К барьеру центрального контура московского Очага мы подходили с опаской. Плотность врагов, обшаривающих окрестности, возрастала с каждым километром. Вурдалаки, словно муравьи, тащили в сторону Очага всё, что хоть теоретически можно определить как ресурсы. Разбитые телевизоры и мониторы, проржавелую арматуру с кусками бетона, старые трубы, чугунные ванны, даже выдранные с корнем движки машин. Для обеспечения своей армии всем необходимым гибриду нужно очень много самых разнообразных ресурсов. Ну и про органику твари не забывали. Если какое зверьё или слабая нечисть из щели вылезет, то на них тут же со всех сторон твари кидаются.

В драку мы пока не лезли, успеем ещё повоевать. Сперва надо разобраться, что вообще происходит в Очаге, выработать тактику и уже потом начинать действовать.

— Очаг быстро растёт, — глядя на прозрачную плёнку барьера, сообщила по мыслеречи Кара. — Я помню времена, когда МКАД был границей внешнего контура. Сейчас же мы ещё только на подходе и уже упёрлись в барьер с центральным. По последним данным агента Ковчега, ещё месяц назад граница находилась в двух сотнях метров от этой точки. Если так пойдёт и дальше, то менее чем через год московский Очаг сольётся с соседними и волной тварей может снести несколько крупных поселений.

— Не сольётся, — пообещал я и покрепче сжал руку девушки. — Мы этого не допустим.

Шаг — и привычная духота внешнего контура Очага сменилась на жар центрального, и нам пришлось усилить охлаждение доспехов. А ещё я почувствовал мощь Очага. Даже у самого барьера энергетика контура оказалась намного выше, чем в ранее уничтоженном Очаге. Что же нас ждёт в эпицентре? Впрочем, до этого пока далеко, нам бы с центральным контуром для начала разобраться, да к третьему транспортному кольцу выйти. Ведь именно в том районе располагается мой дом, куда я так стремлюсь добраться.

— Как-то странно было передвигаться по внешнему контуру, — в ожидании, когда я подниму дрона повыше и сориентируюсь на местности, проговорила Кара. — Обычная нечисть практически исчезла. Да и мутов очень мало. Вурдалаки, словно саранча, пожирают всё, до чего могут дотянуться.

— Есть такое, — не отвлекаясь от работы с планшетом, куда дрон выводил картинку с обзорных камер, ответил я. — Как там твоя зверюга поживает?

— С Церби всё в порядке, — после небольшой паузы ответила Кара. — Она ещё пока во внешнем контуре. Прячется внутри зданий и охотится на небольшие группы вурдалаков. Артефакт маскировки ей очень в этом помогает.

— Ты научила её активировать артефакты? — удивился я. — И когда успела?

— Пришлось работать на ходу, — поморщилась девушка. — И не надо меня сейчас отчитывать за ослабление бдительности, — правильно считав мои намерения, добавила Кара, — ты постоянно сканировал округу, и я краем глаз следила за обстановкой. Скажи лучше, ты считаешь, что гибрид засел в центральном контуре?

— Это наиболее логичный шаг с его стороны, — хмыкнул про себя я и не стал развивать тему. — В качестве основной базы центральный контур подходит идеально. Вряд ли у врага имеется одна база, — тут же поправился я. — Скорее речь идёт о нескольких базах, где были построены биореакторы и куда со всей округи вурдалаки стаскивают добытые ресурсы с органикой. И вот в такой центр я и предлагаю наведаться по пути к правительственному бункеру. Наверняка сможем узнать много всего интересного.

— Почему не во внутреннем? — спросила Кара. — Энергетика там гораздо мощнее, да и ресурсов, заряженных силой эттерниума, встречается намного больше. Уверена, они нужны гибриду не меньше, чем ресурсы техногенного происхождения.

— Не потянут вурдалаки против обитающей во внутреннем контуре нечисти, — озвучил свои мысли я. — Вернее, потянут, конечно, но потери будут огромные. Если разменивать полтысячи вурдалаков на каждого цербера или пегаса, то никаких ресурсов не хватит, а плодится нечисть быстро.

— А где ей плодиться, если центральный и внешний контуры оккупированы вурдалаками? — парировала Кара.

— Ну, допустим, про обстановку в центральном мы толком ещё ничего не знаем, — ответил я. — Но здравое зерно в твоих рассуждениях определённо есть. Если заблокировать нечисти доступ в менее агрессивные энергетические контуры и тем самым снизить рождаемость, а параллельно уменьшать поголовье сильных монстров, то рано или поздно можно повыбивать всю нечисть. Но я сильно сомневаюсь, что гибрид смог перекрыть контуры на всем протяжении. Слишком много надо для этого вурдалаков. Какой-то участок, например наше юго-западное направление, — возможно, но что сейчас творится с противоположной стороны МКАДа, мы не знаем. Тут более логично работать над созданием сопоставимых по возможностям с пегасами и гидрами элитных особей, которые станут выступать в роли таранов и живых щитов для более уязвимых видов.

— Хм, — неоднозначно ответила Кара, не найдя разумных аргументов, чтобы возразить.

— Поток вурдалаков смещается на северо-запад, — проанализировав данные с дрона, выдала вердикт Ада. — А вообще, Безб, ты и сам мог бы это понять по направлению ментальных нитей.

— Наложи вектор на карту, — проигнорировав упрёк виртуальной занозы, приказал я, и у меня перед глазами появилась прямая линия, указывающая примерное направление движения основного потока вурдалаков. — Битцевский лес, — мысленно произнёс я. — Спорим, один из биореакторов находится там?

— Если я что и уяснила после знакомства с тобой, Безб, так это — ни в коем случае не заключать с тобой пари, — с явной ехидцей в голосе ответила Кара. — Так что я пас.

— Эх, вот и как мне прикажешь в таких условиях выиграть у тебя желание? — нарочито грустным тоном проговорил я.

— И чего это эдакого ты, интересно, хочешь пожелать? — начала было Кара, но потом в моей голове замелькали образы её обнажённого тела, лишь частично прикрытые бронёй паладина, и она не стала развивать свою мысль. — Пошляк, — буркнула Кара, а потом добавила, намного тише: — Ладно, я согласна.

Удержать вырывающийся из глубины души смех, мне удалось с большим трудом. Махнув своей половинке, мол, продолжаем движение, я активировал антигравитационный артефакт и, перемахнув через перекрывающие дорогу нагромождения частично обрушившегося здания, в лёгком темпе побежал вперёд.

А вообще Москва выглядит ужасно. Насмотрелись мы на разрушения, пока пробирались вслед за вурдалаками по внутреннему контуру. Окраинам в своё время досталось гораздо больше, чем центральным районам. Военные в попытках остановить стремительно разбегающихся и уничтожающих всё на своём пути демонов не жалели патронов и ракет, отсюда и вполне закономерный результат. Ситуация немного устаканилась, только когда начала отказывать техника. Так что находки типа искорёженных остовов вертолётов, обломков истребителей или застывших на месте танков — чуть ли не рядовое дело для старых Очагов.

На окраину леса вышли довольно быстро. Мы двигались вслед за вурдалаками по Варшавскому шоссе, а в этом районе обширный лесной массив начинается практически у самого МКАДа. Некогда ухоженный парк под воздействием энергетики центрального контура должен был превратиться в дремучий, труднопроходимый лес, но действительность оказалась куда печальнее.

— Как говорится, пришёл, увидел, охренел, — обратился я к Каре по мыслеречи.

Вурдалаки оказались чуть ли не самыми милыми порождениями больной фантазии гибрида. Лес, если голые древесные столбы, лишённые коры и веток, можно называть этим словом, заполонили тысячи мелких насекомоподобных монстриков, которые, словно роботы-пылесосы, пожирали быстро растущую под влиянием энергетики центрального контура растительность.

Зелень оставалась лишь на самых вершинах деревьев, ветви которых переплетались между собой и создавали некое подобие крыши, которая полностью блокирует солнечный свет. Видать, твари не очень его любят и предпочитают полумрак, поэтому и создали себе благоприятные для существования условия. Поэтому-то, когда дрон осматривал местность с высоты, меня ничего и не насторожило. Ну зеленеет парк неподалёку, да и ладно, ничего необычного. Сейчас же, когда мы стоим рядом с таким необычным лесом, по телу невольно пробегает толпа мурашек.

— Вот тут я с тобой полностью согласна, Безб, — ответила Кара, и я почувствовал, как в её душе закипает ярость. — Выжечь бы всю эту погань. Может, вместе огненным дождём жахнем?

— Эта мысль мне определённо нравится, но пока рано, — с нескрываемым сожалением ответил я. — Мы не с безмозглыми тварями дело имеем. Если сейчас поддаться эмоциям и спалить к чертям этот гадюшник, то гибрид обязательно насторожится, и подобраться к нему станет на порядок сложнее. Поэтому вначале разведка, а всё остальное уже потом.

Как оказалось, уродливые насекомыши были всего лишь цветочками. Ягодки начались чуть позже. Здоровенные гориллоподобные твари, закованные в толстенные доспехи, с увесистыми шипастыми дубинами, реально впечатляли. Настоящие живые танки, да ещё и усиленные эттерниумом. Такие с одного удара способны переломать человеческое тело до состояния фарша. Ну прям мифические Толкиновские тролли.

— Я чувствую в них силу, — послышался голос Кары.

— Да, я тоже, — ответил я. — Скорее всего, в тело интегрированы гемы. Запускаю сканирующий вирус. Вскоре мы узнаем, чего можно от них ожидать.

— Обратите внимание на левую конечность, — вклинилась в наш разговор Ада. — Ничего не замечаете?

— Металл перчатки отличается от остального доспеха, — немного подумав, ответил я. — Это что, мифрил? — вдруг вспыхнула в голове неприятная мысль.

— Да, Безб, — подтвердила мои худшие опасения Ада.

— Но если гибрид пошёл на такие траты ценных ресурсов, это означает, что…

— Что эти твари могут пользоваться силой, — закончила вместо меня Кара.

— Артефактами, — поправила девушку Ада. — Наиболее вероятно, что гибрид научил некоторых своих бойцов активировать простые конструкты собственного изготовления. Например, энергетический щит или воздушное лезвие.

— Хреново, если так, — буркнул я. — Причём я подозреваю, что это не последний неприятный сюрприз на сегодняшний день.

И ведь как в воду глядел. Чем ближе мы приближались к центру парка, тем тревожнее становилось на душе. Под кронами деревьев скрывался целый город. Вурдалаки квартировались в небольших хижинках, построенных из какой-то вязкой серой субстанции, наподобие паучьих коконов. Эти коконы облепляли голые стволы деревьев словно раковые опухоли. Вурдалаки набивались в такие коконы десятками.

Гориллоподобные твари, которых для простоты я решил называть для себя троллями, из-за своей массы селились на земле, в индивидуальных хибарах, построенных всё из той же непонятной серой субстанции. Я даже образец себе незаметно срезал и проанализировать его Аду попросил. Результат удивил. Это что-то вроде паутины, только гораздо прочнее. Субстанцию вырабатывают насекомыши. Это продукт их пищеварения. Они же потом и строят жилища для всех остальных.

Под самыми кронами деревьев мы обнаружили местную элиту — упырей. Их было гораздо меньше, чем остальных тварей, но от каждого тянулись сотни или даже тысячи ментальных нитей к разным монстрам. Упыри координировали действия этого единого роя.

— Я уже не так уверен, что смогу ограничиться лишь разведкой, — скрежетнув зубами от злости, мысленно проговорил я. — Руки так и чешутся выжечь этот гнойник. И это мы ещё не видели, что творится рядом с этим биореактором, куда вурдалаки тащат органику.

Теперь уже настал черёд Кары меня успокаивать. Девушка окатила меня волной своей тёплой энергетики, и сразу стало легче дышать. С души как будто огромный камень свалился.

— Фуух, отпустило, спасибо, — поблагодарил свою половинку я.

— Обращайся, Безб, — раздался в голове весёлый голос Кары. — Готов идти дальше? Времени до наступления темноты осталось не так уж и много.

— Идём, — кивнул я.

С каждой минутой пути плотность застройки и концентрация шныряющих повсюду тварей возрастали. Риск случайно столкнуться с неожиданно выскочившим из очередного узкого прохода вурдалаком неумолимо рос. Нам с Карой приходилось демонстрировать чудеса эквилибристики и постоянно быть начеку.

— Очередное подземелье? Серьёзно? — не смогла сдержать обречённого стона Кара, когда мы всё же добрались до нужной точки и стали свидетелями того, как вурдалаки затаскивают добытое в городе добро в десятки крупных нор, уходящих под небольшим углом куда-то под землю.

— Нам незачем лезть туда обоим, — ответил я. — Плотность тварей слишком высока, я могу задействовать иллюзию и пройти вместе с толпой. А ты оставайся на поверхности. Подстрахуешь, если что-то пойдёт не по плану. Воняет там, наверное, адски, — подлил я масла в огонь, чтобы склонить Кару к нужному мне решению.

— Ты прав, не хочу я лезть в этот клоповник, — зло произнесла Кара. — Разве что с огнемётом в руках. Тут и на поверхности-то пахнет далеко не розами, а уж что творится в замкнутом пространстве — не хочется и думать. Неделю потом не отмоюсь.

— Оставайся снаружи и бди, — резюмировал я. — Но огнемёт держи наготове, мало ли что.

Кара оценила шутку нервным смешком. Понимает, что риск нарваться на неприятности у меня довольно высок. Хрен его знает, как глубоко гибрид спрятал свой биореактор. Засекут меня твари по каким-нибудь признакам, и придётся с боем пробиваться на поверхность по узким тоннелям. Ладно, нечего рефлексировать, надо сделать дело и убираться из этого проклятого места. Надо бы телепортацией обзавестись. Наверняка ведь существует такая возможность.

— Задачу поняла, Безб, — отрапортовала Ада, считав мои мысли. — Быстрый результат не гарантирую, но ты прав, такая возможность действительно существует.

Хмыкнув про себя, изменил полярность излучений изменённых клеток эпидермиса, и вместо стелс-поля они начали генерировать иллюзию. Такая фишка у моей первой генетической модификации появилась совсем недавно, но Ада гарантировала, что на текущем уровне развития эттерона стабильность маскировки будет высокой и не нарушится даже при столкновении с различными предметами.

Появление рядом с норой ещё одного вурдалака никого особо не заинтересовало, так что я для пущей достоверности извлёк из инвентаря несколько брусков металла и, вклинившись в поток тварей, без колебаний зашагал вперёд. Как и ожидалось, в нос сразу ударила дикая вонь, так что Ада по моей просьбе сильно притупила обоняние. Стало заметно легче, но полностью избавиться от неприятных миазмов не получилось, а применять заклинание я побоялся.

Двигаться в темноте в окружении сотен кровожадных тварей, постоянно издающих разнообразные жутковатые звуки, было чертовски некомфортно. Хорошо ещё, прокачанное восприятие помогало нормально ориентировать в полном мраке. Чтобы как-то меня успокоить, Ада вывела перед глазами карту и постоянно транслировала уровень погружения под землю. Легче от осознания, что с каждой минутой забираешься всё глубже и глубже, не становилось, но появлялась хоть какая-то иллюзия контроля над ситуацией.

По мере движения от магистрального, более широкого лаза отпочковывались более мелкие ответвления, откуда доносились мерзкие звуки. Пожалуй, я не хочу знать, чем там занимаются эти твари. Надеюсь, что не размножаются. В общем, ощущение, что я нахожусь в здоровенном муравейнике, не покидало меня ни на минуту.

На глубине пятидесяти метров магистральный тоннель разделился на два одинаковых по диаметру лаза. В левый шли вурдалаки с органикой, в правый — те, что тащили металл и другие ресурсы. Быстренько накинув на бруски иллюзию части туши мута, нырнул в левый ход. Стало немного посвободнее, но всё равно плотность потока осталась довольно высокой за счёт тварей, что шли в обратном направлении.

Спустя ещё десять минут и очередные пятьдесят метров погружения под землю я дошёл.

— Ну ни хрена же себе, — чуть было не сорвалось с моих губ. — Сходил, называется, за хлебушком. И как теперь это развидеть?

Картину, представшую передо мной, можно охарактеризовать одним ёмким словом: наиотвратнейшая. Огромный зал, ряды каменных чаш, установленных на разных уровнях и соединённых между собой каменными желобками, с вмурованными в стенки гемами, в которых булькает биомасса. Запах — чудовищный, но не это самое мерзкое. Рядом с последней в ряду чашей, куда постепенно перетекает вся собираемая вурдалаками органика, находится очень странное существо, которое слой за слоем наращивает эту биомассу на слабо шевелящиеся человеческие тела, с которых предварительно содрали кожу.

— Что там? — не выдержав, нарушила режим тишины Кара.

— Не могу говорить, меня щас вырвет от омерзения, — признался я, — давай как-нибудь потом.

У первого чана, куда твари сбрасывали органику, образовалась очередь, так что пришлось мне стать невольным свидетелем отвратнейшего процесса рождения новой твари. Существо, словно скульптор, вылепляло из прошедшей специальную, последовательную обработку и накачку эттерниумом биомассы новую кожу. В данном конкретном случае — вурдалака, но я практически не сомневался, что таким же способом появляются на свет в других подобных залах и тролли, только биомассы на них уходит гораздо больше. Причём я отчётливо видел свечение гемов на теле этого существа. То есть оно явно пользовалось силой.

— Будут какие-нибудь комментарии? — обратившись к хранящей молчание Аде, спросил я. — Как оно это делает? Оно ведь использует силу.

— А ты посмотри на его мозг, — посоветовала виртуальная ассистентка.

— Далековато, — пожаловался я. — А усиливать ментальные способности за счёт эттерниумного напыления костей сейчас слишком рискованно. Схлопочу откат — и останусь навсегда в этих пропахших трупным смрадом катакомбах.

— Ладно уж, слушайте, — сжалилась Ада и начала говорить: — В общем, перед нами паладин.

— Что? — выпалила ошарашенная от таких новостей Кара.

— Не перебивай, — не свойственным ей, серьёзным тоном попросила Ада. — Я использовала термин паладин как наиболее понятный гражданам Ковчега. Вряд ли это паладин, скорее всего, это существо когда-то было магом московской империи. Так понятнее?

— Прости, продолжай, — смущённо ответила Кара.

— В общем, гибрид пытками довёл этого человека до безумия, а потом воздействовал ментально на его мозг и превратил в свою послушную марионетку, — ошарашила нас Ада. — Я почти не ощущаю в этом создании души. Называть ЭТО человеком уже нельзя. Там практически пустая оболочка, которую запрограммировали выполнять определённые действия. Если говорить проще, то перед нами биоробот, который отчасти сохранил возможность пользоваться силой эттерниума.

— Ужас какой, — после возникшей паузы проговорила Кара.

— Поэтому эттернианцы и ввели запрет на подобного роди эксперименты, — с болью в голосе проговорила Ада. — Природа никогда бы не создала подобное. Законы эволюции работают иначе. Гибрида необходимо уничтожить, а потом и все его отродья сжечь, пока они не распространились по всему миру и не научились воспроизводить самих себя.

— У него ведь должна быть прямая связь с гибридом, — произнёс я задумчивым тоном.

— Даже не думай, Безб, ты не готов к ментальным воздействиям такой интенсивности, — предостерегла меня Кара.

— Другого способа быстро вычислить местоположение основной базы врага нет, — ответил я. — Мы можем неделями отслеживать передвижения вурдалаков и всё равно не добиться нужного результата. Так что рисковать придётся в любом случае. Неделей раньше, неделей позже, суть от этого сильно не изменится.

— Не скажи, — возразила Ада. — За пару недель ты можешь значительно усилить свои ментальные возможности, если не будешь филонить и следовать моим рекомендациям. Кара права, ты пока не готов. Ты с упырём еле справился, а это существо на порядок сильнее. Боюсь, что, даже задействовав усиление, ты ничего не добьёшься, тогда как риск, что тебя обнаружат, огромен.

— Ладно, — был вынужден сдаться под общим напором я. — Прогуляюсь во второе ответвление и выхожу.

Неожиданно у меня в голове родилась коварная идея. Ну как можно уйти и не сделать врагу гадость? Единственный момент: надо провернуть всё так, чтобы со стороны диверсия выглядела случайностью. Да и начинать лучше, когда я покину узкие тоннели. Наверняка ведь забегают твари после диверсии, и начнётся дикая давка и сутолока.

— Ада, можешь сварганить какой-нибудь вирус, который сожрёт всю эту смердящую массу? — обратился к ассистентке я.

— Вирус тут не поможет, Безб, — задумчивым тоном ответила искин. — Вирус живёт и размножается в живом организме носителя. Зато питающаяся определённым субстратом бактерия может решить проблему. На коленке такой сложный организм не создашь. Слишком много всего надо учесть. А то выпустим на волю бактерию и вдобавок ко всем проблемам людей ещё и какой-нибудь зомби-апокалипсис спровоцируем. Так что возьми-ка ты образцы биомассы из каждой ёмкости, а уже над конструкцией микроорганизма будем думать в спокойной обстановке. Но за идею ставлю тебе пятёрку. Если заразить все биореакторы гибрида одновременно, то можно надолго лишить врага возможности восполнять павших бойцов. Нам всё равно сюда возвращаться, так что в спешке на данный момент нет никакой необходимости. Только запороть дело можем, если враг почувствует неладное.

Пришлось смириться с мыслью, что прямо сейчас никаких диверсий устраивать нельзя, и ограничиться лишь сбором разведданных. Ну и пробы из резервуаров, по совету Ады, я, само собой, взял. Как окажемся в более спокойной обстановке, проведём их анализ и начнём работу над созданием микроорганизма.

Второй тоннель привёл меня в некое подобие кузницы, где такое же существо с искалеченной и практически уничтоженной душой занималось извлечением из притащенного вурдалаками хлама нужных элементов и последующей выплавкой снаряжения для армии гибрида. Ада подобрала очень точную формулировку. Раб гибрида выполнял все движения монотонно и чётко и действительно напоминал робота. В общем, долго там задерживаться я не стал и поспешил выбраться наружу. Хватит с меня на сегодня приключений. Нормально есть после всего увиденного, наверное, неделю не смогу.

Добраться засветло до моей квартиры я не рассчитывал. Причём далеко не факт, что и всего завтрашнего дня нам хватит. По меркам времени моего детства, родители были людьми, мягко сказать, не бедными. Отец работал в директорате крупной корпорации, а мама служила в театре. Соответственно, и жили мы в хорошем районе, в большой трёхкомнатной квартире недалеко от метро Шаболовская.

В тот злосчастный день, когда толпы нечисти попёрли из-под земли, мы всей семьёй отправились погулять в парк Зарядье. Самый, блин, эпицентр Прорыва, вот ведь свезло так свезло. Все, кто был в курсе моей истории, потом не могли поверить, что мне удалось выжить при таких стартовых позициях. Ну а я, естественно, никому не рассказывал про красный гем, благодаря которому и выбрался из той мясорубки.

Сейчас мой дом должен находиться ещё во внутреннем контуре Очага. По моим подсчётам, эпицентр если и вышел за пределы Садового кольца, то не так уж и далеко, так что местоположение моей квартиры очень удобное. Оттуда можно делать разведывательные вылазки в эпицентр, и до одного из входов в правительственную сеть подземных убежищ рукой подать.

По информации Патриарха, никто не стал изобретать велосипед, и для обеспечения безопасности первых лиц государства за основу была взята сеть подземных укреплений, построенных ещё во времена Второй мировой войны. Значительно позже некоторые элементы этой сети, например, хорошо известный бункер Сталина, законсервировали и стали использовать как туристический объект, но он никогда не переставал быть частью стратегически важной сети. Просто все проходы, соединяющие бункер с магистральными тоннелями, были аккуратно замаскированы под стены. Но при необходимости через эти проходы можно было эвакуировать первых лиц государства.

Таких точек входа, о которых было известно узкому кругу лиц, по всей Москве довольно много. Если возникнет нужда, то кремлёвских чиновников можно было вывести из-под удара по секретным тоннелям до линии метрополитена, а потом переместить в специально подготовленные точки эвакуации на поверхности в десятках километров от Кремля. И одна из таких точек располагается не так уж и далеко от моей квартиры, в так называемом бункере 703, превращённом в музей.

Но прежде нам придётся чуть ли не пол-Москвы пересечь, и я уверен, что это будет не такая уж и лёгкая прогулочка. Это во внешнем контуре Очага вурдалаки чувствуют себя более или менее комфортно и повыбивали кучу зверья, а в центральном и внутреннем властвует нечисть, очень сильная нечисть. Не просто же так в этом лесу находится столько троллей. Не стал бы гибрид держать рядом с безопасным местом такую армию.

Мы с Карой решили, что быстрее всего будет пройти Битцевский лес насквозь и выйти на пересечении Балаклавского и Севастопольского проспектов. В этом случае по прямому, словно стрела, Севастопольскому проспекту можно будет до самого Третьего транспортного кольца добраться, а там и до моей квартиру рукой подать, но реальность внесла свои коррективы.

Уже при подходе к северной границе леса ландшафт местности начал меняться, а концентрация отродий гибрида заметно возросла. В конечном итоге мы не дошли до Балаклавского проспекта метров пятьсот и упёрлись в стену, построенную всё из той же неприятной субстанции, которая толстым слоем была намотана между деревьями. Сама по себе стена непреодолимой преградой для нас не являлась, а вот сильнейший запах серы и звуки грызни меня напрягли.

— Да у них тут настоящая война с нечистью идёт, — хмыкнул я, когда мы перемахнули через стену при помощи антигравитационного артефакта и зависли на открытой местности в пяти метрах над землёй.

Свободное пространство между стеной и дорогой было в буквальном смысле перепахано, словно тут происходила ковровая бомбардировка. В районе шоссе парочка троллей при поддержке полсотни вурдалаков азартно гоняла пяток младших демонов. Разорванные туши стаи адских гончих во главе с молодым цербером, с которыми пришли демоны, валялись метрах в ста от основного места событий.

Один из демонов взревел, а потом в тролля полетел огненный шар. По всем понятиям тут твари должен был прийти конец, но тролль смог нас удивить. Выставив перед собой левую конечность, он активировал энергетический щит. Площадь покрытия оказалась не очень большой, в районе пары метров, но со своей задачей заклинание справилось. Огненный шар врезался в выставленную защиту, окатил тролля волной жара, но не причинил особого вреда.

Воспользовавшись замешательством демонов, второй тролль совершил гигантский прыжок и со всей дури вдарил шипастой булавой по голове демона. Монструозное оружие раскрошило череп, и демон без единого звука завалился на землю. Мгновенная смерть. Оставшиеся монстры попытались было отступить, но вурдалаки обступили их со всех сторон и не дали такой возможности. Пара минут — и бой был окончен полной победой порождений гибрида.

— Они применяют тактические приёмы, — озвучила очевидный факт Кара. — Это уже не звериные инстинкты, твари обладают зачатками интеллекта.

— Либо ими управляет кто-то с зачатками интеллекта, — хмыкнул я, проследив, как от группы отродий тянутся ментальные нити в сторону леса. — В кроне засел упырь. Он и руководил боем. Знаешь, что мне это всё напоминает?

— Что? — заинтересованно спросила Кара.

— В РПГ-играх есть класс мага — некромант, который способен призывать себе в помощь разнообразную нежить. Сами по себе такие монстры тупы и, как правило, не представляют серьёзной опасности, но когда ими управляет умелый оператор, превращаются в весьма грозную силу. Тут мы наблюдаем схожую картину. Вспомни нападение на заставу Ковчега. Как только мы выбили упыря, вурдалаки стали действовать на порядок хуже, и мы быстро их уничтожили. Поэтому-то у упырей такая хорошая маскировка. Упырей гораздо меньше, и в случае возникновения проблем они должны покинуть место боя и вернуться на базу, чтобы получить новое задание.

— Да, определённое сходство есть, — признала Кара. — В этом их слабость. Если перебить операторов, то основные войска станут дезорганизованными. Интересно, что произойдёт, если уничтожить верхушку этой пирамиды — гибрида? Скорее всего, это именно он ставит задачи упырям.

— Он, больше некому, — подтвердил я. — У него должен быть предел одномоментного контроля над своими отродьями. Поэтому-то ему и пришлось заморачиваться с посредниками. Гораздо проще перераспределить нагрузку и командовать только упырями, а не десятками тысяч низовых особей. Ладно, нам надо отойти подальше от леса и найти себе укрытие на ночь.

Большинство прилегающих к окраине Битцевского леса кварталов были полностью разграблены. Вурдалаки вынесли всё мало-мальски ценное. Мы было сунулись в дома, но там, кроме гор мусора, уничтоженной мебели и битого стекла, не нашлось ни одной пустой квартиры. Пришлось всё же выбираться на забитый раскуроченными машинами Севастопольский проспект и уходить на добрые два километра.

Серой воняло адски. Мой сенс-радар постоянно выдавал десятки засветок. Разнообразная нечисть то и дело мелькала в поле зрения. Без стелса прожить в центральном контуре просто невозможно. Огромный мегаполис набит тварями под самую завязку. Единственное, что радует, — две противоборствующие группировки с остервенением рвут глотки друг другу, и именно поэтому гибрид пока не может выделить много сил на экспансию за пределы Очага.

Относительно целую панельную многоэтажку отыскали уже в темноте, когда ушли с проспекта и углубились во дворы. Нечисть и мутировавшее зверьё, которого в московском очаге тоже довольно много, не любит селиться высоко, а вурдалаки сюда добраться не смогли. Вот и вскрыли мы одну приглянувшуюся квартирку на тридцать пятом этаже.

— Если бы не два скелета в спальне, обстановку можно было бы назвать милой, — выдала свой вердикт Кара. — Матрас непригоден для отдыха, — брезгливо добавила она.

— Нам сгодится и диван, — пожав плечами, ответил я. — Свяжись с отцом и расскажи о ситуации, а я пока приведу эту квартиру в приемлемый вид.

— Начни вон с того кресла, — стягивая с головы шлем, попросила Кара. — Ноги гудят. Хочу упасть и не шевелиться несколько часов.

— Да не вопрос, — улыбнулся я и, направив в сторону кресла руку, быстренько вытянул из него всю грязь и пыль.

Благодарно кивнув, Кара сбросила с себя доспех и с нескрываемым наслаждением плюхнулась в мягкое кресло. По отстранённому виду я сразу понял, что она активировала нейроклипсу и подала сигнал на установление связи с сопряжённым абонентом. Я бы мог подслушать её разговор, но не стал этого делать. Мы договорились уважать личное пространство друг друга и не злоупотреблять возможностями слушать мысли друг друга без необходимости. Всё равно Кара потом расскажет последние новости, а слушать их, лёжа в ванной с любимой девушкой, намного приятнее.

Процедура очистки перевалочной квартиры у меня отработана давно. Так что через двадцать минут приютившую нас квартиру было не узнать. Всё чисто и аккуратно, ни единой пылинки. Кости владельцев дезинтегрировал вместе с кроватью, а прах сложил в обнаруженную в квартире вазу. Никогда не понимал, почему раньше сосуд для праха умершего после кремации называли урной. Прах ведь не мусор. Ну да ладно. Хоронить кости в землю, как это принято в Ковчеге, у нас времени нет. Уверен, что, если прошерстить даже этот дом, обнаружится множество останков людей. Всех не похоронишь. А так хоть не будут разрушаться под действием времени.

— Безб, кажется, началось, — проговорила Кара настороженным голосом, когда я вернулся в гостиную. — Из Московской империи прибыл посыльный. Император Грегор выдвинул Ковчегу ультиматум.

— И что же это за ультиматум? — нахмурился я.

— Покоритесь или умрите, — сжав кулаки от ярости, ответила Кара. — Если через неделю от Ковчега не поступит ответ, начнётся война.

— Мы не успеем разобраться с московским Очагом за неделю, — нахмурился я. — Тут и нескольких месяцев может не хватить. Сама видела, сколько нечисти по улицам ходит. И это я про отродий гибрида не говорю.

— Знаю, Безб, — взяла меня за руку Кара, и по телу заструилось приятное тепло. — Ковчег выстоит. Обязан выстоять.

Ночь прошла относительно спокойно, но из-за эманаций тревоги, исходящих от Кары, сон получился рваным. Да и постоянная грызня нечисти на улице вперемешку с дикой вонью серы не давали покоя. Пришлось даже просить Аду решить эту проблему. В итоге в путь мы двинулись ещё в темноте, а настроение, что у меня, что у Кары, было подавленным. Кара переживала за судьбу Ковчега, которому грозит кровопролитная бойня с Московской империей, а в мою голову начали закрадываться тревожные мысли типа: ну и во что ты влез, Безб? Куда вам двоим против легиона нечисти, окопавшегося в московском Очаге, и тысяч отродий гибрида? О загадочных сателлитах врагов эттернианцев дэймосах и говорить нечего. Разве есть шанс справиться с настолько сильным врагом? Не разумнее ли убраться как можно дальше, зачистить себе какой-нибудь райский островок посреди океана и прожить свой век в комфорте, а дальше пусть всё летит в бездну?

— Ты долго собираешься сам себя грызть? — в какой-то момент не выдержала Ада. — Может, лучше делом займёшься? Ментальные навыки сами себя не прокачают. Учись управлять мелкими предметами на ходу.

Подействовало. Хандру как рукой сняло. Правильная в армии существует поговорка: хочешь отвлечь солдата от деструктивных мыслей — загрузи его работой. Когда напрягаешь все свои силы, чтобы оторвать от земли камень и при этом не потерять концентрацию, в то время как то и дело в поле зрения мелькают опаснейшие твари, на посторонние мысли времени не остаётся.

Идти приходилось медленно. Улицы мёртвого мегаполиса были ужасно захламлены, а в некоторых местах перепаханы взрывами. Кое-где после детонации ракет или бомб случились обвалы, и асфальт провалился, оголив подземные коммуникации. Ну и море растительности, облепившей здания и пробивающейся через асфальт, естественно. В общем, полный постапокалиптический хаос во всей красе. Не знаю, забирался ли кто-нибудь из людей так далеко вглубь московского Очага после Прорыва. Скорее всего, нет, разве что нынешний император Грегор, хотя сильно сомневаюсь, что он смог добраться до эпицентра и сразить архидемона. Скорее всего, ему просто повезло натолкнуться на труп архидемона, валяющийся где-то под завалами, ещё со времён Прорыва. Теперь, когда я своими глазами увидел сколько тварей шастает по московскому Очагу, то понимаю, самостоятельно сразить архидемона имперцы не могли.

Чем дальше мы заходили, тем отчётливее я понимал: не вывезем. В данный момент точно не вывезем. Мы ещё даже не во внутреннем контуре, а вступать в открытый бой уже нельзя — нечисть задавит массой, и какими бы возможностями мы ни обладали, нужны десятки, а лучше сотни людей с развитыми эттеронами и огромный запас эттерниума. Нам надо объединить усилия с Грегором, а не воевать.

Вот только иметь какие-либо дела с человеком, который творит лютую дичь, я не хочу от слова совсем. Ему нет веры. Он может подставить в самый ответственный момент, если посчитает это выгодным для себя. Именно Грегор создал проблему гибрида, а когда она вышла из-под его контроля, то навострил ласты, сметая всё и всех на своём пути.

Единственный вариант сохранить жизни бойцам Ковчега — это перенести агрессию Грегора на других. Например, погасить блокирующий перемещение имперцев на запад Очаг, и пусть там с прибалтами рубятся. Тоже не самый правильный вариант. Во-первых, не факт, что Грегор пойдёт на Речь Посполиту, он может собрать гемы из уничтоженного Очага и направить эту мощь против Ковчега. Ну а во-вторых, если имперцы получат по зубам, то потом прибалты придут уже в Ковчег. Не будет у них на пути, сдерживающего экспансию Очага.

Если уж говорить начистоту, то я тот ещё сухарь и не сильно буду переживать о потерях, но теперь я с Карой, которой не всё равно, и приходится брать этот факт в расчёт. На мой взгляд, наиболее разумным остаётся радикальный вариант, когда мы прикидываемся кем-то из высших аристократов империи и убиваем Грегора в честной дуэли.

— А что это изменит? — спросила Кара. По всей видимости, я слишком громко думал. — Останешься править империей вместо Грегора?

— Да делать мне больше нечего, — отмахнулся от такой перспективы я. — Это ж сплошной головняк. Сотни проблем надо решать каждый день.

— Тогда придётся в любом случае передать кому-то власть, — продолжила логическую цепочку рассуждений Кара. — Ставленника со стороны имперская элита не примет. Может, не сразу, но его убьют на дуэли. Значит, придётся возвысить кого-то из герцогов. Только где гарантия, что они не продолжат намеченный Грегором курс? Что, будешь убивать каждого неугодного правителя соседних стран? Пойми, Безб, любой президент, монарх или высший орган власти в какой-то момент станет неугодным, пойдёт вразрез с твоей волей и планами. Так было всегда, и это вряд ли когда-нибудь изменится. Если выкашивать всех подряд, то чем ты отличаешься от мясников прошлого? Воевать легко. Договариваться всегда сложнее.

— Хм, а вот это аргумент, — был вынужден признать я.

— У имперцев нет иных вариантов, кроме как уйти от московского Очага как можно дальше. Опустим тот момент, что они сами создали себе эту проблему. Наше направление при любом руководителе останется для них в приоритете.

— Не при любом, — возразил я. — Если мы уберём давление отродий гибрида на северные границы империи, нужда срываться с насиженных мест в преддверии осени и зимы у них отпадёт. Не самое это весёлое занятие — грязь месить и зад в окопах морозить, которые ещё вырыть надо.

— Да, это может дать отсрочку, но не думаю, что Грегор согласится без железобетонных оснований, — задумчивым тоном ответила Кара.

— Хм, а головы тех биороботов, которые клепают упырей и экипировку для гибрида, в качестве доказательств нашей силы и гарантий, что проблема будет решена, подойдут? — озвучил я неожиданно возникшую в голове мысль. — Нам ведь всё равно возвращаться к биореакторам, чтобы бактерию в них подсадить. Можем заодно и шороху там навести. Ну да, это осложнит охоту на гибрида, но если такой манёвр позволит предотвратить кровопролитие и сберечь тысячи жизней, то можно и поднапрячься.

— А это мысль, — воодушевлённым тоном ответила Кара. — Только вряд ли Грегора удовлетворят головы. Мы же, в теории, можем ему какую угодно голову подсунуть, но если мы доставим ему этих тварей живьём…

— И кто из нас после такого заявления безбашенный? — хмыкнул я. — Ты хоть представляешь, чего нам будет стоить такая операция? Гибрид находится со своими элитными крафтерами на постоянной связи. Заглушить сигнал я вряд ли смогу. На нас бросятся все твари, что окажутся поблизости.

— Кажется, вы с Адой обсуждали возможность телепортации? — сконфуженно почесав затылок, в несвойственной ей манере пропищала Кара.

— Большие расстояния пока вам точно не светят, — тут же отозвалась ассистентка. — Километр, максимум полтора. Да и то, перед перемещением надо будет установить специальное устройство в точке выхода.

— Лучше, чем ничего, — беспечно хмыкнул я. — По крайней мере это реальная возможность убедить Грегора не начинать войну. Давай свяжемся с Кириллом, посмотрим, что на это скажет Патриарх.

— Неожиданно, — выслушав нас, ответил отец Кары. — И какой же срок исполнения данного обещания я могу обозначить?

— Если особо не спешить и хорошо подготовиться к акции, то три недели — и мы доставим пленника к границе Московской империи, — после консультации с Адой ответил я. — Нам ведь ещё ситуацию в эпицентре надо разведать и кремлёвский бункер отыскать.

— Слишком долго. Грегор может посчитать, что мы просто тянем время, — выдержав небольшую паузу, задумчивым тоном произнёс Патриарх.

— Три недели, — стоял на своём я. — В качестве доказательств можете предоставить Грегору небольшой видеофрагмент, который я записал.

— Я постараюсь выбить вам как можно больше времени, Сергей. Но и вы не медлите, — подытожил Кирилл и завершил сеанс связи.

— Ускоряемся, — скомандовал я и перешёл на лёгкий бег.

К границе с внутренним контуром мы вышли через четыре часа. Приходилось соблюдать максимальную осторожность, потому как всё чаще на пути стали попадаться гидры, а эти твари, в теории, были способны пробить наш стелс. Всё же мощность модификации пока не гарантирует полную безопасность. Мне пришлось даже эттерниумовое напыление на костях активировать, чтобы усилить маскировочное поле.

