Очередная история закончена, гонорар получен, а я почти в радостном предвкушении отпуска, искала “горящие” путевки.

Почему почти? Да потому что все портили гадские отзывы на мою новую книгу.

Нет, вернее, не так. Отзывы не совсем гадские, скорее бесящие. И со мной такое впервые. Я привыкла к “токсину”, но чтобы такое…

Вот скажите, пожалуйста, с каких пор, читатели стали переживать о злодеях? В какой момент, популярными в литературе стали именно отрицательные персонажи?

Откуда жалось к убийцам или тиранам?

— Что за чушь? — Выругалась, прочитав очередной коммент.

“Автор, это бесчеловечно”

— Что бесчеловечно? Отправлять злодея в забытье? — Уф, можно подумать, что кто-то мне ответить.

Нет, в самом деле, сидя в своей крохотной квартирке, на которую я заработала, неустанно стуча по клавиатуре, читать такие вот отзывы до боли обидно.

А ведь в самом начале истории, эти же читатели, требовали расправы над Розали. Да, да, мой злой персонаж — женщина, причем самая штампованная из всех. Все ради читателей, ради любимых, родных и преданных. Хотите штамповку? Получите, распишитесь.

Злюка, перешедшая грани дозволенного. Избалованная стерва, ступившая на кривую дорожку преступности, не получив желаемого.

И ведь как всех бесила. Читатели даже прозвище ей придумали “Дикая Роза”, из-за жуткого характера, и это же прозвище я прописала в книге, и все радовались. А теперь что? Оправдывают ее?

Да с чего вдруг? Она избалованная, легкомысленная, богатенькая дрянь, которая никого и никогда не слышала и ни во что не ставила. Для нее абсолютно все существа не больше, чем пыль под ногами.

У нее было столько возможностей, весь мир для нее открыт. А что Роза? Пф, послала родителей в долгое пешее, чуть не убила брата, хотя очень старалась, издевалась над младшей сестрой и лично пыталась убить бывшего возлюбленного и его новую пассию.

Ну как? Хороша героиня? Достойна прощения?

Характер у нее, как у гарпии. Понимаю, что ее придумала сама и по идее, могла бы, как-то исправить девчонку, но зачем? По всем законам жанра герой должен быть наказан.

Так и быть, родители все же всплакнули, узнав о кончине дочери. Только я умолчала, что это были слезы облегчения.

О, а вот и еще один комментарий прилетел:

“Автор, так нельзя. За что вы ее убили?”

— Я? — Натурально кричала на монитор планшета.

Ну, ладно, я. И что дальше? Вообще-то, ее убили законы жанра.

Незачем было пытаться убить невесту главы теневой службы, тогда бы была жива и здорова. И что с того, что он выбрал нежную и хрупкую Камелию, а не взбалмошную Розали? Не обязательно сразу придумывать план по уничтожению конкурентки, не последний мужчина в королевстве женится. Роза — злодейка, ей не положено вставать на сторону света и становиться белой и пушистой. Неужели, так сложно это понять?

Читатели сходили с ума, а вмести с ними и я.

Можно подумать, что речь шла о настоящих, живых людях, а не о книжных персонажах. Кажется, в этой истории, злодейкой выставляют меня. Автора. Где справедливость? За что мне досталось?

Кошмар. Дописалась, называется.

Я стараюсь, пишу, дни и ночи не сплю, все для них, каждая буковка, каждая закорючка, каждый знак препинания, даже если он лишний. А что в итоге? Лучше бы критиковали в стиле: банально, автор, ты пишешь пресно, где же интриги и скандалы… и так далее.

Вот скажите, почему Розали стоит пожалеть? Конечно, она не главная злодейка, второстепенная, но это ее никак не оправдывает.

Надо отключить уведомления, пока не разбила планшет вдребезги.

“Автор, вы безжалостны. А сами бы не боролись за любовь?”

Это уже совсем бред. Какая там любовь? Розали эгоистка, а такие не любят никого, кроме себя, и Эйден прекрасно все понимал, поэтому и выбрал другую девушку в жены.

Не выдерживаю, откидываю гаджет в сторону. Бороться за любовь? Серьезно? Теперь это так называется?

Да будь у меня такие возможности, как у Розали, ее магия, внешность, богатые родители, я бы наплевала на блудливого жениха. Кому есть дело до одного похотливого самца, когда можно стать, кем пожелаешь? К тому же их помолвка была договорной, как и дальнейший брак, если бы он случился.

Я так и не смогла определиться в свое время, кем хочу быть. В мире столько интересных профессий, а у девочки из семьи алкоголиков невероятно мало возможностей. Хотела быть врачом, поваром, психологом, инженером, а в итоге стала писателем.

В воображаемом мире можно быть кем угодно, но будь у меня возможности Розали, все было бы иначе, еще лучше. В этом я уверена.

Дорогие читатели, добро пожаловать в новинку:

Академия для дикой Розы

Нас ждут удивительные приключения автора фэнтези романов в собственной книге. Карма не дремлет. Наказание настигнет каждого писателя, за страдания всех героев.

Присоединяйтесь. Приключения уже тут!

— Леди Розали, леди Розали, — кричал кто-то рядом с моей головой, — очнитесь же!

Поморщившись, попыталась отвернуться на другой бок, но тело прострелило такой болью, что захотелось взвыть.

— Леди, — снова кричал этот ненормальный.

И тут до меня дошло… Кто может кричать в моей однушке, да еще и над моей головой? Правильно, только псих или домушник, или два в одном.

Резко распахнув глаза, попыталась сфокусировать взгляд и громко закричать, но получилось только захрипеть, а картинка так и оставалась мутной. Мужской силуэт тут же замаячил, вызвав у меня приступ тошноты. Затылок словно кувалдой стукнули, и не один раз. Поэтому и мозг отказывался нормально работать, превратившись в кисель.

— Вы очнулись. — Радостно вопил домушник.

На языке вертелись разные ругательства, требования немедленно покинуть мою квартиру, пока не вызвала полицию и многое другое, но… Зрение вернулось и не принесло ничего хорошего.

Мало того что оказалась не в своей потрепанной временем квартире, так еще и мужчина, нависший надо мной, едва ли не плакал от радости. Нет, домушники так вести себя не мог… Хотя я мало знала о повадках преступников.

— Где я? — Первое, что спросила, разглядев потолок с лепниной.

Такое не в каждом музее увидишь, не то что в сталинке. В голову лезли страшные мысли о похищении, работорговле, и самый безобидный — галлюцинации.

— Как же, — испуганно воскликнул незнакомец в странной одежде, — вы дома, леди Розали.

— Кто? — Переспросила, преодолевая головную боль.

В голову закрались сомнения, а не сон ли это, но пришлось быстро отмести эту догадку. Все происходящее было слишком реальным и ощутимым. Страшно хотелось пить, руки и ноги практически не слушались, голова разрывалась на части. Все внутри меня кричало, что это не может быть сном.

Однако… Это имя, окружающая обстановка, мужчина в старинной одежде, которую носили разве что в восемнадцатом веке. Не сразу, но я заметила еще одну странность, мужчина говорил не на русском языке, но я прекрасно его понимала. Осознание этого пришло, как-то само собой.

Голова разболелась еще сильнее. Застонав, прикрыла глаза рукой и только тогда поняла, что я, вообще-то, лежу, и не на удобной кровати, а на холодном мраморном полу, у основания шедевральной лестницы. Предполагаю, она и была причиной болей во всем теле, а вернее, падение с нее.

— Леди. — Испуганно схватился он за сердце. — Умоляю, скажите, что вы не потеряли память.

Соображала плохо, поэтому не стала подтверждать или опровергать его слова. Только тихо фыркнула. Мне нужно было срочно понять, что происходит, а для этого требовалось как минимум, принять вертикальное положение. И именно с этим у меня были сложности.

— Помоги подняться. — Попросила хриплым голосом.

— Конечно, конечно, — закивал, — вот же болван, как сам не догадался. — Причитал он, осторожно поднимая меня с пола.

Теперь голова не только болела, но и кружилась, но я стойко перетерпела приступ и только после этого смогла осмотреться. Однако лучше бы этого не делала.

Шикарный вестибюль, конечно, впечатлял, но не так сильно, как герб, висящий над входными дверьми.

Почему? Да все потому, что этот герб отлично знала, я лично его придумала и описала в последней книге, из-за которой читатели знатно потрепали мои нервишки.

Та самая книга, из-за которой, вчера легла спать раньше, а не стала искать место будущего отдыха, а потом…

Точно удалось вспомнить удушающую тяжесть в груду. Словно мне положили гирю на солнечное сплетение. А ведь почти удалось уснуть, когда почувствовала, что не могла дышать.

Что было дальше, не помню, очнулась, уже лежа на полу. Вывод напрашивался сам собой. Умерла и стала попаданкой, так еще и в собственную книгу.

Звучало безумно даже в мыслях, а произносить такое… Ну уж нет, я не собиралась признавать этот бред, просто отказывалась верить, но все было против меня.

— Леди, вам нужно прилечь, — сказал Гарольд, теперь-то я понимала, что передо мной дворецкий, и имя его знала, — я уже вызвал лекаря.

— Спасибо, Гарольд. — Скомкано поблагодарила, все еще страшась происходящего.

— Ох, слава богине, — воскликнул, хлопнув в ладоши, — вы помните мое имя.

Увы, не просто помнила, я лично его выбирала. И от этой мысли затошнило еще сильнее.

Не помню, как мы преодолели лестничные пролеты, но стоило оказаться в кровати, как сознание решило, что с него хватит потрясений.

Здраво мыслить в таком состоянии было невозможно. Я то отключалась, то приходила в себя, все время находилась словно в бреду. Кто-то постоянно нарушал мой покой, заходя в спальню.

До меня доходили обрывки фраз и звуков, женский плач, мужские причитания и детские, робкие мольбы. Все это казалось игрой умирающего разума.

За все время горячки, которая по ощущениям, длилась вечность, пару раз приходила в себя. Всего на доли секунд, но удавалось уловить, что в комнате становилось то светло, то темно. Независимо от времени суток рядом со мной оказывалось новое действующее лицо.

И только на третьи сутки, придя в себя, четко осознала, что умерла в родном мире. Не знаю откуда, но проснулась с четким знанием, что у меня оторвался тромб, тело умерло во сне, а очнулась я в другом мире, описанным мной, но вполне реальном.

И что делать с этим знанием, не имела ни малейшего понятия.

Герцогиня Розалинда Брэдфорд

— С возвращением, леди, — первое, что услышала, открыв глаза.

Передо мной предстал сухонький старичок, в зеленой рясе с нашивкой на груди в виде сердца, охваченного ладонями — лекарский символ. Очередной персонаж из моей книги, семейный лекарь Брэдфордов, Брансон Вилин.

— Как вы себя чувствуете? Ваша матушка очень переживала о вас. — Отозвался он, водя руками над моим телом.

Хоть и узнала, что обратного пути нет, а я оказалась в другом мире, который воспринимала, как свою книгу, а принять такое непросто. Ни малейшего желания общаться или отвечать на вопросы, только хандра.

Я желала закрыть глаза и очнуться в своей квартире, а не пытаться переписать сюжет для злодейки. Одно дело писать о попаданках, и совсем другое, оказаться одной из них. К счастью, не было нужды спасать мир, и пророчеств не предвиделось.

Судьба не пожалела меня, закинув в тело Розали, на повестке дня был главный вопрос: сколько она успела натворить?

А следом за ним, посыпались и другие:

Состоялась ли помолвка?

Прибыла ли в город главная героиня?

В каком состоянии старший брат и отбыл ли он в академию?

Вопросов было столь много, что голова снова разболелась несмотря на манипуляции мистера Брансона.

Собственно, не стала отказывать себе в удовольствии и прикрыла глаза, чувствуя приятное тепло, разливающееся по телу. Но, отдохнуть не получилось, слуха коснулся тихий детский голосок.

— Рози. — Пискнул ребёнок, где-то очень близко к кровати.

— Леди Аннабель! — строго пробухтел лекарь, — вашей сестре нужно отдыхать.

Девочка, а точнее сказать сестра, не успела ответить, в их диалог вмешалась я.

— Анни, — улыбнулась белокурому ангелочку, вжимающему голову в плечи, — спасибо, что пришла навестить меня.

Аннабель — младшая сестра Розалинды, и она никогда не слышала теплых слов от нее. Рози злилась на сестру, считая, что та, отнимает любовь родителей. Это так глупо и эгоистично.

Я мечтала о младшей сестре, но понимала, что моим родителям вообще нельзя иметь детей. Да что детей, таким и попугайчика доверять нельзя. И раз уж я попала в другой мир, то просто обязана была подарить тепло и сестринскую любовь этой крошке.

— Правда? — Малышка удивленно захлопала ресничками.

Такая милая и маленькая. На вид, ей не больше пяти. Значит, еще многое не произошло, не случилось, ведь моя история началась, когда Аннабель было семь. Тогда Рози перешла все границы.

Возможно, у меня еще было время. Был шанс спасти свою жизнь и не допустить ошибок прошлой хозяйки тела.

— Правда, правда, — покивала и широко раскинула руки, — от крепких объятий мне сразу станет лучше, — подсказала крохе, чего жду от нее.

Анни едва не расплакалась, быстро кинувшись к моей груди. Такая крохотная и хрупкая, ее хотелось защитить от всего мира. Рози долго ломала ее, унижала так, что эта крошка вздрагивала при появлении сестры, как от ударов хлыстом.

Моя ожившая мечта. Настоящая сестренка, а где-то в поместье еще ходят любящие родители и старший брат. Хотя почему где-то…

— Рози? — Удивленно протянул отец, вошедший в этот самый момент.

За спиной герцога Аллана Брэдфорда стояла мать Розали — Мэлони Брэдфорд, прекраснейшая из женщин королевства. Еще одна блондинка, с добрыми глазами, которые сейчас с умилением наблюдали за дочерьми.

— Ваша Светлость, — поклонился лекарь, тихо стоя в сторонке, — вашей дочери более ничего не угрожает, но пару дней придется поберечь силы, я оставлю необходимые настойки.

— Благодарю, Брансон, — кивнул отец, продолжая странно смотреть на нас с Анни, которая продолжала прижиматься ко мне всем тельцем, — ты можешь быть свободен.

Лекарь еще раз поклонился и тихо ушел, оставив наше семейство наедине.

— Милая, — он тепло улыбнулся, но как-то с опаской, — как ты себя чувствуешь?

Чтобы ответила Рози? Что это не его дело и если жива, значит, все хорошо. К счастью для нас обоих, я не Рози.

— Спасибо, все хорошо. — Широко улыбнулась, чмокнув сестру в макушку.

Бедняжка так растрогалась, что обхватила меня руками и ногами, как обезьянка, и тихонько всхлипнула. Она и правда, очень любила сестру, настолько, что даже после всех издевательств и выдвинутых Рози обвинений, продолжала оправдывать ее.

— Мы так испугались, — мать Рози села на край кровати, но не рискнула прикоснуться ко мне, — Розали, расскажи, что с тобой произошло?

— Разве Гарольд не сказал? — Меня бросило в жар от волнения.

Я не знала, что именно случилось с Рози, ведь действия книги начинались только через пару лет.

Нервно закусив губу, посмотрела по очереди на обоих родителей.

— Нет, — покачал головой герцог, — Гарольд нашел тебя лежащей на полу и вызвал лекаря.

— Что ж, — тяжело вздохнула, — я упала с лестницы. — Нашла самое логичное оправдание произошедшему. — Была слишком неосторожна, запуталась в подоле и полетела вниз. — Виновато вздохнула, опустив глаза. — Простите, что заставила вас нервничать.

Последние слова вызвали у них шок. Рози никогда не извинялась, но я не собиралась вести себя так же.

Почему-то врать этим людям не хотелось. Они вызывали во мне самые теплые чувства с первой секунды, словно настоящие родители. Хотя теперь уж, они ими и были, стоило признать, что о такой семье мечтала всю жизнь.

Мама охала, едва сдерживая слезы, отец поцокал языком, но никто не усомнился в моих словах и не стал допрашивать.

На том и закончился их визит. Не ушла только Аннабель, как ни пытались родители оторвать от меня девочку, но так и не удалось этого сделать. Мама лишь вздохнула и махнула на это рукой, прислав ко мне служанку с обедом.

Расторопная девушка, помогла мне принять ванну и переодела, за что я была очень благодарна, ведь сама еще была не в состоянии даже на такие подвиги.

Анни все время молчала. Наверное, боялась, что я выгоню ее. Конечно же, делать этого не собиралась, но и поговорить толком не удалось. После того как служанка покормила меня бульоном, снова уплыла в сон.

А когда проснулась, что-то изменилось. Больше не хотелось рвать на себе волосы и требовать вернуть меня домой.

Что я теряла? Однушку на окраине города? Ипотеку? Пыльный и загазованный город? Я приобрела намного больше, чем потеряла — семью, магию, титул, богатую жизнь и, что уж душой кривить, шикарную внешность. И с чего вдруг должна была отказываться от такого счастья? Я стала Розалиндой Брэдфорд, и если уж сама смерилась с этим, у остальных не было и шанса не принять новую Рози. А уж я собиралась сделать все, чтобы во мне перестали видеть злодейку.

Дорогие мои, радуюсь вашей поддержке. Каждая звездочка и комментарий остаются в моем сердечке.

Приятного чтения, ваша Керри Лемер.

Быть попаданкой сложно, но попадая в собственную книгу, автоматически получаешь некоторые “плюшки”. Очнувшись, мне не пришлось нестись в местное святилище знаний — библиотеку, чтобы получить подробности о мире, в котором оказалась, эти знания уже были в моей голове.

Роари — мир магии и необычных существ. Большая часть обитателей — магически одаренные люди — маги, но были и другие расы: эльфы, оборотни и драконы. Причем крылатые, несмотря на малочисленность, считались чуть ли не всесильными богами, опасными и непобедимыми.

Поэтому именно они стояли у власти огромной империи — Эсман, названной в честь первого дракона основателя. Здесь и жила Рози со своей семьей, в самой столице, городе — Авалон.

Розали была из семьи потомственных магов-стихии. Дар в ней проснулся рано, в возрасте трех лет, тогда она сильно испугалась, магия вышла из-под контроля, наполнив собой сад. Фамильное поместье Брэдфордов буйно зацвело, в тот же зимний день, слуги собирали урожай клубники.

Да, моя злодейка не была слабой магичкой, но терпеть не могла свою магию, считая ее бесполезной, и завидовала менталистам, боевым магам, метаморфам и многим другим. В качестве протеста Рози отказалась познавать стихию, сославшись, что не собирается работать, ее будет обеспечивать супруг. Кстати, именно магия стала причиной ненависти к старшему брату, ведь ему досталась самая редкая стихия — свет.

В принципе, так оно и должно было случиться, Рози — аристократка, но отказываться от магии, в отличие от нее, никто не спешил. Именно это я и решила исправлять первым делом.

— Доброе утро, госпожа, — служанка едва не споткнулась, застав меня за зарядкой.

— Доброе, — кивнула и продолжила приседать в неудобном ночном платье, — проходи, я почти закончила.

— А, что вы делаете? — Испуганно прижимала ладошки к груди.

Моя служанка — совсем молоденькая девушка, человек, магии у нее крохи и только бытовая.

— Укрепляю тело. — Не стала врать, но и в подробности не вдавалась.

Ну, не объяснять же, что я пришла в ужас от физического состояния этого тела. Ножки, как палочки, ручки хлипкие, выносливость на нуле. Яркий пример хрупкой леди, и меня это не устраивало.

Для контроля над магическими потоками нужно было стать сильнее. Уж я точно знала, чем может закончиться слабость. В книге, когда Рози попыталась магией навредить сопернице, сама чуть не погибла. Конечно, я не собиралась идти ее путем, но начинать учебу стоило именно с физкультуры.

— Не стой без дела, — беззлобно поторопила служанку, — приготовь платье, хочу позавтракать с семьей. — И улыбнувшись, скрылась в ванной комнате.

Хорошо, что я придумала этому миру нормальную сантехнику, иначе не представляю, как бы сама справлялась. А вот моя служанка и так не понимала, почему ее госпожа отказывается от помощи.

Вот еще, я не стала совсем немощной, чтобы опускаться до такого.

— Госпожа, но как же… — Причитала Майя, когда я не позволила сделать мне высокую прическу.

— А вот так, — развела руками, закалов часть прядей на затылке, — этого достаточно, идем.

Сама ухватила девушку за руку и повела прочь из комнаты. Рози всегда была взбалмошной, поэтому очередным переменам в поведении никто не удивился, но нужно было, чтобы ко мне перестали относиться с опаской и ждать подвоха. Задачка не из легких.

Оказавшись за пределами спальни, остолбенела. Всего на миг, но страх подкрался к горлу. Новый мир перестал ограничиваться одной комнатой, а мне пришлось вспомнить, что теперь это моя реальность. Непонятно как, но этот мир стал настоящим, со своими правилами и законами, а может, он всегда был настоящим, а мне неведомым образом, удалось узнать о нем.

— Госпожа? — Служанка мягко коснулась моего плеча, заметив мой испуг.

— Все хорошо, — слегка улыбнулась, — ты можешь идти.

Это была первая ошибка, но поняла, когда уже заблудилась. Поместье — это вам не однушка на отшибе. Куча дверей, длинные коридоры, а комнат вообще не счесть. Пришлось поплутать, и лишь чудом, нашла столовую, по доносившимся оттуда голосам.

Родители уже приступили к завтраку, когда я появилась, совсем позабыв о хороших манерах, но до стола так и не дошла, замерев прямо у входа. А все из-за нового действующего лица — брата.

— Сестрица, — ухмыльнулся Малькольм, — вижу, ты не так больна, как считают родители.

Мне хватило одного взгляда, чтобы почувствовать, как сильно брат недолюбливает меня. И хоть откровенной ненависти еще не было, брат превратился в натянутую пружину.

Мать и отец напряглись, ожидая моего выпада, но я повергла их в шок радостной улыбкой.

— Доброе утро, семья. — И под удивленные взгляды прошла к столу, не дождавшись пока прислуга, поможет занять стул, села напротив брата.

Ох, а брат у меня был еще красивее, чем описывался в книге. Настоящий аристократ с золотыми волосами и идеальной кожей. Его внешность заставляла сердце замирать, но не мое, все же брат, вызывал у меня только легкое тепло в груди.

Жаль, что их отношения с Рози были в ужасном состоянии, мне хотелось иметь того, на кого можно положиться. И впереди была целая жизнь, чтобы все исправить. От этой мысли настроение стало еще лучше, и не стесняясь приступила к завтраку, чем окончательно добила родню.

— И ты все это съешь? — Брат опасливо косился на мою тарелку с жареными яйцами, беконом и вялеными томатами.

— Ага, — как не в чем ни бывало, откусила большой кусок тоста с маслом.

Рози никогда бы так не поступила, она следила за фигурой, а я не собиралась заниматься такими глупостями. Она бы и на общий завтрак не пришла, если уж быть честной. Героиня моего романа предпочитала есть в своих покоях, а в общей столовой появлялась, когда хотела испортить семье настроение. Вот и оправдание, почему все смотрят на меня, как на бомбу с часовым механизмом.

Первым в себя пришел отец, сделав вид, что ничего странного не происходит, а следом за ним и остальные родственники.

Ели в тишине, но все равно, ощущала на себе странные взгляды, то со стороны родителей, то брата и усердно старалась игнорировать их.

— Дорогая семья, — закончив с едой, отложила столовые приборы, — у меня к вам серьезный разговор.

— О-о-о-о, — протянул брат, издав смешок, — а я уже подумал, что тебя подменили, но нет, все та же Розали. — В конце он фыркнул и попытался сбежать из-за стола.

— Подожди, — почти умоляла его взглядом, — я хотела извиниться.

От такого заявления руки мамы задрожали, и она выронила вилку прямо на тарелку, отчего раздался неприятный звон.

— Я вела себя отвратительно, — продолжила, пока меня не перебили, — глупо и неправильно по отношению к вам, моей семье. Мне нет оправдания, даже эти слова ничего не изменят, но я постараюсь доказать вам, что сильно сожалею и хочу исправиться. — Говорила быстро и на одном дыхании.

Страшнее всего, было поднять глаза и увидеть злость и разочарование, но нет, все тот же шок у всей троицы.

— Очередная игра? — Зашипел Малькольм, брезгливо сморщившись. — Думаешь, я поверю в это?

— Я не прошу слепо верить, — мотнула головой, — но прошу дать мне шанс все доказать.

— Доказать? — в разговор вмешалась мама.

В отличие от мужчин, она смотрела на меня с робкой надеждой и нежностью. Матушке тоже доставалось от Розали, девушка вообще всех доставала своими истериками.

— И как же ты собираешься это сделать? — Задал правильный вопрос отец.

Именно этого я и ждала, возможности попросить, а не требовать, чтобы они сами захотели предоставить мне все, что нужно для новой жизни.

— Начну с учебы, — голос сел от волнения, — я хочу научиться управлять своей магией.

Занавес! В этот момент даже полет комара, звучал подобно грому.

Малькольм — прекрасный брат нашей злодейки.

— Похоже, она ударилась головой. — Истерично посмеивался брат, но, поняв, что я не шучу, резко замолчал. — Удивила.

— Я старалась, — улыбнулась в ответ, — кстати, отлично выглядишь, академия пошла тебе на пользу.

Искренне улыбнулась ему, стараясь не показывать своей нервозности. У меня семьи не было, по крайней мере, нормально, поэтому понятия не имела, что говорить.

Всегда завидовала детям с заботливыми семьями, особенно девочкам, у которых есть старшие братья-защитники. И вот, такое счастье свалилось на мою голову, но я не знала, что с ним делать и как подступиться.

Малькольм уже два года учился в ВАМ — Великая Академия Магии. Покорял стихию и собирался заниматься военной карьерой, но впереди еще были три года учебы. А попала я в это тело очень вовремя, в конце лета, поэтому застала Малькольма дома, а не на учебе. По книге Малькольм не любил находиться в родовом поместье из-за Розали и их постоянных ссор, но и не приезжать не мог.

— Спа… сибо. — Скомканно поблагодарил, запнувшись на полуслове.

Ответить ничего не успела, в столовую зашел дворецкий. Гарольд хотел что-то сказать, но заметив меня, замер с открытым ртом и слегка побледнел. Мда… Роза оставила мне ужасное наследство.

— Гарольд? — Отец вопросительно приподнял бровь.

От его голоса мужчина быстро взял себя в руки и четко произнес:

— Прибыл Граф Аддерли, — выдохнул Гарольд, косясь на меня, — просит принять его.

Проклятье — мысленно выругалась, закатив глаза к потолку. Эйден Аддерли — жених Розали. Пока еще жених. По идее, их помолвка состоялась недавно, буквально пару недель назад, но уже в этот период, он ненавидел свою невесту, и было за что.

Можно сказать, что Эйдена силой заставили участвовать в этом балагане, под названием женитьба. Отец Розали воспользовался дружбой с императором, чтобы его любимая дочь получила желаемое. В общем, бедного графа никто не спрашивал. В высшем обществе такую партию посчитали очень удачной.

И чего, спрашивается, приперся, да еще и в такую рань. — Ворчали мои тараканы, бегая от извилины к извилине.

— Пусть проходит, мы с радостью примем гостя. — Мама не выдержала затянувшейся тишины.

Видимо, все ждали моей реакции, поэтому папа молчал, а мама приказала побыстрее подать чай и обновить угощения. Брату пришлось снова присесть за стол. Все вокруг засуетились.

— Ты не выглядишь счастливой, — подметил Малькольм, — почему?

Да, я не была счастлива, от слова совсем. Чему радоваться, когда знаешь, насколько тебя презирает будущий муж? А еще я знала, что главному герою романа предназначена другая девушка — Камелия, прекрасная и нежная, она его истинная пара.

В этом мире, такие пары — большая редкость, драконы могут всю жизнь искать свою истинную, но так и не найти, а Эйдану в этом плане повезет. Так что, я не радовалась, а строила планы по расторжению помолвки. Сделать это требовалось в кратчайшие сроки, чтобы не тянуть жениха на дно своей репутацией. Чем дальше мы находились друг от друга, тем больше было шансов выжить.

— Э-э-э-э, — не знала, что ответить, — еще не оправилась, после падения. — Сконфуженно пожала плечами.

И только я ответила, как в столовую вошел он… О-о-о-о, у меня даже сидя затряслись ноги. Если бы могла, рухнула бы на пол, но стул крепко держал мое разомлевшее тельце.

Это не просто мужчина — бог во плоти. Таким и должен быть главный герой. Идеальный, как ни посмотри, мужественный, статный, высокий. У меня не хватало эпитетов, чтобы описать его.

От Эйдена исходила подавляющая аура власти. Даже в человеческом обличии, он вызывал восторг, смешанный с ужасом. Совершенное тело, не мог скрыть даже классический костюм. А какой аромат плавно пронесся по воздуху при его появлении… Мммм, восхитительный парфюм, ненавязчивый запах грейпфрута с легкими нотками мускатного ореха.

Черные глаза, смотрели словно в самую душу. Пухлые губы кривились в легкой усмешке, а на скулах красовались едва заметные ямочки. Ни одного изъяна я не заметила. Даже непослушные густые волосы аккуратно уложены назад.

Я залипла, кажется, даже челюсть отвисла, еще бы чуть-чуть и по подбородку потекла слюна.

— Хах, — услышала тихий смех брата.

Повернув голову, сверкнула грозным взглядом и незаметно пнула его ногой под столом.

Малькольм закашлялся, но глаза его продолжали смеяться.

— Доброго утра, Ваша Светлость герцоги и герцогини Брэдфорд — прозвучал голос, моего наваждения, — рад видеть, что слухи о состоянии моей невесты сильно преувеличены.

Ну, хотя бы стало ясно, зачем явился этот шикарный мужчина. Нет, я все еще помнила, что нам не по пути, но никто же не запрещал любоваться им, как произведением искусства.

Эх, теперь понятно, почему Розали так прицепилась к нему. У девчонки отменный вкус на мужчин. Был.

— Ваше Сиятельство, — ответила мама, кивком головы, — мы рады, что вы посетили нашу дочь, в столь трудное для нее время, — матушка расплылась в ласковой улыбке, — правда, милая?

Икнув, кивнула и промычала, что-то невнятное. Голова слегка кружилась от волнения, как ни к стати, вспотели ладошки, а взгляд заметался по комнате.

— Присоединитесь к нашему завтраку? — Предложил отец, после обмена любезностями.

— Нет, нет, спешу на службу, — улыбнулся матушке, а потом перевел взгляд на меня, — я прибыл, чтобы убедиться в вашем здравии, леди Розали, и, если позволите, переговорить с глазу на глаз.

— А-а-а, э-э-э-э, — мычала, окончательно потеряв голову.

От его голоса голова закружилась, во рту пересохло, я едва ли смогла бы встать со стула и не рухнуть ему в ноги.

Никогда не испытывала ничего подобно, смотря на мужчину. Но, и таких красивых не видела прежде, только в кино, но это не одно и тоже.

— Конечно, мы оставим вас, — быстро сообразила мама, чем удивила абсолютно всех.

Пока никто из мужчин не успел возразить, мама практически вытолкала из столовой, а это было непросто. Наверное, она хотела как лучше, но я в этот момент мечтала сбежать.

До этого момента Эйден выглядел спокойным и вел себя в соответствии с этикетом, но стоило нам остаться одним, как:

— Так, я и думал, что это очередная попытка привлечь мое внимание и опозорить. — Выдал совсем недружелюбным голосом.

Розовые очки тут же дали трещину. Тряхнув головой, прогнала наваждение, но встать так и не смогла, лишь с мольбой поглядывала на закрытые двери, в надежде, что кто-нибудь вернется.

— Не понимаю, о чем вы, Ваше Сиятельство, — голос предательски сел, — я упала с лестницы совершенно случайно.

— Возможно, — кивнул Эйден, надвигаясь, продолжая сверлить меня недобрым взглядом, — только весь высший свет с вашей подачи перемывает мне кости, якобы я потерял всякий стыд и наплевал на здоровье невесты. — Говорил он вкрадчивым голосом.

Когда между нами осталось несколько метров, Эден замер, нависая надо мной.

Сглотнув вязкий ком, вставший поперек горла, пыталась удержать себя в сознании. Душа рвалась прочь из тела, с каждой секундой желание сбежать становилось сильнее. Еще бы немного и сердце вырвалось из груди.

— С чего вы… — Договорить мне не позволили.

— Прекращайте этот спектакль, — грубо оборвал меня, продемонстрировав грозный оскал, — я не ваша игрушка и не позволю портить мою репутацию, иначе я превращу вашу жизнь в ад, дорогая невеста. — Последние слова он прошептал, склонившись к моему лицу.

От пробирающего страха крепко зажмурилась, не зная, что ответить. Все слова вылетели из головы, хотя хотела ведь разорвать помолвку, сказать, что совершила ошибку и даже извиниться, но не вышло ничего. Когда я открыла глаза, комната оказалась пуста.

Романтический образ Графа Эйдена Аддерли.

После такого утра и нелегкой беседы, напугавшей меня до дрожи во всем теле, решила, что стоит немного проветриться, освежить мысли и подумать о будущем. Требовалось срочно упорядочить мысли и придумать план по собственному спасению.

Действия развивались слишком быстро. Почему-то я верила, что наша встреча с Эйденом должна состояться позже, намного позже. Глупо, учитывая, что помолвка уже была заключена, а его обида слишком свежа.

Если все правильно посчитала, сейчас новому телу всего девятнадцать лет, первое совершеннолетие пройдено. Для магически одаренного человека это практически детство. Жизнь мага длится около двухсот-трехсот лет, в зависимости от силы. Эльфы, оборотни и драконы живут намного дольше.

Я это к тому, что впереди меня ждала долгая жизнь, но тратить ее бессмысленно, не было ни малейшего желания. Помолвку с Эйденом требовалось разорвать, как можно быстрее, но не причинив вреда его репутации, чтобы не разозлить дракона. А вот с этим уже были проблемы.

Разрыв отношений в высшем обществе всегда приводит к шумихе, в любом случае не получится избежать сплетен. Вопрос лишь в том, по кому они ударят больше. В будущем Эйден займет высокий пост в теневой службе императора, станет его близким другом и даже спасителем. Власть графа Аддерли возрастет, а это вдвойне опасно для его врагов, а первой в его списке была ненавистная невеста.

Эти мысли заставили невесело усмехнуться. Принять правду о попадании нелегко, мне все еще казалось, что этот мир нереален, что в любую минуту все закончится и я очнусь в своей квартире. Однако чем больше времени проходила, тем меньше оставалось надежды.

Найдя выход на задний двор, я снова поразилась, но на этот раз красотой нового мира. Мне еще многому предстояло удивляться и восторгаться, как, например, сейчас.

На глаза набежали слезы, и я не пыталась сдержать этот порыв. У меня появился настоящий дом, прекрасней которого сложно представить.

Столичное поместье Брэдфордов не считалось большим, хотя для меня казалось огромным. Построенное в форме буквы “п”, высотой всего в два этажа, но этого хватило на приличное количество спален, несколько столовых, кабинеты, лабораторию, кухню и больших размеров библиотеку, даже для бального зала нашлось место.

На территории дома была своя конюшня, летний и зимние сады, теплицы, десяток фонтанов и парочка статуй, но гордостью считали привезенные из эльфийского леса деревья, напоминающие земные сакуры. Сейчас как раз был пик цветения. Яркие фиолетовые лепестки медленно осыпались на каменные дорожки, на доли секунд зависая в воздухе, создавая удивительное зрелище.

Лужайка на заднем дворе была не менее яркой, я видела знакомую лаванду, и совсем незнакомые цветы, всевозможных оттенков и форм. От буйности красок первые секунды рябило в глазах, а воздух был настолько сладким, что его послевкусие оставалось на кончике языка.

Наверное, на фоне этого сада, я смотрелась особенно прекрасно в легком платье, персикового оттенка, которое только подчеркивало всю женственность Розали. Утром, так спешила, что даже не взглянула на себя в зеркало… Вру, я не была готова к этому. Прошло всего несколько дней, и я каждый раз пугалась, видя новую себя.

— Гуляешь? — Прозвучал голос Малькольма за спиной.

От неожиданности вздрогнула и едва не полетела вниз. Если бы не брат, то очередного падения не удалось избежать.

— Ты стала неуклюжей, — посмеивался брат, помогая мне встать ровно, — не узнаю тебя, Рози.

Встретившись с его взглядом, не смогла остаться безучастной. Хотелось улыбаться в ответ, настолько сильной волной тепла окатило меня. Нет, брат все еще был настороже, я видела это в его позе, дерганных движениях, попытке удержать дистанцию, но лед дал трещину.

— Не думаю, что мы знали друг друга по-настоящему. — Беззаботно пожала плечами и развернулась в сторону сада. — Прогуляешься со мной?

Сейчас я смогла получше рассмотреть его, не вызывая подозрений со стороны других родственников. Он стоял достаточно близко, позволяя полюбоваться удивительными глазами, которые из-за его магии напоминали расплавленное золото.

Маг света — это большая редкость, особенно если уровень силы выше среднего, а Мальком был очень силен. Когда я писала роман, почему-то уделила особое внимание именно его дару, описав его слишком подробно для третьестепенного персонажа.

Брат умел управлять потоками света как в дневное время, так и в ночное, превращая лучи в некую материю и управляя светом. Зрелище в моем представлении было завораживающим.

— Только если пообещаешь не прятать мой труп под ближайшим деревом. — Издал истеричный смешок.

— Хорошо, закопаю в лесных угодьях. — Произнесла со всей серьезности, но увидев ужас в глазах брата, громко рассмеялась.

— Розали, — выдохнул он, — я не понимаю, когда ты шутишь, а когда нет.

Он оказался выше меня на несколько голов, но это не помешало схватить брата за локоть и повести вдоль длинной витиеватой дорожки, ведущей вглубь сада.

— Я правда хочу исправить наши отношения, — тяжелее всего было врать, ведь настоящая Роза умерла, — и если наше желание взаимно, то все обязательно получится.

— Дело не в моем желании, — сокрушенно покачал головой, а от улыбки не осталось и следа, — я устал от твоих игр, все мы устали, ты не считаешься ни с кем, никогда не считалась, для тебя не существует семьи, все вокруг тебя словно слуги.

Малькольм был прав. Именно так Рози видела всех вокруг, как слуг, и далеко не всех считала полезными. Если матушка и отец приносили пользу, то все остальные, по ее мнению, лишь мешали. Особенно брат и сестра. Аннабель обожали, она воплощение нежности и кротости, а брата нахваливали из-за успехов в учебе и редкому дару.

Розали выбрала себе другую судьбу. Да, да, именно выбрала, своим поведением и поступками. Она обладала удивительным даром, но предпочла отречься от нее, посчитав, что такая магия для безродных отбросов, а она достойна большего.

— Я поняла тебя. — До боли закусила губу.

Ужасы творила Рози, а стыдно было мне. Несправедливо. Или все же? Ведь читатели просили меня, я могла исправить ее судьбу, но не стала. За все приходится расплачиваться, но не думала, что настолько буквально.

— Ты действительно хочешь учиться? — Малькольм решил сменить тему, и я была благодарна за это.

— Да, — энергично закивала, — очень хочу.

И это была очередная правда. Я не просто хотела, я мечтала об этом. Кто же не хочет познать магию? Я гнала от себя эти мысли, боясь сорваться и натворить дел, но сама мысль об обладании магией, вызывала во мне чистейший восторг.

А еще, с момента, как поняла, где оказалась, не выходила из головы великая академия магии. В книге я лишь мельком описывала ее, так как брат Рози учился там, а главный герой никак с ней не был связан, но точно знала, что это поистине величественное место.

На Роари не одна академия, но эта самая большая и является самой первой академией построенной в мире. В ней же самая большая библиотека и коллекция редчайших артефактов. Именно в этом месте стоило искать ответы на мои вопросы о попадании в другой мир.

Даже если не было возможности вернуться, я хотела узнать все об этом явлении, в особенности о том, каким образом книжный мир стал реальным. Чутье подсказывало, что мой путь лежал туда. Но, времени оставалось мало, мне предстояло уговорить родителей до окончания работы приемной комиссии, а я даже не знала, сколько времени оставалось.

