Тай Лунг.

Теперь это имя принадлежало мне, а вместе с ним приходили и воспоминания, которые я медленно переваривал, сидя в этой проклятой тюрьме.

Сильнейший ученик признанного мастера Шифу и его наследник…

Много лет назад Шифу нашёл его совсем маленьким.

Оставленный у ворот храма младенец был слишком слаб, чтобы отправлять его в приют, поэтому молодой мастер решил на время оставить снежного барса в Нефритовом Дворце и подлечить его с помощью Ци.

Шифу собирался отдать ребёнка, когда тот окрепнет, но со временем настолько проникся к нему отеческими чувствами, что решил воспитать как собственного сына.

Шли годы. В три года мальчик, названный Шифу Тай Лунгом — Великим Драконом, — впервые заинтересовался Кунг-Фу и уже на первой тренировке показал невероятный потенциал.

В Китае верят, что имена имеют силу и Шифу, наблюдая, как быстро его сын продвигается в тренировках, всё сильнее убеждался, что имя, данное маленькому снежному барсу, оказалось пророческим.

Тренировки становились всё тяжелее, а уверенность Шифу крепла: Тай Лунг просто обязан стать Воином Дракона.

Тай Лунг быстро прогрессировал и уже в тринадцать лет освоил Ци на таком уровне, что получил звание мастера Кунг-Фу. Позже он стал первым воином, изучившим тысячу свитков с приёмами и сумевшим освоить их все.

Во всём Китае почти не осталось мастеров, способных сравниться с ним, и в двадцать лет Тай Лунг потребовал то, что, как он считал, принадлежало ему по праву, — титул Воина Дракона.

Он искренне верил, что это его судьба, что только он достоин этого звания и что само звание словно существовало именно для него.

Шифу эту уверенность лишь поддерживал.

Когда обучение было завершено, мастер пригласил Угвея, чтобы Тай Лунг продемонстрировал ему всё, чему научился. Снежный барс не переживал — он угробил почти два десятка лет на отработку приёмов и добился небывалых высот, однако, пока Шифу с гордостью показывал, чего достиг его воспитанник, старая черепаха не выглядела впечатлённой.

Скорее наоборот.

На лице Угвея читалось… разочарование?

В тот день Тай Лунгу отказали и, взбесившись, он решил забрать свиток силой.

Грозный Дракон оттолкнул попытавшегося остановить его Шифу и бросился к свитку, не посчитав старую черепаху серьёзной угрозой, однако Угвей в одно мгновение оказался рядом и несколькими точными прикосновениями к наполненным Ци точкам парализовал Тай Лунга, не ожидавшего от старика такой прыти.

После этого сильнейшего воина Нефритового Дворца заперли в самой защищённой тюрьме Китая — Чор Гом.

Мрачная подземная крепость была высечена в недрах огромной горы. Тысячи копий, арбалетов и цепей предназначались для удержания всего одного пленника.

Клан носорогов — сильные от природы воины, способные использовать Ци, — стал охраной оступившегося мастера, а их глава и вовсе решил лично наказывать Тай Лунга за разгром, унёсший жизни многих жителей Долины Мира.

Так и начались двадцать лет заключения.

Всё это теперь было частью моей памяти.

Я сидел в темноте и чувствовал, как чужая жизнь давит на сознание, пытаясь вытеснить мои собственные воспоминания и занять их место.

Ух и угораздило же меня попасть в этот мир, да ещё и в это тело…

Если честно, я всегда думал, что после смерти не будет ничего, что-то вроде сна, только вечного и без возможности проснуться, однако вот я здесь — в холодной тёмной дыре, где над моим телом каждый день издевается сраный чокнутый садист.

Я не знал, что именно произошло со мной в прошлой жизни, хотя сильно сомневался, что я беспричинно оказался в теле персонажа мультфильма, но сейчас выяснить это всё равно не получится, так что лучше не забивать голову подобными мыслями, а то у меня и без того проблемы с головой — в лице одного пушистого соседа по черепной коробке по имени Тай Лунг.

Что я вообще могу сказать об этой вселенной и своём положении в ней?

Для начала весь этот мир действительно оказался очень похож на любимый мультфильм моего детства, за одной лишь разницей — местное население состояло не из разумных животных, а из человекоподобных существ с некоторыми звериными чертами.

У меня, например, от снежного барса были хвост, уши, глаза и когти, в остальном же я выглядел как обычный человек, и ничего странного в этом здесь не видели — всё население было таким.

Важно и то, что при смешении людей с разными звериными чертами не получалась какая-нибудь страшная крокозябра, ребёнок чаще перенимал признаки одного из родителей. Если условная девушка-кролик рожала от мужчины-пса, то ребёнок с большой вероятностью получал собачьи черты. Из-за этого в мелких деревнях разделение сохранялось довольно строго: местные селяне нередко жили общинами, почти полностью состоящими из людей с одинаковыми родословными, зато в крупных городах на подобные условности почти никто не обращал внимания.

Сумасшедший мир.

И я теперь его часть…

Дальше шли боевые искусства, появившиеся здесь всего пару тысяч лет назад. Вернее, что-то существовало и раньше, но со временем это «что-то» вытеснило Кунг-Фу — полноценное боевое искусство с сильной привязкой к определённой философии.

В глобальной карте мира Тай Лунг разбирался не особенно хорошо, он знал Китай, также именуемый Империей Дракона, где и происходили события мультфильмов, и ещё несколько мелких и не очень государств на севере и юге, но сейчас куда больше меня интересовало Кунг-Фу.

На всем понятном русском это звучало как «Высокое Мастерство». Само по себе Кунг-Фу позволяло стать достаточно сильным, чтобы справиться с целым вооружённым отрядом, однако существовало здесь и кое-что куда более ценное — энергия Ци.

Ци пронизывала весь мир, являясь воплощением жизненной энергии, и присутствовала во всём живом — от травинки до человека.

Чем больше Ци содержалось в существе, тем сильнее оно было, поэтому даже те, кто не владел Кунг-Фу и не умел управлять собственной энергией, могли превосходить обычного человека в несколько раз, правда, слишком большое количество Ци могло и убить. В памяти Тай Лунга имелся даже какой-то редкий кустарник, насквозь пропитанный природной энергией, обычные люди, уколовшись о его шипы, почти всегда погибали.

Использовать Ци было крайне сложно — некоторые мастера тратили на тренировки десятилетия, но так и не учились высвобождать её за пределы собственного тела и хорошим примером был Шифу.

Для управления Ци требовались не только талант и упорство, но и внутреннее равновесие, а главное — понимание собственной цели.

Целью Тай Лунга было стать сильнейшим мастером Кунг-Фу и получить титул Воина Дракона, он принял это желание и потому без особых проблем научился использовать Ци, у Шифу же, подозреваю, имелись какие-то ментальные проблемы.

Впрочем, у меня теперь тоже.

«Проблемы»… Да уж. Двадцать лет растить сына, воспитывать его, вкладывать в него всё, сделать главным проектом собственной жизни, а потом позволить какой-то старой черепахе сломать ему жизнь одним словом?

И чем это не предательство?

…Ой, кажется, это уже не совсем мои мысли.

Что же, теперь вернёмся ко мне. Точнее, к нам.

Тай Лунг — великий мастер, заточённый в «идеальной» тюрьме. Выбраться отсюда без посторонней помощи считалось невозможным, а выживал он лишь благодаря Ци, потому что ни еды, ни воды ему давать никто не собирался.

Да ещё и эти пытки…

Бр-р, вспоминать страшно!

Положение у нас, короче говоря, было крайне незавидным, а как выбраться из этого проклятого места, я понятия не имел.

Я ощущал холод камня под собой, ноющую боль в мышцах и чудовищный «панцирь» на спине, который не просто сковывал меня, а будто… медленно высасывал жизнь.

Скорее всего, это была лишь игра сознания — не стал бы «Мудрый Добрый Черепах» — сокращённо МуДоЧ — создавать настолько злобную хрень для уже поверженного противника.

Не стал ведь?

В мультфильме Тай Лунг смог сбежать лишь благодаря своему мастерству и удаче, но я был немного не тем Тай Лунгом и его навыками пока не обладал.

Да, рефлексы и память снежного барса вроде бы остались при мне, но одно дело — знать что-то, и совсем другое — использовать эти знания на практике. Пусть я помнил около тысячи приёмов, но понятия не имел, как заставить измученное и скованное тело их выполнить.

Терпеть ежедневные пытки в чёртовой подземной темнице я не собирался, но и слепо рваться наружу было нельзя. Придётся придумать план и попутно молиться, чтобы инстинкты и рефлексы сработали как надо.

За несколько дней, проведённых здесь, я успел бегло ознакомиться с памятью Тай Лунга и даже немного проникнуться им, буквально проживая отдельные моменты его жизни и понимая, что он тогда чувствовал.

Вместе с ним я испытывал гордость, жажду признания, его любовь и уважение к Шифу — и тем острее ощущал последующее предательство.

Также я примерно понял, как работает Ци, и даже научился с её помощью паре фокусов.

Например, выяснил, что почти не чувствовал тела не только из-за цепей и игл «Черепашьего Панциря». Тай Лунг сам заблокировал большую часть ощущений, чтобы ежедневные пытки не свели его с ума, и постоянно прогонял Ци по мышцам, не позволяя им окончательно ослабнуть.

Очень умно с его стороны.

Даже этих нескольких дней хватило, чтобы проникнуться «любовью и всепрощением» ко всем вокруг: от запершего меня здесь Шифу и разрушившего мою судьбу Угвея до носорога-ублюдка, каждый день пытающегося меня сломать!

Мой относительно миролюбивый менталитет столкнулся с жестокостью реального мира и позорно сбежал, оставив меня в абсолютном одиночестве посреди мира боли…

М-да, пафосные речи мне пока плохо давались, но я обязательно исправлюсь!

Какой бой китайских мастеров боевых искусств обходится без этого, не так ли?

Я резко дёрнул ушами на макушке.

Слух у меня был просто невероятным — я улавливал каждый шорох, каждую каплю воды, срывающуюся со сталактитов где-то далеко в темноте, и сейчас услышал звук, выбивающийся из привычного фона.

Сегодня мой мучитель ещё не спускался, но что-то рановато он…

Скрип, а следом тяжёлый ржавый стон металла.

— А вот и он… Тай Лунг, — произнёс уже осточертевший голос главного надсмотрщика после того, как входные ворота опустились за его спиной.

— Я… Я лучше здесь подожду… — ответил ему незнакомый взволнованный мужчина.

Я открыл глаза и вгляделся во тьму — зрение у меня тоже было нечеловеческим.

Сразу заметил массивную фигуру носорога и… мелкого, ростом около полутора метров мужчину с крыльями за спиной. Он дрожал так сильно, что казалось, вот-вот взлетит и свалит куда подальше.

Хм, раньше посетителей у меня не было. Неужели?..

Моё, точнее пока ещё наше, сердце пропустило удар.

— Ха-ха-ха, тебе не о чем волноваться! — заверил гуся носорог. — Здесь абсолютно безопасно! — Он подтолкнул крылатого вперёд, и тот, ойкнув, пролетел около двух метров. — Арбалеты, приготовиться! — В следующую секунду я услышал, как огромные механизмы начали поворачивать арбалеты в мою сторону, а затем застонали натягивающиеся тросы, заменявшие им тетивы. И всё это требовалось только для того, чтобы сдерживать меня… — Эй, «крутой». — Посетители уже подошли почти вплотную, а я прикрыл глаза — даже смотреть на эту падаль не хотелось. — Наконец-то Угвей вручит кому-то Свиток Дракона… Кому-то, но только не тебе! — Носорог медленно обходил меня по кругу, наслаждаясь моей беспомощностью и собственной властью.

— Ч-что вы делаете? Не злите его! — тут же запротестовал посыльный.

Кажется, он был гусем. По одним крыльям, конечно, не определишь, но в мультфильме посыльным, если мне не изменяла память, являлся именно гусь.

Итак, панда уже был избран Воином Дракона, а я…

Если повезёт, то смогу сбежать сегодня же!

Говорить, что я пока не готов, было бессмысленно — торчать здесь дольше только ради того, чтобы привыкнуть к новому телу, я не собирался. Если кто-то готов терпеть ежедневные пытки ради призрачного шанса постепенно вернуть все навыки, то милости прошу на моё место.

Нет уж.

С меня хватит!

— А что он может сделать? Он же у меня совершенно обездвижен… — протянул носорог, ухмыляясь, пока крылатый продолжал трястись от страха.

В этот момент я поморщился — носатый урод наступил мне на хвост.

Боль была слабой, но вот унижение…

Этот ублюдок смеет обращаться со мной как с каким-то паршивым уличным котёнком?!

Гнев затопил сознание, но так же быстро отступил, возвращая мне полный контроль.

Сейчас я ничего не могу сделать, но совсем скоро… Скоро…

— Ох! — отпрянул посыльный, заметив ногу носорога на моём хвосте.

— Аха-ха-ха! Ой, я что, наступил кисоньке на хвостик? О-о-оу…

Носорог продолжал издеваться, явно испытывая от этого садистское удовольствие.

Ну подожди, тварь.

Когда выберусь, ты, мразь, будешь страдать.

Я запомню это.

— Я-я всё посмотрел, — посыльный попытался прервать сеанс унижений. — Достаточно! Я скажу Шифу, что волноваться не о чем!

— Вот именно, — ответил носорог, даже не посмотрев на меня, и направился к выходу.

— Ладно, да, так и скажу… — выдохнул гусь, обрадовавшись, что больше не придётся находиться рядом со мной.

Я же смотрел на маленькое серое перо, медленно опускавшееся с неба.

Хвала Небесам.

Я выберусь отсюда!

Рвать когти нужно было сейчас — я больше не собирался терпеть ни пытки, ни постоянное давление личности Тай Лунга, а на свободе я точно избавлюсь от первого и, если повезёт, от второго и плевать, что произойдёт.

Я либо сбегу из этой темницы, либо погибну при попытке, третьего не дано.

Я накрыл упавшее перо хвостом, пряча его от возможных наблюдателей, а затем медленно убрал хвост обратно за спину.

Движение оказалось настолько привычным, будто хвост был у меня всю жизнь.

Это хорошо — значит, рефлексы снежного барса действительно просыпались.

На моей спине всё это время находился «Черепаший Панцирь» — специально созданный Угвеем механизм, сковывавший тело и блокировавший выход Ци за его пределы.

Множество нефритовых игл было вонзено в особые точки, зажимая мышцы и почти полностью лишая меня возможности двигаться или нормально дышать. К моим запястьям были прикованы две длинные цепи, на других концах которых висели над пропастью многотонные каменные глыбы.

Если бы не Ци, Тай Лунг давно бы погиб, а окажись на моём месте обычный человек, ему, скорее всего, просто вырвало бы руки.

Не самая приятная смерть, не так ли?

Я резко подкинул перо хвостом, заставив его взлететь к небольшому отверстию в механизме панциря, и замер, напрягая слух.

Первое движение — влево и вниз.

Щёлк.

Есть.

Теперь вверх и вправо…

Щёлк.

Вниз до упора и снова вправо…

ЩЁЛК!

Зачарованные нефритовые иглы впервые за двадцать лет пришли в движение и начали подниматься, освобождая моё тело.

Боль отступила.

Я наконец почувствовал ноги, плечи и спину…

Не в силах сдержать оскал, вдохнул полной грудью.

Фу-у-ух…

Свобода была так близко!

Я напряг тело и сделал небольшой выброс Ци. Иглы с огромной силой разлетелись в стороны, а следом на куски раскололся и сам панцирь.

Осталось избавиться от оков.

Я поднялся на ноги, ощущая непривычную слабость. Тело хотя бы слушалось, и это уже было отличным результатом, но применять техники Ци точно не стоило — разорвёт на части, и будет здесь храниться кучка маленьких Тай Лунгов.

Хмыкнув собственной глупой шутке, я натянул цепи, пытаясь поднять валуны и дотянуться до кандалов.

Чёрт!

Нет, за двадцать лет тело слишком ослабло — поднять глыбы своими силами не получится. Нужно что-то другое…

До этого я почти не обращал внимания на тюремщиков, но они довольно быстро заметили, что происходит что-то неладное, и уже вовсю били тревогу.

— Арбалеты, залп!

Вот оно!

Подвижности хватит, чтобы уйти от нескольких выстрелов. Стоит лишь немного рискнуть и…

Скрежет!

В тот же миг огромный арбалетный болт вонзился в камень в нескольких сантиметрах от меня. Если бы тело не увернулось само, на этом всё бы и закончилось.

Второй снаряд просвистел рядом, но подставить под него цепь я не успел, поэтому пришлось просто уйти с линии атаки. Следующий тоже летел под неудобным углом, а вот четвёртый подходил идеально. Я резко натянул цепь правой руки, подставляя её под удар.

Дзыньк!

Металл весело затрещал, и наконечник болта разбил кандалы на правом запястье. Освободившаяся рука взлетела вверх, а оставшийся валун тут же дёрнул левую вниз, едва не вырывая плечо.

Я наполнил когти правой руки Ци и одним рывком разорвал второй кандал.

Из горла вырвался рык.

Этот Ад наконец закончился!

Теперь осталось совсем немного — сбежать из неприступной тюрьмы…

— Тай Лунг на свободе! — выхватил я из множества звуков голос гуся. — Я полечу к Шифу!

Хех, Шифу…

Может, стоит отблагодарить его за то, что он отправил этого пернатого проверить тюрьму? Без него я бы точно не сбежал.

— Останешься здесь! И он тоже! — Носорог схватил крылатого за горло. — Поднимай!

Подчинённые уже запускали механизм, поднимавший лифт наверх.

— Отпусти меня! — безуспешно попытался вырваться гусь.

И как мне теперь подняться? Эти кретины даже собственных товарищей бросили на верную смерть, подняв единственный лифт…

Снова щёлкнул арбалет, очередной болт пролетел рядом, но оковы больше не удерживали меня, так что попасть по мне было куда сложнее.

Стоп.

Эти болты ведь легко пробивали камень…

Вот и план!

Я вырвал из гранита несколько снарядов и один за другим запустил их в ближайшую стену, создавая импровизированную лестницу.

Вперёд!

Оттолкнувшись от последнего болта, торчавшего под острым углом из моей платформы, я взлетел вверх на несколько десятков метров. Страх смешался с восторгом и каким-то почти безумным азартом. Я приземлился на первый из вогнанных в стену снарядов, тут же оттолкнулся от него, достиг следующего, а затем проскользил по камню до последней опоры.

Ухватившись рукой за древко, я подтянулся и на несколько секунд уселся на него.

Удивительную силу давала эта Ци, мне очень повезло оказаться в теле настолько могучего мастера.

— Он бежит сюда! — панический крик гуся вырвал меня из мыслей.

На последнем болте я задержался не из-за усталости — между мной и поднимающимся лифтом оставалась пропасть, а прыжок требовался такой, что любая ошибка означала смерть, к тому же эти идиоты могли просто перерубить цепь.

— Не добежит! — Носорог сильнее сжал горло крылатого. — Лучники!

Ох, ну раз вы не оставляете мне выбора, придётся рисковать!

Под гул натягивающихся тетив я раскачался на древке, а затем с рёвом устремился к поднимающемуся лифту. Пальцы сомкнулись на его нижней части за мгновение до того, как в стену за моей спиной ударил дождь стрел. Не задерживаясь, я перебрался на площадку, прыгнул к цепи и начал карабкаться вверх. До края верхнего уровня оставалось всего несколько метров, когда опора подо мной исчезла.

Они обрубили цепь!

Лифт начал падать.

Я резко подтянул его к себе, поставил ноги на край площадки и оттолкнулся, используя вес падающей конструкции, чтобы отправить себя вверх. Носороги, только что перерубившие цепь и уже праздновавшие победу, получили по зубам и разлетелись в стороны.

Первый уровень пройден, но как подняться дальше?

Следующий подъёмник уже находился наверху, и добраться до него с этой площадки было невозможно.

Тогда…

Я схватил свободный конец цепи, успевший несколько раз обернуться вокруг механизма, и бросился вниз, заставляя себя закручиваться вокруг оси и набирать скорость. В последний момент отпустил цепь, отправляя тело вверх, но почти сразу понял — не хватит пары метров.

Я наполнил правую руку и когти Ци, после чего с силой вонзил их в каменную стену — в моём состоянии способ был не самым безопасным, но другого выбора не оставалось.

Камень раскрошился, руку пронзила боль, однако она выдержала.

Я оттолкнулся от стены и наконец оказался на верхнем уровне Чор Гом.

Выше оставался только выход.

Здесь меня встретили десятки вооружённых носорогов.

Но…

Причинить им боль будет для меня настоящим удовольствием.

Стоило мне выбраться на верхний уровень, как выяснилось, что радоваться я начал рановато.

Здесь были десятки носорогов — в тяжёлых доспехах, с копьями, шипастыми булавами и чем-то похожим на китайские двусторонние мечи. Они заполонили всю платформу перед лестницей, ведущей наверх, и, судя по их лицам, пропускать меня никто не собирался.

Моя человеческая часть струхнула, но вот Тай Лунг… Тай Лунг во мне взревел от восторга.

Двадцать лет это тело провело в цепях, почти не двигаясь, и теперь каждая его клеточка буквально требовала действий. Ему было плевать, сколько врагов стояло между нами и свободой, более того, чем их было больше, тем сильнее становилось желание наконец проверить, на что мы способны.

Впрочем, долго размышлять мне никто не позволил.

Не успел я толком выпрямиться, как ближайший охранник с рёвом занёс булаву и обрушил её прямо мне на голову. Сознание требовало отскочить, желательно как можно дальше, но тело поступило совсем иначе — сделало шаг навстречу.

Достаточно было немного сместить голову, чтобы булава пронеслась в нескольких сантиметрах от уха. Ладонь сама легла на запястье носорога, я резко дёрнул его на себя и, используя массу противника, перебросил здоровяка через плечо.

Удивлённо хрюкнув, тот пролетел мимо своих товарищей и с грохотом врезался сразу в нескольких охранников, сбив их с ног.

Насладиться успехом мне не дали — справа блеснула сталь, и в грудь устремился наконечник копья.

Я оттолкнулся от пола, пропустил оружие под собой, перевернулся в воздухе и приземлился на ноги. Едва коснувшись камня, развернулся и ударил в лицо не успевшего отступить копейщика. Перед самым ударом по ноге прошла Ци, усиливая движение, и носорога отбросило назад вместе с его оружием.

— Он… он… убить его! — взревел кто-то.

И тут понеслось!

Моё сознание полностью отошло на задний план, уступив место рефлексам тела.

Справа опустилась булава, но вместо того, чтобы уклоняться, я поймал оружие за рукоять, потянул на себя, а затем ударил ладонью по металлическому шару. По руке прошла голубоватая Ци, и булава разлетелась на части, оставив в руках ошарашенного охранника только обломок древка. Несколько секунд носорог недоверчиво смотрел на него, чем я и воспользовался, ударив локтем в солнечное сплетение.

Следующее копьё я перехватил за древко, вырвал из рук владельца и обратным концом подсёк ему ноги. Ещё один охранник попытался ударить меня мечом со спины, но я выбросил ногу назад, точно попав ему в челюсть, и носорог рухнул на пол.

Удары шли со всех сторон, однако чем дольше продолжался бой, тем меньше я пытался вмешаться в происходящее.

Нет, сознание я не терял — всё видел, слышал и понимал, что происходит, просто перестал пытаться контролировать тело. В этом не было никакого смысла: пока я только успевал заметить опасность, Тай Лунг уже действовал.

Несмотря на мои успехи, носороги и не думали сдаваться — они пытались задавить меня числом и своей массой. Несколько рядов копейщиков перекрывали проход к лестнице, а охранники с мечами и булавами старались окружить, не оставив пространства для манёвра.

На самом деле действенный план, и, если бы не невероятные навыки Тай Лунга, у них даже могло получиться.

Я ушёл в сторону от очередного выпада, перехватил копьё и дёрнул на себя. Носорог, не успевший разжать пальцы, полетел вперёд, а я направил его прямо в приближающихся товарищей. Несколько тяжёлых тел столкнулись, на мгновение открыв проход, и я тут же бросился туда.

Один из носорогов попытался перекрыть дорогу мечом, но я ударил ладонью по плоской стороне лезвия, направляя его вниз, а затем впечатал владельца плечом в стену.

Не могу не признать, что охранники были сильными, обученными и действовали синхронно, но двигались они слишком медленно — не успевали перестраиваться, сталкивались друг с другом, из-за роста мешали товарищам наносить удары, а тяжёлая броня не позволяла им быстро подниматься с земли.

Не обращая внимания на крики и мелькавшую тут и там кровь носатых ублюдков, я прорывался к выходу, почти не ощущая их сопротивления.

Каждый мой удар разбивал оружие или сминал броню, отправляя пострадавших в обрыв либо в ещё державшихся на ногах товарищей. Удар ладонью — треск доспехов. Пинок — носорог отлетает на несколько метров и сбивает ещё двоих. Я ломал копья, отбирал мечи и использовал самих охранников как тараны.

Это было… весело. Та часть меня, что была Тай Лунгом, упивалась происходящим — всё это служило доказательством моей силы, моего мастерства!

Ещё один рывок, и я пробил последнюю линию обороны. Передо мной оказалась лестница, уходящая вверх, к выходу, по которой я забрался наверх перепрыгивая по десять ступеней за раз, вылетел на верхнюю платформу и замер.

Свобода!

Я чувствовал её!

Оставалось избавиться от последних охранников во главе с Вахиром — тем самым начальником тюрьмы, пытавшим меня каждый божий день, — выбить чёртову дверь, и тогда я наконец окончательно обрету свободу!

До выхода вёл длинный каменный мост, на вид очень прочный, вот только смутные образы из памяти о мультфильме напоминали, что этот самый мост будет разрушен сталактитами, которые охрана обрушит, обрекая остальных тюремщиков на смерть.

На другом конце, у самого выхода, стоял Вахир. Рядом с ним находились два десятка носорогов с арбалетами, а в своей руке он держал за горло трясущегося мужчину-посыльного.

— Мы покойники! — уже даже не сопротивляясь, выдал гусь. — Теперь-то точно покойники…

— Аха-ха-ха! — рассмеялся ублюдок-палач. Его ухмылка была такой же омерзительной, как и всегда. — Пока ещё нет! ДАВАЙ!

Он крикнул своим людям, и один из них выстрелил зажжённой стрелой в потолок. Я проследил за их взглядами и увидел, что на гигантских сталактитах, висевших прямо над мостом, были закреплены… связки взрывного порошка.

Чёрт!

Я бросился вперёд, мысленно коря себя за то, что сразу не рванул к врагу, а решил довериться инстинктам Тай Лунга, но было уже поздно.

БУМ!

Первый взрыв прогремел прямо над моей головой. Огромный сталактит откололся и рухнул вниз, увлекая за собой центральную часть моста.

БУМ! БУМ! БУМ!

Взрывы следовали один за другим. Пещера содрогнулась, камни, лёд и обломки моста дождём посыпались в пропасть, а я едва успел отпрыгнуть назад, на платформу.

Мост был уничтожен.

Вахир хохотал на той стороне.

— Ну что, несостоявшийся «Воин Дракона»?! Куда теперь?! — И снова эта мерзкая ухмылка! Бесит! Я прыгнул на падающий обломок моста и тут же оттолкнулся от него, перебираясь на один из летящих вниз сталактитов. Повезло, что заряды взорвались не одновременно, а один за другим. — СТРЕЛЯТЬ! — скомандовал главный носорог, в чьём голосе снова появился страх.

Да, ублюдок, бойся меня!

Тванг!

Десяток арбалетных болтов вонзился в камень, где я стоял секунду назад.

Перепрыгивая с одного падающего обломка на другой, я постепенно поднимался к уступу с носорогами, но в меня летели десятки стрел и болтов, а один идиот даже метнул свою булаву. Подходящего момента для последнего прыжка всё не было — я приближался, но слишком медленно.

Чёрт, неужели не получится? Это неприступная тюрьма, и неудивительно, что я, не будучи тем самым Тай Лунгом, не смогу выбраться. Даже ему без удачи это не удалось бы…

Выбраться отсюда невозможно…

Но ведь для Воина Дракона нет ничего невозможного, так?

ТАК КАКОГО ЧЁРТА Я ТУТ НОЮ, ЕСЛИ ДОЛЖЕН ДЕЙСТВОВАТЬ?!

БУМ!

Запоздалый взрыв заставил меня ухмыльнуться — с потолка падал ещё один сталактит.

Рискнём…

Я напитал ноги Ци, и мою фигуру объял холодный синий свет — таков был цвет моей жизненной энергии. Вложив всё в одно движение, я оттолкнулся от сталактита, с огромной скоростью полетевшего в бездну, и направил себя к тому, который только начал падать.

Получилось!

Оттолкнувшись от него, я достиг потолка и когтями уцепился за последний сталактит, к которому была привязана ещё одна шипящая связка взрывного порошка.

Дзиньк!

Стрела пролетела у самого виска.

Я прыгнул снова, стараясь скорее добраться до заряда и уворачиваясь от болтов и стрел прямо в воздухе.

Тванг! Тванг!

— Добейте его! — заорал мой палач.

Арбалетчики начали перезаряжаться, но я лишь усмехнулся.

— Ох, вы что, потратили все боеприпасы на меня? Как любезно с вашей стороны!

Я сорвал шипящую связку со сталактита, раскачался, вися на одной руке, и метнул её…

Но не в них!

Заряд пролетел над носорогами и упал прямо перед огромной, окованной железом дверью, ведущей на свободу.

— Ложись! — запоздало крикнул кто-то.

БББ-А-А-А-А-Д-А-А-А-А-Б-У-У-У-У-М!!!

Взрыв был оглушительным. Ударная волна едва не сбросила меня со сталактита, а массивная дверь вылетела, как пробка из бутылки. Носорогов, включая Вахира, разметало, как игрушечных солдатиков: кого в сторону пропасти, кого наружу.

Я подтянулся, перепрыгнул оставшееся расстояние и приземлился на край платформы, после чего прошёл через дымящийся проём на улицу…

Снег.

Холодный, чистый, белый снег.

Я упал на колени, зарываясь пальцами в сугроб, и впервые за двадцать лет вдохнул морозный горный воздух.

Израненные тюремщики валялись на снегу, стонали или лежали без сознания, а вот гусю повезло — он был жив и почти не пострадал, пусть его и оглушило взрывом. Посыльный пытался встать, отряхиваясь от снега.

Я подошёл к нему…

Мужчина замер, увидев мою тень, и медленно поднял голову. В его глазах стоял животный ужас — он был уверен, что сейчас умрёт.

Я положил когтистую руку ему на плечо, заставив посыльного вздрогнуть, несколько секунд молча смотрел на него, а затем… рассмеялся.

Это был уже не тот злобный рык, вырывавшийся из меня во время боя, а искренний, немного истеричный, но всё-таки смех!

— Спасибо, — сказал я.

Гусь ошарашенно моргнул.

— Ч-ч-то?

— За прилёт, — я улыбнулся. — Ты мне очень помог. — Я убрал руку и помог подняться на ноги всё ещё недоверчиво смотрящему на меня мужчине лет тридцати — тридцати пяти на вид, хотя из-за звериных черт возраст угадать было сложно. Гуси обычно невысокие. — Лети, — сказал я, становясь серьёзным. — Лети к Шифу. Передай ему… передай, что Истинный Воин Дракона скоро вернётся домой.

Гусь, не веря своему счастью, закивал, несколько раз споткнулся, захлопал крыльями, а затем взмыл в серое небо и исчез.

Осмотрев побоище, я заметил, что носороги начали шевелиться.

Убивать их?

Тай Лунг во мне требовал крови, но… Разве это честно? Два десятка лет в аду против быстрой и лёгкой смерти.

Я знал, что за время заключения Тай Лунг не раз мечтал не только выбраться, но и умереть — первые годы были самыми тяжёлыми… Сам же я убивать не хотел, по крайней мере, не столько людей за один раз — это было… выше меня.

И я нашёл компромисс.

Следующие полчаса я методично, одного за другим, таскал потерявших сознание охранников — некоторых пришлось немного успокоить повторно — к краю пропасти и скидывал обратно в тюрьму.

Пусть страдают, как страдал я, без еды и надежды на скорое спасение. Ци у них была, но недостаточно, чтобы протянуть там двадцать лет, зато пытать их никто не станет, так что мы квиты.

Когда я закончил, на улице остались только я и Вахир — начальник тюрьмы.

Ублюдок давно пришёл в себя и пытался отползти, зажимая раненый бок, в который вонзился деревянный обломок двери. Увидев меня, он замер.

Я присел перед ним на корточки.

— Ну что, носорожек? — тихо спросил я, повторяя его слова. — Вижу, сегодня ты тоже невесел?

Следующие полчаса я пытал его.

Медленно и методично возвращал Вахиру ту боль, которую он причинял мне все эти дни, поддерживая его Ци и не позволяя потерять сознание. Я остановился, когда из-под наплечника уже не ругавшегося и не угрожавшего, а лишь глухо стонущего носорога выпал небольшой рисунок.

Ох, только не этот сраный троп с «местью за семью», чёрт!

Сплюнув, я всё-таки поднял покрытый пятнами лист. На нём были схематично изображены трое носорогов-людей, а внизу неровно подписано: «Мама, папа, я…»

Когда двадцать лет назад Тай Лунг сорвался, он устроил беспорядки в расположенной неподалёку деревне, среди жителей которой были и носороги…

— Ты мразь, — произнёс я, возвращая рисунок на место. — Но я понимаю, почему ты стал таким.

Я поднялся и наступил на горло хрипящему мужчине.

Хрясь!

Я мог бы продолжать ещё долго, но… Как уже говорил, мы квиты. Пусть в мире мёртвых он воссоединится со своей семьёй — всё, что причиталось ему от меня, Вахир уже получил.

Я стоял на горе, вдыхая ледяной воздух. Чувство свободы пьянило, буря вокруг, казалось, только усиливалась, но холода я почти не ощущал.

И что же мне делать дальше?

Чёртова черепаха, насколько я знаю, в ближайшее время отбросит коньки, а кроме неё мне никто не представляет серьёзной угрозы…

Только вот что дальше? Я считался преступником, император лично подписал указ о строительстве Чор Гом для меня одного, так что просто прийти в Долину Мира не получится — меня атакуют.

В этот момент в голове будто что-то стрельнуло.

СТАТЬ ВОИНОМ ДРАКОНА! ОТОМСТИТЬ!

Мысль оказалась настолько яркой и сильной, что я пошатнулся.

Ха, снежный барс пытается навязать мне свои желания… Но разве я сам этого не хочу? Он не просто «сосед», а помощник, который только что вытащил меня из самого настоящего ада, Тай Лунг буквально спас мне жизнь.

Я посмотрел вдаль, на заснеженные пики, чувствуя, как приближается настоящая буря.

— Эй, Тай Лунг, ты ведь слышишь меня? — произнёс я вслух, обращаясь к сознанию внутри меня. — Ты хочешь мести, хочешь Свиток, хочешь, чтобы Шифу… чтобы отец… признал свою ошибку. — Я сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Я заполучу свиток Воина Дракона и отомщу за тебя, за нас. Однако я прошу плату за это. — Внутри всё замерло. — Твоё тело отныне принадлежит мне. — Я говорил твёрдо, стараясь не допустить в голос сомнений. — Но не только тело, твоя сила, твои навыки, твоя память, твоя Ци. Всё это будет моим. Я не буду больше бороться с тобой, но и ты не будешь бороться со мной. Прими это, стань моей частью, и тогда я исполню все твои желания!

Признаться, я не был уверен, что это сработает, не был уверен даже в том, что личность мастера Кунг-Фу действительно существовала отдельно от моей, а не являлась остаточной памятью или эхом эмоций…

Однако ответ я получил.

До этого послушная Ци буквально взорвалась внутри моего тела, она взметнулась, окружая его сиянием, а затем тысячами холодных игл пронзила изнутри, заставив закричать и упасть на колени в снег.

Воспоминания обеих жизней хлынули навстречу друг другу, смешиваясь. Я видел серые стены СТО и залитый солнцем двор Нефритового Дворца, чувствовал запах машинного масла и благовоний из зала для тренировок, помнил тёплые руки матери… и холодный, разочарованный взгляд Шифу в тот день.

Я…

В голове раздался иллюзорный голос, больше похожий на рёв.

… Согласен!

А потом… всё стихло.

Сияние втянулось обратно, и пусть буря снаружи не утихла, но буря внутри — да.

Я тяжело дышал, стоя на коленях, и медленно поднял голову. Мир стал… чётче? Я вдруг осознал, что это тело моё и ничьё больше.

Нет. Не так.

Я осознал, что Я — это Я.

Больше не существовало отдельно «обычного человека» и «снежного барса». Был только я.

Тай Лунг.

Но… Не тот.

Какое, однако, необычное чувство… Чувство целостности.

Нужно найти укрытие. Чувствовал я себя неплохо, даже более чем, но, пока продолжалась буря, стоило немного разобраться в себе и вспомнить, кем я теперь являюсь.

И… куда, чёрт возьми, мне вообще идти, карты-то с собой нет…

Скрыться от метели я решил в руинах своей темницы.

Через пробитую взрывом дыру внутрь врывался ледяной ветер, приносивший с собой снег, но на первом этаже находились казармы или нечто подобное — множество коек с небольшими сундучками-тумбами у изголовий.

Здесь мои тюремщики жили и, судя по обнаруженной неподалёку тренировочной комнате, заодно занимались.

Столовой, правда, не оказалось, что печалило — вновь почувствовать вкус нормальной еды очень хотелось… А тут ещё и мой желудок, молчавший двадцать лет, внезапно напомнил о себе голодным спазмом.

Ну да и чёрт с ним. Видимо, столовая находилась на другой стороне моста, так что сброшенные носороги даже смогут какое-то время питаться…

Побродив по полуразрушенным — а чего ещё ждать после стольких взрывов? — залам, я наконец наткнулся на комнату Вахира.

От остальных она отличалась не слишком сильно, разве что была меньше, зато здесь я, как и ожидал, обнаружил карту, которую вполне понимал благодаря знаниям Тай Лунга. Нарисовали её довольно грубо, на дублёной коже, но все ключевые точки присутствовали: Шпиль Тысячи Копий, где я сейчас находился, и далёкая Долина Мира.

Усевшись на стул из каких-то веток, закрученных в причудливую форму, я решил немного подремать. На удивление, стул оказался прочным, хотя и выглядел как творение пьяного друида. Да, не самое безопасное решение, но уж слишком я устал, и не столько физически, сколько морально — от боя и слияния двух сознаний.

Почему же я так легко согласился на роль «мщуна» и попытку заполучить титул, который вроде бы ничего мне не даст?

Ну…

Если не брать во внимание ярко пылавшее в сердце чувство, что этот титул должен быть моим — здесь явно говорила гордость оригинального Тай Лунга, — стоило разобраться, что Воин Дракона вообще получал вместе со званием и почему оно на полном серьёзе могло решить почти все мои проблемы.

Воин Дракона — высшая ступень мастерства, тот максимум, которого способен достичь мастер боевых искусств. Есть, правда, ещё и ранг «Небесного Феникса», но это скорее теоретическое звание, чем реальное. За всю историю Китая никто даже близко к нему не подошёл, и сам Угвей был далёк от становления Небесным Фениксом, поэтому мастера боевых искусств воспринимали этот ранг скорее как сказку…

Вернёмся к Воину Дракона.

«Получение титула позволяло владеть легендарным Свитком Дракона, который, по преданиям, наделял невероятной силой…»

Тут я усмехнулся.

К счастью, мультфильм я смотрел не настолько давно, чтобы забыть и этот момент — в свитке ничего не было. Золотая поверхность служила зеркалом, чтобы воин увидел своё отражение и осознал, что секрет силы находится в нём самом. Или как-то так. Глупая шутка, из-за которой я гнил в тюрьме двадцать лет.

Но если говорить о реальных вещах, которые давал этот титул, то можно было выделить несколько главных моментов.

С точки зрения императорского двора Воин Дракона являлся административно-правовой должностью, наделявшей обладателя определёнными правами и обязанностями.

Как и остальные мастера Кунг-Фу, он имел право и одновременно был обязан применять своё искусство против преступников, пресекать их деятельность и защищать мирных жителей, только, в отличие от большинства других мастеров, Воин Дракона не имел ограниченной юрисдикции и мог действовать в любой части Китая.

А вот и вишенка на торте.

Титул сопровождался соответствующим почтением со стороны императора, а также полной амнистией и прощением прежних преступлений.

Вот оно.

Получив титул Воина Дракона, я мог продолжить спокойно жить, ведь моя прошлая «ошибка» перестанет иметь значение для закона… Я смогу ходить под солнцем, не оглядываясь в страхе, что за мной придёт армия Императора, и вновь стану не просто беглым преступником, а героем!

Особенно если за эти двадцать лет прошлый император уже скончался…

— Ох… — Я вытянулся на стуле.

Спать на кровати носорога… Можно, конечно, но уж как-то не хотелось.

Мерзко.

Так что эту ночь я проведу здесь, сидя на стуле — всё равно это удобнее, чем спать на коленях с огромными валунами на руках и иголками, не позволяющими даже вдохнуть нормально…

Размышляя на разные темы, я и заснул, не особенно опасаясь незваных гостей — мастер моего уровня без проблем почувствует опасность даже во сне.

Долина Мира, Нефритовый Дворец

Далеко от ледяных пиков Чор Гом, в залитой солнцем Долине Мира, царила совсем другая атмосфера.

— Мастер, вы уверены, что это хорошая идея? — Молодая девушка с темными волосами, собранными в два высоких пучка с изящными розовыми цветами лотоса, и двумя тонкими прядями у лица неуверенно наблюдала за избиением… нет, тренировкой недавно объявившегося Воина Дракона.

Парень по имени По, лишь пару дней назад появившийся в Нефритовом Дворце, сейчас получал по лицу от Богомола — одного из Неистовой пятёрки.

Тук.

Шмяк.

Ой.

Сегодня бедного По успели побить вообще все обитатели Нефритового Дворца, причём мастер Шифу даже уборщика попросил «помочь с тренировкой». Гадюке, наблюдавшей за происходящим, подобный подход казался… излишне жестоким.

По был неуклюжим, громким, но… безобидным и вроде-как неплохим человеком.

— Я не позволю этому толстому увальню стать Воином Дракона! — нахмурившись, ответил старик с родословной красной панды. Его голос был напряжён от сдерживаемой ярости. — Я тренировал вас для этого многие годы, и не приму такого Воина Дракона!

Тем временем невысокий парень с зелёными волосами закончил избивать панду и подошёл к остальным, однако вместо того, чтобы сдаться, По, кряхтя, поднялся и сложил руки в жесте баоцюань — символе глубокого уважения, мира и боевой добродетели.

Похоже, Шифу рассчитывал совсем не на это, потому что в его голосе впервые за день проявилась неприкрытая угроза.

— До сих пор я щадил тебя, панда, — выплюнул мастер, сузив глаза. — Достаточно, твоим следующим противником буду я!

— Давай, да! Вперёд! — сохраняя с самого утра глуповатую улыбку, радостно прокричал По, поднимаясь из положения лёжа.

Странный энтузиазм панды даже немного пугал некоторых членов Неистовой пятёрки… В особенности Богомола.

— Шаг вперёд, — скомандовал Шифу, встав напротив По. Когда тот сделал этот самый шаг, пожилой мужчина поднял огромного толстяка над головой и начал крутить его в воздухе с невероятной скоростью. — Чтобы одержать победу, — начал Шифу, — нужно найти слабость соперника, — продолжил мастер, повалив панду на землю и взяв его руку в захват. — И заставить его страдать!

— Уху-ху, да… — протянул По, морщась от боли, но не убирая улыбки с лица.

— Его же силу и использовать против него, пока он не сдастся или не бросит это дело! — Шифу снова начал крутить толстяка над головой, после чего повалил его на землю и приподнял голову, схватив за нос.

— Но настоящий воин никогда не бросает начатое! — с энтузиазмом в голосе заявил По. — Не беспокойтесь, мастер, я тоже никогда не брошу!

Однако слова, призванные успокоить мастера, лишь сильнее вывели его из себя.

Перекинув панду через себя, Шифу подбросил его в воздух и прямо перед приземлением влетел толстяку в живот с двух ног, отправляя в долгий полёт с лестницы дворца…

Гу-дум.

Бум.

Бам.

Ой.

Ай.

— Если он умён, то бросит и не станет подниматься по лестнице, — заявила Тигрица, когда все юные мастера вышли за ворота дворца, чтобы воочию лицезреть падение «воина дракона».

— Он поднимется, — произнёс Обезьяна, не замечая, как дёргается его глаз.

— Он просто не желает бросать, — вступилась Гадюка за парня, с некоторой грустью наблюдая за его спуском вниз, сопровождавшимся стонами и криками.

— Не желает бросать катиться вниз по лестнице? — усмехнулся Богомол, сразу же замолчавший, когда Гадюка посмотрела на него с прищуром.

— Интересно, и откуда в нём столько энтузиазма? — вступил в разговор Журавль.

— Тебе интересно? — осведомился Обезьяна. — Мне вот как-то плевать, странный он какой-то… Да и не место ему здесь, какой из него мастер?

— Мастерами Кунг-Фу не рождаются, — перевела рассерженный взгляд на Обезьяну Гадюка. — Мастерами Кунг-Фу становятся. Или мне напомнить, как ты умолял мастера взять тебя в ученики?

— Кхм, не стоит, — отмахнулся Обезьяна, направляясь обратно к дворцу.

— Ты правда думаешь, что у него что-то получится? — осведомился Богомол. — Он ведь просто жирная панда…

— Я не знаю, — призналась Гадюка. — Но и издеваться над слабыми нас не учили…

— Ладно-ладно, так и быть, помогу ему… Думаю, от сеанса лечебного иглоукалывания хуже не будет, — задумчиво протянул Богомол.

— Отличная идея, тогда я, наверное, просканирую его тело и составлю карту точек Ци, боюсь, что самому тебе будет сложно разобраться с учётом его… комплекции, — улыбнувшись, предложила Гадюка.

— Ох, буду благодарен.

Шпиль Тысячи Копий, подземная тюрьма Чор Гом

Пробуждение было… лёгким, что ли? Сознание отдохнуло, а тело успело восстановиться.

После короткого сна, давшего мне так необходимое время на отдых, я принялся обирать казармы…

Пошарив по сундукам у изголовий, я нашёл пару серебряных слитков, называемых здесь лянами, и около двух тысяч бронзовых монет — вэней. Я с удовлетворением выгребал их из запасов бывших тюремщиков.

Курс был очень плавающим, потому что ляны использовались в крупных сделках и для уплаты налогов, но, если считать условно, один серебряный слиток равнялся тысяче бронзовых монет.

Неудивительно, что серебро я обнаружил именно в комнате главы тюрьмы. Хотя деньги для меня сейчас были вторичны, но всё равно приятно.

Кроме карты, я нашёл только чистый спальный мешок и рюкзак, но брать их не стал — сон требовался мне не так уж часто, а если сильно захочется, то спокойно посплю на земле или камнях. После двадцати лет в «панцире» и отдыха на голом граните любая твёрдая поверхность казалась мягкой периной.

В общем, поразмыслив и так и эдак, я взял с собой несколько десятков вэней и оба ляна, положив их в кожаный мешочек. Если доберусь до какого-нибудь населённого пункта, будет чем расплачиваться — я ведь не бандит, а будущий герой всё-таки.

Я подошёл к обугленному проёму, который когда-то был дверью. Ледяной ветер ударил в лицо, теребя волосы, а я сделал глубокий вдох, впуская в лёгкие чистый морозный воздух свободы.

— Ну, с Богом, — произнёс я, ухмыляясь про себя тому, насколько непривычно для Тай Лунга звучала эта фраза. Сознание резанула какая-то неправильность, но я не придал этому значения.

Перешагнув через искорёженный металл, я, не оглядываясь, отправился в сторону ближайшего поселения…

Добраться до деревни можно было и спокойным шагом, только вот я провёл двадцать лет на одном месте, прикованный к камню, и двигаться сейчас настолько медленно совершенно не хотел!

Дело, кстати, было не только в нетерпении — я боялся, что, если стану медлить, По успеет раскачаться сильнее, чем в мультфильме.

Знание канона было моим главным преимуществом и одновременно главным страхом. Я не мог позволить этой панде спокойно превратиться из неуклюжего дурака в полноценного Воина Дракона. Мне что-то не хотелось прийти в Долину Мира и вместо удачливого толстяка встретить огромный кусок мышц с чёрными пятнами под глазами.

Нафиг-нафиг!

Деревня со звучным названием Хань-Я, что в переводе означало Холодный Утёс, располагалась не так далеко от моей тюрьмы. Судя по карте Вахира, до неё нужно было преодолеть пару горных хребтов на юго-запад.

Для обычного человека — с десяток часов пути по снегу или чуть меньше по дороге в обход. Взвесив все за и против, я решил бежать на пределе скорости, а затормозить уже неподалёку от деревни, чтобы не распугать жителей.

Я стоял на краю утёса у руин Чор Гом, а ледяной ветер уже привычно трепал мои волосы.

Присев, я напряг мышцы ног и почувствовал, как Ци взвихрилась в меридианах, готовая вырваться наружу, а затем оттолкнулся.

Я нёсся по снежной целине, вздымая за спиной гигантский шлейф снежной пыли. Деревья не просто проносились мимо, а мелькали, сливаясь в размытые зелёно-коричневые полосы.

Я перепрыгивал ущелья, которые обычному человеку пришлось бы обходить часами, бежал по отвесным скалам, вбивая когти в лёд и камень и используя Ци, чтобы создавать себе опоры.

Двадцать лет!

Двадцать лет я был прикован!

А теперь…

— Я СВОБОДЕН! — Жаль крыльев нету — был бы свободен прямо как птица в небесах.

Это было пьянящее, дикое, почти первобытное чувство. Я смеялся, и мой смех превращался в рёв, который уносил ветер. Тело упивалось свободой, каждый мускул, каждая частичка моего естества пели от возбуждения!

Я остановился лишь однажды, на вершине горного пика, чтобы сориентироваться. Буря давно утихла, и низкое солнце пробивалось сквозь рваные облака, заливая всё холодным золотистым светом.

Память Тай Лунга подсказывала, что Чор Гом — самая северная точка этих гор. Солнце висело слева от меня, на юго-востоке, а значит, путь лежал на юго-запад.

Карта Вахира, которую я снова развернул, лишь подтвердила догадку — Хань-Я находилась в ущелье за следующим хребтом.

Я убрал карту и побежал дальше, но на этот раз медленнее, постепенно спускаясь к лесу.

Уверен, что за двадцать лет отсутствия обо мне многие успели позабыть. Ну, точнее, прямо «забыть» — вряд ли. «Монстр из Чор Гом», «Предатель Нефритового Дворца»… Вот на сто процентов уверен, что одна старая сумасшедшая черепаха всё это время стращала жителей легендами о возвращении «злобного Тай Лунга».

Мда…

Вроде бы в каноне что-то такое тоже упоминалось, так что я был местным «бабайкой».

Если сейчас ворвусь в деревню на полной скорости, паника поднимется такая, что бедные жители просто сбегут в леса, а мне это вот вообще не нужно. Как я куплю себе новую одежду, если торговец свалит?

А ведь мне требовались не только одежда, но и более подробная карта, новости и, если Небеса будут милостивы, миска горячей лапши.

Я двадцать лет не ел!

Сбавив скорость, я решил сначала взглянуть на деревню с высоты птичьего полёта, начал спускаться с последнего хребта и вскоре увидел её.

Хань-Я.

Несколько десятков домиков, прилепившихся к склону горы, и тонкие струйки дыма из печных труб, тянувшиеся к серому небу.

Ну, на большее я и не рассчитывал, так что жаловаться было грех, хотя, честно говоря, при виде совершенно обычной маленькой деревни немного разочаровался.

Небольшой городок был бы намного лучше.

Спуск с горы занял не больше пары минут.

Оказавшись в теле мастера боевых искусств, я уже не представлял, как вообще можно жить обычным человеком. А ведь мы ещё и живём намного дольше обычных людей. Казалось бы, члены Неистовой пятёрки должны быть сильнее, быстрее и гибче, ведь они невероятно талантливые молодые мастера, но хрен там плавал!

Пусть из-за чёртовой черепахи я и застрял в темнице на двадцать лет, где медленно деградировал, постепенно теряя силу, зато контроль над Ци всё это время только рос и теперь я мог благодаря опыту повторять то, что в молодости делал за счёт силы тела, а если… Когда восстановлюсь, то стану даже сильнее!

Невероятно бесило, что все эти двадцать лет я не мог нормально тренироваться, но ничего, наверстаю. Мастера, освоившие Ци, живут буквально тысячелетиями, так что я им всем ещё покажу…

Путь к деревне лежал через лес, что вполне логично — какой идиот повезёт караван напрямую через горы? Дороги там не было и не предвиделось — экономически нецелесообразно.

Природа в этом мире была удивительной. В горах я не удивлялся снегу под ногами и постоянным бурям, а стоило спуститься на несколько сотен метров, как оказался будто в другом времени года: лес цвёл, летали бабочки, а среди деревьев я даже заметил несколько мелких животных.

Воздух здесь был теплее и пах сосновой смолой и влажной землёй. Зайцы до последнего меня не замечали, но я лишь немного понаблюдал за ними и пошёл дальше.

Жрать я, конечно, зверски хотел, но приготовленная профессионалом еда со специями всяко лучше грубо обрезанного мяса, кое-как поджаренного на костре.

Наконец найдя дорогу — скорее тропинку или нечто подобное, — я ступил на неё и направился к деревне, однако уже на подступах…

— Эй, слышь, ты чё тут делаешь? — Из-за дерева передо мной вылез какой-то шакал.

Мужик действительно имел родословную шакала, держал в руках меч и был одет в грязноватый поношенный халат. Тёмно-серые волосы покрылась репьями, а сам он выглядел так, словно не мылся уже несколько месяцев.

— Иду, — спокойно ответил я, даже не останавливаясь.

Если это такая «охрана» у деревни, то лучше бы её вообще не было, а если какой-нибудь грабитель…

Хотя какой идиот полезет к мужику с телом бога войны, одетому в одни лишь штаны? Даже не узнав меня в лицо, не нужно быть гением, чтобы догадаться: человек, путешествующий по горам без вещей и оружия, скорее всего, мастер боевых искусств.

— Эй, урод, стоять! — Этот кретин встал прямо на моём пути. Ладно, теперь я знаю, какой конкретно идиот способен полезть. — Пацанва, выходите!

Из-за деревьев тут же вылезли ещё трое шакалов в похожей одежде и с разным «оружием». Один нёс ржавую булаву, другой держал лук, а третий — простой тесак.

Мечника, как и его товарищей, я заметил заранее, причём даже Ци использовать не пришлось: эти кретины натурально перекрикивались друг с другом, находясь, судя по всему, в засаде…

Я приложил ладонь к лицу.

— О, ты чё, зассал? — Заметив этот жест, шакал с мечом сразу обрадовался и немного расслабился. Пока я приближался, на морде этого необременённого интеллектом кретина успела появиться явная паника, но сейчас её сменила хищная ухмылка. — Выворачивай карманы или порешаем тебя!

— …

Услышав подобную… угрозу? Я буквально потерял дар речи.

Что за эти двадцать лет произошло, боюсь спросить? Какого хрена какие-то грабители не узнают очевидного мастера, да ещё и требуют с него денег?

Нет, можно, конечно, предположить, что мне попалась «команда самоубийц», то бишь дебилоиды обыкновенные, но…

Даже так я был в ауте.

Мягко говоря.

— Ты чё, оглох, скотина? — добавил шакал с луком, целясь в мою сторону. — Бабки гони, на! Тут проход платный!

— … Пх… Пхах… Пхахахахаххаха! — Не выдержав, я наконец рассмеялся, что стало последней каплей для этих идиотов.

В меня полетела стрела, которую я поймал двумя пальцами и лёгким движением отбросил, воткнув в землю.

— Ох… Ну и насмешили вы меня, так и быть, заплачу вам…

— Э… Эээ… Заплатишь? — Шакал с мечом, видимо бывший у них главным, ошарашенно открыл рот.

— Конечно заплачу, каждому.

Я кивнул, достал четыре монетки вэнь и одним движением запустил первую прямиком в мечника. Удар убил его на месте.

— Кха… — выдал падающий грабитель, выпуская меч из рук.

— А теперь вы…

Я повернулся к остальным и повторил тот же трюк. Среагировать успел только последний, стоявший дальше всех, но это ему не помогло — ещё через несколько мгновений все четверо лежали на земле.

Вот что за идиоты, а?

Ну да и чёрт с ними. Я всё ещё жрать хочу, а не на трупы умственно отсталых смотреть.

Я прошёл мимо тел и направился дальше к деревне. Слабость никуда не исчезла — организм недвусмысленно намекал, что два десятка лет без еды и воды не прошли зря, — однако даже сейчас, будучи слабее Тай Лунга в молодости, я мог творить такое почти без использования Ци.

И дело было не только в том, что прежние тренировки не прошли даром, но и в моей родословной.

Тут стоит немного пояснить, что такое эта «родословная» и с чем её едят.

По легендам, много тысяч лет назад всё население этого мира состояло из обычных людей, но затем произошло какое-то событие, после которого в них начали пробуждаться спящие гены, связанные с далёкими предками.

В Китае моего мира подобную хрень тоже отчего-то любили. Китайские императорские династии кичились тем, что в их жилах течёт кровь настоящих драконов, а родителями одного из первых легендарных правителей считались божества Фуси и Нюйва, у которых вместо ног были хвосты, похожие на драконьи.

Здесь же родословная была реальна и действительно влияла на многое. Многие считались прирождёнными воинами — те же волки, носороги или тигры, всех пернатых уважали за способность к полёту и из них часто состояли элитные отряды лучников или гонцов, ну и «рыболюди» здесь тоже водились и были отменными рыбаками и мореплавателями.

Естественно, ключевую роль происхождение не играло, и даже какой-нибудь хорёк мог стать великим мастером. Шифу с Угвеем были ходячими подтверждениями этого факта, однако родословная часто влияла на подходящий человеку стиль и давала некоторые дополнительные преимущества.

Моя родословная — ирбис, или снежный барс. Именно она объясняла мою феноменальную силу и охотничьи инстинкты.

Сплюнув, я отряхнул руки и пошёл дальше, даже не взглянув на трупы.

Голод снова дал о себе знать, и живот впервые за многие годы заурчал, словно короткая вспышка насилия окончательно разбудила аппетит…

Можно ли в таком случае назвать меня кровожадным?

Хотя сама резня меня совершенно не прельщала, а вот битва, да ещё и с достойным противником…

Мр-р-р, вот это уже звучит интересно!

Через несколько минут тропинка вывела меня из леса.

Деревня Хань-Я — «Холодный Утёс» — полностью оправдывала своё название. Она прилепилась к серому отвесному склону горы, словно ласточкино гнездо.

Почти все дома были простыми, деревянными, с крышами из мха и сланца, причём многие выглядели довольно потрёпанными. Я заметил треснувшие черепицы, кое-как залатанные грязной соломой, и подгнившие оконные рамы.

Но, приглядевшись, я сразу заметил странность: не было слышно ни детских голосов, ни стука молотков из кузни. На улицах почти никого не оказалось, хотя солнце ещё не село, а немногие встреченные мной жители с чертами коз торопливо семенили по своим делам, не поднимая глаз.

Все были хмурыми, на их лицах не было ни любопытства, ни счастья, зато хорошо читались усталость и страх.

Взгляд зацепился за женщину с пустыми корзинами. Её плечи были опущены, а губы искусаны докрасна. Она жалась к стенам домов, стараясь не попадаться никому на глаза, словно боялась всего вокруг.

Поднявшись в саму деревню, я заметил молодого парня, почти подростка, который пытался поймать сбежавшего цыплёнка у стены дома. У него были маленькие аккуратные рожки, только начинавшие расти, и узкие жёлтые зрачки, как у настоящей горной козы.

Одет он был в простую серую тунику, качеством ненамного лучше того ужаса, который носили встреченные в лесу бандиты.

Увидев меня, малец замер. Цыплёнок тут же юркнул в кусты, а парень выронил мешочек с зерном и испуганно отшатнулся, прижавшись к стене.

Что же здесь происходит?

Жители Китая обычно жили довольно счастливо: благодаря мастерам боевых искусств бандитов было не так много, урожаи собирали хорошие, да и уровень жизни считался неплохим, так почему все здесь такие хмурые?

Я поднял руки, стараясь успокоить парня.

— Я не причиню вреда, — мой голос прозвучал немного ниже, чем я ожидал. — Я просто ищу, где можно поесть. Я… очень голоден.

Я указал на свой живот, который для убедительности тут же громко и требовательно заурчал.

Парень сглотнул, глядя не на меня, а на что-то за моей спиной — на лесную тропу, по которой я пришёл.

— Вы… вы прошли… мимо стражи? — прошептал он, его голос дрожал.

— Если ты про четверых шакалов в лесу, то они больше никого не побеспокоят, — ровно ответил я, кивнув.

Его глаза расширились ещё больше, но страх в них сменился… шоком? Искрой надежды?

— Тогда… тогда вам тем более нельзя в деревню, господин мастер! — Он схватил меня за руку. — Еды… еды-то полно! Вон там, в таверне «Горный Козёл», единственное место… но… — Парень замялся, испуганно оглядываясь по сторонам, словно боялся, что нас услышат. — Там… там сейчас Сабо Металлический Зуб! Туда лучше не идти, мастер! Он тоже практик боевых искусств! он убьёт вас!

Я слегка нахмурился.

«Сабо Металлический Зуб»?

Имя звучало глупо, но страх парня был совершенно настоящим.

— Кто это?

— Бандит! — зашипел он, втягивая меня в тень переулка между двумя домами. — Он… он и его стая… они пришли две недели назад! Забрали все запасы. Сказали, что теперь это их деревня. Сабо сидит в таверне, пьёт наше пиво и… и… — Парень запнулся, глядя себе под ноги. — Его люди сторожат внизу, у главной дороги, чтобы никто не сбежал и не сообщил императору. Они убили тех, кто пытался уйти…

Ясно.

Значит, я убил не просто разбойников, а часовых-тюремщиков…

Снова тюремщики.

Судьба у меня такая, что ли?

Ненавижу ублюдков, которые считают, что наличие силы даёт им право применять её против слабых.

Я посмотрел на парня. Он был напуган, но не за себя, а за меня, этот жалкий дрожащий козлёнок беспокоился о совершенно незнакомом человеке.

Это было… странно и непривычно.

Я положил свою огромную когтистую ладонь ему на голову, отчего парень вздрогнул, но не отпрянул. Немного неловко погладил его между рожками.

— Не волнуйся, парень. Я разберусь. — Я попытался его успокоить, одновременно роясь в кармане.

— Нет! Мастер, их там десятки! — взмолился он. — А Сабо сильнейший из них… он очень сильный и… у него зуб из металла!

— Ха, а у меня когти из стали, — ответил я, вложив в руку парня два небольших серебряных слитка и уже направляясь к таверне, на которую он указал. Малец охнул, глядя на ляны в своей ладони, но я уже отвернулся. — И я очень, очень голоден.

Таверна «Горный Козёл» была самым большим зданием в деревне — крепким двухэтажным строением, которое заметно выделялось на фоне остальных домов.

Изнутри доносились пьяный хохот, звон кружек и… тихий женский всхлип, тут же оборвавшийся. Женщин на улицах я почти не видел… Теперь понятно, почему.

Из глубины души поднялась ярость, и я с силой толкнул дверь.

Она слетела с петель, пролетела через весь зал и врезалась в стену, похоронив под собой стол с двумя ошарашенными шакалами. От столкновения с каменной кладкой дверь натурально разлетелась в щепки.

Упс?

В таверне воцарилась гробовая тишина.

В нос ударил смрад пролитого пива и немытых тел. Пол был залит элем и усыпан обглоданными костями.

Внутри находилось не меньше пятнадцати бандитов. Все шакалы.

Одеты они были кто во что горазд: грязные халаты, вонючие шкуры, а на некоторых виднелись даже части, как я понимаю, украденной брони.

По углам и у столов замерли молодые девушки, тоже «козы», с небольшими рожками и испуганными жёлтыми глазами. Они сжимали в руках подносы, фартуки были покрыты пятнами, а глаза покраснели от слёз. У одной оказался порван рукав, у другой на щеке темнел заметный синяк.

До моего появления бандиты бесцеремонно лапали их и не позволяли отойти от столов. Теперь шакалы медленно убирали руки и тянулись к ножнам с клинками.

В центре зала, за главным столом, сидел тот самый Сабо.

Как я это понял?

Он был крупнее остальных шакалов и носил дорогой, хотя и грязный, шёлковый халат. Сальную шевелюру собрал в неопрятный хвост, а на когтях поблёскивали дешёвые кольца. И да, у него действительно был металлический зуб — клык из тусклого серебра, сверкнувший, когда Сабо открыл рот от удивления.

До моего прихода он пил что-то из кружки и удерживал рядом двух напуганных молодых девушек-коз. Обе дрожали и молча плакали, явно боясь пошевелиться без его разрешения.

Сабо медленно отстранился от одной из них.

— Какого… — начал он.

— Я ищу, где поесть, — перебил я его, входя в зал и перешагивая через стонущего бандита, придавленного остатками двери. — И мне кажется, я нашёл.

Взгляд со стороны

— Поесть? — Нахмурился разбойник с серебряным клыком, скидывая девушек с колен. Те, всхлипнув, поспешно отползли, а он демонстративно положил сальную руку на рукоять висящего на поясе меча. — А не потерялся ли ты часом?

— Сомневаюсь. — Ответил разбойнику ворвавшийся в заведение мужчина, и на его лице появилась хищная ухмылка. — А вы чего встали? Бегите, пока возможность есть.

Последние слова он адресовал девушкам-козам и пожилому повару с седой бородкой, который выглядывал из-за кухонной двери. Те тут же покосились на главного шакала, а он, немного помедлив, махнул рукой, разрешая уйти.

Заложники, спотыкаясь и толкая друг друга, бросились к чёрному ходу. Остальные шакалы даже не попытались их остановить, видимо, не желая в предстоящей драке случайно лишиться своих живых игрушек.

