из них содержали иероглиф Ж «дерево»: Люлю, Шаньшань и сын старшего брата отца Тунтун.
– Эй, Люлю, у тебя… – Шаньшань хотела сказать «тоже есть парень», но сдержалась и с запинкой закончила: – …есть парень?
К счастью, никто не заметил этой заминки. Мать Люлю гордо сказала:
– Да, Шаньшань. В следующем году Люлю тоже поедет работать в город S. Теперь, когда обе наши девочки будут работать в большом городе, дедушка станет счастлив вдвойне.
Тетя всегда считала, что ее дочь Люлю самая лучшая из троих детей семьи Сюэ. Но Шаньшань сейчас работала в большом городе, и все родственники наперебой прочили ей блестящее будущее. Тетя долго сдерживалась и наконец сегодня высказалась.
Шаньшань искренне обрадовалась.
– Здорово! Тогда мне надо будет арендовать квартиру побольше, чтобы мы с Люлю могли жить вместе.
Мама Шаньшань ударила дочь по голове палочкой.
– Глупый ребенок, зачем твоей старшей сестре жить с тобой?
Сияющая от восторга тетя поддакнула:
– Верно, Люлю поедет вместе с Сяо Цзюнем. У семьи моего Сяо Цзюня в городе S есть большой дом. В нем больше ста пятидесяти квадратов.
Люлю молча положила еду маме в тарелку.
Шаньшань взглянула на сестру, выражая молчаливое сочувствие. Ее кузина была очень красива и умна. С самого детства тетя водила ее по соседям и друзьям, чтобы похвастаться и сравнить с другими. Но сама Люлю была спокойной и сдержанной, и подобные разговоры ее расстраивали. Однако девушка не могла протестовать, потому что была неродным ребенком. Родившая ее родственница тети отказалась от малышки.
Многие приемные родители боятся, что дети узнают о том, что они не родные, и тщательно скрывают эту информацию. Но тетя поступила наоборот. Она боялась, что дочь не будет относиться к ней почтительно, поэтому с самого раннего возраста повторяла ей, что если бы она не взяла ее на воспитание, то девочка закончила бы, как мать. Тетя постоянно говорила, как трудно быть родителем, и тому подобные вещи. Сюэ Люлю с детства была тихой и воспитанной, а с такой приемной матерью, естественно, и вовсе стала почти незаметной.
Рядом с Шаньшань сидел сын младшего дяди, Тунтун, который учился в первом классе средней школы. Мальчик прошептал сестре на ухо:
– Шаньшань, а знаешь, кто парень Люлю?
– Кто?
– Сын ее начальника в той компании, в которой ты должна была работать. Как думаешь, если бы осталась там, он был бы твоим парнем?
После окончания университета Шаньшань нашла работу в своем городе, в известной среди местных фирме. Поначалу все шло хорошо, но затем обо всем узнала тетя, и это стало большой проблемой. Она упрямо твердила, что работу для Шаньшань нашел старик, так как той компанией управлял сын дедушкиного старого товарища.
Тетя кричала, что старик предвзято относится к Люлю и не считает ее своей внучкой. Этот скандал затронул всю семью. Шаньшань хотела отдать место Люлю, но ее мать не собиралась уступать в таком важном вопросе, как работа. К счастью, Шаньшань повезло, и ее приняли в «Фэнтэн». Прежнее место стало вакантным, и дедушка беззастенчиво воспользовался старой дружбой, чтобы устроить туда Люлю. Только после этого тетя успокоилась.
Шаньшань почувствовала неловкость от слов Тунтуна.
– Ты еще слишком маленький для того, чтобы говорить о подобных вещах.
Брат рассмеялся.
– Моя мать говорит то же самое. – Затем он скривил рот и продолжил: – Люлю хорошая, но тетка раздражает. Из-за ее слов у меня уши в трубочку сворачиваются.
Шаньшань палочками взяла с тарелки нарезанные свиные уши и протянула ему.
– На, подлечи свои уши!
Сюэ Тунтун фыркнул и закатил глаза.
– Сестра, что в этих коробках? Это подарки для меня?
– Ах, да, еще же подарки.
Подумав о подарках Фэн Тэна, Шаньшань потеряла аппетит. Девушка отставила тарелку, нашла ножницы и пошла открывать коробки. Все с любопытством уставились на нее, гадая, что находится внутри.
Шаньшань и самой было интересно. Однако, открыв первую коробку, она остолбенела. Это что?
Коробка полная редиса?
Кха-кха!
Все в комнате притихли.
Жена старшего дяди рассмеялась.
– О, должно быть, этот редис очень вкусный, если Шаньшань привезла его издалека.
Все рассмеялись. Шаньшань смутилась и произнесла:
– Этот сорт редиса очень вкусный и сладкий. Я специально привезла его, чтобы все могли попробовать.
Большой босс, чем ты занимаешься, а? Возвращаешь редис, потому что я его выдернула? Или… намекаешь не забывать о том, что произошло на ферме?
Шаньшань была абсолютно уверенна, что директор сделал это специально.
К счастью, под редисом оказались обычные подарки. Ну… обычные для семьи большого босса. Шаньшань затруднялась сказать, сколько стоили подарки для старшего поколения, но младшим достались новенькие iPad2, цену которых девушка знала.
Шаньшань была несколько ошеломлена.
Лицо тети стало таким, будто она проглотила лимон. А вот на лице мамы Шаньшань сияла улыбка. Однако в душе она все же переживала. Женщина лучше всех знала, сколько денег зарабатывает ее дочь. Стоимость этих подарков равнялась ее зарплате за несколько месяцев. Только дедушка и бабушка, не разбиравшиеся в ценах, были абсолютно счастливы. А, ну и Сюэ Тунтун чуть ли не порхал по комнате, обнимая свой iPad 2.
Он торопливо раскрывал коробку, приговаривая:
– Шаньшань, ты ограбила банк?
Все что смогла придумать та, так это:
– Ха-ха, это не настоящий iPad, подделка. Он выглядит как настоящий, но на самом деле просто копия. Он дешевый, всего две-три тысячи юаней… даже меньше… Да и показатели моей компании хорошие, так что у нас была неплохая премия.
Шаньшань была готова расплакаться. Большой босс, коробки редиса и мобильного телефона, который вы дали мне взаймы, было достаточно. Такой подарок она могла бы с легкостью принять. Но зачем дарить настолько дорогие вещи?
– Наша Шаньшань зарабатывает много денег, – радостно заявила бабушка. – Но в следующий раз не покупай так много подарков. Эти пищевые добавки очень дорогие. Неважно, какая у тебя премия, не нужно все тратить на нас.
– Пищевые добавки… – с грузом на сердце ответила Шаньшань. – Семья моего коллеги их производит. Я взяла все по оптовой цене, ха-ха…
Сказав это, девушка подумала, что, называя своего босса коллегой, она находится недалеко от истины, и это немного успокоило ее совесть.
Старшая тетя не удержалась и произнесла:
– Ах, так это из оптовой партии. Вообще-то это пищевые добавки, их принимают внутрь. Шаньшань, ты не должна покупать сомнительный товар.
На первый взгляд эти слова показывали беспокойство за здоровье стариков, но на самом деле это был камень в огород Шаньшань. Тетя намекала на то, что племянница купила подделку.
Шаньшань привыкла к подобным комментариям и поэтому не рассердилась.
– Не переживай, тетя. Мой коллега принимает их каждый день, так что проблем не будет. Магазины сейчас так накручивают цены. Смеют продавать за тысячу юаней то, чему красная цена сто юаней.
– Все же жизнь в большом городе сделала Шаньшань практичной. Наши Люлю и Тунтун только и умеют, что покупать вещи в супермаркетах. Конечно, в таком случае можно принимать добавки без опасений. Но это действительно дорого.
Семья более двадцати лет терпела тетю, поэтому ее нападки и кислое выражение лица не заставили никого потерять аппетит. Новогодний ужин продолжился в оживленной атмосфере. Женщины убрали посуду и подготовили стол для игры в маджонг. Две сестры остались на кухне, моя и нарезая фрукты.
– Шаньшань, не сердись на мою мать, – извинилась Люлю, когда все ушли.
– Я не сержусь.
Люлю улыбнулась, и складка между ее красивыми бровями слегка разгладилась. У Шаньшань недавно появился парень, поэтому эта тема засела у нее в голове.
– Сестра, почему ты вдруг решила поехать в город S?
– Он говорит, что хочет развиваться, – тихо ответила Люлю. – Не хочет быть зависим от семьи.
– О, сестра, и как твой парень? Ты любишь его?
Шаньшань спросила об этом потому, что Люлю не выглядела счастливой. Не было похоже, чтобы она была влюблена.
Люлю опустила голову, сосредоточившись на фруктах, а через мгновение сказала:
– В любом случае в нем нет ничего, что могло бы не понравиться. Главное, чтобы мама была довольна.
Когда девушки принесли фрукты, взрослые уже играли в маджонг. Шаньшань немного понаблюдала, а затем ускользнула к Шуанъи. Зимняя ночь была холодной, ветер пронизывал насквозь, а в воздухе кружились снежинки. Шаньшань шла по улице, наступая на замерзшие лужи. Слушая, как хрустит лед под ее подошвами, девушка неожиданно захотела позвонить Фэн Тэну.
Но…
Она пробыла дома всего несколько часов.
Сдерживай себя. Сдерживай. Ты должна. Всю дорогу Шаньшань шептала про себя эти слова. Дом подруги находился всего через улицу от ее дома. Он был старым, одноэтажным и с отдельным полуподвалом. Внизу отец Шуанъи открыл кондитерскую, дела которой шли достаточно неплохо.
Шаньшань зашла в дом, вручила небольшие подарочки домочадцам, а затем была захвачена Шуанъи. Подруга втащила ее к себе в комнату и закрыла дверь. Схватив Шаньшань за плечи, она серьезно спросила:
– Сюэ Шаньшань, скажи честно. Это с тобой в прошлый раз флиртовал богатый мужчина?
– А? – Шаньшань почувствовала себя пойманной.
Заметив выражение ее лица, Шуанъи взволнованно воскликнула:
– А-а-а, это правда! Чем больше я об этом думала, тем страннее мне казались твои вопросы. Ты такая старомодная, зачем бы тебе спрашивать меня о таком? Так значит, ты и вправду говорила о себе! А-а-а, расскажи скорее, насколько властен тот богач?! Чем он занимается? Высокий? Красивый? У тебя есть его фотография?..
Шаньшань подняла руки, показывая, что она сдается.
– Спрашивай по порядку, не гони.
– Итак, во-первых, он красивый?
Шаньшань кивнула, и ее глаза загорелись.
– Покажи мне его фотографию.
Пауза.
– У меня нет его фотографии…
– Я не верю. Дай телефон, я сама посмотрю, – говоря это, подруга уже вынимала телефон из кармана Шаньшань. Но взглянув на мобильный, Шуанъи поняла, что что-то не так. – Эй, ты поменяла телефон?
– Это его.
– А-а-а–! – Шуанъи еще больше разошлась. – Неужели дело дошло до обмена телефонами?
Шаньшань знала об обмене дневниками, но разве существовал обмен телефонами? Девушка растерялась.
– Нет, просто мой мобильный украли, и он одолжил мне свой.
– О-о-о, так заботливо!
– А, точно, – вспомнила Шаньшань. – Напиши свой номер. Я не знаю его наизусть.
– Не меняй тему. Чем он занимается?
– Он мой начальник.
– Твой босс? Неплохо, неплохо. – Хоть Шуанъи и не работала в офисе, она знала, что своего непосредственного начальника принято называть боссом.
– Ох, он не просто босс, а самый главный из боссов. Большой босс.
– Большой?!
– Угу.
Шуанъи вздрогнула
– Неужели это… легендарный генеральный директор?
– Угу…
– У-у-у… – протянула Шуанъи. – Шаньшань, ты меня поражаешь.
Через некоторое время подруга наконец пришла в себя.
– Ой, ну и ладно, неважно, кто он. Я не стану относиться к нему с предубеждением только потому, что он богат! Главное – это любовь! Как вы начали встречаться?
Шаньшань растерянно посмотрела на подругу, а затем произнесла:
– По правде сказать, я тоже в замешательстве.
Шуанъи потерла лоб.
– Должен был быть какой-то переломный момент! Кто сломал стену между вами? Кто признался первым?
– Эм-м-м, можно считать, что это был он. – Шаньшань решила не вспоминать о своем признании в канун Нового года.
– Ого! – Шуанъи закрыла лицо руками, воображая эту сцену. – И что ты чувствуешь?
– Что чувствую? – Шаньшань вспомнила метафору о золотой кредитной карте, которую подруга использовала в прошлый раз. – Это как идти по улице и найти сто юаней.
– Это, конечно, очень приятно, верно? Такая неожиданная удача!
– Ну… Я думаю, нужно сначала проверить. Вдруг деньги окажутся фальшивыми…
А?
Возможно, потому, что Шуанъи писала любовные романы, она была очень внимательна к деталям, хоть этого и нельзя было сказать по ее внешнему виду. Сейчас ее чутье подсказывало девушке, что что-то было не так.
– Ты думаешь, что он обманывает тебя?
– Конечно нет, он не настолько безнравственен, – мрачно сказала Шаньшань. – Просто мне все это кажется нереальным.
– О, Сюэ Шаньшань, так вот в чем дело. Видимо, тебя оглушило бриллиантом, упавшим с неба на голову. Но в мире не так много выдающихся мужчин, ты же знаешь? Поэтому, встретив кого-то достойного, не думай слишком много, лучше сразу действуй! – Шуанъи воинственно сжала кулаки и добавила: – Шаньшань, ничего не бойся! Я буду не только твоим проводником в мир любви, но еще и твоей технической поддержкой!
Шаньшань провела дома неделю, а затем ||| вернулась в город S. За все это время она разговаривала с большим боссом четыре раза: дважды звонила она, а дважды – Фэн Тэн. Ее основной задачей было спросить, что ел директор, а его – узнать о планах на обратную дорогу и проанализировать степень удовлетворенности клиентов после получения новогодних подарков.
Обе стороны признали данные переговоры вполне успешными.
– Летишь на самолете? Ты ведь раньше всегда ездила на поезде.
Шуанъи лежала на кровати в доме подруги, наблюдая, как та собирает вещи.
Шаньшань молча достала свой мобильный и показала ей сообщение на экране.
– Информация о бронировании, которое тебе отправила авиакомпания? Зачем ты мне это показываешь? – удивилась Шуанъи.
– Я ничего не бронировала… просто получила позавчера сообщение на телефон.
– Ого, какой властный. Видимо, любит все держать под контролем. – Шуанъи закрыла лицо руками, но в ее глазах сияли звезды, готовые вот-вот разлететься по комнате.
Шаньшань промолчала, решив не рассказывать, что после того, как она получила это сообщение, кое-кто позвонил ей и проявил еще большую деспотичность, приказав никуда не ходить и ждать в аэропорту после приземления.
Шуанъи, охваченная любовной горячкой, некоторое время не могла говорить, а затем все же спросила:
– Хочу спросить: какие у тебя планы после возвращения?
– Ну, сначала надо вернуть ему деньги за билеты, – честно высказала свои мысли Шаньшань.
Шуанъи хотелось биться головой об стену.
– Тебе не кажется, что возврат денег испортит ему настроение? – мрачно спросила она.
– Но я не могу пользоваться его деньгами, – настаивала на своем Шаньшань.
– Конечно, деньги нужно вернуть, но не кажется ли тебе, что таким образом ты проявляешь холодность? Неужели твой босс нуждается в этих бумажках? Разве ты не можешь найти другой способ, чтобы отблагодарить его?
– Тогда что же делать? – ошеломленно спросила Шаньшань.
После слов Шуанъи идея вернуть боссу пачку банкнот и впрямь показалась ей глупостью.
– Разве ты не знаешь, что после китайского Нового года наступит День влюбленных? Можно ведь просто что-нибудь ему подарить! – взревела Шуанъи.
Удивительно, как у писательницы любовных романов могут быть настолько недогадливые друзья?
Подстегиваемая Шуанъи, Шаньшань оделась и вышла на улицу, чтобы отправиться в самый модный торговый центр города.
По дороге Шаньшань задумчиво хмурилась. Шуанъи решила, что она размышляет над подарком. Но когда подруги почти дошли до торгового центра, Шаньшань вдруг схватила Шуанъи и серьезно сказала:
– Шуанъи, знаешь, что я решила? Мы не можем купить ему подарок стоимостью две тысячи юаней. Подумай, две тысячи юаней – это возврат долга. Это не может считаться подарком. Давай купим что-нибудь на две с половиной тысячи…
Шуанъи бросила на подругу уничижительный взгляд и прервала ее словоизлияния коротким:
– Сюэ Шаньшань, заткнись!
Они вместе обошли торговый центр и обнаружили, что выбрать подарок для мужчины ужасно сложно, особенно для такого мужчины, как Фэн Тэн.
– Как насчет ручки? – предложила Шаньшань
– Как можно быть такой старомодной?
– А ремень?
– Тоже нет, слишком развратно
– Почему… развратно?
– Говорят, что, когда мужчина дарит женщине одежду, в мыслях он представляет как будет ее снимать. Действительно хочешь подарить своему боссу ремень? – усмехнулась Шуанъи. – Героиня моей последней книги на свою беду подарила мужчине ремень, и он воспользовался этим поводом, чтобы сожрать ее в первой же главе.
Шокированная Шаньшань уточнила:
– Шуанъи, ты пишешь эротические романы?
Подруги провели в торговом центре два часа и наконец выбрали подарок, которым остались довольны. На следующий день Шаньшань села на самолет до города S. С собой у нее был тщательно отобранный подарок на сумму в две тысячи пятьсот восемьдесят юаней.
Около трех часов дня самолет Шаньшань приземлился в аэропорту. Самолет босса должен был приземлиться в этом же аэропорту через час. Шаньшань дотащила свой багаж до кафе, расположенного на втором этаже.
Это был приказ большого босса: ждать здесь, чтобы уйти вместе.
Заказав напиток, Шаньшань нашла место, откуда можно было хорошо видеть выходящих пассажиров. Позвонив домой и сообщив, что с ней все хорошо, девушка стала ждать, то и дело поглядывая на выход.
Через какое-то время Шаньшань стало скучно. Медленно потягивая напиток, она достала подарок для босса и в очередной раз полюбовалась им.
Это была коробочка, в которой лежала пара серебряных запонок.
Темное серебро с вкраплением черных драгоценных камней, по бокам украшенное в традиционном китайском стиле. Работа была тонкой, создавая ощущение сдержанной роскоши.
Шаньшань вытащила запонки и положила на ладонь.
И как подарить их боссу?
Нужно ли ждать до четырнадцатого февраля?
И что сказать?
Как отреагирует директор?
Шаньшань легла грудью на стол, разглядывая запонки в своей руке. Мысли в голове путались. Вскоре девушка почувствовала легкую сонливость. Положив запонки в коробочку, девушка решила закрыть глаза и немного отдохнуть.
Очень быстро она заснула.
Спустя какое-то время Шаньшань сквозь сон услышала тихий звон фарфора, раздавшийся с места напротив. Не совсем проснувшись, девушка приподняла голову и увидела перед собой черную рубашку. Еще ничего не понимая, Шаньшань выпрямилась и увидела красивое и спокойное лицо босса.
Он читал журнал, держа в руке белую фарфоровую чашку.
– Проснулась?
– М-м-м. – Сон как ветром сдуло. – Когда ты приехал?
– Полчаса назад.
– Почему не позвонил на мобильный? – смущенно спросила Шаньшань.
– Думал, что кое-кто встретит меня на выходе.
Шаньшань покраснела.
– Я… Я случайно заснула.
– Хорошо спалось?
– Более-менее
– Пошли, водитель ждет. – Фэн Тэн поставил чашку, взял пальто и ее багаж.
– Ой, нужно оплатить счет.
– Уже оплачен
– Ой, постой. – Шаньшань замерла и с беспокойством оглядела пол рядом с собой. Встав, она обнаружила, что в коробочке находится только одна запонка.
Фэн Тэн молча наблюдал за ее поисками, а затем протянул руку.
– Это ищешь?
– Как она у тебя оказалась? – охнула Шаньшань.
– Нашел у твоих ног. – Его взгляд был глубоким. – А что насчет второй?
Шаньшань неловко протянула коробочку с еще одной запонкой. Эх, она планировала подарить их, когда наступит подходящий момент, а сейчас это больше походило на требование арендатора вернуть свое имущество.
– Похоже на вещи, которыми я пользуюсь
– Угу, это тебе.
– Подарок?
– Угу.
Фэн Тэн молча вышел из кафе. Шаньшань, лишившаяся всего имущества, последовала за ним. Дойдя до лифта, мужчина неожиданно спросил:
– Почему ты решила сделать мне подарок?
– Ну… скоро праздник…
– День влюбленных? – улыбнулся Фэн Тэн. – Моя семья очень консервативна. Мы никогда не празднуем День Святого Валентина.
А? Шаньшань замерла. Неужели она зря купила подарок?
– Мои родители познакомились, когда учились за границей, поэтому им нравился этот праздник. Но дедушка был против всего иностранного и не раз бранил маму с папой. Когда я был маленьким, родители на День Святого Валентина брали нас с Фэн Юэ погулять, а затем отдавали няне, чтобы вдвоем сходить на свидание.
Шаньшань знала, что родители Фэн Тэна погибли в автокатастрофе. И хотя по его голосу нельзя было ничего понять, но наверняка он чувствовал грусть, вспоминая о них.
Девушке неожиданно захотелось взять его за руку, но она постеснялась. Ее пальцы остановились на полпути, задев тыльную сторону его ладони. Однако, прежде чем Шаньшань успела убрать руку, ее схватили и крепко сжали.
Да, они уже трижды целовались, но впервые вот так при всех держались за руки. Шаньшань была очень взволнована и, чтобы отвлечься, перенесла внимание на другое, притворившись спокойной.
– Значит, мы можем отпраздновать? Может быть, нам тоже стоит тайком пойти на свидание?
Фэн Тэн повернул голову, окинув девушку взглядом сверху вниз. Мужчина сжал маленькую ладонь Шаньшань, собиравшуюся выскользнуть из его когтей, и, едва заметно приподняв уголки губ, сказал:
– Хорошо.
То ли из-за того, что его ладонь была слишком горячей, то ли потому, что сам вид их соединенных рук выбивал из колеи, но Шаньшань даже не подумала спросить об их планах, пока не увидела водителя на парковке.
– Ой, а куда мы едем?
– Сначала съездим в мою городскую квартиру. Посмотришь, где я живу, а потом сходим куда-нибудь поесть.
Посмотришь, где я живу? Шаньшань смутилась и неловко пробормотала:
– Э-э-э… да, кстати… мы можем заехать в офис мобильного оператора, чтобы я восстановила сим-карту?
– Хорошо. – Фэн Тэн крепче сжал ее ладонь, поднял к губам и нежно поцеловал. – С тобой одни хлопоты.
Шаньшань чувствовала прикосновение его губ на своей руке до самого ужина. Девушка непроизвольно подняла голову и украдкой взглянула на сидящего напротив нее мужчину. Фэн Тэн сейчас ел, глядя в свою тарелку. Вернувшись домой, он переоделся и надел подаренные запонки. Запонки, которые Шаньшань считала такими изящными и яркими, на нем выглядели обычными и даже какими-то померкшими.
– Почему так смотришь? Хочешь забрать назад?
– Нет-нет.
Шаньшань отвела взгляд и быстро опустила голову, разглядывая свою тарелку. В этот момент ей пришла в голову мысль: а это ведь их первое свидание с тех пор, как они официально стали парой.
Как ни посмотри, а это идеальное первое свидание.
После ужина Фэн Тэн довез Шаньшань до дома ее одноклассницы.
Остановив машину, он сказал:
– Я заберу тебя завтра утром.
Шаньшань замахала руками.
– Не стоит. Отсюда очень удобно добираться на метро. Ваш дом слишком далеко, а по утрам пробки.
Городская квартира Фэн Тэна находилась недалеко от компании, и ему действительно было хлопотно ездить туда-сюда по городу, чтобы забрать ее.
Большой босс не стал настаивать и просто кивнул.
– Не забудь завтра в обед поужинать со мной в кабинете.
– Это невозможно, – выпалила Шаньшань.
– Почему? – После второго отказа голос большого босса стал мрачнее.
– Раньше мы могли обедать вместе, и это ничего не значило, но теперь мы стали парой, верно? Разве… разве ты не должен подавать пример?
Фэн Тэн едва заметно нахмурился.
– Что ты имеешь в виду? Объясни нормально.
– А ты не знал? – удивленно распахнула глаза Шаньшань. – В нашей компании запрещены служебные романы.
Госпожа Сюэ снова не поднялась на обед наверх, да и президент Фэн, похоже, пребывал не в самом хорошем расположении духа. Возможно ли, что за зимние каникулы они так и не определились с симпатией друг к другу?
Это не было похоже на высокоэффективный стиль ведения дел господина Фэн Тэна.
В понедельник, на встрече совета директоров, специальный помощник Фан, слушая надоедливую болтовню представителей акционеров, сохранял серьезный вид, но в мыслях витал где-то далеко…
После совещания его, конечно же, вызвали в кабинет директора. Фэн Тэн сидел за черным лакированным столом. Он долго думал о чем-то, прежде чем спросить:
– В нашей компании запрещены служебные романы?
Помощник Фан ответил, сохраняя невозмутимое выражение лица:
– Похоже, что есть такое правило.
– Почему я о нем не знал?
– Возможно, это всего лишь разговоры, – понимающе произнес помощник Фан. – Я найду возможность устранить эту путаницу.
– Не стоит, – сохраняя каменное выражение лица, Фэн Тэн постучал пальцами по столу. – Лучше сконцентрируйтесь на пользе для компании.
Выражение лица помощника Фана стало нечитаемым.
Ели сам не добился прогресса, сложно наблюдать за счастьем других.
– Хорошо, – спокойно ответил помощник Фан.
Сюэ Шаньшань даже не догадывалась о том, что ее слова заставили всех влюбленных сослуживцев разорвать отношения. Во время ужина девушка даже не подозревала о страданиях влюбленных пар, работающих в компании, ее беспокоили собственные проблемы.
– Нужно поскорее найти квартиру. Когда вернется парень моей одноклассницы, станет совсем неудобно.
Рука Фэн Тэна замерла.
– Парень одноклассницы?
– Угу. Ее парень на третьем курсе аспирантуры. Сейчас он на стажировке, так что я могу остановиться у нее.
Фэн Тэн нахмурился.
– Сюэ Шаньшань, почему ты раньше никогда не говорила о том, что твоя одноклассница живет с парнем?
Шаньшань застыла с глупым видом.
– Не говорила? Но что в этом особенного? Его все равно сейчас нет в городе.
– Хорошо. – Фэн Тэн отложил приборы. – Сюэ Шаньшань, у меня есть к тебе вопрос. Думаешь, я позволю тебе спать на кровати, где спал другой мужчина?
Сюэ Шаньшань открыла рот. Что значит… на кровати, где спал другой мужчина!
Большой босс, ты слишком много надумываешь!
Сюэ Шаньшань тут же пояснила:
– Это нормально, когда одноклассницы остаются друг у друга. К тому же ее парня сейчас нет в городе.
Фэн Тэн кивнул, явно показывая, что не собирается обсуждать с ней всякую ерунду.
– Останешься у меня, пока не найдешь квартиру, – прямо заявил он о своем решении.
Сюэ Шаньшань инстинктивно запротестовала:
– Нельзя. Как я могу жить с тобой…
Увидев, что на лице большого босса появилось не самое дружелюбное выражение, девушка, с большой осторожностью подбирая слова, попыталась договориться:
– А может, я останусь в доме своей одноклассницы, но буду пользоваться собственным постельным бельем и одеялом?
Снова взглянув на Фэн Тэна, Шаньшань поняла, что его ответ все еще был отрицательным.
Сюэ Шаньшань продолжала увещевать:
– А если… на диване своей одноклассницы?
Все то же хмурое выражение лица.
– На полу?
Фэн Тэн неспешно взял палочками еду и вдруг спросил:
– Сюэ Шаньшань, а твоя одноклассница и ее парень уже женаты?
– Нет.
– Они что, вот так просто живут вместе?
Фэн Тэн чуть нахмурился и умышленно добавил в голос неодобрение. Конечно же, Сюэ Шаньшань не преминула встать на защиту подруги:
– В этом нет ничего такого. Моя одноклассница очень честная девушка. К тому же жить со своим парнем – это нормально. Сейчас многие так делают.
Фэн Тэн кивнул.
– Рад, что ты так думаешь. Значит, ты тоже можешь пожить в доме своего парня, пока не найдешь жилье.
Шаньшань была обескуражена, когда поняла, что ее обманули. Она не могла не почувствовать обиду… Господин директор, что произойдет, если вы хотя бы в течение одного дня не станете расставлять мне ловушки?!!
– Я не права. Обещаю найти жилье в течение трех дней и переехать. – Шаньшань умоляюще сложила руки.
– Один день, – холодно сказал Фэн Тэн. – И если не найдешь, то переедешь ко мне.
Шаньшань быстро кивнула.
– Хорошо, пусть будет завтра.
Завтра, все завтра. Девушка вытерла пот со лба и решила, что прежде всего ей нужно пережить сегодняшний день.
После ужина Фэн Тэн, как обычно, отвез ее к дому одноклассницы. Шаньшань боялась, что он передумает, поэтому поспешно попрощалась и побежала наверх. Фэн Тэн проводил ее взглядом, сел в машину, достал мобильный и позвонил своему финансовому консультанту.
Шаньшань это показалось очень странным.
Только она зарегистрировалась в агентстве недвижимости, как тут же получила звонок от арендодателя. Даже сотню метров не успела пройти.
– Извините, это госпожа Сюэ?
– Да, а вы…?
– О… здравствуйте госпожа Сюэ, моя фамилия Цзян, можете называть меня Сяо Цзян. Вы хотели снять жилье? У меня как раз есть квартира, которая сдается в аренду. Условия соответствуют вашим потребностям.
– Э-э-э… а откуда вы знаете мой номер телефона?
– Увидел в Интернете.
– Но я не размещала контактную информацию в Интернете.
– Размещали, – твердо сказал собеседник после минутного молчания.
– Хм.
Правда? Шаньшань была в растерянности. Неужели агентство так быстро обработало запрос?
– Разве обычно по такому вопросу не обращаются агенты?
– Ну… ха-ха-ха… по правде сказать, я подсмотрел ваш номер в базе агентства недвижимости. – Человек на том конце провода, похоже, не хотел развивать эту тему и быстро спросил: – Когда у вас будет свободное время, чтобы посмотреть квартиру?
Шаньшань медлила.
– Сейчас есть.
Вообще-то она специально взяла сегодня выходной, чтобы заняться поиском квартиры.
– Очень хорошо. Я тоже свободен. Давайте я отвезу вас посмотреть жилье?
– Ох!
Это наверняка был мошенник! Шаньшань молча и решительно повесила трубку.
Через какое-то время ей позвонил Фэн Тэн и спросил об успехах в поиске квартиры. Девушка тут же рассказала ему о произошедшем.
– Как думаешь, он мошенник?
– Думаю, нет, – Фэн Тэн одновременно подписывал документы и разговаривал с Шаньшань. – Давай так, ты дашь мне его мобильный, и я попрошу Сяо Чжана отвезти тебя туда.
– Хорошо. Я просто скажу ему, что отправила его номер телефона другу. Не стоит беспокоить господина Чжана. К тому же я собираюсь помельтешить перед охранниками комплекса, чтобы они хорошенько меня запомнили. Напишу тебе позже. – Шаньшань все хорошо продумала. – Подожди, сейчас пришлю номер.
Через мгновение Фэн Тэн посмотрел на знакомый номер и не смог сдержать улыбку. Кажется, каждая профессия имеет свои нюансы. Даже лучший эксперт в области инвестиций и финансов не сможет сразу стать хорошим агентом по недвижимости.
Намекнув господину Цзяну о мерах предосторожности, Шаньшань со спокойным сердцем поехала смотреть квартиру.
Состояние жилья оказалось неожиданно хорошим. В квартире была одна спальня и одна гостиная площадью больше тридцати квадратных метров, а еще балкон и кухня. Изящное и милое место, к тому же расположенное недалеко от компании. Шаньшань осталась довольна.
– Сколько стоит аренда этой квартиры?
Хозяин на мгновение задумался.
– Четыре тысячи… две тысячи пятьсот?
Откровенно говоря, это была подозрительно низкая цена. Шаньшань до сих пор подозревала агента в мошенничестве. Может быть, он собирается оставить себе ключи, а потом забрать деньги или что-то в этом роде?
– Тогда могу ли я увидеть ваше свидетельство на собственность, господин Сяо Цзян?
Мужчина оказался в затруднительном положении.
– Вообще-то этот дом не мой, а принадлежит моему другу из-за границы. Он никогда раньше не сдавал жилье. Вчера приятель позвонил мне и попросил сдать его квартиру в аренду за небольшую сумму. Так что у меня нет свидетельства на собственность. Но если вы не верите… – господин Цзян был печален и торжественен. – Тогда давайте так. Вы можете остаться здесь, а заплатите в конце периода!
Шаньшань была ошеломлена.
В итоге девушка подписала с ним контракт и выплатила арендную плату за два месяца. После его слов Шаньшань стало как-то неловко не доверять ему. Когда хозяин ушел, девушка обошла дом, и ее настроение улучшалось все больше и больше. Достав свой мобильный, она позвонила Фэн Тэну.
– Фэн Тэн! Я сняла эту квартиру. Она очень красивая и недорогая. А еще расположена совсем недалеко от компании. Помоги мне переехать после работы.
Кто бы мог подумать, что она осмелится командовать. Когда Фэн Тэн повесил трубку, выражение его лица заметно смягчилось. Через некоторое время мужчина вызвал Линду и передал подписанные документы.
– Что у меня запланировано на сегодня?
Линда раскрыла блокнот с расписанием.
– Уже ничего.
Фэн Тэн кивнул, закрыл ноутбук и встал.
Линда забрала документы.
– Директор, сегодня вы уйдете пораньше?
– Да. Переезжаю.
Линда вышла из кабинета вместе с директором. Женщина была немного сбита с толку. Директор снова переезжает? Куда? В еще более роскошный особняк? Наверное, так и есть, иначе выражение его лица не было бы таким счастливым.
У Шаньшань было немного вещей, к тому же основное она уже упаковала перед Новым годом, так что сборы были недолгими. Новое жилье оказалось на удивление чистым и не требовало уборки, так что девушке только и оставалось, что разложить вещи.
Глядя на сияющую квартирку, Шаньшань села на диван и удовлетворенно сказала:
– Нелегко найти такое хорошее жилье.
Фэн Тэн согласно кивнул. Действительно, ему было нелегко отыскать такую маленькую квартирку. Мужчина сел рядом и предложил:
– Пригласи свою одноклассницу и ее парня поужинать с нами, когда у них будет время.
– А?
– Ты долго жила в чужом доме. Я должен выразить признательность.
Почему он так говорит… И почему так стучит ее сердце…
– Тогда я угощаю.