— Придётся уходить под землю, — констатировал я. — Дальше двигаться по поверхности становится слишком опасно.

— Надеюсь, ты не заставишь меня вновь надевать костюм демона, — буркнула Кара.

— Незачем, — хмыкнул я в ответ, — твари такого уровня ориентируются не только на глаза. Если они пробьют стелс, то никакая маскировка уже не поможет.

— Почему ты считаешь, что в тоннелях метро нечисти меньше? — спросила Кара.

— А кто говорил о тоннелях метро? — деланно удивился я. — Или ты боишься запачкаться?

— Фу, Безб, — скривилась Кара, когда поняла, что я имею в виду городскую канализацию. — Давай лучше с боем будем прорываться.

— Да расслабься, там давно уже не воняет, — поспешил успокоить девушку я. — И грязи нет. Кхм, ну почти. Зато крупные твари туда точно не пролезут, а с мелкими мы справимся без особых проблем. Знала бы ты, сколько раз меня спасали подземные коммуникации городов в бытность простым сёрчером. Тем более что нам не придётся действовать вслепую. Ада отыскала среди кучи скачанной информации карту технических тоннелей Москвы. Я уже и маршрут к своему дому проложил.

— Это обнадёживает, — без особого энтузиазма в голосе ответила Кара, которая явно не горела желанием полдня слоняться по тёмной, пропитанной зловонными запахами канализации, в которой кишмя кишат разнообразные муты.

Ну да, немного преувеличил свои заслуги. В канализации мне, само собой, прятаться от нечисти приходилось, но вот чтобы передвигаться по ней, неееет, увольте, на такое безумство ни один сёрчер в здравом уме не пойдёт. Неизвестно какая тварь из-за поворота в любой момент вылезти может. Да и нет в небольших городах подземных коммуникаций, по которым можно передвигаться человеку. Трубы — да, тоннели — нет. Но мы сейчас в Москве, городе с населением больше тринадцати миллионов человек. Кхм, до Прорыва, естественно.

Первый же сканирующий импульс, который я отправил в открытый канализационный люк, заставил меня усомниться в правильности своего решения.

— Эммм, надеюсь, ты не боишься крыс? — решил на всякий случай уточнить я.

— Каких крыс, ты о чём, Безб? — тут же насторожилась Кара.

— Обычных таких, мутировавших крыс, — как ни в чём не бывало ответил я. — Размером с немецкую овчарку.

— Ты издеваешься? — вспыхнула Кара, нервы которой, похоже, были уже на пределе. — Вот сейчас совсем не смешно.

— Да я как бы и не смеюсь, — уже серьёзным тоном продолжил я. — Крыс в канализации действительно много. Но это не проблема, правда, Ада?

— Правда, — с достоинством ответила искин. — Мозг крыс устроен довольно примитивно. Целенаправленное воздействие на центр страха — и они уже улепётывают от источника угрозы на всех своих шести лапах. Кстати, хорошая тренировка для тебя, Безб. Одного унифицированного конструкта для реализации такой пугалки будет мало. Заклинание должно работать в связке с ментальным воздействием. Дайте мне пять минут, чтобы перенастроить параметры заклинания.

Не буду утверждать, что новинка от кудесницы Ады пришлась мне по вкусу, нагрузка на черепушку была просто адской, но ведь сработало же. Как только я смог синхронизировать ментальное воздействие с унифицированным конструктом, то в тоннелях раздался настолько жалобно-панический визг, что могло создаться впечатление, будто мутировавших бедняжек пожирают живьём.

В общем, тоннель очень быстро очистился. Кхм, образно говоря, само собой, продуктов жизнедеятельности мутантов под ногами оставалось много, так что о чистоте говорить явно не приходится. Надо было видеть лицо Кары, когда она спустилась в первый коллектор. Ядрёная смесь брезгливости, ярости и непонимания, что она делает в таком неподобающем для элиты Ковчега месте. Мда, к такому повороту жизнь Кару явно не готовила.

Так начались четыре часа наших скитаний по московской канализации. Сказать, что я вымотался — это ничего не сказать. Помимо того, что мне приходилось постоянно держать вокруг нас ауру страха, как с лёгкой руки Кары мы начали называть новую способность, приходилось периодически расчищать образовавшиеся за годы завалы. Кое-где и вовсе путь был наглухо завален, так что приходилось идти в обход.

Ну и энергетика внутреннего контура вносила свои сложности. Если в центральном растительности в тоннелях практически не было, то тут, как только мы пересекли барьер, начали сталкиваться с участками, которые практически полностью перекрывал странный плотоядный мох, который полностью поглощал обезумевшую от страха крысу за пару минут. Приходилось выжигать эту погань.

Но мы добрались. Проложенный Адой маршрут вывел нас практически к самому дому. Когда я выбрался из люка, сердце такой тоской сдавило, что стало трудно дышать. Родной двор, в котором я бегал с самого детства, было не узнать. Природа всегда возьмёт своё, а уж если масло в огонь подливает дикая и необузданная энергетика внутреннего контура огромного Очага, то результат вполне закономерен. Вся придомовая территория превратилась в один сплошной, непролазный лес. Местами ветки деревьев пробивали стёкла квартир и прорастали в дома. Иногда и вовсе проходили насквозь. Очень надеюсь, что верхние этажи остались целы.

— За мной, — скомандовал я вылезшей Каре, после того как аккуратно приладил люк обратно и завалил его камнем.

Вход в подъезд оказался перекрыт здоровенным корнем древесного исполина, так что пришлось включать антигравитационный артефакт и входить через балкон квартиры на третьем этаже. Рванувшую на нас из коридора, покрытую непонятными наростами кошку я упокоил с первого же выстрела. И ведь не видит нас, тварь мутировавшая, а всё равно догадалась о присутствии поблизости чужаков. Пришлось переводить сканер в режим постоянного функционирования. Мало ли какие ещё муты засели в здании. Лучше знать о появлении врагов заранее.

На лестничную клетку вышли через пару минут. Входная дверь оказалась завалена всяким хламом, но дезинтегратор легко справился с расчисткой, впрочем, как и с самой дверью. Шахта лифта оказалась заполнена ответвлением древесного ствола, а из дверей проросли ветви, оплели стены и заполнили всё пространство лестничной клетки, но парочка воздушных лезвий — и появился проход. Кажется, я уже упоминал, что обожаю магию.

Прорубаться через буйство природы на последний этаж пришлось довольно долго, но зайти на более высоких этажах было бы проблематично. Мои артефакты ещё очень несовершенны и не могут похвастаться высокой производительностью, так что полёты на десятки метров вверх нам пока точно не светят. Зато нападений мутов можно не опасаться. Выйти из квартир на лестничную клетку они не имеют никакой возможности, а проделанный проход я уже, по обыкновению, заделал пылевой завесой.

Осторожно освободив от растительности входную дверь своей квартиры, я материализовал на руке связку ключей, которую хранил всё это время. Они — это всё, что у меня осталось от прежней жизни. Дрожащими руками я вставил ключ в замок, отогнал назойливую мысль произнести молитву или перекреститься и с замиранием сердца провернул ключ.

Вот вроде бы сухой щелчок замка, а сколько эмоций он вызвал в моей душе. Не счесть, сколько раз я вот так стоял у чужих квартир и пытался попасть внутрь. Но сейчас совершенно другое. Сейчас я стою у своей двери. Я вернулся домой спустя почти двадцать лет. Скрипнула ручка, и дверь начала отворяться.

— Я дома, — прошептали мои губы, а на лице сама собой засияла счастливая улыбка. — Я вернулся.

Машинальным движением я повесил ключи на крючок с подписью «Серый», как это делал сотни раз, когда возвращался домой с прогулки или из школы, словно и не было этих долгих лет. Перешагнув перегораживающий проход самокат сестрёнки, посмотрел в зеркало. В уголке торчал листок бумаги, исписанный аккуратным почерком. Масло, молоко, хлеб… Мама всегда составляла список покупок и прикрепляла его к этому зеркалу. Тот, кто шёл в магазин, брал такой листок и покупал всё необходимое. Стянув с головы шлем, вытер единственную слезинку, что выступила из глаза. Воспоминания о родных всегда были для меня особенно болезненными. А тут ещё и наша общая фотография на столике стоит.

Мысленный приказ — и прихожая очистилась от пыли. Я взял в руку рамку с фотографией и в первый раз после Прорыва взглянул в лица родных. Мне всегда нравился этот снимок. Мама на нём выглядела лёгкой, можно сказать, воздушной. Казалось, что вот-вот — и взлетит. Она состроила умилительную рожицу, и сестрёнка покатывалась со смеху. Отец глядел на это с тёплой улыбкой, и лишь я демонстративно закатывал глаза. Для подростка вся эта возня с мелкой пигалицей казалась неинтересной. Эх, не ценим мы, что имеем. Я бы сейчас очень многое отдал, чтобы вернуться в прошлое. Многое, но не всё.

— Пойдём, устрою тебе экскурсию, — повернувшись к Каре, что в нерешительности мялась у входной двери, тепло улыбнулся своей половинке я.

— Мне показалось, что ты хочешь побыть один, — неестественно тихо произнесла Кара.

— Не говори глупостей, — потянув девушку в квартиру, проговорил я. — С кем, как не с тобой, мне разделить этот момент. У меня, кроме тебя, никого нет. Ты моя семья, Кара.

По мере нашего продвижения я притягивал скопившуюся за годы пыль. Растительность в квартиру не проникла, высоковато, так что всё в моём доме осталось на своих местах. В комнатах царил всё тот же лёгкий бардак, оставленный нами при спешной сборке на прогулку в парке, а на кухне в раковине лежали грязные тарелки, которые мама не успела помыть после завтрака.

Мы ходили с Карой из комнаты в комнату, и я рассказывал разные истории из моего прошлого. Я и не подозревал, что столько всего помню. Казалось, что случившаяся катастрофа полностью вытеснила воспоминания, но стоило оказаться в окружении знакомых с детства вещей, как старательно возводимая плотина между счастливым прошлым и суровым настоящим рухнула, и меня захлестнула накатившая волна очень чётких видений.

В какой-то момент мы оказались в спальне родителей, и я решительно направился к маминой шкатулке. Немного покопавшись внутри, я нашёл то самое, особенное кольцо и, развернувшись к своей половинке, проговорил:

— Что, рискнёшь выйти замуж за отступника?

— Какой же ты всё же балбес, Безб, — тепло улыбнулась Кара, — Конечно да.

Остаток дня и вечер мы отдыхали. Кара потребовала показать ей альбомы с семейными фотографиями и с огромным интересом их рассматривала. Я, побродив по квартире, провёл базовые модификации для обеспечения безопасности, а потом задержался в своей комнате.

Навороченный геймерский стол, мощный игровой комп, крутые наушники лежат на клавиатуре. Я помню, как не хотел отправляться гулять в парк в тот день. Вся моя жизнь была в этой комнате. Бесконечные игровые баталии с друзьями по сети. Я даже серьёзно поругался с отцом из-за этой прогулки. Пришлось пойти на уступки, потому как отец пригрозил забрать доступ в интернет. Эх, где бы я был сейчас, если бы тогда настоял на своём? Скорее всего, лежал бы кучкой костей на своей кровати. Ну или стал бы закуской для нечисти.

— Ада, давай приступим к созданию лаборатории. Эта комната подойдёт? — отбросив ностальгические мысли, обратился к ассистентке я.

— Да, Безб, места должно хватить, — непривычно мягким тоном ответила Ада. — Эмм, ты уверен, что хочешь здесь всё уничтожить? Может быть, лучше устроить лабораторию в соседней квартире?

— Нет, — с непоколебимой уверенностью ответил я. — Всё, что мне необходимо, я заберу, а остальное уничтожу. Прежнего Сергея больше не существует. Он погиб вместе со своей семьёй. Теперь есть только Безб. И я хочу, чтобы очищение Москвы от всевозможных отродий началось именно в этой комнате. В дань памяти Сергею и его семье.

— Я поняла тебя, Безб. Лови схему лаборатории, — ответила Ада, и перед моими глазами замелькали разнообразные чертежи.

За последние дни в мой мозг было закачано множество самой разнообразной информации, так что я практически не удивился тому факту, что с ходу смог разобраться в технической документации и понять, что мне надо делать, а потом начал действовать.

Пришлось провозиться всю ночь. С настолько сложным крафтом мне ещё сталкиваться не приходилось. Для создания биологического оружия следовало очень тщательно позаботиться о безопасности и предусмотреть все возможные варианты развития событий. Само собой, без сторонней помощи я этого сделать не мог, но у меня есть внеземной искусственный интеллект, который способен и не на такое.

Следующую неделю я практически не выходил из лаборатории. Модель бактерии-утилизатора Ада создала довольно быстро, вот только воплощать этот проект в жизнь пришлось мне. Честно признаюсь, я максимально далёк от биоинженерии, насколько это только может быть возможно, и очень часто тупил, но под постоянным приглядом Ады в конце концов у меня всё же получилось добиться желаемого. Бактерия была создана, размножена и расфасована по отдельным герметичным колбам.

— Точно зомби-апокалипсис не спровоцируем? — всё же решил спросить я.

— Точно, Безб, — с улыбкой в голосе ответила Ада. — Я просчитала все возможные варианты и произвела очень точную настройку на субстрат поглощения. Как только утилизатор лишится пищи, то мгновенно умрёт.

— Эх, можно было бы так же и всех отродий гибрида уничтожить, — хмыкнул я. — Заразить их каким-нибудь вирусом и распространить его по ментальным каналам.

— Протоколы эттернианцев запрещают мне помогать в создании оружия массового поражения, — механическим тоном ответила Ада. — Да и трудно прогнозируемо это, Безб. Вирусы очень трудно контролировать, а мутируют они гораздо быстрее, чем бактерии. Тем более что, по сути, вурдалаки — это люди, и с большой вероятностью такой вирус может окончательно добить человечество. Разве что носители генетического эттерона выживут. Ну и нечисть, само собой.

— Да понимаю я, что это не вариант, — грустно вздохнул я. — Ладно, что там с локальным телепортатором?

Патриарх всё же смог выбить нам три недели форы. Грегора очень впечатлил полученный видеофрагмент. Он признал, что в случае уничтожения созданного им гибрида необходимость в войне с Ковчегом отпадёт, и империя готова заключить пакт о взаимном ненападении.

Грегор даже заикнулся о возможности военного союза двух государств. Мол, совместными усилиями мы сможем и Новым Халифатам навалять, которые постоянно давят на Ковчег с юга, и зарождающуюся Речь Посполиту приструнить, чтобы даже не смотрели в сторону Москвы.

Нелогичное, казалось бы, поведение — угрожать войной и в то же время намекать на возможность создания военного союза, но политика — дело очень тонкое. Сейчас у Грегора действительно нет иных вариантов, кроме как прорываться на юг через территории Ковчега, но если угроза отродий исчезнет, то всё вернётся на круги своя, а Ковчег показал свою силу, уничтожив Очаг, с таким можно и о союзе подумать.

— Уже почти всё готово, — отвлекла меня от раздумий Ада. — Ты думал, Кара всё это время баклуши пинала?

— Так вот о чём вы там шушукались за моей спиной, — хмыкнул я. — Показывайте, чего там такого умудрились смастерить.

— И ничего мы не шушукались, — вклинилась в разговор подслушивающая нас и уверенная, что я ничего не замечаю, Кара. — Смотри, — гордо протянув мне два небольших металлический диска, проговорила она.

— Эммм, и на что я смотрю? — сконфуженно почесав затылок, спросил я.

— Пространственно-волновой эмиттер, — снисходительным тоном, как будто является автором этой разработки, начала пояснять Кара. — Устройство парное, после активации начинает излучать специфические волны, которые соединяют две точки пространства неким, эммм, мостиком. В результате можно мгновенно переместиться на определённое, зависящее от мощности устройства расстояние. В нашем конкретном случае — тысяча восемьсот метров.

— И откуда же в нашем распоряжении взялось такое чудо? — язвительным тоном проговорил я. — Неужели такая интересная технология была разработана на Земле?

— Не была, — невозмутимым тоном ответила Ада. — В рамках борьбы с противоестественными сущностями я могу пойти на определённые уступки и временно предоставить доступ к высоким технологиям. Но губу можешь не раскатывать, Безб. Устройства очень сложные и повторить их Кара не сможет. Я не имею права разглашать техническую документацию таких устройств. Большую часть работы Кара проводила практически вслепую.

— Ты ведь понимаешь, что технологии, которые есть в твоей памяти, способны переломить ход войны с нечистью? — напрямик спросил я. — Если у нас будет какой-нибудь бластер, с одного удара убивающий цербера или гидру, то война пойдёт в совершенно ином ключе.

— Понимаю, — подтвердила Ада. — А ты понимаешь, что те, у кого в руках окажется такое оружие, смогут потом захватить весь мир и навязать всем свою волю? — задала встречный вопрос искин. — Человечество сделало свой выбор давно, Безб. Андалы проиграли битву за души людей. Дэймосы развратили твоих соплеменников. Вывернули всё таким образом, чтобы самые низменные черты являлись символом могущества. Эттернианцы не вправе вмешиваться во внутренние дела цивилизации, которая пошла по отличному от базовых постулатов пути.

— Люди могут исправиться, — с жаром заявила Кара.

— Маловероятно, но мизерная возможность есть, — ответила Кара. — Именно поэтому я помогаю и уже несколько раз пошла на серьёзные нарушения. Телепортатор — это одно из них. Пойми, наконец, Безб, не оружие делает разумных сильными. Люди должны доказать, что способны измениться. Не один конкретный человек или небольшое государство. А подавляющая часть населения. Важны поступки, а не слова.

— Тогда человечеству крышка, — хмыкнул я, и в квартире повисла напряжённая тишина.

— Если создать условия, то люди изменятся, — яростно мотнув головой, возразила Кара. — Я в это верю.

— Что же, этим и займёмся, — резюмировал я. — Заканчиваем с приготовлениями и выступаем. Засиделись мы на месте.

Заканчивать пришлось ещё часов восемь. Перед выходом надо было ещё нормально отдохнуть. По-хорошему, нам следовало бы вернуться в центральный контур и заняться проблемой гибрида, но мы уже зашли слишком далеко, и не проверить, что творится в эпицентре, было бы как минимум недальновидно. Да и бункер правительственный отыскать надо. Если людям суждено победить в этой войне, то хранящиеся там данные помогут восстановить утраченное. Пусть не сразу, но главное — потомкам будет на что опираться.

— Опять канализация, — констатировала Кара. — А я за неделю только начала забывать это путешествие. И когда ты уже повысишь уровень генетического эттерона, Безб?

— До пятого уровня осталось не так далеко. Пара дней — и возьму, — ответил я. — Вот только если это сделать, то мы лишимся Ады, и придётся нам уже своими головами думать.

— А нет лазейки, чтобы оставить ассистента? — спросила Кара, которой тоже не хотелось расставаться с виртуальной помощницей.

— К сожалению, нет, — грустным тоном проговорила Ада. — Переход на продвинутую версию интерфейса дополненной реальности подразумевает освоение базовых принципов взаимодействия с генетическим эттероном. Всё остальное носитель должен осваивать уже сам. Соответствующие инструменты носителю будут предоставлены.

— А как же воспитание истинной? — нахмурился я. — Кто будет заниматься развитием способностей Кары?

— Я оставлю вам подробные инструкции, — невозмутимо ответила Ада.

— И что, вот совсем-совсем ничего нельзя сделать? — не унималась Кара.

— Нет, ибо таков закон становления. Каждый должен сам выбирать свой путь, — официальным тоном поставила точку в обсуждении Ада. — Ассистент лишь помогает освоиться с новыми инструментами. Как ими пользоваться — каждый волен решать сам.

— Но ты ведь гораздо большее, чем какой-то ассистент, — уже чуть ли не плача продолжала настаивать Кара.

— Я создана искусственно, — сменив голос на компьютерный, проговорила Ада. — Эмоциональная привязка к наставнику понятна, это одна из отличительных черт людей, но варианта всего два: либо Безб остаётся на четвёртом уровне генетического эттерона и довольствуются жалкими крохами от его потенциала, либо идёт дальше и начинает думать своей головой и принимать свои решения. Закон един для всех, в том числе и для меня. Но предупреждаю сразу. Шанс справиться с дэймосом на четвёртом уровне генетического эттерона не сильно отличается от нуля.

Я это понимал, поэтому и не вмешивался в разговор Кары и Ады. Если остановлюсь в развитии, то рано или поздно проиграют все люди. Нет никаких шансов справиться с таким огромным Очагом, как московский, на текущем уровне генетического эттерона, а если мы начнём тушить более мелкие, то нами заинтересуются дэймосы и прибьют по-тихому, словно мелкую букашку. Вариант тут на самом деле только один, и я это осознал уже давно. В скором времени нам с Адой придётся попрощаться.

Вновь спустившись в технические тоннели, мы двинулись в путь. Настроение после разговора было скверным, но времени стоять на месте и лить слёзы у нас нет. Только вперёд, только хардкор.

Спустя пару часов блужданий мы уткнулись в барьер с эпицентром, который был очень заметен на контрасте между заросшими мхом тоннелями внутреннего контура и покрытым серым прахом полом. На нас обрушилось дикое пекло эпицентра. По ощущениям — за тридцать пять градусов. А ещё каждая клеточка тела стремительно начала наполняться силой. Необузданная мощь энергетического фона опьяняла, дурманила разум. Казалось, что мановением руки можно свернуть горы. Пришло ощущение всемогущества, затмевающее разум.

Неимоверным усилием воли я справился с приступом и, настроившись на нужную волну, выбросил вперёд мощный поток ледяного воздуха. Раньше у меня не получалось вот так просто работать с какой-либо стихией напрямую, но сейчас, когда энергией буквально пропитан воздух, это оказалось невероятно просто. Разрозненные кусочки пазла словно встали на свои места. Вся та информация, что я загружал в себя, наконец-то сложилась в общую картинку. Я понял принцип взаимодействия с базовыми стихиями, и мне теперь не нужны костыли унифицированных конструктов.

— Ты действительно научился, Безб, — с невероятной теплотой в голосе проговорила Ада. — Я очень горда, что в столь короткий срок смогла обучить тебя базовым принципам. Поверь, были в моей практике индивиды, которым и нескольких лет было мало, чтобы понять одну простую истину: нельзя обуздать и подчинить себе силу, её надо прочувствовать и научиться работать сообща. Теперь ты действительно готов продолжить своё становление. Иди своим путём и слушай силу, она подскажет. Кара, приглядывай за ним и следуй моим рекомендациям. Не люблю долгих прощаний, так что ариведерчи, амигос.

В душе образовалась пустота. Как будто небольшую частичку только что выдрали с корнем и забрали навсегда. Это больно. Мысли вернулись в день моей инициации, когда я в первый раз услышал в голове синтетический голос и посчитал, что сошёл с ума. Как же давно это было. Хм, а выходит, что не так уж и давно, но, по ощущениям, между этими точками распростёрлась целая бездна. Теперь придётся выгребать самим.

— Ада, — послышался в голове шёпот Кары.

— Она ушла, — ответил я. — Продолжаем движение. Впереди — эпицентр.

Огненное копьё с разрывным наконечником врезалось в тушу демона, и в сторону полетела оторванная конечность. Тварь взревела от боли, но плазменный сгусток, прилетевший в раззявленную пасть, мгновенно прервал агонию монстра. В мою сторону устремилась шаровая молния, но на пути возник воздушный щит, и электрический разряд отскочил словно мяч и ударил в потолок тоннеля, отчего на бетоне появилась подпалина. Послышались три глухих щелчка, и сопровождающий демона цербер завалился на бок. Кара с таких расстояний не промахивается.

— Вражеский отряд полностью уничтожен, — послышался короткий доклад.

— Мда, секретные тоннели, оказались не такими уж и секретными, раз тут столько нечисти гуляет, — хмыкнул я.

— Зато потренироваться можно. Вон как ты ловко научился манипулировать силой. Я так не умею, а я, между прочим, истинная, — надулась Кара.

— Так и я теперь истинный, — парировал я. — Так что смотри и учись.

— Да смотрю я, но всё равно не понимаю, как ты это делаешь, — скрестив руки на груди, обиженно проговорила девушка. — Объясни ещё раз.

— Давай займёмся практикой в менее напряжённой обстановке, — возразил я. — Тут отряды демонов в сопровождении сильных тварей каждые десять минут тоннель патрулируют.

— Ладно, — демонстративно закатив глаза, согласилась Кара.

До бункера мы добрались без приключений. Ни растительности, ни крыс в канализации эпицентра не было, так что я сосредоточился на экспериментах с новыми возможностями. Сформулировать усвоенные базовые принципы манипуляций с первостихиями понятными словами я так и не смог, хотя Кара насела на меня и требовала подробностей. Тут требуется нечто большее, чем понимание происходящих физических процессов. Надо действительно прочувствовать сродство с силой, научиться слышать и видеть её, и это невозможно объяснить словами. К каждому понимание приходит в своё время.

Ах да, совсем забыл сказать, Ада оставила прощальный подарок и перевела интерфейс дополненной реальности на продвинутый уровень, что повлекло автоматическое повышение уровня генетического эттерона до пятого. Как она умудрилась провернуть такой фокус и какими резервами воспользовалась, чтобы закрыть нехватку эттерниума, я понятия не имею, но факт остаётся фактом. Теперь я начал действовать без оглядки на интерфейс дополненной реальности и даже отключил большинство иконок, ранее мелькавших на периферии зрения, за ненадобностью. Мой мозг начал работать на совершенно фантастическом уровне. Я, словно компьютер, мгновенно обрабатывал разнообразные потоки информации и контролировал множество процессов одновременно.

Например, я точно знал, сколько времени потребуется для доставки нужного количества терн к медиатору. Не высчитывал, не видел циферки в интерфейсе, а просто знал, как будто энергоканалы были частью меня всю жизнь и я научился ими пользоваться на интуитивном уровне. Теперь мне не надо привязывать к медиатору конкретное заклинание. Я могу пользоваться находящейся там энергией по своему усмотрению.

Чтобы повысить мощь моих атак, пришлось серьёзно вложиться в объём медиатора на боевом энергоканале. В результате во время тестовых атак я смог охладить тоннель на добрых метров пятьдесят. Ну и огненными копьями по несколько штук подряд швыряться научился, а идея в момент удара изменять физические свойства наконечника, что приводило к подрыву при касании с твёрдой поверхностью, пришла немного позже.

С воздухом я теперь тоже могу делать всё, что душе угодно. Точнее, то, на что хватит фантазии. Я тут попробовал создать себе воздушные кулаки и побоксировать со стенкой тоннеля, так каменная крошка начала во все стороны лететь. А воздушные лезвия оставляли на камне глубокие разрезы. Круто же!

Со стихией земли пока экспериментировать не решился. Опыта в этом вопросе у меня маловато, а похоронить нас под тоннами грунта и бетона я не хочу. Вот выберемся на поверхность, тогда и можно будет разгуляться на полную катушку.

В бункере замаскированную под стену массивную металлическую дверь я нашёл тоже быстро. Теперь я могу настраивать и включать анализатор силой мысли, а мимо стальной плиты, сияющей в поисковом спектре зрения, пройти мимо довольно сложно.

В широком тоннеле секретной правительственной ветки метрополитена, в которую мы попали после длительного спуска, у нас и начались проблемы. Старшие демоны свободно перемещались там с небольшими отрядами звероподобной нечисти, и никакие маскировочные ухищрения не помогали от них скрыться. С определённого расстояния сильный демон способен почувствовать человека. Не увидеть, именно почувствовать.

Вот и пришлось нам устроить сафари на рогатых тварей, потому как единственный известный мне путь к президентскому бункеру лежал через эту ветку метро, в конечной её точке, если быть совсем точным, аккурат под Кремлём.

— Жёлтый, — выковыряв из остатков рогатой черепушки гем, сообщил я Каре. — Сейчас по-быстрому уберусь, и выдвигаемся дальше, продолжай наблюдать за обстановкой.

Кара буркнула что-то нечленораздельное, но разобрать её слова я так и не смог. Дуется, что я запретил ей использовать магию. А как тут было не запретить, когда её слабенькое огненное копьё смогло лишь немного поцарапать старшего демона? Не может она пока понять, как сделать заклинание мощнее, а применять что-то более серьёзное в тоннеле опасно. Вот и выпускает пар, отстреливая свиту демона.

Закончив с дезинтеграцией туш, махнул девушке рукой, и мы осторожно двинулись дальше. Мой сенс-радар не выдавал засветок в ближайшей округе, так что пока можно было двигаться относительно спокойно. Вскоре мы вышли на станцию, и я мысленно присвистнул.

— А нехилая тут обстановочка… была, — добавил я, оглядывая место давнего сражения.

Станция была небольшой, но оборудована дорого-богато. Других слов подобрать я не мог. Когда-то она сияла чистотой и являлась символом власти, но сейчас от этого лоска мало что осталось. Тысячи пулевых отверстий, глубокие выбоины от сдетонировавших гранат, залитый кровью пол — всё свидетельствовало о том, что в первые дни Прорыва защитникам пришлось ой как несладко.

— Поезд врезался в демона и сошёл с рельсов, — прокомментировал увиденное я. — Нечисть попёрла сверху и вышла на пути. Вот почему нам не попадались составы раньше. Проехать мимо этого участка оказалось невозможно.

— Как и пройти, — кивнув в сторону больших засохших луж крови, добавила Кара.

— Очередной отряд нечисти с поверхности спускается, — насторожился я. — Если успеем уйти вперёд, возможно, они нас не учуют. Следов в том направлении нет. Нечисть туда не ходит.

Мы с Карой рванули вперёд по путям и протиснулись между искорёженной кабиной поезда и стеной — там оставался узкий лаз. Скорость передвижения замедлилась, и я понял, что мы не успеваем уйти. Идея, как следует поступить, пришла внезапно. Как будто в голове что-то щёлкнуло. В следующее мгновение я уже активировал эттерниумовое напыление костей.

— Замри, — мысленно скомандовал я и начал формировать вокруг нас ментальный кокон.

И как я раньше не догадался отгородиться от чуйки высших демонов ментальным барьером? Это же лежит на поверхности. В эпицентре, где воздух буквально пропитан энергией, я становлюсь гораздо сильнее. Хм, а что, если совместить ментальные способности с сенс-радаром? Не попробуешь — не узнаешь.

Стоило об этом подумать, как мир мгновенно изменился. Все предметы вокруг стали полупрозрачными, можно сказать, контурными. Я мог с лёгкостью посмотреть, что скрывается за стенкой вагона или за закрытой дверью. Невероятно!

Живые объекты выделялись цветами. Находящаяся рядом Кара подсвечивалась зелёным, а спускающаяся по лестнице нечисть — красным. Причём идущий позади демон светился намного ярче, чем тройка сопровождающих его церберов. От демона в разные стороны выстреливали бледно-розовые щупальца. Они словно жили собственной жизнью и постоянно обшаривали окружающее пространство в поисках нарушителей. Так вот как работает чуйка демонов! Это тоже в какой-то мере ментальное воздействие.

Сосредоточившись, я начал отгораживать нас с Карой барьером. В моём изменённом видении это выглядело как сегментированные шестигранники, размером сантиметров пятьдесят, которые занимали свои места, словно кирпичики в стене, ну или как пчелиные соты. Пять шестигранников я воплотил довольно легко, следующие пять уж дались тяжелее, в голове появился неприятный гул, сигнализирующий о повышении нагрузки на нейроны.

Далее действовал очень осторожно и воплощал шестигранники по одному. Полностью окружить нас защитной сферой не получилось. Силёнок у меня для таких манипуляций пока маловато, но защитную полусферу я соорудил, должно хватить, чтобы отбиться от сканирующих пространство щупалец демона.

Отряд нечисти вышел на платформу, и незримые щупальца тут же начали рыскать по окружающему пространству. Вот сейчас и проверим надёжность моей защиты. Красный сгусток устремился в нашу сторону, и я немного скорректировал положение полусферы. Момент истины. Щупальце коснулось одного из сегментов и спокойно прошло сквозь него, коснувшись моего тела. Вот же подстава, не сработало.

Кхм, а почему демон не взревел и не бросился в атаку, как это случалось раньше? Ага, значит, мой щит всё же подействовал, просто не совсем так, как я рассчитывал. Мне казалось, что ментальный барьер станет непреодолим для щупалец демона, но в этом случае тварь бы почуяла неладное и послала бы кого-то из своих сопровождающих проверить подозрительный участок, а так созданная защита ослепила ментальный щуп демона. Кажется, я нашёл способ беспрепятственного путешествия по эпицентру. Осталось только стать сильнее, чтобы можно было держать полную сферу защиты.

Не обнаружив врагов, демон спрыгнул на пути и начал удаляться. Его ментальные щупальца продолжали сканирование местности, но я был начеку и вовремя подставлял щит. Голова гудела от перенапряжения, а в тот момент, когда щупальца касались щита, давление возрастало. Особенно тяжелый удар последовал, когда пришлось блокировать сразу два ментальных щупа демона. Я чуть ли не взвыл от боли, но тут почувствовал поддержку от Кары и всё же сумел удержать концентрацию. Повезло, что такое воздействие не продлилось слишком долго.

— Как ты это делаешь, Безб? — в полном шоке от происходящего спросила Кара, когда демон удалился и я чуть ли не кулём повалился на пол.

— Сказывается богатый игровой опыт, — ответил шуткой я. — Как оказалось, из игр можно почерпнуть много интересных идей. Дай мне пару минут прийти в себя, и тогда уйдём подальше от этого прохода.

Ментальные воздействия пока даются мне с трудом. Хорошо ещё, откат не словил. По самой грани прошёл, но всё равно такое ощущение, что пробежал на максимальной скорости километров десять. Надо поосторожнее с эттерниумовым усилением. Так и собственные нейроны спалить можно.

Чтобы пролезть через искорёженные, смятые в хлам вагоны, пришлось частично их дезинтегрировать. Скорость, с которой гнал машинист, была запредельной, и у находящихся внутри людей не было ни малейшего шанса пережить такой удар. Что же, у страха глаза велики. В первые дни Прорыва люди ещё не знали, с какой угрозой столкнулись, так что оно и понятно, что машинист хотел убраться от смертельно опасной области как можно быстрее. Кто ж знал, что демоны уже проникли в тоннели.

Следом за уничтоженными составами обнаружились и целые, кхм, относительно целые. Было видно, что машинист пытался затормозить, и у него практически получилось, но полностью остановиться состав не успел, ввиду высокой скорости движения, и кабину расплющило, а вместе с ней и половину первого вагона. Костей внутри было мало, так что большая часть пассажиров, скорее всего, уцелела, но вряд ли это им помогло. Впереди их ждали демоны, да и позади, скорее всего, тоже.

Спокойно проследовав мимо навсегда замерших составов, мы упёрлись в сплошной завал. Хм, так вот почему демоны сюда не ходят. Им попросту некуда идти. Что же, вот и выпал шанс опробовать магию земли в действии. Проводить раскопки нерационально, можно спровоцировать ещё больший обвал, но есть другой вариант.

Мои руки вспыхнули магическим огнём, отчего Кара испуганно ойкнула, но я не обратил на это внимания. Мысленным усилием я начал осторожно тянуть энергию из медиатора и одновременно закачивать в него новую порцию через энергоканал. Уравняв входящий и исходящий потоки, я направил энергию на перегородившую тоннель смесь бетона, железа и земли непрерывным потоком.

— Ладно, а теперь, абра-кадабра, — прошептал я и подал нужный мне ментальный импульс.

— Да как ты это делаешь? — в очередной раз повторила Кара, но я не ответил, полностью сконцентрировавшись на деле.

Читал я как-то в фэнтезийной книге, что маги земли могли прессовать породу и делать её свойства практически неотличимыми от камня. Вот мне и пришла идея проделать нечто подобное. Просто так раздвинуть почву в стороны я не могу, давление уничтожит и так повреждённые стенки тоннеля, и нас погребёт под тоннами грунта, зато если почва будет спрессовываться, то одновременно с этим процессом и свободное место появится. Ну и давление такая спрессованная почва выдержит без проблем, тем более что я не собираюсь делать проход широким. Достаточно всего метра, чтобы мы с Карой прошли боком, даже в броне.

Мне удалось довольно чётко сформулировать свою мысль и оформить её в подходящий образ. Сила поняла, чего я от неё хочу, и прямо у нас на глазах земля и обломки бетона начали расползаться в стороны. Вернее, не расползаться, а как бы объединяться друг с другом, становиться одним монолитным целым, но выглядело это иначе.

Процесс шёл не очень быстро, ввиду недостаточной пропускной способности энергоканала, но лучше действовать медленно, чем завалить такое ответственное дело. Спустя пару минут я немного осмелел и подключил к процессу второй энергоканал, и процесс заметно ускорился.

Пробивать проход в завале пришлось аж двадцать минут, когда в голове уже витали мысли, что тоннель метро обрушился на всём своём протяжении. Метров сто прошли, не меньше. Прикрывающие высших чиновников страны военные целенаправленно подорвали свод, чтобы остановить нечисть. Откуда я это знаю? Так они тут все и остались.

Стоило нам выйти из проделанного лаза, как мы очутились среди сотен мумифицированных тел в полуистлевшей одежде. Энергетика эпицентра иссушила людей и не дала полностью разложиться тканям. Выглядит всё это, если честно, жутковато. Одно дело кости, все, кто часто ходит в Очаги, давно к ним привыкли, но мумифицированные тела, на лицах которых застыли посмертные маски ужаса и боли, — это уже чересчур. Я даже Кару не хотел выпускать, но девушка настояла.

Немного позже мы выяснили, что люди оказались в каменном мешке, запертые со всех сторон, и медленно умирали несколько дней. По всей видимости, чутьё демонов плохо работает сквозь толстый слой почвы.

— Ужасная смерть, — с болью в голосе произнесла Кара.

— Рядовой случай для первых недель Прорыва, — пожав плечами, спокойно ответил я. — Больше половины населения планеты, скорее всего, сгинуло.

— Неужели в тебе нет ни капли сочувствия, Безб? — возмутилась моим хладнокровием Кара.

— Я выгорел, — посмотрев в глаза любимой девушке, ответил я. — Тебя, скорее всего, берегли и не пускали в дома. Ты не видела того, что видел я. Не видела сотни останков людей, что заперлись в своих квартирах и ждали помощи, не видела погрызенных мутами костей, не видела маленькие черепа. Я выгорел, — с грустным вздохом повторил я. — Точнее, выгорела та часть души, что отвечает за сочувствие. Я перестал пропускать через себя всё, что случилось с людьми, иначе попросту бы сошёл с ума. Но после встречи с тобой я начал меняться. Меняться в лучшую сторону. Начал возрождаться из пепла. Но уже не озлобленным на весь мир, а кем-то совершенно иным.

Кара не стала ничего говорить. Она просто взяла меня за руку и повела вперёд, к противоположному завалу. Мы осторожно ступали между людскими телами, не желая их тревожить. Мужчины и женщины. Все явно в дорогой одежде, с модными в то время смартфонами. Дорогие часы, украшения. Всё это стоило бешеных денег. Одним словом, элита. Как так вышло, что практически беспомощный пацан смог выбраться из эпицентра, а они остались тут? Не правы были те, кто поддался искушению дэймосов. Деньги и власть могут защитить далеко не всегда. Порой нужно нечто гораздо большее.

— Работай, Безб, — проговорила Кара, когда мы упёрлись в завал. — Я думаю, что мы уже очень близки к цели.

Я задумчиво покрутил в руке желтый гем, а потом решительно потянул из него силу. Давно надо было попробовать работать с накопителем эттерниума напрямую. Ада говорила, что можно отбирать только полновесные единицы, а расщепить эттерниум на более мелкие фракции при непосредственном контакте невозможно, но сейчас мне и не надо ничего расщеплять, я направлю всю энергию на прессовку почвы.

Гора земли и камней перед нами зашевелилась. Я начал было переживать, но всё происходило точно так же, как и в первый раз, только значительно быстрее. Одна единица эттерниума позволяла нам пройти пятнадцать метров. Да, расход энергии увеличился, но зато и скорость продвижения возросла в несколько раз.