— Вот и всё, псина, пора бить ваши уродливые морды! — Прорычал снежный барс, буквально пышущий желанием испытать в бою «именитого бандита», а заодно как следует насладиться собственной силой.

Почти все члены банды тут же поднялись со своих мест, опрокидывая стулья. Кто-то нервно смотрел на вторженца, а некоторые сразу обнажили оружие, встали в неумелые стойки и попытались таким образом запугать Тай Лунга.

— Вижу ты не из робкого десятка, да? — Поморщился Сабо, оценив внешность и поведение ухмыляющегося гостя, который, казалось, даже не обратил внимания на дюжину его людей. — Ну ничего, убивать вас, мастеров, моё хобби! — Продолжил шакал, кровожадно ухмыляясь и поднимаясь со своего места. — С твоей головы я соскоблю кожу, и сделаю себе чашу для рисового вина!

— Ближе к делу, «очумелые ручки», — ещё шире ухмыльнувшись, перебил шакала барс. — Ты только языком работать и можешь, или как?

— Ха… На тебя мне и когтей хватит. — Выдохнул шакал, опуская голову и с бряцанием бросая ножны с мечом на пол. — Я передумал. Твой сраный череп станет моим ночным горшком! — Выкрикнув это, бандит тут же рванул к посмевшему оскорбить его самоуверенному мастеру.

Сабо по кличке Металлический Зуб в прошлом и сам вступил на путь мастера боевых искусств. Его учитель Ха-Ку принял троих учеников, и Сабо был вторым из них как по возрасту, так и по силе.

Мастер обучил их многому, однако предложенный им путь ученикам не понравился — путь дисциплины, самоограничения и защиты слабых.

Однажды ночью они убили спящего учителя, после чего окончательно ступили на скользкую дорожку. Каждый из трёх учеников, побратавшихся после убийства мастера, создал собственную банду и начал творить зло в своё удовольствие.

На пути Сабо уже трижды вставали идущие по пути Кунг-Фу, однако шакал без особых проблем убивал их, каждый раз доказывая себе, что стоит выше учения своего мастера, и всё глубже погружаясь в самообман о собственном всесилии.

Шакал сорвался с места, превращаясь в рыжую смазанную тень. Вся его ненависть выплеснулась в коронный удар — «Стремительный Укус Шакала», приём, нацеленный когтями прямо в горло противника.

Этим движением он закончил бой с последним мастером, вставшим у него на пути, но Тай Лунг лишь ухмыльнулся, слегка сместился вправо и отвесил шакалу смачного пендаля.

Когти Сабо вонзились в пустоту, просвистев в нескольких сантиметрах от шеи барса. От неожиданного ленивого пинка шакал пролетел дальше и лишь чудом сохранил равновесие, затормозившись прямо перед стеной.

Гул в таверне мгновенно стих.

— Довольно быстро, но слишком… прямолинейно и примитивно, пёсик, — спокойно констатировал Тай Лунг, поворачиваясь к нему.

— Сдохни! — взревел Сабо, самолюбие которого вновь оказалось задето.

Он бросился в новую атаку. На этот раз шакал использовал целую серию быстрых, рваных ударов, направленных в глаза, пах и солнечное сплетение. Грязные приёмы, которым он научился уже на большой дороге, смешивались с остатками учения мастера Ха-Ку.

Тай Лунг не отступал, а легко встречал каждую его атаку: лёгкое движение тыльной стороной ладони отводило удар в сторону, короткий блок предплечьем останавливал выпад ногой, шаг вперёд — и вот Сабо уже бил по воздуху, а локоть Тай Лунга мягко, но ощутимо ударил его под рёбра.

Шакал отшатнулся, хватая ртом воздух.

— Ты… — прохрипел Сабо, — Хватит уворачиваться!

— Слабовато, пёсик, — ухмылка барса стала шире. — Твоя стойка нарушена, ты слишком сильно заваливаешься вперёд, когда бьёшь правой… И вот ты, идиот, решил, что смеешь диктовать здесь свои условия? Ну точно идиот.

Это была правда, и Сабо это понимал — трое убитых им «мастеров» оказались слабаками, только закончившими обучение, этот же барс легко использовал против Сабо его собственную силу и пока лишь проверял, на что тот способен.

Прямо как учитель много лет назад.

Страх начал подтачивать уверенность главы бандитов, он снова ринулся в бой, но уже не так решительно. Сабо попытался провести финт ногой одновременно с ударом ладонью, однако Тай Лунг на него даже не отреагировал. Барс спокойно дождался, когда шакал уверится в попадании, и, как только тот вложил весь вес в удар, нанёс свой.

Это был короткий, выверенный толчок ладонью в грудь, но даже так Сабо показалось, будто его протаранили. Дыхание сбилось, шакал попятился, спотыкаясь, а Тай Лунг шагнул следом: удар в плечо, вывел бандита из равновесия, тычок пальцами в солнечное сплетение и подсечка.

Сабо рухнул на спину, подняв облако пыли с грязного пола.

В таверне стояла мёртвая тишина. Бандиты сжимали мечи, но не двигались, наблюдая, как их непобедимый лидер беспомощно барахтается на полу. Тай Лунг возвышался над ним, скрестив руки на груди.

— Тебе и «когтей хватит», да? — процитировал барс. — Выпендрёжник.

Ярость, унижение и первобытный ужас захлестнули Сабо.

Он проиграл. Вчистую, да ещё и на глазах у всей своей банды.

Шакал откатился назад, а его взгляд лихорадочно забегал по полу и тут он заметил её — в паре шагов лежала брошенная в порыве гордыни сабля в ножнах.

Победа любой ценой!

Забыв о чести, прежних словах и «пути воина», Сабо отчаянно рванулся к оружию. Он проскользил по грязному полу, вцепился пальцами в рукоять и уже в следующий миг вскочил на ноги, выхватывая сверкающий клинок.

— Теперь ты у меня попляшешь, ублюдок! — взвизгнул он, направляя острие на барса.

Тай Лунг лишь тяжело вздохнул. Ухмылка медленно сползла с его лица, уступая место разочарованию.

— Дерьмо ты, а не воин. — Проговорил мужчина, после чего его золотые глаза вспыхнули ярко-синим светом. В следующее мгновение барс уже стоял перед разбойником, занёсшим меч над головой. — Даже руки о тебя марать жаль… — Изрёк ирбис, смотря как из дыры в груди бандита растекается кровь.

Зрелище вогнало остальных шакалов в шок. Их лидер застыл с поднятым мечом, а покрытый синей дымкой мастер стоял напротив, пробив кулаком грудь шакала и одним движением вырвав его сердце.

— Кх-как? — Из последних сил спросил шакал, но его убийца не обратил на это никакого внимания.

— Я ждал хоть чего-то интересного, а получил лишь недоучку и стаю тупорылых шакалов… Вы меня разочаровали, так что прощайтесь с жизнью.

— Что? Постой, мы… — Кинув меч на землю, попытался договориться один из бандитов, но удар ладони мгновенно оборвал его слова.

Следующую минуту под крики шакалов Тай Лунг методично расправлялся с ними один за другим…

POV Тай Лунг

Честно говоря, пусть я и понимал, что этот «очень опасный» бандит на самом деле никакой угрозы для меня не представлял, но подспудно ожидал хоть чего-то!

Оказалось, даже этого «чего-то» от подобного мусора ждать не стоило. Да что там, шакал двигался как обычный ученик Нефритового Дворца, причём крайне бесталанный!

Хоть один удар нанести можно же?

С его навыками едва ли получится победить даже одного моего тюремщика-носорога!

Тьфу, а не соперник, короче.

С другой стороны, в каноне Тай Лунга победил По, просто затанковав с помощью жира все его атаки, а потом аннигилировав неизвестно откуда полученным навыком под названием «Пальцевый Захват Уси».

Короночка Шифу, если что.

Помнится, когда он ещё был членом Неистовой пятёрки и обучал меня, я несколько раз лично видел, как выполняется этот приём, отправляющий свою жертву в Мир Духов.

Жаль, освоить его у меня не получилось — слишком бушевала моя Ци в те времена — она была неконтролируемой и яростной, а захват требовал ювелирной точности.

Думаю, сейчас с этим делом уже получше, но освоить настолько сложный приём по воспоминаниям из детства…

Нет, я, конечно, могуч, вонюч и волосат, но не настолько же!

Тц…

В итоге из-за разочарования я сорвался и просто перебил всех шакалов.

Вполне допускаю, что где-то в лесу у них был схрон, и если материальные ценности мне даром не сдались — что надо, возьму сам, — то вот охранявших его шакалов прикончить тоже не помешало бы, а то распродадут награбленное добро, на вырученные деньги наберут и вооружат новый отряд, а мастерам потом снова очищать мир от очередной группки идиотов, считающих, что уж их-то точно не поймают.

Я стряхнул кровь с когтей. Запах железа смешался с вонью пива и пота…

А ещё, кажется, кто-то из шакалов успел обосраться.

Мерзость.

Развернувшись, я шагнул через разломанный дверной проём и вышел на улицу. Солнце уже начинало садиться, окрашивая серые дома в багровые тона.

Очень… символично, учитывая, что я с ног до головы был покрыт кровью шакалов, она капала с когтей, стекала по рукам и пачкала и без того многое повидавшие штаны.

Деревенская улица, которая и раньше была почти пустой, теперь опустела окончательно. Те немногие, кто остался снаружи, увидели меня: тот самый парень-козлёнок всё ещё стоял в переулке, а из-за ставней выглядывали несколько стариков.

Реакция была… предсказуемой.

Женщина у окна вскрикнула и тут же захлопнула ставни, двое мужчин у колодца просто окаменели, а один из них даже выронил ведро, с оглушительным грохотом покатившееся по брусчатке.

Они смотрели на меня не как на спасителя, а как на чудовище — для них я был просто другим головорезом, расправившимся с конкурентами.

Видимо, мастера здесь редкость…

В мёртвой тишине раздался топот.

Тот самый паренёк-козлёнок выбежал из переулка. Он опасливо поглядывал на дверь таверны и мои измазанные кровью руки, но всё-таки решительно подбежал и остановился в паре метров. Его узкие жёлтые зрачки расширились от страха и чего-то ещё.

— Господин мастер… — пролепетал он, не сводя глаз с моих окровавленных рук. — Вы… вы… справились с… Сабо?

Парень явно боялся услышать отрицательный ответ, хотя догадаться, что здесь произошло, было нетрудно.

Я кивнул.

— Сабо Металлический Зуб больше никого не побеспокоит. Ни он, ни его «стая».

После моих слов снова воцарилась тишина, а потом парень… всхлипнул. Он закрыл лицо руками, и его худые плечи затряслись. Пацан плакал, но не от страха, а от облегчения.

— Он… он… он забрал маму… он… спасибо… — бормотал парень сквозь слёзы.

Я застыл в ступоре.

Можно было бы снова погладить его по голове, но сейчас я был покрыт кровью и не хотел пачкать парня, но этот плач…

Я тяжело вздохнул и всё-таки протянул руку. Ладонь, на которой ещё не успела высохнуть тёплая кровь, легла ему на макушку между маленьких рожек. Парень вздрогнул, но не отпрянул, а лишь сильнее уткнулся лицом в руки.

— Тихо. Всё кончено, — прорычал я, стараясь, чтобы это прозвучало успокаивающе.

Получилось не очень, но, кажется, сработало и этот небольшой жест всё изменил — застывшие жители увидели огромного окровавленного мастера, только что устроившего резню, который теперь стоял и… утешал ребёнка.

Страх на лицах жителей сменился недоумением, а затем — медленным, робким пониманием. Я не был бандитом, забравшим добычу другого головореза, я был мастером, пришедшим им на помощь.

Люди начали медленно выходить из домов. Сначала появились старики, затем мужчины с вилами и топорами — бесполезное оружие, но сам жест был правильным, — а за ними женщины.

Они собирались на площади, держась на расстоянии, но больше не прятались.

В этот момент из толпы выбежала женщина, и я её узнал — одна из девушек-коз из таверны, та самая, у которой был порван рукав. Она бежала босиком по брусчатке, а в её красных от слёз глазах теперь читалась паника совсем другого рода.

Женщина подбежала к мальчику и схватила его за плечи.

— Лин! Я же говорила тебе прятаться! — она встряхнула его, а потом перевела взгляд на меня и отшатнулась, закрывая сына собой.

— Мама! Он… он спас нас! Он убил Сабо! — крикнул парень, выглядывая из-за её спины.

Женщина недоверчиво посмотрела сначала на сына, затем на меня, после чего сделала шаг вперёд и низко поклонилась.

— Господин мастер… — её голос дрожал от пережитого. — Мой муж староста… Он… отправился в город за подмогой, это он послал вас?

Вот как, значит, отец этого парня — староста деревни.

Я покачал головой.

— Я просто шёл по дороге и решил помочь.

Женщина побледнела. Это был явно не тот ответ, которого она ожидала. Реакция толпы оказалась такой же — раздался ропот разочарования и нового страха.

— Но… но как же… — прошептала она. — Мой муж, Чен… он самый сильный и быстрый в деревне, у него был хоть какой-то авторитет в глазах лорда города… Он отправился четыре дня назад в город Вэй-Цзинь, чтобы просить у лорда помощи, привести мастера в деревню, но его уже четыре дня нет… Мы думали… — Она осеклась.

— На дороге я избавился от четырёх шакалов, — холодно сообщил я. — Они охраняли тропу, но я не видел там никого другого. Я не знаю, жив ли твой муж.

Женщина закрыла рот рукой, и пусть эта новость не была хорошей, но всё-таки оставляла немного надежды. Если нет тела, близкие даже спустя годы продолжают ждать возвращения.

Она посмотрела на меня, затем на таверну, из которой я вышел. Толпа за её спиной молчала, ожидая решения. Видимо, в отсутствие старосты его жена была здесь главной.

— Мастер… — она снова поклонилась, на этот раз твёрже. — Вы спасли нас. Вы… вы покрыты кровью. Пожалуйста, останьтесь на ночь — мы не можем предложить многого, бандиты забрали почти всё… но мы хотим отблагодарить вас.

Я кивнул — в деревню я ведь пришёл не просто так. Карта Вахира была составлена в год моего заключения. Вряд ли многое успело измениться, но рельеф, дороги и границы поселений не оставались неизменными. Не хотелось заблудиться из-за старой карты, да и узнать новости за время моего пленения было необходимо.

— Я останусь на ночь. Утром я уйду. — Толпа облегчённо выдохнула. Я понимал их опасения. Спаситель — это хорошо, но на героя из легенд я сейчас не тянул: у них обычно с рук не капает кровь убитых врагов, а за спиной обязательно развевается плащ, ну и костюмы у них обычно пафосные. — Но мне нужно несколько вещей, — продолжил я, глядя прямо на женщину.

— Всё, что угодно, мастер! — торопливо кивнула она.

— Первое. Мне нужна современная карта. Желательно подробная.

— Да, у мужа в кабинете… я принесу.

— Второе. Еда.

— Да, конечно, мы соб…

— Много еды, — перебил я её. — И желательно побольше мяса.

— Д-да, мастер. Мясо у нас есть, мы разводим коз, а наши охотники сегодня же пойдут в лес, чтобы…

— Не нужно, — остановил я её. — Одной козы вполне хватит, не стоит так заморачиваться.

— У нас есть охотники, мастер, и им не в тягость, но я поняла. — Кивнула женщина.

— Хорошо. И третье. — Я оглядел толпу, которая всё ещё жалась друг к другу. — Мне нужны новости. Что происходит в мире, что случилось за последние двадцать лет, кто сейчас император, что с Нефритовым Дворцом.

По этим вопросам они могли догадаться, кто я, но скрываться я и не собирался — совсем скоро я планировал обелить собственное имя, и начинать стоило уже сейчас.

Жена старосты кивнула.

— Мы всё расскажем, мастер, пойдёмте. Я… я принесу вам чистую воду и одежду.

Я последовал за ней, оставив позади тела шакалов и перепуганных, зато живых жителей деревни.

А далеко-далеко, на самом высоком пике Шпиля Тысячи Копий, откуда открывался вид на всю долину, включая крошечную точку Хань-Я, стояла одинокая фигура.

— Кажется, это та самая деревня, захваченная бандитами… — проговорила девушка, вглядываясь вдаль. — Хорошо, надеюсь, я не сильно припозднилась…

Дом, в который меня заселили, оказался довольно неплохим: каменные стены, новенькая черепичная крыша и добротная деревянная дверь, обитая железом или сталью. Честно говоря, в металлургии я совершенно не разбирался — в бытность механиком немного другим занимался.

Мэй, а именно так звали жену старосты, немного покраснев, предложила остаться у них, если дом мне не нравится. В её словах присутствовал намёк, причём достаточно прозрачный, но я вежливо отказался и попросил поскорее приготовить еду, после чего забурился внутрь и развалился на кровати.

Почему я решил не пользоваться положением героя?

Да ничего странного в этом не было. Идущие по пути Кунг-Фу ставили духовное начало выше телесного. Если по-простому, для меня, как и для многих других мастеров, близость без чувств к партнёру особого интереса не представляла.

Любовь, уважение, восхищение — без этого всё тоже получится, мы не кастраты, но…

А нахрена вообще этим заниматься, если ты ничего к партнёру не испытываешь?

В общем, я, как и любой правильный одинокий хомяк, решил сесть в позу лотоса и немного помедитировать.

Я всё ещё помнил, какой эффект мои атаки с использованием Ци оказали на панду в мультфильме — ему было просто плевать, и хотелось понять, это со мной что-то не так или с ним.

Погрузившись в медитацию, я провёл так оставшуюся часть дня, наслаждаясь ощущением пульсирующей по венам Ци, а ближе к вечеру в дверь постучались.

— Войдите. — Громко произношу, не открывая глаз и продолжая «щупать» свою Ци.

Ничего странного я не обнаружил — невероятно мощный поток синей энергии носился по телу с огромной скоростью, готовый вырваться в любой момент.

Похоже, либо По у нас особенный, либо…

Не знаю, жир может блокировать Ци?

Никогда не сражался с толстыми противниками, так что эту теорию обязательно нужно проверить…

— Господин мастер, — поклонившись, вошла рогатая девушка. — Я прошу прощения, что снова требую от вас столь многое… — Она замялась.

— Ближе к делу. — Открываю глаза, заставляя девушку вздрогнуть.

Ну да, глаза у меня даже в обычном состоянии выглядели жутковато, прямо как у настоящего хищника, а во время активного использования Ци окрашивались в синий и становились ещё более неестественными.

— Дело в том, что один из охотников заметил лавину, но присмотревшись, мы поняли, что это кто-то бежит к деревне с пика Одиночества…

— Это который? — Встаю на ноги.

Вот что за хрень, а?

Именно у горы, в которой меня держали, все названия представляли собой какую-то депрессивную херню. Вот жопой чувствую, что здесь всё обозвал МуДоЧ — Мудрая Добрая Черепаха, если кто забыл.

Сто процентов!

— Дальний от деревни и самый высокий из пиков, по легенде там окончил жизнь безутешный принц прошлой династии, оставшись совсем одним и потеряв в борьбе за власть любимую… — Пояснила Мэй…

— Это, конечно, очень интересно, — удержался от фэйспалма я. — Но ты бы лучше всех деревенских собирала в одном месте, никем кроме мастера этот вторженец быть не может, так что если он заодно с тем шакалом с железным зубом, то вам угрожает опасность.

Как его, кстати, звали?

«Сова Серебряный Зуб»?

Хотя он же не совой был…

Ну и хрен с ним.

— Да, мастер, но если это посланник от лорда города, то чтобы избежать недопонимания, я должна быть с вами. — Заявила рогатая с серьёзным видом.

Ну… Логично, наверное.

Тут другое непонятно — на кой мастеру боевых искусств так сильно палиться? Я вот не такой идиот, через лесок попёр, а этот зачем целую лавину за собой тащит?

Бандитов напугать?

Ну разве что так…

— Пойдём, — говорю, замечая, как организованная толпа деревенских уже направляется в какой-то даже на вид крепкий амбар.

Оказывается, и без меня додумались…

Окак…

Пройдя за деревню, я заметил снежный вихрь — действительно кто-то быстро бежал к нам, причём отлично контролировал Ци, даже лучше меня, иначе след оказался бы намного больше…

В своё время Тай Лунг освоил Ци на достаточно низком уровне, в основном используя её для усиления тела и техник. За двадцать лет в тюрьме он значительно улучшил контроль над внутренней энергией, но осваивать или создавать новые техники там было невозможно, вот и выходило, что в этом искусстве та же черепаха оставалась на голову выше меня.

Но я-то думал, что, кроме неё, достойных противников не осталось и я уже стою на вершине, а сейчас вот вспомнил, что Китай вообще-то большой.

Мда.

Нужно больше тренироваться, причём не только из-за панды…

Спустя минуту перед нами появился… Появилась та, кто всё это время бежала к деревне.

Что я могу сказать?

Невероятно красивая девушка буквально свалилась с небес, подпрыгнув метров на пятьдесят и приземлившись в клишированной супергеройской позе на одно колено, после чего весьма эпично — признаю — поднялась.

— Моё имя Сюэ Ся, я прибыла по просьбе старейшины этой деревни на помощь. — представилась девушка, задрав голову. — И где же бандиты?

Она начала переводить взгляд с меня на Мэй.

Судя по запаху, передо мной была такая же носительница родословной ирбиса, как и я. Да и имя намекало: «снежный ветер»… или «снежная и дерзкая». Тут уж как язык перевести дёрнется, но, судя по всему, девушке подходили оба варианта.

Мэй, увидев, что я молчу и просто оценивающе разглядываю прибывшую, сделала шаг вперёд и снова поклонилась — теперь уже новой гостье.

— Уважаемая мастерица Сюэ Ся! — её голос дрожал от смеси облегчения и волнения. — Мы так благодарны, что вы откликнулись на зов моего мужа! Но… — она сделала неловкий жест в мою сторону, — …этот мастер уже спас нас. Он буквально сегодня разобрался с бандитами.

Взгляд Сюэ Ся переместился на меня и стал задумчивым. Меня явно оценивали.

Ярко-голубые глаза девушки прошлись с ног до головы: старые штаны, мускулистый торс и остатки засохшей крови, которую я не до конца смыл.

— Мой муж! Чен! — Мэй тут же схватила Сюэ Ся за рукав, и вся её официальность мгновенно испарилась. — Вы видели его? Он… он жив?

— Он жив и здоров, — спокойно кивнула Сюэ Ся. — Сейчас Чен бежит сюда, мы встретились в городе Вэй-Цзинь, когда глава города отказал ему, он встретился со мной, а я выслушала его историю и решила помочь. Думаю, что он будет здесь к утру, может чуть позже, я, услышав о тяжести ситуации, вырвалась вперёд, чтобы быстрее оценить угрозу и помочь. Я рада, что всё уже решилось.

— Пожалуйста, мастерица, останьтесь на ночь! — Мэй тут же проявила гостеприимство. — Таверна… — она запнулась, вспомнив, что в таверне так-то трупы лежат, — …мы найдём вам лучший дом!

— Таверна подойдёт, — сказала Сюэ Ся, всё ещё не сводя с меня глаз. — Спасибо за гостеприимство.

Воодушевлённая Мэй повернулась к деревне.

— Чен жив! — После крика ещё секунду стояла тишина, а затем деревенских будто прорвало.

Один из стариков с седой бородой издал хриплый вопль радости, который тут же подхватили остальные. Женщины, ещё недавно плакавшие от страха, теперь плакали от счастья и обнимали друг друга. Мужчины, снова сжимавшие вилы и топоры, опустили своё «оружие», а кто-то оглушительно засмеялся. Видимо, этого Чена здесь действительно уважали.

— Сегодня праздник! — выкрикнула Мэй. — Доставайте всё, что спрятали от бандитов!

Меня как главного виновника торжества, разумеется, со всем почтением пригласили на праздник. Его быстро организовали прямо на площади, в центр тут же начали стаскивать дрова, и через несколько минут в небо взметнулся огромный костёр. Он осветил хмурые лица людей, и в свете пламени я впервые увидел на них улыбки.

Страх сменился радостью.

Жители смеялись, дети, осмелев, начали бегать по площади и играть в салки — похоже, деревня давно не слышала подобных звуков.

Откуда-то принесли барабан, и кто-то начал выбивать простой весёлый ритм, а потом появилась еда…

Двадцать лет.

Двадцать лет я гнил в тюрьме без вкусненького стейка!

Мне подали деревянную миску, полную жареного мяса. Судя по запаху, это была оленина, которую охотники всё-таки успели добыть.

Ох уж эти благодарные деревенские — всё-таки решили напрячься ради спасителя.

От мяса поднимался пар, а запах…

Запах ударил в нос, и я едва не потерял сознание.

Схватив кусок голыми руками, я впился в него и начал быстро жевать. Мясо оказалось жестковатым и немного пересоленным, но в тот момент, когда я в него вгрызся, мир взорвался.

Сок.

Жир.

Соль.

Вкус.

Рецепторы, спавшие два десятилетия, взвыли от восторга!

Я рычал, даже не пытаясь сдерживаться, отрывал куски и чувствовал, как мясо наполняет пустой желудок. Вокруг смеялись и кричали, кто-то поднимал тосты за «господина мастера», но я ничего не слышал, полностью поглощённый процессом.

Я съел ещё несколько таких же порций, а затем сияющая от радости Мэй принесла мне миску пельменей.

— Это всё, что мы смогли быстро приготовить, мастер…

Я закинул один в рот — горячее тесто, пряный бульон внутри, сочная начинка… Закрыв глаза, я сидел с довольной идиотской улыбкой.

Следом мне принесли чашу рисового вина, оно было немного мутным и кисловатым — скорее брага, чем настоящее вино.

«Не очень, скорее на любителя», — подумал мой внутренний сомелье.

«Но мне норм», — ответил желудок.

Я осушил чашу одним глотком, чувствуя, как по телу расходится тепло.

Как раз когда я потянулся за куском жареной козлятины — обещанную козу всё-таки зарезали в честь праздника, — ко мне подошла снежная пантера.

Она уже успела где-то омыться. Девушка села напротив, держа в руках чашку с чаем.

— Я осмотрела таверну, — тихо сказала она. Я молча кивнул, продолжая жевать. — Вы убили их всех. До единого.

— Они были бандитами, — проглотив, ответил я, пожав плечами.

Она нахмурилась.

— Мастер… — она тщательно подбирала слова. — Я понимаю необходимость жертв, но… лишняя кровь… это недостойно того, кто идёт путём Кунг-Фу. Настоящий мастер должен проявлять сдержанность.

Я перестал жевать.

Вот и проповедь, которую я так долго ждал!

Учение Кунг-Фу, в отличие от многих религиозных учений, не говорило, что любое убийство ужасно, оно лишь утверждало, что убийство без цели и смысла недостойно мастера.

Идущие по пути Кунг-Фу спокойно убивали, если не могли схватить преступника живьём, но слова девушки меня всё равно взбесили, потому что напомнили одну из лекций Угвея…

Моя улыбка исчезла.

— «Недостойно»? — переспросил я, мой голос стал холодным. — Их глава уже убивал мастеров.

Сюэ Ся замолчала, её уверенность пошатнулась. Убийство мастера — совсем другой уровень преступления. Обычно даже бандиты старались не переходить эту черту.

— Он… убивал мастеров? — переспросила она.

— По его словам, это было его «хобби», — подтвердил я. — Не стоит оценивать меня по поступкам, оценивайте по результату.

Девушка медленно кивнула, опустив взгляд в чашку.

— Тогда… я прошу прощения за свои слова, — тихо сказала она. — Вы избавили мир от большого зла. — Она встала. — Я подожду здесь старейшину Чена. Завтра утром, когда он прибудет, я уйду. — Девушка поклонилась. — Спасибо, что спасли этих людей, мастер.

После этих слов девушка развернулась и ушла в сторону таверны, оставив меня наедине с мясом.

Ну и хрен с ней.

Девушка, конечно, красивая, ещё и моего вида, но у меня сейчас дела поважнее.

Да и выглядела она как-то смутно знакомо…

Нет, не помню.

POV Мастер Снежная Пантера

Незнакомый мастер казался мне смутно знакомым, будто я уже где-то его видела, но, как бы ни старалась, в голове возникало слишком много образов и ничего конкретного вспомнить не получалось.

Когда я зашла в таверну, то словно снова оказалась на поле битвы — повсюду лежали тела шакалов и следы недавней расправы.

Мерзкое зрелище.

Я видела подобное много раз, бывало, что устраивала, но приятнее картина от этого не становилась.

Странный мастер вызывал всё больше вопросов, на которые у меня не было ответов.

Жена Чена проводила меня в чистый номер, сказала, что совсем скоро всё уберут, и попросила понять «уважаемого мастера», не устраивая разбирательств из-за его излишней кровожадности. Знала бы она что подобные картины для меня совсем не новы…

Кто же ты такой…

Вечер прошёл весело.

В какой-то момент дети сговорились и начали донимать меня просьбами «показать крутой приём» или «научить так же круто бить». При этом, очевидно, как именно я бил, никто из них не знал, но я немного поупражнялся на воздухе, показывая мелким, как правильно наносить удар и держать стойку.

Закончил демонстрацию приёмом «Стальные Когти Леопарда». Когда я говорил пацану, что у меня когти из стали, то намекал именно на него.

Сами приёмы Кунг-Фу по сложности исполнения делились на три уровня: новичок, ученик и мастер.

Новичок с помощью «Стальных Когтей» мог проделать отверстие в деревянной стене или оставить глубокую вмятину на стальном щите, ученик бы щит пробил, а мастер был способен прошить этот самый щит насквозь вместе с державшим его воином.

Но вот если добавить к приёму немного Ци — на самом деле энергии уходило дофига, — получалось нечто совсем другого уровня.

Формировалась призрачная проекция леопарда, которая устремлялась к цели и пробивала её насквозь. Так обычный удар с близкой дистанции превращался в дистанционную атаку средней дальности.

В общем, запустил я пару синих призрачных леопардов в ночное небо, они с шипением, похожим на звук разрываемой ткани, унеслись в темноту, красиво растворившись через несколько секунд. Всё это происходило под восхищённые возгласы детей и охреневшие, полные благоговейного ужаса взгляды взрослых.

Демонстрация силы удалась.

Удовлетворённый, я попёр спать в свою берлогу. За эти пару дней на свободе — учитывая сон в Чор Гом — я так и не успел толком определиться с планами.

Ну приду я в Нефритовый Дворец, а что дальше?

Пойти по пути Тай Лунга из мультфильма?

Панду я уж как-нибудь убью, Шифу мне тоже не противник, про Пятёрку вообще молчу, но что потом?

Забрать свиток и захватить Нефритовый Дворец, отбрехавшись перед императором тем, что воспитаю следующую Пятёрку взамен убитой? Звучит как путь какого-то злодея из игры — убийства ради убийств, зло ради зла…

Да и сомневаюсь, что получится договориться, хотя…

А если попробовать честно поговорить с Шифу, без недоговорок и обвинений? Удастся ли убедить его, что двадцати лет мне хватило с головой? Посадили меня, так-то, на сто лет…

Ах да, важный факт — сто лет здесь на самом деле не такой уж большой срок. Если двухтысячелетнюю черепаху мы отметаем, потому что черепахи сами по себе долгожители, то что делать с остальными персонажами?

Шифу минимум триста лет, его бывшим товарищам по Неистовой пятёрке примерно по пять сотен, так что и я сейчас, в свои сорок, по меркам мастеров достаточно молод, но удастся ли убедить старика, что «второй шанс» я заслужил уже сейчас?

Ладно.

За эти двадцать лет, насколько помню мультфильм, он и сам успел сильно измениться, так что строить предположения глупо, придётся, как обычно, действовать по обстоятельствам.

А может попытаться через императора прощение получить? Пойти вместе с той снежной пантерой к лорду ближайшего города и рассказать, как я героически спас селян? Звучит неплохо, но как-то шатко это всё.

Ну да ладно, утро вечера мудренее…

С этими мыслями я и заснул на кровати впервые за два десятка лет.

Долина Мира, Нефритовый Дворец

В пустом тренировочном зале сегодня горели благовония, а мастер Шифу, как и многие годы назад, всё пытался пробудить возможность управлять Ци вне тела, но для этого требовалось познать гармонию внутри себя и найти собственный путь в мире.

Однако будучи способным и даже в каком-то смысле гениальным мастером, Шифу долгие годы не мог переступить эту черту, принять себя и достичь той самой гармонии.

— Внутреннее умиротворение… Внутреннее… Вну-вну-внутреннее умиротворение… — тихо произносил мастер, вспоминая слова своего учителя Угвея.

Старые травмы продолжали давать о себе знать: потеря семьи, годы на улице и даже вступление в банду… Эту часть своей молодости Шифу ненавидел до сих пор, и именно она мешала ему познать истинное внутреннее умиротворение, о котором говорил Угвей.

Тот самый мастер, благодаря которому Шифу стал тем, кем являлся сейчас, тот, кто вытащил молодого человека из мрака, сделал своим учеником и научил помогать людям.

Внезапно уши Шифу начали дёргаться.

Даже без познания гармонии мастер оставался опытным воином, прошедшим множество битв, и теперь ему не давали сосредоточиться нервные хлопки крыльев снаружи.

— М? — Сначала он подумал, что это Журавль, но звуки своего ученика Шифу узнал бы сразу. В конце концов мастер не выдержал. — Ну и кто там хлопает крыльями? Может хватит? — Прокричал мужчина в сторону отверстия в крыше. Звук мгновенно прекратился. — … Умиротворение…

— Ай! — В ту же секунду в отверстие провалился действительно переставший махать крыльями человек и шлёпнулся на мягкий пол.

— О, Зэнг! — Рассерженный Шифу обернулся, уже готовый накричать на глупца, решившего помешать ему, но узнал своего приятеля-посыльного. Того самого, которого совсем недавно сам отправил в тюрьму Чор Гом, где уже двадцать лет сидел Тай Лунг. — Прекрасно, — улыбнулся приятелю Шифу. — Хэх, хорошие новости мне сейчас не помешают.

Уже открывший рот Зэнг стушевался.

Он был покрыт потом, а его глаза вдруг расширились от ужаса.

— Эээ, — прокряхтел он, пытаясь подобрать слова и невольно начав чесать затылок рукой. — Шифу, дело в том… Как бы сказать…

— Ну говори, не стесняйся. — Подбодрил того Шифу.

— Тай Лунг сбежал! — Панически выдал посыльный. — Чор Гом разрушен! Все, кто там был, я уверен, уже мертвы! Я чудом смог улететь! Тай Лунг сказал, чтобы я передал тебе, что «истинный Воин Дракона идёт»!

Под конец запыхавшийся Зэнг едва не сорвался на крик. Он летел, не жалея сил, не останавливаясь ради отдыха или сна, лишь бы как можно скорее предупредить друга о надвигающейся опасности.

— Что?!? — Глаза Шифу расширились от удивления.

По приказу мастера Зэнг подробно рассказал обо всём произошедшем, после чего Шифу сорвался на бег, направляясь к единственному живому существу, способному одолеть его сына.

Мысленно он выругался.

Шифу уже много раз клялся больше не называть Тай Лунга сыном, причём не потому, что возненавидел его, а потому, что сам считал себя недостойным называться его отцом.

Годы тренировок, наставления, бесконечные обещания… А когда он как отец должен был остаться рядом, Шифу пошёл на поводу у принципов и отказался от идеи сделать своего наследника Воином Дракона.

Тай Лунг же от идеи-фикс своего отца не отказался…

— Мастер! Мастер! — Заранее окрикнул Шифу своего учителя. — У меня очень… Плохие новости.

— А, Шифу… Хэхэ… — Улыбаясь, произнёс Угвей, прекращая тренировку и оборачиваясь. — Новость — есть новость… Хорошая или плохая…

— Мастер, ваше видение… Оно оказалось верным! — Поначалу Шифу удавалось удерживать эмоции, но под конец они выплеснулись наружу: — Тай Лунг вырвался из тюрьмы! И идёт сюда!!!

— Новость… Плохая… — Шутливый тон на мгновение пропал из голоса Угвея. — Если не верить, что Воин Дракона остановит Тай Лунга…

— Панда? — с недоверием уставился на своего мастера Шифу. — Мастер! П-панда не может быть воином дракона! Его здесь вообще не должно было быть! Это случайность!

— Случайности не случайны… — Повторил Угвей свою любимую фразу, заставив ученика разочарованно выдохнуть.

— Да, я знаю… Вы это уже говорили. Дважды.

— Что же, и это тоже не случайность. — Сохраняя улыбку на лице, продолжил Угвей.

— Трижды.

— Мой старый друг, панда не выполнит своего предназначения, как и ты своего, пока ты не расстанешься с иллюзией, будто всё в этом мире зависит от тебя.

— С иллюзией? — прищурившись, непонимающе спросил Шифу.

— Да! — Подтвердил Угвей, а потом продолжил: — Взгляни на это дерево, Шифу. Я не заставлю его цвести, когда мне будет угодно, или принести плоды раньше срока.

— Но кое-что от нас зависит! — Прервал своего мастера Шифу, после чего резко ударил по стволу дерева. Когда с ветвей начали падать персики, он продолжил: — Я захотел — и этот плод упал! — Пояснил Шифу, после чего один из персиков легонько стукнул того по лбу.

— Хухуху… — Тихо посмеялся Угвей, глядя на своего ученика.

— И от меня зависит, — Шифу подкинул персик в небо, после чего подпрыгнул и мастерским ударом разделил плод на две части, выхватив кость и всаживая её в землю. — … Где посадить семя! И это вовсе не иллюзия, мастер.

— Да… — Загадочно согласился Угвей. — Но что бы ты ни делал, из этого семени вырастет персиковое дерево. Ты можешь хотеть, чтобы выросла яблоня, но вырастет персиковое.

— Персиковое дерево способно победить Тай Лунга? — Не выдержав, сорвался Шифу. Сама мысль о возможном возвращении сильнейшего ученика Нефритового Дворца пугала его.

— Может и способно, — изрёк Угвей, присаживаясь и закрывая землёй выкопанную ямку, тем самым давая посаженному семени больше шансов вырасти. — Если ты пожелаешь направить его, взрастить, поверить в него!

— Но как? — Дёрнув щекой, спросил Шифу. — Как? Мне нужна ваша помощь, мастер!

— Нет! Ты должен просто верить. — Тихо произнёс мастер Черепаха. — Пообещай мне, Шифу. Пообещай, что ты поверишь!

— Я… Я обещаю… — Под напором учителя согласился Шифу.

— Ммм… Хорошо… — Угвей поднялся, смотря вдаль. — Моё время пришло. Дальше тебе придётся идти без меня… — Произнося эти слова, древнейший мастер вложил посох в руки своего самого преданного ученика, который от удивления молча принял его.

— Что? Что? Что? Стойте! Что? — Даже начав заикаться, Шифу с шоком смотрел на великого мастера, принёсшего философию и учение Кунг-Фу в Китай, но тот не слушал его, подходя к обрыву. — Мастер! Не оставляйте меня!

— Ты должен верить!

Розовые лепестки персикового дерева поднялись в воздух и последовали за Угвеем. Черепаха обернулся к своему ученику, поклонился и растворился в их потоке.

— Мастер!..

Так закончилась история древнейшего мастера Кунг-Фу в Китае…

Или ещё нет?

POV Тай Лунг

Утро началось не с кофе…

Хотя оно и не могло начаться с кофе, потому что здесь его не было. По крайней мере, Тай Лунг о таком напитке никогда не слышал.

В дверь яростно стучали, хотя достаточно было легонько ударить один раз — и всё, я бы проснулся.

— Да? — Недовольным голосом кричу, разминая шею.

— Уважаемый мастер! — В дом буквально вваливается Мэй со слезами на глазах. Ну что опять начинается? — На деревню напали и… и… Там мой муж! Они схватили его и требуют, чтобы мастер Сюэ вышла одна на бой!

— А… Я тут причём?

Нет, поучаствовать в драке я не против, но, если это дружки того зубастика, силушки у них не больше, чем у него самого, так что нафиг — руки мне ещё об эту падаль марать.

Снежная пантера и сама была очень сильна, если верить моему чувству опасности, и без проблем перебьёт всех нападавших.

— А… Но ведь во главе известный бандит, за голову которого объявлена огромная награда императором лично! — Выдала жена старосты. — Золотой Зуб Эйс! Волк, владеющий Кунг-Фу, а в его подчинении почти сотня головорезов! Уважаемая Сюэ не справится со всеми ними!

— …

На это мне действительно нечего было сказать. И я сейчас не о ситуации, а об именах этих идиотов — на контрасте я вспомнил, как звали прежнего шакала — Сабо, а тут его «брательник» по имени Эйс… С золотым зубом, да.

Боюсь, после этого волка мстить за него придёт какой-нибудь «медный» или, наоборот, «алмазный зуб» по имени Луффи…

— Мастер, прошу, помогите ей! — Начала умолять меня эта коза… И это не оскорбление, хотя очень хотелось что-нибудь эдакое сказать. — Я понимаю, что многого прошу, вы и так помогли нам, и мы в неоплатном долгу, но я молю вас, вмешайтесь, не дайте умереть другому идущему по пути Кунг-Фу.

— Хр… Хорошо, — поправился я под конец — ругаться некультурно. Это даже Шифу знал — он же меня этому и научил, отчего Тай Лунг в мультфильме не матерился как сапожник, хотя должен был. — Я спасу твоего мужа, порядок действий ты знаешь.

— Да, спасибо вам огромное, они недалеко от входа в деревню, рядом с лестницей! — Кивнула Мэй, убегая к тому самому амбару, который здесь, видимо, использовали как убежище.

Мда, какая проблемная деревня оказалась.

Интересно, как всё закончилось во вселенной мультфильма? Сомневаюсь, что тот Тай Лунг вообще сюда заходил, а не бросился со всех ног мстить всем, кому попало…

Я вышел из «дома старого Ли», отметив, что утро только начиналось.

Воздух был холодным и свежим, хотя всё ещё пах дымом от костра после вчерашнего праздника. Я направился к выходу из деревни, к той самой лестнице, о которой говорила Мэй, и, конечно, снежная пантера уже стояла там.

Сюэ Ся находилась на краю утёса спиной ко мне и смотрела вниз, на бандитов. Она услышала мои шаги — мастер её уровня просто не мог не услышать — и обернулась.

— Повезло, что ты ещё здесь, — сказала она без предисловий. — Я… — она вдруг будто опомнилась, сбив свой боевой настрой. — Мы толком не познакомились вчера. Моё имя ты знаешь, а как зовут тебя, мастер?

Я на секунду задумался. Стоит ли говорить настоящее имя?

В эту деревню я пришёл, чтобы получить новости и немного оправиться после вынужденной голодовки. Уверен, Сюэ Ся не дура и сразу поймёт, какой именно Тай Лунг спас местных. Даже если новости о моём побеге ещё не успели распространиться, в Китае вряд ли было два Тай Лунга с родословной снежного барса, мастерски владевших Кунг-Фу.

С другой стороны, именно через неё можно попытаться получить амнистию — если она какая-то большая шишка, то и связи у неё должны быть, а если верить чувству опасности, она далеко не так слаба, как выглядит.

Я спокойно посмотрел ей в глаза.

— Тай Лунг.

Её реакция оказалась довольно неожиданной — Сюэ лишь на мгновение закрыла глаза и тихо выдохнула.

— Значит, не показалось… — Снежная пантера прошептала это так тихо, что обычный человек не расслышал бы, но мой слух позволил разобрать её слова. Она снова открыла глаза и нахмурилась. — Тай Лунг, — в её глазах была решимость. — Я не знаю, как ты выбрался из Чор Гом, но сейчас это неважно. Внизу сотня головорезов. Их главарь, Эйс, держит в плену старосту этой деревни и требует, чтобы я спустилась, иначе они убьют его. Я уверена, что это ловушка, и эти ублюдки вынудят меня ничего не делать, иначе погибнет невиновный. — Девушка нахмурилась ещё сильнее. Не будь здесь меня, ей пришлось бы наплевать на жизнь старосты, но раз уж я всё-таки оказался рядом… — Ты… — она колебалась, — Ты сможешь спасти пленника, пока они отвлечены?

Я усмехнулся.

— Я как раз собирался предложить то же самое.

Сюэ Ся кивнула.

— Хорошо. Я не знаю, зачем ты здесь, но сейчас нам нужно спасти их. Я спущусь по лестнице, тем самым привлеку всё их внимание. — Сказала девушка, а потом указала на склон горы сбоку от деревни, скрытый лесом. — Ты сможешь спуститься по склону? Там отвесная скала, но…

— Смогу, — обрываю я её. Скала? Уж после побега из Чор Гом это для меня как детская прогулка.

— Тогда действуем, — бросила она и, не тратя больше ни секунды, вышла на площадку перед лестницей, делая глубокий вдох, после чего начала спускаться.

Внизу тут же раздались радостные хищные крики заметивших её бандитов, но у меня была своя задача. Я подошёл к краю утёса, туда, где начинался густой лес, цеплявшийся за скалы, и посмотрел вниз, оценивая расстояние.

Около ста метров почти отвесного спуска. Если бы задание не требовало скрытности, я бы просто спрыгнул, но сейчас важно было остаться незамеченным.

Я прыгнул и бесшумно приземлился на выступ примерно в десяти метрах ниже. Оттолкнувшись, полетел дальше, а затем вонзил когти в камень, замедляя падение.

Я быстро перепрыгивал от уступа к уступу, от дерева к дереву, постепенно спускаясь в лес у подножия горы…

Сложно ли мастеру Кунг-Фу скрываться от противника?

На самом деле нет. Обучение включает в себя и этот аспект, ведь многие стили буквально требуют подобных навыков, и Стиль Леопарда, который я освоил на все сто процентов, исключением не был.

Он выделяется скоростью, взрывной силой и точностью ударов, сочетая гибкость с агрессией. Основное внимание уделяется смертельным атакам по уязвимым точкам противника — глазам, горлу, солнечному сплетению. Этот стиль изначально направлен на убийство, и, чтобы оставлять противника в живых, требуется достаточно высокий уровень мастерства.

В отличие от тяжёлых и широких движений Стиля Тигра, мастер Леопард использует быстрые удары кулаками, локтями и коленями, стараясь действовать неожиданно, отчего и важны некоторые навыки скрытности, так что, спустившись с горы, я на довольно большой скорости начал обходить небольшую поляну у лестницы, никак не выдавая своего присутствия, тем сильнее было моё удивление, когда я заметил в лесу натуральные патрули!

О чудо, оказывается, не все бандиты идиоты!

На небольшом расстоянии друг от друга стояли двое волков с копьями. Они даже не переговаривались, а молча осматривали окрестности и какого-нибудь другого мастера вполне могли заметить, особенно если этот мастер был как По…

Удивительная дисциплина в банде золотозубого волчонка.

К сожалению для бандитов, жалеть их никто не собирался: я был уверен в своём мастерстве и силе, но всегда оставался риск, что какой-нибудь неучтённый фактор, артефакт или чужое вмешательство превратит обездвиженного противника во вполне нормально себя чувствующего, а это, в свою очередь, похерит всю мою стелс-миссию, чего допускать было нельзя.

Двое волков даже пикнуть не успели — между деревьями скользнула бесформенная тень, оба бандита повернули головы в сторону движения, готовые атаковать или поднимать тревогу, но уже через мгновение одновременно рухнули в траву.

Минус два…

Время пока терпело, а оставлять за спиной тех, кто мог поднять тревогу или сбежать, я не хотел, так что сначала прочешу лес, благо минуты на это вполне хватит.

Надеюсь, Сюэ там справляется…

Взгляд со стороны

«Золотой Клык» Эйс прибыл на место встречи со своим младшим названным братом, но по пути к деревне неожиданно получил подарок судьбы.

Его люди унюхали кого-то постороннего. Отправленные на разведку отряды выследили и поймали некоего Чена, который признался, что является старостой той самой деревни, где должна была состояться встреча и передача пленников для дальнейшей продажи в столице.

Эйс не был дураком, и ему сразу показалось странным, что староста, будучи обычным человеком, бежал не из захваченной деревни, а обратно к ней, однако Чен долго ничего не говорил, и лишь пытки заставили его раскрыть рот.

Оказалось, что городской лорд, как всегда, отказался предоставить помощь, вот только Чену повезло столкнуться со свободным мастером Кунг-Фу, которая согласилась разобраться с бандитами.

Мастеров Эйс не любил — из-за них вечно возникали проблемы, и пусть он был сильнейшим из троицы «братьев-головорезов», ему постоянно попадались самые опасные противники, из-за чего грудь волка пересекал уродливый шрам.

После каждой подобной стычки приходилось заново набирать людей, ведь в худшие моменты погибала едва ли не половина банды. Хорошо, что мастера обычно путешествуют поодиночке, иначе преступный путь Эйса давно бы закончился…

В этот раз «Золотой Клык» решил действовать хитростью — иногда ученикам Кунг-Фу попадался наивный наставник, внушавший ученикам, что мастер должен любой ценой защищать слабых. Такие идеалисты становились для Эйса и его братьев лёгкой добычей.

Лишь те, кто успел пожить и самостоятельно набить шишки, понимали простую истину: если мастер погибнет в бесполезной попытке защитить заложника, лучше от этого никому не станет — обозлённые головорезы всё равно расправятся с остальными, и жертв станет лишь больше.

Сейчас он собирался заманить очередную идеалистку в ловушку, убить её, вызволить младшего брата и отправить жителей деревни на невольничий рынок, как и планировалось с самого начала.

Наконец на вершине лестницы показалась фигура. Судя по описанию Чена, именно эта мастерица согласилась помочь деревне.

— Значит, не соврал… — На лице Эйса появилась хищная ухмылка, обнажившая ровные ряды белых клыков, один из которых выделялся золотым цветом.

Поляна у подножия лестницы кипела жизнью — бандиты разбили здесь полноценный лагерь всего за несколько часов. Эйс гордился дисциплиной своей банды, ведь даже личные отряды некоторых лордов не могли похвастаться подобной муштрой.

В стороне стояли крепкие деревянные клетки, пока ещё пустые и предназначенные для будущего «товара» из деревни, рядом громоздились бочки с элем и мешки с провиантом, чуть поодаль, под усиленной охраной, находились окованные железом сундуки с награбленным добром, ожидавшим отправки на чёрный рынок.

Сюэ Ся медленно спускалась по лестнице, её лицо оставалось абсолютно спокойным, а руки были сложены за спиной.

Эйс стоял в центре лагеря, положив руку на голову избитого Чена, который находился на коленях со связанными за спиной руками и едва держался в сознании. Было видно, что старосту долго пытали, но тот всё ещё оставался жив, что говорило либо о его поразительной стойкости, либо о том, что мучители намеренно не позволяли ему умереть.

— Приятно видеть, что ты действительно пришла, мастерица, — прорычал Эйс, когда привлекательная Снежная пантера сделала последний шаг на землю. Его золотой зуб сверкнул на утреннем солнце. — Я уж было подумал, что придётся отрезать этому козлу его рога, чтобы привлечь твоё внимание.

— Ты получил, что хотел. Я здесь, — холодно ответила Сюэ Ся, останавливаясь в двадцати шагах. Бандиты вокруг тут же сомкнули кольцо, отрезая ей путь к отступлению. Доспехи бряцали, а из толпы неслись скабрезные смешки и оскорбления. — Отпусти заложника и бейся со мной.

Услышав эти слова, Эйс громко расхохотался, а следом к нему присоединились остальные бандиты.

— Битва? Милая, какая битва? Ты одна, а нас — сотня. Я ценю твою храбрость, но давай будем реалистами. Сдавайся — сложи оружие, позволь моим ребятам связать тебя, и этот козёл, — он грубо дёрнул Чена за рога, — останется жив.

«Какая же она тепличная…»

Эйс облизнулся.

«Честный бой», «отпусти заложника»…

Она действительно верит в сказки, которым учат в храмах!

Повезло — очередная лёгкая добыча. Мастера на невольничьем рынке стоили гораздо дороже обычных людей, а красивая девушка с сильной родословной… Если удастся схватить её живой, Эйс наконец заработает достаточно, чтобы купить себе должность лорда в каком-нибудь захолустье.

— Я повторяю: отпусти его, — голос Сюэ Ся стал ледяным. — Или я заберу его силой.

Эйс покачал головой.

— Глупый, глупый мастер… Если попробуешь — умрёшь, а он умрёт следом, вместе с остальными ни в чём неповинными жителями этой захудалой деревушки. Лучше… — Однако договорить глава бандитов не успел — Сюэ Ся улыбнулась, но не Эйсу, а кому-то за его спиной.

Эйс был не просто бандитом, он сотрудничал с городским лордом и поставлял ему рабов. Если Сюэ просто арестует волка, то лорд города Пэн вполне может его отпустить. Нет, Эйс должен умереть здесь, а Тай Лунг был идеальным инструментом для столь грязной работы.

Эйс почувствовал, как изменилось настроение снежной пантеры, и это ему не понравилось, но в следующий миг за спиной возникло чудовищное ощущение опасности, заставившее волка резко обернуться.

— Сзади, босс! — Раздался крик, но было уже поздно. Там, где секунду назад стоял десяток лучших бойцов Эйса, обученных им лично и охранявших заложника вместе с окованными сундуками, теперь находился неизвестный мужчина.

Тай Лунг появился настолько стремительно, что в глазах простых людей это выглядело почти как телепортация. Его руки были перепачканы свежей кровью, а вокруг лежали двенадцать трупов, не успевших даже поднять тревогу.

Староста Чен находился у ног барса. Тай Лунг уже разорвал его путы и теперь зачем-то прижал ладонь к груди мужчины. Золотые глаза снежного барса вспыхнули синевой.

— Чен, беги! — взревела Сюэ Ся и это стало спусковым крючком.

Вся сотня бандитов разом повернулась к новой угрозе. Эйс остолбенел, пытаясь осознать произошедшее, а затем раздражённо выкрикнул:

— Ты… кто ты, чёрт возьми такой?!

Тай Лунг выпрямился, стряхивая кровь с рук и с разочарованием осматривая когти. Проигнорировав вопрос волка, снежный барс поднял на него глаза.

— Не разочаруй меня, волчонок. — И тут же сорвался с места.

POV Тай Лунг

Этот староста, судя по всему, обладал неслабой волей — по ранам на его теле было видно, что пытали его долго и с пониманием дела. Будь Чен слабее духом, он заговорил бы намного раньше, и издеваться над ним так долго бандитам не пришлось бы, но в таком состоянии далеко он не убежит, поэтому я воспользовался небольшой хитростью — напитал его тело Ци.

Обычно чужая энергия, насильно введённая в организм во время боя, могла привести к смерти, однако существовали и техники, которые, наоборот, исцеляли с её помощью. Подобными навыками я не владел, но мог сделать собственную Ци нелетальной и ослабить её настолько, чтобы лишь подстегнуть природную энергию в теле обычного человека.

Это искусственное пробуждение навсегда перекрывало человеку путь к настоящему освоению Ци, зато сейчас давало кратковременный прилив сил, притупляло боль и позволяло организму дольше продержаться несмотря на ранения.

Как только староста рванул к лестнице, здраво оценив свои силы и поняв, что в бою будет нам только мешать, я бросился к Эйсу, сразу проверяя его ударом, которым я прикончил его братишку.

Эйс оказался быстрее Сабо — мой удар был направлен ему в горло, но волк успел отскочить и выхватить из-за спины два меча-дао.

— Убить их! Всех! — Взвизгнул бандит, понимая, что его «невероятно хитрый» план провалился.

Я снова атаковал Эйса, но со всех сторон посыпались удары копий и мечей — бандиты, оправившись от шока, с яростными воплями бросились в бой, пытаясь задавить нас числом.

— Лучники! — заорал кто-то, и окружавшие меня волки тут же отпрянули в стороны.

Тванг! Тванг! Тванг!

Раздался знакомый звук выстрелов, однако уворачиваться я не стал.

Летевшие мне в спину стрелы были сбиты в воздухе чем-то стремительным. Краем глаза я заметил Сюэ Ся, опускавшую руки — видимо, какая-то техника Ци. Девушка бросила на меня короткий взгляд, кивнула и ринулась в бой с остальными бандитами.

А она неплоха, я бы с удовольствием посмотрел, как Сюэ самостоятельно разбирается с волками, однако из-за заложника такой исход с самого начала был невозможен, ну и ничего — может, удастся уговорить её на спарринг, если она, конечно, после битвы сама не нападёт на меня как на беглеца и преступника.

Стиль Сюэ был похож на мой, но во многом отличался — стиль Пантеры делал ставку на ловкость, чувство равновесия и контроль над телом. Её удары были быстрыми, но не резкими, а текучими, часто сопровождались уклонениями, подшагами и вращениями.

Ах да, она ведь ещё и Ци владела на высоком уровне. Как я это понял? Воссияв синим свечением, девушка буквально превратилась в бело-синий смерч. Она ломала конечности, разбрасывала волков, пытавшихся помешать мне, и отбивала летевшие в мою сторону стрелы. Пусть пантера не убивала противников, но после её ударов они уже не могли продолжать сражаться.

И вот она что-то там говорила о чрезмерной жестокости?..

— Ты заплатишь за моих людей, тварь! — прорычал Эйс и бросился на меня.

В отличие от Сабо, он был настоящим мастером, а не переоценившим себя учеником — его удары были довольно быстрыми, два клинка описывали опасные дуги, оставляя после себя небольшие жёлто-серые полумесяцы, но он допускал всё ту же ошибку — Эйс был слишком предсказуем и полностью полагался на свои скорость и силу.

Я ушёл от двойного удара, пригнувшись, и ударил ладонью под локоть, выбивая один меч из его руки. Волк тут же попытался отбросить меня ногой и вернуть выпавшее оружие, но я не позволил ему этого. Я пригнулся под взмахом оставшегося клинка и заблокировал удар ноги коленом.

Эйс отскочил, скалясь и демонстрируя золотой клык.

— Ты быстрый, барс… Но я — легендарный «Золотой Клык» Эйс! Ты сдохнешь в муках! — Один из бандитов бросил ему такой же меч, Эйс поймал его и взревел. Волосы на загривке встали дыбом, а оба клинка засветились тусклым оранжевым огнём. — ПЛАМЕННЫЕ КЛЫКИ ВОЛКА! — Эйс рванулся вперёд, используя уже не обычную атаку, а полноценную технику уровня мастера — за каждым клинком тянулось по четыре огненных следа, напоминавших когти.

А он и правда неплохой противник: готов к потере оружия, имеет поддержку сотни дисциплинированных мясников, да ещё и владеет Ци на неплохом уровне…

Я остановился, концентрируя собственную энергию. Однако сам приём был исполнен неправильно — было видно, что Эйс, несмотря на огромное количество вложенной Ци, освоил технику крайне паршиво и этим можно воспользоваться. Я принял стойку и встретил его технику своей.

— «Стальные когти леопарда». — Холодная синяя Ци окутала правую руку. Я взмахнул ею, и вперёд устремился призрачный леопард, сотканный из моей жизненной энергии.

ХРЯСЬ!

Моя техника пробила «Пламенные Клыки»: оранжевое пламя рассыпалось под напором более плотной и концентрированной Ци, а я уже рванул вперёд следом за остаточным образом леопарда. Когти пробили грудь Эйса так же легко, как до этого — грудь его брата.

Волк замер и недоумённо посмотрел вниз.

— Кх… кха… Но… мой… огонь…

— Слабовато, «Золотой Клык» Эйс, — выдохнул я ему в лицо. — В твоей атаке не было ни контроля, ни точности, хотя Ци на неё ты и не пожалел, но исполнение дерьмовое. — Я выдернул руку, и Эйс рухнул на землю. Оглянувшись, заметил, что бой вокруг уже стих.

Сюэ Ся, чьи руки были покрыты кровью, стояла среди десятков стонущих, но живых волков со сломанными руками и ногами. Она посмотрела на меня, затем на мёртвого Эйса.

— Ты… всё-таки убил его…

— Он сам виноват, — ответил я, отряхивая руку.

— Ладно, на его счёт спорить не буду… — Выдохнула девушка, покрывая своё тело Ци, после чего кровь… просто испарилась! Эй, я тоже так хочу! — Этих нужно допросить, связать, оказать первую помощь и заселить куда-нибудь.

— Зачем? — спросил я, искренне не понимая. Всё награбленное находилось здесь, значит, никаких крупных схронов у банды, скорее всего, не имелось, а все или почти все её участники уже лежали вокруг нас.

— После этого пойдём в город и доложим городскому лорду, — пояснила она, будто это было очевидно. — Он сдаст их в тюрьму, а нам за это выплатят награду. Деревенским они в нынешнем состоянии навредить не смогут, я это гарантирую.

— Любишь ты всё усложнять… — Протянул я, оглядываясь в поисках верёвок — правильно обработать их раны я всё равно не мог — знаний не хватало. — И деньги можешь оставить себе, а вот послушать что нового произошло за последние двадцать лет я не откажусь…

— Вот ноги могла и не ломать… — Протянул я, таща на себе укутанных в палатку и связанных верёвкой волков. Позади тянулся стройный ряд других бандитов, умудрившихся получить только переломы рук. Они выли от боли, но всё-таки самостоятельно поднимались в деревню.

Повезло ещё, что у этих идиотов нашлись кандалы, причём в огромном количестве, так что связывать верёвкой пришлось только тех, кто не мог идти… Интересно, зачем им столько?

— Слушай… — Вдруг, задумчиво посмотрела на меня снежная пантера, подперев подбородок рукой. — … А ведь мы могли бы вместе доставить их в тюрьму, даже много времени тратить не нужно — день в пути, и мы на месте.

— Прошу прощения? — Глаза расширились от такой наглости. Ладно ещё помочь дотащить этих идиотов до деревни, но с какого перепуга мне тащиться с ними в город? Основные новости я узнал, карту обновил, так зачем мне это? — С чего ты решила, что я отправлюсь дальше с тобой? У меня и своих дел хватает.

— Каких например? — Ухмыльнулась девушка, задрав подбородок.

— Не твоё дело. — Закатываю глаза и немного расслабляю руку, а то уж слишком громко стонут идиоты, завёрнутые в палатку.

— Придёшь в Нефритовый Дворец мстить, не так ли?

— Я пока не решил… Но это не значит, что я захочу возиться с этой кучкой отбросов. — Немного резко отвечаю я, глядя в глаза снежной пантере. Та лишь молчала. — Ну и хрен с тобой. — Я сплюнул и продолжил подниматься, пока остальные бандиты следовали за Сюэ.

С одной стороны, мне этот поход совершенно не интересен, но с другой, если с титулом не прокатит, то логично искать и другие способы урегулирования моей проблемы с законом, а помощь мастеру в поимке целого отряда бандитов звучит как неплохое достижение на поприще исправления…

Наконец выбравшись наверх, я заметил старосту. Чен, видимо, потерял сознание и теперь сидел на крыльце одного из домов, опираясь спиной о стену. С его ранами это вполне нормально — главное, чтобы не помер, иначе зачем я вообще его спасал?

— Подержи. — Спокойно бросает пантера, протягивая мне цепь, к которой крепились кандалы бандитов.

Я принял её, а Сюэ направилась к потерявшему сознание мужчине и присела рядом. Силуэт девушки засиял холодным голубым светом, из ладоней начала струиться Ци, постепенно обволакивая раненого. Прошло десять секунд, затем двадцать, и Чен вдруг открыл глаза.

— А? Г-госпожа? — Подпрыгнул на месте староста.

— Всё хорошо? — Добрым, спокойным голосом осведомилась Сюэ, вставая.

— Д-да, спасибо вам огромное, я в неоплатном долгу перед вами, госпожа! — Тут же начал кланяться в землю козёл, но был остановлен жестом снежной пантеры.

— Не стоит, нам нужно временно оставить бандитов где-то, на пару часов, есть ли у вас такое место?

— Да, я думаю, можно держать их в нашем складе. Мы там храним всю еду на случай голода или плохой погоды, очень крепкое здание. — Кивнул Чен, указывая на тот самый амбар, где прятались жители.

— Отлично, тогда пойдёмте, думаю, ваша семья будет рада вас увидеть.

— Семья? Точно, Мэй, Лин!

Староста подорвался с места и побежал к складу. Сюэ вернулась, забрала у меня цепь, после чего мы направились следом.

Жители уже открывали двери укреплённого здания.

— Чен! Муж мой!

Как только дверь распахнулась, Мэй бросилась к мужу и сбила его с ног. Они рухнули на землю, обнимая друг друга. Знакомый пацан подбежал следом, вцепился в отца и заплакал.

Из здания начали выходить остальные деревенские. Перекинувшись несколькими словами со старостой, они направились к нам. Вскоре подошёл и сам Чен, с трудом вырвавшийся из объятий семьи. Он заметно прихрамывал, но всё же поклонился до земли.

— Мастера! Вы… вы спасли меня. Вы спасли Хань-Я! Моя жизнь… вся наша деревня… мы ваши должники!

— Спасибо вам, мастера! — крикнул кто-то из толпы, и десятки голосов его поддержали.

Волки наблюдали за происходящим с плохо скрываемым ужасом.

Банда Эйса была полностью разгромлена: главарь мёртв, а его люди стояли искалеченные и закованные в цепи, со всех сторон окружённые ликующими «козлами». Ещё недавно державшие всю деревню в страхе, теперь они жались друг к другу, скулили от боли и боялись поднять глаза на меня или Сюэ.

— Тогда прошу вас пока запереть бандитов, а также подготовить их повозки. Они стоят внизу, — скомандовала Сюэ.

— Да, конечно, сию минуту, мастер!

Осмелевшие жители подгоняли бандитов вилами, а волки, хромая и скуля от боли, медленно брели к складу. В их глазах не осталось ничего, кроме страха и непонимания, что ждёт их дальше. Через несколько минут последний бандит оказался внутри, после чего деревенский лекарь принялся обрабатывать раны пленников.

— Несите столы! — крикнул Чен, всё ещё обнимая сына. — Мэй, доставай то вино, что мы прятали в погребе!

Жители, смеясь и плача, забегали по деревне — больше они не боялись ни меня, ни бандитов.

Кто-то принёс лютню, и по площади полилась музыка. Дети снова носились рядом, упрашивая меня «ещё раз показать огромного летающего тигра», и никакие уверения, что это был леопард, на них совершенно не действовали…

Тем удивительнее было то, что происходящее совсем меня не раздражало, скорее наоборот, в этом шуме, смехе и мельтешении вокруг было что-то непривычно приятное.

