Роза сидела и просматривала его ленту новостей в социальных сетях. Она открыла календарь и начала записывать:

13:00 Он сфотографировался на тренировке по хоккею. Значит, она состоялась по графику.

15:30 Фотография в торговом центре. Отметить себе, что он туда с кем-то ходил. Вопрос, с кем? Может ли быть, что он пошел туда один?

На фото только его рука, мороженое и знакомый ей торговый центр.

Роза откинулась назад и начала перечислять в голове его друзей: Рон, Джаспер и Ленни.

Рон должен был уехать в эти дни.

Джаспер был со своей девушкой.

Ленни. Это мог быть Ленни.

Роза открыла страничку Ленни и проверила, есть ли свежие видео у него.

В яблочко.

Значит, он ходил туда с Ленни. А затем они поехали по домам.

Сегодня вечером должна состояться вечеринка в доме Джаспера. И ей нужно туда попасть. Иначе как ее возлюбленный сможет провести вечер без нее? Роза не могла такого допустить.

Получить приглашение ей не составило большого труда. На вечеринке будет девушка Джаспера — Мари. Три дня назад Роза «случайно» столкнулась с ней в кофейне. Они разговорились и проболтали два часа о хобби Мари — астрологии. Конечно, Роза знала все это заранее. Она изучила расписание Мари, ее хобби и углубилась в астрологию, чтобы выглядеть привлекательным собеседником. Пара намеков — и она получила приглашение на вечеринку.

Роза подошла к зеркалу и надула свои пухлые губки. Ей сегодня нужно выглядеть ослепительно. Сегодня Джон познакомится официально со своей будущей женой.

Правда, он этого еще не знает.

Но это лишь небольшие сложности на пути к реализации.

Роза надела красное платье до колена с откровенным вырезом на спине. Собрала свои длинные белые волосы в небрежный пучок и накрасила губы красным цветом. Не заметить ее будет невозможно.

И она сделает для этого все.

Через пару часов Роза постучала в дверь. Ей открыл Джаспер и удивленно уставился на нее. Внутри себя Роза ухмыльнулась.

— Здравствуйте, я подруга Мари, Роза, — она протянула ему руку для рукопожатия.

Он с нежностью слегка сжал ее руку.

— Вы прямо соответствуете своему имени, Роза. Приятно познакомиться, Джаспер. И это моя квартира, прошу.

Джаспер распахнул дверь, пропуская Розу вперед. Медленно покачивая упругими бедрами, она вошла в помещение и решила внимательно его рассмотреть. По ее обнаженной спине прошелся холодок свежего воздуха, и она вздрогнула. Это была квартира на двадцатом этаже нового жилого комплекса. Стекла в квартире были в пол и открывали чудесный вид на ночной город. Квартира была оставлена в стиле хайтек. В целом, ничего удивительного. Все типично для холостяка из хоккейного клуба. Она обернулась назад и поймала его пожирающий взгляд.

«Эта рыбка тебе не по зубам, малыш», — подумала она про себя и зашагала в центр комнаты.

В помещении уже было достаточно много народу. Все шумели, смеялись и пили алкоголь. Отличное начало для закидывания наживки. Нужно было выбрать удобное место для наблюдения. Роза проскользила взглядом в поисках Джона. Даже еще не найдя его, она услышала его громкий и глубокий смех.

Это был Джон. У нее перехватило дыхание.

Взгляд поймал его черную макушку волос. Джон стоял в окружении незнакомых ей парней и девушек. Одна из них уже пыталась схватить его за руку.

Роза недовольно фыркнула.

Но, видимо, интерес Джона она тоже не зацепила. Тот отмахнулся от нее и продолжил вести свой рассказ.

Отлично, Розе надо занять такое место, чтобы это было в направлении его взгляда, но не слишком близко. Он не должен подумать, что Роза вымаливает его внимание, как все эти другие девушки.

Нет.

Роза достойна самого лучшего.

Она хотела всего Джона.

Хотела свести его с ума. Разрушить его привычный мир. Хотела, чтобы он стал одержим ею, как она им.

Всю свою взрослую жизнь Роза только и делала, что подбиралась к нему. Следила за ним. И строила планы, как он станет принадлежать только ей. Ее дни, ночи были направлены только на то, чтобы подобраться максимально близко к нему.

Но все осложнялось тем, что Джон был местной звездой хоккейного клуба. Вокруг него всегда была толпа фанаток. И ему самому не было интересно оставаться долго с женщиной.

А это ее совершенно не устраивало.

Она должна стать для него его собственным безумием.

Тогда Роза решила стать спортивным агентом. Но сама, не ожидая того, благодаря своим качествам наблюдения, сбора информации и стремления к целям, стала весьма успешной в этой сфере.

И скоро она будет работать в его клубе. Ему некуда будет бежать.

А сегодня вечером Розе необходимо создать то самое первое впечатление, чтобы он уже не мог оторвать от нее взгляда.

Роза взяла бокал коктейля с вишенкой и устроилась на подушках широкого балкона. Она села полубоком, чтобы ее стройная и спортивная спина была максимально открыта взгляду Джона. Чтобы он мог зацепиться за ложбинку между ее спиной и вырезом, оголяющем ягодицы. Она сегодня не надела белье.

Джон это заметил.

Покачивая ногой, Роза перевела взгляд на толпу людей. Большинство ей были знакомы. Это хоккеисты клуба «Легион». Каждого из них она уже давно оценила и составила портфолио. Возможно, с кем-то она поработает.

Точнее, не так, они сами к ней прибегут, когда Роза войдет в клуб со своим клиентом.

Все хотят Розу.

А Роза хочет Джона.

Джон попал на крючок. Она вращала вишенку во рту и наблюдала краем глаза, что Джон идет сюда. Он шёл через толпу, не обходя людей — сквозь них. Плечи вперед, подбородок чуть поднят. Толпа расступилась сама, и он этого даже не замечал. Привык. Как на льду: он не объезжал, он продавливал. Он знает, зачем он идет. Это его план действий каждый раз.

Бокал. Улыбка. Наклон головы чуть влево. Она видела, как Джон делает это с блондинкой у бара в прошлую пятницу. И с рыжей на игре месяц назад. Один и тот же заход. Третий сезон одного и того же спектакля. Но сегодня спектакль отменяется.

Джон берет бокал напитка и протягивает его Розе. На его лице расплывается самоуверенная улыбка. Кошечка внутри начала мурчать от удовольствия, представляя эту улыбку между своих ног.

— Тут, кажется, скучают в одиночку. Я решил, что это несправедливо.

Роза скользит языком по нижней губе. И он жадно наблюдает за этим действием.

— Попробуете меня развлечь? Это очень сложно.

— Я безумно люблю трудности.

«Ох, малыш. Ты ещё не знаешь, на что наткнулся. Эта трудность не отпустит. Эта трудность залезет под кожу и останется там навсегда. И тебе понравится. Тебе понравится так, что ты будешь умолять не останавливаться.»

— И что же ты можешь мне предложить? — она по-кошачьи улыбнулась глазами.

Взгляд Джона проскользнул по ее телу, медленно ощупывая каждую округлость. Он прикусил губу и произнес то, что она ждала.

— Может, уйдем отсюда? Я знаю более укромное и уютное место.

Роза подала ему руку. Он аккуратно помог ей встать и, придерживая ее за талии, повел к выходу. Его рука скользнула по обнаженной спине, изучая каждый сантиметр ее кожи, и стремилась опуститься ниже, к ягодицам.

Когда они спустились на первый этаж, к подъезду подогнали его джип. Роза удивленно спросила:

— Ты поведешь?

Но она знала ответ. Джон не пьет. Никогда.

— Довезу с ветерком, — ухмыльнулся он и открыл ей дверь машины, предлагая сесть.

Пятнадцать минут спустя они уже зашли в его квартиру. Именно тут она и мечтала оказаться.

— Предложишь что-то выпить? — Роза посмотрела в сторону кухни и увидела большой барный стол. Она легко уселась на высокий стул, закинув ногу на ногу.

Джон достал два бокала. Налив Розе вина, он достал колу и налил ее себе. Потребовалась секунда, чтобы выбросить пустую банку. Но этого было достаточно.

Сделав глоток вина, Роза встала из-за стола и обошла его. Устроившись между ног Джона, она потянула его за собой и толкнула на диван.

Джон улыбнулся и широко расставил ноги. Роза кошкой подошла к нему, устроившись между ними. Наклонившись очень близко к его губам, она прошептала:

— Завтра будет немножко болеть голова, малыш.

Ее губы накрыли его. Она жадно сжала их, прикусив нижнюю. Джон попытался ее обнять, но Роза оттолкнула его руки и погрозила пальцем.

— Будь послушным мальчиком, убери руки.

Джон, не ожидая от себя такого, опустил руки на диван. Губы Розы скользнули по его подбородку и добрались до ушей.

— Сладких снов, — прошептала она.

И тут Джон почувствовал. На него накатила слабость, которой не было раньше.

— Что ты… что сделал… — пытался выговорить он, но язык стал таким тяжелым, что двигать им было невозможно.

Джон заснул.

Джон заснул.

Первым делом нужно было сделать копию ключей. Они лежали на барной стойке, небрежно брошенные, когда Джон заходил в квартиру. Роза достала воск и заготовку. Слепок занял меньше минуты. Она действовала с хирургической точностью.

Следующей ее целью был компьютер. Он не был запаролен.

Глупо, Джон.

Ты слишком уверен, что мир крутится вокруг тебя и никто не посмеет взломать его.

Она вставила флешку. Шпионская программа установилась за десять секунд и теперь Роза видела его экран, его камеры, его местоположение.

Он был у нее в кармане.

Но самое интересное ее ждало в спальне Джона.

Роза не включала свет. Ей нравилось, как лунный свет падал на его вещи.

Она подошла к шкафу и медленно открыла его створку. Внутри пахло Джоном — потом и дорогим одеколоном. От этого запаха у нее заколотилось сердце, поэтому Роза сделала глубокий вдох и замерла. Она провела рукой по рубашкам и отодвинула их.

На верхней полке среди спортивных сумок лежала старая коробка из-под обуви. Роза аккуратно сняла ее и заглянула внутрь. Там лежали фотографии девушки. Ненси. Та самая, которую Джон считал любовью всей его жизни. Копна рыжих волос, веснушки, милая улыбка. Она провела пальцем по стеклу рамки.

— Ты думаешь, что все еще любишь ее, Джон? — прошептала она в тишину. — Ты просто не знаешь, что такое настоящая одержимость.

Роза не стала забирать фото, она аккуратно убрала его обратно. Затем она вернулась к дивану, где Джон лежал на спине, одна рука на груди, другая свесилась с края.

Роза наклонилась и достала из сумки свои трусики. Она аккуратно накрутила их на его запястье, как браслет. Затем наклонилась к его уху.

— Теперь ты мой, — прошептала она. — Даже если ты об этом еще не знаешь.

Она вышла из квартиры, оставив после себя только запах в его квартире и трусики на его руке. И маленький маячок в его телефоне, который она установила. Он будет думать, что это просто глюк системы. Но она будет знать, где он.

Всегда.

У Джона раскалывалась голова. С глубоким стоном он пошевелился и попытался разлепить глаза. Где он находится? Что произошло? Обрывки вчерашнего вечера крутились в голове, но никак не складывались в финальную картинку.

Он осмотрелся и успокоился, когда понял, что находится в своей квартире. Джон опустил взгляд на свою руку и застыл.

На запястье были женские стринги. Он снял их с руки, прижал к своему лицу и сделал глубокий вдох.

Они пахли настоящим раем. Этот сладкий запах проник к нему под кожу, и Джон сразу же стал твердым. Напряжение было невыносимым. Неужели вчера у него не было секса?

У него всегда есть секс после вечеринки.

Джон сжал трусики в своей огромной руке и встал. На столе стояло два бокала. На одном была красная помада.

Девушка. Вчера он встретил великолепную девушку, похожую на прекрасный цветок. Они были у него в квартире. Целовались. А дальше он ничего не помнит.

Джон прижал кулаки к голове.

Это был не алкоголь. Его чем-то накачали! Эта стерва его накачала!

Но как? Когда? Она не давала напитков.

Проклятье.

Джон в панике начал ходить по квартире и проверять, все ли на месте. Спустя двадцать минут он полностью убедился, что все на своих местах и ничего не пропало.

Стоит ли написать заявление в полицию? И что он скажет? «Мы целовались, а затем она сбежала, накачав меня.»

Бред.

Джон подошел к холодильнику и достал бутылку с холодной водой. За пару глотков он опустошил бутылку. Затем посмотрел на трусики в руках и снова вдохнул этот сладкий запах. Он просто сводил его с ума. Не понимая, что делает, Джон кладет эти трусики под подушку, а затем направляется в душ снимать напряжение и собираться на тренировку.

Может, спросить Джаспера об этой девушке?

Нет, это плохая идея. Он сразу же решит, что его она заинтересовала. А его не интересуют девушки и отношения. Ему интересен только секс.

Постояв под ледяной водой и откинув свои черные волосы назад, Джон почувствовал себя намного лучше. Теперь он был готов к новому дню.

Сегодня у Джона важный день. В его команду из Чикаго переходит новый перспективный новичок — Марк. Его недавно переманили в «Легион». И ожидается, что он поможет усилить их нападение и сыграется с Джаспером. Вообще Кейн Лонг, владелец клуба, давно искал себе снайпера и новую звезду для их фанатов.

Джону на это было плевать, лишь бы новичок помог выиграть Кубок Стэнли. Он не знал, что за этим переходом три месяца стояла женщина, которая выгрызла его у чикагского генменеджера. Чтобы ее клиент оказался именно здесь. Рядом с ним.

Переодевшись в раздевалке, Джон выскользнул на лед. Он наворачивал круги по льду в ожидании своих сокомандников. Снова пришел слишком рано. Снова тренируется в одиночестве. Но именно это ему и нужно. Это помогает собраться, сконцентрироваться.

Для Джона это ритуал перед каждой тренировкой, каждой игрой. Он приезжает очень рано, носится по льду и проигрывает в голове все позиции и стратегии, которые дает им тренер. В этом сезоне Кубок очень близко, и он не собирается его упускать.

Джон хочет доказать, что именно он и его команда — самые лучшие.

Хорошо размявшись на льду, Джон замечает, что у бортика стоит красивая девушка. Ее лицо кажется знакомым. Светлые волосы убраны в высокий хвост, очки на лице. Ее взгляд сосредоточен не на нем, а на телефоне в ее руке. На ее пухлых губах красная помада. Такая же помада, которая осталась на его лице и бокале у него дома.

Это была она, теперь Джон уверен.

Он на всей скорости мчится к борту, где стоит она, и резко тормозит.

— Что ты тут делаешь? — голос Джона вибрирует от злости. Но вместо испуга на лице девушки растягивается довольная ухмылка.

— Джон Распер, рада снова Вас видеть!

— Рада? — сквозь зубы прорычал он. — Я спросил, что ты здесь делаешь? И какого черта вчера произошло?

Он наклонился к ней до уровня ее лица. Было видно, как подергивается нерв около его глаза.

— Слушай сюда, если ты думаешь, что можешь просто повышать на меня голос, то очень сильно ошибаешься, — она тыкнула пальцем ему в грудь. — Вернись на свой поводок и будь хорошим мальчиком, пока не натворил того, о чем можешь пожалеть.

Теперь настала очередь Джона осекаться.

— Кто ты такая, чтобы вообще мне угрожать?

— Поверь, ты знаешь, кто я, — она опустилась на сиденье позади и закинула ногу на ногу.

— Джон! Я гляжу, ты уже познакомился с Розой Сайдер. Вот и замечательно! — воскликнул Кейн Лонг, показавшийся из тоннеля.

В этот момент на лице Джона появляется растерянность.

Не может быть.

Перед ним стояла та самая Роза Сайдер.

Про нее слышали абсолютно все. Она выгрызла много крупных контрактов своим клиентам.

Её клиенты — крупнейшие звёзды НХЛ. И именно поэтому каждый хоккеист хочет попасть под ее крыло. Но она мало кого берет.

И теперь она здесь.

И вчера Джон целовался с ней и пытался ее трахнуть.

Черт.

— Да, Кейн, мы уже познакомились с Джоном. Он у тебя похож на большого злого медведя, которого недавно выпустили из клетки, — промурлыкала Роза.

Кейн улыбнулся.

— Именно за это его здесь обожают. Он наша звезда, — Кейн хлопнул по плечу Джона.

Джон что-то невнятное пробурчал себе под нос и решил быстро ретироваться, пока не натворил еще дел. Но Кейн увидел это и поймал его за руку.

— Роза привела к нам Марка. Посмотришь его сейчас? Парни тоже готовы выходить на лед.

Теперь картина начинала складываться. Роза — агент Марка.

— Хорошо, — Джон попытался сохранить спокойный голос. Он сошел со льда и устроился на скамейке рядом с Розой. Кейн же сел с другой стороны от нее.

Из тоннеля послышались голоса и смех. Команда направлялась сюда. Впереди всех шел тренер Эйдан. Увидев Кейна и Джона, он помахал им рукой и, дав указания команде, устроился рядом с Кейном.

Свисток. Разминка началась.

В этот момент Роза наклонилась к уху Джона и прошептала:

— Я оставила в твоем шкафчике еще одни трусики. Только на этот раз красные, как твоя форма.