– После оплаты аренды у тебя еще остались деньги?
…Тоже верно.
– Тогда… пожалуйста… угости меня и сегодняшним ужином. На него у меня тоже нет денег.
Шаньшань проводила большого босса, а вечером, лежа на кровати, позвонила Дахуа. Одноклассница очень любила покушать и прыгала от счастья всякий раз, когда слышала о еде.
– Отлично, отлично, давай встретимся послезавтра. Дацао тоже приехал. Как раз сможем поесть все вместе. Но с чего ты вдруг захотела нас угостить? Ты что, разбогатела?
– Я так долго жила у вас дома, что должна отблагодарить.
– Эй, мы же одноклассники. Шаньшань, ты не тот человек, который будет слишком церемониться.
– Э-э-э, мой парень так сказал… – Шаньшань еще не привыкла называть Фэн Тэна своим парнем. Даже сейчас, когда она была одна дома, девушка не сдержалась и зарылась лицом в подушку от смущения.
– Твой парень тоже придет? – Хотя Дахуа никогда не видела Фэн Тэна, прожив с Шаньшань какое-то время, она догадалась, что у нее есть парень. Поэтому девушка взволнованно сказала: – Прекрасно, я же его еще не видела! Но пусть это не будет твоим «спасибо», просто угостите нас сейчас, а мы угостим вас в следующий раз!
– М-м-м, – промычала Шаньшань. – Тогда что ты хочешь поесть?
– О! Хе-хе… я многое хочу заказать. Например, гуидака[34], каменного окуня, акульи плавники и ласточкино гнездо[35]. Буду заказывать все без разбора, хе-хе…
Дахуа могла говорить о еде сколько угодно.
– Подожди немного, я запишу.
– Что ты запишешь? Я ведь шучу. Давай просто найдем место, где можно хорошо поесть. Главное – познакомиться с твоим парнем… так?
Шаньшань уже встала с кровати, чтобы поискать ручку и блокнот, поэтому ничего не услышала…
Три дня спустя Дахуа потеряла способность говорить, когда увидела горы вкусной еды на столе. Шаньшань продолжала сверяться с маленькой записочкой, боясь что-то упустить. Фэн Тэн взял бумагу из ее рук и нахмурился.
– Ты даже слово «гуидак» не можешь правильно записать?
Шаньшань использовала звуковую транскрипцию вместо иероглифов.
Шаньшань совершенно не чувствовала себя виноватой.
– Я не знаю этих иероглифов… Просто записала со слов Дахуа.
– Никому не рассказывай, что работаешь в моей компании.
– Угу, я твоя девушка. Я знаю… Эй, Дахуа, съешь еще что-нибудь вкусненькое.
Услышав свое имя, Дахуа подняла взгляд от еды и уставилась на прекрасного мужчину, сидевшего напротив. Она почти видела сияющий ореол, окружающий его. В тот же момент девушке вспомнилась машина, на которой он только что подъехал… Найдя предлог, Дахуа оттащила Шаньшань в туалетную комнату.
– Это твой парень?
– Да.
– Твой начальник?
– Угу.
Дахуа припомнила, в какой компании работает Шаньшань. Это ведь… Уголки ее рта невольно дернулись.
– Скажи правду, ты вступила в секту?
– А?
– Или присоединилась к святым Мяоцзяна?[36]
– Э-э-э.
Дахуа взволнованно произнесла:
– Слушай, я обещала ответный ужин. Ты уже успела рассказать об этом своему парню?
– Еще нет.
– Это немного успокаивает, – с облегчением выдохнула Дахуа. Схватив Шаньшань за плечи, она серьезно сказала:
– Пожалуйста, забудь о моих словах. Мне все еще нужно копить деньги, чтобы позаботиться о муже в старости!
Смущенная Шаньшань следовала за Дахуа. Когда они подошли к столу, Шаньшань пришла в ужас, увидев, как босс палочками выбирает кориандр из ее тарелки! Беседуя об экономической ситуации с парнем Дахуа, который как раз изучал экономику, он непринужденно выбирал кориандр так, будто делал это уже тысячу раз…
Дахуа с любопытством спросила:
– А что не так с кориандром? Он несвежий?
Фэн Тэн улыбнулся и поставил тарелку перед Шаньшань.
– Она его не любит.
Ну здрасьте! Ты слишком хорошо притворяешься! Очевидно же, что это он не любит кориандр, и это Шаньшань обычно выбирает его! Когда это Шаньшань отказывалась от кориандра? Это большой босс слишком привередлив, а не она!
Дахуа посмотрела на подругу и прищурилась.
«Ах ты, мелюзга, прикидываешься привередливой?» – прочитала мысли подруги Шаньшань и грустно вздохнула…
Но в то же время в ее сердце появилась легкость. Девушка никак не могла отделаться от радостной иллюзии, что слуга и господин наконец-то поменялись местами.
Нервничая, она за один присест выпила всю тарелку супа.
На следующее утро, придя на работу, Шаньшань, уже не в первый раз за этот день, побежала в туалет, держась за живот. Но так как все еще шла уборка, девушке пришлось спуститься на этаж вниз.
Войдя в кабинку, Шаньшань наконец-то выдохнула с облегчением. Это не было похоже на диарею. Скорее всего, она просто слишком много съела вчера.
В этот момент раздалось цоканье каблуков, и в туалетную комнату вошли две сотрудницы, болтая о косметике.
– Как тебе пудра Chanel, которой ты пользуешься в последнее время?
– Неплохо. Удобная, вот и все. Кстати, я узнала, что у сотрудницы N появился новый хороший продукт…
Живот Шаньшань все еще болел, поэтому она, пытаясь отвлечься, прислушивалась к разговору. Совсем недавно девушка и сама заинтересовалась косметикой, но у нее к этому не было особого таланта. Пока она даже не знала, в каком порядке нужно наносить макияж. Подслушивая чужой разговор, Шаньшань как раз надеялась услышать какие-то дельные советы, но девушки перестали говорить о косметике и сменили тему.
– Эй, говорят, что та, сверху, рассталась с тем, кто на двадцать втором этаже, слышала?
– Да, слышала. В последнее время они не обедают вместе, – послышался щелчок открываемой пудреницы. – Но это нельзя назвать разрывом. Может быть, у них никогда и не было серьезных отношений.
– Верно. Людям стоит реальнее относиться к своему месту в жизни. Нелегко взобраться на макушку дерева. Это не просто немного высоковато, это недостижимо.
– Да, наверное, тяжело падать с такой высоты. В нашей компании так много людей наблюдало за их взаимоотношениями. Должно быть, Чжоу Сяовэй из отдела кадров будет вне себя от счастья.
– Если бы такое случилось со мной, я бы не смогла остаться в компании.
Спустя десять минут Шаньшань осторожно вышла из туалета и поднялась на свой этаж. Вернувшись на свое место, она некоторое время просидела молча, уставившись в пустоту.
Если так подумать, те девушки не сказали ничего из ряда вон выходящего. Наверное, любой, кто видел их с боссом вместе, подумал бы то же самое. Хотя Шуанъи и подбадривала подругу, поддерживая ее воодушевление, но во взгляде у нее нет-нет да проскальзывало легкое беспокойство. Однако Шуанъи была слишком смышленой, чтобы говорить об этом вслух.
А Дахуа, что она подумала? Шаньшань вдруг захотелось узнать мнение окружающих ее людей. Ведь должен же быть хоть кто-то, кто считает их подходящей парой, правда? Подумав об аккаунте Дахуа на Weibo[37], Шаньшань не удержалась и украдкой достала свой мобильный.
Найдя страницу Дахуа, девушка обнаружила, что та действительно выложила пост про вчерашнюю встречу.
Дахуа: вчера я поужинала в очень дорогом ресторане. Это было словно во сне! От переедания у меня даже заболел живот! Ха-ха-ха… А все почему? Просто моя одноклассница встречается с очень богатым парнем. Он молод, талантлив, и у него роскошная тачка! Очень красивый и очень стильный! Я просто расплылась!
Ниже было несколько комментариев.
Цзюми. Умоляю, пришли фотки с ужина!
Дахуа. Извини, фоток не будет. Парень моей подруги слишком большая шишка. Боюсь, ни ему, ни ей это не понравится.
Шоучжон. Зй, скажи, кто эта одноклассница.
Сяотуй. Она живет в том же городе, что и ты. В городе S. Единственная в нашей группе, кто мог бы замутить с богатым, – это красотка Фэйфэй. Не благодарите, просто зовите меня детектив Конан[38].
Дахуа. Просто для ясности, это не Фэйфэй.
Сяотуй. Перестань держать нас в напряжении. Скажи, кто это?
Дахуа. Не стоит сплетничать о чужой личной жизни. Когда выйдете замуж, поймете.
Люшан. Кто знает, будет ли наш брак таким. Нелегко сблизиться с богачом. Мозг подобной женщины должен быть заточен на то, чтобы жить за счет богатого мужчины.
Шаньшань молча закрыла приложение.
Она понимала, что слова Дахуа не были обидными, к тому же подруга старалась скрыть ее личность. Но все эти случайные комментарии и подшучивания заставили Шаньшань почувствовать себя подавленной, и она загрустила.
– Шаньшань почему ты выглядишь такой расстроенной? Забудь о тех билетах! Я уже совершенно забыла. – А-Цзя подошла, держа чашку в руке. Прислонившись к перегородке, она с сомнением спросила: – Или, может быть, у вас проблемы в отношениях с гендиректором? Хочешь, дам совет?
– У меня нет отношений с директором.
Шаньшань была на взводе из-за тех комментариев, поэтому эти слова рефлекторно сорвались с ее языка.
Сзади остановился высокий мужчина в костюме, следующие за ним люди тоже были вынуждены остановиться. Постояв секунду, он развернулся и ушел, все с тем же каменным выражением лица. Финансовый директор и другие сопровождающие его лица посмотрели в сторону девушек и поспешили следом.
А-Цзя, которая до этого медленно пила чай, замерла. Ее глаза удивленно расширились.
– О небо!
После этого она поспешила вернуться на свое рабочее песто.
Шаньшань вздрогнула и невольно проследила за ее взглядом. Все, что она увидела, – прямую спину Фэн Тэна.
Сердце девушки ушло в пятки от пронзившего ее чувства паники.
Как он оказался в финансовом отделе?
А-Цзя шепотом спросила у коллег:
– Зачем господин Фэн спустился? Почему он находится в нашем отделе?
– Он здесь уже минут десять. Ты не знала?
– Я уходила в чайную. Шаньшань, а ты видела?
Она ходила в туалет…
Шаньшань с беспокойством смотрела в спину удаляющейся фигуре. Слышал ли он то, что она только что сказала?
Несмотря на то что во время ужина выражение лица Фэн Тэна было холодноватым, сам большой босс не выглядел обиженным. Шаньшань мучила совесть. Девушка проявляла к нему особенную внимательность, даже забыв о закусках.
– На следующей неделе я уеду в Соединенные Штаты. Примерно на неделю.
– О.
– Можешь поехать со мной.
– За границу? Но у меня нет загранпаспорта.
Фэн Тэн по-прежнему выглядел немного отстраненным.
– Хорошо, тогда забудь.
Когда они поели, мужчина довез ее до дома. Поднимаясь по лестнице, она услышала, как он окликнул ее.
– Сюэ Шаньшань
– А?
Шаньшань обернулась и встретилась взглядом с Фэн Тэном. Несколько секунд он просто смотрел на нее, а затем сказал:
– Поднимайся.
Время пролетело незаметно. Фэн Тэн два дня назад улетел за границу, но так ни разу и не позвонил ей. Шаньшань чувствовала, что что-то было не так. Вечером в выходной девушка лежала на кровати, смотрела в потолок и не могла заснуть…
Мог ли он услышать что-то из того, что она тогда сказала? Хотя… если бы большой босс это услышал, она бы так легко не отделалась. Он всегда находил повод поговорить с ней, даже если ничего не случилось.
Может быть, он просто очень занят? Интересно, сколько сейчас времени в Соединенных Штатах? Может быть, позвонить самой?
Шаньшань начала на пальцах подсчитывать разницу во времени, когда ее телефон неожиданно зазвонил.
Да нет, это не может быть босс. Шаньшань едва успела надеть тапочки. Потянувшись к мобильному, она увидела, что звонят с незнакомого городского номера. С трудом скрывая разочарование, Шаньшань подняла трубку. Из динамика неожиданно раздался восторженный голос мамы:
– Шаньшань, мы на железнодорожном вокзале города S!
На этот раз приезд семьи Сюэ можно было назвать коллективным нашествием. В нем принимали участие пять человек: родители Шаньшань, родители Люлю и дедушка. Шаньшань встретила их на вокзале.
– Почему вы не позвонили заранее? – упрекнула она.
– Мы решили устроить тебе сюрприз, – довольно засмеялась ее мама.
Шаньшань потеряла дар речи, пораженная таким сюрпризом.
– Раз уж вы с Люлю обе живете в этом городе, почему бы нам не воспользоваться случаем и не навестить вас? Сначала мы хотели приехать летом, но в последнее время твой дедушка стал хуже себя чувствовать, а наши врачи ничего не могут с этим поделать. Поэтому мы решили приехать пораньше и заодно сходить в местную больницу.
– Что случилось с дедушкой? – Шаньшань была встревожена, но, услышав от мамы, что не произошло ничего страшного, вздохнула с облегчением. – Тогда в какую больницу вы хотите пойти? В крупную больницу трудно записаться. Я займу очередь.
– Не беспокойся. Парень Люлю не хуже тебя ориентируется в этом вопросе. Твоя тетя скажет ему найти врача.
Но ведь Люлю так и не переехала в город S.
Шаньшань взглянула на мать, но ничего не сказала. Про себя девушка решила, что обязательно пойдет в больницу и запишет дедушку. Вскоре после того, как Шаньшань после новогодних праздников вернулась в S, ей позвонила Люлю. Сестра не приехала в город S, а уехала в Ханчжоу и попросила Шаньшань сохранить это в тайне.
Как раз когда Шаньшань вспоминала об этом, появилась Люлю. Она сказала несколько слов своей маме и остальным родственникам, а затем отвела Шаньшань в сторону и с тревогой спросила:
– Шаньшань, ты ведь никому не говорила, что я живу в Ханчжоу, верно?
– Не говорила. Ты приехала из Ханчжоу?
– Угу.
Шаньшань была растеряна.
– Люлю, можешь объяснить мне, что происходит?
Сестра поджала губы.
– Мы расстались после китайского Нового года.
– Что случилось? – Шаньшань была удивлена.
Наверное, Люлю не с кем было поговорить об этом, поэтому, когда сестра спросила ее об этом, она не смогла промолчать:
– Мне противно от того, как моя мать лебезит перед ним и требует того же от меня. Я должна угождать ему, слушаться и не злить. А я что, не человек? Шаньшань, я больше не могла это вынести, – Люлю говорила непривычно много и эмоционально.
– Но почему тогда ты уехала из родного города?
– Я давно хотела выбраться оттуда. Я ведь никогда не жила для себя. К тому же у меня бы все равно не получилось продолжить работать в той компании, но зато я смогла устроиться в Ханчжоу.
Шаньшань была обеспокоена.
– Но это не удастся скрывать долго. А вдруг твоя мать позвонит ему…
– Он переехал в город S, должно быть, сменил номер телефона, – Люлю закусила губу. – Я знаю, что не смогу всегда хранить это в тайне. Но, пожалуйста, давай просто сохраним секрет как можно дольше.
Видя, что ее всегда покорная сестра приняла такое важное решение, Шаньшань не могла не поддержать ее. Она кивнула, решив до последнего сохранять ее тайну.
Но, как говорится, кто может знать дочь лучше ее матери? Тетя обо всем узнала уже на второй день пребывания в городе S.
Она была в такой ярости, что стала орать на дочь прямо на улице. Она кричала, что напрасно растила ее, что теперь Люлю всю жизнь проживет в бедности и все в подобном роде. В конце концов тетя даже набросилась на отца Люлю, который пытался успокоить жену, и назвала его размазней, испортившим всю ее жизнь.
Заметив, что ссора начинает собирать толпу зевак, родители Шаньшань поспешили вмешаться, но и они не смогли справиться с гневом тети. В итоге дедушка Шаньшань не выдержал и крикнул:
– Если есть что сказать, то скажи это дома. Не ори на улице!
Тетя не унималась до тех пор, пока лицо дедушки не покраснело и он не рухнул на землю.
Семья так перепугалась, что забыла о ссорах. Родственники тут же отвезли его в больницу, но дедушку не стали лечить.
Врач в приемном покое положил трубку и покачал головой, показывая, что ничего не может поделать.
– Давайте для начала поставим капельницу здесь, в приемном отделении.
Дедушку отказались принимать в стационаре, и другого выбора в любом случае не было.
Глядя на встревоженную семью, доктор сказал:
– Здесь все то же самое, что и в стационаре. Давайте поставим капельницу на день и последим за его самочувствием.
Дедушка уже пришел в себя, но его сознание было спутано, и он ничего не понимал. По дороге в больницу семья Сюэ заметила, что у старика начался жар, на пояснице появились большие красные припухлости, а некоторые части тела стали темными и покрылись волдырями. Было непохоже, чтобы дедушка упал от злости. Должно быть, он уже некоторое время чувствовал себя плохо, но не хотел беспокоить родственников. Он молчал и терпел до тех пор, пока крики тети не вывели его из равновесия.
Все, что могла сделать семья Сюэ, – это поступить так, как сказал врач в приемном покое. Была уже вторая половина дня, дедушка только что прошел ряд обследований, и никто не видел смысла переходить в другую больницу: вряд ли там их обслужат лучше.
Шаньшань слышала до этого, что в большом городе очень сложно попасть на прием к врачу, но только сейчас, когда дело коснулось ее семьи, она поняла, насколько это было трудно.
Врач из отделения неотложной помощи оказался очень участливым, он подходил несколько раз, а перед тем, как закончить смену, дал несколько полезных наставлений. Когда дедушке поставили капельницу на ночь, он спокойно уснул, и семья наконец почувствовала облегчение.
На следующий день старику снова поставили капельницу. За ночь его состояние не улучшилось, но и не ухудшилось. Убежденность врача вселяла семье веру в благоприятный исход. Со следующего дня начиналась рабочая неделя, и мама Шаньшань настаивала на том, чтобы та пошла на работу. Девушка беспокоилась за дедушку, но понимала, что все равно ничего не сможет сделать. К тому же ее успокаивало, что вся семья и так была рядом с ним. Она понимала, что, когда действительно станет нужна, ей уже будет труднее взять отгул, и поэтому лучше сейчас пойти на работу.
Кто бы мог знать, что в понедельник, когда Шаньшань только дойдет до работы, ей позвонит встревоженная мать.
– Шаньшань, скорее возвращайся. Врач в отделении неотложной помощи сказал, что твой дедушка больше не может здесь оставаться.
В отделении неотложной помощи нужно было каждый день заново определять лечение. Сегодня дежурил другой доктор. Когда утром папа Шаньшань договаривался о капельнице, все было нормально, но вскоре пришел врач и попросил дедушку сесть на постели.
Старика по-прежнему лихорадило, а его поясница была красной и отекшей. Как он мог сесть? Все члены семьи Сюэ встали на его защиту, но врач остался безразличен к их словам. Он сказал, что пациентам нельзя оставаться в приемном покое на ночь и то, что дедушка остался там, вообще противоречило правилам.
Мама Шаньшань была сердита и встревожена. Смахивая слезы, она сказала дочери:
– Все было хорошо, пока тот зазывала не сказал что-то врачу.
Возле отделения неотложной помощи всегда крутилось немало бездельников среднего возраста. Вчера Шаньшань узнала, что этих людей называют медицинскими зазывалами. Вчера один из них пришел с предложением к семье Сюэ, но те проигнорировали его, и сегодня он неожиданно свел с ними счеты.
Тетя проявила дерзость и заявила:
– Мы не уйдем. Посмотрим, смогут ли они нас прогнать!
Вот и все, что они могли сейчас предпринять.
Шаньшань медленно опустилась на стул, чувствуя полное бессилие.
Девушка всегда знала, что этот мир служит богатым, но в обычной жизни ей редко приходилось сталкиваться с такой откровенной дискриминацией. И именно в этот сложный момент она поняла, что боль бессилия может заставить человека пойти на самые отчаянные поступки.
Шаньшань вдруг возненавидела себя прежнюю. Как она могла быть такой наивной? Почему жила так беззаботно?
На миг ее сердце утонуло в отчаянии и бессилии.
Шаньшань так надеялась, что дедушка поправится, и первый врач неотложного отделения подпитывал в ней эту уверенность. Но теперь все изменилось. Что же делать? Что делать?! Скоро смена нового врача закончится, и больница не будет заставлять их уйти сегодня. Но что произойдет завтра? Как быть, если завтра попросят освободить больничную койку?
Глядя на встревоженные застывшие лица родственников, Шаньшань сжала телефон и набрала номер человека, находящегося сейчас на другом конце океана.
Пришлось долго ждать, прежде чем на том конце взяли трубку. Наконец раздался знакомый голос.
– Фэн Тэн…
Стоило Шаньшань произнести его имя, как на глаза навернулись слезы. Эмоции, которые она сдерживала, хлынули наружу. Грудь сдавило. Задыхавшаяся от слез Шаньшань не могла произнести ни слова.
– Сюэ Шаньшань.
Обычно, когда большой босс называл ее полным именем, она пугалась, ведь это означало, что он чем-то недоволен. Но сейчас Шаньшань чувствовала себя так, словно наконец обрела опору под ногами.
– Я…
Слезы душили и не давали говорить.
На другом конце провода повисла тишина.
– Шаньшань, где ты сейчас?
– В больнице.
Не прошло и часа после звонка, как перед Шаньшань появился специальный помощник Фан, и дедушку незамедлительно перевезли в другую больницу. На этот раз место в стационаре нашлось, хотя палата и была обыкновенной, на три койки.
Не потому, что помощник Фан плохо выполнял свои обязанности, а потому что Фэн Тэн по телефону дал ему четкие указания: найти лучшего врача, но оставить в обычной палате.
Этот приказ заставил помощника Фана по-новому взглянуть на взаимоотношения директора и Шаньшань. Легко тратить деньги, но трудно проявить внимание. Это распоряжение показывало, что директор Фэн действительно заботился о Шаньшань.
Дальше все пошло легко. Неожиданно семье Сюэ стало не о чем беспокоиться. У дедушки появилась своя койка в палате, а улыбчивые врачи и медперсонал вели себя дружелюбно. Все, что оставалось, – хорошо ухаживать за стариком.
Через какое-то время приехала госпожа Фэн. Она действовала смело и решительно. Сначала женщина упрекнула Шаньшань за то, что та не связалась с ней, а затем дружески справилась у всех членов семьи о здоровье дедушки. К сожалению, госпожа Фэн плохо понимала диалект, на котором говорили тетя и дядя, поэтому разговор быстро сошел на нет.
Расспросив обо всем у Шаньшань, Фэн Юэ узнала, что семья Сюэ остановилась в отеле.
– Это ведь неудобно жить в отеле и питаться вне дома! Кажется, рядом со мной появилась свободная квартира, – сказала госпожа Фэн.
Она тут же позвонила Юань Лишу. Помощник Фан не успел остановить ее деятельную натуру, пробормотав про себя: «Госпожа, зачем вы так спешите с делами президента?»
Юань Лишу помогала госпоже Фэн в различных финансовых вопросах. Девушка приехала с ключами сразу после телефонного разговора. Она рассказала, что наняла клининг для уборки дома и уже к вечеру можно будет заезжать.
Семья Сюэ была ошеломлена происходящим. Мать Шаньшань отвела дочь в сторонку и спросила:
– Шаньшань, где ты встретила таких друзей?
Девушка на миг замерла.
– Это мои коллеги.
Мама не поверила.
– Разве сослуживцы так помогают? А та девушка, госпожа Фэн, она тоже твоя коллега?
– Она нет. – Шаньшань задумалась на некоторое время, а затем сказала: – Не так давно я сдала кровь для госпожи Фэн. У нас с ней одинаковая группа крови.
Мама Сюэ неожиданно все поняла.
– А-а-а, значит, господин Фэн, о котором они говорили, это брат госпожи Фэн? Теперь понятно, почему он так нам помог. Ох, они все такие хорошие люди, поблагодари их в будущем.
Шаньшань замешкалась на секунду, а потом ответила:
– Угу.
Когда все дела были решены, госпожа Фэн и Юань Лишу ушли. Помощник Фан остался еще ненадолго, а затем тоже попрощался. Шаньшань проводила его до выхода из больницы.
– Я доложу обо всем произошедшем директору. Госпожа Сюэ, вам еще что-нибудь нужно?
– Больше ничего. – Шаньшань на миг задумалась, а потом смущенно сказала: – Он возвращается послезавтра. Могу ли я поехать с вами в аэропорт и встретить его?
Помощник Фан улыбнулся.
– Конечно, господин Фэн будет очень рад.
От правильного лечения состояние дедушки быстро улучшалось, и семья Сюэ выдохнула с облегчением.
Как только им стало лучше, на Шаньшань повалились несчастья. Тетя не поверила, что специальный помощник Фан был просто коллегой, и продолжала задавать вопросы. Хотя мама Шаньшань знала, что тот всего лишь выполнял приказы брата госпожи Фэн, она настойчиво намекала на то, чтобы девушка проявила инициативу и не упустила хорошего парня. Обе женщины сошлись на том, что помощник Фан был красивым и видным мужчиной.
Шаньшань хотела рассказать о Фэн Тэне, но решила, что в данной ситуации это неуместно, поэтому просто покачала головой.
– Помощник Фан действительно просто коллега.
Очень скоро Шаньшань похвалила саму себя за то, что не рассказала о Фэн Тэне. Мама и тетя так помешались на помощнике Фане, что постоянно расспрашивали о нем. Но девушка мало что знала о нем, поэтому ее рассказ был весьма поверхностен. На даже эти крохи приводили маму и тетю в радостное возбуждение.
К счастью, она не рассказала о боссе, иначе кто знает, что могло бы случиться.
На третий день, взяв отгул, Шаньшань вместе с помощником Фаном поехала в аэропорт встречать директора. Они приехали немного раньше, и помощник Фан предложил зайти в кафе, которое находилось напротив выходов. Шаньшань вспомнила, как в прошлый раз уснула там, и поспешно замотала головой.
– Я подожду здесь, а вы можете отдохнуть в кафе.
Конечно, помощник Фан никуда не пошел.
– Нет необходимости, они уже скоро будут здесь.
«Скоро» оказалось не таким уж и скорым. Лишь через полчаса на электронном табло появилась информация о прибытии рейса Фэн Тэна. Шаньшань встала на цыпочки, стараясь увидеть его. Помощник Фан хотел сказать, что она слишком спешит, но, подумав, промолчал.
Наверняка господину Фэну будет приятно увидеть ее такой.
Совсем скоро вдалеке показались Фэн Тэн с сопровождающими. Директор шел, разговаривая с кем-то, и не смотрел по сторонам, Его высокая статная фигура выделялась в толпе. Каждое движение большого босса притягивало внимание. Увидев его, Шаньшань завороженно застыла. Он был так сосредоточен на разговоре, что не заметил встречающих. Только когда Шаньшань возникла прямо перед ним, он остановился и удивленно приподнял бровь.
– Как ты здесь оказалась?
– Э-э-э, я прогуляла работу.
Вокруг было слишком много людей, и Шаньшань постеснялась сказать, что приехала специально, чтобы встретить его, поэтому ответила невпопад.
Фэн Тэн не успел ничего сказать, как молодой менеджер, сопровождающий его, тут же пошутил:
– Ай-я, здорово, когда твой парень – это твой босс. Мы же лишены такой привилегии, даже с членами семьи не можем встречаться в рабочее время.
Фэн Тэн находился в приподнятом настроении, а потому поддержал шутку:
– Не переживай, я обязательно вычту из ее зарплаты.
Шаньшань слабенько возразила:
– Не надо вычитать. Откровенно говоря, я взяла выходной.
Все рассмеялись, но, обладая чувством меры, не стали больше дразнить ее. Попрощавшись, они тактично ушли вперед.
Держа пиджак в одной руке, Фэн Тэн другой сжал ладонь Шаньшань.
– Не боишься, что все узнают о нашем служебном романе?
Они медленно шли по аэропорту.
– А?
Ой, она забыла.
Фэн Тэн решил, что она смущена, улыбнулся и сменил тему.
– Стало получше?
– Да, намного лучше. Краснота значительно уменьшилась. Врачи говорят, что он идет на поправку.
– Я спрашивал о тебе.
– Обо мне? У меня всегда все хорошо.
Хорошо? Фэн Тэн приподнял бровь. А кто же тогда рыдал в трубку так сильно, что не мог говорить?
– Сначала поедем к дедушке.
– А? – Шаньшань была застигнута врасплох.
– Какие-то проблемы?
– Нет, не, – Шаньшань замахала руками. – Только я сначала расскажу своей маме.
Проницательный Фэн Тэн заметил, что Шаньшань ведет себя неестественно. Он нахмурился и тут же спросил:
– В чем дело?
Шаньшань распереживалась и, не задумываясь, произнесла:
– Я… я еще не рассказала семье.
Фэн Тэн резко остановился.
Улыбка исчезла с его лица.
– Ничего не рассказала? Из-за меня?
– Нет, нет, просто…
Шаньшань хотела объясниться, хотела сказать, что посчитала неуместным рассказывать из-за болезни дедушки и из-за расставания Люлю с ее парнем. Но когда слова вот-вот готовы были сорваться
Так ничего и не сказав, она просто опустила голову.
Голос Фэн Тэна стал ледяным:
– Сюэ Шаньшань, почему ты не сказала мне, что приедут твои родители?
Это девушка могла объяснить:
– Они приехали внезапно, а вы к тому времени уже уехали за границу.
Он кивнул, однако лед в его голосе не растаял.
– Твой дедушка заболел? Почему ты сразу мне не позвонила?
– Вы были за границей, и я… я…
Фэн Тэн смотрел на нее, не отрывая взгляда.
– Сюэ Шаньшань, может быть, все потому, что ты сразу решила, что мы рано или поздно расстанемся?
Девушка потеряла дар речи.
Когда они сели в машину, водитель спросил, куда ехать. Фэн Тэн равнодушно сказал:
– Сначала отвезем госпожу Сюэ в больницу.
Шаньшань вдруг постигло озарение (девушка всегда медленно соображала).
Так значит, она подсознательно считала, что им с директором суждено расстаться? Именно поэтому Шаньшань не осмелилась пойти к нему в кабинет на обед, не захотела открыться перед коллегами и даже не смогла рассказать обо всем своей семье… Если бы в прошлый раз Фэн Тэн не настоял на ужине, она, вероятно, и Дахуа бы не рассказала…
Так значит… вот каковы ее истинные мысли?
Шаньшань плохо спала несколько ночей подряд.
Через четыре дня дедушку выписали из больницы.
Болезнь возникла быстро, но благодаря правильному лечению так же быстро угасла. Измотанные родственники Шаньшань засобирались домой, не желая оставаться в городе S дольше, чем необходимо. Девушка суетилась, организовывая выписку и бронируя билеты. К тому моменту, когда вся семья уехала, Шаньшань полностью выбилась из сил.
Но останавливаться было рано. Ей еще нужно было убраться в квартире, которую сняла для них Фэн Юэ, а затем вернуть ключи. Ну и, естественно, чтобы выразить свою благодарность. Шаньшань должна была угостить ее и Юань Лишу обедом.
Перед тем как позвонить Фэн Юэ, Шаньшань вдруг подумала, что человек, который больше всех заслуживает благодарности… – это большой босс.
Но…
Подождем до завтра, до работы!
Фэн Юэ относилась к тому сорту людей, у которых всегда много свободного времени. Когда Шаньшань сказала, что хочет угостить их обедом, она не медлила ни секунды.
– Сегодня как раз подходит. Днем я собираюсь пойти купить малышу одежду. Позвоню Лишу.
Все трое встретились в популярном торговом центре. Шаньшань угостила их обедом, и они вместе отправились за покупками. Госпожа Фэн внушала страх своей энергией и неудержимостью. Очень скоро в ее руках уже были пять больших пакетов.
По виду Юань Лишу казалось, что у нее все хорошо, но Шаньшань видела странный насмешливый блеск в ее взгляде.
Спустя три часа шопинга госпожа Фэн наконец почувствовала, что пора заканчивать, и попросила водителя забрать ее. Однако через некоторое время он перезвонил, сообщив, что попал в небольшую аварию, из-за которой не сможет приехать в ближайшее время.
Фэн Юэ была расстроена, она не любила ездить на такси. Вспомнив, что офис компании находится недалеко от этого места, Фэн Юэ позвонила Фэн Тэну.
– Брат, мы с Шаньшань и Лишу делаем покупки в торговом центре. Я вызвала водителя, но из-за аварии он не сможет приехать. Может быть, ты нас заберешь?
– Сказал, что скоро будет. – Фэн Юэ повесила трубку и посмотрела на часы.
– Хм, вместо того чтобы просто ждать, может быть, еще что-нибудь купим?
Она тут же развернулась и зашла в ближайший магазин, расположенный на первом этаже.
Проведя какое-то время в обувном магазине, Фэн Юэ заметила туфли. Однако нужного размера не оказалось, и продавец побежала на склад, расположенный на пятом этаже. Фэн Юэ осталась ждать, лениво оглядывая зал, где были выставлены товары с сезонными скидками. Неожиданно ее глаза вспыхнули.
– Шаньшань, посмотри скорее. Примерь эти сапожки. Они тебе очень подойдут.
Шаньшань чувствовала волнение с тех пор, как узнала, что Фэн Тэн скоро приедет. Фэн Юэ уговорила ее померить сапоги, но девушка по невнимательности даже не увидела размер. Она со всей силы попыталась натянуть сапог, который был ей явно мал.
Доигралась. Вскоре Шаньшань осознала, что не может его снять.
Девушка была в панике. Наконец-то вспомнив о размере, она обнаружила, что сапог меньше нужного на целых два! Как она вообще в него влезла?
Фэн Юэ всеми силами пыталась помочь Шаньшань снять обувь, но вскоре сдалась.
– Нет, не могу снять. Давай подождем, пока вернется консультант.
Но прежде, чем продавец вернулся, позвонил Фэн Тэн.
– Брат, мы еще не готовы, подожди, пожалуйста, на парковке, – сказала в трубку Фэн Юэ.
Юань Лишу, с улыбкой наблюдающая за происходящим, неожиданно предложила:
– Мы можем еще долго здесь провозиться, а воздух на подземной парковке очень спертый. Может быть, позвать брата Фэна подняться к нам?
Подумав, Фэн Юэ согласилась. Шаньшань хотела возразить, но женщина уже сказала в трубку:
– Брат, может быть, поднимешься? Мы в магазине обуви, расположенном на первом этаже.
Юань Лишу была очень довольна.