Через несколько минут ко мне подошла Сюэ.

— Тай Лунг, от мести ты не получишь ничего, кроме пустоты в душе, уж поверь… Шифу не такой судьбы хотел для тебя…

Я промолчал — уж больно эмоционально она это произнесла, будто действительно хорошо знала Шифу. Да и эта фраза о мести…

— Вижу, ты много знаешь об этой истории, уж не поделишься ли, откуда? Неужто старая черепаха мою полную биографию всем встречным-поперечным рассказал?

— Нет, о тебе я знаю уже давненько, мы с Шифу были хорошими друзьями, когда состояли в Неистовой Пятёрке, — произнесла девушка, стараясь произнести это будто бы ненароком и одновременно внимательно следя за моей реакцией.

Естественно, о прошлом составе Неистовой Пятёрки я знал и видел рисунки с их изображениями. Более того, в детстве Тай Лунг фанател от Пятёрки, а особенно от Шифу, поэтому у него в комнате даже висел огромный постер со всей командой, вот только девушка-ирбис на нём была не сильно похожа на Сюэ, как минимум длиной волос — сейчас она носила довольно короткую причёску, а на рисунке волосы достигали едва ли не колен. К тому же многие носители одной родословной были похожи, особенно на не слишком подробных изображениях.

— Значит, хочешь остановить меня? — Щурюсь, инстинктивно напрягаясь. Уж кто мне точно не друг, так это бывшие соратники Шифу — знать не знаю, что он мог им наплести обо мне, но, если они все такие же, как мой мастер, то к словам МуДоЧа будут прислушиваться.

— Ммм… — Девушка сделала вид, будто задумалась. — Да нет, ты уже показал, что не всё так плохо, да и зная Шифу, удивительно, что ты сорвался так поздно, я от его нудятины после пары дней бубнежа уставала. — Улыбнулась пантера.

— Я не понимаю… — Вообще-то я являлся самым опасным преступником Китая, а любой идущий по пути Кунг-Фу был обязан очищать страну от таких, как я. Короче, моё замешательство было вполне понятным.

— Я не была знакома с тобой лично, Тай Лунг, — вмиг стала серьёзной снежная пантера. — Однако я помню письма от Шифу, помню его гордость, радость и искреннюю любовь к своему сыну. А сегодня, как и вчера, я увидела перед собой не «Сумасшедшего маньяка, несущего опасность для всего Китая», как тебя назвал Угвей двадцать лет назад на суде, а, пусть и немного жестокого, но всё-ещё достойного мастера, защитившего деревню и её жителей от банды головорезов-работорговцев. Помоги мне, и я клянусь, что отправлюсь прямиком в столицу и потребую пересмотра наказания для тебя.

— …

Вот ведь хитрая с… самка.

Слова о Шифу, о его письмах, в которых тот, судя по всему, хвастался мной… В общем, этими словами, которые даже не факт, что было правдой, девушка вскрыла старую рану, да ещё и помощь предложила…

И что же мне теперь делать?

Ах, чёрт!

С одной стороны, клятва буквально требовала, чтобы я как можно скорее отправился в Долину Мира, забрал СВОЙ свиток, показал, насколько сильно Угвей во мне ошибался, доказал, что Шифу был неправ и именно Я — Воин Дракона, но…

Я ведь понимал, что эти чувства не совсем мои, что это влияние памяти прежнего Тай Лунга, причём настолько сильное, что порой становилось трудно понять, где заканчиваются его желания и начинаются мои собственные.

И всё же стоило ли доверять новой знакомой, которой, судя по всему, уже несколько сотен лет?

— Хорошо, я помогу доставить это отребье в город. — Вздыхаю, прикрывая глаза. Всё равно город находился всего в дне пути и лежал в стороне Долины Мира. На своих двоих я добрался бы намного быстрее, но небольшое замедление, как я надеюсь, не должно ни на что повлиять, а её обещание сулит мне решение многих проблем.

Доверяю ли я Сюэ?

Пффф, нет, конечно!

Можно сколько угодно рассказывать о доброте, честности и искренности мастеров Кунг-Фу, только однажды эти самые «мастера» уже предали моё доверие, разрушили судьбу и посадили на сотню лет в тюрьму!

Засуньте свою честность и доброту в задницу!

Но и провоцировать конфликт с ней я не хотел. По крайней мере, сейчас.

Моя цель — Свиток и титул. Если небольшая помощь обеспечит лишний шанс на благополучный исход даже в случае неудачи… Нет, в себе-то я уверен, и титул будет моим, но логика подсказывает, что небольшая подстраховка лишней никогда не бывает.

— Хорошо, тогда… — начала было пантера, но я её перебил.

— Я ведь должен просто довести их до города? Ничего сверх того? — уточнил я, а то ещё навесит на меня какую-нибудь хрень.

Неужели она действительно думала, что я не заметил её кровожадного взгляда, обращённого на Эйса? Сюэ и сама с радостью прикончила бы его, а мною просто воспользовалась, чтобы не марать руки. Эта женщина была очень опасна, и её принадлежность к прошлой Неистовой Пятёрке это подтверждала.

— Я… Не уверена, что Пэн — лорд города Фэй-Цзинь отпустит нас так просто, но… Да, я прошу только помочь доставить пленных. Я могла бы не спать, чтобы следить за ними ночью, но не хочу рисковать. — Призналась мастер, отводя взгляд.

— Так… С этого места поподробнее. — Что за фигня тут творится и в какую задницу я залез на этот раз?

— Кхм, я готова рассказать тебе, зачем вообще оказалась в этих краях, но не здесь. — Сюэ кивнула на деревенских, которые уже вовсю тащили столы на площадь.

— Отлично. — Я вздохнул и направился к лесу. Сюэ последовала за мной, и, спустившись по ступеням, мы остановились на залитой кровью поляне с телами бандитов.

— Итак… В какое же дерьмо ты собралась втянуть меня?

— Кхм, после расформирования Неистовой Пятёрки император вызвал нас и предложил службу. Мастер Петух — отправился на границу, где постоянно идут войны, сейчас петух носит звание генерала и защитника Севера. Шифу остался с мастером Угвеем, он всегда уважал его и следовал за стариком, мастер Слон, насколько я знаю, открыл посудную лавку и сейчас наслаждается отдыхом, ну а я стала Тенью…

— Ясно… — Протянул я, сдерживаясь, чтобы не начать покрывать матом всё вокруг.

Даже по названию было понятно, кто такие Тени и чем они занимались. Служба безопасности. Отряд убийц. Тени Империи. Так их называли те немногие, кто вообще знал об их существовании.

В их задачи входили выявление и устранение предателей, поиск коррупционеров и подавление возможных мятежей. Говорили, что тысячу лет назад, ещё до прихода Угвея, Тени вырезали деревни, где начинало расти недовольство режимом, убивали несогласных с императором аристократов и выполняли другую грязную работу.

Легенды, конечно, но и они ведь не на пустом месте появляются…

Сейчас, насколько я знал — а знал я немного, — Тени скорее выполняли роль внутренней службы безопасности и были относительно известны широким массам.

То, что снежная пантера призналась мне в своей принадлежности к ним, означало одно из двух: либо меня скоро попытаются убить, либо она действительно решила мне довериться.

В общем, спать я не собираюсь. Не в ближайшее время.

— И зачем ты прибыла сюда? — переварив информацию, интересуюсь у неё.

— Лорд города. От одного из Теней поступила информация, что он может быть замешан в коррупции и взяточничестве. Несколько деревень в его владениях исчезли полностью, некоторых жителей нашли среди рабов одного богатого купца в столице. Я должна была проверить эту информацию и провести суд над лордом города, после чего доставить его в столицу. Жаль, что ты убил Эйса сразу — он мог бы быть полезен, но даже так обличить истинное лицо лорда города возможно.

Да, у Теней ещё и имелось эксклюзивное право проводить односторонний суд над любым жителем Китая, не принадлежавшим к аристократии…

— И ты думаешь, что он нападёт на нас? Да и какой смысл отдавать ему бандитов, с которыми он сотрудничал? Он ведь может выпустить их и снова напасть на какую-нибудь деревню.

— Он работал с Эйсом, а не с его шавками. Все они должны будут погибнуть в своих камерах, по неизвестным причинам, именно для этого все они получили тяжёлые ранения — чтобы лорд города мог сказать, что они погибли сами.

— Думаешь, он захочет убрать исполнителей?

— Пэн хитёр. Этот ублюдок точно способен на такое, нужно лишь проследить за ними в камерах и поймать того, кого Пэн пошлёт делать это грязное дело. — Кивнула девушка.

— … — Вроде стройная теория, но что-то мне явно не договаривают. Ничего умнее я сам предложить не мог, разве что… — Эйс был очень дотошным командиром, судя по его людям и их дисциплине. Как думаешь, могли бы у него остаться какие-нибудь записи?

— Хм… Компромат на людей, с которыми работает, он мог бы специально оставлять, чтобы те не решили избавиться и от него самого… — Загорелись глаза Сюэ.

— Хорошо, тогда проверь их вещи, ты в этом всяко лучше разбираешься, чем я…

— Угу… — Снежная пантера уже почти не слушала меня, направляясь к телу Эйса. А ведь придётся ещё и все сундуки проверять… Похоже, выедем мы только завтра.

Да уж, только выбрался из тюрьмы, а вокруг уже заговоры на каждом шагу…

Удастся ли мне разобраться с этим делом и спокойно продолжить путь к титулу Воина Дракона?

Долина Мира, Нефритовый Дворец

Под покровом ночи Тигрица подслушала разговор мастера Шифу и По…

Сердце девушки наполнила боль — она уже представляла, что произойдёт, когда Тай Лунг вернётся.

Бойня.

Мастер не сможет сражаться в полную силу против того, кого до сих пор считал своим сыном, а безумный снежный барс сдерживаться не станет, и на этот раз мастер Угвей не сможет его остановить.

Тигрица слышала истории о Тай Лунге, его непревзойдённой мощи и невероятных навыках, но… Она тренировалась с самого детства и являлась сильнейшей из Неистовой Пятёрки. Девушка решила, что обязана рискнуть и вступить в бой с сумасшедшим кровожадным преступником, иначе его не остановит никто.

Выдохнув, Тигрица совершила сальто и бросилась вниз с горы, на которой возвышался Нефритовый Дворец. Полёт продолжался несколько долгих секунд, в последний момент, когда до крыши одного из домов Долины Мира оставалось не более пары метров, её чувство опасности взвыло.

Девушка коснулась черепицы, проскользила по скату и благополучно приземлилась на землю, не получив травм. Сердце билось с невероятной скоростью, но, взглянув вдаль, туда, где находилась тюрьма Чор Гом и откуда должен был прийти Тай Лунг, Тигрица смогла успокоиться — на место страха пришла решимость.

— Вы меня к этому готовили, мастер, — произнесла девушка, на мгновение бросив взгляд через плечо, в сторону Нефритового Дворца, после этого она оттолкнулась от крыши, перемахнула на соседнее здание и продолжила путь. Но следом за ней уже двигались четыре тёмных силуэта…

— Тигрица! — Послышался голос её подруги Гадюки, а через мгновение показались и остальные участники Неистовой Пятёрки.

— Не пытайтесь меня остановить! — Стараясь оторваться от преследователей, крикнула Тигрица, однако её друзья не отставали.

— Мы и не пытаемся. — Спокойно ответила Гадюка, перепрыгнув через очередной дом.

— Что? — Удивлённо переспросила Тигрица, глядя на летевшего рядом Журавля, который лишь кивнул.

— Мы идём с тобой. — Пояснила Гадюка с небольшим волнением в голосе. Обезьяна тем временем подмигнул и показал большой палец.

Неистовая Пятёрка отправилась навстречу опаснейшему преступнику Китая, чтобы остановить его раз и навсегда…

POV Тай Лунг

На следующий день после смачной попойки, во время которой были торжественно вылаканы все запасы алкоголя одной маленькой горной деревни, мы наконец собрали «караван», если его вообще можно было так назвать, и отправились в город.

Бандиты ехали на телегах, продолжая стонать от боли, особенно когда колёса попадали в очередную яму.

А тащил телеги… Я.

Нам, конечно, предложили лошадей, но за ними пришлось бы ухаживать, следить за их состоянием и постоянно останавливаться, когда животные устанут, так что я сказал дословно: «Нахрен коней, я сам всё сделаю», о чём теперь и жалел.

Причём не потому, что мне было тяжело — я почти не напрягался, — а из-за невероятно низкой скорости! Нет, двигались мы намного быстрее, чем если бы повозки тянули лошади, но я всё равно буквально чувствовал, как время утекает сквозь когти!

Впрочем, имелись и хорошие новости: среди вещей Эйса нашлось кое-что помимо денег и драгоценностей.

В скрытой нише одного из сундуков, заполненного не золотом, а едой — довольно хитро, — Сюэ обнаружила небольшую книжечку. В ней мелким почерком были записаны договорённости Эйса с различными чиновниками и суммы, которые волк им выплачивал.

Иногда вместо денег встречались записи в духе: «2 мужчины, 3 женщины».

В общем, доказательство не железное, но и бесполезным его назвать язык не поворачивался — достаточно начать проверять всех, кто упоминался в книжке, и что-нибудь обязательно всплывёт.

Половину пути Сюэ молчала, делая вид, что спит, — или действительно задремав после бессонной ночи, — а затем её будто прорвало. Мне пришлось выслушать тысячу и одну историю о приключениях прежнего состава Неистовой Пятёрки, причём главным источником «комедии» чаще всего оказывался именно Шифу.

Я заметил, что Теней обучали не только шпионажу и всякой подобной «ниндзявой» хрени, но и каким-то основам психологии. Судя по всему, снежная пантера таким нехитрым способом пыталась изменить сложившийся у меня образ Шифу-предателя.

Ну да ладно.

Истории я слушал с удовольствием: скука одолевала просто ужасная, а хорошее настроение поддерживали лишь чувство свободы после побега из Чор Гом и окружающая природа.

За время пути мы дважды устраивали привал. Первый раз остановились минут на пятнадцать, чтобы волки могли поесть и сходить в туалет. Второй — уже ближе к вечеру, чтобы заночевать.

Я предложил продолжить путь ночью, но Сюэ отказалась, заявив, что «бедным бандитам и так отдыха нет, а в телеге они от каждой кочки вскакивать будут».

Ночью я не спал, наблюдая и за пленниками, и за одной крайне хитрой особой, которая совершенно спокойно дрыхла на ветке дерева, подложив под голову подушку. Однако ничего необычного так и не произошло: пара волков попросилась в туалет, да и всё, в принципе…

Ближе к середине следующего дня мы наконец приблизились к городу.

Вэй-Цзинь оказался полной противоположностью деревни Хань-Я. Если деревня напоминала гнездо, прилепившееся к скале, то город представлял собой настоящую крепость, построенную в широкой долине.

Ещё за милю до стен показались возделанные поля, на которых трудились кабаны, козы и свиньи. За пределами высоких каменных укреплений раскинулся небольшой «внешний город» — кольцо деревянных домов, лачуг, мастерских и ферм, где жили те, кто победнее.

У главных ворот уже выстроилась длинная очередь торговцев с телегами, нагруженными шёлком, рисом и рудой. Все они ожидали досмотра.

Мы, разумеется, в очередь не встали — я потащил две телеги, полные стонущих волков и сундуков с награбленным добром, прямо к воротам, а стоявшие впереди люди в ужасе расступились.

— Стоять! — заорали стражники со стен, и дюжина арбалетов нацелилась на нас. Дорогу нам преградили двое гвардейцев с собачьими родословными, одетые в тяжёлые доспехи и вооружённые алебардами.

— Что это ещё за цирк? — прорычал один из них, брезгливо морща нос от запаха. — Куда ты прёшь с этим… грузом?

— Дорогу, — бросил я, уставший от этой поездки.

— Мы мастера Кунг-Фу, — шагнула вперёд Сюэ Ся, показывая псу знакомую золотую табличку. — Мы доставляем пленных лорду Пэну. Это банда «Золотого Клыка» Эйса, они терроризировали окрестные деревни, мы поймали их и довезли сюда так быстро, как только возможно.

Гвардейцы переглянулись.

— Мастера? — усмехнулся второй. — А этот, — он кивнул на меня, всё ещё державшего оглобли, — кто, конюх? А ну, открывай сундуки и…

— Что там за шум?! — раздался со стены зычный голос. К краю стены подошёл здоровенный рогатый мужик с медным кольцом в носу. Он сплюнул на землю, но, приглядевшись к табличке в руках Сюэ, вдруг нервно сглотнул. — Мастер… Госпожа, прошу прощения!

— Мы торопимся, — холодно сказала Сюэ. — А теперь, либо ты открываешь эти ворота, либо их открываю я!

— Открыть ворота! Немедленно! — заорал мужчина. Массивные створки со скрипом пришли в движение. Бык уже сбежал по лестнице и теперь встречал нас, низко кланяясь. — Прошу прощения, госпожа. Мы не… мы не ожидали вашего прибытия. — Его взгляд остановился на мне, одетом в видавшие виды штаны. — А это… ваш слуга? — с сомнением протянул он.

Я поморщился, сдерживая желание втащить этому идиоту между глаз. Видно же, что я не обычный человек, как и видно, что его вопросы здесь вообще никому не нужны, но он всё равно продолжал их задавать…

— Он со мной, — отрезала Сюэ Ся, угрожающе зыркнув на быка.

Мужик сглотнул и больше ничего не спросил.

— Стража! Принять пленных! — скомандовал он. — Отведите… это… в тюрьму. Быстро! — Двое стражников-слонов впряглись в повозки и потащили бандитов куда-то вглубь города.

Наконец-то я избавился от этих проклятых телег!

Внутри город буквально кишел народом и в отличие от почти однородной деревни, здесь встречались носители самых разных родословных: мимо пробегали шустрые торговцы-лисы, важно шагали чиновники-журавли, а здоровенные грузчики-медведи тащили куда-то тяжёлые тюки.

Ну и шум здесь стоял невероятный: крики зазывал, стук молотков, скрип телег, разговоры сотен людей.

Двадцать лет я не видел ничего, кроме камня и носорожьих лиц, так что это было очень непривычно.

— Выглядишь так, будто впервые в город выбрался, — усмехнулась Сюэ Ся, шедшая рядом.

— Что-то вроде того, — пробормотал я.

Мы прошли через торговые ряды, миновали несколько лапшичных и вышли на главную площадь. В её центре возвышался дворец лорда Пэна — огромное вычурное здание из красного лакированного дерева, охраняемое гвардейцами в чёрной броне.

Сюэ Ся подошла к страже и снова показала небольшой золотой жетон.

— Мастер Сюэ Ся. Прибыла, чтобы доложить лорду Пэну о поимке банды Эйса.

Нас немедленно провели внутрь.

Лорд Пэн — тучный мужчина с родословной борова, маленькими хитрыми глазками и в дорогих шёлковых одеждах — принял нас в тронном зале. Он сидел на подушках и обмахивался веером.

— Мастер Сюэ Ся! — Он расплылся в наигранной улыбке и захлопал в ладоши. — Какая удача! Я только вчера получил донесение о вашем прибытии в провинцию, и вот, вы уже здесь, ещё и с такой знаменательной победой! Банда Эйса была настоящей проблемой для всех нас! — Он делал вид, что невероятно рад, но бегающие холодные глаза говорили об обратном. На меня Пэн смотрел с нескрываемым отвращением, но спросить, кто я такой, не решался.

— Лорд Пэн, — Сюэ Ся продолжила официальным тоном. — Мы доставили в вашу тюрьму восемьдесят четыре бандита из стаи «Золотого Клыка». Их лидер, Эйс, убит при сопротивлении. Мы ожидаем, что их будут судить по всей строгости закона.

— Конечно-конечно! — закивал лорд, отчего его второй подбородок затрясся. — Все они получат по заслугам! Я вам так благодарен, так благодарен! Будьте уверены, город Вэй-Цзинь этого никогда не забудет! Ох, вы, должно быть, устали с дороги. Мои слуги проводят вас в лучшие комнаты для гостей. Отдохните, а завтра… завтра мы устроим пир в вашу честь и обсудим вашу щедрую награду!

Слуги — две кошкодевочки — проводили нас в роскошные покои, после чего принесли воду для омовения и новую одежду. Я смыл с себя дорожную грязь и, поразмыслив, постирал старые штаны — то, что мне принесли, порвётся в первом же бою, да и фасон неудобный для путешествий…

Через полчаса, закончив водные процедуры, я вышел из своей комнаты и постучал в дверь Сюэ.

— Мне это не нравится, — с порога начал я, когда снежная пантера открыла мне дверь. — Какая ещё «Награда завтра»? Этот урод просто тянет время и, вполне возможно, хочет нас убить.

— Я знаю. — Сюэ Ся уже сидела у окна, глядя на город. — Но что ты предлагаешь? Убить его сейчас, в его же дворце?

— Можно и так — мне вообще-то никакие пиры и награды не требуются.

Это я уже не говорю о том, что легально могу свалить на все четыре стороны, ибо свою часть сделки я выполнил, но мне интересно, что Сюэ собирается делать дальше… И нет, я не переживаю за неё, что за глупости?

— Тай Лунг… — Девушка вздохнула. — Всё забываю, что ты не Тень… Послушай, нельзя просто брать и убивать всех, кто тебе не нравится. Да, это самый лёгкий способ решить проблему, но лёгкий далеко не всегда лучший.

— Ладно, как скажешь, «мудрая мастерица», — сказал я, разминая шею. — Но я не собираюсь сидеть здесь всю ночь, ожидая убийц. Я голоден, и хочу осмотреть этот город.

— Хорошо, — кивнула Сюэ. — Тогда погуляем, а заодно посмотрим, кто будет наблюдать за нами…

Покинуть дворец оказалось на удивление легко — предупреждённая о «почётных гостях» стража лишь молча поклонилась нам вслед.

На город опускались сумерки, и он постепенно преображался — дневная суета уступала место ночной жизни, над улицами зажглись тысячи бумажных фонарей, окрашивая всё в тёплые красные и жёлтые тона.

Сюэ Ся шла рядом, её лицо оставалось непроницаемым, но серьёзные глаза постоянно мониторили толпу, крыши и тёмные переулки.

— Двое на крыше слева, — тихо сказала она, не поворачивая головы, пока мы проходили мимо лавки с шёлком. — И трое в толпе сзади.

— Любители, — фыркнул я. Я и сам их давно слышал — те, что передвигались по крышам дышали слишком громко, а вот их товарищи, смешавшиеся с толпой, ступали почти бесшумно, из-за чего их осторожные шаги только сильнее выделялись на фоне хаотичного топота толпы. — Думаешь это люди лорда города?

— Скорее всего просто наблюдатели, вряд-ли бы он решил напасть на нас так открыто. Я думаю, он просто хочет удостовериться в том, что мы не сбежим из города… А ещё ему нужно знать куда мы пойдём.

— Мы пойдём… — Я внезапно остановился и нервно дёрнул ухом. Нос уловил запах, на фоне которого какие-то там шпионы моментально перестали иметь значение. — …Сюда! — Я указал на небольшую, но битком набитую людьми лапшичную. Из открытого фасада валил густой пар, пахло крепким бульоном, мясом, чесноком и жареным луком.

Желудок, несмотря на вчерашний праздник, требовательно взвыл. После того как я снова начал нормально питаться, пассивные затраты Ци снизились едва ли не в десять раз, а отвыкшие от настоящей еды рецепторы передавали вкус настолько ярко, что каждый приём пищи воспринимался почти как праздник.

Мы заняли единственный свободный столик на улице.

Хозяин — пожилой мужчина с кроличьей родословной и нервно дёргавшимся ухом — тут же подбежал к нам, ожидающе переводя взгляд с меня на Сюэ.

— Две двойные порции, — бросила она, прежде чем он успел что-то сказать. — С говядиной.

Приняв заказ, хозяин кивнул и убежал.

Пока мы ждали, Сюэ не сводила глаз с улицы.

— Что-то у меня плохое предчувствие. Мне кажется нас могут попытаться убить раньше чем я думала… — Произнесла девушка так же буднично, как если бы говорила о погоде.

— Они могут попытаться, — с намёком ответил я, нетерпеливо барабаня когтями по столу.

— Они и попытаются. Сегодня, — уточнила она. — «Пир» отложенный на завтра — это ложь, чтобы мы расслабились.

— Я не собираюсь расслабляться…

В этот момент нам принесли еду, и все мысли о лордах, убийцах и политике мгновенно вылетели у меня из головы. Я тут же взял палочки, подцепил лапшу и уже собирался отправить её в рот, когда напряжённый голос Сюэ заставил меня остановиться.

— Тай Лунг… — Голос Сюэ был напряжён. — Не ешь.

Я замер, так и не донеся палочки до рта.

— Яд?

— Нет. Переулок.

Медленно опустив лапшу обратно в миску, я незаметно осмотрелся и лишь теперь заметил, что улица вокруг нас подозрительно стихла. Шумный гул толпы сменился напряжённой тишиной: люди за соседними столиками торопливо бросали монеты, поднимались со своих мест и уходили, стараясь не смотреть в нашу сторону.

— Это не те, кто за нами следил, — прошептала Сюэ.

— Что?

— Это другие люди. Я чувствую, что это другие мастера.

Будто только и дожидаясь этих слов, из тёмных переулков по обе стороны улицы начали выходить фигуры в тёмной одежде. Всего их оказалось двенадцать, и, быстро рассредоточившись между домами и опустевшими столиками, они отрезали нам все пути к отступлению. Лица нападавших скрывали маски животных, оружие они пока не обнажали, но по движениям и тому, как уверенно каждый занимал своё место, было понятно: перед нами действительно не обычные головорезы.

— Ну вот, — вздохнул я, отодвигая миску с лапшой. — Теперь этот ублюдок испортил мне ужин.

На крыше напротив, где ещё недавно сидели «любители»-наблюдатели, теперь стояла совсем другая фигура. Мужчина в маске медведя удерживал огромный туго натянутый арбалет, направленный прямо мне в грудь. Поймав мой взгляд, он довольно усмехнулся.

— Лорд Пэн приносит свои извинения, мастера! Он решил, что награду лучше вручить немедленно!

ТВАНГ!

ТВАНГ! ТВАНГ! ТВАНГ!

С десятка крыш вокруг нас одновременно полетели болты…

ТВАНГ!

Чувство опасности взвыло раньше, чем я толком понял, что происходит, поэтому вместо попытки поймать болт — что с моей скоростью было вполне возможно — я кувырком ушёл в сторону и ударом ноги опрокинул ближайший стол. Тяжёлая деревянная конструкция перевернулась, встав между мной и засевшим на крыше арбалетчиком, а в следующий миг в столешницу с грохотом вошёл болт… Точнее, прошёл сквозь неё — острие пробило толстое дерево насквозь и показалось с моей стороны, остановившись в нескольких сантиметрах от груди.

Ни хрена себе…

Я тут же откатился ещё немного в сторону, продолжая скрываться за столом, после чего второй снаряд ударил точно в то место, где я только что лежал, разнеся край стола на куски. Щепки впились в руку и плечо, но это были мелочи — намного сильнее меня беспокоило чувство опасности, которое продолжало буквально орать благим матом при одном взгляде на торчащий из дерева наконечник.

На вид — обычный арбалетный болт, разве что выпущенный из какой-то карманной баллисты, и всё же прикасаться к нему мне совершенно не хотелось. Не удивлюсь, если наконечник смазан какой-нибудь дрянью.

ТВАНГ! ТВАНГ!

Ещё два болта ударили в брусчатку по обе стороны от укрытия, заставив меня пригнуться. Стрелял здоровенный мужик в маске медведя, устроившийся на крыше напротив. Его оружие своими размерами действительно больше напоминало небольшую баллисту с ручкой. Секрет его скорострельности оказался прост: рядом с ним лежало сразу несколько уже разряженных огромных арбалетов.

Сюэ Ся тем временем сражалась в центре улицы.

Снежная пантера ушла от первого залпа даже раньше меня, скользнула между двумя столами и тут же оказалась в кольце неизвестных в звериных масках. Девять убийц разделились на три тройки и начали давить её со всех сторон, постоянно меняясь местами. Стоило одной группе провести несколько атак, как она тут же отходила, а её место занимала следующая. Действовали они настолько слаженно, что Сюэ ни разу не получила возможности сосредоточиться на ком-то одном.

Последняя тройка в бой пока не вступала — эти трое держались ближе ко мне, но особого внимания мне не уделяли, скорее просто следили за обстановкой на всякий случай.

Сильными мастерами они не были — мощной Ци я в них не чувствовал, да и сами движения пусть и выдавали долгие годы тренировок, но всё равно не дотягивали до уровня Сюэ. В обычном поединке она бы каждого из них сложила несколькими ударами, вот только никто из этих ребят не собирался устраивать с бывшей участницей Неистовой Пятёрки честный поединок.

Один убийца с длинным копьём вынуждал её уйти в сторону, второй уже ждал там с парными мечами, а третий стрелял из ручного арбалета туда, куда пантера должна была отступить после обмена ударами. Если Сюэ всё-таки прорывалась через первую тройку, следующая тут же атаковала с флангов, давая товарищам спокойно отойти назад.

Меня убийцы, похоже, вообще всерьёз не воспринимали — в мою сторону поглядывала лишь оставленная в резерве тройка, а засевший на крыше «медведь» после первых выстрелов и вовсе переключился на Сюэ… Обидно.

Хотя чему я удивляюсь? У ворот города меня сначала назвали конюхом, а потом слугой Сюэ, во дворце Пэн смотрел почти исключительно на неё, да и все следившие за нами люди наверняка докладывали о какой-то известной мастерице с золотой табличкой и таскающемся за ней оборванце.

Я осторожно выглянул из-за стола как раз в тот момент, когда Сюэ попыталась прорваться к ближайшему переулку. Первая тройка тут же разошлась, открывая ей дорогу, но стоило пантере ускориться, как с флангов атаковали сменщики. Копейщик заставил её отступить обратно, второй убийца ударил цепью по ногам, а стрелок выпустил болт в грудь. Сюэ извернулась, пропустив снаряд рядом с боком, перехватила цепь и дёрнула нападавшего на себя, но его товарищ мгновенно перерубил оружие, не позволяя использовать мужчину как груз.

Да уж… Тяжёлая ситуация.

Сюэ пока не выглядела уставшей и ран, вроде, не имела, однако и сделать ничего не могла — её буквально держали в нескольких метрах пространства, заставляя непрерывно защищаться и не давая ответить, что для стиля Пантеры, во многом построенного на скорости, резких сменах направления и постоянном движении, было особенно неприятно.

Ладно, раз уж наша госпожа Тень завязла, придётся немного помочь.

Я поднялся из-за стола, подцепил его ногой и сильным ударом отправил прямо в наблюдавшую за окружением тройку убийц.

Те среагировали быстро — двое разошлись в стороны, третий отпрыгнул назад, и стол просто пролетел между ними, с грохотом врезавшись в стену лапшичной.

— Он жив, — коротко бросил один из убийц с кодовым именем «Капитан Очевидность».

С крыши тут же раздались два коротких свиста.

Одна из троек, державших Сюэ, разорвала дистанцию и начала отходить ко мне, пока оставшиеся шестеро перестраивались, не давая пантере воспользоваться появившимся пространством. Действовали ублюдки спокойно, видимо возможность разделиться на две равные группы тоже отрабатывали заранее.

На меня двинулись шестеро — ровно половина, надеюсь моей подруге теперь будет попроще…

Один из убийц, носивший маску кабана, выбросил руку вперёд, и в моё лицо полетел целый веер тонких стальных игл. Ерунда — даже если каждая воткнётся, серьёзного вреда такое оружие мне не нанесёт, поэтому я уже собирался просто отмахнуться, но чувство опасности снова взвыло.

Ага, значит, и иголочки трогать не стоит.

Пришлось пригнуться, пропуская их над головой, и именно этого от меня ждали — двое копейщиков одновременно ударили с флангов, целясь в слепые зоны: один в бок, второй под лопатку. Я успел развернуться, ушёл от первого наконечника и ладонью отвёл древко второго, стараясь не касаться металла, но в ту же секунду впереди появилась следующая тройка.

Трое с парными мечами атаковали одновременно: один бил в горло, второй под рёбра, третий резал по коленям.

Неплохо!

Я отпрянул назад, пропуская верхний клинок перед лицом, перешагнул через нижний и когтями отвёл в сторону удар под рёбра, снова касаясь только плоской части меча. Стоило попытаться ответить, как мечники разошлись в стороны, а копейщики снова заставили меня сместиться.

Тройки не просто атаковали по очереди, а постоянно менялись людьми — мечник внезапно оказывался рядом с копейщиком, метатель игл отходил назад и подхватывал ручной арбалет, а тот, кто секунду назад бил в ноги, уже заходил за спину с коротким копьём.

Удержать в голове, кто чем вооружён, становилось всё сложнее, вот только они допустили одну ошибку — решили, что раз мне приходится отступать, то их тактика работает.

Синяя Ци окутала правую руку.

— «Стальные Когти Леопарда»! — Я нанёс удар, и синий прозрачный леопард с шипением понёсся вперёд, раздирая брусчатку и сметая всё на пути.

Передняя тройка одновременно разошлась в стороны, пропуская технику между собой — один прыгнул на стену, второй ушёл перекатом, третий оттолкнулся от стола и перелетел проекцию сверху.

Ну хорошо, тогда…

Я рванулся следом за тем, кто прыгнул на стену.

Убийца явно ожидал, что после применения дистанционной техники я останусь на месте или выберу ближайшего противника, поэтому попытался оттолкнуться от кладки и вернуться к товарищам, но это стало для него роковой ошибкой.

Сзади дважды щёлкнули тетивы: первый болт прошёл возле левого уха, второй летел ниже, в спину, и мне пришлось резко пригнуться, буквально упав на землю. В ту же секунду выстрелил «медведь», заранее выбрав точку, куда я должен был уйти от первых выстрелов.

Хэх, а ведь я и забыть о нём успел…

Тяжёлый снаряд врезался в брусчатку перед моим лицом, разнеся камень на осколки, однако полностью остановиться я уже не мог. Наступив на древко торчащего болта, я оттолкнулся от него и прыгнул вперёд, всё-таки догоняя убийцу.

Едва коснувшись земли, убийца сразу развернулся, скрестил парные мечи и попытался поймать меня встречным ударом. Я ушёл в сторону от клинков, одним коротким рывком сократил расстояние и ударом разорвал его шею.

Тело тут же обмякло, но упасть я ему не позволил: подхватил и сразу же швырнул в приближавшихся товарищей, которые на это даже внимание не обратили: первый копейщик поддел тело древком и увёл его в сторону, второй атаковал из-за спины товарища, а метатель игл выпустил новый веер прямо поверх летящего трупа, рассчитывая, что я не увижу атаку.

Я ушёл от игл, перехватил древко копья ниже наконечника и рванул его на себя, но убийца сразу разжал руки, не позволив мне реализовать своё превосходство в чистой силе, а двое мечников уже заходили с боков.

Очень хорошо, не уверен, что когда-либо сражался с настолько слаженной командой убийц, но даже самая отточенная связка имела предел.

Их учили противостоять сильным мастерам, заставлять тех ошибаться, изматывать, держать на нужной дистанции и подводить под выстрелы, однако разница между просто сильным мастером и мной была несколько… великовата.

Ударом ноги отправляю потерянное копьё в одного мечника, он отбивает древко, но вынужден на мгновение закрыть себе обзор, чего мне хватает, чтобы войти внутрь построения. Локоть встречается с челюстью второго, тело разворачивается следом, и пятка врезается в грудь первому, отправляя его через ближайший стол.

Оставшиеся отступают, не позволяя продолжить атаку, но теперь уже я не даю им времени. В метателя игл швыряю обломок скамьи. Копейщика, который попытался атаковать сбоку, встречаю ударом в древко, ломая оружие пополам.

Один из мечников пытается воспользоваться моментом и режет по «открывшейся» спине, однако тело само уходит с линии клинка, а когти разрывают его грудь.

Ещё один готов.

ТВАНГ!

Тяжёлый болт заставляет прервать атаку.

«Медведь» продолжал стрелять с крыши, не позволяя мне разобраться с его подчинёнными по одному. Стоило приблизиться к очередному убийце, как командир посылал болт туда, куда мне пришлось бы сместиться, уходя от следующей атаки, а в нужной точке меня уже встречала новая тройка.

Именно на нём держался весь их строй. Пока «медведь» выпускал болты и подавал короткие сигналы, убийцы успевали сменять друг друга, оттаскивать раненых и будто заранее знали, куда двигаться дальше. Без командира я бы закончил этот бой намного быстрее, значит, лучше сначала разобраться с ним.

Я сделал вид, что снова собираюсь атаковать копейщика. Убийцы тут же сомкнулись, а с крыши раздался знакомый щелчок, но в последний момент вместо рывка вперёд я оттолкнулся от стены и взлетел на навес лапшичной.

Снизу ударили два ручных арбалета. Один болт прошёл под ногой, от второго пришлось увернуться прямо в воздухе, ухватившись когтями за край крыши и пропустив снаряд над спиной. Третий выстрелил «медведь», но к этому моменту я уже подтянулся наверх, поэтому тяжёлый наконечник лишь разбил черепицу там, где секунду назад находилась моя рука.

Командир отбросил разряженный арбалет и тут же схватился за следующий.

До соседней крыши было несколько метров, я оттолкнулся от черепицы и приземлился перед ним в тот момент, когда тетива только вставала на взвод.

«Медведь» раздражённо цыкнул, бросил оружие и выхватил короткий клинок, направляя его мне в горло.

Я уклонился и ударил его основанием ладони в грудь, однако убийца успел смягчить попадание, отступив вместе с ним. Даже после этого он не потерял равновесие и сразу рубанул снизу вверх, явно рассчитывая хотя бы поцарапать меня.

Перехватываю его запястье, разворачиваю вооружённой рукой от себя и бью ребром ладони в шею, точно рассчитав силу. «Медведь» дёрнулся, попытался ударить свободной рукой, но тело уже не слушалось его, а через мгновение он обмяк, потеряв сознание.

Вот и всё.

Черепица передо мной разлетелась в стороны — один из оставшихся копейщиков уже успел подняться на крышу и с ходу атаковал. Следом на край ската выбрались второй копейщик и мечник, воспользовавшиеся навесом лапшичной, а метатель игл остался на соседнем здании, успев сменить своё оружие на ручной арбалет.

Я ушёл от наконечника и ногой отшвырнул огромный арбалет «медведя» в поднимавшихся убийц. Копейщик пригнулся, мечник отбил оружие клинками, но из-за этого обоим пришлось задержаться у самого края крыши, чего я и добивался.

На улице они могли расходиться, заходить с флангов и постоянно подменять друг друга, но троим бойцам ближнего боя на узком скате между дымоходом и карнизом уже не хватало места. Копейщики пытались удержать меня на расстоянии, мечник ждал возможности приблизиться, а стрелок с соседней крыши выцеливал свободный промежуток между товарищами.

Я уклонился от первого наконечника, схватил древко ниже металла и потянул копейщика на себя. Тот привычно разжал руки, не позволяя использовать мою силу против него, но на этот раз мне нужно было именно оружие.

Развернувшись, я ударил древком по ногам мечника, однако тот успел отскочить. Второй копейщик тут же воспользовался моментом и атаковал сбоку, но копьё я уже отпустил, освободив обе руки.

Шаг навстречу — и ладонь с силой врезается ему в грудь. Убийцу отбросило прямо в мечника, сбив тому прицел.

ТВАНГ!

Стрелок наконец получил возможность выстрелить, вот только на линии между нами оказался всё тот же мечник. Он мгновенно пригнулся, пропуская болт над собой, а я просто сделал шаг в сторону — снаряд врезался в черепицу и пробил крышу насквозь.

— Да сколько у вас этих болтов?! — рыкнул я, прыгая к стрелку.

Тот отбросил разряженный арбалет и бросился к противоположному краю крыши, но преследовать его мне пока не позволили. Оставшиеся копейщик и мечник снова атаковали со спины, уже не пытаясь восстановить прежнее построение и просто стараясь выиграть для товарища побольше времени.

Пришлось остановиться. Локоть встретил челюсть копейщика, а мечника я схватил за одежду и швырнул следом, сбивая обоих с ног. Они прокатились по черепице, едва не свалившись с крыши, но почти сразу начали подниматься.

Копейщик первым встал на колено и потянулся за спрятанным под одеждой кинжалом, однако удар в висок оборвал эту попытку. Мечник успел подняться и отступил к коньку, рассчитывая выиграть немного пространства, но я настиг его раньше и одним ударом закончил бой.

Остался стрелок.

Он уже добрался до края соседнего здания и собирался прыгнуть на нижний навес, но я подхватил лежавшее копьё и метнул ему под ноги. Древко ударило в черепицу, выбивая опору, и убийца потерял равновесие. До навеса он так и не долетел, рухнув на натянутую над улицей ткань и чудом не провалившись сквозь неё.

Я спрыгнул следом. Стрелок уже пытался подняться, одновременно вытаскивая из-за пояса кинжал, поэтому пришлось добить его ударом в висок. Убийца обмяк и повалился обратно, а навес под нами наконец не выдержал, отправив обоих вниз вместе с обломками досок и разорванной тканью.

Вот теперь точно всё!

Оставив стрелка лежать на брусчатке, я оттолкнулся от стены, уцепился за край крыши и подтянулся наверх. «Медведь» всё ещё находился там, где я его бросил, и признаков скорого пробуждения не подавал.

Подхватив командира за одежду, я перекинул его через плечо и посмотрел вниз.

Пока я разбирался с «медведем» и четвёркой неудачников, Сюэ тоже не сидела без дела. Трое из шести окружавших её убийц уже лежали на земле: двое были мертвы, а третий ещё дышал, но подняться явно не мог.

Я спрыгнул на остатки навеса, а оттуда — на брусчатку, после чего сбросил вырубленного командира возле уцелевшего стола.

— Главный готов! — крикнул я.

— Это хорошо!

Оставшиеся трое не стали ждать, пока я присоединюсь к Сюэ. Они коротко переглянулись, после чего один бросил под ноги небольшой шарик. Улицу заволокло густым серым дымом, и убийца тут же рванул к ближайшему переулку, пока двое его товарищей одновременно атаковали пантеру, прикрывая отход.

Один ударил копьём, второй зашёл сбоку с мечами.

Сюэ отступила на полшага, развернула корпус боком и подняла руки перед грудью, растопырив пальцы. Голубая Ци собралась на кончиках когтей, а воздух вокруг них едва заметно задрожал.

— «Ледяные Когти Пантеры»!

Она с силой хлопнула ладонями и тут же резко развела руки в стороны. С когтей сорвались десятки тонких ледяных игл, которые со свистом скрылись внутри дымовой завесы.

Беглец не успел добраться даже до конца переулка. Из дыма донёсся короткий вскрик, а затем тело убийцы мешком рухнуло на землю.

Двое оставшихся продолжили атаку, прекрасно понимая, что товарища уже не спасти. Копейщик попытался достать Сюэ ударом в грудь, мечник одновременно рубанул сбоку, рассчитывая поймать её во время уклонения.

Но пантера пропустила наконечник копья рядом с плечом и отвела меч покрытой Ци ладонью, после чего последовало два коротких удара. Одного отбросило к стене, второй ещё успел сделать несколько шагов, после чего упал на брусчатку, а из его рта потекла кровь.

Бой закончился.

Я оглядел улицу: разбитые столы, брошенное оружие, тела в звериных масках, перевёрнутая миска и бульон, растёкшийся по земле вместе с остатками моей лапшички…

— Неплохо, — произнесла Сюэ, остановившись возле лежащего без сознания «медведя».

— «Неплохо»? — Я обвёл лапой разгромленную улицу. — Вообще-то я только что в одиночку перебил половину этих уродов и поймал их командира.

— Именно поэтому я и сказала, что неплохо.

— А нормально благодарить за помощь ты не умеешь, да?

На губах пантеры появилась лёгкая улыбка, но почти сразу исчезла.

— Спасибо, Тай Лунг. Без тебя мне пришлось бы сильно постараться, чтобы просто выжить. Будь я одна, большая часть убийц наверняка успела бы скрыться. — На этот раз поблагодарила она совершенно искренне, без привычной насмешки или попытки зацепить, из-за чего мне даже не сразу нашлось что ответить.

— Да без проблем, — наконец буркнул я. — Если честно, мне и самому было приятно сразиться с такими профессионалами.

Сюэ присела возле одного из тел и подняла короткий меч, удерживая его за обмотанную тканью рукоять. На первый взгляд оружие выглядело совершенно обычным, разве что возле самой кромки металл был немного темнее.

— Не прикасайся к лезвию, — предупредила пантера. — Оно покрыто ядом Чёрного лотоса.

— Я уже понял, что на оружии какая-то дрянь — чувство опасности орало каждый раз, когда рядом пролетал болт.

— И правильно делало. Достаточно одной царапины, чтобы полностью остановить циркуляцию Ци в теле.

Я нахмурился и ещё раз посмотрел на меч.

— Прям полностью?

— Сердце продолжит биться, кровь будет двигаться, однако Ци застынет в каналах, из-за чего через несколько секунд откажут и мышцы, а вывести яд из организма уже не получится.

— И часто по Китаю бегают отряды с запасами настолько редкой дряни?

— Нет. Чёрный лотос запрещён во всей Империи, а его изготовление требует слишком много денег и серьёзных связей. Обычные наёмники ничего подобного получить не могли.

— Значит, эти ребята необычные?

— Сейчас и узнаем. — Сюэ поднялась, схватила «медведя» за ворот одежды и без особых усилий потащила в ближайший переулок. Я проводил её взглядом, после чего заметил ещё одного живого убийцу — того самого, которого пантера ранила во время боя, но не добила.

— Этого тоже захвати.

— Конечно. — Вскоре оба пленника исчезли за углом. Сюэ вернулась лишь через несколько минут, но на её одежде не было ни крови, ни грязи, ни вообще каких-либо следов допроса.

— Заказчик — лорд Пэн, — сообщила она. — Отряд принадлежал Синдикату. Их наняли несколько дней назад, а сегодня приказали дождаться, пока мы покинем дворец и напасть.

— Синдикату?

— Организация наёмных убийц, специализирующаяся на мастерах Кунг-Фу. Они действуют небольшими отрядами, используют Чёрный лотос и почти никогда не проваливают задания.

— Небольшими отрядами? Похоже, сегодня у них неудачный день.

— Определённо.

Из интереса я заглянул за угол. Оба пленника лежали неподвижно.

— Мертвы?

— Да.

— И тебе хватило пары минут на допрос?

— Один из них оказался разговорчивее, чем рассчитывал, — буднично произнесла Сюэ и направилась обратно, оставив меня гадать, что именно она успела сделать с ними за такое короткое время.

— Значит, идём к Пэну? — спросил я, догнав девушку.

— Да. Второго такого отряда во дворце нет, а сам Пэн считает нас мёртвыми и пока не знает, что нападение провалилось.

— Наблюдателей я и правда не замечаю, но не мог же он их не оставить?

— Мне кажется, ты его переоцениваешь, Тай Лунг. — Девушка покачала головой.

Ну, переоцениваю, так переоцениваю.

Я бросил последний взгляд на разгромленную лапшичную и тяжело вздохнул.

— Надеюсь, его повар умеет готовить лапшу.

Сюэ остановилась и начала с задумчивым видом вглядываться в моё лицо.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно. Этот ублюдок испортил мне ужин, так что он просто обязан за него заплатить!

— Как кровожадно… — протянула девушка с лёгкой усмешкой. — Постарайся хотя бы повара не убивать.

— Ничего не обещаю. Вдруг он плохо готовит?

Пантера покачала головой и направилась к дворцу, а я последовал за ней, в последний раз оглянувшись на опустевшую улицу и лежавших на брусчатке убийц.

Что ж, раз лорд Пэн решил вручить нам награду немедленно…

Пора было зайти и поблагодарить его лично.

До дворца мы так и не дошли.

Сделав несколько шагов, Сюэ остановилась, окинула взглядом разгромленную улицу и вернулась к телам. После этого Тень Империи на полном серьёзе начала затаскивать лежавших ближе всего убийц в пустую кладовую за лапшичной.

— Раз уж непосредственных свидетелей нет, можно попытаться проникнуть во дворец Пэна скрытно и застать его врасплох, — произнесла она, укладывая очередное тело поверх предыдущего.

Для меня происходящее выглядело каким-то сюром: эта женщина совершенно спокойно прятала трупы профессиональных убийц в каком-то сарайчике, хотя на улице остались разбитые столы, кровь, брошенное оружие и половина разнесённой лапшичной.

Играли когда-нибудь в «Хитмена»? Вот примерно так это и выглядело…

— Ты же понимаешь, что бойню всё равно заметят?

— Конечно. Я просто пытаюсь выиграть нам немного времени, а не убедить весь город, что здесь ничего не произошло — издали тела уже не увидят, ближайший патруль решит проверить улицу не сразу, да и сюда они не скоро заглянут, а Пэн пока будет ждать доклада от Синдиката.

Логично.

В отличие от её уверенности в том, что наблюдателей больше нет — те люди, которых мы заметили после выхода из дворца, куда-то исчезли перед самой засадой, но это ещё не означало, что местный лорд не оставил других.

Не идиот же он?..

Не идиот ведь?

— А зачем нам вообще красться, если можно спокойно войти через парадные двери? — спросил я, уже предчувствуя очередную ниндзявую миссию. — Он знает, что мы в городе, и ждёт подтверждения нашей смерти. Пусть выводит всю стражу — так даже проще будет.

Сюэ выпрямилась и посмотрела на меня с таким выражением, будто я сморозил сказочную глупость и вздохнула.

— Тай Лунг, мне не нужен сам Пэн.

— В каком смысле? Мы сюда не ради него тащились?

— Мне нужны люди, которые его прикрывают. Эйс поставлял рабов, Пэн продавал их дальше, прикрывал бандитов и платил чиновникам, чтобы никто не задавал лишних вопросов. Очень часто подобные люди ведут записи, потому как деньги в таких делах крутятся огромные.

— Хорошо… — Протянул я, соглашаясь — Но ты точно уверена, что эти записи вообще существуют?

— У меня есть надёжные сведения, что он хранит личную учётную книгу в сейфе своего кабинета.

Вот как, значит, пока я любовался городом, кто-то уже успел изучить дворец, кабинет Пэна и, возможно, привычки самого лорда. Интересно, когда Сюэ собиралась рассказать мне об этой «мелочи»?

Думаю, что примерно никогда…

— Если мы придём через парадные двери, Пэн поднимет тревогу, — продолжила пантера. — Стража задержит нас ненадолго, но ему хватит и минуты, чтобы бросить книгу в жаровню. Даже если мы убьём этого борова, то его покровители спокойно найдут другого.

— Можно сначала выломать дверь в кабинет, а потом уже убивать стражу.

— Можно, только ты не знаешь, где кабинет, куда ведут внутренние коридоры и какие двери запираются из караульного помещения.

— Зато ты, конечно, знаешь.

Сюэ выдержала мой взгляд.

— Знаю. — Даже отпираться не стала! — Мне нужно около десяти минут, чтобы открыть сейф и проверить книгу, — добавила она. — Твоя задача — помочь мне добраться до кабинета и не дать поднять тревогу раньше времени. После этого можешь выламывать стены, избивать Пэна и требовать у его повара лапшу.

Я молчал, переваривая услышанное и думая стоит ли мне ввязываться в это дело.

Мой план был прост: зайти, найти борова и хорошенько объяснить ему, почему нельзя портить ужин мастеру Кунг-Фу, а план Сюэ требовал красться по тёмным углам, следить за патрулями и каким-то образом не вынести половину дворца раньше времени, зато позволял добраться до тех, кто стоял за Пэном.

Я присел возле ближайшего убийцы и снял с него маску медведя. Под ней обнаружился мужчина с рысьей родословной, а «кабан» неподалёку вообще оказался ланью со спиленными рогами.

Странный у них всё-таки был маскарад. Интересно, маски выдавали случайно или кто-то специально подбирал их так, чтобы окончательно всех запутать?

Шарить по карманам я не стал. После рассказа о Чёрном лотосе засовывать пальцы в одежду профессионального убийцы было бы довольно глупо. Кто запрещал ему спрятать там отравленную иглу или ещё какую-нибудь дрянь?

— Ладно, Тень, твоя взяла, — произнёс я, поднимаясь. — Делаем по-твоему. Я ненавижу красться и уже заранее ненавижу этот дворец, но логика у тебя здравая. — Сюэ кивнула, и в её глазах на мгновение промелькнуло удивление. — Я доставлю тебя в кабинет, — продолжил я. — Но если тихий план провалится или нас заметят, дальше действуем по-моему.

— Договорились.

— И ты будешь должна мне лапшу.

Уголок её губ дёрнулся.

— Хорошо, Великий Дракон. Западная стена охраняется слабее остальных.

Так началась моя первая скрытная миссия по проникновению во дворец отбитого городского лорда.

Да уж, куда я ввязываюсь?

Впрочем, пока оставаться рядом с ней было выгодно — за последние несколько дней я успел несколько раз нормально подраться и почувствовал, как возвращаются навыки, которые двадцать лет медленно ржавели в Чор Гом.

Память о тысяче приёмов никуда не исчезла, тело тоже помнило каждое движение, однако знать и уметь выполнить после двадцати лет в цепях — немного разные вещи. Пока оставшегося мастерства хватало на бандитов и убийц, но я прекрасно помнил мультфильм, где сильнейшего воина Нефритового Дворца в итоге победила обычная жирная панда.

Сюжетная броня — страшная вещь.

Поэтому разыграться и вернуть прежнюю форму мне хотелось не меньше, чем самой Сюэ хотелось использовать меня в своих делах. Когда я только сбежал, я рассчитывал «натренироваться» на Неистовой Пятёрке, но вместо этого получил банду Эйса, профессиональных убийц и скорый штурм дворца, что тоже неплохо.

Не нравилось мне только то, что Сюэ явно многое скрывала. Одни её слова о западной стене говорили о том, что дворец изучили задолго до нашего появления, причём занималась этим наверняка не она лично, а значит, где-то в городе находились другие Тени или их осведомители, собиравшие для неё сведения.

Почему тогда она вообще потащила с собой меня?

Справилась бы и одна. Возможно, это заняло бы больше времени, прошло грязнее и закончилось большим количеством трупов, но справилась бы.

Ответов у меня по-прежнему не было, но пока от сотрудничества с Сюэ я не получил ничего плохого, скорее наоборот: она обещала помочь с амнистией, и после смены власти такая возможность уже не казалась совершенно нереальной.

Моё заключение одобрил прежний император, однако с тех пор государство сильно изменилось. Нынешний правитель после того, как сверг своего отца, за что получил прозвище Кровавый, не слишком дорожил решениями старой власти.

Думаю, ему действительно будет выгодно пересмотреть и моё дело.

Конечно, полагаться только на обещание Тени я не собирался, но слово мастера Кунг-Фу всё же кое-что значило — этого хватало, чтобы продолжать путь рядом с ней и постепенно разбираться, чего она на самом деле хочет.

Сюэ не стала тратить больше времени — закончив с телами, она скользнула в темноту переулка и почти сразу перешла на бег. Я последовал за ней, двигаясь с неменьшей лёгкостью, несмотря на куда более крупное телосложение.

К моему удивлению, на крыши мы не полезли.

— Слишком заметно, — объяснила пантера на ходу. — Пэн знает, что я мастер, и в первую очередь будет следить именно за крышами. Через переулки мы подойдём ближе.

Такой маршрут провёл нас через несколько тёмных и вонючих проходов между домами, где приходилось перепрыгивать через мусор, пустые ящики и спящих бродяг (ладно, такой был один, но для красивого словца можно и пожертвовать достоверностью). Через пару кварталов мы снова вышли на освещённую улицу, и Сюэ сразу сбавила скорость.

Ночная жизнь здесь всё ещё кипела — горели фонари, зазывалы перекрикивали друг друга, из лапшичных тянуло бульоном и жареным мясом. Мы больше не бежали, а быстро шли вместе с толпой, стараясь не задерживаться под светом.

Простые горожане на нас поглядывали, особенно на меня, но вскоре теряли интерес — для них мы были всего лишь двумя мастерами, торопившимися по своим делам. Дворцовые гвардейцы встречались редко и действительно чаще смотрели на карнизы и крыши, чем на проходящих мимо людей.

Мы как раз проходили мимо открытой жаровни, где здоровенный мужчина с кабаньей родословной переворачивал над углями шампуры с мясом.

Запах ударил в нос с такой силой, что желудок болезненно сжался.

Испорченная лапша, недавняя драка и усиленное обоняние сделали своё дело — не сбавляя шага, я бросил торговцу несколько вэнь, подхватил с края жаровни готовый шампур и сразу вгрызся в мясо.

Сюэ обернулась, её взгляд переместился с меня на шашлык, затем на оставшегося позади торговца, который удивлённо пересчитывал деньги.

— Мы пробираемся во дворец, — тихо напомнила она.

— Я знаю.

Пантера прикрыла глаза, будто собиралась что-то сказать, но сдержалась и продолжила путь.

Тень она или нет, а на пустой желудок я ни в какие дворцы больше не полезу — один раз мне уже испортили ужин — закончилось это тринадцатью трупами и разгромленной лапшичной.

Так что, война войной, а обед по расписанию!

Ещё через несколько минут мы добрались до западной стороны дворца. Стена здесь действительно была немного ниже, чем у парадного фасада, а фонари висели дальше друг от друга. За ней виднелись крыши служебных построек, склады и трубы дворцовой кухни.

— Слушай, а этот Пень… — начал я.

— Пэн.

— Я так и сказал. Он случайно не идиот?

Сюэ покосилась на меня.

— Почему ты спрашиваешь?

— Он заводит врагов среди мастеров Кунг-Фу, нанимает убийц, которые после провала сдают его за пару минут, и оставляет в стене удобное место для проникновения. Неужели он не подумал, что кто-нибудь однажды придёт с вопросами?

— Он подумал, — ответила пантера, остановившись в тени соседнего здания. — Поэтому здесь проходят патрули и установлены сигнальные нити. Охраны меньше, чем у главных ворот, потому что эта сторона выходит к складам и помещениям прислуги. Любого обычного вора поймают ещё на стене. — Она указала вниз и только приглядевшись, я заметил тонкую нить, протянутую между водосточной трубой и грудой ящиков. Задень её ногой — и где-нибудь внутри наверняка зазвенит колокол.

— Пэн привык иметь дело с наёмниками, чиновниками и храмовыми мастерами, которые сначала требуют официальной встречи, — продолжила Сюэ. — Он не ждёт, что двое его «почётных гостей» вернутся во дворец через служебную стену сразу после покушения.

— Получается, всё-таки идиот.

— Скорее просто самоуверенный, но в нашем случае разница и правда небольшая. — Сюэ прислушалась. Через несколько секунд с другой стороны стены послышался мерный стук шагов — патруль прошёл вдоль внутреннего двора, задержался где-то возле ворот, после чего звук начал удаляться. — Идём.

Пантера присела и оттолкнулась от земли. Когти едва слышно скользнули по камню, она поймала небольшой выступ почти у самого карниза и через мгновение растворилась в тени.

Выпендривается.

Подойдя к стене, я вбил когти в швы между камнями и побежал вверх, используя тот же приём, что и во время побега из Чор Гом, но на этот раз я постарался не вырывать из кладки целые куски, однако несколько свежих борозд всё равно осталось.

Через секунду я оказался рядом с Сюэ на узком уступе.

Она посмотрела вниз, на следы от моих когтей.

— Очень скрытно.

— Кроме тебя никто не заметил.

— Это потому, что патруль ещё не вернулся.

— Вот и прекрасно. Куда дальше?

Сюэ кивнула на узкое окно в стене. Я посмотрел на него, затем на собственные плечи.

— Я туда не пролезу.

Пантера ещё раз оценила размеры проёма.

— Всё время забываю, насколько ты крупный.

— Это не я крупный, а ты мелкая.

— Тогда поднимаемся наверх. — Проигнорировала мои слова девушка. — Оттуда выйдем к служебным крышам. — Этот вариант нравился мне гораздо больше, чем попытка протиснуться в щель размером с мою голову. Сюэ снова пришла в движение — она использовала малейшие выступы и щели между камнями, а через несколько секунд бесшумно поднялась на плоскую вершину стены. Я последовал за ней, стараясь цепляться за уже повреждённые места. — Ты не мог бы потише, Великий Дракон? — прошипела пантера, когда я опустился рядом.

— Я стараюсь.

— Я знаю, что ты можешь лучше. — Мы пригнулись за парапетом. Внутри стен раскинулся большой внутренний двор: подстриженные кусты, пруд с карпами, освещённые дорожки и несколько патрулей. Гвардейцы в чёрной броне обходили территорию группами по четыре человека, не разговаривая и почти не сбиваясь с шага. Прямо перед нами возвышалось главное здание дворца. — Кабинет Пэна на втором этаже, в правом крыле, — прошептала Сюэ, указывая на тёмное окно между двумя освещёнными комнатами.

— Отлично. Тогда ждём, пока патруль отвернётся, пересекаем двор и поднимаемся по колоннам?

— Нет.

— И почему же?

— Дорожки и открытая часть двора простреливаются с крыши главного здания. Там стоят арбалетчики, которых отсюда почти не видно.

Я пригляделся и действительно заметил едва различимое движение возле украшенного резьбой конька.

— Поэтому мы пойдём по служебным корпусам, — продолжила Сюэ. — Их крыши находятся ниже и закрыты от стрелков широким карнизом дворца.

Она указала на тёмную черепицу складов, тянувшихся вдоль внутренней стены. Дальше постройки соединялись с главным зданием крытой служебной галереей.

Путь был длиннее, зато почти целиком проходил в тени.

— Напомни потом всё-таки расспросить тебя о том, откуда ты так хорошо знаешь этот дворец.

— Обязательно, — неожиданно серьёзно ответила Сюэ. — Если выберемся отсюда с книгой. — После этих слов пантера прижалась к парапету и двинулась вдоль стены. Мы дождались, пока ближайший патруль скроется за складом, после чего по очереди спрыгнули на крышу служебного корпуса.

Черепица под моими ногами едва слышно скрипнула.

Сюэ недовольно дёрнула ухом, но ничего не сказала.

Мы двигались быстро, перебегая от одной трубы к другой и замирая всякий раз, когда внизу появлялись слуги или гвардейцы. Из открытых окон доносились приглушённые голоса, звон посуды и запах готовящейся еды.

Последнее немного мешало сосредоточиться.

Один раз дверь под нами распахнулась, и на дорожку вышли двое слуг с пустыми корзинами. Пришлось лечь на тёплую черепицу и несколько секунд ждать, пока они пройдут. Один даже остановился прямо подо мной, чтобы поправить обувь. Я уже начал думать, что проще аккуратно вырубить обоих, но Сюэ коротко покачала головой.

Через несколько секунд слуги ушли, так ничего и не заметив.

С крыши последнего склада мы перебрались на служебную галерею, соединявшую хозяйственный корпус с правым крылом дворца, она проходила рядом с нужным балконом, но не выводила прямо к нему — между краем крыши и каменными перилами оставалось несколько метров открытого пространства. Для обычного вора это могло стать проблемой, но для нас — вряд ли.

Сюэ остановилась за последней трубой и посмотрела на тёмное окно кабинета.

Мы добрались.

Узкий каменный мостик соединял крышу служебной галереи с балконом кабинета Пэна. Из-за ночной сырости камень немного скользил под ногами, и мне вдруг пришло в голову, сколько же усилий прислуге приходится тратить, чтобы здесь не завёлся какой-нибудь грибок.

Внизу, во внутреннем дворе, от множества фонарей было светло почти как днём. Одно неверное движение с нашей стороны — и вся стелс-миссия полетит к чертям.

Я дёрнул ухом, прислушиваясь к окружающим звукам, и с некоторым удивлением понял, что Сюэ будто вообще перестала дышать. Пантера шагнула на мостик, не издав ни звука, и быстро направилась к балкону. Я последовал за ней.

Возможно, в скрытности я был не настолько хорош, как Тень Империи, но в своих навыках всё ещё не сомневался… Во всяком случае, пока камень под ногой не треснул, всё шло отлично.

К счастью, звук оказался настолько тихим, что даже ближайший патруль ничего не заметил. Через несколько десятков шагов мы добрались до балкона, перелезли через каменные перила и одновременно посмотрели вниз. Гвардейцы продолжали обходить двор.

Вроде пронесло…

Двери кабинета, как и следовало ожидать, оказались заперты.

Сюэ показала мне какой-то условный знак, видимо, забыв, что я вообще-то не состоял в их тайной организации и знать язык жестов Теней никак не мог. Кажется, она приказывала следить за двором… Или сохранять тишину… Или обещала выколоть мне глаза, если я снова наступлю на что-нибудь хрупкое. Кто их разберёт?

Я просто замер возле перил и начал ещё внимательнее осматривать двор, пока девушка опустилась перед замком на колени. Из сапога она извлекла небольшой свёрток, внутри которого обнаружился набор из нескольких десятков тончайших инструментов с закорючками на концах.

Снова дёрнув ухом, я прислушался уже к её работе. Где-то далеко лаяли собаки, на стене метрах в ста от нас сменялся караул, из открытого окна служебного корпуса доносился звон посуды, но рядом с собой я различал лишь невероятно тихие щелчки.

Движения Сюэ совсем не походили на то, что я видел в фильмах прошлой жизни — она не просто совала отмычку в замок и пыталась нащупать нужные штифты — её пальцы постоянно двигались, что-то подцепляя, поворачивая и даже подрезая…

Через несколько секунд на пол балкона упала тончайшая, почти невидимая нить — ловушка-сигнализация, я так полагаю.

Щёлк…

Сюэ сменила инструмент, ещё несколько быстрых движений — и замок поддался.

Не прошло даже минуты.

Действительно мастер. Наблюдая за работой человека, который прекрасно разбирается в своём деле, сложно остаться равнодушным, особенно когда сам в подобном не понимаешь вообще ничего.

Сюэ оглянулась и показала очередной непонятный знак, отдалённо напоминающий рокерскую козу. После этого она осторожно приоткрыла дверь и протиснулась внутрь. Я последовал за ней.

Кабинет Пэна оказался довольно роскошным и потому совершенно безвкусным. По крайней мере, на мой взгляд. Источников света не было, а тяжёлые шёлковые шторы почти не пропускали сияние фонарей со двора.