Глаза Джона округлились, и он повернулся к ней. Но Роза уже отстранилась и делала вид, что ничего особенного она не сказала.

У него лежали ее трусики под подушкой. И еще одни в шкафчике с одеждой. Он поднял взгляд на ее алые губы и в этот же момент стал таким твердым, что форма вдруг стала тесной.

Что эта женщина творит? Какого хрена вообще происходит?

Но в мыслях он уже представлял, как раскладывает ее красивое тело на столе в своем доме и стаскивает зубами те самые трусики.

Чертова ведьма.

После разминки и небольшой игры Джон сидел задумавшись. Марк был именно тем, кого он искал. Он гармонично вписывался в стратегию команды и прекрасно понимал, где ему нужно быть и кому передавать. Проклятая Роза. Она точно знает свое дело, потому что парень хорош.

— Что скажешь, Джон? — обратился к нему Кейн, хотя тот уже знал, какой ответ получит, потому что на его лице расплылась довольная улыбка.

— Думаю, у нас сейчас есть хорошие шансы на кубок, — Джон задумчиво уставился на лед, наблюдая за скользящими по льду игроками.

— Нам все равно потребуется время, чтобы Марк изучил наши стратегии. Но Джон прав, Марк повысит наши шансы. Все благодаря Розе, — Эйдан улыбнулся и слегка наклонил голову.

Роза растянула губы в широкой улыбке. И Джон это заметил краем глаза. Улыбка была ослепительная. Не зря в спортивном сообществе все считали ее невероятно красивой. Она такой и была. А еще была занозой в его заднице, которая явно собирается играть с ним в тайную игру.

Джон встал с места и устремился на лед. Пора начинать тренировку.

Несколько часов спустя Джон зашел в раздевалку. Все парни уже заканчивали переодеваться. Джон подошел к шкафчику и открыл его. Сверху на его одежде лежали красные кружевные трусики.

Внутри Джона вспыхнула злость. Он схватил их и с силой сжал в кулаке. Какого черта она творит? Как она смогла вообще сюда попасть? Раздевалка под запретом для посещения агентов перед игрой или тренировкой.

— Джон, кто это был с тобой на лавке? — Джаспер подбежал к нему и толкнул плечом.

— Да, Джон, кто она? Красотка. Я б ее трахнул, — произнес Ленни.

— В твоих влажных мечтах, Ленни. Она на тебя даже не посмотрит, — добавил Рон.

Джон повернулся к ним, все еще сжимая трусики в кулаке.

— Вы ее знаете. Это Роза, — коротко произнес Джон.

— Погоди, это Роза Сайдер? — воскликнул Ленни.

— Да, — сказал он и, схватив пустую бутылку, подошел к мусорке, куда вместе с ней выбросил и трусики. Он не хотел, чтобы парни увидели их. И начали задавать вопросы. Вообще всю эту ситуацию рассказывать им не хотелось.

— Та самая Роза Сайдер? Звезда среди агентов? А как она здесь оказалась? Я пытался к ней попасть. Но она почти никого к себе не берет в подопечные, кроме избранных, — сказал Рон.

— Наш новенький один из избранных.

— Так вот кто знает, как к ней подступить. Надо с ним подружиться, — задумчиво произнес Джаспер.

— Нахер ее. Она чертова стерва. И по любому трахается с Кейном. Иначе как бы неизвестный новичок попал в нашу команду. Да и Кейн облизывал ее глазами, — выплюнул Джон.

— С Кейном будет сложно тягаться, — задумчиво произнес Ленни, — но я попробую.

Ленни подмигнул и отошел.

— Вот придурок, — произнес Джаспер.

— У него просто вечный недотрах, — произнес Джон, стягивая с себя форму.

— Ты лучше скажи мне, я же правильно понял, что Рози была на моей вечеринке?

— Да. Видимо, собирала о нас информацию. С ней нужно быть осторожнее, — Джон стянул с себя защиту.

— Ты прав. И ты будь осторожнее, — произнес Джаспер.

— Это еще зачем?

— Она всю тренировку не сводила с тебя глаз. Либо она хочет заполучить тебя, либо уничтожить, — пожал плечами Джаспер и отошел.

А Джон погрузился в свои мысли.

Он не знал, чего Роза хочет. Но он знал одно: он не позволит ей выиграть.

Вернувшись в свою квартиру, Джон почувствовал себя не в своей тарелке.

Что-то было не так. И он не мог понять, что.

Он прошелся по квартире, но все было на своих местах. Вещи лежали брошенные на кровати и часть в ванной. Книги были разложены по тумбочкам.

Однако что-то свербило его изнутри.

Он подошел к кровати и отодвинул подушку. Трусики пропали. Он удивленно скинул все с кровати и заглянул под нее, но их нигде не было.

— Куда, блять, они делись? — прорычал он вслух.

Джон все равно хотел их выкинуть. Но он не ожидал, что они пропадут.

Собрав обратно все постельное белье и закинув на кровать, он направился на кухню готовить себе завтрак.

Неожиданно телефон в его кармане завибрировал. Это было смс с неизвестного номера. Джон открыл его и прочитал.

Роза: «Очень жаль, что тебе не понравился мой подарок.»

Джон: «Какого черта ты творишь! Отвали от меня.»

Роза: «Я только начала, малыш.»

Джон: «На этом мы все и закончим.»

Джон заблокировал ее номер.

Новое сообщение с другого неизвестного номера.

Роза: «Ты слишком вспыльчивый. Тебе нужно расслабляться. Открой дверь, там тебя кое-что ждет.»

Джон оторвал глаза от экрана и подошел к двери. Взглянув в дверной глазок, он не видел никого, поэтому осторожно открыл дверь. Под ней стояла небольшая коробка.

Он осторожно поднял ее и приложил к уху. На бомбу не похоже. Да и вряд ли эта ненормальная хочет его убить. Зайдя в квартиру, он откинул крышку в сторону.

В коробке лежало фото. Он аккуратно его достал и внимательно рассмотрел. На нем был Джон с рыжеволосой девушкой. Он прижимал ее к стене и впивался в ее губы.

Джон перевернул фото, на нем была дата. Две недели назад.

Тогда Джон ушел с вечеринки с очередной девушкой. Последней девушкой, с кем он спал.

Он заглянул в коробку и увидел вырванный клок рыжих волос. На них были куски кожи и крови.

Джон сморщил нос.

В животе поднялась тошнота. Что она с ней сделала? С этой девушкой все в порядке или нет?

Телефон снова завибрировал.

Роза: «Эта была последней. Больше тебе не удастся ни с кем переспать. Ни одна девушка не приблизится к тебе ни на метр.»

Джон: «Не тебе указывать, с кем я могу спать, а с кем нет.»

Роза: «Попробуй. И посмотри, что с ней случится.»

Джон стоял посреди кухни, держа в одной руке фото, а в другой — клок рыжих волос. Он смотрел на них уже несколько минут, пытаясь принять то, что сейчас произошло.

Первая здравая мысль, которая пришла ему в голову, — это полиция. Надо звонить в полицию. Ведь это же нападение на человека.

Он положил фото на стол и сел за стул, смотря на свой телефон.

И что он скажет? «Мне прислали коробку с волосами девушки, с которой я спал две недели назад. И нет, я не знаю, кто она и как ее зовут». Кто прислал? «Роза Сайдер». Почему? «Потому что она психопатка и хочет меня трахнуть». Это не заявление.

Это сцена из плохого фильма.

Он откинулся на спинку стула, запустил руки в волосы и закрыл глаза.

В этот момент внутри него что-то зашевелилось. Что-то, что давно было мертво. Что он давно погасил в себе по отношению к женщинам, — интерес.

Она сделала это из-за него. Она не хочет его ни с кем делить. Чертова собственница.

Он открыл глаза и посмотрел на фото внимательнее, на то, как он прижимает ту девушку к стене.

А что будет дальше? Какой ход сделает эта психопатка?

Он сам не понял, как это произошло. Но он улыбнулся хищной улыбкой впервые за долгое время. Не потому, что эта ситуация была смешной. Нет, это было ужасно и отвратительно. Но это всего лишь взбудоражило в нем дикий интерес.

Он взял телефон и набрал новый номер. Роза сбросила его, тогда Джон набрал смс.

Джон: «Что ты с ней сделала?»

Ответ пришел через секунду.

Роза: «Ничего, чего бы она не заслужила.»

Джон смотрел на экран. Его сердце билось чаще, чем должно было.

Он должен был чувствовать отвращение.

Знал, что нормальная реакция человека должна быть именно такой — ужас, злость, звонок в полицию, отвращение. Но он сейчас этого не чувствовал.

Джон чувствовал только одно — он хочет знать, что будет дальше.

Несколько дней прошли на удивление спокойно. Роза не появлялась — ни сообщений, ни подарков, ни сюрпризов. Джон даже начал думать, что она наигралась. Может, нашла себе другую жертву. Может, поняла, что он не тот, кто будет плясать под ее дудку.

Он почти поверил в это. Почти.

Сегодняшнее утро он решил провести в тренажерном зале. Схватив сумку, Джон вышел из дома и прошелся до соседнего здания, где располагался большой зал. Переодевшись, Джон начал суставную разминку. Но что-то зацепило его взгляд. Повернувшись в сторону беговой дорожки, он заметил стройную, спортивную фигуру девушки. По ее открытой спине стекал пот. Джон опустил взгляд и увидел, что она бежала второй час. Он залюбовался ее телом настолько, что не заметил, что перестал двигаться совсем. Будто чувствуя его взгляд, девушка повернула голову и улыбнулась ему.

Черт.

Это была Роза.

Как может эта психопатка быть такой сексуальной? Джон разозлился на себя и никак не отреагировал на ее улыбку, ушел в дальний угол зала, чтобы начать свою тренировку на плечи.

Спустя около часа, он поднимал над собой гантели, сосредоточенно выполняя движения и погружаясь в музыку в его ушах. Опустив их, он выдохнул и поднял взгляд. Недалеко у зеркала Роза выполняла наклоны с гантелями.

Он снова замер, наблюдая как леггинсы обтягивали ее упругую задницу.

Внутри него вместе с желанием появилось и уважение к Розе. Такое тело требует много труда и тренировок. И она очень целенаправленная.

От этой мысли он усмехнулся.

Это все ее психопатия.

Он перевел взгляд в сторону и заметил, что за ней наблюдал не он один. Куча хищных взглядов следили за ее движениями. Внутри него начал закипать гнев. Какого черта они все пялятся на нее? Какое право они имеют на нее смотреть? И вообще, какого черта она пришла в такой облегающей одежде!

Роза с выдохом опустила гантели и присела, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Она опустила голову, не смотря ни на кого и полностью сосредоточившись на себе.

Джон поднял снова гантели и продолжил выполнять упражнение. Он надеялся только на то, что ее взгляд будет скользить по нему так же, как и его по ней.

Но он совсем не хотел подавать вида, что ему это нужно. Поэтому с каменным лицом он продолжил выполнять однотипные движения, проклиная ее за то, что она сбила его с тренировки.

Уже уходя из зала Джон заметил, что Розы тоже нет. Его это почему-то разочаровало, но он не хотел об этом думать и выдвинулся домой.

На следующий день у них была игра Легион против Орлов. Это был первый матч сезона и первая игра, когда их новичок играл в основном составе. Они выскользнули на лед, разминаясь перед игрой. Взгляд Джона устремился на трибуны.

Роза стояла там с планшетом в руках и внимательно следила за ними. А может быть она следила за ним?

Джон покажет ей, какой игрок самый лучший на этом поле. И это будет не ее чертов новичок. Она должна смотреть только на него.

Игра началась.

Шайбу разыграли и Джон перехватил ее, направившись в сторону ворот соперников. Но и они не хотели вот так легко с первых секунд начать проигрывать. Защитник Орлов снес Джона о стенку борта с такой силой, что ему показалось, что у него что-то сломалось.

Раздался свисток судьи. Защитника удалили на две минуты. Тренер спросил, нужно ли Джону удалиться с поля, но тот покачал головой.

Игра продолжилась. Он оттолкнулся от борта и рванул вперед, набирая скорость. Лед под коньками заскрипел, а воздух ударил в лицо от набранной скорости. Он видел Розу краем глаза. Она стояла у стекла, и ее взгляд был прикован к площадке. К нему.

Джон сделал ложный замах, обвел защитника и выполнил бросок. Шайба влетела в сетку с глухим стуком и трибуны взорвались. Он не обернулся, чтобы посмотреть на реакцию команды. Ему нужно было совсем другое, поэтому он посмотрел на нее.

Роза не хлопала. Она просто смотрела, не показывая никаких эмоций.

Джону нужны были ее чертовы эмоции. Все это его начинало злить.

К третьему периоду счет был два один в пользу «Легиона». Джон уже забросил обе шайбы и вторую он забил с подачи Джаспера.

Трибуны уже скандировали его имя.

Но ему было мало.

Он все еще чувствовал ее взгляд. Роза стояла у стекла, не двигаясь и не хлопая. Его это злило так сильно, что он не мог этого контролировать.

Все кричат его имя и она должна кричать его. Потому что это он. Гребаный Джон Распер.

Он самый лучший игрок на этом чертовом стадионе.

На девятой минуте третьего периода Марк выиграл вбрасывание в чужой зоне. Шайба отскочила к Джону. Он подхватил ее, обошел защитника «Орлов», того самого, что приложил его к борту в начале игры, и вышел один на один с вратарем.

Время замедлилось.

Джон видел только сетку.

Роза чуть подалась вперед, прижав планшет к груди.

Впервые за весь матч она перестала быть наблюдателем. Она ждала.

Он сделал ложный замах в дальний угол, вратарь дернулся. Джон переложил шайбу на неудобную и бросил в ближнюю девятку.

Прозвучал звук сирены и трибуны вскочили. Десятки, а может и сотни кепок полетели на лед. Джаспер первым подлетел к нему и обхватил за плечи, радостно крича во весь голос. Ленни стучал клюшкой по борту. Даже Марк, ее чертов новичок, поднял руки.

Джон развернулся и посмотрел на трибуну.

Роза стояла и на ее губах была та самая улыбка, которая нужна была ему. Но тут она сделала то, чего он не ожидал.

Она приложила два пальца к губам и послала ему воздушный поцелуй.

Джон сжал клюшку так, что пластик заскрипел. Он только что сделал хет-трик. Он был королем этого льда. Но она смотрела на него так, будто это она только что забросила три шайбы.

Будто это она выиграла.

После игры Джон направился с командой в раздевалку. Когда они приняли душ и переоделись, в нее запустили всех спортивных агентов, которые присутствовали на игре. К Джону устремился Андре, который радостно рассказывал ему, что может принести ему исход этой игры. Но Джон слушал его в пол уха и наблюдал как Роза подходит к Марку. Она что-то ему говорила и широко улыбалась.

Улыбалась гребанному Марку.

Джон уловил лишь кусок фразы.

«Я заключила контракт с Calvin Klein»

Роза мать твою обошла Андре. Это был его контракт! Это Джон хотел получить контракт!

Джон наклонился к Андре и дрожащим от гнева голосом ему прошептал.

— Почему я слышу сейчас, что контракт, который ты должен был мне выбить попал к Марку? Потому что Роза его перехватила.

Джон стиснул зубы от злости.

— Я впервые слышу это. Погоди, я сейчас все узнаю! — Андре схватил телефон и выскочил за дверь.

Гнев разрывал Джона изнутри. Он поднял из под бровей глаза в сторону Розы. Та закончила говорить с Марком и двинулась к нему. Она наклонилась и прошептала на ушко.

— Хорошая игра, Капитан. Я оставила в твоем шкафчике мазь для твоего плеча. Не забудь его намазать.

Он чувствовал ее дыхание на своей коже так близко, что по телу прошла волна жара. Но гнев был сильнее.

— Ты забрала мой контракт, — прорычал он.

Она удивленно подняла брови и мило улыбнулась.

— Бизнес есть бизнес. Просто твой агент не такой хороший, как агент Марка, — на ее лице появилась лукавая улыбка. Она подмигнула и вышла из раздевалки.

В этот же момент Андре вернулся к нему.

— Мне очень жаль. Но Роза обошла нас, — произнес он.

— Черт, Андре, я плачу тебе деньги за твою чертову работу. Так делай ее как следует! — закричал он. Джон подскочил на ноги, схватил сумку и вышел за дверь.

Эта психованная испортила ему весь гребанный день.

В коридоре его догнал Джаспер.

— Джон! Джон, да подожди ты! — прокричал он ему в спину. Джон остановился и резко повернулся к нему. От злости у него подергивался глаз.

— Уф, да что с тобой? — спросил Джаспер.

— Гребанная Роза перешла мне дорогу, — сквозь зубы произнес он.

— Да забей ты на нее! Ты сегодня звезда! Хет-трик! Пошли праздновать! Парни уже собираются, — Джаспер похлопал его по плечу.

Боль волной прошлась по телу. Кажется, удар в игре действительно не прошел бесследно. Джон сморщил нос от боли, а Джаспер уставился на него и его плечо.

— Неужели этот мудак из Орлов все-таки достал тебя?

— Похоже на то, — Джон потер плечо, пытаясь ощупать его. Затем перевел взгляд на Джаспера. — Идите без меня. Нет настроения. Не хочу его портить и Вам.