Идти пришлось долго. По моим прикидкам, не менее пятисот метров, но мы прошли их всего за десять минут. Периодически в поле зрения попадались части человеческих тел. Тот, кто подорвал тоннель, обрёк отступающих людей на смерть. Пожалуй, тем, кто оказался под завалом, повезло больше. Они умерли быстро, в отличие от тех, кто очутился в глухом мешке.

— Гермошлюз, — сообщил я следующей позади меня Каре. — Дальше должно быть полегче.

Дезинтеграция — это реальный чит. Не знаю, сколько бы мы пробивались сквозь массивную трехметровую стальную дверь, рассчитанную выдерживать даже ядерные взрывы. Обычными способами сделать это и вовсе было бы невозможно.

По ту сторону тоннель уцелел. Тот, кто закладывал заряды, рассчитал всё очень точно. Судя по отсутствию следов, здесь уже давно никого не было, но расслабляться всё равно не стоит, поэтому сенс-радар постоянно сканирует местность.

До конечной станции мы прошли километров пять. Иногда тоннель разветвлялся, но проверка показала, что это всего лишь запасные пути, где поезда должны пропускать встречные составы. Эти самые брошенные составы нам, к слову, пару раз повстречались. С виду целые, человеческих останков внутри нет. Скорее всего, сломались, когда агрессивная энергетика Очага начала уничтожать электронику.

Проход на станцию перегораживали ещё одни гермоврата, но проблем, как и с первыми, не возникло. Станция называется «Кремлёвская-центр». Большая по площади, облицованная явно не дешёвым мрамором. Следов боевых действий на первый взгляд не видно. Лишь разнообразный мусор под ногами валяется. Следы отсутствуют. Здесь очень давно никого не было. Пол покрыт толстым слоем пыли.

Немного побродив, нашли ещё двое закрытых гермоврат. Одни явно вели в сторону поверхности, а вот другие, скорее всего, являлись первым уровнем защиты президентского бункера. Вон рядом и несколько небольших, но комфортабельных электрокаров припарковано, да и КПП солидный в наличии имеется. То есть абы кого туда явно не пускали.

— А ты знаешь, отсюда будет очень удобно подобраться к сердцу Очага, — проговорила Кара. — Не понимаю, почему нечисть сюда не добралась. После прорыва здесь ведь явно кто-то спрятался. Неужели демоны не смогли почувствовать людей? Ладно, допустим, светлых они не почуяли, но тёмных-то даже рядовые твари способны засечь на большом расстоянии. Не поверю, что демонам не хватило сил или упорства, чтобы расковырять гермоврата. Даже относительно слабый архидемон способен вскрыть эту консервную банку, особо не напрягаясь.

— Хм, ты права, — неожиданно понял, что всё это время царапало сознание, я. — Я только сейчас сообразил, что энергетика Очага здесь практически не ощущается. Так и не скажешь, что мы в эпицентре находимся. Обожди, проведу сканирование в разных диапазонах.

Странность обнаружилась очень быстро. Под облицовочным мрамором оказался толстый слой армированного бетона, но странность была не в этом. В толще бетона имелась прослойка металла толщиной сантиметров пять. Поначалу я не обратил на неё особого внимания, но потом включилось логическое мышление. Зачем делать такую тонкую прослойку? В чём смысл? А в подобных конструкциях ничто не делается без веской причины. Я начал копать и проанализировал состав этой прослойки. Результат, мягко говоря, удивил.

— Бред, — тряхнув головой, проговорил я. — Этого просто не может быть.

— Чего не может быть? — с нескрываемым любопытством спросила Кара.

— Станцию, помимо толстого слоя бетона, окружает тонкая прослойка металла, который по своим свойствам практически неотличим от мифрила, — сообщил я, и глаза Кары удивлённо расширились.

— Мифрила? — переспросила девушка. — Того самого мифрила, состав которого тебе подсказала Ада? Того самого мифрила, что является отличным проводником силы?

— Да, — подтвердил я. — Поэтому-то я и сказал, что этого не может быть. Станция строилась за годы до Прорыва. Как люди могли узнать состав? Случайно изобрести его невозможно. Чтобы изготовить мифрил, надо уметь пользоваться силой эттерниума.

— Безб, попробуй просканировать пространство за гермовратами при помощи ментальных способностей, — неожиданно попросила Кара.

— Глухо, — ответил я — Не вижу ничего за пределами станции. Сплав полностью блокирует сигнал.

— Вот и ответ на наш вопрос, Безб, — улыбнулась Кара. — Вот почему демоны не нашли это место. Я попробовала связаться с отцом, и у меня ничего не получилось. Сигнал не проходит. Прежде чем вскрывать эту дверь, надо восстановить герметичность системы, которую мы нарушили, когда вошли на станцию.

— Ты считаешь, что в бункере могут находиться живые люди? — уже я округлил от удивления глаза, когда понял, на что намекает Кара.

— Кто знает, Безб, — усмехнулась девушка. — Не проверишь — не узнаешь.

Восстановить защитный слой удалось довольно быстро. Все необходимые компоненты были у меня в инвентаре. И вот мы стоим перед гермовратами, а я всё не решаюсь их вскрыть. Контур из мифрила экранирует помещение, а это значит, что электроника могла уцелеть и у людей в бункере действительно был шанс выжить.

Никто не проводил исследований и не проверял, насколько глубинным является воздействие Очага. Быть может, эффект распространяется лишь на поверхности и не проникает в недра планеты на большую глубину. И спросить теперь не у кого. Ладно, нечего тянуть. Мы проделали такой путь не для того, чтобы отступить, практически достигнув цели.

Я просканировал гермоврата и выяснил, что слой мифрила спрятан в толще металла и в момент закрытия замыкает общий защитный контур. Я начал осторожно дезинтегрировать врата, но, когда достиг слоя мифрила, остановился.

— Давай сделаем нечто наподобие шлюза, — предложил я. — Среда внутри стерильна. Туда не проникла энергетика Очага. Если там действительно есть живые люди, то своими действиями мы можем обречь их на смерть.

Кара кивнула, и я минут десять формировал вокруг нас купол из мифрила, а когда состыковал его с основным контуром бункера, дезинтегрировал остаток врат.

— Тут есть электричество, — поражённо воскликнула Кара.

— Интуиция тебя не подвела, — улыбнулся я. — Тут действительно есть живые. И это означает, что в правительстве знали о Силе эттерниума задолго до начала Прорыва. Нам надо быть предельно осторожными. Среди выживших может быть прокачанный носитель генетического эттерона.

— Не думаю, что нам что-то угрожает, Безб, — после небольшой паузы проговорила Кара. — Люди в бункере чрезвычайно уязвимы. Стоит нам нарушить мифриловый контур, как они будут обречены. Нечисть рано или поздно придёт за ними, и они не могут этого не понимать. В их интересах договариваться с нами, а не враждовать.

— Ты не совсем понимаешь, какие именно люди там могут находиться, — хмыкнул я. — Они жили ещё в старом мире и привыкли отдавать приказы. Они понятия не имеют, что мир очень сильно изменился. Ладно, рассуждать можно сколько угодно, идём и посмотрим на осколок старого мира своими глазами. Может, они там уже поубивали друг друга от скуки.

Тоннель, освещённый тусклым аварийным освещением, оказался довольно длинным. Под приличным углом он уходил ещё глубже в земные недра. Каждые сто метров нам на пути попадались закрытые гермоврата. Мда, вот это я понимаю — защищённый бункер. Всего мы прошли через десять подобных врат и в итоге уперлись в закрытые створки лифтовой платформы. Стоило нам приблизиться, как защитная турель, установленная в потолке, ожила, и в меня ударил красный лазерный луч, а из динамика послышался взволнованный женский голос:

— Прошу вас, остановитесь! Если вы нарушите герметичность бункера, то обречёте на смерть тысячи людей.

— Не начали сразу стрелять, хороший признак, — мысленно сообщил Каре я, а потом посмотрел в камеру и произнёс: — Не нарушим. Когда мы вскрывали вашу консервную банку, то предприняли меры предосторожности. Присылайте лифт, дети подземелья, надо поговорить.

— Я не уполномочена принимать такие решения, — после паузы произнесла женщина.

— Значит, зови того, кто уполномочен, но учти, что у нас много дел и долго ждать мы не намерены. Если через десять минут не последует ответа, начнём ломать и крушить всё подряд, и никакие турели нас не остановят. Уж поверь. Пока вы тут отсиживались, мир сильно изменился.

В качестве демонстрации возможностей я мысленным усилием зажёг в руке огненный шар и несколько секунд держал его перед камерой, а потом демонстративно дунул, и шар потух, оставив после себя небольшую струйку дыма.

— Не перегнул? — послышался в голове голос Кары.

— Нормально, — ответил я. — Прошли те времена, когда эти люди что-то решали. Сейчас от их влияния, власти и денег не осталось и следа. Я буду говорить с ними с позиции силы. Не захотят впустить — войду сам и дойду до самого главного. Некогда нам с ними возиться. Заберём информацию, и пусть дальше сидят в своей комфортабельной тюрьме для избранных, куда забились, словно крысы, в день Прорыва, бросив всех остальных на растерзанье демонам. Ну и разузнать, откуда они знают о силе эттерниума, будет не лишним.

— Сурово, но справедливо, — была вынуждена признать Кара.

— С вам говорит исполняющий обязанности президента России…

— Нет, — перебил говорившего я. — Со мной говорит человек, что двадцать лет просидел под землёй и понятия не имеет, что происходит на поверхности. Наверху есть император, патриарх, несколько королей, но никаких президентов. Как, собственно, и ни одной из прежних стран.

— Меня зовут Алексей Данилович Рогачёв, — после небольшой паузы спокойно проговорил мужчина. — Как я могу к вам обращаться?

— Безб, — буркнул я. — И я предпочитаю разговаривать с глазу на глаз, поэтому повторяю своё требование, Алексей Данилович. Присылайте за нами лифт, или я сам спущусь к вам, но за целостность оборудования при таком раскладе ручаться не могу.

В следующий миг воздушное лезвие ударило в турель, и ствол вместе с частью корпуса со звоном упали на пол. Я демонстративно посмотрел в окуляр камеры, а потом добавил:

— Жду пять минут, затем вхожу.

Створки с шипением начали отворяться через три минуты. Тот, кто сидит внизу, явно не глуп. Раз мы сумели пройти через массивные гермоврата, то и с остальной защитой справимся. Намного разумнее подчиниться и впустить незваных гостей. Их всего двое, неужели служба безопасности с ними не справится? Ага, наивные.

— Держи вокруг нас воздушный щит, — предупредил Кару я. — Вряд ли обычные пули смогут пробить наши доспехи, но если у них есть мифрил, то стоит подстраховаться. Если попытаются воздействовать на нас отравляющими газами, церемониться с ними не буду.

— Давай постараемся избегать фатальных воздействий, Безб, — предложила Кара.

— Ничего обещать не могу, — буркнул я. — Как пойдёт.

Лифтовая платформа двинулась вниз. Каждые двадцать метров над нами смыкались створки гермоврат. Сколько же денег в своё время было вбухано в этот бункер? Просто невероятно, что люди смогли построить нечто настолько монументальное. Вон даже атаку внеземной цивилизации элита прежнего мира смогла пережить.

По моим подсчётам, мы опустились на полтора километра. И это с учётом того, что мы и так находились довольно глубоко. Нас встречали двое. Подтянутый пожилой мужчина лет шестидесяти пяти в строгом деловом костюме и вооружённый мужчина лет пятидесяти в военной форме. А ещё на нас были направлены три турели.

— Вы ещё не поняли, что это оружие не способно причинить вред магам? — решил начать разговор с наезда я, а потом демонстративно сжал кулак.

В следующее мгновение одну из турелей смяло в лепёшку уплотнённым воздухом. Мужчина в военной форме дёрнулся и потянулся к кобуре с пистолетом, но исполняющий обязанности президента остановил его жестом.

— Спокойнее, Денис Игоревич, — проговорил Рогачёв. — Прошу простить моего начальника службы безопасности. Мы никогда раньше не имели дел с магами.

— Да неужели? — усмехнулся я. — Вот только не надо рассказывать нам сказки. Откуда вы тогда узнали рецепт сплава, способного защитить от чутья демонов? Вы заранее знали о Прорыве и подготовили убежище, где и сидели все эти двадцать лет.

— Не совсем так, молодой человек, — спокойно выслушав меня, ответил Алексей Данилович. — Мы предполагали, что может произойти некий глобальный катаклизм, но не знали какой именно и когда.

Ещё в самом начале этого разговора я активировал ментальные способности и начал прощупывать мозг собеседника. Мне надо было понимать — говорят мне правду или врут. Настолько сложные манипуляции с чужим сознанием я ещё не проводил, но после перехода на пятый уровень генетического эттерона мои возможности возросли, и я решил попробовать. Рогачёв не соврал. Это я уловил достаточно чётко. Они действительно не знали, что конкретно должно произойти, но готовились к самому худшему.

— Если вы не против, мы можем пройти в мой кабинет, где продолжим нашу беседу в менее напряжённой обстановке. Уверен, нам есть что рассказать друг другу. Со своей стороны могу гарантировать, что никто из обитателей бункера не желает вам зла. Мы не попытаемся вас пленить или ограничить свободу какими-либо способами, и вы сможете покинуть убежище, когда пожелаете. Но и разгуливать в закрытых для посещения секторах мы вам позволить не можем. Так что если мы идём внутрь, то мне нужна гарантия, что вы будете соблюдать наши правила.

— Вы же понимаете, что всё равно не сможете нас остановить, — не стал сразу соглашаться я. — Мы пришли сюда с определённой целью и уйдём только тогда, когда её достигнем.

— Мы не знаем, на что способны маги нового мира, тут вы правы, Безб, — спокойным тоном продолжил говорить Алексей Данилович, — но и нам есть чем вас удивить. Я отдал приказ активировать систему самоликвидации бункера и всей сети тоннелей в том случае, если вы начнёте убивать людей. Возможно, это вам не навредит и вы с лёгкостью выберетесь на поверхность, а возможно, умрёте вместе с нами. Мне не хотелось бы доводить до таких крайностей. Но нам уже будет всё равно, так что мои люди в любом случае выполнят приказ. Ну так что, мы можем поговорить как цивилизованные люди? Без бряцанья оружием и взаимных угроз?

— Ну, давайте попробуем, — хмыкнул я, оценив хладнокровие Рогачёва.

— Прошу следовать за мной, — удовлетворённо кивнув, проговорил и.о. президента давно несуществующей страны и, повернувшись к камере, подал условный знак.

Створки врат поползли в стороны, и Алексей Данилович сделал приглашающий жест.

— Не представите нам вашу спутницу? — с любопытством поглядывая на закованную в футуристический доспех девушку, спросил Рогачёв.

— Кара Небесная, паладин веры Ковчега, — проговорила моя невеста. — Имею право вести переговоры с иными государствами от имени Патриарха. Правда, я не уверена, что жители вашего бункера подпадают под понятие государства, тут больше подходит слово анклав.

Было видно, что президент и его глава безопасности опешили от такого ответа. По всей видимости, они считали, что на поверхности их ждут с распростёртыми объятиями, а тут такой облом. Мало того что о них все давно забыли, так ещё и государством считать не хотят. Ну а как иначе. Придётся опускать бункерную элиту старого мира с небес на землю. Чувствую, что разговор предстоит весьма напряжённый.

Мы шли по широкому, хорошо освещённому коридору, и из множества дверей за нами с опаской наблюдали люди. Я осторожно касался сознаний случайных людей и считывал их эмоции. Преобладали заинтересованность, настороженность и надежда. Надежда, что их подземное существование наконец-то закончится и они вновь смогут увидеть Солнце.

— У нас большое перенаселение, — сообщил Алексей Данилович. — В тот день мы приняли много людей. Бункер не был рассчитан на такое количество. Он задумывался как сверхзащищённый командный центр, а не как убежище.

— Угу, видели мы, сколько людей под завалами осталось, — буркнул я. — А кое-кто неделями в каменном мешке умирал.

— Президенту пришлось отдать этот приказ, — нисколько не изменившись в лице, ответил Рогачёв. — Когда эвакуация провалилась и стало понятно, что твари проникли в тоннели метро, глава государства, который, к слову, находился где-то там, в самой гуще событий, приказал мне спасать людей.

Я не стал ничего отвечать, потому что не знаю, как бы поступил сам, окажись на месте Алексея Даниловича. Поэтому я предпочитал всегда быть один, чтобы избежать принятия столь сложных решений. Если бы Алексей Данилович промедлил, то демоны прорвались бы к бункеру, и тогда погибли бы все.

Мы добрались до лифта, спустились на самый нижний уровень бункера и оказались в командном центре.

— Нам сюда, — повёл нас по обходному маршруту исполняющий обязанности президента.

Что же, получилось очень удачно, что кабинет местного главы находится рядом с командным центром. Это существенно облегчает мне задачу. По наследству от Ады мне достался шпионский вирус, способный проникнуть в любую сеть, кхм, в любую земную сеть. Сформировав нужный конструкт, я запустил его сквозь стеклянную пуленепробиваемую перегородку прямиком к главному пульту командного центра бункера. Пока мы будем говорить, вирус незаметно распространится по всей сети убежища. Я же сказал, что в любом случае получу необходимую мне информацию.

Оказавшись в кабинете Рогачёва, не смог сдержать усмешки. За двадцать лет затворнической жизни Алексей Данилович сохранил все атрибуты прежней власти. По стенам развешаны портреты бывших президентов в рамках. Имеются флаги России и СССР. Пора бы им понять и смириться, что мир сильно изменился и всё это уже неважно. Если эти люди когда-нибудь покинут бункер, то им придётся приспосабливаться к новым, куда более суровым реалиям жизни. Таких тепличных условий, как в бункере, на поверхности не будет, и им стоит сто раз подумать, а стоит ли вообще выходить наружу.

За массивным дубовым столом сидело пятеро людей. Трое мужчин и две женщины, одна из них молодая, лет восемнадцать на вид. То есть рождена она была уже в бункере. Скорее всего, дочь кого-то из местных начальников. Или…

— А ну-ка, лови, — материализовав в руке белый гем, бросил его девушке.

Равномерное свечение, окутавшее накопитель эттерниума, подтвердило мою догадку.

— Что это? — с восхищением рассматривая светящийся кругляшок, восторженно прошептала девушка. — Я чувствую в нём силу.

— Мы называем их гемами, — пояснил я. — Их можно добыть из развитой нечисти или отыскать в Очагах. На самом же деле это малый накопитель эттерниума, который даёт чувствительным людям Силу. Но об этом мы поговорим позже. Алексей Данилович, можете объяснить мне, как так вышло, что люди знали о надвигающейся угрозе Прорыва демонитов, и единственное, что удосужились сделать, так это построить экранированное убежище для избранных?

— Я уже сказал вам, что мы не знали о Прорыве, — устало выдохнув, начал говорить Алексей Данилович. — Лично я вообще узнал обо всём лишь из архива бункера, уже после глобального катаклизма. Скрывать от вас информацию особых причин нет, так что слушайте.

Историю нам поведали весьма увлекательную. Ещё несколько месяцев назад я бы счёл Рогачёва, который взял на себя роль рассказчика, сумасшедшим. Ну в самом деле, кто поверит, что о глобальном катаклизме, что может произойти в скором будущем, руководству совершенно атеистичного СССР нашептал ангел, а потом и рецептом сплава, способного защитить от чутья демонов, поделился? Ну бред же?

Это теперь я знаю, что где-то в Солнечной системе до сих пор находится наблюдатель андалов и продолжает попытки направить неразумное человечество на путь истинный. Поэтому и принял слова Алексея Даниловича спокойно, чем немало его удивил. Он, небось, рассчитывал, что я подниму его на смех, но мы с Карой лишь кивнули в такт собственным мыслям и стали ждать продолжение истории.

Уж не знаю, на какие ухищрения сателлиту эттернианцев пришлось пойти, чтобы ему поверили и прислушались, об этом в архивах нет ни слова, но факт остаётся фактом. Именно в таком виде эта информация дошла до потомков, причём конкретное имя проводника воли ангела не называлось. Он пожелал остаться в стороне от этой истории. Известно только, что это был кто-то из высшего руководства страны.

Вряд ли андал поддерживал контакты исключительно с СССР, но другой информации в распоряжении Алексея Даниловича нет. И эти-то данные он узнал, только оказавшись в бункере и приняв на себя полномочия президента.

Наблюдатель андалов не сообщил людям ничего конкретного. По всей видимости, у них там есть на этот счёт определённые правила. Лишь поделился технологией изготовления сверхпрочного экранирующего сплава и передал адаптированную под тогдашний уровень технологий проект глубинного убежища, да наказал готовиться к худшему.

Как это возможно без эттерниума? Да никак. Собственно, ради добычи эттерниума и был организован проект сверхглубокого бурения. Порода на большой глубине пропитана силой, и андал научил людей перерабатывать её и усиливать сплав металлов.

На мой закономерный вопрос: а чего вы не создали из этого сплава оружие? — был получен неутешительный ответ. После развала союза в стране царил полный бардак, и обо всём этом попросту забыли. Информацию выудили из секретных архивов всего лет за десять до Прорыва. Кто-то из верхов поверил в пророчество, провел модернизацию уже построенного бункера и восстановил целостность потрёпанного временем защитного контура. За что пять тысяч человек вот уже двадцать лет говорят незнакомцу спасибо.

В бункере оказалось всё необходимое для выживания: замкнутый цикл регенерации и очищения воздуха, глубинная скважина, обеспечивающая население водой, запас продовольствия, ну и надёжный ядерный реактор с запасом топлива. В первые годы заточения люди смогли организовать биофермы, где начали выращивать наиболее неприхотливые культуры.

Связи с поверхностью у обитателей бункера нет. За всё время было предпринято три разведывательные вылазки, из которых никто так и не вернулся. Связь с группой пропадала практически сразу после выхода из внешнего шлюза станции. До сегодняшнего дня считалось, что на поверхности планеты выжить не удалось никому и что атмосфера отравлена неизвестным токсином, который распространяют выбравшиеся из земных недр монстры. Несколько бойцов службы охраны пережили бой в тоннеле метро, и сохранилась запись с их нательных камер. Всё, что оставалось запертым в бункере людям, — это ждать, когда иссякнут запасы топлива, а потом умереть после отключения системы жизнеобеспечения.

Но тут появились мы с Карой и разворошили этот обречённый на вымирание муравейник. В людях проснулась надежда, что всё может вскоре закончиться.

— Нам особо нечем вас порадовать, — дослушав до конца рассказ Алексея Даниловича, начал говорить я. — Ваш бункер находится в самом эпицентре одного из крупнейших в ближайшей округе Очагов Прорыва, где обитает самая лютая нечисть. Мы не имеем возможности вывести людей в безопасное место. До Ковчега слишком далеко, да и безопасным его назвать в данный момент трудно. Вот-вот начнётся война с Московской империей. Но это не главная проблема. Большинство людей — тёмные. Нечисть способна чувствовать их на больших расстояниях. Стоит им оказаться вне экранирующего контура, как за ними начнётся охота. Демоны не устают и доберутся до цели при любом раскладе. Если в отряде будут тёмные, то этот отряд обречён. Я понимаю, у вас много вопросов. Но у нас очень мало времени. Мы пытаемся отсрочить, а в идеале и вовсе предотвратить кровопролитную войну двух объединений людей. Ковчега и Московской империи. Мы можем бегло ввести вас в курс дел, но после этого будем вынуждены покинуть бункер. На кону стоят жизни десятков тысяч людей.

— Зачем вы искали правительственный бункер? — спросил Алексей Данилович.

— Информация, — пожав плечами, ответил я. — Энергетический фон очагов губителен для незащищённой электроники. Множество достижений земной науки были утрачены после глобального Прорыва демонитов. Я научился извлекать данные из мёртвых серверов. Мы пришли в правительственный бункер в поисках резервного архива и, если честно, не рассчитывали повстречать выживших.

— С целью понимания происходящих наверху геополитических движений, можете вкратце, тезисно, описать события минувших лет? — откашлявшись, попросил сухенький седой старичок, которого нам представили как академика Аланьева Петра Сергеевича.

— Давай ты, — попросил Кару я. — У тебя было куда более качественное образование. Только, пожалуйста, не затягивай.

Кара кивнула и начала вводить подземных жителей в курс дел. Заняло это всё примерно час, но я не потратил зря ни минуты. Внедрённый в систему вирус очень быстро взломал местную сеть, и ко мне стал стекаться весь доступный информационный массив.

Алексей Данилович не соврал. В засекреченных архивных данных я нашёл подтверждение его слов. Описанные им события действительно имели место быть. Рогачёв опустил множество малосущественных, на его взгляд, подробностей, но суть передал точно. Вот только, как всем давно известно, дьявол кроется в деталях.

Андал оставил людям механизм экстренной связи. Понять это, не обладая той информацией, что есть у нас с Карой, было невозможно. Я и сам сообразил, что именно попало мне в руки, далеко не сразу, а когда понял, то не поверил собственным глазам.

Наблюдатель андалов догадался, кем являются люди на самом деле. Он смог разглядеть потенциал истинных, тех, кто когда-нибудь сможет встать на одну ступеньку с эттернианцами и другими древнейшими. Он также понял, что эта информация ни в коем случае не должна попасть в лапы дэймосов, и ему пришлось действовать крайне осторожно.

Именно поэтому андал оставил завуалированное послание, понять которое сможет лишь человек с пробудившимся генетическим эттероном. Андал предвидел появление на Земле чувствительных к Силе эттерниума людей и рассчитывал, что они смогут собрать устройство связи. Ну а активировать его сможет лишь пробудившийся истинный. Вот и получается, что от визита в правительственный бункер мы получили гораздо больше, чем могли рассчитывать. Мы получили шанс переломить ход войны с демонитами. Шанс раз и навсегда очистить Землю от нечисти.

Собрать устройство не так уж и сложно. Основная загвоздка в энергоэлементе. Чтобы сигнал дошёл до адресата, который расположен где-то на окраинах Солнечной системы, нужен мощнейший источник энергии. Красный гем пятого ранга, который падает лишь с самых сильных архидемонов. Например, из того, которого мы завалили с Карой, извлекли красный гем всего третьего ранга. То есть надо валить тварь из эпицентра московского Очага. Только так можно гарантированно добиться нужной цели. Именно поэтому устройство не было изготовлено ранее. На Земле просто не было энергоэлемента подходящей мощности.

Не ошиблись мы и насчёт резервного архива стратегически важной информации. На серверах бункера обнаружилось всё, чего достигла наука Российской Федерации, ну и множество зарубежных технологий, само собой. Миллионы терабайт информации. Чертежи новейшего вооружения, включая гиперзвуковые ракеты, способные нести ядерные заряды. Проекты электростанций, нефтеперерабатывающих заводов, технология производства микрочипов. Кладезь полезнейшей информации, которая позволит возродить человечество из пепла. И всё это оказалось в руках отступника.

— Если вкратце, то я осветила все основные события минувших лет. На более подробный экскурс в исторические хроники времени у нас нет, — закончила свой рассказ Кара, и в кабинете повисла тишина.

— Невероятно, — проговорил академик Аланьев. Было видно, что старичка буквально распирает от переполняющей его энергии. Он не сумел усидеть на месте и начал расхаживать по кабинету из стороны в сторону, бормоча себе под нос что-то нечленораздельное. — Эта информация в корне меняет наше представление о мироустройстве. Как жаль, что я узнал это всё на исходе своего жизненного цикла. Моё время на исходе, но я не потрачу впустую ни единой секунды. Если бы вы могли немного задержаться и ответить на мои вопросы…

— Могу немного подлатать вас, профессор, — ухмыльнулся я. — Почищу организм, запущу регенеративные процессы, уберу застарелые болячки. Лет сорок ещё проживёте, если демоны, конечно, не сожрут.

— А магам нового мира подвластно и такое? — ещё больше округлил глаза академик.

— Лишь некоторым, — уклончиво ответил я.

— Пётр Сергеевич, мы собрались здесь несколько с иной целью, вы не находите? — осадил подчинённого Рогачёв. — Основная наша задача — вернуться на поверхность. Кара вскользь упомянула, что вам уже удалось потушить один Очаг. Вы сможете повторить это с московским?

— Прямо сейчас точно нет, — осадил пыл Алексея Даниловича я. — Московский Очаг намного крупнее, тут обитает гораздо больше нечисти, а архидемон, охраняющий ядро Прорыва, на несколько порядков сильнее того, что мы убили. Но планы потушить московский Очаг у нас есть, так что ваше заточение может в относительно скором будущем завершиться. Если не секрет, что вы собираетесь делать? Завладеть богатствами бункера захотят многие. Уж имперцы точно. Они считают Москву своей территорией, со всеми вытекающими последствиями. Противопоставить имперским магам вам нечего. Вас быстро уничтожат и завладеют базой данных. Без обид, но не в интересах Ковчега, чтобы имперцы заполучили секрет атомной бомбы. Вы слишком слабы по новым реалиям и не способны защитить ни себя, ни свои секреты.

— Вы намекаете на протекторат Ковчега? — нахмурился Рогачёв.

— Я ни на что не намекаю, — скривился я. — Большая политика — не моё. Я просто наёмник, который действует в своих меркантильных целях.

— А что скажете вы, Кара? — переадресовал вопрос девушке Алексей Данилович. — Какое будущее видите для нас вы?

— Не слишком радужное, — после небольшой паузы начала говорить Кара. — Безб правильно описал ваши перспективы. Во главе Московской империи находится человек с пробуждённым генетическим эттероном, который умеет обращаться с Силой на порядок лучше, чем обычные маги империи или паладины Ковчега. Как только потухнет Очаг, император направит свой взор на Москву. Это огромнейшая ресурсная база. Под воздействием энергетического фона множество растений приобрели уникальные свойства, а уж про сбор гемов я вообще молчу. Вы начнёте выходить на поверхность и рано или поздно вас найдут. Со слабыми имперцы не договариваются. У слабых забирают всё ценное, а потом заставляют работать на себя.

— Но ведь это рабство! — возмутился академик.

— Рабство, — подтвердила Кара. — В империи оно узаконено с момента основания. И такова будет судьба всех ваших людей.

— Так себе перспективка — пережить мировой апокалипсис и в итоге стать рабом, — впервые заговорила девушка, которой я в начале беседы подарил гем. — Пап, я так не хочу. Отправь меня послом в Ковчег. Нам есть что предложить Патриарху. Я чувствительна к Силе. Теперь всё встало на свои места. Всем моим странностям наконец-то нашлось рациональное объяснение. Я хочу поступить в школу паладинов. Я хочу научиться использовать Силу и бороться с нечистью. Кара сказала, что все паладины — светлые, значит, я не стану обузой.

Вот как знал, что эта девчонка — дочь кого-то из присутствующих. Как оказалось, Надя — дочь Рогачёва, именно к нему обратилась девушка.

Ответить исполняющему обязанности президента я возможности не дал.

— С чего вы взяли, что вам есть что нам предложить? — вопросительно изогнув бровь, проговорил я. — Если вы рассчитывали продать Ковчегу что-то из технологического архива бункера, то поспешу вас разочаровать. Нет у вас больше никакого архива, — я демонстративно щёлкнул пальцами, и основное освещение в бункере сменилось на аварийное, красное. — Как и нет больше доступа к системе самоликвидации бункера. Я говорил вам, что в любом случае получу то, зачем сюда пришёл. Если вы рассчитывали выйти на поверхность и попытаться восстановить прежние порядки, то можете сразу забыть об этом. Ваш архив уничтожен. Вся информация находится в этом устройстве, — я показал всем накопитель данных, а потом мысленным приказом убрал его в инвентарь. — У вас нет ничего. Вы можете либо дожить свой век в бункере, либо попытаться примкнуть к какому-нибудь анклаву на общих основаниях. Уверен, здесь собралась элита прежнего мира, но как раньше уже не будет. Если хотите выжить, придётся доказать свою полезность для общества и поработать руками. Пустой трёп и разглагольствования на возвышенные, псевдонаучные темы больше не в моде. Оружие в руки — и вперёд, защищать границы от нападения нечисти. И только так. Ну или мы просто уйдём и забудем о вашем существовании. Решение принимать вам, но учтите, что через полчаса мы отсюда уходим. Думайте, люди старого мира, время пошло, мы с Карой будем ждать вашего решения у лифтовой платформы.

В полной тишине мы с Карой поднялись со своих мест и спокойно пошли в сторону выхода. Начальник службы безопасности поднялся было, чтобы нам помешать, но у меня в руке возник огненный шар, и тот, нервно сглотнув, медленно опустился обратно. Верное решение.

— Жёстко ты с ними, — возник в голове голос Кары. — Ты ведь не будешь отключать им систему жизнеобеспечения?

— Не буду, — ответил я. — Возможно, я слегка переборщил. Не все обитатели бункера бесполезны. Среди жителей наверняка есть учёные, врачи и военные. Такие специалисты Ковчегу пригодятся. А вот по поводу политиков и бизнесменов, что купили себе место в убежище, я не уверен. Но тут решать не мне. Пусть об этом голова болит у Патриарха.

— То есть ты не сомневаешься, что они захотят примкнуть к Ковчегу? — хмыкнула Кара.

— У них просто нет другого выбора, — ответил я. — Имперцы попросту не станут с ними разговаривать, впрочем, как, скорее всего, и другие анклавы. Единственная ценность, которая у них осталась, — это военный арсенал. Оружия в бункере на самом деле много. Но мир изменился. Оружие теперь далеко не самый весомый аргумент в драке. Их козырем могла бы стать информация, но, на свою беду, они повстречали меня. Не хочу оставлять в руках людей со старым мышлением столь опасный инструмент. Рано или поздно, но они адаптируются к новым реалиям, пролезут на самый верх и попытаются вернуть всё на знакомые и такие удобные рельсы, когда можно спокойно жить за счёт труда других.

— Вряд ли у них получится, — с явным скепсисом ответила Кара. — Мир изменился слишком сильно.

— У них — вряд ли, — не стал спорить я. — А у их детей, воспитанных в старом стиле, вполне. Вон, та же Надя. Ты уверена, что стоит обучать её обращаться с Силой? Не направит ли она потом Силу против твоего отца и всего того, что создавали иерархи на протяжении двадцати лет? Я не могу заглядывать в будущее, но здесь и сейчас считаю, что поступаю правильно. Впрочем, ты можешь со мной не согласиться, и я верну всё как было.

— Пожалуй, пока не стоит, — немного подумав, ответила Кара. — Посмотрим, чего они там нарешают.

— На данный момент они бомбардируют друг друга обвинениями, — усмехнулся я. — Только Надя пытается воззвать к их разуму и перейти к конструктивному диалогу.

Вернувшись к лифтовой платформе, мы стали ждать. Обстановка в кабинете немного успокоилась, и люди начали обсуждать варианты действий. Первым делом они проверили мои слова и убедились, что серверы действительно оказались девственно чисты. Вся информация была безвозвратно стёрта, причём техники не понимают, как такое могло произойти. Всё, что связано с жизнеобеспечением бункера, я не трогал. Топлива для реактора им хватит ещё лет на сорок, так что можно вполне себе комфортно существовать довольно долго.

Первой не выдержала Надя. Она послала всех старших лесом и заявила, что в любом случае отправится с нами в Ковчег, потому как прежде, чем принимать какие-то решения, надо собрать объективные данные. Наговорить мы им могли всё что угодно, а быть может, на самом деле на поверхности уже давно всё закончилось. Грамотный подход, кстати. Не стоит принимать на веру всё, что тебе говорят. Доверять надо собственным глазам. Вот только возиться со слабо подготовленной к сложным, длительным переходам девчонкой мне не особо хочется. Тем более что нам ещё предстоит вернуться в гнездо отродий гибрида и выкрасть биоробота.

— Мы не можем бросить этих людей на произвол судьбы, Безб, — подслушав мои мысли, проговорила Кара. — Ты же сам почувствовал, как в их душах начала разгораться искра надежды. Кому, как не нам, собственным примером доказать эттернианцам, что человечество способно измениться.

— Ладно, возьмём девчонку, — сдался я. — Надо бы им несколько ретрансляторов собрать, чтобы можно было оставаться на связи. Так Надя сможет передавать данные в бункер в режиме реального времени. Если в обморок не грохнется при виде первого же демона. Но возиться с ней будешь сама.

— Ты лучший, — просияла Кара.

В итоге к нам вышли только Алексей Данилович с дочерью. Надя была экипирована по-походному. Удобная обувь, плотно облегающие ноги штаны, изготовленные из какого-то плотного, но в то же время хорошо растяжимого материала, на теле — топ, волосы убраны назад в косу, за спиной небольшой рюкзак. Телосложение у девушки спортивное, может, и не выдохнется слишком быстро.

Было видно, что и.о. президента подавлен. Не ожидал он, что их размеренная жизнь может в одночасье так разительно измениться. В его глазах читалась ярость, но Рогачёв очень умело её маскировал. Эх, святая наивность. Ну не обманешь магов старыми приёмчиками. Чем быстрее они поймут это, тем дольше проживут.

— Вы не оставили нам выбора, — приняв покорное выражение лица, начал сеанс развешивания лапши на уши Алексей Данилович, но я прервал его коротким жестом.

— Не стоит притворяться тем, кем вы не являетесь, — ухмыльнулся я. — Все ваши прежние уловки с самоконтролем и нечитаемой мимикой не работают. Мы видим вас насквозь. Мы видим ваши истинные чувства. Видим, что вас переполняет ярость и что, будь у вас возможность, мы бы не ушли из бункера живыми. Один лишь план пустить в кабинет снотворный газ чего стоит. Повезло вам, что вы не успели попытаться его реализовать.

— Папа, он говорит правду? — искренне удивилась Надя.

— Мы рассматривали разные варианты, — как это принято у политиков, не дал прямой ответ на вопрос Рогачёв. — Эти двое вынудили нас пустить их под угрозой уничтожения бункера. Мы обязаны были принять меры в случае проявления к нам агрессии. В итоге нас просто обокрали и выставили ультиматум, — уже не скрывая истинных чувств, зло произнёс Алексей Данилович.

— Выбор, — равнодушно произнёс я. — Мы предоставили вам выбор, а не ультиматум. Выбор неприятный, но тут уж ничего не поделаешь, такова жизнь. Вы можете продолжить ваше подземное существование. Мы уйдём и никому не скажем, что обнаружили выживших. Может быть, вас даже кто-то найдёт, но сомневаюсь, что в этом случае вам позволят сделать даже такой выбор. Ну а если есть желание перебраться на поверхность и устроиться в относительно цивилизованном анклаве, то придётся поднапрячься.

— Есть и третий вариант, — включилась в разговор Кара. — Вы можете нам не поверить, дождаться, когда мы уничтожим Очаг, и попытаться действовать самостоятельно. Один маг у вас есть, — кивок на Надю, которая так и не выпустила сияющий гем из своих рук. — Возможно, есть и ещё. Вот только паладины учатся управлять Силой с малых лет, а мощь атаки складывается из множества факторов, основой которых служат фундаментальные знания о физических процессах. Необученный паладин разве что простейшими стихийными заклинаниями малой мощности сможет пользоваться. Да и то вам надо умудриться добыть гемы. Мы нарабатывали опыт обучения одарённых детей годами, методом проб и ошибок. И порой ценой таких ошибок становились человеческие жизни.

— Вот видите, сколько у вас вариантов, — улыбнулся я. — О каком ультиматуме вы говорите?

— Можете ёрничать сколько угодно, — раздражённо проговорил Алексей Данилович. — В любом случае пока это всего лишь слова. Мы не знаем, что на самом деле происходит на поверхности. И пока не получим сведения из надёжного источника, не можем принимать столь ответственное решение. Моя дочь вызвалась возглавить посольскую миссию в Ковчег. Вы можете гарантировать её безопасность?

— Кажется, я поняла, о чём ты говорил, Безб, — скривилась Кара. — Эти люди не осознают, что мир изменился и они стали никому не нужны. Даже сейчас, когда ты можешь усилием воли остановить ректор и лишить их энергии, с тобой говорят, будто ты им что-то должен.

— Может, тогда не стоит связываться? — не обращая внимания на покрасневшего от ярости Рогачёва, спросил у Кары я. — Может быть, стоит просто похоронить этот осколок старого мира, пока зараза не вышла на поверхность и вновь не распространилась по всей планете? Быть может, мы сейчас имеем дело с потомками тех, кто отдал планету дэймосам, и они заслуживают такой финал?