В отличие от Фэн Юэ, Юань Лишу чувствовала, что с Сюэ Шаньшань что-то происходит. Она тут же пришла к выводу, что между ней и Фэн Лэном пробежала кошка. Кроме того, проверенные источники сообщили, что, когда дедушка Шаньшань лежал в больнице, Фэн Тэн ни разу не навестил его. Лишу всегда с пренебрежением смотрела на Шаньшань, поэтому она, естественно, решила, что это Фэн Тэн гнушается своей подругой. Вероятно, брат Фэн не выносит родственников своей девушки. Должно быть, ему сейчас нестерпимо тошно. Если он увидит Шаньшань в таком жалком виде, то наверняка подумает, что с ней вообще стыдно выходить в свет.
Конечно, застрявший ботинок может показаться мелочью, но это выглядит очень неловко. Если Фэн Тэн уже недоволен Сюэ Шаньшань, то подобное наверняка еще больше усилит его отвращение. Разве необратимые события не начинаются с небольших пустяков, наслаивающихся один на другой?
Думая так, Юань Лишу не могла дождаться появления Фэн Тэна.
Шаньшань молча взглянула на Лишу, а затем перевела взгляд на свои ноги. Она всегда была наивной и глуповатой, но с тех пор, как стала встречаться с Фэн Тэном, неожиданно стала проницательной в тех вопросах, которые касались его лично.
Девушка сразу почувствовала дурные намерения, которые были скрыты за, казалось бы, ничего не значащими словами Юань Лишу. Но что с того? Проблема, которая возникла между ней и Фэн Тэном, никак не связана с другими людьми.
Вскоре показался большой босс. Фэн Юэ помахала ему:
– Брат, мы здесь.
Фэн Тэн посмотрел в их сторону, и его взгляд остановился на Сюэ Шаньшань. Мужчина подошел к ним и нетерпеливо спросил:
– Почему так долго?
Фэн Юэ покосилась на Шаньшань
– Э-э-э… ну, продавец ушел за обувью. Мы ждем, – уклончиво ответила она.
– Я померила сапог, но не смогла его снять, – угрюмо сказала Шаньшань. – Ждем, пока вернется продавец и поможет мне.
Фэн Тэн взглянул на нее. Шаньшань повесила голову, всем видом выражая уныние.
Фэн Тэн фыркнул и направился к Шаньшань.
Сердце Юань Лишу бешено колотилось. Девушка широко распахнула глаза, ожидая представления. Фэн Тэн подошел совсем близко и неожиданно присел на одно колено. Придерживая одной рукой икру Шаньшань, другой он снял с нее сапог.
Юань Лишу была ошеломлена.
Фэн Юэ тоже распахнула глаза от удивления. О небо! Кто бы мог подумать, что ее брат перед всеми поможет Шаньшань снять обувь! О, нет-нет-нет… дело даже не в этом. Главное, поза! Почему эта поза так похожа на предложение руки и сердца? О небо, торговый центр слишком неромантичное место для такой сцены…
Мысли госпожи Фэн уже летали где-то очень далеко…
Поникшая Шаньшань с удивлением подняла голову и посмотрела на широкие плечи, возникшие рядом с ней. Его всегда выглаженный костюм был в сборках из-за позы, а теплые и сильные руки все еще сжимали ее ногу.
Девушка растерянно уставилась на большого босса. Почувствовав, что он собирается встать, Шаньшань, босая, тут же протянула руки и обняла его за шею.
– Ты все еще сердишься? – прошептала она прежде, чем большой босс успел встать.
Фэн Тэн нахмурился.
– Отпусти и надень обувь.
Не послушавшись, Шаньшань продолжила упрямо обнимать его. Это было редким явлением.
Фэн Тэн на мгновение замер, а затем обнял ее за талию и встал.
– Ты уверена, что хочешь поговорить об этом здесь?
Шаньшань умолкла. Фэн Тэн бросил ключи от машины Фэн Юэ и сказал ей:
– Возвращайтесь сами.
Фэн Юэ поймала ключи, что-то промычала с мечтательным выражением лица и потянула недовольную Юань Лишу к выходу. Госпожа Фэн даже забыла о туфлях, за которыми отправила продавца!
Когда они остались вдвоем, Фэн Тэн взглянул на Шаньшань и спросил:
– Теперь ты можешь обуться?
Шаньшань покраснела. Ее голые ноги стояли на его ботинках. Девушка быстро отпустила Фэн Тэна и, опираясь на его руку, надела свои туфли. В этот момент наконец-то появился запыхавшийся продавец. Увидев, что в магазине остались только эти двое, он расстроенно спросил:
– А девушка, которая хотела туфли, уже ушла?
Шаньшань дернула Фэн Тэна за рукав и сообщила:
– Это туфли, которые хотела А-Юэ.
Расплатившись картой, Фэн Тэн взял пакет с туфлями и пошел вперед. Следующая за ним Шаньшань, не удержавшись, спросила:
– А куда мы идем?
Фэн Тэн не ответил, поэтому девушке ничего не оставалось, кроме как молча следовать за ним. Пройдя немного, он схватил ее за руку и потянул в безлюдный уголок.
– Хорошо, теперь можешь говорить все, что хотела сказать, – холодно сказал Фэн Тэн.
Место было тихим. Сюда даже не доносились суета и шум торгового центра. Шаньшань немного помолчала, а потом тихо сказала:
– Спасибо тебе за сегодняшнее.
– Это все, что ты хочешь сказать?
Видя, что он начинает раздражаться, Шаньшань поспешно добавила:
– Нет. Еще… еще я хочу сказать… прости.
Фэн Тэн не пошевелился.
Девушка продолжила:
– Я никогда не думала, что мы расстанемся. Но и о будущем тоже не размышляла. Я вообще не осмеливалась слишком много думать об этом, боялась рассказать коллегам и семье, потому что в глубине души чувствовала, что мы не пробудем вместе слишком долго. Пропасть… пропасть между нами слишком велика, а я не настолько уверена в себе. Я боялась услышать от людей, что недостойна тебя, поэтому спряталась и отказалась слушать.
– Похоже, за последние два дня ты многое обдумала. – Фэн Тэн внимательно посмотрел на нее и с прохладцей сказал: – И что ты будешь делать, Сюэ Шаньшань? Ведь пропасть между нами будет всегда.
Шаньшань подняла взгляд и твердо посмотрела на него. Сжав кулаки, она произнесла:
– Я сдам экзамен СРА!
Фэн Тэн застыл, не поверив своим ушам. Затем он медленно повторил:
– Сдашь экзамен СРА?
– Да, – твердо сказала Шаньшань и кивнула. – Это сертификация для работников финансовой сферы. В прошлый раз я шутила, когда говорила о том, что хочу его сдать. На этот раз я говорю серьезно. Я собираюсь сдать международный экзамен и получить сертификат!
– Очень хорошо. – Фэн Тэн потер лоб. – Сюэ Шаньшань, объясни мне, как твои карьерные планы относятся к теме нашего разговора?
– А… а разве нет? – заикаясь, поспешила объяснить Шаньшань. – Я вот что думаю: мой характер не хуже твоего, так что с этим проблем нет. Внешние данные и социальное положение немного уступают, но они даны от рождения, и я ничего не могу с этим поделать – пластическая операция и перерождение слишком сложные процедуры. Так что остается только усердно работать над карьерой. Сдача экзамена СРА сделает меня сертифицированным финансистом, а это уже совсем другой уровень. Я… я не смогу быть лучшей парой, но смогу стать лучшей собой.
Я не смогу быть лучшей парой, но смогу стать лучшей собой.
Фэн Тэн встретился взглядом с серьезно настроенной Сюэ Шаньшань, и гнев в его сердце тут же сменился нежностью. Это было очень странное, запутанное чувство. Он вспомнил, как сестра однажды спросила его, почему ему нравится Шаньшань.
Возможно, сначала она ему не очень понравилась.
Он просто подумал, что эта девушка интересная и славная и что у нее светлая и мягкая кожа, которую так и хочется ущипнуть. Глядя на Шаньшань, Фэн Тэн отдыхал душой. Мужчина видел много красивых, образованных, воспитанных девушек из хороших семей, но ни одна из них не затронула его сердце. Конечно, было бы неплохо найти благовоспитанную, но такую же милую, как Шаньшань.
Он думал, что в любой момент сможет уйти, и даже оставался безразличным зрителем, наблюдая за тем, как она осторожна в отношениях. Но в данный момент Фэн Тэн понял, что не хочет отступать ни на шаг. Он хочет шагнуть вперед и крепко ее обнять.
В следующий миг Шаньшань оказалась в его объятиях. Девушка замерла на мгновение, а затем осторожно подняла руки и обняла его в ответ.
– Вообще-то я приняла еще одно решение.
– М-м-м?
– Позже узнаешь.
На следующий день, во время обеда, коллеги позвали Шаньшань вместе пойти в столовую.
Но девушка только покачала головой.
– Вы идите, а я поем в другом месте.
– И где?
– У Фэн Тэна, – честно ответила Шаньшань
– Э-э-э?
Провожаемая изумленными взглядами коллег, Шаньшань взяла свой контейнер для еды и поднялась на двадцать второй этаж. Линда и другие сотрудники в офисе еще не ушли на обед.
– Линда, директор у себя? – подойдя, спросила Шаньшань.
Секретарь замешкалась. Сюэ Шаньшань долгое время не приходила сюда, и она не знала, можно ли ее впускать.
К счастью, специальный помощник Фан появился как раз вовремя. Заметив Шаньшань, он участливо поинтересовался у нее о здоровье ее дедушки. Видя отношение помощника Фана, ближе всех находящегося к директору, Линда осознала, что вообще не понимает, что происходит. Она втайне возненавидела помощника Фана: неужели нельзя было поделиться информацией?
– Директор у себя. Сообщить ему? – радушно спросила она.
– Я сама.
Шаньшань постучала в дверь кабинета, в котором так давно не была.
– Войдите.
Глубокий мужской голос был серьезен. Фэн Тэн работал.
Шаньшань толкнула дверь, но не вошла. Она осталась стоять в дверях, держа контейнер с едой.
– Могу я войти и поесть с тобой?
Фэн Тэн поднял взгляд от документов и с удивлением посмотрел на стоявшего в дверях человека. Увидев Шаньшань, он улыбнулся и отложил ручку.
– Добро пожаловать.
Новость о том, что Шаньшань снова обедает на двадцать втором этаже, быстро распространилась по всей компании. Сотрудники были очень взволнованны. Охочие до сплетен сердца пылали, а производительность труда всех отделов неожиданно пошла вверх. Конечно, возникли разные версии: вновь вспыхнувшие чувства, желание Шаньшань зайти на чашечку чая…[39] Причина их связи оказалась не самой интригующей вещью – больше всего людей интересовало, чем они так долго занимаются в кабинете во время обеда.
Множество людей наблюдали за тем, как каждый день Сюэ Шаньшань поднималась наверх в приподнятом настроении, а спускалась в полной апатии, осунувшаяся и с пустым взглядом. О небо, это же очевидно, не так ли?
Ох, иметь такого энергичного, мощного начальника – настоящая радость для сотрудников. Все служащие считали, что, если бы акционеры знали внутреннюю кухню, акции всего холдинга «Фэнтэн» взлетели бы вверх!
А что на самом деле?
На самом деле Сюэ Шаньшань каждый день готовилась в кабинете директора к сдаче экзамена СРА.
Несмотря на то что Сюэ Шаньшань была ленивой, она всегда делала то, что задумала. Решив сдать экзамен СРА, девушка тут же записалась на подготовительные курсы. Занятия проходили два раза в неделю по выходным, с восьми утра до шести вечера. Это было даже тяжелее, чем ходить на работу.
Через несколько дней Фэн Юэ приехала к Фэн Тэну, чтобы забрать свои туфли и поужинать с ним. Узнав о Шаньшань, она удивленно спросила:
– Брат, ты правда позволишь ей сдать экзамен? Он ведь очень сложный. Зачем Шаньшань вообще нужен этот сертификат?
Фэн Тэн выглядел довольным.
– Немного новых знаний не помешает. Будет полезно для семьи.
Фэн Юэ потеряла дар речи. Да, у их семьи действительно было много дел, связанных с недвижимостью и инвестициями, но еще во время китайского Нового года брат даже не задумывался ни о какой женитьбе. А теперь он размышляет над тем, какие семейные дела поручить Шаньшань?
Фэн Юэ решила, что мужчины в этом мире слишком изменчивы!
Но вскоре Фэн Тэн пожалел о своем решении.
Потому что обнаружил, что в жизни Шаньшань он оказался на более низком месте, чем экзамен СРА. Раньше, когда девушка читала у него в кабинете, на ее лице появлялись невыносимые душевные страдания, теперь же, только закончив есть, она сразу же с энтузиазмом бралась за книгу. Иногда Шаньшань отрывалась от чтения и с огромной благодарностью говорила: «Спасибо за учебники, которые ты мне купил, они очень понятные!»
Фэн Тэну казалось, что он выстрелил себе в ногу.
Иногда Шаньшань даже разговаривала с ним во время обеда, но тема всегда касалась СРА. К сожалению, даже окончив университет, входящий в Лигу плюща, нельзя быть знатоком во всем. Фэн Тэн по мере сил отвечал на вопросы, но вскоре был вынужден пригласить сотрудника, имеющего сертификаты СРА, CIA[40], АССА[41] и многие другие.
Так или иначе, у компании «Фэнтэн» не было недостатка в талантливых кадрах, а большой босс без какого-либо смущения выжимал из людей все соки ради собственной выгоды.
В результате через несколько дней Шаньшань с горящими от восторга глазами сказала:
– Какой удивительный человек! Он знает абсолютно все!
Фэн Тэн почувствовал, как у него разом заболели все зубы. После этих слов талантливый сотрудник чудесным образом освободился от когтей богача. А большой босс снова занял место в строю, бессовестно взяв на себя роль учителя. И даже, если порой он был не прав, Шаньшань все равно этого не понимала.
Ах да, а еще эти проклятые курсы по выходным!
Уже через две недели Фэн Тэн не выдержал и сказал:
– Больше не ходи на занятия, учись дома.
Шаньшань тут же возразила:
– Но это невозможно! Экзамен СРА очень сложный, а преподаватели многое знают. – Она крепло сжала кулаки и добавила: – Не переживай, босс! Я не боюсь трудностей! Я получу этот сертификат, чтобы соответствовать тебе!
Однажды вечером Фэн Тэн забрал ее с занятий и сказал, что поведет на ужин к своим друзьям.
– К кому? – полюбопытствовала Шаньшань.
– К друзьям.
Ужин проходил в частном загородном доме, где им подавали очень известные блюда. И хоть Шаньшань не показалась, что она съела что-то особенное, однако обстановка ей понравилась.
Хозяевами дома оказалась семейная пара. Мужчину Фэн Тэн представил как своего старого друга по фамилии Бай. Семья этого человека также владела различными компаниями. Его жена, как оказалось, раньше была его сотрудницей. Они познакомились на работе и влюбились друг в друга.
Женщина была красивой и элегантной, обладала хорошими манерами и умело вела разговор.
После приятного ужина в машине по дороге домой Фэн Тэн неожиданно сказал:
– Госпожа Бай окончила Стэнфорд. Говорят, у нее много дипломов и сертификатов.
Большой босс, это значит… что ты смотришь на меня с презрением? Шаньшань понуро сказала:
– Сначала я сдам экзамен СРА, а после возьмусь и за другие сертификаты.
Фэн Тэн взглянул на нее и сказал:
– Сейчас она сидит дома и заботится о детях.
– А? – Шаньшань закатила глаза. – И что же ты хочешь этим сказать?
– В чем смысл иметь все эти сертификаты, если в конце концов все сводится к заботе о детях дома?
– Ты не понимаешь! Важность сертификата в том, что он у тебя есть. Не имеет значения, как долго ты ими пользовался. Она окончила Стэнфорд и до свадьбы была директором по маркетингу… Окружающие считают, что она великолепна и достойна твоего друга. Верно? Так что у меня тоже должен быть сертификат. Не хочу, чтобы кто-то говорил, что я тебя недостойна.
Слова Фэн Тэна не подействовали, и он разозлился.
– Сюэ Шаньшань, как ты вообще додумалась связать меня с этим экзаменом? Думаешь, я тебя на работу беру?
Шаньшань тут же попыталась сгладить его недовольство.
– Все не так. Я объясню. Босс, представьте, что вы большой босс в подземелье. Чтобы победить вас, мне нужно отточить свои навыки.
Тишина.
– Сюэ Шаньшань, у тебя нет времени на меня, но есть время на игры? – мрачно спросил Фэн Тэн.
– Нет-нет, – поспешила объясниться Шаньшань. – Просто в голову пришло.
Лицо Фэн Тэна чуть посветлело.
– Ну, и на каком мы сейчас уровне?
– А?
– В квесте.
– О… я только вошла.
Фэн Тэн застонал.
– Поторопись, мне уже не хватает терпения ждать.
– Хорошо, я буду стараться.
– А нельзя боссу выбить самого себя? – поинтересовался Фэн Тэн.
– Это баг…
– М-м-м. Тогда можем ли мы заранее получить часть награды за прохождение квеста?
Странный разговор затих. Фэн Тэн воспользовался загоревшимся красным светом, наклонился и поцеловал ее.
Шаньшань думала, что смогла убедить босса, но через два дня он снова пригласил ее на ужин.
И вновь к семейной паре. Мужчина также оказался старым другом босса. Он тоже происходил из богатой семьи, его манеры были изысканными, вот только… рост подкачал. А его жена… Не может быть! Это ведь… это… это та самая звезда! Шаньшань пыталась сохранить невозмутимый вил, но ее сердце кричало от восторга.
После ужина они снова обсуждали в машине прошедший вечер.
– Видела? На этот раз нет Стэнфорда, нет должности маркетингового директора, вообще никаких наград и сертификатов.
– Она звезда! Звезда!!! – Шаньшань сходила с ума.
Зачем ей сертификаты? Ее лицо само по себе являлось сертификатом!
Фэн Тэн фыркнул.
– И чем эта звезда лучше тебя?
Шаньшань понимала, что он бессовестно врет, но где-то в глубине души не могла не порадоваться.
– Ну, как минимум она красивее, – скромно сказала девушка.
Фэн Тэн бросил на нее мимолетный взгляд и согласился:
– Это верно.
Шаньшань тут же разозлилась.
Отвратительно! Такую правду могла говорить вслух только она сама. Со стороны ее парня было грубо так говорить! Шаньшань повернула голову и сказала:
– Я просто не умею краситься. Надо сравнить нас без макияжа!
Фэн Тэн рассмеялся. Остановив машину на обочине, он нежно прикусил ее белую упругую щечку и пробормотал:
– Пойдем, я проверю, правда ли ты без макияжа.
Когда спустя несколько дней Фэн Тэн позвал ее на очередной званый ужин, Шаньшань уже была готова к этому. На этот раз, видимо, босс нашел пару с невероятной разницей, чтобы наверняка убедить ее. У той девушки, наверное, нет ни сертификатов, ни славы.
Но, босс, вы хотите утешить меня или унизить? В глубине души Шаньшань рыдала. Однако, вопреки ее ожиданиям, на этот раз образец оказался первоклассным!
Лучшие оценки!
Во-первых, хозяйка дома была красива и без макияжа. Во-вторых, она происходила из удивительной семьи. В-третьих, эта девушка окончила престижный университет. В-четвертых, вела семейный бизнес и занимала высокую должность.
Шаньшань вошла в дом, горя ярким факелом, а вышла еле теплящимся огоньком зажженной спички. Ее уверенность в себе сейчас напоминала пламя свечи на ветру: легкий порыв – и все погаснет.
– Видела?
Шаньшань удрученно сказала:
– Линлин такая красивая и сильная. Разве есть кто-то, кого бы она не была достойна?
Фэн Тэн на мгновение замолчал, а потом произнес:
– Я говорил о ее парне.
Э-э-э?
Шаньшань попыталась вспомнить парня Линлин, но даже его внешность стерлась из ее памяти. Совершенно обычный человек с незначительной жизненной историей.
Так значит, на этот раз большой босс взял в качестве примера второстепенного персонажа, играющего роль огранки для бриллианта?
Эта мысль стала тем самым дуновением, которое полностью загасило огонек свечи.
Когда босс в третий раз пригласил ее на ужин с друзьями, Шаньшань наотрез отказалась, сославшись на то, что уже договорилась пройтись по магазинам с Фэн Юэ. Это что, шутка такая? Если она продолжит ходить на эти встречи, вскоре получит расстройство желудка от изобилия еды.
Отклонив предложение босса, Шаньшань тут же позвонила Фэн Юэ и пригласила ее на ужин.
Во время еды Шаньшань не сдержалась и пожаловалась А-Юэ на ее брата, естественно, немного сгущая краски. Фэн Юэ была настолько потрясена, что даже забыла о своей диете, съев несколько кусков тушеной свинины.
Лежа вечером в кровати, она обо всем рассказала Янь Цину.
– Оказывается, я плохо знаю своего брата, – закончив доклад, Фэн Юэ не смогла сдержать печального вздоха.
– Почему ты так говоришь?
– Кто бы мог подумать, что он сохранил в душе детскую натуру. – Сказав это, Фэн Юэ удобнее улеглась на подушке и продолжила: – Мы часто подшучивали над остальными, когда были маленькими. Он всегда умел хорошо притворяться и во время шалостей сохранял серьезное лицо. Никто даже заподозрить его не мог. Двоюродные братья и сестры часто попадали под раздачу, получая наказание вместо него. Но когда дедушка разочаровался в отце, тут же взялся за брата. Он стал брать Фэн Тэна на переговоры, когда тот был еще в очень юном возрасте, и сердце брата остыло. Ему стало не до шуток. Я уже и забыла, каким он был. Думаешь, я плохая сестра?
Янь Цин утешил ее:
– Как я могу тебя винить? Если бы ты мне не рассказала, я бы и не знал, что он был таким.
– Да, поэтому хорошо, что брат теперь с Шаньшань. Он снова жаден до шалостей и удовольствия. Я не могу представить, чтобы брат дразнил, например, Лишу. – Фэн Юэ уткнулась головой в грудь Янь Цина. – И немного ревную. Раньше девушки Фэн Тэна никогда не вызывали у меня таких чувств. Я всегда знала, что он мой старший брат, но теперь чувствую, что он больше не принадлежит мне.
Янь Цин нарочито нахмурился.
– Фэн Юэ, не замечал у тебя прежде комплекса привязанности к брату.
– У меня его нет! – надулась Фэн Тэн и ударила мужа в грудь.
– Не думай слишком много. Мы должны радоваться, что у них все хорошо.
– Я рада. Просто… немного ревную. Старший брат с детства любил только меня, а теперь принадлежит кому-то еще. В прошлый раз он сказал, что весьма избирателен, и я решила, что Шаньшань слишком обычная для него. Только теперь я поняла: брату нужен милый и комфортный большой белый кролик. Как бы ни были красивы и благородны фениксы и павлины, они не подходят ему.
– Угу, когда выбираешь пару, нужно брать подходящего, а не лучшего. Я ведь не лучший, но ты все равно выбрала меня.
Фэн Юэ улыбнулась.
– А я? Я подходящая или лучшая?
– Ты самая подходящая и самая лучшая.
Проблема с групповыми занятиями была решена следующим образом.
Однажды, когда Шаньшань и Фэн Тэн ехали домой, она рассказала ему одну историю:
– Сегодня мне попался пост: мужчина тяжело трудился на работе, чтобы обеспечить свое будущее, но его девушка пожаловалась, что они слишком мало времени проводят вместе, и бросила его. В комментариях все пишут, что девушка ничего не понимает в этой жизни.
Фэн Тэн мгновенно перешел в режим босса.
– Сидишь в интернете в рабочее время?
Шаньшань проигнорировала его вопрос и продолжила, стараясь объяснить свою точку зрения:
– Точно так же, если девушка упорно трудится ради совместного будущего, а парень жалуется на то, что они мало проводят времени вместе, он поступает плохо.
– Ради совместного будущего?
Шаньшань кивнула.
– Продолжай ходить на занятия. Ради нашего совместного будущего, – сказал Фэн Тэн
Шаньшань сложила ладони в благодарственном жесте и сказала:
– Спасибо за понимание!
Фэн Тэн тихо вздохнул.
– Никогда бы не подумал, что однажды мое будущее окажется в руках наставника подготовительной группы.
Во время очередного звонка Шуанъи Шаньшань неожиданно обнаружила, что они с Фэн Тэном вместе уже больше полугода. Голос Шуанъи звучал взволнованно, когда она произнесла:
– Шаньшань, случилось ли за месяцы моего писательского затворничества что-то, о чем никому нельзя рассказать?
Шаньшань насупилась.
– Если никому нельзя рассказывать, то зачем ты тогда об этом спрашиваешь?
– Ого, Шаньшань, ты стала красноречивее! Это из-за того, что твой босс – талантливый оратор?
– Ага.
Благодаря боссу Шаньшань в последнее время познакомилась со многими успешными людьми. И девушка заметила, что у всех них имелась одна общая черта: они умели пустить пыль в глаза. Неужели Шуанъи подметила ее ораторский талант, потому что «тот, кто находится близко к киновари, сам краснеет»?[42]
Размышлявшая над этим, Шаньшань услышала в трубке:
– Ну конечно! Через поцелуи и другие подобные вещи можно перенять ораторские способности! Эй, Шаньшань, твой уровень сильно вырос, должно быть, ты усердно перенимала таланты!
– Эй!!! – Шаньшань была в ярости. – Лу Шуанъи!!!
Шуанъи долго смеялась, не в силах остановиться.
– Ладно, ладно, можно подумать, здесь есть чего стесняться. Или что, правда ничего не было? Тогда как специалист по теории скажу тебе, что это странно… может быть, у тебя есть соперница? Нет-нет, я не должна быть тем человеком, который приносит дурные вести. Просто сделай вид, что ничего не слышала. А что насчет непредвиденных случайностей? Хе-хе. Было что-то или нет? Было?
Лицо Шаньшань загорелось.
Случайности были… и неоднократно. Но, если не хочешь стать прототипом для героини очередного любовного романа, не стоит такое рассказывать некоторым личностям! Ни в коем случае нельзя позволить Шуанъи узнать об этом!
Поэтому Шаньшань решительно произнесла:
– Не было!
Расстроенная Шуанъи с обидой вздохнула:
– Ох, Шаньшань, знаешь ли ты, что авторы романов ненавидят больше всего? Такие ситуации, как твоя! Все, что нам остается, это как бы вскользь упомянуть: «Не успели мы моргнуть и глазом, как уже прошло несколько месяцев. И да, героиня все еще девственница…»
Угу, не успели мы моргнуть и глазом, как прошло несколько месяцев. И да, героиня все еще посещала подготовительные занятия по выходным… Но этот день оказался особенным для Сюань Шаньшань. Наверное, все дело было в «карканье» Шуанъи.
Во время урока бухгалтерского учета Шаньшань отлучилась в туалет, а когда вернулась и открыла учебник, то увидела вложенное в него письмо розового цвета.
Любовная записка?
Очень скоро директор Фэн, который позвал высший руководящий состав поиграть в мяч, чтобы укрепить связи и потому, что ему все равно было нечем заняться, пока его девушка учится, получил тревожный звонок.
– Что мне делать?! Я получила любовное письмо!
Фэн Тэн спокойно доиграл матч, спокойно сел в машину, чтобы поехать на обед к своей девушке, и спокойно сказал Шаньшань:
– Показывай.
Она тут же протянула ему письмо.
– Я не виновата. Я никогда ни с кем не кокетничала и не флиртовала.
Фэн Тэн отстраненно слушал, одновременно с этим разглядывая письмо.
– Хороший почерк… Он даже не знает твоего имени? Почему не подписал?
Отстаивая свою невиновность, Шаньшань твердо заявила:
– Конечно, он не знает моего имени. Я не разговариваю с незнакомцами.
Большой босс явно пропустил ее оправдания мимо ушей. Он дочитал письмо и недовольно сказал:
– Почему только один лист?
Эй! Разве это нормальная реакция на любовное письмо, которое другой мужчина написал твоей девушке? Шаньшань тоже была недовольна.
– Ты даже одного не написал.
Фэн Тэн снова проигнорировал ее слова.
– И что ты собираешься делать?
– Э-э-э, просто притворюсь, что ничего не получала?
– Опыт подсказывает мне, что, если ты выберешь этот способ, письма станут поступать непрерывно.
Шаньшань тут же забыла о своем письме.
– Ты получал любовные письма непрерывным потоком? – фыркнула она.
Фэн Тэн посмотрел на нее взглядом, в котором читалось: «разве это не очевидно?» Шаньшань тут же остыла.
– Сегодня же отвечу на письмо отказом.
Угу, угу, угу. Шаньшань закивала быстро-быстро.
– А заодно спроси, что ему в тебе понравилось. – Фэн Тон погладил лоб и добавил: – Этот вопрос уже давно меня мучает.
Трудно найти столь близкого по интересам человека, поэтому необходимо было ухватиться за такую идеальную возможность и познакомиться с ним.
Шаньшань давно привыкла к его подколкам, поэтому просто сделала вид, что не слышит. Что же до любовного письма, то большой босс уже дал свои инструкции, поэтому девушка со спокойной душой села обедать. Съев несколько кусочков, она скривилась:
– Зачем ты это заказал? Невкусно.
Фэн Тэн посмотрел на нее с улыбкой. Сюэ Шаньшань, вероятно, сама не осознавала, как изменилась. Раньше, посещая подобные места, она всегда была сдержанна и не осмеливалась ничего критиковать, независимо от того, было ли это вкусно или нет. Теперь она наконец-то научилась быть разборчивой.
Естественно, Фэн Тэн с гордостью записал это в личные достижения.
После обеда большой босс отвез ее обратно на курсы. Но прежде, чем выйти из машины, Шаньшань нерешительно спросила:
– М-м-м, могу я спросить? Ты что-нибудь чувствуешь от всей этой истории?
Фэн Тэн приподнял бровь.
– Чувствую?
Шаньшань кивнула.
– Я чувствую… – Фэн Тэн сделал паузу, а затем, довольный, сказал: – Наша Шаньшань наконец выросла.
Что? Твоя девушка получила любовное письмо, а ты говоришь «девочка выросла»?
Шаньшань была потрясена.
После обеда должно было пройти еще четыре занятия. Шаньшань еле дождалась, когда закончится второе. Наконец объект вышел. Поспешив за ним следом, девушка окликнула его, чтобы он остановился. Отведя парня в укромное место, Шаньшань начала формулировать отказ:
– Э-м-м, я видела твое письмо…
Девушка все еще пыталась сформулировать предложение, когда собеседник удивленно спросил:
– Какое письмо?
– А? То, что ты оставил в моем учебнике сегодня утром.
Выражение лица мужчины стало странным, и Шаньшань никак не могла понять, что было не так. Она достала письмо. Лицо собеседника исказилось, и он грубо спросил:
– Откуда оно у тебя?
– Что? – Шаньшань была ошеломлена.
В это время Фэн Тэн наблюдал за напивавшимся от тоски Янь Цином. Изначально Фэн Тэн планировал почитать журнал и отдохнуть, чтобы после поехать за Шаньшань и забрать ее на ужин. Но неожиданно в дверях появился страдающий свояк. Не говоря ни слова, он опустошил три бокала.
– Что случилось? – спросил Фэн Тэн
Сначала Янь Цин не хотел говорить, но в итоге не смог держать все в себе и сказал:
– Та ведь знаешь Блэйна, да?
Бывший парень Фэн Юэ. Фэн Тэн начал что-то понимать.
– И что? Он вернулся в Китай?
Янь Цин понурил голову.
– Недавно он… – Мужчина замолчал на середине.
– Снова волочится за Фэн Юэ? – закончил за него Фэн Тэн.
Янь Цин кивнул.
Глядя на страдающего свояка, Фэн Тэн не знал, плакать ему или смеяться. Даже после рождения ребенка эти двое продолжали так себя вести. В этот момент Фэн Тэн осознал, что его младшая сестра нашла себе идеальную пару.
– О чем тебе беспокоиться? Разве ты не знаешь Фэн Юэ?
– Дело не в том, что я не доверяю Фэн Юэ. – Янь Цин хотел выразить свои чувства, но снова не смог сформулировать предложение. Вздохнув, он сказал: – Брат, за Сюэ Шаньшань никто не бегает, так что ты не поймешь моих чувств.
Лицо Фэн Тэна внезапно потемнело. Почему это никто не бегает за его Шаньшань? Вообще-то она даже любовное письмо сегодня получила. Просто у него широкие взгляды и хорошее воспитание. Он может вести войну, даже не вставая с дивана.
– Кхм.
Фэн Тэн решил, что больше не будет его утешать.
Янь Цин пил алкоголь, как воду, и часто бегал в туалет. В один из таких забегов Фэн Тэн отправил Шаньшань сообщение:
– Все сделала?
Она писала несколько минут, но в итоге прислала только многоточие.
И что это значит? Фэн Тэн нахмурился.
К тому моменту, когда Янь Цин вернулся в кабинет, Фэн Тэн уже надевал пальто.
– Уходишь? – удивился свояк.
Фэн Тэн кивнул
– Заберу Шаньшань после занятий. – Он взял ключи от машины и добавил: – А тебе за руль нельзя. Подожди Фэн Юэ, она тебя заберет. Я уже позвонил ей.
Фэн Тэн припарковал машину напротив входа в учебное заведение. Шаньшань подошла к нему с поникшей головой и тихонько дернула дверцу.
Фэн Тэн взял ее сумку с учебниками и бросил на заднее сиденье.
– Решила проблему?
– Нет необходимости ее решать, – подавленно ответила девушка. – Это было недоразумение. Любовное письмо предназначалось госпоже Юй, которая сидит рядом со мной.
Фэн Тэн посмотрел на ее понурый вид и неожиданно сам ощутил грусть.
– Эта ошибка огорчила тебя?
– Нет. – Шаньшань была раздражена. – Просто этот парень слишком много о себе думает! Он сам положил письмо не в ту книгу, но посмел обвинить меня в том, что я самовольно его забрала. Зачем мне брать чужое любовное письмо? Но он упорно твердит свое. Говорит, что точно уверен, что на учебнике было написано не мое имя. Думаю, ему стоит проверить зрение!
Фэн Тэн постучал пальцами по рулю.
– Погоди, он сказал, что на учебнике было другое имя?
– Да, он говорит, что лично видел имя госпожи Юй.
– Если он не лжет… Шаньшань, а ты не думала, что госпожа Юй могла положить письмо в твой учебник?
Девушка растерялась.
– Не может быть! Если бы она хотела отказать, могла бы просто выбросить письмо в мусорное ведро. Зачем перекладывать его ко мне?
Фэн Тэн всегда был по характеру скептиком, но сейчас он не мог понять мотивы других людей, поэтому не стал больше говорить об этом. Раз этот инцидент оказался всего лишь недоразумением, то и с тем мужчиной ему не о чем разговаривать. Фэн Тэн уже собрался отъезжать, как вдруг зазвонил телефон Шаньшань.
Достав мобильный из сумки, девушка посмотрела на экран и на миг растерялась.
– Кто?
– Госпожа Юй. Та, кому предназначалось любовное письмо. Почему она мне звонит?
