Дизайнер обложки Нина Козырева

© Вячеслав Козырев, 2024

© Нина Козырева, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0056-0889-5 (т. 3)

ISBN 978-5-0056-0886-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Свадьба – дело серьёзное. С самого раннего утра во дворце Берендея царил переполох. Царь, счастливый, что Василиса вернулась живой и невредимой, сам не сидел на месте и нещадно гонял подданных. Челядь сбилась с ног, подготавливая дворец к предстоящим торжествам. По коридорам разносились ароматные запахи готовящихся яств, портнихи шили праздничные наряды, а мамки и няньки обучали Василису, как себя вести во время церемонии. К соседним правителям мчались гонцы с приглашениями на свадебный пир, а воевода, удвоив караулы и расставив дозоры вокруг города, зорко следил, чтобы стража не расслаблялась.

Все были при деле, и только Санька, словно неприкаянный, бродил по дворцу не зная, чем заняться. От любой его попытки оказать кому-нибудь помощь вежливо, но твёрдо отказывались. Негоже без пяти минут царскому родственнику утруждать себя заботами мелкими, ибо впереди его ждут дела великие. Липуня отчаянно замахал руками, наотрез отказываясь брать парнишку с собой даже на проверку заставы у соседней деревни – случись какая беда, Берендей голову оторвёт.

Слоняясь по дворцу, Санька случайно забрёл в тронный зал и вспомнил, как ему запрещали даже постоять возле трона. И вот судьба распорядилась, что через несколько часов он, на вполне законных основаниях, сможет сидеть здесь сколько душе угодно.

«И всё-таки Баюн не прав, – подумал он. – Наговорил тоже – сказке конец, семейная жизнь. Разве не сказка, что завтра я стану царём».

Недолго думая, он взобрался на трон, немного поёрзал, устраиваясь поудобнее и положил руки на подлокотник. Любое кресло, даже самого маленького руководителя, заставляет по-иному смотреть на мир. Санька сделал серьёзное лицо и громко произнёс:

– Мы, царь Александр Первый…

Богатырь завис. Один Александр уже был в истории. И даже не один. Может Алекс? Нет, народ не поймёт. Придётся придумать псевдоним. Ох и нелегка же эта царская доля. А потом нужно будет провести реформы. Сколько он помнил, все цари с этого начинали. И для начала можно…

Что он реформирует, Санька придумать не успел.

– Примеряешь? – высунулась из стены голова Привидения.

– Отдохнуть присел, – смутился Санька.

– Сиди, сиди, – успокоил Прадед, – пока не при исполнении. Потом будет тяжеловато. За всё царство отвечать придётся. – И он снова исчез в стене.

Получив такое «сердечное» напутствие, Санька сполз с трона и решил до начала торжественного мероприятия пересидеть у себя в избушке. Но и здесь его встретили без особого энтузиазма. Домовой, ожидая, что богатырь непременно заглянет сюда с молодой женой, на всякий случай затеял уборку и сурово посоветовал не мешать, а чуток подышать свежим воздухом. Гулять, натыкаясь на любопытные взгляды прохожих, не хотелось, и Санька схитрил, предложив Домовому перекинуться в шахматишки.

Домовой почесал затылок и со словами: – Хорошо отдохнёшь – хорошо и поработаешь, – закинул веник в угол и вытащил из-под лавки коробку.

Они расставили фигуры и начали играть. Однако Санька, витая в облаках, частенько делал неудачные ходы и постоянно проигрывал.

– Шах и мат, – в очередной раз объявил Домовой, вальяжно развалился на хлипком стульчике и сладко потянулся. – Десять, ноль.

Раздосадованный Санька сердито крякнул и по новой расставил фигуры. Теперь он подолгу думал над каждым ходом, водил над доской указательным пальцем и шевелил губами, просчитывая ходы. Домовой откровенно зевал, болтал ножками и глазел в окно, а то вскакивал и делал вокруг стола несколько кругов, всем своим видом показывая, чтобы противник поторопился. Санька на его метания не обращал внимания, целиком погрузившись в игру, зато Домовой, уверовав в своё превосходство, делал ходы, не особо заморачиваясь размышлениями над происходящим на доске. Такое нахальное поведение сыграло с ним злую шутку. Фортуна переметнулась на Санькину сторону, и он практически загнал вражеского короля в угол. Удивлённый Домовой плотно уселся за стол, но было поздно: он лишился ферзя, большей части фигур и на следующем ходу грозил мат. Теперь уже Санька ехидно поглядывал на поскучневшего дедка, который морщился, кряхтел, вставал, снова садился и никак не мог смириться, что его обыграли. Он даже попытался незаметно передвинуть Санькиного слона, когда парнишка на мгновение отвернулся, но Санька вовремя пресёк это жульничество. Домовой удручённо шмыгнул носом и уже собрался признать своё поражение, как дверь отворилась и на пороге появился царь. Домовой сделал вид, что испугался и метнулся под стол, по пути смахнув с доски половину фигур.

– Ты один? – спросил Берендей, оглядывая комнату. – Дело есть.

– Слушаю, – ответил Санька, незаметно показав Домовому кулак.

– Ты, это… – несколько неуверенно начал царь. – Кого приглашать будешь?

– Даже не знаю.

– Я бы не хотел, чтобы на свадьбе присутствовали эти, лесные, э… ну ты понимаешь. Конечно, они нам сильно помогли и всё такое, но… Ты бы с ними поговорил.

– Хорошо, – согласился Санька.

Выполнить просьбу царя было не так и сложно; лесные волшебники до сих пор с опаской относились к людям и предпочитали лишний раз не показываться им на глаза. Пока не привыкнут. Так что со стороны жениха гостей не предвиделось. Все друзья у него здесь, хотя…

– А Розочку можно?

– Это кто? – насторожился царь. Кто его знает, может колдун какой.

– Странствующий рыцарь. Из тридевятого царства. Из-за волшебных гор.

– Рыцарь?! – обрадовался Берендей. – Рыцаря конечно можно. Благородная кровь, совсем другое дело. У меня их знаешь сколько перебывало, пока к Василисе сватались. Из Парижу, из Лондону, из Бер… – он начал загибать пальцы, осёкся и испуганно покосился на богатыря. Не хватало, чтобы жених обиделся.

Но Санька пропустил его слова мимо ушей, он прекрасно помнил, как Василиса отшивала претендентов на её руку и полцарства. Причём, землица интересовала их намного больше самой царевны.

– Тогда я пошёл, – произнёс Берендей, обрадованный, что щекотливый для него вопрос благополучно разрешился. – А ты отдыхай, сил набирайся. Медовый месяц пройдёт, буду тебя учить царством управлять. – И он вышел за дверь.

– Ну что, пойдёшь корону примерять или хотя бы раз отыграешься? – высунулся из-под стола Домовой.

– Ещё чего! – возмутился Санька. – Сейчас я выиграл!

– Разве? – состроил удивлённую физиономию старый пройдоха. – Фигурки попадали, ходы мы не записывали, партию не восстановить. – И с наглым видом притворно вздохнул. – А у меня был отличный ход. Даже можно сказать – выигрышный

– Ну, жук, – покачал головой Санька и почесал затылок. – Ладно, живи. Письмо надо написать, да нечем.

– Делов-то, – хмыкнул Домовой и исчез, а через минуту появился и выложил на стол кусок бумаги, чернильницу и остро отточенное гусиное перо.

Санька разгладил листок, обмакнул перо в чернила и задумался. Он не любил, да и не умел писать письма. До сих пор все его общения с удалёнными адресатами сводились в основном к разговорам по телефону или интернету, к тому же, он совершенно не представлял, как обращаться к титулованным особам. «Многоуважаемый, благородный рыцарь» – звучало слишком официально, к тому же, хоть убей, но он совершенно не помнил полного имени рыцаря, не писать же: – Здравствуй, Розочка.

Наконец, после долгих размышлений, пыхтенья и посаженной кляксы, он нацарапал коротенькое сообщение.

«Дорогой друг. Приглашаю тебя на нашу с Василисой свадьбу. Завтра. Александр Воробьёв».

Вообще-то, он сомневался, что Розочка успеет к началу церемонии, но в сказочном королевстве могло произойти самое невероятное, если только рыцарь не занят сочинением нового сонета очередной даме сердца. Санька ещё раз перечитал своё сочинение, помахал листком в воздухе, чтобы подсохли чернила и аккуратно свернул бумагу вчетверо.

– Для кого грамота? – деловито поинтересовался Домовой.

– Одному рыцарю в Тридевятом царстве, за Волшебными горами. Его бы Лешему передать, он туда короткую дорогу знает, да и с Розочкой знаком.

– Доставим в лучшем виде, – кивнул Домовой, схватил письмо и исчез.

Санька собрал шахматные фигуры в коробку и завалился на кровать. Конечно, хорошо бы пригласить ещё и тётку, но увы, переместить сюда её невозможно, да и вряд ли она переживёт даже короткое появление в этом мире. А жаль. Напекла бы вкусных пирогов, купила конфет. Его любимых – «Мишка на Севере». От нахлынувших воспоминаний рот наполнился слюной. Санька резко сел и сглотнул. А действительно, неплохо бы угостить гостей чем-нибудь вкусненьким из будущего. Шоколадом. И мороженым. Эта идея ему так понравилась, что он соскочил с кровати и забегал по горнице. Это будет шикарный сюрприз. Гости просто ахнут. Весь вопрос, как достать?

– Жаль, колечко рассыпалось, – пробормотал он, продолжая нарезать круги вокруг стола, но остановился и хлопнул себя по лбу. – Невидимки. Они же что хочешь могут достать. Только они, небось, у Бабы Яги.

– Туточки мы, – раздались знакомые голоса.

– И давно? – закрутил головой по сторонам Санька. Не хватало, чтобы они увидели, как он проигрывает.

– Да нет, тока подошли, услышали, что ты зовёшь, – наперебой с таким жаром загалдели невидимки, что сразу стало ясно, что сидят они тут уже давно.

– Подглядываете? – насупился богатырь.

– Да ни в жизнь, – продолжал отпираться Игнат. – Просто изучаем новую игру.

– Да я с ним вполсилы играю, на интерес! – выпалил Санька. – Иначе обидится.

– А мы чё, мы ничё, – зачастили перепуганные невидимки, – ясно дело, поддаёшься. Что ж мы, не понимаем, что ли?

– А раз понимаете, – грозно произнёс Санька, уселся на лавку и, закинув ногу на ногу, приказал. – Принесите мне шоколаду и мороженого. Ящик.

– А это чё? – осторожно поинтересовался Наум.

А вот такого вопроса парнишка не ожидал. Если про мороженое он ещё как-то мог объяснить, то как выглядит шоколад – вряд ли получится.

– Ну, это такое, коричневое… – начал он и неопределённо покрутил в воздухе рукой. – Сладкое.

Тотчас на столе, на большом серебряном блюде, появился здоровенный полупрозрачный кусок светло-коричневого цвета. Санька осторожно понюхал – пахло жжёным сахаром. Он лизнул, действительно, сладко.

– Это же леденец.

– Леденец, – хором подтвердили невидимки.

– Ясно, – удручённо проговорил Санька. – Спасибо, но не то.

– А может это, – заискивающе спросил Наум.

И на столе появилась тарелка с жареными пирожками.

– С капустой? – спросил Санька.

– Ага, – хором ответили невидимки.

Санька взял один пирожок, откусил и зажмурился от удовольствия.

– Вкусно! Но… не то.

Похоже, ему придётся отказаться от такого замечательного подарка. Хотя…

– Вот шляпа! Надо же попросить… – начал он, но вовремя вспомнил о невидимках и зажал рот. Кот предупреждал, что никто не должен знать о Кащее.

– Ладно, пока свободны, – приказал он. – Сам достану. Есть у меня один знакомый, он поможет. – И грозно добавил. – Чтобы тут сидели и за порог ни ногой или что там у вас.

Он направился к выходу, но остановился, вернулся к столу, схватил пирожок и сунул его в карман. Весело насвистывая, выскочил на улицу, и на пороге столкнулся с Василисой.

– Ты куда? – спросила она, с подозрением разглядывая его сияющую физиономию.

– Погулять, – слукавил Санька. – А то совсем засиделся.

– Вот и я тоже, – подхватила царевна. – Замучили меня этими примерками, правилами, свадебным обрядом. Давай сбежим, пока они готовятся.

Парнишка замялся. С Кащеем всё-таки лучше встретиться наедине.

– А как папаша искать вздумает? Волноваться будет.

– А мы его предупредим.

– Точно, – обрадовался Санька. – Давай, ты его предупредишь, а через часик встретимся возле крепостных ворот и пойдём погуляем.

Это оказалось большой ошибкой. Василиса сразу поняла, что от неё хотят избавиться.

– Ты от меня что-то скрываешь, – подозрительно прищурилась она, уперев руки в боки. – А ну, выкладывай.

– Так это… – неуверенно начал Санька. – Мне тут надо с одним человеком встретиться.

– Это с кем же?

«Придётся рассказать», – понял он.

Впрочем, раньше или позже, она всё равно узнает, а лишний раз ссориться с любимым человеком совершенно ни к чему.

– С Кащеем.

– С кем? – ужаснулась Василиса. – С этим злодеем?

– Почему злодеем? Я слышал – нормальный дядька, – попытался выкрутиться из щекотливой ситуации Санька. Не говорить же, что давно знаком с Бессмертным. – Тут у меня одно дельце, а Баюн сказал, что кроме него никто не поможет.

– Так это драный кот тебя надоумил? – вскинулась царевна. – Ну я ему задам, когда увижу. А с Кащеем никаких дел. Он враг, от него одни несчастья, обманет, а то и убьёт.

– Да ладно, – беззаботно махнул рукой парнишка.

– Ничего не ладно. – Василиса упрямо тряхнула головой. – А уж если тебе так нужно встретиться, то я пойду с тобой.

Санька растерялся. Что это за сюрприз, когда она заранее узнает, что он хочет сделать.

– Нет, – категорически заявил он, взял её за руку и нежно погладил. – Кто знает, как он отнесётся к твоему появлению. Подожди меня тут, а я быстренько схожу, потом вернусь и всё расскажу. Хорошо?

– Хорошо, – неожиданно согласилась Василиса. – Но только быстро.

– Как прикажешь, моя царица! – воскликнул Санька, довольный, что переговоры завершились самым наилучшим образом, и помчался к городским воротам.

Он и не подозревал, что за ним внимательно наблюдает ещё одна особа, твёрдо вознамерившаяся свести его в могилу.

Особу звали Барбелиха. Хотя ей было не так уж много лет, но презрительно сжатые в тонкую ниточку губы и колючий взгляд холодных глаз сильно её старили и делали похожей на старуху. Она жила в маленькой, скособочившейся избушке на окраине полузаброшенной деревеньки. Занималась сбором лекарственных травок, из которых изготавливала различные мази и снадобья. Помогала в поисках пропавших вещей и домашних животных. Втихаря приторговывала приворотным зельем, охранными амулетами и талисманами, снимала, а при желании заказчика, особенно заказчиц, наводила порчу. Впрочем, обитатели окрестных деревушек старались без надобности не попадаться ей лишний раз на глаза. Злая и мстительная Барбелиха умела колдовать и если что-то было ей не по нраву, запросто могла наложить на человека проклятие, мор на скотинку или погубить урожай.

Так бы она и прожила всю жизнь, но однажды её судьба едва круто не изменилась.

Как-то летом, она отправилась в лес за приворотными травками и повстречала Кащея. Тот пригласил её в гости. Барбелиха сразу поняла с кем имеет дело; к тому же Бессмертный вёл себя учтиво, не тащил за руку, не настаивал на немедленном ответе, и она из любопытства согласилась.

Огромный Кащеевый замок её поразил. Ещё бы, это вам не какая-то неказистая развалюха – не у каждого короля такие хоромы. И она решила во чтобы то ни стало выйти замуж за Кащея. Ещё бы, убирать-готовить не нужно, вся занудная домашняя работа делалась сама собой по одному желанию. Оставалось лишь отдыхать и развлекаться. К тому же Кащей, он бессмертный, а значит, может и с ней поделиться жизненной силой и даже самим бессмертием. Жалко, что ли для любимой жены. Приняв такое решение, колдунья начала потихоньку опаивать его приворотным зельем. Кащей прекрасно видел Барбелихины поползновения, но только посмеивался, выполняя любые её прихоти. Так что вскоре она уверовала, что в самое ближайшее время пойдёт с Бессмертным под венец и даже начала потихоньку прикидывать, как перестроит замок и поменяет простенькую, по её мнению, обстановку на более приличную.

Правда, этот молодящийся любвеобильный старичок периодически похищал и приводил других девушек. Однако они долго не задерживались, и Барбелиха сильно не переживала. До тех пор, пока не появилась Любава. Кащей настолько увлёкся своей новой пассией, что тут же отправил прежнюю зазнобу обратно в деревню.

Барбелиха, лишившись, как она уже считала, практически своего замка и потенциального бессмертия, пришла в ярость и задумала отомстить «изменщику». Естественно, наводить проклятие на самого Кащея бесполезно, да и опасно, он в ответ такую порчу устроит, сама в могилку закопаешься. И она решила извести Любаву. Однако подходящего случая долго не представлялось. Любава загостилась у Кащея и домой не спешила. Подружилась с лесными волшебниками и сама научилась колдовать. Время шло, Барбелиха продолжала выжидать удобного момента и дождалась. Любава наконец-то рассталась с Кащеем и вышла замуж за Берендея. Колдунья поняла – пришло её время и начала наводить порчу в царстве, но тут встревожился Кащей. Барбелиха притихла и решила действовать чужими руками. Подставить кого-нибудь, чтобы на неё не пало подозрение. Тут-то и подвернулся Хряк. Колдунья прикинулась чернокнижником, подкинула простому писарю волшебную «Книгу заклинаний» и заодно свела с Магистром Серого Ордена. Хитрый и изворотливый Хряк вскоре выбился в советники царя и задумал захватить трон. Он втёрся в доверие к Берендею, извёл Любаву, но не сумел избавиться от маленькой Василисы. В последний момент вмешался Кащей и притащил из другого мира какого-то сопливого мальчишку, который победил и Хряка, и Серый орден. К счастью, Кащей отправил чужака обратно в его время. Обрадованная Барбелиха тут же сообщила об этом Хряку. Тот, вместе с Магистром, выкрал царевну и теперь её ничего не могло спасти. И надо же, снова объявился Санька, расправился с Магистром и Хряком и вызволил Василису. Взбешённая ведьма решила при первой же, даже малейшей возможности, разделаться теперь уже с обоими. А они, не подозревая какая над ними нависла опасность, готовились к свадьбе.

Барбелиха поставила на чёрную скатерть хрустальный шар, за ним зажжённую свечу и приказала показать, где Василиса. Вскоре внутри шар покрылся туманом, а потом появилось изображение. На крылечке стояли Санька и Василиса. Услышав их разговор, Барбелиха обрадовалась.

Лучшего момента и не придумаешь. Санька сам лез в западню. Отправился один, без Василисы, которая могла заметить опасность. К тому же, у него не было волшебного колечка, которое постоянно выручало его из трудных ситуаций. А главное, сказал Василисе, что отправляется на поиски Кащея. Так что если пропадёт, никто его искать не будет. Осталось перехватить его раньше, чем он встретится с Кащеем и убить.

«Хотя», – Барбелиха на мгновение задумалась и зловеще прошипела. – Пусть сначала помучается.

Она завернула шар обратно в ткань, сунула под лавку и выскочила на улицу. Произнесла заклинание, из трубы повалил густой дым, сжался в плотный клубок и превратился в ворону.

Санька вышел из городских ворот и направился к ближайшему лесу. Теперь он знал, что бегать сломя голову в поисках Кащея совершенно необязательно. Нет смысла забираться в глухую чащу и ломать ноги – Бессмертному без разницы, где появляться. Главное, найти укромное безлюдное место, дабы не перепугать случайно появившихся зевак. Не мудрствуя лукаво, он отыскал скрытую за густыми зарослями орешника небольшую полянку, в центре которой стоял огромный дуб. Рядом протекала речка. Вполне подходящее местечко. Он подошёл к дереву и только собрался позвать Кащея, как заметил на верхушке белочку.

«Василиса», – непроизвольно подумал он.

И точно. Белочка, догадавшись, что её раскрыли, недовольно пискнула, спрыгнула вниз и превратилась в царевну.

– Я же тебя просил, – укоризненно произнёс Санька.

– Ты не знаешь этого злодея, – упрямо ответила она.

– Я с ним давно знаком.

Василиса так и замерла с раскрытым ртом.

До сих пор она не задумывалась, откуда взялся её жених. Он разоблачил предателя Хряка, спас царство от Серого Магистра, а затем освободил и её. Он сразу ей понравился, а вскоре она поняла, что и он её любит. Она полагала, что он прибыл из какого-нибудь соседнего царства-государства и новость, что он связан с самим Кащеем, поразила её.

Санька яростно поскрёб затылок, подёргал носом, прокашлялся, глубоко вздохнул и смущённо начал:

– Я давно должен был тебе рассказать, да всё как-то случая не представлялось. Я, понимаешь ли… – он запнулся. Хотя Василиса и привычная к чудесам и волшебству, но путешествие во времени даже для неё может оказаться большим потрясением. Но деваться некуда. – Я из другого мира.

– Оттуда? – показала пальцем вверх Василиса.

– Ага, – обрадовался Санька. – Меня сюда Кащей перенёс, чтобы я ваше царство от Серого воинства защитил. Он меня потом обратно отправил, потому я и пропал. Но я без тебя не могу, поэтому и вернулся. А Кащей помог мне здесь остаться. Он меня к бабе Море отвёл.

– Ты был в преддверии Подземного мира и видел бабу Мору? – ахнула Василиса.

– Ну да, – кивнул Санька. – И Вия.

Василиса не находила слов и смотрела на жениха широко раскрытыми глазами.

Санька, воспользовавшись её замешательством, продолжал:

– Никакой он не злодей, наоборот, постоянно помогал. А сейчас я хотел с его помощью на минутку отправиться домой и принести тебе подарок.

Василиса растерянно смотрела на Саньку. Новость поразила её, но выяснять подробности этой странной дружбы времени не оставалось.

– Где он тебя ждёт?

– Не то, чтобы ждёт, я надеюсь его вызвать, – ответил Санька и робко поинтересовался. – А может, всё-таки ты пойдёшь домой, а я один.

– Только вместе, – отрезала Василиса.

Санька понял – спорить бесполезно. Вот только лучше Василису Кащею не показывать, неизвестно, как он отреагирует на её появление. Он огляделся по сторонам и показал на густой малинник.

– Хорошо. Только на всякий случай спрячься. Меня Баюн предупредил, чтобы я никому не рассказывал.

Василиса кивнула. Она и сама не хотела показываться на глаза Бессмертному, хотя и сомневалась, что ей удастся укрыться. Злодей на три метра в землю видит, наверняка и тут углядит. Но может сделает вид, что не заметил.

Санька подождал, пока Василиса спрячется в малиннике и негромко позвал:

– Кащей.

Теперь осталось только ждать. Он стоял, рассеянно поглядывая по сторонам, зато царевна дёргалась при каждом шорохе. Она даже на всякий случай повторила заклинание Лешего и сложила возле себя небольшую кучку шишек, собираясь обрушить их на злодея в случае опасности. Конечно, супротив Кащеевой силы её магия так, детская погремушка, но хоть как-то сумеет озадачить Бессмертного, и они с Санькой успеют убежать.

Раздался шум крыльев и на нижнюю ветку дуба уселась чёрная птица.

– О, ворон, – обрадовался Санька. – Значит сейчас и Кащей появится.

Василиса приподняла голову и напряглась. Очень странный ворон, скорее большая ворона. Она только собралась рассмотреть птицу повнимательнее, как из кустов вышла фигура в чёрном балахоне и глубоко надвинутом на лицо капюшоне.

Кащей остановился и хриплым голосом спросил:

– Что надо?

«Что это с ним? Хрипит, да и вид какой-то сгорбленный. Не заболел ли часом?» – непроизвольно отметил Санька, но решил, что это не его дело.

– Хочу домой на пару часиков, – сказал он. – Передам привет тётке, да кое-чего прикуплю на свадьбу.

– Надо подумать.

– Посоветоваться с Бабой Морой?

При упоминании Правительницы подземного царства Бессмертный вздрогнул и лишь после небольшой паузы неуверенно произнёс:

– Посоветоваться.

У Саньки снова возникло ощущение, что с Кащеем происходит что-то неладное, однако ему очень хотелось попасть домой, и не стал задавать лишних вопросов.

– Вот и отлично, – обрадовался парнишка. – Вы к Море, а я за своей курткой сбегаю, не в кафтане же дома появляться, и сразу вернусь. – И он развернулся, собираясь отравиться в город.

Внезапно Кащей вскинул руку, ворона превратилась в огромное чёрное облако, в середине которого на мгновение промелькнуло сморщенное лицо. Облако окутало Саньку и вместе с ним взвилось ввысь.

Увидев, что жениха уносят, Василиса рассвирепела. Опять её пытаются разлучить с суженым. Позабыв о страхе перед ужасным злодеем, она выскочила на поляну. Внезапно в памяти всплыло случайно подслушанное в далёком детстве заклинание, произнесённое мамой, когда их в лесу окружила стая волков. Василиса вытянула руки и выпалила заклинание. Яркая молния ударила в середину облака. Вихрь дёрнулся, но добычу не выпустил. Василиса выкрикнула другое заклинание, третье. Бесполезно. Вихрь вместе с Санькой скрылся за горизонтом, исчез и Кащей.

Убитая горем царевна без сил опустилась на землю. Ведь предупреждала – нельзя верить Кащею, так нет – «давно знакомы, много помогал». А теперь Санька попал в беду, и нужно его выручать. Даже несмотря на то, что придётся вступить в схватку с могущественным магом, а она только учится на волше… Василиса замерла. До неё вдруг дошло – она только что создала молнии не хуже чёрного шара Серого Магистра. У неё есть магическая сила. А раз так – нечего сидеть и лить слёзы. Она вскочила на ноги. Только где искать Саньку? Скорее всего Кащей утащил его в свой замок, а где он, неизвестно. Хотя… ну конечно – Леший. Уж он-то не то, что дома и дворцы – каждое деревце в округе наперечёт знает. Василиса обернулась белочкой, вскарабкалась на дерево и исчезла в чаще.

А Барбелиха стояла в кустах и беззвучно смеялась. Вообще-то она не ожидала, что вместе с ненавистным мальчишкой появится ещё и Василиса. Ох уж эти царевны. Не успела замуж выскочить, а уже контролирует: куда пошёл, да зачем пошёл. Впрочем, получилось, как нельзя лучше. Санька в потайном месте и скоро сгинет. Девчонка наверняка подумала, что это проделки Кащея и навряд ли сунется к нему за помощью. Так что теперь её очередь. В отличие от матери, она ещё достаточно неопытная в колдовских делах, и расправиться с ней не составит большого труда.

Леший, по обыкновению, гостил у Водяного. Они сидели на берегу Заколдованного омута. Водяной, устроившись на бережке, бултыхал ногами в воде, периодически зачерпывал ладонью воду и выливал себе на голову. Леший развалился в тенёчке под кустом и в сотый раз рассказывал, как ходил за Волшебные горы, как геройски спасал богатыря Саньку, каждый раз дополняя своё повествование новыми и новыми подвигами. Вскоре из его рассказа можно было понять, что он то и есть главный избавитель Василисы из плена и главный разрушитель замка Серого Магистра. На самом захватывающем месте, когда он в самых ярких красках описывал пир у эльфов, на них свалилась белочка.

Леший испуганно подпрыгнул, но увидев безобидного зверька, рассердился:

– Не мешайся, иди гуляй.

– Нет времени, – выпалила Василиса, превратившись в девицу. – Саньку похитили.

– Кто?! – испуганно ахнули волшебники.

– Кащей, и вы должны мне помочь его найти.

Леший и Водяной переглянулись. Связываться с Кащеем равно самоубийству, проще сразу утопиться или закопаться в землю.

– А ты уверена, что это он? – осторожно поинтересовался Леший.

– Совершенно. Мы к нему на встречу пришли.

– Зачем? – хором ахнули оба.

Василиса замялась. Действительно, трудно объяснить, для чего два нормальных человека вздумали встретиться со зловещим колдуном.

– Случайно, – созналась она.

– Вообще-то, – неуверенно начал Леший. – С Кащеем трудно справиться.

– Даже невозможно, – поддакнул Водяной.

– Сама знаю, но Саньку нужно выручать.

Волшебники снова переглянулись. Заметив их смущение, Василиса сбавила тон. Она и сама понимала, что требует слишком много.

– А если попробовать договориться? – предложила она.

– И что мы ему предложим? – возразил Водяной. – У него всё есть.

– Говорят, его смерть где-то запрятана. Мы её найдём и предложим на обмен.

– Ага, – буркнул Леший. – Слышал я эту байку. В лесу дуб, на дубу сундук, в сундуке утка, заяц, яйцо, а в яйце иголка – смерть Кащеева. Упаришься искать.

– Можно было бы богатырей против него на битву отправить, – задумчиво протянул Водяной, но тут же развёл руками. – Только где они, эти богатыри?

– Неужели ничего нельзя сделать? – заволновалась Василиса.

– К Бабе Яге нужно, – нашёлся Водяной. – Они с Кащеем старые, если и не друзья, то хорошие знакомые.

– Точно, – поддакнул Леший. – Я знаю короткую дорогу.

– Действительно, – обрадовалась Василиса. – И как я сразу не догадалась, уж Яга-то точно поможет.

Они поднялись. Леший хлопнул в ладоши и появилась едва заметная тропинка. Лесовик зашагал впереди, Водяной и Василиса поспешили следом. Не прошли и ста шагов, как очутились на опушке возле избушки на курьих ножках.

Василиса вскочила на крыльцо и забарабанила в дверь.

– Бабушка, открывай!

– Что случилось? – высунулась из окошка Яга.

– Беда! Саньку Кащей украл!

– Не может быть! – всплеснула руками старуха. – Зачем он ему понадобился?

– Не знаю.

– Заходите.

Дверь распахнулась, вся компания завалилась в избушку и расселась по лавкам. Василиса подробно рассказала, что они с Санькой просто гуляли по лесу, любовались цветочками и совершенно случайно встретили Кащея. А злодей, безо всякой на то причины, напал на них, умыкнул богатыря и, скорее всего, спрятал у себя в замке. Яга внимательно слушала, заставила повторить про странную ворону, превратившуюся в тучу, и озабочено покачала головой. Если всё это правда, дело плохо.

– И что теперь делать? – жалобно спросила Василиса. – У нас ведь сегодня свадьба.

Старая прошлась по избе, остановилась возле полки с травками и задумчиво переставила банки. Кащей ничего просто так не делает, а совать нос в его дела опасно. Но, с другой стороны, всё это более чем странно и хочешь не хочешь, а девоньке нужно помочь. Она ещё раз переставила банки и повернулась к Василисе.

– В замок к Кащею так просто не попасть. Он заколдован. Будешь рядом с ним ходить, и ни за что не увидишь.

– Но ведь кто-то туда дорогу знает? – в отчаянии воскликнула царевна.

– Змей Горыныч, да вот беда, он только что от меня ушёл. Прямо перед тобой и улетел. Ему за дальним болотом какую-то диковинку пообещали, он и помчался. Обещал к завтрему вернуться.

– А может он ещё недалеко? – неуверенно поинтересовалась Василиса. – Давайте посмотрим, где он?

– Попробуем, – согласилась Яга.

Она подошла к зеркалу, провела рукой и появилась огромная подземная пещера. В центре стоял Горыныч, а напротив – несколько темноволосых, низкорослых человечков, одетых в кожаные штаны и меховые куртки. Судя по тому, как они отчаянно жестикулировали и размахивали руками, а Горыныч мотал головой и закатывал глаза, они о чём-то ожесточённо спорили.

– Гномы? – спросила Василиса.

– Чудь Белоглазая, – ответила Яга. – Подземные жители с берегов Студёного моря. Живут в горах. Искусные мастера, в своих подземных мастерских куют заговоренные мечи, боевые топоры и непробиваемые доспехи, изготавливают великолепную посуду и волшебные ювелирные украшения.

– И что Змей там делает?

– Иногда покупает у них камни самоцветные, да из дорогих вещиц, что приглянется. Но вы же знаете Горыныча, наверняка торгуется, пытаясь сбить цену.

– А позвать его можно?

– Можно, но Змей не любит, когда вмешиваются в его дела. Сначала послушаем.

Яга провела рукой по раме и в избушку ворвался громкий разговор.

– Кто? Я? Да никогда! – ударил себя в грудь Горыныч, отчего по пещере прокатился гул и с потолка посыпались мелкие камушки.

– А куда же он тогда пропал? – кипятился коротышка.

– А я откуда знаю, – развёл лапами Горыныч.

– А кто знает?

– Ясно, – протянула Яга. – Похоже, Горыныч умыкнул что-то у Чуди. Вообще-то он честнейшей души змей, но устоять перед соблазном прихватить понравившуюся вещицу, особенно хотя бы на несколько минут оставленную без присмотра, не может. И, похоже, он попался. Так что это надолго.

– А кроме Змея? – в отчаянии всплеснула руками Василиса.

– Говорят, Баюн бывал у Кащея, но где кот, тоже не известно. Ни слуху, ни духу. Сама знаешь, кот спрячется – не найдёшь. Подозреваю, на него вдохновение нашло. Небось, очередную книжку пишет и защиту поставил, чтобы не отвлекали.

– А богатыри? Они ведь даже с ним бились.

– Их сердце вело. К суженым. Вот и ты, пойди на то место, где жениха похитили. А дальше – как сердце подскажет. Куда глаза глядят и куда ноги ведут.

Василиса поморщилась. Ноги, если ими не управлять, могут завести в такие дебри, что потом не выберешься.

– А вы не поможете? – неуверенно спросила она.

– К сожалению, ты это должна сделать одна, – ответила Яга.

– Но хоть можно узнать, как он?

– Попробуем.

Старуха подошла к висевшему на стене зеркалу и провела по нему рукой. Василиса напряглась. Леший с Водяным на всякий случай отступили чуть назад и вытянули шеи. Однако, на этот раз в зеркале не появилось никакого изображения, наоборот, оно сделалось непроницаемо чёрным.

– Не вижу, – проговорила Яга.

– Убит, – схватилась за сердце Василиса и без сил опустилась на лавку.

– Типун тебе на язык, – рассердилась Яга. – Разве я сказала, что убили? На земле его нет. Может, где под землёй спрятан. В темнице. Так что отправляйся.

Она подошла к сундуку, подняла крышку и, покопавшись, достала маленькое зеркальце и протянула царевне. – Возьми. Будет безвыходное положение, посмотрись.

– А от меня склянку с водой, – сказал Водяной и протянул маленькую бутылочку.

– А от меня клубок. – Леший протянул моток белой шерсти. – Будут враги гнаться, кинь клубок, он их задержит.

– Спасибо, – сказала Василиса, сложила подарки в котомку, поклонилась волшебникам и вышла из избушки.

Она вернулась во дворец и начала собираться в дорогу. Скинула платье, надела штаны, куртку, натянула сапоги. Взяла ножницы и подошла к зеркалу. Примерилась отрезать косу, но стало жалко такой красоты. Собрала волосы в узел и заколола гребешком. Надела шапку и оглядела себя в зеркало – сойдёт, этакий молодой воин. Уложила в котомку завёрнутую в тряпицу краюху хлеба.

Раздался скрип двери и вошёл Берендей.

– Смотри, какой я подарок твоему жениху приготовил, – похвастался он и достал из кармана толстую, толщиной в средний палец, золотую цепочку. – Все сразу увидят – солидный человек.

Он покрутил подарок на пальцах и замер, с удивлением рассматривая странный наряд дочери.

– Ты это чего?

– Батюшка, Санька пропал.

– Как пропал? – осел на лавку Берендей. – Опять пропал.

Он вскочил и принялся бегать кругами по горнице.

– Да это наказание какое-то, а не жених! Сбежал! Лучше бы ты за какого-нибудь принца иноземного вышла.

– Его Кащей украл.

– Кащей? – царь остановился и, всплеснув руками, хихикнул. – Да ладно. С каких пор Кащей богатырей похищает.

– Я сама видела.

Берендей замер. Он оглянулся, словно Санька мог появиться в двери, и грустно прошептал:

– Жалко, знатный богатырь был. Вечная память.

– Батюшка, окстись, живой он. Я его искать пойду.

– Сказилась? – ахнул Берендей. – Где это видано, чтобы девица здорового парня из беды выручала? – но, взглянув на сумрачное лицо дочери, обречённо махнул рукой. – А, всё равно ведь по-своему сделаешь. – И тут же решительно добавил. – Я с тобой сотню пошлю.

– Яга сказала, что я одна должна искать.

– Да кто она такая?! – взвился Берендей. – Кто у нас в царстве-государстве главный, я или какая-то выжившая из ума старуха?

– Батюшка, – укоризненно посмотрела на него Василиса.

– Тогда воеводу, – сердито буркнул царь, раздражённый упрямством дочери. – И не спорь.

Берендей сунул цепочку в карман, развернулся и вышел.

Едва за ним закрылась дверь, как из стены высунулась голова Привидения. Оглядевшись по сторонам, и увидев, что кроме царевны в горнице никого нет, Берендеев Прадед выполз целиком и завис напротив Василисы.

– Жив твой суженый.

– Правда? – обрадовалась она.

– Знакомому духу видение было – в каменном мешке сидит. Или земляном. Точно не помнит.

– Где? – с надеждой вскинулась Василиса.

– А вот это не скажу. Дух совсем древний, быстро устаёт, не успел разглядеть.

– Как же я найду?

Привидение подплыло к царевне и показало на кольцо, подаренное Берендеем прошлой ночью.

– Второе у Саньки?

– Да.

– Они притягиваются друг к дружке. Тепло почувствуешь.

В дверь постучали.