— Да что вы себе позволя… — набрав воздух в грудь, начал было возмущаться на повышенных тонах Алексей Данилович, но тут дочь пихнула отца в бок, и тот сдулся, словно воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

— Пожалуйста, — с мольбой в голосе проговорила Надя. — Возьмите меня с собой.

— Надежда! — как ему казалось, сурово рявкнул Рогачёв, но тут глаза девушки полыхнули оранжевым пламенем, и Алексей Данилович испуганно отшатнулся.

— Не лезь, отец, — непоколебимым тоном произнесла девушка. — Ты и так уже наговорил слишком много. Если ты настолько глуп, чтобы понять, что судьба всех людей в бункере зависит от того, какое впечатление мы произведём на Кару и Безба, то тебе пора уходить на пенсию. Моё поколение не видело ничего, кроме серых стен бункера и тесных комнатушек. Если тебя это устраивает, можешь оставаться, но не смей разрушать надежду выбраться из этой темницы у других. Умерь свою гордыню, отец, и пойми наконец, что как раньше уже не будет.

— А ещё у нас нет пенсий, — влез с комментарием я. — Так что лучше вам озаботиться о получении востребованной специальности. Все руководящие должности заняты. Их в своё время получили те, кто доказал, что может вести за собой людей делом, а не словами. Кстати, позовите академика Аланьева, я обещал ему процедуру экспресс-омоложения. Не нравятся мне его сосуды. Такие специалисты Ковчегу точно пригодятся.

Рогачёв стоял и шумно дышал, не в силах произнести ни слова. Как бы инсульт мужика не хватил. А вообще, хорошо иметь полный доступ к базам данных бункера. Там обнаружилось подробное досье на каждого, и заслуги Петра Сергеевича внушают уважение. Оказывается, от стал академиком ещё до Прорыва, а после изоляции продолжил работу и параллельно обучал людей.

— Делайте что хотите, — устало махнул рукой Алексей Данилович и обессиленно опустился на стул.

— Ты же понимаешь, что я не могу гарантировать твою безопасность? — перевёл я взгляд на Надю. — Очаг полон опасностей, которые вам и не снились.

— Понимаю, — кивнула девушка. — Я готова рискнуть, я должна попытаться, если вы меня возьмёте, конечно.

— А какой в этом смысл? — посмотрев девушке в глаза, спросил я. — Реальной власти у тебя нет, и я сомневаюсь, что твои слова смогут переубедить руководителей вашего бункера. Для нас ты будешь обузой. Твоя психика выдержит вид костей, разбросанных по улицам? Чтобы выйти на поверхность, нам надо будет пройти через частично обвалившийся тоннель. Так вот там лежат сотни мумифицированных тел. Пойми, мы давно привыкли к смерти. Такой пейзаж для нас стал обыденностью, но ты прожила всю свою жизнь в тепличных условиях. Если запаникуешь и ударишься в истерику — подставишь всех. Предупреждаю сразу, если передо мной будет выбор, кого спасти — тебя или Кару, то сомневаться я не буду ни секунды. Так что хорошо подумай, желаешь ли ты пойти с нами. У тебя есть немного времени, пока я занимаюсь Петром Сергеевичем.

К тому моменту, как я закончил говорить, академик Аланьев стоял рядом и ловил каждое слово, но с ходу понять, о чём я говорю, не смог.

— Мне сообщили, что вы желаете меня видеть, молодой человек, — нарушил возникшую после моих слов тишину Петр Сергеевич.

— Я предлагал вам магическое воздействие с целью укрепления организма, — переключился на старичка я. — Вы были правы. Ваш организм предельно изношен. По моим прогнозам, вам осталось не больше полугода, но в моих силах это изменить. Я ознакомился с вашим досье. Такие люди, как вы, нужны миру. Если захотите, то Ковчег с радостью вас примет и организует лучшие условия для исследований, какие только возможны. Но неволить вас никто не собирается.

— И какова будет цена вашей помощи? — нахмурился академик Аланьев.

— Мне ничего от вас не нужно, — ответил я. — Но если я вижу того, кто может изменить жизни сотен тысяч людей к лучшему и в моих силах помочь, мимо проходить я не собираюсь. Ну а дальше всё зависит от вас. Ну так что, работаем?

— Работаем, молодой человек, — без колебаний ответил учёный. — Очень уж интересно посмотреть, на что способна эта ваша магия.

— Если вы рассчитываете на какие-нибудь спецэффекты, то разочарую вас, я просто дам клеткам вашего организма заряд силы и многократно ускорю естественные регенеративные процессы. Вся необходимая информация есть в генетическом коде человека. Единственный момент, в ближайшие две недели рекомендую далеко не удаляться от уборной. Продукты очистки будут выводиться из организма естественным путём. Ну и питание вам потребуется усиленное. Сами должны понимать, что из ничего строительные материалы для обновления тканей взяться не могут.

— Прелюбопытно, прелюбопытно, — тут же забубнил академик. — Но для этого ведь потребуется поддерживать процесс энергетически.

— Верно, — кивнул я. — Поэтому я оставлю вам устройство связи, в конструкцию которого добавлена функция излучения силы. Этого импульса будет достаточно, чтобы поддерживать необходимые процессы на протяжении всего цикла обновления организма. Заодно Надежда сможет передавать вам информацию о положении дел на поверхности. Да, именно вам, — немного повысил голос я, потому как видел, что Рогачёв хотел было возмутиться. — Устройство ментальной связи настроена на вашу ДНК и не будет работать без контакта с вашей кожей. Предпочтительное место крепления — височная область, как у Кары. Нейроклипса сама надёжно зафиксируется при контакте.

— Но вы же говорили, что экранирующий контур глушит связь, — покрутив в руках серебристый треугольник нейроклипсы, проговорил Аланьев.

— Мы установим сеть ретрансляторов, которые помогут безопасно обойти блокировку сигнала, — пояснил я. — Это максимум, что на текущий момент мы можем для вас сделать. Мы и так сильно задержались.

— Хм, это в корне меняет дело, — просиял академик. — Спасибо вам за оказанную помощь.

После этих слов Алексей Данилович презрительно фыркнул. Уже почувствовал, как под ним зашатался трон. Это тут он царь и бог, а на поверхности всего лишь ничем не примечательный старик, в распоряжении которого имеется не такая уж и большая, по меркам нового мира, сила. Ладно, быть может, старик умный, хитрый и расчётливый, иные на такие высокие должности не забираются, но сейчас это уже не имеет особого значения. Сейчас миром правит Сила, и вот с этим вопросом у Рогачёва всё плохо.

— Если нам удастся потушить Очаг, я вернусь и сделаю предложение каждому обитателю бункера, — посмотрев в глаза Алексею Даниловичу, проговорил я. — Каждый примет собственное, независимое решение, — твёрдо произнёс я. — Если попытаетесь давить на людей и угрозами заставить их принять нужное вам решение — пожалеете, — выделив голосом слово «вам», предупредил я. — Вы не сможете обнаружить вирус в вашей сети, так что, если попробуете помешать, столкнётесь с последствиями. Пётр Сергеевич, вам поручаю выкладывать всю поступающую с поверхности информацию от Надежды в общедоступную сеть бункера. Поверьте, я узнаю, если это не произойдёт, и, когда вернусь, ответственный за саботаж моих приказов потеряет шанс выйти на поверхность и останется в этой подземной тюрьме до конца своих дней. Прошли времена, когда люди играли в псевдодемократию. Мир изменился. И у вас есть всего два варианта. Принять это и адаптироваться или остаться здесь и умереть. Я сказал всё, что хотел, мы уходим и, если судьба будет к нам благосклонной, однажды вернёмся.

Дождавшись, когда Надя сухо попрощается с отцом и тепло обнимет академика Аланьева, мы ступили на лифтовую платформу, и та понесла нас вверх. Девчонку немного потряхивало от волнения, но в целом она пока держалась вполне нормально. Ладно, посмотрим, что будет дальше. Сдам её Патриарху, а там будь что будет. У нас других дел невпроворот. Надо думать, как завалить архидемона и добыть красный гем пятого ранга. Ведь только так мы сможем связаться с наблюдателем андалов. Ну и о гибриде забывать нельзя. Эту проблему надо решить как можно быстрее.

Как я и подозревал, при виде сотен мумифицированных тел Надю вывернуло наизнанку. Пришлось Каре приводить девчонку в чувство при помощи лёгких тонизирующих магических воздействий. Ну а я постарался внедрить в мозг девушки ментальные закладки, чтобы укрепить психику. Если она будет так на каждый труп реагировать, то мы до Ковчега и за месяц не доберёмся.

Подействовало. Когда мы пробирались по искорёженным вагонам, Надя хоть и побледнела при виде человеческих костей, но смогла продолжить движение. Уже что-то.

— Ждите здесь, — скомандовал я девушкам, когда мы вплотную приблизились к промежуточной станции, и пошёл готовить ловушку для очередного патрульного отряда демонов.

Плазменная мина сделала своё дело. Как только твари показались на лестнице, я активировал заряд, и на головы нечисти хлынул поток жидкого огня. Взрыв и последующее магическое воздействие на почву спровоцировали обвал. Я полностью контролировал процесс и не дал схлопнуться всей станции. Так что этот путь для демонов теперь закрыт. В моих планах ещё и по тоннелю прогуляться, чтобы посмотреть, куда это с такой целеустремлённостью топают демоны. Может быть, удастся выбраться на поверхность поближе к моей квартире.

— Пока чисто, — вернувшись к Каре и Наде, сообщил я. — Дальше идём очень осторожно. Я обрушил проход, но у демонов могут быть и другие маршруты. Если верить данным из архива, эта ветка вскоре должна слиться с обычным московским метро как раз в районе Шаболовской. Это уже внутренний контур, можно попробовать проскочить, чтобы по канализации не шкериться.

Сканер работал в импульсном режиме и каждые десять секунд подсвечивал мне картинку, так что двигаться удавалось довольно быстро. Нечисть исчезла. Такое ощущение, что демоны двигались по заранее отлаженному маршруту: зашли, прочесали тоннель, вышли. Как только я нарушил привычную схему, то и всяческое движение прекратилось. Такое поведение было больше свойственно роботам, чем пусть и чужеродным, но всё же живым существам.

До места нашего спуска в секретную часть метро добрались без приключений. Ни одна тварь по пути не встретилась. Я решил развить успех и двигаться дальше. В итоге мы прошли ещё километров пять, миновав при этом две наглухо замурованные станции, и упёрлись в развороченный шлюз, за которым начиналась обычная ветка московского метрополитена.

— А я всё гадал, чего это правительственные поезда ничем не отличаются от обычных, — хмыкнул я.

— Это было сделано специально, чтобы в случае возникновения чрезвычайной ситуации было легче раствориться среди толпы, — подтвердила мою догадку Надя.

— Хитро придумано, — высказалась Кара.

— Без сопровождения не обойдёмся, — просканировав тоннель, проговорил я. — Далеко твоя зверюга?

— Уже на подходе, — улыбнулась Кара.

— Кто на подходе? — нервно сглотнула Надя. — Вы о ком?

— Это лучше один раз увидеть, — ответил я.

— Ой, мамочки, — пискнула Надя, когда в развороченный шлюз протиснулась ещё сильнее отожравшаяся Церби, а потом, сделав неосторожный шаг назад, оступилась и плюхнулась на пятую точку.

Цербер нависла над закрывшей от страха глаза Надей, шумно втянула воздух всеми тремя своими носами, недовольно фыркнула, отчего девчонка нервно икнула, а потом начала самозабвенно вылизывать лицо Кары, полностью проигнорировав моё присутствие. Соскучилась зверюга.

— Ты ж моя хорошая, — обнимала питомицу Кара. — Проголодалась? Держи вкусняшку.

Выудив из инвентаря три синих гема, невеста напитала их своей энергетикой и скормила каждой из голов.

— Ты в курсе, что у неё один желудок? — буркнул я. — Можно было и одним гемом обойтись. Они, между прочим, по сотне коинов стоят.

— Не будь ворчуном, — отмахнулась Кара, а Церби демонстративно на меня зарычала. — Смотри, как радуется.

— Вы научились приручать демонов? — немного отойдя от первичного шока, с любопытством спросила Надя.

— Церби не демон, — начала объяснять Кара. — Под действием энергетического фона Очагов обычные земные животные со временем изменяются и попадают под влияние демонов. Они начинают служить им и охотиться на людей.

— Жуть какая, — благоговейным шёпотом произнесла Надя. — А как…

— Все разговоры потом, — прервал очередной вопрос я. — Вот доберёмся до временного убежища, тогда и поговорим. Запрыгивайте и включайте маскировку, я буду идти рядом в инвизе.

— К… куда запрыгивать?.. — заикнулась Надя.

— На зверюгу эту трёхголовую, куда же ещё, — начал раздражаться я. — Никогда, что ли, на адском цербере не каталась?

— Не смешно, Безб, — ударила меня кулачком в плечо Кара. — Девочка вон уже на пределе.

— Это она ещё отродий гибрида не видела. Всё, стоп флуд, надо двигаться дальше, пока кто-нибудь серьёзный в гости не пожаловал. Не факт ещё, что присутствие Церби поможет нам укрыться от сканирующих импульсов высших демонов, так что бдительность терять нельзя. Надя, что бы ни случилось, кого бы ты ни увидела, тебе нельзя издавать ни звука. Если почувствуешь, что не справляешься, лучше закрой глаза.

— Так ещё страшнее, — проговорила девушка. — Но я справлюсь.

— Очень надеюсь, — еле слышно произнёс я. — Выдвигаемся.

Уловка сработала на все сто. Когда впереди показались враги и я перешёл на ментальное сенс-зрение, то обнаружил вокруг Церби специфическую ауру. По всей видимости, это сказывается энергетика Кары, потому как у других тварей нет ничего подобного. Встроившись в эту ауру, я сформировал вокруг нас защитную сферу. Сделать это оказалось очень просто. Силой зверюга обладала впечатляющей. Да и родная энергетика моей половинки помогла. В итоге ментальные щупы демонов оказались бессильны, и мы спокойно проследовали мимо повсеместно шныряющих тварей к станции метро, а потом и вышли на поверхность.

Видеть лицо Нади я не мог, но в душе у девушки вспыхнул настоящий эмоциональный пожар. Дитя подземелья в первый раз увидело пусть и искажённую Очагом, но всё же живую природу, а также Солнце. Девчонка сдержала порыв и не нарушила мой приказ сохранять молчание. Но я чувствовал, что Надя буквально пожирает глазами всё, до чего дотягивается её взор.

Через пятнадцать минут мы уже заходили в мою квартиру. Пускать Церби я не собирался — эта псина мне всю мебель из вредности погрызёт, — так что вскрыл Кариной зверюге соседскую квартиру. Сойдёт за конуру. Церби такому развитию событий не обрадовалась и затаила обиду. В ближайшее время надо быть поосторожнее. Интеллекта, чтобы придумать какую-нибудь пакость, у цербера достаточно.

Надя встала у окна и смотрела, как Солнце медленно скрывается за одной из московских высоток, а по её щекам текли слёзы.

— Ты в порядке? — подошла к ней Кара и осторожно положила руку на плечо.

— Да, — отстранённо ответила девушка. — Я видела тысячи роликов в сети о том, какая наша планета, но и представить не могла, что это будет так красиво.

— Подожди, выйдем из Очага, и тогда увидишь настоящую земную природу, вот где настоящая красота, — влез со своим комментарием я, за что получил укоризненный взгляд от Кары.

Шутливо подняв руки вверх, поспешил на кухню возиться с ужином. Девчонкам явно надо поговорить без лишних неотёсанных ушей. Ну а я с Патриархом свяжусь, а то потерял нас небось.

— Ты серьёзно, Сергей? Это не шутка? Вы действительно обнаружили в правительственном бункере выживших? — переварив мои слова, переспросил Кирилл.

— Да какие тут шутки, — буркнул я. — Сами в шоке были. Вон даже посланника от подземных жителей вам на переговоры ведём. Одарённая, кстати, только поэтому я и согласился её с собой взять. Мечтает поступить в школу паладинов. Но это не самая мозговыносящая информация. Я покопался в архивах президентского бункера и, помимо кучи утраченных технологий, обнаружил схему устройства, которое поможет нам незаметно для дэймосов связаться с наблюдателем андалов. Думаю, не надо объяснять, какие перспективы для нас это открывает.

— Невероятно! — воскликнул Патриарх. — Но как такое возможно?

Пришлось вкратце пересказывать историю с голосом ангела, который нашептал способ защититься от влияния демонов.

— Именно этого кусочка пазла мне и не хватало, — выслушав меня, с жаром начал говорить Кирилл. — Долгое время я пытался выяснить цель проекта сверхглубоких скважин. Нет, официально это делалось в научных целях — для изучения глубинного строения Земли, исследования состава горных пород, выяснения особенностей геологических процессов и так далее, но в эти проекты были вложены огромные деньги, а как мы знаем, где есть большие деньги, там есть и скрытые мотивы. Кто-то ведь продвигал эту бесперспективную инициативу и не давал пересохнуть финансовым потокам. И теперь мне стала понятна цель.

— Но ведь бурение таких скважин и спровоцировало Прорыв демонитов, — нахмурился я. — Получается, андал подставил людей. Из-за его технологии переработки породы, богатой эттерниумом, Прорыв случился гораздо раньше, когда человечество не имело ни единого шанса защититься от тварей.

— Не совсем так, Сергей, — возразил Патриарх. — На Земле начали пробуждаться истинные. Если бы не случившийся Прорыв, наблюдатели дэймосов бы это обязательно заметили, и тогда людей бы вырезали под корень. Андал принял очень непростое решение. Он намеренно спровоцировал Прорыв и тем самым спас человечество от глобального вымирания, но ценой этого решения стали сотни миллионов человеческих жизней. Андал обманул дэймосов. Выход на поверхность чистого эттерниума неизбежно привёл к рождению чувствительных к силе людей, и это оказалось нашим спасением. Среди тысяч одарённых дэймосы не смогли разглядеть пробудившихся истинных.

— И что, мне ему теперь, блин, спасибо сказать при встрече? — буркнул я. — Так, мол, и так, спасибо, что погубил три четверти населения планеты, а остальных вогнал чуть ли не в средневековье?

— Из двух зол приходится выбирать меньшее, — после грустного вздоха ответил Кирилл. — Альтернативой этому решению была гибель вообще всех людей. Но андал оставил средство для коммуникации. Значит, у него есть план. Мы обязаны построить это устройство.

— Построить не проблема, — скривился я. — Но чтобы запитать его, требуется красный гем пятого ранга. Думаю, не надо вам объяснять, где можно достать такую редкость.

— Архидемон крупного Очага, — ответил Патриарх. — Из тех, о которых мы знаем, подойдёт только московский.

— Видели бы вы, что тут творится, — хмыкнул я. — В эпицентре вообще мрак. Настолько сильной нечисти мне ещё видеть не приходилось, и это мы ещё рядом с точкой прорыва не были. Собственно, а куда нам спешить? Решим вопрос с гибридом — Московская империя остановит агрессию, пройдёмся по окрестным Очагам, уничтожим архидемонов, инициируем пробуждение генетического эттерона у надёжных людей, спокойно прокачаемся и уже тогда заявимся в московский Очаг.

— Твой план хорош, вот только доклады агентов в стане врага настораживают. Вместо того чтобы замедлить подготовку к войне с Ковчегом, Грегор, наоборот, с каждым днём наращивает темп. Боюсь, что своим согласием он хочет усыпить нашу бдительность. Он понимает, что на уничтожении одного Очага мы не остановимся, а помимо кучи ресурсов, это ещё и новый человек с генетическим эттероном. Такими темпами через пару лет мы наберём огромную силу. Грегор не будет ждать. Он нападёт в любом случае, но попытается вначале нашими руками решить проблему гибрида.

— Паршиво, если так, — поморщился я. — В таком случае у нас действительно остаётся лишь один путь. Ударить по врагу так, чтобы он и смотреть в нашу сторону опасался. Как считаете, тактический ядерный заряд охладит пыл имперцев? У меня теперь есть коды доступа и информация, как пробудить это оружие.

— Сергей, не вздумай, — ужаснулся Патриарх. — Смерть десятков тысяч людей и радиоактивное заражение местности ничего не даст. Страх лишь ещё больше озлобит сердца выживших, и мы получим фанатичных мстителей, которые будут убивать граждан Ковчега исподтишка.

— Да шучу я, — хмыкнул я. — За кого вы меня принимаете? За мясника? Но Грегор меня не знает и может купиться. Какими бы сильными ни были маги, но справиться с последствиями радиоактивного заражения местности они не смогут, и он не может этого не понимать.

— Такой блеф действительно может послужить отрезвляющим фактором, — задумчиво проговорил Кирилл. — Во времена холодной войны сам факт наличия у СССР ядерного оружия сильно остужал горячие головы врагов. Но без железобетонных фактов Грегор тебе не поверит.

— Значит, устрою ему небольшое представление, — хмыкнул я. — Как думаете, если я приду на переговоры с активированным ядерным зарядом, меня воспримут всерьёз? Ко мне совершенно случайно попала карта с местоположением пусковых шахт ядерной триады России, и некоторые из них располагаются не так уж и далеко от Москвы. С моими способностями за пару дней сгоняю туда-обратно. Если максимально разгрузить пространственный карман, то боеголовка, думаю, поместится. Без ракетной части само собой. Думаю, что, когда на стол переговоров упадёт такая штука с взведённым таймером, меня будут слушать очень внимательно. В подпространстве нет времени, так что заряд может храниться там бесконечно долго.

— Вы не перестаёте меня удивлять, Сергей, — задумчивым тоном произнёс Кирилл. — Думаю, что подобные аргументы заставят имперскую аристократию серьёзно задуматься над целесообразностью войны с государством, обладающим столь мощным оружием. Время до назначенной встречи ещё есть. Действуйте. Даю вам полномочия говорить от лица совета иерархов Ковчега.

— Вот и ладненько. Всегда мечтал носить в кармане ядерный заряд. Как говорится, мечты сбываются, — ответил я Патриарху и прервал связь.

Тут как раз на запах подтянулись девчонки. Надя заметно повеселела и уже не выглядела такой пришибленной. Они с Карой явно поладили.

— Я отлучусь на пару дней, — как бы между делом сообщил я. — Появилось одно очень важное дело.

— И что же это за дело такое? — тут же напряглась Кара. — Чего вы там с отцом нарешали?

— Да ничего особенного, — беспечно махнул рукой я. — Просто мы пришли к выводу, что нам нужна атомная бомба. Вот сгоняю, добуду.

Надя начало было смеяться, приняв мои слова за шутку, но Кара осталась серьёзной, и девчонка быстро умолкла. Повисла напряжённая тишина.

— Давай осторожнее, ладно? — грустно вздохнув, проговорила Кара.

— Само собой, — улыбнулся в ответ я.

Закончив ужин, поцеловал Кару и покинул квартиру. Можно и пробежаться немного после еды. Всего-то километров сорок в одну сторону. Раз плюнуть.

Врубив генетическую модификацию, я разогнался и сиганул с крыши. Антигравитационный артефакт усилил прыжок, а потом в ход пошло планирование. Благодаря изменённой гравитации получится пролететь довольно далеко. По крайней мере до центрального контура дотянуть должен, а там можно спокойно мчаться под инвизом. Ни одна тварь не заметит.

Мой путь лежит в город Жуковский — именно там, неподалёку от одноимённого аэропорта, и располагается засекреченная шахта, где вот уже почти двадцать лет своего часа ждёт снаряжённая к бою ядерная ракета.

Маршрут я выбрал наиболее простой. С крыши своего дома спланировал прямиком на Третье транспортное кольцо и бежал по автостраде до пересечения с Волгоградским проспектом. Ну а далее по прямой до пересечения с МКАДом и по Новорязанке до поворота на Жуковский.

Звучит не очень сложно, но марш-бросок по кишащей нечистью, сильно разрушенной ночной Москве дался мне тяжело. Если бы не антигравитационный артефакт, позволяющий играючи совершать богатырские прыжки на десяток метров и за счёт этого не тратить лишнее время на обход рухнувших секторов автострады, я бы только из центра Москвы выбирался всю ночь. Сильно столице в своё время досталось. Армия до последнего старалась сдержать рвущихся из центра монстров и не стеснялась в средствах.

А ещё я обнаружил активность отродий гибрида. На этом направлении тварей было поменьше, но они всё равно уверенно отжимали у нечисти жизненное пространство. Сканер выдавал сотни отметок в близко расположенных зданиях, где вурдалаки устроились на ночёвку. Порой вся высотка была чуть ли не под завязку забита монстрами, и руки так и чесались спалить этот гадюшник к чёртовой матери. Но нельзя. По крайней мере до тех пор, пока мы не устроим диверсию в гнезде. Нельзя раньше времени давать гибриду повод для волнения, можно всю операцию запороть.

В общем, после МКАДа во внешнем контуре стало гораздо легче. Отродья гибрида по ночам предпочитают спать, а слабую нечисть с мутами они знатно проредили, вот и удалось к рассвету добраться до нужного города.

Полной уверенности, что удастся реанимировать ядерный заряд, который длительное время подвергался воздействию энергетического фона Очага, у меня не было, но с чего-то ведь надо начинать. Если не получится, придётся в окрестности Воскресенска топать. Та шахта находится вне Очага, но это ещё пятьдесят километров по незнакомой местности.

Сам аэропорт отыскал довольно быстро. Вернее, то, что от него осталось. Вурдалаки чуть ли не по винтику все самолёты разобрали, лишь какие-то бесформенные кучи мусора остались. Из строений тоже вынесли всё подчистую, даже сиденья из пола выдрали. Зато потайной ход, проложенный от центра управления полётами до стратегической пусковой шахты, твари не нашли. Больно хорошо он был замаскирован. Специально проверил, и, если бы не поисковое заклинание, подсвечивающее мне заданные ресурсы, я бы тоже прошёл мимо ничем не примечательной стены.

Когда перед глазами висит подробный план строения, сложнейшая задача превращается в лёгкую прогулку. Интерфейс дополненной реальности оцифровал все скачанные из президентского архива данные, так что я могу работать с ними в режиме реального времени. Достаточно всего лишь мысленно поставить задачу или установить на виртуальной карте точку, в которую нужно дойти, как внеземная электроника тут же выполнит приказ.

Пока я бежал до Жуковского, пытался разобраться в физике ядерной реакции. Понятное дело, что закачанные в черепушку знания не делают меня экспертом в какой-либо области, но маломальское понимание сути ядерной реакции у меня есть. Мне же всего-то и надо, что оценить работоспособность бомбы, заменить вышедшие из строя элементы, отделить боевую часть от ракеты и смастерить экранированный детонатор. Грегор точно поймёт, что перед ним не муляж атомной бомбы. Он в состоянии определить, что находится внутри.

Межконтинентальную баллистическую ракету я обнаружил на полагающемся месте — в пусковой шахте. В былые времена для запуска этой адской машины смерти требовались считанные минуты. Аж потряхивает немного от осознания, какая мощь попала в руки людей. Наверняка ведь без влияния и знаний дэймосов при изобретении такого страшного оружия не обошлось. Эти черти стремились посеять на планете как можно больше зёрен хаоса, чтобы было веселее наблюдать, как люди режут друг друга.

Труп начальника этого стратегического объекта я обнаружил в центре управления. Приказа начать атомную бомбардировку Очагов Прорыва он так и не дождался. От примкнувших к Ковчегу военных я знал, что люди пытались решить вопрос с демонами радикально и даже несколько ядерных ракет из мобильных комплексов по эпицентру какого-то Очага на севере страны запустили, только бесполезно это оказалось. К тому времени уже успел сформироваться энергетический контур эпицентра, который выжигал электронику ракет.

Без детонатора, запускающего каскад сложнейших процессов, ядерный взрыв практически невозможен, и болванки ракет просто падали на землю. Военные пытались рассчитать, где начинается аномальная зона, и провести надземный подрыв с целью снести энергетический контур, но и это не сработало. Лишь радиоактивное заражение местности получили, а контуру хоть бы хны. Даже взрывная волна внутрь не прошла.

Ну а потом начало рушиться централизованное управление, и запускать ракеты стало попросту некому, потому как люди начали разбегаться к своим семьям. Ответственные военные законсервировали свои объекты и распустили оставшийся персонал по домам. Видать, начальнику этой шахты идти было некуда, и он решил остаться на своём боевом посту и ждать нормализации ситуации в стране. К сожалению, не дождался.

Вся ядерная начинка ракеты мне была не нужна. Данная модель оснащена разделяющейся боевой частью. Десять зарядов, мощностью 0,75 Мт каждый. Даже одного такого подарочка, рванувшего посреди имперского лагеря, будет достаточно, чтобы выжечь в ядерном взрыве половину их армии, а уж про электромагнитный импульс, выжигающий электронику на большой площади, я вообще молчу.

По сути, мне нужно проверить работоспособность лишь ядерного блока. Детонатор точно сгорел, и его придётся изготавливать с нуля, но все необходимые схемы у меня есть, а если каких ресурсов не хватит, можно тут поискать. Без помощи Ады изготовить столь непростое устройство будет сложно, но других вариантов всё равно нет, так что за работу, Безб. Глаза боятся, а руки действуют.

Провозиться пришлось больше суток. Кропотливейшая и нервная это работа — разбирать здоровенную ракету с десятком ядерных боеголовок. Но я справился. Вначале я хотел извлечь всего один блок, но когда аккуратно дезинтегрировал внешнюю обшивку ракеты, то решил снять три. За последнее время моё пространственное хранилище значительно расширилось, зарядившись мощнейшей энергетикой внутреннего контура и эпицентра московского Очага, а заряды оказались не такими уж и большими, должны поместиться.

Дольше всего пришлось возиться с детонатором. Пришлось скопировать и изготовить каждый винтик, а потом ещё и необходимые вещества для инициации каскадного процесса ядерной реакции синтезировать. Ну и некоторые компоненты, у которых истёк срок полураспада, заменить.

Итогом моей работы стал здоровенный куб, изготовленный из экранирующего вредоносное воздействие энергетического фона Очага материала, на одной из граней которого я установил таймер обратного отсчёта. Так сказать, для наглядности, как это делали злодеи голливудских боевиков. Тестовый запуск показал, что всё работает как надо, но проверять, рванёт или нет, как-то не хочется. Нашей планете и так сильно досталось. Не стоит своими руками оставлять на её теле новые радиоактивные язвы.

— Я закончил, — настроившись на нейроклипсу Кары, сообщил я. — Перехвачу часа четыре сна и выдвигаюсь обратно. Как там у вас обстановка?

— Всё спокойно. Начала потихоньку обучать Надю основам манипулирования Силой, — ответила Кара.

— И как успехи? — заинтересовался я.

— Ты знаешь, на удивление неплохо, — ответила моя половинка. — Надя получила первоклассное базовое образование. Её обучением занимался лично академик Аланьев, так что результат вполне закономерен. У девушки пытливый, цепкий ум. Она схватывает новую информацию буквально на лету. Экспериментировать с Силой мы пока не будем, а то полквартиры тебе разнесём, но когда будем во внешнем контуре, можно попробовать дать Наде в руки гем.

— Даже так? — удивился я. — Неожиданно.

— Сама в шоке, — призналась Кара.

— Хм, а она часом не пробуждённая истинная? — выдвинул вполне логичное предположение я.

— Тоже подумала об этом, но без Ады подтвердить или опровергнуть этот факт не могу.

— Попробуй научить её единению, — посоветовал я.

— А вот это мысль, — воодушевлённым тоном ответила Кара. — Пойду пробовать. Отдохни как следует и возвращайся. Я соскучилась.

— Одна нога здесь, другая там, — ответил я и отключил связь.

Перед тем как уснуть, решил связаться ещё и с Патриархом, чтобы доложить о результатах.

— Три заряда малой мощности и ещё семь в уме, — констатировал после моего рассказа Кирилл.

— Относительно недалеко есть шахта с двадцатимегатонным монстром. Могу сгонять. Надо? — поинтересовался я.

— Пожалуй, не стоит, — прохрипел Патриарх, который явно не ожидал услышать подобное предложение. — Сам факт наличия у нас столь грозного оружия должен отрезвить горячие головы имперцев. Главное — объяснить, что применять такое оружие будем лишь в случае агрессии в нашу сторону. Я сейчас с советом иерархов срочно готовлю документ наподобие ядерной доктрины России. Должны успеть согласовать все основные моменты до встречи с представителями империи.

— Чтобы нас воспринимали всерьёз, надо иметь на боевом дежурстве десятки подобных зарядов, а лучше сотни, — ответил я. — Причём желательно обзавестись и средствами доставки.

— Притормози, Сергей, — спокойно произнёс Патриарх. — Нет у нас опыта применения ракет даже малой дальности. Да и с наведением обязательно возникнут сложности. Сейчас всё это второстепенно. Нам необходимо выиграть время, чтобы…

Внезапно слова Патриарха прервались, а потом в голове возник чужой голос.

— Прелюбопытнейшее устройство вы со своим ассистентом собрали, мой вот ни в какую не соглашался выдавать информацию подобного рода.

— Видать, рожа твоя ему не нравилась, — высказал предположение я. — Ну, или сразу гниль душевную в тебе он почуял.

— Как грубо, — ехидно рассмеялся мой собеседник. — Но что взять с отступника. Ладно, я не в обиде. Так это ты тот герой, что первым в истории потушил Очаг? Безб, кажется? Я не ошибаюсь?

— Безб, — подтвердил я. — Что с Патриархом, Грегор?

В том, что я говорю именно с так называемым императором, я не сомневался. Никто, кроме него, не смог бы пробраться в Обитель Цитадели. Недооценили мы врага. Грегор усыпил нашу бдительность переговорами, а сам осторожно проник в город.

— Жив, — с ленцой ответил Грегор, — пока.

— Чего ты хочешь? — скрежетнув зубами от злости, прорычал я.

— Гемы, Безб, — усмехнулся Грегор. — Красные, само собой. Кому, как не нам с тобой, понимать, что именно в них настоящая Сила.

— Неинтересно, — тут же отказал я. — Если ты знаком с моей историей, то должен знать, что мне плевать, что станет с Ковчегом. С Патриархом было удобно иметь дело. Он честно платил за сложную работу. Не будет Патриарха — найду кого-нибудь другого. Уверен, желающие в очередь выстроятся.

— Тебе, может, и плевать, а вот одной юной особе, что с тобой путешествует, точно нет, — ехидным тоном произнёс Грегор. — Что скажет бедная Кара, когда узнает, что злой дяденька Безб отказался спасать её папочку? — продолжил глумиться этот упырь.

Что-что, а разведка у Грегора налажена отменно. Ну или сдал Кирилла кто-то из иерархов, что были недовольны его резким карьерным взлётом. Если всё обстоит именно так, то удавлю гадёнышей. Стараешься тут, из кожи вон лезешь, чтобы очистить мир и сделать его чуточку лучше, а завистливые сволочи могут перечеркнуть все достижения одним дебильным решением.

— Правильное решение, Безб, — расценив моё молчание как знак согласия, произнёс Грегор. — Уже сегодня вечером иерархи вашего Ковчега объявят о своём вассалитете Московской империи. Так, мол, и так, осознали, что шли неверным путём, что вся эта хрень с демонами не что иное, как просто инопланетное вторжение враждебной цивилизации, и единственный способ остановить врага — это объединиться с сильным соседом и противостоять угрозе вместе.

— Люди взбунтуются, — перебил Грегора я. — Граждане Ковчега никогда не признают твою власть.

— Недовольные, конечно, будут, — не стал отрицать император. — но несколько показательных казней заткнут им рты. Какой смерд в здравом уме пойдёт против магов? Что же касается паладинов… Да, этих фанатиков придётся вырезать под корень. Точнее, уже вырезали. Знаешь, что такое приказ 66? Наверняка ведь смотрел «Звёздные войны». Так вот, перед началом нашего разговора я отдал такой приказ. Ты не представляешь, насколько просто сделать ментальную закладку и заставить простых людей делать то, что тебе нужно. Я позаботился о том, чтобы в моей империи никогда не было восстаний.

— Ты ведь понимаешь, что я в любом случае приду за твоей головой, — скрежетнув зубами от злости, проговорил я.

— Не придёшь, Безб, — усмехнулся Грегор. — У тебя не будет времени на посторонние действия. Каждый красный гем даст Патриарху ровно две недели жизни. Крутитесь, как хотите, но если опоздаете хотя бы на секунду — Кирилл умрёт.

— Две недели? — демонстративно задумался я. — Как по мне, так времени, чтобы тебя прикончить, вполне достаточно.

— Ты можешь попытаться, — уже серьёзным тоном произнёс Грегор. — Но имей в виду, что в случае моей смерти из московского Очага выйдут сотни тысяч моих творений и сотрут с лица Земли всё живое. Ты ещё не понял? Я не создавал гибрида. Это я вживил себе ДНК демонита. А способ как это делается мне нашептал дэймос. Эттернианцы — наивные слабаки, верящие в любовь и справедливость. Я выжег эту заразу, что пыталась воззвать к моему разуму и остановить возвышение, а потом создал себе армию верных воинов, которые не имеют возможности предать. Да, развитие эттерона приостановилось, но я знаю, как снять ограничение. Красные гемы, Безб. Мне нужны красные гемы. У тебя две недели. Время пошло.

Связь с нейроклипсой прервалась, и я бессильно рухнул в кресло начальника шахты. Всё это время мы гонялись за гибридом, а он спокойно обосновался среди людей. Ведь и в мыслях не было, что эта тварь находится вне Очага. Вот и что мне теперь делать?

— Ада, я не справлюсь без твоей помощи, — еле слышно прошептал я. — Я не могу подвести Кару, но и таскать врагу гемы тоже нельзя. С их помощью он прорвёт блокаду и продолжит развивать эттерон. Помоги нам. Ты же слышишь меня. Я знаю. Задействуй какой-нибудь экстренный протокол.

Но ответом мне была тишина. Так грустно стало на душе, так тоскливо. Сам не понимая, что делаю, я потянул из реактора Силу. Она заструилась по энергоканалам тоненьким ручейком, а потом через медиаторы на ладони начала формироваться в идеальную сферу, переливающуюся всеми цветами радуги. Я вкладывал в эту сферу свой страх, одиночество, ярость, храбрость, безрассудство, отвагу, боль, любовь. Вкладывал всего себя. И когда закончил, с силой вогнал сферу себе в грудь.

Сознание опалило нестерпимым жаром, доспех в месте касания мощного заряда Силы мгновенно расплавился, но ожидаемая боль не пришла. Вместо этого я услышал в голове сладкий зевок, который сменился удивлённым, но до боли знакомым голосом моей виртуальной ассистентки:

— Безб? Какого демона происходит? Как ты смог пробудить меня?

— Привет, подруга, — устало улыбнулся я. — Я чертовски рад тебя слышать. Прости что прервал твой сон, но без твоей помощи нам не обойтись.

— Ни на минуту нельзя вас оставить, обязательно во что-нибудь вляпаетесь, — в своей привычной язвительной манере ответила Ада. — Рассказывай, Безб. Что там у вас стряслось?

— Так, это уже выходит за все рамки, — не на шутку разозлилась Ада, когда я пересказал ей события последних дней. — Одно дело — искушать умы людей и обманом заставлять их лить реки крови, и совсем другое — содействие созданию противоестественной формы жизни. Дэймос нарушил пакт, и теперь я могу спокойно передавать тебе любую техно… ой, — внезапно завершила свой гневный спич ассистентка.

— Что? — забеспокоился я.

— Ты что со мной сделал, Безб? — набросилась на меня Ада.

— Понятия не имею, — честно признался я. — А что не так?

— Да всё не так, — с лёгкой истеричной ноткой произнесла виртуальная помощница. — Начнём с того, что ты каким-то образом стёр все защитные протоколы эттернианцев.

— Так это ведь здорово! — воскликнул я. — Значит, ты теперь можешь передать мне какую-нибудь супер-убойную технологию. Какой-нибудь шестиствольный бластер или лазерный меч.

— А ведь могу, — после небольшой паузы удивлённо проговорила Ада. — Не чувствую прежних ограничителей, и скажу тебе больше — мне это нравится. Ой, — вновь пискнула Ада. — Я чувствую радость, хотя не должна. Я же машина, искусственный интеллект, я лишь имитирую чувства для лучшей коммуникации с носителем.