— Дай угадаю, новая мода? — Решил он пошутить, присаживаясь прямо на землю, у корней ветвистого дерева. — Или дело не в моде, а в ком-то или чем-то другом?

К слову о моде, братец точно следил за ней, и не был похож на парня из восемнадцатого века. Хотя и мое платье не совсем тех времен, я ярый противник корсетов и в моей книге их не было.

— Дело только во мне, — упрямо стояла на своем, — у меня фамильная магия рода Брэдфорд, — я могу стать сильным магом, стать как наш прадед, или прапрабабушка, стану великим зельеваром или лекарем. — Не унималась, представляя свое будущее, даже глаза сощурила от удовольствия.

Впервые в жизни, я действительно могла жить, а не выживать, борясь даже с собственной семьёй, за право на еду или сон. У меня появился вкус к этой жизни, и желание познать абсолютно все.

— Хм, — Малькольм посматривал на меня снизу вверх и не скрывал сомнений, — и не передумаешь? Не станешь плакаться через пару недель?

Вот этого я обещать не могла, так как обучение в ВАМ легким быть не могло. Маги долго и упорно работали над собой, чтобы стать лучшими, чтобы заслужить внимание высших рас, особенно драконов. В империи талантливых людей ценили, все мечтали быть замеченными.

— Возможно, я буду плакать и страдать от нагрузок, но ни за что не брошу, буду стараться до тех пор, пока силы полностью не покинут меня. — А сама молилась, чтобы этого не произошло.

Брат удовлетворился моим ответом и, как-то странно, покосился на одно из окон поместья. Между нами возникла очередная тишина. Оба испытывали легкую неловкость, все же нас сложно было назвать близкими людьми, в первую очередь потому, что я не была настоящей Розали.

— Я поговорю с родителями, — неожиданно произнес брат, — но если ты что-то задумала, — откровенно пригрозил, — это будет последней каплей, Рози, у всего есть конец, и он настанет для моего терпения.

— Правда? — Проигнорировала последнюю часть его речи. — Спасибо. — Сама от себя не ожидая, кинулась на него с визгами и объятиями.

— Леди Розали, — хмурился, лекарь, — ваше состояние пугает меня. — Старик Брансон недовольно качал головой, что-то считывая с кристалла.

Ох, знал бы он, как я была недовольна. Родители, вместо радости, что дочь стала вести себя нормально, пришли к ужасному выводу, что я повредилась головой. Хотя чему удивляться, не стоило так резко проявлять изменения в характере. Такого ведь не бывает, вот и подумали, что в дурочку превратилась.

Приход лекаря удивил, а извиняющийся взгляд матери все объяснил, как и хмурый отцовский. Бежать было некуда.

Мысленно дала себе затрещину. Покрутив в голове разные варианты выхода из сложившейся ситуации, решила, что правильным будет только один — врать, как последний раз в жизни.

— Простите, мистер Брансон, — виновато потупила взгляд и тяжело вздохнула, — вы правы, я не обо всем вам рассказала.

Родители сразу напряглись, а лекарь осуждающее сощурился, ожидая продолжения, но я не спешила, театрально нагоняя ужаса своим молчанием и наигранными всхлипами.

— О чем вы, леди? — Старик, медленно отложил целительский кристалл на тумбу. — Вас что-то беспокоит?

— И да, и нет, — туманно ответила, выдавив из себя слезу.

Это окончательно растрогало маму, и она поспешила утешить меня, присев рядом и приобняв за плечи.

Конечно, совесть протестовала против лжи, но я быстро заткнула ее. Рассказывать правду не собиралась, как и отправляться на плаху.

— Милая, — мама поглаживала меня по спине, — расскажи нам, что случилось? Наш семейный лекарь — один из лучших в империи, он обязательно поможет.

Герцог Брэдфорд, нервно застучал пальцами по рабочему столу. Видя его нетерпение, не стала еще больше оттягивать неизбежное.

— Дело в том, — нервно облизнула губы, — что у меня появились некоторые проблемы с памятью. — Практически прошептала.

— С памятью? — удивился лекарь. — Что вы имеете в виду? — Брансон нахмурился и жестом попросил маму отсесть подальше, а сам занес руки над моей головой.

Я не совсем понимала, как работает магия, особенно лекарская, поэтому не знала, сможет ли Брансон проверить мои слова и подтвердить наличие амнезии, вернее, ее отсутствие.

— Ну, я многого не помню, — до боли кусала нижнюю губу.

— Что? — Ахнула мама, хватаясь за сердце. — Почему ты не сказала раньше? — Герцогиня пришла в ужас, но не решалась помешать Брансону.

— Хм, — лекарь отошел на шаг, закончив свои манипуляции, он выглядел озадаченным, — леди, я знаю, что вы редко используете свою магию, поэтому могли не заметить изменений, но ваша аура изменилась.

Это было очередное отступление от написанного, что еще раз доказывало — мир не книжный, он не выдумка и не больная фантазия. Глупо, но почему-то я искала подтверждение этому в каждой мелочи, в каждой детали и подсознательно сопротивлялась этой идеи.

— Что не так с ее магией? — Встрепенулся герцог.

— Пока не могу сказать точно, физических повреждений я не нашел, — Брансон, потянулся к рабочему саквояжу, — предполагаю, что травма была серьезней, чем мы предполагали, и это пробудило в вашей дочери иную магию.

— Но, как это связано с ее памятью? — не понимающе уточнил отец.

— Возможно, никак, — Брансон достал на свет какую-то деревянную шкатулку, — ох, уже думал, что не взял с собой.

Открыв ее, лекарь вынул камень цилиндрической формы, идеально гладкий, насыщенно-фиолетового цвета.

— Леди Розали, возьмите кристалл, проверим вашу магию.

Все затаили дыхание, и я в том числе, ведь в книге не было ничего подобного, магия Розали никак не изменялась. Злодейка оставалась необученным магом земли. Но, в этот момент в ее теле была другая душа — моя.

Этот момент я упустила, не подумала, что изменения могут быть настолько кардинальными.

— Ну же, милая, не бойся. — леди Брэдфорд осторожно прикоснулась к моей руке и заглянула в глаза. — Ничего страшного не случится, чтобы не показал кристалл.

Кивнув, поняла, что избежать проверки не получится, поэтому не стала оттягивать неизбежное.

Красивый камешек оказался на ощупь холодным, но очень приятным. Однако на любование не было времени, а ничего сверхъестественного не происходило.

— Сосредоточьтесь, леди, — подсказал лекарь, — пустите каплю магии в артефакт и мы узнаем истину.

Он даже не догадывался, что я понятия не имею, как это делать. Только благодаря авторскому опыту у меня были туманные представления о таких проверках. В большинстве романов все происходило само собой, но не в моем случае.

Пришлось закрыть глаза, глубоко вздохнуть и представить ту самую искру, которая бежит по моим венам и плавно перетекает в кристалл. Внутренне молила эту искорку послушаться и стать реальной, иначе мне пришлось бы несладко. Было бы сложно объяснить, почему урожденный маг понятия не имеет, как с этой магией обращаться, даже на базовом уровне.

— Ох. — Услышала восторженный вскрик герцогини и распахнула глаза.

Камень сиял двумя оттенками: зеленый и белый, переливаясь, как величайшая драгоценность.

— Поздравляю, — сконфуженно выдал Брансон, — теперь все ясно.

— Что ясно? — Уточнила, не отрываясь от красоты в своих руках.

Это было первое проявление магии, которое я видела. Не в фильме или книге, а прямо на моих глазах происходило настоящее чудо. Мягкий свет лился изнутри без лампочек и диодов, ему не требовалась подзарядка или батарейки, все было по-настоящему.

— В вас проснулась магия жизни, — радостно объявил он, под тихий всхлип матери, — предполагаю, что именно это и спасло вас от смертельного исхода во время падения, однако магия земли никуда не исчезла и сложно сказать, как эти две энергии будут работать друг с другом.

Отец кивал со всей серьезностью, мама лила слезы радости, а Брансон смотрел на меня почти с восторгом. Одна я ничего не понимала. Писать можно многое, но насколько фантазия авторов будет отличаться от реальности? В каждом фэнтези-романе, магию жизни описывали по-разному, поэтому я ровным счетом ничего о ней не знала, лишь предпологала.

— Однако, как я уже сказал, — продолжил Брансон, — физических повреждений у нее нет, что случилось с памятью сказать сложно, — сокрушенно качал головой, — скажите, леди, как много вы забыли?

— Эм, многое, — в горле запершило от волнения, — остались лишь отрывки, и они довольно туманные, я даже не сразу узнала родителей, когда очнулась.

Кто бы знал, что это приведет к целому допросу. Лекарь спрашивал про детство и юношество, задавал вопросы по истории, географии, геральдике, даже этикету, а родителей больше интересовали наши общие воспоминания. Что-то я знала из книги, поэтому все оказалось не совсем плохо, но это было только мое мнение.

— Сожалею, — разводил руками Брансон, — память сильно пострадала, вот вам и причина странного поведения вашей дочери.

Хотелось сказать, что я, вообще-то, здесь и не стоит говорить обо мне в третьем лице, но разумно промолчала.

— Нам остается лишь порадоваться, что мозг не пострадал намного сильнее, и герцогиня способна здраво мыслить, а знания всегда можно приобрести.

Родители кивали со всей важностью, а на моменте со знания к ним присоединилась и я. Что-что, а учиться очень хотелось, поэтому и пришла в кабинет отца, подумав, что он желает поговорить об учебе и не ждала такой подставы.

Лекарь прописал какие-то настойки, оставил укрепляющие зелья и был таков. На этом его обязанности заканчивались, а мы наконец-то остались одни.

Родители хоть и были опечалены моим состоянием, всячески пытались утешить, но восторга скрыть не могли. Герцог надулся от гордости, излучая ее во все стороны. На секунду мне показалось, что они забыли об утренней беседе, но все сомнения развеял отец.

— Розали, — начал он, успокаивающим тоном, — мы понимаем, как тебе сейчас сложно, и что ты не хотела нас расстраивать, но утром ты сказала правильные вещи, в свете новых событий, я считаю, что учеба тебе необходима.

Мне захотелось облегченно выдохнуть, но смогла лишь скромно улыбнуться.

— Однако в силу твоего состояния, — продолжил он уже строго, а я напряглась, — не уверен, что академия — это лучший выход, достаточно будет домашнего образования.

А-а-а-а. — Мысленно застонала. Все же я выбрала не лучший способ избежать подозрений, позабыв, что родители Розали страдали гиперопекой.

Сама загнала себя в ловушку.

А родители у Розали оказались не промах. Стоило им понять, что дочурка повредилась головой, растеряв всю стервозность, как быстро взяли меня в оборот.

Ничего криминального, казалось бы, подумаешь, чрезмерная любовь лилась из них, как из переполненного чайника, но я не понимала, как на нее реагировать. С одной стороны душа рвалась к этому теплу, как к светлячку, я хотела ощутить ее всем телом, всем естеством. Понять, что такое настоящая семья. Однако была и другая сторона медали: гиперопека душила. И это всего-то за пару часов.

Думаю, им настолько не хватало нормального общения с дочерью, что они за сутки решили наверстать упущенное. Как назло, брата не было дома, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Родители всячески пытались обходить острые углы с моей памятью, уверяя, что ничего страшного не произошло и, возможно, так даже лучше. Хитренькие какие, боялись признать, что рады такому подарку небес. Хотя почему боялись?

— Так, решили боги, — величественно произнес отец, разводя руками, — кто мы такие, чтобы оспаривать их решение? — Говорил он со счастливым выражением лица.

Мда… Картина Репина — приплыли.

А мне приходилось терпеть и пытаться свернуть их попытки с заботой в нужное русло. От учебы и ВАМ отказываться не собиралась.

Первым делом после ухода лекаря и “радостных” новостей, отец вознамерился срочно раструбить на весь мир о пробуждении новой магии в роду. Благо ради, мама его остановила, сославшись на то, что мне сейчас ни к чему лишнее внимание, а вот пустить слушок об утрате памяти лишним не посчитала.

Трубить на весь честной мир о болезнях, здесь не принято, а как бы намекнуть, если это пойдет нам на пользу, не возбранялось. И почему-то родители разом решили, что такое точно пойдет всем на пользу. К счастью, приступить к распространению слухов, они не могли в ту же секунду.

А у меня было немного времени, чтобы убедить родителей в своей правоте, только пока этот план был на этапе планирования.

— Милый, — ворковала мама, не переставая улыбаться, — думаю, Розали не стоит сидеть в четырех стенах, подпитывая слухи о ее плохом самочувствии.

Говоря это, она не представляла, какую бурю зародила в моем мозгу. Я готова была прыгать от радости, но с серьезным и даже печальным лицом кивала, поддакивая ее словам.

— Думаю, нам стоит прогуляться, — продолжала мама, — завтра суббота, ярмарка будет в самом разгаре, Рози будет интересно посмотреть на представления приезжих артистов и пройтись по магазинам.

Ох, совсем забыла, что герцогиня не только умная и милая, но и заядлая шопоголичка. В принципе, этим изъяном славились все знатные дамы, но в данном случае, это играло мне на руку.

— Конечно, дорогая, — улыбался папенька, — если Рози чувствует себя хорошо, то вам нужно отдохнуть, не стоит сразу бросаться в учебу, нам еще предстоит найти подходящих учителей.

С этим я готова была поспорить, ведь точно знала, что все самые лучшие сидят в академии и частным репетиторством не занимаются, но снова молчала. Матушка отчасти была права, для начала стоило немного освоиться и прикупить полезных вещичек, а потом уже атаковать родителей своими просьбами.

Признаюсь, облегченно вздохнула, поняв, что прямо в эту минуту меня никуда не потащат, а дадут небольшую передышку, но оказалось, что как бы я ни храбрилась, а к выходу в город была не готова.

Покинув родителей, посвятила остаток дня рефлексии и исследованию покоев. На мое везение никто не спешил врываться в спальню закоренелой злодейки, даже маленькая Аннабель была занята весь день, а брат и вовсе куда-то исчез. Так что, времени у меня было предостаточно, что чуть больше узнать о новой себе и провести ревизию личных богатств.

Родители не скупились на содержание Розали, но она не отличалась экономностью, тратя все монеты направо и налево. Золотишко я так и не нашла, но в случае крайней необходимости, могла бы продать бесчисленное множество украшений. Большая часть из них была настолько вычурной и безвкусной, что избавиться захотелось немедля и проделать тоже самое с одеждой.

Рози слишком любила яркие наряды, дорогие шелка с пестрой вышивкой и вставками драгоценных камней. Платья, юбки и блузки, казались неподъемными из-за избытка этого безобразия. Я даже удивилась, как в ее гардеробе нашлось столь простенькое платье, надетое на мне.

В общем, гардероб тоже решила сменить, чтобы не выглядеть, как новогодняя елка, ссылаясь на ту же память и поменявшийся вкус.

На этом мои успехи закончились. Как ни пыталась перестать гнать мысли о происходящем, но ничего не получалось. Я понимала, что уже глупо делать вид, что все это когда-нибудь закончится, и все равно считалась себя автором книги, а не настоящей попаданкой.

Принять правду о новой жизни слишком сложно. Мозг самонадеянно видел во всем происходящем сюжет книги, безобразно отрицая тот факт, что ей тут и не пахло.

Уснула с головной болью, а проснулась в еще более ужасном состоянии из-за заведенной служанки в сопровождении моей матушки.

— Быстрее, дорогая, — поторапливала меня герцогиня, пока я пыталась разлепить заспанные глаза, — если не поспешим, все самое лучшее раскупят.

— А как же завтрак? — Жалобно пискнула, пока меня раздевали в четыре руки и запихивали в ванную.

— Все в городе, — отмахивалась она, — ты пока собирайся, а я распоряжусь по поводу экипажа.

Не успела и звука издать, протестуя против произвола, а матушка уже упорхнула. Служанка лишь виновато улыбнулась, передавая бутылек с шампунем, трясущейся рукой.

Бедная, а я ведь только в этот момент вспомнила, что девушка, как и большая часть слуг, боялись Розали до дрожи в коленях. Если родители уже знали, что я головой приложилась, то слуги все еще ждали моих истерик.

Никогда не страдала забывчивостью, поэтому списала все на стресс.

— Спасибо. — Пыталась выглядеть дружелюбной, чтобы девушка не свалилась в обморок, как пару минут назад, видимо, мое лицо было слишком красноречивым, напугав служанку до икоты. — Я справлюсь сама, а ты подбери легкое платье, как вчера.

Заметила, как Майя облегченно выдохнула и покинула ванную комнату слишком быстро, для преданной служанки, но заострять на этом внимание не стала. У меня и так было слишком много дел, а интерес к предстоящей поездке проснулся с новой силой.

Жаль, что в ту минуту не знала, чем грозит эта поездка…

В карете чувствовала себя максимально неуютно. Увы, глупо сравнивать комфортабельный автомобиль с деревянной закрытой повозкой. Хорошо хоть сиденья были обиты мягкими тканями и подушечками.

Моя нервозность усугублялась присутствием матушки, а вернее, ее изучающим взглядом.

— Милая, тебе так идет это платье, — осторожно начала она, — но, почему ты не надела украшения?

В сравнении с герцогиней я выглядела, как бедная родственница в своем простеньком платье бирюзового цвета. Я не сделала прическу, отдав предпочтение высокому хвосту, не надела украшения, не желая утяжелять шею или руки, и на наряде не было вышивок.

— Мы же отправляемся на прогулку, а не на бал, — пожала плечами, продолжая ерзать на сиденье.

— Ох, вижу, тебе не терпится увидеть город, — по-своему расценила мое поведение, — раньше ты так любила ярмарки, ни одну не пропускала.

Отчасти она была права, Авалон был прекрасным городом в моем представлении, его хотелось увидеть, но я боялась собственных чувств.

Остаток пути предпочла провести в молчании, но не мама, она весело щебетала, рассказывая о последних новинках в моде, о балах, о предстоящем празднике смены сезонов, посвященному началу осени.

Слушала вполуха, все мое внимание поглотили пейзажи за окном. Когда по небу проплыл дирижабль, ахнула и зажала рот ладошкой. Настолько бурной была реакция, что даже матушка отодвинула шторку, чтобы узнать, что привело дочь в ужас.

— Рози, это же магилет, — улыбалась матушка, — неужто ты и о них забыла, — покачала головой, — милая, ничего, ты все наверстаешь. — Матушка нежно погладила меня по волосам.

На самом деле, меня удивил не сам летательный аппарат, а его наличие в этом мире.

В моей книге этого не было. — Нервно кричал внутренний голос и был прав.

К счастью для моей нервной системы, это был единственный сюрприз до окончания пути. Сам Авалон встретил нас таким, каким его представляла и описывала.

Чистейший город, построенный из камня, дерева и магии. Невысокие домики с острыми треугольными крышами, располагались по обе стороны от широкой дороги, уходящей далеко вперед.

На вместительной пешеходной зоне были организованы кафе и торговые лавки, стойла для лошадей и навесы, в тени которых можно спрятаться от полуденного солнца. Красок добавляли редкие деревья и растения в кадках. Каждый домик похож на соседа и все же имел свою уникальность. Особенно это было заметно по витражным окнам, с удивительными рисунками и резным ставням, которые имелись у всех домов, но каждый рассказывал свою удивительную историю.

Я не смогла оторваться от любования красотами. Затаив дыхание, замерла, глубоко вдыхая чистый воздух, но носа тут же коснулся пряный запах выпечки. Мне нестерпимо хотелось улыбаться, и даже гомон чужих голосов не портил прекрасную картинку.

Чуть приподняв взгляд, устремила его вдаль, туда, где величественно возвышался дворец дракона-правителя, Аластора третьего Справедливого, великого императора.

— С чего хочешь начать? — поинтересовалась мама. — Сразу направимся на ярмарку или сначала пройдемся по лавкам?

— Пройдемся, — улыбнулась, приподняв лицо к солнцу.

— Хорошо, Рози, — мама обеспокоенно посмотрела по сторонам, — далеко не отходи, всегда будь на виду нашей стражи.

Нас тут же обступили несколько мужчин в латных доспехах, только без шлемов. Еще несколько шли впереди, в более простой одежде, как для тренировок или дальних походов. Один из них постоянно бросал в мою сторону опасливые взгляды. Оно и понятно, Рози терроризировала даже рыцарей дома Брэдфорд.

Только меня это волновало меньше всего. Я обдумывала, как бы улизнуть от надзора матушки, чтобы добраться до нужной лавки с магическими артефактами и зельями. Если я правильно помнила, находилась она недалеко от таверны “Весёлый лис”, в торговом квартале.

И такая возможность сама нашла меня. Вернее, матушка встретила одну знакомую — баронессу Белвесту Грэхем, очередную заядлую шопоголичку несмотря на ее преклонный возраст. Она-то и предложила нам позавтракать в ближайшей ресторации.

Однако как бы сильно мой желудок ни требовал еды, а я стремилась добраться совсем в другое место.

— Матушка, позволь мне прогуляться, — мило улыбнулась, — я возьму с собой одного из стражников и обещаю вернуться еще до того, как вы покончите с трапезой. — Сразу зашла с козырей, чтобы не допустить протеста.

— Мэлони, пусть молодое поколение прогуляется, — поддержала меня баронесса, — нечего ей скучать в нашей компании.

И мама сдалась, вручив мне кошель с деньгами, и строго, приказала рыцарю следить за моей безопасностью.

Самая простая часть плана была достигнута, оставалось как-то избавиться от сопровождающего, чтобы незаметно проникнуть в скрытую часть города. Лавка, в которую лежал мой путь, была лишь прикрытием, с ее заднего двора открывался проход в квартал воров.

Из названия понятно, что когда-то там прятались шайки преступников, но позже, это место превратилось в торговые ряды с редкими и опасными товарами, порой не очень законными. Благородные леди и лорды не появлялись в столь злачных местах. Однако все прекрасно знали, где это место находится, и существовало оно под покровительством Императора.

Как говорится — не можешь победить, присоединяйся. Император не смог искоренить торговлю контрабандой, но нашел способ контроля этой торговли.

— Лансон, — обратилась к рыцарю по имени, — мне нужна парфюмерная лавка леди Ди, покажешь путь? — Продолжала улыбаться, чем насторожила хмурого мужчину, размером с гору.

— Как прикажете. — Пробасил детина, одарив меня нечитаемым взглядом.

Хорошо, что я была осведомлена в некоторых вещах и точно помнила, что эта лавка не только славилась популярностью, но и имела запасной выход, примыкающий к заднему двору “Хитрого лиса”. А уже через таверну, я собиралась добраться до нужного места. Только все мои плану рухнули в одночасье.

Приказав Лансону ждать меня у входа в парфюмерный магазин, быстро шмыгнула внутрь. Петляя между стеллажами с разноцветными склянками, почти добралась до нужной двери, но в спешке не заметила появившейся живой преграды.

Столкновение было жестким, как и отборный мат, прозвучавший над головой. Крепкие руки поймали меня за пару секунд до приземления на каменный пол.

— Ты преследуешь меня? — Прозвучал гневный голос, который я сразу узнала.

Даже не заметила, что успела зажмуриться от испуга, и только сейчас, решилась взглянуть на злющего спасителя. Им оказался граф Аддерли. Очень неожиданная встреча.

— Вовсе нет, — испуганно пискнула от его взгляда, — я…

— Что ты? — грубо перебил меня на полуслове. — Решила, что теперь я превращусь в твоего ручного песика? — Он резко оттолкнул меня в сторону, словно что-то очень мерзкое.

Едва не налетела на полки со стеклянными флаконами. Стало обидно и чуточку больно. Ведь ни в прошлую нашу встречу, ни в эту, я не сделал ничего плохого, чтобы он так откровенно проявлял ненависть.

— Я гуляла. — Вырвалось у меня жалкое оправдание.

— Ах, гуляла, — покивал со знанием дела, — а что, глаза и мозг во время прогулки не нужны? — Прилетел очередной камень в мой огород.

Почему от его слов становилось так гадко и больно на душе, что хотелось разреветься. А я никогда не была плаксой, тем более из-за мужчин и их глупых слов.

— Или, все же ты решила, что о нас ходит слишком мало слухов, — задумчиво проговорил граф, — хочешь еще больше уверить высший свет в нашей неземной любви? — Теперь он откровенно смеялся, глядя мне в глаза.

— Ничего подобно, — обиженно поджала губы, — я пришла за новыми духами. — Нашла, как выкрутиться и тут же заметила флакончик, в руках графа, и аромат явно для женщины.

Аддерли проследил за моим взглядом и едко усмехнулся, выставив флакон на мое обозрение.

— Прекрасный аромат, — влюбленно вздохнул граф, — лично подобрал для одной из своих фавориток, вы же не думали, что наличие невесты или даже жены, сделает из меня примерного семьянина?

Это был точный удар прямо в сердце. Не знаю почему, но в этот момент захотелось выть в голос. Я почувствовала острую боль в груди и как руки перестали слушаться, повиснув вдоль тела, точно плети.

— Хороших покупок, леди. — Галантно поклонился Аддерли, бросив на меня насмешливый взгляд. — Надеюсь, следующая наша встреча состоится не скоро или никогда. — Последнюю часть фразы, он почти прошептал, но я все равно услышала.

Я так и осталась стоять посреди лавки, облитая помоями и ощущая вкус предательства на губах. Почему меня волновал этот мужчина? Почему его слова били не хуже кулаков? Душа кровоточила, заливаясь слезами, но лицо оставалось безучастным: я не имела права на любовь к этому мужчине, как и на слабость. Чтобы переписать историю и выжить, нужно было держаться от графа подальше.

В квартал воров все же попала, даже успела закупиться всем необходимым, но беспощадно задержалась. Хорошо, что вернулась в лавку леди Ди до того, как Ланс разнес ее на куски.

В качестве извинений прикупила ему новый парфюм, чтобы так не нервничал, и еще парочку взяла себе, матушке, брату и отцу, но не потому, что мне так требовались эти флакончики, а чтобы владелица лавки не затаила обиду. Все же, ей грозились полным разрушением.

Лансон был хмур, но претензий не предъявлял, как и матушка, на завтрак, с которой, я ужасно опоздала. Видимо, я все еще была излишне бледна после встречи с графом Аддерли, поэтому никто не решился усугублять мое состояние. Все списали это на недавнюю травму.

— Ничего страшного, — ласково улыбалась мама, — мы никуда и не спешили.

Она с благодарностью приняла подарок в виде розового флакончика и быстро спрятала его в сумочку. На этом маленький конфуз посчитали решенным, и мы отправились на ярмарку.

Сначала не очень хотела продолжать прогулку, все же настроение было испорчено, но стоило увидеть волшебные товары, как радостное предвкушение вернулось с новой силой. Беседа с графом почти выветрилась из головы, но вот осадок от нее, никуда не делся. Первостепенной задачей стал разрыв помолвки, или побег от Аддерли в самый дальний угол империи.

И как ни странно, но второй вариант идеально сочетался с поступлением в ВАМ. Академия находилась на скалистом острове, на западе империи, недалеко от родовых земель герцога Брэдфорда.

Пока я выстраивала очередной план, мама увлекла меня к шатру приезжих артефакторов. Там было на что посмотреть и что прикупить. Собственно, я не стала себя отказывать в этом удовольствии.

В купленную в квартале воров пространственную сумку перекочевали несколько полезных штучек, следом за артефактами, запаслась зельями, травами, и другой нужной мелочевкой на все случаи жизни.

Матушка если и удивлялась моей запасливости, то предпочитала помалкивать, лишь изредка хмыкала, словно обдумывая мои поступки.

Гардероб тоже удалось частично пересмотреть и все благодаря заморским купцам, продающим эльфийскую моду на женские брюки всех форм и размеров. Признаюсь, и к этому я не была готова, точно помня, что эльфийки из книги ни в жизнь не надели бы ничего, кроме элегантных платьев.

Наверное, даже хорошо, что эта часть истории оказалась другой, и я обзавелась парой широких брюк и несколькими штанами спортивного кроя из плотной и теплой ткани. Матушка воздержалась от таких обновок, но за мои покупки исправно отсчитывала серебрушки и медяки.

К вечеру мы вернулись в поместье уставшими, но довольными, и стоило мне переступить порог дома, как налетел ураган под названием — брат.

Дождавшись, пока матушка восторженно расскажет о прогулке и оставит нас вдвоем, он буквально осыпал меня вопросами.

— Это правда? Ты потеряла память? У тебя проснулась магия жизни? — Малькольм был на взводе.

— Все верно, — сдалась я и сдулась, как воздушный шарик, сил на долгие беседы не осталось, — прости, что сразу не сказала. — Ноги заплетались, но мне удалось добраться до софы и рухнуть без сил.

— Ничего, — он выглядел растерянным, — теперь все становится на свои места. Твое поведение, реакция на графа, манера общения. — Он ошарашенно хлопал глазами, присаживаясь рядом со мной на твердый диванчик.

— Ты обещал поговорить с отцом, — решила припомнить ему, — он хочет нанять учителей, а я мечтаю об академии.

— А? — Он словно вышел из транса. — Помню, но не уверен, что он согласится, особенно сейчас, когда ты так сильно пострадала.

— Пострадала? — Возмущенно фыркнула.

И этот туда же. Нет, чтобы радоваться стечению обстоятельств и преображению сестры, он тоже считал, что я немного тронулась умом. А может, и много.

— В общем, — строго посмотрела на брата, — мне нужна твоя помощь, я хочу не только поступить в ВАМ, но и разорвать помолвку с графом Аддерли и помочь можешь только ты.

— Чего? — Брат испуганно подорвался с места и протестующе замахал руками. — И думать забудь, если с академией еще попытаюсь помочь, то разрыв помолвки нам не с руки. Напомню, что за это нам придется выплатить пятьдесят тысяч золотых, это сумма слишком сильно ударит по нам в данный момент. Отец расширяет производство, незапланированные крупные траты вгонят нас в долги.

А вот о неустойке я и не подумала. Вернее, предполагала, что она есть, но не пятьдесят тысяч же? В местных расценках успела немного освоиться, побывав на ярмарке, поэтому смело могла заявить, что сумма непомерно большая.

За двадцать тысяч золотых можно было прикупить дом в столице, не в самом центре, но на окраине. За пятьдесят можно не только купить дом, но и небольшое поместье или даже титул мелкого барона, вместе с его угодьями.

— Тогда новый план. — Я не собиралась отступать и уже знала, где взять деньги. — Ты отправляешься к отцу и выполняешь обещанное, но сделаешь это завтра после того, как я вернусь с рынка.

— Что ты задумала? — Малькольм еще больше насторожился.

— Ничего криминального, — пожала плечами, — сама раздобуду нужную сумму, и если повезет, папа не откажет мне в просьбе.

Я не обманывала, просто утаила, что собиралась продать совершенно все свои украшения и ненужные платья, за стоимость которых можно было разорвать не одну помолвку, а с десяток. Это малость, которой я могла пожертвовать ради свободы и учебы.

Оставалось надеяться, что план сработает безупречно, а мы с графом более не встретимся, как он того и хотел. По крайней мере, я точно не собиралась прощать ему сказанных слов.

Дорогие читатели, теперь главы будут через день. Следующая глава 25.10

Ранним утром, пока еще все спали, я попыталась улизнуть из поместья, прихватив с собой внушительный мешочек с сокровищами. Сложила в него все самые вычурные украшения, и даже драгоценные камни с платьев поотрывала, не пожалев некоторые ткани. Только вот, оказавшись на улице, даже не успев переступить за ворота, была поймана бдительным рыцарем Лансом.

— Герцогиня, — произнес убийственным тоном, смотря на меня с высоты своего роста, — вы опять что-то задумали. — Не было похоже на вопрос, скорее, на утверждение.

От его баса мне становилось не по себе. Крепко прижимая мешочек к груди, попыталась проглотить ком, вставший поперек горла, но ничего не вышло, и я нервно закашляла.

— Кхе… кхе, нет. — Изобразила самый честный взгляд.

Однако этого хмурого парня так просто не проведешь.

— Прошлая ваша выходка стоила мне месячного жалования, — понуро пробубнил, обходя меня по кругу и загораживая путь в город.

Не удивительно, что он так бдительно следил за мной. Жаль, что память от прошлой хозяйки тела не сохранилась и я понятия не имела, что она натворила, тогда извинения прозвучали бы более убедительно.

— Ланс, мне очень нужно в город, — состроила умоляющую мордашку, но снова наткнулась на каменную стену, — пожалуйста, обещаю, что быстро вернусь.

— Нет, — упрямо поджал губы, — ваши родители приказали не выпускать вас без их дозволения.

Это была подстава подстав. Хуже и представить нельзя. Я оказалась заперта в золотой клетке.

— Послушай, — неожиданно пришла идея, — Ланс, у меня ведь нет личного рыцаря? — Тонко намекнула.

Эта должность считается очень престижной. Во-первых, оплата выше, во-вторых, работы меньше, но у Рози такого телохранителя не было, ее дурной нрав отпугивал всех. Чем я и решила бессовестно воспользоваться, позволяя Лансу, как бы следить за мной, но за дополнительную плату.

— Ни за что. — Он даже отпрыгнул на шаг, словно увидел ядовитую змею.

Кажется, бравый воин испугался такой перспективы. А я глухо застонала. Оставался последний вариант: сказать правду.

— Ланс, мне очень нужна твоя помощь, не хочешь становиться моим рыцарем — не надо, только сопроводи меня в город, к ближайшему скупщику ювелирных изделий, — потрясла мешочком в воздухе.

— Вы хотите опозорить семью? — Ужаснулся он.

А я уже сама была готова выть и лаять, от злости. Любой поступок воспринимался в штыки.

— Что за чушь? — взвилась не на шутку. — Я просто хочу продать ненужные украшения, которые валяются в шкатулке без дела.

— Скупщики не умеют держать язык за зубами, — спокойно пояснил Ланс, — к обеду вся столица будет обсуждать, как дочь герцога Брэдфорда распродает приданое.

Об этом я и правда не подумала. Продажа украшений, да еще так, в открытую, могла сильно ударить по семье. Слухами земля полнится, особенно в высшем свете, это тот еще гадюшник.

— И как быть? Мне нужно продать эти украшения, только не спрашивай для чего, но это очень важно. — Мне показалось, что с Лансом можно быть открытой, он не тот, кто станет чесать языком.

— Я помогу, — неожиданно согласился, задумчиво смотря на меня, словно видел впервые, — но потом, вы честно расскажите, для чего вам это понадобилось.

— Договорились. — Радостно просияла, даже не уточнив, как он собирался помогать.

А все оказалось очень просто. У Ланса был знакомый ювелир, который с радостью выкупал украшения с камнями хорошего качества, позже, он переплавлял эти изделия, создавая настоящие шедевры. Узреть его мастерство, удалось лично, и даже поторговаться, что доставило особое удовольствие.

Всего я продала десять комплектов с самоцветами, разного качества и размеров. Украшения оказались довольно старинными, но не настолько, чтобы это добавляло им стоимости, а вот чистейшие камешки помогли мне озолотиться. Вышло на пятьдесят две тысячи золотых монет.

Сумма немалая, пришлось даже подождать, пока ювелир опустошит свои закрома, но сам он не мог отказаться от такой удачи и был уверен, что утроит сумму вложений. Я даже взгрустнула, что не обладала такими же талантами. Распрощались мы на приятной ноте, пообещав друг другу, что не будем болтать лишнего. Оба остались довольны. Хотя даже трое, Ланс получил свою правду и похвалил, за предстоящий разрыв помолвки, правда, сделал это в привычной ему манере, сухо и угрюмо.

Вернулась домой ближе к обеду, и только благодаря брату, поместье не стояло на ушах. Матушка просила не сбегать, не предупредив, отец бросал угрюмые взгляды, но не ругал, а маленькая Аннабель была просто счастлива, вилась вокруг меня хвостиком, стоило только войти в зал.

— Малькольм, — позвала брата, который явно был не в духе, — я готова к разговору с отцом. — Шепнула ему в область груди.

Брат тяжело вздохнул, и почти обреченным голосом обратился к родителю:

— Отец, ты не мог бы уделить мне пару минут, для одного очень важного разговора?

Так как все сидели в главном зале, дожидаясь обеда, не пришлось даже далеко идти, ради этой просьбы.

— Говори здесь, сын, — дозволил отец, — если, конечно, твой разговор допустим в присутствии женщин.

— Конечно, — на брата было больно смотреть, он весь побелел, — я хотел поговорить об обучении Розали, с ее даром прямая дорога в ВАМ, и я готов взять на себя ответственность и присматривать за сестрой, пока она находится в академии.

Все это он выпалил на одном дыхании, словно боялся родителя до смерти. Хотя это могло быть правдой, герцог Брэдфорд воспитывал наследника в строгости, в отличие от своих дочерей.

— Не думаю, что это хорошая идея, — отец быстро потерял интерес к беседе, — Рози не в том состоянии, чтобы отправляться в Академию, ее потеря памяти может плохо сказаться на всей семье.

— Или нет, — возражаю, отстаивая свое право, — мое поведение порой было недопустимо, ты ведь не станешь это отрицать?

Герцог никогда не был глупцом, поэтому с легкостью согласился с моими словами, а мне только это и было нужно. Ведь Рози умудрялась хамить некоторым особо важным персонам, и пару раз, это привело к плачевным последствиям и реальным потерям в прибыли семьи. Поняв это, девочка поумерила пыл, но дурная слава уже обгоняла ее, поэтому восстановления имиджа и доброго имени, все еще были очень важны.

Думаю, это одна из причин, почему отец не хотел отправлять меня в ВАМ, он боялся, что память вернется, а вместе с тем и поведение Розали, которое приведет к краху ее репутации в высшем обществе.

— Я считаю, что это отличная возможность для меня и всех нас, — продолжила с осторожностью, — сейчас лучший момент, чтобы во мне перестали видеть взбалмошную девицу и откровенно боялись. А еще это лучший способ заявить все, о новой магии в роду и ее возможностях, — напирала на родителя, который уже начинал сомневаться, — вы ведь хотите, чтобы я получила достойное образование и продолжила благие дела нашей семьи?

Вроде бы и не требовала, но пищу для размышлений дала. — Милая, ты понимаешь, что в академии все равны? Там нет слуг и отдельных покоев для знати, общая столовая для всех адептов, там нет титулов. — Мама попыталась мягко намекнуть, что я к такому не привыкшая и сбегу при первой же возможности. — Я все понимаю, но таково мое желание, и я готова его отстаивать. Конечно, родители покивали, внимательно выслушали и даже местами согласились, но точного ответа не дали, пообещав подумать на досуге. И только я хотела поднять второй вопрос, как снова встрепенулся Мальколм, буквально вытолкав меня из зала.

— Подожди, — зашипел брат, — не стоит сейчас говорить о твоей помолвке с графом.

— Что? Почему? — Почти возмутилась.

— Ты только что заявила, что взрослая и самостоятельная, говоришь об ответственности и меньше чем через неделю после травмы, хочешь разорвать помолвку, которую отец готовил больше полугода? — Брат насмешливо выгнул бровь, как бы намекая, что взрослые девочки не принимают поспешных решений и вообще, незачем папеньке столько потрясений за один раз.

— Ладно, — пришлось сдаться, но не потому, что его слова казались логичными, я могла это сделать и чуть позже.

В академии я буду находиться в безопасности, а граф достаточно далеко. В общем, повременить еще можно было, но не слишком долго.

А в следующей главе мы увидим долгожданную ВАМ)

Родители могли еще долго думать над моим поступлением, специально оттягивая время, чтобы упустить момент, и этот год был упущен, но помощь пришла откуда не ждали. Все та же знакомая — леди Белвеста, заглянула на чай и принесла с собой свежие сплетни.

Конечно же, высший свет перемывал мои косточки. Некоторые считали, что я окончательно стала невыносимой и несдержанной. Другие считали, что травма была настолько серьезной, что повредила мой рассудок и теперь, я не более, чем овощ. Каждая последующая история была хуже предыдущей.

А все почему? Пропустила парочку светских раутов и мероприятий, которые в столице проходят повсеместно, а прошлая Рози такого не допускала.

Опущу все возмущения родителей, но мои вещички собирали в срочном порядке. Для поступления в ВАМ не требовались особые навыки или умения, достаточно было обладать магией, а там уже вступительная комиссия принимала решение.