Джаспер кивнул и пошел обратно в раздевалку, а Джон направился в единственное место, где хотел оказаться — бар. Ему нужно было снять стресс, а ничто так его не снимает как случайный секс.

Он хотел забыть.

Хотя бы на час.

Хотя бы на минуту.

Он хотел почувствовать что-то, кроме этого липкого, тяжелого гнева, который осел в его груди.

Он не хотел думать о том, что она знала о его больном плече. О том, что она заметила это раньше, чем понял он. О том, что снова пробралась в раздевалку и положила мазь. О том, что она заботилась. А затем унизила его своей выходкой.

Он ненавидел ее так сильно, что хотел схватить ее и прижать к стене прямо сейчас. Лишить ее этого контроля, который она над ним устанавливала.

Джон хотел напиться.

Но он этого ни за что не сделает. Это лишь ослабит тот контроль, который ему нужен.

Роза ожидала, что Джон поедет домой. Или с командой праздновать победу. Но его не оказалось ни там ни там. Она вызвала такси и хлопнула от злости дверью.

Нет уж. Джон от нее не скроется.

Роза запустила маячок, который установила в его телефоне. Джон находился в баре. Это место было ей знакомо, потому что он периодически там появлялся. Но только в полном одиночестве, чтобы найти себе кого-нибудь на ночь.

Роза этого ему не позволит. Он будет страдать в одиночестве. Он должен испытать все эти эмоции сам, чтобы она могла перейти к активной части ее плана.

Роза достала из сумки платье и начала переодеваться на заднем сидении такси.

— Один взгляд в зеркало, и ты лишишься значительной части своих чаевых в размере тысячи баксов, — произнесла она, и таксист сразу же перевел взгляд на дорогу.

Роза расстегнула рубашку и натянула на себя короткое голубое платье, едва закрывающее ее ягодицы и державшееся на тоненьких бретельках. Сложив все свои вещи в сумку, она кинула ее на соседнее сиденье и сказала:

— И накину еще пятьсот баксов, если отвезешь вещи по этому адресу и отдашь консьержу, — она протянула бумажку таксисту, и тот быстро ее забрал и прочитал.

— Будет сделано, — ответил коротко он.

Они подъехали к бару, и Роза выпорхнула из такси. На ее ногах остались туфли на высоком каблуке. Волосы она распустила, чтобы те спадали на ее плечи.

Она уверенно зашла в бар и сразу же нашла Джона, сидящего за барной стойкой.

— Скучаешь? — промурлыкала она, приземляясь на соседнее сиденье.

На лице Джона, смотрящего на стакан с чем-то верным (вероятнее всего, его любимая кола без сахара), растянулась довольная улыбка до тех пор, пока он не поднял взгляд и не увидел Розу.

Улыбка сразу же сползла с его лица.

— Исчезни, — пробормотал он и отвернулся.

— Нет, малыш, я не оставлю тебя тут. Помнишь, что я тебе обещала? — Роза хищно улыбнулась.

— Я тебе сказал, что мне плевать. Мне плевать на тебя и твои тупые угрозы. Просто отвали, — устало произнес он.

Роза поняла, что дальше диалог не будет клеиться, поэтому заказала себе коктейль и устроилась рядом с ним, оглядывая внимательно толпу, которая здесь начала образовываться.

Через минут пятнадцать из толпы отделилась девушка. Длинные черные волосы, стройная, красивая. И она явно вышла на охоту на Джона.

— У вас здесь свободно? — нежным голосом прожурчала она и указала на стул с другой стороны от Джона.

— Да, — ответил он и поднял голову, чтобы ее рассмотреть.

Роза заметила, как на его лице появилась довольная улыбка. Значит, он выбрал себе жертву на сегодня. Она наблюдала, как Джон начинает с ней флиртовать. Девушка смеялась как тупая дурочка. Раздражение внутри Розы начало нарастать. Но она ждала нужного момента.

Джон встал за курткой, и девушка в ожидании его уже стояла с вещами в руках.

Роза подошла к ней и прошептала:

— Он женат. У него трое детей. И совершенно нет денег.

Улыбка сползла с ее лица.

— Но у него дорогие часы, — промямлила она.

— Фальшивка, — фыркнула Роза и вернулась на свое место.

Девушка быстро развернулась и вышла из бара. Когда вернулся Джон, ее уже не было. Он раздраженно подошел к Розе.

— Где она?

— Не знаю. Почему-то ушла, — пожала она плечами и улыбнулась.

Джон вздохнул и понес куртку обратно. Уходить без добычи он сегодня не собирался.

Роза же устроилась поудобнее и начала строить глазки окружающим.

Когда Джон вернулся, рядом с ней на его месте уже устроился какой-то парень. Роза хихикала, создавая иллюзию, что ей он интересен. Она перевела свой хитрый взгляд на Джона.

Роза видела, как он начинает закипать. Он сжал челюсть так сильно, что Роза снова увидела пульсирующую вену на его шее. Джон сделал шаг и оказался между ними.

— Она здесь не одна, — прорычал он.

Парень напротив испуганно привстал, увидев огромного хоккеиста перед собой.

— Извини, я не знал, что она не одна, — промямлил тот и быстро испарился.

Джон повернулся к Розе и сказал:

— Собирайся, мы уходим.

Он дернул ее за локоть за собой и повел к гардеробу. На лице Розы расцвела победная улыбка. Она быстро переставляла ногами, пытаясь угнаться за злым Джоном.

Как же он сексуален, когда злится! Волна возбуждения пронеслась по ней, и она закусила нижнюю губу.

Джон забрал ее пальто и свою куртку и повел ее наружу. У входа стоял его джип. Он затолкал ее на переднее сидение и пристегнул. Она подняла бровь, удивленная подобной заботой, но не сказала ни слова.

Устроившись за рулем, Джон повернулся к ней и спросил:

— Куда тебя отвезти?

— Можно в Бар Кайот, я думаю, что там народу больше будет, чем тут, — промурчала она и уставилась на него.

Джон злился. Чертовски злился.

— Я спрашиваю, где ты живешь. Ты едешь домой. И никаких к черту клубов сегодня.

Она улыбнулась и произнесла:

— Ворней авеню 28.

Глаза Джона округлились.

— Ты не поедешь ко мне. Ты едешь к себе домой, психопатка, — прорычал он.

— Я тебе и назвала адрес, где живу. Квартира 814.

Джон выругался полушепотом и завел двигатель машины.

Они добрались до дома и зашли в лифт. Джон нажал на восьмой, ее этаж, и на четырнадцатый — его.

Когда лифт прозвенел на ее этаже, Роза скользнула рукой по его груди и спросила:

— Ты уверен, что хочешь, чтобы я ушла?

— Я не сплю с теми, с кем работаю, — сквозь зубы произнес он и убрал ее руку от груди.

— Я тоже. Но для тебя мне хочется сделать исключение, Джон. Вот, ты забыл в своем шкафчике, — стоя в дверях, не давая им закрыться, она протянула ему мазь. — Обязательно намажь. Сладких снов.

Она дотронулась пальцем до его губ и затем облизала свой палец.

Джон сглотнул, но не произнес ни слова. Роза вышла из лифта и направилась к себе. По пути она достала телефон. Зайдя домой, она скинула с себя платье, подошла к стеклу, где отражалась ее фигура в белье. Хоть и не четко, но было видно достаточно. Она сделала фото и отправила ему смс.

Роза: «Надеюсь, ночью тебе буду сниться я». И прикрепила фото.

Джон ничего не ответил.

Роза подошла к ноутбуку и открыла камеру из его квартиры. Она довольно улыбнулась. Джон уже проиграл, потому что он стоял с телефоном в руке и со спущенными джинсами.

Пора делать следующий шаг.

Она прислала ему гребаное фото в белье. Ее гребаное фото в белье!

Джон ненавидел ее за это. Ненавидел, что она лишила его контракта, лишила секса, а теперь еще и лишила сна.

Он ненавидел себя за то, что стоял с ее фото в руке и дрочил на нее.

Он ненавидел всю эту ситуацию.

Так больше не может продолжаться. У него в голове начал формироваться план мести этой психопатке за все, что она сделала.

Через три дня должен был состояться следующий матч. И на этот раз Джон решил бить по известному ему слабому месту Розы — работе.

Сегодня они играли против «Северного ветра». Джон вышел на лед и сделал свой привычный ритуал, объезжая по кругу ровно семь раз. Он скользил взглядом по трибунам, пока не нашел там Розу. Хищная улыбка растянулась по его лицу, он предвкушал это чувство, когда она поймет, что что-то идет не так.

Игра началась. После окончания первого периода счет был один — один. Джон начинал злиться, поскольку не думал, что «Северный ветер» будет так силен. Или это проблема в их команде?

Выходя в раздевалку, он поймал взгляд Розы. Ее брови были сведены на переносице, и она пронзительно смотрела на него. Хотя бы в этом план выполнялся, она явно была в бешенстве. Пусть она почувствует себя в его шкуре.

Второй и третий период прошли так же провально. Игра закончилась со счетом три — один в пользу «Северного ветра». В раздевалке на них наорал тренер и сказал, что сыгранность команды упала. В следующий раз эту дырку закроет Марк. Он попросил прощения, что повелся на слова Джона о плохой сыгранности команды и исключил его. Марк молча кивнул, явно расстроенный и самой игрой, и решением капитана сегодня его исключить из основного состава.

Джон был зол. Он быстро переоделся и направился в сторону своей машины. Но, подойдя к ней, он услышал женский голос.

— Ты трус, Джон.

Он остановился и медленно повернулся. Роза стояла у его машины. В ее глазах пылало пламя, и она смотрела прямо на него.

— Что ты сказала? — прорычал он.

— Ты. Трус. — Она шагнула к нему. — Ты можешь мстить мне. Но Марк тут при чем? Ты не выпустил его на лед. Из-за тебя мы проиграли. Мы могли выиграть.

— Мы проиграли, потому что команда не сыгралась, — сквозь зубы произнес он. — Марк не готов.

— Врешь. — Она ткнула пальцем ему в грудь. — Ты сделал это, чтобы добраться до меня. Потому что ты не можешь добраться до меня иначе. Потому что ты боишься сказать мне в лицо, что я тебя задела.

Он резко схватил ее за запястье и притянул к себе так близко, что она почувствовала его дыхание на своей коже.

— Ты думаешь, я тебя боюсь? — прошептал он. Его голос звучал очень низко и дрожал от злости. — Ты думаешь, я боюсь сказать тебе в лицо? Я тебе скажу. Ты. Меня. Не. Задела. Ты — просто психованная, которая решила, что может играть со мной. Но ты забыла одну вещь.

— Какую? — она не отступила.

— Я играю лучше.

Он прижал ее к машине. Одной рукой держал ее запястье, а другой уперся в стекло, отрезая пути к отступлению. Его лицо было в сантиметре от ее.

— Ты хочешь меня, — прошептала она. — И ты ненавидишь себя за это. Но мстить моему клиенту — это мелко. И ты это знаешь.

Он сжал челюсть, и вена на шее дернулась. Но он не отступил.

— Я тебя уничтожу, — прошептал он. — Но не через Марка. Через тебя. Лично. И ты будешь умолять меня остановиться.

— Тогда сделай это, — она улыбнулась. — Перестань прятаться за чужими спинами. Перестань бояться того, что ты хочешь меня так сильно, что готов ударить по невиновному. Ты это сделал, потому что боишься признать, что я тебя задела. И ты не знаешь, что с этим делать.

Он отпустил ее так же резко, как и схватил, и отступил на шаг, так будто она окатила его ледяной водой.

— Я не боюсь тебя, — тихо произнес он, но голос его дрогнул.

— Тогда докажи, — она сделала шаг к нему. — Перестань играть в чужие игры. Начни свою.

Она развернулась и пошла к своей машине. Он смотрел ей вслед, и впервые за долгое время он не знал, что делать. Потому что она была права. Он не трус.

Но он боялся ее. Боялся безумия, которое она создает вокруг себя, и боялся того, что она с ним делала.

Три дня. Ни звонка. Ни смс. Ни трусиков в шкафчике.

Джон почти поверил, что она сдалась. Он ловил себя на том, что проверяет телефон каждые пять минут, как подросток. Он злился на себя, но не мог перестать это делать. Не мог перестать думать о ней после случая у машины. Что-то изменилось, но он все никак не мог понять, что именно.

На третий день он поймал себя на том, что стоит у окна и смотрит на парковку и ищет ее машину. Он отошел от окна и выругался.

Она была в его голове. Глубже, чем он думал.

Он обдумывал свой следующий ход, но пока его просто не было. Поэтому он принял единственное, как Джон считал, правильное решение — выжидать.

В следующий раз Джон увидел Розу только на их игре с командой «Грилзи». В первом периоде, когда шайба была у него, Джон краем глаза заметил Розу на ее привычном месте на трибуне. Но в этот раз она не была там одна с планшетом в руке. Рядом с ней стоял какой-то мужчина.

Джон сделал замах и удар. Шайба пролетела мимо ворот.

— Какого черта, Распер? — заорал Эйдан с борта.

Джон ничего не ответил, лишь сжал челюсть и покатил на замену. Пока он ехал, этот мужчина что-то говорил Розе на ухо, и она улыбалась ему.

Гребаная Роза улыбалась какому-то мужику.

Джон сжал клюшку так сильно в руке, что пластик заскрипел.

Во втором периоде с подачи Марка Джон забил гол. И он сделал это специально, чтобы Роза наконец оторвала свое внимание от другого и смотрела на него. Джону нужно было, чтобы Роза смотрела только на него.

И он этого добился. Роза смотрела на него так внимательно, не отрывая взгляда. Но этот мужик рядом все еще продолжал ей что-то говорить.

В третьем периоде Марк забивает решающий гол прямо перед тем, как время выйдет, и со счетом два — один игра заканчивается.

Команда праздновала победу.

Но Джону было не до победы. Он достал свой телефон и сделал его фото, а затем отправил смс.

Джон: «Кто это?»

Андре: «Это Стив Лансер, спортивный агент. Он сейчас работает агентом у Райна Черри».

Райн Черри. Как же Джон его ненавидел. Если официально бы у Джона был заклятый враг, то это был бы Райн Черри.

Черри — это тот, кто хотел сожрать Джона еще с юниорской лиги. Тот, кто говорил в интервью, что Распер — переоцененный игрок и не стоит особого внимания. Тот, кто смеялся, когда Джон проиграл финал три года назад.

Теперь Джона мучал вопрос — зачем Стив подсел к Розе и что ему надо? Могло ли это быть как-то связано с Райном? Или Стив имеет какие-то планы на Розу?

Джон направился в раздевалку, обдумывая то, что только что видел.

После душа и переодевания к ним в раздевалку пустили агентов и, конечно же, Роза была тут как тут. Джон напрягся, когда увидел, что она шагает прямо к нему.

Она медленно, словно кошка, подошла, виляя своими восхитительными бедрами, и спросила:

— Джон, Джаспер, не найдется ли у вас минутка со мной поговорить?

Джон переглянулся с Джаспером и кивнул в ответ. Они вышли из раздевалки.

— У меня есть к вам предложение. Мне удалось поймать очень жирный контракт на рекламу Бентли. Но им нужно три человека для рекламы. Не желаете ли составить компанию Марку?

Челюсть Джаспера упала вниз так сильно, что Джон поймал ее рукой.

Роза продолжила:

— Конечно, я все обсужу с вашими агентами, но хотела сначала спросить лично, раз я все равно сегодня здесь.

Она мило улыбнулась, и сердце Джона йокнуло в ответ.

Что это было? Она мстит ему? Но вряд ли тогда Роза бы вмешала в это Джаспера. Как он уже понял, она мстит всегда напрямую.

— Какие условия? — спросил он.

— Контракт на несколько месяцев на рекламу новой модели. Гонорар исчисляется шестизначными цифрами, — быстро произнесла она.

Джаспер снова открыл рот. Джон закатил глаза, глядя на него.

— Я не против, передай информацию Андре, — ответил Джон.

— Я тоже. Я тоже не против, — промямлил Джаспер.

— Вот и отлично! — Роза хлопнула в ладоши и отошла с телефоном, начиная кому-то звонить.

Джаспер повернулся к Джону.

— Ты понимаешь, что только что произошло? Роза просто кинула нам в лицо кучу денег! — прошептал он.

— Я не понимаю, зачем ей это нужно, — ответил Джон.

— Да плевать зачем! Тебе хоть кто-то в жизни, кроме твоего агента, такое предлагал? Вот мне нет. Охренеть! Надо отпраздновать это! Я пошел за Марком и Розой! Мы идем в клуб! — радостно закричал Джаспер.

В темном полумраке ночного клуба они устроились за большим столом в VIP-ложе. На столе лежала большая скатерть, напоминающая ковер. Сама ложа была занавешена шторами, делая эту зону очень приватной.

Джаспер притащил всех, кого успел зацепить. Конечно же, с ними пошли Ленни и Рон, а также Марк. У бара они взяли с собой пару девушек, как сказал Джаспер — для игривого настроения.

Джон не понимал этого, он думал, что все-таки у Джаспера была девушка. Но не стал допрашивать друга. Лучше он это сделает завтра.

Роза сидела на низком диване, положив ногу на ногу. Она потягивала свой коктейль, который заказал ей Джаспер, и смотрела на Джона сквозь этот полумрак. Он знает этот взгляд, который сулил ему очередную игру или опасность. Его плечи напряглись в ожидании очередного сюрприза его психопатки.