– Да поможет тебе Создатель, – торопливо произнёс Прадед и растаял.

– Кто? – спросила Василиса.

– Я. – И в горницу ввалился Липуня.

– Я всё знаю, – с порога сообщил он. – Пойду с тобой. Он у нас конечно богатырь, но с нечистой силой ему не справиться.

– Баба Яга сказала… – начала было Василиса.

– А у меня приказ от твоего батюшки, – перебил её Липуня. – И правильно. Мало ли, что там Яга наболтала. Когда идём?

– Прямо сейчас.

– Сейчас? – переспросил он и скептически оглядел царевну. – Тогда нужно подготовиться, не на прогулку собираемся.

Василиса пожала плечами. Она не собиралась сражаться с Кащеем. Себе дороже. Сколько добрых молодцев сгинуло, вызвав его на битву. И её магическая сила против Кащея – детский лепет, поэтому она надеялась потихоньку выкрасть Саньку.

– Не спорь, – сказал Липуня, протянул руку и раскрыл ладонь. На ладони лежала кучка металлических колечек.

– Это что, кружева? – хихикнула Василиса.

– Почти, – улыбнулся воевода и тряхнул рукой.

В воздухе повисла ажурная, похожая на плотную паутинку, кольчуга.

– Чудь белоглазая ковала, заговорённая, ни копьё ни стрела не пробьёт. А ещё тебе нужно чем-то защищаться. – И он протянул Василисе небольшой, в половину обычного, меч.

Она с опаской взяла оружие и поморщилась. Тяжеловат. Попыталась взмахнуть мечом и едва не вывихнула руку.

– Нет, – сказала она, возвращая оружие. – Я сама об него порежусь.

Липуня скептически посмотрел на меч, крутанул его в воздухе и убрал в сторону. Поскрёб подбородок, вытащил из-за пояса нож в кожаных ножнах и протянул царевне.

– Тогда вот это.

– Но я с Кащеем сражаться не собираюсь.

– Не спорь. В пути всякое может приключиться. Так что я на конюшню, за лошадями, а ты переодевайся и тоже туда подходи.

Едва воевода вышел, Василиса положила кольчугу на столик, сверху нож, подхватила котомку и выскользнула следом. Только не на конюшню, а через чёрный ход отправилась на задний двор.

Очутившись на улице, она непроизвольно поёжилась. Погода внезапно испортилась. Поднялся ветер. Серые тучи заволокли небо. Накрапывал мелкий дождичек. Сыро, противно. Впору не по лесам болтаться, а сидеть и греться у горячего камина. Но делать нечего. Она перебралась через забор и направилась к городским воротам, стараясь не сильно торопиться, чтобы не привлекать внимание. К счастью, жители сидели по домам и навстречу никто не попался. Только облезлая собака высунула нос из-под крыльца и тут же спряталась обратно, да мимо проковыляла закутанная в плащ старушка со свёртком подмышкой. Василиса волновалась, сможет ли незаметно проскочить через входные ворота, но караульные попрятались в будке, даже не заперев ворота, справедливо рассудив, что в такую погоду даже нечисть на улицу не выгонишь. Так что между створками осталась узкая щель, достаточная, чтобы хрупкая девушка смогла протиснуться на другую сторону.

Барбелиха сидела за столом и смотрела на хрустальный шар, внутри которого по тропинке шла Василиса. Упрямая девчонка всё-таки решила отправиться на поиски Саньки. Что ж, царевна, как и её несостоявшийся женишок, сама лезет в петлю. Осталось придумать, как бы половчее с ней разделаться. Наверняка она уже везде растрезвонила, что жениха украл Кащей, а значит, если с ней что-то и случится, все подумают на Бессмертного. И это замечательная возможность её убить. Но царевна – не недотёпа Санька. Хоть плохонько, а колдовать умеет и так просто с ней не справиться. К тому же, может позвать на помощь лесных волшебников. Да и про Кащея забывать не стоит. Он отомстил Хряку, который извёл Любаву и непременно отыщет того, кто убьёт царскую дочку. Поэтому снова нужно найти постороннего исполнителя.

Она слегка повернула шар, сдвигая панораму, и увидела невдалеке от тропинки, по которой шла Василиса, дорогу, а на ней, чуть дальше – трактир. Можно вывести тропинку к трактиру, и девчонка наверняка захочет подкрепиться. Если незаметно подсыпать отравляющее зелье, то подумают на трактирщика. Правда, есть сложности. А вдруг она не зайдёт в трактир? Силком же её туда не затащишь. И как подсыпать отраву?

Она принялась в задумчивости крутить шар и заметила поднимавшуюся над деревьями тонкую струйку дыма. Ещё одно лёгкое касание и появился костёр, а возле него три сгорбленные фигуры.

Тощий мужичонка с реденькой бородой, в драной рубахе, штанах с прорехами и лаптях. Рядом – одноглазый косматый толстяк в драной телогрейке и разваливающихся опорках, из которых торчали скрюченные пальцы ног. Лишь третий, широкомордый детина, с глубоко посаженными бесцветными глазками и носом картошкой, щеголял в относительно целом, хотя и довольно-таки замызганном кафтане, перепоясанном верёвкой. Всё их вооружение состояло из ножей, кистеней, да возле толстомордого лежала ржавая зазубренная сабля.

«Никак, разбойники», – прищурилась Барбелиха.

Она коснулась шара рукой и послышались грубые, простуженные голоса.

– Пора отсюда убираться, – гундосил мужичок. – Воевода с дружинниками шастает, застав кругом понаставил, того гляди, повяжут.

– Верно, – добавил толстяк и оглушительно чихнул. – И по ночам холодно становится. В последний раз кого-нибудь ограбим и уходим.

– Уйдём, когда я скажу, – буркнул главарь.

«Вот кого можно подослать, – решила Барбелиха. – Правда, на грозу местных окрестностей никак не тянут, хиловаты, но ведь сражаться они с ней не будут. Василисе таких „богатырей“ – пучок на щелчок. Лишь бы отраву подсыпали».

Она накрыла хрустальный шар чёрным платком, подошла к полке и взяла склянку с ядом. Отлила немного в маленький пузырёк и плотно закупорила пробкой горлышко. Надела плащ и, накинув на голову капюшон, выскочила из дома.

Между тем понемногу распогодилось: ветер стих, дождик прекратился и выглянуло Солнце.

Василиса шла по тропинке и вскоре очутилась на полянке, где её разлучили с Санькой.

Всё было, как и несколько часов назад. Так же шелестел листьями вековой дуб, так же неспешно несла свои воды река, так же щебетали птицы радуясь тёплому солнечному свету, словно и не было этого ужасного похищения.

Она вздохнула, положила котомку на землю, подошла к дереву и прислонилась к нему спиной. Прижала к стволу ладошки и закрыла глаза. Приятное тепло разошлось по телу. Дерево излучало силу и спокойствие. Хотелось стоять и ни о чём не думать, но надолго задерживаться не было времени. Нужно искать Кащея. Она открыла глаза, оторвалась от дуба и вышла на середину поляны. Повернулась в ту сторону, куда Чёрная туча унесла Саньку, затем зажмурилась и вытянула руки вперёд. Вскоре она почувствовала слабое тепло. На всякий случай повернулась немного влево, затем вправо – становилось холоднее. Она открыла глаза. Прямо перед ней виднелась едва приметная звериная тропинка. Значит, именно туда Чёрная туча и унесла Саньку. Василиса подняла котомку и зашагала по тропинке.

Неожиданно послышались тихие голоса. Василиса насторожилась. Меньше всего она сейчас хотела с кем-либо встречаться. Место глухое, а вдруг это разбойники? А даже если и Липуня со своими дружинниками, на этот раз от него не скроешься. Не долго думая она свернула в сторону, спряталась за кустами и притаилась. Голоса приближались, и вскоре она увидела, как мимо неё проплыли похожие на призрачные тени три юные девы в радужных одеждах.

– Суденицы! – обрадовалась Василиса.

Девы приходили в дом, где родился ребёнок и предсказывали его судьбу, а значит, могли знать, что её ожидает и удастся ли спасти Саньку.

Она выскочила на тропинку и бросилась за Суденицами. Те, заслышав её шаги, оглянулись и остановились. Василиса подбежала к ним и поклонилась.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, – ответили девы, поклонившись в ответ.

– Куда путь держите?

– В соседней деревне родилась девочка. Спешим проведать, судьбу предсказать.

– А мне можете? Найду я моего Саньку?

– Мы только новорожденным предсказываем.

– Так и у нас семья зарождается.

Суденицы переглянулись и рассмеялись:

– Хитра девка.

– Но так уж и быть, подскажем, – улыбнулась одна из них. – Найдёшь или нет, от тебя зависит.

– Слушай своё сердце – сказала другая.

– Остерегайся серой тени, – предупредила третья.

Девы поклонились и ушли, а Василиса в раздумье посмотрела им вслед. Непонятное предсказание, половина на половину. Про сердце и так Баба Яга говорила, а вот что за серая тень ей будет мешать? Впрочем, по крайней мере есть надежда.

Василиса двинулась дальше, но не успела пройти и нескольких шагов, как услышала жалобный писк. Она пошла на звук, раздвинула кусты и увидела угодившего в капкан маленького медвежонка. Василиса подбежала к бедняжке, с трудом раздвинула стальные челюсти, медвежонок вытащил лапу и принялся её вылизывать. Раздался треск ломаемых деревьев, и на поляну вывалилась огромная медведица. Увидев Василису с капканом в руке, она зарычала и бросилась на неё. От вида разъярённого зверюги девушка онемела, ноги сделались словно ватные. Она понимала, что нужно бежать, но не могла даже пошевелиться. Да и куда бежать? От медведя не убежишь. Она попыталась вспомнить какое-нибудь защитное заклинание, но мысли путались. Она не могла даже припомнить хотя бы пару слов на языке медведей. В отчаянии она зажмурилась и прикрыла голову руками, словно это могло её защитить. Прошло несколько томительных секунд. Медвежонок отчаянно верещал, медведица ревела, но неожиданно затихла. Василиса приоткрыла один глаз, затем другой. Между ней и Медведицей на задних лапах стоял Медвежонок и что-то горячо втолковывал матери. Удивлённая Медведица слушала его, наклонив голову набок, затем поглядела на девушку, благодушно проревела, развернулась и скрылась в чаще. Медвежонок подскочил к Василисе, лизнул её в нос и заковылял вслед за матерью. Царевна облегчённо перевела дух. Она ещё немного посидела, стараясь унять дрожь в коленках, наконец успокоилась, поднялась и вернулась на тропинку.

Барбелиха шла по лесу и постоянно принюхивалась. Наконец почувствовала запах дыма и вскоре вышла к оврагу, из которого вверх тянулась тоненькая белесая струйка. Она осторожно подошла к краю обрыва и увидела костёр, возле которого грелись разбойники. Ведьма провела рукой по лицу, превратилась в измождённого старика и шагнула вперёд.

Заслышав шум шагов, разбойнички вскочили, тревожно озираясь, но сообразив, что перед ними всего лишь тщедушный старикашка, расслабились и окружили его плотным кольцом.

– Сейчас мы тебя будем грабить, – просипел толстяк.

– Что взять с бедного путника, – прошамкала Барбелиха. – У меня есть предложение получше. Тут неподалёку идёт девчонка, переодетая парнем. У неё с собой целая сумка с золотом.

– Что за девчонка? – вытянул шею главарь.

Ведьма решила не уточнять, что царевна, разбойнички могли испугаться, и поэтому сказала:

– Купеческая дочка. С отцом поругалась и сбежала из дома. Так что её искать никто не будет.

– А тебе с этого какой прок? – высунулся толстяк и оглушительно чихнул.

Барбелиха передёрнулась.

– Отворачиваться надо, – мрачно буркнула она, но заметив, что физиономия у одноглазого начала наливаться кровью, скривила некое подобие улыбки. – Дадите немного на бедность.

– Дадим, – ухмыльнулся тощий мужичонка, вытащил нож и небрежно провёл ногтем по лезвию. – Но, смотри, если обманешь.

«Сам смотри, а то отрежешь себе палец по самую шею», – со злостью подумала ведьма, начиная жалеть, что связалась с недоумками, которые вместо того, чтобы бежать за девчонкой, стоят и несут всякий бред.

– Заткнитесь! – рявкнул на подельников главарь и уставился на Барбелиху.

– Где она?

– Тут неподалёку трактир, там и встретите. И ещё. – Она выпростала руку и протянула пузырёк. – Будет упрямиться, плеснёте ей в питие, сама золото отдаст.

– Отрава? – хмыкнул главарь, забирая пузырёк.

– Зачем? Заговоренная. Мало ли пригодится. Так что шагайте, а я вас тут подожду. – И она уселась на поваленное дерево.

– Ну, жди, – кивнули разбойники и,  весело переговариваясь в предвкушении знатной добычи, исчезли в кустах.

«Теперь девчонка», – решила Барбелиха

Она встала, вытянул руки и произнесла заклинание.

Тропинка, по которой шагала Василиса, слегка изогнулась, но она, занятая мыслями о Саньке, не заметила этого движения.

Закончив с разбойниками, Барбелиха задумалась. Если хочешь победить – нельзя недооценивать противника и на всякий случай лучше подстраховаться. Она набрала травы, листьев и бросила в костёр. Вверх рванулся густой белый дым. Ветер тут же, по закону подлости, подул в сторону ведьмы. Она зажмурилась, раскашлялась и перебежала на другую сторону. Несколько секунд хватала ртом свежий воздух, наконец пришла в себя и направила руки на костёр.

Дым вытянулся в струнку и скользнул по дну оврага вслед за разбойниками.

Ведьма довольно потёрла руки и хотела вернуться обратно в избушку. Следить, как избавятся от Василисы, лучше из дома, по хрустальному шару. Неожиданно послышался звон бубенцов. Где-то неподалёку ехала телега. Барбелиха остановилась. Ей в голову пришла замечательная идея – напустить на Василису ещё и оборотней. Если разбойники оплошают, с царевной расправятся волкодлаки, и тут даже Кащей не догадается, что это её рук дело.

Она вышла на дорогу, собираясь произнести заговор на превращение людей в оборотней, но поняла, что не успевает. Стук копыт звучал уже совсем близко, поэтому она просто взмахнула рукой, и через дорогу пролегла едва заметная канавка. Колдунья скрылась в кустах и стала ждать.

Вскоре показалась телега. С сельской ярмарки домой возвращались весёлая компания – пятеро здоровых, довольных жизнью и собой мужиков. Они выгодно распродали свои товары и всю ночь с размахом отмечали удачное завершение торгов в местном трактире. Трое, умаявшись от трудов праведных, завалились на дно телеги, накрылись сеном и мирно дремали. Лишь двое, Прокл и Архип, обнявшись, с воодушевлением во всё горло орали жалостливую песню: – Степь, да степь кругом… – про замерзающего ямщика, нимало не смущаясь, что вокруг вековой лес, а до зимы ещё целых полгода. Увлечённые пением, они совершенно не обращали внимание на происходящее вокруг, тем более лошадка и сама прекрасно знала дорогу домой. Внезапно лошадь остановилась и попятилась назад. Телега завернулось на бок и едва не опрокинулась. Прокл с Архипом с трудом удержались на своих местах, а из сена высунулись помятые, заспанные физиономии.

– Что за дьявольщина! – выругался Прокл и натянул вожжи.

Лошадь замотала головой и не сдвинулась с места.

– Дай ей кнута, – посоветовала одна из физиономий.

Архип огрел лошадку кнутом, и она нехотя двинулись вперёд. Но едва передние колёса переехали через канавку, как мужики превратились в волков.

Лошадь в ужасе всхрапнула, встала на дыбы и так рванулась, что оторвалась от телеги, и перепуганное животное ринулось в лес, волоча за собой оглобли. Оборотни вывались на дорогу и очумело уставились друг на друга. Пять толстых светло-серых с ярко-синими горящими глазами ошарашенных волкодлаков с поджатыми хвостами.

– Н-да, – поморщилась колдунья. – И эти не очень. Но сойдёт.

Она вышла из кустов, подошла к волкам и показав на ведущую в лес тропинку, приказала:

– В той стороне идёт девчонка. Разорвать.

Волки опустили морды, принюхались и послушно потрусили по тропинке.

Ведомая колечком, Василиса весело шагала по тропинке. Ещё бы, с таким провожатым она враз отыщет своего жениха. Неожиданно тепло колечка ослабело. Царевна нахмурилась и остановилась. Она вытянула руку и повела ею из стороны в сторону. Кольцо показало, что нужно идти прямо, но там дорогу преграждал сплошной бурелом.

«Ладно, – решила она. – Пройду ещё немного по тропинке, а как станет посвободнее, сверну».

Вскоре она вышла на широкую дорогу. Впереди показался трактир. Низенькое строение, крытая старой соломой крыша, обглоданный плетень, всё показывало, что дела у трактирщика шли не лучшим образом. Над дверью заведения красовалась вывеска «Усталый путник», с намалёванным толстым, похожим на откормленного борова, мужиком. В одной руке он держал огромную кружку, в другой – здоровенный окорок. И физиономия мужика, и мясо были ярко-красного цвета. Мужик тупо лыбился, словно наконец-то исполнилось его самое заветное желание. Василиса вытянула руку с колечком и поняла, что довольно-таки сильно отклонилась в сторону. Она хотела двинуться дальше, но почувствовала, что проголодалась. Кто знает, как долго продлятся поиски и неплохо бы сначала поесть.

Она подошла к трактиру и толкнула дверь. Звякнул колокольчик. Внутри оказалось ничем не лучше, чем снаружи. Сквозь маленькие, замызганные оконца с трудом проникал свет. Низкие потолки подпирали два деревянных столба, рядом с входом располагалась стойка и полка с посудой и бутылками, чуть дальше – открытый очаг, на противоположной стороне – четыре длинных стола и лавки. Несмотря на то, что день был в самом разгаре – внутри не было ни души. Не видно и хозяина заведения.

Зато соблазнительно пахло жареным мясом. Василиса повела носом и сглотнула, ей ужасно захотелось есть. Она подошла к стойке и постучала по столешнице.

Из боковой двери выскочил трактирщик и испуганно уставился на посетительницу.

«Странный он какой-то, – подумала Василиса. – Зашуганный. И бледный. Хотя, может быть мало спит или болеет».

– Чего изволите? – спросил трактирщик.

– Поесть и попить.

– Один момент.

Василиса прошла вглубь помещения и уселась в самом углу. Отсюда она видела всех, кто входил в трактир, при этом сама не бросалась в глаза.

Трактирщик исчез и вскоре вернулся с кувшином и блюдом, на котором лежала жареная курица и половина ковриги ржаного хлеба.

Василиса взяла кувшин и слегка пригубила – сбитень. Она пододвинула к себе тарелку, машинально поискала глазами нож и вилку, тут же спохватилась и разорвала курицу руками. Но едва принялась за еду, как от сильного удара дверь с треском распахнулась и в трактир ввалились посланные Барбелихой разбойники.

«Что за оборванцы? – насторожилась Василиса. – Вооружены. Лихие люди. Надо бы предупредить Липуню».

Разбойники – дело неприятное, но не оставаться же голодной. Не на ту напали. Справиться с тремя оборванцами, даже вооружёнными, не составит большого труда. И, не упуская разбойников из виду, она снова взялась за куриную грудку.

А они, увидев царевну, довольно ухмыльнулись и уселись за соседний стол.

Главарь повернулся к трактирщику и рявкнул.

– Эй, выпивки и пожрать!

Трактирщик побледнел, торопливо вытащил из-под стойки и выставил четвертную бутыль бражки. Добавил кружки. Схватил большое блюдо, бросился в кладовку и притащил копчёный свиной окорок.

Разбойники вытащили ножи и принялись за мясо, поглядывая на Василису. Некоторое время слышалось только громкое чавканье, наконец они наелись, отвалились от стола и уставились на царевну.

«Сказать что-то хотите иль попросить об чём? – едва не брякнула она, но вовремя сдержалась. Всё-таки сейчас она не царская дочь, а неприметный отрок и, теоретически, не должна ввязываться в ссору с лихими людьми. Впрочем, увидев, что разбойники продолжают таращиться, настроение у неё резко поменялось. – А не проучить ли их? – промелькнула шальная мысль. Ей ужасно захотелось ещё раз проверить свои магические способности, но тут же себя одёрнула. Вообще-то она девушка серьёзная и рассудительная, но мало ли увлечётся и не сумеет вовремя остановиться. – На глупости нет времени». – решила она и сделала вид, что занята едой.

Главарь презрительно хмыкнул, взял кружку, наполнил до половины и добавил содержимое пузырька. Встал и, отшвырнув по дороге лавку, подошёл к царевне.

«Похоже, до Липуни дело не дойдёт», – поняла она, взяла кувшин и, сделав пару глотков, поставила его на край стола.

Главарь уселся напротив и поискал глазами сумку. Увидев котомку, довольно крякнул, похоже старик не обманул. Твёрдо уверенный, что теперь его золотишко никуда не денется, он решил немного поразвлечься.

– Куда идёшь?

– Куда глаза глядят.

– И не страшно одному? Кругом разбойники, – насмешливо поинтересовался главарь и с издевкой предложил. – Можем составить компанию.

– Я уж как-нибудь сам, – ответила Василиса.

– Не боись, я сегодня добрый – ухмыльнулся главарь и протянул кружку. – Давай, за знакомство.

Василиса почувствовала, как у неё резко зачесалась левая рука.

«Вино отравлено, – поняла она и скептически поджала губы. – Миром не разойтись. Ну извиняйте, сами напросились».

В большинстве сказок, воспитанные няньками и мамками царевны – хрупкие и нежные создания. При малейшей опасности они заламывали руки, заливались горючими слезами и, проклиная свою горькую судьбинушку, призывали на помощь славного рыцаря. Рыцарь, естественно, немедленно появлялся, непременно на белом коне, и спасал бедняжку. Ежели рыцарь запаздывал или у него намечались более важные дела, царевны отбивались от злодеев вышитыми подушками или букетиками цветов. А если и такая экстремальная защита не помогала, то они закатывали глаза и падали в обморок.

Василиса тоже могла запустить цветочком, но только вместе со здоровенным горшком и непременно в лоб.

Разбойник же, посчитав её молчание за испуг, криво усмехнулся, перевалился через стол и потянулся к котомке.

– А что это тут у нас?

– Лапы убери, – мило улыбнулась Василиса и прищёлкнула пальцами.

Прямо перед носом лиходея появилась огромная змея. Она раскачивалась из стороны в сторону и завораживающим взглядом смотрела прямо ему в глаза, а он сидел, не в силах ни двинуться, ни позвать на помощь. Его подельники, с нетерпением ожидавшие, что сейчас начнётся веселуха, с удивлением уставились на странную картину. Здоровенный детина словно окаменел, а невзрачная на вид девчонка, вместо того чтобы рыдать и просить пощады, неторопливо доедала курицу. Почувствовав неладное, они начали выбираться из-за стола.

Царевна не хотела применять магию, дабы ненароком не разнести весь трактир, и решила обойтись «шишкокидательными» уроками Лешего.

Прикинув, что пока это «грозная» парочка до неё доберётся – время есть, она неторопливо обглодала куриную ножку, запила сбитнем, аккуратно сложила косточки на тарелку и качнула головой. Главарь взвизгнул и ткнулся носом в стол.

Разбойники похватали своё оружие и бросились к Василисе.

Она прищурилась и повела глазами. Куриная косточка вылетела с тарелки и угодила прямо в рот вырвавшемуся вперёд тощему мужичку. Он застыл с выпученными глазами, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть. Василиса взмахнула рукой, недоеденный свиной окорок подлетел вверх и с лёту вдарил разбойника по затылку. Бедолага рухнул на пол и затих. Одноглазый от неожиданности остановился и принялся крутить головой по сторонам. Он почему-то решил, что это проделки трактирщика, и решил задать ему хорошую трёпку.

Василиса с интересом осмотрела эту живописную картину, решила, что достаточно повеселилась и прищёлкнула пальцами. Главарь ожил, отлепился от стола и мутным взглядом уставился на царевну.

– Что-то не так? – сочувствующе поинтересовалась она.

Разбойник недоумённо потряс головой, пытаясь сообразить, что произошло, но у Василисы был настолько безмятежный вид, что он решил – от чрезмерно большого количества выпитого у него на мгновение потемнело в глазах и снова потянулся к котомке.

Царевна укоризненно покачала головой.

Главарь рассвирепел и размахнулся, собираясь пришибить упрямую девчонку.

Василиса вскинула подбородок. Со стола взлетела тарелка, и главарь с размаху угодил в неё кулаком. Раздался звон. Бедняга взвыл и схватился за руку. Толстяк, увидев «летающую тарелку», позеленел. Разбойники перепугались. В одно мгновение, простенькая замухрышка, с которой они собирались легко разделаться, превратилась в жуткую ведьму. С ведьмами связываться разбойники категорически отказывались. Главарь попятился, резко развернулся и, перескочив через лежащего на полу подельника, бросился вон из трактира. Следом припустил и одноглазый. Каждый старался выскочить первым. Они пихались, отталкивали друг друга, но не могли одновременно вдвоём протиснуться сквозь дверь и в конце концов застряли.

Василиса с интересом наблюдала за этой суматохой и весело поинтересовалась:

– Вам помочь?

Не дождавшись ответа, разочарованно пожала плечами и резко выставила вперёд ладони.

Лавка поднялась в воздух, с размаху саданула разбойников под зад, и они выкатились на улицу. В помещении остался только лежавший без движения, пришибленный окороком тощий мужичок. Василиса укоризненно поцокала языком и прищёлкнула пальцами. Кувшин поднялся на воздух, подлетел к несчастному и вылил остатки сбитня ему на голову. Разбойник пришёл в себя и, очумев от такого умывания, вскочил и с воплем вылетел вслед за своими дружками.

Наступила тишина.

Василиса оглядела поле боя. Эта короткая схватка и маленькая победа подняла у неё настроение.

Неожиданно за стойкой раздалось тихое шуршание.

«Неужели кто-то остался»? – удивилась Василиса.

Она приготовилась выдать ещё одно заклинание, но тут из-за стойки показалась голова трактирщика. Почуяв, что скоро начнётся заваруха, он благоразумно спрятался и просидел там до самого конца. Увидев произведённый погром, он схватился за голову; и так никакого дохода, а тут ещё дополнительные убытки. Василиса, чувствуя, что и она чуток виновата в учинённом безобразии, прошептала заговор на домашнюю работу и вмиг обстановка приняла свой прежний вид. Трактирщик в ужасе отшатнулся. Мало было разбойников, так теперь колдун объявился. Хрен редьки не слаще. Неизвестно, что потребует взамен, поэтому его лучше не злить. Преодолев страх, трактирщик подошёл к Василисе и, слегка запинаясь, произнёс:

– Они с середины лета здесь шастают, житья нету. Всех постояльцев распугали. Благодарствую.

– Я думаю, больше не появятся, – усмехнулась Василиса. – Сколько с меня?

– Ничего, ничего, – замахал руками трактирщик. – За счёт заведения.

– Не, так не пойдёт, – воспротивилась Василиса.

Она положила на стол несколько монет, встала, забрала котомку и вышла на улицу. Как и предполагала, от разбойников и след простыл.

Царевна вытянула руки, слегка повернулась и сразу почувствовала тепло колечка. И снова перед ней стояла стена густых зарослей, однако теперь она не собиралась сворачивать даже на пол шага в сторону. Она оглянулась на трактир, показала вывеске язык и пошла прямо на тепло. Приходилось продираться сквозь кусты, поваленные деревья и барсучьи норы мешали идти, ручьи и овраги преграждали дорогу, но она, невзирая на препятствия, упрямо продвигалась вперёд.

Постепенно дремучий хвойный лес сменился редким осинником. Идти стало намного легче, и она повеселела. К тому же и кольцо заметно потеплело, а значит – она шла в правильном направлении и скоро отыщет Саньку. Вскоре роща закончилась, перед ней появился большой луг.

Она прошла уже больше половины, как вдруг прямо перед ней появился волк.

– Добрый день, – вежливо сказала она.

Волк щёлкнул зубами.

– Ясно, – согласилась Василиса. – Разговор не состоится.

Серый хищник не представлял для неё опасности, и она хотела его обойти, но слева появился еще один. Василиса насторожилась. Она посмотрела направо – и там волк. Василиса оглянулась – из кустов высунулись ещё две волчьи морды. Получается, её окружают.

– Тоже мне овечку нашли, – фыркнула царевна.

Она могла легко расправиться со всей серой компанией, но не хотела причинять им вреда и произнесла защитное заклинание. Вокруг неё возникла невидимая и непреодолимая для любых зверей стена. К её удивлению, волки легко прошли сквозь магический барьер.

– Оборотни! – ахнула Василиса. – Волкодлаки!

Она создала маленькую молнию и метнула в ближайшего волка. Противно запахло палёной шерстью. Оборотень взвыл и отскочил назад. Василиса тут же развернулась и ударила по второму. Остальные шарахнулись в сторону, однако вместо того, чтобы податься восвояси, принялись кругами ходить вокруг Василисы, выжидая удобного момента наброситься на неё.

«Странно, – подумала Василиса. – Волкодлаки чувствуют, когда у человека есть магическая сила и предпочитают с ним не связываться».

В другое время она непременно попыталась бы выяснить, в чём дело, но сейчас не до них – надо искать Саньку.

Она присмотрелась к волкам. Толстые, неповоротливые, они мало походили на опасных серых хищников.

– Ничего себе, откормились, – усмехнулась Василиса. – Порастрясём жирок?

Она проскочила между ошпаренными волками и неторопливо побежала. Оборотни бросились следом. Лёгкая девушка бегала кругами, петляла, увёртываясь из-под самого носа неповоротливых зверюг. Наконец, оборотни выдохлись и остановились. Они стояли с опущенными мордами и, вывалив языки, тяжело дышали.

– Бедненькие, упарились? – участливо поинтересовалась Василиса, остановившись от них в десяти шагах.

Волкодлаки дружно кивнули.

– Сочувствую, но полезно для здоровья, – назидательно произнесла она.

Волки мрачно переглянулись и потрусили к царевне.

– Нет, нет, – замахала руками Василиса. – Теперь без меня.

Она сорвалась с места и со всех ног бросилась к лесу. Подбежала к ближайшему дереву, подпрыгнула и вскарабкалась на ветку, затем поднялась повыше. Оборотни окружили дерево, уселись и уставились на неё. Василиса не удержалась, щёлкнула пальцами и с ближайшей елки на зверей посыпался град шишек. Волки, поджав хвосты, бросились врассыпную, но едва шишкоград закончился, ринулись обратно. От такого издевательства они пришли в бешенство. Подпрыгивали вверх, пытаясь дотянуться до царевны, а поняв, что ничего не получится, в ярости принялись грызть ствол дерева.

– Не подавитесь щепками, – приветливо крикнула Василиса.

Она помахала волкодлакам ручкой, превратилась в белочку и, перепрыгивая с ветки на ветку, исчезла в лесу. Волки бросились следом, но вскоре потеряли её из виду.

Избавившись от погони, она соскочила на землю, превратилась обратно в девицу и задумалась. Сначала разбойники, теперь оборотни. Это случайность или Кащей знает, что она ищет Саньку и пытается ей помешать? Скорее первое. Кащей не стал бы насылать таких бестолковых помощников, а расправился бы сам. Впрочем, кто знает, что у Бессмертного на уме, и такой вариант нельзя отбрасывать. На всякий случай нужно быть осторожней.

Неожиданно послышалось тихое пение. Плавная, тягучая мелодия завораживала, наполняя душу щемящей грустью. Василиса замерла, закрыла глаза и начала медленно покачиваться из стороны в сторону в такт музыке. Ей вдруг показались мелкими усилия найти жениха. Никакого похищения не было. Он просто-напросто передумал жениться. Испугался. У кого-то узнал заклинание, с помощью которого можно перемещаться и устроил представление. Она, глупая, его полюбила, поверила, что ради неё он совершал подвиги. А всё это оказалось обманом. Зачем тогда слова ласковые говорил, к свадьбе готовился. Вспомнив о свадьбе, Василиса без сил опустилась на землю, уронила голову на грудь и зарыдала:

– Ой горюшко, горе! Как теперь жить, свет белый мне не мил!

Слёзы ручьем лились у неё из глаз. Неизвестно, как долго бы она сидела, да и стала бы дальше продолжать поиски «обманщика», но из кустов высунулась кошачья морда. Увидев рыдающую царевну, Баюн выскочил и с тревогой спросил:

– Ты чего?

Василиса, не обращая на него внимания, продолжала голосить.

Кот недоумённо повёл ушами пытаясь сообразить по какому случаю вселенский плач, обошёл вокруг царевны и подёргал её за рукав.

– Что случилось?

Она даже не посмотрела в его сторону. Баюн с удивлением уставился на Василису. Вроде у неё склонности к истерикам не замечалось. Что-то здесь было не так. И тут он сообразил, что сквозь шелест листьев пробиваются еле слышные сладкоголосые звуки подозрительно похожие на магические заклинания.

– Не понял, – дёрнулся кот.

Он закрутил головой и увидел на соседнем дереве сидящую на ветке птицу с прелестным девичьим лицом, человеческими руками и золотой короной на голове.

– Оп-па, – рассвирепел Баюн. – Конкуренты объявились.

Дело ясное – Василиса попала под чары неизвестно как сюда попавшей певуньи, и от царевны в таком состоянии ничего не добьёшься.

Кот растопырил усы и заорал истошным голосом:

– А как собралась ра-ать больша-ая! Да всем воро-огам отомстить!

Кот Баюн в консерваториях не обучался. Чтобы околдовать свою жертву, ему академического образования не требовалось, достаточно просто немного нежно помурчать. А вот насчёт кошачьего пения у народа сложилось несколько иное мнение. Особенно у тех, кому в марте приходилось среди ночи вскакивать с постели, услышав за окном душераздирающие арии. Впрочем, сейчас Баюна отсутствие музыкальных способностей нисколько не смущало, и он с упоением вопил, задрав морду.

С соседних деревьев в воздух взвилась стая перепуганных птиц, а мирно отдыхавший неподалёку в кустах заяц в ужасе подскочил высоко вверх и задал стрекача. От этого жуткого завывания Василису перекосило. Она перестала реветь, сморщила носик и закрыла уши ладошками. С минуту сидела неподвижно, затем вздрогнула и с удивлением уставилась на кота.

– Баюн, ты?

– Он самый, – кивнул кот.

– Что с тобой?

– Со мной? Всё в порядке, а вот почему ты птицей Сирин заслушалась?

– Сирин? – нахмурилась Василиса и оглянулась.

Заметив, что её чары больше не действуют, птица Сирин вспорхнула и улетела.

Василиса, недоумевая, как она могла так опростоволоситься, вытерла слёзы и улыбнулась.

– Вовремя ты появился, а то бы я так и сидела, пока не состарилась. А ты откуда взялся?

– Да тут, неподалёку. Закончил очередной литературный труд. Между прочим, в стихах. А ты чего здесь делаешь?

– Ты разве не слышал, что Саньку Кащей похитил?

– Да ладно.

– Честное слово. Сама видела.

– Зачем?

– Не знаю.

Баюн озадаченно потряс головой. С чего бы это вдруг Кащей взъелся на богатыря, которому много раз помогал. С другой стороны – какой смысл и царевне придумывать глупые небылицы. Ситуация странная, и разобраться в ней можно только отыскав богатыря.

– Куда ты идёшь? – спросил он у царевны.

– В замок Кащея.

– Думаешь богатырь там?

– Где же ещё! Его в темнице держат. Баба Яга его на земле не увидела, а Привидение моего прадеда сказало, что он в подземелье. Ладно, спасибо за помощь, я пошла.

– Я с тобой, – вскинулся Баюн.

– Нельзя, – вздохнула Василиса. – Яга предупредила, я сама должна его найти.

– Разве ж я спорю, – воскликнул кот. – Я вовсе и не с тобой. Мы, коты, гуляем сами по себе, куда хотим. Вот тебе в какую сторону?

– Туда, – показала рукой Василиса.

– Это ж надо! – удивился Баюн. – Какое невероятное совпадение. И мне туда.

Василиса недоверчиво посмотрела на кота, но тот сделал такую невинную морду, что она решила, даже если он и врёт, то она ни при чём. Они пошли рядом.

– И всё-таки, это более чем странно, – продолжал рассуждать кот. – Зачем сначала помогать, а потом красть? Непонятно.

– Ты чего там бурчишь? – спросила Василиса.

– Ты понимаешь, у Кащея в замке нет подземных темниц.

– А ты откуда знаешь?

– Горыныч рассказывал. Он однажды очень дорогой камень заполучил и всё волновался, как 6ы его не похитили. Я предложил отдать на сохранение Кащею, они хорошие знакомые. Змей и сообщил, что у Кащея из подземелий только дверь в Подземный мир, а больше ничего.

– Значит прадед всё напутал?

– Не знаю, – ответил кот и остановился. – Ну-ка точно вспомни, как он сказал.

– В каменном мешке или земляном, точно не знает. А это значит – только в темнице.

– Ладно, дойдём, посмотрим.

Они вышли на развилку. Баюн повернул налево, сделал несколько шагов и оглянулся. Василиса стояла на месте.

– Ты чего? – спросил Баюн.

– Меня направо тянет, – ответила она. – Значит, Санька в той стороне.

– Но замок Кащея туда, – показал налево кот.

– Ничего не знаю, – покачала головой Василиса. – Нам батюшка подарил два фамильных кольца, они один к другому притягиваются. Вот меня колечко и ведёт.

Кот задумчиво почесал загривок. Против колец спорить трудно, однако и он не первый день в этом лесу живёт.

– Давай сделаем так, – предложил он. – Ты подожди меня тут, а я быстренько сбегаю и посмотрю. Замок Кащея уже недалеко. Если он там, пойдём туда, если нет – куда скажешь.

– Хорошо, – согласилась она – Только ты побыстрее.

– Я мигом, – ответил Баюн и исчез.

