– Что значит освободить?! – возмущенно воскликнул Свинцов. – Мы почти четыре месяца вели следствие по его делу. На оружии полно отпечатков. У нас масса улик против него, мы не можем его отпустить.

– Свинцов, на вашем месте я бы не пытался продолжать изображать из себя святую простоту. Вы прекрасно знаете, что в произошедшем в центре виноваты лично вы. Поэтому данный человек перейдет под контроль инквизиции. Он показал свою полезность и лояльность. Провести столько времени рядом с демоном и не сойти с ума – одно только это делает его особенным. Святая церковь в последние годы ведет войну с чернокнижниками.

Свинцов дернулся, словно от пощечины.

– Ой, простите мне мою невежливость, вы же глава конклава ведьм и колдунов.

– Человек, сидящий в кресле напротив Свинцова, откровенно над ним издевался.

– И что, вы думаете, он не захочет со мной поквитаться? – спросил Свинцов.

– Нет, он, наоборот, возьмется всерьез за вашу организацию и молитесь своей богине, чтобы он не узнал о ваших проделках. Сам великий инквизитор ему благоволит.

– Но, магистр…, – начал было Свинцов.

– Никаких «но», мой дорогой друг. Пейте вино и наслаждайтесь. Его выпустят завтра, а во всем произошедшем обвинят какую-нибудь террористическую группировку, – сказал человек в сером костюме.

– Вам не кажется, что орден много на себя берет? – лицо Свинцова наливалось краской. – Если мы его отпустим, его же убьют, половина города жаждит его крови.

– Найдите кого-нибудь похожего. Нам все равно, кто будет отбывать за него срок. Он нужен ордену. Если эти явления станут более частыми, то пострадает не только церковь. Думаю, что жить на пепелище не заходят даже самые верные последователи Мораны.

– Вы думаете, этот сопляк сможет противостоять богине? Да она раздавит его! – воскликнул Свинцов, нервно расхаживая по кабинету.

– После того, что произошло в центре города, старые боги активизировались.

Грядет война, и, поверьте, она доберется и до чернокнижников, – сказал магистр и сделал глоток вина. – Да, вот еще что, пока не забыл, если его работа окажется продуктивной, ему могут дать особые полномочия. Крайний раз это было лет семьдесят назад. Тогда ведьм и колдунов ставили к стенке.

Вы, наверное, знаете, что ваш покойный отец заверил нас, что конклав будет сидеть тише воды, ниже травы. Поэтому не мешайте ему работать! – голос магистра стал угрожающим и в нем прозвучали стальные нотки.

– Хорошо, но если он ко мне сунется – ему не жить! – рявкнул Свинцов и схватился за горло.

– Лучше вам выполнить волю великого инквизитора. Ему может не понравиться ваш высокомерный тон, – сказал магистр и сделал пасс рукой.

Свинцов упал на землю и стал жадно хватать воздух.

– Видите, как хорошо жить и дышать, цените эту малость, Николай Степанович, и предупредите сына, чтобы не вздумал самовольничать.

– Я все передам, – прохрипел полковник Свинцов.

– Хорошо, всего доброго, Николай Степанович, спасибо за угощение. Вино было просто чудесное.

Когда полковник поднял голову, его гость уже покинул кабинет.

Немного придя в себя и растирая саднящее горло, Свинцов взял рабочий телефон.

– Выпускайте этого урода и установите за ним слежку, – сказал он собеседнику и повесил трубку.

«Значит, в городе будет новый инквизитор. Ну что же, Сергей Старцев, ставки в нашей игре растут», – сказал полковник и, схватив со стола бокал с остатками вина, запустил его в стену.

Утро следующего дня

– Ядрёна вошь! Муж, ты только посмотри на нашего сына. Тебя хоть не били там, в твоей тюрьме? – спросила мама, наблюдая, как я с жадностью поглощаю еду.

– Я был не в тюрьме, – сказал я.

– Ага, как же, не в тюрьме, – хмыкнул папа.

– Хорошо хоть нам позвонил, а то у тебя в холодильнике мышь повесилась, – сказала мама.

– Ага, ты еще скажи, что последний хрен без редьки доедаю, – огрызнулся я.

Мама хмыкнула и задала новый вопрос.

– Кстати, а что там твоя демонесса, не объявлялась?

– Что прям сразу моя? – смутился я.

– Нам с мамой без разницы, твоя она или не твоя. Нам уже шестой десяток.

Наши ровесники уже нянчат внуков, – сказал папа, желая поддержать маму.

– Угу, как же, внуков, я пока безработный и мне нет дела ни до каких девушек.

Мама прикрыла глаза.

– Давайте закончим с этим разговором. Когда я буду морально готов, я обеспечу вам кучу внуков, – сказал я, поднимая руку.

– Ага, как же, морально готов, и когда ты успел себе набить столько татуировок? – сказал папа, рассматривая мои руки.

– Тюрьма меняет людей, – усмехнулся я.

– Бог с ними, с твоими татуировками, женись уже, наконец, – сказала мама и хлопнула ладонью по столу.

– Мам, да на ком мне жениться? – устало протянул я.

– Нам без разницы, женись хоть на козе, но если ты не возьмешься за голову и через три месяца не приведешь к нам в дом невестку, ты лишишься нашей поддержки, – сказала мама.

Я отодвинул свою тарелку.

– Спасибо за обед, а теперь я пойду в душ, надо смыть с себя тюремную грязь, – буркнул я и направился в ванную.

Включил душ и начал смывать с себя пот и грязь.

– Сынок, открой дверь, – в ванную настойчиво постучали.

– Все нормально, мам, если ты решила, что я собрался вскрыть вены, то не надейся.

Стук тут же прекратился, похоже, папа нашел способ утихомирить маму.

В душе я провел минут двадцать. Побрившись, я провел рукой по лицу.

Судя по тому, что мне рассказывали, когда меня нашли среди обломков, я больше походил на обгоревший кусок мяса А сейчас на теле не осталось даже следа произошедшего.

Я вышел из душа и направился в комнату.

– Там тебе куча писем пришла. Посмотри, может что-то важное, – сказал папа и указал на журнальный столик.

Так, что тут у нас? Среди кучи конвертов один отличался. Серая плотная бумага и необычная марка. Вскрыл конверт.

– Что там такое? – спросил меня папа, заметив, как я изменился в лице.

– Да чушь всякая, реклама и прочая дребедень.

– Ну-ну, – сказал папа и вернулся на кухню.

Я пробежал глазами по скупым строчкам письма. Что еще за орден карающих? Какое нахрен назначение инквизитором?

В конце письма был телефонный номер и адрес. Достал телефон и пробил адрес. Агентство ритуальных услуг «Вечная жизнь». Хотя, в свете последних событий, сомневаюсь, что это прикол. Да и нет у меня друзей, которые устроили бы мне розыгрыш в стиле письма из Хогвартса. Ладно, завтра позвоню, узнаю, кто наградил меня званием инквизитора и какого хрена я должен плясать под чью-то дудку.

На улице раздался рев мотоцикла. Девушка на мотоцикле отличалась потрясающей фигурой, и я невольно засмотрелся на нее. Она остановилась на дороге и повернула голову в сторону дома. Мне из моего окна было прекрасно ее видно.

– Вышел бы, познакомился, – сказал папа, неизвестно как оказавшийся рядом со мной.

– Ага, познакомиться, думаю, она тут случайно, – сказал я.

Девушка, тем временем, опустила стекло шлема и, поддав газу, умчалась дальше по улице.

– Мы вечером уедем, но будем тебе звонить и контролировать, и постарайся не огорчать маму, – сказал папа, протягивая мне тарелку с пирожками.

– Постараюсь, – сказал я и включил телевизор.

«Загадочное убийство произошло…». Я щелкнул пультом. «Пять человек были обнаружены мертвыми на берегу озера Байкал». Пробежался по каналам и с сожалением включил местный канал. Судя по всему, за то время, пока я был под стражей, в мире добавилось проблем. Куда ни посмотри – сплошные убийства.

– Там у дома какая-то машина и парочка мордоворотов, – сказала мама.

– Это слежка. Обычное явление. Вероятно, опасаются, что я сбегу, вот и приставили несколько человек, чтобы следили за домом, – сказал я, безразлично пожимая плечами.

Прошло несколько часов, гнетущее чувство постепенно отступило, и я включил компьютер в надежде хоть немного отвлечься. Побродив по просторам социальных сетей минут двадцать, почувствовал запах гари.

– Мам, папа что, опять что-то готовит? – крикнул я.

– Нет, с чего ты взял? – донесся до меня голос отца.

– Просто гарью пахнет, – крикнул я ему.

Я прошел на кухню и выглянул в окно. Едрен-батон.

Бросился к телефону и вызвал пожарных. Накинул куртку и ботинки и побежал к дому соседки. Перепрыгнув через невысокий забор, забарабанил в дверь.

– Баб Люб, пожар!

Никакого ответа.

– Выбиваем дверь! – прокричал подоспевший отец. – Пожарные уже едут.

Хлипкая деревянная дверь слетела с петель. В доме было полно дыма.

Старушка сидела на полу в кухне и раскачивалась, словно в трансе. На полу горел огненный круг, в центре которого и сидела моя соседка.

– Тьма идёт, тьма идет.

Старушка посмотрела на меня пустыми глазницами. По ее щекам стекала кровь.

Подхватив бабку под руку, я бросился из дома.

– Вызывай скорую и полицию, похоже, ей кто-то выколол глаза.

Надсадно кашляя, мы выскочили на мороз. Крышу дома уже охватило пламя.

– Тьма идет в каждый дом, – старушка захихикала. – Тьма придет и за тобой, – ее кривой палец уперся в мою грудь.