— Ты чего? — спрашивает Джаспер, перекрывая музыку.

— Да так, — отвечает он. — Все в порядке. Устал.

— Расслабься, мы празднуем! Марк, выпей со мной! — прокричал Джаспер.

Роза подняла бокал и сделала небольшой глоток. Ее взгляд задержался на его губах так долго, что он непроизвольно сглотнул, ощущая все ее желание сквозь этот мрак. Не отрываясь, Роза поставила бокал на стол и медленно соскользнула вниз по дивану, за край стола, а затем под длинную скатерть.

Джон видел, как она исчезла за плотной тканью. Все были так увлечены разговорами, что не заметили ее исчезновения. Его накрыло осознание, что она собралась делать, и жар начал поглощать его изнутри. Он хотел заглянуть под скатерть, но тогда бы он выдал ее положение, и после пришлось бы объяснять всем, что между ними творится. А он был не готов ничего объяснять.

Через секунду он почувствовал ее ладонь на своей ноге. Она скользила по его напряженному телу. Сначала по колену, потом выше по бедру. Ее пальцы порхали по его ноге так, будто она наслаждалась каждым прикосновением, но затем она добралась до его ширинки. Джону казалось, что он слышит ее дыхание, которое шептало о ее возбуждении.

Джон сам был возбужден.

Джаспер продолжал говорить о следующей игре, тренере и составе. Голос звучал откуда-то издалека, потому что Джон не слышал его. Все его существо было сосредоточено на том, что происходит под столом. Он чувствовал, как она медленно расстегивает пуговицу на его джинсах.

Он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не выдать себя и не застонать. Кости на его руках, сжимающих край стола, уже побелели от напряжения. Еще чуть-чуть, и от силы, с которой он сдавил стол, отпечатки пальцев останутся на дереве.

Она не торопилась и продолжала играть в эту садистскую игру. Сначала прошлась лишь губами по его бедру и по краю ткани, от которой у него внутри все закипело. Джон вздрогнул, когда почувствовал ее язык, скользящий по его телу. Она провела им по всей длине медленно, будто получая от этого ни с чем не сравнимое удовольствие.

Он зажмурился на мгновение и тут же открыл глаза. Джаспер продолжал говорить, не замолкая. Лишь бы он продолжал говорить, и ему не пришлось отвечать. Джон в такт с голосом Джаспера продолжал кивать и сжимать зубы. Ему нужно сохранять лицо и дышать ровно. Но как это было возможно, когда удовольствие захватывало всего его. Он старался, но уже не мог смотреть на людей, которые даже не подозревают о том, что в эту секунду с ним делает женщина под столом.

Она взяла его в рот так мягко и глубоко, словно пробуя его на вкус. Каждое ее движение было таким неторопливым и скользящим. Ее язык обводил чувствительную его часть, опускается ниже, снова возвращается вверх. Она делала это так, словно ее целью было не его удовольствие, а результат ее эксперимента.

Он чувствовал, как все внутри сжимается. Ощущая ее ритм и ее дыхание на себе, представляя ее лицо у него между ног, Джон продолжал сидеть с каменным лицом. Он должен сидеть с командой, которая сейчас смеется над шуткой, которую он даже не услышал.

Роза замерла, обводя языком по самому чувствительному месту, а затем снова вернулась так глубоко, что с его губ сорвались слова.

— Черт, — прошептал он.

Джаспер внимательно посмотрел на Джона.

— С тобой точно все в порядке? Ты какой-то странный сегодня.

— Все в порядке, Джас. Не переживай. Вспомнил, что дома оставил утюг. Возможно, не выключенным, — еле контролируя голос, произнес он.

— Позвони консьержу, он проверит, — озабоченно ответил тот.

— Так и сделаю, — и Джон достал телефон и сделал вид, что сосредоточился на нем.

Роза сжала пальцами его бедра, когда пик удовольствия начал накрывать Джона. Она резко остановилась, так что Джону захотелось снова выругаться, а затем снова продолжила, но намного медленнее. Она знала, когда он на грани, и не позволяла ему переступить.

Она облизала его снова по всей длине, и Джон почувствовал, что теряет контроль. Он не может остановить это, как и не может сдержать этот тихий, сдавленный звук, который вырывается из его горла. Его тело дрожало от желания, и она это чувствовала, потому что в ту же секунду Роза снова замерла, а потом отпустила.

Роза вылезла из-под стола и поправила платье. Затем она села на диван как ни в чем не бывало и улыбнулась Джону.

— Ты бледный, — произнесла она.

Он смотрел на нее, наблюдая, как она берет его бокал и делает глоток, скользя глазами по нему. Затем Роза пододвинула стакан к нему и прошептала:

— Пей, тебе это нужно.

Он молчал и смотрел, как Роза улыбается той самой улыбкой, от которой ему хочется одновременно придушить ее и поцеловать. Она поднялась с дивана и обратилась к членам его команды.

— Я, пожалуй, пойду. Мне завтра рано вставать. У меня переговоры.

Она задержалась на мгновение и наклонилась к нему.

— Спокойной ночи, Джон.

Роза ушла, оставив его здесь. Он опустил руку под стол, нащупал расстегнутые джинсы и оттянутые трусы. Медленно все вернув на свое место, он поднял и понюхал руку, на которой почувствовал запах ее духов. Это было слишком. Слишком хорошо, чтобы так закончилось. Джон понимал, что сегодня он не сможет уже просто уснуть.

У него не было секса уже почти месяц. А эта чертова психопатка не дала ему кончить.

В его голове начала крутиться одна мысль, которую он избегал все это время.

Джон хочет так жестко оттрахать Розу, чтобы она навсегда узнала, где ее место и что играть с ним — это плохая затея.

Рано утром Джон написал Андре.

Джон: Нарой мне всю грязь, которую сможешь, на Розу Сайдер.

Андре: Что ты задумал? Она же только вчера принесла нам крупный контракт.

Джон: А перед этим украла контракт. Мы должны иметь на нее рычаги.

Андре: Хорошо. Подключу свои связи.

Джон довольно уставился на телефон. Сегодня у него был выходной, как и у всей команды. Он снова посмотрел в свой телефон и набрал человека, с кем действительно хотел поговорить.

— Джаспер, какие планы на сегодня?

— Джон, откуда столько бодрости с самого утра? У меня болит голова, и я хочу умереть.

— Умереть моему главному нападающему я не позволю. Я буду у тебя через полчаса, — ответил он, держа телефон головой на плече и натягивая джинсы.

— Только привези что-нибудь съедобное и от похмелья. Кажется, я вчера перестарался, — застонал он в трубку.

По пути Джон купил бургеры и картофель фри вместе с минеральной водой и аспирином. Поднимаясь в квартиру Джаспера, Джон прокручивал вчерашний день. Роза переступила черту. Если до этого было похоже на одержимый флирт, то теперь она начала наступление. Он не позволит ей получить над ним контроль.

Джаспер лежал на диване с полотенцем на лбу и стонал. Джон осмотрел квартиру, она выглядела так, будто здесь произошла битва. Вся мебель была перевернута, вокруг валялись разбитые вазы и фотографии. Джон ногой расчистил себе проход и добрался до кухонного стола. Налив воды с аспирином Джасперу и отдав тому, он начал распаковывать их жирный и калорийный завтрак.

Джаспер понемногу сел и побрел к нему. Джон поставил сложенные руки на стол и уставился на него:

— Не хочешь ничего объяснить?

Джаспер рассеянно улыбнулся.

— Похоже, что я снова холостой и свободный.

— Джаспер, что случилось? У тебя все хорошо?

Джаспер замер. Было видно, что он собирается с мыслями, чтобы рассказать о своих проблемах лучшему другу.

— Мари меня бросила. Или я ее бросил, — Джаспер запустил руки в волосы, пытаясь унять торчащие в разные стороны кудрявые локоны. — Ладно, я расскажу. Мари мне изменяла. Я поймал ее на этом, и мы расстались.

Джон еще раз осмотрел комнату, пытаясь найти следы крови или, может, чужих тел.

— Неужели ты думаешь, что я причинил ей вред? — Джаспер обиженно посмотрел на друга. — Это все случилось после ее ухода.

— Если ты хочешь поговорить, я всегда готов. Ты же знаешь, — ответил Джон и внимательно посмотрел ему в глаза.

— Спасибо, брат. Я пока не готов обсуждать это. Еще не уложил в своей голове случившееся. Давай просто позавтракаем, — на лице Джаспера натянулась улыбка.

— И давай я вызову тебе клининг, — Джон передал ему бургер.

— И обсудим более интересные темы, чем моя личная жизнь. Что происходит между тобой и Розой?

— То есть моя личная жизнь — это тема намного интереснее? — хмыкнул Джон.

— Ооооо, ты уже называешь это личной жизнью? Между вами двумя правда что-то происходит? — Джаспер придвинул стул к Джону и довольно уставился на него.

— Между нами совершенно ничего нет, — отрезал Джон.

— Именно поэтому на льду ты не сводишь с нее глаз? А она с тебя? — ухмыльнулся он.

— Ты за мною следишь?

— Только за той частью, которая мне кажется интересной, — произнес Джаспер и откусил кусок бургера. — Значит, тебя не заденет, если я расскажу, что услышал вчера на игре.

Джон замер.

— Ну? И что же ты услышал?

— Райн расспрашивает о Рози. Он уже подослал к ней Стива, своего шестерку. Выведывал про то, свободна ли она, и все такое.

Джаспер внимательно уставился на Джона, наблюдая за его реакцией. Джон сжал бургер так сильно, что из него вылетело все, что находилось внутри.

— Но тебе же это не интересно. Ведь между тобой и Розой ничего нет. Ведь так? — ухмыльнулся Джаспер.

— Блять, — только и произнес Джон.

— А я так и знал! Просто снимите это сексуальное напряжение между вами! Вот честно, искры сверкают, когда вы рядом, — воскликнул Джаспер.

— Этого не будет, Джас. Она больная, и ей надо лечиться. Я не собираюсь с ней спать.

Джаспер закатил глаза.

— А ты совсем нормальный и здоровый. Я не прошу заводить с ней семью и детей. Просто переспите и все!

— Отвали, Джас, — прорычал Джон.

— Все понятно. Опять ты выстроил свои стены, всех отталкиваешь. Но ты еще вспомнишь мои слова. Ты пожалеешь, если не пустишь Розу.

— Да да, — проворчал Джон.

— Если это сделаешь не ты, то это сделает Райн, — Джаспер хитро ему подмигнул.

— Черт с два он это сделает! — низким голосом произнес Джон.

— То есть ты ему не позволишь и сделаешь сам?

— Джас, ты правда не делаешь эту ситуацию легче и проще, — Джон устало закатил глаза.

— Может быть, все сложности существуют только в твоей голове, не думал об этом?

— Я… — Джон замолчал и задумался. Ему нечего было ответить.

— Ладно, сменим тему. Видимо, не у меня одного эти дни выдались тяжелыми. Лучше расскажи, что там у нас по планам.

Они проболтали еще несколько часов, разгребли в завале плейстейшн и зарубились до самого вечера. Джону в последнее время не хватало таких дней с друзьями. Ведь именно здесь и сейчас он мог расслабиться и не думать о проблемах завтрашнего дня.

С самого утра день у Джона не задался. У него болело плечо, и хоть мазь от Розы немного сняла боль, все равно этого было недостаточно. Джон пытался собраться и сходить к их спортивному врачу, но он ненавидел посещения врача больше всего в этом мире. Поэтому он стянул плечо эластичным бинтом и поехал на тренировку.

По пути у машины пробило колесо, Джон с ноющим плечом его поменял, но казалось, что сделал только хуже.

Расстроенный ситуацией, он признал себе, что поход обязателен, ведь впереди игра с Рысью, командой, где играет Райн, и действующими чемпионами лиги. И нельзя себе позволить даже в просто дружеском матче показать слабину, которой Райн может воспользоваться.

Доехав до стадиона, Джон начал наматывать круги на льду. Времени на разминку в одиночку практически не оставалось, потому что первые члены команды уже появились в раздевалке.

Злой от происходящего, Джон заметил Розу, сидящую на трибунах. И в этот момент его переклинило. Именно сейчас ему казалось, что он знает виновного в происходящем.

Джон поднялся на трибуны к Розе и потащил ее за собой. Роза удивленно на него посмотрела и последовала за ним.

Джон затащил ее в укромный уголок и прижал ее к стене так сильно, что она всхлипнула. Джон хотел показать, кто здесь главный. И это была не Роза, а именно он.

— Ты слишком много себе позволяешь, — прорычал Джон сквозь зубы. На его шее пульсировала вена так сильно, что взгляд Розы опустился на нее. — Эта выходка в клубе перешла все границы. Ты или отвалишь от меня, или будут серьезные последствия.

Но она даже не дрогнула. Роза ждала этой реакции. Она хотела получить всю его злость и впитать в себя как сладкий яд.

— Тебе нужна эта игра, — прошептала она. — Это безумие. Ты сам жаждешь разрушения. Ты сам несешь его. И ты хочешь разрушать и быть разрушенным. Тебе не надо обманывать меня, лучше признай это. И прими.

— Это бред, — он закатил глаза. — Ты ни черта не знаешь обо мне.

Роза улыбнулась и провела кончиками пальцев по его скуле.

— Я все знаю о тебе, сладкий.

Она подалась вперед. Ее губы почти касались его уха.

— Я знаю, что ты любишь завтракать шоколадными хлопьями, потому что они напоминают тебе студенческие годы. Самые теплые времена в твоей жизни. Я знаю, что ты приезжаешь за час до тренировки, потому что ты всегда напряжен и агрессивен. И чтобы быть точнее и собраннее, ты тратишь силы на льду. Ты никогда не остаешься с девушкой на ночь, потому что тебе однажды причинили боль. И ты боишься ее получить снова. Ведь безумно ее любил. Ненси, так ее звали.

Глаза Джона округлились, и его грудь начала быстро подниматься и опускаться.

— Не смей произносить ее имя, — Джон сжал ее горло так сильно, что ей стало сложно говорить и дышать.

Но Роза не собиралась сдаваться.

— Ты — открытая книга для меня, Джон. Тебе просто надо принять это.

Он не ответил, но продолжил просто стоять и смотреть на нее. В его глазах горела ярость с примесью страха и чего-то, что он не мог признать. Джон не мог выиграть эту игру, потому что она уже знала все его ходы. И это сводило его с ума.

Роза хищно улыбнулась, когда рука Джона на ее шее ослабила хватку.

— Именно поэтому у тебя не складываются отношения ни с кем из женщин, — сказала она. — Ты боишься этой части себя и отпугиваешь любую, которая пытается стать ближе к тебе.

Он замер.

— Ты думаешь, что если кто-то узнает тебя настоящего, они испугаются и уйдут. Или сделают то же самое, что сделала Ненси. Поэтому ты не даешь им шанса.

— Заткнись, — сказал он.

— Но я не уйду, — продолжила она. — Я видела тебя настоящего, и я все еще здесь.

Он смотрел на нее, а все его тело дрожало. Она коснулась тех мест его души, куда не прикасался никто. Роза смогла увидеть все его страхи и все его слабые места. А Джон ненавидел, когда он был слабым. И именно поэтому он ненавидел ее.

— Я сказал тебе заткнуться, — прорычал он.

— Неужели ты не понял до сих пор, что я не та, с кем ты можешь справиться? — ухмыльнулась Роза.

И в этот момент Джон сорвался. Он потерял контроль. Ему требовалось вернуть его.

Он впился своими губами в ее, жадно пожирая ее и лишая воздуха. Как будто хотел вырвать из нее эти слова. Поглотить ее и безумие, что она создавала в его жизни. Сделать так, чтобы она больше никогда их не произнесла.

Роза ответила не сразу, но так сладко и медленно. И это было хуже, чем если бы она оттолкнула.

Потому что если бы она оттолкнула, он мог бы остановиться. А она не отталкивала, а принимала всю его злость и ярость. Как будто чувствовала его голод и забирала его себе.

Он зарычал ей в рот и сжал ягодицы руками, приподнимая ее от земли. Роза обхватила его ногами в ответ, и он прижал ее к стене так, что у нее перехватило дыхание от его мощного тела.

Джон целовал ее так, как будто хотел уничтожить. Или присвоить и сделать только своей. А возможно, он хотел всего одновременно.

А потом резко отстранился.

Он тяжело дышал и смотрел на ее губы, как будто только что попробовал кусочек рая с привкусом яда одновременно.

— Отпусти, сейчас пойдет команда, и нас могут увидеть, — прошептала она.

Он не сразу понял, что все еще держит ее, прижимая к стене и крепко сжимая ее бедра. Его тело отказывалось ему подчиняться, оно жаждало Розу.

Джон разжал руки и резко отступил от нее как от огня. Роза поправила волосы и посмотрела на него с хищной улыбкой.

— Твоя злость такая сладкая на вкус.

Он ничего не сказал. Его тело все дрожало от желания продолжить то, что он начал. Но нельзя. Он развернулся и ушел, все еще ощущая вкус Розы на своих губах. На языке. В голове.

Роза наблюдала за тренировкой с трибун. Джон сегодня был очень агрессивен, даже получил несколько выговоров от Эйдена за такое поведение. Его друзья Джаспер и Ленни активно провоцировали Джона, явно пытаясь вытянуть всю злость из него наружу.