Василиса ещё раз повела рукой с кольцом и недовольно помотала головой. Всё-таки кот не прав, и она напрасно теряет время.

«Ладно, раз обещала, то подожду немного», – решила она и уселась на поваленное дерево.

Она вдруг почувствовала, что сильно устала. Всё-таки похищение жениха, схватка с разбойниками и бегство от оборотней отняло много сил. Ещё птица эта – Сирин. Каким ветром её сюда занесло? Так что пока Саньку не нашла, расслабляться нельзя. Да и рассиживать нет времени. Она вскочила и раздражённо огляделась по сторонам.

– Ну сколько можно ждать этого кота?

В траве с тихим шуршанием промелькнул серый колючий шар, затем другой, третий.

«Ёжики», – подумала Василиса.

Неожиданно ей на голову посыпалась труха, сорванные листья. За спиной раздалось хихиканье. Василиса оглянулась – засмеялись с другой стороны. Кусты затрепетали, и сквозь ветки показались озорные лица.

– Лисавки, – улыбнулась Василиса.

С лесными жительницами, веселушками и хохотушками, она дружила с раннего детства.

– Я вас вижу, – воскликнула она.

Раздался звонкий смех, из-за деревьев вышли высокие бледнолицые девушки в длинных белых рубашках, подвязанных осокой. Зелёные, украшенные лесными цветами волосы подчёркивали их бледность. Они обступили царевну и, дурачась, принялись её тормошить. Но, заметив, что она не в настроении, с участием спросили:

– Ты чего такая грустная?

«Про Кащея говорить нельзя, испугаются. Да и про Саньку лучше промолчать. Болтушки», – рассудила царевна и решила схитрить. – Ищу чёрный вихрь. Он у меня любимые бусы украл. Не видели?

– Видели, видели, – перебивая друг дружку затараторили Лисавки, довольные, что могут помочь. – Недавно пролетал.

Василиса насторожилась, сердце тревожно забилось.

– Куда?

– Туда, – замахали они руками. – Там за деревней, на кладбище.

Василиса поморщилась. В той стороне она Саньку не чувствовала.

– А вы не ошиблись?

– Нет.

Василиса задумалась. Скорее всего они видели другой вихрь, мало ли кто из колдунов вздумал пошалить. Да и Кащей мог пустить её по ложному следу. Впрочем, на всякий случай лучше проверить.

– Вы меня проводите?

– Нет, – замотали головами Лисавки. – Мы боимся по кладбищу ходить. Мертвецы под землю утащат.

– И далеко до деревни?

– Около версты.

– Благодарствую, – поклонилась им Василиса.

– И тебе удачи, – ответили Лисавки и, смеясь, растворились в лесу.

Василиса подождала, пока они окончательно скрылись, однако, прежде чем направиться дальше, решила показать Кащею, что знает о его слежке и ни капельки не боится.

Она подняла руки вверх и произнесла защитное заклинание:

Появись стена,

Закрой меня.

От дурного глаза,

От всякого сглаза.

Да будет так.

Она провела руками сверху вниз и почувствовала, как воздух вокруг неё уплотнился, создав невидимую магическую оболочку. Конечно, от злодея как следует не спрячешься, зато, по крайней мере, ему будет труднее за ней следить. Теперь можно идти дальше.

Вскоре показалась деревня. Издалека она казалась тихой и мирной. Огороженные высокими плетнями добротные дома, крытые свежей соломой крыши. Вот только дым почему-то шел всего из одной трубы. Василиса ускорила шаг и чем ближе подходила, тем тревожней становилось у неё на душе. Вокруг стояла зловещая тишина. Не видно ни одного жителя. Не слышно ни собак, ни кошек, ни мычания коров. Даже птицы исчезли.

Наконец Василиса вошла в деревню и, внимательно поглядывая по сторонам, направилась к избе, из трубы которой шёл дым. Калитка оказались на запоре. Василиса постучала – никто не откликнулся. Она постучала сильнее и услышала тихий шорох. Заглянула за плетень и увидела мальчугана лет десяти.

– Ты кто? – спросила она.

– Тимоха.

– А где все?

Мальчонка не успел ответить, из дома выскочила дородная, русоволосая тётка, схватила сынишку и вместе с ним скрылась в избе.

Василиса рассердилась, так гостей не принимают, и со всей силы забарабанила в калитку. Дверь слегка приоткрылась. В проходе, сердито нахмурив брови, появилась хозяйка, а из-за её спины выглядывал Тимоха. Одной рукой женщина придерживала дверь, а другой сжимала большую чугунную сковороду.

«Вдарит, мало не покажется», – поёжилась Василиса.

– Тебе чего, девонька? – хмуро спросила хозяйка.

Василиса едва не обиделась. Мало того, что сразу разоблачили, признав за девицу, так вместо того, чтобы в дом пригласить, держат на улице, словно какую-то побирушку. А она всё-таки царская дочь и требует к себе… Но Василиса вовремя сообразила – царские особы, переодетые в мужской костюм, в одиночку по лесам не шастают.

– Странница, – ответила она. – А где у вас…

– Шла бы ты отсюда, – перебила её хозяйка. – А то ненароком…

Она вдруг замолчала и прислушалась. Изменившись в лице, подскочила к калитке, отодвинула щеколду и, схватив Василису за руку, потянула в избу.

– Поздно. Заходи скорее.

Она захлопнула за царевной входную дверь и закрыла на засов. Протащила Василису через сени, по пути дала Тимохе подзатыльник, чтобы быстрее шевелился и вторую дверь подпёрла ухватом.

«Что-то здесь не так», – насторожилась царевна.

В сенях она заметила развешанные по стенам ветки можжевельника вперемешку с косынками из чеснока. Такие же косынки висели и в комнате над каждым окошком. В углу – связка заострённых кольев.

– Что у вас происходит?

– Ведьмак шалит, – хмуро ответила хозяйка. – Третьего дня как помер. Теперь по дворам шастает, людей морит. С ним упыри с кладбища.

От резкого стука в дверь обе вздрогнули.

Женщина толкнула Тимоху в угол, переглянулась с Василисой и, не выпуская сковороды, прошла в сени.

– Кто там? – дрожащим голосом спросила она.

– Сосед.

– Какой сосед?

– С третьего дома.

Тётка откинула засов и приоткрыла дверь. На пороге стоял бледный человек с бегающими ярко-красными глазами.

– Ты откуда? Тебя, почитай, два дня вся деревня с собаками искала.

– Загулял малёхо, – невнятно буркнул сосед, прикрывая рот ладонью, но, как ни старался, не смог скрыть длинные острые клыки.

– И ты! – ахнула она и попятилась.

Упырь оскалился и шагнул в избу. Хозяйка замахнулась сковородой, но Василиса придержала её за руку.

– Погоди-ка.

Она подошла к «незваному гостю» и мило улыбнулась:

– Тебе зубы не мешают?

– Чё? – недоумённо уставился на неё упырь.

– Острые они. Я тут недавно неудачно орешек раскусила. Зуб треснул. Пока не залечила, он мне весь язык ободрал. А ты с такими зубами всё время ходишь.

Упырь несколько мгновений с недоумением разглядывал Василису, затем пожевал губами и с визгом подскочил:

– Ведьма! Пока ты не сказала, всё нормально было, а сейчас язык прикусил!

– Это что, – сочувственно проговорила Василиса. – А вот ещё у вас…

– Ничего не хочу слушать! Сгинь, пропади! – завопил «сосед», зажал ладонями уши и выскочил из избы.

Женщина быстро задвинула засов и покосилась на Василису. На её лице застыли страх и растерянность. Она явно не знала, что делать. Что упырь, что ведьма – одного поля ягода и добра от них не жди. Зато Тимоха, увидев, как странница расправилась с жутким кровопийцем, пришёл в восторг. Он подскочил к Василисе, собираясь задать ей кучу вопросов, но во дворе раздался шум и мальчонка кинулся к окошку.

– Ух ты! – воскликнул он. – Сколько их.

Василиса подошла к нему. Во дворе собралось с десяток упырей и постоянно подходили новые. Они окружили «соседа», а тот, закатывая глаза, что-то объяснял, размахивал руками и тыкал пальцем в сторону дома.

– Совсем нечисть распоясалась, – прошептала хозяйка, вставая рядом. Она решила, что в данный момент ведьма меньше опасна. – Раньше по ночам шастали, а теперь среди бела дня без опаски ходят.

– Погода пасмурная, – сказала Василиса. – Солнышка за тучами не видно.

– Ведьмак их наводит, – упрямо повторила хозяйка.

– А что, злой колдун был?

– Да нет, – замялась тётка. – Пока живой – не очень. Людей лечил, будущее предсказывал, находил потерянное. Но как помер…

– А он тоже тут?

– Вроде не видать.

– А почему тогда думаете, что это он?

– Все говорят.

– Замечательно, – фыркнула Василиса. – Все говорят, хотя никто не видел. Может и не он.

– Больше некому, – насупилась женщина.

– Ладно, с ним потом, – заметила Василиса. – Сейчас надо с упырями разобраться, чесноком и сковородой от них не отбиться.

– У меня колья осиновые приготовлены.

– Тут надо попасть точно в сердце, а как навалятся скопом – пиши пропало. Лучше стрелы с серебряными наконечниками. Или запустить их всех сюда и сжечь. Но вряд ли вы захотите поджигать свой дом. Надо бежать.

– Не выпустят нас.

– Не выпустят, – согласилась Василиса.

«Придётся драться, – размышляла она, разглядывая злыдней. – Но уж слишком их много. Хорошо сейчас день, и они ещё не набрали полную силу, а наступит ночь, с ними и вовсе не справиться.».

Она попыталась вызвать Бабу Ягу на подмогу, но зов не доходил: то ли Яга занята, то ли слишком велико расстояние. Стало ясно, на лесных волшебников рассчитывать нечего.

Тем временем упыри решили не дожидаться темноты. Они закончили совещаться, направились в дому и остановились на крыльце.

– Они без приглашения не могут в дом попасть, – неуверенно пробормотала хозяйка.

– Так ты ж сама уже одного пустила, – возразила Василиса.

От сильнейшего удара дом затрясся. Хозяйка сунула Василисе сковородку, схватила вилы и встала напротив двери. Тимошка потянул к себе скалку. Мать посмотрела на него, но ничего не сказала. Мужик растёт, защитник.

– Будем надеяться, дверь выдержит, – пробормотала она.

Однако на этот раз не повезло. Несколько ударов, дверь вылетела, и в сени ввалился сосед. Тётка тут же воткнула ему в грудь вилы, но упырь, не обращая внимания на железо, махнул рукой, и она отлетела в угол, свернув по дороге полку. Во все стороны полетела посуда. Тимоха подскочил и шарахнул упыря по голове скалкой. Тот крякнул, попытался ухватить мальчонку за горло, но, промахнувшись, бросился следом и натолкнулся на Василису. Царевна слегка подалась в сторону и ударила заклинанием. Упырь с визгом отлетел назад и угодил прямо под ноги ломившихся в дверь остальных «гостей». Получилась небольшая куча-мала, наглухо закупорившая вход. Пока они, чертыхаясь и отпихивая друг друга пытались подняться на ноги, Василиса поставила защитное заклинание и повернулась к хозяйке.

– У вас поблизости есть медведи?

– Какие медведи? – в недоумении посмотрела на неё тётка.

– Обычные, бурые.

Хозяйка дёрнулась. Похоже, девонька сошла с ума. Мало ей упырей, так ещё медведей подавай. Однако ситуация становилась настолько опасной, что она решила не спорить. Ведьма тоже жить хочет, а значит, что-то придумала.

– Есть неподалёку берлога.

– Отлично, – обрадовалась Василиса и издала жуткое рычание.

Женщина шарахнулась в угол. Зато Тимоша с восхищением смотрел на потрясающую гостью, которая мало того, что не боится ужастиков, так ещё и умеет рычать по-медвежьи.

Неожиданно на улице раздался странный писк. Упыри замерли, развернулись и выскочили из избы.

Василиса с хозяйкой бросились к окну, и царевна опешила. Посреди двора стоял знакомый медвежонок.

– Ты-то откуда взялся? – перепугалась Василиса и бросилась к выходу.

– А ты куда? – взвизгнула хозяйка.

– Они его убьют, – на ходу ответила Василиса.

Она выскочила на крыльцо и, прежде чем упыри успели наброситься на малыша, ударила заклинанием. Упыри разлетелись в разные стороны. Василиса подскочила к медвежонку и встала рядом с ним. Тот радостно хрюкнул и попытался броситься в бой.

– Стой, – придержала его Василиса. – Где остальные?

– Идут, – ответил медвежонок и гордо добавил. – Я быстрее бегаю.

– Тогда от меня ни на шаг, – приказала царевна.

Она прекрасно понимала, что против десятка разъярённых противников они долго не продержатся и надеялась короткими ударами лишь удерживать монстров на расстоянии до появления подмоги. Упыри с жутким завыванием бросились вперёд, Василиса вскинула руки, но раздался грозный рёв. Часть забора завалилась на землю, через пролом во двор ввалился огромный медведь и сходу сшиб ближайшего упыря.

– Наконец-то, – обрадовалась Василиса.

Радость оказалась недолгой. Упыри тотчас сообразили, что новый враг намного опаснее, и набросились на медведя. Тот выпустил помятую жертву и принялся крутиться, отбиваясь от наседавших на него врагов. Мощными ударами лап отбросил одного, другого, третьего. Но силы были слишком неравны. Злыдни облепили медведя и начали рвать на нём шкуру. Василиса немедля ударила заклинанием, отбросив от медведя несколько упырей. Они тут же вскочили и бросились на царевну. Она успела сбить с ног одного, наперерез второму кинулся медвежонок, зато третий в длинном прыжке ударил её в грудь и повалил на землю. Оглушенная падением царевна не могла даже пошевелиться, а упырь, довольно урча, уже тянулся клыками к её горлу.

«Интересно, – успела обречённо подумать Василиса. – Я тоже превращусь в ужасную упыриху или как царская особа стану благородной вампиршей?»

Эта мысль её неожиданно развеселила, и она глупо хихикнула. Это её спасло. Упырь на мгновение замешкался, с удивлением взглянув на странную жертву, и тут же повалился набок от сильнейшего удара по затылку.

– Вставай быстрее, – прошептала тётка, сжимая в руке сковороду.

Василиса кивнула, начала подниматься и едва не получила по голове пролетевшей мимо скалкой. Не успела она сообразить, что это было, как возле неё рухнул успевший подняться первый упырь. Василиса оглянулась и довольно хмыкнула – на крыльце сиял Тимоха. Она приветливо помахала ему рукой, толкнула женщину к дому и развернулась, готовая снова вступить в схватку.

Большой медведь, получив поддержку, успешно отбивался от наседавших врагов. А вот медвежонку срочно требовалась помощь. Сразу два упыря прижали его к забору и, хотя он отчаянно отбивался, ещё немного и его разорвут. Царевна дёрнулась, но не успела прийти на выручку малышу. В проломе появилась медведица. Увидев, какая опасность грозит её ребёнку, она одним ударом отшвырнула обоих упырей, в воспитательных целях отпустила чересчур самостоятельному отпрыску хорошую затрещину и громко заревела. Рядом раздался ответный рёв. Изгородь сразу в нескольких местах затрещала и окончательно завалилась, через пролом повалили медведи и набросились на своих извечных врагов.

Василиса, понимая, что сейчас лезть в драку бесполезно и даже опасно, вернулась к избе, уселась на крылечко и стала наблюдать за сражением. Позади раздался шорох. Она обернулась. Из приоткрытой двери торчала голова Тимохи. Василиса подмигнула, пацанёнок просиял и тут же пристроился рядом. Выглянувшая следом тётка хотела дать ему очередной подзатыльник и загнать обратно в дом, но передумала – всё-таки малой показал себя, пусть и непослушным, но настоящим героем. Она уселась возле сынишки, на всякий случай крепко сжимая в руке сковородку.

Нечисть, понимая, что дело плохо, бросилась бежать. Медведи за ними. Во дворе остались только медведица с медвежонком. Мишутка с гордым видом победителя подошёл к Василисе и лизнул её в нос, немного подумал и облизал Тимоху.

Медведица дружелюбно фыркнула, толкнула сынишку и они отправились в лес. Остался лишь большой медведь.

– Домой, – приказала Василиса.

Мишка согласно кивнул и взмахнул лапой, словно приглашая следовать за ним. Василиса удивилась, но озадаченная странным поведением зверя, пошла за ним. Они дошли до края леса и остановились возле пенька, с воткнутым в него ножом.

– Так это ж Липунин! – ахнула она и развернулась к медведю. – Ах ты злодей, убил воеводу. Да я тебя сейчас…

Медведь попятился и отчаянно замахал лапами.

– А ну, отвечай, жив Липуня или нет? – продолжала напирать царевна.

Медведь быстро закивал головой.

– Где он?

Медведь успокаивающе выставил перед собой лапы. Мол погоди, сейчас всё узнаешь.

– Живо! – рявкнула Василиса.

Медведь снова кивнул, боком, боком, не сводя глаз с разгневанной царевны, подобрался к пню, перекинулся через него и превратился в воеводу.

– Уф, – облегчённо встряхнулся он, встав на ноги. – Ну ты мать даёшь. Напугала до смерти. Счас, думаю, на кусочки разнесёт.

– Ой, извини, – сконфузилась Василиса. – Откуда я знала, что ты берлак, можешь в медведя превращаться.

– Положение обязывает, – развёл руками Липуня. – При моей комплекции только в медведя и остаётся. Но, честно говоря, муторно. Всего второй раз в жизни перекидываюсь. Ты лучше скажи, почему одна из дворца сбежала? Полдня по лесу бегал, тебя искаючи. Хорошо, твой клич медвежий услышал.

– Не сердись, – умоляюще посмотрела на него Василиса. – Я же вам сказала, что Саньку одна искать должна.

– А царь батюшка… – начал, было, Липуня, но увидев, что царевна нахмурилась, удручённо махнул рукой. – С тобой спорить…

– Бесполезно. – закончила за него Василиса.

– А если я следом, неподалёку, медведем?

– Нельзя. Да ты не волнуйся, мне лесные жители помогают, ты сам видел.

– Видел, – вздохнул Липуня. – Но ты смотри, поосторожней.

– Буду стараться, – воскликнула Василиса.

– Будет она, – недовольно буркнул воевода. – Кольчугу дома оставила. – Он выдернул нож из пня и протянул Василисе. – Держи. По мне, так он намного надёжнее твоей магии.

Василисе не хотелось таскать лишнюю тяжесть, но она понимала, с Липуней спорить бесполезно и спрятала нож в котомку.

Воевода свистнул, из зарослей выбежал конь, а следом небольшая лошадка. Липуня подхватил их под уздцы и с надеждой взглянул на царевну.

– А может всё-таки…

– Нет.

– Храни тебя Сварог, – сказал воевода, вскочил в седло и скрылся в лесу.

Василиса подождала, пока затихнет конский топот и вернулась в избу. Хозяйка уже успела навести порядок и, увидев Василису, улыбнулась.

– Вот и всё, – сказала Василиса. – Медведи будут неподалёку, так что этим кровососам придётся убраться. А мне пора дальше, где у вас кладбище?

– Зачем тебе?

– Надо.

Хозяйка скептически поджала губы. Не успели с упырями разобраться, так она на кладбище собралась. А как мертвяки из могилок полезут? Пропадёт девка. Хотя – эта отобьётся, бедовая.

– Могу показать, – высунулся Тимошка.

– Я те покажу, марш на печку, – рявкнула тётка, для верности дала сыну очередной подзатыльник и повернулась к Василисе. – Выйдешь, повернёшь направо, пройдёшь через всю деревню, а за последним домом, через поле, лежит тропочка. Пойдёшь по ней и выйдешь к берёзовой роще. Там и кладбище.

– Благодарю, мир вашему дому, – сказала Василиса, поклонилась и вышла за калитку.

Она шла по пустынной улице, на всякий случай поглядывая по сторонам. Мало ли какой недобитый упырь спрятался в лопухах. Деревню миновала без приключений и за последним домом увидела поле. А вот и нужная тропочка. Василиса повеселела. Жизнь перестала казаться такой уж беспросветной, к ней вернулось хорошее настроение. Ещё немного, она найдёт своего Саньку, они вернутся домой и сыграют свадьбу. И словно с ней соглашаясь, ожила природа. Зазвенели голоса птиц, из-за угла сарая выглянула собака, правда гавкнуть не решилась.

Неожиданно кто-то схватил её за рукав.

«Упырь», – дёрнулась Василиса.

Она резко развернулась, собираясь ударить заклинанием и… укоризненно погрозила пальцем – перед ней с довольным видом стоял Тимоха.

– Тебе же мать велела дома сидеть.

– Дык, я тока направление покажу. Там тропка на две расходится.

Василиса улыбнулась. Она прекрасно видела заветную рощу, однако не могла лишить мальчонку возможности ещё раз проявить свою самостоятельность.

– Ладно. Давай, показывай.

Они прошли почти половину поля и остановились возле резко уходящей в сторону второй тропинки.

– Видишь, – важно произнёс Тимоха и махнул рукой. – Тебе туда.

– Спасибо, а теперь домой.

– Ага.

– Погоди. – Она развязала котомку, достала Липунин нож и протянула мальчугану. – Держи, пригодится.

– Ух ты! – подскочил от радости Тимоха и лихо помахал ножом в воздухе. – Теперь я всех упырей порешу. – И он вприпрыжку помчался домой.

Василиса миновала рощу и вышла к кладбищу. Погост ограждала невысокая, выложенная из гранитных валунов ограда. Царевна прошла через узкий проход и в растерянности остановилась. И где искать? Она прошлась между могилками. Ничего похожего на свежее захоронение. Неужели Лисавки обманули? Василиса поёжилась, снова набежали тучки, становилось прохладно. Она чихнула.

– Будь здорова, – раздался голос.

– Спасибо, – вежливо ответила Василиса и закрутила головой. – Вы где?

– Тута.

Василиса оглянулась. Действительно, на холмике соседней могилки сидел бледный, тощий, похожий на скелет мужик и лузгал семечки. Странно, как она его сразу не заметила.

– Вы тоже к родственникам пришли?

– Не, местный. Живу я тут.

– Где?

– Прямо здесь.

– Мертвяк? – с иронией хмыкнула Василиса.

– Ага.

– Да ладно. – нахмурилась царевна. И так столько времени потеряно, так ещё один шутник объявился. – А почему не в земле?

– Свежим воздухом подышать вылез, – ответил «шутник», выкинул шелуху, отряхнул коленки и встал. – Зря ты сюда пришла.

Внезапно потянуло серой, гарью и смрадом. Зашевелились могилы, на поверхность начали вылезать покойнички и потянулись к царевне. Свеженькие имели вполне сносный вид, другие уже довольно-таки сильно подпортились, а от похороненных много лет назад остались одни скелеты. Василиса перепугалась. С мертвяками не справиться, на них магия не действует. К несчастью, она забралась почти на самую середину кладбища, а мертвецы лезли со всех сторон. Оставался небольшой просвет, и Василиса ринулась туда, но из земли высунулась рука и ухватила её за ногу. Она едва не упала, с трудом выдернула ногу из цепких пальцев, но поздно – круг замкнулся. С перепугу она ударила заклинанием и тут же сообразила, что совершила глупость и напрасно тратит силы.

– Дура, легкомысленная девчонка! – костерила себя Василиса. – Теперь и сама пропаду и Саньку не спасу.

Как ни странно, эта вспышка гнева привела её в себя.

Ну уж дудки – так просто она не дастся. Не помогает колдовство – придётся по-простому, подручными средствами.

Она нагнулась, подхватила с земли пару камней поувесистей, кинула в котомку и раскрутила эту импровизированную пращу. Дело сразу пошло веселей. Праща превратилась в огромный диск и словно молот крушила направо и налево. Правда, мертвецы посвежее, отлетев в сторону, тут же поднимались и упрямо лезли обратно. Зато старые скелеты замечательно рассыпались на отдельные фрагменты и выбывали из строя. Они ползали по земле, собирали косточки и старательно пристраивали их на место, однако в суматохе и жуткой толкучке, большей частью собирались в нелепые конструкции. Одни приделывали ноги коленками назад и вместо того, чтобы добраться до Василисы, шагали в обратную сторону. Другие нахлобучивали черепа задом наперёд, но пытаться схватить человека и смотреть при этом в другую сторону несколько неудобно и они, растопырив руки, крутились на одном месте. Третьи, в спешке, хватали вместо ног руки или наоборот и, путаясь в четырёх конечностях, заваливались на землю. Царевна, глядя на это представление, непроизвольно хихикнула и тут же едва сама не упала, наступив на валявшийся под ногами череп.

– Смеяться буду, когда выберусь, – со злостью буркнула она и ударом ноги зашвырнула черепушку далеко в сторону.

Продолжая отбиваться, она медленно продвигалась к выходу. За ограду мертвяки перейти не посмеют. К несчастью, их оказалось слишком много, и Василиса начала уставать. К тому же, некоторые покойнички, успевшие пролежать подольше и слегка подпортившиеся, благоухали отнюдь не духами и у царевны от смрада начала кружиться голова. Она поняла, что до выхода ей не добраться. Ещё немного, и её попросту задавят.

Неожиданно раздалось громкое ржанье, и в костлявую толпу врезался чёрный конь. Встав на дыбы, он наваливался на нежить, сбивал их с ног и крушил мощными ударами копыт. Мертвецы в панике бросились врассыпную и начали зарываться обратно в могилы. В суматохе в одну яму ныряли по два, а то и по три покойника. Возникала свалка. В результате наиболее сильный закапывался в землю, а неудачники улепётывали дальше в поисках свободного места. Вскоре всё вокруг оказалось усеяно свежевскопанными бугорками. Кое-где валялись отдельные косточки, и из земли то и дело высовывалась рука, хватала недостающую часть и тут же исчезала.

Конь на всякий случай сделал ещё пару кругов по кладбищу, подскакал к царевне и превратился в коренастого мужика.

– Благодарю, – сказала она.

– И тебе не болеть, – ответил мужик, внимательно посмотрел на царевну и спросил. – А ты что тут делаешь?

Василиса замялась. Не говорить же, что где-то тут запрятан её жених. Примут за ненормальную.

– Знакомого ищу.

– Когда похоронили?

– Почему похоронили? Живой он. Где-то тут сегодня в могилке спрятан.

– Хм, – хмыкнул мужик. – Из свежих только одна, так там я похоронен.

– Ведьмак! – ахнула Василиса.

Она непроизвольно дёрнулась, собираясь выдать защитное заклинание, но вовремя остановилась. Всё-таки он только что спас её от неминуемой смерти. К тому же, и мать Тимохи неплохо отзывалась о покойнике.

Мужик, почувствовав её настроение, напрягся, но поняв, что Василиса успокоилась, тоже расслабился.

– Ну ведьмак, и что?

– Ничего, – ответила Василиса. – Зачем с упырями по деревне шастаешь, людей изводишь?

– С чего ты взяла?

– Деревенские рассказывали.

– Это пришлые. Их кладбище недавно размыло, трое и выползли. Встретили одного деревенского – покусали. Тот соседа, так и пошло. Я только собрался с ними разобраться, да вот беда, сам помер. Пока из могилки вылез, гляжу – на тебя напали. Но, ничего, теперь будут тихо лежать. А ты давай про своего дружка. Почему решила, что он здесь?

– Лисавки сказали.

– Эти балаболки? Да они что хошь насочиняют. Ты их слушай больше.

– Они видели.

– Если видели, то конечно, – согласился ведьмак и задумчиво оглядел кладбище. – Если только в старом склепе. Хотя как он мог туда попасть – непонятно. Пошли, покажу. – И он направился к выходу.

– Мы куда? – насторожилась Василиса.

Всё-таки колдунам, а тем более покойным, доверять опасно. Кто знает, что у них на уме.

– Не бойся, он за оградкой похоронен.

Они вышли за ворота, и остановились возле небольшого холмика, заросшего густым бурьяном. Ни памятного камня, ни оградки. Посторонний человек в жизни бы не догадался, что тут находится чья-то могилка. Ведьмак ногой пошурудил траву и показалась установленная на низеньком постаменте небольшая гранитная плита. Надпись поистёрлась и прочитать, что на ней написано, оказалось невозможно.

– А это точно она? – поинтересовалась Василиса. – Что-то маловата.

– Это вход. Сам склеп в земле и намного больше.

– А чего такая заброшенная?

Мужик неопределённо повёл плечами, было видно, что ему не хочется углубляться в эту тему. Он наклонился над плитой и попытался её сдвинуть, но безуспешно.

«Тоже, наверно, колдун лежит или чернокнижник. Впрочем, это не моё дело», – подумала Василиса и предложила. – Дайте я попробую.

Он пристально посмотрел на царевну, но тоже решил свои догадки оставить при себе и отошёл в сторону.

Она произнесла заклинание, плита даже не пошевелилась.

Василиса расстроилась. Неужели ничего не получится. На глазах у неё выступили слёзы.

– Попробуй ещё, – сказал ведьмак. – Успокойся и соберись.

Василиса закрыла глаза и расслабилась. Затем сконцентрировалась и представила большой раскалённый шар. «Давай!» раздался откуда-то издалека голос, и она со всей силы ударила заклинанием по плите. Раздался треск. Она открыла глаза.

Плита развалилась на несколько частей. Осколки медленно расползлись в стороны, и показалась ведущая вниз каменная лестница, а на верхней ступеньке сидел пропавший богатырь.

– Санька, милый! – бросилась к нему Василиса.

От радости, что нашла жениха, она не сразу обратила внимание на его странный вид. А он продолжал сидеть, уставившись перед собой пустым, ничего не выражающим взглядом.

– Вставай, – сказала она. – Пошли домой

– Я дома.

– Скоро свадьба.

– С кем?

– Как с кем? – опешила Василиса. – У нас с тобой.

– А ты кто?

От этого вопроса она растерялась ещё больше. Неужели Кащей заколдовал Саньку, и он ничего не помнит? Ничего, сейчас она отведёт его домой, а там, с помощью лесных волшебников вернёт память. Она схватила его за рукав, потянула к выходу и вдруг заметила, что у него на пальце нет кольца.

«Снял! – обожгло Василису. – Поэтому и дурака валяет, словно ничего не помнит».

Она ради него жизнью рискует, а он даже «спасибо» не скажет. Прав папаша, он просто сбежал.

– Да что ты будешь делать! – разозлилась она. – Ну и сиди! Не нужен ты мне!

В запальчивости она схватилась за своё кольцо, собираясь его снять и выкинуть, как вдруг сообразила, что оно холодное, почти ледяное. Царевна почувствовала неладное. Машинально произнесла защитное заклинание и обомлела – вместо живого человека перед ней сидел полупрозрачный призрак.

Василиса рассвирепела. Мало того, что Кащей похитил жениха, так ещё и издевается- морочит ей голову, а Саньку спрятал где-то в другом месте. В ярости она ударила сильнейшим заклинанием, намереваясь разнести всё вокруг вместе с этим негодным призраком.

От неминуемой смерти царевну спас ведьмак. Он схватил её за руку и потащил к выходу.

И вовремя. Едва они выбрались наружу, раздался жуткий грохот, и склеп взлетел на воздух. Ведьмак и Василиса рухнули на землю, прикрывая головы от обрушившихся на них камней и комьев земли. Несколько минут они лежали неподвижно, не в силах поверить, что остались живы, наконец мужик поднялся и, потирая спину, проворчал:

– Ну, ты даёшь.

– Я тут причём? – пробормотала, поднимаясь, Василиса.

– А это твоя работа. Ты поверила, что твой жених здесь. Вот своим воображением его и создала, а когда поняла, что его нет, обиделась. Правда, уж больше громко. Шла бы ты отсюда, а то всё кладбище разоришь.

– Да, конечно, – согласилась она.

– Вот и лады. А я пойду, могилки проверю, все ли закопались.

Ведьмак отправился на кладбище. Василиса подождала, пока он скроется из виду, закрыла глаза, вытянула руки и начала поворачиваться. Ощутив тепло, открыла глаза и направилась туда, куда вело колечко.

Санька очнулся и открыл глаза. Крепко зажмурился, слегка приоткрыл один глаз и тут же изумлённо вытаращился. Он лежал на куче грязной соломы в глубокой яме возле огромного серого шара. Высоко над головой виднелся кусочек неба. Воняло навозом. Санька поморщился. Пропитаешься – когда ещё выветрится, придётся стираться и мыться. Он прислонился спиной к шару, всё почище, чем стена ямы, и задумался. Интересно, как он сюда попал? Помнится, пришёл на встречу к Кащею. Потом… Потом стало темно, а дальше он ничего не помнил. И уж тем более даже приблизительно не мог сообразить, как очутился в этой вонючей дыре. Неужели Кащей сюда загнал? Но зачем? Впрочем, ответа на эти вопросы у него всё равно пока нет и незачем забивать себе голову. Сейчас нужно думать – как отсюда выбраться.

Он задрал голову. До верхнего края приблизительно метра три, три с половиной. Отвесные стенки и вскарабкаться по ним нет никакой возможности. Даже если забраться на шар и до края ямы будет ближе – всё равно не достать, да ещё попробуй удержись на покатой верхушке. На всякий случай он поковырял пальцем землю и вздохнул – твёрдая как камень, чтобы проделать в ней ступеньки нужна лопата. А где её возьмёшь? Хотя…

– Невидимки! Игнат, Наум! Ау! Вы где?! – крикнул он и прислушался.

Тишина. Значит и на невидимок рассчитывать нечего.

Богатырь рассвирепел. И почему неприятности вечно случаются в самый неподходящий момент? Вроде врагов больше нет, ни с кем не ссорился, жениться собрался, а вместо этого опять приходится выпутываться из очередной неприятности.

Со злости он стукнул кулаком по шару. Неожиданно раздался ответный стук. Санька отпрянул назад. Стук повторился. Получается – это яйцо, только шибко большое, и сидящий в нём птенец пытается выбраться наружу. А изнутри долбили не переставая. Вскоре по скорлупе пошли трещины, отлетел маленький кусок, и из отверстия высунулся клюв. На большее у птенца, похоже, не хватало сил. Кончик клюва исчезал и снова появлялся, крутился из стороны в сторону, пытаясь расширить отверстие. Санька огляделся, подобрал камень поувесистее и тоже принялся колотить по скорлупе. Наконец, после совместных усилий, они разбили яйцо, и птенец выбрался наружу.

– Ничего себе чучело, – хмыкнул Санька.

Перед ним стояло несуразное существо – ярко-зелёное, с маленькими перепончатыми, как у летучей мыши крыльями, длинным чешуйчатым хвостом и красным хохолком на голове.

«Чучело» уставилось на него неподвижным взглядом больших жёлтых глаз, и парнишка почувствовал, как цепенеет. Мысли путались, сердце учащённо забилось с трудом прогоняя кровь, ещё немного и он потеряет сознание. Птенец моргнул, и Санька облегчённо вдохнул – наваждение прошло.

«Интересно, что это было»? – подумал он.

Птенец пискнул.

– И чего ты хочешь? – развёл руками богатырь. – Извини, не понимаю.

Птенец обошёл яму, задрал голову, посмотрел вверх, затем подошёл к Саньке и жалобно поглядел ему в глаза.

«Хочу есть», – прозвучало в голове у парнишки.

– Ну вот, – растерялся Санька.

Он понятия не имел, чем кормят таких несуразных пташек. К тому же, где брать её, эту еду. И тут он вспомнил о захваченном из дома пирожке. Вытащил его из кармана и протянул птенцу.

– Тоже мучное, правда, с капустой.

Тот клюнул, мрачно посмотрел на Саньку, коротко осуждающе пискнул, словно ему подсунули нечто несъедобное, вздохнул и в один присест проглотил угощение.

– Молодец, – похвалил его Санька. – Подрастёшь, сам будешь еду искать.

Птенец согласно кивнул, пристроился к Санькиным ногам и закрыл глаза. Санька сделал шаг в сторону, птенец вскочил, с тревожным писком бросился следом, снова уселся рядышком и замолк.

– И что я с тобой буду делать? Воспитывать? Ещё скажи кормить.

Птенец тут же раскрыл глаза и с интересом уставился на богатыря.

– Больше нету, – замахал руками парнишка. – Я бы и сам не прочь перекусить. Я когда нервничаю, всегда есть хочу. И вообще, мне нужно отсюда выбраться. Василиса наверняка волнуется. Свадьба у нас. Вот прилетят твои родители, с ними и разбирайся.

Санька замер. Он вдруг представил, какого размера должны быть родители у этого «малыша». И если они сейчас появятся, то неизвестно, чем закончится встреча.

Богатырь заметался. Ни меча, ни копья, не отбиваться же голыми руками. Нужно срочно отсюда выбираться. Эх, было бы серебряное колечко. Он посмотрел на подаренное Берендеем кольцо и вздохнул. То, волшебное, исчезло, а с этим – каши не сваришь. А если позвать кота? Он же помог выбраться из темницы Двухголового Змея. Санька закрыл глаза и позвал:

– Баюн.

Ничего не произошло.

– Вот так всегда, – пожаловался он птенцу. – Как только этот котяра позарез нужен, днём с огнём не найдёшь. А грозился – позови, сразу приду. Пришёл.

Малыш, склонив голову набок, внимательно выслушал эту гневную тираду и понимающе кивнул.

– Вот видишь, – сказал богатырь. – И что теперь делать? Думаешь, попробовать ещё раз? – И нараспев произнёс. – Баю-ю-юн. Ко-тик

– Вот ты где, – раздался сердитый кошачий голос. – А сказали, тебя Кащей унёс. – В отверстии появился Баюн и брезгливо поморщился. – Куда тебя на этот раз занесло? В свинарник? Как тут воняет. Хорошо ещё, к тебе не прыгнул. Опять не выбраться?

– Ага.

Неожиданно у кота округлились глаза, словно увидел что-то ужасное, и он исчез.

– Ты куда?! – завопил Санька.