– Да она безумна! – воскликнул отец, наблюдая, как старуха продолжает хохотать.

Наконец, вдалеке послышался вой сирен пожарных автомобилей.

Старуха продолжала хохотать и нести всякую чушь.

– Наконец-то, вон и скорая едет, – сказал отец, указывая на микроавтобус, ехавший позади пожарных.

Машины подъехали к дому. Пара минут суеты и криков, и наконец, дом начали тушить. Медики увели баб Любу в машину и сделали ей какой-то укол, после которого она перестала бредить и заметно успокоилась.

– Это вы ее нашли? – спросила меня женщина.

Я кивнул.

– Очень похоже, что ей кто-то выколол глаза, поэтому мне придется вызвать полицию.

– Вызывайте, – сказал я, внутренне сжимаясь от предстоящей встречи с подчиненными Свинцова.

Казалось бы, он работает в прокуратуре, но его контроль над полицией меня удивлял. Похоже, чернокнижников хватает и среди руководящего звена полиции. Хотя, чему удивляться? Наверно, и я ради лишнего года жизни поучаствовал бы в их ритуалах и оргиях.

– Она вас зовет.

Я дернулся и посмотрел на женщину фельдшера.

– Старушка вас зовет, – сказала женщина и указала на машину.

Я прошел в машину, где над старушкой хлопотала еще одна девушка и сказал:

– Баб Люб, вы хотели меня видеть, – и тут же прикусил язык.

– Видеть, – старушка хрипло засмеялась. – Видеть мне больше не суждено. Ты знаешь, кто я?

– Да, знаю, – сказал я.

Старушка сделала пасс руками, и фельдшер замерла, словно замороженная.

– Она идёт, и скоро из всех щелей полезут ее верные последователи. Я заглянула на ту сторону, и она вырвала мои глаза.

– Кто «она»? Тьма? – спросил я

– Нет, это проклятая Морана. После того, что ты устроил в центре города, старые боги поняли, что есть шанс вернуться. Теперь все, кому не лень, будут проникать в этот мир, и творить здесь свои грязные делишки. Я всегда была слабой ведьмой, но сейчас, чем ближе приход тьмы, тем проще мне творить свою волшбу. То, что раньше требовало недель подготовки и редких трав, теперь доступно по щелчку пальцев.

Старуха щелкнула, и девушка фельдшер начала снимать одежду.

– Один мой жест и она станет твоей. Люди слабы, ими так легко манипулировать.

– Прекратите, – сказал я, отворачиваясь от полуобнаженной женщины.

– Чего ты боишься? – засмеялась ведьма. – Открой дверь и посмотри на улицу.

Я открыл дверь микроавтобуса и пораженно замер. Десятки пожарных, фельдшер скорой и водитель, и даже мой отец замерли неподвижными статуями. Даже вода замерла в полете, недолетая до крыши дома. Языки пламени перестали трепетать и пламя будто застыло.

– Нравится? – спросила меня ведьма, которая догадалась, что я ошеломлен.

– Впечатляет, но к чему все эти фокусы? – спросил я, отводя взгляд от замершей неподалеку обнаженной женщины.

– Действительно, к чему эти фокусы? – сказала старуха каким-то чужим голосом.

– Я так понимаю, вы Морана? – спросил я, уже зная, какой ответ услышу.

– А ты догадлив, нефилим, – засмеялась старуха.

– Вряд ли обычная ведьма способна подчинить время, – сказал я, пожимая плечами.

Старуха уселась на кушетке и уставилась на меня кровоточащими глазницами.

– Какой же ты правильный, даже тошно с тобой, – сказала богиня, склонив на бок голову.

– Какой есть, – сказал я, пожимая плечами.

– Бросился спасать старую пакостную ведьму из огня. Отказался от такой чудесной девушки (богиня кивнула на обнаженную девушку, замершую неподалеку). Конечно, есть вариант, что тебе нравятся мальчики, но, думаю, это не так, – хохотнула богиня.

Я пожал плечами, решив выслушать богиню. Раз она предпочитает разговор, пусть болтает, решил я.

– Скажи мне, как такой человек, как ты, мог спутаться с демонессой? – спросила меня богиня.

– Случайно получилось, – сказал я, усмехаясь.

– Да, по сравнению с демонической красотой, внешность этой девушки и близко не стоит, – сказала богиня и сделала пасс рукой.

Девушка исчезла, превратившись в темное облако.

– Иллюзия? – спросил я.

Богиня лишь хмыкнула и самодовольно улыбнулась.

– Не перестаете удивлять, – сказал я. – Но давайте перейдем к делу. Какого хера вам надо?! – рявкнул я, нависая над старухой.

– Сядь, мальчик! – властным голосом произнесла старуха, а пространство за ее спиной наполнила тьма.

– Хорошо, сяду, – сказал я возвращаясь на свое место.

– Я пришла тебя предупредить. Вздумаешь мне мешать, и я уничтожу все, что тебе дорого. А сам ты превратишься в могильную пыль.

– Очень зловеще. Бояться уже можно? – ехидно спросил я.

– Да как ты смеешь? – начала было богиня.

– Смею! – твердым голосом сказал я. – Не так давно несколько не очень умных божеств рискнули встать на моем пути. И где они? Думаю, что именно наш общий знакомый ацтекский бог войны попросил вас вернуть мою душу в тело.

Богиня согласно кивнула.

– А раз так, то давайте сразу решим все вопросы. Я не знаю, где демонесса.

Лично вам я ничего не должен. Ее труп не нашли среди завалов, и за все это время она не выходила на связь. Если у вас есть к ней какие-то вопросы или претензии, то идите прямиком к ней в Инферно, а меня и моих близких оставьте в покое.

Богиня захохотала и захлопала в ладоши.

– Браво, браво, мальчик, да у тебя еще и стальные яйца. Узнаю прямолинейность нефилима. Ты меня позабавил. Так и быть, я не стану сегодня тебя убивать, – захихикала богиня.

– Думаю, силенок хватает лишь на дешевые фокусы, хотели бы убить – убили, а раз я жив, значит, у вас есть на меня планы, – сказал я.

– У меня масса планов, – сказала старуха и захихикала. – Твоя соседка услышала мой зов и вышла в астрал, глупая старая корова, ей повезло, что ты почувствовал запах пожара.

– Думаю, вы устроили это представление, чтобы меня запугать, – сказал я и открыл дверь автобуса. – Мать! – выругался я и поспешно ее захлопнул.

Богиня злобно захихикала.

– Как вижу, тебе не понравилось увиденное, а это именно то, что ждет мир с приходом демонов, – сказала богиня.

– С чего бы мне вам верить? – спросил я, наблюдая, как богиня улыбается.

– Можешь не верить, но ты своими действиями распахнул двери между мирами. Скоро даже те, кто не принадлежит к миру тьмы, почувствуют его зов. Демоны – мастера искушения, да и ты до сих пор желаешь эту потаскуху Халфассу! – рявкнула богиня.

– Даже если и так, вам какое дело? – спросил я.

– Выбирай: либо ты убьешь её, либо я убью твоих родителей, – сказала богиня и щелкнула пальцами.

Дверь в микроавтобус распахнулась, а сидевшая напротив меня старуха выплюнула сгусток крови. Я отпрянул от нее.

– Она откусила и съела свой язык! – закричала женщина фельдшер и выскочила из машины.

Я выскочил следом и вместе с женщиной едва не поседел от ужаса, наблюдая, как голова старухи с хрустом поворачивается на триста шестьдесят градусов.

– Что это такое?! – верещала фельдшер, хватаясь за голову.

Все это время старуха хрипло хихикала, а ее лицо не переставало улыбаться.

– Вот же дерьмо, – сказал я, наблюдая, как голова старухи надувается как мыльный пузырь.

Громкий хлопок и я едва успел увернуться от кучи кровавых ошметков, забрызгавших машину и стоявшую у входа женщину.

«Тьма идет», – прозвенел в ушах тихий шепот.

В следующее мгновение раздался оглушительный взрыв. Еще одна пожарная машина поливала крышу моего дома.

Утро следующего дня

– Сынок, мы уезжаем, – донесся до меня голос мамы, и я, зевая на каждом шагу, вышел в прихожую.

Ночное происшествие выбило меня из колеи. Повезло, что другие дома и постройки не загорелись. А дом покойной баб Любы пожарные так и не смогли потушить. Всю ночь рядом с догорающим домом дежурила пожарная машина.

– Не забывай нам звонить, – строго сказала мама.

– Давай, главное – не вляпайся в очередное дерьмо, – сказал папа и, пожав мне руку, вышел из дома.

Я вышел на порог чмокнул маму в щёку.

– Будь осторожнее, – сказал папа и кивнул в направлении еще дымящегося пепелища.

– Постараюсь, – сказал я, улыбаясь.

Едва машина родителей скрылась за поворотом, я облегченно выдохнул. Теперь можно было спокойно заняться своими мыслями. Но, едва я улегся на диван, как услышал дверной звонок.

– Кого еще черт принес? – пробурчал я и направился к двери.

Посмотрел в глазок и увидел худого человека в сером костюме. Интересно, он из полиции или же церковник? Ладно, наверное, проще открыть дверь и впустить его. «Если бы это был убийца, меня бы уже давно убили», – подумал я.

– Здравствуйте, Сергей, я могу войти? – спросил человек, внимательно осматривая дверной косяк.

– Здравствуйте, – сказал я, но встал так, чтобы посетитель находился за порогом.

Человек вопросительно уставился на меня.

– Слышали когда-нибудь анекдот про вампиров-проповедников? – спросил я собеседника.