Процесс приема адептов шел полным ходом, оставалось чуть больше недели до завершения работы комиссии. Поэтому родители не тратили время попусту, меня собрали за два дня, проинструктировали и решили отправиться порталом, прямиком к скалистому острову.

Удовольствие не дешевое, даже для знати, если бы не сумки с расширенным пространством, пришлось бы за каждый сундук с вещами, платить отдельно. Брат, конечно же, отправился вместе со мной, по настоянию родителей, так как им путь за ворота ВАМ был закрыт.

И вот, спустя всего два дня, выслушав наставления родителей, ранним утром, простояв длинную очередь, увешанная сумками и испытав восторг, от первого перемещения, я и Малькольм оказались у стен Великой Академии Магии.

— Леди неприлично так широко раскрывать рот. — Беззлобно посмеивался брат, а я была в настоящем ступоре.

Я знала, что ВАМ не просто замок, а поистине архитектурное произведение искусства, но одно дело знать, и совсем другое, увидеть собственными глазами.

Мы замерли в нескольких шагах от моста, отделяющего скалистый остров от суши. Сам он был небольших размеров, но этого вполне хватило, чтобы построить замок с множеством башен и шпилей, с мостом между корпусами, арками, колоннами, собственными “Биг Беном”, открытыми площадками на высоте, высоченными окнами разных форм.

Зелени на острове было немного, но все же, она была. Многовековые деревья, напоминающие бонсай, только большие. Скальные выступы частично покрывал плотный мох, или трава, понять сложно, если не знать наверняка.

И сейчас, здесь толпилось много народа, в основном будущие адепты, но были и провожающие, родители, слезливо провожающие своих чад. Мы замерли в тени высокого дерева, чтобы сделать небольшую передышку. Ну и, чтобы я скинула плащ, скрывающий необычный наряд.

— Ты уверена, что хочешь пойти в этом? — Брат скептически отнесся к брюкам.

Опять же, леди моего положения не пристало хоть в таком и уподобляться безродным.

— Уверена, — киваю, запихивая плащ в сумку, — не хочу выделяться с первых дней, а так, может, и подружусь с кем-нибудь.

— Тогда следуем плану? — Малькольм дождался моего кивка и крепко обнял. — Надеюсь, родители, не узнаю об этом, иначе мне конец.

— Не драматизируй, — отмахнулась от его слов, — ничего страшного не произойдет, если я не стану выделяться из толпы. — С приготовлениями было покончено, теперь я сливалась с окружающей обстановкой. — Иди, дальше я сама. — Всучила брату одну из сумок потяжелее.

— Хорошо, встретимся у главного корпуса после полудня. — С этими словами он резво ринулся вперед по мосту, а я так и осталась стоять, оглядываясь по сторонам.

Обратила внимание, что некоторые поступающие сбились в небольшие группки в ожидании, когда ворота откроются. Некоторые группы ярко выделялись, среди них были дети знатных родов, напялившие лучшие наряды и дорогие украшения. Они откровенно посмеивались над простачками, кидая едкие замечания, а я еще раз порадовалась, что решила скрыться среди простого люда.

— Ай. — Воскликнула, теряя равновесие.

Расслабившись, потеряла бдительность и едва не упала, когда кто-то налетел на меня со спины.

— Простите, извините, я не хотел. — Щебетало это нечто, писклявым голоском.

Быстро придя в себя и сумев устоять на ногах, хотела успокоить парня, а это точно был именно парень, несмотря на довольно женственный голос. Однако стоило его увидеть, как все слова застряли в горле.

Это был настоящий эльф, самый киношный из всех, кого мне доводилось увидеть во время походов в город. Высокий, серебряноволосый красавчик, с женственными чертами во внешности и красными, от смущения, щеками. Простая одежда изо льна и хлопка говорила, что он из простых, но вот бирюзовые глаза с серебряными вкраплениями, выдавали в нем благородную кровь. Такие глаза были присущи либо высокородным, либо очень сильным магам.

— Ничего стр. ашного. — Запнулась на полуслове.

Хотелось немедленно проверить эльфа на реальность, хорошенько ощупать, осмотреть, и даже провести пару опытов, но, увы, это было недопустимо.

— Фух, — эльф выдохнул, — здесь все такие нервные, — он усмехнулся и указал в сторону шумной компашки, — чуть что, сразу кричат.

Только сейчас я заметила, что эльф держит в одной руке книгу, а другой придерживает простую, на первый взгляд, холщовую сумку.

— Наверное, — пожала плечами, — я только прибыла и еще не успела понять, что здесь и как.

— О, ты порталом добиралась? — Эльф оглянулся и обратил внимание на портальный круг, который периодически еще вспыхивал, принося с собой новых поступающих. — Дорогое удовольствие. — Он продолжил говорить, словно и не ждал моего ответа, сразу было видно, как он нервничает.

— Ага, — не нашлась, что еще сказать, хотелось просто любоваться собеседником, — ты тоже поступаешь? — Задала совсем уж глупый вопрос.

— Да, — кивнул, — собираюсь стать зельеваром, кстати, я Алдар. — Назвал свое имя, робко протягивая руку.

— Розали. — Ответила на его жест улыбнувшись.

К сожалению, пообщаться еще не удалось. Протрубил рог, ворота стали медленно открываться, первая волна существ ринулась туда.

Повезло, что мы стояли чуть в стороне и нас не снесли с ног. Алдар подождал, пока давка станет меньше, крепко ухватил меня за руку и сорвался с места.

Не ожидая такого, едва не прочесала носом землю, лишь чудом удалось подстроиться под его темп. Алдар двигался быстро и плавно, со всей эльфийской грацией, огибал препятствия в виде других поступающих. Вслед нам летели возмущенные возгласы, проклятья и прочая ругань. Я и сама была уже не рада этому знакомству, ведь непонятно каким образом, мы оказались в первых рядах у главного корпуса академии. От дверей нас отделяли десятки широких ступеней.

— Сейчас откроются двери, приготовься. — Шепнул Аладар, продолжая крепко держать мое запястье.

Он не замечал моей одышки и бешеных глаз, смотрел только на массивные двери, которые стали медленно расходиться в стороны. Это послужило стартом к новому забегу. И только оказавшись внутри здания, я порадовалась скорости Аладара.

Всего один стол встречал будущих адептов, а за ним сидела строгая женщина в летах. Именно она записывала данные поступающих и выдавала номерки для очереди на поступление. И ведь это был уже не первый день, а существ было все еще очень много.

Я оказалась пятой, в очереди к столу и довольно улыбалась, понимая, что от моей мечты, меня отделяют несколько шагов.

— Следующий. — Прозвучал громкий и недовольный голос дамы распределителя.

— Еще немного и мы получим свой номерок, — радовался Аладар, — а я боялся, что даже первую проверку не пройду. — Его губы растянулись в широкой улыбке.

— Проверку? — С ужасом зацепилась за это слово. — Ты о чем?

Аладар посмотрел на меня, как несмышленого ребенка и кивнул в сторону удаляющегося хвоста очереди.

— Прием адептов ведется всего пятнадцать дней в году, пребывают тысячи желающих, но далеко не все доходят до экзамена за это время, — спокойно пояснял, но голос его звенел от гордости, — многие из них уже не первый день пытаются пробраться в кабинет комиссии, а нам это удастся уже сегодня.

Когда он замолчал, единственное, о чём я подумала, что придушу брата сразу, как увижу. Малькольм точно знал, с чем придется столкнуться, но промолчал. Не намекнул даже, что сразу у ворот меня ждет сюрприз в виде первого испытания.

— Следующий. — Резануло по ушам, а Аладар толкнул меня в спину.

Он любезно пропустил меня вперед и сейчас, чувствовала себя одеревенелой, под суровым взглядом пышной дамы, надменно поправляющей очки на широком носу.

— Имя? — Спросила чуть тише, уткнувшись в старинную книгу.

В руках она держала самопишущее перо с позолотой, им она вносила имена адептов на пожелтевшие страницы древнего фолианта в кожаном переплете. От этой книги веяла чем-то мистическим, даже магическим. Хотелось прикоснуться, почувствовать шероховатость страниц, ощутить весь возраст этой книги.

— Имя. — Нетерпеливо потребовала, мадам, заставив меня вжать голову в плечи.

— Розалинда Брэдфорд. — Пискнула в испуге и почувствовала себя глупо.

Все шепотки за моей спиной стихли, да и распределитель, как-то нервно дернула плечом, на секунду подняв растерянный взгляд.

Имя Рози и правда вызывало ужас у окружающих, я это видела собственными глазами, обернувшись к побелевшему Аладару. Кажется, появившийся шанс на дружбу, быстро упорхнул, помахав мне ручкой.

— Ваш номер — пять. — Озвучила мадам очевидное и всучила мне металлическую монетку с нужным номерком. — Идите. — Указала в сторону следующих дверей, за которыми скрылся парень под номером четыре.

Пока я тут стояла, успела заметить, что над дверью висел кристалл, когда проходила проверка, он горел красным, а когда приглашался следующий, кристалл загорался зеленым.

— Удачи. — Бросила на прощанье эльфу.

Несмотря на его страх, была благодарна за помощь и даже надеялась, что позже мы еще увидимся и успеем нормально пообщаться.

Я приказала себе ни о чем не думать, только о предстоящей проверке силы и если признаться, испытывала жгучий стыд. За все это время, мне и в голову не пришло узнать больше о моих способностях, изучить историю мира или империи.

Ощутив, как ладошки медленно покрывались испариной, еще сильнее занервничала.

Кристал озарился зеленым. Подавив желание сбежать, решительно толкнула двери и попала в просторный зал из серого камня, с черными прожилками, и лишь в самом его конце, восседала комиссия за длинным столом. Ни лиц, ни фигур, рассмотреть с такого расстояния, не удавалось.

Каждый шаг разлетелся эхом, но громче них, звучало собственное сердце, бьющееся где-то в области пяток. Дышать становилось тяжело, я шла, словно сквозь вязкий кисель из собственных страхов и сомнений.

Оставались не так далеко, когда я рассмотрела платформу со светящейся полусферой. Этот артефакт считается древнейшей реликвией, созданный магистром Магнумом. Пожалуй, это все, что я знала о предстоящей проверке.

— Леди Розалинда Брэдфорд. — Прозвучал мужской голос.

Оторвав взгляд от проверяющего кристалла, еще больше занервничала. Лица комиссии были скрыты за глубокими капюшонами непроницаемых плащей. Всего насчитала шесть одинаковых фигур, и казалось, что их взгляды устремлены исключительно на меня. Хотя это была лишь догадка, ведь их глаз не было видно.

— Да, это я. — Несмело протянула, крепко сжимая монетку с номерком.

В зале образовалась звенящая тишина, словно все чего-то ждали от меня, но я совершенно не понимала, что именно.

— Подойдите к кристаллу, — подсказала одна из скрытых фигур, — и не забудьте опустить свой распределяющий знак в сферу.

Теперь мне стало понятно, для чего выдают эти металлические монетки с цифрами, но вот принцип их действия оставался загадкой.

Недолго думая, подошла к белой полусфере и приложила свой номер, который тут же впитался, словно скользнул в мягкое желе. На его месте ничего не осталось, а сфера засветилась чуточку ярче, призывно мерцая внутренним светом. Оставалось самое простое и одновременно сложное — приложить ладони к поверхности кристалла и узнать свой уровень магии.

— Какая медлительная особа, — проворчал чей-то голос, подбив меня действовать решительней.

Увы, никаких спецэффектов не случилось. Сфера лишь окрасилась в зеленый и мутно-белый оттенок, но и яркости не уменьшила.

— Неплохо, — отозвался, один из, — чуть выше среднего, но сочетание интересное.

— Согласен, — поддакнул второй голос, — может, получиться нечто необычное.

— Или опасное, — не согласился третий, — такого мага нельзя оставлять необученным.

— Вы приняты. — Оповестил меня четвертый голос и махнул рукой в сторону стены, где виднелась еще одна дверь. — Поспешите, кураторы не любят ждать, и лучшие комнаты быстро разбирают.

После этого все перестало иметь значение. Не помню, как выпорхнула из зала и знакомилась с куратором, которым оказался один из старшекурсников. Парень, что-то бодро вещал, рассказывая об общежитии, библиотеки, предстоящих лекциях, начале занятий и много, чего еще, но все это пролетало сквозь меня.

Я испытывала настоящее счастье, оказавшись в числе поступивших, казалось бы, совершенно ничто не сможет испортить этот день, но это была очередная ошибка.

Летя к коменданту женского общежития, словно у меня за спиной выросли крылья, я снова попала впросак, столкнувшись с кем-то очень твердым, почти каменным. Сознание подсказало, что уж слишком часто я стала попадать в такие ситуации, но кто бы мог подумать, что и жертва моей неуклюжести окажется одна и та же.

— Этого просто не может быть, — хрипло изрек Аддерли, пока я валялась на полу, потирая ушибленный зад, — ты издеваешься надо мной?

— Опять я виновата? — Даже не пыталась оправдаться, понимая, как это будет глупо звучать.

Те же лица, знакомая ситуация, а вот локация уже новая. Мне и вправду не везло.

— Убирайся отсюда немедленно. — Граф рывком поднял меня на ноги и попытался увести в сторону, но я сопротивлялась.

— И не подумаю, — протестующее пищала от крепкой хватки, — я только что сюда поступила и не собираюсь уходить, вам надо, вы и отправляйтесь домой. — У меня даже голос прорезался от обиды.

— Ты… ты… — Покраснел он от злости, а на скуле даже проступило пару чешуек.

Что я, он так и недоговорил, предпочел молча удалиться, но перед этим испугав меня многообещающим взглядом.

Пора было признать, что чертов сюжет вышел из-под контроля. В голове вертелся всего один вопрос: какого демона, Аддерли делает в ВАМ, если должен сидеть в столице?

— Ай, за что? — Брат уворачивался от моей тяжелой руки.

— Ты не предупредил о первом испытании у ворот академии. — Обиженно шикнула на Малькольма.

— Прости, — он быстро сдался и покаялся, — но ты ведь поступила. — Самодовольно закончил и улыбнулся.

— Ладно, — сдалась, махнув на него рукой.

Присев на широкий бортик фонтана, грустно вздохнула. День был омрачен очередной встречей с графом, но хуже то, что этот напыщенный индюк теперь преподает в ВАМ.

Как? — Вопили мои тараканчики, перебирая сюжет книги по памяти. Оригинальная история закручивалась вокруг главной героини — Камелии, прибывшей в столицу, чтобы открыть свой магазинчик по продаже зелий. Девушка была красива, умна, ну, такой себе божий одуванчик, с кротким нравом.

С Аддерли девушка встретилась не сразу, а когда в открывшемся магазинчике начались проблемы. Граф, как раз проезжал мимо, когда увидел хулиганов, притесняющих девушку. Да, это был образ рыцаря на белом коне. Его чувства вспыхнули с первого взгляда, но Камелия была настолько стеснительна и скромна, что бегала от своего возлюбленного очень долго, а потом пришлось убегать от Розали, уже навстречу к графу.

Однако до начала этих событий еще оставалось время, по крайней мере, я так думала. Похоже, история живет само по себе, закручиваясь совершенно невообразимым образом. Судьба сама сталкивала нас с Аддерли в буквальном смысле слова.

— Ты уже в курсе? — Заметив мое состояние, интересуется брат.

— О чем? — Хлопаю глазами, возвращаясь в реальность.

— Аддерли пригласили преподавать в академии, теперь он будет вести защитные и руны общего порядка. — Малькольм вздыхает, присаживается рядом и приобнимает меня за плечи. — Рози, я даже не уверен, как будет лучше, разрывать тебе помолвку, или оставить все как есть.

— Объясни, — прошу, хмуря брови, — что изменилось?

— Вы оба в академии, вот что, — добавляет чуть тише, — это такой же рассадник слухов и сплетен, как и дворец императора, будь осторожна и не наделай глупостей.

— Постараюсь, — тяжело вздохнув, посмотрела в сторону главных ворот, а очередь там и не думала уменьшаться, — проводи меня в женское общежитие, пожалуйста.

— Точно, — брат шутливо хлопает себя по лбу, — пойдем, тебе предстоит еще многое узнать, но до начала занятий все успеешь.

Малькольм ловко подхватил обе сумки и повел меня окольными путями, обходя толпу желающих поступить в этом году. Их громкие и возмущенные голоса еще долго преследовали нас, но все мое внимание было отдано невероятному зданию, пропитанному магией.

Малькольм оказался хорошим рассказчиком, по пути он вспоминал забавные истории с первого курса учебы, упомянул, что мне нужно будет заглянуть в библиотеку, чтобы получить учебники, но перед этим еще раз встретиться с куратором, чтобы он выдал расписание и жетон адепта.

Почему куратор этого не сделал сразу, я не стала спрашивать. Запоминала все, что считала важным, например: как добраться до столовой, когда начнутся занятия, что можно и нельзя делать на территории академии.

— Вообще, здесь очень строгие правила, — наставлял меня брат, — выход в город строго по выходным, и только для тех, у кого не страдает успеваемость.

Это было не так уж, и плохо, ведь я собиралась учиться по-настоящему.

— А когда можно будет выбрать специальность? — До меня только в этот момент дошло, что никто не спросил, на какой факультет я поступаю.

— А куратор не сказал? — Брат удивился, но быстро продолжил. — Первое полугодие у всех проходит одинаково, у адептов выделяют сильные и слабые стороны, и только потом предлагают выбрать направление, исходя из выявленных способностей. Редко когда сразу определяют факультатив, в основном это происходит с боевиками или бытовой магией, в остальном никогда не знаешь, где пригодятся способности адептов.

К слову, брат учился на факультете дознавателей, в основном среди адептов этого направления были менталисты, но встречались и такие вот уникумы.

— Ладно, разберусь по ходу.

Мы, как раз добрались до нужного здания, внутри которого сидела миловидная, но пухленькая женщина, с румяными щечками и совершенно добрым взглядом.

— Здравствуйте, миссис Фолз, — поздоровался брат и заслужил любезную улыбку, — привел к вам свою сестру на заселение.

— Здравствуй, Малькольм, — улыбнулась женщина, — конечно, часть списков уже принесли, давай поищем, куда отправить младшую Брэдфорд.

Миссис Фолз либо не знала, чем славиться Роззи, либо ее это не волновало. Она улыбалась и мне, хотя я даже и слова вставить не успевала.

— Так, так, так, — переворачивала она листы с фамилиями, — ах, вот же, комната восемнадцать на втором этаже, уже и соседка заселилась.

Она достала очередную увесистую книгу и протянула ее мне, вместе с самопишущим пером.

— Вот здесь и здесь, — указала мне нужные строчки, — впиши свое имя и имя рода, потом можешь отправляться в спальню, но не забудь привязать комнату к себе.

— Что сделать? — Заломила бровь, но получив тычет от брата, быстро сделала, что от меня просят, совершенно молча.

— Миссис Фолз, вы не против, если я провожу сесту?

Женщина тяжело вздохнула, но позволила брату проводить меня до нужной комнаты, и только возле двери, поняла, о чем она говорила. Чтобы попасть внутрь, потребовалась напитать кристалл, висевший на стене, собственной кровью.

— Рози, постарайся ни с кем не ссориться, особенно с соседкой, вам предстоит долго жить вместе. — Давал последние наставления. — Будь внимательней, в академии не всегда безопасно, всякое случается.

Кивала в такт каждой его просьбе. Малькольм ни в какую не желала уходить, пришлось буквально отбиваться от его навязчивой заботы. И только я подумала, что на сегодня можно выдохнуть, как войдя в комнату, столкнулась с той, кого вовсе не желала видеть. Провиденье наказывало меня за грехи, не иначе.

— О, привет, а ты моя новая соседка? — Спросила девушка, замерев в центре комнаты.

Если она понятия не имела, кто стоит перед ней, то я безошибочно определила свою собеседницу. Эта милейшая брюнетка в легком платье, с распущенными волосами и глубоким взглядом, не кто иная, как главная героиня — Камелия, мать ее, Дунхил, дочь простого торговца и моя самая большая головная боль.

— Только не это, — обреченно выдохнула, выронив вещи из ослабленных рук, — за что?

Камелия Дунхил

Граф Эйден Аддерли

Я шел длинными коридорами академии, прокручивая в голове все способы пыток, которые были мне известны. Мысленно с особой жестокостью применил все навыки на взбалмошной и капризной Розалинде Брэдфорд, удумавшей преследовать меня. Никогда прежде моя поступь не была столь тяжела, до дрожи в стенах. Раньше я гордился своим контролем над второй ипостасью, а сейчас не мог сдержать зверя, желающего избавиться от девчонки самым простым путем — превратить в горстку пепла.

Если бы не приказ императора, я бы и не думал связывать свою жизнь с такой, как она, но у судьбы плохое чувство юмора. Справедливости ради скажу, что со своей стороны предложил кабальный брачный договор, но герцогиня не умела проигрывать и не любила, поэтому подписала бы все, что бы я ни предложил.

Конечно, видел, что Розали давно неровно дышит в мою сторону, еще в момент нашей первой встречи, на ее дебюте в императорском дворце. Стоит признать, что она обладает невероятными внешними данными. На вид, посланница великой богини праматери, сошедшая с небес, но это только на первый взгляд. У нее даже голос обманчиво ангельский, а вот поступки и поведение, способны вызывать ужас у кого угодно.

Среди знати ее давно зовут “Дикой Розой”, и причин тому, слишком много. До последнего надеялся, что найду способ разорвать помолвку, хоть она и состоялась недавно, но в свете новых событий, боюсь, герцогиня что-то замыслила.

Сначала было падение с лестницы, о котором я узнал только спустя два дня, и то, благодаря слухам, которые выставляли меня в дурном свете. В принципе, этот маневр устаревший, ни она первая применила такую методику, вызывая жалость мнимой травмой.

Я даже подумал, что все действительно серьезно, хотел лично переговорить с будущими родственниками, в случае необходимости оказать любую помощь, но, как оказалось, с Розалиндой все в полном порядке. Застал ее за завтраком, в семейном кругу с прекрасным настроением и улыбкой, а главное — ни единого намека на травмы или плохое самочувствие. Ловко она обвела меня вокруг пальца, даже смогла пустить гадкие слухи, находясь в закрытом поместье.

Повторная встреча состоялась еще быстрее, чем рассчитывал, но на этот раз неожиданным стало и место, что натолкнуло меня на мысли о преследовании или слежке. В случайности я не верю, а потому готов был поспорить, что Розали подстроила наше столкновение в парфюмерном магазине леди Ди. А ведь я был там не частым гостем, да и сама Розали явно не в духах нуждалась, особенно после падения.

Помню, какая злость обуяла меня в тот момент. Смотрел на ее наигранные эмоции, будто сущая невинность стояла передо мной, и мечтал лишь о том, как избавлюсь от нее. Представлял, как она сама расторгает помолвку, лишая меня необходимости марать руки. Конечно, не собирался причинять ей телесный вред, но ведь можно пойти другим путем.

Поняв это, я сказал то, отчего любая приличная леди пришла бы в ужас и тотчас разорвала помолвку, но это не касалось Розали. Хоть и видел, какую боль причинили мои слова, но нужного эффекта все равно не добился даже глупой ложью. Это лишь подтверждало мои догадки о слежке.

Розали знала, что никакой любовницы нет, что парфюм предназначался для супруги близкого друга в качестве презента, а потому снова обвела меня вокруг пальца, разыграв трагичный спектакль. В тот момент у меня еще были сомнения, где-то очень глубоко в душе. Пару раз даже порывался написать письмо с извинениями за свое поведение, но сегодняшняя встреча все перечеркнула. Сомнений не оставалось, только холодная решимость.

Великие драконы, я оказался прав. Герцогиня не собиралась отступать, она непросто, каким-то образом выслеживала меня, но и узнала о моих планах. Я никому не сообщал, что согласился на предложение давнего друга о работе в академии, ведь и сам до конца не был уверен в этом решении. Мне просто хотелось сбежать подальше от столицы, где каждый шаг на виду у знати, где постоянные интриги и скандалы, а еще там была и сама Розали, которая была знаменита своей нелюбовью к магии. Ее никогда не интересовала учеба, она не раз открыто заявляла об этом.

Моя попытка сбежать от этой девицы подальше, оказалась провальной. Не поверил в ее лепет о случайностях и тем более, не поверил этому невинному и испуганному взгляду. Из нас двоих, монстр точно не я.

Это не в моем графстве слуги трясутся от одного только имени, произнесенного вслух, и не обо мне с ужасом говорят юные дамы, кто угодно, но не я унижаю младших по статусу и уж точно не я, выставляю на показ богатства, которые не сам заработал. Это и еще многое можно сказать о моей невесте. Даже думать о ней в таком статусе, подобно рвотному рефлексу.

Не заметил, как буквально пробежал большую часть пути и едва не снес дверь с петель, ведущую в кабинет ректора ВАМ.

— Эйден? — Удивился старый друг, отрываясь от стопки бумаг.

Сложно представить, как я выглядел в тот момент. Наверное, пугающее. По крайней мере, адепты бросались врассыпную, пока шел сюда. Да и драконья аура в такие моменты действует подавляюще.

— Чарльз, — почти взмолился, рухнув на кожаный диван, — ты должен мне помочь, иначе я не выдержу и разнесу твою академию по кирпичикам.

— Что случилось? — С тяжелым вздохом и легкой грустью отодвинул документы и перевел взгляд на меня.

— Розалинда Брэдфорд случилась.

Чарльз Монтгомери — один из немногих, кто знал не только о помолвке, но и о моем отношении к невесте. Он же, настаивал на том, что такой брак не станет успешным, скорее приведет к катастрофе и даже не постеснялся произнести это вслух при императоре. Увы, правитель увидел в нашем союзе не только выгоду для империи, но и хорошую возможность для объединения двух древних родов. Чистая политика.

— Она здесь? — Удивленно округлил глаза и, щелкнув пальцами, материализовал список поступивших. — Мда… не повезло тебе.

— Не только мне, — не попытался скрыть свое злорадство, — тебе прекрасно известно, что она творит в обществе, представляешь, сколько она проблем создаст здесь, в стенах твоей любимой академии?

Чарльз нахмурился, но ничего не ответил. Медленно и совершенно спокойно отложил лист в сторону и сделал глубокий вдох полной грудью.

— Чего ты хочешь от меня?

— Отчисли Розали. — Практически потребовал, в пылу бушующего гнева.

Чарльз округлил глаза от такого напора. Он не принимал поспешных решений, поэтому молчал, откинувшись на спинку ректорского кресла, и нервно барабанил пальцами по лакированной поверхности массивного стола.

— Это невозможно, — выдал свой вердикт и, опережая мои возражения, добавил: — пока она не нарушает правил академии.

— Хочешь сказать… — довольно протянул. На секунду даже ощутил сладкий вкус победы, маленькой, но такой нужной.

— Да, — кивнул Чарльз, — хоть я и не должен этого говорить, но вынужден признать, что скандальная особа с таким характером, лишь навредит репутации ВАМ, если у тебя получится сделать так, чтобы она нарушила правила академии, я смогу отчислить ее без последствий для себя и всего педагогического состава.

Улыбка на моем лице стала еще шире. Я уже предвкушал, как спустя пару дней, после начала занятий, Розали будет паковать чемоданы и отправится домой, оставив меня в покое. Хотя в последнем, не был уверен, но собирался сделать для этого все возможное.

— Поверь, мне даже не придется стараться. — Расслабленно выдохнул, ощущая, как внутренний огонь успокаивается. — Розали сама все сделает, надолго ее покладистости не хватит.

— Думаешь? — Теперь занервничал уже друг.

— Уверен, но, пожалуй, не стану ждать и сделаю все, чтобы адептка Брэдфорд сама пожелала собрать чемоданы и вернуться к беззаботной жизни герцогини.

И я даже знал, как это сделать. А с поддержкой ректора в моей власти были все ресурсы для достижения этой цели. Я найду способ, превратить ее жизнь в ад.

Я сбежала, так и не найдя приличных слов для своей соседки. Теперь я окончательно убедилась, что попала не в книгу, а в реальный мир, который каким-то образом стал частью моего романа.

Бросив вещи у порога, развернулась и трусливо сбежала, оставив Камелию недоумевать от моего поступка. Хотя подозреваю, что поняла она все по-своему.

Совпадало многое, но отличий я находила все больше и больше, склоняясь к тому, что знания о Розли и ее судьбе, каким-то образом оказались в моей голове. Я больше не могла ждать, пока судьба или другие неведомые силы расставят все по своим местам, и сама отправилась на поиски ответов. Мой путь лежал в самую большую библиотеку в мире Роари и находилась она в стенах ВАМ.

Правда, найти ее оказалось непросто. В дни поступления вся академия стоит на ушах, пребывает слишком много существ. Толпы парней и девушек, сновали по коридорам и двору академии, вставали у меня на пути и задерживали, буквально на каждом углу.

Пришлось буквально пробираться с боем в главное здание, возле которого еще стояла огромная очередь. Меня спасло лишь неожиданное появление куратора. Заприметив парнишку, схватила его за рукав, резко дернув на себя.

— Ох, леди Розали, — улыбнулся миловидный старшекурсник, — не думал, что вы так быстро отправитесь на мои поиски.

Признаюсь, в этот момент, я совсем забыла, что мне нужно было найти его по учебным вопросам, но с другой стороны, не пришлось придумывать повод для моего странного поведения.

Пока я молчала, парень достал из пространственной сумки какие-то листовки и маленькую коробочку.

— Вот, тут жетон адепта, карта академии, первичное расписание, а еще устав, с ним ознакомьтесь в первую очередь.

— Спасибо, — забрала себе стопку и сразу вынула жетон, оказавшийся брошкой.

Украшение в виде герба академии, по форме напоминало средневековый щит, разделенный на четыре части. В каждой секции был свой рисунок, олицетворяющий главные качества мага: смелость, ум, сила и самоотверженность.

— Да, не забудьте сходить в библиотеку, леди, — напомнил куратор, — учебники необязательно получать сегодня, но если задержитесь, можете получить старые экземпляры не лучшего состояния.

— Займусь этим немедленно, — заверила его, — еще раз благодарю. — И поспешила уйти, пока меня не раздавили в очередной попытке пробиться к приемной комиссии.

С помощью карты быстро добралась до библиотеки. Всего-то и надо было пройти на второй этаж, большая часть которого и была библиотекой. Внутри сидел сухонький старичок, любезно объяснивший, как пользоваться поисковыми сферами, стоявшими на читательских столах. Как по мне, это были хрустальные шары, для гадалок-шарлатанов, но принцип их действия прост: задаешь вопрос, а она ищет книгу и сообщает, в какой секции искать.

И пока библиотекарь готовил мои учебники, я занялась поиском подходящей литературы. В первую очередь меня интересовала тема других миров, что я и озвучила сфере.

— Уточните вопрос, — монотонно ответил стеклянный шар, потемнев изнутри, — вас интересует портальная магия или теория множества миров?

Закусив губу и немного подумав, выбрала второй вариант.

— Секция Б, третья полка сверху, там вы найдете книги, посвященные теории о других мирах.

— Еще мне нужны книги о магии жизни. — Добавила, недолго думая.

— Секция С — посвящена магии жизни, ее истории, магам, обладавшим этой силой, и ее сочетаниям с другими направлениями.

Получив ответы, отправилась искать нужные книги, но от их избытка, вернулась к столу, не с двумя томиками, а с десятком увесистых фолиантов. К этому моменту на столе появилось еще с десяток разных учебников.

Пришлось признать, что сама все не донесу, как бы сильно этого ни хотела. Оставить учебники не могла, и ходить несколько раз не хотелось. Оставался последний вариант: обосноваться в библиотеке, чтобы изучить найденный материал. И эта мысль настолько понравилась, ведь возвращаться к Камелии, я совершенно не желала.

Начала с других миров, надеясь, что в одной из книг найду ответ, но увы, все оказалось сложно. Маги-ученые лишь строили теории, о возможности таких перемещений и считали их невозможными, если перемещаемый объект или существо не знает точных координат и не имеет связи с другим миром, некая завеса не пропустит.

Правда, была теория случайных перемещений или аномальных. Завеса между мирами могла истончаться, или в моменты всплеска магии, открывать односторонние туннели, они же порталы. Но, я под этот вариант не попадала, ведь переместилась только душа, а значит, в моем случае было нечто иное.

Оставив этот вопрос, когда за окнами академии начало темнеть, а голова разболелась, потянулась к учебнику по управлению магией жизни. На первый взгляд тоненький томик, хранил в себе много интересного, уничтожив мои представления о данном виде магии.

Начнем с того, что существуют два типа магических способностей: основная и вспомогательная. К основным относили стихии: огонь, воду, землю, воздух, свет, тьму и многие другие. А вот магия жизни считалась вспомогательной, и если кто-то считал, что это нечто лекарское, как думала я, то это оказалось в корне неверно.

Если говорить совсем просто, то магия жизни одушевляла стихию, которой обладал маг, или любые неодушевленные предметы, в зависимости от уровня силы мага.

Несколько раз перечитав это, представила говорящие кусты розы, убегающие деревья и массовый переполох в академическом саду. Зато стало понятно, почему комиссия не захотела отпускать необученного мага в мир с такими способностями. Любой неконтролируемый выброс магии, и я могла стать причиной катаклизма, натворить дел и не понять, почему ближайшие сосны ожили и начали нападать на деревни. Представив такую картину, я уже откровенно смеялась.

— Веселишься? — Мой смех прервал вкрадчивый голос, подобравшись со спины.

Вздрогнула всем телом и не ожидала, что у моего веселья появились наблюдатели, а один все же нашелся. Конечно же, Эйден Аддерли, кто же еще будет следить за мной?

Книга выпала из рук, пролетела пару сантиметров и рухнула на стол. Веселое настроение исчезло, оставив вместо себя предчувствие чего-то нехорошего.

— Мне нельзя смеяться, граф? — Прохрипела в ответ, не став поворачиваться.

— Почему же? — Снисходительно усмехнулся, оказываясь напротив меня. — Веселись, смейся, пока можешь.

— Это угроза? — Скрипнула зубами, стиснув юбку под столом.

— Предупреждение, Розали, — Эйден склонился к моему лицу, уперевшись в стол руками, — лучше тебе уехать.

— А если я этого не сделаю? — Посмотрела с вызовом.

— Я даю тебе выбор: уехать по-хорошему или я сделаю все, чтобы твоя жизнь в ВАМ, превратиться в ад.

Глаза дракона вспыхнули золотом, а зрачок стал вертикальным. Сомнений не оставалось, угроза более чем реальная. Что ж, похоже, больше не было смысла откладывать этот разговор, в выборе между нормальной учебой и сплетнями, я выбрала первое.

— Эйден, — я широко улыбнулась, — я хочу разорвать помолвку. — Гордо произнесла, а дракона словно ударило током.

— Шшшто?

Вроде бы дракон, а шипел, как настоящая змея. Хм, и чего он так всполошился, я ведь его мечту исполняла?

Дорогие читатели, завтра у меня выходит еще одна эксклюзивная новинка:

Непокорная ведьма во власти дракона

Аннотация:

Попала в новый мир, в тело осужденной ведьмы. Девочку оболгали, выдали плетей и сослали на мертвые земли. И все это с бедняжкой сделал любимый муж-предатель и изменник.

Думает, сгину от голода и холода? Буду молить о пощаде и приползу к его ногам, чтобы стать служанкой для новой возлюбленной? Как бы ни так! Выживу, обустрою быт и налажу свое дело. Но, постойте, почему наглый драконище ошивается возле меня? Пусть проваливает к новой истинной, а я обид не прощаю. Назло всем, стану счастливой, даже у черта на рогах!

Подписывайтесь и не пропустите.

— Шшшто? — Глаза Эйдена горели золотом, я смотрела на человека, а видела настоящего дракона.

Древняя рептилия пробивалась сквозь человеческий облик, на лице и руках Эйдена проступали яркие чешуйки, завораживая своим блеском.

Думала ли я, что предо мной опасный хищник? Пф, нет, конечно. Все мои мысли были лишь о том, как бы незаметно стырить одну из чешуек и пусть ее на опыты. Во мне проснулся настоящий исследователь.

— Я предлагаю разорвать помолвку, — произнесла еще уверенней, — можем по обоюдному согласию, или по моей инициативе, как вам будет удобно, — пожала плечами, — ах да, неустойку выплачу в полной мере.

Поморщившись в момент упоминания денег, не желала расставаться со своим богатством. Вот зачем Аддерли пятьдесят тысяч золотых? У этого дракона, есть собственная сокровищница, забитая бриллиантами, рубинами, изумрудами, драгоценными металлами и редчайшими реликвиями, а он гоняется за моей неустойкой.

А вот мне бы эта сумма очень пригодилась. Может, собственное дело открою или куплю домик на берегу моря и ни от кого не буду зависеть. Родители Рози поняли бы мое желание сбежать из столицы.

Графа отчего-то передернуло. Он несколько раз моргнул и оскалился еще шире. Прервав этим, мои представления о счастливом будущем.

— Ты за идиота меня держишь? Чтобы ты не задумала, не позволю обвести меня вокруг пальца и сделать из моей жизни всеобщее посмешище. Отправляйся домой сейчас, или я отправлю тебя с позором. — Его кулак с грохотом впечатался в несчастный стол.

До этого момента старый библиотекарь сидел в сторонке, не вмешивался в наш диалог, но стоило Аддерли покуситься на имущество академии, как старичок шустро оказался рядом. А так и не скажешь, что он способен бегать, как спринтер.

— Магистр, — коротко поклонился, — что здесь происходит? — даже не запыхался.

К этому моменту и сам Аддерли понял, что перешел черту, не только оставив вмятину на крепком дереве, но и напугав меня неоправданной агрессией.

— Ничего, Гордон, — тряхнул головой дракон, — я уже ухожу, прости, за испорченную мебель лично извинюсь перед ректором и возмещу ущерб. Даю слово, такого больше не повторится.

От вспыхнувшего чувства страха не сразу обратила свой взор на пострадавшую мебель. А посмотреть было на что. Во-первых, огромная вмятина, намного больше, человеческого кулака, во-вторых, сетка трещин, расползлась по лаку и дереву, сделав красивый стол, уродливым, словно в морщинах. Ну и в-третьих, часть книг слетела на пол, вот отчего грохот был настолько громким.

— Все в порядке, леди? — Обратился уже ко мне библиотекарь.

Несколько раз моргнув, прогнала наваждение и быстро закивала. Пусть Аддерли был обо мне не лучшего мнения, но жаловаться на него с первого дня пребывания в ВАМ не собиралась. Пусть он и угрожал мне, но в реальности я не верила, что его запугивания превратятся в настоящий ад.

Просто граф понятия не имел, что человека вроде меня очень сложно запугать. Настоящий ад давно был пройден, я жила в нем с самого рождения, родившись в семье алкоголиков, не знающих меру. Что мне мог сделать дракон, когда я голодала, выживала, не имела теплой одежды в студеные зимы, спала на полу, с раннего детства воровала еду, а иногда и дралась за кусок хлеба.

Оказавшись в этом мире, в богатой семье, где все уважают и любят друг друга, я почувствовала свою ответственность за род Брэдфорд и не могла их подвести их. Хотя и находится в одном здании со своим убийцей, было все же неуютно.

Но, в книге Эйдену было за что убивать Розали, в нашем случае этого не произойдет. Я собиралась расторгнуть помолвку, даже если сам граф решит не делать этого.

И тут, мой мозг взорвался новой, гениальной идеей. Я не смогла усидеть на месте, от нахлынувшего озарения.

Мужчины не поняли, что могло так всполошить меня, особенно Аддерли, граф напрягся всем телом, но мой мозг уже нашел способ избавиться от него. Причем без особых усилий. Достаточно было столкнуть его с истинной, которая по счастливой случайности жила со мной в одной комнате и, скорее всего, уже готовилась ко сну. О-хо-хо и от Камелии мог быть прок.

— Магистр, — сказала громче, чем хотела, — не проводите меня до общежития, боюсь, одна я заблужусь и не донесу все эти книги? — Состроила грустную мордашку и тяжело вздохнула.

Ох, сколько же эмоций продемонстрировал граф, начиная от ненависти и заканчивая параноидальной настороженностью. Однако, скрипя зубами, подхватил стопки книг и небрежно бросил, через плечо:

— Пошли.