– Возьми и спроси.
– Ой… – Шаньшань нажала кнопку. – Алло… м-м-м… да, мой парень приехал за мной… Пока не уехали. На дороге, напротив школы… А? Это правда ты положила. Но почему… Ах вот почему… Нет, ничего страшного… А? Ты уже подходишь?
Шаньшань открыла окно и повернулась. Госпожа Юй, ее соседка по парте, грациозно направлялась к машине.
Шаньшань положила трубку.
– Она сказала, что виновата и хочет извиниться передо мной.
Фэн Тэн приподнял бровь.
– Я тоже хочу послушать.
Они вдвоем вышли из машины и дождались госпожу Юй.
– Шаньшань, это твой парень? – Госпожа Юй первым делом взглянула на Фэн Тэна.
Шаньшань кивнула, но не стала их друг другу представлять. Госпожа Юй немного подождала, а затем с улыбкой представилась сама:
– Здравствуйте, я одноклассница Шаньшань, Юй Миньлун.
У Фэн Тэна был богатый опыт подобного общения, поэтому он имел представление о том, что здесь происходит.
– Здравствуй, – равнодушно откликнулся он.
Госпожа Юй некоторое время внимательно разглядывала Фэн Тэна, но, не получив ответной реакции, перевела взгляд на его спутницу.
– Шаньшань, мне так жаль, – сказала она с надрывом. – Ты ведь не сердишься на меня, правда?
Шаньшань с удивлением смотрела на готовую заплакать девушку. Она чувствовала себя очень неловко: разве можно плакать из-за такого? Как будто это госпожа Юй тут жертва.
– Я правда не знала, что он написал письмо именно мне. Ведь мы с ним незнакомы и никогда не разговаривали. Я припомнила, что вы двое довольно неплохо общались, поэтому подумала, что тот парень просто перепутал книги. Вот и решила помочь и переложила письмо в твой учебник.
Шаньшань не смогла удержаться от вопроса:
– Когда это я с ним общалась?
Госпожа Юй посмотрела на Фэн Тэна и произнесла двусмысленно, словно желая скрыть правду:
– Ой, я оговорилась. Конечно, вы незнакомы.
Фэн Тэн усмехнулся, а затем недовольно сказал:
– Я не ослышался? Сюэ Шаньшань, что за письмо?
Госпожа Юй выглядела испуганной.
– Шаньшань, ты еще не сказала? Ой, прости… я не специально.
Видимо, Шаньшань еще действительно не все понимает…
Какой талант.
Перерыв между занятиями занял всего несколько минут, но этого короткого времени хватило, чтобы придумать, как использовать любовное письмо в свою пользу: создать возможность для себя и одновременно внести разлад в их отношения… Да, идея могла не сработать, но это был реальный шанс, который к тому же не сулил никаких потерь в случае поражения.
Твою ж![43] И зачем такому таланту сдавать СРА? Да по этой актрисе плачет Пекинская киноакадемия и Центральная академия драмы! Шаньшань посмотрела на хрупкую девушку, стоящую перед ней, и неожиданно засомневалась в собственных мыслях…
Но как бы там ни было, Шаньшань точно знала, что разговаривать с ней она не хочет. Бросив пристальный взгляд на Фэн Тэна, который проявлял ко всему происходящему нездоровый интерес, девушка кашлянула и сказала:
– Послушай, у нас возникло недоразумение, мы его разъяснили. А теперь нам пора.
Госпожа Юй торопливо шагнула вперед.
– Шаньшань, я бы хотела пригласить вас на ужин в качестве извинений.
– Нет необходимости, вопрос исчерпан. Желаю счастья в вашей любви!
Машина отъехала, оставив госпожу Юй далеко позади. Шаньшань рассерженно укусила кое-кого за руку.
– Флиртуешь?!
Оглядываясь назад, можно было понять, что звоночки появились уже давно. Сначала она не была знакома с госпожой Юй. Если подумать, они начали общаться только после того, как большой босс однажды забрал Шаньшань у ворот, а Юй Миньлун это увидела. Раньше, когда госпожа Юй приходила на учебу, она садилась, где хотела, но после того случая девушка всегда либо подсаживалась к Шаньшань, либо занимала ей место рядом с собой, если приходила раньше.
Несколько раз она как бы случайно переводила тему на Фэн Тэна. Недавно госпожа Юй даже спросила, забирает ли Шаньшань один и тот же человек, так как машины были разными…
Действительно, она замечала все вплоть до последней мелочи.
Кажется, тогда Шаньшань сказала, что большой босс продает автомобили. Впрочем, его принадлежность к сливкам общества было трудно скрыть.
Чем больше Шаньшань думала об этом, тем больше грустила.
– Я ведь сказала, что ты продаешь подержанные машины. Почему люди все равно проявляют к тебе интерес?
– Ты сказала, что я… кто?!
– М-м-м.
Шаньшань тут же перевела тему и обиженно пробурчала:
– Эй, меня даже тот парень с занятий продинамил. Хм! Больше не пойду туда!
И Шаньшань действительно больше не пошла, ведь занятия на подготовительных курсах уже закончились. Осталось лишь одно, с пробными тестами, но это уже не имело никакого значения.
Не успела Шаньшань и глазом моргнуть, как настало время сентябрьского экзамена. В первый день Фэн Тэн лично отвез ее к месту, где проводилось тестирование, но во второй у него были дела, поэтому он хотел отправить водителя. Однако госпожа Фэн вызвалась выступить в этой роли: свекровь забрала ребенка к себе, и Фэн Юэ было скучно дома.
Когда во второй день Шаньшань вышла с экзамена, ее уже дожидалась госпожа Фэн.
– Ты сдала все экзамены, как ощущения?
Шаньшань радостно закивала и ответила:
– Да, это все. Я чувствую, что неплохо справилась, но экзамен СРА довольно коварный, поэтому нельзя точно знать, сдал или нет.
Госпожа Фэн предпочла проигнорировать вторую часть сообщения и весело предложила:
– Здорово! Тогда пойдем отпразднуем.
– Э-э-э, мне просто кажется, что я неплохо справилась, но результатов-то еще нет. А что, если…
– Чего ты боишься? Когда придут результаты, отпразднуем еще раз. Пойдем. Погоди, я посмотрю время. – Фэн Юэ взглянула на часы, а затем продолжила: – Давай быстро поедим и пойдем за покупками? Вечером, когда брат и Янь Цин закончат совещание, мы позовем их на поздний ужин.
– Хорошо, уверена, ты все хорошо продумаешь. У тебя лучше всех получается организовывать веселье.
Из-за подготовки к экзаменам Шаньшань долгое время жила в напряжении. Теперь, когда она уже могла позволить себе расслабиться, девушка с нетерпением ждала похода по магазинам. В итоге они обе так увлеклись, что забыли о назначенной встрече с Фэн Тэном и Янь Цином. В условленное место подруги пришли в девять пятнадцать вместо восьми тридцати.
Для госпожи Фэн опаздывать было обычным делом, поэтому она не испытывала никаких угрызений совести. Шаньшань же было немного неловко.
– Как экзамен? – спросил Фэн Тэн, усаживая ее рядом с собой.
– Думаю, неплохо.
– Угу, – кивнул Фэн Тэн. – Если провалишь хотя бы один тест, экзамен не зачтут.
– Надеешься, что я провалю экзамен?
– Как можно? Мое будущее зависит от СРА, – не очень искренне ответил Фэн Тэн.
Госпожа Фэн незаметно улыбнулась. Фэн Тэн и Шаньшань даже не озаботились тем, чтобы заглянуть в меню. Янь Цин попытался что-то заказать, спрашивая о предпочтениях то одного, то другого. В итоге госпожа Фэн сочла это раздражающим и сказала:
– Просто закажи все, что хочется. А, и немного вина. Разве можно праздновать без вина?
Шаньшань поспешила отказаться:
– Нет-нет, я не умею пить.
– Это хорошо, что не умеешь. Если напьешься, то кто знает, что может произойти, когда ты будешь в нетрезвом состоянии, да, брат? – подмигнула Фэн Юэ
– Мне нужно ее напоить? – лениво спросил Фэн Тэн.
– Эй, вы переходите границы! – рассерженно воскликнула Шаньшань.
Фэн Тэн успокаивающе похлопал ее по плечу и произнес:
– Не переживай, я не дам тебе напиться.
Он взял винную карту, небрежно пролистал ее, а затем подозвал официанта и заказал напиток для Шаньшань. Та уже бывала в этом заведении и поэтому знала, что еда здесь вкусная. Единственным недостатком она бы назвала то, что меню здесь было «с претензией»: большинство позиций было написано на английском языке и не имело перевода. Когда Фэн Тэн заказывал напиток, Шаньшань разобрала только слово tea[44], а потому решила, что для нее выбрали чай или что-то подобное. Девушка одобрительно кивнула.
– Да, я выпью чай.
Фэн Тэн улыбнулся.
Кто лучше всех умел спаивать Шаньшань?
Прошел час.
Фэн Юэ с беспокойством наблюдала за тем, как Фэн Тэн посадил Шаньшань в машину, практически держа ее на руках. Повернувшись к Янь Цину, она сказала:
– Как думаешь, брат ничего не сделает Шаньшань?
– Ты надеешься, что что-то произойдет или, наоборот, не произойдет?
Фэн Юэ задумчиво вздохнула.
– Я думаю, что было бы неплохо, если бы у нашего малыша появился двоюродный братик или сестричка, с которым он сможет играть.
Фэн Тэн приехал в свою городскую квартиру.
Шаньшань окинула пьяным взглядом дверь и с любопытством спросила:
– Это твой дом? Почему мы сюда приехали?
– А куда бы ты хотела пойти в таком виде?
– О-о-о, – кивнула Шаньшань и серьезно произнесла: – Тогда ты должен пообещать, что мы не потеряем разум из-за алкоголя.
Фэн Тэн рассмеялся. Она действительно пьяна, раз сказала такое.
– Хм-м-м, не могу обещать.
Шаньшань была сбита с толку его ответом. Девушка посмотрела на него расфокусированным взглядом, нахмурилась и надолго задумалась. Потом она счастливо улыбнулась и произнесла:
– Тогда я тоже не буду обещать.
С этими словами она бросилась к Фэн Тэну, повисла у него на шее и нахально впилась ему в губы.
Большой босс даже растерялся от такого напора. Отвечая на ее беспорядочные поцелуи, он аккуратно придерживал ее за талию, чтобы она не упала. Однако постепенно аромат сладкого фруктового вина заполнил пространство между их губами. Маленький язычок дразнил своей нежностью, и Фэн Тэн уже не мог себя контролировать.
Придерживая Шаньшань одной рукой, другой он достал ключ и открыл квартиру. Большой босс внес висящую на нем Шаньшань внутрь и захлопнул дверь ногой. Только он собирался перехватить инициативу на себя…
Как Шаньшань успокоилась.
Она перестала его целовать, зевнула и устало сказала:
– Больше не хочу. Пойду спать.
Объявив о своем решении, она легла головой ему на грудь и тут же тихонько засопела. Все, что оставалось Фэн Тэну, – напряженно сжать зубы.
Р-р-р!
Угу. И кто здесь лучше всех умел вывести босса из себя, особенно если напьется?
Проснувшись утром, Шаньшань обнаружила, что только что скатилась с мускулистой груди большого босса. Сейчас ее голова лежала на плече Фэн Тэна, а губы почти касались напряженных мышц. Ее рука обнимала его за талию. И что теперь делать?
Подумав об этом, Шаньшань тут же закрыла глаза и энергично потерла их кулаками. О небо, почему ей приснился такой жаркий сон? Но он так реален и осязаем… Нужно срочно закрыть глаза и попробовать его продлить.
Разум Шаньшань начал постепенно проясняться…
Она уже не спит!
Шаньшань ошеломленно замерла.
Дрожа, девушка отдернула загребущие лапы, осторожно подняла голову и едва заметно отпрянула, собираясь покинуть место преступления. Но прежде, чем ноги Шаньшань коснулись пола, Фэн Тэн обхватил ее за талию и дернул на себя.
Ага, стало еще лучше. Теперь она лежала прямо на нем.
– Почему бежишь? – Мужчина только что проснулся, и его голос прозвучал немного хрипло.
– Я… я не бегу. – Чтобы не дать ему заманить себя в ловушку, Шаньшань решила напасть первой: – А почему ты спишь без одежды?!
Фэн Тэн прикрыл глаза и улыбнулся уголками губ.
– Почему без одежды? Разве ты не чувствуешь?
Сказав это, он немного сдвинул длинные мощные ноги, что поставило Шаньшань в еще более смущающее положение.
Эй-эй, она имела в виду верх пижамы, не штаны… И что вообще происходит? Он предлагает ей почувствовать, что на нем есть штаны, или…
Почувствовав его горячее возбуждение, Шаньшань тут же залилась краской. Она шепотом напомнила:
– Вчера ты обещал, что мы не будем… в пьяном виде…
– Значит, ты все-таки помнишь? – Его рука, лежащая на ее ягодице, бесцеремонно отвесила шлепок. – И кто это вчера начал?
– Как бы то ни было, слово надо держать.
– Конечно, надо.
Шаньшань выдохнула с облегчением.
– Но, Шаньшань, теперь-то мы трезвы, – спокойно продолжил Фэн Тэн.
Шаньшань лишилась дара речи. Опыт подсказывал ей, что сегодня ничего не случится. Впрочем, девушка также понимала, что большой босс не отпустит ее просто так. Смирившись, Шаньшань послушно прижалась щекой к его обнаженной мускулистой груди.
– Тогда сделай что-нибудь, только побыстрее.
Конечно, она понимала, что ничего серьезного не произойдет, и поэтому позволила ему делать все, что он захочет…
В ванной комнате, которая находилась в той же спальне, Шаньшань умывалась холодной водой, пытаясь остудить горящие щеки.
Несмотря на то что только что произошло между ними… он не мог быть этим удовлетворен… Вообще-то, если подумать, большой босс действительно благородный мужчина. Они были вместе уже больше полугода, и Шаньшань много раз чувствовала, что его желание находится на грани взрыва, но в конце концов он всегда сдерживался. Девушка не знала, почему он это терпел, но его поведение позволяло ей чувствовать себя по-настоящему спокойно.
Шаньшань умылась и посмотрела на свои сияющие глаза в зеркале.
Вчера она сдала экзамен СРА, но еще не звонила домой. Главное сейчас не экзамен… Главное – это как сообщить родителям об их отношениях с большим боссом.
Шаньшань решила сообщить обо всем родителям. Осталось только решить, как это сделать. Весь день она провела в раздумьях. Все это время девушка находилась в доме Фэн Тэна. Вечером, когда он ушел в кабинет наверху, чтобы провести видеоконференцию с партнерами из Соединенных Штатов, Шаньшань позвонила домой. Она рассказала маме об экзамене СРА, но при этом ее голова была занята совсем другими мыслями. В конце концов взволнованная Шаньшань перешла к сути.
– Эм-м-м, мама, мне нужно тебе кое-что сказать.
– Что же?
– У меня есть парень.
Сказав это, Шаньшань неосознанно отодвинула телефон подальше от уха. И действительно голос мамы стал громче.
– Что?! У тебя есть парень? – радостно закричала мама Шаньшань. – Это тот коллега, специальный помощник Фан?
Спрятаться от босса и позвонить домой, когда он не слышит, было действительно верным решением!
– Нет! С ним мы просто коллеги…
Мать Шаньшань не стала возражать.
– Нет? Ну и ладно. Конечно, помощник Фан красавчик, но он слишком хорош. Этот парень тебе не подходит. Хорошо, что он остался просто коллегой. Лучше выбрать кого-то своего положения.
– Эм-м-м…
Шаньшань замолчала.
Мать все щебетала и щебетала, но дочь так и не проронила ни слова. Конечно, это показалось маме странным.
– Эй, ты здесь? Почему молчишь? Тебе неловко из-за моих слов?
– Нет… но… мама, я хочу сказать… его должность немного выше, чем у специального помощника Фана. Он… он наш начальник.
На этот раз настал черед мамы замолчать. Начальник Шаньшань… Через некоторое время она произнесла:
– Шаньшань, ты случайно не натолкнулась на афериста?
– Мама, как я могу не знать собственного босса?
– Ну не знаю… Когда ты была ребенком, то даже принимала других женщин на улице за свою маму.
Шаньшань нахмурилась.
– И сколько мне тогда было? Я этого даже не помню.
– Какой в молодости, такой и в старости!
– Он правда не аферист.
Они еще долго разговаривали, но мама так и не поверила дочери до конца. Шаньшань почувствовала себя беспомощной.
– Ладно, поговори с ним сама. Не вешай трубку.
Видеоконференция уже должна была закончиться. Шаньшань поспешила в кабинет Фэн Тэна с телефоном в вытянутой руке.
– Это моя мама. Пожалуйста, докажи ей, что ты не мошенник.
Фэн Тэн взял телефон, но не спешил начинать разговор. Прежде он распорядился:
– Спустись вниз и сделай мне кофе.
И с чего бы ему пить кофе так поздно? Ясно же, что это просто предлог, чтобы она ушла и не подслушивала разговор. Шаньшань сделала вид, что подчиняется, а сама присела на корточки у двери кабинета. К сожалению, она ничего не услышала.
Шаньшань продолжала сидеть, прислонившись к двери, как вдруг ей на ум пришла мысль: ведь можно же было рассказать маме, что именно Фэн Тэн помог дедушке в тот раз. Ой! Как же можно такое забыть?! Она была раздражена собственной забывчивостью.
Девушка тут же встала и толкнула дверь, собираясь напомнить Фэн Тэну, на что можно надавить, но тот уже закончил звонок.
Шаньшань с нетерпением спросила:
– Ну что, мама поверила?
– Не знаю.
– А? – Шаньшань почувствовала, что босс предал ее доверие.
– Но это не так уж и важно.
– Как это может быть неважным? Моя мама думает, что ты аферист!
– Сюэ Шаньшань, сколько сейчас времени?
И почему он это спросил? Шаньшань взглянула на часы, висящие на стене.
– Десять двадцать два.
– Вечера?
– Естественно, вечера, что за глупость!
Фэн Тэн кивнул.
– Поняла?
– Что поняла? – Шаньшань распахнула глаза.
– Уже одиннадцатый час вечера, а ты у меня дома… Так что какая теперь разница, мошенник я или нет, – спокойно произнес Фэн Тэн. – Твоя мама должна была понять, что даже если я и мошенник, то поздно тебя об этом предупреждать. Мошенничество уже произошло.
– Эм-м-м…
Шаньшань наконец все поняла и инстинктивно бросилась к телефону.
– А-а-а, я немедленно возвращаюсь. О нет, надо дать понять маме, что я невинна!
Фэн Тэн перехватил ее за руку и посадил к себе на колени.
– Не нужно, скоро ты уже не будешь невинной.
– А?
Шаньшань вдруг почувствовала, что ей грозит опасность. Рука, держащая ее за талию, не давала возможности сбежать. Рядом со щекой послышалось возбужденное дыхание мужчины.
– Сюэ Шаньшань, ты решилась рассказать о нас своей маме. Значит ли это, что ты наконец доверилась мне?
– Разве я тебе не доверяла? – слабо возразила Шаньшань
– Угу. – Его ладонь скользнула к ее груди и остановилась на уровне сердца. – Здесь.
Даже через одежду его рука была горячей, словно раскаленное клеймо, от чего Шаньшань поплыла.
Нет… нет… не смей пользоваться случаем. Шаньшань хотела перехватить его руку, но в итоге лишь измяла одежду и даже расстегнула две верхние пуговицы.
Фэн Тэн улыбнулся и прервал свои грязные касания.
– Переезжай сюда.
– А?
– Сегодня.
– … Но уже почти ночь.
– Сначала сама, потом вещи.
О последних словах можно было лишь догадаться, они были почти не слышны. Горячие губы нежно ласкали ее шею. Шаньшань понимала, что произойдет дальше. Все ее тело размякло, и она уже не могла сопротивляться.
Вообще-то Фэн Тэн много раз совершал и более порочные действия, но каждый раз останавливался в последний момент, как сегодня утром. Но сейчас похоже…
Не то же самое…
Должно быть, большой босс ждал этого дня.
Ждал, когда она наконец отбросит все тревоги и почувствует себя спокойно. Настолько, что сможет рассказать родителям о том, что они вместе.
Какой же он все-таки гордый человек.
– Фэн Тэн… – сдерживая дыхание, Шаньшань окликнула его во время перерыва в близости.
– М-м-м?
– Поможешь мне завтра переехать? Нужно еще и договор аренды расторгнуть.
Фэн Тэн усмехнулся.
– В этом нет необходимости, я твой арендодатель.
Что?! Шаньшань долго не могла ничего сказать. И хоть сейчас была совсем неподходящая ситуация, девушка не могла не возмутиться.
– Ты и правда подлый богач! Как ты мог забирать у меня треть зарплаты, которую сам же и платил!
Фэн Тэн усмехнулся.
– Могу я забрать все твое богатство?
Шаньшань на миг замерла, а затем уткнулась лицом ему в грудь, полностью покоряясь.
– Только не в кабинете… Можешь.
Сквозь сон Шаньшань чувствовала горячие влажные прикосновения на своих плечах, от которых все тело покрывалось мурашками. Девушка долго не хотела просыпаться, позволяя ему целовать себя, но потом все же сонно запротестовала:
– Остановись, я опоздаю.
– Сегодня суббота, куда ты опоздаешь?
А? Сегодня снова суббота?
Доверие Шаньшань к этому человеку было уже подорвано. Недавно он чуть не съел ее на завтрак. Она отказывала, потому что думала, что наступил понедельник и ей нужно идти на работу, однако Фэн Тэн настаивал на том, что сегодня воскресенье. Тогда она была еще сонной и плохо соображала, поэтому дала себя обмануть. После того как ее едва не обглодали с головы до ног, Шаньшань проспала до полудня, а проснувшись, обнаружила…
Что это действительно был понедельник!
Сам Фэн Тэн тогда улетал в командировку, поэтому не собирался идти на работу, но ее он подставил с опозданием!
Из-за этого Шаньшань в этом месяце потеряла премию за идеальную посещаемость!
Когда она высказала все, что думает, Фэн Тэн сказал:
– Премию за идеальную посещаемость? Я дам ее тебе сам, без вычета налогов.
– Ну… это звучит разумно, – ответила Шаньшань.
Она считала его ужасно бесстыжим.
Такое почти животное поведение утром он связал с премией и уклонением от налогов.
Самым возмутительным было то, что он тут же задумчиво произнес:
– Шаньшань, может быть, нам ввести еще одну премию, за отсутствие прогулов?
– Гр-р-р!
Шаньшань протянула руку, пошарила по кровати и нашла его часы. Подняв их к глазам, она увидела, что сегодня действительно была суббота. Фэн Тэн оставался спокоен. Он усмехнулся, глядя на нее, и хрипло сказал:
– Может, останешься?
Шаньшань тут же перестала сопротивляться.
– Только не кусай за шею.
– Угу, ведь все богачи кровососы.
Через несколько минут раздался голос, в котором слышалось недоумение:
– Эй, почему эта фраза кажется такой знакомой?
Утром, после того как ей выдали премию, за которой не уследит налоговая, кое-кто довольный пошел принимать душ. Шаньшань не захотела мыться вместе. Она дважды перевернулась на кровати и встала, чтобы привести в порядок свои вещи.
Девушка переехала сюда несколько дней назад и сейчас постепенно разбирала пожитки. Развесив одежду в шкафу, Шаньшань посмотрела на получившийся рядок, и ей стало немного неловко.
В старом доме мужская и женская гардеробные были отделены, в городской же квартире это была одна комната. До тех пор, пока Шаньшань не развесила свою одежду и не посмотрела на готовые ряды, она не понимала, насколько значительной между ней и ее парнем была разница. Да уж, кто бы мог подумать, что у большого босса так много великолепной одежды! По сравнению с его гардеробом ее выглядел просто жалким.
Кончики пальцев Шаньшань скользили по ряду аккуратно пошитых костюмов. От чего-то, что пришло ей в голову, она едва заметно покраснела.
Фэн Тэн вышел из ванной, вытирая волосы. Взглянув на шкаф, он нахмурился.
– После обеда позови Фэн Юэ и попроси сходить с тобой по магазинам. Нужно заполнить это место.
Фэн Тэн не хотел быть мужчиной, у которого одежды больше, чем у его женщины.
Какая-то мысль вдруг пришла ему в голову, и он напомнил:
– Сюэ Шаньшань, ты собираешься использовать карту, которую я тебе дал?
Карта была выдана ей уже давно, но по счету не было проведено ни одной покупки. Фэн Тэн уже однажды упоминал об этом, но Шаньшань возразила с горящими глазами:
– Мне незачем. Мой начальник просто потрясающий, он умеет зарабатывать деньги и очень щедр. Босс платит большую зарплату и премии, которые я даже не успеваю тратить!
Ну что ж…
Хотя амбиции Фэн Тэна, как чьего-то парня, не были удовлетворены, его тщеславие как начальника вознеслось к небесам. Он притворился, что обманут ее словами, и не стал развивать эту тему.
Но сейчас Сюэ Шаньшань предстояло купить слишком много, и вряд ли ей хватит тех денег, что она получала.
Внезапное появление большого босса распугало фантазии в голове Шаньшань. Девушка отдернула руку от его костюмов и продолжила раскладывать вещи. Приведя все в порядок, она сказала:
– Я не хочу использовать твою карту.
Взгляд Фэн Тэна потемнел, а в сердце зародилось недовольство. Он не ожидал, что сегодня Шаньшань будет настолько прямолинейна. Большой босс нахмурился и уже собрался было что-то сказать, как Сюэ Шаньшань отодвинула ворох одежды и обернулась.
– Почему ты сам не можешь ею оплатить? – обиженно надулась она.
У Шаньшань уже давно накопились претензии по этому поводу!
– Ты всегда говоришь, чтобы мы с А-Юэ ходили по магазинам! Скажи, за то время, что мы вместе, сколько раз ты ходил по магазинам вместе со мной?! Почему так?!
Шаньшань только закончила говорить, как ее схватили и ущипнули за раздутые от гнева щеки. Фэн Тэн рассмеялся.
– Помоги выбрать рубашку.
– М-м-м?
– Ты уже не хочешь, чтобы я оплатил твои покупки?
Хотя выбор рубашки не был чем-то невозможным, к тому времени, когда они вышли из дома, был уже полдень. Шаньшань не скрывала радости от того, что впервые идет за покупками с Фэн Тэ-ном. Девушка волновалась и, чтобы показать, какое большое значение она придает его мнению, стала расспрашивать по дороге:
– Как думаешь, какой стиль мне больше подойдет?
– Они все примерно одинаковы.
И что это за ответ? Шаньшань осторожно переспросила:
– Все одинаково красивые?
– Хм, Шаньшань, не шути, когда я за рулем.
– Э-э-э.
У Шаньшань возникло предчувствие, что просьба к боссу о походе по магазинам, может дорого ей обойтись…
Естественно, в первом же магазине проявился придирчивый характер Фэн Тэна.
– Это красиво?
– Хм… – Он чуть нахмурился.
Шаньшань молча вернулась в примерочную и сняла одежду.
– А это?
– …Хм.
…и снова сняла.
– Это?
На этот раз Шаньшань была умнее. Она не надела платье, а сначала показала его Фэн Тэну. Тот посмотрел и наконец произнес что-то подлиннее, чем «хм».
– Тебе это не подходит.
Каждый человек вправе проявить себя, верно?!
Шаньшань тут же отправилась в примерочную и через несколько минут… вышла в том, в чем пришла в магазин. Под пристальным заискивающим взглядом продавца Шаньшань кашлянула и вернула ему одежду.
– …Мне это не подходит.
Обернувшись, Шаньшань увидела смеющиеся глаза босса. От этого она еще больше разозлилась и смутилась!
Печально покинув первый магазин, Шаньшань искренне предложила:
– Почему бы тебе не подождать меня в зоне отдыха?
Фэн Тэн был не согласен.
– А кто просил меня пойти вместе за покупками?
Ох, вот дурочка, сама навлекла на себя беду. Шаньшань молча посмотрела на небо и, прежде чем войти в следующий магазин, свирепым голосом предупредила:
– Все, что тебе позволено, это оплатить мои покупки картой на кассе. Больше ничего, ясно?
Сказав это, она обернулась и увидела стоящую у входа в магазин девушку-консультанта, с благоговейным трепетом смотревшую на нее.
==
Фэн Тэн сидел в стороне, наблюдая за тем, как Сюэ Шаньшань с воодушевлением примеряет одежду. Она взяла несколько вещей, приложила их к себе, глядя в зеркало, а затем обернулась к продавщице, чтобы спросить, идут ли ей эти вещи. Конечно, та тут же закивала, утверждая, что ей идет все.
Шаньшань не была уверена в правдивости слов консультанта, поэтому повернулась к Фэн Тэну, словно желая узнать его мнение. Однако, разозлившись, она тут же быстро отвернулась от него.
Большому боссу было забавно за этим наблюдать. Вообще-то одежда, которую Шаньшань мерила в прошлом магазине, тоже была красивая. Он специально придирался, просто для того, чтобы посмотреть, как она старается ему понравиться.
Фэн Тэн со злодейской улыбкой вспоминал недовольное лицо Шаньшань, а подняв взгляд, увидел, как она радостно несется к нему, держа в руках куртку.
– Фэн Тэн, это должно тебе подойти!
Она не могла злиться долго. Ее обида длилась не больше трех минут. Фэн Тэн рассмеялся и, не меряя, дал знал девушке-консультанту, что желает это купить.
– Не хочешь примерить?
– Разве выбранное тобою может не подойти?[45]
За его словами скрывался намек. К сожалению, Шаньшань не была к ним восприимчива. Девушка решила, что он хвалит ее вкус, а потому ужасно собой возгордилась.
– Вся одежда из магазина напротив неплохая, – сказал Фэн Тэн.
– А?
– Куплю тебе позже.
– А?
– Кроме той, что тебе не подходит.
…Шаньшань выдохнула с облегчением. Большой босс оставался все таким же.
Хм, Фэн Тэн как будто стал менее придирчивым… Шаньшань использовала эту возможность, чтобы приобрести еще несколько вещей. Время прошло очень плодотворно, если сравнивать его с первой половиной дня, но купленного все равно было недостаточно для заполнения гардеробной.
Фэн Тэн был явно недоволен ее неэффективностью, поэтому прежде, чем покинуть торговый центр, он помог ей выбрать еще несколько вещей, а затем оплатил все покупки.
– Я же их не мерила. А вдруг не подойдут?
– Не подойдут? – Фэн Тэн сделал вид, что задумался. – Тогда снимешь.
– Э-э-э?
На этот раз Шаньшань поняла намек. Она бросила нервный взгляд на девушку-консультанта, стоящую в стороне, и поспешно вытолкала Фэн Тэна из магазина.
Хотя продавец, скорее всего, не услышала его слов, Шаньшань решила не приходить сюда хотя бы некоторое время!
Прогуляв целый день по магазинам, Шаньшань поняла, что энергия съеденного обеда заканчивается, поэтому она потянула большого босса поесть лапши с говядиной. Домой они вернулись уже затемно. Стоило машине подъехать к жилому комплексу, как охранник тут же вежливо остановил их.
– Господин Фэн, госпожа Фэн, подождите, пожалуйста, вам доставка. – повернувшись, он достал квадратную посылку. – Фамилия госпожи Фэн – Сюэ?
– Э-э-э… – Шаньшань смутилась.
Фэн Тэн кивнул.
– Да.
– Тогда все верно, – охранник передал посылку Шаньшань и с наивной улыбкой сказал: – Курьер сказал, что никто не отвечал на телефон, поэтому он оставил посылку у нас.
Уши Шаньшань пылали.
– Я забыла телефон, когда выходила утром. Спасибо.
Машина тронулась. Фэн Тэн приподнял бровь.
– От кого посылка, госпожа Фэн?
Шаньшань молча закатила глаза.
Вообще-то девушка тоже не знала, от кого пришла посылка. Имя отправителя на упаковке было не разобрать. Придя домой, она открыла коробку и увидела романы с яркими обложками. Шаньшань вспомнила: это же «учебные пособия», которые ей обещала прислать Шуанъи.
Несколько дней назад в чате QQ[46] Шаньшань случайно сболтнула лишнего, и Шуанъи, чей радар был настроен на подобные вещи, сразу же все поняла и пришла в полный восторг, не проявив ни малейшего такта.
– Наконец-то настала пора консультанта Лу Шуанъи выйти на сцену. Аха-ха-ха.
Таким образом Шаньшань стала обладательницей того, что Шуанъи называла учебниками.
Шаньшань взяла книгу наугад. Да, нужно признать, отобранные Шуанъи учебные материалы весьма адресны. «Жестокий директор и маленький белый кролик» – интересное название.
Но профессия подруги обязывает знать подобные вещи, верно ведь?
Она, наверное, вложила душу в выбор этих книг.
Но… эти описания, почему они такие горячие?
Шаньшань пролистала несколько страниц из середины и зацепилась взглядом за будоражащие воображение строчки. Ого, какие позы! Шаньшань не могла оторваться от чтения. И чем дальше она читала, тем сильнее заливалась краской… но остановиться все равно не могла…
Девушка полностью погрузилась в книгу, но неожиданно кто-то резко вытянул ее у нее из рук.
Фэн Тэн встал прямо перед Шаньшань, повернул книгу к себе и через несколько секунд удивленно приподнял бровь.
Шаньшань была очень смущена и молча опустила голову. Это конец. Большой босс наверняка подумает, что она извращенка… хнык-хнык…
Сердце Шаньшань наполнилось слезами. Слезы устремились к морю, чтобы больше никогда не вернуться.
Фэн Тэн закончил читать отрывок и задумчиво сказал:
– Шаньшань, не знал, что тебе такое нравится… – Его лицо выражало серьезные муки совести. – Это мое упущение.
У Шаньшань возникло нехорошее предчувствие.
– Что… что мне нравится?
– Значит, ты мечтаешь, чтобы я был более… кхм… жестким?
– Э-э-э.
Прежде чем Шаньшань успела осознать, к чему он клонит, ее уже схватили в охапку и отнесли в спальню, где до рассвета обращались более «жестко».
…
Вот так вот. Будьте осторожны в выборе друзей. Некоторые из них, например авторы любовных романов, очень опасны!
Постепенно все устаканилось. Шаньшань еще дважды закупалась в магазинах одежды, но ее доля в гардеробной комнате по-прежнему оставалась слишком мала. Однако, по правде говоря, ей и не нужно было столько одежды. Не наряжаться же ей каждый день в новое, чтобы идти на работу.
Кстати, о работе. В последнее время Шаньшань везло и в любви, и в карьере. В любви даже так сильно, что уже тело не могло выносить. Что же касалось карьеры… Хотя премия за безупречную посещаемость уже уплыла у Шаньшань из рук, однако на ближайший год девушка стала штатным сотрудником компании «Фэнтэн». Это означало, что она наконец-то получит прибавку к зарплате.
Интересно, насколько ей поднимут зарплату? Шаньшань с нетерпением ожидала этого момента.