Большинство людей здесь вообще ничего бы не увидело, но и у меня, и у Сюэ была родословная ирбиса — снежного барса или снежной пантеры, называйте как хотите. Наше зрение намного лучше приспособлено к темноте, поэтому уже через несколько секунд я различал почти все предметы в комнате.

Массивный письменный стол, несколько шкафов, кресла для посетителей, жаровня возле стены и огромный гобелен с изображением самого Пэна, героически убивающего тигра.

Я прикрыл балконную дверь и занял позицию возле входа в кабинет, прислушиваясь к звукам за стенами. Слух постепенно обострился до предела, и вскоре я уже мог различить шаги гвардейца на нижнем этаже, смех служанок где-то в глубине дворца и скрип флюгера на крыше. Не очень люблю настолько обострять слух — достаточно закричать рядом со мной и на пару минут я могу оглохнуть, а при слишком громком звуке, даже сознание потерять.

Сюэ тем временем проскользнула мимо стола, подошла к гобелену и отодвинула тяжёлую ткань в сторону, а за ней находился сейф.

Большой металлический ящик был сделан из какого-то чёрного сплава или просто покрыт тёмной краской. Даже на вид конструкция казалась достаточно прочной, чтобы пережить пожар, обрушение стены и несколько ударов обычного мастера Кунг-Фу. Моих — вряд ли.

Сюэ приложила ухо к дверце, нащупала пальцами кодовый диск и начала медленно его поворачивать.

Клац…

Тишина.

Щёлк…

Снова тишина.

Я продолжал слушать дворец и вскоре различил среди общей мешанины звуков тяжёлые шаги в коридоре.

Они сильно отличались от лёгкой поступи местных гвардейцев, но были мне ой как знакомы… Так ходили воины с родословной носорогов — тяжело, размеренно и совершенно не пытаясь скрывать своё приближение. Проблема заключалась в том, что они направлялись прямо сюда. Вскоре я разобрал и голоса. Один высокий и визгливый, безошибочно принадлежавший Пэну, второй — низкий и рокочущий.

Я поймал взгляд Сюэ, указал на входную дверь и поднял два пальца. Может, это и не тайный знак Теней, зато смысл был достаточно очевиден.

Ушко пантеры дёрнулось, она замерла, прислушалась и сразу начала убирать инструменты. Гобелен вернулся на место, после чего девушка скользнула за высокий шкаф.

Я шагнул за дверь — когда та откроется, массивное деревянное полотно хотя бы ненадолго скроет мою далеко не самую незаметную фигуру.

Тело напряглось, готовое к атаке, ключ царапнул внутри замка и дверь медленно открылась…

В кабинет первым вошёл лорд Пэн — жирный боров в дорогом шёлковом халате с бокалом вина в руке. Следом появились двое мужчин с родословной носорогов, полностью закованных в чёрную лакированную броню. За поясами у обоих висели тяжёлые боевые молоты, а на наплечнике одного виднелся знак капитана стражи, принятый по всему Китаю — меч.

— Я же говорю тебе, — раздражённо произнёс Пэн. — Эти проклятые Охотники заверяли, что ни один мастер им не помеха, но наблюдатели мертвы, а от самого отряда нет вестей! Вся стража смотрит на крыши, но там никого!

— Возможно, они ещё не закончили, господин.

— Или сбежали с моими деньгами! Если через четверть часа не будет доклада, книгу придётся убрать из дворца. И пусть там почти весь компромат и расписки по оплате, но я не собираюсь рисковать жизнью из-за чужой некомпетентности!

Вот ведь сволочь. План Сюэ оказался даже лучше, чем она думала. Ещё немного — и Пэн сам вытащил бы нужную книгу из сейфа, после чего попытался бы её спрятать или сжечь.

Лорд города сделал ещё несколько шагов, но внезапно остановился — тяжёлая штора возле балконной двери едва заметно покачивалась. Мы закрыли дверь, однако замок после взлома уже не держал её так плотно, как раньше, и внутрь проникал слабый ночной сквозняк.

Маленькие глазки Пэна сузились.

— Кто здесь? — тихо спросил он.

Оба носорога мгновенно выхватили молоты. Капитан встал перед лордом, полностью закрыв его собой, а второй медленно двинулся в сторону балкона.

Ну вот и всё — план Тени официально провалился.

Пэн открыл рот, собираясь поднять тревогу, и в этот момент Сюэ выскочила из-за шкафа, только рванула она не к лорду, а к сейфу, сдёргивая гобелен со стены.

Интересно.

Второй носорог сразу изменил направление, бросившись к ней, а капитан остался возле Пэна и поднял молот, готовясь прикрыть хозяина.

Я вышел из-за двери, привлекая к себе внимание её скрипом.

— Убить их! — взвизгнул лорд города.

Носорог, направлявшийся к Сюэ, успел развернуться, а капитан сделал шаг вперёд, встречая меня ударом молота. Я атаковал обоих сразу, рассчитывая закончить бой одним движением, но телохранители всё же оказались не обычной городской стражей — они одновременно выставили оружие перед собой и мои когти встретились со сталью.

По кабинету прокатился оглушительный треск, и от обоих молотов остались только короткие рукояти. Обломки металла разлетелись по полу, один даже вонзился в письменный стол Пэна.

Я бросил взгляд назад — Сюэ уже вернулась к сейфу и теперь работала намного быстрее, не обращая внимания на происходящее и полностью доверив мне разобраться с охраной.

— Твой план провалился, — прорычал я. — Теперь действуем по-моему.

— Я и сама это поняла!

Капитан первым пришёл в себя и бросился вперёд, надеясь воспользоваться теснотой комнаты. Второй носорог заходил сбоку, пытаясь отрезать меня от Сюэ. Неплохая попытка, только слишком медленная.

Я прыгнул к потолку, пропуская противников под собой, развернулся в воздухе и нанёс два удара почти одновременно. Когти прошли по незащищённым участкам между шлемами и нагрудниками, после чего оба носорога ещё несколько шагов пробежали по инерции и рухнули на пол.

Их головы с тяжёлым стуком упали рядом, одна докатилась до ног Пэна.

Жестковато…

Похоже, слишком сильно они напоминали мне стражу Чор Гом. Двадцать лет общения с этими ублюдками всё-таки оставили некоторую… неприязнь.

Весь бой занял не больше секунды.

Лорд Пэн застыл возле стола, неверяще глядя на элиту собственной охраны, убитую быстрее, чем он успел закричать. Бокал выпал из его дрожащей руки и разбился о пол, а красное вино растеклось по дорогому халату. Рот борова открывался и закрывался, но ни одного звука из него так и не вышло.

Привычным движением я стряхнул кровь с когтей и в кабинете снова воцарилась почти полная тишина.

Щёлк…

Клац…

Сюэ продолжала взламывать сейф, лишь подрагивающее ушко показывало, что она прекрасно слышала всё происходящее за спиной. Наконец девушка дёрнула ручку, и тяжёлая дверца со скрипом открылась.

— Ч-что?.. — выдавил Пэн, пятясь назад, пока не упёрся в собственный стол. — Кто вы такие?! Я заплачу! Золото, земли, рабы — всё, что захотите!

Я посмотрел на него с отвращением — жалкое зрелище. Он не воин, не бандит и даже не нормальный преступник, способный отвечать за собственные решения. Обычный слизняк, который всю жизнь прятался за деньгами, титулом и чужими спинами.

Убивать его мне совершенно не хотелось, зато хотелось поскорее прекратить его мерзкий визг. Я сделал шаг вперёд и поднял руку, собираясь вырубить борова, но Сюэ резко окликнула меня:

— Тай Лунг, не убивай его!

— Я и не собирался.

— Он нужен мне живым. В книге будут имена и суммы, но объяснить некоторые записи сможет только Пэн.

— Я не настолько кровожадный, как ты думаешь, дура. — Уже достали её вечные нравоучения — сказал ведь, что не собираюсь убивать, и всё равно лезет! В следующее мгновение я оказался возле лорда города и коротко ударил его ребром ладони по шее. Пэн обмяк и рухнул на пол.

— Спасибо… И сам ты дурак, — выдохнула Сюэ.

Она извлекла из сейфа не огромный фолиант, как я ожидал, а толстую учётную книгу размером примерно с две ладони. Кожаная обложка была украшена золотыми вставками. Сюэ внимательно осмотрела застёжку, проверяя её на наличие ловушек, затем осторожно открыла книгу и быстро пролистала несколько страниц. Её взгляд изменился.

— Нашла?

— Да. Имена, поставки, суммы… Здесь намного больше, чем я ожидала. — Улыбнулась девушка, после чего книга исчезла в плоской сумке под её жилеткой.

— А ещё ты совершенно не умеешь работать тихо, — добавила пантера.

— А ты слишком долго ковыряешься в замках. — Я поднял Пэна с пола и перекинул себе через плечо. — И ты всё ещё должна мне лапшу.

— Обязательно. Но сначала нужно доставить книгу и его в столицу. — Сюэ кивнула на бесчувственного борова. — Думаю, роль преступника тебе уже надоела, но пока мы находимся в городе Пэна, местная стража подчиняется ему, а не мне. Даже знак Тени здесь ничего не изменит: нас попытаются задержать, книгу уничтожить, а самого Пэна освободить.

— Тени ведь служат самому императору, неужели простые стражники захотят с тобой связываться?

— Именно поэтому нам нужно попасть в столицу, а не объяснять что-то людям, которым Пэн платит жалованье.

Логично.

— Итак, на этом наше сотрудничество заканчивается или мне ещё проводить тебя до выхода из города?

Честно говоря, я уже немного устал от противников, которые не могли продержаться дольше нескольких секунд — бой с теми убийцами из Синдиката были глотком свежего воздуха, а вот носороги подкачали. Хотелось поскорее добраться до Долины Мира и встретиться с учениками Шифу, которых он воспитывал как мою замену.

— Сначала мы должны уйти отсюда, — серьёзно ответила Сюэ. — Вместе будет легче. Через несколько минут весь дворец будет на ушах — исчезновение местного лорда и смерть его телохранителей сложно долго скрывать.

— Хорошо. — Выйти из города незамеченным и без лишней головной боли было и в моих интересах. — Только не отставай. — Не дожидаясь ответа, я вышел на балкон и прыгнул вниз. Оттолкнувшись ногой от стены, изменил направление падения и приземлился в самом тёмном участке сада.

Позади раздался тихий шелест одежды, и Сюэ опустилась рядом.

Мы сразу направились к той же стене, через которую проникли во дворец. Возвращаться по служебным крышам было уже бессмысленно: тихая часть плана закончилась ещё в кабинете Пэна, а устраивать кровавую драчку со всей охраной мне тоже не хотелось. Одно дело — прийти в логово босса, там не повыделываться просто грех и совсем другое — когда босс уже вынесен, лут собран, а нужный уровень пройден. Избивать простых стражников после этого как-то бессмысленно.

Мы пересекли тёмную часть сада, дождались, пока один из патрулей скроется за углом, и добрались до стены. Я снова вбил когти в кладку и быстро поднялся наверх, оставляя за собой новые борозды. Сюэ оказалась рядом почти одновременно.

— Тревога! — раздался запоздалый крик из дворца. — Лорд исчез!

В следующую секунду завыл сигнальный рог, дворец ожил, в окнах начал вспыхивать свет, со всех сторон послышались топот, крики и лязг оружия.

— Упс? — протянул я, оглядываясь на главное здание. — Наверное, дверь стоило закрыть.

— Я её закрыла.

— Тогда откуда они узнали?

Сюэ вздохнула.

— Скорее всего, обнаружили тела Охотников и пришли доложить Пэну, в кабинете нашли его охрану, а самого хозяина — нет.

Вот, значит, зачем мы прятали трупы убийц в том сарае… Ладно, признаю, всё-таки эта кошечка действительно шарит в этой теме лучше меня.

Я спрыгнул с внешней стороны стены и начал спускаться, тормозя когтями по камню. Пэн болтался на плече и немного мешал, но не настолько, чтобы создавать настоящую проблему.

Сюэ двигалась рядом.

— Кстати, что ещё за Охотники? — спросил я. — Ты раньше говорила про Синдикат.

— Синдикат — их сеть в Китае. Через неё они получают заказы, оружие и яд. Самих мастеров называют Охотниками. Это иностранные бойцы, похожие на наших Теней, только действуют они совершенно иначе.

— И специально приезжают в Китай убивать мастеров Кунг-Фу? — Удивился я — в моё время такой хрени точно не было.

— В том числе. Они работают наёмниками, устраняют сильных мастеров и постепенно ослабляют школы Кунг-Фу. Отсюда и название — они охотятся именно на нас.

— Жесть. — Я спрыгнул на землю. — Хотя мне они показались не такими уж сильными — ты вообще одиночку победила шестерых.

— Я не обычная Тень, — спокойно ответила Сюэ, направляясь к ближайшему переулку. — Да и ты сейчас оцениваешь всех по себе, это немного искажает восприятие.

— Ну уж извини. — Я усмехнулся и последовал за ней.

По улицам уже распространялась тревога. Вдалеке кричали стражники, несколько патрулей направлялись к дворцу, а на главных воротах города начали зажигать дополнительные фонари. К счастью, мы двигались быстрее слухов.

Через некоторое время добрались до городской стены, поднялись на неё в самом тёмном месте и спустились с другой стороны. Район за стеной оказался намного приличнее тех трущоб, которые я себе представлял: небольшие дома, мастерские, дешёвые постоялые дворы и огороды. Надолго мы там не задержались.

Через поля, засеянные рисом и какой-то другой культурой, напоминавшей то ли свёклу, то ли редьку, мы добрались до небольшого леса и лишь там Сюэ наконец остановилась.

— Что ж, Тай Лунг… — Она повернулась ко мне и сложила руки в жесте бао-цюань-ли, прижав кулак к раскрытой ладони. — Я, Сюэ Ся, благодарю тебя за помощь. Даю слово, что сделаю всё что в моих силах, чтобы отплатить тебе. — На этот раз в её голосе не было ни насмешки, ни привычной наигранности.

— Хорошо. Рассчитываю на тебя. — Я передал ей бессознательного Пэна. Несмотря на разницу в размерах, пантера без особого труда приняла его и перекинула борова через плечо. — Удачи, — добавил я. — А мне пора в Долину Мира.

Сюэ на мгновение замерла.

— Ты всё-таки собираешься идти туда прямо сейчас?

— А зачем мне тянуть?

Пантера отвела взгляд, будто подбирая слова.

— Послушай… Я не стану просить тебя отказаться от мести или забыть всё, что произошло между вами, но Шифу сделал всё, что мог, чтобы смягчить наказание. Угвей собирался оставить тебя в Чор Гом на тысячу лет.

Я нахмурился.

— К чему ты клонишь?

— Не убивай Шифу. Пожалуйста.

Несколько секунд я просто смотрел на неё.

Просьба задела сильнее, чем должна была — я уже давно думал над тем, что буду делать, когда снова увижу своего учителя… своего отца. Его предательство всё ещё отзывалось внутри болью и яростью, которые не исчезли даже после слияния с воспоминаниями из иной жизни, но теперь я мог взглянуть на произошедшее со стороны.

Шифу действительно предал меня, когда не встал рядом в самый важный момент, однако он же вырастил меня, обучил всему, что знал, и двадцать лет жил с последствиями собственного решения.

Ненавидеть его было легко, а вот понять, что делать дальше — намного сложнее.

— Я и не собирался его убивать, — наконец произнёс я. — Не знаю, что будет, когда мы встретимся, но Шифу останется в мире живых. Даю слово.

Сюэ медленно выдохнула.

— Спасибо, Великий Дракон. — Она улыбнулась, только эта улыбка почему-то отличалась от всех предыдущих — она была слишком тёплой и какой-то странно знакомой. Почти материнской… Да нет, бред какой-то. — Удачи тебе с твоим делом в Долине Мира, — произнесла Сюэ, снова поклонившись.

— А тебе — со столицей и этим боровом.

Пантера развернулась и скрылась между деревьями, унося с собой Пэна и книгу с именами его покровителей.

Я остался на опушке один. Ответов после путешествия с Тенью у меня стало не больше, скорее наоборот — вопросов прибавилось столько, что впору было записывать их в отдельную книгу, но сейчас это уже не имело значения.

Впереди ждала Долина Мира.

Наконец став свободным человеком…

Нет, не так…

Освободившись от теневого рабства…

Тоже хреново звучит.

Выполнив секретный побочный квест!

Во, так намного лучше.

Выполнив секретный побочный квест, я снова остался наедине со своими мыслями и желаниями, и, признаться честно, расставание с Сюэ сказалось на мне намного сильнее, чем я ожидал.

В прошлом у меня… Точнее, у Тай Лунга вообще не было друзей.

Молодой барс буквально каждый день с утра до вечера тренировался, причём делал это старательно, каждый раз выкладываясь на полную. Первые годы после занятий он был совершенно разбит — болели все мышцы, а сил порой не хватало даже на то, чтобы самостоятельно добраться до комнаты, но под бдительным взглядом приёмного отца, которого он уважал больше всех на свете, парень превозмогал усталость и всё-таки проходил этот путь.

За все двадцать лет своей жизни Тай Лунг выбирался из Нефритового Дворца не чаще нескольких раз в год, поэтому никаких друзей у него просто не могло появиться. Других учеников тогда не было, старая сумасшедшая черепаха постоянно пропадала на медитациях или путешествовала по Китаю, а Шифу требовал от сына всё новых свершений в Кунг-Фу.

Уверен, сейчас он сильно об этом жалеет, но да ладно…

Назвать Тай Лунга обычным домашним ребёнком сложно — слишком уж сильной была его хищная родословная, природная дерзость и желание постоянно кому-нибудь что-нибудь доказать, однако в повседневной жизни он плавал настолько сильно, что даже имени правившего тогда императора не знал до самого суда.

Здесь можно было бы пожалеть бедного и лишённого детства мастера, вот только самого Тай Лунга подобная жизнь совершенно устраивала — ему нравились тренировки, нравилось становиться сильнее, нравилось видеть гордость Шифу, а единственной настоящей проблемой было отсутствие битв и, как следствие, славы и признания.

Тай Лунг хотел стать настоящей легендой мира Кунг-Фу, такой же, как его отец — Шифу, участник прежней Неистовой Пятёрки, мастер невероятной силы, имя которого знал буквально каждый в Китае. В ученики к нему мечтал попасть почти любой ребёнок, ведь под руководством настолько искусного учителя даже самый бесталанный неудачник мог превзойти человеческий предел и встать на путь Кунг-Фу.

Так же сильно, как отцом, Тай Лунг восхищался и самой Неистовой Пятёркой, истории о приключениях которой слушал и перечитывал вместо обычных детских сказок, именно поэтому Сюэ Ся зацепила меня не только нормальным отношением, но и своим прошлым.

Я согласился помочь ей, потому что мне действительно было интересно понаблюдать за бывшей участницей Неистовой Пятёрки и поучаствовать в настолько необычной истории, а со временем я ещё и привык к ней — к отношению как к равному, уважению, глупым подколкам и даже детским попыткам мной манипулировать.

Два десятка лет ада…

Два десятка лет пыток и молчания…

Тай Лунг и в детстве был лишён нормального общения на равных, находясь только рядом с отцом и учителями, однако двадцать лет в Чор Гом усугубили ситуацию настолько, что теперь, попрощавшись с единственным человеком, которого мог назвать равным себе, я действительно расстроился.

Я самодостаточен, но даже мне иногда требуется общество — я всё-таки человек, а люди — существа социальные, как бы некоторым ни хотелось доказывать обратное.

Ещё и эти постоянные проблемы с самоидентификацией…

Вспоминая прошлое снежного барса, я инстинктивно хотел сказать «я» и «моё», но ведь я вроде как был не совсем им. Личность человека из другого мира стала фундаментом для чего-то нового, однако разделить себя и Тай Лунга я уже практически не мог, и чем больше времени проходило с момента моего появления в этом мире, тем сложнее становилось думать о нём как об отдельной личности. Я почти сразу принял его воспоминания как часть себя, но не ожидал, что начну и воспринимать его прошлое именно своим.

То есть…

Аргх!

Как же сложно разобраться в себе, когда у тебя за плечами сразу две жизни!

Ещё и эта странная ситуация с Шифу и По, которую я до сих пор не понимал, как решать.

Я не хотел убивать ни одного из них — Тай Лунга воспитывали совсем не так, а про мою часть из другого мира вообще говорить нечего — там гуманизм головного мозга, уголовный кодекс и стойкое убеждение, что убийство родственников обычно плохо сказывается на семейных отношениях.

Но тогда что мне делать?

Прийти в Нефритовый Дворец и сказать, что всё осознал и исправился?

Нет!

Это Шифу разрушил мою жизнь! Я каждый день рвал жилы ради него, чтобы стать Воином Дракона, чтобы он мог гордиться мной! Да, тогда я сорвался. Из-за моих действий погибли невинные люди, но если бы они просто признали меня Воином Дракона, ничего этого бы не случилось!

Это не моя вина!

— Чёрт! — Я с силой ударил кулаком по стволу ближайшего дерева, расколов кору и заставив ветви над головой задрожать.

Обида, всепоглощающая обида и ненависть, которые копились годами, впервые вырвались наружу, оставив после себя странную пустоту.

Несколько секунд я просто стоял, тяжело дыша и глядя на вмятину в древесине.

Если оценивать события со стороны, моё нападение на город нельзя было оставить безнаказанным — я действительно потерял контроль, покалечил и убил множество людей, которые вообще не имели отношения ни к Свитку, ни к решению Угвея, поэтому заключение в тюрьму действительно было далеко не самым страшным наказанием из возможных.

Я понимал это, вот только обида на Шифу — на отца, который отвернулся от меня в самый важный момент, — никуда не исчезла и что мне с ней делать, я не представлял.

Может, если я всё-таки получу Свиток и титул Воина Дракона, станет легче?

Хотя кого я обманываю…

— Ладно, посмотрим, — пробормотал я, доставая карту. — По там уже наверняка вовсю тренируется. Я, конечно, даже не допускаю мысли, что могу проиграть какой-то жирной панде, но забывать о возможной сюжетной броне всё равно не стоит.

Цель — Долина Мира.

Пора выдвигаться.

Недалеко от города Вэй-Цзинь

Сюэ дождалась, пока шаги Тай Лунга окончательно стихнут вдали, после чего свернула с дороги и углубилась в лес.

На небольшой поляне её уже ожидали несколько десятков людей в одинаковых чёрных плащах. Капюшоны скрывали их лица, никто не разговаривал и даже не двигался без необходимости, а стоило отвести взгляд, как фигуры начинали буквально сливаться с окружающими деревьями, несмотря на различие в цветах.

— Миссия выполнена, — произнесла Сюэ, появившись перед ними с бессознательным Пэном на плече. — Хотя вы и без меня это знаете.

Один из старших Теней вышел вперёд и принял у неё пленника.

— Тень Императора. Какие будут дальнейшие указания?

— В городе уже поднимается переполох, Тень Клинка. Твой отряд останется здесь и проследит, чтобы всё закончилось спокойно. Если начнутся беспорядки, воспользуйся своим статусом и временно возьми управление на себя.

— Будет исполнено.

Сюэ немного помолчала, глядя в ту сторону, куда ушёл Тай Лунг.

— И отправь следом за мальчиком кого-нибудь, кого он не заметит. Думаю, Тень Луны справится.

— Прикажете вмешаться, если ему будет угрожать опасность?

— Только если ситуация станет действительно критической. В остальных случаях пусть наблюдает и передаёт мне сведения.

— Понял. Я отправлю ей весточку. А что делать с остальными новенькими?

— Они пойдут со мной в столицу, — ответила Сюэ, доставая из скрытого кармана свёрнутый чёрный плащ и накидывая его на плечи. — На всякий случай. — Тень Клинка кивнул, подал рукой короткий знак, после чего он и ещё четверо людей отделились от общей группы и бесшумно исчезли среди деревьев. — Вы всё слышали, — обратилась Сюэ к оставшимся. — Отправляемся в столицу. Думаю, увидев то, что записано в книге Пэна, Кровавый Император получит ещё несколько поводов оправдать своё прозвище. — Уголки её губ слегка приподнялись, после чего Тень Императора оттолкнулась от земли, запрыгнула на толстую ветвь и понеслась через лес, почти не снижая скорости. Остальные последовали за ней.

— Тень Мыши, — спустя некоторое время обратилась одна из молодых Теней к двигавшейся рядом женщине, — а почему госпожу называют именно Тенью Императора?

Тень Мыши удивлённо повернула голову.

— Ты не выяснила, под чьё командование поступаешь?

— У меня не очень много времени было…

— Настолько мало, что ты не успела узнать имя собственного командира?

— Возникли проблемы с семьёй. — Новенькая неловко отвела взгляд.

Тень Мыши несколько секунд смотрела на неё, после чего всё-таки решила не продолжать допрос.

— Нашей госпоже больше шестисот лет, и почти всю жизнь она служит Тенью. Как ты знаешь, нас начинают обучать ещё в детстве, и Тень Императора не была исключением. За это время она пережила больше двух десятков императоров, несколько гражданских войн и две смены династий, в одной из которых участвовала лично. — Новенькая едва не пропустила нужную ветку от удивления.

— Она помогла свергнуть императорскую семью? Но как можно доверять человеку, который уже однажды предал тех, кому служил?

— Тень Императора никого не предавала, — спокойно ответила Тень Мыши. — Мы приносим клятву действующему Императору, а не всем его детям, внукам и дальним родственникам до конца времён. К тому моменту правитель уже умер, законного наследника убили, а оставшаяся семья занималась только борьбой за власть и собственными развлечениями, пока страна разваливалась.

— И госпожа выбрала нового императора?

— Она поддержала того, кто сумел восстановить порядок и именно поэтому нынешний Император доверяет ей так же, как прежде доверял его отец, а до него — его отец. Тень Императора делает то, чего правитель не может сделать открыто, и появляется там, куда не дотягивается даже его власть.

Новенькая задумалась. Когда её принимали в Тени, дома у неё были огромные проблемы — отец уже договорился о свадьбе дочери с богатым наследником другого рода и совершенно не собирался слушать её возражения, поэтому выбирать между подготовкой к побегу и изучением биографии будущего командира пришлось довольно быстро и приоритеты тогда казались очевидными, но теперь девушке стало немного стыдно.

— Понятно…

— И в следующий раз всё-таки находи время на сбор информации, — добавила Тень Мыши. — Это когда-нибудь может спасти тебе жизнь.

— Да. Спасибо.

Они ускорились, догоняя остальных.

Долина Мира, Нефритовый Дворец

— Мастер Шифу, а можете обучить меня какой-нибудь суперкрутой супертехнике? — спросил По, продолжая отжиматься.

— Ты дважды повторил слово «супер», — заметил Шифу, спокойно отправляя в рот очередной пельмень.

Панда покосился на миску, но темпа не сбавил — Шифу специально устроился обедать прямо перед учеником, прекрасно понимая, что страх остаться без еды заставляет По тренироваться намного старательнее любых угроз и нравоучений.

Метод был не слишком возвышенным, зато работал на По идеально.

— Ну и что, мастер? Вы же владеете огромным количеством техник! Чего только стоит пальцевый захват Уси или техника Вечнозелёного божественного ростка лотоса с озера Мэнь!

— Последнее название я слышу впервые.

— Но о ней написано в «Легендах Неистовой Пятёрки»!

— Большая часть этих легенд была написана людьми, которые никогда в жизни не встречали ни меня, ни остальных участников Пятёрки. — Шифу поморщился. Истории о нём и его друзьях изначально создавались, чтобы вдохновлять население и распространять славу Кунг-Фу, а после расформирования команды издатели окончательно потеряли всякий стыд и начали придумывать приключения чуть ли не каждую неделю.

— Но мастер…

— Не отвлекайся, иначе все пельмени съем я. — По сразу ускорился, а Шифу посмотрел на ученика и снова задумался о Тай Лунге. В открытом бою у панды не было ни единого шанса — даже несколько недель тренировок не могли заменить десятилетия практики, а одной природной силы было недостаточно, чтобы сражаться с мастером, способным в одиночку уничтожить тысячу вооружённых воинов, однако Тай Лунг ничего не знал о По и наверняка не станет воспринимать его всерьёз при первой встрече, а значит, шанс всё-таки существовал… Маленький, но другого у них не было. — Ты, кажется, упоминал пальцевый захват Уси, — произнёс Шифу.

— Да! Вы научите меня ему?!

Панда ускорился ещё сильнее, выходя на скорость, вполне приличную для обычного человека и уже приемлемую для начинающего мастера Кунг-Фу.

Темпы его развития действительно поражали.

— Возможно, — ответил Шифу. — Но сначала тебе нужно понять, чем одни техники отличаются от других.

— Мастер, я и сам всё знаю! Я столько о них читал! Техники Кунг-Фу принёс в Китай мастер Угвей тысячу лет назад, потом он построил Нефритовый Дворец, начал набирать учеников, и даже сам император…

— Не совсем так, — перебил его Шифу. — И постарайся хотя бы несколько минут не рассказывать мне историю собственного дома.

— Простите.

— Техники Кунг-Фу можно разделить на три основных вида: телесные, духовные и смешанные. Но прежде чем объяснять разницу между ними, ты должен понять, что существует три ступени взаимодействия с Ци. — По внимательно посмотрел на учителя. — Первая ступень — ученик, — продолжил Шифу. — Ученик не способен взаимодействовать с Ци напрямую. Он не ощущает её движение, не может направлять её и зачастую даже не замечает, когда энергия проходит через его тело.

— То есть сейчас я ученик?

— Сейчас ты только пытаешься им стать, — сухо поправил Шифу, лёгким ударом посоха заставляя панду выпрямить спину. — Вторая ступень — мастер. Достигнув её, человек начинает ощущать Ци и управлять ею внутри собственного тела. Он может направить энергию в мышцы, укрепить кости, ускорить движение или защитить внутренние органы, однако выпустить Ци наружу всё ещё не способен.

— Но это же уже звучит очень круто!

— Для тебя сейчас даже правильная стойка должна «звучать круто», — вздохнул Шифу. — Третья ступень — пробуждённый мастер. После пробуждения Ци перестаёт быть заперта внутри тела: её можно выплеснуть наружу, вложить в удар, передать другому человеку или придать ей форму полноценной техники.

По восхищённо приоткрыл рот.

— То есть можно запускать огненные шары?

— Если твоя Ци связана с огнём, ты обладаешь подходящей техникой и потратишь несколько десятилетий на тренировки — возможно.

— Вау…

— Не отвлекайся. — Посох коротко ткнул панду в бок, и тот едва не завалился на сторону.

— Простите, мастер!

— Теперь о самих техниках. Телесные приёмы основаны в первую очередь на возможностях тела: ударах, бросках, стойках, скорости, гибкости и выносливости. Ученик выполняет их исключительно за счёт мышц и правильно заученных движений, а мастер может дополнительно усиливать тело собственной Ци, однако сама энергия всё равно остаётся внутри него.

— Значит, мастер просто делает тот же удар намного сильнее?

— В самом простом случае — да. Ученик правильно переносит вес и напрягает мышцы, мастер в нужный момент направляет в них Ци, а пробуждённый способен ещё и выпустить часть энергии наружу вместе с ударом. Всё понятно? — По энергично кивнул и едва не впечатался носом в пол. — Постарайся не расшибить нос о землю, когда отвечаешь, — сказал Шифу.

— Понял, мастер.

В уголках глаз учителя мелькнула тень улыбки.

— Духовные техники почти полностью строятся на работе с Ци, поэтому большая их часть доступна только после пробуждения. Исцеляющая ладонь требует передать собственную энергию другому человеку, духовное зрение — вывести восприятие за пределы обычных органов чувств, а некоторые приёмы позволяют создавать из Ци оружие, щиты или даже настоящие предметы.

— Вот бы мне исцеляющую ладонь! Я бы мог лечить папу, посетителей лапшичной и себя после ваших тренировок!

— Не отвлекайся. — Посох коротко ткнул панду в бок.

— Простите, мастер!

Шифу выдержал небольшую паузу, дождавшись, пока По снова сосредоточится на упражнении.

— Последний вид — смешанные техники. Они объединяют физическое движение и работу с Ци, поэтому одна и та же техника может выглядеть совершенно по-разному в зависимости от уровня мастера. Ученик выполняет только её телесную основу, мастер добавляет к движению Ци внутри собственного тела, а пробуждённый способен выпустить эту энергию наружу и раскрыть потенциал техники полностью.

— То есть у одной техники может быть сразу три версии?

— Именно. Возьмём усиление тела. Ученик правильно напрягает мышцы, распределяет вес и выполняет движение за счёт одной физической силы. Мастер направляет Ци в нужную часть тела и на короткое время делает её крепче или сильнее. Пробуждённый мастер может не только усилить себя, но и выплеснуть энергию вместе с движением, увеличивая дальность или воздействие удара.

— А пальцевый захват Уси?

— Он тоже относится к смешанным техникам, — ответил Шифу. — Ученик может освоить стойку, положение пальцев и само движение, но для полноценного исполнения необходимо чувствовать Ци и управлять ею внутри собственного тела. Поэтому базовая версия захвата доступна только мастеру.

— И… с его помощью я смогу победить Тай Лунга? — Голос По дрогнул от страха и волнения.

— С его помощью у тебя появится шанс, — покачал головой старый мастер, прекрасно представляя силу своего лучшего ученика.

— Всего лишь шанс?

— Сейчас ты не можешь взаимодействовать с Ци, поэтому сначала освоишь только телесную основу приёма, затем я научу тебя чувствовать энергию и направлять её внутри своего тела и только после этого ты сможешь выполнить захват полностью. В открытом бою тебе всё равно не удастся заставить Тай Лунга подставиться — он быстрее, опытнее и знает почти все техники, которым я способен тебя обучить. Приём сработает лишь в том случае, если он будет недооценивать тебя, позволит приблизиться и сам даст возможность правильно поставить пальцы.

По несколько секунд обдумывал услышанное.

— То есть мне нужно сделать вид, что я ничего не умею?

Шифу посмотрел на него и хитро улыбнулся.

— Думаю, с этой частью плана проблем не возникнет.

— Эй!

— Прежде чем обижаться, закончи упражнение. — Панда снова опустился и продолжил отжиматься, теперь двигаясь ещё быстрее. Шифу вернулся к миске и обнаружил, что там остался последний пельмень. — Если продолжишь в том же духе, уже сегодня я начну учить тебя чувствовать собственную Ци.

— Правда?!

По подпрыгнул на ноги, забыв и об усталости, и о том, что упражнение ещё не закончилось.

— Я готов, мастер!

Шифу прикрыл глаза.

— Для начала научись дослушивать предложение до конца.

— Кхм… Простите.

— Пока начнём с телесной основы захвата: стойки, положения руки и правильного движения пальцев. Когда научишься чувствовать Ци, добавим к ним внутренний поток.

По быстро принял «эпичную» позу, поднял руки и вопросительно посмотрел на учителя.

Шифу тяжело вздохнул.

Работы предстояло ещё много…

Что вершит судьбу человечества в этом мире?

Некое незримое существо или закон, подобно Длани Господней, парящей над миром?

По крайней мере, истинно то, что человек не властен даже над своей волей…

К чему это я?

— Выворачивай карманы, ублюдок!

Да к тому, что я снова нарвался на каких-то идиотов…

Нет, я всё понимаю, но в какой момент случилось массовое отупление населения Китая? По мне же явно видно, что я не обычный путник, а чёртов мастер БИ — боевых искусств, если кто не понял, — так какого рожна эти кретины сами лезут ко мне?

Опять же, Тай Лунг почти не видел внешнего мира, потому что постоянно тренировался, но даже он знал общеизвестный факт: обычные люди практически не способны победить настоящего мастера Кунг-Фу в честном бою. На этом строились армия, власть и половина местного общества, и лишь благодаря тому, что большинство мастеров придерживалось каких-то правил, Китай ещё не превратился в один огромный загон для рабов.

Но нет, стоило мне выбраться в большой мир, как сначала появились волк с шакалом, потом Эйс со своей бандой, а теперь передо мной стояла сборная солянка из петуха, кабана и какого-то насекомого, которое больше походило на рыбу.

— Чё, испугался? — весело продолжил петух, выступавший в роли переговорщика. — Вот и отлично. Стой спокойно, мы вытряхнем твои ценности, и пойдёшь дальше.

Пока радостный петух подходил ко мне, я не просто молча стоял, выжидая момента, чтобы вцепиться в горло помехе на моём пути, о нет — я думал! Убить этих идиотов я всегда успею, но как именно это мне поможет?

Моя нынешняя репутация выглядела примерно так: невероятно сильный мясник, готовый идти по головам и заливать всё кровью ради собственной цели, и пусть убивал я в основном далеко не мирных жителей, а различный сброд, который только множил чужие страдания, со стороны невольного зрителя разница была не настолько очевидной.

Что, если хотя бы один раз сыграть по правилам?

Мастера Кунг-Фу, особенно воспитанники Нефритового Дворца, старались не убивать обычных преступников без крайней необходимости. Бандитов избивали, ломали им оружие, связывали и передавали властям ближайшего города — таков был путь, заложенный Угвеем много лет назад. Я же на фоне правильных мастеров выглядел несколько… кровожадно, что совершенно не добавляло мне очков в глазах людей, следующих путём «гармонии с Небом» и прочей подобной хренью.

Мне ничего не стоит избить этих троих и продолжить путь с ними на спине, чтобы после сдать их в ближайшем городе, как раз небольшой городок совсем близко — недалеко от Нитей Надежды — одного из немногих путей через огромную пропасть под названием Ущелье Дракона.

— Вам повезло, — произнёс я, наконец приняв решение. Подошедший петух, получив резкий удар, тут же обмяк и свалился на землю, будто мешок с зерном. — Вы будете жить. — Я рванул вперёд, и не успевшие даже испугаться товарищи петуха точно так же осели на дорогу.

Связать их оказалось довольно легко — помог опыт общения с волками-инвалидами и несколько советов Сюэ по правильному «вязанию» людей. Мастером шибари я после этого не стал, но теперь хотя бы мог достаточно крепко связать преступника, не сломав ему случайно руки и не оставив им возможность освободиться через несколько минут.

Получившийся мешок из трёх друзей-идиотов я закинул на спину и, аки настоящий Дед Мороз — или Санта-Клаус, если вы из этих, — из какого-то фильма ужасов продолжил путь.

Правда, спокойно провисеть так всю дорогу они не смогли.

Примерно через час петух начал приходить в себя, после чего попытался закричать и получил лёгкий удар затылком о ближайший ствол. Ещё через несколько часов очнулся кабан, но, увидев меня и бессознательного товарища, разумно решил притвориться мёртвым. Насекомое-рыба попыталось перегрызть верёвку, так что пришлось связать всех ещё раз и немного крепче.

Ничего, зато живы.

Местная природа тем временем не переставала меня удивлять — дорога, по которой я двигался, разделяла лес на две почти идеально ровные части, причём отличались они кардинально.

Справа тянулся хвойный лес, состоявший в основном из сосен, елей и пихт — в прошлой жизни я жил в местности с этими деревьями, поэтому узнал их сразу. Слева росли исключительно лиственные породы — клёны, дубы, тополя и ещё несколько видов, названий которых я не знал.

Я очень сомневался, что кто-то постоянно ухаживал за этим лесом и специально выкорчёвывал все деревья неподходящего вида. Возможно, дело заключалось в самой дороге — одной из древнейших не только в этой провинции, но и во всём Китае, — или в какой-то старой технике Ци, изменившей землю вокруг, но какая техника могла разделить лес на две части и, главное, зачем кому-то вообще понадобилось подобное делать?

Одни вопросы.

Как бы то ни было, путь из Вэй-Цзинь до Юнь-Тая занял около шестнадцати часов, включая несколько коротких остановок для отдыха, еды и повторного убеждения бандитов в том, что дёргаться и орать не стоит. К вечеру я уже видел город.

Юнь-Тай, название которого переводилось как «Терраса облаков», сильно уступал Вэй-Цзиню размерами и богатством и в этом не было ничего удивительного: предыдущий город был административным центром большей части провинции, а этот представлял собой обычный провинциальный городок, живший за счёт сельского хозяйства и путников, решивших пересечь Ущелье Дракона, а не обходить его по длинному тракту.

Здесь стояли крепкие деревянные дома в классическом стиле — тёмные балки, светлые стены и черепичные крыши с приподнятыми краями. Видно было, что строили их относительно недавно и не абы как: всё ровное, аккуратно подогнанное и без перекошенных стен, как в Хань-Я.

Улицы оставались узкими, но чистыми, лавки уже закрывались ставнями, однако по запахам риса и жареных овощей было понятно, что хозяева ещё находились внутри и готовили ужин. Красные фонари постепенно зажигались, поэтому город выглядел не полузаброшенным, как я ожидал, а скорее «спокойно засыпающим».

Справа от домов виднелись террасы полей, постепенно переходившие в лес. Слева начиналась огромная пропасть, край которой был огорожен плотным деревянным парапетом. Всё-таки здесь проходило достаточно путников, и местные заранее позаботились, чтобы какой-нибудь уставший идиот случайно не шагнул в Ущелье Дракона.

В центре города возвышалась небольшая трёхэтажная пагода, служившая, судя по всему, одновременно управой и резиденцией местного лорда. Рядом находился маленький рынок под деревянным навесом, сейчас почти пустой — лишь несколько торговцев убирали остатки товара.

Город жил небогато, но вполне неплохо.

Люди, конечно, сразу начали на меня пялиться — редкий путник появляется в городе бегом, да ещё и с тремя связанными мужиками на спине, однако никто не кричал и не пытался разбегаться — здесь явно привыкли к мастерам Кунг-Фу и различным странностям, которые периодически происходили на пути к Нити Надежды.

Игнорируя испуганные и заинтересованные взгляды, я направился к пагоде.

По идее, преступников следовало сдавать городской страже, а не лично главе города, но как выглядела местная застава, я совершенно не представлял — в отличие от моей родины из прошлой жизни, здесь далеко не на каждом здании висела табличка с названием ведомства…

Ну или я просто прошёл мимо нужного здания — такое тоже возможно.

У самого входа в пагоду меня остановили двое мужчин с медвежьей родословной, одетые в одинаковые белые халаты. В руках они держали гуань-дао, но оружие на меня не направляли, лишь внимательно следили за каждым движением.

— Приветствуем вас в Юнь-Тае… славный мастер? — произнёс один из них, почему-то оставив в конце вопросительную интонацию.

Вот!

Мужик правильно оценил, что обычный человек не выглядит как полуголый качок без вещей, который бегом путешествует по Китаю с тремя связанными преступниками на спине! Ноша ему, конечно, немного подсказала, но всё равно приятно, что за эти двадцать лет человечество деградировало не в полном составе.

— Рад встрече, — ответил я, снимая бандитов со спины. — Эти трое напали на меня по дороге. Я хотел бы передать их городской страже.

— Конечно, уважаемый мастер, — кивнул второй медведь. — Однако для оформления задержания и выплаты возможной награды нам потребуется ваша мастерская табличка.

— Мастерская табличка? — повторил я и тут же мысленно выругался, наконец вспомнив что же тогда демонстрировала стражникам Сюэ — у большинства признанных мастеров Кунг-Фу имелся подобный личный знак с именем владельца, но, по понятным причинам у меня его сейчас не было.

— Её также называют лицензионной табличкой, — пояснил стражник. — Она подтверждает личность мастера, школу, которая за него поручилась, и право задерживать преступников без присутствия городского чиновника. Нефритовый Дворец выдаёт нефритовые таблички, а Императорский двор — серебряные и золотые… Стойте, — медведь нахмурился. — Неужели у вас её нет? — Оба стражника заметно напряглись и покрепче сжали оружие. — Без таблички мы всё равно примем этих людей для проверки, — продолжил первый, теперь уже без прежнего уважения, — однако не можем просто поверить, что они бандиты. Возможно, вы сами преступник, который решил избавиться от конкурентов.

Мда…

Ну что за непруха?

Я мог бы убить обоих стражников и спокойно свалить, забив на выбранный добрый путь — мне хватило бы пары секунд, чтобы сломать им шеи, но зачем?

Я ведь не кровожадная машина, какой меня представляет общественности одна Мудрая Добрая Черепаха — эти двое просто выполняли свою работу и защищали город от крайне подозрительного типа без документов, притащившего трёх связанных людей.

За что их убивать? За внимательность? За честность? Или преданность своему делу?

Пф, даже не смешно.

С другой стороны, долгие объяснения могли затянуться, а доказывать свою силу ударами по стражникам было бы несколько контрпродуктивно — тогда меня точно попытаются повязать, да и моё «честное имя» покроется ещё большим слоем крови и неприятных слухов…

Я поднял руку, сосредоточил Ци вокруг ладони и выпустил её за пределы тела, сжимая энергию в небольшой полупрозрачный шар. Это не было полноценной техникой — скорее бессмысленным и крайне неэффективным удержанием выброшенной Ци, зато выглядело убедительно и не требовало специальной боевой стойки, из-за которой меня могли бы атаковать.

— Таблички нет, — произнёс я, удерживая светящийся шар над ладонью. — Но я действительно мастер. Этого хватит, чтобы вы хотя бы не приняли меня за обычного разбойника?

Оба медведя уставились на Ци.

— П-пробуждённый мастер… — выдохнул тот, который до этого говорил жёстче. — Прошу простить нашу подозрительность. Мы примем пленников и запишем ваши показания, однако личность всё равно придётся указать в городской книге.

— Справедливо. — Я развеял шар и с облегчением опустил руку. — Кстати, как получают эти таблички? И почему у Императорского двора они сделаны из разных металлов?

— Их выдаёт учитель после прохождения последнего испытания и официального признания ученика мастером, — начал объяснять стражник. — Если учитель погиб, исчез или не имеет права выдавать таблички, способности проверяет комиссия из нескольких признанных мастеров.

— Ого, а ты много знаешь об этом.

Медведь неловко отвёл взгляд и почесал затылок.

— Раньше я сам хотел стать мастером Кунг-Фу, но не сложилось.

— Жена забеременела, и великий мастер отправился охранять ворота, — тут же сдал товарища второй стражник.

— Заткнись, Бао!

Вот они — настоящие друзья, находящие время потроллить друг друга в любой непонятной ситуации!

— А материал что означает? — спросил я.

— Нефритовый Дворец выдаёт только нефритовые таблички. У Императорского двора свободные мастера после испытания получают серебряные, а состоящие на службе у Императора или его семьи — золотые. По силе или правам особой разницы между ними нет, зато сразу понятно, кто поручился за владельца и кому он подчиняется.

— Спасибо за информацию. Кстати, за поимку бандитов мне полагается награда?

— Конечно, уважаемый мастер, — поспешно ответил бывший кандидат в мастера. — Бао отведёт пленников в заставу, а я провожу вас к лорду Юну. Именно городская управа оформляет награды за преступников.

Бао свистнул, подзывая ещё двух стражников, после чего они закинули связанных идиотов на плечи и потащили в сторону одного из боковых зданий. Перед уходом один из них сорвался вперёд и побежал к пагоде, видимо решив заранее предупредить местного лорда о появлении пробуждённого мастера без документов. Разумно.

Мы направились следом.

— Вы собираетесь переходить по Нитям Надежды? — спросил сопровождавший меня медведь.

Он заметил мой удивлённый взгляд и пояснил:

— Большинство странствующих мастеров приходит к нам именно ради ущелья.

— Да. Мне нужно попасть в Долину Мира. — Говорить правду я не боялся — даже если весь город узнает, куда именно я направляюсь, задержать меня они всё равно не смогут, да и вряд ли попытаются — всё-таки они не идиоты, чтобы нападать на «злобного Тай Лунга» без веской причины.

— Тогда советую переночевать в Юнь-Тае, — произнёс стражник. — Нити Надежды состоят из нескольких подвесных мостов, закреплённых между каменными выступами. Сейчас в ущелье сезон сильных ветров, и сегодня секции буквально закручивало вокруг канатов. Несколько настилов уже пришлось чинить.

— Они могут порваться?

— Основные канаты должны выдержать, но отдельные доски или боковые крепления — не всегда. Ночью ветер станет ещё сильнее, а видимость почти исчезнет, даже мастер рискует сорваться.

Я мог пережить падение с большой высоты, но проверять, насколько именно огромно Ущелье Дракона, мне не хотелось.

— Хорошо. Переночую здесь.

К этому моменту мы добрались до резиденции местного лорда. Как я и предполагал, ею служила пагода в центре города. Внутри оказалось чисто и функционально — никаких излишеств Вэй-Цзиня, статуй и гобеленов с изображением лорда города.

Стражники у входа, увидев знак моего сопровождающего, молча поклонились и пропустили нас внутрь. Медведь провёл меня в главный зал.

— Лорд Юн, к вам мастер Кунг-Фу, направляющийся к Нитям Надежды. Он задержал троих бандитов возле Разделённого Леса.

Из-за резной ширмы появился старый седой хорёк в простом, но добротном халате. Он двигался медленно, опираясь на посох, однако глаза оставались живыми и ясными, без малейших признаков старческого маразма. Хорёк посмотрел на меня, затем на стражника и мягко улыбнулся.

— Благодарю, Чан. Можешь идти. — Чан (возможно даже Джеки) поклонился и вышел, а лорд Юн повернулся ко мне. — Приветствую тебя, мастер. Мои люди уже сообщили о твоём прибытии и продемонстрированной силе. Пленников осмотрят и допросят, но за помощь на дороге тебе в любом случае полагается небольшая награда.

Он указал на мешочек, лежавший на столе.

— Пять серебряных лянов. Город Юнь-Тай благодарит тебя за службу.

Я взял мешочек и оценил вес — не так уж плохо за несколько секунд работы.

— Мне также сообщили, что ты направляешься к Нитям Надежды, — продолжил лорд. — Сегодня ночью ветер может повредить переход, поэтому я предлагаю тебе остаться в моей резиденции. Утром станет спокойнее, и ты сможешь продолжить путь.

— Благодарю за предложение, лорд Юн, но я предпочту остановиться среди обычных людей.

Хорёк посмотрел на меня с интересом.

— Нечасто мастера Кунг-Фу отказываются от гостеприимства городских лордов.

— Мне долго не доводилось бывать в нормальных городах. Хочу немного посмотреть, как здесь живут. — Это даже было правдой. После двадцати лет в Чор Гом гораздо интереснее наблюдать из окна обычного чайного дома за людьми, чем сидеть в очередной огромной пагоде.

— Что ж, воля твоя, — кивнул лорд. — Однако мне всё равно нужно записать имя человека, который очистил нашу дорогу от преступников.

Я на мгновение замер, оценивая риски. Можно было назвать первое пришедшее в голову имя и спокойно уйти — скорее всего, никто даже не стал бы проверять, но, если я действительно собирался перестать выглядеть безумным мясником, который только разрушает города и убивает всех на своём пути, прятаться после первого правильного поступка было глупо.

— Тай Лунг.

Глаза лорда Юна расширились, а пальцы настолько сильно вцепились в посох, что костяшки побелели. В его взгляде промелькнул вполне настоящий страх, однако спустя несколько секунд хорёк снова взял себя в руки.

— Тот самый Тай Лунг?

— А много ещё мастеров Тай Лунгов известно в Китае?

— Полагаю, что нет. — Лорд очень медленно кивнул, не отводя от меня взгляда. — Что ж… Город Юнь-Тай благодарит мастера Тай Лунга за помощь с бандитами. Надеюсь, ты найдёшь в Долине Мира то, что ищешь.

— Благодарю. — Я хмыкнул, развернулся и вышел из пагоды.

На полученные деньги я без проблем снял комнату в постоялом дворе, расположенном над небольшим чайным домом. Хозяин, увидев несколько лянов, не стал спрашивать ни имени, ни происхождения, ни причины отсутствия вещей. Правильный человек.

Почему я отказался остаться в резиденции лорда?

Да просто мне действительно хотелось посмотреть на жизнь обычных людей, а из окна небольшого постоялого двора это делать намного удобнее, чем из закрытой комнаты огромной пагоды. Поднявшись в свои апартаменты, я сел возле окна и заказал ужин прямо в комнату.

Вот, кстати, одна из причин, почему сильные мастера Кунг-Фу почти не ценят деньги: их слишком легко получить. Поймал нескольких бандитов — получил награду, не осталось денег — почти любой городской лорд бесплатно накормит, приютит и даже выдаст одежду, лишь бы заслужить расположение сильного мастера.

Из уважения к пути Кунг-Фу или из обычного страха перед силой — уже другой вопрос. Деньги в этом мире были в первую очередь инструментом людей, у которых не имелось этой самой силы.

Ночь я провёл, почти не сомкнув глаз. Сидел у открытого окна, медитировал и смотрел на звёзды. Здесь они казались невероятно яркими и будто немного больше тех, что я помнил по прошлой жизни.

Для мастера глубокая медитация могла частично заменить обычный сон, хотя постоянно злоупотреблять этим всё же не стоило.

Я приводил в порядок не только тело, но и разум — ярость, вырвавшаяся в лесу после расставания с Сюэ, окончательно улеглась, позволяя снова спокойно оценивать собственные слова, действия и последствия, к которым они могли привести.

Утром я спустился вниз свежим, полным сил и с полностью восстановленным запасом Ци.

Возле выхода из чайного дома меня ждали двое знакомых стражников-медведей. Бывший кандидат в мастера выглядел излишне взволнованным, отчего я внутренне напрягся.

— Мастер Тай Лунг! — начал он, едва я вышел на улицу. — Мы должны вас поблагодарить!

— Я уже получил награду.

— Не за это, — торопливо вмешался его товарищ. — Те бандиты, которых вы привели, находились под действием дурмана.

Я нахмурился. Дурман — это довольно распространённый дешёвый растительный наркотик, как минимум это объясняло, почему те идиоты решили ограбить меня, но за что именно меня благодарили сверх уже выданной награды, оставалось непонятно.

— Они принадлежат к банде Горького Корня, — продолжил первый медведь. — Это местные торговцы дурманом. Когда пленники пришли в себя и узнали, кто именно их поймал, то настолько испугались, что рассказали всё: где находятся тайные тропы, склады и поля в горах.

— И вы уже успели проверить?

— До рассвета отправили двух разведчиков. Они нашли одну из троп, склад и метки, о которых говорили пленники. Несколько лет мы не могли обнаружить их основные земли, а теперь знаем, где искать!

Я медленно кивнул. Что же, игра по правилам принесла довольно неожиданные плоды. Если бы я просто убил троих идиотов на дороге, никто бы не узнал ни о Горьком Корне, ни о тайных полях.

— Рад за вас. Удачи с бандой. — Я направился к выходу из города.

Можно было остаться и помочь с зачисткой, но тогда этот побочный квест рисковал породить ещё десяток побочных квестов — так и работает борьба с преступностью, а времени я и без того потратил достаточно.

Я почти дошёл до последних домов, когда позади раздался многоголосый крик:

— Спасибо вам, мастер Тай Лунг! Удачи в Долине Мира!

Я остановился. Возле лавок, чайного дома и рыночного навеса стояли несколько десятков горожан. Никто не разбегался, не звал стражу и не смотрел на меня как на чудовище, хотя к этому моменту весь Юнь-Тай наверняка уже знал, кто именно провёл здесь ночь.

В этот момент они видели во мне не монстра из старых сказок, а мастера, который поймал бандитов и помог решить многолетнюю проблему города.

Странное ощущение…

Я не стал оборачиваться полностью, лишь слегка кивнул, принимая благодарность, после чего продолжил путь к Нитям Надежды.

Приятно хоть иногда быть спасителем, а не разрушителем.

Столица, Императорский Дворец

Взгляд со стороны

Императорский дворец занимал несколько кварталов в самом центре столицы и больше напоминал отдельный город, чем обычную резиденцию. За внешними стенами располагались казармы, сады, дома слуг и чиновников, склады, тренировочные площадки, несколько внутренних дворцов и столько коридоров, что новый человек мог блуждать по ним часами.

Тронный зал соответствовал размерам всего остального комплекса — высокий потолок терялся в полумраке, исполинские колонны из красного лакированного дерева были обвиты золотыми драконами, а пол из чёрного и белого камня полировали настолько тщательно, что в нём отражалось пламя сотен установленных вдоль стен светильников.

В центре зала на возвышении стоял огромный золотой трон, на котором сейчас сидел молодой мужчина в одеждах из тончайшего алого шёлка и чистейшего золота.

На вид ему сложно было дать больше двадцати лет, однако вертикальные зрачки, спокойный взгляд и лёгкая хищная улыбка заставляли забыть о возрасте. Прошло уже больше шести лет с тех пор, как Сюэ Лонг — Кровавый Дракон — забрал власть у собственного отца и начал переделывать Империю под своё представление о правильном государстве.

Старый Император всеми силами цеплялся за порядки, установленные ещё его дедом — законы защищали знатные семьи, чиновники годами занимали одни и те же должности, а военные командиры превращали переданные им земли в личные владения, взамен просто продолжая отправлять в столицу положенную часть налогов.

Сюэ Лонг долго считал, что так и должно быть, пока однажды не покинул дворец без охраны и не увидел, как на самом деле живёт его страна.

Работорговцы открыто договаривались с чиновниками, солдаты продавали оружие преступным кланам, а детей из бедных семей увозили в дома развлечений под подписанными городскими управами долговыми расписками. Наркотики свободно продавались в нескольких улицах от дворцов знати, подпольные арены собирали сотни зрителей, а жалобы простых людей исчезали раньше, чем попадали на стол к кому-то достаточно важному.

А потом он узнал, что его отцу обо всём этом докладывали, но тот лишь требовал не нарушать установленный порядок…

Юному принцу повезло, что рядом оказалась тётушка, которая знала о происходящем намного больше и тоже устала наблюдать, как Империя медленно разваливается.

Всё закончилось за одну ночь.

Старый Император внезапно умер от остановки сердца, а два его старших сына, давно связанные с торговцами людьми и наркотиками, случайно выпали с балкона во время пьяной драки.

Наутро Сюэ Лонг занял трон.

Следующие события вошли в историю под названием Великая Чистка, хотя пережившие её аристократические семьи чаще называли произошедшее Истреблением. За первый месяц несколько родов лишились титулов, имущества и почти всех взрослых представителей, а за полгода с политической карты исчезло большинство семей, десятилетиями зарабатывавших на работорговле, дурмане и подпольных аренах.

Кровавый Император даже не пытался сделать всё тайно — аресты происходили ночью, но приговоры оглашались открыто, а незаконное имущество преступных кланов свозили на площадь перед дворцом и сжигали на глазах у горожан вместе с долговыми расписками, списками рабов и документами о владении захваченными землями. Некоторых владельцев сжигали там же.

Именно после этого прозвище окончательно закрепилось за молодым правителем.

За шесть лет столица действительно изменилась — торговцы дурманом ушли глубоко в подполье, купцы живым товаром предпочитали обходить крупные города за десятки ли, а патрули Теней перестали быть страшной сказкой — теперь о них знали все.

Преступники боялись чёрных плащей, а простой народ всё чаще видел в них тех, к кому можно обратиться, если городская стража внезапно переставала замечать очевидное.

— Владыка, — раздался негромкий голос. Мужчина в широкополой соломенной шляпе и тёмно-синем одеянии незаметно отделился от одной из колонн. — Тень Императора прибыла.

Сюэ Лонг привычно провёл раздвоенным языком по губам и лениво махнул рукой, после чего слуги, советники и большая часть охраны начали покидать помещение — никто не задавал вопросов, и уже через несколько мгновений в огромном зале остались только Император и неизвестный в синих одеждах.

Из-за дальней колонны вышла Сюэ Ся, сняла капюшон, и её обычно спокойное лицо тронула лёгкая улыбка. Преклонять колено она не стала — наедине подобные формальности давно потеряли всякий смысл.

— Выглядишь уставшим, Лонг, — произнесла она, подходя ближе к трону.

— А ты выглядишь чрезвычайно довольной, тётушка, — ответил Император. — Полагаю, Вэй-Цзинь преподнёс тебе что-то интересное?

Сюэ достала из-под жилетки толстую учётную книгу и передала её воину в синих одеяниях, который, почтительно поклонившись, отнёс её императору.

— Имена, суммы, маршруты, поставки и несколько десятков расписок. Этого хватит, чтобы размотать всю сеть Пэна и добраться до людей, которые прикрывали его из столицы. Сам боров уже в подземельях.

Император принял книгу, но открывать её не спешил.

— Мне докладывали, что Пэн нанял Охотников.

— Двенадцать бойцов и их командира, — кивнула Сюэ. — Лучший отряд Синдиката из тех, что я встречала за последние годы.

— При этом ни одна из находившихся возле города Теней не вступила в бой.

— Не вступила.

Сюэ Лонг немного подался вперёд.

— Ты расправилась со всеми одна?

— Нет.

В зале повисла короткая пауза.

— Вот как? — В голосе Императора появился настоящий интерес. — Кто-то из старой Неистовой Пятёрки?

— Тай Лунг.

Сюэ Лонг несколько секунд молча смотрел на наставницу, после чего откинулся на спинку трона и тихо рассмеялся.

— Монстр из Чор Гом? Ученик, предавший собственного мастера, ради которого мой отец построил самую дорогую тюрьму в истории Империи?

— Именно он.

— Я слышал о его побеге, но посчитал первые донесения паникой после смерти Угвея. Значит, клан носорогов действительно умудрился его упустить…

— Тай Лунг разрушил Чор Гом и ушёл, — спокойно ответила Сюэ. — После этого спас деревню от банды одного довольно известного в узких кругах бандита, помог мне разобраться с Пэном, убил Охотников и не тронул ни одного мирного жителя. Его жертвами всё это время становились только те, кто нападал первым или представлял реальную угрозу.

Император задумчиво постучал когтем по подлокотнику.

— Угвей описывал его несколько иначе.

— Угвей увидел в нём тьму, а после нападения на город получил достаточно доказательств собственной правоты, чтобы больше ни в чём не сомневаться. — Пожала плечами снежная пантера. — Это не делает рассказ ложью, но и истиной его назвать сложно.

— Ты защищаешь преступника? — хмыкнул император.

— Я рассказываю, что увидела сама. Тай Лунг горд, вспыльчив и слишком легко убивает тех, кого считает врагами, однако с ним можно договориться, он держит своё слово и не нападает на слабых ради удовольствия. Мне приходилось работать с людьми намного хуже.

Император подал какой-то знак рукой и наконец открыл книгу. Пролистав первые страницы, он ненадолго задержался на одном из имён.

Улыбка с его лица исчезла.

— Советник Чжао… Смело.

— На следующих страницах будет ещё интереснее.

Сюэ Лонг захлопнул книгу.

— Чего хочет Тай Лунг?

— Пересмотра приговора и возможности перестать считаться беглым преступником. Я обещала ходатайствовать перед тобой после выполнения задания.

— Значит, он помог Тени Императора в обмен на возможную амнистию?

— Он помог, прекрасно понимая, что я ничего ему не гарантировала.

— Приговор вынесен при моём отце, и отменить его я могу. Только одной помощи в Вэй-Цзинь для этого недостаточно — после побега Тай Лунг направился в Долину Мира, а там находятся Шифу, новый Воин Дракона и вся нынешняя Пятёрка.

— Я знаю.

— Если он устроит там новую резню, вопрос с амнистией закроется сам собой.

— Он дал слово не убивать Шифу.

— Хорошее начало. Посмотрим, сколько будет стоить его слово, когда они встретятся… — Император передал книгу появившейся возле ступеней Тени, и та сразу исчезла вместе с ней. — Продолжай наблюдать, но пока не вмешивайся. Если Тай Лунг покинет Долину Мира без горы трупов, я соглашусь выслушать его лично. Тогда и решим, что делать с приговором.

— Благодарю, Лонг.

— Не спеши. Даже после отмены приговора мастера из Нефритового Дворца не перестанут считать его чудовищем, а Совет Мастеров потребует вернуть беглеца в Чор Гом.

— С Советом ты как-нибудь справишься.

Сюэ Лонг усмехнулся.

— Конечно справлюсь. Вопрос лишь в том, сколько членов у него останется после нашего разговора.

— Постарайся сохранить хотя бы половину.

— Ничего не обещаю.

Сюэ Ся слегка поклонилась, пряча довольную улыбку. Она воспитала достойного императора…

POV Тай Лунг

Нити Надежды представляли собой целую сеть подвесных мостов, соединявших каменные выступы над Ущельем Дракона.

Сам путь считался одним из древнейших в Китае, хотя от первых мостов, построенных неизвестно сколько веков назад, давно не осталось даже щепки — доски, канаты и крепления постоянно меняли, особенно после сезона сильных ветров, когда отдельные пролёты повреждались или вообще улетали на дно ущелья.

Получался своеобразный Корабль Тесея — мост тот же самый, только оригинальных частей в нём уже давно нет.

Главные крепления делали из дорогих и прочных материалов, а вот настилы и боковые канаты специально собирали из распространённого дерева и обычных верёвок, чтобы разрушенный участок можно было заменить за несколько дней, не разорив ближайший город.

Разумно.

Сами Нити располагались над Ущельем Дракона — огромной пропастью, которая, согласно легендам, появилась во время битвы «Дракона-Императора» и «Великого Феникса» с неким Порождением Тьмы.

Что это за Порождение, почему оно с кем-то сражалось и откуда вообще взялись Дракон с Фениксом, никто толком не знал, разве что сам Китай, по легенде, основал именно Дракон-Император, но личность он довольно загадочная, и я сам мало об этом знаю.

Ущелье существовало намного дольше нынешней Империи, а добраться до его дна считалось отдельным подвигом. В старых книгах говорилось, что внизу находилось огромное плато из запёкшегося камня с идеально ровным полушарием посередине.

Ничего подозрительного, ага — наверняка самое обычное природное образование. Надеюсь, сарказм вы уловили.

Бежать по раскачивающимся мостам было одновременно страшно и весело. После начала новой жизни в теле Тай Лунга подобное происходило со мной постоянно: вроде бы получаешь удовольствие, любуешься видом и наслаждаешься возможностями тела, но в какой-то момент понимаешь, что обычный человек уже раз десять сорвался бы вниз и превратился в небольшое пятно на камнях.

Вообще, местные красоты продолжали удивлять — высоченные скалы, туман глубоко внизу, водопады, срывающиеся с краёв ущелья и исчезающие задолго до дна…

Хоть экскурсии води.