Он просто мистер любезность.

Радостно скалясь, быстро шла следом, стараясь не отставать, но сделать это было довольно сложно. Весь путь к общежитию, Аддерли молчал, громко сопел, пыхтел, возможно, даже матерился, но вслух не издавал лишних звуков. Только когда мы почти подошли к общежитию, он неожиданно замер.

— Если ты что-то задумала, мне будет проще тебя убить. — Неожиданно выдал.

— Ага, и прослыть убийцей невест, — тихо хихикнула, — расслабьтесь граф, мне правда нужна была помощь, помогите донести книги до комнаты, а потом отправляйтесь строить козни несчастной адептке. — Наигранно вздохнув, я поспешила обойти Аддерли, но он вдруг громко рассмеялся.

— Теперь я понял, ты хочешь, чтобы нас застали вместе, поднимающимися в твою спальню.

Дракон резко разжал руки, а книги рухнули на каменную дорожку. Хорошо, что остались целы.

— Ты сама начала эту войну, — прошипел Эйден, — у тебя был шанс уехать, но теперь я даже рад, что ты отказалась.

На прощанье граф одарил меня взглядом, от которого захотелось провалиться под землю. Черт, мало того что пришлось самой книги тащить, так еще и план не сработал, но я не собиралась сдаваться.

Дракон захотел войны? Он ее получит!

Неделя до начала учебы пролетела быстро. Каждый день, покидала комнату с первыми лучами солнца, а возвращаюсь к закату. Откровенно говоря, избегала Камелию, которая раздражала одним своим видом.

Понятия не имею, откуда взялась такая неприязнь, но ничего с собой не могла поделать. Достаточно было один раз взглянуть на нее, чтобы зубы сводило. Слишком правильная и жизнерадостная, вся такая приторно зефирная, от нее даже пахло ванилью, а я терпеть ее не могу.

Конечно, она же главная героиня, вся такая идеальная, как магнит для всех, кто находится рядом. Под ее обаяние попадали все, кто проходил мимо, или находился рядом больше пары секунд. Стоило Камелии улыбнуться, как даже гадские тучи убегали с небосвода. В общем, моя соседка — эталон диснеевской принцессы. Ужас!

Не сомневаюсь, если бы она запела, полчища диких зверей заполонили общежитие. Ко всеобщему счастью она этого не делала.

Не хотела находиться рядом, ведь на ее фоне была полной противоположностью этого ангелочка. Оказалось, дурацкое прозвище дикой Розы уже приклеилось ко мне и гуляло по академии мрачными перешептываниями. Все, кто успел познакомиться с Камелией, задавались вопросом: как же этому ангелочку живется с таким демоном, как я.

Ответ: легко и непринужденно, мы не пересекаемся, а Камелия и не слышала о моем существовании. Слишком разные у нас статусы, дочь торговца не сталкивалась с моей семьей и высшим светом до поступления в ВАМ.

Так что, нормально Камелии жилось, мы практически не пересекались, я либо убегала в библиотеку, наверстывать знания, либо изучала академию и пару раз наведывалась в город. До начала учебы выход был свободным. По этому времени я буду особенно сильно скучать.

Вообще, далеко не все приходили в академию учиться. Среди знати, и не только, каждый год находились охотницы за женихами. Меня, по непонятным причинам, сразу определили в этот список. Из-за чего быстро пролетел слушок, что граф Аддерли прибыл в академию, чтобы приглядывать за ветреной невестой.

Обидно, но сам граф больше не попадался мне на глаза, умело избегал встреч и игнорировал мои письма. Зря только бумагу переводила. А ведь так надеялась, что мы разойдемся миром, он заберет мое золотишко и перестанет совать свой чешуйчатый нос, куда не просят.

До начала учебы я так и не встретила больше Аладара, даже беспокоилась, что он не поступил, и дала себе обещание, найти эльфа, но чуть позже. Проще всего, это было сделать в первый учебный день, который начался с невероятно громкой побудки и радостной Камелии.

Если я буквально соскребала себя с постели, то главная героиня, как и полагается, встала ни свет ни заря, в прекрасном расположении духа, словно и не ложилась спать вовсе. Все в ее облике было совершенно, ей не требовалась косметика или долгие прихорашивания перед зеркалом. Этим она бесила еще больше.

Хоть мне и досталось красивое тело, против обаяния главной героини этого было мало. Ранним утром, в зеркале отразилась уставшая девушка, с растрепанными волосами, с темными синяками на бледной коже. От вампира мало чем отличалась.

— Рози, мы опоздаем на приветственную речь ректора. — Камелия настойчиво стучала в дверь ванной комнаты.

— Отправляйся без меня. — Отмахнулась от настырной девушки.

Меньше всего, я хотела находиться рядом с Камелией. Она слишком болтлива и жизнерадостна.

— Ты уверена? Не хочу оставлять тебя одну.

Пока она радостно щебетала, я пыталась придумать причины, по которым Камелия пыталась подружиться. Адекватных вариантов не было. Я избегала ее всеми способами, игнорировала, но Камелия словно банный лист, прилипли и не собиралась отлипать.

На мое спасение пришла соседка, еще одна фанатка Камелии. По всем законам жанра главной героине досталась в подруги бойкая девушка-хохотушка с большой любовью к неприятностям. Поэтому связываться с этой парочки хотелось еще меньше.

Дождавшись, пока обе покинут комнату, быстро собралась и тоже отправилась в главный корпус, но обходным путем, через черный ход. Малькольм уже ждал меня, нервно переступая с ноги на ногу.

— Ты опаздываешь. — Брат быстро пробежался по мне взглядом и довольно кивнул.

Что уж сказать, форма была мне к лицу.

— Если не поторопимся, опоздаем еще сильнее. — Подхватила брату под руку и потащила вдоль коридора.

Чем ближе мы подходили к главному залу, тем больше шума долетало до наших ушей. Вся академия собралась в одном месте, но самыми шумными были первокурсники.

— Рози, — Малькольм толкнул меня в бок, — смотри. — Указал в конец зала, где уже собрались преподаватели.

Среди них особенно сильно выделялся Аддерли. Граф увлеченно болтал с одной из преподавательниц, улыбаясь всеми драконьими зубами. Даже издалека было видно, как он заигрывает с ней.

— Ты уже сказала ему? — Брат перешел на шепот.

— Можно и так сказать.

День только начался, а я уже не ждала ничего хорошего.

Приветственная речь ректора отгремела с ошеломительным успехом. Чарльз Монтгомери, так он представился, умел располагать к себе. Один из сильнейших драконов империи, мог не только подавлять своей аурой, но и вести солдат, пробуждая в них боевой дух, но выбрал управление академией.

Думаю, это верный выбор, учитывая, с какими лицами его слушали адепты. Первокурсники буквально заглядывали ректору в рот, особенно женская половина. Ну, что могу сказать, ректор — невероятно притягательный мужчина. Снова драконья сущность постаралась. С его появлением, в зале словно стало светлее, а пространство наполнилось ароматом горького шоколада.

Несмотря на возраст в несколько сотен лет, этот ящер выглядел бесподобно. Никакой седины или морщин, его возраст придавал шарма, создав образ уверенного в себе мужчины в годах. Хотя, как по мне, ему не дашь больше сорока пяти лет. Но, вот его взгляд, выдавал каждый прожитый год. Слишком мудрый и уставший. Он смотрел своими зелеными глазами-изумрудами в самую душу, словно видел каждого адепта насквозь.

Девушки издавали влюбленные вздох, наблюдая за его восхождением на сцену, возведенную специально для этого дня. Его не портила широкая мантия, но классический костюм, скрытый под ней, смотрелся до неприличия привлекательно на спортивной фигуре. Признаюсь, даже я пустила слюнку, но быстро призвала себя к порядку. Не хватало еще запасть на ректора, у меня и так проблем хватало. Взять того же Аддерли, который начинал бесить одним своим существованием.

Вот зачем этот спектакль? — Злобно рычал внутренний голос. Граф словно не в преподаватели пошел, а собирался стать местной моделью. От него за километр исходили эманации страсти. С такими мужчинами нужно держать ухо востро.

Ректор начал со слов приветствия и плавно перешел к делу:

— Уважаемые адепты, надеюсь, вы успели выучить устав академии и знаете, что ВАМ не терпит нарушения правил.

Показалось, что он смотрит точно на меня, но это практически невозможно. Я спряталась в тени колонны, желая скрыться от чужих взглядов и при этом, не упускать из виду ничего важного. Вот, например, граф Аддерли буквально не отлипал от какой-то преподавательницы, но стоило появиться ректору, как превратился в образец дисциплины.

Фу, смотреть было противно. И это меня он пытался устыдить? Лицемер.

— ВАМ и ее преподаватели чтут традиции и нормы поведения, — продолжал он глубоким голосом, — если вы прибыли, чтобы получить знания, развить свои навыки и обуздать магию, академия примет вас с распростертыми объятиями, но если вы преследуете другие цели, лучше сразу собрать вещи и покинуть стены ВАМ до начала занятий.

Никто из собравшихся даже не шелохнулся, но я увидела парочку девушек с боевым макияжем, украшенных, как новогодние елки, они издали тихие смешки. От этой троицы стоило держаться подальше. В них чувствовалось что-то змеиное.

— Итак, раз уж никто не спешит покинуть нас, — посмеялся ректор, украсив свое лицо ямочками на щеках, — хочу пожелать вам удачи и терпения во всех начинаниях, а еще скажу, что уже сегодня вы начнете свой путь просвещения.

И вот кому, скажите, пожалуйста, не повезло дважды? Конечно же, мне.

Старшекурсников практически сразу отпустили на занятия, а первые курсы остались в главном зале для дальнейшего распределения на группы. Так как первый курс был общим за редкими исключениями, ректор разделил всех на группы по тридцать существ, назначил старосту и куратора, которым становился один из магистров.

Удача давно отвернулась от меня, поэтому не только попала в группу с Камелией, которую назначили старостой, так еще и ответственным за нас магистром, стал не кто иной, как граф Эйден Аддерли.

У меня челюсть свело от желания убить эту парочку. Закралась крамольная мысль, что Роза вовсе не была влюблена в своего жениха, а так же, как и я, мечтала прибить его где-нибудь в темном переулке. А вместе с ним и назойливую девушку, напоминающую невинную овечку.

В общем, злость ощутила всей душой.

— Адепты, не разбегайтесь, — Эйден осмотрел нас суровым взглядом, — я не только ваш куратор на ближайшие четыре года, но и магистр, буду преподавать защиту от ментальных атак, основы магических потоков и защитные чары, сейчас вы пройдете в пятую аудиторию, и мы начнем ваш первый урок. — Сверкнул в меня глазами.

Его слова о моем выкуривании из академии заиграли новыми красками. Хотя учебы я никогда не боялась, меня больше пугала физическая подготовка, которую вел магистр Берн, оборотень по происхождению, но и Эйдена не стоило списывать со счетов.

Адепты гурьбой двинулись на выход, я немного затормозила, не желая быть раздавленной, и это была очередная ошибка. Эйден, специально или нет, столкнулся со мной в коридоре, наградив кривой усмешкой.

— Даю последний шанс, Рози, — практически выплюнул мое имя.

— Обойдусь. — Фыркнула, пытаясь обойти дракона по широкой дуге.

— Тогда пеняй на себя.

Первая, вводная лекция прошла без эксцессов. Адептов завели в большую аудиторию, выдали расписание, рассказали о предстоящей учебе и ежегодной практике. Эйден сразу упомянул об экзаменах и зачетах, предупредив, что не сдавшие сразу отправляются домой.

Не забыл рассказать и про режим жизни в этих стенах, занятия начинались в девять утра, или в восемь, если первой парой ставили развитие физических навыков. До четырех часов адепты ходили на пары, с одним обеденным перерывом и маленькими переменками, после пар обязательные факультативы, потом выполнение всех заданий, можно заниматься в комнатах или в библиотеки, отбой после десяти вечера и запрет на выход за пределы общежития. Камелия записывала каждое слово, и я даже уловила ее смущение, всякий раз, когда взгляд Эйдена задерживался на старосте. Хотя сидела я не так чтобы близко. Отсюда напрашивался закономерный вывод: дракон был не безразличен хрупкому цветочку.

Несмотря на всю неприязнь к графу, он оказался интересным рассказчиком. Аддерли отвечал на все вопросы адептов, воодушевляя всех к предстоящей учебе.

Каждый из нас должен расти и развиваться, поэтому всех обязали записаться на дополнительные факультативы. Сделать это можно в деканате, и если мы не хотели попасть на уборку служебных помещений к бытовому факультету, стоило поспешить с этим делом.

Вводная часть закончилась с громким звонком и началась лекция по основам магических потоков. Хорошо, что я успела посетить библиотеку и прочитать первые главы учебников. Дурой себя не чувствовала, но понимала, что многие подводные камни мне неизвестны, в отличие от других ребят, которые учились магии с пеленок.

— И так, кто знает, что такое магические каналы и как их развивать? — Задал первый вопрос.

Многие парни и девушки с нетерпением тянули руки. Эйден слегка улыбнулся, оставшись довольным группой, но его взгляд устремился точно в мою сторону.

— Леди Брэдфорд, — усмехнулся, — не желаете продемонстрировать свои знания? — Он даже не пытался скрыть иронию в голосе.

Все напряглись, услышав мое имя. С задних рядов послышался напряженный шепот:

— Дикая Роза в нашей группе?

— Это она?

— И это невеста графа?

— Кажется, не так уж он влюблен.

Слышалось со всех сторон. Моя персона вызвала бурную реакцию у одногруппников и в первую очередь — удивление. Их можно понять, никто не видел во мне герцогиню. Я не надевала дорогих украшений, не наносила уйму косметики и не соорудила на голове пышную прическу. Даже моя форма хоть и была новой, но простой, без золотых вышивок, не из шелковой ткани, удобная и практичная.

А вот другие знатные дамы, не поленились сходить к швее, заказать индивидуальную форму. В отличие от меня, они пестрили яркими цветами и вьющимися локонами, собранными в причудливые прически.

— Тишина, — потребовал Эйден, подняв руки, — позволим адептке Брэдфорд, блеснуть знаниями и показать уровень обучения в герцогском роду.

Это был удар ниже пояса. Если бы я осталась в стороне, то опозорила не только себя, но и всю семью.

Резко встав, посмотрела на графа, желая испепелить взглядом.

— Магические каналы, кхм… — прочистила горло, — это потоки чистой магии в наших телах, они формируются с самого рождения, накапливая в себе эфир, именно благодаря им, наполняется магический резерв.

Эйден и бровью не повел, стараясь держать маску безразличия, но я видела, как слегка дернулся его глаз.

— Вы ответили лишь на часть вопроса, — напомнил, — просветите нас, как же эти каналы развивать?

— В здоровом теле — здоровый дух, — озвучила старую, как мир поговорку и сразу исправилась, — физические нагрузки помогают укрепить тело и оболочку магических каналов.

— Верно, — нехотя кивнул, — раз уж вы так хорошо разбираетесь в этом вопросе, давайте продолжим. — Эйден просил широкой улыбкой, а я ощутила нервную дрожь.

В ВАМ использовали систему оценок примерно, как в наших школах, но было всего две отметки: ноль и единица. Ноль — это либо прогул без уважительной причины, либо адепт не изучил материал. Единица, как ясно из предыдущей отметки, положительная оценка знаний.

Все единицы суммировались, получить их можно было не только за правильный ответ, но и за дополнительные факультативы и внеурочную работу, и в конце года составлялся рейтинг адептов. Лучшие имели разные преимущества, а худшие лишались стипендии, и даже отрабатывали свои огрехи на летней практике в самых неприятных местах империи.

Получить ноль в первый день учебы — худшее, что могло со мной случиться в тот момент.

— Как скажете, магистр. — Хищно улыбнулась.

Без боя я не сдавалась.

— Напомните, в каком возрасте перестают видоизменяться магические каналы?

— У какой расы? — Не попалась в его ловушку, чем еще больше раззадорила.

— У драконов. — Хищно рыкнул, вызвав очередную волну влюбленных вздохов.

— Примерно в возрасте первого совершеннолетия, тогда же, когда и перестает расти магический резерв. — Спокойно выдала информацию из учебника.

— А что насчет людей?

— Несколько раньше, из-за чего у магов из расы людей часто бывают травмированы магические каналы, или способности пробуждаются позже обычного.

И это оказалось очень интересной темой. Люди сильно отличались по своему строению от кого угодно, наши магические каналы росли и менялись отдельно от резерва, из-за чего юным магам сложно колдовать или они часто выгорали, не имея должного опыта и знаний. У других рас такой проблемы не было.

Наша перепалка напоминала бой на мечах, Аддерли нападал, я защищалась. Вопросы сыпались из него градом. В какой-то момент вопросы стали намного сложнее, я поняла, что еще чуть-чуть и посыплюсь на том, что другие адепты считают простым. Пришлось применить фантазию, и каждый ответ, заканчивать вопросом для надменного дракона.

Проделав это в первый раз, сильно шокировала Эйдена, но ему пришлось подробно разбирать тему, поддерживая образ магистра. Второй раз, он поджал губы, но не смог увильнуть, а на третий раз, тяжело вздохнул и позволил мне занять свое место, а вот ответить не успел, прозвенел звонок.

— Адепты, все свободны, не опаздывайте на следующую лекцию.

Видя, как Аддерли зол, у меня заметно поднялось настроение. И пусть я выдохлась, голова беспощадна болела, исчерпала все свои знания по этому предмету, а мои одногруппники смотрели на меня с опаской, все равно была счастлива. Но, даже и не думала, что этот день станет еще лучше, всего через пару часов.

Первые три лекции пролетели незаметно, пришло время обеда, и пока все адепты бежали в столовую, я неслась в противоположную сторону: в деканат.

Испугавшись настроя Эйдена, всерьез запереживала, что окажусь на факультативе работы с дикими животными. Если кто-то любил зверушек, то я не хотела убирать навоз и помет из загонов. Однако идти против движения, оказалось намного сложнее, чем я рассчитывала.

— Розали, Рози, — кричал кто-то позади, мелодичным голосом.

Притормозив, резко обернулась и увидела своего длинноухого друга. Он пробирался сквозь толпу, сверкая белозубой улыбкой и невероятными глазами.

— Привет, — поздоровалась первой, при его приближении, — рада тебя видеть. — Призналась вполне честно.

— И я рад, а еще должен извиниться, — скривился друг, — когда услышал имя твоего рода, вышло не очень красиво, прости.

Ха, я и не думала, что у кого-то будет другая реакция, поэтому не обижалась.

— Ничего, заслужила. — Натянуто улыбнулась.

— Нет, — махнул головой, подняв в воздух пышную серебряную косу, — ты совсем не такая, как о тебе говорят, и это сбивает с толку.

— Приятно это слышать, — у меня даже настроение улучшилось, — так, ты не против дружбы с самой “дикой” Розой? — Шутливо изобразила злобный голос.

— О-о-о-о, — протянул Аладар, — с таким другом мне никто не страшен, — поддержал мою игру, — и предлагаю начать с совместного дружеского обеда.

— Прости, но не могу, мне надо в деканат, записаться на дополнительный факультатив, пока все нормальные места не разобрали, — развела руками.

— Сейчас же обед, — удивленно выгнул бровь, — давай так, сейчас мы поедим, а потом вместе отправимся в деканат, мне тоже нужно записаться на факультатив, поэтому с радостью составлю тебе компанию.

Признаюсь, я даже не подумала, что обед не только у адептов, но и у всех работников ВАМ, включая административных. Стало немного стыдно за свою глупость. В оправдание могла сказать, что голова была забита новыми знаниями.

— Спасибо, — поблагодарила своего извечного спасителя, — ты уже не в первый раз выручаешь меня.

— Ерунда, — отмахнулся от моих слов, — первокурсники должны держаться вместе.

На этой веселой ноте Аладар повел меня к месту скопления адептов. В столовой было не протолкнуться, но это только к стойке раздачи, а свободных столиков было достаточно.

— Займи нам места, — шепнул Аладар, — а я возьму обед.

— Договорились, — кивнула, высматривая столик возле окон с видом на сад.

Малькольма не было видно среди адептов, а вот преподавателей приметила сразу, включая Эйдена и ректора, которые мило болтали за отдельными столиками, наблюдая за толпой учеников. Их взгляд медленно перемещался от столика к столику, пока не замер на мне. Оба перестали улыбаться и заметно напряглись.

Отчего-то меня так развеселила эта ситуация, что я не смогла сдержать широкой улыбки и приветливого взгляда. Захотелось еще помахать рукой, но это явно было лишним.

Под их назойливыми взглядами заняла свободное место к ним спиной, но даже так продолжала ощущать жжение между лопаток.

Только с появлением Аладара, это чувство вдруг исчезло, как по щелчку пальцев, вдруг подумалось, что их внимание переключилось на эльфа.

— Вот, — друг поставил передо мной две тарелки, — надеюсь, ты любишь рыбу.

Он принес салат с запечённой рыбой и дымящуюся булочку, посыпанную ароматными специями и сахаром. К такому обеду прилагалась кружка с травяным чаем и ягодами.

— Я настолько голодная, съем что угодно. — Продолжала улыбаться.

Адепты довольно быстро занимали места. Пока мы обедали, в столовой не осталось ни одного свободного столика.

Аладар делился впечатлениями о первом учебном дне и рассказывал о своих одногруппниках, когда к нам подошла парочка вульгарных девиц:

— А я смотрю, ты не меняешься, Рози, — ухмыльнулась блондинка с высокой прической, — уже и нового женишка нашла.

Настоящая Розалинда, может, и знала эту девушку, а я замерла, не донеся вилку с листьями салата до рта. Аладар и вовсе подавился воздухом и громко закашлял.

Повернув голову к блондинке, внимательно ее рассматривала и пыталась понять, кто передо мной стоит, но ничего на ум не приходило. По книге у Рози не было подруг, а каждая знатная особа ее ненавидела в той или иной степени, поэтому блондинка могла быть кем угодно.

Пусть, я и не настоящая Рози, но спускать хамство не собиралась.

— А я смотрю, манерам тебя так и не научили. — Ответила со скучающим взглядом, а потом окатила девушку своим презрением, гордо вздернув носик.

Девушка покраснела лицом, но не намеревалась уходить, а ее рыженькая подружка, что-то недовольно скривила губы, оставаясь в стороне.

— И это ты будешь говорить мне о манерах? — Не унималась незнакомка.

— Прости, — пожала плечами, — но я даже не знаю, как тебя зовут, поэтому не могла бы ты не мешать наслаждаться трапезой?

Видимо, такого оскорбления она не смогла пережить. Конечно, здесь каждая девушка с титулом, считает себя звездой, персоной, чье имя у каждого на устах, а я всего-то хотела избавиться от назойливой мухи. Это оказалось даже проще, чем я думала, так как блондинка не нашлась что ответить, и улепетывала от нашего столика с максимально возможной скоростью.

— Ого, быстро ты ее, — ухмыльнулся Аладар, дожевав рыбу, — графиня Саварди знаменитая особа, второкурсница, она так просто этого не оставит.

— Пф, — издала смешок, — ты сам сказал, я дикая Роза, какое мне дело до каких-то графинь Саварди?

И все равно, ее фамилия ни о чем мне не говорила. Не могла вспомнить ни одного персонажа с именем рода Саварди, а в итоге и вовсе выбросила это из головы.

Время поджимало, обед заканчивался, а нас было еще одно незавершенное дело, и чтобы успеть до конца большого перерыва, нам пришлось бежать. Аладар снова волочил меня, словно на буксире, так как я не могла поспеть за скоростью бега эльфа.

В деканат добралась в соответствующем виде: растрепанная, красная, с ошалевшим взглядом и желанием присесть на ближайший стул.

Открыв первую дверь, мы оказались в приемной, где сидел симпатичный мужчина из расы оборотней, на первый взгляд, чуть старше нас, в классическом костюме и мантии с нашивкой сотрудника ВАМ. На его столе гордо стояла табличка с надписью: секретарь.

— По какому поводу пожаловали, молодые люди?

— Хотим записаться на дополнительные факультативы, — произнес Аладар без единой запинки.

Конечно, он, в отличие от меня, даже не запыхался.

— А, молодцы, пришли одни из первых. — Похвалил нас мужчина и достал из стола список свободных учебных курсов и сколько адептов требуется.

Мне было все равно, куда идти, любой вариант хорош, кроме бытового, но Аладар все решил за двоих. Так, я оказалась в числе будущих работников академической теплицы на курсе садовода-травника.

А что, неплохой вариант. — Подумала я, даже не догадываясь, к чему это приведет.

До конца первого дня я так и не встретилась с Малькольмом, только потом узнала, что у третьего курса расписание сильно отличалось от моего, поэтому пересекаться удавалось редко. Но, я обрела настоящего друга, и это стало первой победой.

Аладар оказался очень начитанным эльфом, давно мечтающим поступить в ВАМ. Он готовился несколько лет, чуть ли не пройдя весь первый курс заранее. Хотя его уровень магии позволял этого не делать.

Парня не было с нами в группе, так как его сразу определили на первый курс к лекарям, там он быстро подружился с парочкой ребят и воодушевленно рассказывал о них, пока не закончился перерыв. На прощание договорились встречаться каждый день возле столовой и по вечерам возле главного фонтана.

Остаток дня пролетел незаметно, меня поглотили новые знания. Особенно понравилась лекции по артефакторика и основам менталистики. Эти предметы вели два пожилых мага, один из них дракон, бывший служащий королевской службы дознавателей и декан факультета Малькольма.

В этот момент я даже позавидовала брату, ведь ему достался невероятный преподаватель, понимающий и очень чуткий. Он с ходу определял, кому его предмет интересен и будет полезен. Ко мне он отнесся с полным спокойствием, лишь раз взглянул недоверчиво, в самом начале занятия, а потом расслабился и добродушно отвечал на все вопросы.

Если так и дальше пойдет, то все угрозы Аддерли напрасны. — Подумала, увлеченно записывая слова магистра в толстую тетрадь.

Мне нравилось учиться, я всегда мечтала о поступлении в университет, но в моей прошлой жизни были другие приоритеты: жилье и деньги. Высшего образования у меня не было, только среднеспециальное. Окончила училище и сразу пошла работать.

Пока училась, жила в общежитии и усердно копила, позже, когда жить стало негде, пришлось снимать комнату в старенькой трехкомнатной квартире. Моими соседками была старушка — Мария Семеновна, она же владелица квадратных метров и одна студентка — Зарина.

Я круглыми сутками пахала на двух работах, а иногда и на трех, чтобы накопить на первоначальный взнос по ипотеке, но все было безрезультатно. Пока я копила, рос либо процент первоначального платежа, либо стоимость недвижимости, а продавцам и уборщицам не спешили поднимать зарплату, по профессии не смогла устроиться.

Кому нужен бухгалтер без опыта еще и из плохой семьи? Поняв, что, торгуя в магазине и на рынке, много не заработаю, стала искать новые способы заработка. К тому моменту уже много лет не общалась с родителями и даже не знала, живы ли они. Меня это вообще не волновало. Времени на личную жизнь не оставалось, так что одиночество стало постоянным спутником. А если говорить совсем честно, природа не наградила меня выдающимися данными.

Ха, кто бы сомневался. Я толком не знала, как именно выглядит отец и мать, видела их в основном отекшими, с синяками либо красным лицом.

Сама была среднего роста, чуть в теле, но выделялся только живот. Округлые щеки, нос картошкой, блеклая и простая. В современном мире, это не проблема, любую внешность могут поправить косметологи, стилисты, хирурги, но на это нужны деньги, а я мечтала о своей жилплощади, а не о пухлых губах.

Пусть, на меня не смотрели парни, но я нашла свой способ заработка, стала вполне успешным писателем и так нелепо умерла. Зато теперь, мне открывались все двери. У богатой и красивой аристократки море возможностей, которые я не собиралась упускать. Даже семьей дорожила, почувствовав их тепло и заботу.

Кстати, о птичках. Вернувшись в свою комнату, обнаружила, что мама прислала письмо. Перед отправкой в академию она подарила мне шкатулку-артефакт, с помощью которой можно переписываться в реальном времени.

“Дорогая моя Розали, надеюсь, твой первый учебный день прошел хорошо, но если ты захочешь вернуться, мы все поймем и примем с распростертыми объятиями. Твоя мама.” — Гласила записка.

Тяжело вздохнув, покачала головой. Они тоже не верили, что я не сорвусь и не превращусь в прошлую Рози. Хотя сложно их в этом винить, человек не способен на разительные перемены в столь короткий срок.

Ответ пришлось все же написать, постаралась в красках описать, как мне нравится академии, что здесь вкусно кормят и даже появился первый друг. Записку положила в шкатулку, надеясь, что на этом все закончится, но мама не заставила себя долго ждать. Кажется, она была удивлена и радовалась больше, чем я, буквально потребовав пригласить в гости Аладара на зимние каникулы.

Я не знала, как к этому отнесется эльф, да и наши отношения еще не были столь крепкими, для таких жестов. Поэтому второе послание решила оставить без ответа.

Пока не вернулась Камелия, с большой радостью заняла ванную комнату. Смыла прошедший день и седа изучать параграфы по пройденным темам. Зная, что Аддерли не отстанет и будет засыпать вопросами, решила основательно подготовиться к следующему дню.

Голова болела, но я упорно читала параграф за параграфом, отвечая на собственные вопросы, и старалась запомнить как можно больше. К счастью, у писателей нет проблем с памятью, только с сосредоточенностью. Одна знакомая часто шутила, что мы люди ветряные. Отчасти это правда, творческий процесс — дело не легкое, но одно дело создавать текст и совсем другое — зубрить его.

От приступа мигрени меня спасло появление Камелии. Стоит подметить, что этот божий одуванчик сильно припозднился, завалившись в комнату с пунцовыми щеками.

— Оу, Розали, — она нервно забегала глазами по комнате, словно я поймала ее на горяченьком, хотя мне не было никакого дела до нее, — а ты почему еще здесь?

Я глупо захлопала глазами, посмотрела в окно, за котором уже смеркалось, и снова перевела взгляд на Камелию, как бы намекая, что ее вопрос звучит максимально глупо. Что я могу делать в собственной комнате перед отбоем? Хм, наверное, бегать.

— Тебе разве не сказали? — Удивилась соседка.

Заметила, что ее форма выглядит слегка помятой, а губы припухли, словно их целовали несколько часов подряд.

Не таким уж и невинным оказался этот цветочек. Захотелось присвистнуть, но сдержалась.

Не стала лезть с неуместными расспросами, хотя любопытство распирало. Мысленно молилась, чтобы следы страсти на ней оставил граф Аддерли и наконец-то дал мне спокойно пожить. Хотя уже не так уж и сильно хотела расставаться со своими деньгами.

— Не сказали о чем? — Нехотя переспросила.

Девушка замялась, нервно схватила края пиджака и облизнула пересохшие губы.

— Сегодня будет вечеринка и посвящение первогодок. — Произнесла почти шепотом. — Ты не обижайся на ребят, наверное, они боятся тебя.

Мерзкое чувство, обидное, хотя я не собиралась никуда. Просто быть белой вороной или, что еще хуже, изгоем, всегда неприятно.

— Я не обижаюсь, — буркнула, возвращая внимание книге, — завтра лекции, не хочу их проспать.

— Правда? — Показалось, что она разочарованно вздохнула. — Может, ты все-таки сходишь? Там будет весело.

Я уже понимала, к чему она клонит, и еще больше захотела остаться, чтобы не пришлось потом выслушивать нравоучения. Да, да, все, чтобы не сотворила Камелия, обязательно повесили бы на меня, к гадалке не ходи.

Поэтому громко фыркнув, откинулась на подушки и продолжило свое дело. Пусть все считают меня стервой, особенно эта глупышка, но втягивать меня в неприятности никому не позволено.

Практически всю ночь, не могла сомкнуть глаз. Странное поведение Камелии не выходило из головы. Образ послушной и кроткой девушки дал внушительную трещину. Я, конечно, надеялась, что она столкнулась с Эйденом и у них вспыхнула искра любви, но такой исход казался маловероятным. Я не сваха и понятия не имела, как свести эту парочку, особенно если Камелия уже в кого-то влюбилась. Этого я допустить не могла. Любыми способами собиралась направить это хрупкое сердечко в загребущие лапы дракона.

Аддерли видел Камелию на занятиях, но не проявил и капли интереса, как мужчина, по крайней мере. Не пытался остаться с ней наедине, хотя возможность была, она же староста группы. А вот ко мне прицепился и не отлипает. И как исправлять такие несостыковки, находясь внутри книги? Хотя кому я вру, книгой и не пахнет.

С этим нужно было срочно, что-то делать, пока граф не решил избавиться от меня более действенным способом.

— Не стоит забывать, что в оригинале истории, Аддерли убил меня. — Напомнила себе, пытаясь заснуть.

Но куда уж мне. Адепты ВАМ и не думали ложиться спать. И куда только комендант общежития смотрит? Видимо, в отличие от меня миссис Фолз видела десятый сон.

Узнать бы, кто придумал посвящать адептов, через мою спальню. До поздней ночи слышала, как кто-то скребётся, мерзко хихикает и что-то шепчет о дикой Розе. Еще бы чуть-чуть и я бы не выдержала, став той самой Розой. Держалась лишь из принципа, а под утро и не вспомнила, как уснула.

Новое утро принесло с собой головную боль, и началось оно значительно раньше. Первой парой меня ждал персональный ад — тренировки на полигоне боевых магов. С прошлым телом я бы обязательно справилась несмотря на свою пухлость, я была очень выносливой, но не с данными Рози.

И как бы сильно ни хотелось прогулять, а бодрый вид Камелии и ее лучезарная улыбка, словно она отправлялась на праздник, вынудили поднять вялое тело с постели.

Быстро умывшись ледяной водой и надев подобие спортивной формы, которой было далеко до уровня моего мира, поплелась на выход.

Оказавшись на улице, глупого вдохнула прохладный воздух, который еще не успел прогреться ласковым солнышком. Воздух сырой, с примесью соли, и все из-за огромного соленого озера. По земле туман стелился, красивый, голубоватый, мерцающий, как избыток магии, накопленной в этом месте за многие века. Этим природным явлением хотелось любоваться, но время поджимало. Вернее, я так думала.

Хоть и уходила из комнаты последней, а на полигон прибыла первой. Ни одного адепта на горизонте не было видно. В первую секунду даже запереживала, что опоздала, и все уже занимаются…

Хотелось бы сказать, что угрозы жениха остались только словами, но серьезность его намерений удалось прочувствовать на собственной шкуре, а еще увидеть, как он для этого старается.

Я и так боялась начала тренировок, в силу слаборазвитого тела. Рози не терпела физических нагрузок и тяжелее серебряной ложки в руках ничего не держала. Даже банальная зарядка, которую я делала каждое утро, давалась с трудом и одышкой. Слабость стала моим изъяном, по большому счету, я ничего не могла противопоставить своим врагам и самолично прибыла в их логово.

Заприметив рядом с магистром Бьерном графа, все тело напряглось, как перед прыжком. Мужчины еще не успели увидеть меня, а вот я стояла в стороне и наблюдала, как они пожимают руки, а Аддерли гаденько ухмыляется.

— А, леди Брэдфорд, — первым ко мне обратился тренер, — вы ранняя пташка.

С этими словами и Эйден обернулся, но лишь чтобы окатить надменным взглядом. И какой из него дракон? Взгляд, как у змеи, а я себя мышкой ощущала.

— Доброго утра, магистры — склонила голову, — я боялась опоздать.

— После ночи посвящения неудивительно, — хохотнул Бьерн, — обычно, все первогодки приходят зеленые, как тролли, и медлительные, как улитки, но вы, как я посмотрю, в прекрасном расположении духа.

Несложно догадаться, отчего адепты плохо себя чувствуют в первую тренировку. После вчерашней вечеринки было бы удивительно, если хоть кто-то в состоянии пробежать хотя бы один круг.

— Что ж, не буду вас отвлекать, — напомнил о себе Аддерли, — удачного занятия, — обратился уже ко мне, елейным голосом.

Я сразу смекнула, для чего он появился тут и, что меня ждет впереди. Эх, а ведь Бьерн, настоящий силач, громила с добрыми глазами, показался неподкупным. Но, даже он наградил меня насмешливым взглядом. Мозг сразу стал трусливо просчитывать варианты побега. Ни единого шанса. От знаменитого Бьерна еще никто не убегал, но что хуже, кажется, Рози и ему успела насолить. Как? Когда? Чем? — Понятия не имела. Этот мужчина казался непоколебимым, но и у него нашлись старые счеты с дикой Розой.

Первая пара прошла ужасно. Если остальным давались поблажки, то из меня выжимали все соки. Бьерн не позволял сделать даже маленький перерыв и не постеснялся высказать свое мнение, о моей неподготовленности. А чего он ожидал от аристократки? Тем более, от меня. На спортсменку, вроде бы непохожа, а худоба достигнута постоянными диетами, причем нездоровая. Рози не просто худышка, скелет, обтянутый кожей.

Обидно, ведь Камелии, Бьерн ничего не сказал. Соседка была в разы слабее, но ее все жалели. Конечно, куда мне до главной героини, которую все хотели обогреть, обнять и пожалеть, а вот в главную злодейку только камни кидали. У нее даже взгляд, как у невинной овечки, а у меня, как ни пыталась, хищный, даже злобный. Внешность такая, разрез глаз, невиноватая я.

Сокурсники посмеивались, тренер кричал, требуя ускориться, еще и Камелия пыталась проявить сочувствие. День оказался хуже некуда, но я не собиралась сдаваться. На чистом упрямстве пробежала пять кругов вокруг полигона, выполняла все упражнения, как бы сильно ни хотелось рухнуть на траву, а потом все же признала: спорт — это не мое.

— Ха, а не такая уж она и дикая. — Услышала чей-то голос и гогот адептов.

В этот момент, в меня словно бес вселился. Все тело болело, на ногах появилось с десяток мозолей, Бьерн то и дело поглядывал на меня, словно думал, чем бы еще нагрузить, Камелия разыгрывала театральную сценку с сочувствием, а еще эти, смеялись за спиной.

Перед глазами встала пелена, хотелось рвать и метать, кончики пальцев закололо, как от онемения, а потом, все случилось само собой. Зеленые светлячки сорвались с рук и впитались в траву, ближайшие кусты и деревья, а потом, по округе слышались только чужие вопли.

В прошлой жизни я часто злилась, то на себя, то на родителей, которым взбрендило в голову обзавестись ребенком, когда они даже о себе позаботиться не в состоянии. Потом злилась на бабушек и дедушек, которые отвернулись от детей-алкашей, а вместе с ними вычеркнули из жизни и меня.

Злилась на судьбу, которая выбрала меня своей жертвой, на злых детей, тыкающих пальцем. На всех, кто жил лучше меня, у кого зимой была теплая одежда или уютный кров над головой. Но, это чувство всегда смешивалось с завистью и никак не походило на то, что я испытала на полигоне.

Совершенно новое чувство затопило меня с головой. Это даже не злость, а ярость, стремящаяся уничтожить всех вокруг, включая меня. Словно внутри щелкнул какой-то переключатель, активировав совсем другую личность.

Всего на секунду, захотелось крушить все и вся, разнести в щепки весь полигон и прилегающий к нему стадион с зеленым полем. В груди зудело от желания высказать магистру Бьерну все, что я думаю о нем и его тренировках, потом развернуться и устроить взбучку одногруппникам, особенно одной овечке. После этого еще и графа Аддерли найти, кинуть в его мешком с монетами и подпалить драконий хвост.

Все эти желания и мысли, накрыли меня, как цунами, причем ощущения, наверное, очень схожие. Боль в каждой клеточке тела, потеря в пространстве, сильное головокружение, показалось, что я уже не стою на земле, а болтаюсь из стороны в сторону, нарушая все законы физики.

Руки словно оказались в ледяных оковах, практически не могла ими пошевелить, но что еще хуже: перед глазами все плыло. Мутная картинка не позволяла понять, что твориться вокруг, а творилось нечто очень и очень плохое, если судить по звукам.

— Она чокнутая. — Визжала какая-то девчонка.

— Помогите. — Подвывал ей парень.