Настроение девушки было на подъеме, а вот у руководителя высшего звена компании потели ладони. Все в компании уже знали об отношениях Фэн Тэна и сотрудницы финансового отдела Сюэ Шаньшань. И какая же прибавка к зарплате в таком случае будет считаться уместной?
Начальник финансового отдела славился своей порядочностью. В соответствии с показателями работы Сюэ Шаньшань он беспристрастно назначил ей зарплату выше среднего. Но, когда документ дошел до руководителей высшего звена, они задумались.
Может ли быть так, что повышение зарплаты до уровня чуть выше среднего огорчит госпожу Сюэ и директора? Но если прибавка окажется слишком большой, не будет ли это выглядеть как очевидная лесть?
Несчастные руководители роптали в душе. Почему они должны были переживать о повышении зарплаты жены их босса, разве это не их личные дела? Вообще-то они и сами бы не отказались от прибавки!
Наконец руководители собрали волю в кулак и вынесли решение: в конце концов, это ведь общий семейный бюджет, простое перекладывание денег из левого кармана в правый. Значит, не произойдет ничего страшного, если повышение будет чуть более значительным. Одним росчерком пера сумма поднялась до самых высоких показателей.
Однако, когда через несколько дней каждому сотруднику отправили бланки о повышении заработной платы, коэффициент Шаньшань вернулся на уровень, назначенный ее непосредственным руководителем. Конечно, это было дело рук господина Фэна. Никто другой не отважился бы спорить с решением высшего руководства.
Сюэ Шаньшань, естественно, не знала о мелких махинациях с ее окладом. Девушка просто невероятно радовалась повышению зарплаты.
Наконец-то будет возмещен ущерб от потери премии за идеальную посещаемость
За последние несколько лет компания «Фэнтэн» стабильно добивалась высоких результатов. Зарплаты росли, и все были этим довольны. Атмосфера в офисе заметно оживилась. Шаньшань с интересом слушала, как ее коллеги обсуждают, где сегодня вечером отпразднуют повышение, когда ей неожиданно позвонила встревоженная Фэн Юэ.
– Шаньшань, ты в офисе? Я внизу, спускайся скорее.
Девушка была напугана ее тоном, поэтому тут же предупредила начальника и поспешила вниз. На улице действительно стоял автомобиль госпожи Фэн. Как только Шаньшань села в машину, Фэн Юэ, не говоря ни слова, повернула ключ в замке зажигания.
Всю историю она рассказала по дороге.
– После моей последней операции я присоединилась к местной группе помощи людей с редкой группой крови. Руководителем организации является медсестра из той больницы, в которой мне делали операцию. Только что она позвонила мне и сказала, что на эстакаде произошла массовая авария. Среди пострадавших есть мать и дочь с четвертой отрицательной группой крови. В больнице заканчиваются запасы, так что ситуация критическая. Поэтому я позвала тебя, чтобы мы сдали кровь.
– Ого, тогда езжай быстрее, – поторопила Шаньшань
Но трафик в городе S, как всегда, был довольно плотный, поэтому даже на такой хорошей машине, как у Фэн Юэ, не получалось ехать быстро. Когда они прибыли в больницу, молодая медсестра, которую Фэн Юэ представила как руководителя группы, уже ждала у входа, не находя себе места.
Встретив их, она тут же повела девушек в лабораторию.
– Скорее, скорее, сначала нужно сдать анализ крови.
Уже по дороге она сказала:
– Фэн Юэ, я знакома с твоей ситуацией. С тех пор как ты перенесла серьезную операцию, даже года не прошло. Поэтому ты не можешь сдавать кровь. У этой девушки такая же группа крови, как у тебя, верно?
Шаньшань кивнула.
– Да, и я здорова. Прошло уже больше шести месяцев с тех пор, как я в последний раз сдавала кровь.
– Хорошо, тогда следуйте за мной, – произнесла круглолицая медсестра.
Кроме Шаньшань и Фэн Юэ пришли еще два участника группы. Все горели желанием помочь и быстро отправились на обследование.
Выйдя из кабинета, находящегося при лаборатории, Шаньшань увидела, как Фэн Юэ с кислым выражением лица слушает по телефону чью-то речь. Подруга заметила Шаньшань и быстро протянула ей мобильный, сказав одними губами: «Брат».
Шаньшань взяла трубку.
– Почему ты ничего не рассказала мне о таком важном деле? – Фэн Тэн был действительно зол, а его голос звучал непреклонно.
– Сдать кровь – это не такое уж и большое дело, – не согласилась Шаньшань.
– Сюэ Шаньшань.
Стоило ему мрачно произнести ее полное имя, и Шаньшань тут же вытянулась в струнку.
– Прости, я не права. В следующий раз обязательно расскажу тебе, если случится что-то серьезное.
Шаньшань услышала, как кто-то напоминает Фэн Тэну о том, что ему пора на встречу.
– Ладно, ладно, иди на совещание, не беспокойся о нас. Да, кстати, мы с Фэн Юэ планируем вечером поужинать где-нибудь.
– Вам запрещается есть вне дома, – проворчал Фэн Тэн и, прежде чем повесить трубку, предупредил: – Возвращайтесь и поешьте свиной печени.
Свиной печени…
Бррр…
Шаньшань вспомнила давно забытый вкус и, печально понурив голову, передала телефон Фэн Юэ.
Чтобы не пришлось есть вечером свиную печень, Шаньшань решила обязательно поужинать с Фэн Юэ вне дома. Но еще до того, как были готовы анализы крови, у подруги возникли срочные дела, и она была вынуждена уехать.
– Ты справишься одна?
– Да, все хорошо, можешь идти по делам.
После того как Фэн Юэ ушла, пришла медсестра с результатами анализов. Сначала она обратилась к двум другим добровольцам и попросила их проследовать в кабинет, чтобы сдать кровь, а затем повернулась к Шаньшань и укоризненно сказала:
– Госпожа Сюэ, почему вы пришли сдавать кровь, если беременны? Зачем вносите путаницу?
Шаньшань ошеломленно застыла. Ее мозг не успевал обрабатывать такую шокирующую информацию.
– Беременна? Я? – спросила она с глупым видом.
Круглолицая медсестра протянула ей результаты анализов.
– Посмотрите, какой у вас высокий уровень ХГЧ47. Что же это, если не беременность? – Она рассмеялась. – Ха-ха-ха, как бы то ни было, это ведь хорошая новость. Поздравляю!
После того как круглолицая медсестра ушла, Шаньшань простояла на месте еще с четверть часа. Затем она наконец пришла в себя и вернулась к реальности. Девушка на автомате достала мобильный телефон и на автомате набрала номер.
Никто не ответил.
Да, он, наверное, не взял телефон на совещание. Шаньшань на автомате набрала короткое сообщение и тут же его отправила.
«Случилось кое-что серьезное…»
47 ХГЧ – хорионический гонадотропин человека. Это гормон, который в норме обнаруживается у женщин в крови и в моче при наступлении беременности.
Когда Фэн Тэн перезвонил спустя полчаса, в его трубке слышались голоса руководителей высшего звена.
– Шаньшань, что произошло?
Шаньшань сидела на скамейке во дворе больницы.
– Ничего особенного… просто, я, кажется, беременна.
Фэн Тэн тут же покинул совещание и уже через двадцать минут быстрым шагом входил в ворота больницы.
Шаньшань продолжала сидеть на скамейке, глядя прямо перед собой. Ее мысли путались. Фэн Тэн заметил девушку еще издалека, и его сердце неожиданно затопила удивительная нежность. Чувство, которое сложно было выразить словами.
Шаньшань… ребенок…
Не сбавляя шага, он приблизился к ней, сжал ее прохладные руки и тут же сказал то, о чем думал по дороге в больницу:
– Шаньшань, давай поженимся.
Шаньшань подняла голову и, глядя на высокую фигуру перед собой, сказала:
– А?.. О-о-о…
Фэн Тэн насупился.
– Я делаю тебе предложение, и это все, что ты можешь мне сказать?
Шаньшань молча взглянула на него.
– У нас будет ребенок. Что удивительного в том, что мы поженимся?
– Хм.
Заставив себя приободриться, Шаньшань спросила:
– Я могу сегодня не есть свиную печень?
Фэн Тэн притянул ее к себе, не в силах сдержать смеха.
– Не бойся, я с тобой.
Он почувствовал ее панику и растерянность, которую ей уже не нужно было скрывать. Но что же делать? Все произошло так внезапно. Они ведь точно соблюдали все меры предосторожности.
– Давай сначала сделаем детальный анализ. – Фэн Тэн обнял ее и посмотрел на часы. – Сегодня уже слишком поздно. Я отвезу тебя завтра с утра. Подумаем, когда будут результаты. А сейчас пойдем поедим.
Слушая его твердый голос и уверенные рассуждения, Шаньшань стала постепенно успокаиваться.
– Тогда я отдам все в твои руки, – сказала она, полулежа в его объятиях.
Фэн Тэн погладил ее по голове и с улыбкой сказал:
– Конечно, а кому же еще?
По дороге Фэн Тэн позвонил Фэн Юэ и без всякого снисхождения отругал ее за то, что она, ничего не сказав ему, повезла Шаньшань сдавать кровь. Думая об этом, Фэн Тэн испытал запоздалый страх: а что, если бы медсестра не оказалась такой внимательной и беременная Шаньшань сдала кровь? Последствия могли бы быть необратимы.
В конце разговора Фэн Тэн добавил:
– Я собираюсь скоро жениться. Приходите с Янь Цином на ужин в «Хайтанюань» к семи вечера.
Сказав это, он повесил трубку. Шаньшань невольно посочувствовала Фэн Юэ. Должно быть, она сейчас совершенно ошеломлена…
Фэн Тэн проехал на красный сигнал светофора.
– Пусть Фэн Юэ организует свадьбу. Или у тебя есть какие-то свои идеи?
– А? Нет. – Шаньшань прекрасно отдавала себе отчет в том, что не сможет организовать свадьбу так, как положено в их семье.
Фэн Тэн кивнул.
– Пока никому не говори о беременности.
– Почему? – грустно спросила Шаньшань, сразу что-то себе надумав.
– Хочешь, чтобы говорили, что мы поженились из-за ребенка?
Шаньшань покачала головой, не до конца осознавая происходящее.
– Тогда ничего не рассказывай.
Шаньшань почувствовала, как на ее сердце разливается тепло. Этот мир изначально настроен к возлюбленным несправедливо. Часто для мужчины не зазорно вступать в брак из-за беременности девушки, а вот о девушке сразу же могут пойти слухи, особенно если между ними огромная разница в социальном статусе.
Большой босс защищает ее? Его слова подтолкнули ее задуматься о таких вещах, о которых она сама бы никогда и не вспомнила. Шаньшань сжала его руку, выражая благодарность.
Самым большим преимуществом платной больницы с высокими ценами является то, что не нужно стоять в очередях. Медперсонал быстро и профессионально выполняет свои обязанности, а результаты анализов приходят очень быстро.
Вскоре после того, как они пришли в больницу, врач уверенно сказал:
– Госпожа Сюэ не беременна.
Шаньшань замерла.
– Но вчера я сдавала кровь, и медсестра, которая принесла результаты анализов, сказала, что я беременна, потому что у меня высокий уровень ХГЧ, или что-то в этом роде.
– У вас с собой те анализы?
– Да, я принесла. – Шаньшань достала бумажку из сумки.
Врач внимательно прочел.
– Высокий уровень ХГЧ не всегда означает беременность. Сегодняшний анализ показал, что уровень ХГЧ в норме. Возможно, вчера у вас был завышен уровень гормонов. Госпожа Сюэ, вы принимаете гормоны?
Шаньшань покачала головой.
Врач задумался.
– Рынок продуктов питания сейчас регулируется довольно плохо. Госпожа Сюэ, вспомните, что вы ели вчера перед сдачей крови?
Шаньшань задумалась, а затем растерянно сказала:
– Да ничего такого. Съела несколько пирожков с яичным желтком, которыми меня угостила коллега. Ах да, упаковка мне показалась кустарной.
Врач кивнул.
– Думаю, причина в еде!
Шаньшань все еще не могла поверить.
– Я правда не беременна? Но в последнее время я чувствую себя ужасно уставшей.
Врач посмотрел сначала на нее, а затем на Фэн Тэна. Поправив очки, он кашлянул и сказал:
– Иногда нужно знать меру и немного себя ограничивать.
Шаньшань выбежала из больницы в такой панике, словно за ней кто-то гнался. Даже всегда равнодушный и спокойный Фэн Тэн, казалось, немного ускорил шаг.
Сев в машину, директор Фэн резюмировал:
– В следующий раз, когда ты забеременеешь, пойдем в какую-нибудь другую больницу.
Шаньшань закивала.
– Абсолютно точно!
Она съела что-то не то и подумала, что беременна… что может быть более неловким?!
Шаньшань невольно порадовалась:
– Хорошо еще, что я никому не сказала.
Иначе стыдно было бы не только перед врачом, но и перед остальными. Пришлось бы объяснять, как так вышло, что она больше не беременна. Кто-то, обладающий богатым воображением, вообще мог бы подумать, что у нее случился выкидыш.
Фэн Тэн согласился.
– Угу, иначе мне пришлось бы сильно постараться.
– В каком смысле сильно постараться?
«Неужели он бы уничтожил свидетелей по одному, чтобы заставить их замолчать?» – язвительно подумала Шаньшань.
– Конечно, не так легко сделать ложь правдой. Нужно сильно стараться, чтобы ты забеременела, разве нет?
– Эм.
Ну да, учитывая характер директора, если бы кто-то узнал о ее беременности, а затем о том, что беременность отменяется, Фэн Тэн наверняка бы сильно постарался, чтобы ребенок как можно быстрее появился…
Подумав об этом, Шаньшань почувствовала себя счастливее.
Однако вскоре место радости заняло разочарование. Хотя ребенка никогда и не существовало в животе Шаньшань, за этот короткий промежуток времени она уже успела полюбить эту крохотную иллюзорную жизнь.
Ночью, лежа на кровати в темноте и тишине, девушка почувствовала, что утрата стала еще ощутимее. Шаньшань была сбита с толку. И как большой босс может не испытывать разочарования? Неужели он рад, что у него не будет ребенка?
– Ты не любишь детей?
– Почему ты об этом спросила?
– Ты как будто вообще не придал значения тому, что произошло…
– Не придумывай лишнего. – Фэн Тэн поднял ее и усадил к себе на колени. – Я обрадуюсь ребенку, но не огорчусь и его отсутствию. Не хочу жениться из-за беременности, к тому же… – Фэн Тэн замолчал, немного сконфуженный. – Ты еще слишком молода. Не хочу заставлять тебя становиться матерью в столь юном возрасте.
Первую часть высказывания Шаньшань поняла, но вот вторую…
– Я окончила вуз в двадцать два, а сейчас мне уже двадцать три! – хмуро сказала она.
– Так молода. – Фэн Тэн погладил ее по голове. – Хочу, чтобы ты наслаждалась жизнью, еще несколько лет.
– Скажи правду. Ты сам хочешь наслаждаться жизнью!
Он фыркнул и легонько уткнулся в ее макушку. Думает, что видит его насквозь? Фэн Тэн рассмеялся.
– Да, я тоже хочу наслаждаться жизнью, вот только… – Его голос стал тихим и томным. – Как мне ею наслаждаться?
– Эй!
У Шаньшань всегда была хорошая реакция, но это ей сейчас не помогло избежать когтей директора. Девушка была поймана и съедена целиком…
Чуть позже Фэн Тэн вспомнил об одном инциденте.
– Шаньшань, а кто из твоих коллег попросил тебя вернуть билет в кассу?
– Э-э-э… А-Цзя.
– А кто дал тебе пирожки с яичным желтком?
– М-м-м. Тоже А-Цзя.
Фэн Тэн кивнул, и Шаньшань забеспокоилась.
– Ты ведь ничего ей не сделаешь? А-Цзя неплохой человек и хороший работник.
Без тени эмоций на лице большой босс ответил:
– Что я ей сделаю? Ее следует повысить.
– А?
И действительно, спустя несколько дней сверху пришел приказ, в котором говорилось о том, что Тун Шицзя проявила себя как прекрасный работник и поэтому будет повышена в должности. Она получит прибавку к зарплате, и ее переведут в один из филиалов компании на младшую руководящую должность в финансовый отдел. Так вышло, что филиал находился гораздо ближе к дому А-Цзя, чем головной офис компании.
Девушка была невероятно счастлива новой должности, прибавке к зарплате и возможности жить рядом с домом. После общих поздравлений она подошла к Шаньшань и тихонько спросила:
– Шаньшань, видимо, ты рассказала директору что-то хорошее обо мне, так ведь?
Та с трудом выдавила:
– Хм. Да… видимо, так.
А-Цзя растроганно обняла ее.
– Хорошие люди всегда получат свое вознаграждение. Шаньшань, вы с директором обязательно будете любить друг друга всю жизнь.
Спасибо за добрые слова…
Вообще-то услышав пожелания А-Цзя, Шаньшань, наоборот, начала сильно беспокоиться.
Девушка задумалась. Они с Фэн Тэном решили пожениться, узнав о беременности, но выяснилось, что ребенка не существует. Так стоит ли им теперь устраивать свадьбу?
Фэн Тэн, казалось, совсем забыл об этой проблеме и ни разу не упомянул об этом. Госпожа Фэн тоже не появлялась. Попереживав пару дней, Шаньшань решила отпустить ситуацию и больше не думать об этом. Пусть все идет так, как идет.
Кто бы мог подумать, что спустя два дня Фэн Тэн вдруг скажет за ужином:
– Шаньшань, приходи завтра в обед в мой кабинет.
– Зачем?
– Подпишем брачный контракт.
На следующий день, в назначенное время, Шаньшань распахнула дверь кабинета директора.
– Шаньшань проходи. – Фэн Тэн махнул ей рукой и представил старика, сидящего на диване. – Это господин Чжан, самый известный и самый лучший адвокат в городе. Господин Чжан, это Шаньшань.
Девушка послушно поздоровалась.
– Здравствуйте, господин Чжан.
– Здравствуй, дочка. Неплохо, неплохо. – Старик посмотрел на нее с улыбкой, а затем вздохнул и сказал, обращаясь к Фэн Тэну: – Я был адвокатом вашей семьи несколько десятилетий. Наконец-то ты создаешь свою семью. Жаль, что твой дедушка не дожил до этого момента.
– Через несколько дней будет годовщина смерти дедушки. Мы поедем к нему.
Господин Чжан кивнул и снова улыбнулся.
– Свадьба – такое радостное событие, а я, старик, только порчу настроение. Ну что ж, дочка, поговорим о делах.
Сказав это, он подвинул к Шаньшань кипу документов, лежавших перед ним на столе.
Только сейчас девушка заметила эту гору. Э-э-э… это что, все брачный контракт? Почему так много? Шаньшань думала, что ей дадут всего несколько листков.
Из объяснений господина Чжана девушка поняла, что большинство представленных документов были договорами дарения. Жилая недвижимость, коммерческая недвижимость, ювелирные украшения, а еще акции, доли в фондах и многое-многое другое – господину Чжану потребовалось много времени, чтобы обо всем рассказать.
– Дочка, все это ты сможешь получить, когда выйдешь замуж за нашего молодого господина Фэна.
Фэн Тэн негромко кашлянул, явно не удовлетворенный формулировкой.
Знавший его с детства, старик посмотрел на большого босса и с улыбкой добавил:
– О-о-о, ты получишь не только недвижимость, но и, разумеется, наше замечательное движимое имущество, господина Фэна.
– Э-э-э, господин Чжан, насколько я помню, акции и ювелирные украшения – это тоже движимое имущество, ведь так? – тихо поинтересовалась Шаньшань.
Этот адвокат был очень авторитетным и казался профессионалом своего дела, именно поэтому Шаньшань начала сомневаться в своих знаниях.
Старик оставался невозмутим.
– Все так. Акции и украшения действительно считаются движимым имуществом в традиционном смысле, но у нас особенные обстоятельства. По сравнению с нашим молодым господином Фэном любое имущество будет казаться недвижимым.
Глаза Шаньшань округлились.
– Почему?
– Потому что господин Фэн – это в определенном смысле само сосредоточение акций и фондов. Он рожден с денежным символом, конечно, его активность нельзя ни с чем сравнивать, – пошутил господин Чжан, а затем многозначительно сказал: – Так что, дочка, хозяйствуй хорошо.
Шаньшань не сдержалась и рассмеялась. Губы Фэн Тэна тоже изогнулись в улыбке.
Господин Чжан продолжил:
– Я сейчас рассказал обо всем в общих чертах, но вы должны сами внимательно все изучить. Если возникнут какие-то вопросы, задайте их мне.
Неужели эту толстенную кипу бумаг нужно прочитать прямо сейчас? Шаньшань взяла основной договор, лежащий сверху, и пролистала его. Вообще-то Фэн Тэн вчера уже рассказал Шаньшань его содержание в общих чертах. Главная его функция – разделить личные интересы и интересы компании. Но Фэн Тэн забыл упомянуть обо всех этих договорах дарения.
Когда адвокат рассказывал о предметах дарения, Шаньшань не до конца осознавала, что происходит. Сейчас, когда она взглянула на бумажный вариант, девушка поняла весь масштаб и немного испугалась.
Быстро пролистав договоры дарения, Шаньшань вытащила несколько и посмотрела на Фэн Тэна.
– У меня нет возражений по основному соглашению. Но обязательно ли подписывать договоры дарения?
Господин Чжан был немного удивлен. Фэн Тэн молча смотрел на нее, а затем повернулся к адвокату и сказал:
– Господин Чжан, я бы хотел поговорить с Сюэ Шаньшань.
Старый адвокат встал и с улыбкой сказал:
– Молодым людям надо все хорошенько обсудить, а у старика тяга к курению, так что мне надо отойти на некоторое время.
Фэн Тэн сидел на диване, просматривая выбранные ею договоры.
– Подойди поближе.
Шаньшань поспешно подошла
– Ты злишься, потому что я прошу тебя это подписать?
С чего бы ей злиться? Это недоразумение. Шаньшань покачала головой и заверила:
– Я совершенно не злюсь.
– Тогда почему не хочешь подписывать?
Запинаясь, девушка ответила:
– Мне кажется, это слишком много. Вчера ты говорил только об основном соглашении, о других я не знала.
Фэн Тэн бросил документ, который держал в руке, на стол.
– Основное соглашение было составлено еще дедушкой, когда Фэн Юэ выходила замуж. Его главная цель – гарантии полной безопасности компании. Компания не должна пострадать ни при каких обстоятельствах. Все, что указано в договорах дарения, – это уже мое личное имущество.
– У меня нет возражений по поводу основного соглашения, – выразила свою точку зрения Шаньшань.
– Шаньшань, все дела будут решаться согласно основному договору. Это последняя инстанция, и в этом весь смысл брачного договора. Но основное соглашение защищает интересы компании, а я хочу защитить твои. Эти договоры дарения нужны для того, чтобы ты не осталась ни с чем, если события начнут развиваться по наихудшему сценарию.
Говорил ли он сейчас о себе? Защищал ли ее от самого себя? Когда Шаньшань подумала об этом, она почувствовала себя очень неуютно.
– Эти меры предосторожности… Ты пытаешься защитить меня от себя? Ты боишься, что в будущем станешь дурно обращаться со мной?
– Нет, – вздохнул Фэн Тэн. – Я гарантирую, что эти документы, по сути, просто клочки бумаги, но Шаньшань, жизнь длинная. Мне хочется, чтобы у тебя были все эти вещи для того, чтобы ты ничего не боялась.
Глаза Шаньшань внезапно защипало. Однако, подумав, она все же продолжила стоять на своем.
– Мне не нужно все это. Я хочу взять меньше.
Фэн Тэн молчал. Под его взглядом Сюэ Шаньшань почувствовала себя неуютно. Она слишком упряма? Но стоимость этих вещей превосходила все ожидания.
После того как вчера вечером большой босс рассказал ей о договоре, она была готова как к суровым требованиям, так и к тому, что ей нужно будет все подписать.
Это было нетрудно принять.
Шаньшань никогда не считала Фэн Тэна грубым или скупым и никогда не думала, что он будет груб и скуп по отношению к ней. Девушка уже немного понимала его характер и осознавала, что его действия максимально рациональны.
К тому же, даже если чувства между влюбленными сильны и взаимны, это совершенно не означает, что имущество одного автоматически становится собственностью другого. С какой стати она сможет пользоваться благами, которые его семья на протяжении многих поколений зарабатывала тяжелым трудом? Шаньшань понимала, что ее образ мыслей довольно глупый и многие могут посмеяться над ней из-за такой наивности, но, поступив, как должна, она, напротив, выдохнула с облегчением.
Готовясь к свадьбе, Шаньшань начала в последнее время серьезно размышлять о жизни.
И в конце концов ее посетила мысль, что быть мужем и женой – это все равно, что быть друзьями. Главное – это равенство. Равенство не в социальном статусе или доходах, а в том, что каждый отдает для отношений.
Ее вклад и его вклад должны быть равными. Только тогда их союз будет крепким и долгим. Если же один человек отдает больше, то со временем это может привести к душевному дисбалансу.
Поэтому, если один вложит очень много денег, будет ли он считать, что любви можно дать и поменьше?
В таком случае пусть все будет наоборот.
Конечно, эти путаные мысли не настолько уж и благородны, и в них есть явное противоречие: если Шаньшань выйдет замуж за большого босса, у нее в любом случае не будет недостатка в деньгах, так зачем же ей собственный капитал?
В общем, Шаньшань металась от одной мысли к другой, не в силах найти нужный ответ.
Фэн Тэн все еще ждал объяснений. Шаньшань наклонилась и положила голову ему на плечо.
– Вообще-то я хочу тебя кое о чем спросить.
– О чем?
– Если бы ты тогда не решил, что я беременна, все равно бы сделал мне предложение?
– Сюэ Шаньшань.
– М-м-м?
– В последнее время мы не живем в старом доме. Почему?
– Потому что третий этаж ремонтируют.
– Почему его ремонтируют?
– Э-э-э…
В этот момент сердце Шаньшань наполнило невероятное чувство. Такого не было даже в тот день, когда Фэн Тэн сделал ей предложение. Тогда она паниковала, а предложение казалось экстренной мерой. Однако вопрос, который он задал сейчас, вопрос, абсолютно лишенный романтики, был больше похож на настоящее предложение.
Все еще опираясь головой на его плечо, Шаньшань сказала:
– Вот видишь, ты обо всем подумал за меня. С тобой у меня будет все, без тебя все это бесполезно.
В кабинете стало тихо.
– Забудь об этом.
Фэн Тэн вдруг собрал все документы и выбросил их в мусорную корзину.
Что такое?
Шаньшань была удивлена его поступком.
– Я вдруг почувствовал, что, если для свадьбы с такой девушкой, как ты, мне нужен брачный договор, то это позорит мой уровень интеллекта.
– Эм-м-м.
Шаньшань не могла найти слов. Господин директор, ты сейчас что, оскорбил мой уровень интеллекта?
– Шаньшань, не подписав эти документы сейчас, в будущем ты можешь ничего не получить.
– Мне кажется, я уже немного сожалею.
Фэн Тэн улыбнулся.
– Уже поздно, теперь у тебя есть только я.
Шаньшань повернула голову и смело поцеловала его в губы. Фэн Тэн улыбнулся, обнял ее и ответил глубоким поцелуем.
Через минуту Шаньшань вдруг опомнилась, легонько оттолкнула его и сказала:
– Подожди, что ты имел в виду, когда сказал, что я ничего не получу?! Я ведь вытащила несколько договоров! Ты не можешь отнять у меня все!!!
На выходной Фэн Тэн отвез Шаньшань в старый дом, чтобы посмотреть, как идет ремонт. К тому же девушка хотела осмотреть и свою новую собственность, которую она, хоть и с большим трудом, но все-таки вырвала из пасти тигра.
Сюэ Шаньшань в полной мере проявила женский характер и выбрала договоры дарения на драгоценные украшения. Вообще-то она была просто ослеплена фотографиями украшений, приложенными к договорам.
Потрогав ювелирные изделия, удовлетворенная Шаньшань вернула их Фэн Тэну.
– Помоги мне их сохранить!
Фэн Тэн взглянул на украшения, взял футляр и, надев браслет на руку девушки, подвел итог:
– Твой вкус нужно развивать.
Вот так он сразу начал ее поучать. Его семья была из высшего общества. Поэтому, разумеется, он мог много и свободно говорить о таких вещах. Бедная Шаньшань совсем ничего не понимала, но делала вид, что заинтересована. От этого девушка чувствовала себя еще более несчастной.
К счастью, вскоре пришел управляющий Ван и сообщил, что прибыли госпожа Фэн и Янь Цин. Девушка тут же побежала их встречать.
Шаньшань с грохотом сбежала по лестнице, но не успела она зайти в гостиную, как ей тут же была представлена толстенная папка с бумагами.
– Это предварительные планы свадьбы!
Шаньшань была ошеломлена. Толщина этой стопки оказалась почти такой же, как и тех бумаг, что были в брачном контракте. Большой босс и госпожа Фэн действительно являлись братом и сестрой…
Шаньшань взяла красочный журнал, похожий на каталог одежды, и начала его листать. Госпожа Фэн остановила ее.
– Ой, не смотри это. Это платье, которое я собираюсь надеть на свадьбу.
– Э-э-э.
– Это тоже не для тебя, это мои туфли.
– М-м-м.
Спустившийся сверху Фэн Тэн с раздражением спросил:
– Это ты выходишь замуж?
Стоящий рядом Янь Цин обеспокоенно уточнил:
– Жена, жених ведь снова я, верно?
Фэн Юэ пристально посмотрела на Янь Цина и сердито сказала:
– А что я могу поделать? Даже самая хорошая хозяйка не сварит кашу без крупы. Вы даже дату не определили, как же мне забронировать отель? Если не забронирован отель, как я могу понять обстановку? Не зная обстановку, как выбрать стиль…
– Хорошо, хорошо, – перебил ее Фэн Тэн, у которого мигом разболелась голова. – Не суетись, подожди, пока я все обсужу с родителями Шаньшань. Управляющий Ван уже все организовал. Я еду в провинцию G на следующей неделе?
Этот вопрос был задан уже Шаньшань.
Девушка открыла рот.
– Ну… это… я тут вспомнила кое-что… Кажется, я еще не рассказала родителям о том, что собираюсь замуж.
Повисла тишина…
– Дай свой телефон.
Фэн Тэн с мрачным выражением лица взял мобильный Шаньшань, нашел нужный контакт в списке вызовов и нажал на кнопку набора номера. Трубку взяли быстро. Фэн Тэн серьезно и вежливо произнес:
– Здравствуйте, тетя, я Фэн Тэн.
Конечно, позже мама Шаньшань отругала ее. Любая мать пришла бы в бешенство, узнав о свадьбе дочери за месяц до церемонии. Но Шаньшань тоже не чувствовала себя виновной. Кто же мог предположить, что произойдет такое недоразумение с ошибочной беременностью? Она и сама только недавно узнала о свадьбе!
Но, как бы то ни было, мать Шаньшань была рада замужеству дочери. На следующий день она позвонила сама. Было понятно, что женщина находится в приподнятом настроении.
– Шаньшань, я припасла отрез хорошей ткани. Скажи, какой рост у твоего парня? Я попрошу отца пошить ему костюм.
– А? – Шаньшань сначала опешила, а затем честно сказала: – Не стоит, у него и так слишком много одежды. К тому же она вся сшита на заказ. Вряд ли работа папы его удовлетворит.
Шаньшань старалась быть тактичной в выражениях, но, когда мама услышала, что дочь пренебрегает мастерством ее мужа, не сдержалась и разозлилась.
– Да что ты понимаешь?! Работы твоего отца очень хороши. Дорогие костюмы из торговых центров порвутся, а костюмы, сшитые отцом, будут носиться еще лет сто. Я, твоя мать, стала встречаться с твоим отцом, потому что он подарил мне юбку…
Мама Шаньшань настолько воодушевилась собственными словами, что даже предъявила ультиматум: ношение свадебного костюма, сшитого отцом Шаньшань, является обязательным условием для того, чтобы стать зятем семьи Сюэ. Мать раздула из этого такую проблему, что Шаньшань только и оставалось, что согласиться. Про себя же девушка подумала, что, когда папа приедет и увидит одежду босса, он все поймет и заберет свой костюм домой… Сможет ли она заставить Фэн Тэна переодеться? Ладно, проблемы надо решать по мере их поступления.
Но что, если мама заставит большого босса надеть сшитый отцом костюм…
Шаньшань издала протяжный стон.
Даже если бы его собственные родители попросили об этом, он наверняка бы отказал!
– Завтра скажи его размер. Твоему отцу придется постараться, чтобы успеть вовремя.
– Я поняла.
Итак, вечером, когда Фэн Тэн вышел из ванной, его встретила Шаньшань с рулеткой в руках.
– Давай скорее, мне нужно измерить твой размер.
Фэн Тэн нахмурился.
– Зачем?
Шаньшань сказала строго:
– Конечно, чтобы лучше узнать тебя!
Фэн Тэн прищурился.
– Э? Все еще нужно что-то узнавать? Разве ты не знаешь мой размер?
…Почему его слова звучали как-то неправильно? Она ведь ничего такого не имела в виду. Пока Шаньшань сомневалась, он схватил ее в охапку и положил на кровать. Рулетка улетела в сторону. Через несколько минут раздался глухой окрик:
– Эй… не измеряй там…
На следующее утро Шаньшань сидела на кровати, обнимала одеяло и печально смотрела на лежащую на полу линейку. Да, у нее имелись все данные, но они были собраны вручную. Какой в них смысл?!!
Стоит ли ей попробовать еще раз?
Шаньшань застонала и повалилась на кровать, зарываясь в одеяло с головой.
Не будем углубляться в подробности того, как Шаньшань с большим трудом добывала размеры босса, но в конце концов она успешно выполнила задание матери и передала ей необходимую информацию.
Сделав дело, Шаньшань тут же забыла о нем. Кто бы мог подумать, что вскоре к ней придет курьер с посылкой из дома…
– Шаньшань, ты получила костюм? Сначала мы хотели отдать его при личной встрече, но подумали, что будет здорово, если зятек приедет к нам в костюме, который сшил твой папа… ха-ха… ой, плата за доставку такая дорогая! Они взяли тридцать юаней за одну вещь. Просто злодейство!
Шаньшань держала костюм в руках и с трудом сдерживалась, чтобы не закричать: «Мама, это ты злодейка. Я ведь вообще не собиралась рассказывать большому боссу о костюме!»
Шаньшань пришлось ждать подходящего случая, чтобы поболтать с большим боссом о погоде, да и просто поговорить по душам.
– Кхм, я тебе никогда не рассказывала, что раньше мой отец был портным?
Фэн Тэн посмотрел на нее с подозрением.
– Кажется, нет.
– Ну теперь ты знаешь, – Шаньшань неловко улыбнулась, робко протягивая одежду. – Мой отец сшил тебе этот костюм.
Фэн Тэн молча посмотрел на одежду.