Наверху раздался тихий шорох, однако кот, вместо того чтобы снова появиться, задал совершенно идиотский вопрос:

– А ты точно богатырь, а не колдун?

– Ты чего, с ума сошёл? – рассердился Санька. – Своих не узнаёшь?

– А как мы с тобой познакомились?

– Ночью, на дереве.

– Хм, – раздалось сверху. – Вроде ты. А почему тебя куролиск не трогает?

– Кто?

– Ты что, про это милое создание никогда не слышал?

– Нет.

– А про василиска?

– Читал.

– Одного поля ягоды. Только василиски водятся в Тридевятом царстве, а куролиск местный. Да ещё наша тварь послабее будет. К счастью. Но всё равно, от его взгляда любое живое существо в камень превращается.

Санька настороженно посмотрел на жуткого монстра, но тот лежал спокойно, словно его эти глупые наветы не касались, и не делал никаких попыток превратить богатыря в симпатичную статую.

– Слушай, может хватит, – рассердился Санька. – Птичка, как птичка. Немного несуразная, но у вас тут всяких чудиков можно встретить. И вообще, он только что вылупился из яйца.

– При тебе вылупился?

– Да.

– Тогда понятно.

– Что понятно? Ты можешь нормально сказать, что происходит?

– Тебя куролиск не тронет.

– Почему?

– Первый, кого птенец увидит, тот и родитель. Так что теперь ты у него, можно сказать, самый близкий родственник. Мама.

– Издеваешься?

– Ничуть. Закон природы.

– Тогда уж папа, – вздохнул Санька.

– Мапа, – прозвучал у него в голове скрипучий голос.

– Чего? – уставился на птенца Санька.

– Ты – мапа. И мама, и папа.

– Пусть будет мапа, – согласился богатырь. – А ты… – ты будешь Василий. Вася.

Птенец согласно чирикнул.

Санька задрал голову и завопил:

– Баюн, всё нормально, это Василий!

– Ну, коли так, то объясни ему, что я твой друг.

– Вася, это друг.

Птенец с сомнением посмотрел на родителя, немного подумал и кивнул.

– Он согласился! – крикнул Санька.

– Ну ты даёшь, – проворчал кот, заглядывая в яму. – Я, конечно, понимаю – ты у нас везунчик, но что бы до такой степени. Хотя, и выгода есть. Говорят, он таскает родителям серебро и золото, а главное, будет защищать тебя от врагов.

– О золоте потом. Как мне отсюда выбраться?

– Вопрос сложный. Ты в яме – в любую сторону земля. Наверх вытащить не могу, не за хвост же цепляться. Но ничего, тут Василиса неподалёку. Тебя ищет. Так что подожди немного. – И кот исчез.

– Ну вот, сейчас придёт моя Василиса, – мечтательно произнёс Санька и посмотрел на Васю. – Ты знаешь, какая она у меня замечательная. Всё может, даже колдовать. Она нас в два счёта вытащит.

Куролиск согласно кивнул и в голове у парнишки зазвучал Васин голос.

– Мапа, а почему у тебя нет крыльев?

– Так… это… – растерялся Санька. – Вообще-то они были. Но я болел, и они усохли.

– А хвост?

– Отвалился. Тоже после болезни.

– А я не заболею? – забеспокоился Вася.

– Ты нет. Это очень редкая болезнь. Из далёкого Тридевятого царства.

– Это хорошо, – успокоился куролиск. – А почему мы тут?

– Почему, почему, откуда я знаю, – рассердился Санька. – Что за ребёнок за пять минут сто вопросов. Мы такими в детстве не были. Вот выберемся наверх, тогда узнаем

Вася поглядел наверх и снова уставился на «папашу».

– А покушать?

– Вылезем – тогда и поешь, – решительно заявил Санька. – А пока лучше поспи.

Куролиск вздохнул, привалился к Санькиной ноге и закрыл глаза, превратившись в разноцветный комок.

Неизвестно, сколько прошло времени – наконец раздались голоса, шуршание, и сверху посыпались мелкие камешки и земля.

– Ура, Василиса! – завопил Санька.

Он вскочил на ноги и задрал голову вверх. Куролиск недовольно пискнул, но глаза не открыл, продолжая мирно дремать. А наверху появилась голова кота, а рядом сумрачная физиономия со спутанными волосами.

– Кикимора? – удивился Санька. – А где Василиса?

– Не знаю, – буркнул кот. – На месте не оказалась, ушла куда-то.

Кикимора скорчила рожу и исчезла.

«Сейчас какую-нибудь лестницу или верёвку скинет, – решил Санька. – Ладно, вылезу и сам найду Василису».

Прошло несколько томительных минут и возле края ямы появилась Кикимора, но вместо помощи размахнулась и запустила в Саньку шишкой, угодив точно в лоб. Санька сжался, а болотная нечисть замахнулась второй шишкой.

– Ты чего делаешь? – завопил Баюн, оттаскивая Кикимору от ямы.

– А ты куда меня привёл? – кипятилась она. – Там же Хряк.

– Кто? – опешил кот.

– Советник Берендея.

– Да это Санька, богатырь.

– Ты мне голову не морочь, – накинулась на кота Кикимора. – Он мне сам сказал.

– Сама посуди, Хряку сколько лет? А этот молодой.

– Н-да? – недоверчиво переспросила она и заглянула в яму. – А может он морок навёл?

– Да чтоб у меня лапы отсохли и хвост отвалился, – патетически воскликнул Баюн.

– Я бы его всё-таки тут оставила. Ну да ладно, сам потом будешь расхлёбывать.

Кикимора снова исчезла, затем появилась и опустила вниз длинный тонкий ствол сухой берёзы. Правда, до края ямы он немного не доставал, да и казался слишком хлипким, но других вариантов не предвиделось, и Санька толкнул птенца.

– Выходим.

Вася вскочил, распушил перья и встряхнулся. Наверху раздался истошный вопль, топот и наступила тишина.

– Чего там у вас?! – крикнул Санька.

– Куролиска увидела, – произнёс появившийся кот. – С тобой столько сложностей.

– Подумаешь, с ней не меньше было, – проворчал Санька.

Он посадил Васю на плечо и полез наверх. Карабкаться по тонкой, сучковатой деревяшке – удовольствие малоприятное. Вскоре он ободрал ладони, дыхание срывалось, к тому же Вася тоже весил немало и сильно давил на шею. В конце концов Санька добрался до конца жердины и застопорился. До края ямы оставалось чуть больше метра, однако земля осыпалась под руками и зацепиться было не за что. Санька попытался встать ногами на торец палки, но не удержался и повалился вниз. С размаху шмякнулся о землю, хорошо ещё не разбился, да и Вася догадался соскочить в шеи и с истошным писком, трепыхая крыльями, приземлился рядом.

– Ты как?! – с тревогой воскликнул Баюн. – Живой?

– Кости целые, – ответил Санька, поднимаясь и потирая ушибленный бок. – И что теперь делать?

– Не знаю.

– Да, – вздохнул Санька и посмотрел на своё кольцо. – Есть у меня колечко, да не то.

– Стоп, – насторожился Баюн. – Это что?

– Берендей подарил. На свадьбу. Мне и Василисе. Фамильные.

– Так чего ты сидишь? Они связаны между собой. Думай о царевне.

Санька скептически посмотрел на кота, но попытка не пытка. Он нахмурил лоб, уставился на своё кольцо и представил Василису. Неожиданно колечко потеплело.

– Кажись работает, – неуверенно произнёс он.

– Значит скоро будет тут, – обрадовался кот и с облегчением буркнул себе в усы. – Теперь хоть по лесу бегать не придётся.

А Василиса стояла на полянке возле дерева и с беспокойством наблюдала, как из леса выползал белый дымок и, закручиваясь вокруг неё змеёй, постепенно превращался в туман. Сначала скрылись кусты, затем деревья, и вскоре серая мгла окружила плотной стеной. Царевна попыталась выбраться наружу, но почувствовала, что туман начал быстро сгущаться и чем дальше, тем труднее становилось идти.

– Очень странно, – насторожилась она. – Ясный день, поляна ровная, туман обычно в низине.

Она вытянула перед собой руки и закрыла глаза. Кончики пальцев начало покалывать, из тумана потянуло магией. Кто-то пытался на неё воздействовать. Она медленно повернулась вокруг своей оси – воздействие шло со всех сторон. Она открыла глаза и бросила короткое проникающее заклинание. В тумане на мгновение проступили тени и тут же снова скрылись.

– Опять Кащей, – чертыхнулась Василиса.

Воспитанным царевнам ругаться не к лицу, однако эти игры в прятки ей уже порядком поднадоели. Тоже – мужик называется. Нет, чтобы выйти лицом к лицу, а не прятаться по кустам. Впрочем, навряд ли это сам Кащей. Он прятаться не станет. Значит – кто-то из его подручных. Тогда ещё можно пободаться. Она вспомнила заклинание, которому её научила Баба Яга, чтобы разжигать огонь в печи, сосредоточилась, представила маленький огненный шар и швырнула в туман. Однако, вместо того чтобы хотя бы немного раздаться, серая пелена дёрнулась вперёд. Расстояние сократилось, словно туман получил порцию еды. Она создала и швырнула новый шар, и снова туман приблизился и стал ещё плотнее.

Василиса растерялась, колдовством туман не взять, что же делать?

А из тумана начали выступать бесформенные тени и потянулись к девушке. По мере приближения они уплотнялись и постепенно превратились в длинные щупальца.

Василиса медленно отступала и наконец упёрлась спиной в дерево. А щупальца становились всё ближе, а два приблизились почти в плотную. Василиса рассвирепела от такого нахальства, вытянула руки и крутанула пальцами. Оба щупальца переплелись в тоненькую косичку.

– Ага, не нравится, – зловеще произнесла Василиса. – Ну, погодите.

Она взмахнула руками и крутанулась вокруг своей оси. Вокруг дерева закружился вихрь, а Василиса обернулась белочкой и запрыгнула на самую макушку. Щупальца потянулись было за ней, но вихрь оказался сильнее. Щупальца начали переплетаться, образуя узлы и петли. Белочка, наклонив голову набок, с интересом наблюдала за происходящим. Постепенно туман полностью перешёл в щупальца и затянулся вокруг дерева. Белочка спрыгнула на землю, оборотилась в Василису и обошла вокруг дерева, разглядывая получившуюся симпатичную вязаную салфетку. Неожиданно кольцо сжало палец. Царевна вытянула руку и сразу же почувствовав сильное тепло.

«Он уже где-то здесь, рядом», – обрадовалась Василиса и побежала, куда указывало колечко.

Санька стоял, задрав голову вверх, и нервно переминался с ноги на ногу. Ему не терпелось поскорее выбраться на поверхность, к тому же от этого жуткого запаха начали слезиться глаза. Прошла минута, другая. Наконец богатырь не выдержал.

– Слышь, Баюн! – закричал он.

– Что опять? – недовольно спросил кот, заглядывая в яму.

– А если она не придёт? Или придёт слишком поздно. Может ты до Горыныча добежишь? Или Лешего, на подмогу. Ты же можешь.

– Могу, – согласился Баюн. – Только я боюсь, из этого ничего не получится. Василиса сказала, что она должна сама тебя найти, без помощников. Значит, так ей нагадали и ничего изменить нельзя. Сиди и жди. – И он снова скрылся

– Сижу, – уныло согласился Санька.

Он привалился спиной к стенке ямы, но тут же подскочил от радостного вопля кота:

– Пришла!

Над ямой появились довольная кошачья морда и встревоженное лицо Василисы.

– Живой! – едва не разревелась она от счастья.

– Живой, – расплылся в улыбке Санька.

Заслышав шум, куролиск проснулся и закрутил головой. Баюн тут же оттащил Василису от края ямы.

– Ты чего? – изумилась она.

– Погоди, там куролиск, надо его предупредить.

– Так он… Суженого моего… – ахнула она и вскинула руки. – Сейчас я его…

– Не надо, – остановил её Баюн. – Он твоего жениха считает родителем, а вот с тобой должен познакомиться.

Кот подошёл к краю ямы и прокричал:

– Скажи своему ребёночку, что наверху твои друзья.

Санька от радости, что нашлась Василиса, даже не отреагировал на насмешку кота. Он повернулся к куролиску и произнёс:

– Так наверху, кроме кота, ещё и моя Василиса.

Вася склонил голову набок и вопросительно уставился на своего «мапу».

– Они мои друзья, – строго повторил Санька. – Ясно?

Куролиск кивнул.

– Всё в порядке! – крикнул Санька. – Давайте, вытаскивайте.

– Нужна верёвка, – сказал кот. – Правда они тяжёлые, справимся ли?

– Не надо, – остановила его Василиса.

Она сжала пальцы в кулак, а когда раскрыла, на ладони лежал маленький ярко-красный уголёк. Она подошла к краю ямы и бросила уголёк вниз. Он тут же разгорелся и превратился в небольшой костёр. Вверх потянулась тонкая струйка дыма. Куролиск отпрянул в сторону и беспокойно запищал.

– С ума сошли! – завопил Санька. – Мы тут угорим или зажаримся.

– Ничего с вами не случится, – ответила Василиса. – Поднимайтесь по дыму.

– Я вам что, воздушный шарик?

– Делай, что говорят! – прикрикнул Баюн.

Санька осторожно подставил руку под дым и в то же мгновение его потянуло ввысь. В последний момент он успел подхватить куролиска и вместе с ним взлетел наверх. Вылетев из ямы, они продолжали подниматься всё выше, и наверняка бы улетели под облака. Василиса хлопнула в ладоши, дым рассеялся, и оба нечаянных воздухоплавателя повалились на траву. Царевна бросилась к жениху. Тот вскочил, схватил её в свои объятия и закружил.

Василиса затаила дыхание, но не удержалась и поморщилась.

– Помыться бы, – виновато потупился богатырь.

– Ничего, – прошептала она. – Главное, мы вместе.

– Не стал бы обобщать, – встрял кот. – На мой взгляд, шибко бьёт в нос.

Василиса улыбнулась, отстранилась от жениха и тряхнула ладошками. Огромный водопад обрушился на богатыря, накрыв с головой, а когда вода сошла, он стоял с умытой физиономией и в чистой одежде.

– Ух ты, как у Невидимок!

– У них научилась, – ответила Василиса и повернулась к коту. – Как теперь?

– Ну… – Баюн слегка поморщился. – Немного э… как бы это поприличнее выразиться – благоухает, но терпимо.

– А теперь домой, – скомандовала царевна. – Отец небось весь извёлся.

Санька замялся. Честно говоря, Василиса права, на носу свадьба. Но Кащей… А что Кащей? Скорее всего у него было плохое настроение. Даже у могущественного мага случаются маленькие неприятности. Так что нечего морочить себе голову. И всё-таки…

– Ты чего? – забеспокоилась Василиса.

– Я хочу разобраться, почему меня сюда засунули.

– Даже не думай.

– Но почему?

– Потому что он злодей. И ведь как хитро придумал, спрятал в гнезде куролиска. Монстр тебя убьёт – Кащей не причём. Несчастный случай, кто знает, как ты туда попал?

– А вам не кажется странным, что его не запихали к взрослому монстру? – задумчиво спросил Баюн. – Малыш, вылупившись, подумал, что Санька его родитель. Он его мапой называет.

– Как, как? – хихикнула Василиса.

Санька метнул на кота сердитый взгляд и исподтишка показал вредному животному кулак.

– Родителем, – с невинным видом уточнил кот. – А мы теперь, вроде как его друзья.

Монстр, увидев обращённые на него взгляды, поднялся, с важным видом обошёл вокруг царевны и кота, словно проверяя, можно ли доверять таким друзьям. Затем согласно пискнул и устроился у Саньки в ногах.

– Ничего не знаю, – отрезала Василиса. – Куролиск мог и раньше вылупиться, и нечего Кащея выгораживать.

– А я что? Я ничего, – развёл лапы кот. – Только высказал своё мнение.

– Ясно, сговорились, – упёрла руки в боки Василиса. – Но учтите, я пойду с вами.

Санька пожал плечами. Говорить, что это опасное мероприятие, бесполезно. Царевны, они такие – что в голову втемяшится, ни за что не переубедишь.

– И ещё, – добавила она. – Чтобы опять не угодил в какую-нибудь очередную ловушку, во всём слушаться меня.

Санька поскучнел. Ну вот, ещё не жена, а уже командует. А что дальше будет? Негоже храброму богатырю за женскую юбку прятаться. Впрочем, возможно она и права. С магией и прочим колдовством у него явно не сложилось и, честно говоря, он был рад, что Василиса с ним.

Отобедав, Барбелиха решила проверить, жив ли ещё Санька. Куролиск наверняка уже вылупился и от глупого богатыря остались одни косточки.

Она смахнула посуду на пол, достала хрустальный шар и произнесла заклинание. Шар осветился и к своему ужасу она увидела богатыря, целым и невредимым, да ещё в окружении Василисы, Кота Баюна и этого негодного бестолкового монстра, который непонятно по какой причине никого не сожрал.

– Всё-таки она его нашла! – взвыла ведьма.

Она в ярости замахнулась на шар, но сообразив, что без него невозможно следить за своими врагами, и изо всей силы пнула стул.

Немного успокоившись, снова склонилась над шаром, но услышав, о чём договариваются её враги, от злости скрипнула зубами. Вместо того, чтобы порадоваться своему счастью и отправиться домой, они вздумали искать Кащея. И это уже серьёзно. Теперь, когда соединились Санькина удача с магической силой Василисы, с ними трудно справиться. Мало того, бездарный бумагомаратель знает прямую дорогу к Кащееву замку. Если они встретятся с Бессмертным, сразу выяснится, что он к похищению не причастен. А там, глядишь, и на неё выйдут. Что же делать?

– А если… – начала она и в испуге зажала рукой рот.

Ей в голову пришла безумная мысль – попытаться убрать самого Кащея. Хотя, почему безумная? Один раз с ним уже справилась богатырка Марья Моревна.

Барбелиха криво усмехнулась. Она подошла к полке, выбрала несколько склянок с настойками, две коробки с травами и начала смешивать зелье.

– Ну так что, пошли? – спросил Санька.

– А с ним что будем делать? – шепнула Василиса, кивнув в сторону куролиска.

– Не знаю. Хотя по вашему он и монстр, но маленький. Малыш ещё. Пропадёт без нас, его ж кормить надо.

– Не переживай, он сам прокормится, – усмехнулся кот.

В это время мимо них пробегала ящерица. Куролиск широко раскрыл глаза. Ящерица замерла. Монстр прыгнул, проглотил добычу и, вернувшись обратно к Саньке, пристроился возле его ног.

– Видел? – заважничал кот.

– Это он что? – опешил богатырь. – Парализовал её?

– Взглядом, – подтвердил Баюн.

Санька вспомнил, как едва сам не окаменел при первой встрече с Васей и поёжился.

– Он так и будет на всех бросаться?

– Нет, только когда голоден или на кого-нибудь разозлится. – Баюн почесал бочину и ехидно добавил. – Но пока его папаша рядом, нам ничего не грозит.

– Может хватит? – обиделся Санька.

Он хотел подозвать куролиска, но тот сорвался с места и исчез за деревьями.

– Проголодался бедняжка, – пояснил кот. – Молодой, растущий организм, требуется хорошо питаться.

– Мы не можем его постоянно ждать, – растерялся Санька.

– Давайте подыщем ему тихое местечко и оставим, – предложила Василиса.

Кот скептически покачал головой.

– Насколько я знаю, они предпочитают жить в расщелинах скал или в пещерах, могут в пустынных и заброшенных местах. Поблизости есть подходящая пустыня?

– Нет.

– То-то.

– И всё-таки надо что-то делать, – упорствовала царевна. – Скоро подрастёт, станет взрослым и перестанет слушаться. А если ему какой-нибудь встречный прохожий не понравится? Что тогда? Да как только местные про него прознают, сразу убьют, да и нам не поздоровится.

– Да, птенцом он посимпатичнее, – заметил кот.

– Маленькие все милые, – согласилась Василиса. – А вырастут…

– И куда тогда его девать? – возмутился Санька. – Возле человеческого жилья нельзя, пустыни нет.

– На Заколдованном болоте, – просиял Баюн. – Туда никто не ходит, да и он оттуда не выберется.

– Ага, хороша пустыня, сплошной мох, – фыркнул Санька. – И скалы на каждом шагу.

– Зато никого нет, – возразила Василиса.

– Погодите, погодите, – забеспокоился Санька, – а как мы туда попадём? Через Заколдованный лес? А мы не заблудимся? Пока выберемся – время потеряем.

Честно говоря, Санька попросту боялся снова встретиться с Кикиморой. Нет, конечно, с Василисой и Баюном ничего не страшно, но… совершенно не обязательно лишний раз испытывать судьбу.

– Лес как лес, – с недоумением ответил Баюн, – главное, с тропинки не сворачивать и будет тебе удача. Впрочем, мы пойдём другой дорогой.

Поняв, что встреча с зловредной Кикиморой отменяется, Санька сразу успокоился.

– Тогда другое дело.

– Вот и ладненько, – заключил Баюн. – Осталось договориться с Кики.

– С кем? – вздрогнул Санька. – Она же в лесу живёт.

– На болоте она живёт. А в соседний бор выбирается, чтобы с путниками поболтать.

– И как вы думаете её уговорить? Она же его на дух не переносит. Как увидела, сразу убежала.

– Волнуешься за сыночка? – съязвил кот.

– Мы же ему жильё ищем, а не тюрьму, – буркнул богатырь, – а с такой врединой рядом долго не протянешь.

– Не преувеличивай, – возразила Василиса. – Конечно, характер у неё не сахар, но представь себя на её месте. Холодное и мокрое болото, лягушки, пиявки. Я бы на тебя посмотрела.

– На самом деле она чуткая и ласковая, – подхватил Баюн. – Правда немного взбалмошная, никогда не знает, чего хочет. Зато только попроси – на помощь придёт, выслушает, укутает, под кустом спать уложит, даже колыбельную споёт.

– Вы мне сказки не рассказывайте! – взвился Санька. – Видел я, как она уложит. И от колыбельной заснёшь да вряд ли проснёшься.

– Сам виноват, незачем было советником Берендея представляться.

– Сознаюсь, сглупил. Но Вася тут причём? А как она его тоже заколдует?

– Куролиск не поддаётся магии.

– Постойте, постойте, – заволновалась Василиса. – Вася Васей, а если ему Кикимора не понравится?

– Всё предусмотрено, – выставил лапы Баюн. – Санька объяснит своему сынку, что Кикимора – наш лучший друг.

Идея избавиться от куролиска, оставив его на болоте, коту понравилась и он не собирался от неё отказываться.

– С такими друзьями и врагов не надо, – продолжал бухтеть Санька. – К тому же придётся сделать крюк

– Ничего, успеем, – сказала Василиса.

Она всё ещё надеялась увильнуть от встречи с Кащеем. Если не торопиться, то может он куда-нибудь уйдёт. Мало ли у злодея забот.

– Ну, не знаю, – не сдавался Санька.

Кот насупился, уселся на задние лапы и упёр передние в боки.

– Ты хочешь пристроить сыночка или нет?

– Хочу.

– Тогда пошли на болото.

– А ты дорогу знаешь?

– Знамо дело.

Кот повёл носом и направился прямиком в чащу. Санька с Василисой двинулись за ним. Куролиск тут же запутался в высокой траве и, не долго думая, взлетел Саньке на плечи. Устроившись этаким воротником, он мирно задремал и даже изредка пощёлкивал во сне клювом. Неожиданно он проснулся, соскочил с Санькиной шеи и исчез в кустарнике.

– Вот обжора, – проворчал Санька.

– Весь в папочку, – снова не удержался кот.

– Очень смешно, – буркнул Санька. – Между прочим, я с утра ничего не ел. – И он нетерпеливо посмотрел на кусты, где исчез Вася. – И где он? Пора идти.

Неожиданно неподалёку раздалось завывание.

– Волки, – дёрнулся Санька.

– Ветер, – ответила Василиса.

Прошло немного времени, снова раздалось завывание.

– Ветер, – машинально заметил Санька.

Василиса насторожилась.

– Вол… – начала она и не успела договорить.

Сквозь кусты мелькнули серые тени, на поляну выскочила волчья стая и с ходу бросилась на царевну. Всё произошло настолько быстро, что Санька даже не дёрнулся, а так и стоял, разинув от неожиданности рот.

Василиса успела среагировать и ударила заклинанием. Получив невидимый, но сильный удар, волки осели на задние лапы и остановились. Наступила небольшая передышка. Однако волки отступать не собирались. Высунув языки и тяжело дыша, они стояли и злобно смотрели на людей. Ярко-красные глаза налились злобой, шерсть на загривках топорщилась, уши прижаты.

Василиса встревожилась. На них опять напали оборотни, которые недавно гонялись за ней. Правда, теперь они заметно исхудали. Время, пока они рыскали по лесу пошло им на пользу.

Санька наконец пришёл в себя и удивлённо уставился на волков.

– Чего это с ними? Взбесились?

– Это волкодлаки.

– Кто?

– Оборотни.

– Подумаешь, – пренебрежительно фыркнул Санька. – На нас с Липуней таких пятеро напали и ничего, справились.

– С этими не справишься. Уходи, я их задержу, а потом тебя догоню.

– Вот ещё, – надулся Санька. – Не дамское это дело, волков гонять.

Он огляделся, поднял с земли длинную палку и помахал ею в воздухе.

– Пойдёт заместо дубинки! – воскликнул он, перекинул палку с руки на руку и поманил ближайшего оборотня. – Налетай по одному.

– Не время шутки шутить, – сердито бросила Василиса, глядя на это хвастовство.

Баюн был того же мнения. Он попятился и исчез в кустах.

А Санька рвался в бой. Он ринулся к ближайшему волкодлаку и ткнул его концом жердины в бок. Тот взвизгнул и отскочил назад.

– Йес! – торжествующе дёрнул согнутой в локте рукой Санька и подмигнул Василисе. – Ну, как я его.

Василиса осуждающе покачала головой и глубоко вздохнула, собираясь с силами.

Она понимала – тянуть нельзя. С оборотнями необходимо разобраться как можно быстрее. У монстров сила велика, велика и выносливость, а вот её силы не безмерны, а если она даст слабину, то конец. Она внимательно следила за ними, стараясь угадать, кто нападёт первым, готовая в любое мгновение выдать защитное заклинание.

Оборотни тоже не спешили. На этот раз они не собирались упускать добычу и, выжидая удобно момента, начали медленно ходить вокруг людей.

Саньке эти танцы быстро надоели: ободрённый первой стычкой, он так раскрутил жердину, что она стала похожа на огромный пропеллер. От такого нелепого зрелища волки озадачились. Какой-то обыкновенный человечек, с простой деревяшкой, решил с ними тягаться. Или тоже волшебник, или у него магический жезл, или просто ненормальный.

Зато он, увидев, что противник нерешительно топчется на месте, сам ринулся в атаку.

– Стой! – закричала Василиса.

Всё-таки она ещё не настолько сильна в магии, чтобы защищать богатыря на расстоянии.

Но он её не слышал и с размаху перетянул ближайшего волкодлака жердиной по спине. От сильного удара палка переломилась пополам, и рассвирепевший оборотень ринулся на богатыря. Санька, не раздумывая, швырнул в него оставшуюся в руке половинку, в красивом акробатическом прыжке перепрыгнул через волка и… едва не угодил в пасть второму оборотню. Спасла отменная реакция и отработанные до автоматизма тренировки по карате. Слёту приложив ногой по волчьей морде, он выиграл несколько секунд, и пока оборотень приходил в себя, перекатился в сторону и вскочил на ноги. Однако на этот раз удача ему изменила.

– Берегись! – испуганно вскрикнула царевна.

Санька едва успел обернуться – первый оборотень в прыжке навалился на него и сбил с ног. Пытаясь его спасти, Василиса на одном дыхании выдала короткое заклинание, но второпях промахнулась.

Отвлекаясь на спасение жениха, она на мгновение выпустила из виду остальных оборотней и сразу три волкодлака одновременно прыгнули на неё. Теперь уже Василисе пришлось не сладко. Она успела создать слабенькую молнию и ударить в лоб одному волку. Тот осел на задние лапы и обескураженно затряс головой. А вот на двух других времени не оставалось, и она бросилась ничком на землю. Волки, щёлкнув зубами, пролетели у неё над головой, но, приземлившись, тут же развернулись и снова бросились в атаку. К счастью, Василиса успела вскочить и удерживала их на расстоянии короткими магическими ударами. Но ничем не могла помочь Саньке.

А ему грозила смертельная опасность. Оборотень, разинув пасть, тянулся к его горлу, ещё немного и загрызёт.

– Вася! – завопил Санька.

Раздался треск ломаемых веток и из кустов вывалился куролиск.

Птенец заметно повзрослел, отъелся, стал раза в три здоровее, размером с крупного индюка. Зелёный пух сошёл и сменился серой щетиной, гребень подрос и завалился набок. Длинный чешуйчатый хвост хлестал из стороны в сторону.

Увидев, что творится на полянке, он восторженно пискнул и широко раскрыл глаза. Оборотни, заслышав посторонний шум машинально оглянулись и оцепенели.

Санька оттолкнул застывшего волка, поднялся и огляделся. На полянке в самых разнообразных позах стояли «экспонаты» музея восковых фигур, раздел: – «Монстры древней Руси».

– Красота, – восхитился богатырь и потрепал куролиска по хохолку. – Ты у меня молодец.

Куролиск согласно кивнул и подошёл к ближайшему волку.

– Погоди! – окликнула его Василиса и повернулась к Саньке. – Он же их сейчас съест.

– И что? Это его добыча.

– Во-первых – это не эстетично…

– А мы уйдём, пока он тут… – нашёлся Санька.

– Жалко, – возразила Василиса. – Они не по своей воле стали оборотнями.

– И что ты предлагаешь? Оживить? Они же не отстанут, пока нас не разорвут, – недовольно буркнул он.

– А мы их снова в людей превратим.

– Ты уверена? – с сомнением посмотрел на застывших монстров богатырь. – Сколько я помню, они только мёртвыми в людей превращались.

– Есть один способ. Для этого нужно на них накинуть человеческую одежду.

– Как ты себе это представляешь? – проворчал Санька. – Их тут… – он демонстративно пересчитал волков. – Целых пять штук. Где я столько одежды наберу. Что мне, до трусов раздеться?

– И вовсе не обязательно, – фыркнула царевна. – Хватит и одной твоей рубахи.

– Мы их освободим, а они нам зубами в горло, – попытался увильнуть Санька. Чудом избежав смерти, он категорически не желал больше рисковать и затею оживить оборотней считал большой глупостью. – Навряд ли они захотят ждать, пока я на них пиджачок пристрою.

– Будем по одному.

– А может как-нибудь потом? Вдруг не получится, а время идёт, нам Кащея искать надо.

– Мы быстро.

Санька недовольно поскрёб затылок. Вот ведь упрямая. И спорить бесполезно. Он стащил с себя рубаху и встал позади ближайшего волка.

Василиса повернулась к куролиску и приказала:

– Освободи.

Монстр возмущённо пискнул и, задрав голову, уставился на проплывающее по небу облако.

– Вася! – прикрикнул Санька.

Куролиск осуждающе взглянул на «папашу» и нехотя прокукарекал. Волк вздрогнул, затравлено замотал головой, и Санька не мешкая накинул на него рубаху. Оборотень превратился в человека, очумело посмотрел на Василису и без сил опустился на землю. Санька содрал у него с плеч рубаху и подошёл к следующему оборотню.

Вскоре все пятеро превратились в людей и испуганно жались друг к другу. Один потирал спину, у другого на лбу вздулась здоровенная шишка, третий с отрешённым видом держался за ушибленный бок, а у двоих, сквозь подпаленную одежду виднелось голое тело. Наконец, они пришли в себя и бухнулись на колени.

– Спасительница ты наша, низкий тебе поклон. Проси чё хошь.

– Ничего не надо. Только скажите, вы видели, кто вас превратил?

– Не знаем мы, – замялся Архип. – Вроде в кустах стоял какой-то старичок.

– Худой, высокий.

– Нет, низенький.

– Не то, – поморщилась Василиса. – Ладно, идите.

Мужики поднялись, поклонились ещё раз и, пятясь задом, скрылись в кустах.

Василиса задумалась. Получается, это не Кащей, а кто-то другой наводил на них оборотней. Она почувствовала, что у неё начинает болеть голова. Такого просто не могло быть. После разгрома Серого Ордена, больше никто не рисковал напасть на царскую дочь, а уж тем более встать на пути богатыря Саньки. В любом случае, Кащей это или кто-то ещё, необходимо усилить защиту. Теперь их двое, а с котом даже трое, и старая защита уже не может их целиком закрыть.

– Ау, хватит мечтать. – К ней подошёл Санька, надевая на ходу рубаху. – Пошли.

– Погоди.

Она вытянула руки, развела ладони и провела вокруг себя круг, затем подняла руки над головой и провела круг сверху вниз, приговаривая:

Ветры вольные,

Дубравы зелёные,

Туманы серые,

Снега белые,

Солнце и Месяц ясный

Укройте нас.

Василиса повторила заклинание несколько раз, пока не почувствовала, что воздух вокруг неё сгустился.

– Защитное заклинание? – полюбопытствовал Санька.

– Оно самое, – ответила царевна и опустила руки.

– Давно бы так, – раздался ворчливый голос и из кустов высунулся Баюн.

Он внимательно окинул взглядом поле боя и, не обнаружив ничего подозрительного, вылез целиком.

– И куда это ты пропал? – ехидно спросил Санька.

– За твоей котомкой ходил, – важно ответил Баюн и протянул суму, из которой торчала самоварная труба. – Та самая, от Яги. Может пригодится. Оборотни, хотя и люди, но тоже заколдованные.

Санька посмотрел на эту хитрющую морду и недоверчиво помотал головой. Откуда он знал, где она лежит и почему раньше не принёс? Хотя, может, действительно не врёт. Зато теперь у них появилось грозное оружие в дополнение к магическим способностям Василисы.

А кот ещё раз огляделся по сторонам и довольно заметил:

– Я гляжу, вы уже и сами справились.

– Вася вовремя подоспел.

– Вот видите, а вы – монстр, чудовище, – поучительно произнёс Баюн. – А по-моему, вполне милая и симпатичная животинка. И полезная, следует отметить. Она у нас вместо сторожевой собаки. Зря ты его Васей назвал, надо было Шариком или Тузиком. А ещё лучше – Полканом.

На этот раз Санька наглую кошачью выходку пропустил мимо ушей. Его больше волновало поведение «ребёночка». Вася начал показывать свой норов и от него, действительно, лучше избавиться.

Они огляделись. Куролиск снова исчез.

– Опять проголодался, – заметил Санька.

– Так вы ж его без обеда оставили, – заметил кот. – Как придёт – сразу на болото.

– Погодите, – остановила их Василиса. – Давайте я сначала на всякий случай для Кикиморы найду оберег-траву. Говорят, Куролиски боятся ласку, пожевавшую листья руты. Ласки под рукой нет, а вот руту я недавно поблизости видела.

Она отошла в сторону и, внимательно разглядывая траву, постепенно углубилась в лес.

Санька задумчиво посмотрел ей вслед. Он знал, что она умеет колдовать, но после сражения с оборотнями понял, что она обладает большой магической силой. А от волшебницы до ведьмы один шаг. Всё зависит от настроения, а у женщин оно запросто может поменяться несколько раз за пять минут. Одно дело, когда ведьма – посторонняя женщина, и совсем другое – когда твоя жена. До сих пор они думали практически одинаково, слушали друг друга, а если и поспорили, то сразу мирились. А если сильно поругаются? В запальчивости превратит его в лягушку или ещё хуже – в змеюку.

– А чем тебе ведьмы не угодили? – проворчал Баюн.

– Опять мои мысли читаешь? – подскочил Санька.

– Да они у тебя на роже написаны, – хмыкнул кот. – Тут, видишь ли, вопрос терминологии. В смысле названия. Это ведь только теперь всё с ног на голову перевернуто и ведьмой называют злую колдунью, а раньше, по-нашему, это Ведающая Мать. Знающая и мудрая женщина. Ведьмой или ведуньей называли и бабку-повитуху, и гадалку, и просто женщину, знающую старинные обряды, заклинания и заговоры. Если у человека возникало подозрение, что его сглазили, то опять же – к ней.

– Как Баба Яга?

– Вот именно.

Санька раскрыл рот, пытаясь возразить, но ничего не придумал и легкомысленно махнул рукой.

– Ладно, убедил.

Действительно, чего волноваться. Они с Василисой любят друг друга, зачем им ссориться. А жена-волшебница даже и к лучшему, завсегда сможет исполнить какое-нибудь шибко заковыристое желание.

Он хотел сообщить об этом коту, но увидел появившуюся из леса с пучком травы в руке царевну и прикусил язык.

– О чём шепчетесь? – с подозрением спросила она, заметив две смущённые физиономии.

– Так, – торопливо ответил Санька. – Просто все кругом колдуны, волшебники и всякие специалисты по магии и заклинаниям, один я ничего не умею. Давай ты меня тоже научишь.

– А чего тут учиться? – встрял Баюн. – Я тебе уже сто раз говорил – главное, захотеть. Задумал желание, сформулировал, представил, что оно уже произошло и забыл. Оно само исполнится. В своё время. Ты только сроки не ставь. А заклинания, их учить надо, причём наизусть, перепутаешь хотя бы одно слово, неизвестно, что произойдёт.

– Не скажи, в любом случае задатки должны быть, – возразила Василиса, повернулась к Саньке и взяла его за руку. – Давай посмотрим.

Богатырь обрадовался. Сейчас у него раскроются магические способности, и он докажет вредному кошаку, что даже маленькое волшебство действует намного быстрее его теории: – «Если очень захотеть».

Василиса внимательно изучила линии на его ладошке, отпустила руку и с сочувствием пояснила.

– Нет у тебя способности к магии.

– Как нет? – возмутился Санька. – Я, между прочим, сквозь стену из темницы Двухголового вышел. И в замке Серого Магистра тоже получилось. И потом, я же не собираюсь стать каким-то супер-пупер магом, а что бы просто так, помаленьку – мало ли в хозяйстве пригодится.