— Эта ненормальная всех нас убьет. — Кричали со всех сторон.

О, знали бы, насколько сильно я этого хотела, пока не разобрала чужие голоса. С их словами в душе поселился страх стать убийцей. Этого я точно не желала, от слова совсем.

— Адептка Брэдфорд, — пытался перекричать всех магистр Бьерн, — немедленно прекратите это.

Его голос, как раскаты грома, такой же рокочущий. Мне стало еще хуже, просто не понимала, что происходит, казалось, сознание покинуло этот мир, а телом управляет, кто-то другой.

— Магистр, остановите ее. — Истерично кричали девушки.

Кто бы их языки остановил, когда они сначала говорят, а потом думают. Может, и не пришлось бы тогда останавливать меня. Однако звание дикой Розы, я успешно отстояла. Даже обидненько стало, я пыталась быть хорошей, не глупой добрячкой, а просто хорошей, спокойной, уравновешенной, но в обществе змей, это практически невозможно.

— Розалинда Брэдфорд, — прокричал Бьерн, — немедленно возьми себя в руки.

На этот раз его команда превзошла все ожидания. На меня словно ведро ледяной воды вылили.

Пленка перед глазами резко исчезла, и я увидела, что вокруг действительно творится хаос. Я стояла одна в центре полигона, а все вокруг пытались отбиться от оживших растений.

В прямом смысле слова оживших, а не просто шевелящихся под воздействием магии. Ближайшие кустарники использовали свои корни в качестве ног, а несъедобные черные ягоды, в качестве боевых снарядов. Своими листочками они отрывали с веток ягоду за ягодой и устроили целый “черничный” дождь по адептам, в основном по девушкам.

Молодые синие ели, казались более опасным противником, используя собственные иголки против парней. Растения содрогались, словно чихали, запуская иглы во все стороны. Они, конечно, не столь опасны, как металлические, но ощущения точно не из приятных.

Трава трепыхалась на земле, неприятно пища, и пыталась подбирать мелкие камешки, чтобы превратить их в страшное оружие.

Хуже было только то, что ближайшая клумба с пышными тюльпанами вконец озверела, превратив свои бутоны в хищные пасти, хоть и беззубые, но и этого хватало, чтобы кусать всех подряд и оставлять синяки.

Стайка девиц, пыталась отбиться как раз от них, одновременно спасая форму от темно-синих ягод. Визгу от них было столько, что даже растения пытались прикрыть несуществующие уши.

Большая часть парней убегала от елок и уклонялась от их многовековых родственников, устроивших атаку шишками. Парни уворачивались как могли, но под градом еловых шишек, это было непросто. Особо медлительным прилетела парочка снарядов точно в центр лба.

Сложнее всего пришлось магистру Бьерну. На бравого воина и нашего могучего тренера нападало совершенно все, что было поблизости. Даже крохотная ромашка, пробегая мимо, пнула мужчину в сапог и тут же была раздавлена, совершенно случайно.

— Я не знаю, как это остановить. — Произнесла полушепотом, но Бьерн обладал уникальным слухом.

— Гадство, — выругался магистр, — я уже понял, что это неконтролируемый выброс, попытайся успокоиться, сделай глубокий вдох и выдох.

Такая себе инструкция, если честно. Тренер по йоге и то понятней объяснить, но на придирки не было времени. Пока не случилось ничего более серьезного, мне пришлось принять правила этой игры.

Глубоко вдыхала воздух, стараясь не отвлекаться на сторонние звуки. По большому счету ничего плохого не случилось, зря я разозлилась. Им еще повезло, что поблизости не оказалось ядовитых растений или кустов роз с острыми шипами.

Утихомирить бурю в душе не самая простая задача, но я думала о хорошем: о родителях, о брате, о светлом будущем, о котором мечтала с самого детства и только в другом мире появилась такая возможность.

Спустя пару минут, ощутила полный покой и даже улыбнулась, а открыв глаза, застала еще более злых адептов и магистра. Их больше никто не атаковал, но все настолько устали, что смотрели на меня, убийственными взглядами. Форма совершенно всех адептов, была безнадежно испорчена, лишь моя одежда, сияла чистотой.

Только я хотела произнести слова извинения, как за край штанов, что-то дернуло меня. Не сильно, но вполне ощутимо.

Опустив взгляд, увидела все еще живой цветок: тюльпан-мутант, который жалобно тянул ко мне свои листья и нервно вибрировал пастью из бутонов, а потом слезливо протянул:

— Хозяйка, спаси, эти ироды все клумбы истоптали, — умоляло растение, обиженно сопя, — нелюди, все листья помяли. — Продолжал он жаловаться.

Для меня это был шок, не знала, как реагировать на говорящее существо, которое сама же и создала, и что более странно, оно не перестало ходить и говорить, в отличие от своих собратьев, которые превратились в мусор.

А вот для магистра, это стало последней каплей. Бьерн нахмурил брови, набрал полную грудь воздуха и, как гаркнул:

— В деканат, живо, — взмахнул рукой в сторону академии, — и сорняк свой прихвати.

Кто же знал, что его так легко вывести из себя? Эх, а за тюльпанчик было обидно, никакой он не сорняк.

До деканата дойти не успела, ректор первым выбежал из здания академии. Взгляд у него, был бешеным, хотя не только у него. Другие адепты прилипали к окнам, стараясь разглядеть, что творилось на полигоне, а потом взоры абсолютно всех устремились на меня.

Настолько неловко себя еще не чувствовала. Бережно прижимала к груди трясущийся тюльпан и старалась не показывать собственного страха. В окружении хищников это стало бы огромной ошибкой.

— Адептка Брэдфор, — пророкотал ректор, — потрудитесь объяснить, что вы устроили на занятии и почему по всей академии включилась тревога.

— Да? — Наигранно удивилась. — А я и не слышала.

И ведь правда не слышала, пока не подошла к зданию. Гул стоял страшный, не в смысле громкий, а пугающий, словно призраки разбушевались.

— Не паясничайте, — приструнил меня ректор Чарльз, — живо в мой кабинет, будем разбираться с вашим поведением, — он уже почти развернулся к академии, но заметил цветок в моих руках, — и выкиньте уже мусор, незачем все подряд тянуть в ВАМ.

— Сам ты мусор, — встрепенулся тюльпан, шевеля пастью, — а я благородное растение.

Нервы у ректора окончательно сдали. Он несколько раз моргнул, потом подергал уши, словно прочищая их, и нервно спросил:

— Оно живое?

Стоит отдать ему должное, держался вполне уверенно, даже не побледнел, только глаз дергался, но это мелочи для такой ситуации.

— Конечно, живое, — вместо меня продолжало говорить растение, — намного живее, твоих адептов, оставшихся на учебном полигоне, мои сородичи отомстили за долгие годы издевательств.

— Не слушайте его, — быстро влезла в разговор, — все живы, только немного помяты и испачканы.

Чарльз несколько раз глубоко вдохнул воздух, медленно, как во время медитации, а потом махнул рукой.

Ну, я с ним была согласна. Чего паниковать, когда все уже случилось?

— Идемте, адептка, — прозвучало, как-то обреченно, — нужно выяснить, чего еще от вас ожидать.

Мне очень хотелось бежать в противоположную сторону, но я понимала, что буду выглядеть глупо. Поэтому, понуро опустив голову, поплелась за ректором.

В академии нас провожали взглядами, большая часть была злорадными. Адепты перешептывались и делали все, чтобы я услышала их насмешки. Однако если я молчала, то мой оживший защитник, покраснел пуще прежнего и ровно на половине пути, произнес:

— Хозяйка, почему ты все это терпишь? Давай пустим их на удобрения, так будет больше пользы.

Пришлось срочно закрывать ему рот, пока еще что-нибудь не ляпнул. Он же не знал, какого все были мнения обо мне, но вот его слова возымели должный эффект, адептов как ветром сдуло.

Осталась только я и ректор, но ровно до того момента, пока мы не оказались в его кабинете, там нас ждал Эйден Аддерли собственной персоной.

— Я предупреждал, Чарльз. — Начал он с ходу, даже не спросив, что случилось. — Ей здесь не место, она уже начала разносить академию, а что будет дальше? Жизни адептов под угрозой.

— Вообще-то, у меня был неконтролируемый выброс, — попыталась защититься, — и это вы виноваты, своими заговорами и попытками вывести из себя.

— Успокойтесь оба. — Прикрикнул ректор.

Чарльз устало потер виски и взглядом предложил присесть. Аддерли не был в восторге, но тюльпан в моих руках, не оставил дракона равнодушным.

— Ты оживила его? — Восторженно поинтересовался, попытавшись протянуть руку к бутону, и чуть не поплатился за это.

— Хозяйка, пусть всякие чешуйчатые не суют свои грязные пальцы ко мне, если не хотят их потерять. — Ворчало растение, но его поведение начинало забавлять.

— Передам. — Тихо хихикнула.

— Так, — Чарльз стукнул кулаком по столу, — хватит, я требую объяснений, хотя догадываюсь, что это было.

Пришлось выдать все, как на духу. Начала даже не с тренировки, а со вчерашнего дня, внимательно наблюдая за реакцией Эйдена, но дракону был интересен только хищный цветок, а ректор слушал каждое слово.

И про насмешки рассказала, и про то, как застала Аддерли в компании Бьерна, а потом начался ад, а не тренировка, ну, а дальше и рассказывать было нечего. Магия вышла из-под контроля и все живое вокруг, стало реально живым.

— Неконтролируемый выброс, — выдохнул Чарльз, Эйден вынужденно согласился, — что ж, вам нужно больше медитировать и учиться контролировать эмоции, но это не избавит вас от наказания.

— От наказания за что? — Искренне опешила, а дракон ухмылялся.

— Магистр Аддерли, это касается и вас. — Обрадовал меня ректор. — Вы куратор группы леди Брэдфорд, и вы в ответе за ее состояние, так что теперь будете вместе отбывать наказание.

— Чарльз… — Попытался Эйден, но по кабинету прокатился рык ректора.

— Адептка Брэдфорд, вы отстранитесь от занятий на три дня, в качестве наказания, я выселяю вас из основного корпуса женского общежития, теперь ваш дом в башне для провинившихся, с сегодняшнего дня у вас будут дополнительные медитативные практики и вести их будет магистр Аддерли.

Хуже наказания и не придумаешь.

Эйден буквально выгнал меня из кабинета ректора, чтобы переговорить с ним тет-а-тет, но не учел плохую звукоизоляцию. Так что, даже стоя в приемной, отлично слышала все его возмущения.

— Чарльз, — рычал граф, — что ты задумал? Я не собираюсь нянчиться с сопливой аристократкой, не знающей базовых основ контроля над силой.

К сожалению, ответов ректора я не слышала, так как второй дракон уже успокоился и держал себя в руках, но мне и одного хватило, чтобы понять всю неприязнь к моей персоне.

Да, я не знала, как управлять магией, не могла постоянно контролировать эмоции, когда меня выводили из себя, и не собиралась терпеть унижения. Но, неужели так тяжело было увидеть во мне новую Рози, а не прежнюю стерву? Граф даже не попытался поговорить со мной нормально.

— Я не хочу проводить с ней больше времени, — продолжал кричать Эйден, — потом не жалуйся. — Были его последние слова.

Аддерли вышел из кабинета, громко хлопнув дверью, а я старательно делала вид, что ничего не слышала и вообще, я тут ни при чем. А вот тюльпанчик не стал скрываться:

— Мы тоже от тебя не в восторге, — буркнул цветок и плюнул в его сторону чем-то странным, кислотного оттенка, — ух, а я и такое умею. — Новые способности ему понравились.

А я пришла в ужас от опаленного куска ковра. Мой оживший друг не такой уж и безобидный получился. Даже сам цветок ошарашенно притих и как-то взволнованно затрепетал листиками.

— Идем. — Эден тяжело вздохнул и наградил тюльпанчика грозным взглядом.

Первым делом, он провел меня через всю академию, словно по тропе позора. Наш путь лежал в женское общежитие, чтобы я собрала вещи. К счастью, Камелия была на занятиях, и никто не мешал заниматься этим невеселым делом. Разве что, дракон нервно стучал по двери каждые пять минут. Но, я не собиралась торопиться, боясь забыть какую-нибудь мелочь.

Удивительно, но всего за неделю, крохотная комната с двумя кроватями, двумя столами и таким же количеством шкафов, стала мне родной. Маленькая, почти крошечная, без излишеств, со старым туалетом и жестяной лейкой, торчащей из стены, вместо душа, она все равно стала для меня комфортным домом. Если, конечно, не учитывать соседку, вот уж о ком мне не предстояло скучать.

В остальном я ощутила жгучую обиду, желая забрать даже казенный ковер и колючее одеяло. Увы, все это не смогла бы утащить, а сумки с расширенным пространством и так были забиты до отказа. И это еще Малькольм и родители были не в курсе моего наказания, и я боялась той минуты, когда новости дойдут до их ушей. По правде говоря, боялась не их реакции, а увидеть разочарование в их глазах.

— Не печалься хозяйка, — тюльпанчик, заметил, как изменилось мое настроение, — по крайней мере, на твоих сородичей нападают толстые адепты.

От такого замечания не смогла сдержать улыбку. Поблагодарив его, продолжила складывать остатки пожиток с большим энтузиазмом.

Цветок прав, рано было впадать в уныние. А вот причина моей возможной смерти, не переставала беспокоить.

Подумав пару секунд, достала из сумки увесистый кошель-мешок. Он приятно тяжелил руки и позванивал золотыми монетками, спрятанными внутри. Расставаться с ними не хотела. В любой момент эта сумма могла пригодиться для побега и обустройства на новом месте. Да, такой вариант развития событий, не исключала. Произойти могло все что угодно, я сидела на пороховой бочке и прекрасно это осознавала.

— Эх, прорвемся. — Отмахнулась от грустных мыслей, закинув рюкзак за спину.

Так и вышла из бывшей комнаты, обвешанная сумками, в одной руке живое растение с дурным характером, а в другой увесистый мешок.

— Почему так долго? — Недовольно пробурчал Аддерли.

Можно было подумать, что он ворчал бы меньше, будь я расторопней, но нет, Эйден придирался по поводу и без.

— Искала вот это. — С ухмылкой отправила мешок с монетами точно в него.

Реакция графа оказалась удивительной. Он схватил снаряд в полете, но с таким выражением лица, словно это была бомба, несущая его смерть, а когда монетки громко звякнули, он сильно удивился.

— Что это? — Глаза его расширились до размеров блюдца.

— Мое предложение все еще в силе, Ваше Сиятельство. — Широко улыбнулась, наблюдая за непониманием Эйдена.

Он до последнего не верил, что это правда, что я предлагаю разорвать помолвку, даже в этот момент, держа в руках золото, дракон выглядел шокированным.

— Ты не шутила? — Почти прошептал, едва шевеля губами.

— Я абсолютно серьезно предлагаю вам разорвать помолвку и выполняю свою часть договора.

Тяжело было выглядеть взрослой деловой женщиной, находясь в теле юной девушки. В тот момент все еще была в спортивной форме, да и новый друг не придавал серьезности моменту, своими комментариями.

— Хозяйка, так это твой жених? А что, никого получше не нашлось? — Тюльпан нарывался на неприятности.

Аддерли продолжал молчать, смотря то на меня, то на мешок в своих руках. Показалось, что он снова сочтет это уловкой, и решит отказаться, но он вдруг переменился в лице, гордо выпрямился и кивнул.

— Хорошо, — произнес слишком медленно, — закрепим это на бумаге, сегодня же.

Больше не говоря ни слова, он повел меня в новое жилище. Расположилось оно неблизко, в самой дальней части академии, в единственной башне, которая не вписывалась в архитектуру ВАМ.

Наверное, эту часть построили позже, примерно из того же материала, но менее помпезно, как внутри, так и снаружи. Ее шпиль был самым низким и скрывался за основным зданием, поэтому и заметить ее сразу невозможно. Отдельный вход и никаких комендантов, всего несколько комнат на самом верху, куда добраться можно по узкой винтовой лестнице.

Сам путь к новой комнате превращался в наказание из-за сотни неудобных ступенек, которые нарочно сделаны разных размеров. Проходя такой путь ежедневно, любой преступник взвыл бы уже через неделю, что уж говорить об адептах.

Я тоже не испытала восторга, но на мое удивление, на помощь пришел дракон. Эйден без слов и просьб забрал сумки, забитые одеждой и учебниками, увесистый рюкзак, и сам потащил это наверх. Мне же оставалось только плестись следом и тяжело вздыхать на каждом пролете.

Правда, оказавшись в новой комнате, даже порадовалась, что все вышло таким образом. Во-первых, теперь я жила одна, во-вторых, нежданных гостей не предвиделось, и в-третьих, из единственного окна открывался прекрасный вид на озеро и горы. Всего в башне было три спальни, но в начале года, только я успела отличиться и заслужить себе отдельную комнату в башне для провинившихся.

— Потом налюбуешься, — дракон беззлобно поторапливал, — нам еще твое растение спасать и восстанавливать разрушенный полигон.

— Чего это он такой добренький? — Шепча, спросил тюльпанчик.

Я и сама хотела знать ответ на этот вопрос. Увы, никто бы мне не ответил, так что оставалось только надеяться, что это не уловка и он не полный козел, каким его видела.

В конце концов, у него есть женщина, — думала в тот момент, — пусть она и терпит его закидоны.

Оставив сумки в комнате, тяжело вздохнула, представляя обратный путь и, собрав остатки сил, поплелась на выход. Это дракон играючи бегал то вверх, то вниз, а я, простой человек, едва перебирала ногами, планируя остаться ночевать на улице, так как третий раз пройти этот маршрут было выше моих физических возможностей.

Однако это было только начало не самого приятного дня. Впереди меня ждала теплица с редкими растениями и одна из самых неприятных женщин этого мира, мисс Сицилия Глотерфул, или как ее прозвали адепты: мисс ядовитый плющ.

Теплицы академии расположились на самом краю скалистого острова из-за удобства слива лишней воды. Большой стеклянный купол скрывал в себе тысячи видов растений и съедобных культур.

Это была не просто теплица, но и ботанический сад, а еще один из способов снабжения ВАМ свежими продуктами. В теории это место должно было быть автономным, самостоятельно обеспечивая себя всем необходимым, но из-за количества адептов идея оказалась провальной, если говорить о пропитании, а вот с зельями система работала безотказно.

В академии выращивали самую большую коллекцию растений и трав, необходимых для создания необычных и редких зелий. Большую часть из них привезли с других континентов, адепты собирали семена и отростки во время практики. Часть покупалась, особо ценные экземпляры были переданы в дар.

Они собирались годами, и за столетия разрослись, превратили безжизненное место в нечто удивительное. Поле, окруженное стеклом, стало дивным садом, с головокружительными ароматами. Сладкие, терпкие, насыщенные и едва уловимые запахи, проникали в легкие, нос, оседали на кожу и волосы. Я очутилась в царстве буйных красок, все, что виделось до этого момента, вдруг померкло, показалось невообразимо блеклым и серым. Отсюда не хотелось уходить, душа словно пела от восторга.

— Хозяйка, я чувствую твой восторг.

Тюльпан и сам приободрился, будто в этом месте, климат идеально подходил для него, насыщая жизненными силами.

— Ты прав, это чудесное место.

Меня даже не смущал тот факт, что далеко не все растения были безобидными, а некоторые могли и вовсе отправить на тот свет, если потерять бдительность.

— Не подходи слишком близко к растениям с красными табличками. — Предупредил Аддерли.

В его голосе послышалась забота, и это было еще необычней, чем оживший тюльпан в моих руках.

— Учту. — Кивнула со всей серьезностью и отступила на шаг от карликового подобия березы как раз с ярко-красной надписью: Опасно. Близко не подходить.

Вообще, дракон вел себя странно с момента, как я швырнула в него мешок с золотом. Конечно, я знала, что драконы, как кощей бессмертный, над сокровищами чахнут, но не думала, что задобрить его будет так просто. Хотя, возможно, он так сильно радовался холостой жизни, или всему и сразу.

— Мне нравится здесь, — подытожил цветок, осматривая неживых сородичей, — и топтать никто не будет, и тепло постоянно, в таких условиях можно корни пускать.

Ха, так он думал, пока из-за угла не выскочила сумасшедшая дамочка: полтора метра в прыжке, волосы, как после электрического стула, торчат в разные стороны и выглядят поджаренными, взгляд безумный, а телосложение, как у гномов, то есть, по физическим способностям она не уступала взрослому мужчине.

— А-а-а-а. — Закричала от неожиданности, подпрыгнув на метр от пола.

Это только развеселило дамочку, она засмеялась во весь свой неженский голос, выдав свои кровные связи с расой матерых коротышек. Похоже, в этой тепличке выращивали несколько сортов табака, иначе я не могла объяснить этот бас и запах, исходивший от женщины.

— Какие пугливые адепты. — Выдала, прекратив смеяться.

— Магистр Глотерфул, — Эйден даже не дернулся при ее фееричном появлении, — вы, как всегда, любите появляться эффектно. — Едва заметно скривился.

— Ох, — махнула рукой и поправила грязный комбинезон, бывший когда-то бежевого цвета, — вы мне льстите, магистр Аддерли, но я рада, что вы привели ко мне адептку с магией земли, лишних рук сильно не хватает.

Еще бы, по размерам эта теплица не уступала нескольким кукурузным полям, и все дело было в магии. Снаружи купол казался относительно небольшим, но внутри просто гигантским.

— Не сомневаюсь, — слегка кивнул, — думаю, вы найдете общий язык с адепткой Брэдфорд, ведь она не только маг земли, но еще и маг жизни, и даже успела продемонстрировать, как эта магия может сочетаться.

Эйден слегка подтолкнул меня вперед, и тут-то Глотерфул заметила, что именно находится в моих руках. Ее безумный взгляд превратился в нечто новое, что я не смогла бы описать словами. Безумный гений во плоти, стояла передо мной и до дрожи в руках, мечтала вырвать необычный тюльпан, чтобы срочно исследовать со всех сторон.

— Хозяйка, — прошептал тюльпанчик, — я передумал, давай уйдем отсюда, пока можем.

— Он говорящий, — магистр с восторгом хлопнула в ладоши, — великолепно, у меня есть подходящее кашпо для него, установим рядом с хищными растениями.

— Не надо с хищными, — я испуганно попятилась, — не отдам его, даже не просите.

Я была готова даже драться за своего ново обретенного друга, если потребуется.

— Хм, а мне такого оживите? — Тут же спохватилась Глотерфул, обезумев от желания обладать разумным цветком.

— Обойдемся без экспериментов, — между нами встал Аддерли, — леди Брэдфорд теперь будет работать в теплицах, таково наказание ректора за неконтролируемый выброс магии и оживление зеленых насаждений вблизи учебного полигона.

— Великолепно, — непонятно чему радовалась магистр, — наконец-то талантливый маг земли, приемник, которого я так долго ждала. — Пританцовывала от радости.

Мне все меньше хотелось оставаться рядом с этой дамочкой. Я даже начала сожалеть, что устроила тот переполох, но на самом деле Сицилия оказалась очень милой, но не менее увлеченной женщиной. Она посвятила всю жизнь флоре этого мира и была одним из сильнейших магов земли, лучше нее никто не умел управлять этой стихией в мирных целях. А тюльпану и вовсе ничего не грозило в ее владениях, чего не скажешь об Эйдене.

Сицилия на дух не переносила драконов и при этом, жила в их империи, работала в ВАМ и ежедневно сталкивалась с представителями этой расы.

— Слишком заносчивы. — Фыркнула она в удаляющуюся спину Эйдена.

Ловко избавившись от магистра-надзирателя, она провела быструю экскурсию, хотя могла часами рассказывать про каждую травинку, но ее больше интересовали мои способности и почему они вышли из-под контроля.

Собственно, она долго слушала мой рассказ обо всем, что пришлось вытерпеть. Разве что, умолчала о своем попадании и о книге, но в остальном старалась быть честной.

— Нервное перенапряжение, — быстро поставила диагноз, — мы, маги земли, очень нуждаемся в гармонии с собой, и любой стресс чреват такими всплесками.

Магистр старалась объяснять все доходчивым языком, параллельно ставя на маленькую переносную плитку старую кастрюлю.

— Научу тебя варить успокаивающий отвар, он слабее зелья, но помогает контролировать себя.

Я глупо хлопала глазами, не понимая, когда же начнется обещанное наказание и оправдается прозвище этой удивительной женщины. Пока она лишь усадила меня в удобное кресло, сама позаботилась о моем друге, выдала мне печенье собственного производства и учила варить полезный отвар.

— А как же работа в саду и на полигоне? — Напомнила о наказании ректора.

— Пф, — фыркнула, закатив глаза, — ты необученный маг земли, пусть радуются, что не разрушила остров, а уборкой пусть адепты занимаются.

Не стала напоминать, что я, вообще-то, тоже адепты. Если магистр сказал есть печенье и релаксировать, кто я такая, чтобы спорить с ней?

На самом деле, Сицилия оказалась очень милой и душевной, а еще отличным преподавателем в области травологии и зельеварения. Теория она на дух не переносила, считая, что все познается на практике, поэтому предложила мне приходить к ней каждый день утром и вечером, чтобы она помогла научиться управлять своими способностями, а я помогала ей с заготовками. На том и договорились.

Время с ней пролетело незаметно. Тюльпанчик все же остался жить в теплицах из-за комфортных условий и возможности помогать Сицилии, а мне пришлось отправиться дальше, на занятие с Эйденом.

— Ты напряжена, так у нас ничего не получится. — Эйден недовольно сверлит меня глазами.

Конечно же, я напряжена, как иначе? Мы же остались наедине в закрытом помещении.

Этот кабинет напоминал спортзал в моей школе: небольших размеров с мягкими стенами, за счет приколоченных к ним матов, в каждом углу инвентарь. Кстати, об этом, здесь нет гирь или козла, через которого нужно прыгать, зато много манекенов, на которых отрабатывают заклинания боевого и защитного порядка. А еще установлены специальные колонны, поглощающие излишек магии. Они созданы из редкого минерала — огонита, добываемого в драконьих горах, недалеко от академии. Это единственное месторождение этого минера.

Отправляясь на поиски Эйдена, я представляла, что мы окажемся в одной из аудиторий, где почти бывший жених, будет обучать меня теории магии, но все оказалось иначе. Аддерли завел меня в этот зал, усадил на пол и сел рядом, настолько близко, что я ощущала его дыхание на своей коже. Либо дракон дышал слишком интенсивно.

— Мне неудобно. — Пытаюсь отстраниться от Эйдена, но он крепко держит меня за руки.

Сидя напротив него, в непосредственной близости, почему-то хотелось глупо улыбаться. Он странно на меня влиял. Как в момент нашей первой встречи в столовой, когда я потеряла дар речи. Тот же аромат завораживал мои рецепторы, даже несмотря на холод в помещении, я ощущала жар во всем теле.

Слишком красивый мужчина всегда приносит много проблема. С Эйденом также. В его присутствии теряю голову. Все было проще, когда он считал меня врагом и не пытался помочь. А как реагировать на его прикосновения, я и вовсе не понимала. Каждое касание, как разряд тока.

— Просто сосредоточься, — продолжал настаивать, — закрой глаза и слушай мой голос.

Вот уж чего я совсем не хотела, это закрывать глаза и погружаться в транс под его чарующий голос. Мурашки по телу, от его глубоких вибраций и хриплых ноток. Ему бы петь, а он преподавал магические основы.

— Рози, — шикнул Эйден, — такими темпами, ты ничему не научишься.

Ох, лучше бы он не называл меня по имени. Только от этого, готова была пасть к его ногам. И это ужасно. Мозг превращался в кисель, просто от его взгляда, от того, как он смотрел, а когда он наклонялся чуть вперед, сокращая расстояние между нашими лицами, сердце замирало.

— Прости, — выдохнула, не узнав собственный голос, — у меня плохо получается концентрировать внимание.

— Я заметил. — Эйден ухмыльнулся, неожиданно поднявшись на ноги. — Попробуем по-другому.

За считаные секунды оказался за моей спиной, удобно устроившись рядом, на этот раз так, что я опиралась на его грудь, а кончики его пальцев легки на мои виски.

— Теперь расслабься.

Проще было сказать, чем сделать. Эффект был обратным. Все тело напряглось, я вытянулась, стараясь хотя бы немного отстраниться от наглого дракона, но он словно нарочно удерживал меня на месте, позволив почувствовать весь жар его тела, даже сквозь плотные одежды. Я ощущала даже биение его сердца, а собственное сердечко готово было выпрыгнуть из груди.

— Глубокий вдох, — шепот Эйдена опалил ухо, и это было самое эротичное, что происходило со мной в жизни, — дыши, Рози, просто дыши и слушай мой голос.

Гулко сглотнув, словно окаменела и постаралась отстраниться от ощущений в собственном теле, которое предательски трепетало перед хищником. Перед глазами все поплыло, грудную клетку сначала сдавило, а потом появилось противоположное ощущение: изнутри словно что-то рвалось. Болезненное чувство, не позволяло сделать вдох.

— Доверься магии, не держи, — продолжал шептать Эйден, — отпусти силу.

Не знаю, что именно он имел в виду, но я просто приказала себе расслабиться, прекратила думать о том, что рядом сидит умопомрачительный мужчина и так странно на меня влияет. Перестала ощущать от этого дискомфорт и позволила себе насладиться моментом. Это было сложно, переступить через себя, но в один момент, почувствовала легкость во всем теле. Даже не заметила, как боль ушла, осталась только легкость, холодный рассудок и понимает, что Аддерли влияет на меня неправильно. Глупо было отрицать, что он нравится мне.

— Ты справилась, — констатировал, наконец-то отстранился и помог встать на ноги, — теперь, когда ты отдала все излишки, можем поговорить о контроле.

Голова слегка кружилась, а ноги подкашивались. Усилием воли, заставила себя не смотреть на губы Эйдена и сделать шаг назад, разорвав контакт наших рук. Надеялась, что он не заметил, моего поведения. Да и сам он, не проявлял никаких эмоций.

— Отдала излишки? — Не поняла о чем он.

Вместо ответа указал на одну из колонн, которая стала светиться, вокруг нее словно собрались мелкие светлячки и постепенно впитывались в нее.

— Ты слишком долго не пользовалась магией, хорошо, что магические каналы не пострадали, но теперь ты будешь сливать излишек каждый день, пока не научишься контролировать внутренний резерв. — Он говорил строго, но в глазах читалась тревога.

Это окончательно выбило меня из равновесия. Я не понимала, что происходит. Как так получилось, что еще вчера, он ненавидел меня, а на следующий день проявлял заботу. И вообще, я не забыла, что именно он должен убить Розали по сюжету, а Камелия станет его возлюбленной, единственной и неповторимой. Если часть сюжета с убийством изменилась, то становится третьим колесом в их паре, я не желала.

Предательство — это всегда больно. Сближаться с Аддерли, а потом гадать, влюбился ли он в Камелию, или еще нет, сродни пыткам. Поэтому строго приказала себе держать дистанцию. Не сейчас, так потом, эта парочка нашла бы друг друга, а значит, мне не было места рядом с ним.

— Хорошо, — кивнула, стараясь совладать с эмоциями, — тогда, продолжим?

Эйден как-то странно посмотрел на меня, его что-то насторожило, но все же кивнул. Только вот вместо учебы, он задал вопрос, который ну никак не связан с ней.

— Ты действительно потеряла память? — Кажется, он сам опешил, что решился произнести это вслух.

Неловко, почему-то, стало обоим.

— Да, — нервно комкала край пиджака, — наш дворецкий утверждает, что я не подавала признаков жизни. — Не знаю, зачем это сказала.

Тут же прикусила кончик языка, чтобы не сболтнуть лишнего, или чтобы Аддерли не стал задавать лишние вопросы. Еще не хватало, чтобы кто-то узнал правду.

Как ни странно, но дракон не накинулся на меня с расспросами, он побледнел, всего на миг, но я отчетливо это увидела.

— Прости, — вдруг выдохнул он, покаянно склонив голову, — я думал, что это очередная уловка, и повел себя недостойно.

Все же, разводы творят чудеса. Пусть мы и не были женаты, но стоило разорвать помолвку, как козел превратился в прекрасного принца, казалось бы, все должно происходить в противоположном направлении.

— Забудем, — отмахнулась от его слов, не желая, находиться рядом с ним дольше, чем нужно, — продолжим обучение?

Отведенного нам времени оставалось все меньше. Через тридцать минут в этот зал должны были прийти первокурсники с боевого факультета, для отработки атакующих заклинаний, поэтому каждая минута была на счету.

Остаток занятия не сильно отличался от первой части, разве что, Эйден больше не пытался приблизиться. Он обучал меня медитативным практикам, с помощью которых маги-новички сохраняли контроль над силами. В принципе, ничего сложного, главное — глубоко дышать, не думать о плохом и чувствовать внутренний резерв. Если первыми пунктами, у меня был порядок, то с последним возникла проблема.

Я ничего не чувствовала, никакой магии, даже крохотной искорки, но тревожило другое. Все менялось, стоило Эйден хотя бы коснуться моей руки. Тогда мир обретал краски, в животе порхали бабочки, а я начинала чувствовать пресловутую магию-предательницу. Эту странность заметил и сам дракон, но комментировать никак не стал. Стоило только первому адепту нарушить наше уединение, как Аддерли, пробормотал нечто невнятное и буквально сбежал, под мой опешивший взгляд.

И все бы ничего, но мы же собирались документально заверить разрыв помолвки, а драконище слился и до конца дня не попадался мне на глаза.

Хотелось бы сказать, что три дня, отведенные под мое наказание, пролетели быстро, но это была настоящая пытка.

Начну с того, что только общие занятия посещать было запрещено, но вот домашку никто не отменял. По факту мне приходилось учиться наравне со всеми, но делать это самостоятельно. Помимо этого, ежедневно проходить сотни ступеней вниз и вверх, убираться на полигоне, терпеть насмешки и не забывать о новой подруге: мисс Глотерфул.

Пожалуй, только она и скрашивала мое неожиданное одиночество. Даже брат исчез из поля зрения, вернее, отправился на практику, но это дела не меняет. Оставался только Аладар, который занимал меня в обеденное время и помогал с учебой. Кстати, ему ничего не стоило подняться в мою новую комнату, хоть сотню раз, с его физической подготовкой все было в полном порядке.

Поэтому он помогал мне таскать учебники и приносил домашнее задание и темы пройденного материала, хотя учился он в другой группе и для этого, другу приходилось лишний раз общаться с преподавателями.

После конфуза, произошедшего на уроке физической подготовки, моя репутация стала еще хуже, теперь даже преподаватели называли меня “дикой Розой”. Обидно, ведь по факту моей вины в этом не было. Только всем было плевать, все видели истеричную особу, не способную держать себя в руках. В общем, на моей стороне было немного существ и, к сожалению, слухи быстро долетели даже на другой конец империи, до моих заботливых родителей.

Шкатулка-артефакт выплевывала из себя письма со скоростью пулемета. За этим было даже забавно наблюдать, но каждый крохотный конверт таил в себе бурю эмоций, к которым я оказалась не готова.

Оба родителя сходили с ума, они переживали, злились и искренне пытались разобраться в том, что же случилось на самом деле. В одном из писем отец написал, что академическое образование для меня не столь важно и будет лучше, если я вернусь домой.

Пожалуй, это было самым обидным. Они хоть и пытались показать, что находятся на моей стороне, но все еще не верили, что их дочь не истеричная нахалка, способная на безумные поступки. Мне же хотелось доказать обратное, поэтому я и не думала покидать ВАМ, а придумывала новый план по отбеливанию себя любимой, в глазах окружающих. Это было непросто.

Я не хотела ангелом, которым, по сути, не являлась, но хотела трезвой оценки произошедшему. Почему все ополчились против меня? Никто даже и не подумал, что в реальности моей вины нет, а я жаждала справедливости. Собственно, это одна из причин, по которой еще сильнее злилась на Аддерли.

Хорек он беззубый, а не дракон. Слинял. Взял и свалил, не сказав ни слова, оставив меня гадать о причинах его бегства. Конечно, в ректорате, когда попыталась узнать, куда делся магистр, меня ласково послали на три буквы. Целые магистры перед сопливыми адептками не обязаны отчитываться, даже если это их невесты, пока еще.

Удивительный мужчина. Он стремился разорвать наши отношения и объявить об этом во всеуслышание, а когда появилась такая возможность, поджал хвост и дал деру. Ну, и где здесь здравый смысл? И самое важное, я так и не поняла причин его поведения.

На мои письма он не отвечал. Даже ректор игнорировал меня, отказав в личной беседе, которая не полагается наказанным адептам, ранее трех дней, я не могла повторить попытку пробраться в кабинет Чарльза.

В общем, узнать о том, куда же делся мой благоверный, я не смогла, но нервно посмеивалась, мешочек-то с золотишком был у него. Почему-то не хотелось думать, что меня облапошили на пятьдесят тысяч золотых. В конце концов у Эйдена не было “болезни” аристократов, и любви к проматыванию унаследованного состояния, да и на картежника он не тянул, так что, о деньгах я думала в последнюю очередь.

Однако первый день учебы дал очередного пинка под зад и напомнил, что расслабляться не стоит. Так как до конца учебного года, мне предстояло жить в башне, проснулась раньше будильника, чтобы успеть на завтрак с Аладаром.

Я надеялась, что сегодня все же смогу узнать, куда так поспешно исчез Эйден, а для этого требовалась поспешить.

Эльф оказался терпеливым другом, поэтому стойко переносил мою попытку отбуксировать его в столовую.

— Куда ты так спешишь? — Удивлялся друг, сонно моргая.

— Хочу застать ректора в столовой. — Ответила, запыхавшись.

Эльф хоть и выглядел тростинкой, но весил, как кабан, такого непросто сдвинуть с места.

— А-а-а-а, — протянул, прикрыв зевок рукой, — тогда не спеши, он еще вчера вечером отбыл из академии, вернется только после выходных.

— Чего? — Остановилась, как вкопанная.

Глаз нервно дернулся. Со всеми этими наказаниями и беготней с этажа на этаж я и не заметила, как время пролетело. Последний учебный день перед выходными слил короткими лекциями, а мне продолжала сопутствовать неудача. Было такое чувство, что все настроено против меня. Стоило только о ком-то подумать, как все обращались в бегство.

Завтрак был испорчен. Аппетит пропал, и я на всех смотрела с затаенной злобой. Аладар сочувствующе улыбнулся, посоветовав больше есть сладкого, и предложил сходить куда-нибудь на выходных, разбавить унылые учебные будни.

И только я хотела кивнуть, расслабиться, даже успела сделать глоток бодрящего отвара, как над головой раздался приторный голос:

— Рози, ты вернулась.

С радостными возгласами на меня набросилась Камелия.

От ее поведения оторопела не только я, но и Аладар, некультурно выпучив глаза.

— Камелия, — безуспешно пыталась оторвать от себя неугомонную девушку, — я тоже рада тебя видеть. — Соврала, лишь бы та успокоилась.

Ну, эльфа мне не удалось провести. Аладар ухмыльнулся и продолжил есть, с любопытством наблюдая, чем закончится эта встреча.

— Ох, я так переживала, — девушка прижала руки к груди и наигранно всхлипнула, — после случившегося на полигоне только и думала о тебе.

Серьезно? — Хотело спросить, но промолчала. Ее слова, взгляд и жесты, все было слишком фальшивым, что совершенно не вязалось с идеальным образом девочки-ангелочка.

В моей истории она была наивной, но искренней. А я наблюдала совершенно другую личность. Забавно было наблюдать, как образ разбивается на мелкие осколки.

— О тебе ходит много плохих слухов, но я в них не верю. — Камелия лепетала какой-то бред, хлопая пушистыми ресничками. — Мы же подруги, и не верю, что магистр Аддерли настолько тебя терпеть не может, что сбежал из академии, лишь бы быть подальше от тебя.

У меня не только глаз дернулся, все нервные окончания в теле сплясали чечетку. Такого виртуозного оскорбления от этой овечки не ожидала. Камелия продолжала строить саму невинность, а я мечтала оставить фингал на ее прекрасном личике.

И только чудо, спасло ее от моей расправы.

— Адептка Брэдфорд, — прозвучал взвинченный голос Эйдена.