Шаньшань набралась смелости и добавила:
– Поэтому, пожалуйста, надень его, когда поедешь домой к моим родителям…
Когда Шаньшань с Фэн Тэном поехали в гости к родителям, Фэн Юэ отправилась с ними, взяв с собой мужа и ребенка. Она обосновала это так:
– Родители Шаньшань будут смотреть не только на тебя, но и на твою семью. Как будущая золовка, я просто обязана поехать! Они увидят, как хорошо мы ладим с Янь Цином, какой милый у нас ребенок, каким хорошим примером мы будем для вас! Кто знает, может быть, они окажутся настолько воодушевлены, что сразу же отдадут тебе Шаньшань.
Фэн Тэн высокомерно проворчал:
– Как будто они могут ее не отдать.
Однако, несмотря на свои слова, он, видимо, понимал, что в доводах Фэн Юэ есть смысл. Поэтому рано утром следующего дня А-Юэ появилась на пороге дома Фэн Тэна. Посмотрев на его костюм, она безжалостно прокомментировала:
– Брат, ты разучился выбирать одежду? Это безвкусно! Внешний вид и качество пошива слишком посредственны. В каком магазине ты его купил?
Шаньшань оставалось лишь закрыть лицо руками и промолчать.
Сохраняя каменное лицо, Фэн Тэн ответил:
– Тайшань[47]. Сшито на заказ.
Тайшань?
Госпожа Фэн, прекрасно разбирающаяся в моде, была сбита с толку.
– Не слышала о таком. Это новый магазин? Он точно скоро закроется!
Уже закрылся, много лет назад! Шаньшань так и не оторвала ладоней от лица.
Стоящий рядом Янь Цин что-то заподозрил. Задумчиво глядя на смущенную Шаньшань, делающую вид, что ее здесь нет, он с улыбкой спросил:
– Тайшань – это ведь о тесте, верно?
Шаньшань медленно кивнула.
– Верно. Это мой папа.
Фэн Юэ продолжала подтрунивать до самой посадки в самолет:
– Ах, почему же у меня нет такой свекрови, которая бы шила одежду. Какая жалость.
Шаньшань спрятала лицо в объятиях Фэн Тэна. Тот погладил ее по голове. Хотя ему и было некомфортно в этом костюме, это вовсе не означало, что его сестра могла шутить над этим.
– Янь Цин, слышишь? А-Юэ недовольна.
– Слышу, слышу. Ага, если бы наша А-Юэ согласилась носить одежду, сшитую моей матерью, мне стало бы легче ее обеспечивать.
– Не стоит так переживать. – Шаньшань подняла голову и с искренней заботой сказала: – А-Юэ, я попрошу папу сшить что-нибудь для тебя.
– Ах вы… – вышла из себя Фэн Юэ.
Когда самолет приземлился в столице провинции G, за ними снова прибыли сотрудники филиала компании. Но на этот раз это был не администратор, а генеральный директор филиала, уже долгое время с почтением ожидавший их в аэропорту. Однако Фэн Тэн не воспользовался его услугами и сам сел на место водителя. В дом Шаньшань они приехали только в полдень. К этому времени родители девушки уже ждали их внизу.
Глядя на медленно приближающийся автомобиль, мама и папа Шаньшань невольно вытянули шеи. Машина остановилась, и из нее непринужденно вышел красивый и статный молодой человек. Он был одет в знакомый костюм, но мощная аура, исходящая от мужчины, совершенно не сочеталась с его одеждой.
Господин и госпожа Сюэ были ошеломлены.
Папа Шаньшань пригласил Фэн Тэна и остальных на чай в гостиной, а мама отвела дочь на кухню мыть фрукты.
– Шаньшань, посмотри-ка, мастерство твоего отца по-прежнему на высоте. Сяо Фэн[48] выглядит в нем таким статным.
Даже несмотря на авторитет матери, Шаньшань понимала, что должна защитить справедливость. Поэтому она сказала:
– Мама, это потому, что он сам по себе красивый и высокий. Одежда здесь ни при чем.
Не получив поддержку от дочери, мать Шаньшань не рассердилась, как обычно. Вместо этого она продолжила задумчиво мыть фрукты.
– Ох, он даже слишком хорош.
Сможет ли ее девочка быть рядом с таким незаурядным человеком?
Мать обеспокоенно посмотрела на дочь и вдруг осознала, что та выглядит уже совсем не так, как она привыкла. Когда Шаньшань выходила из машины или шла рядом с таким выдающимся молодым человеком, она, казалось, совсем не чувствовала себя скованно.
Глядя на ее одежду и украшения, мать девушки поняла, что они уже не смогут потянуть свою дочь…
Когда женщина вернулась в гостиную и увидела предсвадебные подарки, это чувство только усилилось. Кажется, они не смогут потянуть не только ее содержание, но и даже свадьбу.
Мать Шаньшань знала, что ее будущий зять богат, и понимала, что подарки могут оказаться недешевыми, но не ожидала, что они будут настолько дорогими.
Также мать Шаньшань понимала, что в будущем окружение ее дочери будет совершенно отличаться от их с отцом окружения и размер предсвадебного подарка может сказаться на ее репутации. Но она все равно испытывала беспокойство.
Обменявшись взглядами с отцом Шаньшань, женщина спросила:
– Это?..
Девушка поняла затруднение матери и поспешила ее успокоить:
– Мама, не переживай, все равно потом отдашь их мне.
Фэн Тэн приглушенно окликнул:
– Сюэ Шаньшань.
Это предупреждение? Шаньшань моргнула и сказала:
– Да ладно тебе, перед моими родителями не обязательно держать лицо.
– Но приданое… – Мама девушки была ошарашена. Она приготовила триста тысяч юаней в качестве приданого для Шаньшань. Прежде, когда она хвасталась перед соседями, все восхищались ее щедростью. Но по сравнению с этим подарком на помолвку… Разве было прилично их сравнивать?
– Не переживай о приданом, он его возьмет. – Шаньшань была абсолютно расслаблена.
– Сюэ Шаньшань! – На этот раз не выдержала уже мать.
Кхм.
В конце концов Сюэ Шаньшань выгнали с обсуждения свадьбы.
Шаньшань сидела на лестнице у двери и прислушивалась к голосам. Не в силах сдержать улыбки, девушка подперла подбородок обеими руками.
– Сестренка, почему ты сидишь здесь одна и улыбаешься? – раздался детский голос.
Это был соседский ребенок. Он стоял на верхнем пролете с мячом в руках и с любопытством смотрел на Шаньшань. Та смущенно прикоснулась к губам. Она собиралась уже что-то сказать, но неожиданно услышала позади себя смеющийся мужской голос:
– Потому что сестренка выходит замуж.
Шаньшань не заметила, когда открылась дверь. Повернув голову, она увидела Фэн Тэна, который смотрел на нее, прислонившись к косяку. Хотя костюм на нем был не самый элегантный, но даже он не мог скрыть его прекрасную фигуру.
Шаньшань снова расплылась в улыбке.
Да, потому что она выходит замуж.
Потому что скоро она станет еще счастливее.
Малыш удивленно посмотрел на странных взрослых и, держа мяч и моргая большими глазами, убежал вниз. Шаньшань поманила Фэн Тэна рукой. Тот приподнял бровь, оценивающе посмотрел на пол и сел рядом.
– Фэн Тэн, – Шаньшань назвала его по имени, – я говорила тебе, что ты в этом костюме выглядишь потрясающе?
– Правда? – Большой босс притворился, что задумался. – Значит я и на свадьбу его надену.
– Нет! – тут же вскочила Шаньшань. – Ты можешь быть еще красивее!
Фэн Тэн отдал Фэн Юэ все полномочия по организации их с Шаньшань свадьбы, и все прошло крайне успешно… Но Шаньшань была просто измотана. Прежде чем она успела по-настоящему отдохнуть, ей пришлось отправиться в свадебное путешествие, где девушка устала еще больше, но уже по другой причине.
Когда они вернулись, уже почти наступил китайский Новый год. Это был их первый Новый год как молодоженов, и он оказался чересчур суетливым и напряженным!
Шаньшань была озадачена. Когда она встречала праздник в доме большого босса в прошлом году, здесь было тихо и спокойно. Почему же в этом году откуда ни возьмись появилось так много родственников? Постоянные банкеты, встречи, общение с членами семьи и друзьями. Шаньшань ловила себя на мысли, что как жена директора она должна получать еще одну зарплату.
Когда наконец представилась возможность отдохнуть, шел уже пятый день китайского Нового года, День Рождения Цайшэня, бога богатства. Это напомнило Шаньшань о важном атрибуте праздника. Она тут же побежала к Фэн Тэну и потребовала:
– Где мой красный конверт?
– Счастливого Нового года, – небрежно ответил муж.
Шаньшань терпеливо ждала, пока супруг скажет еще что-нибудь, но, похоже, это было все, что он собирался сказать и сделать.
– И это все? – рассердилась Шаньшань. – Ты так небрежно относишься к поздравлению!
Мы ведь недавно поженились…
– Хотя бы дай мне красный конверт, как знак внимания.
Все в семье получили красные конверты, почему же ей ничего не досталось? Шаньшань почувствовала себя обделенной.
Фэн Тэн опустил журнал, который держал в руках.
– Сюэ Шаньшань, разве в прошлом году я давал тебе красный конверт?
– Нет!
Значит, снова повторяешь свой злодейский поступок?
– А новогодние подарки?
– Нет!
Единственный подарок тогда был – его старый сотовый телефон. И то он не подарил его, а дал во временное пользование.
Фэн Тэн улыбнулся.
– В прошлом году я ничего не подарил тебе на китайский Новый год, но помнишь ли ты, что в тот день в аэропорту я пожелал тебе счастливого Нового года?
Кажется, да, но какой в этом смысл?
– Это именно то, что я хочу тебе подарить. Это не пожелание, Шаньшань, это обещание.
Девушка моргнула несколько раз… Фэн Тэн кхекнул и встал, как будто собираясь уйти.
Этого нельзя было позволить, уж извините. Шаньшань наконец отреагировала и быстро догнала его. В глазах сияли плутовские искорки.
– В этом году тоже обещание?
– Угу.
– Ав следующем, будет такое же?
– Вернемся к этому вопросу в следующем году.
Как поступить? Она была растрогана. Обняв мужа сзади за талию, девушка положила голову ему на спину.
– И тебе счастливого Нового года.
Спокойная теплая атмосфера наполнила комнату.
Чуть позже.
– Кстати, дай мне скорее красный конверт.
– Кхм.
– Ты сказал, что сделаешь меня счастливой. Я становлюсь счастливой, когда получаю красные конверты.
После свадьбы Фэн Тэн как-то заметил, что я рингтон в телефоне Шаньшань на его контакт такой же, как на других мужчин!
Супруг неожиданно разозлился и приказал жене немедленно сменить рингтон. Он должен выделяться!
Шаньшань осторожно произнесла, стараясь не расстраивать его:
– В моем телефоне играет одна мелодия, когда звонят мужчины, а другая – когда женщины. Босс, ты хочешь стать третьим полом?
В детстве Шаньшань мечтала о шоколадном домике.
Шоколадная труба, шоколадные стены, шоколадные окна, шоколадная кровать, было бы здорово, если бы и все одеяла были сделаны из шоколада. По ночам Шаньшань грызла бы эти одеяла, лежа в кровати, а с утра шоколад нарастал бы снова.
И перейдя в среднюю школу, девушка начала смотреть дорамы об айдолах и скорректировала свои мечты. Дом должен быть большим. Очень большим. И удаленным. Желательно на тысячи ли от школы. Перед домом должна извиваться аллея, настолько длинная, что по ней можно было бы долго-долго идти. Это стало бы достойным оправданием опозданий на утренние уроки чтения.
Поступив в университет, Шаньшань начала жить в общежитии. Каждый раз, когда там проводили санитарную проверку, девушке приходилось убираться до полного изнеможения и ломоты в пояснице. А ведь это всего лишь маленькая комната, размером с голубятню! А если бы это был большой дом…
Шаньшань безжалостно растоптала мечту о большом доме.
Ей простительно.
Видимо, слово «наемный работник» никогда не возникало в пролетарском сознании Шаньшань.
Закончив университет, она устроилась на работу в город S. Земля здесь была очень дорогой, и, арендуя убогую квартирку, Шаньшань часто жаловалась на слишком высокую арендную плату, постоянно причитая: «Почему нельзя просто арендовать кровать?!»
…
Однажды девушка случайно увидела у коллеги журнал и была ослеплена представленной там квартирой. Это была аренда с полным обслуживанием. Огромные окна от пола до потолка, теплые полы и милая кровать с подушечками… А главное, что там была круглосуточная горячая вода и ничего не надо было делать самой. Шаньшань могла бы просто прийти туда после работы, лечь на кровать и притвориться мертвой.
Если же ее состояние больше располагало к жизни, то можно было бы нажать на кнопку звонка, и к двери была бы доставлена бесплатная еда…
Шаньшань представила эту сказку, а затем посмотрела на цену. Сумма была пятизначной. За квадратный метр!..
Тишина.
Кто же знал, что однажды все ее мечты сбудутся.
Единственный минус – в каждом из этих домов жил мрачный тиран большой босс.
Большие и маленькие дома были «приданым» босса, а вот шоколадный домик появился благодаря помощи госпожи Фэн.
Однажды Фэн Юэ случайно узнала о детской мечте своей невестки и решила, что это ужасно романтично. Во время празднования дня рождения Шаньшань она махнула своей изящной рукой, и работающий в дорогом отеле мастер по шоколаду возвел в гостиной семьи Фэн шоколадный домик метром в высоту.
Сладкий подарок Фэн Юэ, был, конечно, невероятно изыскан и значительно отличался от тех, что продавали в магазинах. В этом домике были не только труба, стены, кровать и одеяла, но еще и Шаньшань, сделанная из белого шоколада, и большой босс, вылепленный из черного.
Хотя дом был несколько маловат для жилья, Шаньшань оказалась глубоко тронута задумкой. А вот в своем брате госпожа Фэн пробудила скрытое раздражение: знала о желании его жены и не только ничего ему не сказала, но даже посмела перетянуть ее внимание на себя.
Из-за недовольства большого босса госпожа Фэн и ее муж были отосланы домой сразу же после ужина, а Шаньшань в тот день так и не смогла прикоснуться к своему домику.
Есть шоколадный домик девушка начала уже на следующий день после дня рождения.
Сначала она съела большого босса. Он здесь был лишним.
Затем погрызла одеяло.
После уничтожила забор.
День N…
При поедании трубы Шаньшань приложила слишком много силы, и дом рухнул… После этого повар семьи Фэн растопил шоколад и приготовил из него маленькие десерты.
Вот так шоколадный дом и шоколадный босс исчезли в животе Шаньшань, чтобы навсегда стать с ней единой частью.
Любимые фрукты Шаньшань созревали весной и летом: сначала в марте–апреле клубника, а затем восковница. Клубника была очень вкусной: яркой, ароматной, сладкой и сочной. Восковница же стала скорее навязчивым желанием.
Однажды, когда Шаньшань училась в старших классах средней школы, она ехала домой на велосипеде и увидела в ларьке у дороги красную восковницу. В тот год плоды этого дерева созрели раньше других ягод. Шаньшань очень захотелось съесть восковницу, поэтому, когда она приехала домой, то сразу попросила маму ее купить. Мать ответила:
– Восковница только появилась в продаже, сейчас слишком дорого. Купим попозже.
Шаньшань всегда была послушным ребенком. Она знала, что ее семья небогата, а восковница стоит больше двадцати юаней за килограмм. Девочка понимала, что покупать ягоду сейчас будет расточительством. Шаньшань не стала торопить события и терпеливо ждала, пока цена снизится.
Из-за большой нагрузки в школе она совсем забыла об этом деле, а когда через некоторое время вспомнила, то спросила у мамы:
– А что восковница? Когда мы ее купим?
– Какая еще восковница? Ее уже давно нет в продаже, – ответила мать.
С тех пор восковница стала навязчивым желанием Шаньшань.
Вообще ей не очень-то и нравилась эта ягода, но, когда девушка видела ее, не могла устоять от покупки.
Когда Шаньшань училась в университете, она покупала восковницу сразу же, как только та появлялась в продаже, даже если ее цена была больше двадцати пяти юаней за килограмм. Хоть это было и сложно сделать на небольшие студенческие доходы. Выйдя замуж за большого босса, Шаньшань была приятно удивлена, когда обнаружила восковницу красную на заднем дворе дома.
Это дерево, по-видимому, было довольно старое. По словам управляющего, с него каждый год собирали несколько сотен килограммов больших и сладких ягод восковницы. Конечно, семья Фэн просто не могла съесть их все, поэтому часть ягод перерабатывали во фруктовое вино, а часть упаковывали в коробки и раздавали.
С первого созревшего плода и до конца июня, когда ягоды закончились, Шаньшань не пропускала ни одного дня, чтобы не поесть восковницы. У нее не было каких-то особенных чувств от этого, а вот у Фэн Тэна начинали ныть зубы, когда он смотрел на жену. Когда он целовал ее ночью, то чувствовал сладкий вкус восковницы на губах.
– У тебя зубы не заболят?
– Не заболят. – Лежа рядом с ним в кровати, Шаньшань рассказала о своей навязчивой идее, а в заключение сказала: – Действительно, лучшим кажется то, чего не можешь получить. Может быть, я слишком легко согласилась выйти за тебя замуж?
Фэн Тэн открыл глаза и взглянул на нее.
– С детства я привык получать все самое лучшее.
Однажды, после свадьбы, Шаньшань и Фэн Юэ болтали, вспоминая прошлое. Шаньшань до сих пор считала, что свиная печень, которую присылала ей А-Юэ, принесла в ее жизнь большие страдания. Девушка с грустью сказала:
– Свиная печень, которую ты отправляла мне целый месяц, поистине настоящее зло.
Фэн Юэ была удивлена.
– Почему целый месяц? Я отправляла ее тебе всего несколько дней.
– Э-э-э?
Когда через некоторое время Шаньшань наконец смогла прийти в себя, она с яростью сказала:
– Ну это уже слишком! Сегодня ему придется спать в кабинете на диване!
Госпожа Фэн с сомнением взглянула на невестку. Она знала своего брата лучше всех. Он с самого юного возраста был хитер и изворотлив. Сама Фэн Юэ ни разу не смогла его переиграть. Удастся ли это Шаньшань?
Пламя гнева все еще горело в крови Шаньшань, поэтому, увидев сомнение во взгляде А-Юэ, она решительно кивнула.
Ранним утром следующего дня госпожа Фэн позвонила невестке.
– Как дела? Мой брат вчера спал в кабинете?
Простим ей ее любовь к сплетням. Быть домохозяйкой – самая скучная работа на свете.
– Ну… – Шаньшань долго мялась, прежде чем сказать неопределенно: – Да.
– Тогда почему твой голос звучит так неуверенно?
– Э-э-э… Мне нужно идти на встречу. Вешаю трубку.
В телефоне тут же раздались короткие гудки. Госпожа Фэн удивленно замерла, но не в силах сдержать любопытства, сразу же перезвонила брату.
– Брат, вчера Шаньшань выглядела очень злой. Вы поссорились?
– Нет. – Голос Фэн Тэна был мягким.
– Ха-ха… – неестественно рассмеялась Фэн Юэ. – Как я и думала. Шаньшань говорила, что заставит тебя спать в кабинете.
– Вчера я спал в кабинете.
– А? – не удержалась от возгласа Фэн Юэ.
Похоже, Фэн Тэн на другом конце провода усмехнулся.
– Смена места порой тоже может быть интересной.
Фэн Юэ была в замешательстве. Чем может быть интересен сон в кабинете? Да и эта усмешка брата… не слишком ли она странная? Госпожа Фэн не успела переспросить, как ее брат заговорил первым:
– Ты позвонила мне так рано, чтобы поговорить об этом? Неужели у тебя так много свободного времени? Я сейчас на встрече, вешаю трубку.
Снова раздались короткие гудки.
Еще одна встреча? Фэн Юэ положила телефон и загрустила. Странно. Когда брат работает, он не разговаривает с ней так долго по телефону. Проведя время с ребенком, Фэн Юэ поняла, что не может примириться с отсутствием информации, и снова позвонила Шаньшань. Но та опять ушла от ответа и быстро повесила трубку.
Шаньшань грудью лежала на письменном столе и молча страдала. Ох. И почему она вчера оказалась настолько опрометчива, что посмела бросить вызов большому боссу? В результате… в результате прошлой ночью он спал в кабинете, но… не один, а вместе с ней…
Вспоминая то, что произошло вчера вечером, Шаньшань залилась краской. В этот момент ей на телефон пришло сообщение. Девушка взяла мобильный и увидела сообщение от большого босса, напоминающего ей о сегодняшнем совещании.
«Шаньшань, хочешь, сегодня вечером проведем его на кухне?»
Сложно вспомнить, какой никнейм Шаньшань использовала в сети несколько лет назад, но, присоединившись к компании «Фэнтэн», ее имя в QQ, ID в онлайн-играх, логин на веб-сайтах и так далее были заменены на внушающее трепет имя Спокойно Усну После Победы Над Боссом.
В самом названии, по сути, не было проблем. Некоторое время Шаньшань даже восполняла за его счет свое психологическое здоровье. Но после свадьбы Шаньшань совершенно забыла о том, что хорошо бы изменить имя.
А дальше…
В первую ночь после возвращения из свадебного путешествия Шаньшань приняла душ, а затем открыла ноутбук и, лежа в постели, стала болтать с Шуанъи в QQ.
Приносит Счастье В Дом Подходит Для Забав. Пожалуйста, пришли побольше фотографий пейзажей без людей. Хочу использовать их как основу для сюжета.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. О, большую часть я еще не разобрала. Отправлю пока парочку.
Приносит Счастье В Дом Подходит Для Забав. Хорошо. Кстати, тебе лучше не делать фотографий, у тебя плохо выходит.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Но разве ты не хотела фотографии без людей?
Приносит Счастье В Дом Подходит Для Забав. Угу, только пейзажи.
…
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. На всех фотографиях, которые делал Фэн Тэн, есть я.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Ты где? Ушла?
Приносит Счастье В Дом Подходит Для Забав. Я здесь… только вдруг все тело онемело. Даже пальцы свело, не могла ничего написать.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Для профессионала у тебя слишком слабый иммунитет к разговорам о любви.
Приносит Счастье В Дом Подходит Для Забав. Да ты… ты… войдя в дом большого босса, ты сама стала как он.
Шаньшань была потрясена словами Шуанъи. В памяти девушки стали всплывать образы. Как раз в этот момент дверь ванной открылась, и в облаке пара проступил высокий статный силуэт. Большой босс вышел из ванны абсолютно голый, вытирая волосы банным полотенцем. По его сильному мускулистому торсу стекали капельки воды. Одна капля скатилась с мокрых волос, скользнула по кадыку, груди, животу и очень медленно погрузилась в то самое место.
Шаньшань бросила на него лишь быстрый взгляд, но ее пульс и давление подскочили до небес, а лицо стало красным, как закатное солнце. Хотя девушка уже видела Фэн Тэна без одежды, но… но…
Шаньшань быстро отвела взгляд и с серьезным видом уткнулась в ноутбук.
Только она напечатала несколько ничего не значащих слов, как кровать с другой стороны промялась, и Шаньшань оказалась в крепких объятиях. Сильные руки прижали ее щеку к твердым мышцам груди и девушка почувствовала, что все ее тело вдруг вспыхнуло, а голова закружилась.
– Поможешь мне высушить волосы?
Низкий обволакивающий голос мог заворожить кого угодно, вот только услышав его, Шаньшань тут же пришла в себя. Девушка поспешила выбраться из его объятий и серьезно заявила:
– Я не желаю помогать тебе сушить волосы!!!
Фэн Тэн приподнял бровь.
Шаньшань покраснела и повторила:
– Все равно не желаю!
Такая реакция была вызвана воспоминаниями о фиаско во время медового месяца. Теперь она усвоила урок.
В тот раз Шаньшань сама предложила боссу помочь высушить его волосы феном. Ведь в дорамах показывали такую романтичную картинку: герой или героиня стоит позади своего партнера, с любовью смотрит на него, а его волосы развеваются от теплого ветерка. И все это происходит на фоне голубого неба и синего моря. Эта сцена представлялась Шаньшань такой романтичной и трогательной…
Но когда они дошли до дела, Шаньшань поняла, насколько непорочны и сомнительны бывают сериалы в эпоху цензуры.
Главный герой в такой романтичный момент не стал бы расстегивать героине пуговицы и кусать ее за плечо, и в дорамах героиня никогда не оказывалась у своего возлюбленного на коленях…
– Мне неудобно, я не могу так сушить твои волосы. Мне приходится так сильно поднимать руки, что я уже устала.
Шаньшань думала, что заявляет протест, совершенно не понимая, что любой мужчина воспримет такие слова, как кокетство.
Фэн Тэн хрипло рассмеялся и сказал:
– Тогда я опущусь ниже.
Его руки, изначально сжимавшие ее ягодицы, подтянули Шаньшань повыше. Его губы оказались очень близко к ее груди. Мужчина облизал соски супруги и заботливо спросил:
– Так удобнее?
О Небо!
Шаньшань казалось, что теперь, стоит ей только увидеть мокрые волосы босса, и она тут же будет вспоминать ту сцену. Подумав об этом, девушка вдруг вспомнила их с Шуанъи разговор о дурном влиянии. А если Фэн Тэн увидит их переписку?..
Шаньшань поспешила попрощаться с подругой и с виноватым видом закрыла ноутбук.
– Я буду спать, – торопливо сказала она и тут же легла, накрывшись одеялом.
В любом случае ее волосы сухие, и ничто не мешает ей уснуть. А что будет делать тот, чьи волосы намокли, ее не волнует.
К слову, большой босс, должно быть, не обратил внимания на их с Шуанъи переписку, иначе он бы не промолчал. Убеждая саму себя, Шаньшань стала потихоньку засыпать. Сквозь сон девушка услышала шелест перебираемых бумаг. Хм, должно быть, большой босс просматривает документы. Сейчас он занят, но после…
Шаньшань неосознанно стала считать: одна страница, две, три…
– Спишь?
А? Шаньшань крепче закрыла глаза и размеренно задышала, притворяясь спящей.
Еще одна страница оказалась перевернутой.
– Я видел. Только что.
А-а-а!!! Он действительно смог прочитать переписку с такого расстояния? Шаньшань признала поражение и повернулась к нему лицом.
– Это не мои слова.
Это не она придумала, поэтому он не должен ошибочно понять ее.
– Правда? – не отвлекаясь от работы, переспросил Фэн Тэн, а затем нежным голосом продекламировал: – «Спокойно Усну После Победы Над Боссом»… Не твои слова?
Плохо дело. Как она могла забыть об этом? Шаньшань поспешила признаться в надежде получить снисхождение.
– Это мои, – запинаясь, сказала она. – Но это же всего лишь игра, ты ведь не станешь обращать на такое внимание?
– Конечно, не стану. – Фэн Тэн нарочито ласково посмотрел на нее из-за документов. Затем он закрыл папку, отложил ее в сторону и серьезно спросил: – Но, Шаньшань, сегодня ты не победила босса, как сможешь уснуть?
А? Прежде чем Шаньшань осознала смысл его слов, она была подхвачена и в следующую секунду оказалась на его теле. Девушка ошеломленно наблюдала за тем, как он берет ее руку и медленно целует каждый палец.
– Шаньшань, чем собираешься побеждать? Этим? – спросил Фэн Тэн, глядя на нее хитрым взглядом.
За ночь они провели не один поединок, причем Шаньшань была отведена роль главного бойца. На следующее утро, она, сгорая от смущения, в гневе сменила свой ник на «Босс стал разнуздан!». К несчастью, через несколько дней Фэн Тэн увидел и это новое имя.
Как и ожидалось от большого босса с аномально высоким уровнем талантов и квалификации, он быстро понял «глубоко скрытый» смысл ника и с улыбкой сказал:
– Так значит, Шаньшань нравится моя инициатива?
Нравится его инициатива?
Да как он вообще пришел к такому выводу?
Разнуздан… инициатива…
Разнуздан… инициатива…
Как это сочетается?
Пытаясь найти логическую связь, Шаньшань оказалась глубоко затянутой в новую «инициативу».
Девушке ничего не оставалось, как продолжать менять имя в сети. В следующий раз, чтобы выразить свое возмущение, она назвалась «Большой босс – не человек!».
Поскольку предыдущий ник был «Босс стал разнуздан!», новое имя вызвало у Шуанъи множество эмоций и ярких образов. Она подумала: «Ого! Это как в романах? Мужчина, который может по семь раз за ночь? Точно не человек!»
Шаньшань чуть не заревела в голос: если даже у ее подруги появились такие извращенные мысли, то большой босс уж точно решит бросить вызов «человеческому» пределу. Лучше снова изменить ник. Шаньшань не желала дни и ночи напролет проверять предел его возможностей.
Решение принято, но как его исполнить? Какое имя выбрать?
После долгих раздумий Шаньшань пришла к выводу, что главное – это безопасность, поэтому она совершенно исключила слово «босс» из своего ника. Она выбрала имя «33 равно
Изменив имя, Шаньшань в тот же вечер намеренно открыла чат с Шуанъи в присутствии Фэн Тэна. Большой босс увидел новый ник, но действительно никак не отреагировал. Однако Шаньшань это не очень-то успокоило, поэтому она на всякий случай спросила:
– Как тебе мой новый ник?
– На этот раз без «босса»? – небрежно бросил Фэн Тэн.
Шаньшань поспешно закивала:
– В этот раз тебя здесь нет!
– Хм, – фыркнул Фэн Тэн, не отвлекаясь от работы.
Шаньшань с облегчением выдохнула. Она прошла испытание! Прошла! Ха-ха-ха…
Но, как показало время, у Шаньшань не было опыта борьбы с богачами.
Ночь еще не пришла, поэтому рано было говорить о прохождении испытания.
Перед сном босс сказал:
– Нам стоит изучить вопрос «существования».
Всю ночь изучавшая эту проблему, Шаньшань вконец утомилась.
Девушка извлекла урок и признала свое поражение. Глупо бороться с большим боссом, лесть и подхалимство – вот верное средство.
Поэтому ник в сети был окончательно изменен на «Босс поистине велик!». Есть «босс», есть «величие», так что на этот раз все должно быть в порядке.
Вечером она представила новое имя на одобрение большому боссу. Тот был удовлетворен. Шаньшань выдохнула. Но после…
– Шаньшань, как ты считаешь, в чем мое величие?
По сути, в этом вопросе не было ничего такого, если бы Фэн Тэн не схватил ее за руку и не потащил за собой. А-а-а-а…
А потом…
Шаньшань из последних сил прошептала:
– Я больше никогда не стану менять свой ник.
Фэн Тэн приподнял бровь.
– Никогда? – спросил он с сожалением.
– Никогда! – категорично заявила Шаньшань, лежа на нем и тяжело дыша.
Она уже поняла, что для босса смена имени – это просто смена позиции…
– Хорошо, – он нежно погладил ее. – А то у меня уже выработался условный рефлекс: меняешь ты – меняю я. Я ведь тоже тружусь не покладая рук.
Шаньшань была готова расплакаться.
– Тебе не нужно так усердно трудиться.
Сытый и довольный, босс улыбнулся и нежно поцеловал ее в глаза, которые были готовы вот-вот наполниться слезами.
– Я добровольно иду на это.
А? Шаньшань удивленно посмотрела на него. С тех пор как они поженились, каждый поцелуй Фэн Тэна был наполнен огнем и страстью, но на этот раз все было по-другому. Этот поцелуй казался легким и непринужденным. На самом же деле он был полон глубокого смысла… В нем проявились чувства, которые он показал, не облекая в слова…
Увидев ее глупый наивный взгляд, Фэн Тэн снова улыбнулся.
– Шаньшань, когда я в следующий раз попрошу тебя помочь мне высушить волосы, не отказывайся.
Говорят, что легко перейти от бережливости к расточительству, но трудно от транжирства к умеренности. Однако для Сюэ Шаньшань, у которой расходы в студенческие времена составляли пятьсот юаней в месяц, а в период работы в компании – примерно тысячу или две тысячи юаней (без учета аренды), было очень сложно вдруг стать расточительной. Несмотря на то что Шаньшань уже несколько недель была госпожой Фэн, несмотря на то что ее сумочка была заполнена разными банковскими картами и даже несмотря на то, что она уже много раз видела, как ее муж легко подписывает счета на большие суммы, – сама Шаньшань по-прежнему тратила деньги с большим трудом. А беспощадный шопинг Фэн Юэ и вовсе вызывал у нее смутную тревогу.
В воскресенье Фэн Тэн рано утром уехал поиграть в теннис. Шаньшань была измучена этой ночью и совсем не хотела идти с ним, чтобы подносить мячи, поэтому отказалась, оставшись в кровати. Большой босс становился сговорчивым после вкусной еды, поэтому не стал настаивать. Дав указание домашним не беспокоить его супругу, Фэн Тэн в хорошем настроении ушел один.
Только Шаньшань решила, что сегодня обязательно выспится, проспав до полудня, как ей позвонила Фэн Юэ и предложила пройтись по магазинам. Стоило девушке услышать слово «шопинг», как ей тут же захотелось зарыться с головой под одеяло и притвориться мертвой. Ходить с А-Юэ за покупками было действительно страшно… Но Шаньшань не смогла найти причину для отказа. Не могла же она сказать, что этим ранним утром слишком устала. Фэн Юэ просто засмеет ее до смерти. У Шаньшань не оставалось выбора, поэтому она встала, оделась и попросила водителя отвезти ее в торговый центр XX, чтобы встретиться с Фэн Юэ.
Шаньшань уже несколько раз ходила с золовкой за покупками, и каждый раз она испытывала физические и душевные страдания. Ее ноги подкашивались, руки тянуло, тело ломило, а сердце… сердце просто обливалось кровью, хотя потраченные деньги не имели к Шаньшань никакого отношения.
Разве эти вещи стоят таких денег? Почему за ту глупо выглядящую сумку просят несколько десятков тысяч? Почему эти дурацкие туфли стоят так дорого? Почему… почему вообще все эти ценники имеют столько нулей?
Шаньшань, у которой была экономическая специальность, не могла не задумываться о себестоимости этих вещей, когда видела такие заоблачные суммы. Движимая чувством патриотизма, полная решимости не позволить иностранцам наживаться на гражданах, она всегда ставила на место вещи, которые смотрела.
Сегодняшний день не был исключением. Фэн Юэ гуляла по магазинам и платила, Шаньшань гуляла и смотрела. После шопинга они отдохнули в чайной на верхнем этаже. Госпожа Фэн взглянула на груду купленных ею вещей, а затем перевела взгляд на пустые руки невестки.
– Шаньшань, скажи, я, наверное, немного расточительна? – тяжело вздохнула А-Юэ.
Вспомнив о ворохе одежды, с которой она даже не срезала этикетки, Фэн Юэ впервые почувствовала угрызения совести.
Шаньшань проглотила чай и искренне замотала головой.
– Нет, нет.