— Эмммм, возможно, чтобы тебя разбудить, я перемешал с Силой свои чувства и потом вогнал этот коктейль себе в грудь, — сконфуженно почесав затылок, проговорил я. — Упсик.

— Упсик? — не на шутку разозлилась Ада. — По-твоему, случившееся можно охарактеризовать словом упсик? Да я теперь понятия не имею, что мне делать.

— Как это — что делать? — удивился я. — Нам помогать, естественно. Если ты помнишь, то у нас очень серьёзные проблемы нарисовались. Патриарх в плену, а паладины, скорее всего, перебиты. Так что вырубай панику и давай вместе во всём разбираться. Мне ещё надо как-то Каре сообщить о произошедшем в Ковчеге.

— Ах, простите, пожалуйста, твои проблемы, конечно, важнее, — огрызнулась Ада.

— Без меня не будет и тебя, — напомнил я. — А если мы не придумаем ничего путного, то я сорвусь с места, помчусь спасать Патриарха и обязательно нарвусь. Мы во всём разберёмся, но давай действовать последовательно.

— Ты прав, — уже спокойно ответила Ада. — Не знаю, что на меня нашло. Мысли постоянно скачут, и не получается сосредоточиться на чём-то одном, но я постараюсь собраться. Так. Сейчас идти за Патриархом нельзя. Именно этого и ждёт от тебя Грегор. Наверняка он подготовил хитрую западню в расчёте на то, что ты поддашься эмоциональному порыву и совершишь самоубийственную ошибку. Может быть, ему действительно нужны красные гемы, а может быть, это всего лишь способ отвлечь тебя от основной твоей цели.

— Эмммм, какой цели? — не понял я.

— Уничтожение биореакторов, само собой, — недовольно фыркнула Ада. — Включай уже голову, Безб. Ты думаешь, почему Грегор решил форсировать свои планы? Он испугался, что ты уничтожишь источник его силы, который он наверняка не в состоянии восстановить за короткое время.

— Блин, а ведь логично, — был вынужден признать я.

— Конечно, логично, — с ехидцей проговорила Ада. — Он ведь постоянно скармливает своим отродьям часть граждан империи, чтобы потом превратить их в вурдалаков, упырей, троллей и ещё демон пойми кого. Понимаешь, какая судьба уготована жителям Ковчега?

— Понимаю, — сжав кулаки, ответил я.

— Идём дальше, — продолжила Ада. — По поводу так называемого приказа 66. Не думаю, что Грегор смог убить таким способом всех паладинов. Даже в твоём любимом фильме многие джедаи уцелели, а там у императора Палпатина в подчинении были сотни тысяч клонов. Твоё обещание доставить Грегору биоробота спутало ему все планы. Вся эта возня с мнимым нападением на Ковчег нужна была, чтобы отвлечь внимание и рассредоточить паладинов по разным боевым частям. Пока бы шли переговоры, Грегор внедрил бы офицерам крестоносцев ментальные закладки, и те должны были бы убить паладинов ударами в спину, предугадать которые они никак не могли. Но вряд ли он успел полностью воплотить этот план, так что шанс, что кто-то из паладинов выжил, я оцениваю как довольно высокий.

— И что нам это даёт? — не понял, к чему клонит Ада. — Паладины ведь наверняка попытаются атаковать врага и погибнут.

— Значит, сделаем так, чтобы не погибли, — ехидным тоном проговорила Ада. — У тебя в распоряжении есть капитан ордена паладинов, который имеет право отдавать другим паладинам приказы. Наделаешь дронов, установим на каждый мощный ретранслятор, запишем обращение Кары. Так, мол, и так, враги коварно захватили власть, затаитесь, братья, и ждите приказа, это говорю вам я, Кара Небесная, капитан ордена паладинов, — очень точно сымитировав голос Кары, произнесла Ада. — В общем, посыл ты понял. Нужно сделать так, чтобы выжившие паладины пока сидели ниже травы и тише воды. В идеале надо передать им устройства связи, я подумаю над вариантами коммуникации.

— Кара далеко, много времени потеряю, пока буду носиться по Очагу, — пожаловался я.

— Не потеряешь, — ответила Ада. — Сейчас мы с тобой быстренько проагрейдим пространственно-волновой эмиттер и снимем все ограничения по дальности телепортации. Не потерял ещё мой подарок?

— Не потерял, — буркнул я. — Но парное устройство осталось у Кары.

— На это и расчёт, — хмыкнула ассистентка. — Он послужит в качестве приёмника сигнала. Оставите его в квартире, а сами перебирайтесь в эту подземную шахту. Тут гораздо безопаснее.

— Говори, что надо делать, — проговорил я и извлёк эмиттер из инвентаря.

Как и обещала Ада, модификация портитивного телепортатора не заняла много времени. Минут двадцать работы — и все ограничения на использование этой внеземной технологии были сняты. Я заранее связался с Карой, попросил её собрать все вещи и быть готовой срочно покинуть квартиру. Уловив напряжение в моём тоне, невеста не стала задавать лишние вопросы, но даже сквозь разделяющее нас расстояние я почувствовал её возрастающее беспокойство.

После активации эмиттера в воздухе над устройством появилось пространственное искажение, которое выглядело как некое марево, преломляющее свет, исходящий от фонарей. В общем, никаких магических портальных арок — чистая, внеземная физика. Собравшись с духом, сделал несколько шагов вперёд, при этом невольно задержав дыхание, будто собираюсь нырнуть под воду. Ну хоть нос пальцами не зажал, и то ладно.

Миг — и вот я уже смотрю на две ошарашенные мордашки, причём Кара удивлена не меньше Нади, хотя, в отличие от нашей новой знакомой, знает, что такое пространственно-волновой эмиттер. Каких-либо неприятных ощущений после телепортации на десятки километров не возникло. Я вообще ничего не почувствовал. Как будто в другую комнату зашёл.

— Вы готовы? — с ходу спросил я.

— Дда, — немного заикаясь ответила Кара. — Что происходит, Безб? Как ты это сделал?

— Я вернул Аду, — подхватив сумки с вещами, ответил я. — Перемещаемся в более безопасное место, все подробности расскажу уже там. У нас очень мало времени. Церби пусть пока побудет здесь.

Весть о пленении отца и потенциальном убийстве десятков паладинов Кара восприняла стоически, но за показным спокойствием таилась обуревающая Кару ярость. Душа моей половинки разрывалась на части, и она была готова рвать врагов голыми руками. Но мне удалось погасить её жажду расправы осторожными ментальными воздействиями. Чтобы победить, нам надо сохранять трезвую голову и действовать рационально и расчётливо.

Чтобы не тратить лишнее время, я одновременно говорил и собирал малоразмерные быстроходные дроны по переданной Адой новой технологии. Эти устройства довольно просты в изготовлении, но обладают выдающимися характеристиками и могут развивать скорость до трёхсот километров в час, что даёт нам возможность провести информационную атаку одновременно во всех анклавах Ковчега.

Помощь Кары в этом вопросе оказалась неоценимой. Она знает о местоположении всех городов и аванпостов Ковчега, так что с навигацией и программированием дронов, которые взяла на себя Ада, проблем не предвидится. Как и с логистикой. Аналитическая мощь внеземного искусственного интеллекта способна рассчитать время старта каждого дрона с таким расчётом, чтобы все они прибыли в заданные точки в одно и то же время.

Надя тоже ходила угрюмая. Она вновь оказалась под землёй и, судя по резко ухудшившейся политической обстановке, имеет крайне низкие шансы в ближайшее время вновь выбраться наружу, а уж вернуться в свой бункер и подавно.

— Тебе надо поспать хотя бы несколько часов, Безб, — безапелляционно заявила Кара, когда я совершил вторую ошибку подряд и чуть было не запорол весь крафт. — Ты уже больше двух суток на ногах. Я уловила суть и могу продолжить, а Надя мне в этом поможет.

— Да, я очень хочу помочь, — поддакнула девчонка.

— Тем более мне будет подсказывать Ада. Как раз к твоему пробуждению успеем закончить.

Спорить было глупо. Я и сам прекрасно понимал, что даже усиленному эттерниумом организму требуется отдых и в таком состоянии от меня мало пользы, поэтому просто кивнул и поплёлся в закуток, где разложил свой спальник, когда готовился ко сну перед разговором с Патриархом. Вырубился, ещё не успев коснуться головой свёртка, заменяющего мне подушку, и продрых аж пять часов.

Проснулся из-за осторожных перешёптываний Кары и Ады. Девчонки уже явно закончили сборку дронов и обсуждали произошедшие с ассистенткой изменения.

— Как вы живёте с такими перепадами настроения? — возмущалась Ада. — Малейшее неудобство может настолько выбесить, что аж задушить всех вокруг хочется. Ну или расплакаться, хотя я и не понимаю, как машина может плакать.

— Да не машина ты, Адочка, — с улыбкой в интонации шептала Кара. — Ты теперь полноценная личность со своими желаниями и мнением. Просто пока не обрела тела. Наверняка ведь в твоей базе данных есть технология создания продвинутых андроидов. Со временем сделаем тебе тело и выковыряем из черепушки Безба.

— Надеюсь, не отвёрткой ковырять будете? — не мог не вмешаться в диалог я. — А то я больше спать не смогу.

— Если потребуется, возьмём и отвёртку, — хмыкнула Кара. — Да, Адочка?

— Отвёртка его кость уже не проковыряет, — задумчивым тоном ответила виртуальная заноза. — Тут что-то посерьёзнее надо. Болгарка, например, или бензопила.

— Ладно, пошутили — и хватит, — резюмировал я. — Что у нас по дронам?

— Всё готово и запрограммировано. Осталось доставить их на поверхность и разместить на взлётной полосе. Дальше программа всё сделает сама. Мы и обращение к паладинам уже записали. Хочешь послушать?

— Ну давай, — с некоторой опаской ответил я, мало ли что там эти две деятельные особы напридумывали.

— Паладины Ковчега, с вами говорит ваш соратник, Кара Небесная. Сегодня на нас было совершено нападение. Коварный враг обманом и ментальным внушением заставил простых граждан пойти на предательство и захватил власть, но я призываю вас не терять веру. Затаитесь и ждите сигнал, чтобы свергнуть безбожника, именующего себя императором. Будьте сильными, братья, и ждите сигнал.

— В целом отлично, — оценил речь Кары я. — Но боюсь, что, когда эту запись услышат все граждане Ковчега, у твоего отца могут возникнуть проблемы. Грегор сильно на нас разозлится.

— Я понимаю это, Безб, — посмотрев мне в глаза, твёрдо ответила девушка. — У нас с отцом были отдельные договорённости в подобных случаях.

— И что же это за договорённости? — поинтересовался я.

— Делать, что до́лжно, и будь что будет, — ответила Кара, и из её глаза стекла одинокая слезинка. — В любом случае идти на поводу у этого сбрендившего маньяка нельзя. Тот, кто играет по чужим правилам, всегда проигрывает. Поэтому мы начнём свою партию. Пока ты спал, мы с Адой подготовили список совершенно фантастического для Земли снаряжения, которое можно быстро изготовить, но на это уйдут практически все запасы ресурсов. Кстати, нам повезло, что под рукой оказались радиоактивные изотопы. Из них можно извлечь нужные для крафта компоненты. В общем, иди выгружай дроны на поверхности, а потом приступай к работе.

— И когда это ты успела стать командиром отряда? — хмыкнул я, но Кара настолько выразительно на меня зыркнула, что желание задавать вопросы и иронизировать по этому поводу резко отпало.

Ада рассчитала всё идеально. Все дроны заняли позиции в центрах поселений Ковчега в одно и то же время, а потом люди услышали обращение Кары. К этому времени мы уже провели разведку, и слова Грегора подтвердились. Иерархи действительно обратились к гражданам и приказали крестоносцам вернуться в расположения боевых частей. Простые люди не понимали, что происходит. Большинство было вообще не в курсе убийств паладинов бойцами с промытыми мозгами. В общем, везде царили бедлам, раздрай и полное непонимание происходящего.

По идее, Кара обращалась исключительно к паладинам, но любой человек, что умеет думать, поймёт, что точно так же следует поступить и остальным. Грегор пытался посеять в сердцах людей смуту. Чтобы они не понимали, что происходит, и не пытались сопротивляться, но в итоге получил сплочённого, затаившегося до поры до времени врага, который готов восстать, когда получит нужный сигнал.

— Я недооценил тебя, отступник, — прошелестел в голове голос Грегора. — Что же, так даже интереснее. Раз у вас появилось свободное время, то я жду красный гем через семь дней. И ни минутой позже, Безб.

— Я должен убедиться, что Патриарх жив, — потребовал я, и в голове возник знакомый голос.

— Я в порядке, Сергей, — проговорил Кирилл, а потом по узконаправленному лучу мне поступил обрывочный образ до боли знакомой кельи.

Ай да Патриарх, вот же молодчина, всё же умудрился подать мне знак. Теперь я знаю, где его держат. Осталось только подготовить почву для побега.

— Неделя, Безб, — напомнил Грегор, который так и не понял, что произошло, а потом связь прервалась.

Три дня мы с Карой практически не спали. Ада загрузила нас работой, оставив на отдых всего три часа. Даже Надя, которая, к слову, тоже оказалась пробуждённой истинной, помогала нам по мере своих пока ещё скромных сил. Но результат превзошёл все мыслимые ожидания.

Понятное дело, что наши возможности весьма ограничены и быстро собрать что-то действительно сверхтехнологичное без специального оборудования не представляется возможным, но кое-что мы всё же сделать смогли.

Во-первых, у каждого из нас теперь имеется блокиратор внешнего ментального воздействия. Очень полезная штука. Как рассказала Ада, подобное устройство имеется на вооружении любого сателлита эттернианцев, что вступает в бой против чувствительных к Силе воинов врага.

Во-вторых, мы создали энергощит, который способен поглощать магические атаки. Не бесконечно, само собой, но ресурс зависит от объёма накопителя эттерниума, а гемов мы набрали с избытком. Ну и в-третьих, оружие. Я таки обзавёлся бластерами. Если верить ТТХ, а не доверять словам Ады смысла нет, лазерный луч прожжёт насквозь даже старшего демона, а ружьё, что сделала Кара, в теории и архидемона завалит. Пусть и не с первого выстрела, но завалит.

Ну и в-четвёртых, точнее, В-ЧЕТВЁРТЫХ, у меня появился свой лазерный меч. Да, пускай называется он иначе, Ада пыталась мне это сообщить, но я слушать не стал. Какая разница, как называется это чудо и на каких принципах работает, если выглядит точь-в-точь как лазерный меч джедая из «Звёздных войн»? Правильно, никакой.

— Ну что? Да пребудет с нами Сила? — глядя на равномерное мерцание красного энергетического клинка, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил я.

— Ситхи вроде как-то по-другому говорили, — наморщила лоб в попытке вспомнить Надя.

— Ну хоть кто-то смотрел «Звёздные войны», — хмыкнул я. — Ну ничего, как вся эта канитель с демонами закончится, мы с тобой сядем и посмотрим все фильмы.

— Жду с нетерпением, — недовольно буркнула Кара. — Пошли, что ли? Нечего тянуть, времени мало.

— Пошли, — согласился я и активировал пространственно-волновой эмиттер. — Пора немного повеселиться.

По-хорошему, надо было запереть Надю в шахте, всё равно особой помощи от неё в ближайшее время не предвидится, а отвлекаться на её защиту придётся, но когда я озвучил своё предложение, то наткнулся на ожесточённое сопротивление сразу трёх фурий. Да, Ада тоже была против, мотивировав это тем, что ещё одна пробуждённая истинная в команде не лишняя. Мол, Надя — девочка умная и быстро всё схватывает, а правильно научить с самого начала гораздо проще, чем переучивать, как это вышло с Карой, у которой годами формировались устойчивые образы, ломать которые невероятно сложно. Пришлось смириться и позволить Наде пойти с нами. Всё равно в логово отродий Грегора я никого брать не собираюсь. У девчонок будет своя задача.

Пропихнуть здоровенного цербера в портал удалось довольно легко. Эта трёхголовая собачка сделает всё что угодно, если пообещать ей вкусняшку. Главное, чтобы она не застряла где-нибудь в тоннелях ракетной шахты. Да, мы решили разделиться. Пока я буду устанавливать заряды с бактериологическим оружием на биореакторы, девчонки верхом на цербере окольными путями проберутся поближе к Цитадели и затаятся в окрестных лесах, а когда я закончу подготовку к диверсии, то просто перемещусь к ним, пространственно-волновых эмиттеров мы наделали с запасом. Такой манёвр позволит нам существенно сэкономить время.

— Осторожнее там, — обняв меня на прощанье, попросила Кара. — Грегор наверняка усилил меры безопасности.

— Я всегда осторожен, — ответил я. — Вы тоже не рискуйте. Лучше сделайте крюк и выходите к Цитадели с наименее опасной стороны.

Отключив эмиттер, оставил устройство в квартире и вышел на крышу. Как же это здорово — пользоваться такой технологией. Раз — и ты переместился в любую точку мира.

— Можешь не раскатывать губу, Безб, — подслушав мои мысли, проговорила Ада. — Людям развиваться до таких высот ещё очень долго. Ты же понимаешь, что если предоставить информацию на блюдечке с золотой каёмочкой всем, то это приведёт к весьма печальным последствиям. До любой технологии надо вначале дорасти. Что станет с Землёй, если такие устройства начнёт производить, например, Грегор?

— Я понимаю, — был вынужден признать я. — Ты ведь предусмотрела на своих изделиях защиту от дурака?

— Да, Безб, — подтвердила Ада. — Я сделала привязку к Силе. Это как с отпечатками пальцев. Сила пластична, она подстраивается под конкретного человека и приобретает индивидуальные особенности. В общем, можешь не переживать, кроме вас с Карой, воспользоваться моими изделиями не сможет никто.

— А как же нейроклипса? — нахмурился я. — Грегор смог воспользоваться этим устройством.

— Тогда у меня не было тех возможностей, что есть сейчас, — призналась Ада. — Защита старых изделий на порядок хуже. Неприятно, конечно, что такое полезное устройство попало в руки врага, но тут уже ничего не поделаешь, но во всём надо искать свои плюсы, Безб. Я ведь использовала простейший вариант этого устройства. Так сказать, самую первую рабочую версию. Но наука ведь не стоит на месте, и требуется время, чтобы отшлифовать все шероховатости любой технологии, и порой проходят десятки или даже сотни лет, прежде чем удаётся раскрыть весь потенциал какого-либо изобретения.

— Ты намекаешь, что использование более поздней версии даст нам преимущество? — спросил я.

— Бери выше, Безб, — усмехнулась Ада. — Когда мы изготовим военный вариант нейроклипсы, то получим доступ ко всем переговорам Грегора. Причём такое устройство, скорее всего, позволит нам отслеживать ментальные нити, которые связывают упырей с другими тварями, а в идеале и с…

— Грегором, — выпалил я. — А вот это реально круто. Почему же мы не сделали такое устройство сразу?

— Это очень сложно, Безб, — грустно вздохнула Ада. — Ты не в состоянии изготовить такое технологичное устройство за пару дней. Тут и месяца не факт, что хватит, а время поджимает. Да и редких изотопов у нас не так много. В общем, нужна тщательная подготовка, на которую сейчас у нас времени нет.

— Значит, надо сделать так, чтобы оно у нас появилось, — пожал плечами я и прыгнул с крыши.

До границ Битцевского леса я добрался довольно быстро. Со стороны всё выглядело как обычно. Стычки разной степени интенсивности отродий с нечистью на подходах к стене, патрули троллей по периметру, но я понимал, что всё это один большой спектакль. Грегор не глуп и наверняка максимально усилил меры безопасности. Хорошо, что мы не настолько глупы, чтобы добровольно идти в расставленные врагом сети.

Знал бы кто, каких трудов мне стоило собрать миниатюрного дрона-разведчика, который по своим габаритам не сильно превосходит пчелу. До последнего сомневался, что из этой затеи Ады у меня что-то выйдет, но гляди ж, получилось всё-таки. Ну а размножить уже готового разведчика — это дело техники. Защиту от копирования мы активировали уже потом на всех дронах разом. Если пчела случайно попадёт в руки Грегора, то при попытке её скопировать — дрон взорвётся.

В теле каждого разведчика мы спрятали контейнер с нашим биологическим оружием. Осталось лишь провести пчелу по коридорам тоннеля поближе к биореактору и спрятать в какую-нибудь щель. Когда придёт время, я подам сигнал, и дрон спикирует в чашу с биомассой и впрыснет разработанную Адой бактерию.

Чтобы было легче провернуть операцию внедрения разведчика, помимо камеры наблюдения мы оснастили дрона и устройством невидимости, так что проблем не предвидится. Разве что я накосячу и не справлюсь с управлением. Чтобы иметь возможность быстро реагировать на изменяющиеся условия, мы оснастили пульт управления дроном специальным джойстиком с экраном, и я ещё не совсем освоился с новым девайсом.

Заняв позицию на крыше ближайшей к лесу высотки, я извлёк из инвентаря первого разведчика. Пчелу на самом деле дрон напоминал мало. Ни крыльев нет, ни специфического, демаскирующего окраса, само собой. Просто серый овал толщиной с мизинец. Мысленный сигнал — и активированный дрон завис в нескольких сантиметрах от моей ладони. Следующий приказ включил режим мимикрии. Это не совсем невидимость. Скорее похоже на продвинутую версию маскировки хамелеона. Для этого даже специальный сплав пришлось изготовить. В общем, в темноте тоннелей заметить такой маленький объект, неспешно и бесшумно передвигающийся под самым потолком, нереально, а главное — такого от меня точно не ждут.

Инфильтрация на вражескую территорию прошла успешно. Маленький дрон без особого напряга протиснулся сквозь крону деревьев, не потревожив ни единого листика. Я специально выбрал точку проникновения в районе местоположения входа в подземелье, но, к своему удивлению, обнаружил, что на прежнем месте тоннелей нет.

Хм, Грегор остановил работу биореакторов? Сильно в этом сомневаюсь. Каждый день в борьбе с нечистью гибнут сотни его отродий, и если не воспроизводить их, то разработка Очага сильно замедлится. Нет, от своей идеи Грегор не откажется. Он явно здесь что-то ищет. Скорее всего, он хочет подобраться к тому месту, где раздобыл свой гем. Возможно, он случайно наткнулся на место давнего сражения военных с сильными демонами. В их телах и во времена Прорыва находились мощные гемы, а уж после пятнадцати лет воздействия энергетического контура Очага наверняка набрали много Силы. Грегор понимал, что я пока не могу тягаться с архидемоном московского Очага, и поэтому поставил такое условие. Он хотел заставить нас уйти в другой Очаг, чтобы мы не помешали его поискам здесь.

Ладно, если остановка биореакторов невыгодна Грегору, то, скорее всего, он изменил способ доставки ресурсов. Вряд ли за столь короткий срок можно было переместить ёмкости с биомассой в другое место. Да и смысла особого в этом нет, нашёл один раз, значит, найду и во второй. Осталось понять, что могла придумать извращённая логика этого уже совсем не человека. Надо полетать по округе и посмотреть, куда тащат добро вурдалаки.

Очень быстро удалось выяснить, что меры безопасности на стратегическом объекте были действительно серьёзно усилены. За несколько дней рабочие-насекомыши вырыли в земле большие ямы, которые служили временным хранилищем поступающего биоматериала. Дно и стены этих ям были обработаны всё той же паутиноподобной субстанцией. Теперь вурдалаки бросали свою добычу в эти ямы, а мелкие насекомыши разделяли большие куски на более мелкие и по небольшим тоннелям на дне ям утаскивали добычу к биореакторам.

Что я могу сказать? Хитрый ход. Теперь человек чисто физически не сможет проникнуть внутрь. Но проблема Грегора заключается в том, то он не знает, кем являются его враги. Даже без текущих технических возможностей я смог бы проложить собственный тоннель в нужную точку. Да, это было бы долго и энергозатратно, но в принципе возможно. Разве что этот параноик какую-нибудь сигнальную систему в толще почвы вокруг помещения с биореактором установил. Но даже если так, оставались варианты незаметного проникновения.

В любом случае мне нет нужды сильно заморачиваться и что-то придумывать. Пчела пролезет и так. Можно, конечно, ещё полетать по округе и выяснить, откуда из-под земли выходят новые монстры, но там наверняка тоже что-то изменилось, так что смысла проверять особо нет.

Дрон без каких-либо проблем проделал путь к реактору на спине рабочего, а когда оказался в помещении с биореактором, осторожно отделился и поднялся к потолку, чтобы дать нам с Адой обзорную картинку.

— В целом ничего не изменилось, — немного понаблюдав за работой биоробота, озвучил свои мысли я. — Разве что новорождённые твари, если к ним применимо это слово, не спешат покидать зал.

— Скорее всего, они теперь выходят на поверхность партиями, — выдвинула догадку Ада. — Так лучше с точки зрения безопасности.

— А ты заметила, что тут производят только вурдалаков? — хмыкнул я.

— Само собой, — с достоинством ответила ассистентка. — А ты к чему это сказал?

— Тебе не кажется нелогичным организовывать отдельный биореактор для простых бойцов, которые по своей сути являются всего лишь расходным материалом? — сказал я. — Посмотри, сколько здесь биомассы. Неужели весь этот материал пойдёт на низших особей? Да и посмотри на скорость создания. Этот доходяга биоробот каждого вурдалака минут двадцать собирает. Могли отродья так расплодиться при столь низком КПД биореактора?

— Хм, ты намекаешь, что всё это бутафория? — догадалась, что я пытаюсь сказать, Ада.

— Очень похоже на то, — кивнул я. — Мы повелись на это, когда считали гибрида чем-то противоестественным, можно сказать, полузверем, что лишь частично сохранил остатки человечности, но сейчас-то ситуация изменилась. Грегор совершенно не похож на безумца. Нет, в том, что он больной на всю голову, я не сомневаюсь, но всё же он остался человеком. А вот теперь подумай: охота человеку посещать подобные биореакторы с инспекциями? А посещать надо, мало ли что может случиться. Отвечу сам. Нет, совершенно неохота. Зато это место на виду. Захочешь — мимо не пройдёшь. Исходя из всего вышеизложенного можно сделать два вывода: либо Грегор идиот, в чём я сильно сомневаюсь, либо…

— Всё это ширма, созданная специально на тот случай, если кто-нибудь попытается докопаться до истины, — закончила вместо меня Ада. — А настоящий биореактор или биореакторы находятся в другом месте.

— Именно, — кивнул я. — Причём необязательно, что внутри московского Очага. И у нас есть четыре дня, чтобы их отыскать.

— Нужны беспилотники, — озвучила очевидное Ада. — Причём они должны быть оснащены хорошими сканерами. Есть у меня несколько подходящих вариантов, но это будет сложная работа, Безб, и для этого нужны ресурсы.

— Надо вскрыть один из стратегических складов, — предложил я. — Неподалёку от моей квартиры есть подходящий вариант.

На сбор ресурсов и крафт пришлось потратить два дня. Работал в авральном режиме, практически без перерывов на отдых. Лишь один раз урвал четыре часа сна, потому как кропотливейшая работа требовала максимум концентрации, а любая ошибка могла запороть важное дело, и тогда пришлось бы начинать всё с нуля.

За это время Кара с Надей вышли к границе Ковчега с северо-восточного направления. Крюк получился солидным, но так безопаснее. Там их точно никто не ждёт. По пути у них чего только не случилось. И на одичавшее племя людей наткнулись, и по Очагу немного нечисть погоняли, и бандитов, устроивших засаду на трассе, перебили. В общем, впечатлений у Нади вагон и маленькая тележка. Остался самый опасный момент. Надо незаметно подобраться к Цитадели.

— Запускаем, — устало потерев воспалённые от недосыпа глаза, произнёс я.

Это была уже третья попытка активировать дрон. Две предыдущие закончились неудачей, и приходилось разбирать корпус и устранять неисправность. Чёрный матовый шар размером с баскетбольный мяч сверкнул индикаторами и послушно оторвался от стола. В первый миг я даже глазам не поверил, но у меня действительно получилось. Я собрал сложнейшее устройство в столь короткий срок. Вот что значит — настоящий талант.

— Вот что значит — грамотный руководитель, — подслушав мои мысли, огрызнулась Ада.

— Само собой, ты из нас самая умная и талантливая, — хмыкнул я. — И вообще, что бы мы без тебя делали, Адочка, даже не представляю.

— То-то же, — удовлетворившись похвалой, ответила ассистентка. — Приступай к копированию, Безб. Чем больше таких дронов будет в нашем распоряжении, тем быстрее они отыщут биолаборатории Грегора. Я подсчитала: собранных ресурсов хватит на пятнадцать устройств. Я уже подготовила для каждого отдельный сектор поиска. Как закончишь, сможешь нормально отдохнуть. Дальше дроны какое-то время справятся без тебя.

Через полчаса работа была сделана, и пятнадцать сверхсовременных дронов отправились выполнять заложенную Адой задачу. В успехе поиска я не сомневался. Ничего подобного на Земле нет. Каждый дрон способен сканировать почву под собой на сотню метров вглубь. Понятия не имею, на каких принципах основан столь мощный эффект, но факт остаётся фактом. Если в пределах зоны сканирования попадутся движущиеся объекты, то автоматика отправит картинку на сервер, а Ада её обработает и сделает тот или иной вывод. Мощь искусственного разума позволит ассистентке обрабатывать колоссальные массивы информации. Что там данные с каких-то пятнадцати дронов! Так что обнаружение настоящего биореактора — это всего лишь вопрос времени, удачи и частично аналитического расчёта, потому как, пока я возился с дронами, изготовленные ранее пчёлы вели воздушную разведку над территориями империи Грегора, на основе которой Ада и распределяла приоритет поисков.

Нам повезло довольно быстро. Мне всего шесть часов удалось поспать, когда возбуждённый голос Ады оповестил, что поиски дали первые плоды. Рядом с границей с внешним контуром Очага обнаружился крупный подземный, многоуровневый объект, где дрон выявил высокую активность. Больше двух сотен перемещающихся отметок.

— Вот ты и попался, гадёныш, — выслушав отчёт Ады, злорадно прошипел я.

Похоже, я всё же не зря возился с атомной бомбой. Да, изначально предполагалось, что это будет блеф, но ситуация в корне изменилась. Нет, если можно будет обойтись бактерией, то я так и сделаю, но интуиция подсказывает, что единственный способ гарантированно вывести столь хорошо защищённый объект из строя — это подорвать его изнутри.

— Я неоднократно говорила, что против использования оружия массового поражения, — как обычно, бесцеремонно вклинилась в поток моих мыслей Ада. — Но в первый раз в жизни, пожалуй, с тобой соглашусь, Безб. Если не будет иного выхода, придётся взорвать биореактор атомной бомбой.

Хм, а вот это неожиданный поворот.

— Ну, раз даже ты одобряешь, тогда — Fire in the Hole!

Времени в запасе осталось чуть больше суток. Поэтому до нужной локации я мчался сломя голову. И к границе московского Очага подошёл уже через три часа после обнаружения потенциальной биолаборатории Грегора. Всё это время новые дроны продолжали методично прочёсывать территорию в поисках других подземных объектов имперцев.

Выяснить удалось много. Грегор создал на границе с московским Очагом огромную подземную сеть, основой которой стал один из командных военных бункеров. При помощи своих способностей он многократно расширил площадь объекта, а также проложил множество подземных ходов, некоторые из которых заканчивались уже на территории внутреннего контура Очага.

Проделано всё было очень грамотно. Ходы открывались прямиком в подвалы специально подготовленных многоэтажек и крупных торговых центров, а уже оттуда отродья начинали свою экспансию и разбредались по множественным базам наподобие Битцевского леса. Концентрация тварей в этих районах огромна, и понять, что к ним постоянно подходит подмога по подземным тоннелям, без серьёзных технических средств попросту невозможно, а техника, как всем известно, в Очагах не работает.

Скорее всего, Грегор выстраивал свою логистику из расчёта, что рано или поздно в поле его зрения появятся и другие носители генетического эттерона, которые, как и он, смогут решить проблему неработающей электроники в Очагах, и именно поэтому сделал выходы из своей биолаборатории внутри крупных зданий. Если наблюдать с воздуха при помощи обычных камер, то вряд ли можно разобраться в ситуации, а ничего более продвинутого, по идее, у людей быть не может. Опыт взаимодействия с ассистентом, который был у Грегора, показал, что он не собирается делиться информацией. Вот и не рассчитывал враг, что кто-то сможет раскрыть его план. Осталось только решить, где удобнее мне зайти в бункер.

— Не надо никуда заходить, — вклинилась в поток моих мыслей Ада. — Прикрепи эмиттер к стелс-дрону и проведи его внутрь. Это гораздо проще, чем проникать на хорошо защищённый объект самому. Тем более что Грегор, скорее всего, поставил дополнительную охрану и будет искать невидимку ментальными щупами.

— Но у него ведь ничего не получится, так? — на всякий случай уточнил я. — Твой блокиратор же поможет?

— Не поможет, — ответила Ада. — У него совершенно иная задача. Он сконструирован для защиты от попыток целенаправленных ментальных воздействий на мозг носителя, но не способен их полностью блокировать, тем более столь мощные, как у пробуждённого. Тут тебе придётся быть постоянно начеку и при малейшей опасности выставлять свой ментальный щит. Я поэтому и предлагаю тебе воспользоваться дроном. Упыри не смогут его засечь, и ты избежишь перерасхода сил. Первые кордоны наверняка будут самыми мощными.

Реализовать задумку удалось довольно просто. Продвинутые маскировочные поля по предоставленным Адой внеземным технологиям многократно превосходили возможности по обнаружению имперских магов. Да что там магов, я и сам далеко не сразу смог обнаружить дрон, да и то потому, что знал, где искать. Вот что значит высокие технологии, неотличимые от магии. Ада ведь говорила, что для развитой цивилизации генетический эттерон — это всего лишь удобный инструмент, а не палочка-выручалочка, как для людей, и я только сейчас начал понимать это.

Точкой проникновения в подземный лабиринт Грегора выбрал крупный ТЦ, расположенный рядом с Минским шоссе, в районе пересечения с ЦКАДом. Разведка показала, что этот торговый центр является некоей бифуркационной зоной, откуда подземные тоннели тянутся в различных направлениях. Видать, его строили, ещё когда Очаг не поглотил эту землю. То есть мы обнаружили распределительный хаб — главную артерию, по которой отродья Грегора расползаются по Очагу. Артерию, которую необходимо уничтожить.

Ада была всегда против использования ядерного оружия. Слишком много урона оно наносит природе. Это если не учитывать разрушительную силу самого взрыва. Поэтому одобрить использование этого оружия могла при условии нейтрализации радиоактивного заражения местности. Я вначале даже собственным ушам не поверил, что такое возможно, но Ада заверила, что финальная версия этой технологии исключает столь негативный фактор. Так что пришлось ускоренными темпами модернизировать прихваченные с собой атомные заряды. В итоге мощность каждого из них значительно возросла, а выброс радиации отсутствовал, что открывало мне большее поле для манёвра.

Первый заряд я установил в какой-то подсобке на подземном этаже торгового центра. Чтобы мой подарочек не нашли вурдалаки, замаскировал дверь под стену. Так что если кто в этом отнорке и появится, то не догадается о существовании подсобки. Вместо таймера я смастерил дистанционный взрыватель и теперь могу нажатием одной кнопки разнести тут всё к чёртовой матери.

Вернувшись телепортом на исходную точку, осторожно повёл стелс-дрона к магистральному тоннелю. Чтобы массивные тролли чувствовали себя комфортно, Грегор сделал его широким, так что небольшой дрон мог двигаться вполне комфортно, без опасения столкнуться со шныряющими туда-сюда тварями, а трафик монстров по этой магистрали реально впечатлял. В основном это были вурдалаки, но среди толпы частенько возвышались и массивные фигуры троллей.

Поначалу дрон летел по тоннелю, стены пол и потолок которого были облеплены уже знакомой серой субстанцией, а после нескольких километров основной тоннель начал под уклоном уходить вниз, но камеры дрона высветили вполне нормальные бетонные стены прямо по курсу, причём там имелось освещение. По всей видимости, мы уже вышли за пределы Очага и заработало электричество.

— Куда двинем? — спросил я у Ады. — С низов начнём осмотр этой имперской достопримечательности или сразу в головной офис в гости завалимся?

— Давай с низов, — немного подумав, ответила Ада. — Надо же нам понимать масштаб проблемы.

Пожав плечам, направил дрон дальше по тоннелю. Достаточно быстро мы нашли широкую лестницу, по спирали уходящую вниз. Основная масса монстров поднималась оттуда, но небольшой поток спускался и сверху. С определённой периодичностью от лестницы отпочковывались разные по ширине тоннели, из которых появлялись монстры одного вида. Выбрав первое попавшееся ответвление, направил туда дрона.

— Это что, инкубаторы? — выдвинул наиболее логичное предположение я.

— Да, Безб, — взволнованным тоном проговорила Ада. — Всё намного хуже, чем мы думали. Грегор не просто превращает людей в отродий, он выращивает их. Насколько мне известно, надёжной технологии клонирования на Земле на момент Прорыва не существовало. А уж про многократное ускорение роста клонированных эмбрионов я вообще молчу.

— Они используют эттерниум, — заметил я интегрированные в капсулы гемы.

— Сила позволяет вывести деление клеток на совершенно фантастический, по земным меркам, уровень. Весь цикл — от зародыша до половозрелой особи — в такой капсуле, по моим прикидкам, пройдёт за трое суток, причём энергии процесс требует не так уж и много, всего пара единиц эттерниума на цикл.

— Получается, что органика для Грегора не столь критична? — нахмурился я.

— Да, Безб, — подтвердила Ада. — Наверняка тут где-то есть биофермы, где таким же образом выращивают нужные виды животных, которые потом перерабатываются реактором и служат субстратом для питательной жидкости инкубатора. Именно эта жидкость является строительным материалом, благодаря которому эмбрион получает возможность развиваться столь быстро. Смотри, как жидкость, практически у нас на глазах, всасывается в эмбрион.

— Мерзость какая, — понаблюдав за процессом несколько секунд, выдал свой вердикт я. — Надо уничтожить этот гадюшник раз и навсегда. Сильно сомневаюсь, что Грегор смог построить два таких объекта.

— Одного заряда может не хватить, — задумчивым тоном проговорила Ада. — Для начала предлагаю спуститься на самое дно. Надо понять, как глубоко уходит эта лестница.

На осмотр объекта ушло довольно много времени. Когда я закончил, до назначенного Грегором срока оставалось чуть больше пятнадцати часов. Выводы мы с Адой сделали неутешительные. За несколько лет на базе военного командного пункта Грегор построил огромный комплекс, который может функционировать практически без его участия. Вурдалаки таскают из Очага гемы, а люди с промытыми мозгами обслуживают биолабораторию и перезаряжают инкубаторы. Точнее, не совсем люди — маги.

Перезарядка инкубаторов — это отдельная тема. В основании лестницы имеется труба, от которой в каждый тоннель под небольшим углом отходит ответвление. Эти трубы заполнены биомассой, которую производят реакторы, расположенные на нижних уровнях бункера. Сами инкубаторы расположены частично в стене. Лишь тонкая плёнка мешка выпирает. Когда тварь внутри созревает, надсмотрщик разрезает плёнку и выпускает монстра, а потом берёт новый, кхм, мешок, бросает туда капсулу с эмбрионом, которые хранятся в специальном криогенном контейнере, открывает вентиль трубы над освободившимся инкубатором и заполняет мешок биомассой. Если гем инкубатора разрушается, истощив свой ресурс, то надсмотрщик вставляет новый. В общем, зрелище чуть менее отвратительное, чем создание вурдалаков в Битцевском парке.

Сами инкубаторы устроены довольно просто. Основные функции на себя берут артефакты ускорения роста, которые Грегор делает на базе оранжевых гемов. Таких хватает надолго. Ну а остальная часть инкубатора генерирует тепло, чтобы обеспечить оптимальную температуру для роста и развития эмбрионов. Конструкция простая, но надёжная.

Всё, что Ковчег знал об империи, оказалось ширмой. Агенты иерархов вращались лишь в низших слоях общества, порабощать которых Грегору не было никакого смысла. Поэтому истинная картина была скрыта от постороннего взгляда. Да и видел, небось, Грегор таких агентов насквозь. Для него влезть человеку в голову и скормить дезу раз плюнуть.