Идиллия закончилась, когда я добрался до последнего пролёта, отделявшего меня от дороги в Долину Мира — на противоположной стороне стояли пять фигур.

Ах да… Как я мог забыть?

Неистовая Пятёрка в полном составе.

Несмотря на человеческий облик, я сразу узнал героев мультфильма — высокая рыжеволосая девушка с тигриными ушами и полосами на коже стояла впереди, рядом находились блондин с обезьяньим хвостом, невысокий пацан с родословной богомола, девушка со змеиными глазами и участками чешуи на лице, а немного позади был и крылатый парень.

Тигрица, Обезьяна, Богомол, Гадюка и Журавль.

Мои младшие «братья и сёстры» по учителю.

Поправочка: очень недружелюбные младшие братья и сёстры.

Я сразу ускорился — если они полностью уничтожат последний пролёт, добираться до противоположной стороны придётся по отвесной скале или с помощью оставшихся канатов. Для меня это не являлось непреодолимой проблемой, но добровольно ставить себя в настолько неудобное положение не хотелось.

Тигрица дождалась, пока я пробегу большую часть моста, и подняла руку.

— Рубите!

Обезьяна и Богомол одновременно ударили по двум нижним несущим канатам возле крепления, раздался треск лопнувших волокон.

Настил резко провалился, удерживаемый теперь только двумя боковыми страховочными верёвками, и почти горизонтальный мост за мгновение превратился в раскачивающуюся над бездной лестницу, но именно к этому я и готовился с самого начала — в тот момент, когда доски ушли из-под ног, я оттолкнулся от перил, направил Ци в мышцы и прыгнул к противоположному выступу.

До земли оставалось всего несколько метров. Поняв, что на твёрдой поверхности преимущество будет за мной, Тигрица прыгнула наперерез. Мы столкнулись в воздухе: её когти полоснули меня по предплечью, а моё колено врезалось ей в корпус, выбивая воздух из лёгких, но своей цели она всё-таки добилась. Столкновение сбило меня с намеченной траектории и отбросило назад.

Я вонзил когти в доски моста, останавливая скольжение, и спокойно встал, держась за одну из верёвок. Мост раскачивался над бездной, скрипел и стонал, но держался, ведь оборванные нити теперь держали остальные члены новой Неистовой Пятёрки.

— Где Воин Дракона? — спросил я, поднимаясь. Ситуация была сюрреалистичной, но не повторить легендарную фразу из мультфильма я просто не мог.

Тигрица приняла боевую стойку — отступить она не могла — я бы просто не позволил ей это сделать.

— Может, ты сейчас смотришь на него, — твёрдо сказала девушка, и всё же я заметил, с каким трудом ей дались эти слова — даже не называя себя Воином Дракона напрямую, Тигрице было неприятно примерять титул, который отдали кому-то другому.

— Мы не враги, — произнёс я, убирая с лица прилетевшую щепку. — Зачем же ты так яростно пытаешься втянуть меня в эту битву, кошечка? Я просто иду домой.

— Ты чудовище! — выплюнула она, ничуть не смутившись. — Ты разрушил Чор Гом и убил сотни стражников!

— Которые двадцать лет участвовали в моих пытках.

— А люди в городе рядом с Нефритовым Дворцом?!

Тут возразить было сложнее.

— Да, с ними вышло нехорошо.

— Нехорошо?! — В глазах Тигрицы вспыхнула ярость. — Мы остановим тебя и вернём мир в Долину Мира!

— Вернём мир в Долину Мира, — тихо повторил Обезьяна, и нервно хохотнул, но тут же получил подзатыльник от Гадюки и снова посерьёзнел.

Рыкнув, Тигрица бросилась в атаку. Она оказалась намного быстрее носорогов и даже Охотников, с которыми мне довелось столкнуться раньше — её стиль строился на постоянном давлении, тяжёлых прямых ударах и использовании всего веса тела, что на раскачивающемся мосту работало одновременно и в её пользу, и против неё, ведь каждый сильный удар заставлял пролёт дёргаться ещё сильнее.

Я встретил первый кулак блоком, пропустил когти над плечом и перенаправил удар ноги в сторону. Тигрица тут же продолжила серию, не давая возможности остановиться, однако двигалась слишком яростно и раз за разом вкладывала в атаку больше сил, чем требовалось.

— Ты сильна, — признал я, уклоняясь от очередного удара. — Но совершенно не умеешь сдерживаться.

— Заткнись! — Она развернулась и попыталась достать меня ногой, но я поймал её за лодыжку. В янтарных глазах мелькнуло удивление.

— Полетаем? — Используя её собственную инерцию, я раскрутился и швырнул Тигрицу в сторону, откуда я пришёл, не давая той и шанса вернуться к товарищам.

Тигрица пролетела несколько десятков метров, проломив своим телом несколько сотен дощечек, и повисла на одной руке, но я не дал ей опомниться — я перехватил свободный конец разрубленного несущего каната и, используя инерцию, протянул его поперёк её горла, прижимая девушку к остаткам настила.

— Кха!.. — Тигрица вцепилась в верёвку, пытаясь освободиться, но сил для этого ей не хватало.

— И это всё? — спросил я, глядя ей в глаза. — Неужели с такими навыками ты думала, что сможешь стать Воином Дракона?

Чувство опасности внезапно взвыло, заставив меня дёрнуть головой в сторону.

Вжик-вжик-вжик!

Три боевых иглы вонзились в доску возле моего плеча, и из крохотных отверстий начала подниматься слабая зеленоватая дымка. Гадюка тем временем бежала по боковому канату, стараясь выиграть время для Журавля, а тот дождался подходящего момента, стремительно спикировал на мост, подхватил Тигрицу и тут же взмыл обратно, вытаскивая её из петли.

— Обезьяна! — крикнула Гадюка, отправляя в меня новую тройку игл и отскакивая назад, чтобы снова разорвать дистанцию — в ближний бой девушка вступать не хотела.

Я ушёл в сторону, и в этот момент с верхней части моста сорвался Обезьяна — он разогнался по наклонному настилу и прыгнул, рассчитывая впечатать обе ноги мне в грудь. Ошибка.

— Получи! — Я дождался, пока между нами останется меньше метра, шагнул навстречу и перехватил его за лодыжку. Обезьяна повис в воздухе, несколько раз неловко взмахнув руками. — Э… привет?

— Пока.

Я коротко ударил пальцами по точке возле основания шеи, намеренно сдерживая силу. Глаза Обезьяны закатились, тело обмякло, и он повис у меня в руке.

— Нет! — Когда её товарищ оказался у меня в заложниках, Гадюка сразу сменила тактику и на полной скорости бросилась ко мне, обрушив серию быстрых ударов, но стоило мне самому попытаться сократить дистанцию, как она резко отпрыгивала назад и снова принималась метать в меня иглы — на этот раз уже без яда — видимо боялась, что я использую Обезьяну как живой щит.

Несколько ударов полетели мне в голову, вынуждая пригнуться и тем самым подставиться под иглы. Пропустив одну всего в паре сантиметров от шеи, я решил рискнуть.

Гадюка снова рванула вперёд, а над мостом послышался хлопок крыльев — Журавль зашёл со стороны ущелья, рассчитывая атаковать меня одновременно с ней, но я не стал уклоняться, а принял удар девушки на плечо, перехватил её запястье и с силой дёрнул на себя, закрываясь её телом. Журавль резко раскрыл крылья и ушёл вверх, чтобы не врезаться в собственную союзницу.

— Отпусти! — Прошипела Гадюка, пытаясь ударить меня свободной рукой с иглами, зажатыми между пальцев.

— Спи, принцесса. — Пока Гадюка пыталась восстановить равновесие, я отпустил её запястье и той же рукой надавил на точку у основания шеи, выпуская короткий импульс Ци. Девушка дёрнулась и обмякла, но я успел прижать её к боку, не позволив сорваться с моста.

Первая атака Пятёрки окончательно захлебнулась — Обезьяна без сознания висел в моей левой руке вниз головой, Гадюку я придерживал правой, прижав к боку, а Тигрица тяжело дышала и потирала шею.

Хмыкнув, я начал идти к ним.

Троица напряжённо следила за каждым шагом, но никто не решался атаковать.

— Отпусти их! — потребовала Тигрица. — Они уже проиграли!

— Я отпущу их, как только ступлю на твёрдую землю, — спокойно ответил я. — Или… — Я демонстративно вытянул левую руку, свешивая тушку Обезьяны над пропастью. — Мне отпустить его прямо здесь? Лететь долго, возможно, даже в себя прийти успеет. — Разумеется, бросать Обезьяну я не собирался, но им об этом знать необязательно.

— Тц! — цыкнула Тигрица, от злости стискивая зубы, но в её глазах плескалось бессилие и страх. Она медленно отступила, давая мне дорогу.

Я преодолел последние метры и ступил на каменистую землю.

— Вот и умница, — сказал я, спокойно проходя мимо Тигрицы.

В нескольких шагах от дороги лежал большой валун. Добравшись до него, я небрежно скинул Обезьяну на траву, а затем наклонился и аккуратно уложил рядом Гадюку.

И нет, я не сексист! Просто её змеиная родословная часто встречалась среди древних аристократических семей, а одежда и украшения указывали на высокое происхождение — негоже благородной даме валяться лицом в грязи…

Обезьяне, впрочем, тоже не обязательно, но его самодовольная рожа меня немного раздражала.

Я выпрямился, отряхнул руки и посмотрел на оставшуюся троицу.

— Всё ещё хотите драться, уважаемые мастера? — спросил я. — Или всё-таки выслушаете своего старшего брата за кружечкой чая?

— Выслушаем «старшего брата»?! — с трудом сдерживаясь, повторила Тигрица. У неё дёрнулся глаз, а сама она даже немного оскалилась, обнажая клыки, и в этот момент она напоминала мне не столько мастера Кунг-Фу, сколько разъярённую кошку. Боюсь представить, что ей там наговорили обо мне в Нефритовом Дворце за эти годы. — Ты кровожадный убийца! Предавший Шифу, заменившего тебе отца! Предавший весь Нефритовый Дворец!

— Ну, чисто технически… — попытался вмешаться я, почесав затылок, но Тигрица продолжала, не обращая внимания на мои слова.

— Ты убил десятки невинных жителей, после чего ворвался в Нефритовый Дворец и попытался забрать Свиток Воина Дракона себе! Травмировал Шифу в процессе! И если бы мастер Угвей не остановил тебя, то…

— Да хватит уже! — перебил я эту дуру, устав выслушивать все обвинения старой черепахи, которые девчонка продолжала транслировать мне как заведённая. — Хотя я тебя понимаю, я ведь убил всех твоих друзей, да? — Я картинно оглянулся и громко вздохнул, «заметив» лежащих без сознания Гадюку и Обезьяну. — А нет, смотри-ка — никто из твоих друзей не погиб и не стал калекой, они всего лишь валяются без сознания, так что избавь меня от этой глупой пропаганды. — Я пренебрежительно махнул рукой, показывая, как воспринимаю подобные обвинения, хотя внутри меня, конечно, кольнуло. Да, в прошлом Тай Лунг сорвался, и из-за его действий, которые теперь стали моими, погибли невинные жители, отрицать это я не собирался, но спешу напомнить, что он мастер Кунг-Фу, мы в средневековом Китае, и свой срок я отсидел: двадцать лет в каменном мешке, без еды и воды, без солнечного света, с ежедневными пытками. — Итак, а теперь вернёмся к делу…

— Если ты действительно хочешь, чтобы мы тебя выслушали, — вперёд выступил Журавль. — То для начала приведи их в чувство. — Он кивнул на лежащих у моих ног Обезьяну и Гадюку. — Ты сказал, что они живы, так докажи это. Мы не станем вести переговоры с тем, кто держит наших друзей в заложниках, введя их в состояние, которого мы не понимаем.

Я хмыкнул.

Разумное требование, и, что самое главное, вполне выполнимое.

— Вы что, не видите, что они живы? — выгнув бровь, спросил я. — Дышат, сердца бьются. Или вас этому Шифу не учил? — Но тройка молчала, напряжённо сверля меня взглядами. Похоже, они всё-таки не рассчитывали, что я пойму, зачем именно им нужна эта «проверка» — они хотели убедиться, что я контролирую себя и действительно настроен на диалог, а заодно вернуть товарищей в строй перед возможным продолжением битвы. — Ну да ладно, сделаю, — кивнул я, направляясь к лежащему парню с хвостом.

Тигрица тут же напряглась, но Журавль остановил её движением крыла — все они понимали: если бы я хотел добить лежачих, то сделал бы это ещё на мосту или сразу после того, как ступил на твёрдую землю.

Не обращая на них внимания, я присел возле Обезьяны.

Выглядел он неважно: бледный, дыхание ровное, но настолько поверхностное, что почти не замечалось, а его весёлая физиономия сейчас полностью расслабилась, отчего парень выглядел донельзя глупо.

— Знаете, — начал я, протягивая руку к его шее, — вырубать противника точечным ударом и коротким импульсом Ци, нарушающим работу нервных узлов, — это искусство, которому я учился довольно долго, оно требует высокого контроля и точности. Один неверный всплеск — и сердце противника может остановиться навсегда. На подготовленном мастере неправильный удар и вовсе не сработает, а вот приводить человека в чувство намного проще. — Я нащупал нужную точку под челюстью, там, где разветвлялась сонная артерия. — Этому Шифу учит чуть ли не в самом начале пути. Для базовой стимуляции потоков Ци даже не обязательно уметь управлять собственной энергией — достаточно знать нужные точки и правильно на них надавить. — Я сконцентрировал крохотную каплю Ци на кончике пальца, надавил под челюстью, затем коснулся точки в солнечном сплетении и закончил резким шлепком по запястью, запускающим меридиан сердца. Тело Обезьяны выгнулось дугой, он судорожно втянул воздух, будто вынырнул из ледяной воды, и закашлялся.

— Кха! Кха-ха!.. Что за…?! — выпалил он, дико вращая глазами и пытаясь сфокусировать взгляд. Переигрываете, молодой человек. Ой, переигрываете…

— Очнулся, — констатировал я, поднимаясь и подходя к Гадюке, одновременно объясняя, что именно произошло с их товарищами. — Они не просто потеряли сознание от удара — я временно нарушил циркуляцию Ци в нескольких узлах и заблокировал нормальную передачу сигналов от тела к разуму. Это больше похоже на кому, чем обычный сон, поэтому без посторонней помощи они могли проваляться так от нескольких часов и до нескольких дней. — Зачем я объяснял всё это своим противникам? Ох, тут всё просто — нужно было не только на деле, но и словами показать своё превосходство над ними. Даже если инстинктивно человек понимает, что перед ним кто-то намного сильнее, это ещё не значит, что и его разум полностью осознал разницу. Бывает и наоборот, из-за чего часто возникают различные недопонимания, со временем приводящие к глупостям и ненужным жертвам. Именно поэтому я и постарался вырубить их максимально демонстративным и очень сложным способом — мог бы тупо вдарить посильнее в нужные точки, как это произошло в мультфильме, но после этого ни Гадюка, ни Обезьяна не могли бы даже стоять на своих двоих, что сильно давило бы как на них самих, так и на их «свеженьких» товарищей.

Я не говорю, что новая Неистовая Пятёрка — идиоты, я даже так не думаю. Они талантливы, просто молоды и неопытны, поэтому я действовал так на всякий случай, чтобы уж точно не возникло проблем.

Я повторил процедуру с девушкой-змеёй, но с ней действовал чуть аккуратнее — всё-таки дама.

Надавив на точку между ключицами, я выпустил короткий импульс. Гадюка распахнула глаза, и её вертикальные, как у рептилии, зрачки мгновенно сфокусировались на мне. Она не закричала и не попыталась ударить, как сделал бы кто-нибудь менее сдержанный, а лишь тихо выдохнула и приподнялась, опираясь на руки. В её глазах мелькнуло узнавание и облегчение, смешанные с опаской.

— Я… — прошептала она, касаясь своей шеи.

— Жива и здорова, — закончил за неё я, отходя назад, чтобы не провоцировать остальных на глупости. — Как и было обещано, я вернул ваших товарищей в нормальное состояние. — Пока «пострадавшие» приходили в себя, потирая ушибленные места и восстанавливая дыхание, я почувствовал на себе внимательный, изучающий взгляд Богомола.

Этот коротышка, ростом едва достававший мне до локтя, сидел на валуне и не сводил с меня внимательных зелёных глаз. Насколько я помнил мультфильм и мог судить по ролям новой Неистовой Пятёрки, он был медиком команды и мастером акупунктуры, поэтому лучше кого-либо здесь понимал, что именно я сейчас сделал.

— Точечный удар в меридиан Спящего Дракона, — пробормотал он, потирая руки. — И разблокировка через Врата Ветра. Я думал, эти техники утеряны после того, как сгорела библиотека мастера Носорога Громовержца…

— Я изучил все техники Кунг-Фу, до которых смог добраться, да и Шифу знал немало, — ответил я, глядя на Богомола. — А я помню всё, чему он меня учил. — Теперь, когда вся их «банда» была в сознании, пусть и в разной степени помятости, напряжение немного спало, но лишь немного — Тигрица всё ещё смотрела на меня так, будто я лично съел её любимую… Не знаю, миску риса? Чем они там лакомятся в Нефритовом Дворце? — Итак, — я развёл руками. — Все живы, никто не стал калекой. Теперь мы можем поговорить как цивилизованные мастера?

— О чём нам говорить с преступником? — прорычала Тигрица, помогая Гадюке встать.

— О том, что я иду в Нефритовый Дворец не для того, чтобы устроить там резню, — спокойно ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Я иду за тем, что принадлежит мне. Или, по крайней мере, за ответами, раз уж за двадцать лет никто так и не додумался мне их дать. — Я внутренне усмехнулся — конечно, я врал.

Ну… Точнее, не договаривал, ведь прекрасно знал Шифу, и этот старый упрямый… зверь — в переносном смысле, конечно, он всё же человек с ушами красной панды — не станет спокойно разговаривать, а сразу встанет в позу, начнёт сыпать «мудрыми фразочками» и попытается меня остановить, рассказывая о МУДрОсти одной Чокнутой черепахи.

В общем, вряд ли получится разойтись миром, учитывая его фанатичное доверие к Угвею. Драка будет, возможно, и не насмерть, но слушать меня он вряд ли станет, только вот им этого знать необязательно.

— Я не хочу убивать никого из вас, — продолжил я, сделав голос мягче. — И не хочу убивать жителей Долины, но вы, кажется, уверены, что я какой-то маньяк, который будет резать всех направо и налево просто потому, что может.

— А разве нет? — подал голос Обезьяна, потирая ушибленный затылок. — Ты выглядишь довольно… угрожающе. Без обид, чувак, но ты и нас неплохо так отпинал…

— Внешность обманчива, и вообще — вы первые напали! — парировал я. — Давайте так: у меня есть предложение.

Пятёрка переглянулась — ребята явно не ожидали, что «Злобный Злодей» в моём лице станет предлагать какие-то сделки, что было весьма обидно, ибо вон я какой «героистый герой» — никого не убил, не покалечил и вообще белый и пушистый!

Буквально!

Пусть благодарят Небеса, что я Снежный Барс, а не Песец, вот тогда бы ничего хорошего встреча со мной им бы не сулила!

— Раз вы так боитесь за сохранность местных жителей и своего драгоценного Дворца… — Я сделал паузу, давая им осознать мои слова. — То сопровождайте меня.

— Что? — переспросил Журавль, удивлённо хлопнув крыльями.

— Вы всё услышали. Сопровождайте меня до Нефритового Дворца и сами убедитесь, что я не сумасшедший мясник, жаждущий резни, — пояснил я. — Да я даже бандитов убивать не буду — оставлю все силовые разборки вам, чтобы доказать, какой я добрый добряк. Ну как, отличная идея же?

Повисла тишина — они переваривали услышанное. Идея была абсурдной и логичной одновременно.

— Ты хочешь, чтобы мы… охраняли тебя? — Тигрица, казалось, сейчас лопнет от возмущения. Её хвост нервно дёргался из стороны в сторону, выдавая бурю эмоций. — Ты издеваешься? Мы должны остановить тебя, а не гулять по Долине Мира в сопровождении самого разыскиваемого и опасного преступника всего Китая!

— Вы не можете меня остановить, — холодно отрезал я, сдерживая раздражение. Понятное дело, что они лишь юнцы, искренне верящие в мою злую натуру, причём не без оснований, но я никогда — ни в этой, ни в прошлой жизни — не отличался мягким характером, и попытки вразумить их, как несмышлёных котят, мне не очень-то нравились. — Вы уже попробовали. Результат видите. — Я кивнул на оборванный мост, всё ещё висевший над ущельем на двух боковых канатах, и на самих мастеров, теперь имевших весьма побитый вид. — У вас есть выбор: либо вы снова пытаетесь меня убить, и я, защищаясь, могу случайно переломать кому-то из вас хребет уже по-настоящему, либо идёте со мной и следите за порядком. Решать вам.

— Это безумие, — покачал головой Журавль. — Мы должны… мы должны вернуться и предупредить Шифу! Полетели! То есть… побежали! — Он уже собирался развернуться, но его остановил тихий и неожиданно властный голос:

— Постой, Журавль. — Это была Гадюка. Она стояла, опираясь на плечо Тигрицы, и смотрела на меня не с ненавистью, как её подруга, и не с недоверием, как Журавль, а с любопытством и… надеждой? — Подожди, — повторила она, обращаясь к крылатому парню. — Он прав — мы проиграли бой, и, если нападём снова, просто погибнем. Тогда его действительно некому будет остановить. Ты самый быстрый из нас — можешь полететь вперёд и предупредить мастера Шифу, а мы останемся рядом с Тай Лунгом и… приведём его.

— И что ты предлагаешь? — огрызнулась Тигрица. — Провести его к мастеру за ручку?

— Я предлагаю не рубить с плеча, — мягко осадила её Гадюка, после чего повернулась ко мне. — Мастер Тай Лунг… Можем мы попросить вас подождать пару минут? Нам нужно обсудить ваше предложение.

Я пожал плечами, всем своим видом показывая, что мне абсолютно всё равно, что было довольно сложно — я едва сдерживал улыбку и злобный смех.

— У вас есть пять минут, потом я уйду. С вами или без вас. — Ждать дольше я не собирался: здесь не было ни интересной спутницы, ни весёлого приключения, ради которых стоило жертвовать временем на пустые разговоры.

Гадюка кивнула и потянула Тигрицу за рукав и-фу.

— Идёмте. — Пятёрка отошла на добрый десяток метров, к самому обрыву, поддерживая всё ещё приходящего в себя Обезьяну и слегка пошатывающуюся Гадюку, после чего принялась обсуждать моё предложение.

Я остался возле валуна, скрестив руки на груди. Ветер из ущелья трепал волосы и свободные штаны, но не мешал слушать их шёпот — усиленный слух позволял разобрать каждое слово, хотя я делал вид, будто любуюсь пейзажем.

— Он сумасшедший! — прошипела Тигрица. — Мы не можем ему верить! Это уловка! Он хочет использовать нас как заложников, чтобы Шифу не мог ничего ему сделать!

— А если нет? — возразил Обезьяна, потирая шею. — Слушайте, он меня вырубил одним ударом! Если бы захотел, то свернул бы шею и сбросил с моста. Одной Гадюки в заложниках ему бы хватило!

— Может, он бережёт силы для Шифу? — предположил Богомол. — Не то чтобы у нашего мастера были шансы в прямом столкновении, если судить по тому, как он раскидал нас, но… Зачем ему мы?

— Или, может быть, он действительно изменился? — тихо спросила Гадюка. — Двадцать лет — большой срок. В его глазах не было жажды убийства, только усталость и какая-то решимость.

— Гадюка, я знаю, что ты отлично разбираешься в людях, но люди не меняются, — отрезала Тигрица. — Особенно такие, как он. Тьма в его сердце поглотила его давным-давно.

— Но у нас нет выбора, Тигрица! — вмешался Журавль. — Если мы нападём сейчас, то станем трупами. Я действительно могу полететь вперёд и предупредить Шифу, а вы пойдёте рядом с Тай Лунгом. В таком случае у вас будет возможность вмешаться, если он начнёт буянить, а я успею подготовить Дворец… Хотя сомневаюсь, что мы вообще сможем чем-то помочь учителю в прямом бою.

Я усмехнулся уголком губ — наивные дети, особенно Тигрица и Журавль — сразу видно, что они попали в ученики Шифу ещё в детстве, как и я, поэтому настоящей жизни почти не видели, в отличие от Обезьяны, Гадюки и Богомола, успевших пожить за пределами стен Дворца, но ход их мыслей мне нравился — того гляди и согласятся…

Пока они спорили, я перевёл взгляд на раскинувшуюся внизу Долину Мира. Она была прекрасна! Глядя на неё и вспоминая былые дни, я не мог не улыбнуться.

Благодаря Нефритовому Дворцу это место считалось одним из самых безопасных в Китае, поэтому местные жители могли ложиться спать, не опасаясь, что на следующий день их дома разграбят бандиты. В прошлом их спокойствие и оптимизм передавались и мне, подталкивая вперёд и уверяя, что однажды всё получится и я стану Воином Дракона…

Где-то там, среди этой зелени, меня ждали мой «отец» и мой «сменщик» на посту Воина Дракона.

Что ж, посмотрим, какое решение примут защитники Долины Мира.

В любом случае скучно не будет…

В итоге Пятёрка согласилась сопровождать меня до Нефритового Дворца, но после долгих споров решила не разделяться — они пришли к выводу, что оставлять отряд без единственного летающего участника слишком опасно.

Если я всё-таки сорвусь и начну убивать, именно он должен будет вытащить остальных из боя и доставить во Дворец, даже если те не смогут двигаться самостоятельно, и это вполне разумно.

Насколько я помнил мультфильм, Журавль даже после тяжёлого боя и собственного ранения умудрился дотащить до Нефритового Дворца всех четверых товарищей. Не представляю, каким образом он вообще поднимал такую массу, но факт оставался фактом — в случае чего именно у него были лучшие шансы спасти остальных.

Возражать я не стал — я не планирую ничего такого, так что и проблем в этом не вижу.

Спуск с перевала затянулся, превратившись в монотонное испытание не столько для ног, что и неудивительно, учитывая, какая компания тут собралась, сколько для нервов.

Извилистая каменистая тропа, петляющая меж скал, постепенно уступала место мягкой, податливой земле, укрытой пружинистым ковром из опавшей хвои. Воздух здесь, в низине, был другим — густым, влажным, наполненным сладковатыми ароматами мокрой древесины, прелой листвы и цветов. Долина Мира оправдывала своё название: здесь даже дышалось легче чем в других провинциях!

Наша странная процессия двигалась в молчании, которое со временем становилось всё более неловким — я задавал темп, идя впереди с нарочитой расслабленностью, а Пятёрка держалась полукругом за моей спиной, сохраняя дистанцию примерно в пять шагов. Их напряжение ощущалось физически, о чём я не постеснялся сообщить.

— Эмаль сотрёте, — бросил я через плечо, не оборачиваясь, но дёрнув ухом. — Скрип ваших зубов слышен, наверное, даже в Нефритовом Дворце. Вы распугаете всю дичь в радиусе пары километров. — Немного троллинга Неистовой Пятёрке не помешает — а то какие-то слишком уж серьёзные они.

(Примечание автора: логичнее было бы использовать китайскую меру длины — ли, равную примерно пятистам метрам, но я, с вашего позволения, покладу большой металлический болт на подобные условности в угоду удобству восприятия.)

— Мы просто бдительны, — сухо отозвалась Тигрица. — И зубами мы не скрипим — это тебя слух подводит, — добавила она с раздражением.

— Вы скорее зажаты, а это не есть хорошо. Шифу в прошлом часто говорил мне: «Будь подобен воде, а не льду. Лёд сопротивляется давлению, а вода приспосабливается к нему».

Послышался сдавленный хрюк — Обезьяна безуспешно попытался сдержать смех, за что, судя по мгновенно воцарившейся гробовой тишине, тут же был испепелён взглядом лидера Неистовой Пятёрки — Тигрицы.

Нужно было чем-то занять время — идти в тишине было невыносимо скучно, да и любопытство, признаться, брало своё — мне было интересно, какими на самом деле окажутся люди, знакомые мне лишь по мультфильму.

— Кстати, всё хотел спросить, — я слегка замедлил шаг, позволяя им подойти чуть ближе. — Вы так и будете звать друг друга по родовой принадлежности? «Тигрица», «Обезьяна», «Журавль»… Звучит как-то… Странно.

— Это наши титулы, — с гордостью в голосе произнёс Журавль, на ходу поправляя широкую соломенную шляпу. — Принимая путь мастера, мы принимаем сущность нашего стиля, становимся его воплощением, и имя, данное при рождении, отходит на второй план.

— Ну и глупости, — зевнул я, лениво срывая травинку и зажимая её в зубах. — У каждого есть имя, данное родителями, зачем же отказываться от него? Вот тебя, хвостатый, как звали до того, как ты решил Обезьяной зваться?

Хвостатый парень почесал затылок, переглянувшись с Богомолом. Радовало, что в его глазах плясали смешинки, а не злость — всё-таки не соглашаясь с ними в этом вопросе я не хотел никого оскорбить.

— Ну… Вообще-то, Ву Конг.

Я чуть не споткнулся на ровном месте. Остановившись, развернулся и с ехидной ухмылкой посмотрел на него.

— Ву Конг? Серьёзно? Родители назвали тебя в честь легендарного Короля Обезьян? Высокая планка, парень. Надеюсь, облака седлать умеешь? Или хотя бы посох увеличивать?

— Не умею, да и это имя я взял себе в детстве сам, — Ву Конг расплылся в широкой улыбке, явно радуясь смене темы на что-то более привычное. — Зато персики ворую не хуже него! И печенье. Особенно миндальное.

— Обезьяна, — укоризненно, но беззлобно прошипела Гадюка.

— А что? У меня красивое имя. Мне нравится. А тебя, кстати, как звали? Я уже и забыл, мы так давно зовём друг друга титулами…

— Мастер Гадюка, — сначала отрезала она привычным тоном, но, поймав мой вопросительный, слегка насмешливый взгляд, тихо, почти шёпотом добавила: — Лянь. Моё имя Лянь.

— Лянь… Лотос. Тебе подходит больше, чем простое обозначение ядовитой змеи, — кивнул я, оценивающим взглядом осматривая её, отчего девушка даже немного покраснела. — А ты, зелёный?

Богомол, идущий рядом с Обезьяной, важно поправил усики на голове и выпятил грудь.

— Танг… В честь основателя стиля Северного Богомола. Мой отец был фанатиком истории боевых искусств и мечтал, чтобы я стал великим воином, несмотря на размер.

— Журавль?

Журавль удивлённо моргнул, будто задумавшись на секунду, после чего ответил:

— Тянь Хэ. Небесный Журавль.

— Тоже пафосно. А ты, полосатая?

Тигрица промолчала. Её лицо оставалось непроницаемой маской, а янтарные глаза впились в меня, будто пытаясь просверлить в голове дырку.

— У неё нет имени, — вместо Тигрицы ответил Обезьяна, в голосе которого слышалось сочувствие. — Шифу нашёл её в приюте Бао-Гу. Она всегда была просто Лао Ху — Тигрицей…

Вот оно что, выходит, она ещё одна сирота, воспитанная Шифу как и я…

Только я получил имя «Великий Дракон», ставшее моим проклятием и какой-то злой насмешкой судьбы, а она получила настолько невыразительное имя, явно данное без каких-либо чувств и надежд. Не знаю, что хуже — нести бремя великого предназначения, которое тебя раздавит, или не иметь даже нормального имени, за которое можно держаться.

— Понятно, — я отвернулся, продолжая путь, чтобы не видеть её взгляда. — Значит, мы с тобой одной крови, Тигрица. Дети, у которых не было детства, только тренировки в ожидании одобрения, которого никогда не дождёшься… — Ответа не последовало, но я почувствовал, как аура за спиной дрогнула. Я попал в точку, и ей это не понравилось.

На самом деле со мной всё было не так — Шифу во мне души не чаял, и пусть он был повёрнут на Кунг-Фу, а я действительно не имел нормального детства, слова гордости слышал часто…

— Почему ты не убил нас? — вдруг спросила Лянь. — Там, на мосту… Ты мог сбросить нас, мог добить, пока мы были без сознания. Почему? Это… не вяжется с тем, что нам рассказывали о тебе…

— А что вам рассказывали? — Я скосил на неё глаза.

— Что ты чудовище, — прямо ответил Танг. — Что в тебе нет ни капли жалости. Лично мне запомнилась история, в которой на показательном выступлении перед мастерами из Столицы ты сломал ногу мастеру Крокодилу просто потому, что он показался тебе слишком слабым для звания мастера…

— Крокодил был идиотом и не умел держать блок, — фыркнул я. — А насчёт жалости… Я не убил вас не из жалости, а потому что это была бы бессмысленная жестокость. — Я повернулся к ним лицом, продолжая идти спиной вперёд. — Вы — защитники этой Долины. Если я перебью вас, кто будет отгонять бандитов? Кто будет снимать котят с деревьев или чем вы там ещё занимаетесь? Шифу уже стар, и пока он не овладеет Ци, он не сможет продлить свою жизнь ещё больше. Ему нужна замена. Вы слабые, неопытные, но вы гениальные мастера Кунг-Фу, которые обязаны защищать эти места.

— Ты говоришь о нас как о вещах, — нахмурился Ву Конг — ему не понравились слова о Шифу, как и остальным.

— Скорее как о функциях, — поправил я. — Я ведь впервые вас вижу, так о каких сентиментальных чувствах может идти речь? Я и имена ваши узнал пару минут назад, вообще-то… — покачал я головой, снова поворачиваясь к ним спиной и продолжая путь.

Некоторое время спустя

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые и фиолетовые тона, когда мы спустились в широкую низину, заросшую густым лиственным лесом. Мой желудок снова напомнил о себе требовательным, раскатистым урчанием, заставив Тянь Хэ испуганно дёрнуть крылом, но я привычно проигнорировал голод — впереди послышались шум, треск веток и грубый смех.

Из кустов с гиканьем и свистом на дорогу вывалилась пёстрая шумная толпа — десятка полтора, не меньше. Одеты в рваньё, шкуры и куски старой брони, вооружены кто во что горазд: ржавые тесаки, дубины, цепи… Крокодилы и вараны, судя по чертам некоторых из них.

Мелкая банда, типичная для таких мест — идиоты, которые существуют до первого своего «крупного» дела, потому и приодеться не успели, и вооружиться нормально. Подобную гниль мастера давили в зародыше, не давая образоваться сильной банде вроде той, которую собрал Эйс.

Судя по их наглости, шайка откуда-то знала, что Неистовая Пятёрка отправилась к Нитям Надежды, и решила воспользоваться отсутствием главных защитников Долины.

Не получилось, не фартануло…

— Стоять! — прохрипел вожак, здоровенный крокодил с одним глазом, затянутым бельмом, и ожерельем из чьих-то зубов на толстой шее. Он поигрывал огромным молотом. — Плата за проезд! Деньги, драгоценности, еда! А ну выворачивайте карманы, путники! — Его бравада испарилась ровно в тот момент, когда единственный здоровый глаз сфокусировался на фигурах, вышедших из тени деревьев за моей спиной. Он узнал их — не мог не узнать.

— Чёрт… — прошелестело по рядам бандитов. Голоса дрогнули. — Босс… Смотри! Это же Тигрица! И Обезьяна! Это Неистовая Пятёрка! — Бандиты попятились, их строй дрогнул, а кто-то из самых умных даже начал оглядываться в поисках путей отступления. Репутация учеников Шифу работала лучше любого оружия — рептилии явно не горели желанием связываться с элитой Кунг-Фу, о которой слагали легенды, но тут взгляд вожака упал на меня.

— Ох, простите, уважаемые мастера, для вас проход бесплатный! Лорд поставил нас охранять эту дорогу от разбойников, но вы герои, очищающие мир от них, прошу, проходите, — попытался скрыть страх за наигранным уважением глава шайки рептилий, отчего я едва не рассмеялся в голос. Только чудо и интерес к тому, чем всё закончится, помогли мне сдержаться. Вообще, идея была неплохой — не выгляди он как буквальное воплощение «разбойника с большой дороги», могла бы и сработать.

Заметив, что никто из моих спутников не думает его атаковать, он, похоже, уверился, что сумел обмануть Неистовую Пятёрку, и решил вернуть себе остатки уверенности.

Главарь ткнул в меня пальцем.

— А вот ты, бедняк, выкладывай налог на проход!

Мастера напряглись, переводя взгляды с меня на этого идиота и явно готовясь вмешаться, если я сорвусь. Разве что Гадюка выглядела спокойнее, да Обезьяна хитро улыбался, а когда заметил, что я смотрю на него, просто подмигнул…

Ладно…

Я медленно выдохнул, расслабляя плечи, и вместо того, чтобы атаковать, рассмеялся, даже не пытаясь сдерживаться. Это заставило Тигрицу, Журавля и Богомола только сильнее напрячься, а вот Гадюка и Обезьяна, наоборот, сразу выдохнули и переглянулись.

— Мы договаривались, — отсмеявшись и не обращая внимания на слова бандитов, напомнил я, глядя на Тигрицу сверху вниз. — Я обещал не устраивать бойню без нужды. Этот мусор того не стоит, так что прошу, разберитесь с ними поскорее, и продолжим путь. — Сделав несколько небрежных шагов в сторону, я прислонился к стволу старого закрученного дуба, росшего на обочине, и скрестил руки на груди. — Разберитесь с ними. И покажите мне, чему вас научил Шифу за эти двадцать лет.

Вожак бандитов-рептилий моргнул, не ожидая такого пренебрежения. Его лицо побагровело от ярости, а глаза сузились, отчего чешуя вокруг них мелко собралась складками.

— Э… Ты чё, самый умный? — взревел он, теряя остатки осторожности. — Именем лорда этих земель, плати за проезд! — Он замахнулся молотом, делая шаг ко мне.

Интересный факт: у Долины Мира, в отличие от других провинций, не было собственного лорда. Городские лорды такими не считались, а роль правителя этих земель выполнял Нефритовый Дворец в лице Шифу.

— Взять их! — рявкнула Тигрица, и началось.

Я впервые видел их в бою со стороны, не будучи их целью, и зрелище это было… познавательным. Разница между моей философией, подходом столичных мастеров в лице Сюэ Ся и тем, как сражалась Неистовая Пятёрка, бросалась в глаза с каждым движением.

Я и раньше знал, что нынешние ученики Нефритового Дворца слишком сильно стараются обходиться без убийств, однако одно дело — слышать об этом или наблюдать последствия, и совсем другое — собственными глазами увидеть, насколько сильно Шифу перестроил даже самые жестокие стили Кунг-Фу.

Тигрица была очень похожа на меня — её стиль Тигра во многом напоминал мой стиль Леопарда, причём настолько, что не разбирающийся человек мог бы спутать их, однако разница была, и не только в самом стиле.

— Ха! — Удар ладонью — и молот вожака разлетелся в щепки, серия молниеносных ударов в корпус — и огромный крокодил отправился в полёт, врезавшись в своих подручных.

Но она не добивала противников, её удары приходились в крупные мышцы, сбивая дыхание и временно парализуя конечности, но не ломая кости, как это делала Сюэ Ся, и не убивая, как это делал я. Она била жёстко и эффективно, но будто сдерживалась в последний момент, отчего удары лишь вырубали противников.

Что за глупость?

Стиль Тигра направлен на убийство, а не на обезоруживание или обездвиживание. Используя его таким образом, Тигрица могла показать в лучшем случае треть своей истинной силы.

Ву Конг же, казалось, вообще не дрался, а играл с противниками — он прыгал по головам врагов, используя их плечи как трамплины, пока хвост жил своей жизнью, ставил подножки, бил противников в лицо и выхватывал оружие, летевшее в его союзников или в него самого.

Также он часто подставлял под удар противников их же союзников — один крокодил с размаху рубанул топором, целясь в голову Обезьяны, который увернулся в последний момент, просто отклонившись назад, и лезвие со звоном врезалось в щит другого бандита.

— Упс! — захохотал Ву Конг, вися на ветке вверх ногами и раскачиваясь. — Ты своему другу чуть хвост не отрубил! Аккуратнее, ребята, вы же поранитесь! — Его стиль уже отлично подходил для мягкой нейтрализации множества противников, и сражался он, пусть и играясь, но практически в полную силу. Однако в его случае мне не нравилось, что Ву Конг превращал бой в какой-то фарс.

Лянь же была воплощением гибкости — она двигалась с невероятной грацией и лёгкостью, уклоняясь от ударов с неестественной для обычного человека пластикой. Её стиль напоминал стиль Обезьяны тем, что она использовала инерцию врагов против них самих.

Нырок под замах, быстрый захват ногами, рывок — и двое громил-варанов с грохотом падают, запутавшись в собственных конечностях. Она использовала болевые приёмы и броски, при этом сама едва касалась земли — так быстро она переходила от одного противника к другому.

Заметил я и её неопытность — девушка была не самой сильной в группе, думаю, едва превосходила Богомола, и из-за привычки постоянно уступать товарищам в силе почти не использовала собственное преимущество даже тогда, когда превосходила врага.

Тянь Хэ работал на подхвате, вытаскивая товарищей из опасных ситуаций, и иногда взмахивал крыльями, создавая мощные потоки воздуха, сбивающие бандитов с ног или поднимающие пыль и ослепляющие их. Он маневрировал по полю боя, не давая врагам перегруппироваться или окружить товарищей.

Отличная реализация стиля, из него вышел хороший мастер поддержки, однако как самостоятельная боевая единица он выглядел довольно спорно, и проблема явно была в Шифу, который готовил из него бойца поддержки, а не штурмовика.

Последним я оценил Танга, который, несмотря на маленький рост и худощавое телосложение, метался между врагами, наносил точечные удары пальцами по нервным узлам и сразу же валил противников на землю — вот уж кого нельзя было назвать слабым физически. Честно говоря, вспоминая как он в одиночку удерживал мост, когда мы на нём сражались, я не был уверен в том, что превосхожу его по чистой физической силе сколь-либо значительно, ну и его знания об акупунктуре тоже забывать не стоило.

Тык.

Рука громилы с мечом повисает плетью.

Тык.

Нога подкашивается, и бандит падает на колени.

Он обездвиживал противников, не пролив ни капли крови, и это требовало невероятного знания анатомии, силы и точности.

Я смотрел на происходящее с лёгким пренебрежением, смешанным с пониманием. Они не убивали — за весь бой я не заметил ни одного смертельного удара, а на земле после боя не появилось ни одной капли крови. Это и было тем самым различием между мастерами Нефритового Дворца нового поколения и мастерами из Столицы — так называемый мягкий путь. Тот самый, к которому Угвей пришёл в старости и которому Шифу, видимо, обучал новую Неистовую Пятёрку, исправляя «ошибки», допущенные при моём воспитании.

Во время боя я всё-таки не смог молчать — Ву Конг излишне долго издевался над одним из противников.

— Ву Конг! — лениво крикнул я, не меняя позы. — Меньше пафоса! Ты тратишь силы на лишние сальто, а вместо этого мог бы просто ударить в колено и закончить с ним три секунды назад.

— Зато это стильно! — крикнул Обезьяна, делая пируэт и пиная очередного громилу в челюсть. — И зрителям нравится!

— Зритель не впечатлён, — буркнул я, закатив глаза. Через полминуты всё было кончено — банда мародёров валялась на земле, стонала и потирала ушибы. Я отлепился от дерева и медленно, саркастично похлопал в ладоши. — Неплохо. И что вы теперь собираетесь с ними делать?

— Свяжем и передадим ближайшему патрулю, — Тигрица вытерла пот со лба, глядя на меня с вызовом. — Мы обезвредили их, и никто не умер — в этом суть Кунг-Фу — защищать, а не уничтожать. Мы даём им шанс измениться.

— Я недавно уже проверил ваш подход и признаю, что иногда он работает, — парировал я, вспомнив троих идиотов, которых я сдал в том городке. — Но превращать милосердие в обязательное правило для каждого противника — наивность. Когда-нибудь вы встретите того, кто использует предоставленный шанс лишь затем, чтобы погубить ещё больше невинных. И что вы тогда скажете их семьям? Что виновные оказались на свободе и снова взялись за старое лишь потому, что вы решили «дать им шанс исправиться»? — Я поднял руку, останавливая её гневную тираду. — Впрочем, этих вы действительно можете спокойно сдать страже. Вы справились, а я не вмешивался — уговор есть уговор.

Обезьяна и Богомол тем временем уже связывали бандитов их же ремнями и цепями, а Журавль пообещал сообщить о них первому встреченному патрулю Нефритового Дворца.

И тут мой живот издал звук, похожий на рык раненого дракона, проснувшегося после спячки, — громкий, протяжный и очень жалобный. В наступившей тишине он прозвучал как гром среди ясного неба.

Пятёрка уставилась на меня и даже поверженный бандит с крокодильей кожей приоткрыл один глаз, смотря на меня со смесью страха и надежды… Он же не думает, что я их съесть собрался?

— Спокойно, — выдохнул я, прижимая руку к животу. — Это просто урчание живота. — Мы отошли от места битвы, чтобы не нюхать вонючих бандитов, и расположились на небольшой поляне у реки. Солнце садилось, а сумерки постепенно сгущались.

Пятёрка достала свои запасы — пресные рисовые шарики и вяленую рыбу. Еда крайне дешёвая и при этом хранящаяся достаточно долго для путешествия, правда, из-за специального приготовления вкуса в ней оставалось немного — пресная кашица с привкусом рыбы.

Я же сидел в стороне, глядя на тёмную воду.

— Ненавижу это, — пробормотал я, в очередной раз проклиная носатого ублюдка, который вместо нормального содержания морил меня голодом и жаждой, а на десерт ещё и пытал. — В Чор-Гом не кормили, в Вэй-Цзинь мне так и не дали нормально поесть, а один ужин в Юнь-Тае после двадцати лет голода лишь сильнее разбудил аппетит… Я бы сейчас душу продал за нормальную горячую еду! Ох, навернуть бы лапшицы…

В этот момент ко мне бесшумно подошла Гадюка. В руках она держала аккуратно завёрнутый в лист лотоса большой рисовый колобок и протянула его мне, глядя с искренним сочувствием.

— Возьми, — тихо сказала она. — Это не так много, но голод — плохой советчик…

Я посмотрел на комок холодного риса, про себя удивляясь её доброте.

Она ведь не подмешала туда яд?

Я вспомнил тот запах лапши в Вэй-Цзинь. Горячий пар, специи, мясо… Воспоминание было настолько ярким, что рот наполнился слюной.

— Спасибо, Лянь, — я покачал головой, мягко отодвигая её руку — после недавнего боя еда была нужнее ей, а собственное тело я ещё долго мог поддерживать Ци. Да и рисковать всё равно не собирался — добро добром, но от яда у меня защиты немного. — Но я откажусь. После двадцати лет Чор-Гом я наконец снова попробовал нормальную горячую пищу, и, если сейчас забью желудок безвкусным рисом, просто себе этого не прощу. До деревни как-нибудь дотерплю. — Я вздохнул, глядя на первые звёзды. — Чёртов Вэй-Цзинь. Там была отличная лапшичная… Я почти чувствовал вкус бульона, он был таким острым, наваристым… Я бы всё отдал за тарелку хорошей лапши.

— Ты… любишь лапшу? — вдруг спросил Ву Конг. Он перестал жевать и теперь смотрел на меня с каким-то странным интересом.

— Кто же её не любит? — огрызнулся я, не поворачивая головы. — Это лучшая еда, придуманная человечеством, — протянул я, вспоминая голодные студенческие годы, когда я питался одной лапшой — товарищ устроился на производство и каждый день приносил полный рюкзак этой дряни, которой мы всей компанией и питались на протяжении двух лет…

Ву Конг медленно кивнул, словно подтверждая какие-то свои мысли, а в его глазах загорелся хитрый огонёк. Он переглянулся с Богомолом, и уголок его рта дёрнулся в едва заметной улыбке.

— Да… — протянул Обезьяна, откусывая свой рис. — Лапша — это сила. — Он больше ничего не сказал, но я заметил, как парень многозначительно посмотрел в сторону, где за холмами лежала деревня у подножия Нефритового Дворца.

Я не придал этому значения — мало ли что у этого шута в голове: может, вспоминает своё прошлое, а может, просто шутку какую придумал.

— Ладно, — я встал, отряхивая штаны. — Привал окончен. Нам нужно найти место для ночлега, пока совсем не стемнело — не хочу спать в болоте. — Мы двинулись дальше, но теперь Ву Конг шёл чуть бодрее, и я видел, как он, оказываясь рядом с товарищами, что-то быстро шептал им, когда я не смотрел.

Гадюка кивала, Богомол потирал руки, а Тигрица хмурилась, но слушала…

Ночь опустилась на Долину Мира.

Лагерь мы разбили в небольшом лесочке, не доходя пары часов до поселения у подножия Нефритового Дворца.

Вообще, мне самому сон был не особенно нужен, однако Пятёрка после двух драк за день всё-таки устала, да и я не возражал против остановки — возвращение было слишком важно для меня, и несколько лишних часов на то, чтобы всё окончательно обдумать и подготовиться, лишними точно не будут.

Понятное дело, что титул я заберу в любом случае — вариант, когда я, как персонаж мультфильма, туплю и проигрываю панде, занимающейся Кунг-Фу пару месяцев от силы, я даже не рассматривал. Реальность жестока, намного жёстче любого мультфильма, а потому в крайнем случае я просто использую не кулаки, а когти, и никакой жир от такого не защитит…

Другое дело — мой путь после этого.

Ну, получу я титул Воина Дракона, а… дальше что? Что мне делать после этого?

Всю юность и детство я тренировался как проклятый, чтобы мой отец гордился мною. Старался изо всех сил, натурально жилы рвал, чтобы Шифу был горд, что воспитал меня… Но ведь даже если я стану сильнейшим мастером, даже если заполучу этот чёртов титул, ничего особо не изменится — я всё равно останусь в его глазах кровожадным психом, которого нужно остановить.

Вот и на кой чёрт тогда всё это?

На самом деле «лагерь» — это громко сказано. По факту Пятёрка развела небольшой костерок, разложила вокруг свои спальные мешки, пока было ещё светло успела сходить на охоту и заодно отвести связанных бандитов к ближайшему посту стражи, после чего вернулась и теперь вполне спокойно готовилась ко сну. Подобное считалось даже излишне шикарными условиями для мастеров Кунг-Фу, которые при необходимости могли спать хоть сидя, хоть на какой-нибудь толстой ветке, не опасаясь среди ночи навернуться вниз и сломать себе шею.

Мне, как понятно, такой роскоши не досталось — спальных мешков было всего пять, ибо… ну не думали они, отправляясь ловить «злобного монстра из Чор Гом», что этот самый монстр внезапно станет их спутником.

Да я и не обиделся — подумаешь, посплю на камне. Мне не впервой.

— Эй, я отойду… помедитировать! — предупредил я Пятёрку, после чего развернулся и направился в сторону небольшого ущелья.

Долина Мира была известна не только практически полным отсутствием преступности, но и огромным количеством подобных ущелий и прочих «дырок в земле». По легенде — это последствия многочисленных битв мастеров Кунг-Фу «во имя мира», а по факту — чёрт его знает. Может, действительно последствия сражений, местные мастера временами такое устраивают, что географические карты потом перерисовывать приходится, а может, просто порода здесь такая.

— Эм, Тай Лунг, ты не против, если я пойду с тобой? — Лянь быстро оказалась рядом и, бросив короткий взгляд на оставшихся у костра товарищей, спросила разрешения проследить за мной.

Но, не прямо, конечно — формально она просто решила составить мне компанию, однако мы оба прекрасно понимали, что основной причиной было желание убедиться, что я под видом «медитации» не решил незаметно отправиться прямиком в Нефритовый Дворец. Логичная предосторожность, на самом деле. Молодцы они, пусть и совсем мальцы, жизни толком не видевшие.

— Без проблем, — пожал я плечами и уже в компании юной змейки продолжил путь.

Мы отошли достаточно далеко, чтобы шум лагеря окончательно стих, уступив место звукам ночного леса. Ущелье оказалось живописным, как и почти всё здесь — отвесные скалы, поросшие мхом, редкие деревья на выступах и тонкая полоска ручья где-то глубоко внизу, поблёскивающая в лунном свете.

Я выбрал плоский камень на самом краю, уселся в позу лотоса и прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание.

Лянь мешать не стала — она устроилась на соседнем валуне, поджав ноги, и принялась делать вид, будто любуется пейзажем, хотя её внимательный взгляд я ощущал почти физически.

— Ты ведь понимаешь, что я не сбегу? — спросил я, не открывая глаз. — Бежать мне некуда, да и незачем. Моя цель там. — Я мотнул головой в сторону скрытого за холмами Дворца.

— Я знаю, — тихо ответила она, поправляя выбившуюся прядь волос. — Просто… ребята волнуются, да и оставлять тебя одного мне самой кажется не лучшей идеей. Ты отлично контролируешь себя, но я вижу, что сейчас тебя что-то беспокоит.

— Меня? — Я хмыкнул. — Неужто думаешь, что я сам в себе разобраться не могу? — После чего снова замолчал, вслушиваясь в ритм собственного дыхания и движение Ци по телу.

Мысли, как назло, успокаиваться не хотели.

— И всё же… — через некоторое время заговорила Гадюка. — Знаешь, Шифу почти никогда о тебе не рассказывал. При нём твоё имя вообще старались лишний раз не произносить, чтобы не причинять мастеру боль, но легенды о тебе мы всё равно знали… Ещё учениками собирали информацию по крупицам — из свитков, рассказов других мастеров, историй… Для нас ты был чем-то вроде злого духа из страшилок, которыми пугают непослушных детей. «Не позволяй гордыне захватить тебя, как Тай Лунга», «Не забывай о смирении, иначе закончишь как Тай Лунг»…

— Значит, я стал для вас бабайкой, — невесело усмехнулся я и, почувствовав со стороны Лянь закономерное непонимание, пояснил: — Страшилка такая… Иронично… Всю жизнь мечтал стать легендой, которую будут воспевать, а в итоге стал монстром, которым пугают детей.

— Но за пределами Долины легенды были другими, — неожиданно продолжила Лянь. — Бандиты, наёмники, старые мастера… Многие говорили о тебе с ужасом, но почти всегда и с уважением. Истории о «Снежном Духе», который в одиночку зачистил долину Чёрного Бамбука, о мастере, который не знал поражений… Мы знали, насколько ты был силён, но почти ничего не знали о том, каким ты был на самом деле, а Шифу никогда не рассказывал, почему ты стал… таким.

Я открыл глаза и посмотрел на собственные руки.

— Конечно, не рассказывал, — тихо произнёс я. — Потому что, глядя на вас, я наконец понял одну довольно интересную вещь: он стыдится не только меня, но и самого себя. Ему просто неприятно признавать, что значительная часть моей жестокости — результат его собственного воспитания.

— О чём ты? — не поняла девушка.

Я вздохнул и полез в воспоминания Тай Лунга, переносясь примерно на двадцать шесть лет назад.

— Мне было четырнадцать. Я уже знал сотни приёмов и совсем недавно получил звание мастера. Шифу гордился мной, но считал, что мне не хватает… решимости, наверное — я ведь почти всю жизнь провёл во Дворце и внешний мир видел только во время редких путешествий вместе с ним. — Лянь внимательно слушала, не перебивая. — Однажды ночью он разбудил меня и повёл в горы. Мы шли несколько часов, пока не добрались до лагеря банды Красных Быков — отморозков, которые грабили караваны, брали дань с деревень и убивали тех, кто пытался сопротивляться. Шифу остановился на скале над лагерем и сказал: «Внимательно смотри, что они делают». Я думал, мы сейчас спустимся, поломаем им руки-ноги и сдадим страже… Ну, стандартная работа мастера Кунг-Фу. Поэтому спросил: «Мастер, мы остановим их?» — Я ненадолго замолчал, ощущая те же эмоции что и Тай Лунг тогда. — А он посмотрел на меня и сказал: «Нет, Тай Лунг. Ты не просто остановишь их — ты их уничтожишь».

Гадюка вздрогнула.

— Уничтожишь?

— «Зло должно быть вырвано с корнем», — повторил я слова Шифу. — «Воин Дракона — не только щит, защищающий слабых, но и меч, карающий тех, кто причиняет им вред. Ты должен быть готов переступить через жалость ради высшего блага». — Я снова замолчал, позволяя ей нормально переварить услышанное и после небольшой паузы продолжил: — И я сделал это — спустился в лагерь и выполнил приказ отца. Тогда я был четырнадцатилетним пацаном, который большую часть жизни провёл в Нефритовом Дворце и больше всего на свете хотел услышать от Шифу, что он мной горд… Вот и услышал. Когда всё закончилось, он подошёл, положил руку мне на плечо, улыбнулся и сказал: «Молодец, Тай Лунг. Теперь я вижу, что ты готов выйти во внешний мир, и больше не буду переживать о твоей безопасности». — Я посмотрел на Лянь. Судя по выражению её лица, поверить в подобную историю о нынешнем Шифу ей было тяжеловато. — Вот почему я «стал таким», — продолжил я. — И вот почему вы настолько мягкие в сравнении со мной или большинством других мастеров Китая — Шифу понял, что перегнул палку, увидел, кого именно воспитал, испугался результата и, когда взялся за вас, пошёл в другую сторону — милосердие, защита, командная работа, никаких убийств без крайней необходимости… Вы его работа над ошибками. Чистовик, который всё равно не смог достичь его мечты… — Я усмехнулся. — А я, получается, черновик. Испорченный набросок, который скомкали и попытались выбросить в мусорную корзину под названием Чор Гом. — Лянь молчала. И ведь не сказать, что я ей врал. Манипулировал? Ещё как — я специально рассказал именно эту историю и специально подал её так, чтобы она увидела во мне не только психопата, однажды сорвавшегося после отказа Угвея, но и результат вполне определённого воспитания, только вот сама история от этого ложью не становилась — это действительно произошло и действительно сильно повлияло на молодого Тай Лунга, которому после той ночи ещё долго снились кошмары. — Иди спать, Лянь, — сказал я, снова закрывая глаза. — Завтра тяжёлый день.

Она ещё около минуты сидела рядом, после чего тихо поднялась и направилась обратно к лагерю, но её шаги были уже не такими уверенными, как раньше…

Взгляд со стороны

У костра тем временем сидели остальные четверо членов Неистовой Пятёрки. Время от времени кто-то подбрасывал в огонь ветку, но разговаривать никто особенно не торопился.

— Я всё ещё думаю, что это безумие, — первым нарушил молчание Тянь Хэ, нервно поправляя свою шляпу крылом. — Мы действительно собираемся просто привести его в Нефритовый Дворец?

— Не ной, — отмахнулся Ву Конг. — Мы возвращаемся домой после неудачной битвы, а он просто… попутчик. Опасный, это да, зато вроде мирный… Ну, относительно… — Обезьяна огляделся, проверяя, что Тай Лунг и Гадюка всё ещё не вернулись, после чего подался ближе к товарищам. — А ещё я знаю, как нам избежать бойни во Дворце.

— Опять та твоя идея с лапшой? — фыркнул Богомол. — Тебе не надоели эти шутки?

— Я не шучу! — возмутился Ву Конг. — Нам просто нужно его накормить!

Тигрица медленно подняла голову.

— Ты предлагаешь устроить Тай Лунгу праздничный пир после всего, что он сделал?

— Я предлагаю спасти наши шкуры и шкуру мастера Шифу! — зашипел Обезьяна, понизив голос. — Да вы же сами всё видели! Он не хочет нас убивать, ему вообще до нас особого дела нет — он хочет признания, Свиток и… еду. Тай Лунг двадцать лет нормально не ел, а сегодня чуть слюной не захлебнулся, когда начал вспоминать ту лапшичную. — На поляне ненадолго стало тихо. — Мы все пробовали лапшу По, — продолжил Ву Конг, оглядывая товарищей. — Вот скажите мне честно, есть здесь хоть один человек, который после неё становился злее?

— Очень серьёзный аргумент, — пробормотал Богомол, хмыкнув.

— Она… действительно хороша, — неохотно признал Тянь Хэ. — Но…

— Она восхитительна! — тут же ухватился за поддержку Ву Конг. — Уговорим По приготовить Тай Лунгу нормальную миску лапши, усадим их всех за один стол, выиграем время, дадим ему успокоиться, а там, глядишь, Шифу сможет хотя бы поговорить с ним без попытки сразу набить морду. Может, они вообще помирятся!

— Это глупо, — отрезал Богомол. — Мы не можем ставить безопасность Долины на план, построенный вокруг миски лапши.

— А какие варианты?! — Ву Конг раздражённо ударил ладонью по колену. — По занимается Кунг-Фу всего пару месяцев, и каким бы талантливым он ни оказался, против Тай Лунга сейчас проживёт секунд десять, если тот будет в хорошем настроении. Шифу стар, да ещё и сражаться со своим приёмным сыном наверняка будет не в полную силу. Мы уже попробовали и получили по голове. Что дальше? Соберёмся все вместе и получим ещё раз?

— Даже если мы объединимся с мастером, то, скорее всего, проиграем, — неожиданно произнесла Тигрица. — Трое товарищей уставились на неё, в шоке открыв рты. — Что? — раздражённо дёрнула ухом девушка. — Я не слепая и не дура. На мосту Тай Лунг мог убить каждого из нас десятком способов и специально этого не сделал. Вариантов действительно немного… И если этот дурацкий план с лапшой даст нам хотя бы небольшой шанс избежать кровопролития, я согласна попробовать.

Ву Конг довольно расплылся в улыбке.

— Ну вот! Я же говорил!

— Я всё ещё считаю идею идиотской, — буркнул Богомол.

— Но участвовать будешь?

— Конечно.

В этот момент кусты за их спинами зашевелились, и к костру вышла Гадюка.

Выглядела она задумчивой, что моментально привлекло внимание остальных.

— Гадюка! — Богомол сразу повернулся к ней. — Ты ведь должна была следить за Тай Лунгом. Он где?

— Медитирует, — тихо ответила Лянь, опускаясь возле костра.

— А ты чего такая? — нахмурился Журавль. — Он что-то сделал?

Тигрица тоже мгновенно напряглась.

— Нет… Просто рассказал мне одну историю.

Следующие несколько минут Лянь пересказывала товарищам услышанное у ущелья.

Чем дальше она говорила, тем меньше Обезьяна улыбался и тем сильнее хмурился Богомол. Тигрица же почти не двигалась, продолжая смотреть в огонь.

— Шифу… не мог, — первым произнёс Танг, когда рассказ закончился.

— Мог, — мрачно ответила Тигрица. — Когда я только попала во Дворец, он был намного жёстче, чем сейчас. Не настолько, насколько рассказал Тай Лунг, но… — Она ненадолго замолчала. — Поверить могу.

— Значит, он не просто «однажды сошёл с ума и решил всех убить», — пробормотал Ву Конг. — Его действительно учили совсем иначе, чем нас.

— Это ничего не оправдывает, — сразу отрезала Тигрица.

— А я и не говорю, что оправдывает. Просто… теперь история Тай Лунга становится понятнее. — Несколько секунд никто не говорил. — Короче, — Ву Конг хлопнул себя по коленям. — План с лапшой звучит всё лучше и лучше. Гадюка, ты с нами?

Лянь задумалась всего на пару секунд, после чего кивнула.

— Да. По крайней мере, попробовать стоит.

— Отлично! Тогда завтра, когда подойдём достаточно близко к деревне, Журавль взлетит вперёд, предупредит Шифу и найдёт По. Остальные пока останутся рядом с Тай Лунгом, а там уже будем смотреть по ситуации.

— Звучит разумно, — кивнул Журавль. — Если что, далеко я не улечу.

— Главное, чтобы По успел приготовить лапшу до того, как Тай Лунг доберётся до Дворца, — продолжил Ву Конг. — А уж как именно мы его туда затащим… разберёмся на месте.

Никто особо не возражал. План всё равно держался на слишком большом количестве неизвестных — начиная с реакции Шифу и заканчивая тем, что Тай Лунг вообще может выкинуть утром, так что расписывать каждый шаг заранее смысла не было.

Пока решили хотя бы предупредить Дворец, найти По и постараться не дать двум сильнейшим мастерам Долины Мира вцепиться друг другу в глотки при первой встрече.

Ну и накормить одного из них лапшой…

POV Тай Лунг

Потратив остаток ночи на обдумывание своих дальнейших действий, я всё-таки смог принять решение, которое искал с момента побега.

Титул Воина Дракона выдавался «владыкой» Нефритового Дворца. Раньше им был Угвей, однако потом старый МуДоЧ умер, и место главы Дворца перешло к его наследнику — Шифу, именно поэтому в мультфильме, вернувшись в Долину, Тай Лунг не просто потребовал Свиток, а пытался убедить своего мастера изменить решение Угвея и признать его Воином Дракона.

Забрать титул победой в дуэли или просто отобрать Свиток было нельзя.

Ну, то есть физически-то отобрать кусок бумаги можно без особых проблем, только Воином Дракона от этого не станешь, однако существовал один обходной вариант — действующий Воин Дракона мог добровольно передать Свиток другому человеку, тем самым отказываясь от своего положения в его пользу. Главное слово здесь — ДОБРОВОЛЬНО.

Логика у такого правила вполне понятная: если Воин Дракона смертельно ранен, а глава Нефритового Дворца находится где-нибудь за тридевять земель или уже сам отправился к предкам, титул всё равно должен иметь возможность перейти к следующему человеку.

Да, это была очевидная подначка — панда просто пыталась отвлечь его от побитого Шифу и заставить переключиться на себя, однако Свиток он всё равно отдал добровольно, буквально предложив Тай Лунгу его забрать, а правила — штука довольно вредная: временами им глубоко плевать, что именно человек имел в виду.

Если всё сработает так, как я думаю, мне даже не понадобится заставлять Шифу официально признавать меня Воином Дракона — достаточно в нужный момент довести По до того же решения, которое он принял в оригинале, и самому не затупить, как это сделал Тай Лунг. Тогда я получу и Свиток, и титул.

С другой стороны…

Как бы сильно я ни злился, Шифу я всё ещё любил.

Вот ведь зараза!