Но Роза знала, что это не поможет.

Завтра игра с Рысью и Джон должен прийти в форму сегодня. И она знала как это сделать.

Роза дождалась конца тренировки и укрылась от всех, ожидая, пока члены команды не покинут стадион. Когда звуки совсем стихли, Роза осторожно пробралась в раздевалку. Все шкафчики были пустыми, кроме шкафчика Джона. Она улыбнулась. Потому что Джон не изменяет себе. Все еще уходит последним из команды.

Роза стянула с себя одежду и аккуратно сложила ее около шкафчика Джона. Там же она нашла полотенце и, обмотавшись им, направилась в сторону душевой.

Джон стоял спиной под струей воды опустив голову вниз. От этого зрелища у нее перехватило дыхание. По мускулистой спине и ягодицам стекали струйки воды. Его темные волосы закрывали лицо. Он выглядел как сексуальный демон воплоти.

Она осторожно подошла к нему, повесила полотенце и включила соседний душ.

Джон вздрогнул и поднял взгляд. Он застыл на месте, когда понял, что он здесь не один. Роза набрала геля в ладони и начала растирать его по своему телу.

-Как.. - произнес Джон и остановился.

Роза продолжала мыть свое тело и наблюдать, как взгляд Джона скользит по ней. Как он жадно пожирает каждое ее движение. Она сжала грудь и замерла. В глазах Джона пылал огонь.

Роза провела руками по животу, спускаясь ниже. Она делала это очень медленно и не торопясь, потому что знала, что он смотрит.

Вода смывала пену, а вместе с ней и последнюю преграду между ними.

Джон мог уйти. Мог мог развернуться, выключить воду и выйти. Мог сказать что-то грубое. Но он просто стоял и смотрел за ней. И с каждой секундой его дыхание становилось тяжелее.

Он сделал маленький шаг и сердце Розы ударило в горло от предвкушения.

Он взял ее за плечи и развернул к себе так резко, что она слегка качнулась. Она смотрела в его глаза, полные голода и ярости, что он так долго скрывал.

— Ты не должна быть здесь, — прорычал он.

— Но я здесь, — прошептала Роза и провела ладонью по его груди..

Он схватил ее за запястье и крепко сжал.

— Я тебя предупреждал.

— Ты много чего говорил, Джон. — Она подалась вперед. Ее обнаженная грудь почти коснулась его груди. — Но ты все еще здесь, стоишь и разговариваешь со мной. А еще немного раньше жадно пожирал меня. Просто отпусти себя. Тебе это нужно. Я вижу, как сильно это тебе требуется.

И Джон сломался.

Рука скользнула с ее запястья на горло и он слегка сжал ее. Но вместо страха Роза почувствовала возбуждение и застонала.

Он подхватил ее за ягодицы и приподнял. Роза обхватила его ногами.

Они оба вернулись в то мгновение, когда он пожирал ее. Но теперь между ними не было никакой преграды. Не было команды, которая могла помешать, не было одежды. Только два голых тела.

Джон вошел в нее одним резким и грубым движением, как будто продолжал то, что не закончил на трибунах. Для него было важно сейчас только одно, он должен быть внутри нее. Наконец.

Он двигался жестко, одной рукой сжимая ее грудь, а второй упираясь в стену. От каждого толчка кафель отзывался глухим стуком. Вода лилась на них сверху, смывая пот. Он вжимал ее в стену так, что она чувствовала каждую мышцу его тела. Каждое движение. Каждое дыхание.

А потом также резко развернул ее и прижал лицом к стене. Он вошел сзади еще грубее и жестче, чем было до этого. Прижимая ее тело к себе, одной рукой держал за бедра, а другой обхватил поперек груди. И он брал и брал ее, а Роза наслаждалась этим. Каждое его действие только сильнее заводило ее. Она нуждалась в его грубости так же, как и он нуждался в этом.

Джон наклонился к ее уху, тяжело дыша.

-Ты ведь этого хотела? Для этого ты охотилась за мной? Я сделаю так, что тебе будет тяжело ходить.

Роза тихо застонала и кончила от его слов и движений. Все ее тело сжалось и задрожало, и она вцепилась ногтями в его предплечье, оставляя следы. Он почувствовал как ее мышцы сжимают его, как ее тело реагирует на все его действия. И это сорвало последнюю преграду.

Он последовал за ней с глухим рыком ей в шею. Прижимаясь к ней всем телом. И это было самое опасное мгновение за весь вечер, потому что в этот миг он не был капитаном.

Для Розы он был самым желанным мужчиной в ее жизни. Главным призом, ради которого она готова была на все.

Но Джон резко отстранился от нее. Вода стекала по его мускулистому огромному телу. Его глаза горели кучей эмоций, которые Роза сейчас не могла прочитать

— Уходи, — прохрипел он.

Роза не двинулась.

— Ты не этого хочешь.

— Уходи, — повторил он практически моля ее

Роза медленно провела ладонью по его щеке. Он не отстранился, только на секунду закрыл глаза.

— Тебе не нужно притворяться кем-то , Джон, — прошептала она. — Я всегда буду твоей в самых худших твоих проявлениях. Даже если ты будешь бояться себя, я все равно буду рядом и приму тебя.

Он открыл глаза, полные страха.

Но Роза ушла не оглядываясь, укутавшись полотенцем. Она чувствовала его взгляд на спине до самой двери. И когда дверь закрылась, она услышала, как он ударил кулаком по кафелю.

Джон лежал в постели и не мог уснуть. Он никогда не вел себя так с девушкой. Никогда не был грубым в постели. Всегда бережно относился ко всему, что с этим связано. Но с Розой все было не так. И самое ужасное, что ему это понравилось. Он почувствовал себя живым. Роза добралась до его сердца и вытащила его наружу.

И это сбивало с толку. Он не знал, что ему теперь делать и как дальше поступать.

Хотел ли он повторения? Безусловно. Роза сводила его с ума. Дарила наслаждение и свободу.

Она знала его до кончиков пальцев. И это пугало до самой глубины души.

В его голове смешались события последних дней, а Роза среди них заняла свой королевский трон.

Он не может сдаться перед женщиной. Для него важны другие цели, и среди них женщине нет места.

Джаспер был прав, что ему нужно было с ней переспать. Но что если… что если ему захочется снова ощутить это? Снова овладеть этой женщиной так, как будто все ее тело принадлежит только ему.

Завтра игра с Рысью, и ему нужно спать, но как можно уснуть после всего этого? Она изводила Джона неделями и теперь получила то, ради чего все это затеяла. Отступит ли теперь? Или захочет завладеть полностью его сердцем?

Он потянулся к телефону, чтобы написать ей. Но что именно он хотел написать, он не знал. Может, спасибо. Может, отвали. Может, просто ее имя. Но телефон пиликнул первым.

Джон взял его в руки и увидел на почте письмо от Андре. Открыв его, Джон почувствовал, как у него перехватило дыхание. Теперь все стало на свои места, он вспомнил Розу.

Он вспомнил то самое лицо девочки из машины, с кровью на лбу и стеклом в волосах. И ее огромные голубые глаза, полные ужаса.

Двенадцать лет назад

Джон стоял в морге и смотрел на лицо своей возлюбленной Ненси. Она была вся синего цвета, ее черты лица были неподвижны и спокойны. Это он во всем виноват. Это из-за него она сейчас такая.

Ему не стоило говорить все те жестокие слова ей, ведь он знал, что у Ненси депрессия. Но на тот момент его это не остановило. Зверь внутри требовал уничтожить ее, опустить на самое дно, чтобы она почувствовала себя никем и ничем в этом мире. Это был всего лишь порыв, но он его не подавил. Он выплеснул на нее всю свою ярость, уничтожил ее сердце. А ведь сегодня он хотел прийти к ней и извиниться за все, что наговорил. Но теперь не перед кем было извиняться. Ненси больше никогда его не услышит. А последнее, что она видела, — это вид на город и бесконечную воду вокруг.

Джон понял, что на самом деле он монстр. Монстр, способный убить человека. Такие люди не достойны, чтобы рядом с ними кто-то был. Ему следовало уйти, закрыться, держаться от людей подальше.

На улице моросил мелкий дождь, пока Джон медленно брел в сторону своего дома. Его мир был уничтожен. Он сам его уничтожил своими же руками. Ведь он любил Ненси больше всего на свете, и он же убил ее. Перед его глазами размывалась дорога, но Джон продолжал идти. Ему нужно было двигаться, чтобы чувствовать, что он еще жив.

В один миг рядом с ним раздался визг тормозов, он резко обернулся. Машина подлетела вверх и упала на лобовое стекло. Брызги крови разлетелись по асфальту.

Снова смерть.

Она преследовала его по пятам.

Джон замер. На заднем сиденье было какое-то движение. Там сидела девочка!

Он рванул с места и попытался открыть дверь, но металл так сильно был искривлен, что это было просто невозможно.

— Закрой лицо! — закричал он и начал выламывать окно.

Удар. Еще удар. Стекло задрожало и рассыпалось.

— Быстрее, отстегивайся! — скомандовал он. Девушка дрожащими руками пыталась отсоединить себя, но у нее не получалось.

Джон пролез в окно и отстегнул ее, схватив за подмышки, потащил за собой.

Вытащив ее на землю, он подхватил ее на руки и отбежал от машины. В этот момент раздался взрыв. Джон закрыл ее своим телом, пока она вцепилась в него как в спасательный круг.

Он наклонился и осмотрел ее.

— Жива? В порядке? — спросил он.

Девочка в ответ лишь кивнула.

В этот момент их окружило много людей, послышалась сирена полиции и скорой.

Только не они.

Джон был не готов с ними разговаривать снова.

Он отступил и, постепенно затерявшись в толпе, скрылся с места.

Сейчас

В аварии погибли родители Розы, прочитал Джон. Он рассмотрел фотографию того дня, который он мечтал забыть, стереть из своей памяти. Машина была почти полностью уничтожена.

Выросла Роза под присмотром бабушки. Поступила в университет, а после стала спортивным агентом.

Никакой грязи, никаких скандалов.

Но Джон знал почему. Он потерял студенческий билет в тот самый день в суматохе. Когда вытаскивал ее из машины. Когда кричал, чтобы она закрыла лицо. Когда нес ее на руках. Билет выпал из его куртки, а она подобрала и сохранила его. Годами искала его, а быть может, следила за ним. Потому что для нее он был героем.

Но он никогда им не был.

Кто угодно герой, но не Джон.

Джон — монстр. И даже несмотря на то, что Роза пыталась принять его, она не знала, кем он является на самом деле. Не знала его истинное лицо.

Именно поэтому Роза никогда не должна быть с ним рядом. Иначе она умрет так же, как и Ненси. Потому что все, кто его любит, — умирают.

Ему надо срочно избавиться от нее. Оттолкнуть, сделать так больно, чтобы она навсегда забыла о нем. Чтобы поняла, что он не ее герой.

Он монстр, от которого надо держаться как можно дальше.

Он посмотрел на свои руки, которые вытащили ее из машины, которые ласкали ее прекрасное тело. И понял, что эти же руки ее и уничтожат. Потому что он не умеет иначе. Потому что все, к чему он прикасается, умирает. И она умрет, если останется рядом с ним. Значит, надо сделать так, чтобы она ушла.

Сама.

Навсегда.

Утро началось с боли в плече. Джон проснулся от того, что рука онемела, и когда попытался поднять ее, острая вспышка прошла от ключицы до локтя, заставив его зашипеть сквозь зубы. Мазь Розы помогла лишь на пару дней, и он знал, что надо идти к врачу, но так и не пошел, потому что отвлекся, забыл. И это было непозволительно для него. Он намотал эластичный бинт, выпил обезболивающее и поехал на стадион, убеждая себя, что это просто дружеский матч, что он справится на характере, как справлялся всегда.

Он не спал почти всю ночь, и когда все-таки провалился в сон, ему снилась Роза на мосту, и он кричал ей, чтобы она отошла, но голос не шел. Роза падала, он каждый раз просыпался в холодном поту.

На разминке он был тихим, и это было хуже, чем если бы он злился. Эйдан дважды делал ему замечание за рассеянность, потому что Джон пропускал шайбы, которые обычно брал, и не попадал по воротам, куда обычно попадал. Джаспер и Ленни пытались его растормошить шутками, но он смотрел сквозь них, и они отстали. Он катался медленнее обычного, и когда шайба после очередного броска улетела мимо стекла, Эйдан подъехал к нему и тихо сказал, что если он не соберется, то не выйдет на игру. Джон кивнул, но не собрался, потому что не мог, потому что внутри него все было пусто, и он не знал, чем это заполнить.

Роза сидела на трибунах, как всегда, с планшетом в руках, и он чувствовал ее взгляд даже сквозь шлем. Она внимательно смотрела на него, и он знал, что она видит, что с ним что-то не так, потому что она всегда видела и чувствовала его, и это бесило его больше всего, потому что он не хотел, чтобы кто-то был так близко.

Игра началась.

Рысь вышла на лед, и Джон сразу понял, что сегодня будет тяжело. Они были чемпионами лиги, и в их составе был Райн, который смотрел на Джона с той самой улыбкой, от которой хотелось отвернуться. Джон встал на свое место, и когда судья бросил шайбу, он рванул вперед, но не успел, потому что плечо дернуло, и он на секунду замешкался, и этой секунды хватило, чтобы Рысь перехватила шайбу и пошла в атаку.

Первый гол они пропустили на третьей минуте. Джон не успел вернуться в зону, потому что плечо не слушалось, и когда шайба влетела в сетку, он стоял у синей линии и смотрел на нее, и в голове было только одно: я не должен был выходить сегодня. Но он вышел, и теперь надо было играть, потому что нельзя просто взять и уйти, нельзя показать слабость, нельзя дать Райну повод думать, что он сломлен.

Второй гол они пропустили через пять минут. Джаспер пытался его подбодрить, кричал что-то про то, что все нормально, что они отыграются, но Джон не слушал, потому что смотрел на трибуну, где сидела Роза, и видел, что она смотрит не на игру, а на него, и в ее глазах было что-то, чего он не хотел видеть, потому что это было беспокойство. Он не заслуживал беспокойства, не заслуживал заботы, не заслуживал ничего, кроме той боли, которую сам себе создал.

К концу первого периода счет был три ноль. Трибуны молчали, Эйдан орал в раздевалке, Кейн стоял у стены с каменным лицом, а Джон сидел на скамейке и смотрел в пол, потому что не мог смотреть ни на кого. Плечо болело так, что он едва мог поднять руку, и он знал, что если бы пошел к врачу, как собирался, может быть, всё было бы иначе, но он не пошел, и теперь расплачивался за свою гордость.

Эйдан раскусил, что с Джоном что-то не так, и снял его с игры. К нему пришел врач и сказал, что у Джона серьезные проблемы и надо срочно делать МРТ, чтобы исключить трещину. Но Джон попросил дождаться конца игры и вернулся на скамью наблюдать за происходящим.

Отсутствие капитана сильно подкосило команду.

Он сидел на скамейке, когда забили шестой гол. Он смотрел, как шайба входит в сетку, как вратарь опускает голову, как Джаспер стучит клюшкой по борту, и понимал, что это конец, что игра закончена.

Он проиграл, и все это видели. Они все знают, что капитан Легиона — всего лишь слабый и сломленный человек. Его легко можно уничтожить.

Сирена прозвучала, и трибуны начали расходиться. Джон стоял на льду, не двигаясь, смотря на пустые ворота, и чувствовал, как что-то внутри него ломается окончательно. Он поднял клюшку, посмотрел на нее, и потом, не думая, ударил ею по борту раз. Еще раз. И еще.

Пока пластик не треснул и не разлетелся на куски, и он остался стоять с обломком в руке, тяжело дыша, чувствуя, как боль в плече пульсирует в такт сердцу. Это был не гнев, а отчаяние, и он стоял, окруженный осколками, и не знал, что делать дальше.

Он поднял голову и посмотрел на трибуну. Роза стояла на месте, прижав планшет к груди, и смотрела на него. Он видел, что она хочет спуститься, хочет что-то сказать. А еще он знал, что если она это сделает, он не выдержит и сломается окончательно, потому что она всегда была рядом, и он не заслуживал этого.

И в этот момент, когда он смотрел на нее, а она смотрела на него, он услышал звук коньков. Он обернулся и увидел Райна, который подъехал к бортику, туда, где сидела Роза, и в руках у него был огромный букет красных роз.

Райн улыбался и протягивал их ей, и все это происходило на глазах у Джона, на глазах у команды, на глазах у всех.

Роза опустила взгляд на букет. Потом посмотрела на Джона. Он стоял на льду с обломком клюшки в руке, и в его глазах не было ни злости, ни ревности, ничего, кроме пустоты.

Она взяла цветы. Не потому, что хотела. Потому что слишком много зрителей, и она не хотела унижать никого публично.

Джон увидел это, но внутри у него что-то оборвалось. Он отвернулся, поехал к выходу со льда, и когда зашел в тоннель, то прислонился к стене и закрыл глаза, потому что понял: она уйдет. Сама. Навсегда. А ему лишь надо подтолкнуть ее к этому.

После игры вся команда собралась в раздевалке. Они были разбиты так же, как и Джон. Врач что-то жужжал у него под ухом, но тот лишь отмахнулся от него.