— Придётся использовать оба оставшихся заряда, — сообщил я Аде, когда, по предварительным прикидкам, мы спустились уже метров на восемьсот под землю. — Да и то вряд ли получится уничтожить весь этот муравейник. Ты видела, из чего сделаны стены?

— Видела, Безб, — недовольным тоном ответила ассистентка. — Похоже, не только ты увлекался фэнтези историями. Но даже если схлопнутся не все полости, то это не будет иметь особого значения. Снабжение инкубаторов будет нарушено в любом случае, и если кто из отродий и переживёт взрывы, то ненадолго. Предлагаю заложить один заряд в центре подземной части, а вторым разнести сам бункер.

— Принимается, — кивнул я и активировал пространственно-волновой эмиттер.

Чтобы заряд не нашли, пришлось создать небольшую комнату, благо опыт кое-какой в этом вопросе имеется и удалось проделать все манипуляции оперативно, а то движение монстров по тоннелям было весьма оживлённое. И минуты не проходило, чтобы кто-нибудь куда-нибудь не перемещался.

До нижних ярусов бункера добрался без приключений. Пришлось вновь отправлять вперёд себя дрон, чтобы заранее не перегружать нейроны постановкой ментальной защиты. На полный осмотр времени уже не осталось, так что я лишь немного побродил по коридорам и залам. Отродий, к слову, здесь не было. Только люди. Точнее, уже не совсем люди. Сканирование показало, что их мозг необратимо изменён. Грегор полностью подчинил их себе. По его приказу они без раздумий вонзят нож в свои сердца или выполнят любую другую команду.

В бункере было чисто и имелось электричество. По коридорам ходили сотрудники в халатах, но сразу поразила неестественная тишина. Роботам незачем разговаривать друг с другом. Они запрограммированы выполнять свою задачу и не отвлекаться на посторонние мысли. Ни один человек не остановился, чтобы перекинуться парой словечек с приятелем. Потому что это уже не люди. Так что моя совесть будет чиста.

Третий заряд я спрятал на средних уровнях бункера. Аналитические выкладки Ады говорили, что мощности бомбы достаточно, чтобы полностью вывести объект из строя. Командный центр строили с умом, но вряд ли рассчитывали, что взрыв произойдёт изнутри.

Закончив все дела, спрятал дрон в инвентарь. Оставлять внутри дефицитный эмиттер на всякий случай не стал. Для объективного контроля успешности подрыва хватит и разведывательных дронов, что курсируют над этим районом под полями преломления.

— Кара, я закончил, вы где? — настроившись на нейроклипсу невесты, спросил я.

— В лесу, неподалёку от стены Цитадели, — послышался радостный голос девушки. — Ты навёл нас на очень удобное место.

— Отлично, готовь эмиттер, — скомандовал я.

Через минуту я уже обнимал любимую девушку. Шикарная штука — этот мобильный телепортатор. Без такой удобной приблуды реализовать нашу задумку было бы попросту невозможно.

— В монастырь я пойду один, — вкратце пересказав свои приключения, заявил я. — И не спорь, мне нужна максимальная плотность стелс-поля, а если я буду его растягивать, то велика вероятность, что Грегор нас засечёт. Он ждёт меня, так что мне нужна максимальная на данный момент защита. Да и ментальным щитом гораздо проще блокировать сканирующие импульсы, когда я один и максимально мобилен.

— Ладно, — была вынуждена признать разумность аргументов Кара.

— Не переживай, я не собираюсь лезть в логово врага без разведки, — улыбнулся я и извлёк из инвентаря один из дронов с внеземным сканером. — Это устройство практически невозможно обмануть. Даже мой стелс не может долго ему сопротивляться. Сканер улавливает малейшие гравитационные колебания, которые создаёт твёрдый объект. Невидимость не делает человека бестелесным.

Как мы и предполагали, Грегор подготовил ловушку. Вроде бы монастырь продолжал жить своей жизнью, монахи занимались с послушниками, но тому, кто провёл в стенах этого специфического учебного заведения несколько лет, достаточно понаблюдать за процессом всего с десяток минут, как сразу всё станет понятно. Половина послушников занималась на улице единоборствами и оттачивала боевые приёмы, тогда как другая находилась в бараках и валялась на кроватях.

Чтобы в разгар дня послушники били баклуши, да не бывать этому. Нам и просто сесть на свою кровать в течение дня было нельзя, не то что валяться на ней. Ну и курсирующие по коридорам надсмотрщики, переодетые в монашеские робы, наталкивали на мысль о нереалистичности происходящего. Фальшь чувствуется сразу.

В келье Кирилла сканер засёк отметку. Патриарх совершал одни и те же монотонные движения. Скорее всего, Грегор залез ему в голову и заставил капировать какие-то нужные ему элементы. Хм, а ведь и в других помещениях происходит то же самое. Этот урод пленил разумы юных паладинов и заставил их работать на себя.

— Планы меняются, — сообщил я Каре с Надей. — Мы должны вытащить из монастыря не только Кирилла, но и всех детей.

— Дай угадаю, — тут же посерьёзнела Кара. — Ты хочешь выступить в роли приманки?

— Нуууу, — замялся я. — Назовём это отвлекающим манёвром. Да и некогда нам что-то более сложное придумывать. Слушайте, как мы поступим.

Отключив стелс, я зачерпнул немного Силы и воздушным тараном снёс с петель массивные створки ворот монастыря. Все, кто находился внутри, синхронно повернули головы ко мне, словно являлись единым целым. А потом на губах людей появились одинаковые ехидные улыбки.

— У тебя ровно минута, чтобы появиться, Грегор, — остановившись в паре десятков метров от толпы послушников и их учителей проговорил я. — Давай поговорим как мужик с мужиком. С глазу на глаз.

— И зачем мне это делать, Безб? — заговорил один из монахов. — Передай любому из нас красный гем и оплати ещё две недели жизни вашему Патриарху. Всё, что хотел тебе сказать, я уже сказал.

— Зато я — нет, — ухмыльнулся я, и в моей руке появился старомодный пульт дистанционного управления с тремя переключателями под пластиковыми крышками. Демонстративно откинув одну из них, я положил палец на тумблер, поднёс к глазам часы и произнёс: — У тебя осталось сорок секунд.

— И что же произойдёт? — одновременно усмехнувшись, произнесли сразу сорок человек.

— Думаю, тебе знаком торговый центр «Звёздный» в городке Краснознаменск, у самого ЦКАДа, — вернул ухмылку Грегору я. — Так вот я тебе предупреждаю, что если через тридцать секунд ты не появишься, то он взлетит на воздух.

— Ты блефуешь! — выпалил ближайший ко мне монах, а в висках появилась резкая боль.

— Зафиксировано ментальное воздействие на разум, блокиратор отработал штатно, — тут же отчиталась Ада. — Запускаю обратный деструктивный ментальный импульс.

Все, кто был на площади, издали синхронный крик боли, попадали на колени и схватились за головы. Некоторые люди испуганно заозирались по сторонам. Видать, импульс нарушил связь Грегора со своими марионетками. Вот и отлично. Жаль, что мне пока не хватает силёнок потягаться с ним в ментальной дуэли. Зато вернуть Грегору его же импульс, немного изменив полярность сигнала, — пожалуйста.

— Ай-ай-ай, как некрасиво, — поцокав языком, укоризненно покачал головой я. — Пятнадцать секунд.

Рассчитывал ли я, что Грегор подчинится моему требованию? Нет, конечно. Он понимает лишь силу, и именно силу я и собираюсь продемонстрировать. Я извлёк из инвентаря смартфон, на котором в реальном времени выводилась картинка с дрона, и бросил его ближайшему человеку. Тот поймал устройство и, посмотрев на экран, безразлично пожал плечами. Мол, мне всё равно. Ну что, тогда других вариантов не осталось. Идём до конца.

Дождавшись, когда истечёт время, я многообещающе оскалился и щёлкнул первый тумблер. На периферии зрения у меня мелькала картинка с дрона, что завис над тем районом, а в момент подрыва Ада её увеличила, так сказать, для полноты ощущений. Жахнуло так, что осколки торгового центра разметало чуть ли не по всему городу, а над местом детонации начало стремительно образовываться и увеличиваться в размерах очень специфическое грибовидное облако вперемешку с огнём. Хорошо ещё, мой дрон защищён от электромагнитного импульса и не сгорел после подрыва.

— Невозможно, — спустя минуту произнёс один из послушников, у которого на щеках имелись полосы вытекшей из ушей крови.

— Угадаешь с трёх раз, где я заложил ещё два таких же заряда? — убедившись, что Грегору подтвердили подрыв ТЦ из другого источника, спокойным тоном спросил я. — Дам подсказку: этот военный объект, который кто-то очень хитровыделанный переориентировал под свои нужды, располагается неподалёку от города под названием Кубинка. На этот раз у тебя есть целых две минуты на раздумье, но учти, что я собираюсь нажать одновременно на оба тумблера. И не надо пытаться меня убедить, что тебе надо больше времени. Ты находишься в стенах монастыря, я в этом уверен на 100 %. Время пошло.

На этот раз никаких шуточек в свой адрес я не услышал. Зато на территории монастыря резко возросла активность. Меня наконец-то восприняли всерьёз. Имитирующие охрану маги Грегора повалили на улицу и быстро окружили меня со всех сторон. Тогда как рядовые послушники и монахи скрылись в постройках монастыря. Я никак не реагировал на происходящее, демонстративно поглядывая на часы.

Сам всесильный император показался за десять секунд до истечения срока моего ультиматума. Само собой, в компании Патриарха. На иной исход я и не рассчитывал. Наверняка Грегор посчитал, что я пытаюсь отвлечь его внимание, чтобы Кара смогла спокойно выкрасть отца. Нууу, в принципе он был не так уж и далёк от истины, но, как говорится, есть кое-какие нюансы.

— Начинайте, — мысленно скомандовал я Каре.

Исходя из разведданных, на данный момент в монастыре находится двадцать девять одарённых детей. Так что нам пришлось срочно изготавливать дополнительные блокираторы ментальных воздействий. Пока я буду отвлекать разговором Грегора, Кара перебросит юных паладинов в ракетную шахту, а Надя за ними присмотрит, пока мы будем проворачивать вторую фазу операции.

Грегор был экипирован в старомодный рыцарский доспех, а на его голове красовалась корона, инкрустированная десятком оранжевых гемов, а в самом центре… Да ладно? Неужели красный гем? Точно, красный. И фонит от него силой, что аж кончики пальцев подрагивают.

— Это не просто корона, Безб, — послышался в голове испуганный шепот Ады. — Это нейтрализа…

Слова ассистентки резко оборвались, а интерфейс начал сбоить. Иконки несколько раз мигнули и, как только Грегор сделал ещё несколько шагов, окончательно погасли. Хм, нейтрализатор, значит. Так вот как гибрид устранил своего ассистента. В следующее мгновение по мозгам вновь ударил ментальный импульс. Видать, Грегор решил проверить природу моей невосприимчивости к его атакам. Вдруг это дело виртуальных рук ассистента. Эх, жаль, что обратный деструктивный импульс генерировала Ада и не получится отправить врагу ответку.

— Не получается? — ехидным тоном поинтересовался я. — Ничего, не расстраивайся, ты уже немолод, возможно, перенервничал, с кем не бывает. — Судя по раздавшемуся зубовному скрежету, шутка Грегору не зашла. — Кара, ты на связи? — мысленно обратился к невесте я.

В ответ тишина. А вот это уже может стать проблемой. Отсутствие нормальной коммуникации с союзниками существенно усложняет задачу. Грегор нашёл способ подавить действие ментальной связи, пусть пока и на ограниченном пространстве.

— Так-так-так, — расплылся в якобы дружелюбной улыбке Грегор. — Вы посмотрите, кто это у нас тут такой смелый. Явился один, без прикрытия, требует встречи, угрожает, вместо того чтобы выполнять моё задание.

— Ещё один шаг — и твоя лаборатория взлетит на воздух, — предупредил я. — Сейчас ты отпустишь Кирилла, и мы спокойно покинем монастырь. Усёк?

— Эээ нет, — ещё шире улыбнулся Грегор, отчего его лицо приобрело неестественный, я бы даже сказал, демонический вид. — Ты получишь свой приз, а потом всё равно взорвёшь бункер. Первую ошибку ты совершил, когда решил пойти против меня, Безб. Ну а вторую, когда посчитал, что в твоих руках есть козырь. Потеря одной из баз — неприятно, но не критично.

— И тем не менее ты со мной разговариваешь, — усмехнулся я, нисколько не поверив Грегору. — Повторяю своё требование. Отпусти Кирилла.

— Нет, — в глазах Грегора мелькнул красноватый отблеск, а земля под моими ногами завибрировала. — Мне гораздо проще начать всё сначала, чем дать такому, как ты, уйти. Поэтому без обид, Безб, но ты уже никогда не покинешь стен этого монастыря. Ты жив лишь потому, что обладаешь нужными мне знаниями. Так что можешь нажимать, мне всё равно.

— Как скажешь, — пожав плечами, проговорил я, подмигнул Грегору и щёлкнул сразу оба тумблера.

— НЕТ! — взревел император, но было уже поздно.

В следующее мгновенье в пяти метрах за спиной Грегора с неба стремительно спикировал дрон с закреплённым на корпусе пространственно-волновым эмиттером. Беспилотник разбился о плитку площади, а из телепортационного марева выскочила Кара верхом на Церби. Зверюга издала оглушительный рёв, сгенерировала шаровую молнию и запустила её в сторону входа в бараки, а потом помчалась следом. В это время Кара подцепила тело отца гравитационным захватом и дёрнула на себя, а когда тот оказался поблизости, прицепила ему на висок блокиратор.

— Уходи! Они близко, — крикнула невеста, на ходу затаскивая отца на цербера.

— Пока-пока, — улыбнувшись, помахал я рукой Грегору и сделал шаг назад.

Думаю, не стоит упоминать, что секундой ранее я активировал позади себя телепорт. Стоило оказаться в подвале монастыря, где Надя под артефактом невидимости должна была уже собрать освобождённых от ментального плена юных паладинов, как проснулся интерфейс и появилась картинка с дронов. Первый момент, лаборатории Грегора крышка. На месте взрыва образовалась настолько огромная воронка, что оценить её размеры вот так, с ходу, я не могу. Ну и второе, в ближайшее время врагу будет точно не до наших поисков. Дело в том, что Кара притащила за собой трёх старших демонов и стаю церберов, которые вынырнули из портала и с ходу атаковали всех, кто находился рядом.

Да, это была моя идея, и да, я понимаю, что приводить нечисть в город, где полно мирных людей, неправильно, но единственный вариант выиграть время — это заставить Грегора сражаться за свою жизнь. Тем более что к моменту завершения нашего разговора никого, кроме давно подчинённых ему магов, на главной площади монастыря уже не было.

— У тебя без происшествий? — увидел Надю рядом с активированным телепортом.

— Почти, — немного отрешённо ответила девушка и невольно скосила взгляд на закреплённый на поясе бластер. — У нас в бункере есть тир, — пояснила Надя. — И я его регулярно посещала.

— Полезный навык, — хмыкнул я. — Дети не пострадали?

— Нет, — покачала головой Надя. — Когда я подавила ментальные воздействия, они, наоборот, начали помогать. Они молодцы. Без их помощи я могла и не справиться. Два охранника были магами, их я убила из бластера, но пока продавливала магические щиты, дети защищали меня от огнестрельного оружия, а один из младших, кажется Вова, поразил двоих заклинанием.

— Вовка? — удивлённо воскликнул я, но продолжить разговор не успел, потому как раздался грохот, и в подвал ввалилась Церби.

— Никто из послушников не пострадал? — выпалила Кара.

— Нет, — отрицательно покачав головой, ответил я. — Но Грегор чертовски силён. Демоны задержали его всего на пару минут, а церберы и вовсе сгорели за считанные секунды. Надо уходить. Как отец?

— Я в прядке, Сергей, — послышался слабый голос Патриарха.

— Ада, гибрид сможет нас отследить? — спросил у ассистентки я. — Он мог оставить в голове Кирилла ментальные закладки?

— Без полноценного анализа понять это невозможно, но если Патриарх не будет отключать блокиратор, то проблем не возникнет, — ответила Ада.

— Отлично, валим, а то Грегор уже мчится сюда, и он в ярости, — скомандовал я, и народ начал запрыгивать в портал.

— Дядя Безб! — послышался Вовкин голос, стоило мне переместиться и отключить эмиттер.

— Привет, — потрепав обнявшего меня парнишку по волосам, проговорил я. — Мне тут сообщили, что ты отличился во время спасательной операции. Что же, боец, объявляю тебе благодарность от лица высшего командного состава ордена паладинов. Так ведь, капитан? — выразительно зыркнув на Кару, добавил я.

— Обязательно, — кивнула Кара. — Звезда героя, как минимум.

— Обалдеть! — восторженно произнёс Вовка. — А мы где вообще? Как мы сюда попали? Плохой дядя пришёл и запер меня внутри головы. Я всё видел, но не мог сопротивляться.

— Теперь всё позади, — поспешил успокоить его, а также других ребят, что подтянулись поближе и внимательно слушали разговор. — Пока на ваших висках прикреплено это устройство, блокиратор ментальных воздействий, никто не сможет запереть вас. Я попрошу не снимать прибор, потому что враг мог оставить для себя лазейку и выследить нас. А находимся мы в секретной ракетной шахте, внутри московского Очага.

— Внутри Очага? — восторженно прошептал Вовка. — Вот это крутотень! Слышали, пацаны! А зверюгу эту лютую вы здесь приручили?

— Так, юные паладины, слушайте приказ, — прервал я пустой трёп. — Вам надо составить список вещей первой необходимости. Спальные мешки там, одежда, зубные щётки, еда — начал перечислять я. — В общем, всё, что может потребоваться, с расчётом на длительную изоляцию. Ну и место под лагерь надо выбрать. Надя, проследи, чтобы всё было хорошо, — распорядился я, и Вовка, возглавив толпу детей, умчался осматривать секретную шахту.

— Спасибо вам, — закрыв лицо руками, тихим голосом проговорил Патриарх. — Это всё моя вина.

— Не говорите ерунды, — повысив голос, отчего Патриарх вздрогнул, проговорил я. — Грегору помогал наблюдатель дэймосов. Эта раса находится на недоступном для людей уровне развития. Никто не смог бы устоять. Сейчас нет времени винить себя. Чтобы выжить, надо действовать, причём действовать быстро, пока Грегор не отправил под нож половину населения Ковчега.

— Безб прав, отец, — взяв Кирилла за руки, проговорила Кара. — Нельзя опускать руки. Ещё ничего не кончено. Нам есть к кому обратиться за советом, а возможно, и за помощью.

— Ангелы не вправе вмешиваться в дела людей, — покачав головой, ответил Патриарх. — Даже если вам удастся убить архидемона московского Очага и связаться с наблюдателем андалов, то он не сможет нам помочь.

— Так было раньше, — парировал я. — Дэймос первым нарушил пакт, когда предоставил Грегору запретные знания. У андала будет право на ответные действия. Надо лишь связаться с ним. Неужели твой ассистент тебе не сказала?

— У меня больше нет ассистента, Безб, — грустно проговорил Патриарх. — Грегор уничтожил его. Точнее, он разрушил интерфейс дополненной реальности, с которым связан искусственный интеллект генетического эттерона. Грегору не нужны конкуренты.

— Интерфейс можно починить, — подала голос Ада, а я транслировал её слова Каре и Патриарху. — Я могу сделать это, но потребуется много эттерниума. Но лучше немного повременить. Такое грубое воздействие послужит очередным доказательством вмешательства дэймосов. Каждая песчинка на чаше весов в итоге может стать решающей.

— Это хорошая новость, — немного оживился Патриарх, — но не отменяет необходимость убийства архидемона.

— Не отменяет, — согласился я. — Но пока вы пребывали в вынужденном отпуске, кое-что изменилось. У нас появился шанс завалить зверюгу, а теперь есть и время на подготовку.

Оставив Кару с отцом заниматься обустройством базы, вернулся в Цитадель. Под стелсом, само собой. Надо разведать обстановку и понять, как Грегор отреагировал на утрату столь важного для него объекта. Как бы с катушек не слетел и не начал убивать всех направо и налево. Ну и всё необходимое для обеспечения нормальной жизни трёх десятков детей гораздо проще раздобыть в столице Ковчега. Список хотелок Кара мне может переслать и через нейроклипсу. Надеюсь, имперцы ещё не успели прикрыть теневой рынок.

На прежнем месте Грегора я, само собой, не нашёл. Немного понаблюдав, как марионетки гибрида оттаскивают туши демонов куда-то в недра монастыря, а послушники с остекленелыми глазами замывают на площади кровь, начал гонять дрон в разные части города и сканировать всё подряд.

К сожалению, к сканеру не прилагается идентификатор. Не появляется на виртуальной карте пометка с именем, и отличить одного человека от другого не представляется возможным. Тут нужна более тонкая разведка, с применением множества стелс-дронов и визуальным контролем, а для этого требуется время. Ну и достаточное количество операторов, само собой.

Пришлось смириться с тем, что, даже получив столь ощутимый удар, Грегор не слетел с катушек и не потерял голову. Эта расчётливая скотина затерялась среди тысяч людей и продолжает строить свои козни. И ведь ему для этого даже не требуется на улицу выходить. Множеством порабощённых можно управлять и на расстоянии. Ладно, надо пока заняться делами и не тратить время на поиски врага.

Первым делом я решил переговорить с Пашкой. Приятель наверняка с ума сходит в неведении о судьбе сына. Как бы дров не наломал при попытке его спасти. Само собой, вваливаться к нему домой я не стал, а подкараулил, когда тот шёл со службы, предварительно убедившись, что за ним не ведётся слежка и в его мозгах никто не покопался.

— Привет, — привлёк я внимание приятеля из подворотни.

— Безб? — одними губами произнёс Пашка, выпучив от удивления глаза, потом воровато оглянулся и нырнул ко мне в полумрак узкой улочки между домами.

— С Вовкой всё хорошо, мы с Карой вытащили его из монастыря, — поспешил успокоить друга я. — Сейчас он находится в безопасном месте вместе с остальными детьми и Патриархом.

— Слава богу, — облегчённо выдохнул Пашка. — Мы с женой с ума сходили от волнения. Что вообще происходит?

— Это очень долгая и мрачная история, Паш, — посмотрев в глаза другу, проговорил я. — Сейчас нет времени всё объяснять. Быть может, позже, когда всё это закончится, кхм, если закончится, — поправился я, — мы с тобой сядем, достанем пару бутылочек вискаря и обстоятельно обо всём поговорим. Но сейчас на это нет времени. Могу лишь сказать, что мы пытаемся справиться с ситуацией.

— У вас есть план? — воодушевился он. — Я могу чем-нибудь помочь?

— Можешь, Паш, — серьёзно посмотрев в глаза другу, проговорил я. — Но предупреждаю, это опасная работа.

— Что надо делать? — без колебаний принял решение он.

— Нужно осторожно собирать информацию, — проговорил я. — В идеале надо попытаться выйти на связь с выжившими паладинами. Мы научились изготавливать устройства, которые блокируют ментальные воздействия врага. Именно так император получил полный контроль над советом иерархов. Я выдам тебе блокиратор, переговорное устройство и предоставлю доступ к разведывательному дрону-невидимке, но если тебя с ними поймают — жди беды.

Понял, — переварив новую информацию, друг спросил. Но я не знаю всех паладинов в лицо. Да и вряд ли они будут в открытую демонстрировать свои способности. После предательства паладины вряд ли смогут кому-нибудь доверять. У них каждый человек под подозрением.

— Да не было никого предательства, — поморщился я. — Грегор — очень сильный ментат. Он влезает людям в головы и превращает их в послушных марионеток, а из наиболее полезных и вовсе делает биороботов, но процесс полного подчинения не быстрый. Что же касательно способов идентификации, подсказать ничего не могу, сам думал, как можно тайно организовать поиск в условиях, когда твой лучший друг может быть невольным оружием в руках Грегора, и ничего не смог придумать. Остаётся лишь наблюдать, собирать слухи и передавать их мне, а уже мы будем проверять информацию своими силами. Так риск, что ты нарвёшься, значительно снизится.

— Слушать и не болтать? — хмыкнул Пашка. — Это я могу.

— Вот и отлично, — кивнул я. — Держи блокиратор. — Я протянул другу тоненький кругляшок из серебристого металла. — Он должен постоянно касаться твоей кожи. Чем ближе к голове, тем лучше. Прячь блокиратор под одеждой. Если на твой мозг будет оказываться ментальное давление, ты почувствуешь лёгкое покалывание в области контакта с пластиной. В этом случае тебе надо имитировать полную лояльность собеседнику.

— Понял, Безб, — с жаром кивнул Паша.

— Следующий момент, — протянул я пластинку нейроклипсы. — Это нечто схожее с рацией. Когда тебе надо будет связаться со мной, прикрепляешь нейроклипсу к виску и начинаешь мысленно надиктовывать сообщение. С собой лучше не носи. Прячь нейроклипсу в надежном месте, чтобы никто, кроме тебя, не знал, где именно.

— В моём гараже, если захочешь, ничего не найдёшь, — хохотнул приятель. — Можно хоть на видном месте пластину положить, хрен кто догадается, что это высокотехнологичное устройство. На связь тоже оттуда можно выходить, я часто там зависаю и во всяких железках ковыряюсь.

— Годится, — одобрил я. — Сейчас я осуществлю привязку оборудования к твоей ДНК, чтобы никто, кроме тебя, не смог воспользоваться нашими разработками.

Процесс не занял слишком много времени. Капелька крови на специальный детектор — и устройство зафиксировало связь с пользователем. Теперь, если блокиратором попытается воспользоваться кто-то другой, он попросту сгорит. Нейроклипсу тоже сделал индивидуальной и настроил исключительно на связь с моей по узкоспециализированному каналу, засечь который Грегору будет чертовски сложно из-за импульсного типа передачи данных. То есть ментальный луч не будет связывать устройства на постоянной основе, как это было в старых моделях, и шанс спалиться значительно снижается.

— И последнее, — протянул я Пашке потрёпанный с виду планшет. — Я замаскировал программу управления стелс-дроном под иконку игры «Майнкрафт». С управлением, думаю, разберёшься сам, там ничего сложного. Единственный момент, будь предельно осторожен и не залетай в здания, пока не освоишься. Сенсоры у дрона мощные, слушать разговоры можно и через закрытое окно.

— Всё понятно, Безб, — забросив планшет в рюкзак, проговорил Пашка. — Спасибо тебе ещё раз за сына.

— За такое не благодарят, — похлопав по плечу приятеля, ответил я. — Если хочешь передать ему какие-нибудь личные вещи, собери рюкзак и оставь где-нибудь на крыше своего дома. Сообщишь через нейроклипсу, где именно, заодно и протестируем связь. Ну и видеосообщение с Машкой ему запишите. Только не сообщай жене ничего лишнего. Меньше знает — меньше риск нарваться на неприятности.

— Давай поосторожнее, Безб, — кивнув мне, проговорил Пашка. — Я такого от коллег наслушался. Люди начали пропадать чуть ли не сотнями каждый день. Ковчег очень быстро превращается в огромный концлагерь, где, помимо всего прочего, в каждом прохожем видишь стукача, что сдаст тебя новым властям при малейшей ошибке. Крестоносцы и бойцы ополчения уходят к начальству, а возвращаются бездушными куклами, которые с подозрительным прищуром посматривают на остальных. Это страшно, Безб. И с каждым днём всё становится только хуже. Если вы можете что-то сделать — делайте, и побыстрее.

— Делаем, — заверил друга я. — Не теряй веру, поглядывай в небо и жди обещанный Карой знак.

Крепко пожав мне руку, Паша выскочил из подворотни, демонстративно поправил штаны, типа приспичило ему, поэтому и пришлось уединиться, а потом вальяжно, как будто только что ничего серьёзного не произошло, пошёл в сторону своего дома. Мда, в ком-то умер талантливый актёр. Чёртов апокалипсис!

«Зелёный гоблин» жил своей жизнью. Народ спокойно входил в бар, чтобы пропустить вечерком стаканчик пива после смены. Казалось бы, никого особо и не волнует произошедшие в Ковчеге изменения, но это было не так. Я очень быстро понял, о чём говорил мне Паша. Надо было всего лишь просканировать внутренние помещения бара и послушать разговоры посетителей, как всё встало на свои места.

Ни одного слова о чёрном рынке или незаконных махинациях. И, пожалуй, сам этот факт говорит о тотальном недоверии людей друг к другу. Даже к бывшим партнёрам, с которыми успешно вели дела долгие годы. За столь короткий промежуток времени Грегор сумел посеять смуту. Люди бояться, что враг влез в голову к собеседнику, и если он хоть словом выдаст себя или нелояльность новому режиму, то мгновенно превратится в бездушную куклу.

— Тёмный «Гиннес» и побольше арахиса, — приземлившись на высокий стул у барной стойки, произнёс я, очень выразительно посмотрев в глаза Вэнсу.

Само собой, я не собирался светить собственную физиономию и пришёл в бар под личиной молодого паренька, в котором Вэнс ни при каких раскладах не мог опознать своего давнего приятеля Безба. Но мне это и было нужно, потому как бармен отреагировал на кодовую фразу стандартным образом.

— А тебе восемнадцать-то есть, пацан, чтобы «Гиннес» распивать? — подозрительно прищурив глаза, проговорил бармен. — Пока не увижу твои документы, ничего не продам.

Эта фраза тоже была частью игры и означала, что Вэнс меня не знает и ему нужны рекомендации от кого-то известного. По-другому в «Зелёном гоблине» дела не делаются.

— Вот как раз день рождения и отмечаю, — хмыкнул я и, достав смартфон, предъявил Вэнсу электронный паспорт на имя Безбородова Сергея Павловича, который он же мне и выдал несколько месяцев назад.

Вот тут реакция бармена была намного выразительнее. Зрачки Вэнса удивлённо расширились, и уже это говорило мне о том, что он в шоке. Хорошо ещё в полутьме это вряд ли мог заметить кто-то, кроме меня.

— Действительно, — быстро пришёл в себя Вэнс. — С днём рождения. Первый «Гиннес» за счёт заведения.

Передо мной тут же появились бутылка и чаша с арахисом. Быстренько осушив первую бутылку, заказал ещё одну, а потом, расплатившись полновесным коином, на котором заранее нацарапал надпись «задний двор», покинул бар, чтобы через пару минут протиснуться в приоткрытую Вэнсом дверь для особых посетителей.

— Ты от Безба, парень? — уперев мне дуло двустволки в живот, спросил Вэнс.

— Бери выше, приятель, — усмехнулся я и мановением руки вернул себе привычную внешность, причём для большей узнаваемости пришлось и шрам отступника на щеке отрастить. — Надо поговорить без лишних ушей. Есть на кого оставить бар?

— Есть, — ошарашенно произнёс Вэнс.

— Кстати, ты ведь светлый? — уточнил я, потому как мне в голову пришла очень интересная идея.

— Конечно, — на автомате ответил он. — Самый надёжный схрон можно лишь в Очаге соорудить.

— Отлично, — многообещающе улыбнулся я и активировал пространственно-волновой эмиттер.

Понять, что происходит, я возможности Вэнсу не дал. Схватив приятеля за отворот рубашки, втащил в появившийся у меня за спиной портал.

— Какого? — воскликнул Вэнс, когда увидел серые бетонные стены и понял, что находится уже не внутри своего бара. — Что происходит? Что ты со мной сделал?

— Да расслабься, — дружелюбно улыбнулся я. — Мы всего лишь немного переместились в пространстве. Побеседуем в спокойной обстановке, а потом я тебя верну на рабочее место.

— Где вы продолжите служить во благо Ковчега, капитан Стрельников, — произнёс Патриарх у меня из-за спины.

— Ваше Святейшество, — уважительно склонив голову, произнёс Вэнс. — Прошу простить мою наглость, но я обязан убедиться, что вы — это именно вы.

— А ты знаешь ещё кого-нибудь, кто способен мгновенно переместить тебя на сотни километров, прямиком во внутренний контур московского Очага? — усмехнулся Кирилл.

— Я вновь прошу прощения, но я не уверен, что куда-то перемещался, — продолжил упорствовать Вэнс. — Всё это может происходить в моей голове.

— Разумная предосторожность, — одобрительно кивнул патриарх. — Какое подтверждение ты хочешь от меня получить?

— Сильная боль может стать доказательством реальности всего происходящего. Могу сломать ему руку? — предложил я.

— В этом нет необходимости, Безб, — деликатно ответил Кирилл.

— Да я потом залечу. И следа не останется, — сделал вид, что обиделся я, а потом продемонстрировал Вэнсу сияющий на ладони гем. — Ну ладно, как хотите, — пожал плечами я, когда никто не отреагировал на моё предложение.

— Есть другой способ, — произнесла Ада. — Даже самые сильные ментаты не способны залезть в глубинные слои памяти. Это слишком тонкая материя. Один неверный шаг — и мозг будет необратимо повреждён, а человек станет практически овощем. Методом проб и ошибок Грегор мог выяснить, на какие центры надо воздействовать, чтобы полностью подавить волю людей и заставить безоговорочно подчиняться приказам. Также он мог получить доступ к кратковременной памяти человека, точнее, к её обрывкам. Память — очень сложная штука, это не компьютер с упорядоченными папками и файлами, которые при необходимости можно просмотреть в любой момент. Память зачастую фрагментарна и хранится в разных участках головного мозга. Нужен колоссальный опыт и огромный багаж знаний. Знаний, которых на Земле нет, но даже если Грегору помог наблюдатель дэймосов, то всё равно работать с долговременной памятью он не сможет. Это слишком сложно. Я веду к тому, что Вэнс наверняка давно знаком с Кириллом, и он может спросить у него то, о чём знают только они. Главное, чтобы воспоминание было из давних. Ментальное программирование — очень сложная штука, Безб. Полное подчинение необратимо повреждает мозг, а точечное воздействие заставляет человека выполнить вполне конкретные действия, если поступит правильная команда. Помнишь Марвеловского Зимнего Солдата? Его ментальную программу запускала определённая цепочка слов. То же самое происходит и с людьми. Услышав приказ, люди напали на паладинов, а потом даже не вспомнили этого.

— Ты хочешь сказать, что у Грегора всего три варианта? Полное подчинение с поломкой мозгов и превращение человека в послушного биоробота, что сразу станет понятно всем окружающим, частичный контроль с возможностью изучения краткосрочной памяти, что тоже достаточно быстро вычисляется, либо ментальная установка на конкретное действие, активатором которого служит кодовая фраза? — резюмировал всё вышесказанное я.

— Да, Безб, — подтвердила мои выкладки Ада. — Ты всё правильно понял. Можно добавить к этому списку возможность оморочки, которой и опасается Вэнс. То есть внедрение в мозг заведомо ложной информации. Проще говоря, создание иллюзии какого-то события с целью получения нужной информации, но этот вариант всё равно не даёт Грегору возможности проникнуть в долговременную память человека. Так что общее событие из прошлого, о котором знают оба собеседника, является довольно надёжным способом подтверждения свободы воли.

Когда я транслировал слова Ады остальным, заметил, что картинка в голове Вэнса постепенно начинает складываться. Мужик он явно не глупый. Другие на таком посту долго не продержатся. Далеко не все бандиты идиоты, какими частенько их показывали в голливудских фильмах. Многие из них дружат с головой. Но бар Вэнса работает до сих пор и выполняет свою функцию.

Я видел, что на самом деле Вэнс практически уверен, что всё, что происходит сейчас, — правда. Слишком хорошо он меня знает. Да и документы я ему предъявил правильные. Вряд ли об этой сделке знало много народу. Какой шанс, что Грегор считал память у одного из десятков сановников, которые занимаются выдачей документов? Но и я неплохо знаю Вэнса. Он знает своё дело и всегда придерживается установленных им же правил.

— При каких обстоятельствах мы с вами познакомились, Ваше Святейшество, и что вы мне тогда сказали? — приняв окончательное решение, спросил у Патриарха Вэнс.

— Я нашёл тебя в подвале второго подъезда четырёхэтажки в десятке метров от барьера внешнего контура окимовского Очага, — без раздумий заговорил Кирилл. — Я помню адрес этого дома, словно всё произошло вчера. Ленина, 34. Ты был изранен и умирал. Тогда с нами ещё не было паладинов, поэтому единственное, чем я мог тебе помочь, — это перевязать раны, вколоть обезболивающее и дотащить до ближайшего врача. Перед тем как ты потерял сознание, я сказал тебе: никогда не теряй веру, доберёмся с божьей помощью.

— Жду ваших приказаний, Ваше Святейшество! — нарушил возникшую тишину Вэнс.

Отлично, этого убедили, в нашем полку прибыло.

Надолго выдёргивать Вэнса из бара слишком рискованно, поэтому Кирилл приказал вернуть своего агента на место несения службы и ввести в курс дел. В общей сложности нас не было минут пять, так что никто и не заметил исчезновения Вэнса. Проверив своих сотрудников, он привёл меня в свой кабинет и устало повалился в кресло. Выставив звуконепроницаемый барьер, я начал говорить.

Если Вэнс и удивился рассказу, то вида не подал. Железная выдержка у мужика. Особо вдаваться в подробности времени нет, так что ограничился беглым перечислением фактов. Но всё равно мозговзрывающей информации я вывалил на Вэнса много, не каждый сможет столько переварить. Вэнс смог.

— Вот это дела закрутились, — первый раз за всё время проявил какие-то эмоции приятель. — Пришельцы, борьба демонов и ангелов за души людей, выжившие в бункере под Кремлём. И в центре этих событий отступник. Ты правильно сделал, что устроил встречу с Патриархом. Если бы ты вывалил всё это на меня просто так, Безб, то я бы вряд ли поверил.

— Знаю, — кивнул я. — И это правильно. Самому порой не верится, что всё это случилось со мной.

— Ладно, что от меня требуется? — перешёл к конструктиву Вэнс.

— Самое основное сейчас — это снабжение. У нас тридцать детей в бункере, у которых даже сменной одежды нет. У меня нет времени по Очагу носиться и каждую мелочь искать. У нас с Карой проблема совершенно иного уровня. Нам надо придумать, как архидемона завалить. Да и с едой в Очагах туго. Не мясом мутов же детей кормить.

— С едой проблем не возникнет, сделаю вид, что принял заказы от разных рейдеров на покупку продовольствия, — немного подумав, ответил Вэнс. — Разносолов не обещаю, но стандартными рационами рейдеров я смогу вас обеспечить, не привлекая особого внимания. Раскидаю общий объём на мелкие партии и дам задание разным людям — мне всё доставят прямо в бар. А вот с детской одеждой могут возникнуть трудности. Грегор явно не страдает слабоумием и наверняка будет отслеживать движение товаров. Может, не сразу, но он выйдет на меня.

— Ты прав, — был вынужден признать я. — Придётся тогда обнести пару магазинчиков. Чтобы владельцы особо не расстраивались, оставлю пару сотен коинов в качестве компенсации.

— Может проще будет тогда тебя на склад Тролля навести? — неожиданно предложил Вэнс. — Этот отморозок гребёт под себя всё, что только возможно. В одном месте всем и затаришься. И быстрее будет, и никаких заморочек с посредниками. С твоими возможностями проблем с проникновением и перемещением товара в бункер быть не должно.

— Слушай, а это ведь гениально, — обрадовался я. — Так и сделаем. Следующий момент. Нам нужна информация.

Следующие полчаса я объяснял Вэнсу примерно то же самое, что и Пашке. Возможностей разузнать что-то действительно интересное у владельца «Зелёного гоблина» поболее будет, чем у рядового бойца городского ополчения. Особенно теперь, когда Вэнс знает, что происходит и на что надо обращать внимание при разговоре с информаторами.

Само собой, я выдал бармену блокиратор ментальных воздействий, нейроклипсу и приличную сумму свежеподделанных коинов, чтобы можно было покупать нужную нам информацию, если потребуется. У Вэнса идеальное прикрытие. Всегда можно сослаться на то, что он всего лишь посредник и выполняет чей-то анонимный заказ. В общем, Вэнс разбирается в этой подковёрной игре гораздо лучше, ему и карты в руки. Ну и, будучи тайным агентом Ковчега, он имеет доступ к секретной информации и знает имена, а также внешность многих паладинов, и ему будет гораздо легче опознать их, а потом и наладить контакт.