Он буквально был моим отцом, и двадцать лет Чор Гом не смогли стереть все воспоминания о том, как он меня воспитывал, учил, хвалил после первых побед и радовался каждому новому успеху. Да, потом он меня предал, да, после слов Угвея даже не попытался нормально поговорить и в итоге позволил запереть собственного сына в каменном мешке на двадцать лет, я этого не забыл и не уверен, что вообще хоть когда-нибудь забуду, но и убивать его всё равно не собираюсь.

Только вот как нам после всего произошедшего взять и помириться, я понятия не имею. Даже если Шифу внезапно упадёт передо мной на колени и начнёт искренне просить прощения — что само по себе звучало примерно как начало очень странного сна, — я не уверен, что смогу просто махнуть рукой на двадцать лет своей жизни, а зная характер моего «отца», он скорее встанет в боевую стойку, выдаст очередную мудрость Угвея и полезет в драку.

Он у меня такой, да…

Ладно.

План минимум — Свиток и титул.

План максимум — внезапно устроить здесь серию MyLittlePony под лозунгом «Дружба — это чудо», всем обняться, поплакать и разойтись счастливыми.

Вероятность второго варианта стремилась куда-то в район дна Ущелья Дракона, но…

Будем надеяться, что хотя бы убивать друг друга не придётся.

Утро в лесу было промозглым и встретило меня густым туманом, который стелился по земле, скрывая корни деревьев и почти не пропуская солнечный свет сквозь плотную дымку.

Ночью я так и не сомкнул глаз — я, может, и не самый мудрый мастер на этой горе, однако, несмотря на всю наивность кунг-фуишной братии из Нефритового Дворца, поворачиваться к ним спиной и спокойно храпеть не собирался. Благо сон мне и не требовался регулярно, а нескольких часов обычной медитации с головой хватило, чтобы отдохнуть, привести мысли в порядок и окончательно решить, чего именно я хочу добиться от встречи с Шифу.

Ближе к рассвету я вернулся к лагерю, где Пятёрка уже проснулась и теперь доедала остатки своих запасов. Правда, стоило мне появиться, как разговоры подозрительно быстро стихли, а сами мастера начали кидать в мою сторону какие-то офигительно странные взгляды.

Сам я не то чтобы эксперт по психологии, но… они смотрели на меня с жалостью?

Видимо, даже суровые мастера Кунг-Фу из Неистовой Пятёрки способны проникнуться незавидной судьбой голодающего, хэх… Ну или Гадюка им поведала мою «грустную бэкстори», но это вряд ли.

Наконец Ву Конг доел свой рисовый шарик, поднялся и вышел вперёд. Несколько секунд он зачем-то переминался с ноги на ногу, почесал затылок и только потом решился заговорить.

— Эм… старший брат Тай Лунг…

Я едва воздухом не поперхнулся.

Формально он всё сказал правильно — мы являлись учениками одного мастера, причём я начал обучение намного раньше них, поэтому для Пятёрки я действительно приходился старшим братом по школе, вот только ещё вчера Тигрица от одного подобного обращения едва не лопнула от злости, а сегодня Обезьяна сам его использовал.

Очень интересно…

— Да?

— Тут такое дело… — Ву Конг покосился на Журавля. — Тянь Хэ хотел бы слетать вперёд. Предупредить Шифу, что мы возвращаемся, ну и вообще подготовить всех к твоему появлению.

Я перевёл взгляд на Журавля — тот явно ожидал моего ответа, хотя спрашивать разрешения у меня вообще-то никто не обязан.

— Лети. — Я пожал плечами. — Мне без разницы.

Тянь Хэ заметно расслабился.

— Благодарю, старший брат. — Журавль коротко поклонился, расправил крылья и через несколько секунд уже исчез в густом тумане.

Оставшиеся быстро собрали лагерь, после чего мы продолжили путь, и теперь странными взглядами сверлил их я…

Следующие пару часов прошли на удивление спокойно — Пятёрка больше не держалась от меня на расстоянии пяти шагов, как вчера, Обезьяна даже пару раз пытался завести разговор, даже Тигрица стала заметно спокойнее.

Когда сквозь редеющий лес уже начали проглядывать первые крыши поселения, четвёрка неожиданно остановилась.

— Тай Лунг, — позвала меня Лянь, легонько похлопав по плечу.

Я обернулся. Пятёрка… Точнее, уже Четвёрка, успела сбиться в небольшую кучку и, судя по всему, буквально только что что-то решила.

— Что?

— Мы тут подумали… — снова начал Ву Конг. — Может, нам тоже лучше пойти вперёд?

Я приподнял бровь.

— В смысле? Всем?

— До деревни уже недалеко, — пояснила Гадюка. — Никаких серьёзных проблем у тебя точно не произойдёт, а мы как раз успеем подготовиться…

Тигрица скрестила руки на груди.

— За последние сутки ты несколько раз мог напасть на нас и не сделал этого. Думаю, мы можем оставить тебя одного на некоторое время.

О как.

Прогресс шёл семимильными шагами — ещё вчера меня считали бешеной зверюгой, от которой нельзя отворачиваться, а сегодня уже готовы самостоятельно оставить без присмотра возле поселения с беззащитными жителями, правда, судя по выражению лица Тигрицы, само это решение давалось ей через силу.

— И как именно вы собрались «подготавливаться»? — поинтересовался я.

Я ведь не глухой и всё отлично слышу, даже внезапно встрявшая Тигрица не сбила меня с мысли и не заставила забыть оговорку одной чешуйчатой красавицы.

Ву Конг опять забегал глазами.

— Ну… жителей предупредить, Шифу успокоить. Чтобы никто не испугался, когда ты появишься. Всё такое…

Мда, картина маслом…

Кажется, господа мастера решили организовать эвакуацию мирных жителей или подготовить какие-нибудь ловушки… Нет, второе точно нет — какие бы артефакты ни скрывались в недрах Нефритового Дворца, ничего из этого не сможет переломить ход боя — я слишком силён, а вот эвакуация звучит намного правдоподобнее. Насколько я помню мультфильм, там примерно так всё и происходило — после поражения Пятёрки население Долины начали выводить подальше, пока Шифу готовился задерживать Тай Лунга.

И в таком случае я был только за — чем меньше гражданских будет болтаться под ногами во время моего «разговора» с Шифу, тем лучше всем участникам.

— Хотите увести людей туда, где безопаснее? — прямо спросил я.

Ву Конг удивлённо моргнул.

— Эм…

— Да, — неожиданно ответила за него Тигрица. — В том числе.

— Идея здравая. — Я махнул рукой. — Бегите. Я всё равно собирался немного пройтись по старой дороге, так что раньше, чем через час, в деревне не появлюсь.

Все четверо заметно расслабились, после чего синхронно мне поклонились… Ладно, это уже начинает пугать…

— Благодарим, старший брат.

— Ага… Валите уже, пока я не передумал.

Обезьяна ухмыльнулся, и буквально через несколько секунд вся компания скрылась между деревьями.

Я ещё немного постоял, растерянно глядя им вслед…

Ладно, буду считать, что я настолько хорош собой, обаятелен и красноречив, что за один день успел заслужить искреннее уважение Неистовой Пятёрки. Это, по крайней мере, звучит приятно, даже если неправда.

Потянувшись и немного размявшись, я свернул с основной дороги на старую тропинку, уходящую выше в горы. Путь получался немного длиннее, зато именно здесь мы с Шифу когда-то ходили постоянно.

И воспоминания не заставили себя долго ждать…

Вообще, стоит добавить, что жизнь Тай Лунга воспринималась мною не совсем как собственная. Я помнил её слишком хорошо, пожалуй, местами даже лучше собственной жизни, однако всё это оставалось воспоминаниями другого разумного. По крайней мере, я предпочитал считать именно так, однако проблемы начинались, когда я встречался с тем, что вызывало какие-то чувства у барса.

Я мог сколько угодно понимать, что Шифу никогда не был моим отцом, однако при одной мысли о нём внутри что-то болело, мог прекрасно знать, почему Угвей отказал Тай Лунгу, даже признавать, что старик, возможно, был в чём-то прав — и всё равно злиться так, словно несколько десятилетий жизни одним движением перечеркнули лично мне, даже Свиток Воина Дракона, который раньше представлялся мне красивой золотой тряпкой с сомнительной практической ценностью, после побега почему-то казался чертовски важным.

Поначалу я списывал всё на память тела, потом — на последствия нашего с Тай Лунгом договора, но в какой-то момент просто перестал искать точное объяснение, потому что результат от этого не менялся — мне нужно попасть в Нефритовый Дворец и заполучить свиток.

Иногда я ловил себя на совершенно идиотской необоснованной уверенности, что стоит только развернуть этот кусок шёлка, прочитать написанное внутри — и всё наконец встанет на свои места, что десятилетия тренировок Тай Лунга действительно имели смысл, что Шифу ошибался, что Угвей ошибался, что весь мир был неправ, а я… он… мы, чёрт возьми, наконец это докажем.

И последнее пугало больше всего, потому что я прекрасно помнил, зачем вообще согласился на этот договор — чтобы захватить его тело и стать свободным.

Из размышлений меня выдернули голоса и отвратительный скрип дерева впереди.

Ухо раздражённо дёрнулось.

Бр-р-р…

Ненавижу этот звук!

В прошлой жизни я даже к доске выходить не любил не из-за стеснения или незнания материала, а потому что всегда существовал шанс неправильно провести мелом и услышать этот мерзкий скрип.

— Да толкай ты сильнее, окорок! — донёсся визгливый мужской голос.

— Я и так толкаю! Говорил же другим путём ехать, тут колесо застряло! — ответил ему бас.

Свернув за поворот, я увидел небольшую телегу, одно колесо которой глубоко увязло в земле, и двух мужчин, пытающихся её вытолкнуть. Один — толстый свин в простой рабочей одежде, причём именно свин, до волосатости кабана ему было далековато, второй — худой гусь в очках. Неудивительная компания, кстати — в поселении возле Нефритового Дворца большинство жителей имели родословные свиней, гусей и зайцев.

Торговцы, судя по всему, вдвоём пытались приподнять нагруженную телегу. Выгрузить товар перед этим они, разумеется, не догадались.

Я вполне мог просто незаметно обойти их по краю дороги, но…

Ну а что?

Я мастер Кунг-Фу, а в этом мире такие, как я, выполняли примерно те же функции, что супергерои в американских комиксах: кошку с дерева снять, бандитов поймать, ребёнка спасти, телегу вытащить.

Да и, признаюсь, мне, как и Тай Лунгу, действительно нравилось помогать людям, иначе он бы вообще не мечтал стать Воином Дракона — чуть ли не главным «помогатором» среди мастеров Кунг-Фу всего Китая, так что я, не скрываясь, подошёл ближе.

Торговцы заметили меня и моментально замолчали и их понять можно — двухметровый мужик с хищными глазами, звериными ушами, когтями и одними драными штанами на голое тело не слишком располагал к светским беседам.

— П-простите, господин, мы сейчас уберём телегу… — залопотал гусь.

Я не стал его слушать, а просто подошёл, присел, упёрся плечом в днище и выпрямился. Телега легко оторвалась от земли, а оба торговца застыли, не понимая, что будет дальше.

— Пошли, — буркнул я, устраивая её на плече. — Я донесу. — Одной рукой было бы даже проще — весила она максимум полтонны, — однако я не был уверен, что старые доски выдержат давление в одной точке. — Чего застыли? — Я невольно улыбнулся, глядя на торговцев. — Или мне тут весь день стоять?

— А, да! Да, конечно! Спасибо, господин мастер! — Свин опомнился первым и толкнул товарища локтем. Первые несколько минут они ещё косились в мою сторону, однако довольно быстро успокоились.

— Слушайте, — начал я. — Я сам давно здесь не был, что вообще слышно в Долине? Какие новости?

Гусь сразу оживился.

— О, новостей полно! Главная прямо из Нефритового Дворца! Вы, наверное, слышали? Мастер Угвей наконец выбрал Воина Дракона!

— Неужели? — Я изобразил удивление. — Так это не просто слухи? И кто же этот великий герой? Мастер Тигрица? Или, может быть, кто-то из мастеров Столицы?

— Если бы! — Свин тяжело вздохнул. — Это По.

— По?

— Панда, — пояснил гусь. — Это сын господина Пинга — лучшего лапшичника в Китае… по моему скромному мнению… Парень он на самом деле хороший и добрый, но очень уж… неуклюжий.

— Очень, — подтвердил его товарищ.

— Представляете наше удивление, когда он свалился с неба прямо перед мастером Угвеем?

— С неба? — переспросил я. — Он такой сильный мастер Кунг-Фу?

Гусь рассмеялся.

— Какой там мастер! Всю жизнь помогал отцу в лапшичной и из города никуда не ездил. Когда мастер Угвей указал на него, все решили, что произошла ошибка.

— Некоторые и сейчас так думают, — добавил свин. — Ну или что мастер Угвей решил напоследок пошутить. Великий мастер, конечно, но старость есть старость…

Я не выдержал и рассмеялся вместе с ними, а потом задумался — в мультфильме По привязал к стулу кучу фейерверков, взлетел на них сильно выше стены Нефритового Дворца, спокойно пережил температуру, от которой стул под ним сгорел, а потом ещё и рухнул с приличной высоты, не получив даже синяка. Для мультфильма в этом не было ничего необычного, вот только я больше не в мультфильме, и здесь работают вполне нормальные законы физики.

Так как обычный парень, не умеющий управлять своей Ци вообще пережил подобное?

Интересно…

Спустя ещё минут десять разговора мы добрались до окраины поселения. Я донёс телегу до небольшого склада и аккуратно поставил возле ворот.

— Спасибо вам огромное!

— Огромное спасибо!

Оба торговца низко поклонились.

— Бескорыстная помощь в наше время — редкость, — произнёс гусь. — Удачи вам, путник! С такой силой вам прямая дорога в Нефритовый Дворец. Уверен, мастер Шифу возьмёт вас в ученики!

Я криво улыбнулся.

— Возможно, я так и сделаю. До свиданья. — Махнув им рукой, я вошёл в поселение и почти сразу нахмурился.

Вокруг кипела совершенно обычная жизнь — лавки работали, люди спокойно ходили по улицам, дети запускали бумажных змеев и изображали мастеров Кунг-Фу, принимая друг перед другом «крутые» стойки. Никакой паники или эвакуации, как я ожидал, не было.

— Какого чёрта?.. — пробормотал я.

Неужели Пятёрка просто сбежала? Да нет, не может быть! Эти пятеро слишком «правильные», чтобы бросить мирных жителей, если действительно считают меня угрозой. Значит, эвакуацию отменили или вообще не собирались начинать… Но зачем тогда они так спешили уйти вперёд? Неужели всё-таки решили подготовить ловушку в Нефритовом Дворце?

Я остановился посреди улицы и посмотрел на возвышающийся вдали Дворец.

В голову вдруг пришла шальная мысль: а что, если просто уйти?

Прямо сейчас развернуться и свалить в закат, и пусть они там наверху сидят, готовятся к моей атаке, расставляют ловушки, баррикады строят, а я просто не приду…

Ха!

Представив лицо Шифу, который день за днём ждёт моего появления, я невольно усмехнулся. Звучит как отличная идея, правда, сделать так я всё равно не смогу — идея получить титул Воина Дракона окончательно засела у меня в голове, да и уйти, даже не посмотрев Шифу в глаза после двадцати лет Чор Гом…

Небо постепенно темнело, над горами прогремел гром, а поднявшийся ветер погнал по улице пыль. Похоже, скоро будет гроза.

Я двинулся дальше, игнорируя взгляды жителей и вскоре передо мной появилась знакомая лестница, ведущая к Нефритовому Дворцу.

Тысяча Ступеней.

Не уверен, что их здесь действительно ровно тысяча, хотя, зная одну старую черепаху, вполне допускаю, что именно так и есть.

Первые крупные капли дождя ударили по камням.

Выдохнув, я начал подъём. Ступень за ступенью я быстрым шагом поднимался наверх, чувствуя какое-то удивительное спокойствие, будто действительно возвращался домой, а не шёл выяснять отношения с приёмным отцом после двадцати лет заключения.

Подъём занял всего несколько минут, а на вершине меня встретили распахнутые ворота Дворца и полное отсутствие какой-либо опасности, по крайней мере, если верить моим чувствам. Я вышел на широкую площадку, дождь к этому моменту уже набрал силу и теперь лил почти непрерывно, размывая очертания зданий.

В центре двора, под старым деревом, стояла одна фигура.

Шифу.

Он спокойно смотрел на меня, заложив руки за спину, однако даже отсюда было видно, насколько сильно старый мастер изменился за двадцать лет.

Шифу так и не смог перейти на ступень Пробуждённого мастера, однако благодаря секретным практикам, редким ингредиентам и пилюлям прожил больше трёхсот лет, продолжая выглядеть максимум лет на сорок-пятьдесят, но сейчас он будто… ссохся.

Плечи опустились, уши поникли, лицо осунулось, да и весь он выглядел настолько измождённым, словно эти двадцать лет выпили из него все соки.

Похоже, хреново было не только мне…

Наши взгляды встретились, и я сделал шаг вперёд, ступая на мокрые плиты двора.

— Давно не виделись, Мастер…

POV По Пинг

Незадолго до этого

— Ребят, вы серьёзно?! — простонал я, глядя на Неистовую Пятёрку, которая совсем недавно ворвалась на кухню отцовской лапшичной, где я заедал стресс, через заднюю дверь.

— Абсолютно, — твёрдо заявил Обезьяна, впихивая мне в руки фартук. — У нас мало времени! Тай Лунг уже скоро будет здесь, и нам нужно, чтобы ты приготовил свою лучшую лапшу.

— Но… Как тут вообще поможет моя лапша?!

Я совершенно не понимал, что происходит! Я прекрасно знал, кто такой Тай Лунг. Мастер Шифу последние недели готовил меня именно к встрече с ним и сразу предупреждал, насколько огромна разница между нами, но я всё-таки Воин Дракона! Я должен защищать Долину, а они хотят, чтобы я его… покормил?!

— По. — Тигрица шагнула ближе. — Мы сражались с ним и проиграли. Шифу рассказывал тебе о его силе, но теперь мы сами убедились, что он не преувеличивал.

— А мастер вообще знает, что он идёт сюда?

— Знает, — ответил Журавль. — Я предупредил его ещё утром, а потом остальные вернулись и рассказали всё подробнее.

— И что он сказал?

Пятёрка переглянулась.

— Что встретит Тай Лунга сам, — мрачно произнесла Тигрица. — И приказал нам не вмешиваться без необходимости.

— Сам?!

— Он считает, что Тай Лунг пришёл именно к нему, — пояснила Гадюка. — За всё время после побега он не нападал на обычных жителей, несколько раз мог убить нас и специально этого не сделал, поэтому Шифу решил не начинать эвакуацию и не поднимать панику раньше времени.

Я сглотнул — не сказать, что это объяснение сильно меня успокоило.

— И вы решили, что лапша всё исправит?

— Не всё, — признал Ву Конг. — Но вчера он чуть слюной не захлебнулся, когда начал вспоминать нормальную еду. Сначала мы собирались привести его прямо в лапшичную, но это было бы сложно объяснить ему, да и он сам отпустил нас вперёд, так что мы решили приготовить всё заранее.

Я посмотрел на пятерых мастеров, потом на фартук в своих руках.

— А если ему не понравится?

На кухне стало подозрительно тихо.

— По… — медленно произнёс Обезьяна. — Просто приготовь так, чтобы понравилось.

— Ты ведь говорил, что у вашей лапши есть секретный ингредиент? — Гадюка вдруг оживилась. — Я уверена, что у тебя всё получится!

Я сглотнул, вспоминая произошедшее вчера — как мастер Шифу сказал, что ребята должны были бы уже вернуться и, раз их нет, Тай Лунг, скорее всего, убил их, как мы достали Свиток Дракона, в котором ничего не было, ужас после осознания этого и те слова отца о том, что «секретного ингредиента нет», вернувшие мне уверенность…

Моя мечта с самого детства — сражаться вместе с Неистовой Пятёркой! Ну или хотя бы увидеть их вживую и взять автографы, а теперь они стоят на моей кухне (ладно, на кухне отца) и просят меня спасти их, Нефритовый Дворец и всю Долину Мира… приготовив лапшу…

Это было безумие, полный бред, но… если они верят, что это сработает…

Я глубоко вздохнул, завязывая фартук, готовясь выложиться на все сто — когда дело доходит до готовки, я становлюсь серьёзен!

— Ладно, — сказал я, хватая нож и пучок зелёного лука. — Но, если что, рассчитываю на вас!

Пятёрка заметно расслабилась.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — спросил Журавль, снимая шляпу.

— Конечно! Обезьяна, режь овощи! Журавль, принеси воды! Богомол, специи! Гадюка, помоги с тестом! Тигрица, займись печью!

Пятеро лучших мастеров Кунг-Фу Долины одновременно кивнули и разошлись выполнять мои поручения. Если бы мне кто-нибудь рассказал об этом месяц назад, я бы рассмеялся ему в лицо.

Ну что ж, Тай Лунг, готовься! Ибо ты ещё не пробовал настоящего кулинарного Кунг-Фу от великого и прекрасного Воина Дракона по имени По!

— Давно. Но я больше не твой мастер, — хмуро ответил Шифу, не сдвинувшись с места.

Когда он немного повернулся ко мне, я заметил прислонённый к стволу старого дерева посох Угвея. Вода стекала с волос и кончиков ушей, барабанила по каменным плитам, однако ни мне, ни Шифу до погоды не было никакого дела. Мы просто стояли друг напротив друга после двадцати лет разлуки, и я никак не мог решить, чего хочу сильнее: обнять старика или хорошенько приложить мордой о ближайшую стену. Второй вариант выглядел привлекательнее, но пока я решил ограничиться словами.

— В одном соглашаешься, другое отрицаешь… — Я сделал несколько шагов вперёд и остановился, оставив между нами приличную дистанцию. — Тогда ответь хотя бы на один вопрос, Шифу. Я ждал двадцать лет, почему ты ни разу не навестил меня?

Старый мастер едва заметно напрягся и на мгновение отвёл взгляд к мокрым плитам двора, после чего снова посмотрел на меня.

— Ты преступник, Тай Лунг! Преступник, предавший учение Кунг-Фу. — Он чуть поморщился. — Мне нечего было тебе сказать.

Я несколько секунд смотрел на него, не веря услышанному, а потом тихо рассмеялся, хотя весёлого в его словах не было совершенно ничего.

— Нечего? За двадцать лет ты не нашёл ни одного слова? Моё тело всё это время было прошито нефритовыми иглами, Черепаший Панцирь не позволял даже нормально вдохнуть, к рукам были прикованы цепи с валунами, а начальник тюрьмы каждый день пытал меня всеми возможными способами… И тебе нечего было сказать мне? — Шифу дёрнул ухом. Его лицо почти не изменилось, однако я слишком хорошо знал этого человека, чтобы не заметить, как напряглась челюсть. — Ты говоришь, что я предал Кунг-Фу, — продолжил я тише. — Но разве Кунг-Фу не учит самоконтролю? Не учит держать себя в руках, даже когда больно, страшно или когда ты испытываешь гнев? Я держался, когда меня пытали и издевались надо мной, когда год за годом я видел лишь камень и рожи носорогов, а единственным разнообразием в моей жизни становились новые способы причинить мне боль. Я не сошёл с ума и не превратился в бешеную тварь, хотя поводов мне дали с запасом. — Когти начали впиваться в ладони, и, только почувствовав боль, я заметил, насколько сильно сжал кулаки. Медленно разжав пальцы, я криво усмехнулся. — Двадцать лет я гнил в тюрьме из-за твоей слабости!

Шифу резко выпрямился, и впервые за весь разговор в его голосе появилась настоящая злость.

— Подчинение мастеру не есть слабость!

— Ты знал, что Воин Дракона — это я! Всегда знал! — Я шагнул вперёд, и старик инстинктивно перенёс вес на заднюю ногу. — Но когда Угвей сказал, что это не так, что ты сделал? ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? Ничего!

— Ты не мог стать Воином Дракона! В том нет моей вины!

Слова ударили сильнее, чем я ожидал. Я прекрасно понимал, что решение принимал Угвей, и чем дольше жил с воспоминаниями Тай Лунга, тем яснее видел, насколько идиотским был его срыв после отказа, вот только сейчас речь шла не о старой черепахе, а о человеке, ради которого Тай Лунг тренировался всю жизнь, терпел боль и всерьёз считал каждую новую ступень мастерства ещё одним шагом к тому дню, когда отец наконец скажет: «Я горжусь тобой».

— Нет твоей вины? — тихо переспросил я. — А кто затуманил мой разум? Кто тренировал, пока не затрещат кости? Кто разрушил мою судьбу?

— Тогда это решал не я! — Шифу на мгновение отвёл взгляд, но тут же снова посмотрел на меня, переходя на крик. — Угвей увидел тьму в твоём сердце, и своими действиями ты доказал его правоту!

— Правда? Угвей увидел во мне «тьму», я сорвался и своими действиями якобы доказал его правоту. Хорошо, допустим, вы правы, но что сейчас? Твои ученики ведь рассказали, что произошло на мосту? Я мог убить каждого из них и специально этого не сделал, потом спокойно шёл рядом с ними до самой Долины, не пытался от них избавиться или кого-нибудь прикончить по дороге и даже отпустил их вперёд, когда они попросили. Я пришёл сюда один и всё ещё разговариваю с тобой. Где эта тьма, Шифу?

Старый мастер не ответил сразу, лишь посмотрел на мои руки, после чего снова встретился со мной взглядом.

— Я вижу, что ты способен сдерживаться, — сказал он. — И вижу, что мои ученики не ошиблись: ты изменился, но это ничего не изменит.

— И это всё, что ты можешь сказать?

— А что ты хочешь услышать?

— Что Угвей ошибся.

Шифу прикрыл глаза, словно именно этого и ждал.

— Я не могу этого сказать! Я не знаю, что именно он увидел в тебе тогда, и уже никогда не узнаю, но твоё нынешнее поведение не отменяет того, что ты сделал двадцать лет назад.

— А твоё сегодняшнее признание не отменяет того, что произошло после, — парировал я. — Ладно, прошлое мы всё равно не изменим, зато ты можешь кое-что исправить сейчас. — Я развёл руками. — Ты теперь глава Нефритового Дворца, Угвея больше нет — просто измени его решение, и на этом вопрос закрыт. Я получу то, ради чего тренировался всю жизнь, ты исправишь хотя бы часть собственной ошибки.

— Нет, Тай Лунг.

Улыбка медленно исчезла с моего лица.

— Повтори.

— Воин Дракона уже выбран, это По.

— По, — протянул я. — Толстый лапшичник, которого Угвей выбрал по случайности?

— Случайности не случайны.

— Неужели ты серьёзно считаешь его более достойным?

— Я не отниму титул у По только потому, что когда-то заставил тебя поверить, будто он обязательно станет твоим. Это не исправит моей ошибки.

— Значит, вот как? Ты признаёшь, что сам вбил мне эту мечту в голову, знаешь, что бросил меня, когда она рухнула, видишь, что я изменился, и всё равно говоришь то же самое, что двадцать лет назад…

— Воин Дракона — это По, и ничто не изменит этого.

Я несколько секунд молчал, а потом неожиданно успокоился — хорошо, пусть первый вариант не сработал, но я ведь ещё ночью решил, что он не единственный.

— Ладно, — сказал я. — Тогда я сам поговорю с По…

— Нет. — Шифу едва заметно напрягся.

— Что «нет»? — Я недоумённо приподнял бровь. — Ты только что сам сказал, что титул принадлежит ему, значит, и решать, что с ним делать, должен он.

— Я не позволю тебе давить на моего ученика, чтобы получить то, что принадлежит ему.

— А я и не собираюсь на него давить! Поговорю, объясню ситуацию, предложу добровольно передать титул. Если откажется — будем думать дальше.

— И я должен просто поверить тебе на слово?

Вот тут меня окончательно всё задолбало — его собственные ученики за сутки успели убедиться, что я способен держать слово и не кидаюсь на каждого встречного, а Шифу продолжает смотреть на меня так, будто стоит отвернуться — и я немедленно съем панду вместе со Свитком.

— Не обязан, но и решать за По ты не имеешь права.

— Ты. к нему. не пойдёшь. — Шифу шагнул к старому дереву, забрал прислонённый к стволу посох Угвея и встал на моём пути к воротам, ведущим к Тысяче Ступеней.

— Отойди.

— Нет.

Мы снова замолчали, и некоторое время были слышны лишь дождь, шуршавший по листьям старого дерева, и журчание воды, стекавшей по ступеням, пока порыв ветра с грохотом не захлопнул ворота за спиной Шифу.

— Шифу, — предупредил я в последний раз. — Я не хочу с тобой драться.

— Тогда откажись от своих требований.

Старый мастер медленно провернул в ладони посох Угвея, а я, не двигаясь с места, лишь опустил плечи и приготовился.

Шифу атаковал первым: посох со свистом рассёк дождевую завесу и полетел мне в висок, однако я успел поднять руку и поймал древко буквально в нескольких сантиметрах от головы. Ци укрепила пальцы и запястье, но удар всё равно оказался намного сильнее, чем выглядел, и протащил меня по мокрым плитам почти на полшага.

Неплохо, старик.

Я сжал посох и дёрнул на себя, рассчитывая вырвать оружие, однако Шифу даже не попытался спорить со мной силой: оттолкнулся от земли, использовал натянутое древко как опору и обеими ногами ударил в грудь. Пришлось отпустить оружие и отступить, гася толчок, пока мастер приземлялся уже вне досягаемости моих рук.

— Я больше не тот мальчишка, которого ты бил палкой за проступки, учитель.

— Но ведёшь себя всё так же упрямо.

Шифу снова рванул вперёд, но на этот раз не пытался столкнуться со мной напрямую: посох ткнул в колено, мгновенно сменил направление и пошёл в плечо, затем в солнечное сплетение. Я отбивал удары ладонями и предплечьями, укрепляя их Ци и готовясь к очередному сильному попаданию, но старик почти не вкладывался в атаки, отдёргивая оружие сразу после касания и заходя с другой стороны. Он двигался экономно, постоянно заставляя меня разворачиваться и напрягаться, но не давая возможности как следует ответить.

— Ты стал медленней! — бросил Шифу, скользнув в сторону от моей руки и коротко ткнув концом посоха под рёбра.

— А ты стал предсказуемей! За двадцать лет ни одного нового приёма?

Я рванул вперёд, и Шифу, ожидавший обычной серии, сразу сместился вправо, но первый удар оказался обманным: кулак остановился на полпути, я шагнул следом и попытался подсечь его хвостом. Старик перепрыгнул, однако именно этого я и ждал — в воздухе менять направление намного сложнее. Моя ладонь пошла ему в грудь, и, хотя в последний момент Шифу успел подставить посох, приняв удар на древко, его всё равно отбросило на несколько метров.

Не давая старику восстановиться, я направил Ци в правую руку, готовясь выплеснуть её наружу и придать знакомую форму.

— Стальные Когти Леопарда! — Синий призрачный хищник сорвался с ладони и понёсся вперёд, разрывая дождевую завесу. Я намеренно пустил технику чуть левее корпуса Шифу, оставив справа достаточно места для уклонения, и старик мгновенно воспользовался этой возможностью, а проекция пролетела мимо и врезалась в массивную каменную колонну навеса.

КРАК!

Камень разлетелся осколками, оставшаяся часть колонны покрылась трещинами, а край крыши просел, но удержался на соседних опорах. Шифу приземлился и быстро посмотрел сначала на повреждения, затем на меня, и по его взгляду я понял, что он всё заметил — с такой дистанции прежний Тай Лунг не промахнулся бы даже с закрытыми глазами.

Я не планировал убивать старика, лишь хорошенько избить его и показать, что далеко не тот кровожадный монстр, которого он во мне видит… Нет, не подумайте, я не устроил всё это, чтобы избить бедного старика, и вообще он первый начал!

— Не отвлекайся, — усмехнулся я и снова оказался рядом.

Первый мой удар Шифу отвёл посохом, второй пропустил над плечом, а от третьего был вынужден отступить. Иногда мне приходилось обрывать движения за долю секунды до контакта, менять угол или бить по оружию вместо тела: я всё ещё мог закончить бой несколькими действительно тяжёлыми попаданиями, вот только превращать приёмного отца в мокрое пятно на стене в мои планы не входило. Больше Ци я от этого не тратил, зато ритм ломался постоянно, и Шифу использовал каждую такую паузу. Посох скользнул вдоль предплечья, ушёл вниз и резко подбил запястье, заставив меня на мгновение раскрыться, после чего старик тут же ткнул пальцами под ключицу, целясь в нервный узел, однако я успел укрепить это место Ци, не дав удару причинить серьёзного вреда.

Шифу поморщился, но продолжил проверять мою защиту короткими атаками, целясь то в плечо или локоть, то в бок или основание шеи. Каждый раз его пальцы натыкались на укреплённые Ци ткани и не добирались до нужной точки, а я всё сильнее убеждался в своём превосходстве.

Прижав его к стене Зала Героев, я перехватил очередной выпад и схватил древко левой рукой, не позволяя отвести оружие. На этот раз использовать посох как опору Шифу уже не успел: короткий удар правой ладонью пришёлся точно в середину, древесина жалобно хрустнула и раскололась, после чего я швырнул оставшийся в руке обломок в сторону, а старик отбросил второй.

Шифу опустился ниже и сменил стойку, после чего под его кожей проступило золотое свечение. Вопреки первому впечатлению, Пробуждения не произошло — Ци оставалась внутри тела, и старик использовал её для усиления мышц и сухожилий, вкладывая в свои движения намного больше энергии, чем до этого.

Скорость старика тоже заметно выросла: одна ладонь отвела мой кулак наружу, вторая толкнула в локоть, заставляя руку пройти мимо цели, а когда я попытался схватить его другой рукой, Шифу нырнул под неё и дважды ударил в корпус. Я ответил коленом, но он подставил бедро, смягчил столкновение и толкнул меня ладонью в грудь, не столько отбрасывая, сколько сбивая равновесие.

Возраст никуда не делся — физически Шифу определённо стал слабее прежнего, зато техника оставалась такой, что моё преимущество в силе временами только мешало. Стоило вложиться чуть больше, и старик тут же пытался использовать это против меня, увести в сторону от цели или заставить раскрыться.

Однако долго это продолжаться не могло — я сдерживался и ещё сохранял достаточно сил, тогда как Шифу начинал уставать, постоянно усиливая каждое движение. Решив, что пора заканчивать, я направил больше Ци в плечи и ноги, собираясь наконец продавить его защиту одним мощным выпадом, но именно этого старик и ждал: проскользнул под правой рукой и ударил двумя пальцами точно под мышку.

Ци укрепила ткани в месте попадания и поначалу остановила воздействие, как и до этого, однако Шифу не отдёрнул руку, а под кожей его пальцев золотое свечение стало ярче. Не выходя за пределы тела, энергия до предела усилила кисть, позволив ему вложить в короткое движение неожиданно большую силу. Пальцы продавили укреплённые мышцы и достали до нервного узла, отчего руку мгновенно прострелило болью.

— Р-р-рх!

Правая рука обмякла и повисла вдоль тела, заставив меня отскочить, впервые за весь бой по-настоящему пострадав, однако Шифу тут же последовал за мной, осыпая короткими ударами по рёбрам, животу и груди. Пришлось закрываться левой рукой и пятиться по мокрым плитам, пока старик не давал ни сосредоточиться на восстановлении, ни нормально перехватить инициативу.

Вот ведь старый засранец, а я ещё несколько минут назад чуть не списал его со счетов из-за отсутствия Пробуждения! Теперь же получал наглядное напоминание, что способность швыряться Ци ещё не делает человека автоматически лучшим бойцом.

— Ты всё тот же самоуверенный мальчишка! — крикнул Шифу, готовясь дожать преимущество.

— Я заставлю тебя проглотить эти слова!

Я перестал пытаться выиграть чистой силой, сместил левую ногу назад, опустил центр тяжести и вернулся к самой простой стойке, которую Шифу заставлял меня отрабатывать ещё ребёнком. Похоже, он ожидал очередного размашистого удара, потому что на его лице на мгновение мелькнуло удивление, позволившее мне наконец перевести дыхание и подготовиться к следующей атаке.

Шифу ударил ногой в голову, но я отклонился ровно настолько, чтобы пятка прошла перед носом, перехватил голень здоровой рукой и дёрнул на себя. Старик перевернулся в воздухе, пытаясь использовать движение для контратаки, однако я уже шагнул вперёд и плечом толкнул его дальше, не позволяя зацепиться за меня. Шифу встретил стену Зала Героев ногами и, оттолкнувшись от выступа, тут же побежал вверх.

— Всё кончено, Тай Лунг! Я стою выше тебя! — крикнул Шифу, добравшись до края крыши.

Он что издевается?

— Не в этот раз!

Гоняться за юрким стариком по стенам я не собирался, поэтому выбросил левой рукой несколько коротких импульсов Ци — небольших плотных сгустков энергии, которым даже не пытался придать какую-нибудь сложную форму. Первый прошёл рядом с плечом Шифу, второй выбил каменную крошку возле ноги, третий заставил его сместиться дальше по крыше. Я бил не в него, а перекрывал пути отступления, постепенно загоняя туда, куда мне было нужно, и одновременно направлял часть Ци в повреждённую руку, стараясь восстановить её подвижность.

После четвёртого выстрела Шифу, видимо, понял мою задумку и сам прыгнул вниз, атакуя ещё до приземления. Я отклонился, пропуская его локоть мимо головы, но ладонь всё-таки задела плечо, и перед глазами на мгновение мелькнул золотой свет. Старик снова попытался достать болевую точку, однако теперь я ждал подобного и левой рукой перехватил его запястье. Едва коснувшись плит, он ударил свободной рукой, заставляя меня отпустить захват и подставить ту же руку под новый удар, от которого камень под ногами пошёл трещинами.

Мы разорвали дистанцию почти одновременно и несколько секунд стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Правая рука уже понемногу возвращалась к жизни, пальцы снова начинали слушаться, и Шифу наверняка заметил это не хуже меня, потому что времени на отдых больше не дал.

Старик рванул вперёд, усилившись настолько, что золотое свечение под кожей стало заметно ярче, и впервые за бой попытался пересилить меня напрямую. Я пошёл навстречу, собираясь встретить его правым кулаком, но за мгновение до столкновения вспомнил, кого именно собираюсь ударить, и вместо удара в грудь отвёл его атакующую руку в сторону, пропуская мимо плеча.

Мы оказались почти вплотную, и я левой рукой схватил старика за одежду на груди, развернулся и впечатал в стену у входа в Зал Героев. Камень покрылся паутиной трещин, Шифу сполз вниз и даже попытался подняться, но ноги уже не держали, а золотое свечение почти погасло.

Я подошёл ближе, медленно сжимая и разжимая пальцы правой руки, чтобы проверить, насколько вернулась чувствительность, и посмотрел на поверженного мастера. В его взгляде не было ни страха, ни сожаления, только всё то же упрямство, из-за которого мы оба сейчас мокли под дождём среди разбитых плит.

Шифу собрал последние силы и резко выбросил руку вперёд, пытаясь поймать мой палец и применить захват Уси, однако я успел перехватить его запястье раньше, чем пальцы сомкнулись.

— Серьёзно?

Старик ничего не ответил, и я сжал его руку, не позволяя встать, а свободный кулак наполнил Ци. Синее свечение осветило лицо Шифу, и на этот раз он всё-таки закрыл глаза, ожидая удара.

На несколько секунд мне действительно захотелось его нанести, просто закончить всё одним движением, выместить двадцать лет боли, злости и разочарования на человеке, из-за которого я испытывал почти каждое из этих чувств, вот только тогда весь разговор о том, что я изменился, можно было бы сразу выкинуть в мусорную корзину вместе с остатками моей гордости.

Я разжал пальцы, отпуская его запястье, и ударил в стену рядом с головой.

ГРОХОТ!

Камень раскололся, оставив глубокую вмятину, а мелкие осколки разлетелись по мокрым плитам двора. Я медленно выпрямился, стряхнул воду с руки и посмотрел на старика сверху вниз.

— Я победил.

Противно было признавать, насколько сильно я ждал его реакции, как хотелось увидеть растерянность, понимание, раскаяние — хоть что-нибудь, кроме привычного упрямства и уверенности в собственной правоте. Пусть хотя бы теперь признает, что перед ним не бешеная тварь, которую нужно запереть подальше от людей, а его ученик, всё ещё способный остановиться, даже когда учитель пытается отправить его на тот свет. Ещё лучше — скажет, что ошибся, когда отвернулся от меня, и что за двадцать лет хоть раз пожалел о том, что так и не пришёл… Я ведь всё равно оставался его сыном, как бы мы оба ни пытались об этом забыть.

Старый мастер посмотрел на разбитый камень возле своей головы, затем на меня, и в его взгляде что-то едва заметно изменилось. Он уже открыл рот, собираясь что-то сказать, когда массивные двери, ведущие к Тысяче Ступеней, с грохотом распахнулись…

Мастер и Ученик:

На пороге стоял запыхавшийся толстяк в белом, перепачканном мукой фартуке, с растрёпанными чёрными волосами и круглыми ушами, держащий в правой руке глубокую миску с деревянной крышкой.

— Ща… Ща, секунду… Фууух… — выдохнул он, согнувшись и уперев свободную ладонь в колено.

Я окинул взглядом «Воина Дракона», пока тот пытался отдышаться после Тысячи Ступеней. Из плюсов — он оказался не настолько жирным, как я ожидал, скорее крупным и… «плотным», причём под всем этим добром вполне различались мышцы. Из минусов… Пожалуй, промолчу — слишком долго перечислять, да и после собственного выступления перед Шифу издеваться над ним было немного неловко.

Да и старика я всё-таки недооценил. Пусть приходилось сдерживаться, стараясь не убить учителя, но такой прыти от него я не ожидал — Шифу использовал мою же силу против меня, ловил на ошибках и в какой-то момент даже перехватил инициативу. Правая рука до сих пор неприятно ныла, напоминая, чем заканчиваются попытки списать со счетов мастера только потому, что он не способен выпускать Ци за пределы тела.

И ведь сам затирал ему про самоконтроль, а потом полез доказывать, какой я сильный и независимый достойный, едва не получив за это по морде. Впрочем, по морде я как раз получил, вопрос был только в том, чем всё могло закончиться, расслабься я ещё немного.

— По? — Шифу опёрся ладонью о стену и с трудом выпрямился, стараясь не показывать, насколько больно ему далось это движение. — Что ты здесь делаешь?

— Фух… Мастер, я… — Панда наконец поднял голову, заметил расколотую колонну, обломки посоха и следы нашего знакомства со стеной, после чего вся его суетливость куда-то исчезла. — Вы ранены?

Он шагнул к Шифу, но тут же остановился, покосившись на меня. Я отступил в сторону, освобождая дорогу, и По поспешил к учителю, осторожно подставив ему плечо, причём лапши в его руке уже не было. И куда он её дел?

— Я справлюсь, — хмуро произнёс старик, хотя от помощи отказываться не стал. — Где остальные?

— В лапшичной. Мы готовили, а потом услышали грохот, и я решил, что лучше поторопиться… Они хотели пойти со мной, но я попросил остаться.

— Ты пришёл один?

— Ну да. Я ведь Воин Дракона, мастер, мне всё равно пришлось бы встретиться с Тай Лунгом. — По говорил негромко, но при этом смотрел на Шифу так, что внутри неприятно кольнуло. Слишком знакомый взгляд — я сам когда-то ловил каждое слово этого человека и был уверен, что, пока он рядом, ничего по-настоящему плохого со мной случиться не может.

Забавно, как жизнь умеет обламывать подобные ожидания…

Шифу посмотрел на ученика, затем на меня, но возражать не стал. В конце концов, бой уже закончился, а я до сих пор не пытался силой забрать у него свиток. Вот сложно было дать нам поговорить, прежде чем в драку лезть?

— Эм, мастер Тай Лунг? — Панда убедился, что учитель может стоять самостоятельно, и осторожно повернулся ко мне. — Может… успокоимся и просто поговорим? У меня тут как раз лапша только приготовилась. Свежая! Горячая! Может, вам интересно будет попробовать лучшую лапшу во всей провинции? С секретным ингредиентом моего отца!

Я скептически посмотрел на него, выгнув бровь.

— Ты серьёзно планируешь купить меня какой-то там лапшой? Я пришёл за титулом Воина Дракона и как раз собирался поговорить об этом с тобой, до того, как твой мастер решил, что без него мы не разберёмся.

Шифу поджал губы, явно собираясь что-то ответить, однако По успел первым.

— Может, сначала лапши? Ну там, поедим, поговорим… На сытый желудок решения принимаются лучше!

Нет, я, конечно, не против переговоров, но почему-то сомневаюсь, что он так просто отдаст мне титул. В мультфильме По был фанатом Кунг-Фу, мечтателем, которому наконец дали возможность выбраться из отцовской кухни и попробовать себя в том, о чём он грезил всю жизнь. Как он там говорил?

Тренировки причиняют боль, но прежняя жизнь причиняла её каждый день? Дословно уже не помню, однако смысл именно такой, а от подобного шанса добровольно обычно не отказываются.

— И ты думаешь, что сможешь подкупить меня едой? Меня?

Вместо ответа панда крутанулся на месте, достал откуда-то глубокую миску, приподнял крышку, и мне в нос ударил такой запах, что все дальнейшие возражения пришлось ненадолго отложить.

Густой мясной бульон, свежий зелёный лук, перец и ещё несколько пряностей, в которых я не разбирался, вместе пахли настолько хорошо, что желудок немедленно напомнил о своём существовании. За последние дни я, конечно, ел, но дорожные припасы и случайные перекусы рядом с этим даже рассматривать было стыдно, а после боя с Шифу аппетит разыгрался совершенно зверский.

По испуганно ойкнул, когда я оказался рядом, однако миску не уронил и даже сам отдал её мне, а следом выдал палочки.

Первый глоток бульона заставил меня на секунду прикрыть глаза — горячий, насыщенный, в меру острый, он оказался ещё лучше, чем обещал запах. Лапша не слиплась и не разварилась, мясо легко распадалось под палочками, а я вдруг понял, что уже несколько секунд молча стою перед пандой и ем, хотя только что собирался объяснить ему, почему подкупить меня едой невозможно.

Мда, как-то неудобно получилось…

— Ладно, — пробормотал я, отправляя в рот очередную порцию лапши. — Можно и прерваться на обед…

— А у меня дома ещё больше! — тут же оживился По. — Мы много наготовили! Целый чан! Ну так что, пойдём?

Я посмотрел на почти пустую миску, затем на Шифу, который следил за происходящим с охреневшим лицом, и снова на сияющего панду.

— Пойдём, — согласился я, допивая бульон. — Погоди… А как ты спрятал и откуда достал эту миску?

По замер, после чего принял какую-то нелепую стойку и сделал загадочное лицо.

— Это моя магия Кунг-Фу… Ш-а-а-а… — Он повёл руками, изображая нечто мистическое, но под нашими с Шифу взглядами быстро сдулся и неловко почесал затылок. — Ну это… Секрет, короче. В кармане фартука была. Пошли скорее!

Я посмотрел на широкий карман, и решил не выяснять, каким образом он умудрился затащить всё это на гору, не облившись кипятком. У каждого мастера должны быть свои секретные техники, пусть даже речь идёт о транспортировке обеда.

Панда забрал у меня посуду, снова предложил Шифу плечо и направился к воротам. Старик на этот раз отмахнулся, но пошёл следом, придерживая бок, а я задержался лишь на мгновение, оглянувшись на разбитую стену.

Разговор с моим бывшим учителем закончился совсем не так, как мне хотелось, и лапша этого не исправляла, однако продолжать выяснение отношений посреди развалин я уже не собирался. Тем более По сам предложил поговорить, а именно за этим я и пытался выйти из двора до того, как Шифу не полез в драку.

Мистер Пинг оказался пожилым, но удивительно энергичным мужчиной с небольшими крыльями за спиной и нелепой шапочкой, напоминавшей миску лапши. Он встретил сына так, словно тот вернулся из многолетнего путешествия, тут же начал отряхивать его фартук и расспрашивать, всё ли прошло хорошо, а По только смущённо отмахивался и просил отца не позорить его перед Неистовой Пятёркой.

В родословной Пинга однозначно затесались гуси, однако летать с такими крыльями он вряд ли мог, и дело, скорее всего, было даже не в возрасте. Подобное здесь встречалось — звериные черты далеко не всегда давали своему обладателю что-нибудь полезное, просто у потомков птиц это было заметнее, чем у людей с небольшими ушами или коротким хвостом.

Отец панды чем-то напомнил мне деда из прошлой жизни. Тот внешне был куда суровее, но точно так же суетился вокруг нас с сестрой, старался накормить и совершенно не понимал, что некоторые проявления заботы для подростков в присутствии друзей воспринимаются немного иначе.

Ладно, не будем о грустном…

Лапшичная представляла собой небольшое заведение с открытым двором, над которым висели красные фонарики. Дождь к нашему приходу почти закончился, но столы под навесом всё ещё окружали лужи, а за одним из них сидела Неистовая Пятёрка в полном составе, причём эти засранцы уже вовсю уплетали мою лапшу!

Увидев Шифу, Тигрица немедленно поднялась, за ней вскочила Гадюка, и довольные лица остальных тоже быстро вытянулись.

— Мастер…

— Всё в порядке, — остановил их Шифу, позволяя Тигрице подвинуть ему стул. — Сядьте.

Я устроился с другой стороны стола, отодвинув чью-то пустую миску, и оглядел компанию.

— Так вот какую встречу вы готовили…

— Ну… мы и говорили, что готовим, — невинно пожал плечами Ву Конг. — Встречу с лучшей лапшой в мире!

— Мы собирались прийти раньше, — поспешно добавила Гадюка, покосившись на одежду Шифу. — Но По сказал, что тесто ещё не готово, потом нужно было нарезать мясо, а когда мы услышали…

— Вы выполнили мой приказ, — перебил старик. — Я сам велел вам не вмешиваться без необходимости, поэтому оправдываться не нужно.

Тигрица посмотрела на него, затем на меня, но всё-таки промолчала. Я же решил, что сейчас самое время подождать следующую порцию — заниматься такими важными делами на голодный желудок было бы преступлением.

— Ну, зато это сработало, — буркнул Обезьяна, когда молчание затянулось. — Тай Лунг сидит здесь, а По цел и невредим.

— И Дворец стоит, — добавил Богомол.

— Большая его часть, — сухо уточнил Шифу.

— Эй! — возмутился я, принимая от подбежавшего Пинга миску. — Мы просто немного повздорили, и вообще ты первый начал!

Тигрица недовольно сощурилась, а вот Ву Конг поспешно уткнулся в еду, скрывая улыбку. Шифу на моё замечание не ответил, лишь попросил воды, и Гадюка тут же передала ему чашку.

Мистер Пинг тем временем носился между столами, успевая одновременно обслуживать нас, командовать на кухне и объяснять посетителям, что заведение закрывается на частный обед с Неистовой Пятёркой и легендарным мастером Шифу. Объяснял он настолько громко, что у входа уже собирались зеваки, однако моё имя по какой-то причине не упоминал.

Мудрый человек, что тут скажешь…

Через некоторое время из кухни появился По с подносом, на котором возвышалась целая гора рисовых пирожков. Панда осторожно обходил столы, следя за своей ношей, и именно поэтому не заметил оставленный у лавки свёрток — нога зацепилась за ткань, поднос дёрнулся, а пирожки вместе с маленькой чашкой соуса отправились в свободный полёт.

— О нет! — воскликнул Журавль, уже протягивая руку.

По, однако, справился сам: подхватил носком чашку, мягко подбросил её вверх и, развернувшись, провёл подносом под падающими пирожками, собирая их один за другим. Последней на место встала чашка, из которой каким-то чудом не вылилось почти ничего, а сам панда замер в нелепой позе, балансируя подносом на ладони.

Компания уставилась на него, и только Шифу устало закатил глаза, словно видел подобное уже далеко не в первый раз.

— Эээ… Ну я ведь говорил, что тренировался всё это время, чтобы победить… — По встретился со мной взглядом. — Эээ, Тай Лунга, да…

— Впечатляет, — честно признал я, отправляя в рот очередной кусок мяса.

Толстяк расплылся в улыбке и поставил поднос на стол. Двигался он действительно неплохо, особенно для человека, который совсем недавно открыл для себя Кунг-Фу, вот только мне он не ровня.

— Нам повезло, что бульон был уже готов! — затараторил По, садясь рядом, отчего Тигрица заметно напряглась. Я даже ухом не повёл — не животное же я, чтобы кидаться на собственного кормильца. — Папа варил его с утра, иначе готовка растянулась бы на несколько часов, и неизвестно, успели бы мы до того, как ты… ну… — Он осёкся под моим взглядом. — Без обид, ты понял.

Я хмыкнул и снова занялся лапшой. Сердиться на этого добродушного увальня было сложно, особенно когда он без просьб пододвигал мне тарелки и следил, чтобы миска не оставалась пустой.

Обед затянулся до вечера. За разговорами компания понемногу расслабилась, Ву Конг начал пересказывать какие-то приключения, Пинг несколько раз попытался выяснить, всё ли мне понравилось и нахваливал сына, а Шифу в основном молчал, изредка отвечая ученикам. К концу он выглядел уставшим настолько, что Тигрица уже без разговоров поднялась вместе с ним, собираясь проводить в покои. Именно тогда По отодвинул опустевшую миску и неожиданно стал серьёзным.

— Тай Лунг, нам нужно поговорить. Наедине.

За столом стало тихо, а я с некоторым удивлением посмотрел на панду. Неужели всё-таки решился бросить вызов? После такого количества еды это было бы особенно подло — я-то уже настроился на спокойный вечер.

— По, ты уверен? — обеспокоенно спросила Гадюка.

— А если что-то произойдёт? — вмешался Журавль. — Давай мы останемся поблизости, не нужно рисковать.

— Нет, — твёрдо ответил панда. — Это важно. И для меня, и для него.

Шифу задержал взгляд на ученике, после чего медленно кивнул, а я решил не напоминать, чем закончилась моя предыдущая попытка добиться точно такого же разговора. По наконец сделал собственный выбор, и старик, похоже, собирался позволить ему с этим разобраться.

— Хорошо, — согласился я, поднимаясь. — Веди, панда.

Мы вышли из лапшичной и направились обратно к Нефритовому Дворцу. По шёл молча, непривычно задумчивый, и лишь на подъёме несколько раз останавливался перевести дыхание, пока я терпеливо ждал рядом.

К Персиковому Дереву Мудрости мы добрались уже на закате. После дождя воздух оставался прохладным, между горами ещё цеплялись за склоны облака, а внизу, в Долине, постепенно зажигались первые огни фонарей.

— Красиво, да? — спросил По, остановившись у края площадки.

— Красиво, — согласился я. — Но мы здесь не за тем, чтобы любоваться видами. Ты хотел поговорить, не так ли?

Панда вздохнул, порылся в широком кармане штанов и достал свиток.

Тот самый…

Я невольно выпрямился, следя за его руками, и По это заметил — посмотрел на меня, затем снова на свиток, осторожно проведя большим пальцем по краю.

— Знаешь, всю жизнь я мечтал быть кем-то другим. Кем-то большим, чем просто лапшичником. Я слушал истории о невероятных мастерах Кунг-Фу, фанател по Пятёрке и Нефритовому Дворцу… Когда мастер Угвей выбирал Воина Дракона, я очень хотел увидеть это собственными глазами. Понимал, что у меня нет ни шанса, я ведь обычная жирная панда-неудачник, но хотя бы посмотреть… А он выбрал меня. — По ненадолго замолчал, неловко улыбнувшись собственным воспоминаниям, а я не стал его торопить. — Сначала я не поверил своей удаче, а потом подумал, что всё изменится, что я стану героем и наконец начнётся жизнь, о которой я всегда мечтал, только вместо этого начались тренировки, и мастер Шифу делал всё, чтобы я ушёл сам… Он ведь не знал, что прежняя жизнь причиняла мне намного больше боли каждый день. Позже всё стало лучше, он даже нашёл способ меня учить, и ребята… — Панда посмотрел в сторону Дворца и сглотнул. — В общем, теперь у меня есть то, о чём я раньше даже мечтать стеснялся. — Он повернулся ко мне и протянул свиток. — Если тебе так нужен титул Воина Дракона, я отдаю его тебе.

Несколько секунд я просто смотрел на его руку, не до конца понимая, действительно ли услышал эти слова. Моя мечта, цель всей жизни, то, ради чего я тренировался, терпел боль, вырвался из Чор-Гом… Всё это сейчас лежало передо мной, и оставалось только взять.

— Ты… отдаёшь его мне? — хрипло переспросил я. — Просто так?

— Не просто так. — По улыбнулся, но получилось у него откровенно плохо. — Я хочу, чтобы всё закончилось. Ты уже пощадил мастера и моих друзей, хотя мог этого не делать, и я верю, что ты способен остановиться. Если получишь то, зачем пришёл, тебе ведь больше не нужно будет ни с кем драться?

— Из-за титула — нет, — ответил я, всё ещё глядя на свиток. — Но ты сам понимаешь, от чего отказываешься?

— Понимаю. Я снова буду простым лапшичником, и… может, это не так уж плохо, я люблю готовить и отец говорит, что у меня талант… — Пальцы панды на мгновение крепче сжались на золотой рукояти, прежде чем он заставил себя их разжать. — Только пообещай, что больше не станешь мстить. Ни мастеру, ни кому-нибудь ещё в Долине.

Я поднял на него взгляд, и на этот раз По не отвёл глаз, хотя свиток в его руке едва заметно дрожал.

— Обещаю. — Лишь после этого я протянул руку и принял свиток. Он был тёплым, однако в первое мгновение мне показалось, будто внутри действительно скрыта какая-то невероятная сила, которую я наконец сумел заполучить.

По отвернулся к закату и поспешно провёл рукой по щеке, делая вид, что поправляет волосы, а я остался стоять рядом, сжимая исполнение собственной мечты и почему-то совершенно не зная, что теперь сказать.

Он ведь действительно отказался от всего — от титула, признания, возможности жить так, как хотел, причём даже не попытался сначала подраться со мной и проверить, не случится ли чудо. Просто решил, что безопасность друзей важнее, и сделал то, на что у меня самого ещё несколько минут назад вряд ли хватило бы сил.

Я посмотрел на золотые рукояти, затем на широкую спину этого «простого лапшичника», который только что избавил меня от необходимости что-либо доказывать Шифу и всему остальному миру, и понял, что уже принял решение…

— Значит, теперь я Воин Дракона, так? — уточнил я, не сдержав ухмылки, пока внутри разливалось удовлетворение.

— Да, теперь ты Воин Дракона, — кивнул По, всё ещё глядя на уходящее солнце.

— Замечательно… А теперь забирай свой свиток обратно. — Я облегчённо выдохнул и подбросил золотисто-красный свёрток в сторону панды. — Вместе с титулом. Слишком низкий титул для такой легенды, как я.

— А? — По удивлённо повернулся ко мне, заметил летящий свиток и торопливо выставил руки. — Ой! — Поймать его с первого раза не получилось — золотая рукоять выскользнула из пальцев, панда подбил её ладонью, едва не отправив с обрыва, после чего всё-таки прижал свёрток к груди и уставился на меня ошалевшим выражением лица. — В смысле? Почему ты отдал мне Свиток Дракона? Я ведь сам передал его…

— Я же сказал: не тот уровень. Я намного выше какого-то там «Воина Дракона», придуманного Угвеем. — По растерянно посмотрел на свиток, а я отвернулся к Долине, пытаясь разобраться в собственных ощущениях. Когда выбрался из Чор-Гом и заключил сделку с тем, что посчитал остатками сознания Тай Лунга, обещание получить титул казалось вполне понятной платой за возможность жить дальше, вот только после этого меня буквально штырило от одной мысли о Свитке. Переселение в другой мир, чужое тело, две жизни в одной голове — всё отходило на второй план, стоило вспомнить о старой черепахе и её решении.

Теперь же это наваждение исчезло — По сам, без драки и принуждения, передал мне титул, подтвердил своё решение, и впервые за всё время я смог посмотреть на золотистый свёрток, не испытывая желания немедленно забрать его себе и завалить каждого, кто попробует помешать.

Не знаю, что именно послужило триггером — получение свитка, слова панды или осознание того, что моё обещание наконец выполнено. Тай Лунг ведь хотел не красивую бумажку, а признание, хотел, чтобы его сочли достойным, и получилось довольно забавно: то, чего он не добился от отца и мудрой мудаковатой черепахи, ему дал обычный повар, случайно оказавшийся Воином Дракона.

Я не чувствовал, будто из меня вырвали часть личности, да и воспоминания никуда не исчезли — Шифу всё ещё оставался человеком, который вырастил меня и отвернулся в самый важный момент, Чор-Гом по-прежнему вспоминался без малейшего удовольствия, но мысль о титуле больше не заставляла стискивать зубы и искать, кому бы доказать собственную правоту.

Клятва исполнена, титул перешёл ко мне, а что делать с ним дальше — уже моё дело. Таскаться с золотистым куском шёлка, который в мультфильме оказался тупо философским символом собственной значимости, я не собирался, тем более это мнимое ощущение великой силы исчезло, стоило перестать ждать от свитка чего-нибудь особенного. Здесь всё могло оказаться иначе, но проверять мне почему-то не хотелось.

Я и без подтверждения от мёртвой черепахи знал, кто я такой — Тай Лунг, Легенда Кунг-Фу.

По всё ещё хлопал глазами, пытаясь переварить услышанное.

— Так… А зачем ты тогда пришёл в Долину Мира?

— Домой возвращался, разве непонятно? — хмыкнул я. — А ещё… Слушай, ты не против поговорить немного откровенно?

— Откровенно? Да я вроде как уже… — Панда развёл руками, посмотрел на свиток и осторожно убрал его в широкий карман, словно боялся, что я передумаю.

— Тогда послушай внимательно, По, и очень прошу — сейчас не перебивай, а то я уже заметил, как тебе это нравится делать.

В прошлой жизни я смотрел первые три мультфильма, причём хорошо помнил только первый, заметно хуже второй, а от третьего в голове остались главный злодей и его нефритовые воины, да и те в основном в виде «они есть и они крутые». Четвёртый я вообще не видел, если не считать нескольких роликов в Тик-Токе, однако одна сцена запомнилась отлично: Тай Лунг побеждает каких-то ящериц, после чего их предводительница, Хамелеонша, прилепляет язык к его лбу и забирает силу вместе с навыками.

Повторять подобный опыт мне совершенно не хотелось, так что подготовить панду к будущим неприятностям было вполне здравой идеей. Пусть лучше он станет полезным союзником, чем мне придётся одновременно разбираться с очередным чудовищем и следить, чтобы наш «великий Избранный» случайно не погиб, пытаясь помочь.

Исключительно практический подход, разумеется. Совершенно не связанный с тем, что этот увалень очень вкусно готовит…

На канон рассчитывать уже давно не приходилось — нынешний По не выдержал бы ни одной моей серьёзной атаки, и, не появись в голове Тай Лунга воспоминания другой жизни, сегодняшний день вполне мог закончиться очень плохо и для панды, и для Шифу. Правда, после недавнего боя я бы всё-таки не стал утверждать, что старика удалось бы убить походя, но итоговую разницу в силе это не отменяло.

— Хорошо, — наконец кивнул По, нахмурившись настолько старательно, что я едва не рассмеялся.

— Без обид, но ты для меня сейчас не противник. Опытный мастер может многое понять по движениям другого человека, а если тот использует Ци, то ещё и оценить, насколько хорошо он ею управляет. Я видел тебя сегодня, По, и до полноценного мастера тебе ещё далеко, что, согласись, не совсем соответствует твоим мечтам о Воине Дракона. Поэтому предлагаю свою помощь.

— Ты хочешь меня учить?

— Хочу, но для начала тебе придётся освоить то, чему учит Шифу. Он отличный мастер и с управлением Ци внутри тела разберётся куда лучше большинства, вот только сам до Пробуждения так и не добрался. Старые травмы, тяжёлое прошлое, привычка годами грызть себя за каждую ошибку… Не знаю, что именно мешает ему сильнее, но пока результат такой. Я же могу показать тебе, как выпускать Ци наружу и придавать ей форму, когда ты сам окажешься к этому готов.

— Я… — По вздохнул, глядя мне в глаза. — Не хотел бы таким образом оскорблять мастера Шифу. Не уверен, как он это воспримет, да и… Почему ты решил, что я вообще смогу?

— Я не предлагаю тебе бросить Шифу и перебраться ко мне под крыло, мы с ним вполне можем учить тебя разным вещам. А получится ли — зависит от тебя. Задатки есть, упорства, судя по рассказу о первых тренировках, тоже хватает, осталось перестать думать, что звание само сделает тебя великим мастером и начать качаться.

— Я так не думаю!

— Вот и отлично. Путь Кунг-Фу — это путь познания себя и мира вокруг, именно поэтому нас часто зовут «идущими путём Неба»… — По поднял руку, с явным трудом удерживаясь от вмешательства в мою лекцию, и я тяжело вздохнул. — Ну что?

— Я это уже слышал от мастера Шифу. Про ученика, мастера и Пробуждение тоже слышал… Меня скорее волнует, как до всего этого добраться.

— Ладно, тогда сократим лекцию. Чтобы двигаться дальше, одних сильных мышц и правильных ударов недостаточно — нужно понять себя, разобраться с тем, что постоянно мешает сосредоточиться, и обрести внутренний покой. Это не заменяет тренировок, но без него до Пробуждения можно не дойти вообще.

— Звучит клёво! Но как обрести этот внутренний покой?

— Каждый мастер ищет собственный путь. Некоторые предпочитают пятьдесят лет медитировать в пещере, забыв о еде и воде…

Живот По издал такой протяжный звук, что я невольно посмотрел вниз, а панда смущённо прикрыл его ладонью, словно надеялся заглушить.

— А есть какой-то другой способ?

— Мы ели полчаса назад… — Я покачал головой, решив не выяснять, куда в нём помещается столько еды. — Другие проходят через боль и страдания, как я. Когда Шифу решил, что я достаточно подготовлен, то устроил мне три дня и три ночи непрерывных боёв с молодыми мастерами из других храмов и Столицы. Перерывы уходили на упражнения и разбор ошибок, нормально поесть или поспать не давали, а в самом конце против меня вышел он сам и разбил в пух и прах.