Человек покачал головой и произнес:

– Нет, но хотел бы услышать.

– Тогда, с вашего позволения, я расскажу:

«– Здравствуйте! У Вас найдётся минутка, чтобы поговорить о Дракуле?

– Нет… Погодите, о Дракуле?

– Да!

Я обернулся и едва не заорал от ужаса. Если бы не мои усилившиеся способности, то я вряд ли бы понял, что передо мной умертвие. Амулет на груди налился теплом, и зрение вернулось в норму, и вместо разложившегося трупа я увидел рядом девочку лет четырнадцати.

– Привет, – сказал я слегка дрогнувшим голосом.

Девочка мило улыбнулась и спросила:

– А вы тоже к полустанку идете?

– Да, – я кивнул и бросил взгляд на планшет.

– Вы, наверное, с самого города идете? – девочка склонила голову на бок, сверля меня изучающим взглядом.

– Да, с самого города, – кивнул я.

Немного успокоившись, я решил не провоцировать нечисть. Потянуло могильным холодом, а девочка расстроено произнесла:

– Ну вот, скоро уже вечер. Папка заругает, что я грибов не набрала.

Призрак продемонстрировал почти пустую корзинку, на дне которой лежало несколько подберезовиков.

– До темноты еще много времени, соберешь как-нибудь, – сказал я, с опаской наблюдая за девочкой.

– Может, и соберу, – сказало умертвие и поплыло по тропинке впереди меня.

Солнечные лучи пронизывали призрака насквозь, и временами очертания фигуры расплывались.

Решив прервать затянувшееся молчание, я спросил:

– А далеко до полустанка?

Девочка, которая сорвала очередной гриб и уложила его на дно корзинки, отрицательно качнула головой. Я, не успокоившись, повторил вопрос.

– Еще километр вдоль насыпи и мы будем на месте, – рассеянно ответил призрак и продолжил прерванное занятие.

– А как тебя зовут? – спросил я девочки, наблюдая, как она, напевая что-то себе под нос, направилась вперед по тропинке.

– Варя.

– А папу твоего случайно не Фёдором Егоровичем зовут?

– Ой, а вы и папу моего знаете? – удивленно воскликнула девочка. Он у меня хороший, правда, грустный с тех пор, как мамы не стало.

Девочка сделала хмурое лицо. Я, желая сменить тему, спросил:

– А чем папа сейчас занимается?

Девочка махнула рукой куда-то вперед и произнесла:

– Он почти все утро насыпь осматривает, чтобы трещин не было или других дефектов.

– Важная у твоего папы работа, – сказал я, продолжая шагать по тропинке.

Девочка кивнула и ускорила шаг.

– Сегодня особенный день, папу нельзя отвлекать, он мне утром сказал в лес идти и грибов насобирать. Хмурый он сегодня и какой-то задумчивый. Опять тот поезд ждет, – сказала девочка и закрыла рот ладошкой, будто сболтнула лишнее.

В кармане пискнул планшет и я, отвлекшись на секунду, не увидел, куда исчез призрак.

Короткое лаконичное сообщение гласило:

«Установлено, что сошедший с рельс поезд перевозил заключенных и сотрудников НКВД, поэтому, будьте осторожны, возможно коллективное разупокоение. Рекомендовано ликвидировать захоронение с помощью алхимического состава номер два».

– Твою налево! – выругался я и направился вперёд по тропинке.

Висевший на шее амулет начал дергаться, словно собака-ищейка на поводке. Похоже, где-то недалеко находится искомое захоронение. Вот дерьмо, у меня нет даже завалящейся лопаты, чтобы раскопать вероятную могилу.

Наконец, лес закончился, и я вышел к полотну железной дороги. Планшет снова пискнул, информируя меня о том, что до точки, в которой расположен дом обходчика, не больше пары сотен метров.

Повернул налево и спустя пару минут увидел среди деревьев искомое здание. Обветшавший домик из красного кирпича лишился кровли. Крыша строения сейчас лишь в паре мест была покрыта ржавым кровельным железом. Окна дома были наглухо заколочены. Входная дверь и вовсе отсутствовала.

– Просто прелесть, – пробормотал я. – Даже странно, что дом не снесли.

Хотя, стоило мне сделать к нему несколько шагов, как от здания повеяло потусторонней жутью. Под ногами хрустели какие-то деревяшки и пришлось быть крайне аккуратным, чтобы не проколоть ногу гвоздем или же какой-нибудь дрянью.

– Хозяева! – крикнул я, не особо надеясь на ответ.

Сделал еще несколько шагов и почувствовал, как от дома потянуло могильным холодом.

– Ну-ну, не стращай, – пробормотал я.

Похоже, призрак обитает именно здесь, и сейчас он был против того, чтобы я заходил в его жилище.

– Извини, но тебе пора на покой, – сказал я и, превозмогая страх, поднялся на скрипучее крыльцо.

Из темноты дома донесся лязг и в следующее мгновение я плюхнулся на пол. Над головой пролетел какой-то предмет.

– Слышь, ты, недобитый враг народа, покажись сам! – крикнул я в темноту.

В ответ из темноты прилетело несколько кирпичей.

– Сам напросился, – сказал я и отполз от дома.

В паре метров от входа я нашел ржавые вилы, которыми призрак и запустил в меня. Поднял их и, отойдя от дома на приличное расстояние, уселся на землю. Сжал вилы в руках и прикрыл глаза.

Вспышка. В голове начали формироваться нечеткие образы. Есть, получилось. Теперь главное – не упустить концентрацию.

Несколько сотрудников в форме НКВД стоят над окровавленным мужским телом.

– Товарищ полковник, вы уверены, что именно он виноват в случившемся? У нас ведь нет прямых доказательств, – сказал невысокий человек с погонами капитана.

– Соколов, ты совсем идиот или жалеешь этого врага народа? – спросил полковник, делая несколько шагов в направлении капитана.

Полковник угрожающе навис над притихшим подчиненным.

– Это никого не волнует, по его вине поезд с имуществом ордена и ценнейшими артефактами сошел с рельс.

– Великий инквизитор будет вне себя, если узнает о случившемся, – сказал капитан.

– Какое дело карающим до наших дел? У них сейчас хватает других проблем, – усмехнулся полковник и отошел от мертвого тела.

– А что делать с погибшими детьми? – донесся со стороны еще чей-то голос.

– Уничтожьте все следы, а трупы сбросьте в колодец. Все материалы, по произошедшему здесь, засекретить.

Полковник сделал несколько шагов к машине. Водитель услужливо открыл перед ним дверь.

– Товарищ полковник, а как быть с ритуалом? – сказал капитан, наклоняясь к двери автомобиля.

Прозвучал выстрел, и мужик кулем повалился на землю. Тучный полковник, лица которого я не видел, убрал пистолет в кобуру и скомандовал:

– Всех в колодец и позаботьтесь, чтобы не было свидетелей.

Я вынырнул из чужих воспоминаний и отшвырнул вилы в сторону.

Размазал по лицу кровь, выступившую из носа.

– Вот же демоньё, – прошипел я, стараясь унять, бешено стучащее сердце.

Способность проникать в чужие воспоминания проявилась у меня спонтанно, и я действовал словно по наитию. Похоже, после гибели двух небожителей, арсенал моих способностей расширился и теперь, кроме регенерации, я могу проникать в воспоминания давно умерших людей.

Успокоившись и немного отдышавшись, я поднялся с земли и направился к темневшему неподалеку срубу колодца. Погода начала портиться, и это наводило меня на мысли, что надо торопиться.

Амулет на шее снова стал неистово дергаться, и, стоило мне сделать несколько шагов к колодцу, как он буквально захлестнул мою шею. С трудом сорвав артефакт, зашвырнул его в ближайшие кусты.

Откашлявшись, направился обратно в лес. Похоже, без алхимического состава и сжигания костей не обойтись. Если верить видению, то, кроме убитого обходчика, в округе погибли ещё и дети.

Какой-то странный ритуал, люди в форме. Скорее всего, или чернокнижники, или какие-то опальные сотрудники инквизиции. Похоже, поезд перевозил детей, которые погибли в результате его крушения. В голове роилась куча вопросов, но сейчас было важнее поскорее покончить с обходчиком.

Наконец, я добрался до своего импровизированного тайника.

– Где эта гребаная алхимия? – пробормотал я и достал несколько свертков с разнообразными порошками.

Растолкав все найденные пузырьки и флаконы по карманам куртки, я направился обратно. Будем надеяться, что простого сжигания костей будет достаточно. Вернулся на тропинку и услышал за спиной детский смех.

– Вот же дерьмо, – процедил я сквозь стиснутые зубы.

Сделал несколько шагов по тропинке и позади меня раздался жалобный плач.

– Хватит морочить мне голову! Убирайтесь в преисподнюю! – проорал я, стараясь перекричать многоголосый плач.

Не выдержав ментального давления, я сорвался на бег. Ветки низких кустарников хлестали по бокам. Пару раз я едва не упал, но продолжил бежать, чувствуя, как за мной следом несутся десятки умертвий. Детский смех и плач не отставали.

– Мля, – болезненно простонал я, когда очередная ветка больно хлестнула меня по лицу.

Наконец, когда легкие уже горели огнем, лес отступил. Выбежав на открытое пространство, я оглянулся. Среди деревьев замерло десятка три святящихся фигурок.

– Жуть какая, – прошептал я и бессильно плюхнулся на землю.

Едва отдышался, как услышал звук мотора. «Что за ерунда? Здесь же нет дороги», – подумал я и приподнялся.

Из-за поворота железнодорожной насыпи показывается полицейская буханка. Первая мысль «бежать и прятаться в лесу» была отброшена.