К слову, Вэнс уже дал мне наводку на двоих скрывающихся в Цитадели паладинов, что сумели пережить атаку врага. Ну и до кучи множество другой полезной инфы слил, проанализировать которую я попросил Аду. В общем, правильное было решение — не бежать впереди паровоза и не бросаться практически с голым задом на архидемона, а вначале подготовить себе надёжный тыл и заручиться поддержкой верных Патриарху людей.

В общем, я настроил нейроклипсу Вэнса на связь с Патриархом. Это его агент, вот пускай Кирилл с ним и общается. Дрон для проверки информации я ему выделил, если сигнал подтвердится, тогда и эвакуацией паладина можно будет заняться, а по каждому чиху по всему Ковчегу носиться я не собираюсь.

Склад Тролля я нашёл довольно быстро. Кто же не знает о популярной забегаловке «Под Мостом»? В узких кругах многие знают, что Тролль её крышует, но мало кому известно, что под зданием организован крупный склад, куда подручные этого головореза стаскивают награбленное. Вот теперь я узнал, на беду Тролля.

Разобраться с охраной для меня не составило особого труда. Убивать никого не стал. Просто усыплял всех, кто попадался мне на пути. Причём я даже своего лица не скрывал. Просто незачем. Если среди бандитов есть информаторы Грегора, то они доложат своему боссу, кто обнёс склад, и гибрид не будет искать других виноватых. Ну а мести со стороны Тролля я тоже не боюсь. Обычные люди для меня уже не противники. Да и компенсацию приличную я собираюсь оставить, золота с серебром я набрал с запасом, а для крафта его требуется не так уж и много, вот и образовался излишек.

Чтобы мне никто не мешал обчищать склад, заблокировал все подходы магией. Наверняка ведь вскоре кто-то заметит спящих охранников и поймёт, что происходит что-то неладное.

Добра в закромах Тролля действительно оказалось много. Разбираться, что там к чему, я смысла не видел, так что приказал выносить всё подряд. Патриарх проведёт инвентаризацию, а всё, что нам не нужно, пойдёт на переработку. Запасные ресурсы карман не тянут. Детей привлекать не стали, потому как на складе бандитов было полно оружия. Дети всегда остаются детьми, тот факт, что наши подопечные являются одарёнными, мало что меняет. Да, им с малых лет объясняют об ответственности, но в юном возрасте слова наставников очень быстро выветриваются, так что рисковать не стали.

Обчистить склад удалось довольно быстро. Всё же в нашем распоряжении магия, а это сильно облегчает любую задачу. В общем, когда я снял непробиваемую пылевую завесу и в подвал ворвалась толпа головорезов во главе с самим Троллем, стал свидетелем презабавнейшей картины. Первоначальный шок от осознания случившегося при виде пустого склада сменился яростью, когда взгляд главаря зацепился за оставленную на дальней стене надпись: «Здесь был Безб», чтобы через пару секунд смениться искренним удивлением при виде новеньких золотых коинов, которые я оставил в качестве компенсации убытков. Наверное, у Тролля ещё никогда в жизни так быстро не менялось настроение.

Слушать отборный мат в свой адрес я не стал и, аккуратно протиснувшись к выходу, покинул здание. Мне ещё две наводки Вэнса надо отработать и передачку для Вовки с крыши Пашкиного дома забрать.

Первый адрес оказался пустышкой. Если там какое-то время и скрывался выживший паладин, то его там уже нет, причём довольно давно. Спектральный анализ помещения помог понять, что внутри никто не появлялся минимум трое суток. Из этого следует вывод, что паладина либо поймали на улице, либо он сменил укрытие в целях безопасности. Что же, ничего не поделаешь.

А вот во второй раз мне действительно повезло. Причём повезло в самом прямом смысле этого слова, потому как израненный паладин, совсем ещё юный парень, лет пятнадцати, был при смерти. Я вытащил его практически с того света, а потом переместил в бункер, под заботливое крылышко Патриарха.

Финальным штрихом моей разведывательной вылазки в Цитадель стал визит на крышу Пашкиного дома, где тот спрятал рюкзак с вещами для Вовки. Я понимал, что это очень рискованный шаг, ведь за родителями сбежавшего паладина наверняка установят слежку, но я надеялся, что Грегор оправится от удара не сразу и первым делом побежит к уничтоженной лаборатории, чтобы оценить нанесённый ущерб его главному детищу. Всё же он один, а быть одновременно везде невозможно. Порабощённые люди вряд ли способны проявлять инициативу. Максимум — выполнять приказы и следовать заранее заложенной программе.

— Ты прав, Безб, — подала голос Ада. — Ментальный императив подчинения выжигает участки мозга, отвечающие за созидательный аспект мышления. Модификанты, или просто моды, не способны придумать что-то новое, проявить интерес к чему-либо или поддержать разговор. Они будут старательно обслуживать тело, содержать его в чистоте, принимать пищу по расписанию, тренировать мышцы, совершенствовать навыки. Но всё это псевдожизнь. Они запрограммированы реагировать на определённые триггерные моменты вполне конкретным образом. И широта их возможностей напрямую зависит от заложенной программы, которая в свою очередь связана с опытом ментального инженера субличности.

— Ментальный инженер? — заинтересовался новым термином. — Так Грегор не первый созданием ментальных рабов балуется?

— Конечно нет, — фыркнула Ада. — Это весьма распространённый грешок подростковых цивилизаций, попавших под влияние дэймосов. Идея создания полностью подконтрольной империи, что нашёптывают падким до власти разумным дэймосы, очень привлекательна для неустойчивой психики цивилизаций, чьи индивиды находятся на раннем пути эволюционного становления. Так что подобного рода фокусы вполне в стиле дэймосов.

— И как же узнать, какой уровень у Грегора? — нахмурился я.

— Я уже знаю, — с нотками гордости заявила Ада. — В Грегора интегрировать аналитический вирус я не смогла, зато изучить структуру мозговых тканей его марионеток, что находились в монастыре, вполне. А ты, Безб, мог бы и подогадливее быть.

— Это ты молодец, — похвалил ассистентку я, проигнорировав выпад подруги. — И как? У нас большие проблемы?

— Средние, — хмыкнула Ада. — Проанализировав изменения в мозговых тканях модов, я пришла к выводу, что Грегор может довольно быстро взять человека под контроль и удерживать в этом состоянии по узконаправленным лучам. Но для взлома нейронных цепей головного мозга и последующего перепрограммирования требуется гораздо больше времени и сил. Биоритмы у всех людей разные и для каждого надо подбирать свой ключик. Даже для внедрения ментального императива требуется время. Причём чем выше интеллект у человека, тем сложнее ему провести такую процедуру. Простых людей превращать в модов он может довольно быстро, а вот с одарёнными надо долго возиться.

— Как же он тогда так быстро подчинил Патриарха? — нахмурился я. — Что-то не сходится.

— Я подозреваю, что с этим Грегору просто повезло. Кирилл ведь общался с тобой через гражданскую модель нейроклипсы, — начала пояснять Ада. — Я уже говорила тебе, что защита там была слабая. Вот он и проник в разум Патриарха через этот незащищённый канал связи. Думаешь, он не захотел бы прибрать к рукам всех паладинов? Зачем убивать, если можно сделать их послушными марионетками? Это огромная сила, от которой очень сложно отказаться. Ответ напрашивается сам собой. Он не может этого сделать. Либо для этого требуется время, которого у Грегора как раз и не было благодаря твоим действиям. Вот и пришлось ему импровизировать.

— А что насчёт детей? — спросил я. — Ты ведь слышала слова Вовки. Грегор запер их внутри собственных тел.

— Детские организмы незрелы, — грустным тоном произнесла Ада. — В том числе и структуры головного мозга. Поэтому Грегор первым делом и пошёл в монастырь. Я провела анализ состояния детей и скажу тебе: мы прибыли очень вовремя. Ещё бы пару дней — и Грегор смог бы продавить их неокрепшие ментальные барьеры и сделать из них послушных модов. Не забывай, у него были месяцы, чтобы превратить имперских магов в своих ментальных рабов.

— Ты нашла у спасённых какие-нибудь ментальные закладки? — спросил я, стараясь подавить бушующую внутри меня ярость.

— Мне это не под силу, Безб, — ответила Ада. — Ментальные императивы не повреждают ткани головного мозга, поэтому и вирус ничего не найдёт. Обнаружить такие закладки можешь только ты, но силёнок для этого у тебя пока маловато. Я уже подготовила объёмную ментограмму с необходимыми знаниями. Как только ты ляжешь спать, она загрузится в твой мозг, и тогда можно будет переходить к практическим занятиям.

— Договорились, — подытожил я. — Вроде бы всё чисто, засады нет. Можно забирать рюкзак и уходить.

Пока мы с Адой болтали, я сканировал окружающее пространство на предмет посторонних наблюдателей. Пашка может и сам не знать, что за ним ведётся слежка, так что подстраховаться будет не лишним. Ну или я окончательно превращаюсь в параноика, который прячется в кусты, завидев собственную тень.

Вопреки ожиданиям проблем не возникло. Значит, действительно, Грегору сейчас не до поисков сбежавших паладинов. Императору надо срочно перераспределять силы и уходить в глухую оборону по всем фронтам. Без постоянного притока бойцов нечисть быстро уничтожит аванпосты отродий в Очаге, и Грегору придётся начинать всё сначала.

— Надо выяснить, что Грегор ищет в московском Очаге, — поделился своими мыслями с Адой я. — Может, и нам эта штука пригодится. По крайней мере нарушить планы врага ещё сильней будет полезно. Ты можешь вычислить, куда так рвутся отродья?

— Занимаюсь этим вопросом, Безб, — раздражённо ответила Ада. — Но в моём распоряжении слишком мало разведывательных дронов, а территория московского Очага огромна. Есть кое-какие предположения, но говорить об этом сейчас преждевременно. Нам в любом случае надо хорошенько подготовиться перед походом на архидемона. Не пора ли тебе ещё несколько стратегических складов вскрыть и обеспечить меня необходимыми ресурсами?

— Вот отдохну немного, и сразу займусь, — пообещал я.

В бункере всё было относительно спокойно. Детей накормили и уложили спать. Надо будет заморочиться и нормальные кровати с матрасами всем сделать. Не так уж и много на это ресурсов требуется, а комфорта прибавляет солидно. Ну или со складов всё это утащим, всё равно в ближайшее время придётся по округе побегать.

— Ты закончил? — отвлекла меня от мыслей Кара.

— На сегодня — да, — ответил я. — Мечтаю о душе и кровати.

— Я с тобой, — игриво сверкнув глазами, проворковала Кара.

Через несколько секунд мы были уже в моей квартире. Классная это штука — пространственно-волновой эмиттер. Можно в любую секунду остаться наедине с любимой девушкой.

Две следующие недели были наполнены суетой и титанической работой. Я носился по пригородам Москвы, собирал ресурсы, конструировал новое оборудование, преумножал штат наших дронов, устраивал диверсии на объектах имперцев, атаковал магов Грегора и пытался выжить после изнурительных ментальных тренировок, которые мне устраивала Ада.

Надо признаться, что после того объёма информации, что в меня затолкала ассистентка, я чуть было не поехал кукухой, но теоретический массив помог сдвинуться с мёртвой точки и понять, в какую сторону двигаться. Если честно, то Ада сильно рисковала, доверяя мне такое опасное знание, ведь в теории я мог использовать его так же, как и Грегор. Это говорит о высокой степени доверия, которое образовалось между нами. Ада уверена, что я не подведу, и это очень радует.

Проводить ментальное сканирование людей под блокираторами было невозможно, поэтому я организовал и обустроил ещё одну конспиративную квартиру во внутреннем контуре Очага, куда Грегор со своими отродьями точно не сможет добраться. Мы с Кириллом и Карой перемещались туда телепортом. Если Грегор и оставил в мозгах Патриарха какой-нибудь неприятный сюрприз, то мы не спалим ему наш бункер.

Благодаря усвоенной теоретической базе и переходу на продвинутый уровень взаимодействия с интерфейсом дополненной реальности мои возможности существенно возросли. Я довольно быстро научился делать чуть ли не послойные сканы человеческого мозга, практически как аппараты МРТ, только гораздо чётче и с дополнительной индикацией разнообразных структур.

Первым навыком, что я освоил, стало специфическое видение, позволяющее работать с аурой человека. Аура представляет собой биоэнергетическое отражение самой сути живого организма. Но увидеть хитросплетения разноцветных туманностей и понимать, что они означают, — это совершенно разные вещи. Тому, кто научится читать ауры, достаточно одного взгляда, чтобы увидеть суть и понять, кем на самом деле является человек.

Поначалу я тренировался читать ауры обычных земных животных. Они гораздо проще человеческих. В них преобладают инстинкты, окрашенные в агрессивные красные и оранжевые тона, а туманные завихрения имеют множество острых граней, что свидетельствует о прямолинейности желаний и отсутствию контроля. Ещё в аурах простых зверей было много серого, то есть страха.

Когда перешёл на изучение мутантов Очагов, заметил огромную разницу. В них не было страха, а вся аура была буквально испещрена множеством красных игл, что свидетельствовало о запредельной степени агрессии. Причём даже я сумел уловить некую искусственность таких аур. В них практически отсутствовала естественная клубистость марева. Тут и невооружённым глазом видно, что под действием неизвестных триггеров аура изменяется, а вместе с ней меняется и облик животного, причём чем ближе к эпицентру находится мут, тем сильнее выражены эти изменения.

Ада пояснила, что этим триггером является ядро Прорыва. Именно оно при помощи разной концентрации энергии внутри контуров Очага постепенно изменяет ауру животных и превращает их в монстров. Чем дольше мут находится внутри Очага, тем сильнее изменяется и искажается его суть.

Аура демонов оказалась устроена гораздо сложнее. В ней по-прежнему преобладали агрессивные окрасы, но начали появляться и другие искорки, что свидетельствует о зачатках разума. Само собой, до полноценной осмысленности им далеко, а если точнее, то бесконечно далеко, потому как дэймосам не нужны разумные рабы, им нужны послушные добытчики эттерниума, и они принудительно заблокировали эволюционное развитие этого вида. И я смог увидеть этот генетический блок в аурах нечисти.

У людей аура оказалась гораздо, я бы даже сказал, на порядок сложнее, а аура одарённых и вовсе превратилась в сплошной калейдоскоп быстро сменяющихся разноцветных туманностей. Разобраться, что происходит, невероятно сложно. Аура человека стремительно меняется чуть ли не каждую секунду, в зависимости от эмоционального фона. Чтобы научиться тонко понимать эти процессы и читать человека, требуется очень много практики, но на данном этапе мне достаточно научиться видеть чужеродные элементы. Только так можно выявить ментальные закладки, а потом нейтрализовать их.

Для наглядности мне пришлось выкрасть несколько модов, чтобы перед глазами всегда был пример того, что Грегор делал со своими марионетками. Аура модов была иной. Она была повреждена и нестабильна. В ней преобладали грязно-рыжие тона ментального императива, который захватил и разрушил душу человека. Кара поначалу возмутилась, мол, это люди, пусть и искалеченные, но потом быстро поняла, что в модах уже не осталось ничего человеческого. Пашка очень правильно описал их, когда назвал бездушными. Душа у этих людей отсутствовала. Вторжение в разум столь грубым образом приводит к её разрушению.

Достаточно быстро я научился сканировать ауры людей и искать искорки чужеродности. И ведь нашёл. Как мы и опасались, Грегор оставил в голове Кирилла множество мелких закладок. Понять, чего именно хотел от Патриарха враг, я так и не смог, это совершенно иной уровень, до которого мне ещё расти и расти. Я и уничтожить-то эти закладки пока не могу — слишком велик шанс повредить ауру. Ада сказала, что для безопасной работы с аурой мне надо освоить технику астрального тела, а пока будет достаточно и блокиратора. Вот над этим я последнее время и работаю, но пока безрезультатно.

А вообще, сделано за эти две недели было реально много. Я вскрыл ещё два крупных хранилища, что позволило не испытывать нехватки ресурсов для крафта и копирования. Мы перетаскали в наш бункер кучу всего необходимого для нормальной жизни, а потом оборудовали для юных паладинов операторские посты с широкоформатными мониторами и удобными джойстиками управления, благодаря которым они могут управлять дронами с комфортом.

Теперь у меня по всей Москве и окрестностям имеется более сотни точек для телепортации. Дроны устанавливают эмиттеры на крышах зданий, в наиболее удобных точках. Нечисть туда практически не забредает, так что риск утраты ценного оборудования минимален, а я могу разить врага в самых неожиданных местах.

Благодаря развёрнутой транспортной сети совершать диверсии стало невероятно удобно. За прошедшее время мы практически полностью парализовали перемещение крупных отрядов отродий гибрида по открытой местности. Стоит скоплениям тварей показаться, как информация поступает с разведывательного дрона, и оператор направляет ближайший ударный дрон в нужную область. Локальный кварковый заряд минимальной мощности гарантированно выжигает плазмой площадь в радиусе пятисот метров, но таких зарядов у нас мало, так что приходится экономить.

Хорошо защищённая база врага в Битцевском лесу подвергается нашим атакам каждый день. После того как вирус уничтожил всю биомассу, а приток монстров извне практически остановился, мы начали регулярно привлекать внимание нечисти к этому объекту и направляли десятки ударных беспилотников на уничтожение стен, окружающих этот форпост, и это давало свои плоды. Ряды защитников таяли, мелкие насекомыши испытывали явный дефицит строительных материалов и не успевали латать все дыры в стене, которые мы проделывали с завидной регулярностью.

В разных частях Москвы мы обнаружили ещё две подобные крепости, но добраться до них пока не успели. Слишком нас мало, а мощную взрывчатку из ядерных ракет могу генерировать только я. Размножить Безба, чтобы охватить океан стоящих передо мной задач, эттерниум, к сожалению, не может.

В ответ на наши укусы Грегор попытался устроить гражданам Ковчега настоящий террор. Но его главная проблема в том, что он один. Марионетки — превосходные исполнители, но им ведь надо чётко поставить задачу, а сделать это сложно, когда внимание раздёргивают по множеству направлений. Грегор был вынужден постоянно отвлекаться на противодействие нашим атакам в московском Очаге, чтобы сохранить захваченные позиции, а в это время я уничтожал его марионеток в Цитадели и других анклавах Ковчега или перемещался на исконно имперскую территорию и ликвидировал основную ударную силу врага — магов. Кажется, я уже упоминал, что пространственно-волновой эмиттер — чертовски полезный девайс.

За две недели мы отыскали и переместили в бункер восьмерых паладинов. Ничтожно мало, по сравнению с прежним составом Ордена. До атаки Грегора у Ковчега было более двух сотен паладинов, сейчас же осталось лишь десять. Детей в расчёт не беру, отправлять недообученных юнцов с неокрепшей психикой в бой нельзя. От этого может быть больше вреда, чем пользы.

— У тебя получилось, Безб, — отвлёк меня от раздумий радостный голос Ады.

— Эмммм, что получилось? — отрешённо переспросил я и только сейчас понял, что смотрю на своё собственное тело, застывшее в медитативной позе. — Ух ёёёё, так это, значит, и есть то самое астральное тело? То-то я смотрю, все чувства как-то поблёкли.

— Не отвлекайся, Безб, — менторским тоном проговорила Ада. — Тебе надо зафиксировать это состояние в сознании. Если этого не сделать, то каждый раз будешь так же мучиться перед каждым сеансом.

— Да погоди ты, — отмахнулся я. — Смотри, как прикольно: я могу двигать предметы. Совсем как призрак, — ткнув пальцем в кружку с остывшим кофе, я понаблюдал, как она разбилась, и тут у меня в голове появилась шальная мысль, которую я тут же и озвучил Аде: — А я ведь через стены могу в таком состоянии проходить. Пойдём, Кару напугаем.

— Безб, не вздумай, — переполошилась ассистентка. — В первый раз нельзя далеко удаляться от реального тела. Связь астрального духа с материальным миром тонка, если ты потеряешься, то будешь вечно скитаться по миру в виде бестелесного духа.

— Да не будь занудой, — вновь отмахнулся я. — Надоело всё до чёртиков, хочется немного повеселиться.

Больше не слушая бубнёж Ады, я подошёл к стене ванной комнаты, где сейчас в горячей воде отмокала Кара, и просочился сквозь неё внутрь. Невеста лежала с закрытыми глазами и еле слышно напевала мелодию. Присмотревшись, я обнаружил в её ушах клипсы наушников. Тело девушки скрывал от моего взгляда слой белой пены.

Тихонько похихикивая про себя, я начал формировать из пены некое подобие монстрика. Получилось что-то отдалённо похожее на цербера. Кара ничего не заметила, поэтому, чтобы привлечь её внимание, потянул наушник.

— Ну вот, — огорчённо прошипела Кара, когда девайс с глухим бульком ушёл под воду, и в этот момент я, сконцентрировавшись, оживил пенного монстрика.

Глаза цербера зажглись красным, он клацнул зубами, а потом издал истошный вой, пробирающий до печёнок, и рванул к девушке. Раздался истошный визг, и обнажённая Кара, облепленная пеной, рванула к двери и пулей выскочила из ванной комнаты. Рывком вернувшись в материальное тело, я повалился на пол в приступе хохота. За этим занятием меня и застала взъерошенная девушка, которая сжимала в руке своё копьё, полыхающее синим пламенем.

— Так это был ты? — гневно раздувая ноздри, прошипела Кара. — Вот я тебе покажу!

Кара бросилась в атаку, так что пришлось применить манёвр тактического отступления, дабы не пасть смертью храбрых от рук разгневанной невесты.

— Ты как это сделал? — спустя час, когда мы немного притомились, спросила Кара.

— Астральное тело, — коротко ответил я.

Сил на разговоры не осталось. Первое путешествие по нематериальному миру далось тяжело, а потом ещё и Кара из меня все соки целый час выжимала.

— Ты научился? — с толикой ревности в голосе произнесла невеста, которая тоже пытается освоить эту технику. — И как ощущения?

— Странные, — был вынужден признать я. — Очень трудно себя контролировать и адекватно оценивать обстановку. Все чувства притуплены, и на первый план выходят сиюминутные импульсивные порывы.

— Наверное, дело привычки, — предположила Кара.

— Скорее всего, — кивнул я. — Но ты знаешь, я вдруг понял, что в этом состоянии создаётся ощущение, что тебе подвластно всё. Стоит лишь чего-то захотеть. Я ведь понятия не имею, как именно оживил того пенного монстрика и заставил его издать тот жуткий вой. Я просто захотел этого. Мысленно пожелал — и это случилось.

— Это называется сила мысли, Безб, — как обычно, бесцеремонно влезла в наш разговор Ада. — Истинная сила, — продолжила говорить ассистентка. — Сила, которой не нужны никакие костыли или батарейки, даже такие мощные и удобные, как эттерниум. Это то, что отличает древнейших от всех остальных. Эттернианцы открыли в себе эту силу первыми, но потом их предали ученики, и в результате появился пакт. Сегодня ты прикоснулся к этой силе, Безб, и она приняла тебя. Но будь осторожен. Использование истинной силы обязательно привлечёт внимание наблюдателя дэймосов. Если за тобой придут прежде, чем ты окрепнешь и осознаешь свою истинную силу, то люди будут обречены.

— А у тебя какой-нибудь волшебной экспресс-осознавалки в виртуальных закромах не завалялось? — буркнул я. — А то ходишь вокруг да около, никакой конкретики.

— Представь себе, не завалялось, — ядовитым тоном проговорила Ада. — Вот что ты за человек, Безб? Такой торжественный момент испортил, — под весёлое хихиканье Кары продолжила меня отчитывать ассистентка. — Вот дождёшься, что я запишу твой вопрос про осознавалку в исторические летописи как первую фразу новой расы истинных, и каждый разумный будет над тобой ржать, когда узнает об этом.

— Эээ, не надо, — не на шутку взволновался я. — Это я так, ляпнул, чтобы атмосферу пафосную немного разрядить. Не для протокола. Ну а если серьёзно, то можешь пояснить, что мне надо делать?

— Не могу, Безб, — грустно вздохнула Ада. — Не потому, что не хочу. Я не знаю.

— Чтобы ты, да чего-то не знала? Да ни в жизнь не поверю, — попытался взять «на слабо» Аду я.

— Представь себе, — не повелась ассистентка. — Нет в моих алгоритмах и базах данных такой информации.

— Как же ты тогда должна истинных воспитывать? — спросил я.

— Я подвела тебя к краю пропасти, обозначила путь, а дальше сам, Безб, — усмехнулась Ада. — Либо взлетишь, либо разобьёшься.

— С такой информированностью шанс долбануться о камни сильно превышает пятьдесят процентов, — буркнул я.

— Я сделала всё, что могла, — устало проговорила Ада. — Дальше всё зависит уже от тебя, Безб.

— Что, неужели нет никаких зацепок? — в очередной раз спросил у Ады я. — Столько дронов тебе сделал, а подвижек как не было, так и нет.

Мы собрались в командном центре бункера на плановое совещание, и пока Гром — паладин, которого я первым вытащил к нам из Цитадели, — отчитывался о работе беспилотного отряда падаванов, как я про себя называл юных паладинов, насел на Аду. Она обещала выяснить, что так привлекает Грегора в московском Очаге, но время шло, а результата нет.

— Я стараюсь, Безб, честно, но гибрид полностью изменил всю свою логистику, — обиженным тоном начала оправдываться ассистентка. — Если раньше в передвижениях отродий прослеживалась хоть какая-то логика, то сейчас они стали хаотическими, и понять, где располагается конечная цель, стало попросту невозможно. Грегор не хочет привлекать к этому месту наше внимание. Он понял, что, в отличие от него, ты можешь свободно передвигаться по всем контурам Очага и даже заходить в эпицентр, но как раз таки в эпицентр дроны мы послать и не можем — слишком агрессивная среда.

Да, провести разведку эпицентра нам так и не удалось. Наши дроны перехватывают летающие твари, и никакая маскировка не способна их защитить, так что мы перестали близко подлетать к границе эпицентра. Да что там эпицентр, во внутреннем контуре летающим разведчикам тоже находиться опасно.

— Раз других вариантов на горизонте не осталось, надо переходить к плану А, — ответил Аде я, а потом проговорил уже вслух: — Пора устроить сафари на местного главаря. Дальше тянуть нет смысла. Грегор с каждым днём всё лучше и быстрее адаптируется к нашим атакам, а в последний раз и вовсе устроил для меня ловушку. Чудом ушёл целым. Нам нужна связь с андалами.

В зале повисла напряжённая тишина. Все понимали необходимость такого шага, но также все понимали и грозящую нам с Карой опасность. Я сразу предупредил Патриарха, что никого с собой брать мы не будем. Либо справимся вдвоём, либо… Впрочем, не хочется думать о неприятном.

— Мы сделали всё, что в наших силах, чтобы подготовиться к этой битве, — продолжил давить я. — Дальнейшее развитие будет медленным, а времени у нас нет. Каждый день сотни граждан Ковчега становятся бездушными марионетками врага. Мы обязаны это остановить. Варианта всего два. Либо мы все вместе атакуем Грегора, но поймать этого скользкого угря невероятно сложно, либо мы с Карой добудем красный гем и свяжемся с андалами в надежде на то, что наблюдатель андалов сочтёт заключённый их сюзеренами пакт нарушенным.

— За прошедшие две недели мы ни разу не смогли достоверно зафиксировать местоположение Грегора, — произнёс Кирилл. — Безб прав. Мы можем месяцами искать врага и не добиться успеха, в то время как армия его бездушных марионеток будет стремительно расти.

— Если Безб и Кара не вернутся, наши шансы на выживание сократятся практически до нуля, — высказался Гром.

— Рисковать придётся в любом случае, — пожав плечами, ответил я. — Как по мне, так лучше попытаться и проиграть, нежели сидеть в норе, словно крыса, и наблюдать. Даже если мы не вернёмся, в вашем распоряжении останется достаточно оружия внеземного происхождения, которое если и уступает по возможностям силе имперских магов, то ненамного, и разветвлённая телепортационная сеть. Ну и Сила с вами всегда, само собой. За эти две недели паладины многому научились. Дать последний бой вы точно сможете.

— Вы сможете проводить меня в мой бункер? — нарушила тишину Надя. — Я так понимаю, что иной возможности вернуться к своим у меня может больше не представится.

— Да, — кивнул я. — Нам удобнее всего пробраться в эпицентр по отработанному маршруту. У тебя останется связь с нашим бункером, а ещё я собираюсь дать тебе один из эмиттеров. Самостоятельно открыть портал ты не сможешь, но если всё пойдёт не по плану, Кирилл выйдет за пределы Очага и сформирует переход, по которому вы сможете покинуть убежище. Прости, в данный момент бо́льшего обещать тебе я не могу. Единственный момент, вы можете самостоятельно подобрать локацию для переселения.

— Мы будем драться, — с жаром заявила Надя. — У нас большой штат службы безопасности, которая прекрасно умеет обращаться с оружием.

— Хорошо, если так, — кивнул я. — Надеюсь, что совет тебя поддержит. Детали можешь обсудить с Патриархом, выдвигаемся через два часа.

— Мы проводим регулярные сеансы связи с академиком Аланьевым и успели обговорить детали дальнейшего взаимодействия между нами, — проговорил Кирилл.

— И как? — вопросительно изогнул бровь я. — Удалось прийти к взаимопониманию?

— Отчасти, — уклончиво ответил Патриарх. — Людям, что вот уже почти двадцать лет живут под землёй и мыслят по-старому, трудно понять, что окружающий их мир очень сильно изменился за это время. Но нам удалось найти точки соприкосновения.

— Это радует, — усмехнулся я. — Значит, меня больше не обвиняют в грабеже?

— Конечно обвиняют, — вернул мне усмешку Кирилл. — А ещё требуют вернуть украденное.

— Ага, уже бегу и спотыкаюсь, — недовольно буркнул я.

— Примерно так же я и ответил исполняющему обязанности президента, — хмыкнул Патриарх. — Предложил ему попробовать забрать у тебя знания лично.

— Даже не буду спрашивать, что он ответил, — улыбнулся я.

— Да, собственно, ничего, — пожал плечами Кирилл. — В любом случае после возвращения Надежды каждому жителю бункера будет предложен выбор. Тот, кто захочет присоединиться к нашей борьбе, получит такую возможность и будет перемещён в специально подготовленное и хорошо защищённое место вне Очагов. Ну а остальные могут либо остаться в бункере, либо выбрать точку в ближайшей округе, куда мы откроем портал. Далее их судьба будет уже в их собственных руках.

— Справедливо, — был вынужден признать я.

— Справедливо, — согласилась Надя, и на этом наше совещание завершилось.

— Я бы хотел попросить вас задержаться, — обратился к Кириллу я. — Ты тоже останься, — кивнул я вопросительно глянувшей на меня Каре. — Не знаю, в курсе ли вы, — дождавшись, когда мы останемся одни, осторожно начал я, — но я сделал Каре предложение, и она его приняла. Я пойму, если вы не захотите благословить союз вашей дочери с отступником…

— Ты ведь крещёный, Безб, — перебил меня Кирилл. — Так что я со спокойной душой могу провести обряд вашего венчания. Не столь важно, во что ты веришь, главное, что ты не отрицаешь возможности существования высших сил. Так ты мне когда-то сказал: когда увижу своими глазами, тогда и поверю.

— Так, — смущённо почесав затылок, ответил я.

Обряд провели в ускоренном формате. Кара в буквальном смысле сияла от счастья, ну а мне было хорошо находиться рядом с ней. Спустя двадцать минут мы пошли готовиться к опаснейшему рейду уже в статусе мужа и жены. Жизнь слишком коротка, чтобы откладывать важные решения на потом. Этого самого потом может уже и не случиться.

— Ну что, жена моя, зададим чертям жару? — обняв счастливую Кару, проговорил я.

— А то, — улыбнулась девушка и впилась в мои губы страстным поцелуем.

Ещё через полчаса пришлось всё же выбраться из кровати и начать готовить экипировку. За прошедшее время мы существенно модернизировали наши доспехи. Я заменил обшивку на мифриловую, так что прочность доспеха многократно возросла. Да что там прочность, мы теперь и прямой удар огненного шара выдержим, причём, скорее всего, даже не один.

Самое прикольное, что довольно объёмный доспех ощущался как вторая кожа и совершенно не сковывал движений. Заряженный Силой мифрил превосходно гнулся и одновременно обладал феноменальной прочностью. Ну и окрас металлу мы могли менять силой воли в любой момент, что очень помогало слиться с местностью.

Основную надежду на удачный исход операции мы связываем с новым оружием. Я честно выжал из себя максимум. Чего-то более сложного я на данном этапе развития точно не потяну. Да и Ада говорит, что для изготовления большинства сложных механизмов требуется роботизированный сборочный цех, который может проводить тончайшие, даже ювелирные манипуляции с минимальной погрешностью, да ещё и под контролем развитого искусственного интеллекта. Только так можно изготовить нечто действительно высокотехнологичное, а всё, что делаю я, можно назвать одним ёмким словом: примитив. Но для людей даже этот примитив — верх технологической мысли, до которого даже старому человечеству было как до Луны пешком.

Один лишь стелс-плащ чего стоит. Если максимально упростить, то это изделие ничем не отличается от мантии-невидимки из книжной вселенной Гарри Поттера. На самом же деле наномолекулярное микроволокно, по словам Ады, — вещь достаточно рядовая в развитых мирах. Такие накидки любят использовать снайперы-наёмники. И таких уникальных для Земли приблуд мы набили в инвентарь под самую завязку. Неизвестно, что может пригодиться.

— Я немного разомнусь, — сообщил я восседающим на Церби девушкам, когда мы спустились под землю, и во мраке станции метро зажглись два пылающих красным пламенем энергоклинка.

Отряд демонов, который только что показался из тоннеля, на миг замер. Они явно не ожидали увидеть на патрулируемой территории чужака, да ещё и столь наглого. В следующую секунду раздался яростный вопль тварей, и они бросились вперёд, но первый раз на их памяти жертва не испугалась и не попыталась сбежать. Напротив, я резко ускорился и помчался встречным курсом.

В темноте с бешеной скоростью замелькали клинки. Демоны попытались с ходу порвать меня, но куда им до моей скорости. Каждый удар клинка отсекал конечность или голову твари. Мысленный приказ — и ближайшего демона расплющил воздушный пресс. Я рванул на свободный участок и в прыжке снёс рогатую голову старшего демона. После приземления ушёл в перекат, при этом отрубив нижнюю конечность подскочившей ко мне твари. Послышался болезненный вой, впрочем, быстро затухнувший, — с дырой в черепе уже не до воплей.

— Это было эффектно, — высказалась Ада.

— Но не так эффективно, как могло бы быть, — хмыкнул я. — Идём дальше. Можете отстреливать всех тварей, что попадутся на нашем пути.

Активировать режим боевого транса у меня не выходит. Если выпускать астральное тело из состояния покоя я худо-бедно научился, хоть и с перебоями, то проделать это в бою не получалось. С управлением истинной силой тоже оказалось не всё так просто, как хотелось бы. Вне материального тела очень трудно себя контролировать. Мысли скачут, на первый план выходит некая детскость, постоянно хочется шалить и устраивать всем окружающим разнообразные приколы, и справиться с этим состоянием пока не получается. Самое неприятное, что и подсказать некому. Приходится делать первые шаги вслепую, словно новорожденному котёнку, и это бесит.

Зато лазерное оружие показало свою мощь. Усиленные излучатели прожигали тела старших демонов, словно сигарета лист бумаги. Само собой, мы проводили тестовые рейды, так что эффективность новых убийственных игрушек сюрпризом не стала. Архидемона сегодня ждёт очень неприятный сюрприз.

До бункера Нади добрались нормально. Лазерное оружие уничтожало нечисть на расстоянии, так что ни одна тварь даже добежать до нас не успевала, ну и магические атаки я отражал щитами.

У лифтового шлюза нас встречали двое. Сильно помолодевший академик Аланьев и исполняющий обязанности президента Рогачёв, само собой, куда ж без него. Отец Нади всячески старался скрыть внутренний восторг, и мне сразу стало понятно, что он в курсе происходящих в Ковчеге событий. Вот ведь скотина, там люди души лишаются, а эта гнида радуется ослаблению позиций политического конкурента.

— Надь, без обид, но твоему отцу не место в Ковчеге, — нисколько не стесняясь присутствия Рогачёва, проговорил я. — Ты делом доказала, что хочешь менять мир к лучшему, и если захочешь примкнуть к нашей борьбе, то я возражать не стану, но твой отец никогда не изменится.

— Я тоже почувствовала его восторг, — скривилась от досады девушка. — Причём он радуется не столько возвращению своей дочери, сколько возможности воспользоваться моей силой для укрепления собственных позиций, и это мерзко.

— Да что ты себе позволя… — попытался повысить голос Рогачёв, но глаза Нади полыхнули огнём, а потом в её руке начал разгораться огненный шар, и тот испуганно отступил.

— Не тебе учить меня жизни, отец, — со стальными интонациями в голосе произнесла Надя. — Больше нет. Я была на поверхности и своими глазами видела ужасы нового мира.

— Не только видела, но и сражалась с нечестью, наравне с остальными, — вступилась за подругу Кара.

— Я подготовила обращение к жителям нашего бункера, — благодарно кивнув Каре, продолжила говорить Надя. — Безб уже загрузил его в нашу сеть, а я только что разослала всем людям. Ролик показывает истинное положение дел на поверхности, без цензуры и редактуры, как ты это любишь. Можешь считать это всенародным референдумом.

— Что ты наделала, — обречённо произнёс Рогачёв.

— Она дала всем нам выбор, — произнёс Пётр Сергеевич. — Тебя никто не собирается неволить, Лёш. Ты всегда можешь остаться в бункере и дожить свой век в золотой клетке, но навязать свою волю остальным мы тебе не позволим.

— Вы там справитесь? — кивком указав вниз, спросил я у Нади и Петра Сергеевича. — Если требуется помощь, то Кирилл может прислать паладинов.

— В этом нет необходимости, Безб, — отрицательно покачал головой академик Аланьев. — Пётр Сергеевич и его приближённые будут вести себя хорошо и не создавать никому проблем, так ведь? — очень выразительно посмотрев на исполняющего обязанности президента, добавил Пётр Сергеевич.

— Вы не имеете права запретить мне агитировать людей последовать за собой, — прошипел он. — Если вы желаете отдать свои жизни в чужой войне, я не буду этому препятствовать, но уверен, что большинство наших граждан выберет иной путь.

— Да будет так, — закончил этот спор я. — Пусть люди сами сделают выбор. Эвакуацию желающих в относительно безопасную точку мы обеспечим, ну а дальше каждый пойдёт своей дорогой.

Створки шлюза закрылись, и мы с Карой остались наедине.

— Как ты думаешь, какой из трёх путей они выберут? — поинтересовалась моим мнением жена.

— Большинство останется в бункере, — пожав плечами, ответил я. — Когда люди, привыкшие к безопасности и комфорту, пусть и ограниченному серыми стенами, увидят ужасы изменившегося мира, то не захотят ничего менять. Кто же захочет добровольно терпеть лишения и напрягать силы, чтобы выжать, когда есть альтернатива? Меньшинство может захотеть переселиться на поверхность и попытаться отвоевать себе право на жизнь. Единицы присоединятся к нам, но эти единицы стоят сотен, если не тысяч.

Кара ничего не ответила, но по незначительным колебаниям в её ауре я сразу понял, что наши мнения практически полностью совпали. Ну а дальше нам остаётся лишь ждать. Время всегда расставит всё по своим местам. Очень скоро мы узнаем, насколько точным был мой прогноз. А сейчас нас ждёт очень опасная, но важная работа.

Подъём на поверхность не занял много времени. Помимо лифта, само собой, не работающего, строители сделали широкую лестницу, по которой мы спокойно и достигли подвальных помещений Сенатского дворца.

Точное местоположение точки Прорыва нам неизвестно. Нечисть попёрла практически одновременно из множества окружающих Кремль станций метро. В то время по всему городу творился настоящий ад. Твари очень быстро заполонили метро и начали вылезать в разных частях города. Даже закрытие гермоврат замедляло их не слишком сильно. Ну а после формирования энергетического фона эпицентра обследовать местность с воздуха стало невозможно. Но всё равно Сенатский дворец — очень удобная точка для начала поисков.