– Там у тебя очень сильное желание было, на грани жизни и смерти. В обычной жизни такого настроя нет.

– Так у меня и сейчас сильное желание. – И он повернулся к коту. – Ты же сам говорил, если очень захотеть.

– Говорил, не спорю. У любого человека есть скрытые возможности, просто нужно найти ещё и хорошего учителя. Я думаю, если бы ты годик пожил в глухом лесу у Бабы Яги, она бы тебя поднатаскала. Но… – Баюн поднял лапу и покрутил ею в воздухе. – Ты же не можешь на целый год забросить важные государственные дела. И ещё – маги умеют читать чужие мысли. Иногда даже непроизвольно. Ты готов узнать, что о тебе на самом деле думают окружающие?

– Ну… – неопределённо протянул Санька.

– Вот и я о том же.

– Жалко, – вздохнул богатырь.

Радужные перспективы, стать хотя бы начинающим волшебником, развеялись. А так хотелось хоть иногда удивить окружающих.

– Не переживай, у тебя под боком всегда есть своя, родная волшебница.

– Значит, не судьба, – согласился Санька. – Тогда займёмся нашим малышом.

– Вася! – крикнул он. – Ты где?!

Затрещали кусты и на полянку вывалился куролиск. Он стал ещё толще, жёлтые глаза прикрылись в узкие щёлки, он уже прекрасно понимал, какая в них сила.

– Так, сыночек появился, – деловито произнёс Баюн. – Пошли.

Он задрал вверх морду, принюхался и направился в лес. Остальные двинулись за ним. Баюн пробирался каким-то странным зигзагом, старательно обходя кусты и ямы. Василиса, всецело полагаясь на кота, шла следом за ним и прислушивалась к своим ощущениям – нет ли впереди опасности. Куролиск тут же открыл сезон охоты и скрылся в лесу, периодически выглядывая из кустов: – «Мол, я тут, не переживайте». Лишь богатырь шагал, нервно оглядываясь по сторонам: воспоминания о предыдущем посещении действовали на него угнетающе и он хотел, как можно скорее, выбраться отсюда. И когда Баюн, вместо того чтобы просто перейти через неглубокий овраг сделал большой крюк и вернулся практически на то же место, Санька выдержал и сердито окликнула кота.

– Котя, а можно прямо?

– Можно, – согласился Баюн. – Но понимаешь, была бы хорошая дорога, то без вопросов. А так колючек нахватаешься или клещей. Шкуру жалко.

– Шкуру ему жалко, – рассердился Санька. – Если ты будешь такие кренделя выписывать, неизвестно когда мы доберёмся до вашей Кикиморы.

– А если ваше будущее царское величество соизволит сделать ещё несколько шагов, то окажется на месте, – невозмутимо парировал кот.

Они прошли ещё немного, действительно, деревья расступились и перед ними появилось огромное болото. Пахло сыростью, изредка квакали невидимые лягушки, зато моментально окружили зудящие комары. Поле окутывал небольшой туман, размывая даль. Сквозь серую пелену проявлялись редкие чахлые деревца и низкий кустарник. По бокам от тропинки темнели пятачки зеленоватой воды, и Санька подозревал, что оступившись, можно запросто провалиться.

– Ну и как мы Кикимору найдём? – мрачно спросил он. – Лично я туда ни ногой.

– Попробуем позвать, – предложила Василиса и, приложив ладошки трубочкой ко рту, прокричала. – Кики!

Однако даже воздух оказался настолько вязким, что её призыв прозвучал еле слышно.

– Ничего не получится, – вздохнула она.

– Ладно уж, – снисходительно произнёс кот. – Ничего без меня не можете. Я схожу, а вы сидите и ждите, только не как в прошлый раз. И своего сыночка подготовьте. Давай свою травку.

Он забрал у Василисы приготовленный для Кикиморы пучок руты и скрылся в тумане.

Санька с Василисой уселись на поваленное дерево, из кустов вывалился куролиск и пристроился рядом.

– Слышь, Вася, – осторожно начал Санька. – Тут такое дело. Нам нужно одного колдуна найти. Опасного.

Куролиск тут же встрепенулся и гордо вскинул голову.

«Мапа, не волнуйся, ты мне его только покажи».

– Понимаешь, он живёт далеко. Очень далеко. Может быть даже за морем-окияном. Так что, пока мы его ищем, ты бы пожил здесь, на болоте. Тут для тебя сплошное раздолье: тишина, еды навалом, будешь главным. Одна проблема, – Санька слегка замялся. – Здесь живёт Кикимора. Давно живёт, и с ней придётся подружиться.

Куролиск с подозрением уставился на «папашу». Вроде обещали, что новых друзей больше не будет, а теперь объявилась ещё одна подруга. А покушать?

– Последняя, – твёрдо сказал Санька. – Честное слово.

– Она хорошая, – добавила Василиса.

Куролиск скептически посмотрел на обоих, задумчиво покачал головой, но после небольшой заминки согласно кивнул.

– Сидите? – раздался голос. Из тумана материализовался кот, подошёл к Василисе и завалился набок. – Что-то у меня вся шкура чешется. Посмотри, может какой клещ вцепился?

Василиса провела рукой по спине и бокам кота, выцарапала из пушистого хвоста пару колючек и отрицательно помотала головой.

– Ничего. Это у тебя нервное.

– Может быть, – согласился кот. – На этом болоте даже самые крепкие нервы расшатаются. – Он поднялся, энергично встряхнулся и с важностью сообщил. – Кикимора согласилась. Правда, пришлось поуговаривать. Соблазнил только тем, что отныне против неё никто даже пикнуть не посмеет.

Куролиск посмотрел на кота, затем повернулся к Саньке и заглянул в глаза. Однако на этот раз никакого страха Санька не почувствовал. Наоборот, ему вдруг стало грустно. Он уже привык к монстру и воспринимал его как обычное, хотя и несколько экзотическое домашнее животное. К тому же, с таким охранником не страшны никакие враги.

Он погладил Васю по голове и тихо произнёс:

– Я буду в гости приходить.

Куролиск кивнул и тоненько пискнул.

– Вы ещё слезу пустите, – остановил их Баюн. – Попрощались и хватит. Идём.

– Только побыстрее, – попросил Санька. – Одна лапа там, другая тут. И ещё. Не нравится мне тут. Мы в рощу вернёмся, и ты туда подходи.

Баюн снисходительно посмотрел на Саньку, но решив, что у каждого свои тараканы в голове, фыркнул и вместе к куролиском скрылся в тумане.

Приготовив приворотное зелье, Барбелиха зачерпнула ложечкой немного варева. Вытянув шею, осторожно потянула носом и тут же, качнувшись, едва не упала, выронив ложку.

– Ядрёна, – произнесла она, переводя дух. – Хватит десяти капель.

Она взяла с полки бутылку, набрала в лёгкие побольше воздуха и, затаив дыхание, наполнила бутылку до краёв. Плотно закупорила пробкой и с облегчением выдохнула. Теперь надо посмотреть, где Василиса со своим женихом. Ведьма вытащила из сундука завёрнутый в чёрную ткань хрустальный шар и поставила его на стол. Зажгла свечку и приказала показать молодожёнов. К её удивлению, вместо привычной картинки, в шаре плавал туман. Она попыталась вызвать Баюна, но даже кот вырисовывался в каком-то искажённом виде.

– Защиту поставила, – злобно буркнула колдунья. – Ничего, от меня не скроешься.

Она взяла коробку с сушёной полынью, всыпала щепотку порошка в чугунок с кипящий водой, дунула, смесь остыла и этой смесью омыла хрустальный шар. Однако картинка лучше не стала.

Барбелиха нахмурилась, но решила – волноваться пока нечего. От гнезда куролиска до замка Кащея так просто не добраться. Впрочем, на всякий случай лучше подстраховаться.

Она завернула шар в тряпку и спрятала обратно в сундук. Подошла к полке, взяла банку с травами, вернулась к котлу и высыпала едко пахнущую смесь с воду. Добавила кореньев, пару грибов и, вытянув руки, произнесла заклинание.

Вода забурлила, завертелась водоворотом, поднявшийся над котлом пар уплотнился и превратился в переливающееся, постоянно меняющее форму облако.

– Замок! – скомандовала Барбелиха.

Облако превратилось в небольшой замок. Ведьма задумчиво почесала нос. Она плохо помнила, как выглядело Кащеево жилище. Впрочем, это большой роли не играло. Навряд ли кто-нибудь, даже если и побывал в гостях у Бессмертного, мог запомнить обстановку. К тому же у Кащея была привычка – каждому гостю показывать замок в новом свете. Так что здесь никаких сюрпризов не ожидалось.

Полюбовавшись на своё творение, она хлопнула в ладоши и приказала:

– Свернуться.

Замок исказился, очертания поплыли и теперь он снова походил на мерцающее облако.

Она уже было собралась послать свой «подарочек» навстречу Василисе и Саньке, как в голову ей пришла новая идея. А что, если подкинуть им ещё и Призрака.

Два человека в царстве Берендея ненавидели Саньку – Магистр Серого Ордена и бывший советник царя Берендея Хряк. Встреча со своим ожившим врагом для Василисы, и в особенности для Саньки, будет большим сюрпризом. Весь вопрос, кого?

Оживлять Магистра предпочтительнее, он маг, но опасно: восстановит свои колдовские силы и может выйти из-под контроля. И кто знает, что придёт ему в голову. Лучше Хряка, без магической книги он ничто. К тому же Магистра придётся извлекать из-под развалин замка, а это не так просто. Значит, остаётся бывший советник.

Она отправила «облако» в угол, взяла коробку с мукой, насыпала небольшую горку на стол, подлила воды и замесила крутое тесто. Затем слепила из него человечка, поставила фигурку на пол и произнесла заклинание.

Человечек, словно на дрожжах начал увеличиваться и превратился в человека со свёрнутой набок головой. Прошла ещё минута, Хряк открыл глаза и уставился на колдунью.

– Ты кто? – спросил он.

– Какая разница.

– Где я?

– Какая разница.

– Кто я?

– Какая разница, – раздражённо буркнула Барбелиха.

Получается, Хряк напрочь позабыл свою прошлую жизнь. Нет. Так дело не пойдёт. Мертвяк, по идее, должен помнить, кто его убил, и обязан отомстить.

– Санька, – произнесла она.

Глаза Хряка засветились зловещим светом.

– Где он?

– Скоро встретитесь, – ответила обрадованная Барбелиха.

Она выскочила в сени, достала из лукошка яйцо и вернулась в комнату. Обхватила яйцо посередине большим и указательным пальцами, произнесла заклинание и с силой сжала. Яйцо смялось и превратилось в песочные часы.

Она сунула часы в руки Хряку и приказала:

– Увидишь Саньку, переверни.

Колдунья коротко хихикнула и взмахнула рукой. Хряк втянулся в облако, и оно медленно выплыло за дверь.

– Теперь они никуда не денутся, – довольно потёрла руки Барбелиха. – Замок схлопнется в яйцо, и они навечно в нём останутся. Втроём. Будет весело.

Санька с Василисой вернулись в рощу и, ожидая кота, расположились в тенёчке под двумя деревьями, росшими неподалёку друг от друга.

– Кстати, всё хотел спросить, – начал Санька. – А почему, когда волкодлаки превратились в людей, они были в одежде? Насколько я слышал, чтобы оборотиться, нужно раздеться. Причём полностью.

– Совсем необязательно, – усмехнулась Василиса. – Это когда ты сам собираешься. Если какой-нибудь колдун захочет превратить тебя в оборотня, он же не станет уговаривать тебя раздеться и немного постоять, пока читается заклинание. Ты ведь начнёшь сопротивляться или сбежишь, что предпочтительнее. Поэтому ритуал необходимо проделать быстро и неожиданно. Обычно на жертву накидывают заговоренный ремешок или волчью шкуру. В особо спешных случаях достаточно просто переступить через заколдованную вещь или проведённую колдуном черту.

– А обратно?

– Если сам, то должен просто перекинуться трижды через голову или в предварительно воткнутый в пень нож, а вот если тебя превратили в оборотня, без посторонней помощи не обойтись. И один из способов, накинуть на волкодлака одежду, ты только-что видел.

– Жалко тогда с Липуней не знали, что можно так сделать. Федю бы сберегли.

– Судьба.

Санька завалился на траву, закинул руки за голову и уставился на просвечивающееся сквозь листву ярко-голубое безоблачное небо. Листья тихонько шелестели, навевая умиротворение. Богатырь глубоко вздохнул и расслабился. Неожиданно ему показалось, что сквозь листву на него таращится чей-то глаз. Парнишка дёрнулся, но тут же успокоился. Между веток была натянута обычная паутина. То ли сам паук не доделал и бросил свою работу, то ли ветром оторвало часть паутины, но она сильно смахивала на человеческое лицо, вернее его половинку. А «глазом» оказалась самая обыкновенная запутавшаяся в липких нитях муха. Впрочем, и само дерево, при известной доли фантазии, напоминало половину человека. Толстая изогнутая ветвь чуть выше середины ствола – это рука, а торчавший из земли корень вполне можно принять за ногу. Сенька мысленно дорисовал половинку до целого человека и хмыкнул. Привидится же такая глупость.

«После оборотней всякая ерунда в голову лезет», – недовольно подумал он и повернулся к Василисе:

– Ну и где этот кот?

– Время есть, – ответила она.

– А может попробовать его позвать?

– Не желательно, – ответила Василиса. – Просто кричать – бесполезно, не услышит, а внутренним голосом – опасно. Кащей сразу узнает, где мы.

– Так это и хорошо! – воскликнул Санька и уселся. – Глядишь и появится.

– Лучше мы к нему сами нагрянем. Неожиданно.

– А какая разница?

– А такая, – серьёзно заметила Василиса, удивляясь как можно не понимать таких простых вещей. – Здесь он исподтишка подкрадётся и напустит Чёрное облако. Тебя снова утащит, а он сбежит. А в замке никуда от нас не денется.

– В принципе логично, – согласился Санька. – Но уж больно ждать надоело.

Он снова завалился на землю и уставился на муху, прикидывая – вырвется или нет. Неожиданно «глаз-муха» мигнул. Санька хихикнул и подмигнул в ответ.

– Ты чего? – спросила Василиса.

– Да так, всякая ерунда чудится.

Он потянулся и уселся, оглядываясь по сторонам. И где же этот кошак? Небось с Кикиморой любезничает, с него станет. Санька решил размяться и попытался встать, но нога каким-то непонятным образом угодила под этот самый, торчащий из земли корень. Он вывернул ногу и хотел вскочить, но край рубахи зацепился за невесть откуда появившийся сучок. Богатырь повалился набок и запутался рукой в густой листве, а вторая рука застряла в развилке между двух веток.

– Да что б вас, – рассвирепел Санька, дёргаясь, словно та самая муха.

Василиса рассмеялась, глядя на раскорячившегося в нелепой позе парнишку, но вдруг замерла. И нахмурилась. Вокруг её ноги тоже оплёлся корешок дерева. Царевна дёрнулась в сторону, но корень захлестнул ещё больше, а ветки обхватили её руки.

– Оплетай! – ахнула Василиса.

– Кто?

Василиса не ответила, она пыталась высвободить руки, чтобы выдать защитное заклинание. А оба дерева превратились в людей. Точнее в половинки людей. С одной рукой, с одной ногой. На круглой безволосой голове торчало одно ухо и один глаз.

– Это что за чучело! – перепугался Санька.

Таких жутких монстров он не мог себе представить даже в кошмарном сне.

– Оплетай. Губит неосторожно приблизившихся к нему путников.

– Я что, муха?! – завопил Санька и рванулся, пытаясь вырваться. – Я невкусный.

Не тут-то было. Странные создания крепко держали пленников и начали двигаться друг к дружке.

– Если они соединятся, их сила умножится! – закричала Василиса.

– И что делать! – пыхтел Санька, судорожно дёргаясь.

Оплетай уже практически полностью обхватил его своими длинными, вытянутыми руками и ногами, и вскоре Санька не мог даже пошевелиться. А оба получеловека, медленно, но неумолимо приближались друг к другу, волоча за собой пленников. Василисе тем временем удалось высвободить одну руку и она, не обращая внимания, что её уже почти полностью опутали ветки-руки, направила на своего Оплетая ладонь и произнесла заклинание. Оплетай замер, затем с невыносимым скрипом скукожился и расплёлся, а она нанесла магический удар по второму монстру. Тот заверещал и выпустил свою добычу.

Они вскочили на ноги и с тревогой осмотрелась. Окружающие деревья ожили. Половинки монстров соединялись между собой, превращались в огромных великанов и двинулись в их сторону.

– Что будем делать? – задёргался Санька.

Задохнуться в «жарких объятиях» каких-то ходячих берёзовых поленьев казалось ему большой дикостью.

– Не знаю, – выдохнула Василиса.

Она лихорадочно искала выход из этой ситуации. С одним, двумя Оплетаями ещё можно справиться, но не со всей рощей. Даже если удастся вырваться из окружения – бежать бесполезно. Несмотря на кажущуюся медлительность, от этих монстров невозможно ускакать на самом быстром коне.

А Оплетаи постепенно сжимали кольцо, выстраиваясь в плотную деревянную стену. Ветки и корни змеились по земле и тянулись к людям. Ещё немного, достанут и опутают.

И тут Василиса вспомнила про подарок Лешего и повернулась к Саньке.

– Я постараюсь проделать между ними проход. Сразу беги и не оглядывайся.

– А ты?

– За меня не беспокойся. Я буду рядом.

Она достала из котомки клубок, сконцентрировалась и представила маленький раскалённый огненный шар. Затем сжала пальцы и переместила шар в кулак. Теперь осталось подождать, пока Оплетаи подойдут поближе. На мгновение появилась тревожная мысль – хватит ли сил, но тут же её отбросила. Задумал – делай без колебаний, засомневаешься – ничего не получится. И как только первый корешок выполз из земли возле её ног – ударила огненным шаром. Два Оплетая вспыхнули ярким пламенем, а остальные в страхе шарахнулись в стороны.

– Вперёд! – крикнула Василиса.

Они бросились бежать и вырвались из круга. Монстры взвыли, кинулись за ними и сразу же начали настигать. Василиса бросила клубок, и тотчас за беглецами выросли густые заросли терновника. Оплетаи на полном ходу врезались в упругие, колючие кусты, их ветви переплелись, и монстры завязли.

– Это задержит их на время! – крикнула Василиса.

И снова, как и в начале первого появления в царстве, Санька с удивлением узнал, сколько в человеке скрытых возможностей в экстремальных ситуациях. Он с такой скоростью рванулся вперёд, что наверняка раза в два, а то и три, превысил мировой рекорд по бегу. Василиса от него не отставала. Честно говоря, она могла бы его и обогнать, но на всякий случай подстраховывала, постоянно оглядываясь назад. Наконец, оставив далеко позади опасную рощу, они остановились и, тяжело дыша, уставились друг на друга.

– Ничего себе отдохнули, – пробормотал Санька, вытирая мокрое от пота лица. – Это что за страшилища?

– Лесные духи. Оплетают людей и лишают их способности здраво рассуждать. Могут быть добрыми, но большей частью заставляют людей совершать дурные поступки. Всё зависит от их настроения, и лучше не проверять.

– Да уж, – согласился Санька и с тревогой спросил. – А больше мы нигде на них не наткнёмся?

– Трудно сказать. Я с ними первый раз встречаюсь. Леший вроде говорил, что они раньше по всему лесу жили, но в последнее время в одном месте собрались.

– Стану царём – прикажу вокруг забор построить. Высокий. – Решительно рубанул рукой воздух богатырь.

– Лучше эльфов. Пусть проведут с ними воспитательную работу.

– Нет, забор. Надёжней.

– Как царь прикажет, так и будет, – согласилась Василиса.

Санька с подозрением посмотрел на невесту, не подтрунивает ли она над ним, но она с серьёзным видом взяла свою торбу, закинула на плечо и озабоченно спросила: – А где твоя АСЯ?

– У Оплетаев оставил, – растерялся Санька.

– Жалко, но не возвращаться же обратно. Пошли.

– Куда? Кота нет, где замок искать неизвестно.

– Баба Яга сказала: – куда ноги понесут.

– Логично, – заключил Санька. – Тем более, как говорит Баюн: – если очень захотеть, всё получится. Поэтому пойдём прямо.

Но не успели они сделать и нескольких шагов, как увидели проступившие сквозь листву деревьев три остроконечные башенки.

– Кащей, – обрадовался богатырь

Они продрались сквозь кусты и, действительно, перед ними появился замок.

Санька подбежал к воротам и остановился, в растерянности осматриваясь по сторонам.

– Странно, вроде здесь раньше был ров с водой. Я точно помню, что переходил через мостик.

– Может пересох? – Василиса показала на заросшую густой травой канаву.

– Может, – согласился Санька. – А где череп?

– Здесь я, – раздался голос.

Рядом шевельнулся Череп, который они поначалу приняли за большой камень.

– Привет. А часы?

– В ремонт отдали.

– Песок меняют? – съязвил богатырь.

– Ага. Проходите.

Ворота со скрипом отворились.

Санька шагнул вперёд, но Василиса придержала его за рукав.

– Погоди. Мы же договорились, что первая я.

– Не сейчас, – возразил он. – Я же тут уже был и всё знаю, а ты будешь меня страховать.

– Чего делать?

– Смотреть по сторонам. Вдруг Кащей какое колдовство применит, а я не замечу.

– Хорошо.

Санька, памятуя о своём прошлом посещении, сначала осторожно заглянул во двор. К его радости, на этот раз никаких ужастиков не оказалось. Он призывно махнул Василисе и зашагал к замку. Дверь оказалась слегка приоткрыта и от легкого прикосновения распахнулась. Царевна насторожилась. Уж слишком обычным и безобидным казался замок. Ни тебе охраны, ни магических ловушек, простых запоров и тех нет.

– Что-то больно легко получается. Не нравится мне это.

– Кто сюда полезет? – усмехнулся богатырь. – Дураков нет. – И решительно направился внутрь.

«Как бы мы не стали первыми», – подумала Василиса, но отступать поздно, и она бросилась догонять жениха.

Они вышли на середину зала и замерли. На троне сидел Кащей в чёрном балахоне. Лицо его скрывал накинутый на голову капюшон.

– Наконец-то, – прошептал Санька.

Он выступил вперёд и бодро произнёс:

– Здравствуйте.

Но Кащей, похоже, беседовать не собирался и молчал. Повисла томительная пауза.

И снова Василиса почувствовала смутное беспокойство. Неожиданно всё вокруг исчезло и остался только трон. Пустой. Она непроизвольно закрыла глаза, а когда открыла – видение исчезло.

– Ты знаешь… – начала она и потянула Саньку за рукав.

Но он только отмахнулся. Конечно, Кащей могущественный маг и куда до него простому смертному, но мог бы и полюбезнее встретить старого знакомого. Там более, что сам устроил это непонятное похищение.

– Может вы поясните, что происходит?

– Если успеешь, – глухо произнёс Кащей.

Он выбросил вперёд руку и в воздухе повисли песочные часы, в которых вниз сыпались последние крупинки песка.

Санька вдруг понял, что не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Он попытался позвать на помощь Василису, но из горла вырвался лишь хриплый стон. Тяжело дыша, он осел на пол, в глазах потемнело, ещё немного и потеряет сознание.

– Ну уж нет! – воскликнула Василиса, подскочила и перевернула часы.

Санька моментально ожил, вскочил и шагнул к трону, твёрдо намереваясь выяснить, что происходит. Василиса его опередила, подбежала к Кащею и сдёрнула с его головы капюшон.

– Хряк?! – прорычал Санька. – Ах ты ж язва!

Он подскочил к бывшему советнику, одним ударом повалил на пол и попытался схватить его за горло. Не тут то было, раздался хлопок, и богатырь ухватил руками пустоту. Хряк исчез. Исчезли и песочные часы.

– Сбежал! – в сердцах выругался Санька.

– Нет, – спокойно ответила Василиса, потирая запястье. – Отправился туда, откуда явился. Его вытащили из подземного мира.

– Кащей? Зачем?

– Откуда я знаю, мне и самой интересно, – пожала плечами царевна. – А ты уверен, что это его дворец?

– Обижаешь, – выпятил живот богатырь. – У меня прекрасная память. Хотя… – Он огляделся и с сомнением почесал затылок. – Вроде потолок был повыше, да и окна побольше. А вот его, – радостно воскликнул он и показал на трон. – Его поменяли.

– Ты уверен?

– Точно был другой. Скорее всего Кащей ремонт затеял. Решил, так сказать, обновить обстановку.

– Это вряд ли, – сказал Василиса. – В таком возрасте привыкаешь к каждой мелочи. А может ты просто не помнишь?

– Может, – согласился Санька. – Честно говоря, не сильно разглядывал обстановку. Не до того было. На меня во дворе целое полчище всяких монстров навалилось, и они меня чуть не съели. Спасло волшебное колечко. Кстати, почему-то их сегодня нет.

Он отошёл от трона, наморщил лоб и показал на угол.

– А вот тут Баюн прятался.

Раздалось громкое: – Мяу. – И из угла вывернулся кот.

– Баюша, – обрадовался Санька. – Опять тут спрятался, как в прошлый раз. Ну что познакомил Кикимору с Васей?

– Познакомил.

– Вот и отлично, а где Кащей?

– Где-то здесь.

– Вот видишь, – назидательно произнёс богатырь, взглянув на Василису. – И кот подтверждает.

– Пошли отсюда, – неожиданно сказала она.

– Нет, – отрезал Санька. – А ты если устала или боишься – стой здесь. – И он повернулся к коту. – Давай, помогай.

К несчастью, из зала в разные стороны вело с десяток дверей. Санька методично открывал одну за другой, и, не обнаружив Кащея, направлялся к следующей. Следом за ним хвостиком шествовал кот, заглядывал в каждый угол и растерянно разводил лапами: – И тут никого.

Василиса стояла посреди зала и с иронией наблюдала за их действиями. Наконец, они обследовали последнюю комнату и с недоумением уставились на царевну.

– Странно, куда он девался?

– Наверно во дворе. Вышел подышать свежим воздухом.

– Ты думаешь? – неуверенно произнёс Санька. – Давай посмотрим.

Он подошёл к входной двери, открыл её, тут же захлопнул и попятился.

– Ты чего? – встревожилась Василиса.

– Там стена.

Царевна покачала головой, отстранила его и толкнула дверь.

– А это что?

Санька вытаращил глаза.

– Чертовщина какая-то.

– Я тоже так думаю.

Они вышли на улицу. Василиса развернулась лицом к замку, вскинула руки и произнесла заклинание.

Внезапно замок растаял, а на его месте появилась сгоревшая избёнка. Между остатков обгоревших брёвен торчала закопчённая труба, а рядом выступал горб земляного погреба с болтающейся на одной петле дверкой.

– Морок? – ахнул богатырь.

– Он самый, – подтвердила Василиса.

– Как ты догадалась?

– Странности начались ещё у входа. Череп и ров из ниоткуда появились. И внутри замка – ты плохо помнил, путался, и обстановка понемногу менялось. Кот из пустого угла вылез.

– Он умеет сквозь стены проходить.

– Ты Кащею об этом расскажи, посмеётся. Он – сильнейший маг и его сила чувствуется за версту. Здесь магическое воздействие появилось только возле трона и резко возросло после того, как появились песочные часы. Похоже, ради этого нам и подсунули призрака – Хряка.

– Хорош призрак, чуть меня за собой не утянул.

– Если бы Кащей хотел тебя убить, ему никто бы не помешал. Вот я и подумала, что нам морочат голову. Хотя странно. Такое чувство, что кто-то другой выполняет его приказы. В любом случае – Кащей не желает с тобой встречаться, и мы его не найдём.

– Да уж, – проворчал Санька.

Он подошёл к краю пожарища, со злостью пнул ногой головёшку и увидел торчащий из земли краешек крышки небольшого сундучка.

– Ух ты! – обрадовался он. – Клад!

– Не трогай! – крикнула Василиса.

Поздно. Санька уже откинул крышку, однако, вместо сияния золота в лицо ему ударил столб чёрного дыма. Богатырь отпрянул назад, запнулся о кочку и шлёпнулся на землю. А дым закрутился воронкой, поднялся высоко вверх и превратился в огромную стаю ворон. Их было так много, что вокруг резко потемнело, а от вороньего крика и шума крыльев заложило уши. Вороны сбились в плотную стаю и ринулись на царевну.

– Давай, давайте, – мрачно проговорила она.

Наконец-то появились похитители её жениха и уж теперь она с ними посчитается. Она выдала заклинание: молния проделала в стае огромную прореху, но остальные птицы тут же сомкнулись и спикировали на Василису. Она успела пригнуться и стая, свернув по пути дерево, взвилась в небо.

– Никак старые знакомые? – обрадовался Санька.

Он вскочил, схватил валявшуюся рядом жердину и встал рядом с царевной.

– Сейчас мы им устроим.

Вороны, сделав круг, снова ринулись на людей, но в последнее мгновение разделились на две части: одна, побольше, отвлекая, пролетела мимо царевны, а вторая – навалилась на Саньку и сбила его с ног. Услышав сдавленный крик, Василиса развернулась и бросилась ему на помощь, но не успела ничего предпринять, а получив удар в спину, рухнула на землю.

Не в силах выбраться из-под навалившегося на них воронья, Санька с Василисой начали задыхаться, ещё немного и их окончательно задавят. Неожиданно в небе раздался восторженный рёв и на птиц сверху обрушился поток пламени. Вороны вспыхивали огненными факелами и… исчезали. В считанные мгновения от огромной стаи не осталось и следа. Обалдевшие от такого поворота событий и нежданной помощи, совершенно целые и даже ничуть не обгоревшие, Санька с Василисой вскочили, а рядом приземлилась огромная крылатая туша.

– Горыныч! – радостно завопил богатырь.

Змей огляделся и разочарованно протянул:

– Не понял, а где птички, которых я поджарил?

– Это призраки, – ответила Василиса.

– Ну вот, опять без обеда.

– Зато нас спас.

– Ты откуда? – спросил Санька.

– Тебя искал. Мне один купец редкий самоцвет подарил, хотел показать, ты единственный в этом понимаешь.

– Точно купец? – с подозрением переспросил Санька.

– На этот раз всё чисто, – самодовольно произнёс Горыныч и протянул большой изумруд.

– Замечательно! – воскликнул богатырь, разглядывая камень. – Будет украшением твоей коллекции.

Змей расплылся в довольной улыбке, забрал камешек и спрятал под крыло.

– А вы тут чего делаете?

– Замок Кащея ищем. Хотим кое-что узнать.

– Кащей скажет, – авторитетно подтвердил Горыныч. – Он всё знает.

– Только вот мы не знаем, куда идти, – сказала Василиса.

– Это ж рядом, – хмыкнул Змей.

– Это по твоим меркам рядом, а нам наверняка топать и топать, – сказал Санька. – Может ты нас отвезёшь?

Горыныч тут же изменился в морде, всплеснул лапами, выпучил глаза и отчаянно замахал крыльями.

– Ой, и не просите. Мне нужно срочно лететь на очень важную встречу, и я никак не могу опаздывать.

– Так ведь это рядом, – съехидничал Санька.

Змей задёргался, возразить-то нечего, сам проговорился, но сдаваться не собирался.

– Я, это, ещё не завтракал, а силы не те, и вы небось тяжёлые.

– Ну пожалуйста. – обняла его за шею Василиса. – Очень надо.

– Верёвки из меня вьёте. Ладно, забирайтесь.

Довольные, что проблема разрешилась самым замечательным образом, Санька и Василиса вскарабкались на спину Змея. Горыныч ещё раз тяжело вздохнул, и они взлетели. Вскоре посреди леса показалась одинокая скала.

– Прибыли, – объявил Змей и опустился рядом, на небольшой полянке.

Богатырь с царевной сползли на землю и огляделись. Скала как скала, на дворец не похожа.

– Ну, мне пора, – объявил Горыныч и взвился вверх.

– Стой! ты куда?! – завопил Санька, но Змей уже не слышал или сделал вид, что не слышал.

Они походили возле скалы, ничего похожего на вход не обнаружили и в растерянности переглянулись.

– И что будем делать? – спросила Василиса.

– Искать дальше, – пожал плечами Санька. – Горыныч не мог перепутать или подшутить над нами.

Он прошёл ещё немного и, радостно вскрикнув, ткнул пальцем на выемку в скале. В нише лежал череп, а рядом песочные часы.

– Эй! Охрана! – закричал Санька.

Череп даже не шевельнулся.

– Оглох, что ли? – фыркнул богатырь, поднял камешек и запустил черепу в лоб.

– Кто? Что? – дёрнулся страж ворот. Глаза у него загорелись красным светом.

– Это мы, – вежливо ответил Санька.

– Зачем?

– Слушай, ты что своих не узнаёшь?

– А-а, – протянул череп. – Опять ты. Живой. Ну, заходи.

– Куда?

У Стража в глазах зажглись зелёные огоньки.

– Ах, да. Вы же без приглашения.

Раздался удар грома, скалу на мгновение заволокло сизым туманом, а когда туман рассеялся, перед ними стоял похожий на трезубец остриями вверх знакомый замок.

– Он, – обрадовался богатырь и с подозрением спросил. – А хозяин дома?

– Дома, дома.

– Теперь я первая, – строго сказала Василиса.

Санька раскрыл было рот, но понял – спорить бесполезно.

Они подошли к воротам, песочные часы перевернулись, и тяжёлые створки со скрипом разошлись.

– Только ты учти, там всякая нечисть ползает, – прошептал Санька. – Может я первый? Надеюсь, они меня не забыли.

– Лучше я с ними сразу разделаюсь, – нахмурилась Василиса и приготовилась выдать заклинание.

Они вошли во двор, однако внутри никаких монстров, упырей и прочих ужастиков не оказалось и в помине.

– Странно, – удивился Санька. – В прошлый раз здесь столько всякой нечисти набежало – не протолкнуться. И куда они теперь подевалась? – Но тут же радостно добавил. – Хотя нам же лучше.

Они пересекли двор, подошли к двери, и она бесшумно отворилась.

– Видишь, я сюда запросто, – гордо сказал Санька, словно это не они пришли в гости, а он приглашает в свой дворец.

Они вошли внутрь, и богатырь довольно крякнул. Вот он, знакомый, уходящий ввысь сводчатый потолок, разноцветные витражи в узких стрельчатых окнах, и тот самый резной трон. Они шагнул вперёд, и по помещению прокатилось гулкое эхо. Василиса замерла, тревожно оглядываясь кругом.

– Акустика, – важно заметил Санька.

– А где Кащей? – еле слышно спросила она.

Как ни старалась она показать, что ей ни чуточки не страшно, всё-таки очутившись в замке одного из самых могущественных злодеев, ей стало не по себе.

– Подождём, – неожиданно для себя так же шёпотом ответил Санька. – В прошлый раз он тоже не сразу появился.

Они постояли немного, оглядываясь по сторонам, но хозяин не торопился выходить на встречу гостям.

– Может занят и не слышит, – неуверенно заметил Санька. – Сейчас мы его позовём.

Он вышел на середину зала и закричал:

– Кащей!

– Щей, щей, – гулко разнеслось по сводам замка.

– Ау.

– У, у.

– Скорее всего его дома нет, – сказала Василиса.

– Череп сказал, что дома.

– А может куда-нибудь вышел? Череп старый, мог и не заметить. Кащей горазд исчезать незаметно.

Санька поморщился. Действительно, этого у Кащея не отнять.

– Так, – решительно сказала Василиса. – Неизвестно, когда он появится, а мы не можем тут рассиживать. Сыграем свадьбу, а потом, если захочешь, вернёмся и разберёмся с твоим похищением.

– А мы снова замок найдём?

– Горыныча попросишь.

Вообще-то Санька и сам понимал, что ждать бессмысленно, но странное поведение Бессмертного настолько его зацепило, что он собирался сидеть из чистого упрямства. И тут его осенило.

– Спрятался. – Он восхищённо хлопнул себя по ноге. – Наверняка на меня кто-то поклёп навёл. Кащей в сердцах, не разобравшись, наслал на меня эту самую воронью тучу, а потом понял, что напортачил и ему стало стыдно. Вот и не выходит.

– Сам то понял, что сказал? – фыркнула Василиса. – Кащей – и стыдно. Он ничего не делает не просчитав.

– А я говорю, прячется. Ничего, мы сейчас его сами найдём.

– Нельзя по чужому замку шастать, – забеспокоилась царевна.

– Если было бы нельзя, нас бы Страж не впустил, – отрезал Санька. – И потом, мы же ничего трогать не будем, только посмотрим, дома ли он, а если нет – сразу уйдём.

Василиса недовольно покачала головой, но спорить не стала. Бесполезно. Чем раньше этот упрямец убедится, что никого здесь нет, тем быстрее они доберутся до дома.

А Санька покрутил головой по сторонам, раздумывая, куда направиться. В отличие от «призрачного замка», с его множеством дверей, здесь оказалось всего три двери. Одна входная – в неё они только что вошли. Оставалось две. В принципе, заглянуть в каждую – пара пустяков. Он решительно направился к ближайшей, но проходя мимо зеркала, ему показалось, что в нём мелькнула тёмная фигура.

«Ага, – вскинулся Санька. – Вот он где».

Он подошёл к зеркалу и уставился в него, стараясь высмотреть Кащея.

Неожиданно его отражение исчезло. Причём вместе с обстановкой. В зеркале не отражалось ничего. Совершенно. Какая-то странная, необъяснимая пустота, мало того – пустота разглядывала его. Это было настолько жутко, что парнишка похолодел и попытался отодвинуться, но не смог даже пошевелиться. А появилось непреодолимое желание войти в зеркало. Саньку обуял липкий страх. Он хотел позвать на помощь Василису, но горло перехватило, и он не смог издать ни звука. А зеркало всё сильнее притягивало его. Богатырь уже плохо соображал: словно сомнамбула сделал один маленький шажок, затем второй, третий. На этом его экскурсия по укромным местечкам Кащеева замка могла печально закончиться, если бы не Василиса. Мгновенно оценив обстановку, она подскочила и со всех сил толкнула его. Санька отлетел в сторону и рухнул на пол, а зеркало приняло свой прежний вид.