Джон ждал ее.

Роза вошла в раздевалку вместе со всеми агентами, но вместо Марка она направилась к нему. Джон встал. Его руки дрожали, но отступать было нельзя.

— С тобой все в порядке? Что-то случилось? — обеспокоенно спросила она.

Он молчал в ответ. Молчал слишком долго, а затем тихо сказал:

— Ты жалкая.

Она дернулась и посмотрела в его глаза.

— Все твое существование вызывает у меня только жалость. Как к бездомной собаке, которая сидит у порога и ждет, что ее впустят. Ты думаешь, что ты — личность? Тебя нет. Ты — пустое место, которое научилось притворяться человеком. И делаешь это плохо.

Он сделал шаг ближе, чтобы она слышала каждое слово. Чтобы все слышали вокруг.

— Ты возвела меня на пьедестал. Ты стала мне поклоняться как божеству. Как единственному смыслу своей никчемной жизни. Но ты никогда не видела меня. Ты видела то, что сама придумала. Ты любила не меня. Ты любила свою фантазию. Себя в отражении. Свое ничтожество, которое наконец нашло, кому молиться. Потому что без меня ты — ничто. Даже не ноль. Пустота. Ты всю жизнь пыталась заполнить себя мной. Потому что внутри тебя нет ничего. Ничего своего. Ни одной мысли. Ни одного чувства. Только я. И это не любовь. Это болезнь. Ты больна мной. И ты не человек. Ты — функция. Ты — тень. Ты — ничто.

Она дышала отрывисто, Джон видел, как каждое слово било по ней точно в цель. Он видел, как разрушал ее. Так же, как это было с Ненси. Все было видно по ее глазам.

— Ты думаешь, что ты сильная? Что ты хищница? Что ты всех обвела вокруг пальца? Ты — жалкая девочка, которая много лет назад влюбилась в незнакомца, который даже не запомнил твоего лица. Ты была для него никем. Пустым местом. Как и сейчас. Как и всегда.

Он замолчал, чтобы нанести последний удар. Мысленно сказав, чтобы она ненавидела его вечно.

— Ты не стоишь ни капли моего внимания.

Джаспер смотрел на него. Ленни открыл рот и не сказал ничего. Марк смотрел в пол.

Никто не двинулся.

Никто не вмешался.

Роза стояла, и по ее лицу текли слезы, но она не вытирала их. Она не стала оправдываться, как сделала это Ненси. А просто приняла то, что он на нее выплеснул.

Она сделала шаг к нему и ударила.

Ударила со всей силы кулаком по лицу. Его голова мотнулась в сторону, но он ничего не ответил.

Она развернулась и молча ушла.

Дверь закрылась.

И в раздевалке стало тихо. Так тихо, что было слышно, как капает вода в душевой. Как дышит Джон. Как бьется его сердце.

В какой момент все пошло совершенно не так? Роза ходила по квартире из угла в угол. Она пыталась собрать все воедино. Каждую деталь, каждый кусочек и каждое действие.

Он уже был в ее власти. Он сжимал ее горло и дышал ей в ухо, наслаждаясь этим моментом. Он говорил «уходи», а она услышала «останься». Она думала, что он сломался тогда, и это была ее победа, но теперь она понимает, что он не сломался. Роза видела его жажду в ней тогда.

Что изменилось за эту ночь?

Он выглядел другим сегодня. Каким-то потерянным и расстроенным. Но это не могло так сильно изменить ситуацию.

Ведь он сделал то, чего Роза боялась больше всего, — унизил ее публично. Он показал ее сумасшедшей и больной при всех. Указал на ее ничтожность.

Все эти чувства, с которыми она жила всю жизнь и с которыми боролась. Боролась, доказывая, что она чего-то стоит в этой жизни, что она достойна быть с ним.

Это она хотела его уничтожить. И она почти этого добилась. Но никак не ждала, что он начнет уничтожать ее в ответ.

Это было больно. Слишком больно, чтобы проглотить это и закрыть глаза.

Если он думает, что она все равно приползет за ним после всего этого, он сильно ошибается. Роза дала ему всю себя, а он вытер об нее ноги.

Человек, который был ее воздухом, лишил ее кислорода.

Она посмотрела в зеркало и сказала себе, что она не приползет. Он еще не знает, с кем связался.

Она сделает ему еще больнее.

Если Джон думал, что она причинила ему боль и решил ответить ей, то он еще не знает, что такое боль.

Он будет ползать у нее в ногах.

Будет унижаться.

Потому что она растопчет его как грязь на ее ботинках.

Она подошла к окну и посмотрела на ночной город, и в этот момент ее руки начали дрожать. Роза сжала их в кулаки, чтобы остановить дрожь. Она не будет слабой. Не из-за него.

Следующим утром она проснулась абсолютно разбитой. Лицо было опухшим и помятым после слез, которых она не ожидала. Сползая с кровати, она начала строить новый план действий. У Джона достаточно слабых мест, и начнет она с самого известного — Райна. Роза знала, что Райн для Джона личный враг. Их соперничество давно вышло за пределы льда. Она следила за этим еще будучи студенткой. Но никак не ожидала, что Райн подарит ей цветы. Что будет смотреть на нее с таким восторгом и восхищением, что Роза смутится.

Она уверена, что это добавило Джону вчера сумасшествия, но надо больше. Если девушка, которую он прогнал, достанется его врагу, если враг будет превосходить его во всем, это уничтожит Джона.

Она уничтожит его карьеру постепенно.

Роза встала в легкой шелковой ночнушке и сделала фото своих ног на фоне шикарного букета, подаренного ей Райном. Она опубликовала фото в своих социальных сетях. На нее подписано очень много хоккеистов и агентов.

А затем добавила подпись: «Надеюсь, что у мужчины, подарившего букет, больше смелости, чем просто восхищение со стороны.»

Второй период. Игра началась.

Роза привела себя в порядок. Сделала утром маску, которая придала свежести лицу. Она сделает вид, что ничего не было вчера. И никому не позволит сказать и слова о том, что случилось. Надев свой любимый белый костюм и собрав волосы в высокий хвост, Роза спустилась вниз, но, выйдя из дверей дома, она замерла.

Райн стоял у ее машины с двумя чашками кофе в руках. Этот мужчина не просто оправдывал ее ожидания, он их превосходил.

— Доброе утро, прекрасная Роза, — произнес он и, оттолкнувшись от ее машины, направился прямиком к ней.

Она широко улыбнулась ему.

— А вы не только в игре напористый, но и в жизни, Райн.

— Я не мог поступить иначе, получив столько красноречивый намек на ожидание действий, — он улыбнулся в ответ. Роза впервые его внимательно рассмотрела. У него были светлые вьющиеся волосы, зачесанные назад. Глаза сверкали так ярко, словно вся зелень вокруг была в них. На нем была простая футболка, джинсы и куртка. Райн был красив. Чертовски красив. Идеально для ее плана.

Она потянулась за стаканчиком с кофе.

— Будет ли с моей стороны наглостью предложить отвезти вас на работу, а вечером с нее забрать сразу же на ужин. Со мной, — он наклонил голову и внимательно посмотрел в ее глаза.

— Я заканчиваю сегодня в пять, — коротко ответила она.

— Я знаю, — улыбнулся он и проводил ее к своей машине. Он открыл дверь и подал руку, помогая сесть.

— А вы достаточно хорошо изучили информацию обо мне. Где я живу, какое у меня расписание, — заметила она и посмотрела на него.

— Вас это пугает? Если я перешел черту, обязательно скажите. Я не хочу вас пугать.

— Пугает? — она ухмыльнулась. — Скорее интригует. Вы не так просты, как кажетесь.

Он широко улыбнулся в ответ и завел двигатель. Роза перевела взгляд на дверь здания. Там стоял Джон в спортивной форме и смотрел на них.

Она резко отвернулась от него.

Он не должен видеть и знать, что ей больно.

Пусть видит ее с другим.

На работе Роза узнала, что у Джона нашли трещину в плече и его отстранили от игр на ближайший месяц, а возможно, и на два. Ее сердце сжалось внутри, но она попыталась отмахнуться от этой новости, делая вид, что она ее не заинтересовала. Она продолжила работать и делать звонки, хотя внутри все еще жила буря.

Роза не могла избавиться от желания его контролировать, поэтому раз в несколько часов включала камеры в его квартире и наблюдала за ним.

Джон был не один. Его плечо было загипсовано, а рядом с ним сидели Джаспер и Ленни.

Зачем она вообще до сих пор о нем беспокоится?

Роза психанула сама на себя и закрыла ноутбук.

Она не будет больше о нем думать.

Лучше сосредоточиться на чем-то более важном.

Например, на свидании с Райном.

На ее удивление, Райн оказался очень интересным собеседником. Вечер пролетел незаметно за ужином и с чудесной компанией. Райн подарил ей еще один шикарный букет, состоящий из пионов, а также довез до дома. И не потребовал ничего взамен.

Роза ему симпатизировала. Даже начала размышлять в голове, а что даст ей этот союз. Ведь что она теряет?

Он внимателен, богат, заботлив, чертовски красив. Если он еще прекрасен в сексе, то все ее потребности как женщины будут им закрыты.

Эти мысли болью отразились в ее груди, отвергая саму их суть.

Райн открыл ей дверь и помог выбраться из машины.

— Не забудь цветы. Я надеюсь на еще одно скорое свидание.

— Главное, не теряй надежду, — она улыбнулась ему и подмигнула.

Райн сделал шаг к ней, прижимая ее тело к машине, слегка наклонившись, он нежно коснулся ее губ.

Роза замерла. Она потерялась, не ожидая сейчас подобного хода. Ее мысли вернулись к тому жадному поцелую с Джоном, когда у нее кружилась голова и подгибались колени.

Роза слегка толкнула Райна в грудь и по-кошачьи улыбнулась.

— Границы, Райн. Слишком спешишь их нарушить, — тихо произнесла она.

— Извини, не смог удержаться, — он облизнул губы. — Этот риск того стоил. Но я буду ждать, когда твои границы изменятся.

Райн отошел в сторону, пропуская Розу к входу. Она пошла внутрь, слегка покачивая бедрами.

— Можно я тебе позвоню? — прокричал он ей вслед.

— Ты можешь попробовать, — ответила она и зашла внутрь.

Она подошла к лифту и подняла глаза. У лифта стояли Джон и Джаспер.

Да что такое? Почему они здесь именно сейчас? Кого из богов она прогневала, что она столкнулась дважды за день с ним?

Джон смотрел на нее, не отводя взгляда.

Роза зашла в лифт и, не дожидаясь, пока туда зайдут Джон с Джаспером, закрыла двери и уехала наверх.

К черту Джона.

Утро началось с того, что он не смог надеть футболку. Плечо не поднималось выше середины, и каждая попытка заставить его двигаться отдавала болью в шею и в лопатку, куда-то под ключицу. Он стоял перед шкафом с футболкой в руке и смотрел на себя в зеркало. На гипс, который был как белый кокон от плеча до локтя, и думал, что вчера он еще был капитаном, а сегодня он уже никто. Врач сказал, что это трещина, и на месяц, а может, и на два он должен отдыхать от льда и тренировок. И Джон кивал, потому что не мог спорить. Его охватило чувство безнадежности. Как будто он медленно тонул, захлебываясь водой.

Джон натянул форму и вышел на пробежку, игнорируя наставления ничем не заниматься. Ему нужно было нагрузить тело, а иначе он сойдет с ума.

И на выходе увидел, как Роза садится в машину к Райну. Джон сжал зубы сильно, чувствуя огромную дыру в груди, которая начала разбирать его изнутри. Он стоял замерев, смотря, как Райн ухаживает за ней, как увозит ее.

И это случилось лишь потому, что он сам этого хотел. Ему хотелось спросить себя: «А сейчас ты доволен? Доволен собой, что поступил так?»

Но он больше всех в этом мире ненавидел именно себя.

Джаспер приехал через час. Привез еду, от мыслей о которой Джона тошнило, и устроился на диване под телевизор. Потом пришел Ленни, потому что Джаспер, видимо, позвонил ему, и они сидели втроем. Парни пытались поднять ему настроение, Ленни активно шутил, но Джаспер смотрел на него так, как будто знал, что шутки не работают. К вечеру Ленни ушел по своим делам, но Джаспер остался, и они сидели молча. Джон понял, что не может больше притворяться.

Он встал и пошел на кухню, где у него была припрятана бутылка дорогого виски, которую он держал на самый крайний случай в своей жизни. И этот случай настал.

После глотка обжигающего виски Джон почувствовал, как алкоголь расходится по телу и делает боль чуть тише, и это было первое облегчение за весь день.

Потом налили еще.

И еще.

И в какой-то момент Джон открылся. Он не смог больше держать в себе все эмоции, которые у него накопились.

Сначала про плечо. Про то, что он играл через боль, потому что не мог позволить себе пропустить игру, потому что он капитан, потому что он должен. Про то, как он стоял на льду и смотрел на пустые ворота, и как ломал клюшку, и как врач уводил его, а он просил дождаться конца игры, потому что не мог просто уйти и оставить команду.

А Джаспер слушал, и кивал, и наливал еще.

А затем Джон рассказал про Розу. Джаспер замер, слушая правду.

— Она уехала с Райном. Я видел, как она улыбалась ему, беря стаканчик кофе из его рук. Но что я ожидал от нее после того, как унизил публично? А я ведь, оказывается, много лет назад спас ее. Я этого не помнил, пока Андре не прислал мне документы на Розу. Она попала в аварию, когда была подростком, но я вытащил ее из машины до взрыва. А она запомнила меня. Искала меня все эти годы. Я думаю, что она стала спортивным агентом тоже из-за меня. Чтобы быть ближе к человеку, которого она считала своим героем. Но я не герой, — закончил Джон.

Джаспер выпил залпом еще один стакан.

— А она знает, что ты ее вспомнил?

— Конечно, нет. Да и это все не важно. Ей нельзя быть со мной. Все, кто находится со мной рядом, страдают от боли или умирают. Я не хочу, чтобы и она через это прошла, — Джон отхлебнул из стакана и со стуком поставил его на стол.

Джаспер налил ему и себе еще.

— Почему ты так считаешь? Ведь я рядом. Я люблю тебя, и я не страдаю и не умираю.

— Ты помнишь, я рассказывал про Ненси? — сказал он дрожащим голосом.

— Твоя первая любовь? Конечно, помню. Она погибла…

— Покончила. Покончила с собой, спрыгнув с моста. Это случилось на следующий день после нашего с ней разговора. Я наговорил ей ужасных вещей. Я никогда не должен был ей такое сказать, но я сделал. Я причинил ей боль, и она ушла. Все потому, что я — монстр. Монстр, который не заслуживает любви. Мне надо держаться от женщин как можно дальше. И так и было, пока не появилась она. Роза как будто знала, куда бить. И медленно пробивала мою броню. Но я не мог позволить, чтобы с ней что-то тоже случилось. Поэтому я оттолкнул ее, сделав максимально больно. Так, чтобы она возненавидела меня и держалась подальше. Но почему-то именно сейчас я чувствую, что я напортачил. Я так, мать твою, напортачил, что не знаю, как мне теперь жить.

— Ты не монстр, Джон. Ты идиот. Монстры не чувствуют вины. А ты себя жрешь изнутри уже двенадцать лет, — фыркнул Джаспер.

— А может, я идиотский монстр, — хмыкнул Джон в ответ. — Я никогда не думал, что могу испытать снова к женщине такие эмоции. Меня как будто вывернули наизнанку.

— Знакомое чувство, брат, — Джаспер сделал глоток. — Я себя тоже таким ощущаю — вывернутым. И идиотом.

— Ты не знал. Твоей вины тут нет, — Джон похлопал его по плечу.

— Моя вина в том, что я не замечал, когда все полетело в тартарары. Когда она начала задерживаться и оставаться ночевать у подружек. Когда количество тусовок у нее перевалило за нормальное количество. Я ведь ее любил. Джон, я правда любил ее. А когда увидел их трахающимися на парковке в машине, я разнес всю квартиру. Я хотел убить их обоих, — Джаспер сделал глоток. — Я не знаю, как мне дальше жить. Без нее.

Джон слушал и понимал, что они оба на дне, и что дно не такое уж плохое место, если ты не один.

— Знаешь, у меня уже нет шанса вернуть все. А у тебя он есть. Вы еще даже не начали, не пробовали быть вместе. Так не будь идиотом, подними свою задницу и верни ее. Верни и будь, мать его, счастлив.

Стакан выпал из его рук и разбился.

— Думаю, на сегодня нам достаточно. Я вызову тебе такси, — еле шевеля языком, сказал Джон.

Джаспер согласно кивнул. Полчаса спустя он ушел, а Джон остался сидеть дальше, допивая остатки бутылки.

В голове крутились мысли, что Роза с Райном. Как тот подарил ей букет на игре, как она стояла в обнимку с ним у дверей. Райн и Роза. Его враг и женщина, которую он хотел.

Он не помнил, как встал и вышел из квартиры. Не помнил, как спустился на этаж ниже, как стоял у ее двери. Помнил только, что стучал или ломился до тех пор, пока дверь не открылась. Роза стояла в халате, ее волосы были распущены. Она смотрела на него пустыми и уставшими глазами.

Джон вломился в квартиру и прижал ее к стене.

Его рука дрожала от алкоголя и ярости.