Призраки делали мне приглашающие жесты и размахивали руками, но я лишь качнул головой.

– Пошли вы в жопу! – крикнул я.

Спустя несколько мгновений фигурки в лесу исчезли. «Похоже, обиделись», – подумал я.

Отряхнувшись от мусора и грязи, я приготовился встречать сотрудников полиции. Чую, быть беде.

Словно подтверждая мои слова, машина скрипнула тормозами и остановилась. Хлопнула дверь, и ко мне расхлябанной походкой подошел молодой парень в звании сержанта.

– Документы! – даже не представившись, потребовал он.

Я, замешкавшись, похлопал по карманам в поисках искомого.

– Бомжуешь, значит? – ехидно спросил меня второй сотрудник, в звании старшего сержанта, заходя мне за спину.

– Нет, просто забыл документы дома, – сказал я, разводя руками.

Раздался хлопок, и мое тело буквально выгнуло дугой.

– Сенцов, давай, быстрее пеленай его, пока он не очухался.

На запястьях щелкнули браслеты наручников. Следующие несколько секунд я болезненно стонал, а два парня самозабвенно пинали меня ногами.

– Смотри, крепкий попался, – удивленно произнес водитель, вышедший из машины и закуривающий сигарету.

– Свинцов за это ответит, я служу в инквизиции, – сказал я, сплевывая кровь из разбитых губ.

В ответ мне прилетел еще один заряд из шокера. Тело снова забилось в судорогах.

– Нам посрать, кто ты такой, хоть папа римский, – сказал человек с погонами старшего лейтенанта.

Похоже, главный здесь, понял я. Плотное телосложение и высокий рост в сочетании с крупными чертами лица делали человека похожим на этакого деревенского увальня, но вот глаза… Глаза были жесткими и колючими.

– Эта земля принадлежит нам, и тебе здесь не рады, – сказал сержант и еще раз пнул меня в район печени.

Старлей присел на корточки и заглянул мне в глаза.

– Будешь упрямиться или же сразу расскажешь, какого хрена ты тут забыл? – спросил он.

Спустя мгновение, здоровяк схватил меня за волосы и запрокинул мою голову.

– Да вот, слышал, тут слёт гомиков проходит, и, как вижу, не ошибся, – сказал я и плюнул кровью в лицо старлея.

– Вот же говнюк, – рыкнул один из парней и нанес мне еще несколько ударов ногами.

– Тащи его к колодцу, пусть помаринуется, – предложил водитель.

В следующую секунду сержант одним рывком поднял меня с земли и закинул в открывшуюся дверь буханки. «Ни хрена себе у него силища», – подумал я и получил по голове удар чем-то тяжелым.

Скрючившись на полу, я максимально расслабился и закрыл глаза, изображая потерю сознания.

– Барсуков, ты его не грохнул? – спросил старлей, несильно пиная меня в бок.

– Нет, вроде дышит, – сказал парень, проверяя у меня пульс.

Машина раскачивалась и, судя по всему, меня везли в направлении дома обходчика.

– Всем нацепить амулеты, этот мертвый хрыч опять будет бросаться всяким хламом, – произнес старлей.

– Товарищ старший лейтенант, а что с этим будем делать? – спросил второй сержант.

– Искупаем, – хохотнул Барсуков и снова пнул меня в район печени. – Ты у нас новенький, а раз так, то ты его и сбросишь в колодец, считай, это твой вклад в общее дело, – сказал старлей и гнусно захихикал. – Всё. Выгружаемся. Барсуков, прихвати этот мусор, – сказал старлей и снова пнул меня ногой. – Да, еще проверь, чтобы на нем не было никакой электроники, а то любят инквизиторы всякие примочки.

– Еще, не дай Темная, найдут колодец, – донесся до меня голос водителя.

– Типун тебе на язык, – сказал старлей. – Все барахло, которое найдете, на обратном пути выбросите в реку, пусть все думают, что он утонул.

Мое тело сноровисто обшарили, а затем куда-то потащили. Мысли о бегстве я отбросил. Наручники мне порвать не удастся, а раз так, то дождусь, пока эти уроды сбросят меня в колодец, а там уже попробую выбраться.

Главное – не разбить голову при падении.

– Сраные святоши, – отдуваясь, произнес сержант Барсуков и одним рывком выкинул меня из машины.

– Что с его водилой делать? Он вроде дохлый. Не испортит он нам водичку? – спросил один из сержантов, швыряя рядом со мной что-то тяжелое.

– Кидайте в колодец, может, сгодится, – донесся до меня гнусавый голос старшего лейтенанта.

Послышался лязг металла.

– Давайте быстрее. Что вы там копаетесь?! – рявкнул старлей.

– Замок заело, – растерянно произнес один из парней.

– Сорви его руками, или ослабел без новой дозы? – засмеялся Барсуков.

Я приоткрыл глаза, стараясь себя не выдать. Старлей курил сигарету, повернувшись ко мне спиной. Водитель, по всей видимости, был у входа в дом, откуда доносилась его ругань. А два сержанта ковырялись с массивным замком, закрывавшим крышку колодца. Наконец, один из них сорвал замок и откинул крышку.

– Все в порядке, воды в избытке, – сказал он, заглядывая в колодец.

– Кончаем с этими двумя и едем обратно в город. За водой вернемся через пару дней, – скомандовал старлей и заорал: – Давайте, шевелитесь! Не хватало еще, чтобы мы тут до темноты застряли.

– Шеф, этот урод слабо подчиняется, его уже даже амулеты не сдерживают, – сказал водитель, возвращаясь к машине.

– Чувствует свежую кровь, – хохотнул старлей и развернулся ко мне. – О, смотри, очухался, а я уж думал, Барсуков тебя надолго вырубил.

– Я живучий, – сказал я, пытаясь освободиться от наручников.

– Это не надолго, – сказал водитель.

Спустя минуту я увидел, что ко мне направился один из полицейских.

– Климов, бери второго, – сказал старлей.

Я повернул голову и выругался. Сержант подхватил с земли тело Чарли, голова которого безвольно болталась.

– Я же вас с того света достану! – проорал я, отбрыкиваясь от подошедшего Барсукова.

– Сам виноват, надо было сидеть дома, – засмеялся сержант, награждая меня парой крепких ударов.

Мля, как же больно. Он что, на стероидах? Моя регенерация уже не справляется с нанесенными мне повреждениями.

– Вы че, плутония оружейного нажрались? – спросил я, немного отдышавшись и делая вялые попытки освободиться от мертвой хватки парня.

– Какой умный парень, – усмехнулся старлей. – Обрати внимание на свой новый дом. Это колодец с мертвой водой, его питают десятки невинных душ, и скоро ты к ним присоединишься.

– Смерть – это только начало, – сказал я, упираясь ногами и не позволяя столкнуть меня вниз.

– Если ты надеешься изводить меня в форме призрака, то не выйдет. Мы поклоняемся Моране, и твоя душа будет питать воду в колодце, пока не растворится без следа.

– Это вы убили тех детей? – прямо спросил я, кивая в сторону леса.

В следующую секунду меня ударили с нечеловеческой силой. Затем еще раз и еще. Наконец, мужик успокоился и прошипел:

– Надо было грохнуть тебя еще в лесу, но тебе повезло, и мы тебя потеряли из виду. Наверняка мелкие мертвяки тебя прикрыли и довели до места. Намаялись за столько лет. Ну, ничего, скоро колодец перезарядится, по путям промчится призрачный поезд, и цикл будет завершен. Этот глупец Росщупкин даже ничего не понял, когда его пришли убивать. Он должен был просто встретить поезд и наблюдать, но он решил вмешаться и испортил полотно. Мне были нужны эти сладкие детские души. Они рыдали и всхлипывали, когда их заталкивали в вагон. Мы собирали их по железнодорожным станциям и окрестным лесам. Сотни невинных душ погибли. Прошли годы, прежде чем мертвая вода наполнила колодец. Наши мольбы были услышаны, Морана вспомнила своих служителей, – произнес здоровяк, фигуру которого окутала тьма.

– Поезда, сошедшие здесь с рельс, тоже ваша вина? – спросил я.

– Нет, тут уже вмешался случай, этот глупец обходчик спровоцировал возникновение фантома! – рявкнул водитель.

В следующее мгновение его отбросило в сторону.

– Этот уродец поделился с тобой видением, – понимающе кивнул служитель Мораны. – Им нет спасения, пока они не сядут на призрачный поезд, их души могут покинуть этот мир только ночью. Конечно, в лесу еще бродят те, чьи тела сгорели при крушении, но они не в силах помешать мне.

– Среди них дочка обходчика, – сказал я.

Служитель Мораны злорадно усмехнулся.

– Значит, все же подохла от той пули, а я все ждал, когда она объявится. Им даже из леса не выйти, охранный контур не даст им ни единого шанса. Глупые детишки пытались тебя спасти, но, видимо, перестарались, – засмеялся мужик.

Мощный удар ноги в грудь отправил меня вниз, на дно колодца.

Падание было жестким. Воды в колодце было чуть больше метра, поэтому, когда на меня сверху плюхнулось мертвое тело водителя, я едва не захлебнулся. Сверху послышался хохот, и крышка колодца закрылась.

– Вот же уроды, – процедил я, пытаясь освободиться от наручников.

Тело била крупная дрожь. Под ногами хрустели человеческие кости.

Колодец был некрупным, поэтому я не сразу обратил внимание, что буквально стою на огромном слое костей, которые сверху покрывает слой воды.

Дернувшись в очередной раз от боли в сломанной ноге, я ощутил, что руки уже свободны. Спустя еще десяток секунд я почувствовал, как тело усиленно регенерирует.