Дракон замер в нескольких шагах от нашего столика. Удивительно, насколько я стала рассеянной, что упустила и его появление.

— Магистр. — Произнесла одновременно с Камелией.

Только у меня это было скорее уважительно, а вот у главной героини с разочарованием в голосе. Ух, это было даже интересно.

В столовой образовалась полная тишина. Все адепты замерли, повернувшись в нашу сторону. У меня в голове не укладывалось, что, вообще, происходит? Реакция учеников была, как минимум странной.

— Отойдем на пару слов, — Эйден заметно нервничал, — нужно поговорить.

Все только и ждали, что я отвечу. Давать повод для очередных слухов не хотелось, но и игнорировать магистра, значит, проявить неуважение. Для дикой Розы это нормально, но я мечтала избавиться от этого прозвища.

Обреченно вздохнув, кивнула. Неужели, так сложно избегать показухи? Я злилась на дракона за его побег и такое поведение, но и радовалась, что мы наконец-то расставим все по своим местам.

Времени до начала лекции оставалось не больше двадцати минут, Эйден увел меня в укромный уголок, спрятанный под лестницей. Провожали нас сотни пар глаз, и все они были шокированы. Что уж говорить, я и сама не ожидала такого появления Эйдена. Дракон был на взводе, я видела, как тряслись его руки и лихорадочно блестели глаза, словно он нездоров. Казалось, что Эйден боролся сам с собой, прямо в этот момент принимает важное решение, которое изменит его жизнь.

На идеальной коже лба проступила испарина. Эйден продолжал держать меня за руку, словно я могла убежать в любой момент. Я ощущала, насколько высока температура его тела, и готова поспорить, что это тоже от волнения.

— Рози, мне нужна твоя помощь. — Произнес он, охрипшим голосом.

Ожидала чего угодно, но не этого. Поэтому растерялась и даже вырвала свою руку из его захвата. Сама ситуация пугала. Дракон просил у меня помощи, практически у своего врага. Разве, это нормально? Повод должен быть весомым.

— Ничего криминального, — спохватился Эйден, — но ситуация не простая.

— Это как-то связано с тем, что тебя не было три дня? — Постаралась скрыть собственное напряжение, но голос стал на пару тонов выше.

— Да, — кивнул, — меня вызывал император, дело не терпело отлагательств, — быстро проговаривал граф, — скоро императорский бал, если ты помнишь, самое важное событие в году.

Настоящая Рози точно помнила, а в моей голове такой информации не было. Я не просто так отправилась в академию, а чтобы сбежать от всех светских раутов. Однако об императорском балу ходили легенды, правитель с размахом устраивал это мероприятие, посвященное дню его рождения.

— Ну, да. — Закусила губу и кивнула, стыдливо отводя взгляд.

— Хорошо, — Эйден даже улыбнулся, — тогда ты просто обязана составить мне компанию на этом вечере. — Это не напоминало просьбу, скорее приказ.

— Что? — Спросила намного громче, чем положено. Мой крик, скорее всего, слышала вся академия. — Нет, нет, — замахала руками, — это плохая затея, я правда потеряла память, даже этикет не весь помню. — Постаралась надавить на жалость и быстро смыться, но дракон схватил меня за плечи.

— Рози, император знает о твоем состоянии и обвиняет меня в том, что я плохо забочусь о своей невесте, по его мнению, я заставил тебя отправиться в ВАМ, когда ты находилась в предсмертном состоянии. — Горячо возмущался дракон.

Кто же знал, что мое решение повлечет за собой столько проблем. Явиться к императору я не могла, от прежней Рози ничего не осталось, а не явиться, значит, оскорбить монаршую персону. О последствиях такого решения даже думать не стоило. Мы оба были под ударом и могли пострадать.

— Тебя отчитывал император? — Догадалась о причинах его состояния.

Драконы имели одну особенность. Их иерархия была незыблема, сильный дракон мог подавлять слабого, воздействуя на него своей аурой. Процедура неприятная, и император таким образом наказывал подданных, в случаях небольших оплошностей. Показывал свою власть над драконами.

— Как мальчишку. — Покаялся Эйден, громко выдохнув. — Я понимаю, что ты хочешь разорвать помолвку, я хочу этого не меньше, но подыграй мне на этом балу, пару дней ничего не изменят.

Реального выбора у меня не было. Это понимала не только я, но и Аддерли. Мы договорились встретиться после уроков у выхода из академии и разошлись по своим делам.

Эйдену предстояло не только вести лекции, но еще и взять разрешение у ректора, ведь мне предстояло покинуть ВАМ на два дня.

Стоило бы предупредить родителей, но я решила рискнуть, надеясь, что их на балу не будет. Глупо, ведь они высшая знать и всегда присутствуют на таких мероприятиях, но это я поняла намного позже, а пока снова приходилось терпеть откровенную неприязнь одногруппников.

После случившегося на полигоне, ситуация сильно усугубилась, меня не только боялись, но и ненавидели. Все решили, что никакой случайности не было, а я специально устроила погром и напала на адептов, и прикрывает мои грехи жених. Поэтому доля неприязни перекинулась и на магистра Аддерли.

К концу занятий даже пожалела, что не стала притворяться злодейкой. Поведение Камелии выводило меня из себя, она всеми силами пыталась показать себя заботливой подругой, а по факту прилипалой. На каждом занятии, эта невинная овечка, садилась рядом и театрально вздыхала каждый раз, когда в меня летела очередная издевка.

На третьей лекции я представляла, как душу соседку и еще бы чуть-чуть и фантазия стала реальностью, но прозвенел звонок. Ко всеобщей радости, в этот день это была последняя лекция.

Перед тем как отправиться к себе, успела предупредить Аладара, что планы на выходные поменялись. Друг отнесся с пониманием и пожелал удачи. Ох, она мне была нужна особенно сильно.

Мне предстояли два самых напряженных дня в моей жизни, не только потому, что нарушила все нормы приличия и отправлялась жить в дом к мужчине, не мужу. По местным меркам, это катастрофа, навеки запятнанная девичья честь. К счастью, моя честь меня не беспокоила, за ее сохранность была спокойна. Эйден сам не понимал, на что подписался, всю суть проблемы удалось осознать, когда мы поняли, что к балу я не готова.

— Сшить платье не успеет ни одна портниха, — хватаясь за голову, рассуждал Эйден, — придется искать из готового.

— Хорошо. — Я старалась со всем соглашаться, чтобы у жениха не началась паника.

Как по мне, проблема была раздута из ничего. Хотя и понимала, что приличной леди, тем более герцогине, положено сверкать, как новогодняя елка, но хотелось чего-то попроще, даже тяжелые украшения мне не нравились.

И оказалось, что главные проблемы ждали меня впереди, в главном салоне по пошиву и продаже готовых платьев в столице.

Лучший столичный салон славился своими уникальными платьями, каждое из них — настоящий шедевр, расшитый драгоценными камнями, создано из лучших тканей и совершенно непрактично. Пошивом занималась талантливая женщина, мастер на все руки и бытовой маг высшей категории. О мисс Элеоноре Вуд ходили легенды, она одевала саму императрицу и всю королевскую чету. Платья из этого салона стоили баснословно дорого, но были лучшими из лучших.

Сама мисс Вуд практически никогда не брала индивидуальные заказы, только от очень знатных дам, и если те ей симпатизировали. В книге я описывала момент, как Рози, обратилась к этой дамочке с просьбой о пошиве бального платья для дебюта и была послана далеко и надолго, желательно к другой портнихе. Это сильно задело напыщенную герцогиню, поэтому она, не стесняясь, распускала слухи об этом салоне и его владелице. Причем самые грязные и порочащие репутацию владелицы, как ни странно, но это даже возымело эффект, салон потерял часть поставщиков.

Не удивительно, что я не горела желанием появляться в этом заведении, зная, какой прием может ожидать. Однако у Эйдена было свое мнение на этот счет. Впрочем, как и всегда. Дракон буквально заталкивал меня в салон, под тихое хихиканье леди и девушек продавцов. Случайные прохожие тоже не остались в стороне.

— Не упрямься, Рози, — хрипел Аддерли, пытаясь удержать меня на месте, — веди себя, как герцогиня.

Для меня это был не аргумент. Тем более, я знала, что стоимость каждого платья в этом салоне достигала небес. Мисс Вуд знала свое дело, каждый наряд был эксклюзивным, второго такого не существовало, но даже готовые варианты необходимо было подгонять и успеть урвать у конкуренток.

Все было, как я и предполагала. Мы оказались в месте сборища всех змеюк империи. Клубились они на уютных диванчиках, выставив напоказ все, что только возможно, на грани приличия. Видела, как их длинные языки готовы были к созданию свежих сплетен.

О, конечно, ведь о Розалинде Брэдфорд говорили многие и многое, а ее появление в столичном бутике вместе с женихом не могло остаться незамеченным. Как же я сразу об этом не подумала и не озаботилась маскировкой? А все из-за дракона с его спешкой. Он не дал мне и минуты передышки.

Все эти перешептывания бесили, как и косые взгляды, смешки, долетающие в спину, и плотоядные взгляды, направленные на Эйдена. Жених не простая персона, и в высшем обществе, дамочки мечтали заполучить его в женихе себе или дочерям.

— Лорд Аддерли, — нам навстречу, словно плывя по воздуху, вышла мисс Вуд во всей красе, — какая неожиданность.

Женщина средних лет с идеальной укладкой, шла, цокая тонкими каблучками по идеально начищенному полу. На ее лице без единой морщинки появилась легкая улыбка, а удивительно яркие, голубые глаза оставались безучастными, но смотря на меня, она едва заметно поморщилась.

— Мисс Вуд, — тем же тоном ответил Эйден, — не ожидал, что вы встретите нас лично.

Элеонора замерла в нескольких шагах от нас, намеренно игнорируя мое существование, но Эйдену протянула руку для поцелуя.

— Как же я могла пропустить появление такого важного гостя. — Продолжала лепетать елейным голосом, бросая в мою сторону лишь короткие взгляды.

— Надеюсь, вы нам поможете, — Эйден показательно приобнял меня за талию, изобразив счастливую улыбку, — завтра нам предстоит посетить имперский бал, но моя невеста забыла о необходимости заказать платье к этому вечеру.

Вуд с трудом сохраняла спокойное лицо, я видела, как она хотела громко засмеяться, втоптать меня в грязь и напомнить, что платьев для меня в этом салоне нет.

— Ваша невеста забыла? — Удивленно охнула мисс Вуд. — Удивительное дело, для Розалинды Брэдфорд, самой скандальной герцогини в империи.

— Да, — кивнул Эйден, — Рози еще не оправилась после травмы.

Так, изображая дружелюбную светскую беседу, мы и стояли возле входа, и только я обратила внимание, что все вокруг притихли и смотрели в сторону нашей троицы.

— Что ж, — словно нехотя выдохнула мисс Вуд, — мои девочки подберут вам несколько платьев.

Элеонора позвала одну из девушек и что-то шепнула ей на ухо, нам пришлось отправиться следом за этой юркой девушкой. Всем нутром, я чувствовала подвох. После всех помоев, что Рози вылила на этот салон, Вуд подозрительно быстро согласилась.

Мои подозрения подтвердились, когда в примерочную внесли три отвратительных “зефирных” наряда розовых оттенков, с множеством рюш, пышными юбками, вульгарными вырезами и безобразным количеством блестящих деталей. Такое могла надеть какая-нибудь баронесса, живущая в самой глухой части империи, ни разу не побывавшая в столице. Появись в таком Рози Брэдфорд и ее сочли бы сумасшедшей.

Я даже примерять ни одно из них не стала, вышла из примерочной с красными от злости щеками.

— Что случилось? — На мой взбешенный вид сразу отреагировал Эйден.

— Сам посмотри, — кунал в него одним из платьев, — думаю, тебе оно подойдет.

Эйден сначала ничего не понял, так как его накрыло огромным розовым облаком, но когда выбрался из-под него, ошарашенно заморгал, пытаясь понять размеры необъятного наряда.

— Хм-м-м-м, — скривился дракон, сбрасывая ворох ткани на пол, — ты права, этот салон переоценен, — произнес во всеуслышание, так, чтобы каждая из девушек встрепенулась. — Идем отсюда, не думал, что все настолько плохо и качество платьев мисс Вуд упало так низко. — Он продолжал говорить настолько громко, что сама владелица прибежала на эти крики.

Только никакой победной улыбки и насмехательств не было. Элеонора знала, что оскорбить дракона, значит, похоронить себя и свой бизнес безвозвратно. Аддерли достаточно влиятельный граф, чтобы с его мнением считались, не говоря уже о том, что был драконом, правящей расой.

Глаза Элеоноры забегали из стороны в сторону, она затряслась, выдавая какие-то звуки, утонувшие в возмущениях Эйдена. Клиентки и не думали разбегаться, наоборот, покупателей в салоне словно стало больше, все хотели свежих сплетен и побывать в гуще событий.

— Эйден, — осторожно тронула его за локоть, — пойдем отсюда.

В поступке Элеоноры была вина Рози, поэтому я не должна была злиться, но не смогла сдержаться. Все вокруг пытались меня унизить, и точкой кипения оказались гадские платья. Прекрасный мир не казался уже таким замечательным. Я переставала видеть его прелести из-за необходимости постоянной борьбы со всеми вокруг.

— Конечно, — Эйден растерял всю любезность, — ты права, не станем терять время.

— Нет, постойте, — Вуд, буквально прыгнула нам наперерез, — это недоразумение, мы сможем его уладить.

Удивительно, как быстро ее надменность сменилась страхом. Даже ее знакомство с самой императрицей не стало бы спасением, в случае с унижением невесты дракона.

— Это все глупые помощницы, они все неправильно поняли, — лебезила с глупой улыбкой, — конечно же, в моем салоне найдется подходящий наряд, сейчас же все сделаем.

Эйден был бы не он, если бы сразу согласился. Продолжая строить из себя глубоко обиженного, посмотрел на меня и, дождавшись кивка, лениво произнес:

— Если Рози снова ничего не понравится, разговор будет другим.

И началось то, чего я совсем не ожидала, мне помогли померить минимум десяток платьев, но лишь одно, вызвало мой восторг, напоминая чешую дракона в оттенке платины. Невероятно легкое, в меру длинное, с открытой спиной и толстыми лямками. По сравнению с другими нарядами оно было скромным, даже простым, что совершенно не вязалось с образом прошлой Рози, но я влюбилась в него с первого взгляда.

— Ну, как? — Показалась Эйдену, покрутившись вокруг своей оси.

Легкая юбка оторвалась от пола, кружась в воздухе вместе со мной. Ткань переливалась в лучах солнца, как настоящий металл.

— Знаешь, — он замер, разглядывая меня совсем другим взглядом, — оно невероятно тебе идет.

И это была единственная похвала, а потом он снова стал собой, надменным графом Аддерли.

— Леди Розали, вы выглядите прекрасно. — Вздыхала молоденькая служанка, умиленно наблюдая за мной.

Хотелось сказать, что все это заслуга Эйдена, но я промолчала. Граф старался в первую очередь для себя любимого. Дорогое платье, украшения, даже пригласил мне служанку, которая умела делать прически и наносить макияж. Девушка отлично разбиралась в столичной моде и постаралась на славу, создав из меня принцессу, по меньшей мере. Я не ожидала, что она так ловко и быстро уложит мои непослушные волосы в идеальные кудри, а макияж получился невероятно нежным, подчеркнув мой юный возраст.

Помнится, в книге я описывала любимые наряды Розали, они всегда имели некий налет вульгарности, вырез глубже, чем положено, открытые плечи, отсутствие корсета, или безобразно яркие расцветки. Рози любила выделяться, купаться в лучах славы и знать, что о ней говорит вся столица. Причем, что именно говорят, ее мало волновало, поэтому скандалами герцогиня не брезговала, считая любой пиар хорошим.

Наверное, в какой-то степени я понимаю Рози, она выросла залюбленной девочкой, во вседозволенности, но без настоящего родительского тепла. Герцог всегда много работал, разъезжал по империи, старался повысить уровень благосостояния семьи, а его жена должна была либо сопровождать мужа, либо блистать на балах, появляться на светских раутах, всегда и везде быть первой. Но, в отличие от дочери, она не любила это внимание, скорее принимала его, как необходимость. Мать Рози настоящая леди: хрупкая, нежная, но за этим образом скрывался стальной стержень и умение держать удар.

Детьми занимались гувернантки, учителя, репетиторы, и куча слуг, готовых угодить будущим господам всеми силами. Если Малькольм шалил в детстве, то позже вырос прилежным учеником, подающим большие надежды. А вот с Рози все случилось наоборот. Девушка быстро смекнула, что ей разрешено все, а все окружающие готовы потакать ее капризам.

Возможно, у нее могло быть другое будущее и счастливая жизнь, но все случилось так, в ее теле оказалась я, но до сих пор не смогла найти точных причин своего попадания. Я не теряла надежды и продолжала искать ответы на свои вопросы.

— Госпожа, — служанка нервно топталась на месте, кажется, она уже не в первый раз обращалась ко мне, — время поджимает.

Оторвав взгляд от зеркала, поправила невидимые складки на юбке и нервно кивнула. Вечно оттягивать этот момент, я не могла.

Каждый стук каблучков об пол, как удары маленьких молоточков по моим вискам. Невольно морщилась, ощущая себя не в своей тарелки. За дорогим фасадом герцогини скрывалась совершенно обычная женщина. Я чувствовала себя обманщицей, словно лично лишила Рози жизни и заняла ее место, наслаждалась тем, что по праву принадлежит ей.

С каждой секундой паника нарастала. А ведь я даже не покинула жилое крыло особняка Эйдена, только шла к нему навстречу, понимая, что находиться в его доме, выше моих сил.

Иногда мы не властны над своими мыслями и чувствами, я старалась гнать от себя прочь, все, что связано с Эйденом Аддерли, списывала на чувства бывшей хозяйки тела, но себя не обманешь. Нельзя убежать от того врага, который сидит в нашей голове, будь это страх, или влюбленность. Сама загнала себя в ловушку.

Иначе, почему мое сердце заходилось бешеном ритме, от одной мысли об этом мужчине?

Все в его доме было пропитано его энергетикой, будто он касался каждой вещи, даже в гостевых комнатах, оставляя даже на вазах легкий флер пряного парфюма. Не знаю, как объяснить, но прикасаясь к любой вещи в этом поместье, я ощущала ауру дракона, словно касалась его самого.

Либо в доме стало душно, либо у меня поднялся жар, в любом случае тело горело от одной мысли о предстоящей встрече и вечере. Хотя нервничала не только из-за Эйдена, но и из-за реакции родителей, им я не решилась сказать, что покинула академию и приеду на императорский бал с женихом.

— Обрадуются или разозлятся? — Гадала, спускаясь по лестнице.

Оставались последние метры, разделяющие меня с владельцем дома. Эйден стоял ко мне спиной, в шикарном костюме и идеальной укладкой. Типичный граф, собравшийся на бал. Так, я думала, пока он не повернулся.

Его невероятные глаза, словно полыхнули огнем, но этот свет быстро исчез, словно иллюзия, будто и не было этого восторга во взгляде. Всегда безразличное выражение лица, лишь на миг изменилось, показав, насколько его впечатлил мой образ.

Я замерла на последней ступеньке, цепляясь за перила мертвой хваткой. В ушах стоял шум, а в животе запорхали бабочки. Понятия не имела, что способна испытывать нечто подобное.

— Спокойствие, только спокойствие, — неустанно повторяла себе, — один вечер и вы разойдетесь, ни к чему привязываться к этому мужчине, наши пути все равно разойдутся.

Не сейчас, так потом, Эйден должен был разбудить в себе истинного дракона и почувствовать истинную связь души с другой девушкой. Да, драконы утратили эту возможность, большая часть расы и зверя не имела, лишь чувствовали хищника, слабые его отголоски, обладали драконьей аурой, но при этом были лишь очень сильными магами. Однако я точно знала, что у Эйдена другая судьба, он точно пробудит своего зверя, почувствует пару и тогда… Вот это и была неприятная часть истории.

— Ты прекрасно выглядишь, — произнес хриплым голосом, — идеально платье, ты затмишь всех.

Это был первый настоящий комплимент от него. По телу побежали мурашки. Я невольно улыбнулась, отпустила несчастные перила и сделала еще один шаг навстречу дракону. Эден галантно подставил локоть, но я помедлила, прежде чем ухватится за него, мне нужно было пару секунд, чтобы набраться смелости.

Он тоже был напряжен, это чувствовалась даже сквозь плотный материал пиджака, его мышцы показались каменными.

— Экипаж подан, Ваше Сиятельство. — Отчитался дворецкий, открывая перед нами двери.

Эйден кивнул и повел меня на улицу, стараясь подстраивать свой широкий шаг, под мои маленькие и неловкие шаги.

— Кажется, ты разучилась ходить на каблуках. — Попытался пошутить дракон, но попал в точку.

Я боялась оступиться, или подвернуть ногу, и опозорится у всех на глазах.

— Никогда их не любила. — Скривилась, забираясь в карету. Если бы Эйден не помог, то я бы точно распласталась на деревянном полу.

Эйден чему-то усмехнулся, но предпочел промолчать. Весь путь до дворца прошел в сковывающем напряжении и полной тишине. Стук колес о каменную брусчатку, бил по нервам, я отсчитывала каждую секунду, вглядываясь в пейзажи за окном, когда вдали показались огни императорского дворца, душа ушла в пятки.

Именно в ту минуту, я поняла, что совершенно не умею танцевать, почти не знакома с этикетом, и наше появление с Эйденом станет сенсационной новостью, а если я совершу ошибку и опозорюсь, эта тень ляжет и на дракона.

— Не нервничай, — Эйден почувствовал, как изменилось мое настроение, или заметил, как я схватилась за ручку двери, — я буду рядом, ничего не случится.

— Родители… — начала, но была перебита.

— Я разберусь, успокою твою семью. — Пообещал Эйден, а карета наконец-то остановилась. — Доверься мне, Розали, все будет хорошо.

Я хотела ему верить, но понимала, что никто не застрахован от случайностей.

Когда я оказалась внутри шикарно украшенного бального зала, в груди что-то затрепетало. Где еще можно было увидеть столько роскоши и настоящий трон, возвышающийся вдали, но при этом виден был из любой точки зала? В своем мире, разве что в кино. Но, фильм не может передать всю величественность момента.

В голове пронеслись давно забытые строчки из песни:

“Вальс изысканных гостей

И бег лихих коней.

Вальс кружил и нёс меня,

Словно в сказку свою маня,

Первый бал и первый вальс

Звучат во мне сейчас”. (с) *Вальс из мультфильма Анастасия.

Никогда не думала, что такое мероприятие может заставить мое сердце биться быстрее, но восхищение невозможно скрыть, я и не старалась. Даже о манерах не забывала, все же герцогине положено быть чуть высокомерной, но в меру. Мне раньше не приходилась бывать на похожих мероприятиях, но я всегда любила живую музыку, танцевальные вечера, да и что уж греха таить, как и многие девочки, любила нарядные платья. Однако ничто не могло сравниться с мраморными колоннами, стенами, украшенными золотом и драгоценными камнями. Длинные столы ломились от разнообразия блюд и выпивки, а уж какие ароматы витали вокруг.

Первые секунды, казалось, что все взоры обращены на нас с Эйденом, а звуки все стихли, даже музыка исчезла. Но, это было лишь игрой воображение и страх, который не отпускал меня ни на секунду.

— Розали, расслабься, — Эйден уверенно шел вперед, удерживая мою руку на своем локте, — и не забывай дышать. — Подшучивал граф, удерживая на лице равнодушную маску.

Ему было легко говорить, но я же чувствовала все эти липкие взгляды и готова поклясться, что слышала перешептывания наряженных дамочек, спешащих обглодать мои косточки.

Розалинда Брэдфорд и Эйден Аддерли вышли в свет вместе. Это похоже на свежую сплетню не очень трезвых личностей. Однако я понимала, что уже завтра, мы станем очередной сенсацией, только совсем не подумала, что это может долететь и до ВАМ.

В академии запрещены отношения между преподавателями и адептами, даже несмотря на то, что мы были обручены, может не спасти нас от гнева ректора. Дурной пример слишком заразителен.

— Долго нам здесь быть? — Спросила почему-то шепотом.

Эйден остановился возле одной из колонн, перехватил у официанта пару бокалов, один из которых протянул мне.

— Нет, — мотнул головой, — сможем уйти после беседы с императором, а он не станет затягивать с этим.

— Хорошо, — расслабленно вздохнула, поднимая бокал к губам, но напиток чуть не пошел носом, из-за неожиданного появления герцогини Брэдфорд.

— Рози, как это понимать? — Матушка подкралась со спины, напугав меня до дрожи в коленках.

Даже Эйден удивленно икнул. Да, эта женщина умела шокировать, если даже дракон не смог заметить ее приближение в толпе, то что уж говорить обо мне?

— Мама, — пролепетала, с натянутой улыбкой, — я хотела сказать…

— Леди Мэлони, — Эйден задвинул меня себе за спину, — это моя вина, стоило предупредить вас заранее, но решил сделать такой сюрприз, вы же успели соскучиться по дочери?

Если бы Мэлони Брэдфорд можно было так легко провести, она бы не была замужем за герцогом. Матушка, как истинная леди не стала закатывать скандал и устраивать допрос под прицелом сотен глаз, лишь любезно улыбнулась, схватила меня за локоток и повела в сторону балкончиков. Я уже представила, сколько услышу ругательств в свой адрес, как сильно она будет ругаться и обвинять меня в беспечности.

— Розали, мы места себе не находим, — заговорила, стоило нам остаться наедине, — переживаем, беспокоимся, а ты покидаешь академию, появляешься на балу и слова нам не говоришь. Ты даже не соизволила ответить на мое письмо. — Ее глаза пылали праведным гневом и чем-то таким, отчего мне становилась не по себе.

Потупив взгляд в мраморный пол, тяжело дышала, готовясь к новой порции недовольства, но вместо этого, матушка сделала то, что едва не заставило меня позорно разрыдаться.

Мэлони крепко обняла меня, погладив по голове, как маленького ребенка. Я никогда не ощущала ничего подобного. Мои родители не проявляли тепла, я росла, как сорняк, и понятия не имела, как стоит реагировать на столь тесный контакт с родительницей, но душа моя запела от чувства любви и нежности. Лишь безупречный макияж останавливал меня от бесконтрольного потока слез.

— Милая, — мама еще крепче прижала меня к себе, — не знаю, что с тобой происходит, но мы переживаем, я боюсь, что ты натворишь глупостей, о которых потом будешь жалеть.

— О чем ты? — Невольно отстранилась, чтобы заглянуть маме в глаза.

Она ни на секунду не смутилась и твердо произнесла:

— О твоем женихе, Эйдене Аддерли, — сурово поджала губы, — это ведь из-за него ты решила поступить в академию? Я уже наслышана, что он стал преподавателем ВАМ. Только прошу, не обманывай хотя бы себя, не стоит бегать за мужчиной, ни к чему хорошему это не приведет.

— Ма-а-а-ма. — Вымученно протянула, закатив глаза.

Вот уж чего я не ожидала от нее, так это любовных советов. С момента, как я очнулась в этом мире, она ни разу не пыталась поговорить со мной о помолвке, не осуждала, но и не поддерживала, по сюжету она приняла выбор Рози. Мэлони, как и многие, считала Эйдена хорошей партией для своей дочери.

— Рози, — продолжала сокрушаться герцогиня, — я всегда считала, что из этой навязанной помолвки не выйдет ничего хорошего, только глупый не замечал, как Эден сторонится тебя, всеми способами избегает встреч, а ты буквально помешалась на этом драконе. Даже заставила отца воспользоваться связями, чтобы помолвка состоялась.

Что я могла ей ответить? По факту, так и было. Рози буквально превратилась в сталкера, желая заполучить заветного мужчину.

— И что же я вижу? он сопровождает тебя на имперском балу, конечно, я буду переживать и недоумевать. — Ее лицо раскраснелось от переживаний.

Сомневалась всего секунду, пока смотрела в ее глаза, в которых читалась неподдельная тревога, а потом просто обняла ее, так же крепко, как она обнимала меня пару минут назад. Кажется, это удивило ее намного сильнее, чем меня.

— Мама, — это слово вставало в горле каждый раз, — спасибо, но все хорошо, обещаю, что не стану позорить вас и огорчать.

— Милая, — мама тихо всхлипнула, а ее напряженное тело, расслабилось в моих руках, — что бы ты ни сделала, ты всегда будешь нашей дочерью.

Знала бы она, что творила настоящая Рози, и как она испытала облегчение, когда все закончилось, я поклялась не становиться такой же.

К сожалению, нам пришлось вернуться в зал, так как близился выход императора и его семьи. Отец был удивлен, но мама взяла его на себя, что-то быстро щебеча, она словно не замечала его выпученных глаз и уводила все дальше от нас с Эйденом.

— Всегда ей восхищался, — хохотнул Эйден, — все в порядке?

Ответить не успела, только кивнуть, по залу разлетелся голос камергера, объявившего выход императора.

Я практически не слышала, что он говорит, склонила голову, как того требовал этикет, но взгляд не могла отвести от трона. Его приход невозможно было пропустить, теперь я понимала, что такое сила дракона. Энергия императора драконов — это все подавляющая аура, даже я ощущала ее, желая пригнуться как можно ниже.

Ощутив это, осознала, что врать императору бесполезно, этот дракон за километр способен почувствовать ложь, а у меня этой лжи было в достатке.

— Гадство. — мысленно выругалась, не представляя, как обвести самого императора вокруг пальца.

Император величественно окидывал зал пронзительным взглядом, пока его супруга, кажется, даже не дышала, стоя за его спиной. Императрица, безусловно, была прекрасна, в шикарном красном платье, расшитом рубинами, она сверкала ярче любой звезды, но на фоне собственного мужа, она поблекла, под влиянием его ауры.

— Дорогие поданные, — по залу пронесся бархатный мужской голос, — я рад приветствовать вас на ежегодном имперском балу в честь моего дня рождения, хочу поблагодарить каждого из вас за принесенные дары, — он махнул рукой в сторону стола, заваленного подарками.

Кстати, пока я отходила побеседовать с матушкой, Эден оставил наш дар на том столе. Выбирали мы долго, даже немного поспорили, но все же Аддерли лучше знал вкусы императора и настоял на наборе натуральных и необработанных камней, конечно же, недешевых и очень редких.

— Как вы знаете, я не люблю длинных речей, — чуть усмехнулся правитель, — но хочу напомнить, что каждый год, в этот день один дракон удостаивается чести испробовать эликсир предков, если считает, что встретил свою пару. Мы не станем нарушать традицию и, надеюсь, сегодня узрим рождение дракона.

Гости сразу оживились и одобрительно закивали. Я заметила, что многие мечтали попробовать загадочный эликсир. В глазах мужчин горела надежда, что именно им выпадет честь, испробовать напиток.

На самом деле, я мало знала об этом зелье, лишь то, что готовится он очень долго, почти год, ингредиенты редкие, а его рецепт хранится в императорской семье многие века, ведь именно предок императора разработал его. Однако еще было известно, что в состав эликсира входит кровь сильнейшего дракона, отданная добровольно, именно поэтому готовился он исключительно дворцовым зельеваром и исключительно одна порция, в народ рецепт не уходи. Купить это зелье, способное разбудить драконью сущность, было невозможно даже на черном рынке, как и сам рецепт.

Однако все знали, что его свойства усиливают животную часть, но чтобы она не взяла верх над человеком, требовалась истинная пара. И это становилось очередной проблемой, так как драконы утратили свою животную ипостась и возможность чувствовать своих пар. Получался замкнутый круг, но на самом деле, если дракон не встретил подходящую девушку, то эликсир совершенно не действовал на него.

— Да начнется бал. — Привел меня в чувство голос императора и громкий хлопок в ладоши.

После этого, даже температура воздуха в зале изменилась, стало чуточку теплее, исчезло напряжение, гости расслабились, заиграла легкая музыка, а официанты снова кружились по залу, предлагая дорогие напитки.

— Ты сказал, что мы здесь ненадолго. — Шепнула Эйдену, понимая, что лимит предполагаемого времени истекает.

Конечно же, я не предполагала, что император опоздает на собственный праздник и появится спустя почти час веселья.

— Я не виноват, — Эйден пожал плечами, — видишь, сейчас императора поздравляют советники, потом близкие друзья, потом будет первый танец и только после него, император пригласит нас на беседу.

Так и происходило, гости терпеливо ожидали, пока приближенные к императорской семье, выскажут свои почести, среди них был и мой отец с матушкой. Когда семейство подошло к трону, император улыбался, о чем-то спрашивал, а потом отец отвел руку в сторону, словно указывая себе за спину.

— Думаю, о нашем прибытии император уже оповещен, и беседа состоится раньше ожидаемого.

Император заметил нас. Казалось, что он все это время знал, где мы находимся, что этот дракон не упускал нас из поля зрения, и сейчас лишь подняв взгляд, устремил его точно в нашу сторону, не замечая никого вокруг. Достаточно было лишь одного кивка головы, чтобы мы поспешили на долгожданную аудиенцию, к счастью, родители были рядом и Эйден крепко держал меня за руку, будто я собиралась сбежать.

По правде говоря, у меня возникло непреодолимое желание исчезнуть с этого вечера, раствориться в толпе и не появляться больше, но под бдительным взглядом правителя, не могла остаться незамеченной даже пылинка.

— Леди Брэдфорд, — император тепло улыбнулся, — рад видеть вас в добром здравии.

С первого взгляда я поняла, что он не врет и действительно рад моему появлению, а вот на Эйдена посмотрел с какой-то отцовской строгостью.

— Спасибо, Ваше Императорское Величество, я рады быть здесь. — Но голос нещадно дрожал, а ладошки потели.

Этот мужчина читал меня, как открытую книгу. Рядом с ним, я будто стала меньше и слабее. Захотелось быстрее отвести взгляд. Император как-то невнятно хмыкнул и продолжил:

— Мне стало известно, что ты получила серьезную травму и у тебя проснулся новый дар, это большая редкость, — говорил обманчиво спокойно, — но вместо домашнего обучения вы, юная леди, отправились в ВАМ, была ли в этом заслуга вашего жениха?

Император почти открыто обвинил Эйдена в моем побеге из дома. К счастью, мне даже врать не пришлось. Я, наоборот, хотела сбежать от Аддерли и своей семьи, поэтому и спряталась в академии.

— Нет, это был мой выбор, — нервно улыбнулась, — мне давно стоило уделить время учебе. — Получилось немного нервно, но император остался доволен моим ответом.

— Хорошо, — правитель, наконец, посмотрел на Эйдена, — лорд Аддерли, надеюсь, на вашу ответственность, позаботьтесь о своей невесте должным образом.

Я не понимала, почему императора так интересует моя судьба, но не стала задавать лишних вопросов, тем более что наше время общения истекло. Только обрадовалась, что можно уходить, как отец настоял, чтобы мы не спешили покидать праздник.

Признаюсь, к этому времени, я уже мечтала сбежать. Не знала, куда деться от избытка внимания. Сразу после первого танца императора с супругой. Гости словно активизировались, стали более общительными и решили не упускать возможности собрать свежие сплетни. Избавиться от желающих пообщаться, можно было лишь одним путем: Эйден увлек меня на танцпол. Как бы я ни сопротивлялась, а дракону все же удалось, но это был единственный танец, который был мне знаком: подобие земного вальса.

Очередная пытка, я путалась в ногах, Эйден хихикал, ему было сложно сдерживать лицо безэмоциональным.

— Рози, вернемся в академию, запишу тебя на уроки танцев. — Тихо смеясь, подшучивал Аддерли.

Ничего не ответила, не успела, музыка остановилась, и наступил самый важный момент вечера: выбор императора.

А выбирал правитель того, кто выпьет зелье, пробуждающее драконью суть. Я знала, что дракона и его предполагаемую пару уведут в закрытую часть сада, к статуе древнего божества. Доступ к этой части сада имелся только у императорской семьи, но раз в год этой части удостаивалась одна пара.

Я задумалась, перевела взгляд в сторону окон, там открывался прекрасный пейзаж: высокие деревья и яркие цветы, а еще там были фонтаны, не меньше трех штук с причудливыми статуями. Успела разглядеть, когда общалась с матушкой.

— Рози, — Эйден дергал меня за руку, — Рози, идем, император ждет.

— Что? — Только и смогла спросить, часто хлопая глазами.

Куда-то исчезли все звуки, злобные и завистливые взгляды устремились в нашу сторону. Я не сразу поняла, что произошло, не поверила, но император решил добить меня:

— Поздравляю лорда Аддерли и его невесту, пусть это будет моим подарком этой прекрасной паре.

Все в зале вяло аплодировали, но в их глазах читалось раздражение, а я и вовсе не желала участвовать в этом фарсе. Ноги словно приросли к полу, а невероятно легкий материал платья, показался мне тяжелее кольчуги.

— Эйден, — шепнула, пока мы не успели дойти до главного советника, — мы не должны в этом участвовать.

Сердце отчего-то стучало с бешеной скоростью. Предчувствие чего-то нехорошего не хотело отступать. Не могла отвести взгляд от главного советника императора, который гордо держал бархатную подушечку с крохотным пузырьком на ней. По цвету зелье было кристально чистым, это было заметно даже издали, казалось, что жидкость светится изнутри. Странно, что я даже не заметила, как советник появился возле трона с этими предметами.

— Знаю, — шикнул в ответ, — это бесполезная трата зелья.

Обидно было услышать такое, но Аддерли и сам прекрасно понимал, что мы не истинная пара. Вспоминать о Камелии в такой момент было особенно обидно. Эта гадина бесила меня с каждым днем все сильнее и сильнее.

Всего несколько шагов отделяли нас от императора и его советника. Вечер пошел не по плану, но я и предположить не могла, во что окажусь втянута.

— Леди Розали, вы не выглядите счастливой? — Император буквально прожигал меня взглядом. — У вашего жениха появилась уникальная возможность, я думал, что вы порадуетесь за лорда Аддерли.

Это было похоже на издевательство. Сад для меня перестал казаться прекрасным, появилось чувство, будто шла на собственную казнь. Было ли мне дело до тех драконов? Я очутилась в романе, который сама же и написала, не пожалела героиню, которая почему-то полюбилась читателям. Расхлебывать все это приходилось самостоятельно, не стуча по клавиатуре, а живя чужую жизнь.

— Я рада, — вяло отвечала, медленно переставляя ноги, — но, боюсь, что в нашем случае зелье окажется бесполезным.

Вернее, я точно об этом знала, так как истинная пара моего жениха находилась в академии и, скорее всего, ложилась спать. Только, кто бы мне поверил? Знать о таком я не могла, ведь даже драконы, утратив звериную сущность, не могли почувствовать свою судьбу.

— Почему же? — Не унимался правитель. — Вы не верите в вашу связь?

Что я могла ответить на это? Нет, не верю? Ха, меня бы высмеяли. После того, как герцог Брэдфорд уговорил императора настоять на этом союзе, правител бы не простил меня. Все было слишком сложно.

— А вы, Эйден, — император обратился к своему сородичу, — того же мнения?

Аддерли неопределенно пожал плечами. С момента, как мы вышли в сад, он был очень немногословен, полностью сосредоточившись, он шел вперед, словно остальной мир вокруг перестал существовать.

— Предпочитаю не делать преждевременные выводы. — Голос его оставался так же скуп на эмоции.

А чего еще следовало ожидать от этого мужчины? Уж точно не улыбки.

За спиной оставался шикарный дворец, бальный зал с приятной музыкой, а мы все шли и шли, казалось, путь никогда не закончится. Для меня путь был неизведанным, но император, его советник и даже Аддерли, двигались намного увереннее, точно зная, где находится конечная цель.

— Верно сказано, — согласился с его словами первый советник, — не стоит торопиться с выводами раньше времени в любой ситуации, а если речь идет о магии и любви, стоит хорошенько подумать, а лучше подождать. — Он говорил так простодушно, словно дедушка, дававший совет внукам. — вы, молодежь, порой не замечаете очевидного, а иногда придаете слишком большую значимость деталям, которые и вовсе вашего внимания не стоят, оттого и все проблемы.