— Хотела поймать сразу двух зайцев? — голос был хриплый. — Удобно устроилась. Между двумя хоккеистами. Один тебя трахает, другой цветы дарит. И все довольны.

Роза никак не отреагировала на его реплику.

— Кто из нас лучше? — он наклонился ближе, почти касаясь губами ее лица. — Кто доставляет тебе больше удовольствия? Он? Или я? Ты под ним так же стонешь, как подо мной? Или он вообще не знает, что с тобой делать?

Он ждал ответа, хоть какой-то реакции. Хотел получить ее ярость и ее боль. Но не получил ничего.

Роза вздохнула и спокойным голосом ответила:

— Ты пришел сюда пьяный, чтобы спросить меня об этом? — она не отстранилась от него. — Ты вломился в мой дом, чтобы узнать, как я стону под другим мужчиной? Это то, что тебе нужно, Джон? Это то, зачем ты спустился на один этаж?

Он молчал. Потому что не знал, что сказать. Потому что она попала в точку, ведь он сам не понимал, зачем пришел. Он не мог сидеть там и думать о ней и о Райне.

— Или тебе просто нужно было увидеть меня? — продолжила она. — Убедиться, что я все еще здесь. Не сбежала после твоих издевательств?

Он сжал челюсть, и вена на шее дернулась. Он хотел что-то сказать, но слова не шли. Потому что она была права.

— Уходи, — тихо сказала она.

Он не двинулся.

— Я не уйду.

— Уйдешь, — она смотрела ему прямо в глаза. — Потому что тебе нечего мне сказать. Ты не знаешь, что со мной делать. Ты не знаешь, зачем пришел. Ты просто пьяный и злой. И тебе нужно кого-то унизить. Как ты унизил меня при команде. Помнишь? А теперь стоишь в моем доме и спрашиваешь, как я стону под другим.

Он не ответил. Она отвернулась и подошла к двери. Открыв ее, Роза указала рукой направление, куда он должен идти.

Он вышел молча. И когда дверь за ним закрылась, он остановился.

Злость бурлила в нем, и он не знал, что с ней делать. Развернувшись, он ударил кулаком по двери так сильно, что краска треснула.

И ушел к себе, осознавая, что совершил очередной идиотский поступок.

После случая, когда Джон к ней вломился, она не слышала о нем практически неделю. Она перестала следить и полностью сосредоточилась на работе. Вечерами за ней заезжал Райн, если у него не было игр. И они проводили совместный вечер в каком-нибудь очень дорогом месте.

В ее жизни появился спокойный и понятный Райн. Он делал ей комплименты, дарил подарки, обожал.

Казалось, из-за Джона она специально избегала всего этого. Она чувствовала себя голодной на внимание женщиной. А Райн давал ей это все.

— Как ты смотришь на то, чтобы провести вместе выходные? У меня в этот раз нет игр, — лукаво улыбнулся Райн.

— И что ты хочешь предложить?

— Мы можем полететь куда-нибудь. Или уехать за город, — предложил Райн.

Внутри Розы все сжалось. Это означало бы, что Райн подступится к ней. А она не была к этому готова. В ее голове всплыли слова Джона: «Под ним ты так же стонешь, как подо мной?»

Она закрыла глаза, пытаясь заглушить этот навязчивый голос.

— Извини, у меня будет несколько сделок и игра подопечного, — ответила Роза и извиняюще улыбнулась.

— У Марка? Мы можем вместе сходить на его игру, — предложил он.

— А здесь я с тобой соглашусь. Давай пойдем вместе. С меня самые лучшие места, — подмигнула она.

Он взял ее ладонь в руки и коснулся нежно губами.

— Только в этот раз. А так позволь, чтобы эти мелочи решались мной.

Роза посмотрела в его зеленые глаза. Ну до чего же он был хорош! Но он не Джон. Райн просто идеальный мужчина для будущего, семьи. А что она? Каждый раз возвращалась мыслями к Джону.

У нее пиликнул телефон. Она нахмурилась, читая смс от своей помощницы. Та написала, что Роза забыла подписать важные документы.

— Извини, мне надо вернуться в офис. Подбросишь?

— Конечно, моя Роза, — нежно произнес он.

Поужинав, Райн довез ее до офиса. Он обошел свою машину и открыл дверь, но перегородил ей путь.

— Я хочу украсть твой поцелуй, — произнес он, наклонившись к ее лицу.

Роза улыбнулась и потянулась к его губам навстречу. Он обхватил их своими и начал нежно мять, касаясь кончиком языка. Роза пыталась насладиться этим моментом.

Пыталась отключить противный мозг, который твердил, что это не то, что ей требуется.

В ответ на это Роза обхватила Райна за шею и впилась в него. Он притянул ее с сиденья к себе, прижимая мускулистым телом к машине, и продолжил ласкать ее губы.

Его руки нежно скользили по ее спине, рисуя круги.

Нет! — вопил ее мозг.

Роза отстранилась и прошептала:

— Мне пора.

— Конечно. Тогда увидимся на игре? — улыбнулся Райн.

Она натянула на лицо свою кошачью улыбку и повторила:

— Увидимся на игре.

Райн коснулся ее губ своими и вернулся в машину.

Роза понеслась к себе в кабинет. Она закрыла дверь и спустилась по ней спиной на самый пол. Ее тело дрожало. Оно отвергало все это.

— Блять, — воскликнула она и закрыла лицо руками, пытаясь справиться сама с собой.

Всхлипнув, она собралась и встала. Подойдя к столу, она пыталась найти те документы, которые оставила ей помощница.

— Да где же они? — вслух произнесла Роза.

В этот момент она почувствовала дыхание за своей спиной.

— Что-то потеряла, психопатка?

Этого не могло быть. Роза подумала, что ей чудится. Она повернула голову и увидела Джона, стоящего за ее спиной.

Она только сделала вдох, чтобы выругаться на него и послать к чертям, как он схватил ее за горло, перекрывая доступ к кислороду.

Ее должно было это разозлить сильнее, но вызвало совершенно противоположную реакцию. Она возбудилась.

Джон прижал ее к шкафу и наклонился к ее губам.

— Понравился поцелуй Райна? Он так умолял тебя о нем. Выпрашивал.

Роза все еще не могла говорить, прижатая к шкафу.

— Со мной ты была другой. Может, напомнить тебе, что такое поцелуй? С ним ты явно уже забыла, что это такое.

Он наклонился к ней и впился губами так сильно, будто хотел стереть с них чужой вкус. Хотел вернуть себе то, что она отдала другому. Его рука скользнула с горла на затылок и сжала волосы, заставляя ее голову запрокинуться. И он углубил поцелуй, входя языком в ее рот. И она ответила.

Она клялась себе, что не хотела. Но тело помнило то удовольствие, что он ей доставляет, и оно отозвалось.

Он скользнул рукой вниз по спине. Пальцы прошлись по ее позвоночнику, чувствуя, как она выгибается под его прикосновениями. Она выгибалась. Тело реагировало раньше, чем разум успевал вмешаться. Он спустился ниже к талии и притянул к себе так близко, как мог. Так, чтобы она почувствовала его.

С ее губ сорвался стон.

Он отстранился и провел большим пальцем по ее нижней губе. А затем сказал тихо, почти шепотом:

— Вот так ты отвечаешь только мне.

И снова впился в ее губы. Это сводило ее с ума. Она сама подалась вперед к нему, на что он усмехнулся и сделал шаг назад.

Его рука вернулась на ее шею, скользя по пульсирующей вене пальцами. Он достал из кармана бриллиантовое ожерелье, напоминающее ошейник, и надел его на Розу.

— Запомни, кто здесь главный. И не забывай. Я не позволю ему долго быть рядом с тобой. Ты моя.

Роза очнулась от наваждения и с гневом посмотрела на него.

— Ты потерял это право тем вечером, — сказала она дрожащим голосом.

— А это мы еще посмотрим, — он провел еще раз пальцем по ее губе и ушел.

Роза вернулась за стол. Ее пальцы скользили по холодному камню на шее.

Никаких документов не было. Помощница ей не писала.

Это был Джон.

Роза доехала домой на такси, переваривая то, что сейчас произошло. Что случилось за эти дни с Джоном? Как из того, кто вломился к ней домой, он стал снова хищником. Да еще и таким.

Подойдя к двери квартиры, она обнаружила синюю розу, очищенную от шипов, на ручке двери.

Она взяла ее в руки и начала гадать, кто это оставил. Мог ли это быть Райн? Может, Джон? Но Джон не дарил ей розы.

Джон вообще раньше ей ничего не дарил. А сейчас на ее шее дорогущее ожерелье. Он спустил на него явно очень много денег, чтобы поставить на ней его метку. Знак того, что она его.

Она вошла в квартиру и решила проверить Джона. После сегодняшнего ей это было необходимо.

Открыв ноутбук, она попыталась войти в его камеры, но вышло сообщение об отказе в доступе. Роза удивленно подняла брови. Доступ к ноутбуку тоже закрыт. Она открыла маячок в телефоне — тоже недоступен.

Он ее раскусил. Он понял, что она делала все это время.

Она ухмыльнулась.

Зайдя в его профиль в социальных сетях, она увидела новое фото. Это была синяя роза в его руке. И надпись — «Попалась».

Кажется, и правда. Роза попалась.

И она рассмеялась искренне, как давно уже не смеялась.

Ведь охота началась. Но теперь на нее.

Через пару дней Роза с Райном направились на игру Легиона с Волками. Они устроились в VIP-ложе до начала игры. Роза была одета в джинсы и легкий светлый джемпер, потому что сегодня на игре она не хотела выглядеть как агент. Все-таки это было свидание.

— Извини, не могу просто спокойно ходить на игры. Это профессиональное, — она достала планшет из своей сумки.

— Все в порядке. Не переживай, — Райн погладил ее по руке.

На льду разминались команды. Роза заметила напряженный взгляд Джаспера на нее со льда и нахмурила брови. Но Джаспер отвел глаза и продолжил разминку.

Роза беззаботно болтала с Райном до самого начала игры. И в этот момент место с другой стороны от нее заняли. Сначала она почувствовала знакомый запах, от которого у нее перехватило дыхание, затем она перевела взгляд и увидела Джона, который удобно устроился рядом.

— Что ты тут делаешь? — сквозь зубы произнесла она.

— Пришел поболеть за свою команду. Все-таки я в ней все еще капитан, — спокойно ответил он.

— Самый бесполезный капитан, — усмехнулся Райн.

— Тут какой-то странный звук около тебя, Роза. Кажется, ты подцепила какое-то насекомое, — фыркнул он. — В следующий раз пользуйся спреем от клещей.

— Повтори мне это на льду, когда я снова разгромлю тебя и твою команду, самый переоцененный игрок лиги.

— Ой, Райн, это ты тут? А ты пришел с девушкой или снова дрочишь дома в уголке в одиночестве? — мило улыбнулся ему Джон.

— Если ты не заметил, то я тут с Розой, — прорычал тот в ответ.

— Ааааа, так все-таки дрочишь. Сочувствую, — хмыкнул он.

Райн подскочил на ноги, и Роза схватила его за одежду.

— Не ведись на его провокации. Ему скучно, и он решил на нас отыграться, — спокойно сказала она, и Райн вернулся на свое место.

Она повернулась к Джону.

— Ты можешь пересесть?

— Мне и тут хорошо, — ответил беззаботно он.

Игра началась. Все внимательно следили за тем, что происходит на льду. Все, кроме Джона.

Он наклонился к уху Розы и прошептал ей:

— Я безумно долго хочу тебя попробовать на вкус. Мне кажется, ты такая же сладкая, как и твой запах. Я бы при всех стянул с тебя эти чертовы джинсы и вылизал так, что ты стонала бы безостановочно. А я бы наслаждался каждым твоим стоном, смакуя твой вкус, — его низкий голос вибрацией отдался во всем ее теле.

Она почувствовала, как ее трусики намокли от его слов. Дыхание и сердцебиение участились. Этот мужчина сводил ее с ума.

— Прекрати, — прошептала она ему.

— Я только начал, сладкая. А теперь, когда твои трусики намокли, отдай их мне.

Роза удивленно посмотрела на него, а Джон продолжил:

— Ты ведь украла у меня трусики из-под подушки, мои любимые. И я знаю, что ты сегодня в них. Верни мне мое, — прорычал он ей.

— А иначе что? — с вызовом ответила она.

— А иначе я расскажу сейчас Райну, как трахал тебя и ты с наслаждением стонала. Затем расскажу, как мы целовались на днях. Как думаешь, пройдет ли тихо эта игра? Или драка начнется на трибунах? Но если ты меня послушаешь, я буду вести себя как хороший мальчик, — прошептал он.

— Ты больной.

— Не меньше тебя, психопатка, — промурлыкал он.

Райн обеспокоенно посмотрел на Розу и спросил:

— У тебя все хорошо? Он достает тебя?

— Нет. Все в порядке. Мне надо в туалет, извини.

Роза поднялась на ноги и вышла с трибун. Райн посмотрел на Джона, который, довольный собой, сидел и следил за игрой.

Через пару минут Роза вернулась. Она села на свое место и повернулась к Райну.

— Забыла, я хотела попить. Принесешь мне воды?

Райн кивнул и вышел.

Роза повернулась к Джону и сунула в его кулак трусики.

— Теперь доволен? — сквозь зубы сказала она.

Джон поднес их к носу, глядя в ее глаза, и сделал глубокий вдох.

— Такие же сладкие, как я помню, — и хищно улыбнулся ей в ответ. А затем взял и намотал трусы на руку как браслет.

Роза удивленно посмотрела на него. Он пожал плечами.

— Они здесь и были. Значит, тут им и место, — он ей подмигнул.

Райн вернулся с водой и удивленно посмотрел на руку Джона. Но ничего не сказал. Остаток вечера Джон не мешал им и тихо ушел спустя какое-то время.

Роза обсуждала с Райном игру, а после ее окончания Райн отвез ее домой.

Роза поднялась к себе в квартиру и замерла на входе. Все цветы, подаренные Райном, пропали. Абсолютно все.

Вместо них во всех возможных вазах, даже тех, которых у нее не было, стояли синие розы. Она прошла в комнату и увидела на столе записку. Подняв ее, она прочла: «Они такого же цвета, как твои испуганные глаза».

Джон.

Роза не знала, что она чувствует. В ней бурлила злость и ярость, в то же время ее это делало слабой и мягкой по отношению к Джону. Она хотела ударить его и в то же время впиться в его губы.

Борясь с мыслями в голове, она зашла в гардеробную. Скинув с себя одежду и натянув новые трусики, она вышла в гостиную и налила себе стакан воды.

Ее телефон запиликал.

Джон: Я передумал. Мне больше нравятся белые трусики. Их тоже отдай.

Роза от неожиданности уронила стакан. Она стояла в комнате обнаженная в белых трусах.

Роза подбежала к кровати и надела шелковый халат. Мысли сказали в ее голове. Она подбежала к ноуту и поменяла пароль на системе наблюдения.

Джон: Хорошая попытка, сладкая.

Неужели он получил полный доступ к системе? Она подбежала к распределительному счетчику и выключила питание у видеосистемы.

Джон: Мне не нужно электричество, чтобы следить за тобой. Твоих ошибок я не допускаю.

Роза начала озираться по сторонам. Он установил у нее в квартире чертовы камеры! Занес цветы и установил камеры, подлый гавнюк!

— Хочешь шоу? Тогда ты получишь свое шоу! — прокричала она.

Роза подошла к тумбочке кровати и достала свой вибратор. Она легла на на кровать и ее волосы разметались по подушке. Халат, который она накинула минуту назад, распахнулся, обнажая ее голое тело. Она смотрела в потолок и знала, что он видит. Если он установил камеры, он смотрит прямо сейчас. Пусть смотрит.

Она закрыла глаза и представила Джона. Как он раздвигает ее ноги и ложится между ними. Как он выполняет все то, что говорил ей сегодня.

Она провела вибратором по внутренней стороне бедра. И ввела в себя. С ее губ раздался стон и она продолжила движение. Она стонала так громко, чтобы он точно услышал.

Она представила, что это его рука и его язык скользит по ней. Вспоминала, то как он грубо брал ее, шептал на ухо. Дрожь прокатилась по ее телу. Она начала двигать вибратором быстрее. Волна накрыла ее очень быстро и ярко. Она вскрикнула и ее спина выгнулась дугой. Она чувствовала, что он вбирал в себя каждую секунду, каждое мгновение ее наслаждения.

Роза довольно улыбнулась. Затем она скинула трусики на пол и показала фак в пустоту.

— Трусики заберешь сам, — произнесла она и вышла в ванную.

Тем временем ее телефон завибрировал.

Джон: Обязательно заберу.

Джон сидел на диване, а вокруг него вышагивал Джаспер.

— И все же я считаю, что это не очень нормально, — ответил Джаспер. — Я понимаю, что когда ты вычислил ее слежку, у тебя крышу снесло окончательно. Но следить в ответ? Вы не можете нормально поговорить и закончить это?

Джон ухмыльнулся.

— Уже поздно переживать. Ты мой соучастник. Без тебя я бы не смог столько всего провернуть.

— Умоляю, больше не заставляй меня соблазнять помощниц, — Джаспер закатил глаза. — Хотяяяя… нет, заставляй. Мне понравилось. Было весело. Но я больше не буду помогать устанавливать видеонаблюдение.