– Ни чего себе, – промямлил парнишка, вытерев мокрый от пережитого ужаса лоб. – Что это было?

– Скорее всего проход в потусторонний мир.

– Безобразие! – возмутился богатырь. – Мог бы и закрыть чем-нибудь или написать: – «Не подходить – опасно».

– Между прочим, это его замок, – язвительно заметила Василиса. – И вряд ли он предполагал, что найдётся глупец, который сунет сюда свой любопытный нос. А я тебе говорила – не лезь. Слушаться надо.

«Ну вот, опять ворчит», – мрачно подумал Санька.

Хотя в глубине души он понимал, что она права, однако могла бы как-нибудь и помягче высказаться, всё-таки он жених и будущий царь. Того гляди ещё при подданных вздумает указывать.

Василиса, не обращая внимания на его хмурую физиономию, продолжала командовать:

– Никуда больше не лезь. Пойдёшь за мной. Сначала я проверю на магические ловушки.

Санька недовольно шмыгнул носом. Ведь это он должен разобраться с Кащеем, и будь у него старое доброе волшебное колечко – ни за что бы не согласился прятаться за женскую юбку, а так придётся подчиниться. Он нехотя кивнул, поднялся и они подошли к первой двери. Василиса остановилась, вытянула руки, закрыла глаз и тут же их снова открыла.

– Пусто.

– Значит можно заглянуть, – обрадовался богатырь.

Он прошмыгнул мимо Василисы, открыл дверь и увидел огромную комнату, доверху заваленную драгоценностями и золотом.

– Ух ты, сокровищница, – присвистнул он, шагнул вперёд и в растерянности остановился.

Богатство исчезло, а посреди комнаты стоял один-единственный сундук.

– Не понял, – растерялся богатырь. – Голограмма.

– Морок, – подтвердила Василиса.

– А где деньги?

– Зачем они ему?

– Ну, всё-таки царь. Как говорится – над златом чахнуть.

– У Кащея такая власть, что ему никакие богатства не нужны.

– Да ладно, – скептически хмыкнул Санька.

Он подошёл к сундуку, откинул крышку и удивлённо цыкнул языком. На дне лежала одна единственная монетка.

– И это всё?

– Василиса подошла, поглядела на монетку и сказала:

– А больше ничего и не надо. Это Неразменный Рубль. Где бы ты им ни расплачивался, Рубль обратно к тебе вернётся.

– Очень полезное приобретение, – обрадовался парнишка, нагнулся, достал монету и сунул её в карман.

Василиса недовольно покачала головой.

– Положи на место. Рубль тебя признает хозяином, если только ты его в дар получишь или найдёшь. Иначе он от тебя уйдёт.

– Так я его и нашёл, – возразил Санька. – Если бы он был под замком закрыт, тогда другое дело.

Они вышли из «сокровищницы» и подошли ко второй двери. Санька посторонился, пропуская Василису. Она снова вытянула руки, зажмурилась, однако на этот раз простояла намного дольше и, открыв глаза, недоумённо проговорила:

– Ничего не чувствую.

– Значит никого и нет, – бодро произнёс Санька и толкнул дверь.

Перед ними оказался небольшой коридорчик, заканчивающийся обитой серебряными пластинами дубовой дверью.

– Посмотрим? – осторожно поинтересовался Санька.

Василиса кивнула. Куда же денешься. К тому же, это последняя дверь – если и за ней пусто, Санька наконец-то успокоится и можно смело отправляться домой.

Вниз вела коротенькая, в три ступеньки, лестница.

Осторожно, стараясь не оступиться, они спустились вниз, Санька взялся за ручку, но Василиса снова его остановила.

– Опять торопишься.

Она приложила к двери ладони и нахмурилась.

– Там кто-то есть. Но магией не пахнет. Странно.

– Тогда посмотрим?

Василиса отрицательно замотала головой.

– Боязно.

Санька занервничал. Он всецело доверял Василисе, но и уйти просто так, не заглянув в последнюю дверь, не мог.

– Давай бросим монетку. Орёл – идём.

– А решка?

– Тоже идём, назло приметам.

Он сунул руку в карман и в растерянности захлопал глазами.

– А где рубль?

Он проверил второй карман, затем вывернул оба и растерянно уставился на Василису.

– И дырки нет.

– А я тебя предупреждала, – ответила она. – Неразменный Рубль можно только в дар получить или на дороге найти, а ты сам взял. Вот он и пропал. Наверняка опять в сундуке. Проверим?

– Обойдусь, – буркнул Санька.

Он толкнул дверь, и она легко, словно петли смазаны маслом, распахнулась. Изнутри потянуло сыростью. Они заглянули вовнутрь, но разглядеть, что там находилось, оказалось невозможно. Маленькая полоска света освещала только пару шагов от порога, а дальше – сплошная темень. Богатырь шагнул вперёд, но в потёмках наткнулся на какой-то предмет, который с металлическим грохотом укатился к дальней стене. Санька с перепугу дёрнулся назад.

– Погоди, – остановила его Василиса.

Она щёлкнула пальцами, в воздухе появился светлячок, но тут же погас. Василиса создала второго светлячка, но и с ним повторилась та же история.

– Ничего не пойму, – нахмурилась она. – Почему они гаснут?

– Наверно, магия слабовата, – отметил Санька. – Давай лучше по-простому. – И он снял с прикреплённой к стене стойки масляный факел.

Василиса помялась. Хотя никакого магического присутствия она не чувствовала, странное поведение светлячков напрягало. Она хотела разобраться, что происходит, но Санька уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Она вздохнула, прищёлкнула пальцами, и факел загорелся.

Они вошли в помещение. Правда, огонь освещал только вход и небольшую часть по центру, а дальний угол оставался в тени, но и этого хватило, чтобы понять, куда они попали. Низкий сводчатый потолок, каменные стены, выложенные из больших отёсанных камней, и такой же каменный пол. Всё это сильно смахивало на то, что они очутились в темнице.

– Прикованного к стене скелета не хватает, – пробормотал Санька.

Он поднял факел повыше над головой и увидел лежавшую на боку бочку, о которую споткнулся у входа. Пнул бочку в сторону, шагнул дальше и замер – в углу, на полу, опустив голову на колени, сидел опутанный цепями старик.

– Ещё один Кащеев пленник! – ахнула Василиса.

– Здорово упаковали, – присвистнул Санька. – Один, два, три, четыре… – принялся он считать прикреплённые в стене концы цепей, – … девять, десять, одиннадцать, двенадцать. Двенадцать штук. Не хило.

– Наверно, какой-нибудь богатырь, – сказала Василиса. – Пришёл выручать свою суженую, вызвал злодея на битву и потерпел поражение.

«Богатырь» поднял голову.

– Кащей! – ахнул Санька.

Всё время после того, как выбрался на свободу, Санька готовился к встрече с Кащеем, намереваясь сразу, в лоб, спросить, по какой такой причине тот засунул его в вонючую яму, да ещё с Куролиском. Но снова, как и при каждой встрече, всё пошло не так, как он планировал. Он приготовился, что Кащей начнёт выкручиваться, отрицать свою причастность к похищению, но увидев Бессмертного обмотанного цепями, словно новогодняя ёлка гирляндами, растерялся. Такого просто не могло быть.

Василиса была того же мнения.

– Кащей? – с иронией усмехнулась она. – Могущественного чародея заточили в собственном подвале? Или он сам себя приковал?

– Ну, я не знаю… – осторожно начал Санька.

– Глупости. Очередной призрак.

– А если…

– Призрак, – решительно повторила Василиса. – Как и тот дворец. Нам просто морочат голову.

Санька замялся. В тонкостях потустороннего мира он до сих пор не разбирался. Единственный призрак, с кем он до сих пор встречался, прадед царя Берендея, с виду никак не отличался от обычного человека. Так что Василисе виднее. На всякий случай он вопросительно взглянул на странного пленника, надеясь, что тот хоть как-то прояснит ситуацию, но тот молчал.

– Пошли отсюда, – сказала Василиса и направилась к выходу.

Она потянула дверь, однако та не поддалась. Она дёрнула сильнее – бесполезно. Санька бросился ей на помощь и потянул изо всех сил, но дверь, так легко раскрывшаяся всего несколько минут назад, теперь стояла намертво.

– Мистика, – поскрёб затылок богатырь.

Василиса посмотрела на Саньку, взяла его за руку и отошла с ним на несколько шагов назад. Затем свела ладошки большими пальцами вместе и произнесла отпирающее любые замки заклинание. Тщетно. Василиса нахмурилась и выдала новое заклинание, намного длиннее, а значит и более сильное. Дверь даже не шевельнулась.

– Не действует, – растерянно произнесла она. – Жалко, нет под рукой разрыв-травы. Кроме того, что помогает находить клады, она открывает замки и снимает запоры.

– А может нас снаружи заперли? – предположил Санька.

– Как? Я не заметила на двери никаких запоров.

– Ну, кто-нибудь подкрался и подпёр… палкой.

– Ага! Дверь открывается вовнутрь, какая палка!

– В самом деле, – согласился Санька.

– К тому же, если бы тут кто-нибудь появился, я бы почувствовала. Скорее всего на дверь наложено заклятие и открыть её изнутри невозможно.

– Зачем? Во-первых, тут ничего нет, кроме этого призрака. К тому же, кому придёт в голову забираться в Кащеевый замок и шастать по комнатам? Хотя… – Санька хлопнул себя по лбу. – А может тут спрятано что-то ценное. Поэтому и работает в одну сторону, чтобы не украли.

– Не думаю. Тайник тут не соорудишь, магией не пахнет, призрак тоже никому не нужен.

– А если Кащей состроил себе дубликат? Ну, мало ли какие ситуации. Он хоть и бессмертный, но иголочка на него есть. Вот в особо опасные моменты он двойника и выпускает. Как Серый Магистр, помнишь? А чтобы дубликат случайно не выбрался, дверь заколдовали. Опять же, если кто сюда случайно попадёт, то выйти не сможет и никому не расскажет.

– Возможно, – в раздумье сказала Василиса. – Но в таком случае, и нам несдобровать, раз мы узнали его секрет.

– Да ладно, – беспечно махнул рукой Санька, – мы же его искали. Вернётся домой, сразу почувствует, что у него гости и придёт сюда.

– А если нет?

Санька смущённо почесал затылок. Такой вариант он не предусмотрел, и это ему очень не понравилось.

– Я тебе говорила, пошли домой, – с раздражением проговорила Василиса, – так нет, Кащея ему подавай. И что теперь делать?

Богатырь виновато развёл руками. Он понимал, что допустил оплошность, но от этого легче не становилось.

– Пить, – неожиданно произнёс пленник тусклым, безжизненным голосом. Было видно, что он с трудом произносит слова.

Царевна резко развернулась и упёрла руки в боки.

– Призраки не пьют!

– Пить, – повторил пленник.

– Сейчас! – угрожающе проговорила Василиса и вытянула в его сторону ладошку – Сгинь!

Пленник, однако, продолжал сидеть, как ни в чём не бывало. Санька с Василисой переглянулись.

– По-моему, это всё-таки Кащей, – шепнул богатырь.

– Но почему он тут? – тоже понизив голос, спросила она, покосившись на пленника.

– Откуда я знаю. Значит, сцепился с кем-то посильнее его. Ты же сама говорила, куча желающих с ним посчитаться, вот и нашёлся один такой.

Василиса растерялась. Это ж какой колдовской силой должен обладать таинственный противник одного из самых могущественных магов на свете, чтобы подстроить ему ловушку в его собственном дворце. Она никогда не видела Кащея и представляла его только по рассказам нянек, зато Санька с ним встречался и навряд ли ошибается. Ситуация становилась всё более непонятной.

– Ну и что? – рассердилась она. – Кащей и Кащей, какая разница, у нас с тобой другая забота – выбраться отсюда.

– А если его освободить? – предложил Санька. – Уж он-то откроет дверь. В конце концов – это его замок.

Они подошли к пленнику и уставились на него. Тот продолжал сидеть с самым равнодушным видом.

– Ау, – произнёс Санька и помахал перед лицом Кащея ладошкой.

Тот равнодушно повёл глазами вслед за рукой и снова замер.

– Бесполезно, – сказала Василиса. – Цепи заговорённые и забирают всю его силу. И пока их не снять, ничего не получится.

Санька задумчиво почесал затылок.

– Была бы пилка по металлу или болгарка с алмазным диском, – вздохнул он, но тут же вскинулся и с надеждой воскликнул. – Наум! Игнат! Вы где?

Однако невидимки, до сих пор являвшиеся по первому зову, на этот раз даже не откликнулись. Санька поскучнел.

– Наверно у Бабы Яги чем-то заняты.

– Давай я попробую, – сказала Василиса.

Она протянула к пленнику руку и тут же отдёрнула.

– К ним даже не притронуться.

– Это потому, что ты магию чувствуешь, вот они на тебя и воздействуют. А я человек простой, – деловито произнёс Санька. – Счас проверю.

Он шагнул к Кащею, но внезапно одна из цепей отцепилась от стены и, покачиваясь словно змея, нависла над богатырём. Он проворно отскочил назад.

– Змеюка. Что же нам теперь, вечно куковать в этом подземелье?

– А ты слезу пусти, – раздался ехидный голос.

Дверь приоткрылась и в проёме появилась кошачья морда.

– Баюн! – радостно воскликнули Санька и Василиса.

– Кто же ещё, – проворчал кот, вваливаясь внутрь.

– Стой! – завопил Санька, бросаясь к выходу.

Поздно. Кот успел ввернуться полностью. Дверь мягко подалась назад и захлопнулась. Санька подскочил, подёргал ручку и со злостью пнул упрямую деревяшку. Двери такое обращение не понравилось. Заклинание, похоже, было рассчитано и на то, что кто-то попытается её выломать. Санька почувствовал такой удар по ноге, что она на мгновение онемела.

– Ну что же ты, – удручённо посмотрел на кота богатырь, растирая ногу. – Я же тебе кричал.

– А в чём дело? – насторожится Баюн.

– Дверь с этой стороны не открывается. Василиса говорит – заколдована. Всех впускать и никого не выпускать. Этакая мышеловка.

Кот нахмурился.

– А зачем вы тогда сюда забрались?

– Мы не знали.

– Думать надо, когда по чужим замкам шастаете. Почему меня не дождались?

– Оплетаи напали, – ответила Василиса.

– Оплетаи-заплетаи, – рассердился Баюн. – А потом, хотя бы позвать, нельзя было? Вот у этого молодца, – он показал на Саньку, – когда ему сильно приспичит, очень хорошо получается.

Василиса виновато потупилась. Кот прав, и она могла бы хоть на немного посмотреть, что их ждёт в будущем.

– Да ладно, не ругайся, – сказал Санька, – Сплоховали, с кем не бывает.

– Особенно с тобой, – не унимался кот. – Сколько ещё я буду тебя из всяких ловушек вытаскивать?

– Это я виновата, – вступилась за жениха Василиса, – не почувствовала, что здесь опасно.

– Конечно, – съязвил кот. – Будущие царь с царицей везде, как у себя дома.

«Вот вредина», – вздохнул Санька и, чтобы перевести разговор с неприятной темы, спросил:

– А как ты догадался, что мы тут?

– Я когда из болота вернулся, вас не нашёл. Понял, что сами к Кащею отправились. Добрался до замка – никого. Ни Кащея, ни вас. Сначала подумал, что вы ещё не дошли, либо вас Кащей по дороге встретил и уже хотел возвращаться, как… – Баюн ехидно посмотрел на богатыря. – Чувствую – Куролиском потянуло.

– Тебя бы в эту яму, я бы посмотрел, – с обиженным видом вполголоса буркнул Санька.

А кот, словно не замечая его мрачной физиономии, как ни в чём не бывало продолжал:

– Вот я и подумал, что вы тут. Пошёл на запах, увидел дверь, толкнул – она и открылась. А получается, что западня.

– Ага, и что теперь делать?

– Не бывает безвыходных ситуаций, – важно произнёс кот. – Из любой темницы должен быть выход.

– Точно, – встрепенулся богатырь. – Ты же умеешь сквозь стены проходить. Выйдешь, позовёт на помощь Бабу Ягу или Змея Горыныча, они нас освободят.

– В Кащеевом замке сквозь стену не пройдёшь, – возразила Василиса.

– А у нас однажды получилось, – сказал Санька и заговорщицки подмигнул коту. – Ну ты помнишь.

Баюн снисходительно фыркнул, поднялся и пошёл вдоль стены, внимательно разглядывая каждый камешек.

– Сейчас выйдем, – обрадовался Санька. – Баюн он такой, он куда хочешь пролезет.

Василиса скептически пожала плечами, но промолчала, вдруг получится.

А Баюн, словно заправский кладоискатель, медленно двигался вдоль стены, периодически останавливался, прислонившись ухом к стене, простукивал камни лапой, принюхивался и что-то невнятно бормотал себе под нос.

Санька с Василисой с надеждой наблюдали за его манипуляциями. Но, поравнявшись с пленником, кот замер, затем развернулся и с недоумением уставился на Саньку.

– Кащей, – кивнул тот. – Заколдован.

Баюн едва не ляпнул, что не надо его разыгрывать – Кащея околдовать невозможно, но остановился. А если Бессмертный притворяется? Специально. Кто знает, что он задумал, поэтому все вопросы и предположения лучше оставить при себе. Кот ещё раз взглянул на пленника, надеясь, что тот подаст какой-нибудь знак, но у Кащея был настолько отрешенный вид, что кот уже не знал, что и подумать.

– Вы точно уверены, что он околдован? – осторожно спросил он.

– Цепи, – сказала Василиса. – Сам посмотри.

– Только близко не подходи, – предупредил Санька. – Укусят.

Прижав уши, кот осторожно шагнул к Кащею, но заметив, что по цепям прошла судорога, остановился и, вытянув морду, принюхался. Затем подался назад, с хмурым видом уселся на задние лапы и в волнении принялся вылизывать на брюхе шерсть.

Получается, Саньку действительно похитили и запрятали в яму к куролиску, а когда он освободился, заманили вместе с Василисой в подземелье замка. А теперь ещё и Кащея заколдовали. Было от чего голове пойти кругом. Слишком много странных, даже необъяснимых событий произошло за последнее время. И ни на одно из них нет внятного ответа. Хуже всего – непонятно, что делать дальше. Вариантов развития событий всего два: либо они останутся, как сказал Санька, куковать тут навсегда, либо явится тот, кто заманил их в западню. И не известно, что лучше.

На всякий случай кот закрутил головой, прикидывая, куда в случае опасности успеет спрятаться маленькое безобидное животное, совершенно случайно оказавшееся в неправильное время в неправильном месте. Единственный вариант – за бочку. Если пододвинуть её в угол.

– Убедился? – спросил Санька.

Баюн оглянулся на Кащея.

– Да уж, но я боюсь без него нам отсюда не выбраться.

– Вот и я об этом, – поддержал кота Санька. – И для начала надо привести его в чувство.

Он подошёл поближе к пленнику, помахал у него перед лицом ладошкой и громко позвал:

– Кащей, ау! Это мы, твои друзья! Ты нас слышишь?

– Пить.

– Сначала помоги выбраться отсюда.

– Погоди-ка, – остановил его Кот.

Он внимательно посмотрел на Кащея и задумчиво уставился на потолок, что-то вспоминая. Затем повернулся к Василисе.

– Я слышал, что однажды с Кащеем подобная неприятность уже случалась. И околдовывали, и в цепи заковывали. Говорят, он освободился, выпив три бочки воды. – Кот почесал за ухом, встряхнулся, подошёл к бочке и похлопал по ней лапой. – Бочка есть, осталось найти воду.

– Где ж её взять, – удручённо махнул рукой Санька. – Был бы тут Водяной. Он бы отыскал какую-нибудь подземную речку.

– Вообще-то он дал мне воды, – спохватилась Василиса.

– Так что ты молчишь! – вскинулся кот.

Василиса схватила торбу и принялась в ней копаться. Как всегда, под руки лезла разная ерунда. Тогда она вывернула содержимое на пол, вытащила пузырёк и сгребла остальные вещи обратно.

– Здесь всего на один глоток, – буркнул Санька.

– Хватит, – ответил Баюн. Настроение у него резко улучшилось.

Он поставил бочку днищем вниз, пододвинул поближе к Кащею и приказал:

– Лей.

Василиса с сомнением посмотрела на кота. Хотя, вроде не шутит.

– Давай, давай, – ободрил её Баюн.

Она пожала плечами, вытащила пробку и перевернула пузырёк. Полилась вода и, странное дело, она шла без перерыва этаким маленьким водопадиком. Вскоре бочка наполнилась доверху. Кащей подался вперёд, однако цепи оказались слишком короткими и не давали дотянуться до воды.

Василиса растеряно посмотрела на Саньку.

Парнишка уселся на пол и, упираясь ногами в бочку, начал медленно двигать её поближе к Кащею, с опаской поглядывая на цепи. И как только одна из них дёрнулась, моментально поджал ноги и откатился назад.

Зато Кащей наконец-то смог дотянуться до края бочки. Он начал пить и прямо на глазах его облик менялся. Он понемногу ожил и если поначалу тянулся к воде, то вскоре уже смог наклонить на себя бочку, а затем поднял её и допил до самого дна.

– Воды

Василиса снова наполнила бочку, Кащей выхлебал и эту и попросил ещё.

Опустошив третью бочку, Кащей окончательно пришёл в себя, поднатужился и резким рывком разорвал цепи.

– Благодарю, – произнёс он, поклонившись Василисе, щелчком сбил с рук браслеты с остатками цепей и повернулся к коту. – А тебе, лохматый летописец, персональное спасибо. Если бы не ты… Не ожидал.

– А некоторые меня, помнится, в окошко, – ехидно заметил кот, но на всякий случай отодвинулся. – А если бы разбился? Кто бы этим неразумным подсказал?

– Ладно не ворчи. А как ты догадался?

– Тут такое дело, – замялся Баюн. – Я вообще-то не поверил. Думал это так, очередная байка. Эти сказители и гусляры такие выдумщики. Просто отложилось в памяти.

– А покороче можно? – не выдержал Кащей.

– Так я и говорю. Собирал местный фольклор: песни, сказки, прибаутки. Встретил одного сказителя. Он мне былину. Про Марью Моревну. Что с вами уже случалась подобная неприятность.

– Ох уж мне это народное творчество, – раздражённо дёрнулся Кащей. – Сказители-исказители.

– Что за Марья? – навострилась Василиса. Ей стало ужасно любопытно, неужели можно посадить на цепь всемогущего мага?

– Воительница, – нехотя сознался Бессмертный. – Мы с ней случайно на одной тропке столкнулись. Она сразу в драку. Я, поначалу думал, так, слегка поиграть, ан нет. Бились три дня и три ночи, и никто верх не взял. Огонь-девка. Я предложил ей мир, руку и сердце. И вроде всё сладилось, так как на зло появился Иван-царевич. Влюбились они друг в дружку и решили бежать. Но Марья боялась, как бы я Ивана в сердцах не зашиб, поэтому меня вечером дурманом опоила, а когда я очнулся, то оказался в цепях в этой темнице.

– А что за зелье? – вытянула шею Василиса.

– Даже не думай, – цыкнул на неё Кащей. – Руки вмиг отсохнут.

– И как же вы выбрались? – спросил Санька.

– Так же, как и сейчас. Пока Марья коней собирала, Иван из любопытства по дворцу расхаживал да на темницу и набрёл. Я не просил его освободить, а только водицы испить. Не знал Ивашка, что моя сила от воды возвращается. Принёс ведёрко, я выпил и цепи разорвал. Но что в чужое счастье лезть. Сделал вид, что замешкался, а когда Марья с Иваном-царевичем ускакали, в погоню кинулся. Там, ясень пень, меня Иван победил и похоронил. Они дальше поехали, а я обратно к себе. Выходит, Иван об этой истории по глупости кому-то рассказал. Болтун.

– Зато мы бы в жизни не догадались вам воды дать, – возразил кот.

– Тоже верно, – согласился Кащей и повернулся к богатырю с царевной. – Что тут у нас?

– Не выйти, – хором ответили Санька и Василиса.

Кащей недоумённо на них посмотрел, подошёл к выходу и попытался открыть дверь. К его удивлению, она даже не шевельнулась.

– Хм, – хмыкнул Кащей. – Очень странно.

Он помассировал пальцы, потёр ладони и вскинул руки. Ударила ослепительная молния. Однако вместо того, чтобы разнести на мелкие кусочки дверь, отразилась назад и накрыла самого Кащея. Санька с Василисой в ужасе отскочили назад, а кот сиганул за бочку.

– Тьма подземная, – выругался Кащей, взмахнул рукой, и огонь погас.

Санька с Василисой переглянулись. Кащей заметил их недоумение и смущённо почесал лысину.

– Странно. Вроде никакого заклинания не накладывал. Хотя, не помню. С той поры ни разу сюда не заглядывал.

– И что теперь делать? – спросила Василиса.

– Посидим, подумаем.

– Ну уж нет! – неожиданно взорвался Санька. – Я посидеть не согласный! Это вы бессмертный и можете хоть тыщу лет тут торчать, а мы люди простые, у нас время ограничено.

Честно говоря, он понимал, что они с Василисой очутились в этом положении исключительно из-за его глупого упрямства. Пошли бы домой и сейчас бы сидели за свадебным столом. Осознание того, что Василиса из-за него погибнет, и даже всесильный Кащей не может помочь отсюда выбраться, приводило его в отчаяние.

– Ты чего? – шарахнулся от него Баюн.

– А он чего?! – сердито махнул рукой в сторону Бессмертного богатырь и поперхнулся.

Зловещий маг вместо того, чтобы за подобную дерзость превратить его в лягушку или червяка, сидел слегка наклонив голову набок и улыбался. Весь пыл у Саньки сразу прошёл, и он меланхолично добавил:

– Свадьба у нас.

– Свадьба – это святое, – согласился Кащей.

Василиса шагнула к Саньке, взяла его за руку и мягко сказала:

– Всё верно, надо подумать, для чего нас сюда заманили.

– Посмотреть на наши косточки, – мрачно ввернул Баюн.

– Помолчи, – осадила его Василиса и повернулась к Кащею. – Для начала начнём с вас. С нами понятно, а вот как вы тут очутились? Всё-таки с вами трудно, почти невозможно, справиться. Что здесь произошло за последнее время?

Неожиданно Кащей замялся и развёл руками.

– Вроде ничего особенного.

Василиса удивлённо подняла брови.

– Сознайтесь, украли очередную девицу? А потом пришёл её суженый, победил вас в честном бою и заточил сюда.

– Ну… – Кащей на мгновение запнулся, словно подыскивал более-менее правдоподобное объяснение, и согласно кивнул головой. – Да, примерно так. Богатырь. Из дальнего царства. Вы о нём не знаете.

Санька с трудом удержал улыбку. Раньше бы он непременно съязвил, что и на старуху бывает проруха, но за время знакомства с Кащеем поумнел и промолчал.

Зато Василиса, заметив странную заминку и неудачную попытку сослаться на какого-то неизвестного богатыря, сразу же навострила ушки. Похоже, Кащей пытается что-то скрыть. Оказывается, и не такой уж он всемогущий. От этой мысли царевна пришла в восторг и, позабыв с кем имеет дело, торжествующе выдала:

– Значит и на вас наконец-то нашлась управа! Знала бы, в жизни сюда не пришла, так бы и сидели до скончания века!

Санька дёрнулся и толкнул Василису локтем в бок.

– Тише ты. Он всё-таки не начинающий экстрасенс или «липовый колдун», а серьёзный маг.

– Ничего, – ответил Кащей, откровенно любуясь царевной. – Уж больно она на свою мать похожа.

– Откуда вы знаете? – насторожилась царевна.

– Я с твоей матушкой, Любавой, знаком был. Замечательная, скажу вам, женщина. Красивая, умная.

Записной «злодей» к их огромному удивлению, мечтательно посмотрел вверх и вздохнул, но заметив ошарашенный взгляд царевны, усмехнулся.

– Не ожидала? Думала я старый бездушный кровопийца?

– Да нет, – смутилась она, хотя именно так всегда и считала. Но сейчас выяснять отношения было бы большой глупостью, и она дипломатично заметила. – Просто все знают, что вы большой любитель молоденьких девушек.

– Только они меня не любят.

– А зачем вы их похищали? – снова не удержалась Василиса.

– Проверка чувств. Не все женихи ради своих невест на опасные подвиги шли, некоторые больше за себя переживали. Зато те, кто меня на смертный бой вызывал, в сказках да легендах остались.

– Мёртвые.

– Почему мёртвые? Нормальные, живые.

– Действительно, – воскликнул Санька. – Насколько я читал… – он заметил удивлённые взгляды и быстро поправился. – В смысле, слышал. От этих… как их, гусляров и сказителей. Вы же ни одного богатыря по-настоящему, насовсем, ни разу не убили. Заколдовывать – заколдовывали, но они всё равно потом оживали. Зато вас убивали каждый раз. Даже странно.

– Кто-то же должен был победить, – пожал плечами Кащей. – Иначе, что это за подвиг.

– Так вы притворялись?! – изумлённо воскликнула Василиса.

– Конечно, я ж бессмертный.

Царевна оторопела. Все её представления о зловещем и бездушном злодее рушились на глазах. Однако не желая сдаваться язвительно спросила:

– А что с теми девушками, за которыми не приходили?

– А что с ними? Отпускал конечно. Внушал, что в лесу заплутали и выводил к ближайшему жилью. Они ничего не помнили и дальше спокойно жили.

– А моя мать?

И снова Кащей расплылся в мечтательной улыбке. Было видно, что воспоминания о Любаве доставляют ему большое удовольствие.

– Она меня не испугалась. Первый её женишок трусоват оказался, на смертный бой не пришёл. А она даже обрадовалась, у меня целый год жила. Ума-разума набиралась. С лесными волшебниками подружилась. Я её потом вывел, она за Берендея вышла, и никто на их царство напасть не мог.

– Постойте, постойте – встрял Санька, который уже несколько минут ёрзал от терзавшего его вопроса. – Извините, что прерываю ваши воспоминания, но не могли бы вы прояснить один вопросик. Насчёт поединков с богатырями и бессмертности. Насколько я слышал, все знают, где спрятана ваша жизнь. Дуб, заяц, утка, щука, яйцо, иголка. И ежели иголку сломать – вам конец. И никаких поединков.

– В лесу дубов много, поди найди нужный, – усмехнулся Кащей.

– А Иван-Царевич нашёл. И даже иголку сломал.

Бессмертный с хитринкой посмотрел на богатыря:

– А ты пробовал обычную иголку хотя бы согнуть?

– Ну, вообще-то… – замялся Санька.

– Вот и я о том же. Иголки разные бывают.

– Значит вы жульничали?

– Почему? Всё по-честному. Он потратил кучу времени на поиски и вернулся с какой-то железкой. Весь довольный, что отыскал мою смерть и сейчас со мной расправится. А я и не спорю. Заслужил.

– Всё равно обман.

– А по-моему неплохая задумка. Мало ли плюгавенький богатырь попадётся, или дела какие срочные, или просто отдохнуть охота, завсегда можно подсказать ему и послать – пусть ищет.

– Это конечно интересно, – согласилась Василиса. – Но всё-таки, что за богатырь вас сюда заточил?

– Ну, как сказать… – неуверенно начал Кащей, явно пытаясь придумать какое-нибудь приличное объяснение этому несуразному происшествию.

– Всё ясно, – насмешливо перебила его царевна. – Никакой не богатырь, а одна из девиц, которую вы украли.

Кащей едва заметно кивнул и слегка порозовел.

Покрасневший от смущения злодей – необыкновенно зрелище. Это было настолько невероятно, что Санька с Василисой разинули рты. Зато кот сразу же навострил уши – вырисовывался сенсационный материал для новой книги. Он и название моментально придумал: – «Любовные похождения великого и ужасного».

– Опять Марья Моревна? – прищурилась Василиса.

Ей ужасно захотелось встретиться с этой замечательной богатыркой. Поболтать за жизнь, обменяться опытом.

Кащей понял – так просто от настырной царевны не отвязаться. Но и вдаваться в подробности своего фиаско не собирался.

– Нет, другая, – нехотя ответил он.

– Значит самая обыкновенная девушка, – язвительно заметила Василиса. – Интересно, как она смогла заточить в темницу, да ещё приковать цепями всемогущего злодея?

– Ну, не совсем обыкновенная, – рассердился Кащей.

– Ага! – торжествующе воскликнула Василиса. – Я так и подумала, вы похитили какую-то принцессу!

– Никто её не крал! – рассвирепел от такого натиска Кащей. Несносная девчонка всё-таки его достала. – Это ведьмочка. Одинокая. Тоже у меня гостила. Давно. Недолго. Потом расстались. Мирно, без скандала.

– Ну да, с вами поссоришься, – фыркнула царевна.

– Погоди, не мешай, – перебил её кот и повернулся к Кащею. – Продолжайте.

– Ты что, собираешься записывать? – нахмурился Бессмертный.

– Ну вы же знаете, – ответил Баюн. – Чтобы народ знал правду. Итак – вы её нашли…

– Сама заявилась, – буркнул Кащей. – Шла, говорит, мимо, дай, думаю, заверну на огонёк. Соскучилась. Вот я и растаял. Пригласил на ужин, ну, и сами понимаете: вечер при свечах, неторопливые разговоры о жизни, литературе, о заморских странах. У неё и бутылочка старинного вина с собой оказалась. Бутылочка такая махонькая. – Кащей показал на пальцах, какая была бутылочка. – И вино такое лёгкое, вкусное. И всего лишь пару напёрсточков пригубил, а ничего не помню. Очнулся – в цепях. Голова трещит, ничего не соображаю и силу применить не могу. Вот такая история.

– Пить вредно, – назидательно произнёс Санька.

– Она на что-то обиделась, – предположил кот.

– А нечего было охмурять девушку, – категорически заявила Василиса. – Небось наобещал в три короба: любовь до гроба, прогулки при Луне, закаты-рассветы, ромашки-лютики.

– И прописать на своей жилплощади, – ехидно добавил Санька.

Кащей мрачно посмотрел на парнишку. В конце концов сколько можно быть объектом насмешек, и он сам перешёл в наступление.

– А вы как тут оказались?

– Змей Горыныч принёс.

– Зачем?

– Вас искали.

– Зачем?

– Хотели узнать, зачем вы меня бросили в яму к куролиску?

Санька считал, что Кащей, всемогущий маг, всё знает, видит людей насквозь и его невозможно застать врасплох или удивить. Но глаза у Бессмертного округлились, а брови полезли вверх.

– К кому? С чего ты взял?

– Я хотел сделать всем подарок, но так как колечка больше не было, то решил попросить вас помочь. И когда мы встретились…

Брови Кащея попытались забраться ещё выше.

– Погоди, погоди, – он озадаченно замотал головой. – Меня два дня вообще в Берендеевом царстве не было, а как вернулся, сразу встретил ведьмочку.

– Как же, – загорячился Санька. – Утром, в лесу, неподалёку от дворца.

Кащей внимательно посмотрел на богатыря, пытаясь понять, не шутит ли тот, но вроде не похоже.

– Очень странно, – задумчиво проговорил он. – Ладно, предположим, и что дальше?

– Вы сначала пообещали, а потом напустили чёрную тучу, и она меня утащила в яму. Василиса свидетельница.

Кащей посмотрел на Василису, она утвердительно кивнула, и он снова повернулся к Саньке.

– Ты точно уверен, что это был я?

– Конечно.

– Интересно, кто рискнёт вами представиться? – высунулся Баюн.

– В принципе верно, но… – Кашей неопределённо покачал головой. – Значит кто-то рискнул. И очень хочется узнать – кто. Так что сосредоточься и вспомни, как он, то есть я, выглядел.

– Как обычно, длинный плащ, капюшон. Как в первый раз, когда мы с вами встретились.

– Погоди, неужели ты не видел с кем разговаривал?

– Лица не разглядел, вы… – Санька запнулся. Теперь и он засомневался, что это был действительно Бессмертный. – Вы в тени стояли. Но одежда как у вас, – закончил он решительно.

– Хорошо, лица не видел, а голос? Вы же, небось, разговаривали.

– Голос ваш, хотя… – Санька неуверенно потеребил себя за нос. – Могу и ошибаться.

– Ясно. А потом?

– Потом прилетел ворон.

– Ворона, – уточнила Василиса.

– Какая разница. Птица и птица, чёрного цвета. Она превратилась в тучу, я потерял сознание, очнулся в яме. С этим… вашим куролиском.

– А как же он тебя не заколдовал?

– Он при мне вылупился. Баюн сказал…

– Что ты его папа, – хрюкнул Кащей.

– Ничего больше не скажу, – насупился Санька. – Сами разбирайтесь.

– Ладно, ладно, – успокоил его Кащей. – Просто тебе снова очень повезло. Давай дальше?

– А что дальше. Пришёл Баюн, привёл Василису, они меня спасли.

– А куролиск? В яме остался?

– Почему? Мы его на Заколдованное болото, к Кикиморе отправили. Баюн говорит, что они подружились.

Кот кивнул.

– Странно, в ворону ни один приличный маг не превращается, разве только колдунья, – пробормотал Кащей, вскочил и попытался расхаживать по темнице. Но ткнулся о стену, сердито фыркнул и подошёл к Василисе.

– А ты что скажешь?

– Я вас не видела. Только ворону и Чёрную тучу.

– Маловато, – вздохнул Кащей и повернулся к Саньке. – Попробуем с другой стороны. Ты зачем меня искал?

– Домой хотел, – смутился Санька.