Раздавшийся рядом хлопок заставил меня вздрогнуть, а рогатая тварь, обхватившая меня в следующую секунду, заставила заорать от испуга.

Едва зрение вернулось в норму, как я услышал рядом ехидный голос.

– Вопишь как гимназистка, которую хулиганы зажали в угол.

Я вздрогнул и оглянулся. Халфасса сидела на краю колодца, наслаждаясь произведенным эффектом.

– Ах, ты, гадина бесчувственная! – рявкнул я. – Так ты жива?

– Вы только посмотрите на него, мы его спасли, и нам же вот такое вот «спасибо», – демонесса надула губы и сделала обиженное лицо.

– Могла бы сообщить, что с тобой все в порядке, – раздраженно бросил я.

– Госпожа, позвольте мне его убить, – раздался у меня за спиной рычащий голос.

Обернувшись, я увидел высокую антропоморфную фигуру с крупными козлиными рогами и черной окладистой бородой. Кожа демона или беса была слегка красноватого оттенка, а глаза мерцали неприятным желтым светом. Демон хмурил густые темные брови и разглядывал меня с нескрываемым презрением.

– Нет, Азазель, этот фрукт мне нужен живым и здоровым. И, судя по тому, что его не убило купание в мертвой воде, от человека в нем осталась лишь оболочка, – сказала усмехающаяся демонесса.

– Угомонись, козлорогий, – сказал я и сплюнул себе под ноги.

Демон рыкнул и сделал шаг ко мне.

– Девочки, не ссорьтесь, – сказала демонесса, неведомо как оказавшись между нами. – Сергей, позволь тебе представить одного из тех, кому ты обязан жизнью. Падший ангел Азазель. Азазель, это Сергей, тот самый нефилим, о котором я тебе рассказывала.

Падший нехотя нехотя протянул мне руку для рукопожатия. Я протянул свою. Азазель попытался было сжать мою руку до хруста костей, но я ответным усилием заставил его болезненно зашипеть.

– Ну, хватит вам членами уже меряться, – захохотала демонесса. – Грядет передел сфер влияния, а вы тут свору затеяли, – девушка изучающе посмотрела на меня. – А неплохо ты раскачал свою ауру с нашей последней встречи, – сказала она.

Я лишь обиженно отвернулся.

– Где эти ушлепки, которые сбросили меня в колодец? – спросил я, заметив пустую машину полиции.

– Конечно в Инферно, – сказала демонесса, указывая куда-то вниз. – Или ты думал, я разрешу Моране вот так просто уничтожить моего верного вассала? – сказала Халфасса.

Растерянно пожав плечами, я направился к дому.

– Надо открыть колодец и разрушить охранные контуры у леса, этим душам пора на покой.

– Ты еще скажи, что тебе не понравился эффект от мертвой воды, – сказал Азазель. – У него теперь силы как у мелкого демона, – сказал падший, наблюдая, как я срываю крышку колодца и отбрасываю ее в сторону.

Демонесса лишь кивнула, наблюдая, как я раскидываю бревна по сторонам.

– Слушай, давай не будем дуться друг на друга, – предложила демонесса, протягивая мне руку.

– Ты втянула меня в собственную игру и бросила, – сказал я, заканчивая разламывать колодец.

– Ты идиот, – сказала демонесса и легонько постучала мне по лбу. – Когда ты прирезал тех двух недобитков, я уже была при смерти, а ты своими действиями дал мне достаточно сил для телепортации в Инферно. Я тебе очень многим обязана. Хоть клятва и не связывает нас, как прежде, я предлагаю тебе свою помощь в разборках с Мораной.

– Не пойму, зачем тебе мне помогать? Ты же демон, – сказал я, направляясь к порогу дома.

– Потому что, кроме меня, тебе никто не поможет. Ты вынужден один охотиться на самых опасных потусторонних тварей. Я предлагаю тебе военную помощь, а взамен надеюсь на приток силы от убитых тобой врагов, – сказала демонесса, протягивая мне руку.

Несколько секунд поколебавшись, я пожал ее.

– Вот и отлично. Азазель, уничтожь дом и сними с леса ограждающий контур, – сказала демонесса.

Падший исчез с громким хлопком, оставив после себя вонь серных испарений, от которой я закашлялся.

– Ты чего так расклеился? – спросила меня демонесса, делая глубокий вдох.

– Да ведь воняет какой-то гнилью, – сказал я, с трудом подавив рвотные позывы.

– Не знаю, как ты, а я люблю запах серы по утрам. Сразу чувствую себя дома, – сказала она, направляясь к машине.

– Как ты вообще узнала, что я здесь?

– О, это проще простого. Морана в вашу последнюю встречу прикрепила к тебе вот эту дрянь, – демонесса легким движением сняла с моего плеча что-то, и я увидел небольшого паука, которого девушка тут же прихлопнула. – Все, теперь можно говорить спокойно. Ты вообще сделал большую глупость, не выпив всю мертвую воду из колодца, – сказала она, усаживаясь за руль буханки.

– С каких это пор ты ездишь за рулем? – спросил я, наблюдая, как девушка заводит машину.

– Пока ты отдыхал за решеткой, купила права, – сказала девушка, демонстрируя мне розовый прямоугольник.

– А ездить-то тебя научили?

– Нет, не научили, но сейчас нужно перекрыть движение, чтобы избежать жертв, когда здесь пойдет призрачный поезд. Ты же теперь работаешь на инквизицию, а я готова на все, лишь бы не позволить этой древней старухе Моране превратить мир в руины. Пусть лучше он будет медленно загибаться изводимый демонами, чем эта костлявая пакость лишит Инферно притока новых грешных душ, – сказала девушка. – Ну чего застыл столбом? Прыгай в машину. Азазель уже забрал твое барахло из леса.

Я заскочил на пассажирское сиденье, и девушка тронула машину с места.

– Что ты задумала? – спросил я, наблюдая, как девушка лихо ведет машину вдоль железнодорожной насыпи.

– Взорвем машину на железнодорожном переезде и закроем здесь движение поездов, а иначе погибнет много людей. Этот гребаный поезд обычно появляется километра за два до полустанка.

– А с чего ты решила, что поезд появится именно сейчас?

– Да с того, что души уже собираются в его ожидании! – рявкнула девушка и указала на цепочку призраков, выходивших из леса.

– Давай, рогатая, гони! – проорал я.

– Да еду я, еду, – раздраженно рявкнула девушка.

Наконец, впереди мелькнула дорога. Демонесса выкрутила руль вправо, и машина едва не опрокинулась. Откуда-то издалека донесся гудящий звук. Девушка протаранила шлагбаум и остановила машину на рельсах.

– Выходим! – проорала она.

Я пулей выскочил из машины, оглядываясь по сторонам.

– Убирай машину, поезд идет! – проорал выскочивший из невысокой будки дежурный по переезду.

Демонесса, сделав пасс рукой, проорала:

– Тащи его в сторону от дороги. Наша задача – не дать поездам проехать дальше.

Я подхватил бесчувственное тело мужика и потащил его в сторону от дороги. За спиной что-то рвануло, и в спину толкнула волна горячего воздуха.

– Так-то лучше, теперь поезд точно остановится! – крикнула она. – Чего застыл? Бежим отсюда! – прокричала она и побежала по направлению к дороге.

За спиной послышался звук приближающегося поезда. Я оглянулся. Рядом с насыпью железной дороги появилось густое облако, которое опускалось на дорогу. Минут через пять на путях появилось «это».

– Чего застыл? Поезда-призрака не видел? Давай быстрее, пока он тебя не увидел! – прокричала демонесса и подхватила меня под руку, потащив в низкий кустарник.

– Мне показалось, или из кабины машиниста мне помахал рукой улыбающийся скелет?

За спиной послышался свисток паровоза, а затем громкий перестук колес. Я приподнял голову и рассмотрел красный фонарь на последнем вагоне.

– Не смотри, – рявкнула демонесса, и прижала мою голову к земле.

Едва поезд скрылся за поворотом, она скомандовала:

– Поднимай зад, и пошли в город.

Я поднялся из кустарника и отряхнул с себя мусор.

– А почему нельзя смотреть на этот поезд? – спросил я.

– Ты совсем идиот? Этот поезд собирает заблудшие души и везет их на тот свет. А тем, кто его увидит, может не поздоровиться. Душа такого любопытного идиота может улететь вслед за поездом.

– Но ты же смотрела, – сказал я демонессе.

– Я демон, у меня нет души, – развела руками девушка. – Пошли, а то сейчас здесь будет толпа любопытных сотрудников полиции. Еще не хватало столкнуться со Свинцовым и его шавками, – сказала девушка.

– А что будет с детьми и обходчиком? – спросил я.

– Теперь им ничего не мешает сесть на поезд. Все сдерживающие заклинания мы уничтожили, а о костях позаботится Азазель.

– Все же, какой-то бред. Я думал, что поезда сходят с рельсов по вине призрака обходчика, но получается, что все видели фонарь на последнем вагоне призрачного поезда.

– Так и есть, – кивнула девушка. – Обходчик появлялся на путях, показывая, что путь свободен. Но многие игнорировали призрака с красным фонарем. Может, думали, что кто-то просто шутит.

– А кем были те полицейские, которых ты отправила в Инферно? – задал я терзавший меня вопрос.

– Колдуны-ренегаты, – сказала девушка. – Они раньше работали на инквизицию, а перед войной разошлись, – сказала демонесса, ускорив шаг.

– Откуда такие познания? Ты же в это время была в заточении, – сказал я.