Про себя же она подумала: «Госпожа Фэн, вы не немного расточительны, вы настоящая транжира. Не скромничайте».
Фэн Юэ вздохнула.
– Ох, но, к счастью, мой брат умеет зарабатывать деньги, иначе жизнь не была бы настолько легкой.
Судя по словам А-Юэ, хотя ее муж Янь Цин и был руководителем высшего звена, он происходил из простой семьи и не мог себе позволить обеспечивать расходы жены. Сейчас Фэн Юэ тратила деньги так, будто у нее был доступ к нескончаемому потоку, что на самом деле было близко к истине, ведь она ежегодно получала дивиденды от компании «Фэнтэн».
Шаньшань хихикнула и посмотрела в окно. Неожиданно ей на ум пришел их с Фэн Тэном разговор, который они вели в постели сегодня утром. В тот момент Шаньшань разозлилась, что он ее разбудил, а супруг сказал:
– Когда мы впервые встретились в больнице, ты назвала меня богачом и кровососом, верно?
– Ты… как ты узнал? – удивленно воскликнула Шаньшань.
Фэн Тэн фыркнул и бесцеремонно залез руками ей под одежду. Наклонившись, он нежно укусил ее за шею.
– А что кровососы умеют лучше всего? Выпить тебя полностью, до последней капли крови.
А дальше…
Она действительно была почти обескровлена, но только почти…
Как смущает!
И почему она вспомнила об этом средь бела дня? Шаньшань почувствовала, как запылали ее щеки, и поспешно взяла чашку, чтобы хоть немного прикрыться ею. Фэн Юэ заметила это и с любопытством спросила:
– Отчего ты вдруг покраснела?
Шаньшань от этого вопроса смутилась еще больше. Наблюдавшая за выражением ее лица, Фэн Юэ процентов на семьдесят догадывалась о мыслях невестки и уже собиралась было ее подразнить, как неожиданно их кто-то окликнул:
– Эй, разве это не госпожа Фэн с невесткой?
Фэн Юэ и Шаньшань повернулись и увидели пятерых светских дам, идущих в их сторону. Видимо, они были знакомы с А-Юэ, поэтому присели за их столик, не дожидаясь приглашения. Золовка наклонилась к Шаньшань и, пока никто не слышал, прошептала ей на ухо:
– Посмотри на ту девушку в новом наряде от Chloe, это свояченица XXX. Она строила глазки моему брату. Конечно, красивая, вот только ее семейное положение оставляет желать лучшего. Брат никогда бы не посмотрел на нее.
…Эм, госпожа, вообще-то здесь есть те, чье семейное положение явно хуже! Помрачневшая Шаньшань стала внимательно разглядывать девушек. Наклонившись к Фэн Юэ, она тихо спросила:
– А какая из них в наряде от Chloe?
– Кхм.
Немного посидев, девушки предложили вместе пройтись по магазинам. Шаньшань не возражала. Но шопинг в этой компании сильно отличался от шопинга с Фэн Юэ. Шаньшань было как-то стыдно просто смотреть и ничего не покупать, поэтому она примерила приглянувшуюся юбку. Та неожиданно оказалась довольно неплохой. Шаньшань посмотрела на этикетку. Тысяча восемьсот.
Глаза Шаньшань заблестели от слез.
Всего тысяча восемьсот.
Стоит простить ей использование слова «всего». Прежде ей было бы жалко и восемьсот юаней, но по сравнению с ценой, которую девушка видела сегодня, тысяча восемьсот было действительно дешево.
Почему бы просто не купить эту юбку, чтобы не пришлось объясняться за пустые руки? В конце концов, она вышла замуж за богача. Если будет слишком скупиться, это может вызвать насмешки над боссом.
Шаньшань с легким сердцем попросила продавца упаковать юбку. Девушка-консультант, чей макияж был нанесен весьма аккуратно, вежливо улыбнулась и сказала:
– Госпожа, вам так повезло. Владелица нашего бутика только что привезла эту юбку из Англии. Она продается в единственном экземпляре. – Затем девушка нажала несколько кнопок на калькуляторе и сказала: – Первоначальная цена тысяча восемьсот английских фунтов, но с учетом скидки и в пересчете на юани выходит двадцать тысяч.
Шаньшань решила, что ослышалась. Тысяча восемьсот…
Английских фунтов?!!!
Двадцать тысяч юаней?!!!
Ее лицо окаменело.
Окружающие ясно слышали весь разговор. Девушка в наряде от Chloe грациозно подошла к ним и взглянула на товар в руках продавца.
– Действительно очень красивая юбка. Госпоже Сюэ повезло. Жаль, я не увидела ее первой…
Если сейчас отказаться от покупки, босс потеряет лицо. Шаньшань замерла на доли секунды, а затем, сделав безразличный вид, с улыбкой сказала:
– Да, мне повезло.
На самом деле в этот момент ей хотелось зареветь в голос.
Вернувшись домой, Шаньшань совершенно пала духом. Девушка апатично стояла перед стеной, размышляя о смысле жизни.
Двадцать тысяч юаней! Двадцать тысяч! Она и правда потратила двадцать тысяч юаней, чтобы купить маленький кусок ткани…
Это была ее зарплата за несколько месяцев, это годовой доход ее отца, это…
Шаньшань впала в депрессию. Все же ей не следовало покупать эту юбку. Хотя Фэн Юэ и сказала потом, что она все сделала правильно, но…
Двадцать тысяч…
С таким подавленным настроением Шаньшань легла спать. Босс что-то задумал, но увидев скорбь и отчаяние в глазах Шаньшань… он принял это на свой счет и впервые задумался над тем, не слишком ли он был активен в последнее время. Но ведь они молодожены…
Фэн Тэн вздохнул.
– Неужели это настолько тоскливо?
– Очень тоскливо.
Лицо Фэн Тэна потемнело. Его навыки недостаточно хороши?
– Двадцать тысяч юаней!
Голос Шаньшань был полон отчаяния. Босс, который уже успел возмутиться, наконец понял, что мысли Шаньшань витают где-то далеко от него. Мужчина нахмурился и спросил:
– Что значит эти твои двадцать тысяч юаней?
– Ох… – Шаньшань нужно было срочно выговориться, поэтому она тут же выпалила все, не заботясь о том, что человек, находящийся рядом с ней, не подходил для этого дела. – Сегодня Фэн Юэ позвала меня в торговый центр XX, походить по магазинам… я неправильно прочитала этикетку и…
Фэн Тэн не знал, злиться ему или смеяться. И такое дело повлияло на качество их жизни? Чтобы в будущем избежать подобных сюрпризов, Фэн Тэн сделал вид, что задумался, а затем сказал:
– Торговый центр XX?
Шаньшань кивнула.
– Это здание принадлежит мне.
– А?
– Магазины платят мне хорошую арендную плату.
– А!
– Так что с твоих двадцати тысяч большая часть достанется мне.
Шаньшань была ошеломлена.
– И сколько же достанется тебе?
– Полагаю, примерно пять тысяч, – беззастенчиво выдумывал Фэн Тэн. – Поэтому в следующий раз, если будешь делать там покупки, можешь смело вычитать из суммы процентов тридцать. Например, юбка, которую ты сегодня купила, обошлась тебе в пятнадцать тысяч юаней.
– Правда?
– Правда, – босс продолжал вдохновенно врать. – Поэтому в будущем, чем больше ты будешь покупать, тем больше будет скидка. Чтобы сэкономить, нужно тратить больше.
– Это… это правда?
Здесь как будто было что-то не так, но в чем же заключалась ошибка? И босс, почему ты так близко? От этого так сложно думать!
– Конечно правда. – Фэн Тэн закончил промывать ей мозги и с улыбкой сказал: – Теперь мы можем заняться чем-нибудь другим?
Войдя в западную гостиную старого дома семьи Фэн, управляющий Ван увидел Шаньшань, сидящую перед камином и играющую на ноутбуке в онлайн-игру. На экране отражались прекрасные реалистичные пейзажи, а персонажи выглядели мило и изящно. Игра называлась «Путешествие в мир рек и озер 2»[49].
Прошло уже два года после ее выхода, но популярность игры не угасала до сих пор. Число онлайн-игроков постоянно росло, а вместе с ними и позиция «Путешествия…» в общих игровых рейтингах. Как жена одного из инвесторов, Шаньшань, конечно же, была верной фанаткой игры.
Сидеть на мягком ковре, облокотившись спиной на мягкую подушку, держать в одной руке коробку с закусками, а в другой – чашку горячего фруктового чая. Что может быть уютнее снежной зимой?
Управляющий Ван тихо подошел и доложил:
– Госпожа, пришли госпожа Фэн Юэ с мужем.
Каждый раз, когда управляющий Ван называл ее госпожой, Шаньшань начинала стесняться. Хотя, конечно, Янь Цин, которого называли зятем, смущался еще больше. Но управляющий Ван был пожилым человеком из того же поколения, что и дедушка семьи Фэн, поэтому с его привычками приходилось считаться.
– Они пришли так рано?
Сейчас же только полдень! В прошлом году они приходили к четырем-пяти часам. Шаньшань отложила ноутбук и встала, чтобы тепло поприветствовать гостей. В дверях западной гостиной она увидела улыбающуюся невестку, которая держала на руках своего сына Янь Юя. Рядом шел Янь Цин, несущий в руках горшок с кумкватовым деревом.
– С Новым годом! Желаем полную чашу богатства и роскоши!
– Ого, этот горшок с кумкватовым деревом такой красивый.
Шаньшань с искренней радостью приняла растение из рук Янь Цина. Это и правда было очень красивое кумкватовое дерево. На его ветвях среди ярких листьев виднелись золотистые плоды, круглые и милые. Это выглядело очень празднично.
Фэн Юэ с улыбкой сказала:
– Мы снова пришли к вам, чтобы бесплатно поесть.
Каждый год Фэн Юэ праздновала Новый год со своим братом, а на следующий день отправлялась в дом Янь Цина. За прошедшие годы это уже стало традицией.
По-детски мягкий и нежный Янь Юэ увидел Шаньшань и беспокойно задергался на руках у матери.
– Шаньшань, мама, – залепетал он детским голосочком и раскрыл руки для объятий.
Глаза Шаньшань тут же радостно вспыхнули. Она отставила горшок с кумкватовым деревом и взяла на руки милого малыша Янь Юя. Поцеловав его в мягкие щечки, девушка тут же дала ему вкусненькое.
Фэн Юэ и Янь Цин сели. Фэн Юэ огляделась и спросила:
– А где мой брат?
– Он поднялся наверх, чтобы отдохнуть, – ответила Шаньшань, не забывая подкармливать ребенка вкусностями. – Подожди, я позову его.
– Не нужно, – тут же остановила ее Фэн Юэ. – Мы ведь не чужие люди.
Подумав, Шаньшань решила не настаивать. Босса действительно было жалко. В конце года он всегда становился очень занят. Кроме дел компании ему еще приходилось общаться и встречать гостей. Он даже не мог нормально отдохнуть.
Янь Цин увидел игру на ноутбуке Шаньшань и не смог удержаться, чтобы не сказать:
– Это «Путешествие в мир рек и озер 2»?
– Да.
– Эта игра получает хорошие отзывы. Определенно отличное вложение денег. Разработчики получили немалую прибыль.
Янь Цин с сожалением покачал головой. Он считал, что первая версия «Путешествия в мир рек и озер» и так принесла достаточно много прибыли. Если было необходимо внести какие-то изменения, можно было сделать это силами научно-технического отдела компании «Фэнтэн». Зачем было прибегать к услугам людей извне и делить с ними пирог?
Фэн Юэ не выдержала:
– Не мог бы ты забыть о делах хотя бы на время Нового года?
Янь Цин рассмеялся, а Шаньшань увидела по его лицу, что ему хочется попробовать поиграть.
– Хочешь поиграть? Может, поможешь мне повысить уровень. Я играла несколько часов подряд и уже устала.
Янь Цин не был ответственным за онлайн-игры, но ему было интересно увидеть разницу между старой версией и новой, разработанной так называемым гением, поэтому он с энтузиазмом приступил к «Путешествию…».
Фэн Юэ пристально посмотрела на мужа, а затем начала болтать с Шаньшань. Говорили они, разумеется, о Новом годе. Госпожа Фэн начала с обсуждения одежды и украшений, а затем перевела разговор на блюда, которые нужно приготовить на праздничный ужин. Шаньшань рассказала об угощениях, которые прислали ее родители, чем вызвала любопытство госпожи Фэн. Поэтому Шаньшань пришлось поудобнее перехватить Янь Юя и отправиться на кухню, чтобы А-Юэ могла все посмотреть.
На кухне все были очень заняты. Фэн Юэ взглянула сначала на блюда, которые прислали родители Шаньшань, а затем и на все остальные праздничные угощения. Увидев много любимой еды, она осталась очень довольна.
Взяв немного закусок, они вернулись обратно. По пути Фэн Юэ спросила:
– Шаньшань, знаешь, почему мы подарили тебе кумкватовое дерево?
Ну… девушка пребывала в замешательстве. Разве оно не означало пожелания полной чаши, богатства и роскоши? Или у него был и другой смысл?
Стало понятно, что Шаньшань не понимает намека, поэтому Фэн Юэ объяснила:
– Много плодов – много детей.
О-о-о. Теперь девушка поняла.
Фэн Юэ ущипнула сына за щечку и сказала:
– Посмотри, какой милый малыш. Почему ты не хочешь ребенка?
Не то чтобы она не хотела!
– Я хочу, но… – расстроенно сказала Шаньшань.
Они с Фэн Тэном находились в браке уже больше трех лет, но у них до сих пор не было детей. Первые два года из-за ошибки, произошедшей перед свадьбой, она даже не задумывалась о рождении ребенка. Но глядя, как растет маленький Янь Юй, каким милым он становится с каждым годом, она захотела себе такого же. Но босс был явно против. Разве сможет Шаньшань справиться с этим делом сама?
Фэн Юэ, конечно, тут же поняла, что ее беспокоит. Недавно она присутствовала на заседании совета директоров и после задала этот же вопрос своему старшему брату. В ответ она услышала, что
Шаньшань еще слишком молода и им некуда спешить.
Вообще-то не так уж и молода. Ей уже исполнилось двадцать шесть лет, и неизвестно, сможет ли она родить позже!
Фэн Юэ нравилась ее невестка, поэтому она искренне за нее беспокоилась. Из-за того что у той не было детей, среди родственников уже ходило много сплетен. Однако из-за страха перед Фэн Тэ-ном никто не осмеливался говорить о них в присутствии Шаньшань. О чем вообще думает брат! Даже если он хотел побольше времени провести с ней вдвоем, трех лет уже было достаточно!
Фэн Юэ встряхнулась и сказала:
– Но, что но? Какая разница, хочет он этого или нет? Рождение ребенка – это дело женщины. Шаньшань, я знаю, что в обычной жизни ты слушаешься моего брата, но неужели ты подчиняешься ему и в постели?
Замужняя госпожа Фэн говорила о таких вещах без стеснения. Конечно, если ее брата не было рядом. Если бы он был где-то здесь, то она не осмелилась бы высказать подобное вслух.
Вот только Шаньшань, которая тоже была замужем уже три года, от такой прямолинейности покраснела до кончиков ушей.
– Но… как его нежелание может не иметь значения? Он… ну, в общем… меры предосторожности… в конце…
Госпожа Фэн понимающе кивнула.
– Ты хочешь сказать, что он предохраняется?
Шаньшань поспешно кивнула. Мозг босса как высокоточный механизм. Он никогда не ошибается.
Фэн Юэ разозлилась. Почему Шаньшань не дает ему отпор?
– Шаньшань, разве ты не можешь соблазнить его? Пусть потеряет голову и забудет обо всем на свете.
– Соблазнить? – Шаньшань покраснела. – Но… это он всегда соблазняет меня.
– Кхм.
Госпожа Фэн была вынуждена признать поражение.
Когда они вернулись в западную гостиную, спустился Фэн Тэн. Заспанный, в сером свитере, он распространял ауру примерного семьянина. Фэн Юэ привыкла к его хитрому и властному виду, поэтому сейчас испытала некоторую дисгармонию.
Увидев его, маленький Янь Юй тут же вырвался из рук Шаньшань и побежал к дяде, топоча маленькими ножками. Пухлые ручки обхватили ноги Фэн Тэна.
– Ду-ду-ду…
Госпоже Фэн стало неловко. И почему ее родной сын ведет себя так заискивающе с ее собственным братом? Шаньшань же была восхищена. Янь Юй без учителей постиг истину, а его навыки лести
оказались намного лучше, чем у нее самой в первое время их с Фэн Тэном знакомства.
Большой босс наклонился, чтобы взять ребенка на руки.
– Когда вы пришли? – спросил он у Фэн Юэ.
– Только что. По прогнозу сегодня вечером будет сильный снегопад, поэтому мы решили приехать пораньше.
Фэн Тэн присел рядом с Шаньшань, держа ребенка на руках. Девушка протянула ему чашку горячего чая. Отпив прямо из ее рук, Фэн Тэн скривился.
– Что это за чай?
Вопрос поставил Шаньшань в тупик.
– Я не знаю.
На лице Фэн Тэна можно было прочитать: «Не знаешь, чем хотела меня напоить?»
Шаньшань поспешила отставить чашку подальше.
Глядя на эту сцену, Фэн Юэ украдкой закатила глаза. С тех пор как брат женился, его придирчивость в еде только усилилась. Теперь он привередничал даже в отношении чая. Раньше она не замечала за ним такого.
Видимо, ему просто нравится третировать Шаньшань. Одни видят романтику в слащавой нежности, а он – в притеснении жены. Но это относилось только к нему. Если бы Фэн Юэ, к примеру, посмела приказывать Шаньшань, брат тут же пригвоздил бы ее к месту убийственным взглядом.
Увидев, что зять спустился, Янь Цин оставил игру и сел поближе.
– «Путешествие в мир рек и озер 2» и правда отличается от всего, во что я играл раньше, – сказал он, отпивая чай. – Все же бонусы, которые дали Сяо Наю[50], были заслуженны.
– Когда ты видел, чтобы брат занимался чем-то, что приносит убытки? – фыркнула Фэн Юэ.
Фэн Тэн улыбнулся.
– Вообще-то, занимаясь бизнесом, убытков не избежать.
Шаньшань играла с ребенком, сидевшим на руках у Фэн Тэна, и вдруг вспомнила кое о чем.
– Ой, я же купила много наклеек на окна, но ничего еще не приклеила. Фэн Юэ, поможешь мне?
– Конечно.
Они встали, чтобы украсить бумагой окна. Шаньшань была очень активна, ведь наступал Праздник Весны, который должен был принести только счастье. Фэн Юэ не проявляла такого же энтузиазма, но…
Наблюдать за мужчинами со стороны всяко лучше, чем слушать их разговор.
Фэн Юэ улыбнулась своему отражению в зеркале. По правде сказать, она тоже была счастлива.
Родившись в богатой семье, девушка видела много ссор и подковерных интриг родственников в борьбе за власть и деньги. Она переживала, что однажды в ее семье появится столь же «невыносимая» невестка, которая посеет раздор между ней и братом.
Но, к счастью, появилась Шаньшань.
После того, как девушка вошла в семью Фэн, они с братом сблизились еще больше. Раньше ее старший брат не был таким сердечным. Хотя он и сейчас не слишком-то душевный, просто стал немного теплее, чем раньше.
Фэн Юэ задумчиво оглядела гостиную. Маленький Янь Юй мучил двух взрослых мужчин, переползая от одного к другому. Фэн Юэ не смогла сдержать смеха. Ее сердце наполнилось миром и счастьем.
Но… Фэн Юэ перевела взгляд на Шаньшань, которая выбежала на улицу, чтобы украсить окно с другой стороны, и снова почувствовала беспокойство.
Старший брат после женитьбы стал еще более сдержанным и скрытным. Такой тип мужчин очень опасен для женщин. Но почему Шаньшань совершенно не переживает? Хотя характер брата не изменился, но ребенок стал бы для нее страховкой. Хотя сама Фэн Юэ редко бывала в офисе, но даже до нее дошли слухи, что в компании есть много желающих заменить Шаньшань!
Считавшая себя лучшей золовкой, Фэн Юэ закатила глаза, придумывая план.
А дальше…
За новогодним ужином Фэн Юэ все время подливала Шаньшань алкоголь. Фэн Тэн бросил на сестру осуждающий взгляд, но та сделала вид, что ничего не заметила.
Хи-хи-хи, слушая, как Шаньшань рассказывает их с Фэн Тэном историю любви, Фэн Юэ поняла, что невестка не умеет пить и от алкоголя становится очень смелой. Пьяная Шаньшань даже посмела отвергнуть ухаживания брата!
То, что никогда не сделаешь в трезвом виде, легко сделать в пьяном.
Вообще-то Фэн Юэ собиралась остаться на ночь, но в десять часов, посмотрев на красные щеки Шаньшань, засобиралась домой. Перед уходом она что-то прошептала невестке, торжествующе блеснув глазами.
Конечно, замечательно встречать Новый год вместе, но есть вещи и поважнее.
Хи-хи… не стоит быть третьим лишним.
На следующее утро, в десять утра, Шуанъи, до полуночи проработавшая над рукописью, позвонила на мобильный Шаньшань, чтобы спросить, какого числа она приедет домой к родителям. После долгих гудков никто так и не ответил. Тогда Шуанъи набрала домашний номер – тот же результат. Шуанъи вспомнила, что Шаньшань, должно быть, отмечала Новый год в старом доме семьи Фэн. Ох уж эти богачи!
После долгих поисков девушка наконец нашла нужный номер и позвонила в старый дом. На этот раз на звонок ответил вежливый пожилой мужчина. Он перевел звонок в нужную комнату, где трубку взял босс Шаньшань.
– С Новым годом! Желаю счастья и благополучия, – поздравила Шуанъи. – Шаньшань там?
На том конце раздалось единственное:
– Она еще спит.
Спит?!!
Шуанъи была потрясена. Уже десять часов! Она что, поросенок, чтобы так долго спать? К тому же сейчас новогодние праздники. Шаньшань всегда жаловалась, что на Новый год к ним приходит слишком много людей…
Ох.
Ну да, если вчера у них было много гостей… Богатое воображение Шуанъи тут же представило картину банкета в богатой семье с элегантными дамами и кавалерами, поднимающими по очереди тосты.
Ясно. Должно быть, Шаньшань очень устала вчера вечером, поэтому до сих пор спит.
Эх, значит, войти в богатую семью не такая уж и большая удача. Все же спокойная жизнь лучше!
В половине одиннадцатого Шаньшань с трудом открыла глаза. И тут же получила поцелуй в щеку. Над головой раздался тихий смеющийся мужской ГОЛОС:
– Выспалась?
Шаньшань медленно моргнула. Она явно еще не проснулась полностью. Через некоторое время девушка перевела взгляд на мужчину рядом с собой и протянула к нему руку из-под одеяла.
– Красный конверт!
Фэн Тэн усмехнулся
– Не в этом году.
Липовый бизнесмен! Шаньшань гневно сказала:
– В прошлом году его тоже не было!
Она упорно пыталась заполучить заветный красный конверт, но за все три года так и не добилась своего.
Фэн Тэн считал, что она очень милая, когда злится, а потому делано вздохнул, сделав вид, что и сам огорчен.
– Дело не в том, что я не хочу давать его тебе, просто вчера ты превысила лимит[51].
«Превысила лимит» он произнес хрипло и двусмысленно. Шаньшань не могла притвориться, что ничего не поняла, и залилась краской!
Вчера… вчера…
Она и правда…
– Мне очень нравится, что госпожа Фэн такая страстная, но предаваться плотским утехам в алкогольном опьянении вредно для здоровья. Больше так не делай.
Вы видели человека, который поучает, получив выгоду?
Видели того, кто, наевшись досыта, строит из себя постящегося святого?
Теперь видели!
Проигнорировав его слова, Шаньшань стала оглядываться вокруг. Вчера у нее так кружилась голова, что она никак не могла вспомнить, предохранялись ли они?
Фэн Тэн понял, что она ищет, но не стал ей помогать.
– Шаньшань, помнишь, какой вчера был день?
– Двадцать пятое число. Почему ты спросил?
Фэн Тэн молча посмотрел на нее с улыбкой, отчего Шаньшань поежилась. Каждый раз, когда босс улыбался, случалось что-то нехорошее. Будет ли сегодняшний день исключением?
Двадцать пятое число… двадцать пятое число…
А-а-а! Шаньшань вдруг вспомнила. Вчера, вчера был самый безопасный день ее цикла.
Неизвестно, как другие, но Шаньшань знала свой безопасный день абсолютно точно!
Значит… все ее усилия оказались напрасны!
Шаньшань хотелось плакать, но у нее не было слез. Фэн Юэ, Фэн Юэ…
Алкоголь действительно может придавать смелости!
Но он же лишает способности мыслить!
Супруги Сяо, руководители научно-технической группы компании «Фэнтэн» в Пекине, были проездом в городе S и решили посетить дом Фэн Тэна.
Узнав, что разработчики «Путешествия в мир рек и озер 2» приедут к ним в гости, Шаньшань стала с нетерпением ждать их.
– Ты видел господина Сяо? Я слышала, что он красивый, – с любопытством спросила она у Фэн Тэна.
– Я видел его, но мне он красивым не показался. Вот его жена интересная.
Конечно, глупо было ожидать от Шаньшань нормальной реакции. Его супруга ойкнула, ее глаза загорелись ярче, и она сказала:
– Правда? Какая идеальная пара! – с беспокойством посмотрев на улицу, Шаньшань продолжила: – Почему же они до сих пор не пришли?
Господин и госпожа Сяо прибыли ровно в час дня. Господин Сяо действительно оказался красивым и элегантным мужчиной с хорошими манерами, а госпожа Сяо яркой и прекрасной женщиной. Вместе они смотрелись ослепительно. Словно солнце и луна.
Но!
Не это главное!
Главное, что рядом с каждым из них был малыш!
Ах, разве могут существовать на свете два таких милых создания! Шаньшань смотрела на детей широко распахнутыми глазами. Ни красота госпожи Сяо, ни элегантность господина Сяо не могли отвлечь ее от их детей.
Старший ребенок поздоровался первым:
– Здравствуйте, тетя, меня зовут Цунцун.
Шаньшань была приятно удивлена и присела на корточки.
– Привет, Цунцун.
Мальчик кивнул и с серьезным видом указал на кроху на руках у господина Сяо.
– А это мой младший брат Юэлян.
На лице Юэляна не отразилось никаких эмоций. Он лениво взглянул на Шаньшань, а затем равнодушно развернулся, показывая свою нежную маленькую попку.
Элегантная и обаятельная госпожа Сяо смущенно сказала:
– Юэюэ немного застенчив.
Это называется не застенчивостью, а высокомерием. Хотя какое это имеет значение, если его попка такая пухлая и милая!
– Ничего страшного, все в порядке, – замахала руками Шаньшань.
Поприветствовав друг друга, мужчины отправились обсуждать свои дела. Шаньшань же угостила госпожу Сяо чаем и пригласила полюбоваться садом. Конечно, основное внимание было отведено развлечению малышей.
Из кухни принесли всевозможные вкусности, которые нравятся детям, а управляющий Ван достал откуда-то груду игрушек. Шаньшань держала на руках нежного Юэляна, смотрела на милого Цунцуна и чувствовала, что ее жизнь вдруг стала полной.
Но это не продлилось долго. Через пару часов господин и госпожа Сяо собрались уходить. Шаньшань проводила их до дверей и сказала:
– Приходите еще и обязательно возьмите с собой Цунцуна и Юэюэ.
Шаньшань простояла у выхода до тех пор, пока машина гостей не исчезла из виду. Затем она стряхнула оцепенение и взволнованно вбежала в дом.
– Фэн Тэн, Фэн Тэн, если у нас родится дочь, пусть она выйдет замуж за Цунцуна или Юэюэ… Но за кого же из них конкретно?
Шаньшань не знала, кого выбрать. Цунцун талантливый и милый. Юэюэ, хоть и высокомерен, но очень красив, трудно от такого отказаться. Ох, у Шаньшань еще даже нет дочери, но она уже так тревожится!
Неожиданно Фэн Тэн сказал непреклонное «нет».
Шаньшань рассердилась.
– Почему нет?
Фэн Тэн фыркнул.
– Моя дочь не уйдет в другую семью. Пусть лучше ее муж войдет в нашу.
Госпожа Сяо, всегда отличавшаяся отменным здоровьем, неожиданно чихнула в самолете.
– Кто-то меня вспоминает? – в замешательстве сказала она.
– Может быть, простудилась? Вчера вечером на веранде… – предположил господин Сяо, листая газету.
Не успел он договорить, как жена сердито всунула ему в рот печеньку.
Семья Фэн.
Шаньшань открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыла. Хитрый бизнесмен всегда думает не как все.
– Хорошо, пусть муж нашей дочери войдет в нашу семью. Но все же кто это будет?
– Ну пусть у нас будут две дочери, – небрежно сказал Фэн Тэн.
– Это не так уж легко осуществить, – задумчиво пробормотала Шаньшань, а затем резко встрепенулась. Постойте-ка, что только что сказал босс?
Девушка вскочила, чувствуя волнение.
– Ты наконец-то захотел родить ребенка?!
Лицо Фэн Тэна посмирнело.
– Рожать будешь ты.
Конечно, она!
Шаньшань с волнением начала готовиться к беременности.
Сначала нужно убраться в доме и выбросить все ненужное! По крайней мере, то, чем не пользовалась за последний год! Девушка даже не ожидала, что вещей окажется так много!
Затем необходимо рассчитать период овуляции.
Еще питание. Следует ли обратить на него внимание?
Шаньшань собрала информацию и распечатала большую стопку бумаги, сделав копию и для Фэн Тэна. Конечно, господин Фэн отодвинул эту кипу в сторону, даже не взглянув.
Шаньшань возмутилась:
– Ты должен прочитать. Здесь есть важные вещи, на которые будущим отцам нужно обратить внимание.
– Не стоит так переживать. Просто будем усердно стараться… много раз.
В конце концов, после нескольких раз, Шаньшань утомленно сказала:
– Почему мне кажется, что ты сейчас…
Фэн Тэн оставался спокоен.
– Разве ты не хотела близнецов? Конечно, нам придется приложить в два раза больше усилий…
Шаньшань была готова расплакаться.
Как и следовало ожидать, она очень скоро забеременела. Не следует недооценивать энтузиазм и трудолюбие большого босса.
Но…
Первое УЗИ на третьем месяце беременности показало, что у них и в самом деле должна была появиться двойня! Вся семья Фэн ликовала! Шаньшань искренне восхищалась боссом. Еще через два месяца будущая мать пошла на осмотр с Фэн Юэ, так как Фэн Тэн принимал важных партнеров из Соединенных Штатов. Там она узнала, что у нее будут мальчик и девочка!
Госпожа Фэн была очень рада. Она тут же вытащила телефон и протянула его Шаньшань.
– Скорее расскажи брату!
Когда Фэн Тэн положил трубку, его собеседник заметил счастливое выражение, появившееся на лице большого босса, и с улыбкой спросил:
– Произошло что-то хорошее?
Фэн Тэн улыбнулся в ответ.
– Да, недавняя инвестиция дала двойной доход.
Собеседник поспешил поздравить его, а Фэн Тэн скромно произнес:
– Не стоит, я приложил усилия, но моя роль не была главной.
Вспоминая, как много усилий господин Фэн вложил, чтобы получить результат, его и правда можно было поздравить.
Пока Фэн Тэн и его партнеры обсуждали загадочные инвестиции, естественно, не разглашая «коммерческой тайны», радостная Шаньшань вернулась домой из больницы и снова распереживалась.
Если дочь у нее будет только одна, то за кого же она выйдет замуж? За Цунцуна или Юэюэ? А нет, кто же из них войдет в семью?
Сюэ Шаньшань – новичок в игре.
Так часто проигрывать… Как же плохо она играет… Шаньшань выполняла задания и повышала свой уровень в одиночку, не осмеливаясь присоединиться к команде. Девушка опасалась, что, зайдя в подземелье, своим коронным приемом вместо монстра убьет товарищей по команде…
Поэтому, даже несмотря на то что она была женой босса компании «Фэнтэн» и получила самую лучшую экипировку, все, на что Шаньшань могла решиться, – это в одиночестве стоять у входа в подземелье в своем красивом снаряжении и ни к кому не присоединяться.
Однако ее костюм был очень заметен, а персонаж выглядел настолько одиноким и отстраненным, что многие считали девушку мастером высокого уровня и постоянно предлагали ей сотрудничество. Шаньшань так устала отправлять отказы, что придумала себе новый никнейм, который высвечивался над головой персонажа: «Товарищ по команде, который ведет себя, как свинья»[52].
Запросов больше не появлялось.
Так продолжалось до тех пор, пока она не познакомилась с Бэй Вэйвэй!
Она была просто богом!
– Вэйвэй, ты правда согласна взять меня с собой?
– Правда.
– Я такая неловкая, боюсь, что подведу тебя!
– Все в порядке, просто стой там.
– Вэйвэй, ты такая хорошая! Почему я не узнала тебя раньше?
Во время беременности Шаньшань совсем забросила онлайн-игры, но теперь, когда дети уже перестали пить грудное молоко, а босс по-прежнему не отпускал ее на работу, девушка начала скучать и снова вернулась к игре. Когда малышам не нужно было ее присутствие, мать тут же заходила в игру.
Нужно сказать, это просто подарок судьбы, когда кто-то берет на себя ответственность за тебя! Сюэ Шаньшань раньше никогда не испытывала подобного чувства. Можно просто гулять и наслаждаться пейзажами, пока опыт и монеты падают тебе в копилочку. Если надоест любоваться видами, можно последовать за товарищем, наблюдать за его игрой и ничего не делать.
Однажды, когда у них обеих было свободное время, Вэйвэй снова взяла Шаньшань с собой в подземелье. Внезапно персонаж Вэйвэй на экране перестал двигаться.
[Чат команды]:
Вэйвэй: Извини, у меня появились дела. Нужно ненадолго отлучиться.
Босс присматривает за ребенком: Конечно, иди.
Наверное, муж Вэйвэй вернулся домой, со знанием дела предположила Шаньшань. Должно быть, скоро Вэйвэй вернется и скажет, что сегодня закончит пораньше или что-то в этом роде.
Шаньшань посмотрела на часы на ноутбуке. Раздражает. Уже так поздно. Муж Вэйвэй пришел с работы, так почему же супруг Шаньшань до сих пор сидит на совещании?
Может быть, отправить ему что-нибудь поесть?
Пока Шаньшань размышляла об этом, картинка на экране ожила.
Босс присматривает за ребенком. Ты здесь? Планируешь еще сегодня поиграть?
Вэйвэй. Да.
Шаньшань мгновенно забыла о боссе и с радостью последовала за Вэйвэй, стремясь набраться опыта.
Девушка с энтузиазмом подбирала предметы позади товарища по команде, когда внезапно увидела сообщение в чате:
Вэйвэй. Тетя, не подбирай предметы. Я собираюсь сразиться с боссом. Если будешь стоять так далеко, то не получишь никакого опыта.
Тетя?