– Куда?! – подскочил Кащей. – Ты же решил здесь остаться. Я тебя к Бабе Море водил, разрешение получил, а теперь выходит, всё обратно переигрывать? – И сердито уставился на Василису. – Вы что, поругались?

– Да нет, – защищая невесту шагнул вперёд Санька. – Я хотел из нашего времени гостинцев принести: мороженого, конфет всяких.

Кащей предостерегающе вскинул брови и покосился на Василису.

– Да она уже знает, – махнул рукой Санька. – Я ей всё рассказал.

– Ну и денёк, одни сюрпризы, – изумлённо пробормотал Кащей. – Получается, когда ты захотел вернуться в свой мир, тебя посадили к куролиску. Странно. Когда, говоришь, это произошло?

– Утром.

– А меня днём.

– Но ведь кто-то представился вами, – не выдержал кот. – И лично мне почему-то кажется – этот «кто-то» не хотел, чтобы вы встретились.

– Скорее не хотел, чтобы он отправился домой, – ответил Кащей.

– Ерунда, – решительно проговорил Санька. – Кому я мог помешать. Жил себе спокойно и сюда попал чисто случайно.

– Не скажи, – возразил Кащей. – Я в ту пору отлучился в Тридесятое царство и проморгал этого писаря, а когда вернулся, Любаву уже сглазили. Она только успела мне шепнуть, чтобы я доченьку её, Василису, охранил. Вот я и присматривал, а когда понял что задумал Хряк, решил найти богатыря, который смог бы защитить царство Берендея и, главное, Василису. Сам-то я не могу в дела живых вмешиваться. Зеркало показало тебя. Между прочим, не так легко было тебя сюда доставить. Долго пришлось бабу Мору и Вия уговаривать, пока не согласились. Так ты здесь и оказался.

– Но вы же меня обратно отправили.

– Отправил, а ты вернулся.

– Так ведь Василису украли.

– А ты откуда узнал?

– Приснилось.

– Сны просто так не снятся, – усмехнулся Кащей. – Правда пришлось сделать вид, что я не при чём.

– Точно, – обрадовался Санька. – А я-то всё голову ломал, почему вы на меня рассердились. Баюн так и сказал, что вы за меня по шапке получили.

– Было дело. Но не бросать же Василису и царство на произвол судьбы. И потом, ты же решил насовсем остаться.

– Хорошо, – согласился Санька. – Тогда откуда эти злодеи узнали, что я вас ищу?

– Есть много способов.

– Послушайте, – не выдержала Василиса. – Давайте потом разберёмся, кто и что на вас наслал. По-моему, сейчас нужно думать, как отсюда выбраться.

– Золотые слова, – покачал головой Кащей. – Зрит в корень.

– Поесть бы, – неожиданно проговорил Санька и смутился.

– Сколько тебя знаю, ты всё время поесть хочешь, – вздохнул Баюн.

– На голодный желудок думать вредно, – ответил Санька с таким жалобным видом, что все рассмеялись.

– У меня есть немного, – сказала Василиса.

Она снова развязала котомку и стала выкладывать содержимое. Достала зеркальце, отложила его в сторону и вытащила хлеб.

– Погоди-ка, – встрепенулся Кащей. – Дай сюда.

Он взял зеркальце и принялся его рассматривать.

– Знакомая вещица. Баба Яга дала?

Василиса кивнула.

– Так, встаньте рядышком, да поплотнее, – приказал Кащей.

Санька взял на руки кота и встал рядом с Василисой. Кащей отнёс зеркальце к стене, прислонил, чтобы в нём отражалась вся компания и, присоединившись к остальным, приказал:

– Домой.

Раздался тихий звон, и они втянулись в зеркальце.

Баба Яга стояла возле большого котла, в котором пузырилось кипящее варево и, помешивая в котле большой поварёшкой, мурлыкала себе под нос:

– Эх помело-о. Пам, пара, пара, пам, пам.

Сегодня она варила свежепридуманный оздоровительный супчик. Горсть молчун-травы, горсть травы-немоты, немного липового цвета, а для приятного вкуса чуток таволги. Одна столовая ложка делала самую болтливую бабу полной молчальницей, и этим рецептом уже активно интересовались все мужики в округе. Бабка добавила ароматной смеси из одуванчиков, укропа, полыни и острого перца, зачерпнула немного бульону и понюхав, восторженно потянула носом. Запах нежный и слегка пряный. Супчик был уже практически готов, оставалось положить приворотной травки. Яга отложила поварёшку на стол, взяла с полки маленькую баночку с приправой и осторожно сняла крышку. Затем подошла к котлу, зацепила щепотку смеси, но только приготовилась высыпать в котёл, как раздался ужасающий грохот.

Три человека вместе с упитанным котом вывалились из висящего на стене зеркала и рухнули прямиком на лавку. Дремавший на лавке чёрный кот в последний момент успел извернуться, с диким воплем сиганул к двери и выскочил во двор. Лавке повезло меньше, она не выдержала такого грубого обращения и развалилась. На полу, среди деревянных обломков, образовалась небольшая куча мала из переплетённых тел, рук, ног и торчащим из них кошачьим хвостом.

Бабка от неожиданности выронила банку, и она, брызнув маленьким фонтаном, плюхнулась в котёл и утонула. Варево моментально окрасилось в ярко-красный цвет, вскипело и принялось плеваться кипящей жидкостью. Вверх поднялся столб пара и окутал избушку.

– Ах вы ж ироды! – взвизгнула Яга. – Я тут целый день, как заведённая, а вы… Да я вас…

И немудрено. Снадобье, которое она начала варить ещё с первыми петухами – безвозвратно испортилось. К тому же, пропала вся приворотная травка. Она росла только в одном месте на дальнем болоте и собирать её можно было только при Лунном свете в сухую погоду и всего лишь три дня во время цветения. Теперь придётся ждать целый год.

Такое наглое вторжение невозможно было оставить безнаказанным. Она схватила метлу, подскочила к гостям, собираясь задать им хорошую трёпку, но испуганно ойкнула, увидев поднимающегося с пола Кащея Бессмертного.

– Кащеюшка, гость дорогой, – елейным голоском проговорила она, спрятав метлу за спину. – Не ушиблись?

– Нет, – ответил Кащей.

– Ой, и молодые тут, – удивлённо захлопала глазами Яга. – И котейка.

– Они самые, – подтвердил Баюн и принялся вычёсывать застрявшие в шерсти щепки.

– Здравствуй бабушка, – вежливо сказали Санька с Василисой, отряхиваясь и потирая ушибленные бока.

А Баба Яга лихорадочно соображала. Если Саньку украл Кащей, то почему они вместе, да ещё с Василисой и котом в придачу? И почему они вывалились из зеркала, хотя Кащей и так умеет мгновенно перемещаться куда угодно? А может Василиса нашла Саньку, но Кащей их вместе с котом околдовал, узнал, что она помогала Василисе и теперь явился по её душу.

Но задавать такие вопросы опасно, и Яга, неожиданно для себя, ляпнула:

– Есть будешь?

Кащей покосился на ядовито-красное месиво и отрицательно покачал головой.

– Нет, спасибо. Я недавно… – и, не придумав ничего лучшего, добавил. – Напился… Чаю.

– Чай, это хорошо, – согласилась Яга и замолкла, настороженно глядя на гостей.

В таком деле, пусть они сначала сами выскажутся, тогда станет ясно, что к чему.

Однако и Кащей не торопился продолжать разговор. Он раздражённо дёрнул носом, пытаясь придумать, как объяснить это внезапное вторжение. Впервые он угодил в такое глупое положение и теперь не знал, как из него выпутаться.

– Мы к тебе за помощью, – выступила Василиса, стараясь разрядить неловкое молчание.

– За травкой лечебной, – ввернул кот.

– За ней, за самой, – обрадовался Кащей. – Шёл по лесу, по своим делам, глядь – эта парочка с котом. Говорят – тебя ищут. Вот я и подумал – дай составлю компанию. Как раз собирался к тебе в гости, а то давно не заглядывал.

– Да уж почитай лет пятьсот, – не удержалась и съязвила Яга.

– И я о том же, – согласился Кащей, довольный, что старая согласилась с этим бредовым объяснением. – Да уж больно далеко было до твоей избушки. Они устали. Вот я и решил помочь. Но, сама понимаешь, с такой оравой перемещаться тяжеловато.

– Ох, тяжеловато, – сочувственно закивала бабка.

У неё отлегло от сердца. Похоже, Кащей не знает, что она помогала Василисе, а если и знает, то не сердится.

– Поэтому и решили через зеркальце.

– И правильно, – поддакнула Яга, старательно изображая, что она поверила этой глупости, хотя так и не поняла, отчего Василиса сама не воспользовалась зеркальцем. – Мы с Чернышом гостям завсегда рады. А кому травка?

Кащей снова замялся. На этот вопрос его фантазии уже не хватало.

– Для Саньки, – поспешила ему на помощь Василиса. – Его Куролиск немного околдовал.

– То-то я думаю, что за запах, – поморщилась Яга. – И как тебя угораздило?

– Поскользнулся, упал, потерял сознание, – выдал Санька известную фразу из прошлой жизни. – Очнулся в яме.

– Ох, – всплеснула руками Яга. – А как же он тебя не…

– Мы его вовремя вытащили, – перебил её Баюн.

Яга сообразила, что и эту тему гости развивать не хотят и бросилась к висящим на верёвке травам.

– Сейчас, сейчас, на этот случай есть у меня одно средство.

Она выдернула один пучок и потянула с полки горшочек: – Давай сразу заварю?

– Потом, дома, – перехватила траву Василиса. – Торопимся мы. У нас свадьба сегодня.

– Да, да, – поддакнул Кащей. – Свадьба у них. Пусть идут, отсюда до дворца недалеко. Я их провожу, чтобы опять не заблудились, а мы с тобой потом посидим, покалякаем.

Бабка переводила взгляд с одного на другого и ничего не понимала. Вернее, она понимала, что ей морочат голову, но почему – неясно. В её взгляде отчётливо читалось любопытство. Сразу с десяток вопросов вертелось на языке, но хитрая бабулька не торопилась – ничего, потом выпытает у Василисы или у кота, хотя он ещё тот тихарила.

– Ну, мы пошли, – сказала Василиса. – А то, небось, всё царство с ума сходит.

– Погоди, – остановил её Кащей.

Всё-таки остатки ядовитой смеси ещё продолжали действовать. И он посмотрел на Ягу.

– Слушай, я что подумал. Им же побыстрее надо. Церемонию подучить, ну и… – он искоса посмотрел на Саньку и не удержался. – Некоторым в баньку сходить. Могут опоздать. У тебя ничего подходящего нет?

– Найдём, – засуетилась Яга. – В ступу вы не поместитесь, два сапога-скорохода на три ноги не натянешь, но у меня есть то, что вам подойдёт.

Она подошла к сундуку, откинула крышку и несколько минут копалась в содержимом. Наконец выпрямилась и с гордым видом вытащила небольшой замызганный кусок ковра с ободранным углом и дыркой посередине. Встряхнула коврик и громко чихнула.

– Это что? – спросил Санька, вспомнив, что во время первого посещения Яги видел этот предмет.

– Ковёр-самолёт, – гордо произнесла старушка.

– Эта тряпочка?

– Ты по его внешнему виду не суди, – насупилась Яга. – Доставит – куда хошь и в лучшем виде.

– А мы не провалимся? – Санька показал на дырку.

– Давно не пользовалась, – всплеснула руками старушка. – Наверно моль подъела.

– Жирная, – хмыкнул Кащей.

– Счас исправим, – зачастила Яга и закрутила головой. – Где-то тут моя игла самосшивательная? – Но тут же хлопнула себя по лбу ладошкой. – Я ж её Василисе Премудрой на время дала. Она скатерть самобранку вышивать собралась.

Она поплевала на ладошку и провела рукой над ковром. Дыра моментально затянулась, а поверхность стала идеально чистой.

– Вот, – с довольным видом сказала Баба Яга и расстелила на полу допотопный вариант планера. – Устраивайтесь.

Кащей и Василиса ступили на ковёр. Санька категорически не хотел отправляться в это безумное, на его взгляд, путешествие на носовом платке. Но, изобразив полнейшее безразличие к своей дальнейшей судьбе, пристроился рядом. А куда денешься? Во-первых, что подумает Василиса? Она-то спокойно села. К тому же, раз он богатырь, то и обязан соответствовать своему званию – стойко переносить разные лишения и тяготы и смело встречать любую опасность.

«А ещё кто-то в цари собирается», – прозвучал у него в голове ехидный кошачий голос.

«Вот язва», – чертыхнулся про себя Санька и покосился на Василису с Кащеем.

Но они стояли с самым безмятежным видом, словно никогда не умели читать чужие мысли.

– Ну что, готовы? – спросила Яга.

– А ты? – посмотрел на кота Кащей.

– Что-то я притомился – отвёл глаза в сторону Баюн. – Отдохну немного, заодно бабуле помогу.

«Осторожничает», – понял Кащей.

– Ладно, только смотри…

– Ни в коем разе, – поспешно ответил кот. – О досадном недоразумении история умалчивает.

– Пошёл! – приказала Яга.

Ковёр-самолёт плавно приподнялся над полом и полетел к выходу.

– Она ж закрыта! – вскрикнул Санька, перепугавшись, что они сейчас врежутся и свалятся с этого ненормального средства передвижения.

Но ковёр прошёл сквозь дверь, и Санька от удивления захлопал глазами – они находились на верхней площадке одной из башен замка Кащея.

– Ну что? – улыбнулся Кащей.

– Замечательно, – согласился Санька. – Намного лучше, чем на спине Горыныча кататься. Надо его себе оставить.

Но едва они сошли с ковра, как тот исчез.

– У Яги зимой снега не выпросишь, – усмехнулся Кащей.

Санька вздохнул, ох уж эти волшебные вещи, сначала Неразменный Рубль, теперь Ковёр-самолёт.

– Странно, а где все? – спросил он, посмотрев вниз. – В прошлый раз был полный двор всякой нечисти.

– Тебе показалось, – усмехнулся Кащей. – Неужели ты думаешь, что сюда попадёт кто-нибудь посторонний? Это Череп развлекается – для моих посетителей призраков создаёт. Проверяет. Будет время, попроси, он тебе покажет представление. А сейчас – не волнуйтесь.

Пол стремительно пошёл вниз. Не успели Санька с Василисой испугаться, как уже стояли посреди знакомого зала.

– Итак, – сказал Кащей, усаживаясь на трон. – Перейдём к нашим делам, но прежде… – он лукаво покосился на Саньку. – Кто-то, помнится, у нас проголодался и на пустой желудок думать не может. Поэтому сначала предлагаю перекусить.

Он хлопнул в ладоши, и рядом с троном появились два кресла и роскошно сервированный большой стол.

Санька сглотнул вмиг наполнившую рот слюну. Да и кто бы сумел устоять от подобного гастрономического искушения после череды физических упражнений на свежем воздухе.

Большой серебряный подсвечник на пять свечей освещал белоснежную скатерть, сервированную двумя наборами тончайшей фарфоровой посуды, украшенной лишь скромным вензелем в виде черепа с двумя буковками К и Б по краям. Рядом – массивные серебряные столовые приборы и большие хрустальные бокалы, в которых отражалось и играло пламя свечей. Но Саньку мало интересовало всё это великолепие, главное – поесть. Однако машинально отметил, что Кащеево угощение оказалось намного беднее, чем у Бабы Яги. Большой серебряный поднос с жареным мясом, такое же блюдо с пирогами и несколько кувшинов с напитками. Впрочем, сейчас он был согласен даже на простое тёткино картофельное пюре с малосольными огурчиками и дёрнулся к столу, но взглянув на Василису, пересилил себя и решительно произнёс:

– Сначала дело.

– Хорошо, – согласился Кащей и снова хлопнул в ладоши.

Стол исчез. Санька с Василисой уселись в кресла, которые тут же изменили свою форму, чтобы было удобнее сидеть.

«Стану царём, заведу себе такие же», – подумал богатырь, уютно расположившись на мягком ложе.

– Итак, что мы имеем? – начал Кащей. – От тебя хотели избавиться. Подумай, кому и чем ты мог помешать?

– Не знаю. В той жизни никому, а здесь только Хряку и Магистру, но с ними вроде покончено. Если они, конечно, не оживут.

– Это вряд ли, – задумчиво произнёс Бессмертный. Он встал и принялся расхаживать по залу. Затем остановился. – А может ты чего видел или знаешь?

– Не видел, не знаю, не был, не имею, не привлекался.

– Крылышки не прорезались? – усмехнулся Кащей. – Прямо идеал. Баюн твоим жизнеописанием не занялся?

– Да ладно подкалывать, – буркнул Санька. – Я действительно не знаю, кому встал поперёк дороги.

– А может у тебя есть что-то ценное, необычное?

– Да нет ничего, – пожал плечами Санька. – Было колечко, которое вы мне подогнали, но оно рассыпалось.

– А давай мы тебя посмотрим, – предложила Василиса.

– В смысле? – насторожился Санька.

– Твою родословную, может что прояснится.

– Хорошая идея, – заметил Кащей.

Он повёл головой, и кресло вместе с богатырём подкатилось к небольшой картине, занавешенной плотной, расшитой золотыми узорами, тканью. Ткань, словно занавес, разошлась в стороны и под ней оказалась зеркало.

Санька пискнул, вывалился из кресла и метнулся в сторону.

– Ты куда? – удивился Кащей.

– Я с ним уже познакомился. Хватит. Я ещё жить хочу.

– А нечего без хозяев по чужим замкам шастать, – назидательно заметил Бессмертный. – Не переживай, это другое.

– Да? – недоверчиво спросил Санька и огляделся по сторонам. Действительно, «злое» зеркало висело на противоположной стене.

– И меня не затянет? – на всякий случай поинтересовался он.

– Нет. Покажет твоё прошлое.

– И узнаем, кто на меня наехал?

– Надеюсь, а ты зайца изображаешь. Так что устраивайся поудобнее и смотри прямо в зеркало.

Санька с опаской вернулся в кресло и уставился на зеркало, готовый в любую секунду снова сбежать. Но его отражение в зеркале на этот раз не пыталось исчезнуть. Санька глядел на свою физиономию, а так как знал её вдоль и поперёк, то вскоре ему это прискучило, веки отяжелели, и он задремал. Зеркало затуманилось, затем прояснилось и в нём, словно на экране монитора пошла картинка.

Поначалу не происходило ничего интересного. Отец, дед, прадед. Мелькали обрывки видений, пейзажи, лица. Постепенно он продвигался всё дальше и дальше в глубь веков. Пахарь, воин, ловля рыбы. Лес. Деревня.

– Стоп, – раздался взволнованный голос Кащея. – Назад и чуть помедленнее.

И снова деревня, только теперь картинка стала более чёткой. Сгоревшая деревенька. Маленький мальчик в рваной домотканой рубахе сидит на камне возле разрушенной печи. В руке большое яблоко. Ярко светит солнце. Мальчонка закрывает глаза, греется. На его лицо падает тень. Он открыл глаза и снова зажмурился. Перед ним высокий парень в простой ситцевой рубахе и портах, с сияющей не хуже Солнца огненно-рыжей копной волос на голове. Мальчонка протягивает яблоко. Рыжий берёт и улыбается.

Неожиданно видение исчезло. Санька пришёл в себя и увидел изумлённые лица Василисы и Кащея.

– Вы чего?

– Ты знаешь, кто такой названный брат?

– Ну, это что-то вроде хорошего друга.

– Это больше чем друг. Это человек, который с тобой породнился.

– Да? – Санька озадаченно почесал затылок. – Вроде у меня кроме тётки нет других родственников.

– Просто ты никогда этим вопросом не интересовался. Давным-давно твой далёкий предок поделился с богом солнечного света Хорсом последним, что у него было. С тех пор Хорс стал его названным братом и помогает вашему роду.

– И что эта инфа нам даёт? – спросил Санька.

– Пока ничего, – пожал плечами Кащей. – Просто примем к сведению. А вы пока всё-таки подкрепитесь.

Он хлопнул в ладоши и вновь появился стол.

На это раз Санька и Василиса не стали упираться. Царевна взяла маленький пирожок и налила из кувшина в кружку немного квасу, зато богатырь, как и положено доброму молодцу, навалился на мясное. Несколько минут слышались только стук вилок и ножей, и звон бокалов. Наконец они наелись, и Кащей убрал стол.

– Итак, – начал он. – Что мы имеем? Кто-то представился мною и отправил нашего молодца в гнездо куролиска. Если бы не счастливый случай, мы бы его никогда больше не увидели.

– Меня тоже пытались убить, – заметила Василиса.

– И тебя? – насторожился Кащей. – Кто?

– Не знаю. Думала, что вы.

– Очень любопытно. Но идём дальше. Ты отправилась на поиски, нашла своего жениха, и вы решили отыскать меня, чтобы разобраться. В это время ко мне пришла ведьма и…

– И вас околдовала, – закончила Василиса. – Я так понимаю, чтобы мы не встретились. Но почему?

Кащей нахмурился.

– Боюсь она на Любаву зло затаила. Помнится, когда мы с ней расставались – она хмурая была. Я-то видел, что не хотелось ей из замка уходить. Она ведь и о свадьбе разговор заводила. Но я её не обнадёживал, – быстро добавил он, заметив напряжённый взгляд Василисы. – Она сама. Сама придумала, сама поверила и сама обиделась. И получается, решила отомстить. Со мной-то связываться не решилась, а вот Любаву со свету извела, Хряка охмурила, и на царство Берендея натравила Серый орден. Тебя, красавица, хотела убить, а когда я Саньку на выручку прислал, и на него окрысилась.

– Вот ты ж гадюка! – взвился Санька. – И где она сейчас?

– Сейчас посмотрим, – ответил Кащей.

Он подошёл к зеркалу и провёл по нему рукой. Зеркало засветилось, и в нём появилась Барбелиха. Увидев Кащея, она побелела и метнулась в сторону. Изображение пошло следом, но ведьма взмахнула рукой, прошептала коротенькое заклинание и исчезла в густом тумане.

– Сбежит, – ахнула Василиса.

Барбелиха перепугалась.

Кащей всё-таки встретился с Василисой и Санькой. Теперь они догадались, кто всё это затеял и постараются отомстить. Связываться, а тем более воевать с Кащеем – себе дороже. Хряк однажды попытался это сделать и поплатился жизнью. Бежать и прятаться – бесполезно. Кащей всё равно отыщет. Единственный выход, сделать так, чтобы ему было не до неё. И для этого один способ – натравить на них Демона.

В своё время она случайно узнала, что давным-давно произошла битва между Перуном и Чернобогом за право управлять Землёй. Оружие они могли применять любое, единственное условие – сражаться один на один. Долго длилась битва, и никто не смог одержать верх. Коварный Чернобог нарушил договор, вызвал Демонов и начал теснить Перуна. Перун призвал на помощь Сварожичей, они победили Чернобога и сбросили в Подземное Царство. Туда же отправили и Демонов. Лишь один демон – Велиал, сумел ускользнуть, но и его вскоре поймали и заточили в подземную темницу. Так что если его освободить, то он будет обязан служить спасителю и выполнять его любые желания. Он и уничтожит Саньку с Василисой, а при удачном раскладе и само царство Берендеево.

Правда, Велиал – демон лживый и коварный, и с ним придётся держать ухо востро. Наобещает с три короба, но если договор ему не выгоден, постарается при удобном случае отказаться от своих слов и отомстить. К сожалению, другого варианта нет.

Главное, сделать это по-тихому. Кто знает, в каком настроении Демон выйдет на свободу. Обычно они являются с громом, молнией и в клубах вонючего дыма. Нужно сразу же его успокоить, иначе всполошится вся округа, и о его освобождении сразу узнают Перун и Сварожичи. А соваться в разборки между богами – наверняка лишиться головы.

Поэтому лучше всего вызвать Велиала не здесь, а в каком-нибудь другом мире. И такое место есть. Кащей, чтобы притащить Саньку, открыл проход в его мир, и именно там можно вызвать демона. Ему же без разницы, где выходить. Зато тем же путём он сможет вернуться сюда, в царство Берендея.

Барбелиха заметалась по избушке. Схватила большую корзину, побросала в неё пять чёрных свечек, нож и кресало с трутом. Раскрыла книгу, вырвала лист со схемой пентаграммы для вызова демонов и сунула в карман. Отправилась во двор, поймала чёрную курицу и затолкала в клетку. Вернувшись в избу, уложила клетку в корзинку и накрыла пёстрым платком. Огляделась, не забыла ли чего, и выскочила за дверь.

– Ничего, сейчас я её достану, – сказал Кащей, но внезапно предостерегающе поднял руку и прислушался. – Возле ворот кто-то есть.

– Это пособники колдуньи, – заволновался Санька. – Вернулся проверить, живы ли мы.

– Посмотрим, – мрачно произнёс Кащей.

Они вышли из замка, пересекли двор и подошли к воротам. Санька искоса поглядел на Кащея и поразился произошедшей с ним переменой. На нём появились блестящие чёрные доспехи, шишак, железные перчатки, а в руке – полутораметровый двуручный меч.

«Не хотел бы я с ним встретиться на узкой дорожке», – подумал Санька.

– Встаньте так, чтобы вас не видели, – приказал Кащей.

Он взмахнул рукой и ворота распахнулись. По другую сторону моста на белом коне восседал белый рыцарь. Белые доспехи, белый щит, пышный плюмаж из белых перьев, лицо закрыто забралом.

– Выходи на смертный бой! – прокричал рыцарь.

– Так уж и на смертный, – съязвил Кащей. – Я не злодей какой, чтобы лишить жизни человека, которого первый раз вижу и не знаю, какие у него ко мне претензии. Давай сначала поговорим, выясним что тебе надо.

– Ага, испугался! – рыцарь потряс в воздухе копьём. – Я – странствующий рыцарь, защитник слабых и угнетённых.

– Странно, вроде знакомый голос, – взглянул на Василису Санька. – Тебе не кажется?

– Из-за шлема не понять.

– Я бы даже сказал, что это Розочка. Хотя, откуда ему тут взяться. И всё-таки… Слушай, а давай посмотрим. – И он рванулся к выходу.

– Нельзя, – схватила его за рукав Василиса. – Пока никто не должен знать, что ты живой и на свободе.

А рыцарь продолжал бушевать.

– Выходи, проклятый похититель!

– С чего ты взял? – раздосадовано спросил Кащей. – Вроде я последнее время девушек не похищал.

– Ты ещё издеваешься! – закричал рыцарь.

Он пришпорил коня и бросился вперёд с копьём наперевес.

– Ну-ну, – скептически хмыкнул Бессмертный. – Рыцари-шмыцари. Напялят на себя три пуда железа и думают, что самые непобедимые.

Он пожал плечами, воткнул меч в землю, положил руки на эфес и, склонив голову набок, с интересом принялся наблюдать за дальнейшим развитием событий. А рыцарь гнал коня во весь опор, но странное дело, небольшое, всего лишь два десятка шагов, расстояние между противниками ничуть не уменьшалось. Он даже не смог добраться до середины моста.

Наконец рыцарь понял, что над ним попросту издеваются, остановил коня и слез на землю.

– Трус, – выдохнул он, снял шлем и вытер пот.

– А я тебя предупреждал, сразу надо злодею голову рубить, а ты рыцарский кодекс, рыцарский кодекс, – раздался знакомый бас, и из кустов, размахивая пудовой палицей, вывалился богатырь. – Вот – аргумент супротив злодея.

– Липуня! Розочка! – завопил Санька и выскочил за ворота.

– Друг, я спасу тебя из лап злобного похитителя! – снова ринулся вперёд рыцарь, пытаясь вытащить на ходу свой меч.

– Не надо, – растопырив руки парнишка подбежал к друзьям и обнял их. – Кащей здесь не при чём.

Розочка остановился и озадаченно произнёс:

– А мне сказали…

– Кто?

– Леший. Его твой Домовой прислал. Что с тобой и Василисой произошла беда и нужно срочно вас спаса… – И Розочка замер с открытым ртом, увидев появившуюся из ворот царевну.

– О, и прекрасная дева здесь, – ахнул рыцарь и повернулся к Кащею. – Приношу самые искренние извинения. Был введён в заблуждение.

– Принимается, – согласился Кащей. – Один вопрос. Из любопытства. Как сквозь Волшебные Горы прошёл вместе с конём?

– Через горы Леший провёл, а коня здесь раздобыл.

– Увёл?

– Вот ещё, – вспыхнул от такого несправедливости Розочка. – В жизни не трогал чужого.

– А я знаю, – рассмеялся Санька.

– Да, – гордо приосанился Розочка. – Встретил прекрасную деву, посвятил ей сонет, и она любезно согласилась предоставить мне на время коня. Отправился на поиски, встретил вашего Воеводу, и вот мы тут.

– Так просто? – иронически спросил Кащей.

– Ну почему? – смутился Липуня. – Поплутали немножко.

– И как же вы меня нашли? Или тоже Горыныч привёл?

– Какой Горыныч? Почему Горыныч? Мы сами.

– Ясно, – согласился Кащей и хитро прищурился. – Но чует моё сердце, это не вся правда.

Розочка смутился и принялся крутить на шлеме перья. Липуня меланхолично уставился в сторону.

Кусты зашевелились и на поляну вышел король эльфов.

– Это я их привёл. Леший по пути заглянул и ко мне. И я не мог оставить друга в беде.

– Незваные гости только через год могут добраться до моего замка. И то, если повезёт.

– Деревья подсказали.

– Ваше величество! – шагнула вперёд Василиса. – Как же вас отпустила королева?

– А она его и не отпускала, – улыбнулся Кащей, но увидев, что король сердито сдвинул брови, примиряюще вытянул руки. – Не сердитесь, вы же знаете свою жену. Алллейонния, будьте любезны.

Деревья расступились, и на поляну вышла королева, а за ней с десяток вооружённых луками эльфов.

– Алёна! – бросилась к ней царевна.

– Василиса.

Они обнялись.

– Ну, вы как? – Королева незаметно показала в сторону Саньки.

– Упрямый.

– Это у них в крови. Поэтому и нужна крепкая женская рука.

– Милая, – расстроено произнёс Тарагор, посмотрев на супругу. – Ты же должна быть дома.

– Милый, – ласково ответила королева. – Ты же знаешь, я скучаю без тебя.

Король вздохнул, но промолчал, с женщинами спорить – себе дороже.

– А гномов вы случайно не захватили? – спросил Кащей.

– Подземные жители Волшебных гор слишком гордые, чтобы спасать безвозмездно каких-то людишек, – с иронией ответил Розочка.

– Принято, – кивнул Кащей и повернулся к остальным. – Раз все заинтересованные стороны в сборе, продолжим разговор у меня.

И они направились в замок. Впереди Кащей, за ним в окружении друзей счастливый Санька, а следом, чуть приотстав – Василиса под ручку с Алёной, о чём-то перешёптываясь и лукаво поглядывая на мужчин.

Кащей, успев сменить доспехи на чёрный плащ, уселся на трон и сделал приглашающий жест. Тотчас посреди зала появился огромный стол, окружённый стульями. Все расселись.

– Итак, – начал Бессмертный…

– Погодите!

Из угла вывернулся Баюн, быстренько пристроился за столом, разложил перед собой чистые листы бумаги и важно кивнул: – Я готов.

– Ты же вроде отдохнуть хотел?

– С вами отдохнёшь. Разбирайся потом, как на самом деле было.

– Ну что ж, раз летописец на месте, продолжим. Нашего богатыря, и как выяснилось вместе с Василисой, пыталась погубить ведьма Барбелиха. Причина – личная. Уточнять, я думаю, не обязательно. Мы должны её поймать и наказать.

– И где она? – нахмурился Липуня.

– Сейчас посмотрим.

Кащей прищёлкнул пальцами и над столом появилось миниатюрное изображение участка леса. Возле полузаросшей травой прямоугольной ямы стояла старуха с большой корзинкой в руке.

– О, знакомое местечко, – обрадовался Санька, показав пальцем на яму. – Отсюда я в первый раз вылез.

И тут произошло неожиданное – Барбелиха прыгнула в яму и пропала.

– Теперь она у меня дома вылезет, – победно оглядел друзей Санька и замолк, кожей ощутив, повисшую в зале гнетущую тишину.

Липуня, Розочка и эльфы с недоумением смотрели на богатыря, пытаясь сообразить, о каком доме он говорит.

Положение спасла Василиса.

– Мы с Бабой Ягой тогда отправили его в другой мир. За волшебным мечом. Когда Серый Магистр пытался захватить наш дворец. Вон Липуня знает.

– Я? – растерялся воевода. – Ну… Это… Я вообще-то в башне сидел, с дружинниками, так что сам не видел. Но, по-моему, кто-то из наших слышал.

– Да, да, – горячо поддержал его Кащей. – Мне тоже Яга говорила, иначе бы не справились.

– Но как об этом узнала эта ваша ведьма? – удивился Тарагор. – Такие знания обычно держат в секрете.

– Я проговорился, – с досадой признался Кащей. – Мы с ней как-то встретились, давно уже, по одному делу. Случайно зашёл разговор о перемещении между мирами. Она утверждала, что это невозможно. Я и рассказал про этот случай.

– Послушайте, но это опасно! – заволновалась Алёна. – Неизвестно, что она там натворит.

– Значит я отправлюсь за ней и верну обратно, – невозмутимо произнёс Санька и поднялся со стула. – Делов-то.

– Я с тобой, – немедленно вызвалась Василиса.

– Да… Но… – подскочил Липуня. – А если там… Что твой батюшка скажет? Может лучше я?

Василиса укоризненно посмотрела на него. Воевода удручённо махнул рукой и уселся на место.

– И мне кажется, – осторожно начал Розочка. – Что прекрасная дева должна вдохновлять своего возлюбленного на ратные подвиги и ждать, когда он вернётся с победой домой.

– Вот именно, – обрадовался Санька. – Я и один справлюсь.

Тащить за собой царевну казалось ему чистым безумием. Неизвестно, как она поведёт себя в незнакомом мире. А если придётся вызывать полицию? Попробуй объясни, что перед ними будущая королева.

Однако Василиса и не собиралась с ним спорить. Несмотря на то, что Санька выкручивался и из намного более опасных ситуаций, на сердце у неё было неспокойно, а она привыкла доверять своим предчувствиям и твёрдо решила больше никуда не опускать его одного.

– Она ведьма, – безапелляционно заявила Василиса. – Злая. Увидит тебя, наверняка начнёт колдовать. Что ты тогда будешь делать?

– И слышать не хочу, – замотал головой Санька. – А если начнётся заваруха? Что я с тобой делать буду? И потом, может там ваше колдовство не действует. Что-то я никаких колдунов и магов у нас не наблюдал, одни жулики.

– Откуда ты знаешь?! – взвилась Василиса. – У самого никаких магических способностей, а туда же, указывать. Ты не на тройке вороных сюда попал! Так что не спорь.

Лицо её пылало от гнева и страха за Саньку. А он, поняв, что переубедить невесту не получится, бросился за помощью к Кащею.

– Скажи, – растерянно произнёс Санька, от волнения перейдя на «ты». – Ей же нельзя в чужой мир. – И льстиво добавил. – Баба Мора запрещает. Ты сам говорил.

– Запрещает, – согласился Кащей. – Но Василиса права, против магии тебе не устоять. Поэтому придётся вам вдвоём отправляться. Разрешения спрашивать – займёт время, а за это время ведьма может натворить бед.

– Слышал? – гордо задрала носик Василиса, сразу успокоившись.

– Слышал, – уныло кивнул Санька.

«Вылитая Любава», – восхищённо подумал Кащей и произнёс. – В таком случае, собирайтесь.

– Через яму?

– Не советую. Наверняка ведьма поставила магическую ловушку.

– Я постараюсь её снять, – сказала Василиса.

– Это долго.

Санька настороженно посмотрел на Кащея хотя уже знал ответ, и он ему не нравился.

– А другого колечка у вас нет? – на всякий случай спросил он. – Очень хорошо перемещает.

– Нет.

Санька поморщился. Он хорошо помнил, как едва не застрял между мирами и предпочитал не повторять этот эксперимент.

– Понапрасну на рожон не лезьте, лучше сначала осмотритесь, – продолжал Кащей. – А ты, – он посмотрел на Василису. – Придётся колдовать, не торопись, сначала набери побольше силы. Чтобы наверняка.

– Знаю, – ответила Василиса.

– Всё-то вы знаете, – мрачно проворчал Кащей.

Он бы сам отправился за ведьмой – как ни крути, это его промах и неизвестно, чем закончится встреча с Барбелихой. Однако придётся сидеть и ждать. Стараясь скрыть тревогу, он потёр шею и сказал:

– И не задерживайтесь. Туда и быстренько обратно. И сюда вас перенесут ваши обручальные кольца.

– Вот это мне больше нравится, – обрадовался Санька и беспечно махнул рукой. – Не переживайте, всё получится в самом лучшем виде. Мы пошли.

– Погоди, – остановил его эльф и протянул короткий кинжал. – Я бы дал тебе мой лук, но вряд ли ты сможешь с ним управляться. Поэтому вот тебе кинжал, береги его и используй в самом крайнем случае. Он заговорённый и непременно поразит того, на кого укажешь.

– А это от меня, – сказал Розочка и протянул небольшой ножичек, годный разве только для чистки овощей.

– Зачем? – замялся Санька. – У меня уже есть один.

– Ты не спеши, – возразил рыцарь.

Он взмахнул ножичком, и в руке у него появился тяжёлый двуручный меч.

– Мне его подарили гномы. Когда мы с Лешим проходили сквозь горы, на нас напал Червь. Я его убил, а оказалось – он охотился на гномов. В знак благодарности они и преподнесли мне это оружие.

– А мне за Огра так ничего, – буркнул Санька.

– Да он какой-нибудь гномихе сонет прочитал, – съязвил Баюн. – Вот она и похлопотала.

Лишь то, что они находились в замке Кащея, спасло кота от хорошей затрещины.

– Не угадал, – ответил Розочка. – Я им сочинил победную песнь.

Он ткнул меч остриём в пол и тот снова превратился в маленький ножичек.