– Навела справки, – сказала девушка, пожимая плечами. – Это служители Мораны. Им, судя по всему, было лет сто, не меньше. Даже нам с Азазелем пришлось повозиться с ними, прежде чем они сдались. Столько лет пили мертвую воду, у них уже были не души, а сплошные угли. Считай – живые мертвецы. Живучие, сильные и опасные. Преданные своей темной богине.

– Получается, обходчик хотел спасти этих детей? – спросил я.

– Да, но в итоге обрек себя на вечные муки. Наверняка их сбросили в колодец, восхваляя Морану, вот и появился темный источник силы. А затем колдуны заперли души. «Поезд-призрак» – это условное название. В море мертвых собирают призрачные корабли. Иногда на улицах можно встретить и целые автобусы. Но тут раз в десятилетие поезд делал остановку и прорывал ткань мироздания. Отсюда и столкновения. Машинисты просто не видели, что впереди на путях стоит еще один поезд. А призрачному машинисту без разницы. Он ждет пассажиров отведенное время и уезжает.

А здесь души были заперты. Поезд вообще редкое явление. А тут еще он появился из-за глупости обходчика. На изнанке мира все перетряхнуло от гибели такого количества детей.

– Но ведь души должны были сразу покинуть это место, – сказал я.

– Нет, не сразу, им нужно сорок дней, – покачала головой девушка. – Это с убийцами и грешниками душа отлетает быстро и то не всегда. В общем, смирись, обходчик выходил останавливать поезд, чтобы души убитых им детей покинули этот мир. Думаю, умники из инквизиторов ограничились поверхностным наблюдением, и призрак попросту не подпустил их к колодцу.

Девушка дернула меня с дороги и прошептала несколько слов. Мимо нас, ревя сиренами, пронеслось несколько пожарных машин. Где-то вдалеке ревела сирена скорой помощи.

– Получается, ты взорвала машину, чтобы остановить тот товарный поезд и дать время призраку собрать все души?

Демонесса кивнула.

– Я тебя совсем не узнаю, – прошептал я, наблюдая, как по дороге проносится еще несколько машин экстренных служб.

– Каюсь. Души – это дорогой товар, но тут речь о детях, и я была вынуждена их отпустить. Они прикрыли тебя от колдунов, а значит, спасли. Совесть не позволила их поглотить, – процедила девушка, выбираясь на дорогу.

– Пфф, у демона совесть, – засмеялся я.

– Можешь мне не верить, – сказала девушка. – Да, вот еще что, – она раздраженно сверкнула глазами, – я надеюсь, все мои вещи в сохранности?

Я отступил на шаг от Халфассы.

– Так и знала, наверняка продавал мои вещи через интернет каким-нибудь извращенцам, – хохотнула она.

– Как ты могла такое подумать?! – возмутился я.

– Ну и дурак. Я бы так и сделала, вместо того, чтобы идти на службу в инквизицию. Хотя, признаю, ты сделал наилучший выбор. Великий инквизитор терпеть не может Морану и ее прихвостней, поэтому, готовься получить премию, – девушка ободряюще хлопнула меня по плечу.

– Как же, премию, – сказал я. Планшет потерял, алхимические ингредиенты и зелья – тоже.

Демонесса, шедшая рядом, сделала пасс руками и вытащила из воздуха мой планшет и протянула мне.

– Как только окажемся подальше отсюда, вызывай чистильщиков. Они уберут все следы и позаботятся, чтобы не осталось никаких улик, указывающих на тебя, – сказала девушка. – Да, и теперь я буду твоим личным водителем, – сказала девушка.

– Ну уж нет, я свою ласточку тебе не доверю, – отрезал я.

– Ну вот что ты за жмот? Мне что, покупать теперь новую машину? – спросила меня демонесса.

– Кстати, раз к тебе вернулись силы, ты не могла бы прямо сейчас вытащить из закромов нам машину? – спросил я девушку.

Демонесса щелкнула пальцами и ее наряд из строгого брючного костюма превратился в микроскопические шорты и откровенного вида топ.

– Смотри и учись, – сказала она и столкнула меня в придорожные кусты.

Со стороны города показалась одинокая машина. Демонесса поправила волосы, собрала грудь в кучку и выставила руку, надеясь, что машина остановится. Но, увы, за рулем машины оказалась девушка, которая, приопустив стекло, лишь швырнула в демонессу огрызком яблока.

– Развелось шалав в округе! – рявкнула на нее девушка на внедорожнике и, подняв тучу пыли, проехала мимо.

Я, затаившись в кустарнике, продолжил наблюдать. Наконец, послышалось тарахтение, и в поле зрения появилась старенькая белая копейка.

Демонесса приняла эффектную позу и сделала машине знак остановится. Старенький пенсионер в забавных очках быстро опустил стекло и спросил:

– Случилось что-то?

– Мне нужна твоя машина и документы, – демонесса подошла к машине и, едва не забравшись в салон, начала о чем-то разговаривать с водителем.

Секунду спустя, пенсионер оттолкнул демонессу от машины и, тронувшись с места, проорал:

– Шалав не возим!

Демонесса вслед проорала несколько слов на неизвестном языке.

– Вызывай свое сраное такси, я все оплачу, – раздраженно бросила она, заслышав мой хохот.

Я, покопавшись в планшете, вызвал такси и выбрался на дорогу.

– Мля, Халфасса, ты конечно симпатичная девушка, но в нашей стране такие фокусы с пенсионерами не прокатывают.

– Да я уже поняла, слишком у меня дальнее родство с суккубами.

– А раньше у тебя получались подобные фокусы? – спросил я.

Демонесса лишь обиженно фыркнула.

– Значит, одно из двух: либо стареешь, либо силенок маловато, – заключил я, отпрыгивая от демонессы, которая от обиды попыталась меня пнуть.

– Мое тело по-прежнему юное и прекрасное, а ты – хам и негодяй. Чтоб ты знал – демонессы не стареют.

– Ладно, извини, ляпнул, не подумав, – сказал я, поднимая руки в примирительном жесте.

– Хрен с тобой, мир, – сказала девушка, хлопая меня по плечу. Но имей в виду, если еще раз ляпнешь что-то подобное, сфоткаю тебя в душе, и ты станешь звездой местных интернет-новостей.

– Договорились, – кивнул я, мысленно ставя себе галочку, чтобы не забыть.

– Где это дурацкое такси? – пробормотала девушка.

– Да, кстати, тебя не пугает, что я теперь инквизитор?

Девушка фыркнула.

– Я не какая-нибудь мелкая ведьма, чтобы раздвигать ноги перед каждым инквизитором. Подобные подкаты вышли из моды еще в средние прошлого века, – засмеялась она.

– И в мыслях не было к тебе подкатывать, – сказал я, наблюдая, как наряд девушки превращается в брючный костюм.

– Вот и зря, я уже начинаю за тобой подозревать нехорошее, – сказала девушка.

– В следующий раз захвачу в плен кучу молоденьких ведьмочек и устрою оргию, – обиженно бросил я в ответ.

– Ты? Оргию? Не смеши меня, – демонесса явно потешалась надо мной. – Кстати, чтобы ты не питал ложных иллюзий, сейчас, после того как Морана начала набирать силу, даже слабая колдунья способна сделать тебя импотентом на всю оставшуюся жизнь. Поэтому, будь осторожен, – засмеялась Халфасса.

– Обязательно, но, чувствую, пока ты рядом, нормальные человеческие отношения мне не светят, – сказал я.

– Ты – не человек, – оборвала меня девушка. – Любые отношения с человеческими женщинами априори будут провальными.

Демонесса оборвала фразу на полуслове, словно сказала что-то не то.

– Так, ну-ка, повтори, что ты сказала! – потребовал я.

– Не забивай себе голову, живут же твои родители как-то, – заметила демонесса, пытаясь перевести разговор в другое русло.

– Чтоб ты знала, мои родители выдвинули мне ультиматум и потребовали, чтобы я остепенился.

– Не завидую тебе, – сказала демонесса. – Наш отец вообще нас выгнал с небес. Это вечная проблема отцов и детей.

Над нашими головами зашумело, и в небе показался вертолет.

– Мля, я уж решил, что это по наши души, – сказал я, рассматривая удаляющийся вертолет.

– Если ты теперь работаешь на инквизицию, я предлагаю решить проблему почитателей Мораны весьма радикальным способом, – сказала Халфасса.

– Предлагаешь заявиться на их шабаш и устроить там резню? – спросил я.

Демонесса оскалилась.

– Да, ренегаты в конец обнаглели. Если с теми чернокнижниками, которые подчиняются Свинцову, у нас нет особых проблем, то, уничтожив почитателей богини, мы ее ослабим.

– Мне кажется, что она даже не заметит их гибели, – с сомнением произнес я.

– А мы подойдем к решению этой проблемы с огоньком. Они сделали первый шаг и атаковали старшего инквизитора на подконтрольной ему территории.

Я предлагаю уничтожить не толькоих логово, но и несколько алтарей Мораны, – сказала демонесса.

– Скажи проще: ты хочешь выкачать из них силу, – сказал я.

– Да, именно так. Но вообще, это ты виноват, что Морана вернулась в этот мир.

– Я?! – моему возмущению не было предела.

– Да, именно ты. Угораздило тебя упокоить двух небожителей на развалинах ее капища, – сказала демонесса.

– Значит, те камни в яме – это были обломки алтаря, – хлопнул я себя по лбу.

– Да. И этой стерве хватило энергии от гибели этих уродов. А так как ты сумел их уничтожить, то богиня считает тебя опасным. Она выжидает, и не будет атаковать в лоб. Скорее всего, она хочет прихлопнуть всех врагов одним ударом, – сказала девушка.

– Смотри, наше такси едет, – сказал я, указывая на машину в конце дороги. – Заплатишь? – спросил я демонессу, когда мы уселись на заднее сиденье.