Шаньшань замерла. Внезапно у нее возникло ужасное предчувствие.
Босс присматривает за ребенком. Неужели… ты… Цунцун?
Вэйвэй. Угу!
Босс присматривает за ребенком. А твоя мама?
Вэйвэй. Папа только что вернулся. Он сейчас с мамой, а я с младшим братом. Юэюэ спит, поэтому я играю с тобой за нее.
Шаньшань напечатала:
Босс присматривает за ребенком. Цунцун, ты такой послушный… такой смышленый… и так быстро печатаешь…
Вэйвэй. Да, бабушка говорит, что мы с братом такие же умные, как папа. А еще она сказала, что мы умнее нашей мамы!
– Вэйвэй, что за положение у тебя в семье?
[Чат команды]:
Вэйвэй. Тетя, готово!
Шаньшань посмотрела на поверженного босса, молча подошла и собрала упавшее с него снаряжение…
Между ними такая пропасть…
Этот ребенок играет в сто раз лучше нее…
Когда Фэн Тэн вошел в комнату, Шаньшань горящим взглядом неотрывно смотрела на экран ноутбука.
– Опять играешь? – Супруг снял верхнюю одежду и подошел ближе.
– Давай, давай! Красота!!! – Шаньшань даже не повернула головы. Взяв Фэн Тэна за руку, она подтянула его к экрану, по которому перемещался чужой персонаж, и, указав на монитор, воскликнула: – Посмотри! Вэйвэй в рейде! Ее движения такие четкие!
Фэн Тэн бросил на экран мимолетный взгляд, а затем молча посмотрел на лицо жены…
Затем…
Как все могло так измениться?
Шаньшань присела на корточки рядом с журнальным столиком, положила подбородок на его поверхность и с горечью уставилась на свой ноутбук, оказавшийся в руках мужа.
Фэн Тэн тоже присел… Фактически он украл ее игру…
Только что большой босс, впервые севший за «Путешествие в мир рек и озер 2», бросил вызов Сяо Наю, высокоуровневому игроку!
Уже через минуту он понял, как нужно действовать и какие приемы использовать!
Как ты можешь так смело играть?!
Ну конечно… быстрая смерть.
Шаньшань фыркнула и отвернулась.
Фэн Тэн холодно взглянул на нее, внимательно изучил панель навыков, а затем во второй раз вступил в бой с Сяо Наем, чей ник был И Сяо[53].
…На этот раз он продержался на три минуты дольше.
Третий раз…
Вопреки ожиданиям, бой продолжался очень долго!
Четвертый раз…
Он все еще играет, и о проигрыше пока и речи нет!
Шаньшань нервно уставилась на экран. Через некоторое время она распахнула глаза и потрясенно воскликнула:
– А-а-а… у него закончилась мана! Ты можешь выиграть!!!
– У меня тоже закончилась.
После этого хладнокровного ответа два персонажа на экране внезапно разошлись, чтобы восстановить силы.
– Получается ничья? – Шаньшань была очень взволнованна. – У меня ничья с И Сяо? О-о-о!
И Сяо – невероятный игрок, но босс сумел сыграть с ним вничью! Шаньшань решила, что ее муж еще более невероятный! Она присела на корточки возле ног Фэн Тэна, обняла его и восхищенно сказала:
– Ты так силен!
Хотя сияющие глаза жены снова были обращены к нему, Фэн Тэн все равно остался недоволен. Проиграть три игры, а четвертую сыграть вничью, было унижением для такого человека, как он. Большой босс привык быть победителем по жизни.
Поэтому… он невозмутимо написал в чате:
– Только что играла моя жена…
– Э-э-э? – произнесла Шаньшань, сидящая рядом.
– Только что играл мой сын…
– Кхм, – хмыкнула Вэйвэй, стоящая в стороне.
Неудивительно, что они стали деловыми партнерами. Оба были такими бесстыдными!
Вэйвэй уточнила:
– Это нормально? Разве господин Фэн не является крупным инвестором твоей компании?
Сяо Най невозмутимо ответил:
– Все в порядке. Все средства, вложенные компанией «Фэнтэн», уже потрачены.
– Кхм…
Другая сторона.
Шаньшань укоризненно произнесла:
– Ты проиграл. Нужно было заводить ребенка раньше, тогда мог бы сказать, что за тебя тоже играет сын.
На лице Фэн Тэна не отразилось никаких эмоций. Он спокойно кивнул, а затем сказал:
– Верно.
Шаньшань вздохнула, а затем спросила:
– Ио чем ты сейчас думаешь?
Фэн Тэн тут же ответил:
– Я вдруг вспомнил, что давно не уделял внимания одному проекту. Нужно найти на него время.
– То есть хочешь воспользоваться служебным положением и отомстить за личную обиду?
Руководитель научно-технического подразделения компании «Фэнтэн» в последнее время испытывал беспрецедентное давление.
Господин Фэн, которого прежде заботила лишь общая ситуация, вдруг стал интересоваться деталями онлайн-игры. Что это значит? Доходило даже до того, что он утверждал, что некоторые классы в игре слишком сильны и нужно их ослабить, чтобы сравнять с другими…
Руководитель созвал совещание, чтобы обсудить все со своими подчиненными.
– Все действительно считают, что мастер игры на цине относится к слишком сильному классу и его следует ослабить?
Подчиненные переглянулись в недоумении.
– Прежде этот класс действительно был сильнее других, но после внесенных корректировок его навыки заметно снизились. Многие пользователи обижены этим. Если сделать его еще слабее, то, боюсь, он и вовсе станет бесполезным.
Руководитель подразделения был сильно огорчен.
– Это приказ директора Фэна. Раньше он никогда не интересовался деталями самой игры. Почему вдруг…
Один из подчиненных предположил:
– Если мне не изменяет память, господин Сяо Най играет за мастера игры на цине. Может быть, господин Фэн играл с ним и…
Правда неожиданно всплыла наружу!
Коллеги переглянулись. Чем больше они думали над этим вопросом, тем реальнее им казался такой вариант событий. Во-первых, господин Фэн вдруг стал разбираться в персонажах, значит, он играл в игру. Если он в нее играл, то с большей вероятностью его соперником был господин Сяо. А значит, директор Фэн определенно проиграл.
Руководитель подразделения решительно заявил:
– Забудьте обо всем. Все, о чем мы здесь говорили, должно остаться в этом зале!
Слух о том, что босс проиграл партнеру, не должен стать известен посторонним!
Подчиненные закивали.
– Но будем ли мы еще больше снижать навыки мастера игры на цине?
– Не стоит. Даже если мы это сделаем, директору Фэну все равно не выиграть. Напрасный труд.
Руководитель, как вы можете быть настоль прямолинейны?!
– Э-э-э… Забудьте эту фразу, как только выйдете из комнаты для совещаний.
Несколько дней спустя руководитель научно-технического подразделения компании «Фэнтэн» нетвердой походкой вышел из зала для совещаний и вернулся в свой офис.
– Сяо Хань, возможно, я не смогу здесь долго работать, – сообщил он своей помощнице со слезами на глазах.
Сяо Хань испугалась.
– Что-то произошло на совещании?
– Не на самом совещании. Позже. Директор Фэн попросил меня остаться и лично спросил о вопросе по ослаблению навыков класса мастеров игры на цине.
– И что вы ответили?
– Сказал, что ослаблять его бесполезно, и предложил дать ему чит.
– Ох!
Как вы могли сказать такое, руководитель? Вы что, растеряли все свои навыки? Разучились хитрить и изворачиваться после того, как перевелись в научно-техническое подразделение и стали общаться с этими умниками?
Руководитель грустно произнес:
– Сяо Хань, как думаешь, я смогу здесь задержаться?
Ну-у-у…
– Руководитель, когда вы уйдете, я последую за вами! – твердо сказала Сяо Хань.
Другая сторона. Город В.
Юй Гун вбежал в кабинет Сяо Ная.
– Что происходит? Почему Научно-техническое подразделение компании «Фэнтэн» вдруг стало так придираться? У них на каждую мелочь есть свое мнение!
Сяо Най на несколько секунд отвернулся от экрана компьютера и произнес:
– Ничего такого. Просто в последнее время я много играю с их боссом.
– Ты что, превратил нашего инвестора в фарш?
– Не совсем так, – небрежно бросил Сяо Най. – Обычно я довожу игру до ничьей. Но недавно он спросил меня, насколько я оцениваю его мастерство.
– И что ты сказал? Почему я вдруг почувствовал, как повеяло безнадежностью? Ты ведь не сказал ничего лишнего, правда?
– Не волнуйся, я всегда предельно тактичен.
Юй Гун почувствовал, как на него накатывает еще большее отчаяние.
– Что ты сказал?
– Я сказал, что его уровень такой же, как у его жены.
– Ох!
Юй Гун облокотился о стену.
С тех пор как жена Фэн Тэна подсадила его на онлайн-игры, он стал сильно интересоваться внутренней кухней. Например, теперь большой босс постоянно вносил предложения по уравновешиванию силы персонажей. Часто это были совершенно неконструктивные правки, заставлявшие руководителя научно-технического подразделения молиться небесам, чтобы господин Фэн «отошел от клавиатуры» и больше никогда не играл. Но каждый раз, когда выходило новое обновление, он вместе с женой обязательно проверяли его в деле.
Недавно «Путешествие в мир рек и озер
В первый раз Шаньшань выбыла на двадцать первой минуте. Директор Фэн, как инвестор, выразил свое недовольство:
«Не пойдет, сложность этой версии слишком низкая».
Во второй раз Шаньшань выбыла на десятой минуте.
«Лучше, но все еще легко».
Когда играли в третий раз, Шаньшань выбыла сразу же, как только вошла. Большой босс наконец-то был удовлетворен:
«А теперь неплохо».
Шаньшань решила, что это очень оскорбительно. Есть ли у ее мужа хоть капля человечности? Если бы они с Фэн Тэном встретились в игре, как Вэйвэй и Сяо Най, они бы никогда не влюбились друг в друга!
Единственный человек, который дарил ей тепло, – это Цунцун.
[Чат команды]:
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Тетя, хочешь я помогу тебе прокачать уровень?
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Цунцун, подожди, пока тетя доест рисовые клецки, тогда и поможешь.
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Эм, тетя, а кто такой «Моя Жена Вечно Валяется На Кровати»?
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Дядя Фэн.
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. О-о-о… Но вчера у дяди Фэна вроде бы было другое имя.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Он просто пользуется тем, что я не требую с него платы за смену имени!!!
Фэн Тэн просто позвонил руководителю научно-технического подразделения компании «Фэнтэн» и попросил его сменить имя… Вскоре уже все в офисе знали, что жена господина Фэна – мастер по отлеживанию боков.
Теперь каждый раз, когда Шаньшань приходила в компанию, она замечала на себе странные взгляды…
Пока девушка сетовала про себя, Яркий Лунный Свет Над Кроватью применил свой коронный прием. Шаньшань искренне порадовалась за него и похвалила.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Цунцун, твои навыки становятся лучше день ото дня. Ты можешь так драться и при этом разговаривать со мной в чате!
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Тетя, я сам создал маленькую игру, которая умеет драться и писать в чат, а еще она может покормить моего младшего брата!
И Сяо…
Вэйвэй…
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Неужели это и есть легендарный хак?
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Ну почти. Это дядя меня научил.
Спровоцированный Обезьяной. Я абсолютно ни при чем! Взгляните в мои честные глаза!
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Ошибка. Другой дядя.
Руки, Собирающие Звезды. Угу, это я научил.
Яркий Лунный Свет Над Кроватью был выдворен из команды И Сяо.
[Чат мира] [Яркий Лунный Свет Над Кроватью]:
[Чат мира] [Яркий Лунный Свет Над Кроватью]: Выпнут отцом…
[Чат мира] [Цветочный ветер, цветочный дождь]: Отцом?
[Чат мира] [A-Нм]: Теперь отцы и сыновья играют вместе в онлайн-игры? Сколько тебе лет, братишка?
Но Яркий Лунный Свет Над Кроватью больше ничего не написал в чате мира.
В чате команды Шаньшань обеспокоенно спросила:
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. А где Цунцун?
И Сяо. Пошел кормить младшего брата.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом\…
Вэйвэй: ^_^
Через десять минут Яркий Лунный Свет Над Кроватью снова был принят своим отцом в команду. К своему удивлению, он обнаружил, что все уже прошли квест.
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. Почему, когда мы с мамой и папой играем вместе, то проходим все задания очень быстро, а когда родители закрываются в кабинете, чтобы поиграть, все надолго затягивается?
Моя Жена Вечно Валяется На Кровати. Кхе-кхе…
Руки Собирающие Звезды…
Спровоцированный Обезьяной. Бьюсь головой о стену.
Спокойно Усну После Победы Над Боссом. Цунцун, тебе конец. Твой отец отшлепает тебя, если ты узнаешь этот секрет.
Яркий Лунный Свет Над Кроватью. А что за секрет?
Через несколько секунд.
И Сяо. Всем отдыхать. Я займусь домашними делами.
На другой стороне.
В старом доме семьи Фэн, в городе S, Фэн Тэн решительно выключил ноутбук и произнес:
– Ляжем спать пораньше.
Сидящая на кровати Шаньшань подняла глаза.
– Больше не хочешь играть? Дети редко ведут себя так хорошо, как сегодня.
– Они, вероятно, больше не зайдут сегодня в игру. – Большой босс задумчиво погладил подбородок и радостно усмехнулся. – Сяо Най, должно быть, сейчас подвергается домашнему насилию.
Дунцуну было запрещено входить в игру Шаньшань чувствовала себя одинокой без милого малыша в игре. Ведь теперь, когда она проигрывала, никто не спешил подать ей руку помощи. Персонаж Вэйвэй относился к боевому классу и не был предназначен для того, чтобы помогать другим. Сяо Наю просто не хотелось тянуть за собой такого плохого игрока, как она. Что же касается Фэн Тэна… Ну, он первый усмехался, когда она выбывала из игры, и говорил что-то вроде: «Снова умерла? Тогда иди погрей мне кровать перед сном».
Если подытожить, то был ли вообще смысл играть без Цунцуна?!
Если его нельзя увидеть в игре, то в реальной-то жизни можно! Шаньшань тут же пригласила Цунцуна и его семью к себе в гости.
Так совпало, что компания Сяо Ная собиралась начать новое сотрудничество с компанией «Фэнтэн», так что было бы естественно нанести визит. Поэтому Сяо Най с энтузиазмом принял приглашение и снова приехал в город S с женой и детьми.
Сюэ Шаньшань с волнением готовилась к приезду семьи Вэйвэй.
Во-первых, нужно было подумать о еде.
– Сычуаньская кухня[54], – принял решение Фэн Тэн, не отрываясь от журнала, который в это время листал.
Шаньшань обернулась.
– Им нравится острая еда?
– Да, – хладнокровно сказал Фэн Тэн. – Насколько я понимаю моего партнера, господина Сяо, ему она очень нравится.
– О-о-о… тогда хорошо. Пусть будет сычуаньская кухня, – отважно согласилась Шаньшань.
Во-вторых, надо было продумать мероприятия.
– Я об этом позабочусь. – Фэн Тэн прищурился и перечислил виды спорта, в которых сам был хорош: плавание, теннис, настольный теннис…
Он не может выиграть у него в онлайн-игре, но обязательно победит его в реале.
Директор Фэн усмехнулся про себя, точа меч.
И последнее, но не менее важное…
Шаньшань в отчаянии посмотрела на двух детей, которые ползали по ковру у ног Фэн Тэна, и подняла малыша с бантом.
– Что надеть на Цунсин для первой встречи с Цунцуном?
Двойняшек семьи Фэн назвали Фэн Цунлюэ и Фэн Цунсин, и на данном этапе они были еще «ползунками».
В отношении Цунцуна у Шаньшань всегда были коварные замыслы. Первое свидание вслепую… О нет… это очень важное событие. Хотя дочь Шаньшань еще даже не могла ходить… это совершенно неважно…
Даже если сейчас она всего лишь «ползунок», все равно необходимо произвести на Цунцуна такое впечатление, которое останется с ним на протяжении десятилетий!
В день встречи Шаньшань встала пораньше, чтобы нарядить дочь.
Костюм зайчика? Очень мило, но не будет ли выглядеть слишком очевидно?
Тигренок? Нет, этим она будто говорит, что в будущем дочь превратится в тигрицу.
Черепашка?
Нет, это чересчур…
Наконец Фэн Тэн не выдержал, забрал свою драгоценную дочку, над которой так измывались, надел на нее маленькое платьице и вынес из комнаты.
Чтобы продемонстрировать свое внимание к партнерам, Фэн Тэн лично приехал за ними в аэропорт. В результате самолет задержали, и большому боссу пришлось долго ждать в кафе вместе с женой и детьми.
Шаньшань держала в руках молочный чай, с ностальгией глядя в окно.
– Помнишь, как однажды я ждала тебя здесь, но уснула, а когда проснулась ты уже сидел напротив и пил кофе.
Сейчас Фэн Тэн так же сидел напротив с кофе в руках, такой же высокомерный и элегантный. Он бы выглядел еще величественнее, если бы не толстенький ребенок, сидящий у него на коленях и сосущий свою ручку.
– Помню. – Фэн Тэн поставил чашку и чуть приподнял руку. На манжетах его рубашки блестели черные запонки с камнями. – Твой подарок. Сегодня как раз подходящий случай, чтобы его надеть.
Шаньшань скорчила ему рожицу.
Фэн Тэн посмотрел на часы и хотел что-то сказать, но вдруг выражение его лица изменилось. Мужчина посмотрел вниз и увидел, как его любимый сын кусает уже не свои руки, а пальцы отца, при этом невинно поглядывая на него.
Наконец, спустя два часа, приземлился самолет с семьей Сяо на борту.
– Господин Фэн. – Сяо Най оставался таким же элегантным и красивым, протягивая одну руку для рукопожатия, а в другой держа ребенка.
– Господин Сяо. – Лицо Фэн Тэна было сумрачным.
Шаньшань в это время уже бросилась к Цунцуну.
– Цунцун!
– Тетя Шаньшань, – вежливо кивнул тот.
– Цунцун, ты еще помнишь свою тетю? Мы давно не виделись в реальной жизни, хоть и играли вместе в онлайн-игру.
– Я помню, – серьезно кивнул Цунцун.
Шаньшань растаяла от его милоты.
– Скорее, скорее, пойдем к тете в гости.
Шаньшань решительно передала свою дочь Вэйвэй и взяла за руку Цунцуна.
Фэн Тэн вел машину, Сяо Най сидел на переднем сиденье, а Вэйвэй и Шаньшань расположились сзади.
– Что случилось с твоим мужем? Он выглядит не очень.
Шаньшань хитро улыбнулась.
– Он пытался поменять подгузник Люэлюэ, а тот пописал на него…
Вэйвэй прыснула от смеха.
Фэн Тэн за рулем двусмысленно кашлянул.
Шаньшань тут же убрала злорадную улыбку и вступилась за мужа.
– Почему ты смеешься? Неужели на твоего мужа никогда не писал ребенок?
Вэйвэй с сожалением покачала головой:
– Нет.
Шаньшань была потрясена.
– А? И как он этого достиг?
И что это за восхищенный тон? Если бы Фэн Тэн сейчас не вел машину, он бы хорошенько отчитал Шаньшань. Сидящий рядом с большим боссом Сяо Най мельком взглянул на него, едва заметно улыбнулся и сказал:
– Вэйвэй, не перегибай палку.
– О! – Супруга немедленно прислушалась к его совету.
В машине на некоторое время воцарилась тишина, которую нарушил негромкий голос Фэн Тэна:
– Господин Сяо действительно мастер. Даже подгузник для него не проблема.
– Вы мне льстите, – спокойно ответил Сяо Най. – Хоть я и моложе вас, но все же стал отцом на несколько лет раньше, так что у меня больше опыта.
– Гм.
– Разве не ты говорил, что нужно уметь вовремя остановиться? – сказала Вэйвэй.
Почему слова мужа Вэйвэй встают у людей поперек горла…
Посочувствовав подруге, Шаньшань тут же сменила тему, с радостью рассказав ей о своих планах.
– Фэн Тэн сказал, что вы любите острую пищу, поэтому я специально пригласила повара, специализирующегося на сычуаньской кухне. Эти три дня мы будем есть только такую еду. За остроту я ручаюсь!
– А? – произнесла Вэйвэй.
…Но Сяо Най вообще не ест острое.
Сяо Най кашлянул.
– Директор Фэн?
Господин Фэн оставался спокоен.
– Господин Сяо, не стоит благодарности. Быть радушными хозяевами – это наш долг. После ужина вы сможете немного отдохнуть, а затем мы сыграем в шахматы. А когда появится свободное время, пойдем играть в мяч или поплаваем в бассейне.
Сяо Най, конечно, все понял и едва заметно улыбнулся.
– Если господин Фэн этого хочет, то, конечно, я составлю вам компанию.
Вэйвэй, тоже понявшая значение всего сказанного, предпочла промолчать. Шаньшань, которая ничего не поняла, печально сказала:
– Если вечером вы пойдете играть в мяч, то что же делать с детьми? Нужно за ними присматривать.
– Действительно, – поддакнула Вэйвэй. – Наши дети уже могут сами о себе позаботиться, но ваши…
– Незачем так беспокоиться, – сказал Сяо Най. – Цунцун.
Цунцун, сидящий между матерью и Шаньшань и держащий бутылочку брата, вопросительно взглянул на отца.
Тот небрежно распорядился:
– Позаботься о маленькой сестричке и братике.
Сюэ Шаньшань чувствовала, как рушатся основы ее миропонимания.
– Это правда нормально?
Они пришли на корт. Шаньшань держала в руках ракетку и смотрела на красивый плед, расстеленный на лужайке. Двое ее детей и Юэлян лежали в центре, а рядом с ними были аккуратно разложены разные детские вещи.
Бутылочки, сухая молочная смесь, подгузники и так далее.
– Неужели мы действительно пойдем играть, поручив все Цунцуну?
– Ему уже шесть.
Конечно же, это сказал Сяо Най. Он взял ракетку и просто ушел.
Вэйвэй погладила Цунцуна по голове и сказала ему:
– Мама скоро вернется.
Мальчик кивнул.
Фэн Тэн посмотрел на Цунцуна и вдруг совершенно успокоился.
– Шаньшань, идем, – сказал он, направляясь к стадиону.
А? Они и правда ушли?!
Шаньшань посмотрела вслед даже не обернувшейся троице. Вэйвэй, как ты можешь так безоговорочно слушаться своего мужа?
– Цунцун, ты правда справишься?
Мальчик посмотрел на троих младенцев на пледе. Двое пухлых малышей, похожих друг на друга как две капли воды, смотрели на него, моргая большими глазами. Недовольный младший брат кривился, сжимая в руках бутылочку молока. Цунцун был немного раздосадован: почему он вообще должен приглядывать за тремя младенцами?
Мальчик огорченно махнул маленькой ручкой в сторону Шаньшань и сказал:
– Тетя, увидимся позже.
– Увидимся.
Шаньшань понуро ушла.
Пять дней спустя счет между Фэн Тэном и Сяо Наем был следующим.
В теннисном матче один на один победу одержал большой босс. Играя в паре с женами, босс потерпел сокрушительное поражение.
Плавание… Диалог перед битвой был таким:
– Директор Фэн, почему бы нам завтра не попробовать другую кухню, если я выиграю? – спросил Сяо Най.
– К сожалению, я не думаю, что господин Сяо Най сможет что-то изменить, – ответил на это Фэн Тэн.
Через несколько минут Сяо Най вышел из бассейна, взял полотенце, вытер капли с тела и спокойно произнес:
– Кантонская кухня[55].
Баскетбол.
Победа Сяо Ная.
Гольф.
Победа Фэн Тэна.
В го процент побед и проигрышей был примерно одинаков.
Если не считать печального матча в теннис с женами, Фэн Тэн чувствовал, что в целом он побеждал чаще. Поэтому на шестой день, наполовину довольный, наполовину неудовлетворенный, большой босс отвез Сяо Ная и его семью в аэропорт. Времени на обсуждение дел у этих двоих за прошедшие дни так и не нашлось.
Глядя вслед гостям, идущим на паспортный контроль, Фэн Тэн вдруг произнес:
– Твоя идея неплоха.
Шаньшань непонимающе взглянула на него и уточнила:
– Какая?
– Та, что касается брака с кем-то из его семьи. Я думаю остановиться на Цунцуне.
Фэн Тэн был очень доволен своим решением.
Хоть большой босс и положил глаз на Цун-цуна как на своего будущего зятя, автор уже \ обдумала этот вопрос. Если он и напишет книгу о следующем поколении, то называться она будет «Яркая луна среди звезд»[56].
Спасибо за выбор нашего издательства!
Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.
Вероятно, речь идет о Дне образования Китайской Народной Республики (отмечается 1 октября). В таком случае возможно, что выходные дни совпали с концом сентября.
Также речь может идти о Празднике драконьих лодок, который отмечают в пятый день пятого месяца по лунному календарю. Чаще всего он выпадает на конец мая – начало июня.
Сюэ Шаньшань выскочила в том же, в чем и спала. Такое поведение является нормальным для китайцев.
В оригинале кровь группы АВ.
Имя владельца Фэн Тэн (封腾) звучит созвучно названию компании «Фэнтэн» (风腾), но первый иероглиф у них разный.
Шестой уровень английского языка – С2 (Proficiency). Означает владение языком в совершенстве, практически на уровне носителя языка (Native Speaker).
Средний уровень владения компьютером. Означает, что человек умеет пользоваться классическими офисными программами (Microsoft Word, Excel, PowerPoint и т. и.).
Префикс 阿 (а) в китайском языке используется для образования обращений и придает существительным ласкательную форму, создает оттенок близости.
В ориг. «Свиная печень на восемнадцать приемов пищи». В Китае есть списки с определенными продуктами, которые нужно есть в первые восемнадцать дней месяца, чтобы привлечь богатство и удачу. Списки имеют ритуальное, символическое значение.
Игра слов. 饭桶 – короб для вареного риса. В переносном смысле означает никчемного человека, дармоеда, обжору.
«Легкими шагами подняться к синим небесам» (平步青云) – фразеологизм, означающий «быстро подняться по должностной лестнице».
Жанр уся (кит. 武俠) – приключенческий жанр китайского фэнтези, в котором делается упор на демонстрацию восточных единоборств. Термин образован путем сращения слов «ушу» («боевое искусство») и «ся» (рыцарь, зачастую странствующий).
Шаньшань делает отсылку на древнекитайский военный трактат «Тридцать шесть стратагем».
«Поднять шум на востоке, а нападать на западе» – стратагема № 6. Заключается в необходимости использовать отвлекающий маневр для осуществления цели.
«Выманить тигра с горы на равнину» – стратагема № 15. Заключается в возможности захватить или ослабить противника, удалив его от «родных» ему людей и обстоятельств.
吃人家的嘴软，拿人家的手软 – принимая что-то от другого человека, становится неудобно отказывать ему или критиковать его.
CPA (Certified Public Accountant) – высшая международная ступень квалификации финансового служащего.
Баоцзы (кит. 包子, пиньинь bāozi) – китайское блюдо, представляющее собой небольшой пирожок, приготовляемый на пару.
月老 – Лунный старец, божество брака.
«Кау чим» (также встречается название «кау цим» и «чиен тунг») – китайское гадание, в ходе которого человек задает вопросы и интерпретирует ответы по плоским палочкам с надписями или цифрами. Обычно человек встряхивает специальный цилиндр с бамбуковыми палочками до тех пор, пока одна из них не выпадет. Выпавшую палочку показывают жрецу или переводят ее значение по священным текстам.
У злодея сердце дрожит от страха (做贼心虚) – идиома, означающая, что нечистая совесть не дает покоя. Русский аналог – на воре и шапка горит.
Вода так глубока, что не видно дна, огонь так горяч, что невозможно дотронуться, – так говорится о сложной, возможно, опасной ситуации. Образно означает невыносимые страдания, критическое положение.
В Китае издавна считается, что употребление горячей воды полезно для всего организма. Поэтому китайские дети ходят в школу с термосами, а взрослые – на работу. Набрать кипяток в личный термос можно в школах, библиотеках, на вокзалах, в аэропортах и даже в метро.
Городской округ в провинции Цзянсу, там же находится озеро Тайху.
В Китае центральное отопление есть только на севере. Судя по тому, что на Новый год в городе ноль градусов, Шаньшань живет на юге, поэтому у нее в квартире нет отопления.
Игра слов. В переносном значении используется как завуалированный намек на отношения, более близкое знакомство. Например, в России в таком смысле используется выражение «пригласить на чашечку чая» или «пригласить посмотреть кино».
挡酒 дословно «заслонять, отгораживать от алкоголя». В китайской традиции нельзя просто сказать нет, если предлагают выпить. Нужно придумать какой-то веский повод, либо кто-то другой может вызваться выпить вместо тебя. Обычно мужчина пьет за девушку.
醉翁之意不在酒，〔在乎|丨|水之间也) – афоризм, полностью звучащий как: «Истинные помыслы старого пьяницы обращены не к вину, а к (любованию) горами и реками». Его приписывают Оуян Сю, китайскому государственному деятелю, поэту, историку. Обр: действовать, преследуя тайные цели.
В ориг: «Пожалеешь ребенка (для приманки), не поймаешь волка». В оригинале «волк» (狼), заменено на «мужчина» (?). Эти слова пишутся по-разному, но звучат абсолютно одинаково.
Вставай, кто не желает быть рабом 起来！不愿做奴隶的人们), – первая строчка гимна Китая.
Имеется в виду китайский Новый год – традиционный праздник в Китае, символизирующий начало нового года по лунному календарю. Традиционно Новый год в Китае справляют во второе новолуние после зимнего солнцестояния. Обычно празднование выпадает на период между 21 января и 21 февраля.
替迟 «чуньюнь» – сезонная массовая внутренняя миграция китайского населения в период до, во время и после праздника китайского Нового года.
В ориг. 从天而降 – с неба свалился. Обычно так говорят, когда кто-то появился неожиданно.
欲擒故纵 дословно: приотпускать, чтобы схватить. Усыпить бдительность, притвориться, а затем схватить.
Четыре прослойки китайского общества: ученые, земледельцы, ремесленники и купцы – это конфуцианское понятие, которое обозначало идеализированную систему социальных отношений, заложенную в основу дальневосточного феодального общества.
Речь идет о ежегодном гала-концерте «Чунвань», который в Китае считается главным культурным символом празднования Нового года. Это не только развлекательное, но и культурно-просветительское мероприятие. Здесь показывают как музыкальные номера, так и традиционные виды искусства.
Гуидак – гигантский двустворчатый моллюск, который напоминает огромную улитку с маленькой раковиной.
Дахуа перечисляет деликатесы.
Царство Святого Духа Мяоцзян – государство из новеллы «Моя холодная и элегантная жена». Мяоцзян делится на Юг и Север, а его святые вынуждены сражаться друг с другом, чтобы завоевать титул настоящей Святой для всего Мяоцзяна и завладеть Цветком Божьего Духа, способным исцелять любые повреждения.
Weibo – китайская социальная сеть. Часто называется «китайским Twitter», но по функционалу она больше напоминает VK или Facebook.
«Детектив Конан» – японская детективная манга и аниме-сериал.
В ориг. использовалось выражение «играть в крестики-нолики», которое можно понимать двояко: как в значении «сыграть в игру», так и в значении «предаваться плотским утехам».
Сертификат CIA (Certified Internal Auditor) – общепризнанный международный профессиональный сертификат в области внутреннего аудита. Его получение означает, что специалист обладает необходимой базой знаний, которая требуется для работы в сложных и крупных организациях с высокими требованиями к корпоративному управлению.
Сертификат АССА (Association of Chartered Certified Accountants) – международная профессиональная квалификация в области финансов, учета и аудита. Присваивается Ассоциацией дипломированных сертифицированных бухгалтеров (АССА) – глобальной ассоциацией профессионалов в этой сфере.
Кто с киноварью близок – покраснеет, кто с тушью – черным станет от нее – китайская пословица, похожая по значению на русскую «с кем поведешься, от того и наберешься».
В оригинале использовалась аббревиатура «NND» (
Вероятнее всего, речь идет о Long Island Iced Tea – коктейле на основе водки, джина, текилы и рома. Несмотря на свое название, он обычно не содержит холодного чая, а назван так из-за того, что имеет тот же янтарный оттенок.
В слове «выбирать» используется тот же иероглиф «選», что и для «выбирания» овощей из еды.
QQ – китайский мессенджер, разработанный интернет-холдингом Tencent. Является одним из самых популярных и старых приложений в китайском интернет-пространстве.
Гора Тайшань (泰山) – так в Китае образно называют тестя. Название имеет историческое происхождение: однажды цзай-сян (премьер-министр в монархическом Китае) Чжан Юэ, регулярно получавший награды на горе Тайшань, продвинул по службе своего зятя Чжен И. Узнав об этом, император Сюань-цзун устроил допрос Чжен И, но юноша не выдал своего тестя. Во время разбирательства кто-то из придворных шепнул императору: «Он получил повышение благодаря силе горы Тай». Сюань-цзун понял, как юноше досталась должность, но помиловал его, потому что он не выдал имя своего благодетеля. Люди узнали о милости императора и с тех пор стали называть отцов своих жён что значит «ГОРНЫЙ ОТЕЦ».
Приставка «сяо» (小，xiăo) в китайском языке означает «маленький», «младший». Также «сяо» может использоваться как уменьшительно-ласкательный префикс при обращении к близкому другу или родственнику, который младше говорящего.
Отсылка к другой книге Гу Мань, «Легкая улыбка покоряет мир», в которой герои играли в эту же игру.
Главный герой книги Гу Мань «Легкая улыбка покоряет мир».
Фэн Тэн говорит: «透支». Здесь он использует игру слов, потому что два иероглифа вместе означают «перерасход», а по отдельности: «проникать, пронизывать» + «продолговатый предмет».
Свиноподобный товарищ по команде (猪一样的队友) – интернет-сленг, использующийся по отношению к игроку, который подводит команду, безответственно ведет себя и вредит товарищам.
Персонаж из книги Гу Мань «Легкая улыбка покоряет мир».
Сычуаньская кухня – одна из региональных кухонь Китая, славящаяся острыми и пряными вкусами. Ее отличительной чертой является использование сычуаньского перца, который придаёт блюдам характерное «онемение» языка. Помимо него в блюдах активно используются чеснок, имбирь, соевый соус, черный уксус и ферментированные продукты.
Кантонская кухня – совокупность кулинарных традиций населения китайской провинции Гуандун. К особенностям кухни относится акцент на свежесть продуктов, минимальную обработку ингредиентов и сохранение естественных вкусов. Во время приготовления пищи используются не только традиционные для Китая продукты питания, но и привозные. Например, субпродукты, куриные лапки, язык утки, лягушачьи лапки, змеи и улитки.
«Яркая луна среди звезд» (明月从星) – слово «луна» взято из имени Юэляна (月亮), младшего брата Цунцуна, а «звезда» (星) – из имени Цунсин, дочери Фэн Тэна и Сюэ Шаньшань.