— О! А я слышал эту историю! — воодушевился По. — Ты победил сотню сильнейших молодых мастеров со всего Китая, именно тогда о Тай Лунге услышал весь мир!

— Тогда, лёжа на площади, избитый и униженный, я и познал внутренний покой…

— Это как это? Познать внутренний покой, когда тебя избили?

— По, я же просил не перебивать. — Панда поспешно закивал и закрыл рот обеими руками. — Не в тот момент, когда проиграл, а когда зрители и мастера, молчавшие во время последнего боя, начали выкрикивать моё имя. Я лежал, уверенный, что всё испортил и опозорился перед отцом, а они почему-то считали, что я показал нечто невероятное. — Я ненадолго прикрыл глаза, вспоминая холод камня под спиной, боль во всём теле и то облегчение, с которым слушал чужие голоса. — Именно тогда до меня дошло, что я слишком многого от себя требую. Поражение от Шифу не отменяло предыдущих побед, а то, что я не смог подняться, не делало меня бездарностью. Даже избитый, я оставался сильнее большинства мастеров своего поколения, а талант у меня был такой, что окружающим оставалось только завидовать.

— Как-то слишком уж самовлюблённо… — пробормотал По, но под моим взглядом поспешно сменил тему. — Эм, а можно как-нибудь без членовредительства? Нет-нет, я не против драчки, просто три дня и три ночи… Зачем людей напрягать моими тренировками?

— Ох, и намучился же с тобой Шифу…

— Это мягко сказано, да, — важно кивнул Воин Дракона.

Я всё-таки усмехнулся. В одном панда был прав — со стороны история выглядела довольно сомнительным способом привести человека к душевному равновесию, однако для прежнего Тай Лунга признание собственного таланта значило намного больше, чем любые красивые слова о гармонии.

Другое дело, что однажды обрести покой и сохранить его на всю оставшуюся жизнь оказалось двумя совершенно разными задачами — пробуждённая Ци от последующего срыва никуда не делась, зато с головой у барса начались вполне очевидные проблемы, и приводить его в пример всесторонне развитой личности я бы не рискнул.

— Я веду к тому, что универсального переживания для всех нет. Шифу знал, как меня подготовить и чего я боюсь, поэтому довёл до предела, а в конце поразил определённые точки, заставив по-новому почувствовать движение собственной Ци. Это была долгая подготовка, По, а не идея однажды утром собрать толпу и избить ученика до просветления. К тому моменту я уже умел управлять энергией внутри тела и был готов к следующей ступени.

— И всё же можно как-нибудь не настолько жёстко?

— Можно тренироваться и искать свой путь, о чём я тебе с самого начала и говорю, а можно попробовать насильственное пробуждение, которое занимает минут двадцать и подходит почти каждому достаточно крепкому мастеру…

— Ого! А почему Шифу до сих пор этим не воспользовался?

— Потому что примерно трое из пяти после такого умирают, а оставшиеся до конца жизни расплачиваются за спешку. — Я дождался, пока с лица панды исчезнет воодушевление. — При этом способе естественные барьеры ломают чужой Ци, не давая телу приспособиться. Меридианы повреждаются, теряют эластичность, становятся уязвимыми для чужого воздействия, а Даньтянь, так называемый «океан Ци» внизу живота, перестаёт нормально развиваться. Какой резерв получил в момент Пробуждения, с таким и останешься, если вообще выживешь.

Наш разговор прервал Журавль, плавно спланировавший на площадку в нескольких метрах от дерева. Крылья двигались размеренно, дыхание оставалось ровным — явно не спешил, однако к нам направился сразу, старательно изображая совершенно случайную прогулку над горой.

Скорее всего, остальные решили проверить, не сбросил ли я их драгоценного Воина Дракона с обрыва. Ну а что — поговорить наедине нам позволили, а сколько именно должен длиться разговор, никто не уточнял…

— Эм… Привет ещё раз, — Тянь Хэ поправил шляпу и нервно переступил с ноги на ногу. — У вас тут всё нормально? Мы просто подумали, что… ну… солнце уже садится, прохладно становится.

— Всё отлично, Журавль! — радостно отозвался По. — Тай Лунг вернул мне титул и согласился учить Ци! Представляешь?

Журавль открыл рот, посмотрел на меня, затем на панду и, судя по выражению лица, так и не решил, с какого именно вопроса следует начать.

— Вернул? Учить? Тебя?

— Именно! — По снова повернулся ко мне. — Кстати, ты говорил про этот… Даньтянь. «Океан Ци» внизу живота, да?

— Да, энергетический центр, в котором накапливается Ци.

Панда хлопнул ладонями по своему внушительному животу и довольно улыбнулся.

— Ха! Тогда у меня там, скорее целый океан! Или вот ещё — Бездонная Впадина Мощи!

— Скорее уж Пельменепоглощающее жерло вулкана, — сухо поправил я. — Но размер тела действительно может влиять на объём резервуара, если правильно им пользоваться.

Журавль тихо кашлянул, пряча улыбку, а панда хихикнул и снова посерьёзнел.

— Значит, лёгкого пути нет? Совсем? Только тренировки, медитации и попытки разобраться в себе?

Я посмотрел на Тянь Хэ, который уже перестал притворяться, что его интересует исключительно вечерняя прохлада, и кивнул.

— Если не хочешь угробить собственный талант, то да. В императорской армии, например, используют другой вариант принудительного открытия каналов — со специальными иглами, алхимическими стимуляторами и подготовкой примерно в месяц. До полноценного Пробуждения там даже не пытаются довести, зато смертность намного ниже, около одного человека из сотни.

— Ого! Так, может…

— Но, — я поднял палец, останавливая очередной приступ оптимизма, — результат тоже ограничен. Человек получает возможность усиливать тело Ци, однако стимуляторы закрепляют каналы в том состоянии, до которого их удалось раскрыть. Дальше они почти не развиваются, резерв не растёт, а тонкое управление остаётся недоступным. Научиться передавать Ци другому, лечить или создавать полноценные внешние техники таким способом не получится. — По перестал улыбаться, и я продолжил, заметив, насколько внимательно слушает Журавль. — Такой солдат намного сильнее обычного бойца и вполне способен убить неподготовленного ученика, особенно если действует в отряде, вот только настоящий мастер может совершенствоваться дальше. В армии это считают приемлемой ценой за быстрый результат, но тебе-то зачем добровольно превращать себя в подобного «бойца»? — В детстве Шифу рассказывал о знакомом, который слишком долго не мог перейти на следующую ступень, отчаялся и воспользовался похожей методикой, чем загубил собственный талант. Позже его убил мастер из соседней страны, с которой тогда шла война, и отец всякий раз заканчивал рассказ одинаково — человек, привыкший получать результат раньше, чем готов за него отвечать, рано или поздно встречает того, кого этим результатом не удивишь. Сейчас мне хотелось, чтобы По усвоил хотя бы практическую часть этой истории. Про необходимость отвечать за собственные поступки он сегодня и без меня кое-что продемонстрировал. — Выбирать тебе, Воин Дракона. Быстрый результат с заранее известным пределом или тяжёлый труд и возможность стать тем, кем ты сам хотел стать. Лично я считаю, что спешка нужна только при ловле блох. Или, как говорится… — Я ухмыльнулся, посмотрев на нашего пернатого слушателя. — Лучше синица в небе, чем рука в журавле…

Тянь Хэ поперхнулся воздухом и невольно отступил, прикрывая спину крыльями.

— Эм… Очень мудрая поговорка, но, может, не надо рук в журавлях?

По посмотрел на нас, потом на собственные ладони и наконец покачал головой.

— Нет, я не хочу уничтожать свой потенциал. Если уж быть Воином Дракона, то настоящим и самым крутым! Я готов к трудному пути.

— Правильный выбор, — кивнул я. — Тогда рассчитываю на твою самоотдачу на тренировках с Шифу.

— Эй, я и так стараюсь! — обиженно возмутился панда, после чего уже тише добавил: — И спасибо, что предупредил. Я это запомню.

— Ладно, пошли, а то и правда засиделись…

Нефритовый Дворец

— Мастер, как вы? — спросила Тигрица, осторожно закрепляя повязку на боку Шифу.

Он сидел на краю постели, опираясь ладонью о матрас, и старался не шевелиться, пока ученица заканчивала перевязку. Гадюка уже принесла мази и помогла обработать самые неприятные ушибы, после чего ушла готовить отвар, а Тигрица осталась, хотя учитель несколько раз предлагал ей отдохнуть.

— Не переживай, благодаря вашей помощи завтра мне будет гораздо лучше.

Девушка недоверчиво посмотрела на него, но спорить не стала, лишь немного ослабила ткань, заметив, как он поморщился. В молодости Шифу восстановился бы после подобного куда быстрее, однако годы постепенно брали своё, и теперь даже привычное движение отзывалось болью.

Он наблюдал за руками ученицы, способными расколоть каменную плиту, но сейчас осторожно разглаживавшими повязку, и невольно вспоминал, как учил её сдерживать силу. Тогда казалось, что главное — дать девочке контроль, дисциплину и дело, которому она сможет посвятить жизнь, а всё остальное приложится само.

После Тай Лунга он боялся снова ошибиться, слишком привязаться к ученику и перестать замечать, что происходит на самом деле. Тигрица росла под его присмотром, тренировалась, старалась заслужить одобрение, а он всякий раз находил, что ещё нужно исправить, словно добрые слова могли немедленно уничтожить результат многолетнего труда и превратить ученицу во второго Тай Лунга.

— Тигрица… — тихо позвал Шифу, перехватив её руку, когда она потянулась за чистой тканью.

Девушка замерла и подняла на него удивлённый взгляд.

— Да, мастер?

— Прости меня.

— За что? — Она нахмурилась. — Это мы должны были прийти раньше. Мы слышали бой, но По сказал, что справится, а вы приказали…

— Я сейчас не об этом. — Шифу покачал головой, не отпуская её руки. — Прости за то, что был так холоден с тобой все эти годы. Я боялся, что снова привяжусь к кому-то и повторю прежнюю ошибку. Пытался сделать из тебя воина, но забыл, что ребёнку нужна не только дисциплина.

Тигрица опустила глаза, будто не знала, как на это реагировать, после чего осторожно высвободила руку и всё-таки закончила перевязку.

— Вы дали мне дом, мастер, — произнесла она, убирая оставшуюся ткань. — Дали цель и научили всему, что я знаю. Если бы не вы, я так и осталась бы в приюте, где все боялись ко мне подходить. Я благодарна вам за это и ни в чём вас не виню. Вы мой мастер и… мой отец, каким бы строгим ни были.

Шифу слабо улыбнулся, однако ответ дался ему не сразу.

— Спасибо, Тигрица. А теперь иди, тебе нужно отдохнуть. Завтра мне предстоит многое обсудить с нашим гостем.

Она поклонилась, собрала лекарства и вышла, тихо прикрыв дверь, а старый мастер медленно лёг на подушки и уставился в потолок. Перед глазами всё ещё стоял Тай Лунг — сначала молодой, гордый, уверенный, что впереди его ждут только победы, а затем сегодняшний, с холодным пламенем Ци на сжатом кулаке, но той же потребностью услышать от отца слова признания.

Шифу помнил, как закрыл глаза перед последним ударом, грохот камня рядом с головой, и собственное удивление, когда понял, что ученик снова остановился. Он пришёл за титулом, обвинял, кричал, требовал, но даже в бою несколько раз сознательно ослаблял некоторые удары, которые могли навредить старому мастеру.

Это не отменяло погибших двадцать лет назад и не делало решение Угвея заведомо ошибочным, однако отмахнуться от сегодняшнего разговора так, как он отмахивался от него все эти годы, уже не получалось.

— Тай Лунг… — прошептал Шифу, закрывая глаза. — Мог ли я тогда остановить тебя? Если бы попытался поговорить раньше… — Он умолк, не закончив вопрос, на который некому было ответить, и медленно провёл ладонью по влажной щеке.

В коридоре возле двери всё ещё стояла Тигрица. Она задержалась, услышав голос наставника, но теперь понимала, что лучше было сразу уйти — слышать эту растерянность от человека, всегда знавшего, что нужно делать, оказалось даже тяжелее, чем видеть его раненым.

После нескольких мгновений девушка всё-таки отступила и направилась по коридору, крепче прижимая к себе свёрток с лекарствами. Она собиралась найти Тай Лунга, однако у выхода встретила возвращавшегося Журавля, и его торопливый рассказ заставил остановиться.

Оказалось, По добровольно отдал свиток, но Тай Лунг почти сразу вернул его вместе с титулом, а затем предложил помочь с обучением Ци. Журавль сам присутствовал только при части разговора, поэтому в подробности не вдавался, но и услышанного было достаточно, чтобы Тигрица окончательно перестала понимать, чего добивается их, как он выразился, «старший брат».

Девушка посмотрела в сторону ученических домиков, где остановился и Тай Лунг…

— Чем обязан? — поинтересовался я, не открывая глаз, пока гость ещё даже не успел дотронуться до двери.

Находился я в своей старой комнате, куда вернулся накануне после разговора с По, и здесь, такое ощущение, за двадцать лет почти ничего не изменилось — мебель стояла на прежних местах, тренировочные свитки лежали на полке в знакомом порядке, даже рисунок с прошлым составом Неистовой Пятёрки всё ещё висел на стене, хотя бумага заметно пожелтела по краям.

При этом пыли не было, постель оказалась свежей, а воздух не пах многолетним запустением, так что за домом явно следили. Странно, если подумать — имя «предателя» столько лет пугало местных детей, а его вещи почему-то никто не выбросил и комнату другому ученику не отдал.

Спрашивать об этом у Шифу я пока не стал — вчера хватало других тем для разговора, да и разглядывать собственные детские вещи после всего произошедшего оказалось неожиданно тяжело, поэтому остаток вечера я провёл за медитацией, а утром вернулся к ней сразу после короткого сна.

— Я пришла поговорить, — ответила дверь голосом Тигрицы.

Значит, всё-таки она. Шагов я почти не услышал, только уловил движение Ци, когда гость остановился у входа, и смог понять, что снаружи находится мастер, не пытающийся полностью скрыть присутствие. Определить по этому, кто именно решил навестить меня с утра пораньше, было бы уже сложнее, чем хотелось признавать.

— Поговорить? — Я открыл глаза и размял затёкшую шею. — Ну заходи, поговорим.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась очень серьёзная Тигрица, хотя иначе она, кажется, вообще выглядела только тогда, когда собиралась кому-нибудь врезать. Впрочем, вынужден признать, ей это шло.

— На улице, — коротко произнесла девушка и, не дожидаясь ответа, развернулась.

Мда, ох уж эти китайские кошкодевочки-цундере… И о чём она, интересно, поговорить со мной собралась в такую рань?

Я поднялся, ещё раз потянулся и вышел следом, невольно задержав взгляд на старом рисунке. Шифу на нём выглядел моложе и куда счастливее, чем сейчас, а изображённая рядом Сюэ выглядела так знакомо, несмотря на длинные волосы на постере, что я не смог сдержать улыбку — кто бы мог подумать в детстве, что однажды мне доведётся вместе с ней разбираться с работорговцами и продажными чиновниками.

Моя «комната» на самом деле представляла собой отдельный небольшой домик неподалёку от общих спален учеников. Когда я появился в Нефритовом Дворце, Шифу переживал тяжёлый период и новых воспитанников не брал, а подобранного ребёнка поначалу вообще не собирался записывать в ученики, поэтому селить меня в общежитие не стали. Позже я уже привык к собственному дому, да и отец не видел причин что-либо менять.

Здесь была всего одна жилая комната, но после двадцати лет в Чор-Гом возмущаться я смысла не видел. Ностальгия, накрывшая меня ещё при возвращении в Долину, в этих стенах ощущалась особенно сильно, и справляться с ней оказалось сложнее, чем с привычным желанием кому-нибудь что-нибудь доказать.

— Мы на улице, — напомнил я Тигрице, остановившейся у края дорожки.

— Да… — согласилась она, продолжая смотреть на утренний туман между горами. Я прислонился к деревянной колонне у входа и подождал, пока девушка наконец заговорит. Понятно, что образ мудрого мастера требует иногда молча смотреть вдаль, однако до этого момента она вполне успешно обходилась без этого. — Мастеру тяжело, — наконец произнесла Тигрица. — Ты вернулся и делом доказал, что изменился, а он всё равно с тобой сразился. Теперь он винит себя и пытается понять, что должен был сделать ещё двадцать лет назад… Ему трудно даже допустить, что мастер Угвей мог ошибиться на твой счёт.

— Ну, я на Шифу обиды не держу, а старый черепах уже на том свете, так что проблем не вижу, — пожал я плечами.

Насчёт обиды, конечно, получилось слишком смело. Вчерашнее желание немедленно добиться от отца признания отпустило вместе с титулом, но двадцать лет в Чор-Гом от этого не превратились в приятное воспоминание. Просто снова хватать старика за грудки и требовать объяснений я уже не собирался, а разбираться в остальном предпочёл бы без участия всей Неистовой Пятёрки.

— Пусть для тебя это и не проблема, но для Шифу — да. — Девушка резко повернулась ко мне. — Он стал мне отцом, и я вижу, насколько ему тяжело. Мы рассказали, что ты сохранил нам жизни и отпустил вперёд, он решил встретить тебя сам, а закончилось всё тем, что вы едва не убили друг друга… Мастер больше не может относиться к тебе как к человеку, которого помнил все эти годы, но и забыть прошлое у него не получается. — В её голосе было столько неприкрытого волнения, что я невольно перестал улыбаться. Обычно Тигрица старательно изображала невозмутимость в любой ситуации, а сейчас будто вообще не скрывала, насколько сильно её задело состояние учителя.

Во втором мультфильме она, помнится, поддерживала По, хотя подробности я уже почти забыл. Похоже, холодное выражение лица и здесь означало лишь привычку держать себя в руках, а не отсутствие чувств, что, впрочем, я мог понять ещё на мосту. Выходит шутка про кошкодевочку-цундере и не шутка вовсе…

— Я услышал тебя. Что конкретно ты предлагаешь?

— Я не сильна в отношениях между людьми, всё детство провела на тренировках и почти не выходила из Нефритового Дворца… — Тигрица отвела взгляд, с явным трудом подбирая слова. — Но думаю, вам нужно поговорить. Ты отказался от титула Воина Дракона, а что дальше? Уйдёшь или останешься? Кто ты теперь для Дворца и что он для тебя значит? Мастер не понимает, как поступать после всего, что произошло.

Детство у неё, судя по всему, было не лучше моего. Шифу умел воспитывать замечательных бойцов, вот только с остальным получалось куда сложнее — первый ученик угодил в тюрьму, а вторая привыкла изображать безэмоциональный кирпич и едва ли разбиралась даже в своих собственных чувствах.

— Я и сам хотел с ним поговорить, — признался я, почесав затылок. — Просто вчера он был не в лучшем состоянии, да и мне нужно было кое-что обдумать. Так что зря переживаешь, ещё успеем.

Тигрица кивнула, но уходить не собиралась и через несколько мгновений снова посмотрела мне в глаза.

— Когда мы шли сюда, я была уверена, что ты ни перед чем не остановишься ради титула, а теперь вообще не понимаю твоих целей. Ты добрался до Нефритового Дворца, победил мастера Шифу, получил Свиток Дракона и почти сразу вернул его По. Почему?

Я уже собирался ответить что-нибудь про слишком мелкие награды для слишком великих мастеров, когда заметил едва уловимое движение возле дерева в нескольких шагах от крыльца. Ветка качнулась, хотя ветер на мгновение стих. Я на ту ветку смотрел уже некоторое время, потому что смотреть на Тигрицу и смущать её ещё больше я не хотел, так что лёгкое колыхание заметил.

А вот это уже интересно…

— Хех, неужели я так красив, что за мной столько девушек бегает? — ухмыльнулся я, глядя поверх плеча Тигрицы.

Она недоумённо моргнула, её щёки едва заметно порозовели, но объяснять, кого именно я имею в виду, не пришлось — оттолкнувшись от крыльца, я в один прыжок оказался у дерева и схватил за горло незнакомку, которая до последнего пыталась прижаться к стволу и оставаться незаметной.

Воздух вокруг неё дрогнул, словно кто-то стряхнул с тела тонкую прозрачную плёнку, после чего в моей руке обнаружилась совсем невысокая девушка в чёрной одежде. Иссиня-чёрные волосы частично выбились из-под капюшона, сверху торчали большие острые уши песочного цвета, а над маской, скрывавшей нижнюю половину лица, на меня смотрели огромные фиолетовые глаза. Интересно, она красится?

Глухой костюм плотно облегал привлекательную фигурку, широкий пояс удерживал несколько небольших подсумков, а пушистый хвост за спиной подтверждал, что перед нами очередная представительница очень милой родословной. Что, разумеется, никак не объясняло, почему она подслушивала разговор возле моего дома и почему я смог заметить её только благодаря случаю.

— Что?.. — покрасневшая Тигрица успела удивиться, но почти сразу встала в боевую стойку и повернулась так, чтобы видеть и нас, и дорожку к остальным домикам.

— И кто же ты такая, мой дорогой сталкер? — поинтересовался я, стараясь не показывать, насколько неприятным оказалось это открытие.

Не свернул шею я ей по вполне понятным причинам: хотелось выяснить, какого хрена вообще происходит, костюм и техника скрытности напоминали о Сюэ, а убивать возможную посланницу единственной знакомой Тени было бы несколько преждевременно. Да и Тигрица вряд ли оценила бы подобное начало утра, особенно после разговора о том, как сильно я изменился.

— Кх-хкх… — попыталась ответить девушка, вцепившись обеими руками в моё запястье.

Ладно, задавать вопросы человеку, которому не даёшь вдохнуть, — не самая лучшая тактика допроса. Я ещё раз прислушался к окружению, никого больше не обнаружил, но после недавнего сюрприза считать это надёжной проверкой уже не мог, поэтому развернулся так, чтобы за спиной оставалось дерево, и разжал пальцы.

Незнакомка упала на землю и закашлялась, жадно хватая воздух, а Тигрица шагнула ближе, продолжая следить за дорожкой и соседними крышами.

— Кто ты и что здесь делаешь? — потребовала она, когда девушка смогла нормально дышать.

Её раздражение было вполне понятно — посторонняя забралась на территорию Нефритового Дворца, спряталась возле жилого дома и подслушивала разговор, который явно не предназначался для лишних ушей, какими бы милыми и пушистыми они ни оказались.

Лисичка? Хотя скорее фенек, судя по размеру ушей и светлому окрасу, но в местных родословных я разбирался недостаточно хорошо, чтобы делать уверенные выводы по одному хвосту.

— Кхм… Э-э-э… — Девушка перевела взгляд с меня на Тигрицу, затем посмотрела на нижнюю ветку дерева и край крыши моего дома.

Ха! Она едва успела отдышаться, а уже искала, куда бы удрать. Похвальная самоотверженность, конечно, но стоило делать это хотя бы чуть менее очевидно.

— Даже не думай, — негромко произнёс я, усилив ноги Ци и оказавшись за её спиной раньше, чем она успела подняться в полный рост.

— Ва-а-а! — Незнакомка взвизгнула и отскочила прямо к Тигрице, которая поймала её за плечо, не позволив проскользнуть мимо. Я остановился с другой стороны, немного не понимая кто же передо мной — при таком уровне скрытности допускать настолько детские ошибки было как минимум странно, хотя, возможно, она сознательно выбрала Тигрицу — слава Неистовой Пятёрки шла далеко впереди самих мастеров, и весь Китай знал об их доблести, доброте и ещё какой-нибудь положительной характеристике на «до», а вот обо мне обычно рассказывали немного другое.

Вполне вероятно, что в руках «благородной защитницы Долины Мира» ей сейчас казалось безопаснее, чем рядом с человеком, который только что едва не придушил её у дерева.

— Я всё ещё жду ответа на свой вопрос, — напомнил я, склонившись к незнакомке. — И если этот ответ мне не понравится, то… Стоит ли произносить, что я с тобой сделаю?

Подземелье Императорского Дворца

— Она уже добралась до Нефритового Дворца? — переспросила Сюэ Ся, откладывая на стол донесение.

Чэнь кивнул, стоя напротив. Его тёмная одежда скрывала почти всё тело, кроме лица, а руки были спокойно сложены за спиной — пока он не видел в докладе ничего такого, что могло бы вызвать недовольство госпожи.

Кабинет находился глубоко под Императорским Дворцом, в той части подземного комплекса, куда не допускали даже большую часть дворцовой прислуги. Наверху богатых гостей встречали широкие лестницы, расписные потолки и залы, призванные напоминать о величии правящей династии, здесь же за неприметными дверями работали писари, разбирали донесения и готовили определённых людей к заданиям, о которых никто знать не должен.

Подземелье давно превратилось в небольшой город под городом, связанный со Столицей сетью скрытых переходов. О существовании самого комплекса знали немногие, а полную схему выходов и убежищ видели лишь те, кому она действительно требовалась по службе.

— Согласно последнему сообщению, Тень Луны вошла на территорию Дворца и продолжила наблюдение, — подтвердил заместитель. — Тай Лунг прибыл в Долину, встретился с Шифу, после чего спустился к местному лапшичнику вместе с ним и Воином Дракона. Позже вернулся на гору.

— Встреча прошла спокойно?

— Во Дворце был бой. Подробностей пока нет, Лин наблюдала издалека и не вмешивалась. Позже она видела всех троих живыми, Шифу передвигался самостоятельно, хотя, по её оценке, был ранен.

Сюэ некоторое время молчала, глядя на раскрытый лист, затем провела пальцем по нижней строке.

— Тогда объясни, зачем она после этого полезла следом за ним к жилым домам.

— Чтобы продолжить выполнение приказа, госпожа. Вы велели наблюдать и передавать сведения, а на территории Дворца это удобнее, чем за его стенами.

— Удобнее, — повторила Сюэ, устало потирая переносицу. — Я отправила её приглядывать за Тай Лунгом, Чэнь, а не лезть во все его дела и подслушивать каждый разговор… Она знает, на какой дистанции следует держаться?

— Ей передали ваше распоряжение о наблюдении и вмешательстве только в критической ситуации. Лин недавно окончила обучение, но в скрытности не уступает опытным Теням, скорее превосходит их, и при этом прекрасно владеет Техникой Телесного Сокрытия. Никто из её сокурсников не смог обнаружить её на выпускном испытании, даже Вэй Усянь с трудом распознал присутствие, а он один из лучших наших мастеров в этом деле.

— Именно поэтому я и назвала её, когда выбирала наблюдателя, — ответила Сюэ. — Но скрыться от проверяющего на испытании и несколько дней следовать за человеком, не понимая границ его возможностей, — разные задачи.

Чэнь нахмурился, снова взглянув на донесение. Лин действительно была одной из самых способных среди недавних выпускников, и её первое самостоятельное задание пока не давало поводов считать выбор неудачным — девушка не теряла цель, регулярно отправляла сведения и не пыталась вмешиваться в чужие дела.

Её подобрали ещё ребёнком в одном из приютов, и до поступления на обучение она едва ли могла рассчитывать на что-нибудь большее, чем работа при лавке или место у ремесленника. Прежде в Тени принимали в основном младших детей аристократических родов, которым не досталось бы ни наследства, ни значимой должности, однако при Кровавом Императоре порядок изменился.

Теперь способных детей отбирали и среди простолюдинов, давали им образование и распределяли по разным службам — от писарей до Теней. Реформа уже приносила результаты: там, где раньше хватало происхождения и связей, появилась настоящая конкуренция, а преданность Его Величеству среди тех, кому он дал возможность выбраться из нищеты, превосходила самые смелые ожидания.

Лин была одним из удачных примеров, поэтому сомнения госпожи казались Чэню чрезмерными, хотя спорить напрямую он не собирался.

— Я присутствовал на том задании и видел, на что способен Тай Лунг, — осторожно произнёс он. — Но большая сила ещё не означает, что он умеет обнаруживать Теней. Нас он тогда не заметил.

— Заметил, — спокойно возразила Сюэ. — Просто не стал ничего делать. Несколько раз посмотрел именно туда, где находились ваши наблюдатели, а потом вернулся к разговору со мной. Думаю, он принял вас за людей Пэна и решил, что на тот момент вы не самая важная проблема.

— Он ведь ничего не сказал…

— А должен был? Остановиться посреди улицы и перечислить ваши укрытия, чтобы ты правильно оценил его подготовку? — Чэнь чуть поджал губы, и Сюэ покачала головой. — Ох, а ты всё тот же наивный юнец… — Заместитель легендарной Тени Императора едва заметно отвёл взгляд. Эту фразу он слышал слишком часто, чтобы всерьёз обижаться. — Тай Лунг вырос в Нефритовом Дворце, но это не значит, что его учили только бить по деревянным болванкам, — продолжила пантера. — Шифу готовил наследника и защитника Долины, поэтому давал ему всё, что считал необходимым. Скрытность, обнаружение чужого присутствия, работу с разным оружием, способы убить противника быстро и без долгой драки… Он не Тень, но знает достаточно, чтобы заметить того, кто ошибся.

— Даже при таких навыках, как у Лин?

— Техника Телесного Скрытия не делает человека несуществующим. Остаются звук, движение, следы, собственная Ци, наконец. Опытный наблюдатель понимает, когда лучше отойти, а новенькая, которую никто не нашёл на испытании, может решить, что её вообще невозможно обнаружить. — Сюэ постучала ногтем по донесению, заставляя Чэня снова посмотреть на строчку о проникновении во Дворец. — Ей не нужно сидеть у него под окном, чтобы выяснить, куда он отправится и с кем встретится. На расстоянии Тай Лунг, возможно, почувствует внимание, но не определит источник, если она не выдаст себя. В нескольких шагах от него достаточно одной ошибки.

— Тогда стоит приставить к ней кого-нибудь из старших? — предложил Чэнь, немного помедлив. — Хотя свободных людей почти нет. На Западе всё ещё продолжается это странное шевеление «торговцев», островные бандиты снова устраивают диверсии и грабят наши суда, несмотря на превосходство флота, а с севера генерал Чи Гуань присылает всё новые запросы. Он уже несколько десятилетий держит границу, но людей ему постоянно не хватает.

— Я знаю о том, какие проблемы у Мастера Петуха — он мне их постоянно и сам высказывает, можешь не уточнять. — Хмыкнула девушка, услышав имя своего старого друга. — Поэтому и не собираюсь снимать опытного агента с другого задания. Лин справится, если перестанет пытаться подобраться как можно ближе. Свяжись с ней и уточни приказ: наблюдать с расстояния, не подслушивать личные разговоры и не приближаться к жилым помещениям без необходимости.

— Отзывать её не будем?

— Нет. Навыки у неё есть, теперь нужно научиться ими пользоваться за пределами учебной площадки. — Сюэ ненадолго задумалась, затем добавила: — И передай, что Тай Лунг способен её обнаружить, иначе девочка действительно может ошибиться.

— Будет исполнено, госпожа.

— Как можно скорее.

Чэнь кивнул и достал следующий свиток, пока Сюэ ещё раз просматривала донесение Лин. Девушка пока не нарушила прямого запрета — ей действительно не объяснили, насколько близко можно подходить, и часть ответственности за это лежала на самой главе Теней. Выбирая наблюдателя, пантера хорошо помнила талант выпускницы, но с ней приходилось учитывать ещё и отсутствие опыта, которое никакие способности не заменяли.

Тай Лунг не был человеком, готовым убить каждого подозрительного прохожего, в этом Сюэ успела убедиться лично, однако терпеливо ждать объяснений от шпиона, пойманного возле собственной постели, он тоже вряд ли стал бы.

— А теперь, если позволите, вернёмся к донесениям о лорде Шэне, — произнёс Чэнь, разворачивая перед ней новый лист…

— Только никаких пыток, Тай Лунг! — безапелляционно заявила Тигрица, заставив моё веко нервно дёрнуться.

Мы только что «упаковали» ниндзя-кицунэ (здесь подобных ушастых красавиц обычно называли хули-цзин, но для моего уха это звучало не слишком цензурно, так что пока обойдёмся без китайской мифологии) и притащили её в старый, полузаброшенный павильон неподалёку от моего дома, где привязали к колонне, предварительно отобрав оружие и подсумки.

Пленница сидела на полу, прижав уши к голове, и переводила грустный взгляд с меня на Тигрицу, явно считая последнюю своим единственным шансом выбраться отсюда целой. Самое обидное, что я ещё даже ничего не сделал, а меня уже назначили главным специалистом по членовредительству.

— Как будет угодно, — согласился я, закатив глаза и в очередной раз помянув Шифу незлым тихим словом за такое воспитание. — Тогда как насчёт техник Ци? Есть у меня идея, как выбить из неё информацию. Всего-то нужно направить в её меридианы…

— Тай Лунг, пытки не прославляют воина, — отрезала она, скрестив руки на груди. — И от того, что ты назовёшь это техникой, ничего не изменится. Есть другие способы узнать всё, что нас интересует. К тому же техники, воздействующие на разум, ненадёжны — они часто дают именно то, что допрашиваемый думает, а не то, что есть на самом деле.

И вот тут пришлось признать, что рыжая права, хотя о конкретном способе я ещё даже не успел рассказать. Запуганный человек способен наговорить что угодно, а если он сам убеждён в какой-нибудь глупости, никакая проверка на ложь не превратит её в правду.

Местные техники Ци, предназначенные для вытягивания информации, делились на три весьма условных типа, и ни один из них не был идеальным. Самыми простыми считались болевые — грубое воздействие, после которого пленник обычно соглашался рассказать всё, лишь бы это прекратилось, вот только желаемый ответ и достоверный ответ далеко не всегда совпадали. Часто подобное вообще являлось побочным действием боевых приёмов, приспособленных особо изобретательными мастерами под другие нужды.

Куда сложнее обстояли дела с ментальными техниками, позволявшими проникнуть в чужой разум. Здесь встречались и способы считывать поверхностные мысли, и полноценный взлом подсознания, однако попытка залезть в чужую голову могла закончиться очень плохо для самого «взломщика» — от ментального отката до потери собственной личности. В Нефритовом Дворце подобным не обучали даже меня, а в Столице, насколько я знал, доступ к таким знаниям тоже получали далеко не все желающие.

Последняя группа искажала сознание, мешая нормально думать, удерживать в памяти вопросы и следить за собственными словами. Внутренние запреты ослабевали, человек начинал болтать, порой сам того не замечая, но стоило переборщить, и вместо источника информации можно было получить пускающего слюни идиота. Такие методы в Дворце тоже не одобряли, особенно если мастер собирался добиться нужного результата силой.

Раз уж грубые способы отпадают, придётся искать что-нибудь «потоньше», благо недостатка в знаниях я не испытывал. Стилем Леопарда я владел на высочайшем уровне и без лишней скромности мог сказать, что раскрыл почти весь заложенный в него потенциал, вот только тридцать семь основных техник и приёмов этого стиля предназначались преимущественно для боя. Убить, покалечить, обездвижить — пожалуйста, а вот заставить собеседника спокойно и честно ответить на вопрос было уже сложнее.

Зато у меня имелся козырь, которым не мог похвастаться ни один другой ученик за всю историю Нефритового Дворца: я освоил всю Тысячу Свитков Кунг-Фу.

Сейчас эта коллекция хранилась на многочисленных полках в задней части Зала Воинов, и, если верить легендам, в ней были собраны чуть ли не все секреты Кунг-Фу, записанные самим МуДоЧем. Боевые и духовные практики, мудрость поколений, уникальные стили, тактика, работа с оружием… Казалось бы, имба, не так ли? Но не всё так просто.

Обычно их использовали для обучения и проверки способностей: рядовой ученик осиливал несколько десятков, особо усердный мог добраться до сотни, а талантливые мастера за годы занятий набирали по три-четыре сотни. Личный результат Шифу составлял триста шестьдесят четыре, мой — все тысячу.

Неужели это значит, что я знаю тысячу разных боевых приёмов?

Увы, примерно половина свитков представляла собой «мудрые изречения», наставления и философские трактаты мастеров древности, ещё около четырёхсот описывали различные явления и способы применения Ци. Разброс там был дикий — от рассуждений о природе грома и молнии до инструкции по эксплуатации Боевых Доспехов Мастера Летающего Носорога.

Кстати, тот ещё был мудень, этот Носорог. Лично предложил Вахира и его рогатую гвардию на роль моих тюремщиков, да ещё и приложил руку к созданию Чор-Гом. Впрочем, сдох и сдох, земля ему железобетоном.

Только оставшаяся сотня содержала полноценные практические техники, преимущественно боевые, хотя встречались среди них и вещи вроде той, о которой я сейчас вспомнил. Именно ради подобных находок прежний Тай Лунг и просиживал над свитками всё свободное время, когда Шифу не гонял его по тренировочной площадке.

Почему остальные не делали так же? Для начала, «освоить свиток» и «выучить его наизусть» здесь означало совершенно разные вещи — нужно было понять написанное, связать с тем, что уже знаешь, а в случае с практическими техниками ещё и суметь повторить результат. Тай Лунгу помогали отличная память, огромные запасы Ци и упрямство, которого хватило бы на целую секту, причём последние два пункта порой заменяли сон.

Мои воспоминания из другого мира тоже могли помочь иначе взглянуть на уже изученное, но к его детским успехам отношения не имели. Все эти свитки барс освоил задолго до того, как в его голове появился я, так что хотя бы эту заслугу стоило оставить ему.

Остальные мастера чаще выбирали то, что подходило их стилю и действительно требовалось в работе. Между разбором очередного трактата и тренировкой полезного приёма большинство вполне здраво предпочитало второе, а ведь у них ещё были медитации, ученики, обязанности перед Долиной и прочие вещи, на которые тоже уходило время. У меня же тогда имелась великая цель и совершенно нездоровое желание стать лучшим вообще во всём.

Ну и доступ к полной коллекции получали только прямые ученики Дворца и допущенные к ней мастера, поэтому ждать очереди из желающих побить мой рекорд тоже не приходилось. Это правило, введённое Угвеем, держалось тысячу лет, хотя ученики из Столицы вряд ли особенно страдали — в Императорской библиотеке хранилось двадцать две тысячи триста восемьдесят восемь свитков с похожим содержимым, по крайней мере на тот момент, когда Шифу в последний раз рассказывал мне о ней.

Про всякие секретные клановые техники я вообще молчу — чтобы выучить всё Кунг-Фу Китая, не хватило бы и тысячи лет, даже если не отвлекаться на такие мелочи, как еда и личная жизнь.

— Ты сказала, что применённая насильно техника Ци не подходит, так? — уточнил я, снова посмотрев на Тигрицу. — Тогда как насчёт того, чтобы она добровольно согласилась на проверку? Без боли и ковыряния в голове. — Рыжая прищурилась, явно ожидая подвоха, а я повернулся к пленнице, которая всё это время сидела подозрительно тихо и внимательно прислушивалась к разговору. — Ты ведь не против честно отвечать на наши вопросы, убийца?

— Я не убийца! — обиженно пискнула незнакомка, ещё сильнее прижав уши. — И вообще я…

— Вот и выясним, — перебил я, пока она не перешла к рассказу о том, как случайно заблудилась возле моего дома. — Просто порасспрашиваем, не за нашими ли жизнями ты пришла, кто тебя отправил, ну и имя твоё узнать интересно. — Манипуляция детская, но девушка и без того была перепугана, так что при виде моей «доброй улыбки» немедленно закивала, а Тигрица тяжело вздохнула.

— Перестань её пугать и сначала объясни, что собираешься делать.

— «Зеркало Истины», семьсот сорок третий свиток, — ответил я. — Отключает возможность сознательно лгать, пока я поддерживаю воздействие. Воспоминания не вытаскивает, чужие мысли не читает, за отказ отвечать боли не причиняет.

— И всё равно не отличает заблуждение от правды, — заметила Тигрица.

— Поэтому будем думать, когда услышим ответы. Я понимаю, непривычный подход, но вдруг получится?

Рыжая одарила меня таким взглядом, что я предпочёл снова обратить внимание на пленницу, пока наша беседа не перешла в обсуждение моего собственного поведения.

— Я не против, — уже тише произнесла девушка. — Только… Если это безопасно.

— Если ей станет плохо, сразу остановишься, — потребовала Тигрица, и я кивнул, присаживаясь перед незнакомкой на корточки.

Её лоб оказался прохладным и немного влажным от пота, а когда я положил на него ладонь, девушка вздрогнула, но голову не отвела. С кончиков моих пальцев сорвались тонкие потоки голубой Ци, разделились в воздухе и сплелись в светящуюся сетку, которая медленно опустилась ей на голову.

— Техника разработана ещё при Третьей Династии Великим Мастером Фэнхуан, — пояснил я для Тигрицы, пока переплетения энергии занимали нужные места. — Одна из лучших для мягкого допроса, если собеседник не пытается силой вытолкнуть чужую Ци.

— Фэнхуан? — переспросила она. — Кажется, я уже слышала это имя, но никак не могу вспомнить…

— Неудивительно, что слышала. Она состояла в прошлой Неистовой Пятёрке, была одной из сильнейших мастеров, взращённых в Нефритовом Дворце, и первой официально признанной предательницей в его истории. А второй — это я.

Тигрица нахмурилась, однако с расспросами не полезла, наблюдая за тем, как голубое свечение постепенно становится ровнее. Техника требовала очень точного контроля, и раньше разговаривать во время её подготовки я бы не рискнул, но двадцать лет вынужденной практики в Чор-Гом всё-таки кое-чему меня научили.

— Я… Уточню этот момент, — наконец произнесла девушка.

— Обязательно, но с твоего позволения вернёмся к нашей гостье. — Я перевёл взгляд на пленницу, в чьих фиолетовых глазах теперь отражалась моя Ци. — Как себя чувствуешь?

— Нормально… Разве что немного страшно и в сон клонит, — ответила она, после чего удивлённо моргнула, словно сама не ожидала такой откровенности.

По описанию из свитка всё шло как надо — воздействие слегка притупляло настороженность и мешало удерживать заранее подготовленную ложь, но не лишало человека ни памяти, ни способности понимать вопросы. От полноценного проникновения в сознание «Зеркало» отличалось именно этим, хотя при желании и такую технику можно было использовать совсем не для дружеской беседы.

Простейшие защиты она обходила за счёт опосредованного воздействия через Ци, однако сильного мастера таким способом не разговоришь — тот либо вытолкнет чужую энергию, либо вообще не позволит закрепить плетение. Лично мне бояться подобного допроса в исполнении нашей гостьи не стоило, а вот у неё с защитой дела обстояли заметно хуже.

По крайней мере, мне так казалось.

— Расскажи о себе. Как тебя зовут, кем ты работаешь?

— Меня зовут Лин, — после небольшой заминки ответила девушка. — Друзья зовут Лин-Лин… Я младшая Тень на службе у Его Величества Императора Сюэ Лонга, вот уже месяц…

— Ох, как интересно! — Я хлопнул свободной ладонью по колену, хотя особого удивления не испытывал. — И зачем же ты находилась здесь?

— Мне отдали приказ… — Она сглотнула, покосившись на Тигрицу, но та только молча ждала продолжения. — Я должна вести за вами наблюдение и докладывать о ваших действиях Тени Клинка.

— Наблюдать или при удобном случае воткнуть нож между рёбер?

— Наблюдать! — возмущение на мгновение пересилило страх, и ушки девушки немного дёрнулись. — Вмешиваться только в критической ситуации, если вам будет угрожать опасность.

Вот как… Получается, моя дорогая знакомая всё-таки приставила ко мне наблюдательницу, причём с указанием при необходимости помогать. Можно было бы даже порадоваться такой заботе, если бы я не поймал эту «заботу» под собственными окнами.

Вряд ли Сюэ совсем уж не представляла мои возможности — слишком многое успела увидеть во время нашей совместной прогулки, да и скрытность у Лин оказалась действительно хорошей — не качнись та ветка, я мог бы ещё долго обсуждать семейные проблемы на радость посторонним лисьим ушкам, так что списывать девушку со счетов только потому, что она сейчас едва не плакала, было бы глупо. Скорее, таланта ей выдали с запасом, а вот опыта явно не доложили.

Кстати, Сюэ представлялась просто Тенью, а эта назвала себя младшей. Видимо, устройство местной службы было сложнее, чем мне рассказывали, хотя ждать от пантеры подробной лекции об императорских шпионах во время знакомства тоже не стоило.

— Похоже, после побега за тобой продолжили следить, — подала голос Тигрица. — Это ещё одна причина поговорить с мастером. Он сможет подтвердить, что произошло в Долине, и обратиться к Императору.

— Ха, спасибо, что волнуешься, рыжая, — ответил я, подмигнув ей. — Однако вернёмся к вопросам, их у меня ещё много…

Следующее утро началось с пения птичек и какого-то нервного крика вдалеке, на который я решил пока не реагировать — судя по отсутствию грохота, Дворец ещё стоял.

Вчерашний допрос закончился задолго до вечера, причём результат меня совершенно не устроил. Об основных условиях задания Лин говорила, на вопросы о том, собиралась ли причинить кому-нибудь вред, отвечала, но стоило поинтересоваться способом передачи донесений, и всё общение упёрлось в тишину.

Я проверил плетение, задал несколько простых вопросов, убедился, что «Зеркало» работает, после чего снова попытался узнать что-нибудь о Тенях, их убежищах и начальстве. В ответ получил только виновато-обиженный взгляд и упрямо сжатые губы, причём по движению Ци было видно, что девушка напрягается не просто из вредности.

Видимо, на секретную информацию у неё стояли отдельные блоки, которые моя техника обойти не могла. Увеличить давление я теоретически мог, но тогда весь смысл мягкого допроса терялся, а ещё рядом стояла Тигрица, внимательно следившая за каждым моим движением.

Просто восхитительно!

Зато я выяснил, что Лин действительно не лисичка, а фенек, чем и объяснялся чрезмерный размер её мягких ушей, а родословная помогала чувствовать малейшие звуки и вовремя замечать приближение людей. В сочетании с её техникой скрытности это делало из неё действительно отличную наблюдательницу.

После очередного безответного вопроса я снял воздействие и оставил девушку Тигрице — раз уж рыжая так рвалась решать всё по правилам, пусть сама и объясняет Шифу, откуда у нас взялась императорская шпионка. Сам я вернулся к себе, привёл в порядок дом, немного позанимался и остаток дня провёл за медитацией, благо впервые за долгое время в голове стало достаточно тихо, чтобы это приносило удовольствие — никаких навязчивых мыслей о мести, титуле и прочей дребедени.

Вечером заглянул По, и мы договорились после завтрака посмотреть, что он вообще умеет. До внешних техник ему было ещё далеко, но никто не мешал проверить основы и помочь подготовиться к тому моменту, когда он наконец научится нормально управлять собственной Ци, так что утро обещало быть интересным, а начинать его на голодный желудок я не собирался. Выйдя из домика, я сладко потянулся, посмотрел на золотящиеся пики гор и направился к кухне, по дороге лениво почёсывая голый живот.

За длинным столом сидела Неистовая Пятёрка в полном составе, негромко обсуждая что-то между собой, а во главе устроился Шифу. Выглядел он заметно лучше, чем после нашего боя, хотя при повороте всё ещё осторожно придерживал бок.

У плиты суетился сонный, взлохмаченный По, умудрявшийся при этом виртуозно подбрасывать на сковороде чунбин — местные блинчики, один из которых он как раз пытался отправить себе в рот. А по правую руку от Шифу сидела Лин-Лин, уже без маски и верёвок, и с таким остервенением втягивала длинную лапшину, словно та была виновата во всех её несчастьях.

Стоило мне переступить порог, как разговоры стихли, По повернул голову и замер с наполовину торчащим изо рта блином, забыв о втором, который уже отправил в воздух. Тот благополучно приземлился ему на лицо, но даже это оказалось не так смешно, как выражение мордочки нашей шпионки — глаза огромные, уши торчком, а кончик лапши медленно выскользнул изо рта и с тихим «плюх» упал обратно в миску.

— Доброе утро, — широко улыбнулся я. — Надеюсь, для меня лапшичка осталась?

Лапшичка, к моему счастью, осталась, правда, не так много, как хотелось бы, но Воин Дракона клятвенно пообещал, что к обеду точно-точно всё будет. Хороший человек, сразу видно.

Настроение было на удивление хорошим, и даже хитрый взгляд Обезьяны, зачем-то подмигнувшего мне, когда я садился завтракать, его не испортил. Интересно, что это вообще было такое? Впрочем, выяснять я не стал, как и обращать внимание на затравленно-испуганную Лин, которая при моём приближении пересела чуть дальше от края стола.

Шифу негромко сообщил, что Тигрица уже рассказала ему о вчерашнем происшествии, личность девушки подтверждена, а её присутствие во Дворце он обсудит со мной отдельно. Я кивнул, решив пока не портить себе аппетит разговорами об императорских шпионах, после чего занялся блинами и лапшой.

Набив брюхо, я вывел По на улицу, дал ему немного пройтись после еды и отправил разминаться на тренировочной площадке, а сам устроился на ступеньках, оценивая его физическую форму. О нашей договорённости панда ещё вчера вечером успел рассказать всем, кого встретил, поэтому появление второго наставника никого особенно не удивило, хотя Тигрица проводила нас подозрительным взглядом.

Что тут можно сказать… Всё было лучше, чем я ожидал, но до ребят из Пятёрки По пока не дотягивал ни по выносливости, ни по точности движений. Природа одарила его щедро, это я уже заметил, а вот распоряжаться полученным добром панда только учился, умудряясь после вполне приличного удара чуть не запутаться в собственных ногах.

И как в мультфильме он меня победил? Не иначе как с помощью сценариста…

— Кхм… — раздалось за спиной, и я повернул голову к дорожке, где уже некоторое время переминалась с ноги на ногу наша вчерашняя гостья, прижав ушки к макушке. — Извините, мы можем поговорить?

Сегодня Лин не использовала свою технику скрытности, так что её присутствие я заметил ещё до того, как она подошла к площадке. Маску девушка тоже сняла, отчего было особенно хорошо видно, насколько ей неловко — смотрела куда угодно, только не на меня, теребила край рукава и при каждом резком движении По невольно дёргала ушками.

— Конечно, — согласился я, немного подвинувшись, но садиться рядом она не стала.

Почему императорскую шпионку вообще отпустили? Ну так она была шпионкой условно своей, а не посланницей враждебного клана, решившего выяснить, где мы храним самые ценные свитки. Наблюдение за сбежавшим заключённым само по себе выглядело вполне объяснимо, никого убить Лин не пыталась, и после проверки её полномочий у Шифу не было особых причин держать девушку привязанной к колонне.

Из этого, конечно, не следовало, что ей разрешили лазить по чужим спальням, однако разбираться с условиями пребывания посланницы Императора хозяин Дворца предпочёл сам. Будь она агентом какой-нибудь секты, отношение наверняка оказалось бы другим, а так Лин даже накормили, что я лично считал самым убедительным признаком мирного решения вопроса.

Отношения мастеров с императорской властью вообще были сложнее, чем могло показаться со стороны. Когда Угвей только начал обучать людей Кунг-Фу, далеко не все его последователи мечтали о гармонии и защите слабых — некоторые вполне здраво рассудили, что сверхчеловеческая сила отлично подходит для получения вполне человеческих богатств, потом один из особо талантливых идиотов решил, что может заодно сменить правящую династию, и после всех разбирательств права признанных мастеров связали с обязанностями перед Империей. Титул мастера Кунг-Фу давал положение, сопоставимое с младшей аристократией, и немало привилегий, но взамен от его обладателя ждали лояльности и готовности выполнить законный приказ. Повседневной жизнью храмов чиновники обычно не распоряжались, однако считать себя совершенно независимым от трона мог далеко не каждый.

Я как раз собирался стать неприятным исключением.

— Я… Я могу попросить вас забыть о том, что вы видели меня? — наконец выдавила девушка. — У меня нет ничего, кроме моей работы и… Если узнают, что я провалила задание, то меня либо убьют, либо, в лучшем случае, сотрут память и выгонят на улицу… Я…

— Помолчи, — перебил я, подняв руку, и Лин немедленно захлопнула рот.

Вообще, звучало это как полная ерунда, хотя характер её непосредственного начальника, которого она назвала Тенью Клинка, мне был неизвестен. Может, он и правда любил увольнять подчинённых и резать им головы, но Сюэ на подобную дуру не походила — слишком уж дорого обходится подготовка хорошего профессионала, чтобы избавляться от него после первой же ошибки.

Тем более Лин провалилась не из-за отсутствия таланта — она просто слишком близко подобралась к человеку, чьи возможности представляла плохо, и слишком понадеялась на собственную технику, что для недавней выпускницы было неприятно, но вполне объяснимо.

Убивать за такое — отличный способ однажды обнаружить, что все твои работники не против и тебя самого лишить головы.

— Тебе прямо сказали, что за провал убьют?

— Нам объясняли, что разглашение тайны…

— А ты решила, что попасться и выдать все секреты вашей службы — одно и то же? — уточнил я, посмотрев на её поникшие уши. — Я вчера довольно долго пытался тебя разговорить, если помнишь. Не сказать, чтобы получилось узнать много интересного.

Лин немного выпрямилась, хотя успокоиться окончательно явно не могла. Зато из её просьбы я понял кое-что полезное: девушка не считала меня непосредственной угрозой Императору, иначе вряд ли стала бы просить прикрыть её перед собственным начальством.

Конечно, я мог ошибаться и передо мной была просто перепуганная новенькая, но приказ помогать в случае опасности тоже кое-что значил. Выходит, моя прогулка с одной снежной пантерой всё-таки была оценена правильно, в том числе теми наблюдателями, чьё присутствие я старался не замечать после появления в городе.

Тогда я не знал, на кого именно они работают, поэтому предпочитал лишний раз не смотреть в их сторону и держать собственную Ци под контролем. Техник здесь хватало самых разных, и давать незнакомым мастерам лишнюю возможность разобраться, что творится у меня в голове, совершенно не хотелось.

— Как он тебе? — спросил я, кивнув на По, который пообещал показать что-то крутое и теперь сидел на шпагате, старательно изображая глубокую сосредоточенность.

Судя по тому, как он незаметно пытался подвинуть к себе ноги, встать самостоятельно уже не получалось, но признаться в этом Воин Дракона пока не решался.

— Не очень, — после долгого вдоха ответила Лин, переключившись на понятную тему. — Видно, что занимается не дольше года.

— А точнее?

— Около восьми… Нет, девяти месяцев. Силы много, гибкость неплохая, но стойку держит неуверенно и после движений постоянно поправляет положение ног.

— Меньше двух недель, — сообщил я. — Причём до этого боевыми искусствами он не занимался, а первые дни тренировок, судя по рассказам, больше напоминали избиение.

— Но как такое может быть? — Девушка наконец посмотрела на меня, удивлённо шевельнув ушами… Да почему у неё такие большие пушистые уши? Который раз ловлю себя на мысли что засматриваюсь на них! — Вы хотите сказать, что он вообще не тренировался? По движениям не похоже, что он только начал свой путь в Кунг-Фу…

— Вот и мне интересно, — хмыкнул я, наблюдая, как панда делает очередную неудачную попытку подняться. — Не знаю, специально ли послали именно тебя, однако скажу сразу: поступать на службу к Императору я не собираюсь.

— Я-я не… Меня никто не подослал, господин. Я действительно совершила ошибку и…

— Значит, просто передашь мои слова. Если Его Величеству нужен сильный союзник, пусть сначала решит вопрос с моим помилованием. На цепь, даже золотую, я больше не сяду.

Лин перестала теребить рукав и выпрямилась, а я снова посмотрел на По. Тот как раз поднял голову, заметил наше внимание и кивнул, мол: «всё нормально — я всё так и задумывал».

— И упомяни в донесении его. Я собираюсь помочь панде стать действительно сильным мастером, а когда он освоит основы, покажу, как работать с Ци дальше. У Долины будет свой защитник, у Империи — ещё один воин, с которым придётся считаться, а у меня, надеюсь, появится возможность спокойно заняться собственными делами.

— Вы хотите предложить это в обмен на помилование?

— Хочу, чтобы твоё начальство понимало, чем я здесь занимаюсь. По учиться у меня согласился, Долину я не разрушаю, на трон не претендую. По-моему, довольно неплохое начало для разговора о том, чтобы оставить меня в покое.

За панду я, конечно, решать не собирался — записывать чужого ученика на императорскую службу было бы совсем уж нагло, даже по моим меркам, зато напомнить о пользе, которую я способен принести без ошейника и надзирателей, казалось мне вполне разумным, особенно если сравнивать с возможными затратами на очередную попытку вернуть меня в Чор-Гом.

— Я передам, — кивнула Лин, после чего нерешительно добавила: — Но о том, что меня обнаружили, тоже придётся написать. Я не собираюсь лгать начальству, даже если от этого зависит моя жизнь…

— Вот и не лги. Напиши, что мы поговорили и я позволил тебе остаться после того, как Шифу проверил твои полномочия. В следующий раз только не устраивай засаду у меня под дверью.

Девушка торопливо закивала, а я задумался, насколько случайным вообще было её появление. Сначала талантливая, но неопытная шпионка попадается, потом оказывается за общим столом, затем приходит просить помощи, и в итоге я сам передаю императору свои условия…

Нет, я ничего не утверждаю, но АБСОЛЮТНАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ ещё никому не помешала!

К счастью, мысль о Свитке Дракона больше не давила на голову, и теперь я мог обдумывать подобные вещи без постоянного желания немедленно бежать и доказывать кому-нибудь, что достоин звания, придуманного Угвеем. Обещание было выполнено, По передал мне и свиток, и титул добровольно, а возвращать всё это обратно я решил уже сам.

До сих пор не понимал, что именно связывало нас с прежним Тай Лунгом и почему одно признание со стороны панды оказалось настолько важным, но разбираться с этим было куда приятнее без чужой навязчивой мечты в голове. Лично мне хватало собственных целей, и заслуживать посмертное одобрение старой черепахи среди них точно не значилось.

— Вот и договорились, — произнёс я, когда По наконец перестал изображать медитацию и начал жалобно звать на помощь. — Можешь быть свободна, и запомни: я не враг Его Величеству.

— Я запомню, — серьёзно ответила Лин. — Пойду писать отчёт. — Она отступила от площадки, и её фигура постепенно растворилась в воздухе, хотя на этот раз я не потерял направление, в котором она двигалась. Всё-таки наблюдать за включением знакомой техники куда проще, чем искать невидимого человека, о присутствии которого даже не подозреваешь.

— Даже думать не хочу, как Шифу представлял нашу с тобой битву, — вздохнул я, поднимая По одной рукой за шиворот. Прогресс у него невероятный, а вот привычка сначала сделать и только потом подумать вызывала вполне понятные опасения.

— Он и не собирался выпускать меня против тебя вот так сразу, — ответил панда, наконец встав на ноги и отряхнув штаны. — После возвращения ребят решил сначала поговорить сам, а мы должны были ждать в лапшичной. Правда, раньше у него был другой план… Ну, когда ещё казалось, что тебе нужен свиток, а он оказался пустым… Ой. — По замер, поняв, что проговорился, но я только поднял бровь, и после короткого замешательства он продолжил: — В общем, мастер надеялся на Пальцевый Захват Уси.

— Ему пришлось бы сначала удержать мою руку, — заметил я. — С его силой и комплекцией это уже проблема, а времени подготовить приём я бы не дал. Без возможности управлять Ци вне тела ему сложнее выполнить всё достаточно быстро.

— Ой, нет-нет, я имею в виду, что он обучил меня Пальцевому Захвату Уси, чтобы я с его помощью победил… Ну тебя, короче… Вот…

Панда смущённо шаркнул ногой, а я на несколько секунд замолчал, пытаясь сопоставить услышанное с тем, что видел перед собой. Он же до сих пор собственной Ци толком не управлял, какой ещё Захват Уси?

— Ты хочешь сказать, что освоил его?

— Ну… Сам захват освоил! Было сложно, но это такой крутецки офигительный приём, что я весь день на него потратил! А с Ци мастер сказал пока не спешить, сначала нужно научиться управлять ею как следует.

Вот теперь стало понятнее, хотя удивляться я не перестал. Даже основа подобных техник требовала точности, которой начинающему ученику обычно неоткуда взяться.

И ведь поделился без малейших колебаний, хотя речь шла о приёме, которым его собирались учить убивать именно меня. Либо панда был совсем уж простодушным, либо он действительно доверял человеку, о котором десятки лет рассказывали только всякие кровавые ужасы.

— Покажи постановку пальцев, — потребовал я, протягивая руку. — Без Ци, без попыток закончить приём и без твоих победных воплей.

— Но ведь без воплей он не такой крутой… — пробормотал По, но спорить не стал.

Пальцы он поставил правильно, и движение тоже оказалось на удивление точным, хотя в переходе всё ещё чувствовалось напряжение. Я легко высвободил руку, заставил повторить ещё раз и только после этого кивнул, окончательно убедившись, что панда не хвастался.

До идеального исполнения ещё далеко, но для человека, который ещё недавно резал лапшу и мечтал хотя бы посмотреть на мастеров, результат был охренительным. Что же, похоже, в этот раз мне и правда достался гений среди гениев…

Юг Китая, шатровый лагерь неизвестных.

— Итак, вы хотите помочь мне вернуть то, что по праву принадлежит мне, взамен на… Помощь после и парочку древних артефактов? — уточнил молодой мужчина с длинными белыми волосами, сидевший в тени большого шатра.

За его спиной стояли двое воинов ростом за два метра, чьи огромные руки и короткая тёмная шерсть на предплечьях выдавали редкую родословную горилл. Они не вмешивались в разговор, однако внимательно следили за гостями, не скрывая, что при необходимости готовы закончить переговоры максимально жестоким способом.

— Именно так. Взамен мы готовы предоставить средства, людей и металл, — ответил один из посланников, с трудом сдерживая нетерпение.

— А ещё поделиться чертежами, которые помогут устанавливать ваше изобретение на корабли, — добавила его спутница, и чарующий женский голос заставил одного из охранников едва заметно нахмуриться. — С таким оружием вы сможете одолеть флот Императора. Это очень выгодный обмен, вы так не считаете?

— Выгодный, да?.. — Беловолосый мужчина прищурился, и в свете лампы блеснули красные глаза. — Я многого ожидал от гостей из самой Англии, однако такой бред даже звучит смешно. — Он поднялся, заставив обоих посланников напрячься, и неторопливо обошёл низкий стол, на котором так и остались нетронутыми чашки с остывшим чаем. — Вы думаете, мне нужна ваша финансовая помощь? Действительно считаете, что я не смогу найти способ установить пушки на корабли? Неужели и правда верите, что я соглашусь стать марионеткой на троне, расплачиваясь за вашу щедрость тем, на что вы укажете после победы? — Между его пальцами появились узкие метательные ножи, и один из гостей торопливо потянулся под одежду. — Вы меня разочаровали. Прощайте! — Ножи сорвались с руки прежде, чем кто-либо успел ответить, однако в следующий миг пространство перед посланниками дрогнуло. Ткань шатра резко втянуло внутрь, лампа погасла, опоры с треском подломились, а охранники одновременно шагнули вперёд, закрывая своего господина.

Когда полог обрушился, на месте гостей уже никого не было — только оседающая пыль, несколько ножей, воткнувшихся в землю, и слабое искажение воздуха, исчезнувшее прежде, чем Шэнь успел толком его рассмотреть.

— Это такая техника Ци? — спросил принц-изгнанник, выбираясь из-под ткани и раздражённо отбрасывая с плеча оборванный шнур.

— Не похоже, — ответил один из воинов, помогая ему отряхнуть роскошный халат. — Всплеск чувствовался, но слишком кратковременный. Либо очень сильные мастера, либо артефакт, господин.

Шэнь посмотрел на разрушенный шатёр, затем на ножи и медленно провёл большим пальцем по оставшемуся у него лезвию.

— Вот оно как… Артефакты, значит. Интересно.

— Слабо, очень слабо… — заметил я, сидя на спине отжимающегося Воина Дракона. — И это всё, что ты можешь?

До вечера я гонял панду по площадке, чередуя упражнения с разбором ошибок и короткими передышками, а на обед и ужин вообще отпускал без лишних споров. Война войной, а еда по расписанию, и моя любовь к лапше, разумеется, не имела к этому совершенно никакого отношения.

Проблема заключалась в том, что энтузиазм По постепенно ослабевал, хотя учился он быстро и старался на совесть. Объясняешь движение, показываешь пару раз, поправляешь — и уже получается, но стоило перейти к однообразным упражнениям, как панда начинал тянуть время, жаловаться на усталость и демонстративно поглядывать в сторону кухни.

Уставал он, конечно, тоже, однако ощущение, будто чего-то не хватает, никак не проходило.

— Тай Лунг… Можно тебя на минуту? — негромко спросил подошедший Шифу.

— М-м… Да, конечно. — Я спрыгнул со спины По и кивнул ему продолжать, после чего последовал за стариком к ступенькам, где сидел утром. — Итак?

— Я хотел бы поговорить с тобой. Если ты не против.

— Я же сказал, что не против.

Шифу опустил глаза, некоторое время разглядывая собственные ладони, а я вдруг почувствовал, как привычное раздражение сменяется неприятным волнением. Слишком уж долго ждал этого разговора.

— Я сожалею, что ты провёл эти годы в тюрьме, — тяжело произнёс он. — И что за всё это время так и не пришёл к тебе.

Сердце забилось сильнее, а я отвернулся к площадке, где По продолжал отжиматься, теперь заметно медленнее. Обида никуда не делась, как бы легко ни было шутить за завтраком и делать вид, что прошлое больше не имеет значения, вот только ненавидеть этого старика у меня тоже не получалось.

Он вырастил меня, учил, лечил разбитые колени, гордился первыми победами, а потом отступил именно тогда, когда я больше всего нуждался в его поддержке. Всё это принадлежало одной жизни и одному человеку, и вычеркнуть из памяти что-то одно, оставив только удобную половину, я не мог.

Для меня он всё ещё оставался отцом, пусть хорошим отцом был далеко не всегда.

— Ты бросил меня, — произнёс я, наконец посмотрев на него. — В тот момент, когда твоему сыну была нужна поддержка, ты просто отступил и ушёл.