– Само собой, – сказала Халфасса, протягивая водителю тысячную купюру.

– Куда едем? – спросил водитель, разглядывая демонессу в зеркало заднего вида.

– В центр города, – сказала девушка и, сделав пасс руками, сказала, – Все, теперь можем поговорить спокойно.

Парень вел машину, и, казалось, не замечает полупрозрачной пелены, отделившей нас от него.

– Как я уже говорила, в этом мире баланс сил сейчас не на нашей стороне.

Поэтому, предлагаю все выставить таким образом, чтобы почитатели Мораны и думать не смели о приближении к нашему дому. У меня есть парочка идей, как мы можем о себе заявить, – сказала девушка, усмехаясь.

– Предлагаешь мне вломиться в их логово и попытаться всех уничтожить? – спросил я.

– Нет, не всех, – демонесса качнула головой. – Все чернокнижники нам не нужны. Нам нужны лишь почитатели Мораны. Если верить той информации, которая содержалась в головах тех уродов, они планировали темное причастие.

– Что это? – с подозрением спросил я демонессу.

– Это такой обряд. На нем обычно приносят жертву во славу Мораны и пьют мертвую воду. Но раз колодец мы обезвредили, то, считай, лишили этих уродов их усиленных физических возможностей.

– Но что им мешает вернуться к колодцу и набрать воды снова? – сказал я.

– Азазель взорвет его, и стены обрушатся, – усмехнулась демонесса.

– Может натравим на них Азазеля? Пусть телепортируется туда и прирежет их всех прямо во время их шабаша, – предложил я.

Демонесса сильно хлопнула меня ладонью по лбу и строго произнесла:

– Ты совсем тронулся умом, если думаешь, что их логово не защищено от подобных атак.

Я лишь пожал плечами.

– Ты должен будешь туда пробраться и подготовить все необходимое для моего призыва. Я хочу украсть у них алтарь и унести его в Инферно, – сказала демонесса и таинственно улыбнулась.

– Сдается мне, ты хочешь его подменить своим алтарем и собирать энергию от этих идиотов на свои нужды, – сказал я.

– Именно так. Богиня не любит отступников, поэтому, как только они принесут на алтаре первую жертву, богиня сама их уничтожит, – сказала демонесса.

– Прости, но более глупого плана я не слышал. Мне надоело прятаться от этих уродов.

– Ну-ну, – сказала демонесса. – Хочешь прорваться в здание с боем и убить всех собравшихся там? – спросила она.

– После того, что я увидел в колодце, я готов их рвать голыми руками, – сказал я.

– Боюсь, что слуги Мораны скрутят тебя в бараний рог даже без подпитки от колодца и алтаря, – произнесла демонесса. – В данный момент, чтобы ты понимал, осталось всего два действующих алтаря этой твари. Один здесь, в городе, а вот местоположение второго под большим вопросом. Поэтому, будет лучше, если мы нанесем удар первыми, – сказала демонесса.

– Так, стоп, так это из-за тебя богиня проявила ко мне интерес?! – заорал я.

Демонесса сделала невинные глаза.

– Зуб даю, что это ты вместе с рогатым все это время вела с ней войну, – сказал я, пытаясь заглянуть демонессе в глаза.

– Да какая разница, я это сделала или нет? Морана – это смерть, – сказала демонесса и обиженно отвернулась.

– Ладно, давай не будем пороть горячку, – сказал я. – Раз эти гады затолкали меня в колодец и болтали про необходимость пополнить запасы, значит, у Мораны дефицит служителей. А раз так, то эти ушлепки наверняка хотели провести причастие каких-нибудь богатеньких отморозков.

Демонесса кивнула.

– Если в их святилище мы уязвимы, то остается лишь один вариант – внедриться к ним и сорвать причастие, уничтожив все запасы воды и взорвав алтарь, – сказал я.

Демонесса скривилась и произнесла:

– Ладно, будь по-твоему, но учти, мы с Азазелем не сможем попасть в здание, пока ты не разберешься с охранными чарами.

– Ну и как мне их убрать? – просил я.

– Самый простой вариант – добраться до алтаря и прекратить подачу энергии, – сказала она.

– Похоже, придется постараться, чтобы все это провернуть, – сказал я.

– Алхимическую гранату я тебе предоставлю. Главное, чтобы ты сам успел свалить оттуда. Мне кажется, что Морана может усилить оставшихся служителей, – сказала Халфасса.

– Усилить? – с подозрением спросил я.

– Это как боевая форма у демонов, – сказала демонесса. – Точно не знаю, но в доме будет около сотни человек, и, поверь, если они почувствуют чужака, тебе не жить.

Демонесса развеяла свое заклинание. Похоже, водитель даже и не заметил, что мы болтали всю поездку.

Наконец, мы свернули к дороге, ведущей в центр.

– Выходи из машины, – сказала демонесса, кивком головы указывая на дверь. – Тебе нужно будет зайти в здание и отчитаться перед руководством о проделанной работе. А я пока проверю, верна ли имеющаяся информация, – сказала девушка.

Я послушно вышел из машины и, заприметив бюро ритуальных услуг, направился к входу в здание.

За столом в дальнем углу помещения сидел Яков Данилович. Судя по его довольному лицу, он был в прекрасном настроении. Стараясь привлечь внимание, я кашлянул.

– Не могу сказать, что доволен вашей работой на все сто процентов, – сказал магистр, поднимаясь из-за стола. – Пройдем в мой кабинет, там нам никто не помешает.

– Как скажете, – сказал я, удивляясь тому, что Шпренгер даже не пожал протянутую мной руку.

Мы прошли по лестнице на второй этаж и вошли в небольшой уютный кабинет. Чувствовалось, что именно здесь магистр проводит большую часть времени. Дубовый стол и несколько массивных стульев. Диван в углу кабинета. Компьютер и шкаф с какими-то документами. На столе царил образцовый порядок, что давало повод думать, что магистр любит, чтобы и в делах ордена было все так же, как на его рабочем столе.

Усевшись за стол, магистр оценивающе посмотрел на меня и сказал:

– У тебя такой вид, как будто ты вылез из могилы.

– Так и есть, но проблема на том перегоне решена, – сказал я.

– Как же, решена, – хмыкнул магистр. – Вы там изрядно нашумели. Я так думаю, объявилась твоя демонесса? – спросил он меня.

– Да, объявилась. А еще возникли проблемы с колдунами.

Раздавшийся хруст карандаша в руках магистра заставил меня вздрогнуть. Немного успокоившись, магистр уточнил:

– Ты сейчас говоришь о ренегатах или же речь о подчиненных Свинцова?

– Речь о ренегатах, – подтвердил я.

– Это усложняет дело. У ордена есть рычаги давления, но, как ты понимаешь, будет гораздо проще, если ты сам с ними разберешься, – сказал магистр, барабаня пальцами по столу. – Они поклоняются Моране, а раз богиня усилила свое присутствие, нужно вмешаться и привести все в равновесие, – сказал Яков Данилович.

– Я хочу взорвать их штаб-квартиру или логово – не знаю, что там у них.

Магистр даже крякнул от удивления.

– А более безболезненного способа их уничтожить ты не нашел? Такой способ точно привлечет внимание к произошедшему, да и Морана, скорее всего, поделилась своей благодатью с последователями.

– Яков Данилович, я прекрасно осознаю все риски, но не я первый заварил эту кашу.

– Не горячись, – поспешил меня успокоить магистр. – Может будут проще, если ты натравишь на них демонессу и ее подручного?

Я удивленно посмотрел на магистра. Довольный произведенным эффектом он сказал:

– Появление существ такой силы фиксируется нашими артефактами, но пока Халфасса и Азазель играют на нашей стороне, вам ничего не грозит.

– Яков Данилович, вы наверняка знаете, кто руководит ренегатами.

Магистр кивнул и, поднявшись из-за стола, подошел к шкафу с документами.

– Здесь несколько дел, которые требуют твоего непосредственного участия, – он кинул на стол несколько папок с документами. – Нужно убрать из города наиболее сильные сущности, а лишь потом приниматься за ликвидацию последователей Мораны. Нападение на тебя это плевок в сторону всего ордена, поэтому о случившемся будет доложено великому инквизитору. Думаю, он даст добро на уничтожение ренегатов.

Магистр сделал паузу и, вернувшись за стол, протянул мне конверт.

– А пока, будь добр, займись делами.

– Да, по поводу машины и погибшего Чарли…, – начал было я.

– Чистильщики уже работают, поэтому не волнуйся, – сказал магистр. – Да, вот еще что, тебе домой привезут нормальный костюм, а то выглядишь как мертвяк с кладбища.

Я лишь развел руками и понял, как мне повезло с доставившим меня в город таксистом.

Приняв конверт с деньгами, я довольно улыбнулся. Судя по всему, дела налаживаются. «Даже интересно, кто спонсирует орден, и почему эта организация до сих пор существует?», – подумал я.

– Теперь каждый займется своим делом: ты отправишься гонять призраков, а я и наши спецы соберем информацию по гостям нашего города.

– А что не так с гостями города? – спросил я.

– Судя по всему, из-за того боя, который ты тут устроил, магические потоки сместились и теперь сюда как магнитом тянет разнообразную магическую погань, – ответил магистр.

Застучав клавишами, он развернул монитор ко мне.

– Ифриты, джины, русалки, нереиды, оборотни всех мастей, и это только те, кого мы засекли, – сказал он, разворачивая компьютер обратно.

Судя по фотографиям с мест событий, оперативники ордена особо не церемонились и убивали всех подряд.

– Магистр, неужели среди них нет никого, кто был бы лоялен к ордену?