– К тому же даже если ты его потеряешь или украдут, немедленно вернётся к тебе, – сказал рыцарь и протянул оружие Саньке.

Восхищённый богатырь тут же создал меч, покрутил им в воздухе и довольно крякнул. Затем придал ему прежний вид и стал прикидывать, куда пристроить оба подарка.

– Дай-ка я, – сказал Кащей.

Он прищёлкнул пальцами и ножи прилипли к Санькиной руке чуть повыше локтя.

– Понадобятся – только прикажи. И, на всякий случай. – Кащей провёл ладонью и ножи исчезли.

Санька непроизвольно схватился за плечо и сразу успокоился – оружие на месте.

– Их даже магией не обнаружить, – пояснил Кащей и махнул рукой. – Ну, пора.

Он подвёл богатыря с царевной к «злому» зеркалу. По стеклу пробежала рябь, их отражения исчезли, и вновь появилась жуткая бездонная чёрная пустота.

Санька передёрнулся. Ладно бы отправился один, так нет, рядом стояла упрямая Василиса, и если он ошибётся, то и она навечно застрянет между мирами. И на кого тогда царство останется? Он хотел ещё раз попытаться отговорить царевну от опасного путешествия, но взглянув на её сосредоточенное лицо, вздохнул и снова уставился в зеркало.

Теперь он не спешил и, прежде чем отправиться в коридор между мирами, внимательно вглядывался в темноту. Наконец мигнула звёздочка. Пока единственная.

– Она, – шепнул он Василисе.

Они взялись за руки и шагнули в зеркало. Ударившая в лицо упругая волна заставила их на мгновение зажмуриться, а когда открыли глаза, то увидели, что стоят на склоне холма.

Если бы в эту ночь кто-нибудь из жителей посёлка очутился на Старом Городище, то неминуемо бы помутился рассудком. Светила полная Луна. Соловьи разливались трелями. Ни ветерка, и ни единой живой души.

Неожиданно земля в одной из ям зашевелилась, и наружу вылезла рука, державшая накрытую пёстрым платком корзинку. Следом показался капюшон и наконец вывернулась вся ведьма целиком. Пыхтя и отдуваясь, она выкарабкалась из ямы. Теперь, чтобы начать процедуру по вызову Демона, нужно было отыскать ровный участок земли. Подходящая площадка виднелась неподалёку от ямы. Но не успела она сделать и пары шагов, как прямо перед ней выскочила чёрная кошка.

«К несчастью», – дёрнулась Барбелиха.

Но у кошки шерсть встала дыбом, она зашипела и метнулась обратно.

– Уже чёрные кошки уступают дорогу, – усмехнулась ведьма. – То ли будет, когда я вызову Демона.

Она подошла к площадке, поставила корзинку на землю и взяла длинную хворостину. Отшвырнула ногой в сторону несколько крупных камней и крутанулась вокруг себя, наметив контур будущей магической пентаграммы. Затем подобрала деревянную палочку, уселась на корточки и прошлась по кругу ещё раз. Осталось начертить пятигранную звезду. Эта задачка оказалась посложнее первой. Расстояние между лучами, как ни старалась, получалось разной величины и после третьей попытки она плюнула на всю эту геометрию. Высунув от напряжения язык, она принялась чертить, стараясь проводить более или менее прямые линии, а главное, чтобы концы звезды обязательно соприкасались с кругом. С непривычки работа продвигалась медленно. Земля – не ровный пол: постоянно попадались мелкие камешки, неровности и приходилось процарапывать линии по нескольку раз. Наконец она закончила свой тяжкий труд и с облегчением выпрямилась. Несмотря на все старания, пентаграмма получилась довольно-таки корявой.

– Сойдёт, – буркнула Барбелиха. – И так пролезет, и доволен будет.

Она подобрала пять небольших плоских камней и расположила их по углам звезды. Достала из корзинки пять чёрных свечек и поставила их на камни. Магическая пентаграмма для вызова демона была готова. На мгновение у неё захолонуло сердце, всё-таки она затеяла опасную игру, а от этих демонов можно ожидать любой пакости, но взяла себя в руки. К сожалению, иного выхода нет.

Двигаясь против часовой стрелки, она зажгла свечки, на всякий случай отошла на несколько шагов от пентаграммы и заунывным голосом начала читать заклинание:

О, великий Чёрный Демон Велиал.

Я призываю тебя.

Я поворачиваю ключ.

Я открываю дверь.

Явись. Встань передо мною.

– Вот мы и дома! – воскликнул Санька. – Это Старое городище. Отсюда я и попал в ваше, в смысле наше, царство. Никогда бы не подумал. Правда, тогда был, как помню, ясный день, точнее полдень, а сейчас ночь. Луна…

– Где ведьма? – прервала его лирические воспоминания Василиса.

– Наверно, с другой стороны, где раскопки, – скуксился Санька. Всё-таки невеста могла бы поддержать его радостное настроение.

Они перевалили через вершину и увидели ряд прямоугольных ям. Возле одной шевелилась тёмная тень.

– Вот она, – обрадовался Санька. – Чего это она там ищет или копает?

– Колдует, – заволновалась Василиса. – Давай скорее. – И бросилась бегом вниз.

– Не уйдёт, – деловито выдал в ответ богатырь и помчался следом.

Барбелиха, закончив вызов, сделала пальцами рожки и замерла, ожидая появления Велиала. Внезапно позади неё раздались торопливые шаги. Ведьма пришла в ярость – пока демон не появился, любая помеха может сорвать ритуал. Намереваясь расправиться с нежелательными свидетелями, она обернулась и оторопела. Перед ней стояли Санька и Василиса.

«Быстро же они меня нашли», – встревожилась Барбелиха.

Она непроизвольно дёрнулась, собираясь ударить заклинанием, но с превеликим трудом подавила это желание. Царевна стала слишком опасным противником, и схватка могла затянуться надолго. С минуты на минуту появится демон, значит надо потянуть время. Сделать вид, словно не знает, кто перед ней.

– Поди заблудились? – равнодушно спросила она.

– Гуляем. Луна, звёздочки, соловьи поют, – небрежно ответил Санька.

– Нечего тут шататься, – буркнула колдунья. – Шли бы домой.

– Отсюда звёздочки лучше видно.

Богатырь смотрел на неё с таким ехидным видом, что Барбелихе стало ясно – притворяться больше незачем.

– Ну что ж, – зловеще произнесла она. – Вам же будет хуже. Сейчас появится Демон.

– Кто? – презрительно фыркнул Санька. – Какие такие демоны в наше время?

– Самые обыкновенные, спроси у своей, она знает.

– Что я тебе говорила, – шепнула царевна. – Тут самая настоящая магия. Если она вызвала демона, только я смогу с ним справиться и загнать обратно.

– Да врёт она всё! – вскинулся парнишка.

– А это что? – показала на пентаграмму Барбелиха. – Обряд уже начался.

Санька с Василисой переглянулись. Ситуация обострялась.

– Нужно убрать курицу, – прошептала Василиса. – Это жертва, чтобы демон набрался сил. Когда он выйдет, будет ещё очень слаб, и с ним легче справиться.

– Понял, – кивнул Санька.

Василиса повернулась к Барбелихе.

– Так значит это ты напустила Серого Магистра на наше царство7

– Я, – усмехнулась ведьма.

Она была настолько уверена в скором появлении Велиала, что чувствовала себя в полной безопасности и не смогла удержаться, чтобы напоследок не поиздеваться над Василисой.

– И вашему Хряку поспособствовала. Он давно хотел на трон усесться.

– Но почему?

– Захотела и всё, – буркнула ведьма.

Настроение у неё резко испортилось. Не сознаваться же, что из обычной женской мести Любаве за разбитые надежды выйти замуж за Кащея. Она бросила мрачный взгляд на пентаграмму. Где застрял этот бестолковый Демон?

Сцепившись с Василисой, она перестала обращать внимание на Саньку, а тот, беспечно поглядывая на звёздочки, медленно подбирался к клетке с курицей. К несчастью под ногу попала сухая веточка и с треском переломилась.

Ведьма метнула на него подозрительный взгляд. Санька тотчас остановился, состроил безмятежную физиономию и, пытаясь отвлечь Барбелиху, невпопад ляпнул первый пришедший на ум вопрос:

– А кто придумал глупость про Чёрную звезду? Обычное Лунное затмение.

– И вовсе не глупость, – раздражённо буркнула она. – Люди любят жуткие и необъяснимые явления.

– Ну, с Берендеем ясно, – продолжал напирать парнишка, краем глаза заметив, что теперь Василиса осторожно двинулась к курице. – А я тут при чём? Жил, никого не трогал, а мне бульк по голове, и извольте разбираться. И кто? Какая-то ведьма.

– Что значит какая-то! – взвилась Барбелиха. – Твоей невесты ещё в проекте не было, когда я колдовать начала.

– Возраст не гарантирует наличие ума, – ехидно парировал Санька. – Вот твой демон точно не появится – линии криво нарисованы.

– Какие есть! – завопила ведьма. – Учить меня вздумал!

– Между прочим у меня по черчению было отлично, – съехидничал Санька. – А в такую корявую пентаграмму ни один приличный демон не полезет.

– Тебя не спросили. Свою соплюшку учи.

– Я царевна! – резко развернувшись выкрикнула Василиса и позабыв про курицу, шагнула к колдунье. – А скоро стану царицей. И поберегись.

– Ой, напугала, – скорчила презрительную рожицу ведьма. – Подумаешь, царица. Знаешь, куда я твоих царей послала. И тебя туда же отправлю.

– Попробуй! – рявкнула Василиса.

Они стояли друг напротив друга с пылающими от ярости лицами, готовые броситься друг на дружку. Первой не выдержала Барбелиха и метнула в Василису заклятие. Царевна за последнее время научилась хорошо управлять своей магической силой, легко отразила удар и мгновенно ответила своим. Но и Барбелиха успела поставить защиту. Схватка закончилась вничью, обе колдуньи стояли и, тяжело дыша, собирали силы для нового поединка. И тут Санька едва не погиб, решив помочь невесте. Он ещё не знал, насколько опасно встревать в конфликт между двумя разъярёнными женщинами, и шагнул к Барбелихе.

– Не мешайся! – закричала Василиса.

Поздно. Ведьма пустила короткую молнию, намереваясь уничтожить хотя бы ненавистного богатыря. Василиса едва успела ударить в ответ. Два смертоносных разряда столкнулись – раздался жуткий грохот, и огромный столб пламени полностью накрыл парнишку. Барбелиха зловеще расхохоталась – с одним врагом она наконец-то разделалась. Василиса в ужасе вскрикнула, но дым разошёлся, появился очумелый богатырь. Несколько секунд он хлопал глазами, пытаясь восстановить зрение, а затем запрыгал на одном месте и принялся дуть на палец, на котором сверкал подаренный Берендеем перстень. Василиса почувствовала, что и её перстенёк жжёт руку. Она потёрла кольцо и боль утихла. Санька перестал прыгать, покосился на Василису и медленно отошёл в сторону. Царевна упёрла руки в боки и торжествующе посмотрела на Барбелиху.

– Что, не справиться?

– Ты… Ты… – завелась ведьма, пытаясь ответить что-нибудь обидное.

– Не плюйся, – язвительно выдала Василиса.

Это окончательно добило Барбелиху. Она бросилась на Василису и вцепилась ей в волосы. Василиса не раздумывая ответила тем же. Позабыв о своих магических способностях, они как самые обыкновенные девчонки мутузили друг дружку, пихались и пинались ногами. Санька было снова кинулся на помощь Василисе, но вовремя вспомнил, что ритуал никто не отменял и демон может появиться в любую минуту. Не теряя времени богатырь подскочил к клетке с курицей.

Барбелиха почувствовала неладное. Она оттолкнула Василису и кинулась к Саньке, но тот её опередил и со всей силы пнул ногой клетку. Дверца распахнулась, курица вылетела наружу и с громким кудахтаньем изо всех куриных сил помчалась вниз, к посёлку. Санька залихватски свистнул и захлопал в ладоши, чтобы бежала быстрее. Барбелиха дёрнулась за беглянкой, поняла, что не поймает и в ярости развернулась к Саньке.

– Опять ты.

– Судьба, – развёл руками богатырь.

С каким бы наслаждением Барбелиха вдарила ему заклинанием по башке, однако после потасовки сил почти не осталось, и она уселась на землю.

«Ничего, рано радуешься, – злобно подумала она. – Скоро Велиал с вами разберётся».

А Санька, решив, что ведьма больше не опасна, помахал ей ручкой: – Привет демонам. Если появятся. – И направился к Василисе.

– Ну что я говорил, – сказал он, помогая царевне подняться. – Не работает у нас ваше колдовство. Теперь домой.

Василиса недоверчиво посмотрела на сидевшую неподвижно ведьму, ожидая от неё очередной пакости, но та, похоже, была разбита произошедшим и не пыталась даже бежать.

– А её как? – показала она на колдунью.

– С собой. Возьмём с двух сторон под руки, и никуда не денется.

Они направились к Барбелихе, неожиданно налетел сильный порыв ветра. Невесть откуда взявшиеся тёмные тучи закрыли Луну. Свечки на мгновение вспыхнули ярким пламенем и погасли, зато линии пентаграммы засветились багровым светом. В центре пятиугольника земля задрожала и взбугрилась. Санька и Василиса отпрянули в сторону. Раздался удар грома. В круге появилась зыбкая тень.

– Демон! – ликующе завопила Барбелиха, вскочила и рванулась к пентаграмме. – Сейчас появится Демон. И у меня есть замена вместо курицы. Кровь молодой девушки действует гораздо сильнее.

– Сумасшедшая! – воскликнул Санька.

– Наоборот, – мрачно заметила Василиса.

– Соображаешь, – засмеялась ведьма – Вы глупцы. Вздумали со мной тягаться. А глупость наказуема.

– Да я тут сейчас всё разнесу! Будет вам вызов! – крикнул Санька, бросился к пентаграмме и замахнулся ногой, собираясь зафутболить ближайшую свечку. И не успел.

Тень начала расти, уплотняться, и вот уже внутри пентаграммы стоял одетый в серый балахон невысокого росточка человек, почти ребёнок. Кудрявый, черноволосый, с миловидным личиком он совершенно не походил на демона, скорее на ангелочка, только иногда на его лице мелькала едва заметная ехидная улыбка. Все замерли.

Василиса похолодела. Она вспомнила предсказание третьей Суденицы: – «Опасайся серой тени». Вот оно, последнее испытание. Опасность, намного более страшная, чем какая-то выжившая из ума молодящаяся старуха.

А «ребёночек» отряхнул одежду, оглядел пентаграмму и, озабочено покачав головой, уставился на людей.

Барбелиха опешила.

– Ты кто?

– А кого вызывали? – поинтересовался «ангелочек».

– Демона. Велиала.

– Я Велиал.

Василиса перепугалась. Такого поворота событий она не ожидала. Одно дело разборки с ведьмой, и совсем другое – сразиться с демоном. Если сейчас же не загнать его обратно, то потом будет поздно. Нужно что-то делать, но что? Всё, на что она способна – ударить самым сильным заклинанием. А если не получится? Лучше позвать на помощь. Она представила Кащея и замерла – на неё смотрел Велиал.

– Стой смирно, – строго приказал он.

Царевна вдруг почувствовала странную усталость. Всё тело словно одеревенело. Сделав усилие, она смогла лишь слегка пошевелить пальчиками рук.

«Он понял, что я тоже магичка и решил проверить мою силу. Влезать с ним в драку сейчас опасно. Ему на помощь немедленно придёт Барбелиха. Даже с ним одним трудно справиться, а с обоими просто невозможно. Пусть думает, что у него получилось, иначе ударит в полную силу и тогда всё пропало». – И она замерла, собираясь с силами.

Зато возмутился Санька. Какая-то мелюзга будет указывать его невесте как себя вести. Появившийся демон не вызывал у него ни малейшего опасения, и он собрался задать наглецу хорошую трёпку, чтобы не выпендривался.

– Не надо, – раздался шёпот.

Он оглянулся и перепугался. Василиса стояла с мертвецки бледным лицом, не двигаясь, словно каменная скульптура. Она даже не дышала.

– Успокойся, ещё не время, – снова прошептала царевна, хотя губы её даже не шевельнулись.

Санька глубоко вздохнул, досчитал до десяти и примолк. Василиса лучше знает, как обращаться с тёмными силами.

А Барбелиха обошла вокруг пентаграммы, скептически разглядывая этого, с позволения сказать «монстра», остановилась напротив и недоверчиво помотала головой.

– Да ладно, можно подумать я не знаю какие бывают демоны. Они большие, ужасные. А ты…

– Мы разные, – строго ответил Велиал.

– Предположим. Но у тебя должен быть какой-нибудь отличительный знак. Орден там или другой талисман на цепи.

– Такая большая, а в побрякушки веришь, – усмехнулся демон.

Барбелиха дёрнулась. Действительно, без магической силы любой талисман или оберег – бесполезная игрушка. И всё же она никак не могла успокоиться, уж слишком невзрачным выглядел её «спаситель». Впрочем, выбирать не приходилось, да и какая разница. Это его проблемы – раз явился, пусть служит.

– Я тебя освободила, и ты отныне и во веки веков обязан мне повиноваться! – патетически воскликнула она.

– Обязан, – согласился Велиал. Глаза его на мгновение зловеще сверкнули.

Барбелиха в этот момент задрав голову смотрела на небо, перебирая в памяти свои желания и прикидывая, с которого начать, и не заметила этого взгляда, иначе бы поостереглась.

– Значит так, – начала она. – Я хочу…

– Погоди, – остановил её демон. – Дай в себя прийти, всё-таки столько лет белого света не видел.

«Слабоват окаянный, – снова беспокойно подумала она. – Напрасно я с ним связалась, надо было кого поприличнее подыскать».

– Кстати, обряд-то ещё не закончился? – напомнил Велиал.

– Ах, это насчёт жертвы, – засуетилась ведьма. – Была жертва, была. Целая курица. Хорошенькая такая, чёрненькая, откормленная… – Она запнулась.

– И… – подхватил демон.

– Сбежала, – смутилась Барбелиха и ткнула пальцем в сторону Саньки с Василисой. – Из-за них. – И гнусно хихикнула. – Но можно заменить на девицу.

– Ах ты старая каракатица, да я тебя сейчас… – снова начал закипать Санька.

– Успокойся, – снова еле слышно прошептала Василиса.

Санька недовольно рыкнул, однако послушно замер.

– Можно, – согласился демон и облизнулся. Сверкнули клыки. – Давай, выпускай меня из круга.

Барбелиха подозрительно прищурилась – как бы её не обдурили.

– Нет, – проговорила она. – Сначала исполни несколько моих желаний – потом посмотрим.

– Для начала одно, главное.

– Ты что, заморский Джин или Золотая Рыбка? – возмутилась ведьма. – Ещё скажи, всего три желания. Хватит торговаться, ты должен мне вечно служить.

– Я ж не спорю, – развёл руками Велиал. – Только при обряде допущены некоторые шероховатости. Пентаграмма у тебя кривая, свечки тоненькие, небось по дешёвке прикупила, сэкономила. А значит и вызов не качественный.

– А я что говорил? – не удержался от ехидного замечания Санька.

Демон метнул на него быстрый взгляд. Он сразу понял, что перед ним самый обыкновенный человек. Но наглый. Или глупый? Впрочем, разница небольшая, потом разберёмся, пока пусть поживёт. И Велиал согласно кивнул:

– Вот именно.

– Придираешься? – надулась Барбелиха.

– Я? Ничуть. Просто на будущее – если собираешься провести какой-нибудь ритуал, даже самый простенький, то его нужно выполнить строго по всем правилам. Иначе особо важные желания могут не исполниться.

– И что теперь? – растерялась она.

– Не волнуйся, ты меня вызвала, и я выполню все твои просьбы. По крайней мере постараюсь. Тут, видишь ли, такое дело, я зацепился за магический круг и не могу окончательно выбраться.

– Чего? – разинула рот колдунья.

– Чего, чего. Я не полностью освободился.

– Погоди, – замотала головой ведьма. – Ничего не понимаю. Всё исполнено, как написано в «Книге заклинаний».

– Значит я свободен? – вкрадчиво спросил Велиал, старательно пряча пылающий взгляд и накатившую на него нервную дрожь.

– Да, свободен ты, свободен, – сердито ответила недоумевающая Барбелиха.

– Я свободен! – закричал демон, воздев к небу руки. – Слышишь, мой повелитель! Я свободен и иду к тебе!

– Никуда идти не надо, – раздражённо буркнула ведьма – Хватит тянуть время и для начала сделай…

Демон сложил руки на груди и презрительно ухмыльнулся:

– Прямо сейчас? Восточных сказок начиталась?

– Ах так, – набычилась она. – Не выпущу, пока не исполнишь мои желания.

– Ты, глупая старуха с куриными мозгами, ты до сих пор не поняла, что только что освободила меня от обязанности прислуживать тебе.

– Кто старуха?! – взбеленилась ведьма. – Я старуха?

Такого оскорбления она перенести не могла. Она даже позабыла, что хотела расправиться с Василисой и Санькой.

– Я тебя сейчас отправлю обратно! Будешь сидеть вечно! – завизжала она и кинулась снова зажигать свечки.

Велиал презрительно фыркнул, свечи вспыхнули и растаяли. Демон перешагнул через круг, взмахнул рукой, и пентаграмма провалилась под землю, а на её месте образовалась огромная яма.

– Теперь сама там посиди, – злобно прошипел он.

Ведьма попыталась прикрыться защитным амулетом, но демон метнул короткую молнию, амулет разлетелся на мелкие осколки, и она рухнула в провал.

Санька с Василисой не ожидали такой развязки и с ужасом наблюдали за гибелью ведьмы. Наступила их очередь.

– Стой и не шевелись, пока я не скажу – снова прошептала Василиса.

Вот он, единственный шанс. Столкнуть демона в провал и снова замуровать. Она прекрасно понимала – у неё есть всего одна попытка и ударить надо внезапно, поэтому пусть демон пока думает, что ему ничего не угрожает. И она начал собираться с силами.

Зато Саньке ужасно надоело изображать беззащитную жертву, и он с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на демона.

«Вечно эти девчонки осторожничают, – раздражённо думал он. – И почище этого задохлика монстры были и ничего, справлялся».

А Велиал подошёл к пленникам и остановился напротив Василисы.

– Действительно, это намного лучше, чем какая-то курица.

И тут Санька не выдержал.

– Ах ты крокодил! – рявкнул он и шагнул вперёд, закрывая Василису. – Как дам по башке, весь демонизм вылетит.

Он выхватил подарок Розочки, взмахнул ножиком и тот превратился в большой двуручный меч. Богатырь с лёту обрушил меч на голову демона, но, к его удивлению, лезвие со свистом пролетело мимо. Не мешкая он нанёс второй удар… и снова мимо.

– Всё равно получишь, – прорычал Санька.

Демон расхохотался. Его стал забавлять этот глупый человечек.

– Посмотрим, какой ты герой, – хмыкнул он и взмахнул рукой.

Сверкнула молния, раздался гром, холм содрогнулся и из провала полезли вооружённые мечами и копьями скелеты. Выбравшись на поверхность, они выстроились в плотные шеренги и огромной толпой двинулись на Саньку.

Богатырь резво развернулся к новой напасти.

– Ну, пособия по анатомии, держитесь, – прорычал он и как только подземное воинство подошло поближе, ринулся в атаку.

Меч гномов оказался ничуть не хуже старого доброго «Огненного меча». От одного удара рассыпалась почти половина костлявых вояк.

– Здорово! – восхитился парнишка, двумя взмахами добил остальных и с удовольствием оглядел поле боя.

Весь склон усеивала груда битых костей и черепов. Из провала выглянул ещё один скелет, испуганно дёрнулся и тут же скрылся обратно.

Санька довольно хмыкнул и повернулся к Демону.

Велиал удивлённо покачал головой и хлопнул в ладоши.

Земля снова взбугрилась и на поверхность вылезло жуткое чудовище. Покрытое толстыми пластинами огромное тело, большая голова с маленькими глазками, пасть с выступающими длинными острыми клыками и двумя рядами мелких треугольных зубов. Со свешивавшегося из пасти длинного языка капала слюна и, падая на землю, выжигала траву. Громко топая толстыми лапами с длинными когтями, так что дрожала земля, и, оставляя за собой глубокую борозду, бронированный монстр медленно двинулся к богатырю.

«Такой запросто сожрёт и не подавится», – напрягся Санька.

А чудовище подползло почти вплотную, остановилось и, обдав «завтрак» зловонным дыханием, с шумом облизнулось.

– Размечтался, – хмыкнул богатырь, поудобнее перехватил меч, размахнулся и ударил со всех сил.

Прекрасный закалённый меч гномов разлетелся на куски, а монстр даже не пошатнулся и разинул пасть. Санька попятился.

– Беги! – закричала Василиса. – Его не убьёшь!

Велиал бросил на неё быстрый взгляд, но решил, что на большее у неё не хватит сил.

– Ты думаешь, ему это поможет? – усмехнулся демон и снова уставился на Саньку, ожидая, когда чудовище разделается со своей жертвой.

– Посмотрим, – мрачно произнёс Санька.

Он нащупал подарок эльфа, аккуратно отцепил его от руки и метнул в монстра. Кинжал описал в воздухе замысловатую дугу и, угодив в маленькую щель между пластинами, попал точно в сердце. Монстр замер и повалился на бок. Несколько раз дёрнулся, вызвав маленькое землетрясение и сдох.

– Ну что? – повернулся Санька к демону.

– Неплохо, – согласился злодей и прищёлкнул пальцами.

От дикой боли парнишка скрючился и, завывая от боли, повалился ничком на землю.

– Санька-а-ааа! – в ужасе закричала Василиса.

Она развернулась к демону, пригнула голову и в отчаянии выдала самое сильное заклинание, на которое была способна. Она понимала, что Велиала не убьёт, но это не имело никакого значения.

Демон отлетел назад и, сбив по дороге, словно при игре в городки, остатки свечей, врезался в мёртвого монстра. Василиса бросилась к Саньке, перевернула на спину и простёрла над ним ладони. Прошло несколько томительных минут, наконец он глубоко вдохнул и распрямил колени.

– Ничего себе.

– Магия, а ты не верил.

– Да уж, – согласился он.

– Ну как, ещё живы? – раздался насмешливый голос.

Санька с Василисой подняли головы. Перед ними стоял Велиал.

– Посредственная ведьма и глупый смертный вздумали со мной тягаться.

– А что, нельзя?! – воскликнул Санька.

Он вскочил и в высоком прыжке с разворота саданул демону ногой по голове.

Такой наглой выходки от какого-то жалкого ничтожного существа Велиал не ожидал. Он, могущественный маг, способный стереть в пыль любого, кто станет у него на пути – и на тебе – никакого страха и уважения. От неожиданности он подался назад, не удержался на краю провала и рухнул вниз.

– Вот как надо с нечистой силой разбираться, – выдал довольный Санька, отряхнул ладошки и, весело посвистывая, направился к Василисе. И тут же поплатился за свою беспечность.

Из провала вылез демон, грязный, исцарапанный и злой. Едва встав на ноги, он швырнул в людей ослепительной молнией. Василиса едва успела поставить защиту, однако, удар оказался настолько сильным, что они с Санькой покатились по земле, благо ещё остались живы.

– Что будем делать? – прохрипела царевна.

– Драться, – мрачно произнёс Санька, поднимаясь.

– Вешаться! – рявкнул Велиал.

Он выдал короткое заклинание, и бездыханный богатырь снова рухнул на землю. Одновременно демон взмахнул рукой, и из провала, извиваясь змеёй, выскользнула длинная верёвка и плотно обмоталась вокруг царевны. Она повисла в воздухе и почувствовала, что задыхается.

– Так-то лучше, – назидательно произнёс Велиал и подошёл к Василисе. – Ну что, курица, пора подкрепиться.

В руке у него появились нож и большая чаша. Василиса дёрнулась изо всех сил, пытаясь вырваться, но поняла, ничего не получится и закрыла глаза.

Внезапно темноту прорезал яркий солнечный луч, а на земле возникло светлое пятно. Демон, удивлённый этой атмосферной аномалией, замер. Пятно становилось всё больше, превратилось в большой светлый круг, и из него вышел высокий рыжеволосый юноша.

– Никак Хорс? – нервно дёрнулся Велиал.

– Он самый.

Юноша посмотрел на лежащего на земле Саньку и нахмурился.

– Ты зачем это сделал?

– А тебе то что?

– Это потомок моего названого брата.

– Какая жалость, – изобразил скорбную физиономию демон. – Извини, не знал. Несчастный случай. Не повезло бедняге.

– А её? —Хорс показал на Василису.

– Это не ко мне. Это ведьма.

– Ну-ну, – скептически хмыкнул Хорс. – Верёвочка-то твоя.

– Моя, не спорю. Но приказала она. Ты понимаешь, сидел, никого не трогал. Вдруг вызывают, разберись, мол, с этой парочкой. А я демон подневольный и обязан выполнять желания того, кто меня освободил. А между ними были какие-то разборки. Так что все претензии к ведьме.

– И где же она? – насмешливо спросил Хорс.

– Там, – показал на провал Велиал. – Захотела посмотреть, как оно, в подземном мире. Эти женщины так любопытны. Думаю, скоро появится. Кстати, а вот и она.

Действительно, из провала, шипя и ругаясь, выкарабкалась Барбелиха. Демон схватил её за плечо и развернул к Хорсу.

– Вот, можешь у неё спросить.

Неожиданно он пошатнулся и рухнул на землю. Барбелиха испуганно дёрнулась и начала медленно отступать в сторону. Хорс с недоумением посмотрел на лежащего без движения демона, нахмурился и резко направил на ведьму ладонь.

– Стоять!

Барбелиху на мгновение окутал светящий кокон, а когда он рассеялся, вместо ведьмы появился Велиал.

– Стою, стою, – проворчал он, щурясь от яркого света и прикрываясь рукой.

Он медленно отступал, затем внезапно метнул в Хорса молнию, развернулся и бросился бежать, но прямо перед ним на землю опустился огромный крылатый волк.

В руке у демона появился меч, и сверкающее лезвие обрушилось на голову волка. Но смертельный удар отразил огромный молот, а волк превратился в кузнеца.

– Ой, – скорчил удивлённую физиономию Велиал. – Семаргл. То-то я думаю, откуда у волка крылья? Извини, не признал.

– Бывает, – согласился кузнец и, поигрывая молотом, поинтересовался. – Ты куда?

– Да так, гуляю, погода хорошая, – беспечно ответил демон и начал таять.

– Уйдёт! – крикнул Семаргл.

– Не уйдёт, – спокойно произнёс Хорс.

В его руке появился длинный, сплетённый из солнечных лучей бич. Хорс прищёлкнул и бич обернулся вокруг Велиала. Демон замер парализованный.

Хорс и Семаргл произнесли заклинание. Демон провалился под землю, склон принял свой прежний вид, провал заровнялся, а заодно исчезли и вещи колдуньи.

Хорс подошёл к Василисе, повёл рукой, и с неё опали путы. Она рухнула на землю, тут же вскочила и бросилась к Саньке. Она принялась его трясти, но тот лежал неподвижно.

– Погоди, – остановил её Хорс.

Он наклонился над Санькой и приложил руку к его лбу. Санька дёрнулся, вздохнул и открыл глаза.

– Ну вот, забирай своего жениха, – произнёс Хорс.

– Где он!? – Санька вскочил и закрутил головой, готовый снова ринуться в бой.

– Там откуда пришёл.

– А не вернётся?

– Вряд ли.

– Уф, – облегчённо выдохнул Санька и посмотрел на Хорса. – Это вы его?

– Мы, но если бы вы его не задержали, он бы исчез, и тогда с ним было бы намного труднее справиться.

Санька неожиданно вспомнил свой сон у Кащея, от изумления разинул рот и неуверенно произнёс:

– Вы Хорс. Бог солнечного света и названый брат моего далёкого предка.

– Знаешь, – улыбнулся Хорс.

– А это кто? – спросил Санька, показав на стоящего немного поодаль кузнеца.

– Семаргл. Бог огня. Когда он рядом, наша сила умножается. Ну, бывай.

Оба бога вступили в солнечный круг, луч погас и они исчезли.

Санька огляделся. Вокруг покой и тишина. На востоке край неба окрасился розовым цветом. Как будто и не было никакого сражения. Он обнял Василису и сказал:

– Если бы ты сейчас рядом не стояла, я бы сказал, что мне всё это приснилось.

– Милый, – прижалась к нему Василиса. – Мы победили. Теперь можно и домой.

– Домой, – повторил Санька и неуверенно почесал затылок. – А может сначала в гости к моей тётке заглянем?

– Кащей предупреждал, чтобы сразу обратно, – возразила Василиса.

– Помню, но очень хочется, – вздохнул богатырь. – И, между прочим, Баюн говорил – если очень захотеть, то всё получится. А насчёт того, что в двух мирах нельзя, – он махнул рукой, – там будет видно. Попробуем с Бабой Морой договориться, да и Вий почти что хороший знакомый.

Санька направился к спуску, но остановился и неуверенно потеребил себя за нос.

– Совсем забыл, меня же похоронили. И тут такой я заявляюсь: – «Здрасте, вот решил на минутку заглянуть». Не, нельзя, тётку инфаркт хватит, она и так вся больная. Что же делать?

– А давай мы прокрутим время назад, до того, как ты сюда попал.

– Точно, – обрадовался Санька. – Только не в самом начале, а перед вторым разом. Всё меньше времени пройдёт.

– Попробую, – кивнула Василиса.

Она вытянула перед собой руки, закрыла глаза и только собралась произнести заклинание, как раздался грозный окрик:

– Замри!

Прямо перед ними материализовался Кащей.

– Вас ни на минутку одних оставить нельзя, – проворчал он. – Ишь, что удумали – время вспять повернуть. И ладно этот безалаберный молодец, – Кащей сердито дёрнул подбородком в сторону Саньки. – А ты, – он укоризненно посмотрел на Василису. – Вроде серьёзная девушка, магичка, без пяти минут царица. Ты-то должна головой думать. Вместо того, чтобы своего бесшабашного жениха придержать, потакать ему вздумала. Вам развлечение, а об остальных подумали? Хряк с Серым Магистром вернутся, да и Барбелиха опять начнёт козни строить. Оно надо?

Санька виновато потупился. Получается, с его замечательной идеей встретиться с тёткой ничего не получится. И в магазин не зайдёшь, вдруг кто из знакомых встретится, да и денег нет. Он вздохнул и направился к ближайшей яме.

– Ты куда? – заволновалась Василиса.

– Домой, в царство. Свадьба же скоро.

– Но ты же хотел, – растерянно проговорила она и развернулась к Кащею. – Кащеюшка, сделай что-нибудь. Ты же можешь.

– С какой стати? – ядовито заметил Бессмертный. – Кто-то недавно утверждал, что я кровожадный монстр, похититель невинных девиц и убийца несчастных богатырей. А теперь Кащеющка? Все вы одинаковы – поначалу злодей, а как пообвыкнете, так вроде и не очень злодеистый. А потом и вовсе начинаются претензии – раз похитил, так изволь выполнять все наши прихоти.

– Лично мне от вас ничего не надо! – гордо вздёрнула носик Василиса. – Я за моего Сашеньку переживаю.

– Вся в мать. Та тоже для себя ничего не просила. – восхитился Кащей, взглянул на богатыря и хитро улыбнулся. – Ты же у нас везунчик. Так вот, Баба Мора добро дала. Чем-то ты ей приглянулся. Правда, еле уговорил. Сказала, что в первый и последний раз. – И протянул газету. – Третья страница. Внизу.

Санька лихорадочно развернул газетный лист и увидел маленькую заметку.

«Происшествия. Попавший в аварию гражданин Воробьёв А. пришёл в сознание после нахождения нескольких часов в состоянии клинической смерти».

– Тётке твоей уже сообщили, – продолжал Кащей. – Так что можешь спокойно к ней отправляться. Заодно и невесту представишь. Но учти, скажешь ей, что тебя встретил старый друг и пригласил на Дальний Восток. Ты согласился. Поезд – через несколько часов. А ты отныне будешь ей письма посылать.

– Только письма? – осторожно поинтересовался Санька.

– Ты точно нахал, – вздохнул Кащей. – Дай палец – всю руку оттяпать норовишь. Хорошо – гулять, так гулять. Баба Мора, кстати, предвидела, что ты об этом попросишь. Будет возможность раз в году съездить к тётке, как там у вас называется – в отпуск. С Дальнего Востока, в смысле из царства.

– С Василисой?

– Куда же без неё. Но не во вред государственным делам. А в остальное время – пишите письма.

– Кто же их доставлять будет? – удивился Санька. – Гонцами, что ли?

– А это не твоя забота, – ответил Кащей – Хотя бы почтовыми голубями.

– Голубями, так голубями, – согласился парнишка.

Он и так получил больше того, на что мог рассчитывать. Но на всякий случай решил уточнить:

– Значит, у нас есть пара часов?

– Есть, – кивнул Кащей. – Только не задерживайтесь. Берендею уже сорока на хвосте принесла, что вы встретились, живы и здоровы и к вечеру будете дома. – И он провалился сквозь землю.

– Вот и всё, – сказал Санька.

Они стояли на вершине холма и смотрели на раскинувшиеся внизу дома. Занималась заря. Радуясь первым лучам восходящего Солнца пели птицы.

– Пошли, – сказала Василиса.

Они взялись за руки и начали спускаться к посёлку.

– Э, уважаемые, – раздался ехидный голос и перед ними появился Кот. – А вы переодеться не желаете?

– Действительно, – спохватился Сенька.

– Эх молодёжь, молодёжь, всё учить надо, – вздохнул Баюн и вытащил из-за спины объёмистый тюк. – Держите.

Он положил одежду на землю и тоже исчез, а на его месте медленно таяла мерцающая надпись:

«Главное, нужно очень захотеть. И не сдаваться. Тогда всё получится».