— Я ошибся, — ответил Шифу, не пытаясь отвести взгляд. — Мне жаль, Тай Лунг. Я думал, что поступаю правильно… Это будет звучать как оправдание, однако в тот день я ушёл не просто так. Последовал за мастером и попытался уговорить его изменить решение, а потом ты сорвался. — Я сжал пальцы, но перебивать не стал, и старик продолжил, с каждым словом всё меньше напоминая невозмутимого наставника, который всегда знал, как нужно поступать. — Я понимаю, что должен был остаться с тобой, успокоить, подбодрить… Титул Воина Дракона стал твоей целью потому, что я сам годами убеждал тебя в этом. Ты старался, верил мне, делал всё, чего я требовал, а когда услышал отказ, я оставил тебя одного с разрушенной мечтой. Мне казалось, если уговорю Угвея, всё исправится, хотя сначала нужно было объяснить тебе, что ты останешься моим сыном независимо от его решения. — В уголках глаз Шифу появилась влага, и он медленно выдохнул. — Я очень сожалею. Прости меня, Тай Лунг. Прости, если сможешь.

— Я… — Слова застряли в горле, и пришлось сглотнуть, прежде чем снова попытаться заговорить. Такого Шифу я почти не помнил. Строгий учитель, способный одним взглядом заставить выпрямиться, сейчас сидел передо мной, ссутулившись, и ждал ответа, которого боялся ничуть не меньше, чем я когда-то боялся его разочаровать. Его сожаление не возвращало мне двадцать лет и не отменяло Чор-Гом, однако я ведь действительно хотел услышать эти слова. Хотел, чтобы он признал свою ошибку, посмотрел на меня и увидел сына, а не только собственный провал, и теперь, когда это наконец происходило, злиться становилось намного сложнее. Отвергнуть его я мог, причём наверняка нашёл бы достаточно причин, чтобы считать себя правым, вот только не хотел. Мне уже надоело доказывать, что я способен обойтись без тех, чьего внимания на самом деле ждал, а третей жизни, в которой всего этого можно было бы избежать, мне никто не обещал. — Я прощаю тебя, — всё-таки сказал я, после чего замолчал.

По щеке Шифу скатилась слеза, он торопливо смахнул её рукавом и кивнул, не пытаясь немедленно превратить случившееся в очередное наставление. Некоторое время мы просто сидели рядом, глядя, как По старательно изображает полное отсутствие интереса к нашему разговору, хотя его круглые уши давно повернулись в нашу сторону.

— Вижу, ты серьёзно занялся тренировками По, — наконец произнёс старик, возвращаясь к привычному тону, в котором всё ещё слышалась лёгкая дрожь.

— Ага, хочу, чтобы он был достоин своего звания. Уж не знаю, как старая чокнутая черепаха выбрала его, но на роль Воина Дракона он пока не годится.

— Когда мастер Угвей поднял руку, По упал с неба прямо перед ним, заслонив Тигрицу, — пояснил Шифу, никак не отреагировав на мои слова о своём учителе.

— То есть это была обычная случайность?

— Случайности не случайны… — Он едва заметно улыбнулся. — Но в тот день я был уверен, что ничего хуже со мной произойти уже не может. Пока не нашёл к нему подход.

— Подход?

— Видишь, как он замедлился? — Шифу кивнул на панду, который тяжело дышал, делая всё более продолжительные паузы между отжиманиями. — Устал, но ещё не настолько, как пытается показать. Ему трудно заставить себя продолжать, когда нет какой-то мотивации.

— Ну… Не сказал бы, что он филонит, я его сегодня неплохо погонял.

— А теперь смотри. — В голосе старика появилась знакомая хитринка. — По! Если закончишь подход за десять минут, получишь дополнительную порцию пельменей!

— А-а-а! Я выиграю пельмешки!

Скорость панды выросла настолько, что я невольно подался вперёд, проверяя, не начал ли он наконец усиливать мышцы Ци и да — эта ушастая панда на полном серьёзе инстинктивно использовал Ци для усиления, при этом его никто этому не учил!

— Охренеть… — только и сказал я, глядя на происходящее.

— Пользуйся, — ответил Шифу, и на этот раз улыбнулся уже открыто.

Вообще-то я собирался отправиться в какое-нибудь приключение, пока По осваивает Ци, но теперь начинал подозревать, что задержусь здесь подольше. Панда оказался куда интереснее, чем казалось, с отцом мы наконец поговорили, а Неистовая Пятёрка, если судить по тому, что я успел увидеть за общими обедами, состояла из вполне неплохих ребят.

Может, стоило узнать их получше, прежде чем снова убегать из собственного дома…

Следующая неделя прошла без особых проблем, если не считать очень странного сна про Новый год (Прочитать можно абсолютно бесплатно у меня на Бусти по тэгу «Мультивселенная Безумия»). Впрочем, к нашим тренировкам это отношения не имело, а они продвигались на удивление хорошо — панда быстро усваивал новые движения, переставал повторять исправленные ошибки и становился сильнее буквально с каждым днём.

Честно говоря, такой скорости я не ожидал даже после разговора о Захвате Уси. Стоило правильно объяснить, показать и пообещать что-нибудь съедобное, как По начинал творить чудеса, причём постепенно награда переставала быть единственной причиной, по которой он соглашался ещё раз повторить упражнение.

До полноценного мастерского управления Ци ему всё ещё предстояло добраться, этим с ним занимался Шифу, а я пока помогал довести до ума телесную основу, прежде чем переходить к внешним техникам.

При этом передавать панде вообще всё, что я знал, тоже было бы глупо — многие техники зависели от особенностей Ци, комплекции и привычного способа двигаться, поэтому попытка сделать из него второго Леопарда закончилась бы в лучшем случае потерей времени, а в худшем — травмами, которые потом пришлось бы объяснять и По, и Шифу, и его приёмному отцу.

Своё тело Воин Дракона уже научился использовать куда лучше, базовые движения запомнил, а вот проверять их почти всегда приходилось против меня, что давало довольно односторонний опыт. Увидеть его ошибку я мог ещё до того, как он её совершит, но постоянно получать по лбу от одного и того же человека — не лучший способ подготовиться к реальным битвам. Именно с этой проблемой я и подкатил к Неистовой Пятёрке в лице Ву Конга.

— Спарринг с По? — переспросил Обезьяна, вися на ветке вниз головой. — Ну… Я не против, конечно, но разве поначалу не стоит закончить с ним хотя бы ученическую программу?

— Основы, которые дают ученикам он уже освоил, — пояснил я, и Ву Конг выронил пиалу с чаем, чудом успев подхватить её свободной рукой до встречи с землёй.

Как он вообще собирался пить в таком положении, я предпочёл не выяснять — у каждого мастера должны быть свои маленькие странности.

— Ч-ч-что? Уже?! — Обезьяна отпустил ветку, перевернулся в воздухе и приземлился передо мной. — Он же обучается у тебя неделю! И у мастера до этого совсем недолго! Я вижу, что он двигается лучше, но чтобы уже всю программу…

— И тем не менее, — пожал я плечами. — Я вообще прошёл первое испытание на звание ученика Нефритового Дворца через три дня после начала обучения, хотя мог бы и раньше. Ничего невозможного в быстром старте нет.

— Сравнивать тебя с По… Ты уж прости, но ты просто монстр. Слушая все эти истории о тебе, я ещё могу поверить в такое, но вот чтобы По… — Ву Конг прикрыл ладонью лицо, пытаясь успокоиться. — Он неделю назад со шпагата встать не мог.

— Ну, у него были отличные наставники, — хмыкнул я без ложной скромности. — Так что, поможешь?

— Конечно, помогу, просто удивлён. Что именно нужно делать?

— Хочу, чтобы он попробовал применить выученное против разных противников. У меня он уже начинает заранее ждать подвоха даже там, где его нет, а как поведёт себя против вас — интересно посмотреть.

— Звучит логично, — кивнул Обезьяна. — Тогда и ребят позвать надо. Я, конечно, хорош, но раз нужен опыт, нужны и разные противники — по комплекции, стилю и характеру.

— Да, но… Сам понимаешь, мы хоть и общаемся, назвать нас друзьями пока сложно. — За общим столом меня уже не пытались прожечь взглядом, а Тигрица даже перестала хмуриться, когда я неожиданно появлялся рядом, однако от этого многолетние истории о чудовище Тай Лунге никуда не исчезали. МуДоЧ постарался на славу, чтоб ему там икалось вечно, да и сам я в молодости дал достаточно поводов для страшных сказок.

— А нас, получается, можно? — хмыкнул Ву Конг, после чего подмигнул. — Ну что же, тогда по-дружески помогу. Да и не думаю, что кто-нибудь будет против помочь — если уж не тебе, то По точно.

— Буду благодарен. Тогда встретимся в Зале Тренировок.

— Договорились! — Обезьяна поставил пиалу на выступ у дорожки, подпрыгнул и исчез среди деревьев, явно решив продемонстрировать, насколько быстро умеет перемещаться. Показушник… Но парень хороший, несмотря на тяжёлое детство, о котором за эту неделю мы немного успели поговорить.

Вообще, жизнь во Дворце постепенно входила в привычный ритм, и единственным постоянным раздражителем оставалась наша ушастая наблюдательница. После первого разговора и очередного сообщения от начальства Лин стала держаться дальше от дома, однако от самой идеи скрытного наблюдения отказываться не собиралась, причём теперь я хотя бы знал, где её примерно искать.

Техника скрытности, которую я не знал, у девушки была отличной, спорить с этим глупо, вот только я уже успел запомнить несколько её привычек. Стоило остановиться посреди дорожки или неожиданно сменить направление, как через некоторое время где-нибудь шевелилась ветка, едва слышно скрипела черепица или возникало ощущение, а иногда складывалось ощущение что на меня очень внимательно смотрят.

Самое смешное случилось по дороге в баню: я оглянулся, только-только собираясь зайти внутрь, и увидел над оградой два больших уха, которые тут же исчезли. Кто-то явно пытался убедиться, что я и правда иду мыться, а не собираюсь через окно отправиться совершать государственный переворот.

Вот тогда глаз у меня впервые и дёрнулся.

Сама по себе возможность оказаться перед кем-то голым меня не особенно волновала, и это, похоже, осталось ещё с прошлой жизни — там я постоянно натыкался на истории о бывших, которые угрожали выложить чужие интимные фотографии, и всякий раз пытался представить, что делал бы на месте жертвы подобного шантажа.

Наверное, отправил бы вымогателю ещё парочку фоток погорячее, после чего предложил подавиться. Другим, понятное дело, такое могло испортить жизнь, но лично меня пугать собственным голым задом было бесполезно — я с ним давно знаком и расставаться пока не собираюсь. Поэтому устраивать скандал из-за одного любопытного взгляда не хотелось, а вот ощущение, что рядом постоянно кто-то прячется, уже начинало надоедать. Пусть следит открыто, сидит на лавочке и пишет свои донесения, раз уж ей всё равно разрешили остаться, но превращать каждую свою прогулку в игру «найди фенека» я не подписывался.

Надо будет поговорить с ней ещё раз на эту тему.

А ещё меня бесила местная одежда — штаны были вполне терпимыми, даже карманы имелись, что здесь встречалось не так уж часто, зато подобрать что-нибудь на верхнюю половину тела оказалось отдельной проблемой. Хотелось обычную футболку — надел, забыл и занимаешься своими делами, не поправляя завязки и не следя, чтобы рукав не зацепился за очередную деревяшку.

Похожие короткие рубахи нашлись, но ткань либо неприятно липла к коже, либо тёрла во время тренировки, а привычного по прошлой жизни мягкого спортивного материала я так и не обнаружил. В итоге продолжал щеголять в одних штанах, благо мужской голый торс здесь никого особо не смущал. Кроме, возможно, одной очень старательной шпионки, но это уже её проблемы.

— Мастер! — окликнул меня По, когда я подошёл к Залу Тренировок, и тут же поднялся со шпагата, оттолкнувшись ладонями от пола. — Я наконец могу сам встать! Вот, я сам научился! Правда, клёво?!

— Молодец, — признал я, сдерживая улыбку. — Только не делай этого каждый раз, когда я захожу, а то начну подозревать, что всё остальное время ты так и сидишь.

Панда смущённо почесал затылок и посторонился, пропуская меня в просторное помещение с высокими потолками, тёмными деревянными балками и бронзовыми креплениями, знакомыми ещё с детства. Под гладкими досками пола пряталась сложная система рычагов и шестерёнок, связывавшая между собой большую часть тренировочных механизмов.

Дальше начинался лес вращающихся столбов с деревянными руками и мечами — стоило задеть нужный рычаг, и один удар запускал следующий, не давая ученику спокойно обдумать ситуацию. Над полосой препятствий висели тяжёлые булавы на цепях, между вращающимися площадками виднелись закрытые люки, из которых при усложнённой тренировке выдвигались копья или вырывалось пламя.

В детстве всё это казалось совершенно нормальным, а теперь я начинал понимать, почему первые занятия По вспоминал без особого восторга — это же натуральная камера пыток.

Для спаррингов у входа была отдельная площадка с песком и натянутыми по краям канатами, куда я и направился, по дороге убедившись, что механизмы полосы препятствий отключены. Сегодня нам вполне хватит живых противников, поджаривать панду как обычно я не собирался. Сегодня.

— У меня для тебя новость, — сообщил я, повернувшись к По.

— Новость? Что за новость такая?

— Я обучил тебя всему, что, по моему мнению, должен знать начинающий Воин Дракона. Можно было бы и дальше продолжать тренировки, но многого это тебе не даст. Тебе нужен настоящий опыт.

— Значит, тренировок больше не будет? — Панда неожиданно потупился, заставив меня удивлённо поднять бровь.

— Ты расстроен? — Искренне удивившись, спросил я. Он не демонстрировал особой любви к действительно суровым тренировкам, через которые ему пришлось пройти до этого.

— Ну не то чтобы… Просто привык уже как-то, что ли? Вроде и не самое приятное дело, а вроде даже удовольствие начинаю получать.

— Извращённое, — уточнил я. — Я вообще-то из тебя все силы выжимал, чтобы такого результата добиться, много кто вообще назовёт это пыткой, а не тренировками.

— Да ладно, не так всё и плохо было, да и это многое мне дало.

— В любом случае, теперь ты можешь гордо именовать себя личинкой Воина Дракона.

— А можно не надо?

— И чтобы отточить то, чему я тебя обучил, я попросил помощь у Неистовой Пятёрки, — продолжил я, проигнорировав возмущённый взгляд. — Скоро они придут сюда для спаррингов. Я хочу, чтобы ты показал всё, чему научился за это время. Ты же не подведёшь меня? — Поднимаю бровь, заставляя спокойного ранее панду сглотнуть.

— Э-э-э… Выложусь на полную!

— Замечательно. А вот и они, — добавил я, уловив приближающиеся шаги.

По звуку выходило, что к нам направлялась не только Пятёрка, но и Шифу, с которым за эту неделю мы успели ещё несколько раз поговорить. Не скажу, что все обиды исчезли и теперь между нами царила полная гармония, однако разговаривать стало легче, а необходимость что-нибудь друг другу доказывать постепенно отходила на второй план.

На время моих занятий с По старик сократил собственные физические тренировки панды, чтобы не загонять его двумя программами сразу, но продолжал разбирать с ним внутреннюю работу Ци. Мы даже пару раз спокойно обсудили ошибки нашего ученика и скорректировали программу.

— У-уже сейчас? Вот прямо сразу? — запаниковал По, тоже услышав голоса за дверью.

— А ты как думал? Сегодня я тебя не нагружал, так что будь благодарен.

— Я благодарен, но… Ну хоть завтра, может? Мне нужно э-э-э… Морально подготовиться, во!

— И от кого ты этого набрался только? — покачал я головой и получил в ответ какой-то подозрительный взгляд. Ну да, от меня набрался, признаю.

— Я всех привёл, все согласны! — объявил заглянувший в дверь улыбающийся Ву Конг, после чего вошёл в зал вместе с остальными.

— Опыт — это хорошо, — кивнул Шифу, подходя ко мне. — Но ты уверен, что на этом стоит закончить свою часть обучения?

— На время, — уточнил я. — Основы мы разобрали, дальше ему нужно закрепить их, освоиться с Ци и понять, что подходит лично ему. Я мог бы ещё многому его обучить, но тогда он стал бы моим учеником, а не учеником Нефритового Дворца.

Обучение у мастера здесь вообще означало куда больше, чем посещение тренировок по расписанию. Наставник растил ученика, передавал ему собственный опыт, привычки, взгляды на жизнь, а в некоторых школах ещё и имя, считая подобное продолжение одной из форм бессмертия.

— Я понял, — негромко произнёс старик. — Спасибо.

— Да не за что. — Я повернулся к Пятёрке и кивнул в сторону площадки. — Ребят, как вы уже поняли, хочу посмотреть, чего добился По. Проведите с ним по одному спаррингу, без усиления с помощью Ци и опасных техник, если вы ими владеете. На сдачу или выход за канаты. Ему нужны разные противники, а вам, думаю, будет полезно узнать, что теперь умеет ваш «младший брат».

— Между боями отдохнёшь, — добавил Шифу, заметив выражение лица панды. — Начнём с тебя, Журавль, затем Обезьяна, Богомол, Гадюка и Тигрица.

— Почему всегда я? — вздохнул Тянь Хэ, выходя на песок и снимая шляпу.

Для По бой обещал оказаться непростым — Журавль уступал остальным в прямом силовом столкновении, зато отлично держал дистанцию и мог в любой момент взлететь, заставив противника бегать по площадке с задранной головой. Панда же пока даже не представлял, как подбираться к летающему противнику — некоторые основы он от меня получил, но реального опыта у него всё ещё нет.

Однако Тянь Хэ решил начать с ближнего боя, видимо, желая проверить выученные новичком стойки, и первый же обмен закончился для него неприятным сюрпризом. По выдержал удар, не отступил, перехватил протянутую руку и так резко дёрнул на себя, что Журавль потерял равновесие, не успев как следует раскрыть крылья.

Следом панда подставил бедро, повалил его на песок и навалился сверху, удерживая руку в болевом захвате. Тянь Хэ попытался вывернуться, понял, что без усиления Ци придётся либо рисковать суставом, либо признать ошибку, и с явным неудовольствием хлопнул ладонью по полу.

Да уж, одно дело — слышать об успехах вчерашнего лапшичника, и совсем другое — прочувствовать их собственным плечом. Журавля я даже понимал, сам недавно пытался недооценить одного невысокого старика, после чего ещё сутки баюкал правую руку… Как-то странно это прозвучало…

Второй бой был уже интереснее. Если поначалу никто из Пятёрки не ждал ничего особенного от панды, которая тренируется меньше месяца, то после демонстрации его силы никто недооценивать По больше не собирался.

Ву Конг не давал По приблизиться — толкал, бил по открытым участкам и немедленно отскакивал, когда По шёл в атаку.

Несколько раз я был уверен, что сейчас всё закончится, однако По всегда поднимался, а когда Ву Конг наконец поймал удобный момент и влетел в него двумя ногами, произошло нечто удивительное. Панда отлетел к краю площадки, врезался спиной в канаты и, вместо того чтобы пытаться остановиться, оттолкнулся от них, выставив плечо. Обезьяна как раз приземлялся после удара и увернуться уже не успел, поэтому встреча с разогнавшимся По закончилась для него полётом не только за пределы площадки, но и вообще из Зала Тренировок. Ещё комичней эта сцена выглядела потому, что Обезьяна вылетел через открытую дверь, а не проломил стену…

Несколько секунд мы молча смотрели на опустевший дверной проём, после чего оттуда донеслось возмущённое сопение, и Ву Конг вернулся, держась за бок.

— Я в порядке, — сообщил он прежде, чем кто-нибудь успел спросить, а По торопливо начал извиняться.

Две победы подряд выглядели впечатляюще, но пока доказывали только то, что мы с Шифу и так знали — силы и прочности у панды было с запасом, правильно двигаться он тоже научился, а вот опыт всё ещё приходилось заменять упорством и удачей. Против Журавля сработала недооценка, против Обезьяны — удача, но делать из этого вывод, что По уже сильнее двух признанных мастеров, было рановато и следующий бой это доказал. Богомол не полез проверять, кто крепче, а принялся бить по опорным точкам и уходить вниз каждый раз, когда панда пытался схватить его сверху. Из-за маленького роста противника По постоянно наклонялся, терял удобную стойку и в конце концов сам дал возможность подхватить себя за ногу. Богомол довернул его по ходу движения, сбил опору и опрокинул на песок, успев зафиксировать руку прежде, чем Воин Дракона понял, что вообще произошло.

Гадюка выбрала другой подход — почти не встречала удары, отходила в сторону и заставляла По тратить кучу сил без реального результата. После нескольких неудачных попыток он решил добавить скорости за счёт силы, вложился в очередной выпад всем телом и тут же оказался за канатами, потому что Цин не увернулась, как обычно, а искусно подправила направление его движения.

Против Тигрицы не помогло даже упрямство — она дождалась, пока По восстановит дыхание, спокойно вышла в центр и с первых секунд забрала инициативу, не давая ни разогнаться, ни приблизиться на удобную для захвата дистанцию. Каждый раз, когда панда пытался повторить удачный приём из предыдущих боёв, рыжая уже была в другом месте, а его самого встречал очередной короткий удар или подсечка.

Именно её Шифу готовил к званию Воина Дракона до появления По, и сейчас было прекрасно видно, сколько труда за этим стояло. До меня ей по-прежнему далеко, но вчерашнему лапшичнику тут пока ловить нечего, даже если он очень талантливый и удачливый сукин сын.

— Хорошая работа, По, — сказала Тигрица, протягивая ему руку после того, как он признал поражение. — Удивительно быстрый рост за такое короткое время. Молодец.

— Поддерживаю, — кивнула Гадюка. — Боевого опыта не хватает, конечно, но результат уже очень достойный.

— Спасибо, — искренне улыбнулся панда, смущённо отряхивая штаны. — Но без вашей помощи и уроков моих наставников я бы такого не добился.

— Не скромничай, — я положил ладонь ему на плечо. — Ты и сам тренировался как проклятый, так что достоин похвалы. Завтра у тебя выходной, поэтому жду новую порцию лапши…

— Ура! — По вскинул руки, мгновенно забыв и об усталости, разочарованию от трёх проигрышей подряд и ушибах.

— Но потом снова тренировки, — с довольной улыбкой добавил Шифу.

— Ладно… — вздохнул Воин Дракона, после чего неожиданно посерьёзнел и поклонился нам обоим. — Без вас я бы так и остался простым лапшичником. Клянусь, я никогда не забуду своего долга перед вами, мастер Тай Лунг, мастер Шифу.

— Да ладно, не переживай на этот счёт, — отмахнулся я, немного смутившись от такой торжественности.

— Как твой мастер, я обязан передать тебе всё необходимое, — продолжил Шифу.

— А мы, как члены Нефритового Дворца, должны поддерживать младшего брата, — добавил Ву Конг, всё ещё потиравший ушибленный бок.

— Ребята… — По шмыгнул носом, посмотрел на каждого из нас и вдруг широко улыбнулся. — Ладно, пошли на кухню, сейчас я приготовлю лучшую лапшу, какую только смогу! До отца мне ещё далеко, но я тренировался и в этом!

Вот это уже разговор! За таким учеником точно стоит приглядывать, чтобы, не приведи Небо, талант зря не пропал…

Подземелье Императорского Дворца

— А я ведь говорила, — произнесла Сюэ Ся, откладывая в сторону последнее из донесений Лин. — Предупреждать её о возможностях Тай Лунга нужно было до того, как она решила подобраться к нему вплотную.

— Я уже понял свою ошибку, — ответил Чэнь. — Ваше уточнение пришло после того, как её обнаружили, однако нам повезло…

— Повезло, что он решил сначала задать вопросы, — перебила пантера. — Я выбрала Лин из-за её таланта, ты решил, что этого достаточно для задания, а о том, как она себя поведёт на первой самостоятельной миссии, мы оба задумались слишком поздно. — За прошедшую неделю первые тревожные сообщения сменились вполне спокойными отчётами, из которых следовало, что Тай Лунг остался в Долине, занялся тренировками По и не собирался ни мстить Нефритовому Дворцу, ни искать способ добраться до трона. Девушку после допроса отпустили, Шифу разрешил ей остаться, а сам беглец даже воспользовался её присутствием, чтобы передать свои условия Его Величеству.

— Он позволил продолжить наблюдение, — напомнил Тень Клинка. — Лин запрашивает дополнительные сведения о нём и о порядках Нефритового Дворца. Если всё пойдёт так и дальше, от её раскрытия мы можем получить больше пользы, чем от прежней работы. По крайней мере, теперь есть возможность говорить с ним напрямую.

— Не надумывай, Чэнь. Он прямо сказал, что служить не собирается.

— Но согласен сотрудничать и прямо сейчас готовит Воина Дракона, — осторожно возразил заместитель. — Его предложение заслуживает внимания. Меня больше смущает техника, которой он владеет…

— «Зеркало Истины»? — Сюэ покосилась на лежащий перед ней лист. — Судя по описанию, Лин узнала его правильно. Оно обходит простейшие ментальные барьеры, поэтому девушка и рассказала об условиях задания, но закреплённые служебные блоки так не снять. Моя подруга создала эту технику очень давно, с тех пор защита сознания заметно изменилась.

— То есть способ передачи донесений она выдать не могла?

— Пока он ограничивался «Зеркалом» — нет. Другое дело, что Тай Лунг мог попробовать что-нибудь ещё.

Чэнь кивнул, принимая замечание, и перевернул лист, на котором были отдельно выписаны слова барса об Императоре, помиловании и обучении По.

— Какой ответ передать на его предложение?

— Пока никакого обещания. Я поговорю с Его Величеством, но решение о помиловании принимает он, а не я. Тай Лунг слишком неоднозначная личность, чтобы сразу приглашать его на службу во Дворец, даже если однажды он сам передумает.

— Хорошо. Тогда передам Лин запрашиваемые сведения?

— Да, те, которые помогут ей не допускать новых ошибок. И напомни, что после раскрытия играть с ним в прятки бессмысленно — пусть согласует своё присутствие открыто и соблюдает границы, которые установил Шифу. Мало кому понравится, если за ним будут таскаться до самой бани. Ох и чудит девчонка, как бы глупостей не наделала…

Тень Клинка коротко взглянул на донесение, где девушка чрезмерно подробно описала одну из сцен с наблюдаемым, и сдержанно кашлянул.

— Принял. Передам, — ответил он, убирая бумаги и доставая следующий свиток. — Тогда перейдём к другой теме: аристократический род Лянь. Преданные слуги прежнего Императора, внезапно объявившие себя нейтральными после начала переворота.

Сюэ перестала улыбаться и придвинула к себе новый документ, пробежав взглядом первые строки.

— Главу рода взяли?

— Да, но у него редкая особенность Ци, из-за которой ментальное воздействие не даёт результата. Он отказывается говорить о связях с оставшимися сторонниками старой власти. Прошу разрешения на более… традиционные методы дознавания.

Пантера некоторое время молчала, рассматривая печать внизу листа, затем медленно кивнула.

— Пока повременим. Пытки аристократа вызовут достаточно шума, но сейчас это меньшая из наших проблем. Если прямые потомки Драконов вернутся и снова соберут вокруг себя недовольные роды, страна окажется в опасности, а такого допустить я не могу.

— Есть.

Чэнь (Тень Клинка):

На следующий день, когда у По наконец выдался «выходной», Шифу решил, что отличной идеей будет сходить в горы всем вместе, причём и меня уломать смог, хотя я для приличия немного поотнекивался. Спорить со старым мастером не стал — всё равно делать мне в пустом Дворце особо нечего, не навыки же на манекенах оттачивать?

Отправились мы под вечер и не налегке — каждый тащил на своём горбу тканевый мешок, по размеру напоминающий легендарный мешок Деда Мороза. Шифу предупредил, что останемся с ночёвкой, но, судя по количеству вещей, ночевать он собирался долго, а на наши вопросы лишь загадочно улыбался, шагая впереди.

Итогом «Великого Похода» стала скала под названием Пик Мудрости, у подножия которой мы наконец развязали свои котомки.

— Спальный мешок, палатка и… Сменная одежда? — удивился Ву Конг, вытаскивая очередной свёрток. — Мастер, мы что, тут жить собрались?

— А у меня еда… — сообщил Журавль, немедленно привлекая внимание По.

— Сегодня я впервые за долгие годы почувствовал, что снова могу попытаться пробудить Ци, — прикрыв глаза, произнёс Шифу. — Думаю, месяца медитаций в Озере Святых Слёз мне хватит, чтобы добиться просветления. Если всё сложится, я хотел бы продолжить занятия здесь, а вы сможете наблюдать за изменениями моей Ци и лучше понять природу Пробуждения.

— А я тут зачем? — поинтересовался я, выгнув бровь. Пробуждаться повторно вроде не собирался (если это вообще возможно), да и сидеть целый месяц рядом со стариком, который будет медитировать, тоже не рвался.

— Здесь мастер Угвей разгадал тайны гармонии и внутренней концентрации, — приоткрыв глаз, ответил Шифу. — Именно здесь зародилось Кунг-Фу…

— Это всё очень интересно… — начал я, и старик вздохнул, явно поняв, что очередную лекцию о величии МуДоЧа я слушать не намерен. Шифу вообще любил заводить подобные пространные разговоры вместо прямого ответа, а на моё недовольство обычно смеялся и говорил, что это во мне «горячая кровь» требует действий.

— На этой горе находится старая печать, которую нужно укрепить, прежде чем мы останемся здесь надолго. Я хотел попросить тебя о помощи, — наконец пояснил он, после чего повернулся к ученикам. — Пока разбивайте лагерь возле озера и не поднимайтесь за каменные столбы на верхней тропе. Там запечатан опасный артефакт, приближаться к нему без меня нельзя. — Ребята переглянулись, но спорить не стали, а Шифу отвёл меня немного в сторону, чтобы спокойно объяснить, во что именно решил втянуть. — Проклятый меч Грэм, — негромко произнёс он. — Много веков назад мы с друзьями помогли мастеру Угвею запечатать в нём врага, которого не смогли уничтожить. До сих пор мастер сам поддерживал печать, но теперь это придётся делать нам.

— И ты решил начать прямо сегодня?

— Я проверял её после ухода мастера, непосредственной опасности пока нет, однако откладывать тоже не стоит. Моей Ци хватит, чтобы ненадолго укрепить защиту, а ты способен восстановить её полностью. Взамен я… — Шифу помедлил, явно подбирая слова. — Могу обучить тебя какому-нибудь приёму, если хочешь.

— Даже не знаю, что сказать… — вздохнул я. Просить помощи у собственного сына оказалось сложнее, чем рассказывать о проклятом мече, и из «мудрого мастера» старик опять превратился в «неумелого папашу». — Ладно, помогу. В общем, будешь должен, старик.

— Спасибо, — кивнул Шифу, однако сразу перейти к делу не позволил. — Но сначала выслушай меня. Рукояти не касайся и не пытайся сдвинуть клинок с места, даже если тебе покажется, что иначе печать не восстановить. Он способен внушать подобные мысли, особенно тому, кто соприкасается с его Ци.

— То есть начнёт уговаривать взять его и отправиться захватывать мир?

— Вроде того, — совершенно серьёзно ответил старик. — Если почувствуешь, что становится трудно сопротивляться, сразу прекращай подпитку. Я буду рядом и помогу разорвать связь.

— Блеск, — пробормотал я, посмотрев на вершину. Только проклятого меча мне для счастья не хватало! — Показывай, куда идти.

Лин ещё пару часов назад куда-то свинтила, попрощавшись и пообещав вернуться, так что хотя бы императорскую шпионку посвящать в такие секреты не пришлось. Впрочем, если бы она до сих пор сидела на ближайшей ветке, вряд ли старик стал бы обсуждать всё это посреди тропы.

Пока Шифу поднимался по каменным ступеням, я решил посмотреть, что же нам предстоит заряжать. В поиске всего «Ци-содержащего» могли помочь разные навыки, однако самым удобным сейчас было «Небесное Зрение» — своеобразная техника, которая искажала восприятие и позволяла замечать предметы, содержащие Ци. На людей она тоже работала, причём даже лучше, хотя хорошую технику сокрытия такое наблюдение само по себе не раскрывало.

Эффект выглядел примерно так: мир становился чёрным, а всё, что содержало Ци, наоборот, начинало светиться белым, причём яркость зависела от количества и плотности энергии. Часть Ци постепенно рассеивалась вокруг источника, поднимаясь вверх, и по этому следу иногда удавалось заметить даже то, что скрывалось за камнями или деревьями.

В бою такое не применишь — от яркой вспышки от атаки можно временно ослепнуть, да и всё, что не содержит заметного количества Ци, ты видеть практически перестаёшь. Для сражений существовал «Взгляд Небес», который по принципу больше напоминал бьякуган, только без кругового обзора, взгляда сквозь предметы и прочих наворотов. Да, названия очень похожи, что периодически заставляло меня поминать добрым словом придумавших их мастеров.

Активировав «Небесное Зрение», я осмотрелся и обнаружил охрененно большой столб белого света на верхушке скалы, причём, когда я говорю «охрененно большой», то ОЧЕНЬ преуменьшаю. Если судить по яркости, там собралось раз в двадцать больше Ци, чем было во мне, а ведь это только то, что просачивалось наружу!

Жесть! Что за хрень они тут запечатали?!

На вершине нас ждал воткнутый в камень клинок, окружённый едва заметными линиями старой печати. Издали я принял их за трещины, но стоило присмотреться, и стало видно, как по углублениям медленно перетекает тусклая Ци, местами почти полностью исчезая.

— Направляй сюда, — Шифу присел возле одного из внешних узлов и показал, где сходились линии. — Печать сама распределит подпитку, тебе нужно только поддерживать ровный поток. Я прослежу за остальными узлами.

Я кивнул, устроился напротив и медленно направил Ци в указанную точку, стараясь не отвлекаться на внезапно возникшее желание подойти поближе. Рукоять меча выглядела на удивление удобной, прямо под мою ладонь, и мысль проверить, насколько хорошо она ляжет в руку, показалась почти естественной…

Ага, конечно. Я ведь главный злодей, свернувший со своей злодейской дорожки, и только и ждал, когда же мне предложат вернуться взад с новым оружием!

Чем больше Ци я отдавал печати, тем слабее становилось излучение клинка, а линии на камне, напротив, светились всё ярче. Теперь было понятно, что я заметил снизу — энергия просачивалась сквозь ослабевшую защиту, и представить, сколько её оставалось внутри, я даже не пытался.

Когда добрая половина моего, как я раньше думал, бездонного моря Ци ухнула в никуда, наружу пробивались лишь тонкие белые нити. Желание схватиться за рукоять почти исчезло, зато в голове неожиданно прозвучал бархатистый, кажется, женский голос:

— Дотронься до меня… Я дам тебе власть, которая и не снилась твоему отцу…

— Заткнись, Фростморн недоделанный! — рявкнул я, удержавшись от порыва «втащить» клинку. Да, теперь я ещё и с мечами разговаривал, причём вслух… Куда катится моя жизнь?

— Кто? — удивлённо переспросил голос, после чего вся его томность куда-то испарилась. — Сам ты Фростморн, уродец шерстистый!

— Чё? — растерялся я. От проклятого меча явно не такого ожидаешь! Он же меня соблазнять должен, а не переругиваться! — А ты — гладкополированный доисторический неудачник! Вот и сиди здесь один… Одна! Дура!

— Тай Лунг, прекращай подпитку, — негромко произнёс Шифу, и я наконец заметил, что он уже поднялся и стоит рядом, напряжённо глядя на мою руку. Я оборвал поток, после чего голос в голове сразу стих, а линии печати ещё некоторое время продолжали светиться, постепенно выравниваясь по яркости. Старик опустился на колено, проверил ближайший узел и только тогда выдохнул. — Что произошло?

— Меч решил со мной поговорить, — ответил я, убирая руку и на всякий случай отодвигаясь. — Сначала предложил власть, потом обозвал «шерстистым уродцем». Та ещё стерва, скажу я тебе…

— Заговорил? — Шифу резко повернул голову. — Ты слышал именно слова?

— Ну да, не сам же я их придумал. Ты предупреждал про желание схватить его, но про разговоры вроде ничего не говорил.

— Со мной он никогда не разговаривал, — признался старик, снова посмотрев на клинок. — Я чувствовал его влияние, однако до голоса дело не доходило. Возможно, он сумел обратиться к тебе через поток Ци… Не знаю. Больше подпитывать его пока не нужно.

— Да я и не рвусь, больше половины запаса как не бывало. Хватило хоть?

— Хватило, печать восстановлена, — кивнул Шифу, внимательно проследив за тем, как погасла последняя тонкая нить над рукоятью. — Спасибо. Теперь отойдём, я хотел бы ещё кое-что сказать тебе. — Мы спустились за каменные столбы и устроились на широком уступе, откуда было видно озеро и копошившуюся возле палаток Пятёрку. По тоже что-то таскал, время от времени останавливаясь возле мешка с едой, а Обезьяна каждый раз разворачивал его обратно и вообще всячески отгонял от стратегических запасов. — Я должен был рассказать тебе об этом ещё во Дворце, — заговорил Шифу, положив ладони на колени. — Дать время подумать и самому решить, хочешь ли ты иметь дело с такой вещью.

— Ну, предупреждение можно было сделать и пораньше, — согласился я. — Хотя отказать тебе мне и здесь ничего не мешало. Или есть что-то ещё?

Шифу помолчал, глядя на озеро, и я почувствовал, как хорошее настроение начинает понемногу портиться. Уж больно знакомым было это выражение лица.

— Есть. Я знал, что ты способен восстановить печать, и действительно нуждался в помощи, но, когда просил тебя об этом, думал ещё и о том, сумеешь ли ты противостоять её влиянию. Мне казалось, после этого я наконец перестану ждать, что всё снова повторится.

— То есть ты таким образом ещё и проверял меня?

— Да, — тихо ответил старик. — И это было неправильно. Ты вернулся, пощадил моих учеников, отказался от свитка и помог По, а я всё ещё искал какое-то лишнее доказательство, внешне делая вид что уже всё понял.

Мне было неприятно слышать это. Я ведь действительно поверил, что мы с ним разобрались, а оказалось, у отца всё ещё оставались вопросы, на которые он предпочитал искать ответы без моего участия.

— И что бы ты сделал, если бы я потянулся к рукояти?

— Прервал бы подпитку и оттащил тебя от меча, — сразу ответил Шифу. — Я не собирался оставлять тебя с ним одного, но, когда ты заговорил с клинком, я испугался, что не успею помочь, и все остальные мысли уже не имели значения.

Старик опустил глаза, а я некоторое время молчал, пытаясь разобраться с собственными ощущениями. Злиться хотелось, причём вполне обоснованно, но от того, что он признался сам, когда мог просто поблагодарить и вернуться к ученикам, злость понемногу ослабевала.

Понять его страх я мог — двадцать лет назад Тай Лунг сорвался, потом сбежал из тюрьмы, оставив за собой кучу трупов, и старик не видел ни того, что происходило в Чор-Гом, ни того, что творилось у меня в голове. Ждать, что после пары разговоров он перестанет об этом думать, было бы глупо, вот только бесконечно доказывать, что я не собираюсь опять разносить Долину, мне тоже не хотелось.

— Если тебя что-то беспокоит, говори прямо, — наконец произнёс я. — Мы вроде уже выяснили, к чему приводит привычка молчать и надеяться, что другой сам всё поймёт.

— Хорошо, — кивнул Шифу. — Прости меня, сын. — Последнее слово он произнёс негромко, но уже без заминки, и я невольно посмотрел на его понурые уши. Врать старик сейчас не пытался, да и боль с сожалением у него на лице были слишком знакомыми, чтобы принять их за очередное представление.

— Ладно, отец, — вздохнул я, поднимаясь. — Пошли обратно, пока По все припасы не съел.

Шифу слабо улыбнулся и тоже встал. К нашему возвращению лагерь уже стоял, причём По успел не только разобраться со своей палаткой, но и притащить к кострищу целую охапку сухих веток. Уж не знаю, что именно обещал ему Обезьяна, но работал Воин Дракона на совесть.

Зачем мастерам вообще палатки и спальные мешки? Во многом дело привычки, да и постоянно поддерживать ускоренный поток Ци по меридианам мог далеко не каждый. Мне с сильной родословной и особенностями Ци многое сходило с рук, а тот же Журавль или даже Тигрица не могли бесконечно тратить силы, чтобы не замечать холод и неудобства. Да и смысл изображать стойкость, когда можно нормально выспаться?

— Всё хорошо, мастер? — подошла к нам Тигрица, переводя взволнованный взгляд с Шифу на меня.

— Да, спасибо, — кивнул старик. — Печать восстановлена, однако запрет подниматься к клинку остаётся в силе. Вижу, вы уже справились? Молодцы.

— Да что вы, мастер, — поклонилась рыжая, и остальные последовали её примеру, По с небольшой задержкой. — Когда приступать к тренировкам?

— Уже вечер, думаю, небольшой отдых всем нам не повредит. Ах да, кажется, я положил в один из мешков мясо и тесто для пельменей…

— Пельмени?! — тут же ожил По. — Где? Кто? Когда? Пельмени! — Этот электровеник на стероидах бросился обшаривать оставшиеся сумки, едва не опрокинув ту, которую держал Журавль. — Пельмешки, я иду!

— Отдыхайте, — улыбнулся Шифу, наблюдая за ним. — Завтра начнём заниматься.

Вечер прошёл в дружеской атмосфере, и я сам не заметил, как перестал возвращаться мыслями к разговору на уступе. Журавль с Обезьяной подкалывали друг друга, По с важным видом объяснял Богомолу, как правильно лепить пельмени, а Шифу сидел рядом с огнём и изредка вступал в беседу, слушая нас с непривычно спокойным выражением лица.

Впервые за долгое время я чувствовал себя как дома.

Проснулся я ещё до рассвета и решил немного помедитировать, заодно обдумав, что за НЁХ скрывалась в проклятом мече. Вечером старик рассказал о ней крайне мало, сославшись на то, что сам тогда ещё не знал многого и главную работу с печатью выполнял Угвей, но обещал поискать записи после возвращения во Дворец.

Погружаться в себя, не оглядевшись, я не стал — сначала проверил окрестности с помощью Ци и почти сразу заметил, что одного человека в лагере не хватает. Зато знакомый след обнаружился выше, возле верхней тропы, всего в нескольких десятках метров от клинка…

Чёрт, неужели эта дрянь всё-таки смогла до кого-то дотянуться?

Размышлять на месте я не стал и быстро поднялся по склону, перепрыгивая с камня на камень и отталкиваясь от выступов там, где обычному человеку пришлось бы лезть на четвереньках. У последних ступеней притормозил, увидев Гадюку, которая сидела на коленях возле каменного столба и сжимала что-то в руке.

За обозначенную Шифу границу она не заходила, на меч даже не смотрела, а когда я приземлился рядом, вздрогнула и поспешно отвернулась, вытирая лицо. Она плакала.

— Цин Лянь? Что ты здесь делаешь? — спросил я, всё ещё поглядывая в сторону вершины. Голос в голове не появлялся, Ци за печатью оставалась спокойной, но совсем отбрасывать неприятное предположение пока не хотелось.

— Я… Не твоё дело, — девушка быстро поднялась на ноги, смахивая слёзы. — Это ты что здесь делаешь? Следил за мной?

— Нет-нет, просто почувствовал твою Ци здесь, вот и прибежал, — покачал я головой. — Что случилось? Тебе приснился какой-то странный сон? Может, голос в голове появился или захотелось подняться наверх без всякой причины?

— Что? Нет, просто… Мне нужно было побыть одной! Если это всё, то можешь уйти?.. Пожалуйста? — Под конец она опустила взгляд на зажатый в ладони свёрнутый листок, и губы у неё снова задрожали.

— Эй, послушай, здесь не лучшее место, — уже спокойнее произнёс я. Похоже, меч был ни при чём, хотя оставаться рядом с ним всё равно не стоило. — Помнишь слова мастера Шифу? Так вот, то опасное «что-то» находится совсем близко, а я не хочу, чтобы оно тебе навредило. Давай хотя бы отойдём подальше.

Гадюка помедлила, ещё раз посмотрела на листок и молча пошла вниз, остановившись на том самом уступе, где мы сидели со стариком. Я спустился следом, стараясь понять, что же могло так её расстроить за одну ночь.

— Мне нужно побыть одной, — повторила она, однако на этот раз голос сорвался, а по щеке скатилась слеза.

— Цин Лянь, послушай, — начал я, подходя ближе. — Я понимаю, что есть личные вещи, о которых не хочется рассказывать, но… Может, я могу помочь? — Я положил ладонь ей на плечо и слегка сжал, пытаясь хоть как-то поддержать.

— Нет…

— Тогда как насчёт того, чтобы просто выговориться? Я ведь не похож на того, кто побежит обсуждать твои проблемы со всеми подряд? — Девушка подняла на меня покрасневшие глаза. — Я даю слово, что не буду использовать твои слабости против тебя. Мне правда хочется понять, что случилось.

— Не надо, я… — попыталась отказаться она, но, поймав мой взгляд, замолчала, после чего её прорвало. — Моего отца схватили, и… Я не знаю, что мне делать. Его точно убьют, а я…

— Тише, — я вытер большим пальцем слезу с её щеки. — Вдох… И выдох… Умница. А теперь расскажи, что произошло, а потом будем решать смогу ли я помочь тебе с этим.

Уж не знаю, что именно заставило Цин Лянь довериться мне, но, начав говорить, она постепенно рассказала всё, что случилось, причём с каждой новой подробностью мне становилось всё труднее сохранять спокойное выражение лица.

— Моё настоящее имя — Цин Мин, — призналась девушка, с первых же слов заставив меня словить Fatal Error.

Фамилия, или «родовое имя», здесь была очень важна и говорила намного больше, чем в моей прошлой жизни. Простому человеку запрещалось присваивать себе имя аристократического рода, причём за попытку выдать себя за его представителя вполне можно было лишиться головы, а фамилия Мин… Как бы так сказать… Это родовое имя использовала только и исключительно прежняя, третья правящая династия, которая была до нынешней, четвёртой династии Сюэ.

Кстати, о Сюэ. Мою знакомую снежную пантеру тоже звали именно так, и её почтенный возраст вполне позволял оказаться чьей-нибудь очень далёкой родственницей, хотя у нынешних правителей была родословная варана, а не пантеры… Раньше я как-то не задумывался об этом всерьёз, но сейчас решил при случае уточнить, насколько рядовой Тенью она вообще была.

Впрочем, это подождёт, здесь и без того было над чем подумать.

— Мой отец родился от союза последней принцессы династии Мин и князя из рода Лянь, который долгие столетия служил её семье, — продолжила Цин, обнимая себя за плечи. — Нас считали обычной ветвью рода, о том, кем была моя бабушка, почти никто не знал. Отец хотел, чтобы так оставалось и дальше, но теперь его схватили, и… Я не знаю, что делать.

— Откуда ты узнала?

Девушка развернула смятый листок, который всё это время сжимала в руке, и протянула мне. Короткое послание от одного из людей её отца сообщало об аресте и о том, что глава рода находится в руках Теней, однако ни обвинения, ни место содержания там указаны не были.

— Мне передали его перед нашим уходом из Дворца, — тихо пояснила Цин. — Я хотела рассказать мастеру, но потом подумала, что они могли узнать и обо мне… У отца редкая особенность Ци, которая мешает воздействовать на его разум, а ещё есть родовой артефакт, усиливающий эту защиту. Он сам мастер Кунг-Фу, у него хватит воли ничего не выдать, но… Я слышала, как работают Тени при Кровавом Императоре, и если обычный допрос ничего не даст…

Чем дальше она говорила, тем тише становился голос, а под конец по щекам снова побежали слёзы, которые девушка попыталась скрыть, закрыв лицо руками.

Вынужден признать — была одна вещь, на которую я просто не мог спокойно смотреть: девичьи слёзы. Уж не знаю почему, но всегда становилось не по себе, когда девушка рядом плакала, и этим даже пытались пользоваться в прошлой жизни, вот только сейчас о притворстве речи не шло.

Не говоря ни слова, я обнял Цин, прижал к груди и принялся нашёптывать всякие успокаивающие глупости, пока она понемногу приходила в себя.

История довольно банальная для китайских драм, но при этом просто охренеть какая неожиданная, учитывая, от кого я её услышал. Последние «Драконы» действительно неплохо спрятались — со времени падения династии Мин прошло двести лет, а я не слышал ни одного убедительного рассказа о выживших, хотя слухов в Нефритовый Дворец стекалось достаточно.

Учитывая, сколько крови тогда пролилось, это было неудивительно и даже простой люд, обожавший всякую конспирологическую муть, прекрасно понимал, что Сюэ не стали бы оставлять в живых наследников «Безумных Драконов», как прозвали прежнюю династию, если бы знали, где их искать.

Вот только в письме о династии Мин не было ни слова, а род Лянь, насколько я помнил, успел послужить и отцу нынешнего Императора. Для подозрений в нелояльности этого вполне могло хватить без всяких тайных принцесс, особенно после недавнего по меркам долгоживущих мастеров переворота.

— Они точно узнали о вашей родословной? — спросил я, когда девушка немного успокоилась.

— Я не знаю, — призналась она, сжав пальцами ткань моих штанов у пояса. — Но если узнают, отца уже не выпустят. Он никогда не пытался вернуть трон, просто хотел, чтобы нас оставили в покое…

— Тогда пока не будем считать, что они знают всё, — произнёс я, возвращая ей письмо. — Вдруг ещё получится вытащить его до того, как начнут копать глубже.

— М-можешь уже отпустить меня… — спустя некоторое время попросила смущённая, покрасневшая девушка, стараясь смотреть куда угодно, только не на меня, что было довольно сложно — стояли мы близко.

— А что, если не захочу? — усмехнулся я, однако руки всё-таки разжал, пока Цин не решила, что я говорю серьёзно. — Теперь по делу: мне вроде как не очень хочется портить отношения с Императором, но я до сих пор числюсь преступником, так что… В общем, я хочу помочь тебе и вытащить твоего отца.

Брать на себя лишний гемор совершенно не хотелось, однако Гадюка была мне приятна и сама по себе, и как одна из учениц Шифу. Старик в стороне точно не останется, если узнает, что случилось, да и остальные вряд ли станут спокойно ждать известий о казни отца своей названной сестры.

Глядя на Цин, я начинал подозревать, что именно поэтому она никому ничего не рассказала — сейчас решит «не впутывать друзей», свалит в одиночку, а дальше встреча с Тенями и либо плен, либо смерть, тут уж как повезёт.

— Нет! Это дело меня и моей семьи, я не хочу впутывать никого в свои проблемы, — запротестовала девушка, подтверждая мои опасения. — Если ребята узнают, кто я на самом деле, под удар попадёт весь Нефритовый Дворец. Мастер Шифу знает, но остальные… Кровавый Император не пощадит тех, кто укрывал наследницу Мин.

— Ну что за глупости, а? — вздохнул я. — Меня ты ещё можешь считать «не семьёй», знакомы мы недавно, но остальные? Неистовая Пятёрка разве не стала твоей семьёй за эти годы?

— Стала, — нахмурилась Цин, закусив губу. — Поэтому я и не хочу…

— Впутывать их в самоубийственную миссию по спасению твоего отца, — закончил я за неё. — Только когда ты исчезнешь, никто не будет сидеть сложа руки. Они полезут искать, куда ты запропастилась, и для этого перевернут весь Китай, и никакие прощальные записки, если ты уже об этом подумала, не помогут. Тигрица вообще дворец Императора по кирпичику разберёт, если узнает, что тебя там держат, ты же её знаешь.

— И всё равно, если кто-то пострадает из-за меня… — Гадюка, хотя с такой родословной скорее Дракоша, снова опустила взгляд.

— Всё это происходит из-за грызни между правящими семьями, а не потому, что ты решила кому-то испортить жизнь, — я взял её за плечи, заставляя посмотреть на меня. — Если бы у Тигрицы появились похожие проблемы? Или у Богомола, у Журавля? Ты бы не помогла, даже зная, что рискуешь?

— Помогла бы, — совсем тихо ответила девушка. — Но я не хочу, чтобы они рисковали ради меня.

— Они тоже вряд ли хотят, чтобы ты лезла в такое одна. И вообще, что за пораженческие мысли? Вы — элитные ученики Нефритового Дворца, одни из искуснейших мастеров Кунг-Фу во всём Китае, а ты уже представляешь, как вас всех переловят какие-то шавки Императора. — Я положил ладонь ей на голову и слегка взлохматил волосы, вызвав недовольный взгляд. — Не недооценивай свою семью и дай им самим решить, как поступить.

В том, что дело обойдётся без трудностей, я, конечно, уверен не был, но сейчас девушке требовалось хотя бы перестать заранее хоронить и себя, и отца, и всех, кто мог ей помочь. До разговоров о плане ещё доберёмся, а вот в таком состоянии Цин действительно могла наломать дров.

— Я… Хорошо, — наконец выдохнула она, сжимая письмо. — Только не знаю, как им сказать.

— Начни с того, что случилось с отцом, а там разберёмся. Пошли в лагерь, пока нас не начали искать. — Я развернул её за плечо к тропинке и, не удержавшись, легонько шлёпнул по месту пониже спины.

— Ай! Извращенец! А ну стой! — возмутилась Цин, резко оборачиваясь, но я уже отскочил в сторону и, довольно ухмыляясь, начал спускаться к озеру.

На какую-то пару мгновений она даже забыла о своих страхах, после чего поспешила следом, красная от смущения и старательно пытающаяся выглядеть грозной. Выходило у неё так себе, хотя по возвращении в лагерь мне наверняка прилетит.

Когда я уходил, все ещё спали, а теперь возле озера уже разожгли костёр и готовили завтрак. Поправочка: По дрых в своей палатке, а кашей занимались Журавль, Тигрица и Ву Конг.

Ну да, чего это я? Чтобы Воин Дракона и так рано проснулся?

Заметив моё приближение, Обезьяна поднял голову от котла, а следом обернулись остальные, причём Шифу сразу посмотрел за мою спину, где как раз появилась Гадюка.

— Тай Лунг? А мы всё думали, куда вы с Гадюкой пропали с утра пораньше, — произнёс Ву Конг, продолжая помешивать кашу. — Мастер уже собирался идти за вами.

— А? Ой… — Цин заметила обращённые к нам взгляды и остановилась, не зная, куда себя деть. Щёки у неё всё ещё пылали, однако следы слёз тоже никуда не исчезли, и Тигрица немедленно поднялась со своего места.

— Цин Лянь, что случилось? — спросила рыжая, а когда подруга отвела глаза, подозрительно посмотрела на меня. — Тай Лунг?

— Тигрица, дай им сначала подойти, — вмешался Шифу и кивнул нам на свободное бревно возле огня. — Садитесь. Вы были у верхней тропы?

— За столбы никто не заходил, с мечом всё спокойно, — ответил я, чтобы старик не начал тревожиться ещё и по этому поводу. — Мы разговаривали неподалёку.

— Простите, мастер, — поклонилась Гадюка, после чего подошла к костру и села рядом со мной, нервно теребя край одежды.

— Ну же, — негромко сказал я, заметив, как дрожат её руки. — Мы ведь уже поговорили об этом. Расскажи им.

Девушка посмотрела на меня, затем на встревоженные лица друзей и набрала воздуха, однако решимости хватило ненадолго.

— Я… Ничего не случилось, простите. Просто мне приснился кошмар, и я пошла прогуляться, а Тай Лунг встретил меня и помог спуститься… Вот и всё.

Я вздохнул, но перебивать не стал, только выразительно покосился на спрятанное в ладони письмо. Цин заметила мой взгляд и ещё сильнее сжала пальцы, а Тигрица опустилась перед ней на одно колено.

— Гадюка, мы знаем тебя много лет, — мягко, но настойчиво произнесла она. — Прошу, скажи, что происходит на самом деле. Мы — семья и поможем тебе, какой бы страшной ни казалась проблема.

— Верно! — поддержал Обезьяна, откладывая деревянную ложку. — Если кто-то тебя обидел, просто скажи, уж мы-то ему рога пообломаем!

— «Все за одного», помнишь? — добавил Журавль, и я невольно посмотрел на него. Это какая-то местная фраза или «Три мушкетёра» уже до Китая добрались?

Цин переводила взгляд с одного лица на другое, и притворная улыбка постепенно исчезала. Губы у неё задрожали, а Тигрица молча взяла подругу за руку, не позволяя снова отвести глаза.

— Мой отец… Его схватили Тени, — наконец выговорила девушка и протянула Шифу письмо.

Старик быстро пробежал его глазами, нахмурился и перечитал ещё раз, пока остальные молча ждали, пытаясь понять, чем глава рода Лянь мог привлечь внимание императорской службы.

— Здесь не сказано, в чём его обвиняют, — заметил Шифу. — Тебе передавали что-нибудь ещё?

— Нет, но если они узнали… — Цин запнулась, посмотрела на Тигрицу и закрыла глаза. — Моя настоящая фамилия — Мин и я потомок прежней династии.

Обезьяна открыл рот, но не издал ни звука, Журавль растерянно моргнул, Богомол замер с миской в руках, а Шифу медленно погладил бороду.

— Вы знали, мастер? — спросила Тигрица, первой повернувшись к нему.

— Да. Её отец доверил мне эту тайну, когда привёл дочь во Дворец, — ответил старик. — Я обещал сохранить её и не собирался раскрывать без согласия Цин.

— Отец никогда не хотел возвращать трон, — торопливо продолжила девушка. — Но Императору может хватить одной нашей крови. Если они узнают, кем была бабушка, его точно убьют, а если я попрошу вас помочь… Под удар попадёте и вы. Поэтому я должна сама…

— Никуда ты одна не пойдёшь! — перебила Тигрица, крепче сжав её руку. — Мы не бросим тебя!

— Но это могут счесть изменой! Если вы поможете мне, то станете врагами Империи!

— Пф, — фыркнул Ву Конг. — Как будто мы оставим тебя разбираться с этим в одиночку. Вон Тай Лунг до сих пор числится преступником, но сидеть за одним столом нам это почему-то не мешает.

— Обезьяна прав, — кивнул Шифу. — Императоры приходят и уходят, но честь и семья остаются. Мастер Угвей покинул нас, однако Нефритовый Дворец всё ещё имеет вес в Китае, а твоё происхождение само по себе не делает тебя виновной в чём-то. Сначала я выясню, что произошло с твоим отцом, и попробую добиться его освобождения. Пока ещё есть возможность решить всё мирно.

— А если нас не послушают? — тихо спросила Цин.

— Тогда будем искать другой способ, — ответил старик, возвращая ей письмо. — Но одну я тебя не отпущу.

Ребята согласно закивали, даже По, который выбрался из палатки во время разговора и теперь стоял рядом с Журавлём, нахмурив сонное лицо. Цин смотрела на всех сразу, уже не пытаясь скрыть слёзы, а Тигрица обняла её за плечи, усадила поудобнее и взяла чистую миску.

— Ешь, — негромко сказала она, наполняя её кашей. — До Столицы ещё добраться нужно.

Пока Гадюка пыталась собраться с мыслями, Богомол отставил свою порцию и почесал затылок, явно вспомнив что-то важное.

— С родословной нашей сестрицы понятно, но… Почему ты тогда такая красная была, когда за мастером Тай Лунгом бежала? Ну, когда вы спускались?

— Кхм… — одновременно кашлянули мы, причём, попытавшись отвести взгляды, умудрились посмотреть друг на друга. Цин немедленно покраснела ещё сильнее, видимо, вспомнив причину той «погони».

— Да просто поспорили, кто быстрее в лагерь прибежит, вот и всё, — ответил я с абсолютно невозмутимым лицом. — Гадюка проиграла, вот ей обидно и стало.

— Ничего подобного! — возмутилась девушка, но объяснять, что именно случилось, не стала, ограничившись обещающим мне жестокую мстю взглядом.

Обезьяна подозрительно хмыкнул, а Шифу предпочёл сделать глоток чая и не развивать тему, за что я был ему искренне благодарен.

— После завтрака отправимся в Столицу, — произнёс он, убирая чашку. — Медитации подождут, печать мы укрепили, так что здесь нас больше ничего не держит.

И в этот момент над лагерем раздался торопливый хлопок крыльев.

С неба, едва не зацепив ветку ближайшего дерева, спустился Зэнг — старый знакомый Шифу и дворцовый посыльный с родословной гуся. Вид у него был весьма потрёпанный, а в руке он сжимал тубус, который чуть не выронил при посадке.

— Мастер Шифу! Мастер Шифу, беда!

— Что случилось? — Старик поднялся ему навстречу, и Зэнг, пытаясь отдышаться, поспешно протянул послание.

— Пираты! На прибрежные деревни возле Гунменя напали неизвестные! У них странное оружие, они забирают весь металл, который находят, а Совет Мастеров не может их выследить! — Зэнг сглотнул, прижимая ладонь к груди. — Мастеров слишком мало, нападения происходят в разных местах, а солдаты не справляются. Из Гунменя просят помощи Нефритового Дворца, пока всё не зашло слишком далеко!

Шифу вскрыл тубус и развернул свиток, внимательно прочитал, после чего передал его Тигрице, которая тут же нахмурилась. Судя по выражению её лица, посыльный не преувеличил и у Совета Мастеров действительно всё хреново.

— Гунмень на востоке, а Столица на севере, — пробормотал старик.

— Деревням тоже нужно помочь, — подал голос По, посмотрев на Гадюку. — Я понимаю, что мы собирались к твоему отцу, но там же люди…

— И ждать, пока мы разберёмся с пиратами, Тени не будут, — мрачно заметил Богомол. — Может, разделимся?

— В Столицу нельзя отправлять кого-то наугад, — покачал головой Шифу. — Я пока не знаю ни обвинений, ни того, насколько далеко зашёл допрос. Если Император решит задержать и тех, кто явится просить за главу рода Лянь, у них должна быть возможность уйти.

— Мастер, у меня есть предложение, — произнёс я, поднимаясь с бревна. — Напишите письмо Императору и скрепите его своей печатью, а мы с Гадюкой доставим его в Столицу. Вы с остальными и По отправитесь в Гунмень, поможете Совету Мастеров — там ведь важно не только победить в одном бою, но и защитить несколько деревень сразу, так что лишние руки точно пригодятся.

— А если Кровавый Император решит опять оправдать своё прозвище? — спросил Ву Конг. — Тай Лунг, ты, конечно, крут, но там ведь целая армия! Если всё пойдёт не по плану…

— Значит, не будем сражаться со всей армией посреди столицы, — ответил я. — До разговора с Императором ещё нужно разобраться, где держат её отца и что ему предъявляют.

— Но тебя самого могут попытаться схватить, — заметила Тигрица, явно не желавшая отпускать подругу с одним сопровождающим.

— Попытаться могут, — согласился я. — Только удержать будет сложнее, чем поймать её одну. Если же мы всей толпой сначала пойдём в Гунмень, можем не успеть к отцу Гадюки, а если направимся в Столицу, побережье останется без нашей помощи. Разделиться всё равно придётся.

Шифу задумчиво посмотрел на меня, потом на Цин, которая до сих пор сидела рядом с Тигрицей, сжимая на коленях письмо.

— Ты согласна отправиться с Тай Лунгом?

— Да, мастер, — сразу ответила она и, помедлив, добавила: — Спасибо.

— Хорошо, — кивнул старик. — Я напишу прошение об освобождении твоего отца под поручительство Нефритового Дворца и потребую сообщить, в чём его обвиняют. До выяснения обстоятельств никаких жестоких допросов быть не должно. — Он повернулся ко мне. — Постарайся, чтобы до крови не дошло.

— Я тоже предпочёл бы договориться, — ответил я. — К тому же через Лин я уже передал просьбу о помиловании, не хочется начинать знакомство с Императором с новой резни.

Шифу достал письменные принадлежности и чистый свиток, устроился возле одного из плоских камней и быстро написал послание, после чего поставил печать Нефритового Дворца. Пока чернила подсыхали, Тигрица распределила между ребятами оставшиеся вещи, а По принялся сворачивать свою палатку, постоянно запутываясь в растяжках.

— Передай это Императору Сюэ Лонгу, — произнёс старик, убирая письмо в тубус. — Здесь моё официальное поручительство. Твоё имя я тоже указал, чтобы у дворцовой стражи не возникло сомнений, от чьего лица ты прибыл.

— Принято, — кивнул я и убрал тубус в дорожную сумку.

Вскоре лагерь перестал существовать, а мешки с вещами снова оказались у нас за спинами, только теперь часть припасов переложили нам с Гадюкой. Зэнг, немного отдохнув и позавтракав, получил указания для тех, кто оставался во Дворце, а Шифу подошёл ко мне и протянул увесистый кошелёк вместе со сложенной картой.

— Деньги в дорогу. Здесь отмечены основные пути к Столице, — пояснил он, после чего посмотрел на стоящую возле Тигрицы Цин. — Береги её. И себя, я не хочу снова потерять сына.

— Не волнуйся, Шифу, — усмехнулся я, убирая карту. — Вернёмся с победой.

— Вернитесь, — кивнул Шифу, однако на моё подмигивание всё-таки улыбнулся.

— Гадюка, прошу тебя, будь осторожна, — тем временем Тигрица обняла подругу. — И приглядывай за ним.

— Обязательно, — нервно улыбнулась Цин, после чего сама крепче обняла рыжую. — И вы тоже будьте аккуратны, пожалуйста.

Перекинувшись парой слов с остальными, я закинул сумку на плечо и дождался Гадюку, которая ещё раз оглянулась на друзей. Шифу с ребятами предстояло идти на восток, к морю, а нам — повернуть на север, к Столице.

Солнце уже поднималось над горами, освещая оставленную нами стоянку, и, посмотрев на удаляющиеся фигуры, я невольно улыбнулся. Вот уж не думал, что после всего случившегося снова смогу обрести семью, а теперь рядом шагала девушка, отца которой я собирался вытаскивать из императорских застенков, и это казалось совершенно естественным.

Ладно, предаваться размышлениям будем по дороге, до Столицы ещё добраться нужно. Я дал слово помочь Цин и отступать от него не собирался.

Конец Первого Тома.

Безмерная благодарность "KRISTALL Zero" за подписку уровня «Адам»

Огромная благодарность "Квай" за подписку уровня «Падший Серафим»

Большое спасибо "Blazingeagle321", "Фамилия Бал, зовут Матье", "menkozio", "Воланд", "Анордрейк" и "Юрий" за подписку уровня «Смертный Грех»