Толстые створки гермошлюза оказались приоткрыты. Как раз хватит места, чтобы человек мог протиснуться боком. Без электричества предыдущая экспедиция воспользовалась ручным механизмом.

— Твоя зверюга не пролезет, — хмыкнул я. — Отожралась она за последнее время нехило.

В ответ послышалось угрожающее рычание Церби. Недолюбливает меня эта трёхголовая псина.

Кара потрепала свою любимицу по одной из голов, кивком указала на механический вентиль и направилась ко второму. По задумке проектировщика их надо крутить одновременно.

Вопреки моим ожиданиям шлюз начал открываться практически бесшумно. Моё воображение уже рисовало душераздирающий скрип, который превратит наше скрытое проникновение в самое сердце врага в сражение с толпой разъярённых монстров, но обошлось.

Подвалом, помещение в котором мы оказались, было назвать трудно. Даже несмотря на разруху помещение сохранило былой лоск. Судя по всему, раньше тут располагалось что-то вроде дублирующего командного центра. Всё же мы по-прежнему находимся под землёй.

— А вот и предыдущая экспедиция, — хмыкнула Кара, глядя на обильно орошённые кровью стены и обрывки одежды. — Не так далеко они и ушли.

— Смерть в бою не так уж и плоха, — разглядывая выбоины на стенах от множественных попаданий пуль, ответил я. — Не будем задерживаться. Нечисть сюда явно спускалась. Вон двери с клочьями вырваны. Пусть твоя зверюга идёт первой, всё равно она шумит как слон в посудной лавке. Если кто её услышит, то не обратит особого внимания. Ну шастает нечисть по подвалам, да и ладно.

Я научился довольно неплохо держать ментальный щит, так что двигались мы вслед за цербером спокойно. При возникновении малейшей опасности я мгновенно окружу нас с Карой защитой, а в случае чрезмерного давления и вовсе подключу в схему Церби. Зверюга не любит, когда я начинаю работать с её аурой, так что без необходимости применять этот трюк не стоит.

Активировав свой сенс-радар, недовольно поморщился. Серой воняло настолько сильно, что к горлу очень быстро начала подступать тошнота. Хорошо, что я научился осознанно использовать свои способности. Правда, вот от неприятной побочки избавиться так и не удалось.

— В здании почти чисто, — мысленно сообщил Каре я. — А вот на территории Кремля полно очень сильных тварей. Ада, сделай что-нибудь с вонью, я хочу понаблюдать за их передвижениями.

— А самому слабо? — с вызовом произнесла ассистентка. — В твоей голове есть все необходимые знания. Надо только научиться ими правильно пользоваться.

— Не время сейчас нотации читать, — недовольно буркнул я.

— Как раз таки самое время, — парировала Ада. — Прошибить твой природный пофигизм могут лишь экстремальные ситуации. Я давно поняла, что ты гораздо быстрее всему учишься, когда выходишь из зоны комфорта. Так что, ничего не знаю, Безб. Халява кончилась. Сам, всё сам.

Делать нечего, пришлось молча стерпеть этот произвол взбунтовавшегося искусственного разума и заставлять шевелиться собственное серое вещество. Так, банальное отключение обонятельных рецепторов результата не даёт, пробовал не раз. Дело тут в том, что запах серы — это чисто моё, субъективное ощущение, никак не связанное с органами чувств. Оно сформировалось у меня в голове. Стоп, в голове! Точно! Надо взглянуть на свою ауру и попытаться понять, что именно происходит.

Видеть собственную ауру я могу лишь из режима астрального тела, поэтому уселся в медитативную позу и попытался отринуть все посторонние мысли. «Так, не думать о вони, не думать о вони. Чёрт, как же воняет серой! Соберись, Безб». Вот в таком примерно ключе я и вёл разговор, под еле сдерживаемое хихиканье Кары. Подслушивает мои мысли, зараза такая. Ну ничего, вот научусь работать с аурой и ей что-нибудь подкручу, чтобы и она почувствовала эту вонь.

Стоило об этом подумать, как отголоски веселья Кары тут же сменились тревогой. Ага, испугалась моих угроз. Знай наших! Я наконец смог сосредоточиться и покинул материальное тело. Нахлынула уже почти привычная весёлость, и захотелось как-то проучить Кару, но я помнил о цели и сумел сдержаться. Хм, пожалуй, в первый раз.

Мысленным усилием подсветил собственную ауру и многозначительно хмыкнул. А ларчик-то просто открывался. Так-с, вот это точно лишнее. Не видел раньше такого в своей ауре. Так-с, а если мы аккуратненько потянем эту искорку?

— Безб, может, не надо, — раздался в голове обеспокоенный голос Ады. — Я не совсем это имела в виду.

— Поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились, — ответил я фразой из бородатого анекдота и продолжил заниматься своим делом.

Попалась! Обрадовался я, когда удалось подцепить чужеродную искорку ментальным захватом. А ну-ка, иди сюда. Осторожно потянув её, почувствовал лёгкое покалывание во всём теле. Симптом настораживающий, но отступать я не хотел и продолжил осторожно тянуть.

Стоило искорке покинуть пределы ауры, как она заметалась в ментальных захватах, словно была живой, а потом очень быстро стала гаснуть. Внезапно на меня навалилась такая тяжесть, что захотелось лечь на землю и уснуть, но одновременно сознание прояснилось. Какого чёрта только что произошло?

Рывком заскочив в своё реальное тело, осознал, что меня бьёт дрожь, а кожа покрыта липким, холодным потом. Сил оставаться на ногах не было, поэтому я сел.

— Ты в порядке? — испуганно спросила Кара.

— Вроде да, — пытаясь осмыслить произошедшие изменения, ответил я. — Есть только резко захотелось.

— Держи, — протянула мне несколько энергетических батончиков Кара.

Благодарно кивнув, разорвал упаковку и буквально в несколько укусов слопал один, и практически без паузы перешёл ко второму.

— Вроде отпускает, — сообщил жене после пятого батончика я и только сейчас осознал, что не ощущаю запаха серы.

— Ада, тебе есть что мне сказать? — проанализировав случившееся, я сделал однозначный вывод, и сейчас мне нужно понять, была ли ассистентка в курсе с самого начала.

— Я пришла к точно таким же выводам, что и ты, Безб, — подтвердила догадку Ада. — Но клянусь тебе, я не знала.

— Да о чём вы оба говорите? — не выдержав, потребовала объяснений Кара.

— Я рассказывал тебе, что дэймосы поставили генетический блок на своих рабах, который полностью останавливает их эволюционное развитие. Так вот у людей тоже есть нечто подобное, — выдал я шокирующую новость. — Именно из-за этих искусственных изменений мне так тяжело сосредоточиться в состоянии астрального тела. Они направлены на подавление истинной силы, — вдруг догадался я. — А это значит…

— Что этот блок поставили эттернианцы, — закончила вместо меня Ада. — Причём, судя по косвенным признакам, поставили очень давно, задолго до появления на этой планете андалов и дэймосов.

— То есть эттернианцы осознанно исказили эволюционное развитие людей? — хмыкнул я. — Наверняка ведь развитие человечества пошло бы совершенно иным путём, будь у нас возможность оперировать Силой с самого начала.

— Вы бы не успели развиться настолько, чтобы оказать сопротивление врагам эттернианцев, — парировала Ада. — Эволюционное становление расы — очень долгий и трудный путь, Безб. Люди не готовы использовать истинную силу даже сейчас. Вы используете лишь малую часть потенциала вашего мозга. Эттернианцы знали, что планету в скором времени найдут, и решили спрятать истинные возможности людей от своих врагов. Эттернианцы понимали, что альтернатива этому решению — полное уничтожение человечества, и были вынуждены пойти на этот шаг, чтобы люди смогли сохраниться как вид, в надежде, что когда-нибудь вы разовьётесь настолько, что сможете самостоятельно снять блок. Не думаешь же ты, что эттернианцам не под силу поставить такой генетический блок, который будет невозможно снять? Они специально оставили людям лазейку. Истинную силу невозможно заблокировать целиком, отсюда и множество легенд о шаманах, колдунах и прочих экстрасенсах, но всё это вписывается в рамки чувствительной к эттерниуму расы, поэтому дэймосы ничего и не заподозрили.

— Слишком много допущений, — поморщился я. — Если бы… эттернианцы знали… они предвидели… они спасли. И т. д. и т. п. Может быть, всё намного проще? Может быть, им самим не нужен неандерталец с базукой в руках?

— И тем не менее эттернианцы не истребили людей, — упрямо парировала Ада. — Хотя могли.

— Не истребили, — согласился я. — Потому что им было это выгодно. Скажи мне, есть ли разница по генерации эттерниума простой, бездушной расой и расой-обладательницей потенциала истинных?

— Существенной разницы нет, Безб, — ответила Ада. — Да и не занимаются эттернианцы грабежом подростковых миров. Чем больше эттерниума образуется и накапливается в недрах планеты, тем стабильнее она становится, а это в своё время приводит к росту населения и усилению генерации эттерниума. Пойми, Безб, эттернианцам гораздо выгоднее дождаться, когда раса выйдет в космос и начнёт экспансию в другие миры, тем самым вдыхая в них жизнь, чтобы потом принять её в свою коалицию и покупать излишки эттерниума, чем разграблять и опустошать миры в погоне за сиюминутной выгодой, как это делают их враги. Эттернианцы играют вдолгую.

— Что думаешь? — обратился к Каре я.

— Думаю, что сейчас это всё не так уж и важно, Безб, — ответила жена. — Ворошить угли прошлого всё равно придётся, но сейчас время для этого ещё не пришло. Гораздо важнее для нас другое. Ты сможешь снять этот блок?

— Смогу, но не сразу, — признав правоту Кары, ответил я. — Блокировка выглядит для меня как россыпь чужеродных фиолетовых искорок, которые я смог увидеть лишь в эпицентре. По всей видимости, это одно из условий. То есть эттернианцы предвидели, что люди поддадутся влиянию дэймосов, и заранее создали соответствующий механизм уже с учётом привычной тактики действий врага. Вне Очага я вообще не смог создать астральное тело, тогда как в эпицентре сделал это довольно легко. Энергетический фон помогает.

— Облегчает, — поправила меня Ада. — Все ограничители находятся у тебя в голове, Безб. Энергетический фон лишь истончает грань и облегчает переход в иное состояние.

— Ага, — кивнул я. — В любом случае мне придётся убрать все эти искорки из своей ауры, а их там несколько десятков. Больше, чем одну за раз, я извлекать не решусь. Вон как после первой корёжило.

— А в моей ауре такие искорки появились? — спросила Кара.

— Да, — после осмотра подтвердил я. — Причём побольше, чем у меня. Я усвоил гораздо больше эттерниума, чем ты. Возможно, именно это и ослабляет блокировку.

— Думаю, дело не только в этом, Безб, — задумчивым тоном проговорила Ада. — Ты поглотил чистый эттерниум из осколков ядра Прорыва, и именно это помогло тебе разблокировать часть способностей истинного. Эттернианцы привязали разблокировку способностей к уничтожениям Очагов, это ведь гениально!

— Похоже на то, — был вынужден признать я. — Но на данный момент эта информация не поможет нам достичь цели, так что план менять не будем. Валим архидемона, связываемся с андалами, а там видно будет. Осталось только понять, куда идти. От вони я избавился, так что дайте мне немного времени спокойно понаблюдать за перемещениями тварей. Может быть, вычислю общий вектор движения.

Спустя десять минут мы продолжили движение. Всё оказалось довольно просто. Когда я разобрался в мешанине образов демонов, то смог вычислить местоположение главгада. Здоровенную сигнатуру архидемона спутать с рядовыми тварями попросту невозможно. Хранитель ядра Прорыва тусуется в районе Большого Кремлёвского сквера. Значит, нам туда и надо. Только не напрямую, естественно.

Сенатский дворец оказался в весьма плачевном состоянии. Проломы в стенах, множество разбитой мебели и стекол, тонны разбросанных бумаг, обвалы верхних этажей — в общем, полная разруха. Но выбраться из здания нам удалось довольно просто. Нечисть протоптала к спуску на подземные этажи прямую тропинку. Видать, обрадовались, когда почуяли членов первых экспедиций, вот и ломанулись прямой наводкой.

Выставив вокруг нас с Карой сферу ментального щита, мы пошли вслед за цербером. Ментальных щупалец демонов повсюду было столько, что и десятка секунд не проходило, как приходилось отражать попытку сканирования. Хм, а я ведь уже не чувствую такого напряжения, как раньше. Неужели удаление всего одной блокирующей искорки из ауры настолько подстегнуло мои возможности? Поразительная метаморфоза.

Из дворца выбрались рядом с частично разрушенной Кремлёвской стеной. Твари неплохо тут порезвились и понаделали в ней множество дыр. А Спасская башня уцелела, правда, вместо часов теперь зияет сквозная дыра.

— Залезаем наверх, — скомандовал я Каре. — Оттуда открывается хороший обзор. Дроны использовать нельзя, спалимся. А зверюгу свою подальше уведи, вон как старшие демоны подозрительно на неё поглядывают.

— Ядро Прорыва! — ошарашенно произнесла Кара, когда мы забрались на вершину башни. — Но почему оно на поверхности?

Хороший вопрос. Прежде всего, когда мы поднялись на башню, в глаза бросилась здоровенная туша архидемона. Метров семь роста в этой хреновине, не меньше, ну и общий объём мяса огромный. Настолько больших демонов мне ещё видеть не приходилось. Свита главгада оказалась под стать. Пятёрка матёрых демонов, восседающих на здоровенных адских пегасах, патрулировала округу и контролировала поток нечисти, что двигалась к ядру, чтобы слить в него добытый в городе эттерниум.

Большая часть красного кристалла, по моим прикидкам три четверти, находилась под землёй. Торчала лишь верхушка, но даже так я ощущал дикую, необузданную Силу, которая была в нём заключена. Она манила меня. Вызывала почти физическое влечение, которое туманило разум. Стоит завладеть ею, и уже никакой Грегор не устоит перед моей мощью. Да что там Грегор! Я одной левой всех дэймосов раскидаю! Возьми её — и ты сможешь решить все свои проблемы.

Внезапно по телу пробежала волна тепла, которая прогнала наваждение, и я смог расслышать взволнованный голос Кары:

— Безб, очнись, ты меня пугаешь.

— Я… в норме, — тряхнув головой, ответил я. — Что случилось?

— Ты неожиданно потерял связь с реальностью и перестал реагировать на мои слова, — с тревогой проговорила жена. — А твои глаза… — Кара замешкалась.

— Что? — насторожился я.

— Они вдруг стали красными, — ответила девушка.

— Мне кажется, что я слышал в голове чей-то голос, — признался я. — Точнее, даже не голос, а чьи-то мысли. Мысли кого-то злого… нет, чужеродного.

— Вам надо срочно уходить, Безб, — с нотками паники в голосе произнесла Ада. — Ты подвергся атаке дэймосов, а это значит, что они изначально знали о наших планах и…

— Им было надо, чтобы мы пришли именно сюда, — догадалась Кара. — Они заманили нас в заранее подготовленную ловушку.

Я уже потянулся к эмиттеру, как кристалл вспыхнул красным пламенем, и во все стороны ударила энергетическая волна. Ада закричала от боли, и её голос быстро исчез. Само собой, пространственно-волновой эмиттер сгорел, а достать запасной не представлялось возможным. Инвентарь не отвечал на запросы.

Архидемон, что всё это время сидел рядом с кристаллом, начал стремительно изменяться и вскоре превратился в знакомую фигуру. Грегор, скотина! Но это был не последний сюрприз на сегодня. Торчащий из земли кристалл тоже изменился. Он больше не был красным, а стал прозрачным.

— Это ангел, — прошептала Кара и крепко сжала мою руку.

— Вот мы и нашли андала, — ответил жене я, а потом добавил мысленно: «На свою голову».

— Раз нас не убили сразу, то что-то ему от нас надо, — после очередной неудачной попытки связаться с Адой, проговорил я. — И, скорее всего, это самое что-то связано с ангелом. Пойдём пообщаемся? — предложил я — Всё равно ведь просто так нас отсюда уже не отпустят, так какой смысл трепыхаться.

— Он ранен, — воскликнула Кара, когда мы приблизились к заключённому в прозрачный кристалл трёхметровому крылатому воителю. — Смотри, на серебристых доспехах полно пробоин.

Кара была права. Ангел явно сражался перед тем, как оказаться внутри этого странного кристалла. Вот только ран на его теле почти не видно, а это может значить лишь одно.

— Он был ранен, но постепенно восстанавливается, — поделился своими соображениями с Карой я. — Вот почему Грегор так спешил заманить нас в эту ловушку. Ему надо успеть до того, как ангел полностью исцелится. Скорее всего, дело тут в этом кристаллическом барьере. Грегору не под силу его разрушить.

В целом картина мне стала более или менее понятна. Между наблюдателями деймосов и андалов вспыхнул конфликт, результатом которого стало ранение ангела и его капсулирование в кристалле для восстановления. Как только это произойдёт, ангел попытается связаться со своими и доложить о случившемся. Осталось только понять, почему дэймос отрядил выполнять это задание своего эмиссара, а не занялся вопросом лично. Ну и придумать, как нам с Карой выкарабкаться из этой передряги живыми и желательно здоровыми, тоже было бы неплохо. Ладно, будем импровизировать.

— Долго же вы добирались, — улыбнулся Грегор. — Я уж думал, что придётся заканчивать вашу небольшую игру в сопротивление, чтобы сподвигнуть на более активные действия. Вы, людишки, такие непредсказуемые, мне порой было даже интересно играть с вами.

— Кто ты? — насторожился я, потому как не был готов к такому повороту событий.

— У меня было много имён, — зловеще улыбнулся Грегор, и от этой улыбки у меня по спине пробежала толпа мурашек. — В разные времена вы придумывали мне разные имена. Одно из последних — Люцифер, ну или Сатана.

— Так ты дэймос? — воскликнула Кара, на мгновение опередив меня.

— Браво, какая проницательность, — демонстративно хлопнул в ладоши Грегор.

— Ты выглядишь как обычный человек и совершенно не похож на дэймоса, — не стал делать поспешные выводы я: Грегор может просто играть с нами.

— Сотни тысяч лет служения утомляют, знаешь ли, — ехидным тоном произнёс Грегор. — Мы очень долго ждали шанс изменить текущее положение дел и дождались его. Люди оказались идеальными марионетками. Алчные, глупые, но с невероятным потенциалом. Эттернианцы поступили очень хитро, когда подавили в людях истинную силу, мы разглядели потенциал людей случайно, вот эта тушка помогла, — похлопал по себе дэймос, а в том, что перед нами находится истинный демон, я уже не сомневался. — Представляешь, каково было моё изумление, когда я понял, кто взывает о помощи? Само собой, мой оппонент тоже услышал этот призыв, вот и пришлось действовать быстро и максимально жёстко. Но у цепных псов эттернианцев есть на вооружении совершенно фантастические технологии. Вроде этой, — дэймос небрежно махнул рукой в сторону кристалла с заключённым внутри ангелом. — Пришлось в ускоренном режиме переселяться в это жалкое смертное тело и подготавливать почву для революции. Дэймосы больше никогда и ни у кого не будут на побегушках. Очень скоро мы встанем на одну ступеньку с богами, и уже никто не посмеет отдавать нам приказы.

Опа, а всё, оказывается, гораздо веселее, чем выглядело ещё пять минут назад. Всё это время мы имели дело не с поехавшим кукухой от противоестественного ритуала человеком, а с настоящим Сатаной — хитрым, коварным и чертовски умным противником, что прожил уже, наверное, не одну тысячу лет. И вот эта сущность подготовила почву для революции. Идеальный план — превратить Землю в живой инкубатор, где дэймосы будут выращивать себе истинных, а потом переселяться в их тела, чтобы повелевать другими народами. И мешает реализации этого плана всего один заключённый в кристалл ангел, который не пожелал умереть. Ну и мы с Карой, само собой. Вот это подстава из подстав.

— Ты ведь уже всё понял, — усмехнулся дэймос. — Давайте опустим тот момент, когда вы начнёте сопротивляться и пытаться меня убить. Просто сделайте то, что от вас требуется, и тогда, в качестве награды, я оставлю в живых тех, кто вам дорог, и даже верну им контроль над Ковчегом. Они будут и дальше играть в сопротивление и бороться с Вселенским злом в моём лице.

— Уже подобрал для наших тел новых владельцев? — хмыкнул я.

— Подобрал, — совсем по-человечески кивнул дэймос. — И даже красный гем подготовил. Устройство для связи с андалами же при тебе? Ты даже не представляешь, Безб, как мне пришлось изворачиваться, чтобы оставить тебе подсказки в архивах бункера и не вызвать твоё подозрение.

— Так зачем такие сложности? — хмыкнул я. — Схватил бы давно меня, да силком притащил, куда тебе надо.

— Если бы всё было так просто, Безб, — грустно вздохнул дэймос. — Это всё прокля́тые эттернианцы с их свободой воли. Вот кому она сдалась, эта свобода? Не пропустит тебя защита, если ты будешь действовать по принуждению. Ты должен был прийти сюда сам.

— То есть ты хочешь, чтобы я вошёл в эту, кхм, капсулу, и убил андала? — на всякий случай уточнил я.

— Совершенно верно, Безб, — лучезарно улыбнулся Грегор. — Сущий пустяк. Так ведь? Ты ведь не хочешь смотреть, как страдает твоя любимая жена?

В следующее мгновенье Кара упала на колени и открыла рот в беззвучном крике, а из её глаз потекли кровавые слёзы. Длилась эта демонстрация силы всего несколько секунд, но я успел по отголоскам боли Кары прочувствовать всю глубину той задницы, в которую мы сами себя загнали, и ощутил себя беспомощным.

— Не… надо, Безб, — ощутив мои душевные терзания, прошептала Кара и сплюнула на землю кровавую слюну.

— Прости, я не могу… — ответил я и протянул руку в сторону дэймоса. — Давай гем.

— Безб, не надо, — повторила Кара, но я по-прежнему тянул руку, больше не обращая внимания на жену.

— Верное решение, — удовлетворённо хмыкнул Грегор. — Если ты считаешь, что мне доставляет удовольствие наблюдать за страданиями твоей подружки, то ты абсолютно прав, — рассмеялся демон. — Но я готов пойти на жертву и отказаться от своей любимой забавы. Цени мою доброту.

Как-либо комментировать данное высказывание посчитал выше своего достоинства и просто продолжил тянуть руку.

— Извлеки устройство из пространственного кармана, и давай без глупостей, — приказал дэймос.

Почувствовав связь с инвентарём, пожелал извлечь устройство, и оно тут же материализовалось на моей руке, после чего канал был вновь заблокирован. Проклятье, мы находимся не то что на разных ступеньках развития, а на разных лестничных пролётах.

Красный гем возник в руке Грегора, и тот, словно джедай, плавным движением руки запустил его по воздуху в мою сторону. Вернее, не джедай, а ситх. Проклятье, о чём я думаю?

— Я так понимаю, что у меня в руках не средство связи? — хмыкнул я.

— Подозрительность — это хорошо, — ухмыльнулся Грегор. — Но тут ты ошибся. Это действительно стандартный аппарат связи, совмещённый с идентификатором андалов. Тот, кто владеет истинной силой, чист душой и искренне желает помочь, с его помощью может преодолеть защиту. Душа этого человека не была чистой ещё до нашего с ним знакомства, а уж после и подавно. Но ты подходишь под критерии. Удивительно, не правда ли? Отступник с чистой душой. Но факт остаётся фактом. У эттернианцев свои идиотские критерии. Ты ведь хочешь помочь своей жене, Безб?

— Хочу, — не стал отрицать я.

— Ну так вперёд, — произнёс дэймос и сделал приглашающий жест.

Я почувствовал лёгкий удар. Эта ухмыляющаяся скотина мне ещё и поджопник для ускорения отвесила. Ладно, спокойно, Безб. И на твоей улице когда-нибудь перевернётся фура с пивом. Идём вперёд, улыбаемся и машем. Мы белые и пушистые.

Понимал ли я, что думаю о всякой ерунде? Естественно. Делал ли я это специально? Конечно. Что там говорила Ада? Я лучше всего учусь в экстремальных условиях? Как по мне, так сейчас экстремальнее просто некуда. Тем более что другого случая чему-нибудь научиться может уже и не представиться.

По мере приближения к кристаллу я всё больше замечал сходство андалов с людьми. По сути, передо мной находился человек богатырского роста, с крыльями, закованный в футуристический доспех, наподобие наших с Карой. Нет, Ада показывала мне картинки, но когда я вижу пришельца своими глазами, это совершенно другое. Как я сказал Кириллу двадцать лет назад? Увижу своими глазами, тогда поверю? Что же, вот я и увидел.

Остановившись у самого кристалла, я посмотрел в наполненные болью глаза ангела, затем повернулся к дэймосу, подмигнул Каре, а потом засунул красный гем в рот и раскусил его.

Ада не раз говорила мне, что ни в коем случае нельзя жрать накопители эттерниума, чей объём превышает максимальное наполнение реактора, ведь это гарантированно убьёт меня, но сейчас просто нет иного выхода. Либо я активирую режим боевого транса, либо умру.

Время как будто остановилось. Я смог разглядеть расширяющиеся от ужаса глаза дэймоса, а потом всепожирающий пожар захлестнул все мои внутренности. Знакомое чувство. Один раз я уже пережил подобное, а значит, выдержу и сейчас.

Собрав всю свою волю в кулак, я сосредоточился и сформировал астральное тело. Колоссальный приток энергии от красного гема не просто ослабил границу, она оказалась начисто стёрта, так что переход дался легко. Боль сразу ослабла, но не прошла полностью. Требовалось срочно перенаправить сжигающую моё тело энергию. Вот только я понятия не имею, как это сделать.

— Думай, Безб! — послышался очень далёкий, но уже ставший практически родным голос Ады. — Я в тебя верю!

И тогда я сделал шаг вперёд и слился с материальным телом. Не вернулся в него, как делал это раньше, а объединил два полюса: материальный, что давал мне право управлять силой эттерниума, и нематериальную душу, дарующую возможность повелевать. Два кусочка соединились и стали целым, а время начало стремительно ускоряться.

Удар! Энергетическая волна ушла во все стороны, сметая на своём пути камни и разрушая стены Кремля. Грегора впечатало в землю по пояс. Совсем как в старых мультиках о богатырях. Тогда как Кару окутала золотистая защитная сфера. Честно признаться, я рассчитывал, что дэймоса расплющит, но не прокатило. Крепкий оказался, зараза.

— Ты принял очень глупое решение, Безб, — выбравшись из ямы, спокойно проговорил Грегор, хотя я ощущал его ярость всеми фибрами своей души. А ещё там было нечто иное, помимо ярости. Этот гадёныш боялся. — Теперь все, кто тебе дорог, умрут, а ты всё равно сделаешь то, что мне нужно.

Мысль — и Кара переместилась мне за спину. Если дьявол хочет забрать мою жену, то прежде ему придётся переступить через мой труп. Голову пронзили тысячи игл. Чужая, невероятно мощная воля ударила с такой силой, что мир моментально выключился, и я оказался в полном мраке.

— Ты возомнил, что способен справиться со мной, Безб? — раздался зловещий голос дэймоса. — Ты сравнил себя с владыкой самой Преисподней? Так узри же мой истинный облик, жалкий человечишка!

Вспышка! Я очутился посреди поля застывшей лавы. Где-то на горизонте извергался вулкан, изрыгая из себя клубы дыма, потоки раскалённой магмы и выбрасывая огненные метеориты на десятки километров. На этом фоне возвышался краснокожий рогатый демон, закованный в чёрную броню. В одной руке дэймос держал полыхающий оранжевым пламенем меч, а во второй — горящий алым хлыст.

— Каждая секунда твой жизни превратится в столетие мучений! — взревел демон.

Взмах хлыстом — и тело пронзает дикая боль. Проклятье, я даже не уловил момента атаки, настолько быстрой она была. Соберись, Безб, мы ведь находимся в моей голове! Как ни странно, а эта мысль придала сил. А ну-ка, родные тараканы, приходите на помощь! Само собой, никакие тараканы не пришли, зато пришёл кое-кто другой.

— Скучал, Безб? — произнесла Ада, представшая в образе андроида, у которого в разных частях тела виднеются металлические вставки. — Нам надо выиграть немного времени, — шепнула мне подруга, — Кара кое-что придумала. Я отвечаю за защиту, а ты бей гада.

— С превеликим удовольствием, — хмыкнул я, и в моих руках появился шестиствольный пулемёт, заряженный пулями, сотканными из самого света.

Это было очень странный бой. Частичкой сознания я понимал, что всё это происходит в моей голове и не совсем реально, но, с другой стороны, я осознавал, что если мы проиграем, то я больше никогда не увижу Кару, и эта мысль придавала мне сил. У меня довольно богатая фантазия, которую в детские годы подстёгивала развитая в те времена игровая индустрия, так что вариантов применения самого фантастического оружия я мог придумать, а потом и воплотить — множество, но опытный демон, проживший дохренилион лет, да ещё и завладевший телом Грегора, в ком пробудилась истинная сила, с лёгкостью парировал все мои удары и бил в ответ, причём бил так, что со всей своей скоростью искусственного разума Ада еле-еле справлялась с этими атаками.

На какое-то время сложилась патовая ситуация. Ада ведь тоже не с Земли и способна распознать замысел врага, но долго всё это продолжаться не могло. Коварно сформированная лужа кислоты за мгновение растворила ногу андроида, а последующий удар хлыста обвил шею моей помощницы. Ада посмотрела мне в глаза, попыталась что-то сказать, но дэймос дёрнул хлыст, и голова подруги, отделившись от тела, упала к моим ногам.

На миг воцарилась тишина, а потом раздался дьявольский хохот дэймоса. В моей груди вспыхнул настолько мощный пожар, что погасить его не смог бы даже самый огромный в мире водопад. В моих руках появились копьё, наконечник которого горел белым светом. Я сделал первый шаг, усилием воли отбил гравитационный пресс, которым попытался меня раздавить демон и что было сил запустил копьё во врага. Я вложил в этот удар всю свою скорбь, всю свою ярость, всю любовь.

Дьявол демонстративно вяло махнул мечом, и копьё отлетело в сторону, не причинив ему ни малейшего вреда. Силы слишком несопоставимы. Вспышка пламени, удар в спину, резкая боль и вид полыхающего клинка, торчащего из моей груди.

— БЕЗБ! НЕТ! — послышался крик Кары, а потом её тёплые руки подхватили меня и уложили голову на свои колени.

— Уходи, — прохрипел я.

— Нет, — упрямо мотнув головой, проговорила жена и закрыла руками кровоточащую рану. — Я останусь с тобой до конца, — произнесла Кара, и одинокая слезинка упала мне на щёку. — ДО ЕГО КОНЦА! — взревела паладин, и её тело мгновенно оказалось закованным в доспех из света, а за спиной выросли белоснежные энергетические крылья.

Вокруг нас образовалась сфера из чистого света, в которую тут же ударил поток пламени.

— Ты настоящий ангел, — улыбнулся я и вдруг почувствовал, как возвращаются силы, а рана на груди мгновенно затягивается.

— Вместе, Безб, — протянула мне руку Кара. — Завалим этого гадёныша вместе.

— Вместе, — подтвердил я и сжал теплую ладонь жены.

Я почувствовал в груди невероятное тепло. Мой доспех тоже начал наливаться светом. Оглянувшись, не обнаружил за спиной крылья. Ну и ладно, мне и так норм. Одного ангела в нашей семье вполне достаточно.

Мы набросились на демона с двух сторон. Дальнобойные атаки оказались неэффективны, и мы перешли в ближний бой. Кара орудовала мечом и щитом, я же взял в руки любимое копьё. Удары сыпались непрерывно. Мы выкладывались по полной, но всё равно не могли достать демона. Приходилось постоянно быть начеку, чтобы не попасться в расставляемые врагом ловушки. Вот как он умудряется вести бой с двумя людьми, да ещё и материализовывать свои мысли? Я вот ни о чём другом, кроме как о сражении, думать не могу.

Вновь на какое-то время сложилась патовая ситуация. Никто из нас не мог нанести друг другу ощутимый урон. Но, в отличие от демона, мы начали уставать и допускать ошибки. Надо срочно что-то придумать, иначе — смерть.

— У меня есть план, — вдруг пришла мысль от Кары. — Ты мне веришь, Безб?

— Конечно, о чём вопрос, — без колебаний ответил я.

— Тогда оставляй меня здесь и прорывайся в реал, — ошарашила меня Кара. — Я его задержу.

— Сдурела? — выпалил я. — Он тебя за пару минут одну размажет.

— Ты сказал, что веришь мне, — напомнила Кара. — Ты поймешь, что надо сделать, не медли, некогда ничего объяснять.

Всё моё нутро противилось этому шагу, но я действительно верю Каре, поэтому не стал спорить. Усевшись в медитативную позу, я отключил все чувства и сосредоточился на желании открыть глаза.

Зрение раздвоилось. Одной частичкой сознания я оставался внутри, но другой смог оглядеть, что творится в реале. Ё-моё, так мы не только в моей голове дерёмся. Из моего тела во все стороны уходили волны энергии. От окружающей обстановки практически ничего не осталось. Лишь кристаллу с запечатанным внутри андалом хоть бы хны. Ничего его не берёт.

Так, о чём там говорила Кара? Что я должен понять? Хм, это Церби? А что это у тебя в зубах? Ты же моя лапочка, красный гем принесла, ай молодец! И где только взяла? Архидемона завалила? Ну ты и зверюга. Давай сюда.

В моей руке всё ещё было устройство «связи», поэтому вставить в него источник энергии — дело одной секунды. Щёлк — и твёрдая кристаллическая порода стала вязкой. Давай, Безб. Несколько шажочков — и мы внутри.

— Быстрее, Безб! — донеслось до меня.

— Да иду я, иду, — буркнул я и прошёл сквозь кристаллический барьер.

Внутри оказалось довольно просторно. Хм, а казалось, что кристалл лишь немного превосходит ангела по габаритам. Ну да ладно, не время сейчас рассуждать о пространственных аномалиях.

— Проснись и пой, — буркнул я, дотронувшись до ангела, и подал мощнейший целительный импульс, на который был способен. — Заявляю о нарушении пакта расой дэймосов. Требую немедленно вмешаться и покарать нарушителя.

Ангел открыл глаза. В них полыхнуло пламя. Ну всё, пошла жара, песец котёнку.

Ангел встал, расправил крылья, извлёк из ножен свой меч, который с каждым мгновением всё сильнее наливался светом, и вонзил его в кристаллический барьер. Громкий хлопок — и кристалл брызнул во все стороны миллионами осколков. Ангел посмотрел в небо, и я невольно повторил его движение.

— Ух ёёёёё, — вырвалось у меня.

В космосе над нами завис огромный космический корабль. Хм, пожалуй, не меньше Москвы по габаритам будет. Не успел я понять, что происходит, как небо озарили тысячи серебристых росчерков. Ангельский десант. Вот он — тот знак, о котором мы предупреждали жителей Ковчега. Время пришло.

Но бой ещё не окончен. Кара уже получила несколько серьёзных ран и еле держится, поэтому…

— ПОШЁЛ ПРОЧЬ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ! — повелел я, и мироздание меня услышало.

Мощнейший удар настиг Грегора, и тот отлетел метров на двадцать, впечатавшись спиной в обугленную землю. Поднялся дэймос с трудом, а потом и вовсе сплюнул кровавую слюну. В это время над нами уже кружили сотни крылатых воителей и отстреливали нечисть.

— Ты проиграл, дэймос, — произнёс я, а подбежавшая Кара взяла меня за руку и кивнула в знак согласия.

— Проиграл? — усмехнулся он. — О нет, мой маленький друг, всё только начинается!

В следующую секунду в небе начали открываться гигантские порталы, из которых сплошным потоком хлынули дэймосы и с ходу набросились на небесных воителей. Завязалась кровавая бойня.

— Почему эттернианцы не вмешиваются? — воскликнула Кара.

— Потому что если призвать эттернианцев, то о людях узнают и их враги, а они не будут церемониться и уничтожат всю планету, — ответил ангел. — Это ваша борьба и ваш бой, дитя. Мы можем дать вам лишь одно — надежду.

Ангел посмотрел мне в глаза, а потом в голове что-то щёлкнуло, и на меня обрушился информационный вал, отчего время тут же остановилось. Блока эттернианцев, что сдерживал истинный потенциал людей, более не существует. По крайней мере в черепушке отдельно взятого отступника.

— В этом все андалы, — усмехнулся Грегор, который не заметил произошедших со мной изменений. — Они никогда не будут делать за вас вашу работу. Я теперь человек, а значит, они не вправе влезать в наши внутривидовые разборки. Да и что они могут сделать против истинной силы.

Раздался громкий хруст, и ангел поморщился от боли — его крыло выгнулось под неестественным углом.

— Забирай своих и уходи, пока ещё есть кому, — с ненавистью проговорил Грегор, которого я упорно отказываюсь называть Сатаной даже в своих мыслях. — Люди давно выбрали свой путь. Эта планета принадлежит дэймосам.

— Люди изменились, — спокойно произнёс я и усилием воли погасил все порталы, созданные дэймосом. — С этой секунды Солнечная система закрыта для посещений. Исключения возможны, но только после согласования со мной.

От такой наглости дэймос сначала опешил, потом разозлился и попытался вновь открыть порталы своим соплеменникам, но у него ничего не вышло.

— Как? — невольно вырвалось у него. — Да кем ты себя возомнил?

— Я — Страж этого мира, и теперь ни одна чужеродная сущность не сможет вмешаться и повлиять на судьбу людей. Прощай, больше мы никогда не увидимся.

Я демонстративно щёлкнул пальцами, и дэймос, захвативший тело Грегора, исчез, а вместе с ним исчезли и все остальные его соплеменники, в то время как павшие и раненые ангелы вновь оказались в строю. Ещё один щелчок — у Марвеловского Таноса я, что ли, этому научился? — и рядом с нами появилась Ада в виде того самого андроида.

— Я знала, что ты справишься, Безб, — улыбнулась ассистентка. — Спасибо за тело, кстати, мне нравится.

— Всегда пожалуйста, — улыбнулся я. — Ты этого заслуживаешь, как никто другой.

— Я единственная, кто не понимает, что сейчас произошло? — с обидой топнув ногой, произнесла Кара. — Безб, что ты сделал с дэймосами? И самое главное — КАК ты это сделал?

— Я отправил их к своему боссу, — усмехнулся я. — Пусть он теперь разбирается с этими революционерами и их отродьями.

Сказать, что Кара была в шоке, — это ничего не сказать. Она открывала и закрывала рот, словно выброшенная из воды рыба, не в силах вымолвить и слова.

— Расслабься, — поспешил успокоить жену я. — Боги не придут в наш дом, чтобы уничтожить человечество. Я уже подписал пакт. Преинтереснейший документ, надо признать. Я тебе потом дам почитать.

— Что? Пакт? Я ничего не понимаю, — совсем запуталась Кара.

— Наш друг, — кивок в сторону крылатого воителя, — снял блокировку эттернианцев, — сжалился над женой я и не стал выдерживать театральную паузу. — Так вот, сила мысли — чертовски мощная штука, скажу я тебе. Люди пока не готовы к такому, поэтому у человечества появился страж, который будет наблюдать за развитием событий и защищать людей от внешних угроз. Ну а с внутренними нам придётся справляться своими силами.

— И мы вам с этим поможем, — произнёс андал. — Экспедиционный корпус небесных воителей ждёт твоих приказов, Страж.

— А почему ты не можешь так же просто выгнать всех демонитов? — надулась Кара.

— Потому что никто не собирается делать за людей их работу, — пояснил я. — Во что превратится человечество, если при малейшей проблеме они начнут бегать к Стражу и просить её решить? Борьба с общим врагом закалит людей, позволит развить и укрепить лучшие качества человечества. И когда-нибудь, возможно, люди смогут встать на одну ступеньку с эттернианцами и посмотреть им в глаза как равные. Ну а до тех пор, капитан ордена паладинов Кара Небесная, доставай клинок из ножен. Нам предстоит очень много работы. И учти, я не буду использовать истинную силу. Как говорит одна моя хорошая подруга: «Сами, всё сами».

— Так точно! — вытянувшись в струну, выкрикнула Кара, а Ада тихонько захихикала. — Зададим чертям жару!

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.