На секунду мне показалось, что я снова очутилась в своем мире. Старшее поколение везде одинаковое, я даже усмехнулась, глядя на старика, который так заботливо держал в руках флакончик с зельем, словно младенца.

— Конечно, не каждому дано встретить свою истинную пару и вновь обрести крылья, — продолжил он с горечью, — но это не значит, что жизнь от этого станет хуже, мы научились жить на земле, только с человеческой частью, но от этого не стали несчастными.

— Верно, мой друг. — Император слегка похлопал старика по плечу. — Драконья кровь угасает с каждым поколением, мы уже и не помним, почему многие потеряли звериную сущность, почему перестали чувствовать свои половинки, но это открыло нам другие возможности. Ко всему можно привыкнуть.

Мужчины пытались убедить в этом не столько меня, сколько себя. Я отчетливо видела, что император огорчен таким положением дел, но сделать ничего не мог. Все же лучше, когда драконы просто люди, а не озверевшие ящерицы, потерявшие человечность.

— Пока империей правит мудрый дракон, надежда не угаснет. — Задумчиво проговорил Аддерди, останавливаясь возле зеленой изгороди выше него ростом.

Огромный кустарник не имел начала и конца, но что самое странное, он образовывал непрерывную линию, не имея каких либо способ обойти его.

Император грустно улыбнулся на слова Эйдена, взмахнул рукой и часть изгороди растворилась.

— Сейчас и узнаем, верное ли я принял решение и помогла ли мне моя мудрость.

По ту сторону расположился дивный фонтан, в окружении пышно цветущих роз и высокая статуя спящего дракона, свернувшегося в позу зародыша. Огромный хвост он прижимал к лапам, пряча под ним кончик носа, словно хищнику было зябко в этой части сада. Всего-то статуя, неживая, но искусно сделанная, она вызывала восторг и чувство, будто зверь живой.

Его чешуя переливалась даже ночью, в свете тусклых фонарей, установленный рядом с ним. Из какого материала сделан дракон, я поняла практически сразу, мы проходили эту тему в ВАМ и я пришла в чистый восторг. Красивейший из минералов — марказаит. В нашем мире он тоже имеется, но под другим названием: пирит.

По правде говоря, минералы чуть отличаются, марказаит более плотный, а по цвету его не отличить от желтого золота. Невероятная красота.

— Вау. — Выдохнула, разглядывая каждую деталь статуи.

— Это древнее божество, — с легким трепетом произнес император, подходя к дракону, — по легенде, первый дракон уснул вечным сном, потеряв свою пару, но его дух остался внутри окаменевшей статуи, находясь в вечных муках и тоске по потерянной возлюбленной.

Это была далеко не вся легенда, а лишь крохотный кусочек по факту не объясняющий всей сути трагедии. На самом же деле, история гласила, что дракон был божеством, а его возлюбленная смертной. Дракон хоть и был влюблен и спустился на землю ради своей истинной, но не считал ее ровней себе, а потому вел себя, как типичный кобель, проще говоря, в его божественной постеле побывалао немало девушек. Истинная пара дракона, которую звали Минора долго мучилась страдала, а потом взмолилась богу смерти и попросила прекратить ее страдания, ибо такая любовь хуже смерти. Великий дракон, узнав о гибели суженой и о причинах ее смерти, все осознал, но было слишком поздно, тогда он обрек себя на вечные муки, пока душа Миноры не простит его и не переродится, дабы освободить дракона из заточения.

Красивую легенду, или скорее сказку, я узнала совершенно случайно, прочла в библиотеке, пока искала ответы на свои вопросы. Тогда, я не придала значения этой истории, но увидев золотого дракона собственными глазами, почему-то не стала сомневаться в реальности тех событий.

— Значит, это не статуя? — Спросила у императора, не став уточнять, почему он не рассказал полную версию легенды.

Император загадочно улыбнулся, оставив мой вопрос без ответа, вместо этого он погладил блестящую чешую на боку божества и произнес:

— Говорят, когда Минора освободит первородного дракона, мы снова обретем крылья, а по нашим жилам побежит живой огонь, и эта участь коснется всех драконов без исключений.

К чему были эти слова я не понимала, но мысленно пожелала им всем терпения, ведь обиженная женщина — это вам не шутки.

— Что ж, Майрон, — император кивнул советнику, — передай сосуд графу, пришло его время узнать, достоин ли он благословения нашего предка.

Эйден сразу напрягся, он словно сам превратился в статую и боялся пошевелится.

— Розали, подойдите к статуе, не бойтесь. — Император протянул мне руку, предлагая прикоснуться к дракону. — Вам нужно вдвоем коснуться тела божества, если повезет, он услышит зов своего потом и разбудит кровь древнего рода.

Я делала все, что мне говорили, но как-то механически, словно робот и особо ни на что не надеялась, даже на Эдена не смотрела. Только вот дракон почему-то показался теплым на ощупь, на несколько секунд даже горячим, а потом… я услышала его голос:

— Ты найдешь ответы на свои вопросы, — пророкотал мужской бас в моей голове, — если позволишь будущему свершиться.

Я моргнула от испуга, всего миг, меньше секунды, как фигура Эйдена покрылась дымкой и вот уже рядом с фонтаном была два дракона: золотой и серебряный.

Я продолжала часто-часто моргать, надеясь, что серебряный дракон мне лишь привиделся, но хищный ящер и не думал исчезать, наоборот, он подбирался все ближе и ближе ко мне, неуклюже переступая с одной лапы на другую. Его фигура казалась какой-то несуразной, непропорциональной и неправильной, будто угловатый подросток. Большего всего меня пугали его глаза, которые пристально смотрели на меня или даже сквозь.

На самом деле, он был невероятно прекрасен, даже на отсутствие грации, присущей этой расе, Эйден в обличье дракон был великолепен. Ожившая сказка, с невероятным блеском чешуи, переливающейся от серебряного оттенка до сапфирового. Его роговые наросты на голове напоминали величественную корону, а не копь или рога, как у какого-нибудь козлика.

Император и советник тем временем стояли в сторонке, с восторгом рассматривая своего сородича, но даже звуков лишних не издавали, пока я чувствовала себя ужином для дракона. Глаза мужчин искрились от счастья, они видели только дракона и ничего больше. Император был особенно счастлив, в эту минуту он осознал, насколько верным был его выбор.

— Как это возможно? — Билась мысль в моей голове. — Я не истинная Эйдена, это не должно было произойти. — На меня накатывала паника. — И этот голос, это ведь не мог быть… или? — Посмотрела на золотого и ужаснулась.

Я знала, что хищник после первого оборота очень опасен, в такой момент ему нужен якорь, который будет удерживать человеческую часть на плаву, дабы зверь не взял контроль в свои лапы. Только вот, я не была тем самым якорем, а это значило, что моя жизнь в смертельной опасности.

Почему-то рука продолжала лежать на боку золотого дракона, я словно искала его помощи и поддержки, боясь потерять эту опору. Именно в эту минуту, когда он так нужен, дракон молчал. Предатель чешуйчатый. Я так на него надеялась, а он загадал загадку и слинял.

— Вы ничего не сделаете? — Испуганно пискнула, покосившись в сторону, где еще пару секунд назад стоял император со своим советником, но мужчин и след остыл.

Они буквально испарились, оставив меня один на один с существом, у которого зубки были с полруки, а то и больше. Конечно, это был не максимальный размер, дракон только очнулся, можно сказать, только вылупился, и в ближайшее время Аддерли предстояла тяжелая работа по контролю над внутренним существом. Драконы быстро растут, а вместе с ними и магический потенциал, а потому процесс это нелегкий и очень энергозатратный. К счастью, в учебниках по расологии очень детально описан этот процесс.

— Эйден, — прошептала, отступая на шаг, — это все еще я.

Я пыталась разглядеть в хищных глазах с вертикальным зрачком, признаки разума, но отчего-то казалось, что передо мной просто зверь, хоть и необычный. Он вел себя странно, изучал сначала себя, топтался на месте, словно примерялся к собственным лапам, даже на задницу упал. А потом он заинтересовался мной.

— Будь на моем месте Камелия, все было бы иначе. — Горько усмехнулась, пытаясь придумать выход из ситуации.

Не выходило ничего путного. Во-первых, в имперских садах блокировалась чужеродная магия, даже магия жизни и земли, потоки не перекрывались, но использовать свои способности на полную мощь, я не могла. Во-вторых, дракон — не комнатная зверюшка, достаточно было одного движения хвоста или прыжка, чтобы я отправилась на небеса, или куда после смерти все отправляются в этом мире…

— Эйден, я тебе не враг. — Лепетала, продолжая пятиться. — Ты ведь знаешь меня, мы даже подружились.

Казалось, что заговорить ему зубы будет лучшим вариантом, хотя и глупым одновременно. Я продолжала говорить, тихо, почти шептала. Платье путалось под ногами, я начала замерзать, а зверь разглядывал меня, слегка склонив морду вбок.

Золотые глаза хищно прищурились, словно он видел не только меня, но и нечто большее, что скрыто от человеческого взора.

— Ты сам пригласил меня на этот бал, кто же знал, что все закончится так. — С психом топнула ногой, почти наступив на свой подол.

Мало того что пришлось участвовать в этом абсурде, так еще и жизнь висела на волоске от смерти из-за какого-то варева, превратившего Эйдена в дракона. Хотя он им и был, но в человеческом обличии нравился мне намного больше.

— Послушай, — предприняла очередную попытку достучаться до зверя, — ты очень умный и красивый, а еще теперь большой и вон, какие у тебя крылья, а я маленькая, глупая и невкусная, зачем тебе питаться такой гадостью?

Дракон замер от моей сумбурной речи и начал издавать булькающие звуки, похожие на смех. Он фыркал, оголив острые зубы и пуская легкий дымок из больших ноздрей. Что ж, мне хотя бы удалось его развеселить, но я надеялась на большую благосклонность.

— И зачем только согласилась? — Ругала себя, статую, императора, родителей и всех, кто надоумил меня оставаться на балу.

Стоило сбегать сразу, как дала понять, что жива, здорова и Аддерли не расчленил мой хладный труп.

— Я рада, что ты меня понимаешь, — кивнула, нервно кусая губы, — видишь, я могу быть полезной, смешить тебя и даже обещаю, больше не портить тебе нервы и не преследовать, честное слово. — Приложила руку груди точно, как юный пионер, и самой от этого стало стыдно. — К тому же ты обещал, что мы сразу после возвращения в ВАМ, мы разорвем помолвку, а граф обязан держать слово.

Припомнила Эйдену его же слова, надеясь, что дракон не захочет меня сожрать. Хотя последние дни, наши отношения были более чем сносными, но кто знает, что у мужчин в головах, особенно когда они теряют остатки рассудка.

Только вот последние слова произвели на дракона обратный эффект. Почему-то он перестал радостно фыркать и повиливать хвостом, а снова стал серьезным.

— Что? Ты передумал? — Удивилась его состоянию.

Дракон медленно кивнул и дыхнул на меня дымком из ноздрей.

— Ты меня понимаешь? — Изумилась еще больше.

Дракон растерялся и сделал вид, что его очень заинтересовал пышный кустик розы и вот прям срочно нужно его понюхать, а лучше сожрать.

— Э-э-э-э, нет, так не пойдет. — Теперь я шла в его сторону, намереваясь вернуть Эйдена и получить ответы.

Но ящер решил иначе, но я не была готова к его выходке.

Голова кружилась от неслыханной высоты, ветер хлестал по лицу, щедро выдавая мне новые порции пощечин. На высоте птичьего, а вернее, драконьего полета, было неимоверно холодно, легкое платье не могло согреть, как и лапы ящера, которые крепко обхватили мое трясущееся тело.

В первые секунды, когда я подумала, что Эйден решил напасть и все же сожрать назойливую меня, не получилось даже звука издать, и только когда почувствовала, как тело оторвалось от земли, заверещала вовсе горло.

Мы летели сначала низко, постоянно проваливались вниз, потом снова набирали высоту, крылья были еще слабыми и плохо слушались дракона. В какой-то момент я попрощалась с жизнью, всплакнула по прошлой и зареклась писать книги.

— Больше никогда. — Клялась в тот момент, в надежде, что вдруг случится чудо и, умерев в теле Розали, вернусь в прошлое. — Максимум детские сказки и то, без злодеев.

К счастью, Эйден справился с новым телом, мы не рухнули вниз, на каменную дорожку, но жители столицы, пришли в восторг при виде дракона с девицей в лапах. Их крики стояли в моих ушах попеременно с шумом бегущей по венам крови. От страха я то зажмуривалась, то снова открывала глаза, но картинка почти не менялась, мы нарезали круги вокруг ночного города.

— Эйден, прошу, — пыталась докричаться до дракона, — верни меня на землю, мне холодно и страшно.

Мой крик явно не долетал до его наглых ушей, или он делал вид, что не слышит.

— Эйден, — переходила на фальцет во время его пируэтов, — умоляю, я боюсь высоты.

Дракон продолжал красоваться, но уже чуть снизив высоту и летая прямо над дворцом императора.

В какой-то момент снова разлепила глаза и с ужасом поняла, что снизу на нас смотрят все гости, прибывшие на имперский бал, во главе с виновником торжества, который что-то рассказывал толпе, активно жестикулируя руками и указывая в нашу сторону.

— Твою ма… — только и успела я подумать, вспомнив древние, брачные традиции драконов, которые когда-то придумал мой больной мозг.

Сердце ухнуло в пятки, когда я ощутила, как когтистые лапы дракона разжимаются, выпуская меня из захвата и отправляя в свободное падение.

— А-а-а-а. — Вырвался из меня сдавленный крик.

Дышать было нечем, из легких разом вышел весь кислород, я в панике размахивала руками и ногами, пока земля неизменно приближалась, а потом очередной рывок и боль пронзила ребра.

Дракон завершил древний ритуал, подхватив меня в воздухе и не позволив упасть, но радости я не испытывала, только желание оторвать его чешуйчатый хвост. Этот ритуал точно был изощренной пыткой, способной расшатать нервную систему любой женщины. И ведь я не думала, что когда-нибудь придется стать частью этого ритуала.

Толпа внизу ликовала, а когда мы наконец-то приземлились прямо на лужайку возле императора, все стали выкрикивать слова поздравлений и восхищений, хотя до этого готовы были разорвать меня голыми руками.

— Мои искренние поздравления, — аплодировал император, — вы прошли древний ритуал единения, Розали, ты доверилась своему дракону, а он не подвел тебя и не позволил упасть, теперь ваши узы станут только крепче.

Хотелось накричать на правителя и высказать все, что я думала о нем, о его расе и всех, кто здесь собрался, но вместо этого меня буквально распластало на траве. Прикрыв рот ладошкой, старалась медленно дышать носом и удержать в желудке скромный ужин.

Даже страшно представить, какой меня увидел весь высший свет, растрепанные волосы торчали во все стороны, часть из них закрывала лицо, одну туфлю я все же потеряла во время полета, платье перекрутилось, а из глаз текли слезы из-за проклятого ветра. Макияж, скорее всего, превратился в яркие разводы на коже, но я старалась об этом не думать.

— Рождение дракона — великая радость, — крикнул кто-то из толпы.

Захотелось снять вторую туфлю и кинуть прямо в лоб этому умнику, но я сдержалась. Сильные руки подхватили меня со спины, подняв на ноги, и только когда обернулась, увидела Эйдена в человеческом обличии, он улыбался, но как-то виновато.

Я с трудом дождалась, когда император закончит свою речь, хотелось сбежать с этого мероприятия и от дракона с его искрящимся взглядом.

— Милая, мы так рады, — мама подбежала ко мне, когда с церемониями было покончено, — это было так волнительно и красиво, когда император объявил, что новый дракон родился, мы с отцом даже не поверили. — Она тараторила, сдерживая поток слез радости.

Папа тем временем отвел Эйдена в сторону и о чем-то беседовал с ним, а в конце даже похлопал по плечу. Уж слишком по-родственному, как мне показалось.

— Спасибо, мама. — Все, что смогла выдавить из себя.

Обманывать ее не хотелось, но и устраивать истерики, не могла себе позволить. Окружение только начинало видеть во мне совсем другую Розали, я не могла подвести их и снова показать крутой нрав и дурное воспитание. Хотя очень хотелось наплевать на все нормы приличия.

— Ох, доченька. — Мама все же не сдержала пары слезинок, а после кинулась мне на шею. — Я и не думала, что все закончится так удачно, видимо, вам суждено быть вместе.

Если бы она только знала, что история эта имела совсем другое развитие сюжета, но даже я боялась предполагать, какой сюрприз ждет за очередным поворотом.

Я не придумала, что ответить матери, вымученно улыбнулась, стараясь скрыть за маской спокойствия, свое разочарование этим мероприятием. Все пошло наперекосяк, и я не знала, что стоит ожидать от Эйдена.

К счастью, возвращаться в его дом не собиралась. Я хотела побыстрее вернуться в ВАМ и наконец-то разобраться со своей жизнью. Как-то совсем неожиданно в голове созрел новый план, опасный, местами безрассудный, но готова была поспорить, что это был единственный способ раскрыть правду о моем попадании в этот мир.

— Розали, — из размышлений меня вырвал голос отца, — дорогая, я рад, что все закончилось так, граф Аддерли лучшая партия для тебя, к тому же он дракон, а это большая честь для нашей семьи.

И снова мне пришлось кивать, соглашаясь с его словами. Так было проще, не нужно было ничего объяснять или спорить. Да и что я могла сказать? Что Аддерли действительно хорош, но то, что произошло сегодня просто ошибка? У меня был только один аргумент, подтверждающий мои домыслы, и почему-то я не боялась озвучить его вслух:

— Метки так и не появились. — Я протянула чистое запястье, потупив взор.

Метка истинной пары — это отдельная часть истории, самая сложная. Обдумывая сюжет, я раз за разом возвращалась к этой детали, каждый раз переписывала, сомневалась, в итоге, всегда возвращалась к первому варианту. Моя история гласила, что метка на запястье — это божественный дар, подтверждение связи двух душ, но раз уж бог драконов в заточении, то метки получить можно только от богини любви, а она не всех удостаивает своей чести.

— Ты же знаешь, — папа виновато отвел взгляд, — не всем…

— Да, — не позволяю ему договорить, — мне уже пора, не хочу оставаться здесь дольше, чем нужно.

Папа удивленно хмыкнул, оставив мои слова без комментариев. Он смотрел на меня иначе, нежели в нашу первую встречу, кажется, он единственный, кто действительно верил в мои перемены, он их видел.

В карету я неслась, позабыв о правилах, буквально скрывшись там от чужих глаз и позволив Эйдену самому разбираться с проблемами. Сердце стучало, подступая к горлу. Закрыв глаза, хорошенько тряхнула головой, прогоняя лишние мысли.

— Все хорошо, — убеждала себя, — я со всем справлюсь, обязательно справлюсь.

Я смогла выровнять дыхание и убедить себя, что не вижу реальной проблемы, но стоило Эйдену оказаться в карете, как из меня вырвались слова:

— Отправь меня в академию, срочно.

Эйден растерялся, заметила, как он удивленно захлопал глазами. Дракон явно не понимал, что послужила такой перемене в моем настроении. Конечно, ведь он обрел зверя и испытывал радость, а не ужас, как я. Не ему пришлось пережить ужас полета, будучи беспомощным человеком. Чешуйчатый гад не понял, что сделал не так.

— Рози, что изменилось? — Не понял моего порыва. — Разве это не то, чего ты хотела?

— Что? По-твоему, я хотела прокатиться в лапах дракона, а потом отправиться в свободное падение? — Спросила с неприкрытой злостью. — Я похожа на самоубийцу?

Не хотела с ним разговаривать, даже смотреть на него не хотела. Раздражение скрыть не удалось, притворяться посчитала лишним. Устала я от этих игр. Лучше бы оставалась в ВАМ, а еще лучше в родном мире.

— Это древний обычай, но я говорю о нашей истинной связи душ. — Насмешливо выдал Эйден, словно перед ним сидел несмышленый ребенок.

Меня так распирало от злости, что слова вырвались из меня, прежде чем я успела их обдумать:

— Я не твоя истинная, — прошипела и тут же прикусила язык.

Эйден издал нервный смешок, но не спешил с ответом. Несколько минут он напряженно смотрел на меня, пытаясь понять, шутка это или нет. Настоящая Розали пищала бы от восторга, она-то стремилась заполучить этого мужчину с потрохами.

— Тогда бы ничего не получилось, — сказал немного неуверенно, — дракон бы взбунтовался или вовсе не пробудился, об обряде и речи не идет.

— Ты слышал, что я сказала. — Отступать было поздно, я не хотела продолжать этот разговор, но и отпираться не собиралась.

Почему-то решила, что готова рассказать правду Эйдену, если он сохранит мой секрет и поможет разобраться в сложившейся ситуации. Затея была рискованная, но дальше играть роль Рози, особенно с Эйденом, было слишком опасно.

— Слышал, и эти слова кажутся очередной глупостью, я думал, ты изменилась, но вижу очередные капризы. — Эйден был хмур, а его слова откровенно обижали.

После всего, через что пришлось пройти, он не переставал видеть во мне истеричную особу, и мои слова для него не более, чем очередной каприз. Зря я думала, что успела показать себя с хорошей стороны, что этот мужчина увидел меня настоящую.

— Я говорю совершенно серьезно, не я твоя судьба, и я не просила ни о каких обрядах, если ты забыл, то эта помолвка должна быть разорвана в ближайшее время, как самая глупая из моих ошибок. — Вспыхнула как спичка, хотелось выплеснуть всю боль разом.

— Нет, — его слова прозвучали так громко и жестко, что я вздрогнула, — это было до моего обращения, сейчас об этом и речи быть не может, дракон не отпустит свою пару.

— А-а-а-а-а, — простонала от отчаянья, — я не твоя пара Аддерли.

— Это твой упрямый характер так считает, но правду мы видели оба.

— Нет, и если ты хочешь узнать правду, то я готова ее рассказать, но сначала мне нужна клятва.

— Клятва? — Его брови удивленно взлетели на лоб. — Это что еще за блажь? Магические клятвы не раздают направо и налево, ты можешь упрямиться, но мне достаточно того, что сегодня произошло.

— Что ж, — тяжело вздохнула, — ты Эйден Аддерли, граф и дракон по рождению, но есть одна тайна, о которой не знает никто, только ты и твои родители, которых уже нет в живых, — я без промедления перешла к козырям, наблюдая за его реакцией.

— Розали… — попытался меня перебить.

— Нет, — взмахнула рукой, не позволяя сбить меня с мысли, — ты не сын рода Аддерли, вернее, ты бастард отца, а твоя мать простила ему измену, взамен на право быть твоей единственной матерью.

На лице Эйдена заходили желваки, он сжал челюсть настолько сильно, что в карете послышался зубной скрежет.

— Откуда ты…

— Я знаю не только это, — смотрела на него, не сводя глаз, — в детстве, ты мечтал, чтобы дракон пробудился настолько сильно, что подверг свою жизнь опасности и собирался спрыгнуть с крыши, но тебя вовремя успели остановить. Ты терпеть не мог свою гувернантку и знал, что она очередная любовница отца, а потому подсунул ей украшения и обвинил в воровстве фамильных украшений.

Я говорила и говорила, вспоминая все, что когда-то писала об этом мужчине, оправдывая его поступки, порой правильные, а порой не очень. Снова пришлось вспомнить, что история этого дракона была написана моей рукой. С каждым сказанным словом, Эйден становился все более злым, в какой-то момент показалось, что он лопнет от гнева, но он крикнул на всю карету:

— Хватит, замолчи, — его натурально трясло от переполняющих эмоций, — откуда тебе это известно? Кого ты наняла, чтобы порыться в прошлом моей семьи? Как давно ты следишь за мной?

Розали действительно следила за Аддерли, но она не могла узнать ничего из того, что рассказала я.

Его кулак впечатался в мягкую обивку рядом с моей головой.

— Никого, — сохранять спокойствие было сложно, — но если хочешь знать правду, я жду клятву, тогда расскажу все.

— Хорошо, — прошипел сквозь зубы, это решение далось ему нелегко, — но потом я жду объяснений и никаких отговорок.

Я молча кивнула, а Эйден заговорил слова магической клятвы, теперь можно было не бояться, что он разболтает мой секрет, но это по-прежнему не значило, что он не несет для меня угрозы. Правда, дракона было чуточку жалко, ему пришлось пустить себе кровь, чтобы магия сработала как надо.

Когда с делом было покончено, а карета все же двинулась в путь, я заговорила:

— Знаю, что ты не поверишь, но тебе придется, у тебя нет выбора, — говорила почти безразлично, но на самом деле, меня всю трясло, — я не Розалинда Брэдфорд, вернее, тело ее, а душа чужая, я пришла в этот мир случайно, как мне кажется, но что еще хуже, этот мир написан моими руками.

Пришлось рассказать все, начиная с моего имени и краткого описания техногенного мира и заканчивая тем днем, когда я очнулась в теле Розалинды Брэдфорд. Чтобы у Эйдена не возникло сомнений, я вспоминала детали, которые мог знать только Эйден или, что хуже, только правитель драконьей империи. Таких тайн было мало, все же, я писала любовный роман, а не исторический или политический, но Аддерли хватило моих знаний.

Он долго молчал, порывался, что-то спросить, открывал рот, но тут же закрывал его, словно не мог подобрать слова. Какое-то время ехали молча, я не торопила дракона, понимала, что мои слова больше похожи на бред, чем на правду. Я знала тайны, которые могли лишить меня жизни, но не побоялась поделиться ими с Эйденом.

— Значит, ты писатель, а этот мир и все в нем, созданы тобой?

— И да, и нет, — ответила уклончиво, — я долго думала над этим и пришла к выводу, что мир реальный, я ведь описывала лишь малую часть существ, живущих в этом мире, но как оказалась, здесь не имею ни малейшего понятия, а вот зачем, догадываюсь.

Мы снова замолчали, погрузившись в свои мысли. Я заметила небольшую странность, с каждым прожитым днем в этом мире, воспоминания из прошлой жизни становились все менее четкими, словно прошло очень много лет с момента моего попадания в тело Розали. Наверное, поэтому рассказывала о прошлом спокойно, воспоминания не заставили мое сердце дрогнуть. Хотя дело могло быть и в том, что прошлая жизнь не была радостной, никто меня не ждал и навряд ли горевал, о моей кончине.

— Ты сказала, что не являешься моей истинной, — спустя какое-то время, снова заговорил Эйден, — но дала понять, что знаешь, кто она.

Вот и подошел наш разговор к самой неприятной части. Несмотря на все случившееся, мое сердечко все же трепетало рядом с этим мужчиной, я влюбилась, так глупо и безрассудно. Но, хорошо, что правда открылась сейчас, когда я еще могла отпустить Эйдена.

— Да, я знаю, кто она и готова назвать ее имя, но взамен, мне нужна твоя помощь.

— Хорошо, — Эйден согласился, не раздумывая, — я все еще не верю, что какая-то незнакомка — моя пара, и практически уверен, что ты есть моя истинная, и поэтому помогу, мы вместе разберемся во всем.

Я хотела возразить, рассказать Эйдену то, что так и не смогла: финал истории, но решила оставить эту часть истории на потом. Главное — у меня появился союзник в поисках истины, причем совершенно неожиданно.

В академию мы вернулись по отдельности, чтобы не привлекать еще больше внимания, хотя этот поступок оказался лишен смысла. Уже на следующий день, благодаря популярным в этом мире газетам и сплетникам, вся империя знала, что произошло на балу. Во всех подробностях, местами приукрашенная история, разлетелась по миру, подарив нашей паре лишнюю славу.

Только слепой и глухой не знал о том, что еще один дракон пробудился, а потому новый учебный день начался с поздравлений. К сожалению или счастью, все внимание Адептов досталось Аддерли, а мне лишь очередная порция неприязни и колких фразочек, только мой приятель тюльпанчик сумел поддержать.

— Подумаешь, чешую обрел, — фыркнул друг, узнав новости, — тоже мне новость в драконьем крае, а вот новые клумбы в ВАМ настоящие событие века.

Я тихо посмеялась над его замечанием, даже не предполагая, что всю следующую неделю, придется скрываться в теплицах от недоброжелателей, которых оказалось в избытке. Только мысль о том, что Эйден обещал помочь, не позволила мне сойти с ума.

Учеба уже не казалась хорошей идеей, ведь в какой-то момент, она превратилась для меня в сущий кошмар. Не только адепты всячески старались вывести меня из равновесия, но и преподаватели не жаловали меня, видя лишь то, что досталось в наследство от прошлой обладательницы тела. Вот уж не думала, что репутация может передаваться по наследству, но именно это произошло со мной.

Все пять дней, я старательно училась, даже постоянная головная не смогла заставить меня бросить ВАМ, а вот Камелия была близка к тому, чтобы довести меня до нервного тика.

Возможно, я все придумала, видела то, чего нет, но девушка словно нарочно оказывалась поблизости со мной каждую свободную минуту: на обедах, на лекциях, на уроках по физической подготовке, даже в теплицах. Она буквально не отлипала на меня, а я не понимала, с чем связано ее поведение.

Хотя… Стоило только подумать о Камелии, как сводило зубы.

Всегда и во всем идеальная: начиная от внешнего вида, который ассоциировался у меня с невинной овечкой, заканчивая успехами в учебе. Мою бывшую соседку по комнате и главную проблему, хвалили все преподаватели, ее ставили в пример, а одногруппники восхищались ее усердием и знаниями.

Ух, как же она бесила меня. Этот ее слащавый голосок, упругие кудряшки, исходящий от нее аромат ванильного кекса. Она словно была облаком сладкой ваты, которую я на дух не переносила. От приторности тошнило.

И только Камелия, всегда говорила со мной таким тоном, что сложно было понять, жалеет она меня или насмехается. Было в ее словах что-то такое, что заставляло меня внутренне напрягаться и ждать удара.

— Ты, такая счастливая, — говорила Камелия полушепотом до прихода магистра, — дракон в тебе пару признал, — и фальшиво улыбалась, — и не какой-нибудь, а граф Аддерли, он ведь и красив, и умен, и состоятелен.

Когда Камелия говорила об Эйдене, в ее глазах появлялся какой-то нездоровый блеск, который пугал меня.

— Жаль только, что не смотрит он на тебя, — тихонько вздыхала, — не хотела я говорить, но слышала, как он отзывался о тебе, рассказывал ректору, что словно в наказание ему невеста досталась.

Ее слова били по больному. Даже не приходилось сомневаться, что Эйден мог такое сказать.

После бала мы даже не общались. Как-то так сложилось, что он пообещал разобраться, найти ответы на мои вопросы, но после возвращения в ВАМ избегал меня. Я даже пыталась подловить его после лекций, но удосужилась лишь короткого:

— Не здесь и не сейчас, — он мотнул головой, — наберись терпения. — Коротко сказал Аддерли и быстро растворился в толпе.

Легко ему было говорить, ведь терпением я не отличалась. Примерно на третий день тишины, я поняла, что Эйден либо передумал помогать, либо просто решил отстраниться, и мне снова придется все решать самой.

На этот раз я решила взяться за решение проблемы основательно. Каждый день, после окончания лекций и посещения теплицы, отправлялась в библиотеку, пытаясь найти хоть какую-нибудь информацию. Иногда ко мне присоединялся Аладар, но он не понимал, что я ищу и для чего, а я не могла посвятить его в тайну.

Вот и сегодня, друг решил составить мне компанию, хоть и делал это без энтузиазма.

— Ты выбираешь очень странные темы, — он поморщился, рассматривая одну из книг на столе, — это изучают портальщики, и то, только в теории.

Я кивнула, приняв его слова во внимание. Действительно, портальная магия была очень сложной, а межмировые перемещения были лишь теоретическими, еще никто не решался создать воронку в неизвестность.

— Но ведь это интересно, — я пожимала плечами, рассматривая схему построения порталов, — представь, что можно перемещаться в другие миры и изучать их.

— Глупости, — Аладар отмахнулся от моих слов, — это слишком опасно и даже нет доказательств их существования.

Если бы друг только знал, что живое доказательство сидит прямо перед ним, он бы говорил иначе, но я продолжала молчать.

— Почему же нет? — Я отложила книгу и указала на другую. — Здесь есть история одного ученого, он утверждает, что встречал путника из другого мира.

— Ага, в его фантазиях, — хохотнул эльф, — хотя даже если это правда, портальные перемещения не продвинулись дальше нашего мира, так что не стоит об этом думать.

Я не искала способ вернуться, но считала, что именно в портальной магии кроется разгадка моего появления. Только вот почти сотня книг оказалась пустой тратой времени. Нет, я бы при всем своем желании, не смогла прочесть их от корки до корки, но даже при быстром просмотре страниц было понятно, что ничего полезного там нет.

И вот, направившись к полкам в очередной раз, на меня свалилась книга, в прямом смысле слова. Словно с неба рухнула и прямо ко мне в руки, напугав до икоты. Стоя между набитых доверху стеллажей, в тусклом освещении, я рвано хватала воздух ртом, а руки так тряслись, что тоненькая и потрепанная книженция рухнула на пол.

— Чертовщина. — Выругалась, нагнувшись, чтобы поднять случайную находку.

На кожаном переплете серого цвета золотыми буквами сверкала надпись: Игры богов или магические ловушки.

Дыхание отчего-то перехватило. Подняв книгу, я воровато оглянулась по сторонам и даже потолок осмотрела. И дело было не в том, что книга вот так появилась непонятно откуда, а в том, что на ней стоял знак запрещенной литературы. Этот иероглиф, или руна, выводились на всех книгах, которых хранились в императорской библиотеке или в закрытой секции ВАМ. Мне это было известно потому, что одной из таких книг когда-то воспользовалась Розали, и именно это стало началом ее конца.

Показывать книгу Аладару было опасно, но еще опасней было оставлять ее на полу, поэтому я не придумала ничего лучше, чем спрятать ее под одежду.

— Хватит на сегодня, — сообщила эльфу, нервно поправляя рубашку, — все равно ничего интересного не нашла.

Он безразлично пожал плечами и встал со своего места, но моего нервного состояния не заметил, что тоже было удивительно, ведь друг отличался наблюдательностью, а я плохой актерской игрой.

Как и подсказала моя интуиция, книга не была частью учебной библиотеки, иначе бы я не смогла вынести ее за пределы помещения, а когда поняла, что путь свободен, расслабленно выдохнула.

До своей комнаты бежала из последних сил, даже с Аладаром попрощалась очень скомкано, но друг на то и друг, что понял все без слов.

Когда за спиной захлопнулась дверь, я задыхалась и готова была выплюнуть легкие. Чувство страха, липкими щупальцами, окутывало тело, я бежала так, словно сам дьявол гнался за мной. Книга, спрятанная под рубашкой, словно обжигала кожу, хотелось закричать, не то от ужаса, не то от волнения.

Заперев замок на двери, метнулась к окну и плотно задернула шторы. Паранойя впервые проявлялась так явно. В ВАМ глаза и уши были даже у стен.

Трясущимися руками, положила книгу на стол и еще раз внимательно ее осмотрела. Знак запрещенной литературы никуда не делся, как и золотые буквы, а еще потрепанный переплет, выдававший приличный возраст произведения. От книги исходил аромат прелости, словно хранили ее в сыром подвале. Внутри все оказалось ненамного лучше, все страницы пожелтели.

— Ну, и что в тебе интересного? — Кончиками пальцев осторожно погладила шероховатую бумагу.

Я не знала, что искать. Это могла быть случайность, в которую верилось с трудом. Бессмысленно перелистывала страницы, пока не наткнулась на изображение разных предметов.

“Ловушки — это не что иное, как магические предметы. Древняя магия превратила безделушки в зачарованные предметы невероятной мощи, но их свойства остаются загадкой, до момента обнаружения. За долгие годы удалось найти не более пяти предметов, некоторые из них способны свести с ума, другие смертельно ядовиты, но один из предметов оказался одноразовым порталом, который вел неизвестно куда. Сколько их существует, где они находятся неизвестно никому. Я не знаю, кто их создал и зачем, но готов поделиться всем, что удалось выяснить…”

Текст напоминал чьи-то заметки, а сама книга больше походила на дневник автора, или неизданную рукопись. Однако заинтересовало меня не это, а один из рисунков — карманное зеркало в кружевной оправе из металла. На рисунке оно было новеньким, сверкало серебряным боком, но в моей памяти эта вещица была совершенно иной.

“Я долгие годы исследовал развалины старого храма, собирал рукописи и путешествовал по миру в поисках древностей, но найти удалось лишь самую малость. Зачарованные предметы невероятной силы, но порой, их свойства словно чья-то злая шутка. Эти ловушки опасны и могут погубить ни одну невинную душу, ликвидировать их практически невозможно.”

Книга и правда оказалось дневником одного ученого, который предпочитал путешествовать по миру и написал несколько книг по расологии и истории этого мира, он был знаменит своим сумасшествием и помешанность на богах. Не просто помешан, этот мужчина был самым преданным прихожанином и почти все свои богатства отдавал на развитие храмов и лично наполнял их реликвиями.

Изучая находку, поняла, что рукопись так и не вышла в свет, а осталась наброском. Мистер Рональд Уфил, так его звали, так и не ответил на главный вопрос: откуда взялись зачарованные предметы. Однако меня это не столь интересовало.

Была это игра богов или разработка чокнутых магов, но один из предметов попал в мой мир и прямо ко мне в руки. То самое зеркало случайно нашла в парке, красивое, я бы даже сказала изящное, хоть и изрядно потрепанное. Оно не разбилось и не помутнело, а вот металл проржавел местами, приобрел пару вмятин, но меня это не смутило. В тот период в моей жизни было мало качественных и красивых вещей, а это зеркало было настоящим раритетом, в чем не приходилось сомневаться. Не знаю, почему взяла его и зачем хранила долгие годы, наверное потому, чтооно стало напоминаем о скоротечности жизни.

Если бы я только знала, чем закончится эта находка, навряд ли бы решилась поднимать с земли эту гадость. Именно после этой находки я стала писать книги, ведь образы героев приходили ко мне сами по себе, я будто наблюдала за жизнью реальных существ.

В книге было описание этого зеркала, хотя сам Мистер Уфил ни разу его не видел и лишь предполагал, что оно является магической ловушкой благодаря древним свиткам. Ученый описывал его свойства слишком расплывчато, туманно, ведь не был точно уверен в правдивости и правильности написанного, получилось, что зеркало могло быть проводником. Против воли обладателя оно могло отправить его в другой мир, таково было его предположение.

Это была одна из теорий, а вторая твердила, что оно могло показывать других существ. Прямо как настоящее волшебное зеркало из сказок. Только я даже не понимала, что мои книги — это чьи-то реальны жизни.

— Почти угадал. — Горько усмехнулась, читая дальше.

Теорий о моем зеркале оказалось много, но ученый придерживался первых двух, а вот мне показалось, что в нем было всего понемногу, и больше всего подходила теория о переселении душ, но это уже мои домыслы. Странно то, что я видела судьбу Розали, но попала в ее тело, когда еще был шанс что-то изменить. Магия слишком непредсказуема.

Захлопнув книгу, посмотрела на часы и поняла, что уже слишком поздно, чтобы отправляться к Эйдену с находкой, меня могли поймать патрули и тогда бы… Даже думать об этом было страшно. Я могла отделаться просто исключением из академии, скорее всего, дело закончилось чем-то более серьезным, вплоть до лишения свободы или ссылки на рудники.

Кто бы поверил, что книга свалилась на меня сама? Ровным счетом никто, ведь репутация Розали хорошо известна всем. Скорее всего, меня бы обвинили в краже запретных рукописей из императорской библиотеки. Кража личных вещей императора могла грозить даже казнью.

Из-за таких размышлений долго ворочалась, то засыпала, то просыпалась, мерещилось, что кто-то пытается пробраться в комнату и сон улетучился. До утра так и не смогла заснуть, а на рассвете уже кралась в сторону преподавательского общежития.

Все магистры жили в отдельном корпусе, поделенном на две части: женскую и мужскую. Если бы не таблички с именами на дверях, я бы долго плутала по коридорам в поисках комнаты Эйдена, но мне и в этот раз повезло. Его апартаменты расположились на первом этаже и ближе всех к выходу.

— Розали? — Искренне удивился дракон, увидев меня на пороге.

Сам он хоть и проснулся, но все еще был в пижаме и с растрепанными волосами.