— Больше и не надо, Джас. Спасибо, что ты рядом, — Джон подошел и обнял его.

— Ну а кто, кроме меня? По крайней мере, это помогло тебе собраться и перестать пить. Мне ты больше нравишься таким.

— Мне тоже, — улыбнулся он в ответ.

— Но пообещай, что вы оба не будете делать ничего такого, за что вас обоих могут посадить. Я не хочу потом вытаскивать тебя из тюрьмы.

— Поверь, то, что происходит между мной и ей, остается между нами. Мы не вмешивали других людей, почти, — Джон улыбнулся. — Ну ладно, вмешивали. Но скоро она сдастся. Я вижу это, она не может держаться далеко от меня, — довольная улыбка растянулась на его лице.

Джаспер закатил глаза.

— Я не хочу знать, что вы оба, психи долбанные, творите. Я не знаю, кто из вас более безумный. Все, я пошел. Звони, пиши! — Джаспер послал воздушный поцелуй и вышел из квартиры Джона.

Джон слышал, как шаги Джаспера затихли в коридоре, и вернулся к ноутбуку. Он включил камеру, чтобы проверить Розу.

Роза выходила из квартиры, одетая слишком шикарно для простой прогулки. Джон нахмурил брови.

Он перемотал запись назад и в ускоренном режиме начал просматривать, что происходило. Джон заметил, что она что-то говорит, и замедлил запись.

Роза: Если ты думаешь, что можешь меня контролировать и получать то, что ты хочешь, — ты очень сильно ошибаешься. Я докажу тебе, что ты ни черта не контролируешь.

Роза взяла в руки телефон и приложила его к уху.

Роза: Алло, Райн, как смотришь на то, чтобы провести чудесный вечер и ночь на берегу озера Иствуд? Там есть домик, который я арендовала… да… хорошо… Ривер-стрит, 75. Увидимся там, выезжаю.

Роза положила телефон и начала собираться.

Джон сидел и смотрел на эту пустую комнату еще несколько секунд, прежде чем понял, что не дышит. Он заставил себя вдохнуть. Медленно. Потом еще раз.

Он не помнил, как встал. Не помнил, как натянул черную футболку и куртку, как натянул кепку на голову. Ключи оказались в руке сами. Дверь закрылась сама. Лестница, улица, машина — все это прошло мимо него, как чужая жизнь. В его голове крутилась лишь одна мысль — он не позволит им быть вместе. Если она думает, что может решать сама, то сильно ошибается. Она потеряла право голоса тогда, когда вломилась в его жизнь. Когда начала избавляться от конкуренток и стала единственной, кого он желал до безумия.

Он не думал о том, что будет делать, когда приедет. Ночь ложилась на трассу длинными полосами, огни фар выхватывали из темноты куски асфальта и снова бросали их в темноту. Руки держали руль крепко, почти до боли, чтобы сдержать ярость, готовую уничтожить все на его пути.

Озеро показалось внезапно из-за поворота. По темной глади воды скользили отблески луны, редкие огни на берегу и одинокий домик в конце дороги. Свет в окнах горел, но машины Райна нигде не было. Только ее машина.

Джон вышел и пошел к двери. Рывком он открыл дверь и вломился внутрь.

Роза сидела в кресле у окна одна в том же платье, в котором выходила из дома. Перед ней на столике стоял бокал вина.

Ярость, которая гнала его сюда, все еще была в теле — в плечах, в кулаках, в челюсти. Но она вдруг перестала знать, на кого направлена. Он стоял в дверях и смотрел на нее.

— Где этот ублюдок? — сквозь зубы прорычал Джон.

— Я убью его, если он прикоснется к тебе.

Джон метался из комнаты в комнату, пытаясь найти того, кого здесь не было.

— А ты опоздал. Я ждала, что ты приедешь на полчаса раньше, — спокойным голосом произнесла она.

Джон замер и повернулся к ней. На ее лице растянулась кошачья улыбка.

— Райна здесь нет? — осторожно спросил он.

— Если бы ты более внимательно контролировал меня, как ты считал, то знал бы, что Райна нет в городе, — промурлыкала она.

— И ты ему не звонила? — уточнил он.

— Это был спектакль для одного зрителя, Джон, — она встала с кресла и грациозно зашагала к нему. — А теперь думай, кто по первому зову несется черти куда? Кто потерял голову?

Она провела пальцем по его груди.

— Так что ты там говорил? Что я для тебя никто? Что не стою ни капли твоего внимания? Так почему ты здесь, Джон? Чего ты хочешь?

Джон смотрел на нее. Его тело дрожало, и он не мог понять почему. Казалось, эмоции смешались в один большой водоворот.

— Скажи, Джон, чего ты хочешь? — повторила она.

— Тебя, — прошептал он. — Я хочу тебя.

— Правильный ответ, — она обошла его со спины и стянула с него куртку, бросив ее на пол. — Тогда умоляй. Умоляй простить. Умоляй быть с тобой.

Джон замер. Он смотрел в ее голубые глаза и тонул. Тонул от ее голоса, от ее взгляда. И сейчас все эти игры в «кто главный» не имели значения, если она готова простить. Если она хочет его простить.

Джон упал на колени перед ней и произнес:

— Мне не надо умолять, чтобы ты была со мной. Ты и так моя. Ты звала меня, я пришел. Ты хочешь только меня, а я хочу только тебя. И это наше безумие. И стоя перед тобой на коленях, я хочу получить свою награду.

Он потянулся к ней, и его руки начали скользить вверх по ее бедрам, поднимая платье. Он закинул ее ногу себе на плечо и впился губами в ее белье.

Он не торопился, потому что хотел запомнить каждый миллиметр ее кожи. Джон так долго ждал этого, долго мечтал коснуться губами ее здесь. Напиться ею, ощутить ее аромат на своем языке.

Роза откинула голову, а ее пальцы сами нашли его волосы и сжали их. Он зарычал ей в бедро низко, так что вибрация прошла по ее телу.

Он провел языком по внутренней стороне бедра так медленно, что она вздрогнула.

Он сделал это снова.

И еще раз.

Она почувствовала, как внутри все сжимается, как ее дыхание становится коротким и рваным. Ей хотелось прижаться к нему сильнее, но он не давал. Он держал ее бедра руками, не позволяя двигаться.

Только он.

Только его темп.

Только его язык.

Только его контроль.

Она застонала. И он ответил, глубже проталкиваясь в нее языком. Ее спина выгнулась, и она кончила так громко, как могла себе позволить в одиноко стоящем доме.

Он не остановился.

Он продолжал медленно водить языком и рисовать на ее теле все слова, которые не мог высказать. Роза попыталась отстраниться, но он держал крепко. И она сдалась. Второй раз накрыло ее быстрее и глубже.

Когда она обмякла в его руках, он наконец отстранился. Посмотрел на нее снизу своими темными глазами. Роза смотрела на его мокрые губы и глаза, наполненные новой для нее эмоцией.

Он поднялся и взял ее на руки. Она обвила его шею, прижалась щекой к его груди. Он нес ее через комнату, и она чувствовала, как быстро бьется его сердце.

Он опустил ее на диван и замер, рассматривая ее обнаженные ноги, наслаждаясь видом. И она смотрела на него. И в этой секунде было больше, чем во всех словах, которые они сказали друг другу за все это время.

Джон стянул с себя одежду и, не говоря ни слова, резко вошел в нее. Она застонала от чувства наполненности. От ощущения его внутри себя.

Джон двигался жестко и резко, будто опасаясь, что если он замедлится, она исчезнет или убежит. Он хотел сделать так, чтобы она запомнила, кому она принадлежит.

Джон перевернул ее на живот. Вошел сзади, одной рукой держа за бедра, другой — ее волосы, вжимая ее лицо в подушку. Она стонала в ткань, и эти стоны были для него громче любого крика. Он наклонился к ее уху, тяжелое дыхание обожгло кожу.

— Ты моя, — прошептал он.

Она не ответила. Только сжалась вокруг него сильнее.

— Скажи это.

Она повернула голову, посмотрела на него через плечо. В ее глазах была та самая кошачья улыбка, которую он ненавидел и хотел одновременно.

— Я знаю, — сказала она.

Это было не то, что он требовал ей сказать. Но в этом вся Роза. Она делает все не так, как он хочет. Лишает его контроля.

Он кончил с рыком ей в шею, прижимаясь к ней всем телом. Она почувствовала, как его руки дрожат и как его дыхание сбивается.

Он не сразу отстранился. Лежал на ней, наслаждаясь ее телом. И она не хотела, чтобы он уходил.

А потом он приподнялся на локтях и посмотрел на нее. И сказал то, чего она не ждала.

— Расстанься с ним.

Она молчала, а Джон не отводил взгляда от нее. Он повторил:

— Расстанься с Райном.

Роза провела пальцем по его губам.

— Ты хочешь, чтобы я рассталась с ним, — сказала она наконец. — Тогда тебе придется попросить еще раз. И еще. Пока я не поверю, что ты просишь не из страха меня потерять, а из желания приобрести.

Он прижался губами к ее шее и прошептал:

— Тогда ты больше не будешь спать.

Они сидели на диване в гостиной Джона. Джон не отпускал ее со своих колен. Как только она пыталась встать, он собственнически притягивал ее обратно и сильнее прижимал к себе.

Джаспер широко улыбался, наблюдая за этой ситуацией.

— То есть можно считать, что вы двое встречаетесь? — спросил он, отпивая виски из своего стакана.

— Да, — произнес Джон.

— Нет, — одновременно ответила с ним Роза.

Джон раздраженно посмотрел на нее, а она лишь пожала плечами.

— Что-то я не припомню, чтобы ты мне это предлагал, — фыркнула она.

— А разве это было не очевидно, когда моя голова располагалась между твоих ног? — прорычал он.

— Я должна услышать все своими ушами, — она закатила глаза.

— Я тебе говорил, что ты моя, — Джон начинал раздражаться.

— Моя кто? Что-то я не слышала уточнения.

— Моя женщина. Мое безумие. Мой кислород. Просто вся моя. Так я ясно выражаюсь? — голос Джона дрожал от ярости.

— Джаспер, да. Мы встречаемся, — промурлыкала Роза.

— Я рад, что вы разобрались, — хихикнул Джаспер. — Когда мы все прояснили, я бы хотел сразу в свою защиту сказать, что соблазнял твою помощницу лишь по настоянию Джона, как и ставил камеры. Он на меня надавил.

Джаспер поднял руки в знак капитуляции.

— Ты еще и друга подключил к этому всему? Пфффф. Дилетант, — фыркнула она.

Джон прижал ее сильнее к себе.

— Какая разница, какие методы. Главное — это результат. И не говори, что тебе это не понравилось, — низким голосом произнес Джон.

Роза улыбнулась и наклонилась к его губам.

— Нет, пожалуйста! Дождитесь, пока я уйду, и потом трахайтесь! Или погодите, я возьму попкорн!

— Джаспер, — прокричал Джон.

— Понял, я пошел. Детки, ведите себя хорошо! Чмоки-чмоки! — послав воздушные поцелуи, он быстро ретировался из квартиры Джона.

Джон повернулся к Розе и спросил:

— На чем мы с тобой остановились?

— У меня есть маленький сюрприз для тебя. Закрой глаза, — сказала она.

Джон закрыл глаза. Роза встала с его колен, а затем он почувствовал прикосновение ее губ к своим. Он сразу же обхватил ее руками и сжал сильнее.

Она оторвалась от его губ и прошептала:

— Правда немножко поболит голова.

— Роза, нет, — Джон почувствовал, как его тело расслабляется. — Только не…

Джон не понял, когда он очнулся и сколько времени прошло. Голова раскалывалась. Он попытался обхватить ее руками, но не смог. Джон распахнул глаза и посмотрел на свои руки. Они были привязаны к спинке его кровати.

— Рооооза, — заорал Джон.

— Милый, ты проснулся? Вот и отличненько, — она вышла в красивом кружевном белье, и у Джона перехватило дыхание.

— Развяжи, — тихо сказал он.

— Тогда это будет не сюрприз, — на ее лице появилась его любимая улыбка. — Просто наслаждайся.

Он лежал связанный и смотрел, как она стоит перед ним в тонком кружевном белье, которое почти ничего не скрывало. Роза не торопилась, специально позволяя себя рассмотреть.

Джон дернул руками, проверяя, насколько туго она его привязала. Внутри себя он ухмыльнулся, прекрасно понимая, что пара усилий — и он бы вырвался из хватки натянутых шелковых тканей. Но внутри него возник вопрос: а зачем это делать? Впереди его ждала игра. И он хотел ею насладиться.

Роза медленно подошла к кровати. Сев на край ее, она провела пальцами по его груди, по накачанному прессу и замерла у резинки боксеров.

Джон замер в ожидании и внимательно скользил по ней взглядом. Роза начала целовать его шею, медленно спускаясь все ниже на его грудь, пресс и бедра. Она облизывала языком, оставляя мокрую дорожку за собой.

Он дернулся, надеясь ускорить ее, но шелковые веревки лишь натянулись. И он застонал от собственного бессилия. И от того, что оно ему нравилось.

Она стянула с него боксеры и провела языком по нему очень медленно, с самого низа до верха. Он вздрогнул и сжал челюсть. Она посмотрела на него с улыбкой и резко поглотила его всего.

Джон закрыл глаза от удовольствия, потому что это было слишком хорошо. Его сводил с ума ее язык. Ее губы. Ее ритм. Она не торопилась. Она брала его очень глубоко и медленно, смотря на него снизу. И он видел этот взгляд. И это было хуже, чем если бы она просто делала свое дело. Потому что она смотрела на него, наслаждаясь каждой его эмоцией.

Она остановилась, когда он был на грани. Он застонал и потянулся, чтобы опустить ее голову, но не смог.

— Роза.

— Что? — она подняла бровь.

— Не останавливайся.

— Скажи «пожалуйста».

Он сжал зубы, понимая, что в это мгновение он уже проиграл. Он был под ее полным контролем.

— Пожалуйста.

Она улыбнулась и продолжила те же глубокие и медленные движения, пока он не задрожал.

Довольная собой, Роза стянула вбок белье и взобралась на него сверху.

Он почувствовал, какой мокрой Роза была. Но она просто сидела на нем и не двигалась. Его бедра дернулись вверх, требуя движения и трения, которое ему было необходимо.

Но Роза замерла и подмигнула ему. Она начала двигаться очень медленно, что было для него похоже на сладкую пытку. А затем быстрее и быстрее. Он смотрел на нее, как Роза опускалась, как сладко принимала его. Ее стоны сводили его с ума.

Она кончила первой с громким стоном. Спина выгнулась, и ее ногти впились в его грудь. Джон не смог сдерживаться больше и последовал за ней. Это была ничья.

Она упала на него, тяжело дыша. И он почувствовал ее быстрое сердцебиение. В этом мгновении Джон почувствовал все, что хотел.

Роза была полностью его.

А он принадлежал ей.

Три месяца спустя

Роза стояла у борта в тяжелом напряжении. Это был матч в лиге с Рысью. Она помнила ту самую игру, когда «Легион» всухую проиграл. А еще в команде был Райн, который, безусловно, остался зол тем, что Джон ее увел.

Заканчивался третий период, а счет был все еще один — один.

Роза кусала губы, наблюдая, как Джон перехватил передачу у Райна и понесся к воротам соперников.

Десять секунд — он уже находился на середине площадки, оторвавшись от преследователей.

Джон катил широко, продавливая лед под коньками, и Роза видела, как он набирает скорость.

Секунды тянулись медленно, как в кино.

Райн рванул следом, но Джон уже вошел в зону. Один защитник попытался его встретить у синей линии, но Джон переложил шайбу с неудобной на удобную и ушел в борт. Второй защитник дернулся к нему, но опоздал на полшага.

Джон уже был у лицевого борта.

Он сместился к центру. Вратарь вышел навстречу, перекрывая ближний угол. Роза увидела, как Джон приподнял клюшку и сделал короткий замах. Шайба пошла низом между щитков вратаря.

Сетка задрожала.

Сирена.

Трибуны взорвались от криков радости. Джон оттолкнулся от борта и вскинул руки. Джаспер уже летел к нему, Марк стучал клюшкой по льду, Ленни орал что-то с другого конца площадки.

Но Джону сейчас было все равно на них.

Он подъехал к тренеру и забрал у него из рук огромный букет синих роз и направился к Розе.

Всеобщее ликование затихло, и все наблюдали за происходящим. Камеры были направлены прямо на них.

Джон опустился на одно колено, достал коробочку с шикарным бриллиантовым кольцом и спросил:

— Роза Сайдер, ты станешь моей женой?

Роза хищно улыбнулась, вспоминая тот вечер, когда она пробралась на вечеринку к Джасперу и думала, что станет его женой. Но сдаваться она не хотела. Не так легко.

Поэтому она наклонилась к нему и шепотом ответила на ушко:

— Я подумаю.

На лице Джона был шок. Он собирался встать и убрать кольцо, почувствовав унижение в этой ситуации. Джон совсем не предполагал, что Роза может так ответить.

— Нет. Нет. Нет, — остановила она его и протянула руку. — Колечко сначала надень, а лишь потом расстраивайся дальше.

Джон дрожащими руками надел на нее кольцо и впился в нее жестким поцелуем, наказывая за ее игру.