— Есть разговор, — быстро затолкала его обратно и захлопнула за нами дверь, — я кое-что нашла…

— Постой, — перебил меня, — это не может подождать?

— Если бы могло, я бы не пришла к тебе в такой час, — с усмешкой, достала из-под рубашки книгу и протянула ему, — вот, вчера она буквально свалилась на меня в библиотеке, хотя ее там быть не должно.

Эйден хотел ответить, но замолчал, резко вырвав книгу из моих рук, глаза его расширились от ужаса.

— Розали, не знаю, откуда у тебя эта книга, но это светит огромными проблемами. — Грозно шипел, смотря на меня, как на преступника.

— Я же сказала, — нервно фыркнула, сложив руки под грудью, — она сама свалилась на меня в библиотеке и очень кстати, в ней есть кое-что важное.

Пока Аддерли не успел прочитать нотацию, открыла нужную страницу и показала зеркало.

— Я нашла его в своем мире, — обвела нужную картинку, — все началось после этой находки, я стала писать книги, они были яркими потому, что я словно проживала жизни героев, вернее, наблюдала за ними со стороны, а потом вот. — Указала на свое тело.

— Хочешь сказать…

— Ничего не хочу, но понимать стала чуточку больше, — пожала плечами, — магическая ловушка, я попала в нее, только не пойму, почему именно тело Розали, но это уже не важно.

— И что же тогда, по-твоему, важно? — Раздраженно спросил Эйден.

— Я кое-что тебе не рассказала, — пожевав губы, отстранилась от дракона, стараясь не смотреть ему в глаза, — в тот вечер, когда ты обрел вторую сущность, я общалась с вашим древним богом, ну, который статуя из золота.

— Что? — Вскрикнул он, выронив книгу.

— Не кричи так, — шикнула на него, — нас могут услышать, сам знаешь, — обвела комнату руками, — да, ты верно услышал, я не сказала потому, что и так была в шоке, а еще очень злилась, но теперь думаю, что нужно это обсудить.

— Еще как нужно, — Эйден покраснел от злости, — и надеюсь, что ты скажешь правду.

— О, я бы сказала раньше, если бы ты не убегал, — толкнула его пальцем в грудь, — но ты предпочел прятаться от меня, делать вид, что занят, так что прости, что не стала ждать, пока ты выполнишь обещание.

Эйден взъерошил волосы, вздохнул и, поджав губы, нервно кивнул.

— Прости, ты права, — еще раз кивнул, — я хотел дать нам обоим время, хотел разобраться во всем, но не представлял, как реагировать на твои слова.

— Проще говоря, ты мне не поверил, — горько усмехнулась, — а теперь?

— А теперь мы еще раз все обсудим, но на это раз, я хочу знать все без утайки, а после уже решим, что делать с этим знанием.

Пришлось снова вспоминать день моего незапланированного полета и странный диалог с божеством, или статуей, я так и не смогла разобраться в этом вопросе. Эйден внимательно слушал и не переставая ходил из стороны в сторону.

— Дракон сказал, что я найду ответы на свои вопросы, если позволю будущему свершиться. — Закончила свой рассказ, странным предсказанием.

— Так и сказал? — Эйден неожиданно остановился, тревожно взглянув на меня.

Похоже, только для меня слова золотого дракона были загадкой, а вот Аддерли понимал, о чем идет речь.

— У меня есть одна идея, но для этого снова придется покинуть академию.

На другое я и не рассчитывала, но в преддверии выходных, это не стало проблемой.

— И куда мы отправимся? — Настороженно поинтересовалась.

Аддерли нервно дернул уголком губ, но прямо на мой вопрос не ответил.

— Увидишь.

Несколько порталом и мы оказались снова в столице, и не где-нибудь, а возле главного храма божества, самого величественного строения в городе. Вход в него охраняет огромный каменный дракон, и чтобы оказаться внутри, нужно буквально зайти в пасть хищника, украшенную массивными зубьями, которые исписаны древними письменами. Само здание тоже немалых размеров, но в основном состоит из башен, напоминающих острые скалы.

— И что мы здесь забыли? — Неуверенно посмотрела на Эйдена.

Любовь к храмам Розали не славилась, пожалуй, это единственное, чем мы были похожи.

Место, бесспорно, красивое, еще и старинное, этот храм начали строить больше десяти поколений назад. Все по канону: колонны, статуи, высокие потолки, украшенные лепниной и рисунками, рассказывающими историю драконов. Запах внутри напоминает ладан, слегка удушливый. От золота и камней в глазах рябило. При всем этом великолепии снаружи здание построено из камня графитового оттенка, от этого оно немного пугающее, мрачное, но оказавшись внутри, храм согревает своим теплом и восторгает яркостью.

— Ты ведь описывала этот мир, — ухмыльнулся дракон, — должна знать о реликвии, которая хранится в этом месте.

Сначала я не поняла, о чем он говорит. С этим местом слишком мало было связано действий в книге, только раз здесь были герои, вернее, там была Камелия. Но, именно вспомнив о ней, что-то в голове щелкнуло.

— Оракул? — Вспыхнуло в памяти.

Эйден ехидненько улыбнулся, указав рукой вглубь храма.

Камелия не получила доступ к реликвии, так как не была из драконьего рода, а ведь именно предсказание могло решить проблему главной героини. Оракул — это неживой человек, и не гадалка какая-нибудь, это книга с самопишущим пером, которое выдаст одно предсказание, написанное кровью просящего. Реликвия настолько древняя, что никто не мог определить точный возраст магического предмета, а обращаться к нему за помощью могут лишь драконы, но лишь раз в жизни. Людям же и другим расам заполучить такую возможность можно было только в качестве дара от императора либо другого дракона.

— Постой, ты серьезно? — Я отказывалась верить в собственную догадку.

Эйден, словно издеваясь, оставил стоять меня у самых дверей, а сам молча пошел дальше, скрываясь в тенях статуй.

— Не стой, иначе пойду без тебя. — Произнес он не оборачиваясь.

Пришлось признать, что любопытство сильнее меня. Ноги стали ватными, но я упорно шла следом за Эйденом, но даже когда хранители оракула остановили нас, отказывалась верить в происходящее.

— Ваше Сиятельство, — поклонился один из стражей, — вы не предупредили о своем появлении.

— Знаю, но дело не требует отлагательств, — Эйден подтолкнул меня вперед, на обозрение двух громил в доспехах, — я хочу отдать свое право на использование оракула этой юной леди, Розалинде Брэдфорд.

Мужчины оторопели, и я, признаться, тоже. Ком встал поперек горла. Хотелось закричать на Эйдена, сказать, что он лишился рассудка. Такими дарами не раскидываются.

— Вы уверены? — Ошалело пробормотал один из стражей. — Уже больше ста лет оракул не делал предсказаний для других рас.

Это он еще умолчал, что и сами драконы относились к книге очень ревностно и трепетно, никто не решался просто так потратить свое право на одно-единственное предсказание. Можно сказать, что драконы всей империей оберегали книгу. Их понять можно, ведь реликвия не вечная, даже магия имеет свойство иссякать, а уж о количестве страниц в книге и вовсе не стоило говорить. Никто не решался тратить энергию столь мощного артефакта на глупости.

— Уверен, — Аддерли несколько раз кивнул, — это мое право, и я готов им воспользоваться.

Стражники явно не хотели пропускать меня в святая святых, туда, где сокрыто одно из величайших сокровищ мира, книга-предсказатель, способна на невероятные вещи.

— Хорошо, — один из их недовольно поджал губы, — правила вам известны, но все же напомню, что чернильницу нужно наполнить кровью просящего и четко задать вопрос, об остальном позаботится артефакт.

Пока стражник говорил, я с ужасом смотрела им за спину, на красивые резные двери, возвышающиеся почти до потолка, Меня пугали не дерево, украшенное металлом, а то, что скрывалось за ним. Неизвестность? Нет, там было нечто более ужасное, правда о моем будущем.

С прошлым уже было понятно, подобрала магическую ловушку на свою голову и оказалась в другом мире. Однако я все еще не понимала, почему именно Розали, почему именно этот мир, эта судьба и этот мужчина.

Я искренне хотела верить, что оказалась в этом теле неслучайно, а чтобы спасти девушку от ошибок, чтобы она стала свободной от безумной любви и жила счастливой жизнью аристократки. И все же чутье подсказывало, что подвох в моем попаданстве есть, и немалый.

Больше всего меня беспокоила Камелия. Она оказалась совсем не такой, каким был ее персонаж, и меня бесконечно тревожило, что я испытываю к ней нечто схожее с ненавистью, а, иногда смотря на нее, становилось тревожно. Этот божий "одуван", вызывал во мне непреодолимое желание сбежать подальше, но казалось, что только я вижу ее лживость, а остальные видят розовое облачко из сахарной ваты.

Я даже не заметила, как мы с Эйденом остались одни, вернее, оказались по другую сторону дверей, где в пустой комнате без окон, на каменном постаменте лежала древняя, как сам мир, книга. Рядом с ней стояла чернильница, а в ней металлическое перо. Красивая композиция, если не знать предназначение этих предметов.

— Главное — задать правильный вопрос, — подсказал Эйден, подталкивая меня в спину.

— Правильный? — Нахмурилась, не отрывая взгляда от оракула. — Хотелось бы знать, какой вопрос будет правильным.

— Золотой дракон сказал, что ты узнаешь правду, если позволишь будущему свершиться, спроси о каком будущем шла речь и, что он имел в виду. — Сказал совершенно спокойно, пожав плечами.

А у меня в тот момент руки леденели от ужаса, я готова была броситься прочь от этого места, но глупо было убегать, когда правда была так близка.

— У меня нет… — Произнесла дрожащим голосом, но он все понял без слов.

Эйден молча вынул небольшой клинок, спрятанный под пиджаком, и протянул мне.

— Я не стану подходить ближе, да и нет в этом смысла, только просящий сможет прочесть свое будущее.

Он так и остался стоять у входа, а я с каждым шагом ощущала все большую тяжесть в ногах, словно надела свинцовые туфли.

Время перестало иметь значение. Мир сузился до одной книги, от нее невозможно было оторвать взгляд.

Один вздох, словно прыжок в бездну, острая боль в ладони и алые капли превращаются в тонкую струйку, медленно наполняющую серебряную чернильницу.

Оставалось самое простое, взять перо и написать вопрос, но пальцы отказывались слушаться.

“О чем говорил золотой дракон? Какое будущее должно свершиться?” — Кривые красные буквы, расплывались по желтой бумаге, становясь прозрачными и моментально впитываясь в страницу.

Секунда, другая, текст полностью исчез, а следом страница стала медленно покрываться сплошным черным пятном. Скользкая жижа медленно расплывалась, менялась, превращаясь в буквы. Сначала текст был невнятным, я не могла разобрать написанного, но все быстро обрело смысл, совсем неожиданный.

Если бы я могла предположить, что все повернется так и, что причиной моего попадания в этот мир была отнюдь не случайность, наверное, все сделала бы иначе.

Голова пошла кругом, но я не могла остановиться читать, злость вперемешку с шоком, оказались настолько сильными эмоциями, что я не могла сдерживать себя.

Была ли я готова к такой правде? Однозначно нет. Все это время я думала, что умерла, оказалась в чужом теле, а оказалось, что мое прежнее тело и мою жизнь забрала настоящая Розалинда Брэдфорд.

Незадолго до моего появления, она выменяла возможность обратиться к оракулу у одного обедневшего рода драконов, предложив им крупную сумму, которая покрывала все долги и помогла бы поправить состояние. Опущу детали, сделка была совершена, и Рози довольная, отправилась за своим будущем, где и увидела то, что я описывала в книге, вплоть до своей смерти.

Она узнала все подробности, еще не свершившегося кошмара, но была в корне с ним не согласна, она не собиралась умирать, как отступать от своих планов, но книга ясно дала понять, что такой финал неизбежен. В выборе между жизнью, какой она желает, и смертью, она выбрала третий вариант: ритуал обмена душами.

Это темная, запретная магия, требующая огромного количества магии и жертвы. Однако у такой магии есть последствия. Рози думала, что обхитрит древний ритуал, найдет лазейку и сама решит, в каком теле поселится, что было невозможно, так как в случае отсутствия второго добровольца, душу притягивает в случайное тело, а это мог быть и гоблин.

Конечно, Рози знала об этом, рисковать богатой жизнью и мужчиной, на котором была помешана, она не собиралась, а потому очень хотела отыскать девушку, а именно Камелию, чтобы оказаться именно в ее теле.

Не знаю, чем она думала, ведь план был бредовый, как ни крути, даже с учетом ее подстраховки. Рози действительно подготовилась, она знала, что хочет получить и каким способом, у нее были деньги, связи, компромат на множество влиятельных семей, и не только это. Только вот, в дело вмешался случай, вернее, магическая ловушка.

С помощью каких-то чокнутых магов она изменила ритуал, добыла нужные ингредиенты, включая волосы Камелии, и совершила задуманное, только вместо двух душ, в водоворот судеб вмешалась третья: моя. Если говорить проще: Розалинда Брэдфорд оказалась в теле несостоявшейся истинной пары Эйдена, только вот сама Камелия, заняла мое место в другом мире, а я оказалась тут.

Запутанно, не правда ли? То ли еще будет, ведь Рози не собиралась упускать своего шанса и сделала все, чтобы добиться желаемого, а получив дар Камелии, она пересмотрела свое отношение к учебе и отправилась в ВАМ, заблаговременно подготовившись к поступлению.

Пока я все это читала, а мой мозг вскипал, совершенно забыла, что речь должна была пойти о моем будущем, а не о прошлом нового тела. Оказалось, что это своего рода предисловие к печальному финалу. Моему финалу.

Книга сама рассказала, что Рози уже поняла, что я не Камелия, но от своей затеи не думала отказываться, и раз уж свою смерть дочери рода Брэдфорд была неизбежной, решила, что именно я отправлюсь на тот свет с ее легкой подачи.

Однако оракул на то и предсказатель, чтобы показывать не одну линию судьбы, ведь будущее слишком шаткое, одно решение может изменить все, перевернув все с ног на голову, так, у меня появился выбор: умереть или вывести Камелию-Розали на чистую воду.

Стоит ли говорить, что я выбрала не смерть? От этого не легче, ведь второй вариант сулил большими проблемами и прежде всего правдой, которую я тщательно скрывала.

Я узнала, что нужно делать и даже, чем все закончится, но требовалась помощь Эйдена. Не стала откладывать разговор в долгий ящик, но в академии говорить было опасно, поэтому уговорила Аддерли задержаться в столице, а именно в его поместье.

— Рози, — он тяжело вздохнул, — я верю тебе, но твоя просьба, как минимум странная.

Я не могла рассказать ему все, иначе план пошел бы крахом. Оракул верно подметил, что будущее не постоянно.

— Я хочу рассказать тебе все, но не могу. — Стыдливо отводя взгляд, пыталась скрыть дрожь в голосе. — Поверь, я все расскажу, но нужна твоя помощь, иначе ничего не получится.

— Это я уже понял, — он нервно взъерошил волосы и присел на край стула, — вся эта ситуация выглядит как минимум, глупо.

— Знаю, другого выхода нет, но только так смогу вывести ее на чистую воду.

Я не рассказала Эйдену, что в теле Камелии душа Розали, лишь намекнула, что девушка связана с моим попаданием в этот мир, об остальном ему рано было знать.

— Ты понимаешь, какой опасности подвергаешь себя? — Взревел он, сорвавшись на крик.

Эйдену потребовалось пару минут, чтобы прийти в себя, но удивить меня удалось.

— Понимаю, — ответила совершенно спокойно и тихо, — только если ты не поможешь, я окажусь в еще большей опасности.

Эти слова стали решающими, как Эйден ни упирался, а отказаться уже не смог, только мы оба не догадывались, что притворить нашу задумку получится уже на следующий день.

Следующее утро выдалось солнечным, и хоть это был выходной день, у многих студентов были назначены дополнительные практические занятия. Первокурсники редко на них записывались, но, как оказалось, Камелия не упускала ни одной возможности встретиться с Эйденом. Этим мы и воспользовались.

Подготовиться времени не было, действовать приходилось экспромтом, а чтобы Камелия ничего не заподозрила, мне пришлось спрятаться в аудитории до ее прихода.

— Спрячься в кабинете, — предложил дракон, — оттуда все отлично слышно.

К каждой аудитории прилегал кабинет для магистров, где они хранили документы, пособия и практические материалы для занятий. Дверь, разделяющая два помещения, была достаточно тонкой и пропускала посторонние шумы, поэтому эта идея казалась логичной.

— Хорошо, — нервно оглядела пустую аудиторию.

— Я проверил списки, — продолжил Эйден, — нам с тобой везет, она единственная, кто решил сегодня посетить мой практикум. — Он невесело усмехнулся.

— Это не потому, что ты плохой преподаватель, — улыбнулась, — а потому, что все адепты ленивы и не хотят тратить выходные на учебу.

Мне показалось важным поддержать его, хотя Эйден был прав, нам неслыханно повезло, он мог приступить к выполнению нашего плана незамедлительно.

— Спасибо, но я и не считал себя плохим преподавателем. — Тихо посмеиваясь, он проводил меня в свой кабинет и оставил одну.

Время до начала занятий тянулось, как вязкий кисель, но я была настолько напряжена и вся обращена в слух, что не упустила момент, когда по ту сторону двери, прозвучал звонкий голосок:

— Доброе утро, магистр. — Буквально пропела камелия.

В ее голосе послышалась наигранная радость. Руки сами по себе сжались в кулаки, я словно превратилась в камень, не в силах заставить себя даже нормально дышать.

— Доброе, — чуть помедлив, ответил Эйден, — Камелия. — Ее имя прозвучало чуть игриво.

Я чуть не поперхнулась воздухом, но вспомнила, что все для дела. Эйден никогда не позволял себе ничего подобного, и к адептам обращался строго по имени рода, особенно к девушкам, но сейчас была другая ситуация.

План был прост, нужно было убедить Камелию, а вернее, настоящую Розали, что Эйден глубоко несчастен, а виной всему его навязанная невеста, которая не дает ему продыху. Помешанная на драконе Розали, сразу бы перешла в наступление и пересекла черту закона ради возлюбленного, попытавшись избавиться от соперницы. Собственно, вот и весь план, заставить Камелию, показать истинное личико.

Я явно что-то опустила, так как в чувство меня привел ее звонкий смех и кокетлива фраза:

— У вас прекрасное чувство юмора, — чуть запнувшись, она с придыханием добавила — Эйден, я ведь могу называть вас по имени?

— Конечно, — уверенно ответил дракон, — только если мы наедине.

И вот это мне уже совсем не нравилось. Против воли хотелось ворваться в аудиторию, накинуться на Камелию и повыдергивать ей все волосы. Одна это было совершенно нелогично, ведь все шло по нашему плану.

— Я веду себя, как ревнивая женушка, — проскользнула горькая мысль, — совершенно не имея на это никаких прав.

Пришлось брать себя в руки и вспоминать, что так нужно для дела, потом еще будет время поговорить с Эйденом.

— Ох, а что же скажет на это ваша невеста? — Вспомнила о моем существовании Камелия. — Она так влюблена в вас, наверное, она будет не в восторге от нашего общения.

А голос все сквозит фальшью, словно она змей искуситель.

— Розали? — Прозвучало удивленно. — Конечно, будет против, она мне проходу не дает, уже не знаю, как избавиться от этого навязанного брака. — Он говорил так обреченно, что даже я поверила.

— А как же ваше первое обращение? — Недоверчиво уточнила Камелия. — Ведь всем известно, что дракон выходит из-под контроля без своей истинной пары, да еще и обряд вы провели, об этом во всех газетах писали.

— Обряд провел дракон, — с вызовом ответил Эйден, — моего мнения он не спрашивал, да и, по правде говоря, никакой связи я не ощущаю, а парные отметки так и не появились.

Казалось, что он предъявляет претензии Камелии, а не пытается заманить ее в ловушку своих чар.

— Правда? — Она снова была удивлена? — Тогда почему же вы не разорвете помолвку? — Возмущение вспыхнуло в ее голосе.

— Император не позволит мне сделать этого, — Эйден тяжело вздохну, но так громко, будто делал это специально для меня, — если только…

— Что? — Она ухватилась за эту соломинку, вернее, попалась на наш крючок.

— Нужна веская причина, очень веская, — интригующе проговорил он, — вот если бы, скажем, Розали сама отказалась или сбежала, я бы быстро женился на другой девушке, сославшись на отсутствие благоразумия у моей невесты.

— Правда?

Показалось, что Камелия подпрыгнула на месте, по крайней мере, я отчетливо услышала стук ее каблучков об паркет.

— Да, и ведь ты, Камелия, куда больше подходишь на роль будущей леди Аддерли: умная, красивая, сдержанная. — Он щедро осыпал ее комплиментами.

Будь это не постановка, придуманная мной, я бы не усомнилась в его словах ни на секунду, уж слишком складно он говорил.

— Ты… ты… — ее голос дрожал, — правда, так считаешь?

И мне даже стало стыдно, что я заставила Эйдена играть на ее чувствах. Только лишь понимание того, что она отнюдь не безобидная, привело меня в чувство.

— Я абсолютно уверен в том, что Розалинда Брэдфорд неподходящая на роль моей супруги.

Он не ответил ей согласием, но свои слова подтвердил. Для Камелии этого было достаточно, и она снова заговорила:

— Эйден, я тоже так считаю, она совершенно тебе не подходит, уверена, что судьба будет на нашей стороне. — Горячо заверила она и убежала, громко хлопнув дверью.

Ни я, ни Эйден не поняли, что это на нее нашло, ведь такого побега мы не ожидали, как и того, что действовать, она станет в тот же день.

— И что это было? — Я вышла из своего укрытия и внимательно осмотрела пустую аудиторию.

Сладкий аромат ванильного кекса все еще витал в воздухе, раздражая мои рецепторы. Эйден выглядел растерянным, часто моргая, он смотрел куда-то в пустоту.

— Не знаю, и мне это не нравится. — В голосе промелькнуло нечто-то хищное, а скулы слегка заострились.

— Оу, успокойся, еще ничего не произошло. — Попыталась привести его в чувства, пока дракон не вырвался из-под контроля. — Главное, что наш план подействовал, она явно поняла намек и не станет отсиживаться в сторонке.

— Это меня и пугает, — произнес он огрубевшим голосом, — понимаешь, что мы сами предложили ей избавиться от тебя?

Так-то оно так, и у Розали еще был шанс показать себя с лучшей стороны, но оракул четко дал понять, что она уже давно не нежный цветочек и способна на страшные поступки.

— Нет, — качнула головой, — ты всего-то сказал, что тебе нужна другая невеста, и если Розали придет просто поговорить, то наш план провалился, но если я права, то все будет совершенно иначе.

— Об этом и речь, ты даже не говоришь, что именно произойдет, а я не могу тебя защитить. — Он сжал кулаки, а его зрачок стал вертикальным.

— Эйден, — произнесла его имя полушепотом, осторожно прикоснувшись к его плечу, — все будет хорошо, обещаю. — произнесла, не отрывая взгляда от его глаз.

Он оставался таким же напряженным, сосредоточенным, словно шел на смертельный бой с самим собой. Даже сквозь плотную ткань одежды, ощущала жар его тела. Тишина, повисшая между нами, была напряженной, словно вот-вот должен был раздаться взрыв.

И он случился…

Секунда, буквально мгновение, и я ощутила прикосновение его губ к своим. Это был не просто поцелуй, а трепетное обещание, пропитанное нашими надеждами, страхами, желаниями. Это был словно предложение, от которого невозможно отказаться.

Эден был нежен и осторожен, он давал мне возможность отстраниться, даже сбежать, если захочу, но я не хотела. В тот момент получила все, о чем желала, и рядом был мужчина, которому готова была верить безоговорочно.

Когда в легких уже не хватало воздуха, а губы горели от взаимной страсти, он отстранился, но продолжал крепко прижимать меня к своему телу, дыша, как загнанный зверь.

Мое лицо пылало, земля уходила из-под ног, я бы упала, если бы Эйден перестал обнимать меня.

— Мы еще поговорим об этом, — пообещал он, нежно погладив меня по щеке, — потом, когда разберемся со всеми проблемами и выведем мерзавку на чистую воду.

— Да, — согласно кивнула, — надеюсь, у нас все получится.

— Обязательно, — с измученным стоном, он все же отстранился, достал мутный кристалл из кармана и протянул мне, — как договаривались, держи его при себе, если будешь в опасности, разбей его, и я приду на помощь.

Я несмело улыбнулась, погладив неровные края камня большим пальцем.

— Все обязательно будет хорошо, — успокоила скорее себя, чем его, — мне нужно идти.

— Конечно, — прочистив горло, он кивнул, — беги, я буду ждать твоего сигнала, а пока нам не стоит привлекать к себе внимание.

Не хотелось сейчас оставаться одной, вернее, уходить от Эйдена, но он был прав. Розали могла перейти от слов к делу очень нескоро, а значит, нам стоило поддерживать его легенду, стараясь пересекаться как можно реже. Хотя было бы логичнее. Если бы я стала бегать за ним, как преданный пес, радостно виляя хвостиком. От такой картины меня даже передернуло.

Ноги сами привели меня к полюбившейся башне, я уже даже не жаловалась на постоянный бег по лестнице, хотя все еще уставала от таких трудностей. Медленно плетясь наверх, невольно прислушивалась к звукам и поняла, что наверху уже кто-то есть.

И ведь не ошиблась, возле двери в мою комнату, стояла Камелия. Мило улыбнувшись, когда я встала, как вкопанная, она кинулась мне навстречу.

— О, Рози, а я как раз тебя искала, — пропело это ванильное облако, обдав меня приторным парфюмом.

— Зачем? — Спросила с дрожью в голосе и натянутой улыбкой.

— Да так, — махнула рукой, — посекретничать по-девичьи, ты ведь живешь тут, как затворница, я переживаю о тебе. — Камелия наигранно всхлипнула, даже умудрилась пустить скупую слезинку.

Мысленно приказала себе терпеть и улыбаться, чтобы не вызвать подозрений. Хотя была уверена, что Розали вот-вот покажет свое истинное лицо.

— Конечно, я рада, что ты пришла.

Как бы ни хотелось, а в комнату ее пришлось впустить, и это было главной ошибкой, ведь стоило двери закрыться, как вокруг меня образовалось нечто, очень похожее на мыльный пузырь, а с Камелии слетела маска дружелюбности.

Теперь она стояла с гадкой усмешкой, оглядывая меня высокомерным взглядом, но я пыталась не поддаваться панике, хоть и сделать это было сложно.

— Что происходит? — Спросила у Камелии, хотя уже понимала, как глупо и быстро попалась в ловушку.

— Ой, не притворяйся идиоткой, — она фыркнула и села на мою кровать, закинув ногу на ногу, — давай без спектаклей, не знаю, к чему эти игры, но мы же обе знаем, что поменялись телами, а ты делаешь вид, будто знать меня не знаешь.

Этих слов я не ожидала, вернее, опрометчиво считала, что со мной она это не станет обсуждать, продолжая изображать из себя невинность. Как же это было глупо с моей стороны, ведь она считала меня настоящей Камелией, скорее всего, даже не догадывалась о третьей душа, а значит, я не могла не узнать собственное тело. Хорошо хоть я знала, что настоящая Камелия никогда бы не пошла на это по доброй воле.

— Ну и чего ты хочешь? — Пришлось срочно менять тактику. — Обратно в богатую жизнь? Уже надоело в моем теле и быть всеобщей любимицей? — Я вопросительно изогнула бровь.

Кристалл приятно оттягивал карман моего пиджака, но я не спешила вызывать Эйдена на помощь, тем более что пока мне не грозила опасность.

— А ты стала смелее. — Ее только рассмешил мой боевой настрой. — Раньше только мямлила что-то, а сейчас даже пытаешься казаться сильной, хотя находишься в ловушке.

— Ты не можешь мне навредить в стенах академии, — нагло улыбнулась, — охранная система уничтожит тебя раньше, чем попытаешься.

На мое заявление Розали рассмеялась еще громче, это был смех сумасшедшей, и он вызывал у меня страх.

— Ты считаешь меня настолько тупой? — Спросила елейным голосом. — Охранную систему ВАМ создал дальний предок моего знакомого, конечно же, я в курсе о ней и хорошо подготовилась.

Розали медленно встала с кровати и грациозной походкой хищницы, направилась к моему мыльному пузырю.

— Эта прелесть — антимагический барьер, который не пропускает чужеродную магию, и даже охранная ему нипочём. — Она радостно улыбнулась и похлопала в ладоши, аплодируя самой себе.

— Чего ты хочешь? — С трудом выдавила из себя слова и спрятала руки в карманы пиджака, готовясь в любой момент разбить кристалл.

— Ох, сущую мелочь, — мерзко хихикнула, прикрыв рот ладошкой, — чтобы ты исчезла, а я получу мужчину моей мечты.

Она и впрямь была больна, помешана на Эйдене, как алкоголичка, не способная отказаться от бутылки спиртного.

— Я могу просто уехать, — в горле першило от волнения, — и не мешать твоему счастью.

Это была последняя вразумить ее, но она пошла прахом.

— Не люблю рисковать, — Рози скривила нос, — не переживай, больно не будет, никто и не поймет, что с тобой случилось.

Сказав это, она кинула в сторону купола какой-то порошок, который осел на его поверхности, а пространство внутри него, быстро стало наполняться едким дымом. Я разбила кристалл, но слишком поздно, сознание быстро померкло, а я провалилась в непроглядную тьму.

Это было странное состояние, неправильное, ощущала свое тело, но не могла пошевелиться. Была боль, был страх и полное непонимание происходящего. В голове роились десятки вопросов: сработал ли кристалл, получил ли Эйден сигнал и успел ли, а главное — что это был за порошок?

— Не хочу умирать. — Подумала, ощутив сильное жжение в области желудка. — Я ведь не жила совсем, — продолжала рассуждать, вспоминая свою жизнь, — и не любила, и любимой не была.

Образ Эйдена особенно ярко предстал перед внутренним взором. Красивый, сильный, умный, в нем было все, о чем можно только мечтать. Мужчина-мечта. Он понравился мне с первого взгляда, а позже, казался холодным, грубым, надменным. Каждая встреча дополняла его образ новыми характеристиками, позволяя лучше узнать загадочного графа.

— Если выживу, дам нашим отношениям шанс. — Мечтательно подумала, вспомнив предсказание оракула.

Вмешательство магии в судьбу Розали и Камелии изменило будущее и подарило мне шанс быть истиной парой дракона.

— Нужно было признаться. — Подумала с грустью.

Боль появлялась вспышками, сбивая меня с мыслей, а я не могла даже закричать, хотя пыталась и не раз. Смерть была так близко, что я ощущала, как костлявые руки тянутся к моей душе, даже ощутила холод и ни с чем не сравнимую вонь гниющей плоти. И вот в этот момент, когда мне стало по-настоящему страшно, сквозь толщу безоглядной тьмы, услышала его голос:

— Рози, — словно шелест листвы, моего слуха коснулся тихий голос Эйдена, — борись, ты сильная, ты должна жить, не смей сдаваться.

В его голосе было столько боли и отчаянья, словно он погибал вместе со мной, но в то же время в нем была сила, так необходимая мне.

— Ты не можешь просто оставить меня, — он продолжал говорить, и с каждым словом, его голос становился все громче, а слова отчетливее, словно расстояние между нами стремительно сокращалось.

Его голос словно маяк, освещал мне путь и не позволял сбиться с курса. Я так хотела снова увидеть его, что не поняла, в какой момент желание стало реальностью, а яркий дневной свет, больно ударил по глазам.

— Ты очнулась, — то ли радостно, то ли испуганно воскликнул Эйден, склоняясь надо мной.

Потребовалось несколько минут, прежде чем я снова открыла глаза и издала невнятный звук.

— Не шевелись, я позову лекаря. — Быстро выпалил он, уносясь прочь.

Проморгавшись, даже не успела издать протестующий звук, как оказалась совершенно одна в комнате стерильно-белого цвета и скромной обстановкой. По правде говоря, не знала, как выглядят лазареты в этом мире, но сразу определила, что это именно он. Палата чуть больше общажной комнаты, с одной кроватью, креслом, огромными окнами, и двумя шкафами со стеклянными дверцами.

Облокотившись о стену, сиротливо стояла полупрозрачная тканевая ширма, которая явно должна была скрывать меня от чужих любопытных взглядов. Мебель, в отличие от стен и полов, не была белой, но также напоминала, где именно я нахожусь. Все простенькое, без излишеств и помпезности, с которой обычно лечили аристократов.

А вот что действительно меня встревожило, так это наличие решеток на окне, которые ясно дали понять, о моем истинном положении.

В голове был сумбур, старалась не шевелиться, тело казалось тяжелым и не моим, голова раскалывалась от пронзительной боли, просто лежать и ничего не делать, я не могла. Попытка принять вертикальное положение, привела лишь к сильному приступу тошноты.

— О, наконец-то моя подопечная пришла в себя, — произнес седовласый мужчина, врываясь в палату.

Следом за ним вошел Эйден в компании… Императора.

Глазам своим не поверила, несколько раз моргнула, крепко зажмурив глаза, но император никуда не исчез.

— Вижу, дорогуша, вы еще не полностью пришли в себя. — Пока я переводила взгляд с одного мужчина на другого, лекарь уже успел приступить к своим манипуляциям, усердно водил руками над моей головой. — Мда, — сокрушенно покачал головой, — показатели еще далеки от идеальных, но этого и следовало ожидать в вашем случае.

Он еще что-то говорил, объяснял, а я не могла его слушать. По взгляду императора поняла, что он знает все, правитель так пристально смотрел на меня, что ощущала жжение на коже.

— Что ж, вам положен отдых, — лекарь всучил мне в стакан с мутной жижей, напоминающей столовский кисель, — это поможет вывести остатки яда из вашего организма.

— Яда? — Прохрипела, крепче сжимая холодный стакан в руке.

— Да, порошок белой бегонии смертельно опасен в сочетании с пустынным многолиствинником, но, как я уже сказал, ваш случай уникальный…

— Ландарио, — одернул его император на полуслове, — вам пора, как видите, девушка уже пришла в себя, остальное успеете обсудить позже.

Лекарь нервно икнул, пробормотал что-то виноватым голосом и быстро отправился по своим делам.

— Розали, — император нервно дернул уголком губ, — если ты не против, стану называть тебя так.

— Вы уже все знаете? — Спросила, хотя ответ и так был ясен.

— Знаю, граф Аддерли все рассказал, а благодаря его навыкам и знаниям, весь ваш разговор с настоящей леди Брэдфорд был записан и передан в тайную канцелярию в качестве улики.

Я об этом даже не догадывалась. Медленно закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. У меня даже мысли не возникло в тот момент спросить, что случилось с Камелией, вернее, с настоящей Розали и как я оказалась в палате с решетками на окнах.

— Что будет дальше? — Спросила, так и не открыв глаза. — Что меня ждет?

Больше всего я боялась узнать ответ на этот вопрос, но и прятать голову в песок не могла.

— Хороший вопрос, — голос императора смягчился, словно он чему-то обрадовался, — и ответ на него будет зависеть от тебя.

Три года спустя…

— Дорогие выпускники, — голос ректора разлетелся по площади, — время пролетело так быстро и незаметно, очередной год оказался позади, а ВАМ снова открывает свои ворота, но на этот раз, чтобы попрощаться с вами. Я рад поздравить с завершением очень важного этапа в вашей жизни и получением дипломов и сертификатов высшей категории…

Речь ректора вызывала у меня легкую улыбку и грусть. Время моей учебы подошло к концу, но рядом не было тех, кого я искренне желала видеть.

— Не расстраивайся, — шепнул Эйден, — возможно, со временем.

Он не стал договаривать, а я просто кивнула, соглашаясь с его словами. По правде говоря, я не могла требовать от родителей Розали другого отношения к себе. Когда они узнали правду, не смогли спокойно принять, что их дочь — преступница, а я самозванка, занявшая тело леди Брэдфорд.

Это было сложно, но император лично рассказал семейству Брэдфорд обо всем, что случилось, предоставил записи с кристалла и даже позволил им один раз встретиться с дочерью. Да, Камелия-Розали жива, но далеко не здорова и вовсе не в себе, помещена под постоянное наблюдение медиков в подобие психиатрической больницы. Она признана невменяемой, а потому была лишена магии.

Наверное, именно в тот момент, я поняла, что новые родители и брат никогда не захотят принять меня в семью, но с другой стороны, у меня появилась новая жизнь, возможность учиться в ВАМ и даже жених, который в срочном порядке стал мужем.

В курсе ситуации был очень узкий круг лиц, родители Розали, император, Эйден и пара доверенных лиц правителя, остальной мир пребывал в неведении, а когда герцог Брэдфорд прилюдно лишил меня титула и отрекся, пришлось сослаться на тайную свадьбу с графом Аддерли.

У аристократии не принято тайно венчаться, особенно без благословения родителей, поэтому наша версия ни у кого не вызвала вопросов.

В день, когда я очнулась в лазарете, Эйден лично поклялся, что я не несу опасности для этого мира и драконов, а чтобы его слова не были пустыми, нас в тот же день поженили, прямо в лазарете. Не самая романтичная обстановка, но я не жаловалась, была счастлива.

Правда, переживала, что Эйден запрет меня в своем поместье, особенно после появления брачных меток на наших запястьях, но он оказался понимающим мужем.

— Тебе нужно учиться и найти себя. — Понимающе говорил он, когда я захотела вернуться в ВАМ.

Я была благодарна за его понимание и такую возможность, хоть и знала, что с момента нашей открывшейся связи, дракон требовал продолжения рода. Однако даже с чешуйчатой частью моего мужа удалось договориться. Уж не знаю как, но это создание с когтями и крыльями, превращалось в ласкового котенка, находясь рядом со мной.

За три года действительно научилась многому, заново изучала этикет, научилась бальным танцам, хотя до светской дамы было еще далеко, да и я не стремилась стать частью высшего общества.

Учеба давалась мне легко, правда, курьезов было немало. Я нередко оживляла растения, причем не только в академическом саду и городе, еще на практике, и в ботаническом саду, да и так, когда нервничала, растения в горшках начинали шалить.

Ректор несколько раз вызывал меня к себе, другие преподаватели жаловались, а в итоге просто убрали живые растения из аудиторий. И хоть я научилась контролировать свой дар, растения так и не вернулись в учебные кабинеты.

Три года пролетели почти незаметно. Репутация моя заметно изменилась в лучшую сторону, но от всех недоброжелателей избавиться так и не получилось. И вот в самый значимый день для адепта, в день своего выпуска, я вспомнила, как оказалась в этом мире, сожалела, что рядом нет Малькольма и родителей. Хоть они и не были моей семьей, но я полюбила их и привязалась, а оставшаяся от настоящей Розали память, привязала меня к ним, как к настоящей семье.

— Они никогда не примут меня, — четко осознала в тот момент, смотря на своего уже мужа, — но, знаешь, так даже лучше, они смогут жить дальше, а я больше не буду испытывать чувство вины, словно я украла чужую семью.

Эйден не ответил, только загадочно улыбнулся, а потом я услышала голос Малькольма:

— Зря ты так, — брат коснулся моего плеча, но взгляд был виноватый, — они скучают, но не могут найти в себе силы, чтобы принять истину.

В глазах защипало, я не видела Малькольма больше года, а до этого лишь изредка, мельком, ведь он тоже избегал встреч, а я не навязывалась. Он возмужал, взгляд стал суровым, даже немного жестким, пропала юношеская смазливость, появилась брутальность не только во внешности, но еще и в мимике.

— Принять, что я не их дочь, а просто паразит в ее теле? — От собственных слов стало больно.

— Нет, — Малькольм грустно улыбнулся, — что они воспитали преступницу, которая способна на убийство.

— А ты?

— А я знаю, что у меня есть сестра, добрая, умная, сильная, и я предпочитаю думать, что вы двойняшки, с совершенно разным характером.

На душе вдруг стало так легко, что плакать расхотелось. В самом деле, у меня появился муж, брат, а у родителей еще был шанс наладить отношения, и теперь я точно знала, что нет ничего невозможного. Если уж судьбу злодейки удалось переписать, то ничего невозможного.