– Может и есть, но сейчас это наиболее правильное решение, – сказал Яков Данилович. – Давай, вали отсюда. Пока ты тут прохлаждаешься, призраки изводят народ своими фокусами, – сказал он и, поднявшись со стула, указал мне на дверь.

«Вот же говнюк», – подумал я.

Мне очень хотелось узнать, почему его хваленые спецы не смогли найти колодец, и зачем нужны их бесполезные замеры, если в итоге причиной всей чертовщины были колдуны-отступники, но я сдержался и начал спускаться по лестнице.

Похоже, орден меня отправляет на самые опасные задания, намеренно подставляя под удар чернокнижников. Фиг вам, я не отстану от колдунов, пока в городе не останется ни одного из этих уродов. Нужно будет заодно разобраться со Свинцовым, пока он снова не набрал силу.

Добравшись до дороги, я нашел таксиста на стареньких жигулях, который доставил меня домой.

Надо отметить, дома меня ждал сюрприз. Мало того, что дверь оказалась открыта, так еще и Халфасса попросту дрыхла на моей кровати.

– Вставай, рогатая, есть разговор, – сказал я.

– Изыди! Я так устала, – сказала девушка, сладко потягиваясь и укрываясь одеялом с головой.

Понаблюдав за девушкой, которая и не думала вставать, я спросил:

– Откуда у тебя ключи от двери?

– Иди в пекло, я демон и, если мне надо, достану тебе хоть черта лысого, – пробормотала демонесса.

– Мне нужно новое оружие, и желательно что-то посерьезнее, чем подаренный тобой нож.

– Уууу, нефелим, будь человеком и дай мне поспать! – взмолилась демонесса.

– Ну уж нет, хватит дрыхнуть, – сказал я и решительно сдернул одеяло.

– Ну ты и козел, – сказала Халфасса, заворачиваясь в простыню. – Вуайерист несчастный, – сказала она и сонно захлопала глазами.

– Мне нет смысла за тобой подглядывать, – сказал я.

– Ага, как же, – сказала демонесса, зевая в очередной раз.

– Чтобы ты знала, я мог бы поставить в душе камеры, и продавал бы видео с тобой в интернете, – заявил я девушке, которая лишь улыбнулась.

– Тебя за такое посадят, придурок, – добродушно сказала она.

– Вообще, я думал, ты займешься делом, а не будешь дрыхнуть.

Демонесса лишь фыркнула на мои замечания и сказала:

– Судя по твоей недовольной роже, магистр не разрешил тебе в открытую воевать с колдунами.

Я кивнул.

– Так и знала. Придется искать способ выманить их из города, – задумчиво произнесла девушка.

– Ты говорила, у них есть ещё какое-то капище?

– Да, километров восемьдесят от города. И следующее собрание у них будет дней через десять.

– Полнолуние?

Девушка лишь кивнула.

– Понятно.

Я кинул на журнальный столик папки с документами и отправился в ванную. Полчаса спустя, переодевшись в чистую одежду, я услышал звонок телефона. Похоже, демонесса во всю пользуется новыми девайсами.

– Кто звонил? – спросил я, выходя из душа и направляясь на кухню.

– Да какой-то хрен из инквизиции. Сказал, что завтра привезут твою одежду.

Я тут полистала бумаги и скажу, что в первую очередь занялась бы призраком в гостинице, – сказала девушка.

– Что за гостиница? – спросил я, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Гостиница в центре, поэтому там лучше не шуметь. Здание старое и постояльцев с конца девятнадцатого века там была целая куча.

– Думаешь, кто-то из них сдох и теперь наводит ужас на ныне живущих? – спросил я.

– Помолчи, не перебивай, – сказала девушка, явно собираясь с мыслями.

Затем она протянула мне несколько фотографий погибших постояльцев.

– Все задушены во сне с помощью их же предметов гардероба, – сказала Халфасса.

– Жуть какая, – сказал я, откладывая фото.

– Если верить имеющейся информации, под зданием есть подземный ход, ведущий к реке. По нему в старину в здание попадали те, кто был неверен собственным женам.

– И что, у нас с тобой образовался дух сутенера? – спросил я, наблюдая, как демонесса о чем-то задумалась.

– Не знаю, но, судя по задушенным женщинам, это явно какой-то женоненавистник, – сказала девушка, убирая фотографии в папку.

– А есть информация о тех, кто умирал в гостинице? – спросил я.

Демонесса протянула мне листок.

«Светлейший князь Павел Григорьевич Грузинский».

– И что, больше никого там не находили мертвым? – спросил я.

– Нет, но там сейчас идет реконструкция, а гостиница продолжает функционировать, – сказала Халфасса.

– Думаешь, потревожили чьи-то кости и у нас завелся мстительный дух? – решил я озвучить пришедшую в голову мысль.

– Именно так, – кивнула девушка.

– И что, ты предлагаешь мне отправиться в гостиницу и переночевать там? – спросил я девушку.

– Будем ловить его на живца, – сказала демонесса и, вскочив с кровати, развернула простыню.

– Ой, дорогой, ты только посмотри, как здесь чудесно! – щебетала Халфасса, рассматривая просторный холл гостиницы.

– Обычная провинциальная гостиница, – сказал я, пожимая руками.

На лице администратора мелькнуло недовольное выражение лица.

– Пойдем наверх!

– Надеюсь, тут хотя бы клопов нет, – сказал я, поднимаясь с девушкой по лестнице.

– Главное, что здесь нет твоей жены, – тихо произнесла девушка, подмигивая мне одним глазом.

Я, войдя в роль, хлопнул девушку по аппетитной попе. Демонесса недовольно скривилась, но промолчала.

Наконец, мы закрыли дверь номера и принялись за дело. Двуспальную кровать, на которой нам предстояло ночевать, мы отставили в сторону. Убрав ковер в угол, демонесса начала читать какие-то заклинания.

Через пару минут, на полу появилось несколько затейливых пентаграмм, между которых мы и поместили кровать.

Возросшие физические показатели меня несказанно радовали, поэтому мебель в номере мы передвигали практически бесшумно.

– Все, готово, – сказала демонесса и бессильно плюхнулась на кровать.

Я улегся рядом.

– Если вздумаешь ко мне приставать, я тебя четвертую, – сказала Халфасса, заметив, как я ее рассматриваю.

– И в мыслях не было!

– Да что ты говоришь! – возмущенно произнесла девушка и сузила глаза.

– Может быть, мысли и были, но это мое личное дело, – сказал я, отворачиваясь к стене.

Демонесса лишь неодобрительно фыркнула.

– Думаешь, эта тварь придет? – спросил я, прерывая затянувшееся молчание.

– Вполне возможно, – сказала девушка. – Давай лучше послушаем, что происходит вокруг, – сказала Халфасса прикрывая глаза.

Я прислушался и резюмировал:

– Ничего не слышно.

– Вот именно! – сказала демонесса и хлопнула меня по спине. – Делаем так: через полчаса ты покинешь гостиницу и залезешь по пожарной лестнице обратно, а я буду изображать беззащитную жертву, – предложила Халфасса.

– Хорошо, но если попаду в полицию, в этом будешь виновата ты, – сказал я, наблюдая, как девушка садится на кровати и начинает ее раскачивать.

По комнате разнеслись ритмичные скрипы.

– Ты чего делаешь? – спросил я, наблюдая за выкрутасами Халфассы.

– Не мешай, сбиваешь концентрацию, – сказала демонесса и комнату огласили ее первые неуверенные стоны.

– Симулянтка, – сказал я, слезая с кровати и усаживаясь на кресло.

Девушка на мои подначки не отреагировала. Спустя пару минут Халфасса прекратила свое представление и сообщила:

– Всё, теперь дело сделано, все в этой гостинице уверены, что я дешевая продажная шлюха.

Я прикрыл глаза ладонью.

– Ты это чего раскраснелся как гимназистка? – спросила меня едва сдерживающая смех демонесса.

– Да просто чувствую себя как идиот, – сказал я.

– Ну, это твое обычное состояние, привыкай, – развела руками девушка.

– На входе ничего не обычного не заметила? – спросил я.

Демонесса отрицательно покачала головой.

– Обычное здание, энергетика в пределах нормы.

– Понятно, – я скорчил недовольную гримасу. – Все, я пошел. Не забудь открыть окно, – сказал я девушке и покинул номер.

Спустившись по лестнице, подошел к удивленному администратору.

– Моя подруга съедет утром, – сказал я и сунул ему пятитысячную купюру, которая исчезла с быстротой молнии.

– Как пожелаете, – сказал парень и изобразил дежурную улыбку.

Я вышел из гостиницы, обошел здание по периметру и нырнул в подворотню. Чем мне нравились подобные старые здания в нашем городе, так это наличием здесь кучи запасных выходов и лестниц, ведущих во двор.

Я выглянул из-за угла, проверяя, нет ли поблизости камер. Вроде бы нет.

Осталось разобраться с фонарем над лестницей, который разгонял ночную тьму. Брошенный кирпич решил проблему в одно мгновение.

Оглянувшись по сторонам, я нырнул в темноту подворотни. Выждал десяток минут. Похоже, никого не смутил звук бьющегося стекла. Прижимаясь к стене здания, я направился к лестнице.

Да, незадача, окно нашего номера было закрыто. Похоже, демонесса и не думала его открывать. Заглянув в окно номера, я замер. Над кроватью, где лежала демонесса, парило нечто, напоминающее изумрудно-зеленое облако.

Выпустив десятки астральных нитей-щупалец, тварь прижала демонессу к кровати и, судя по мерцанию ее ауры, попросту выкачивала из нее силу.

– Вот же демоньё, – буркнул я.

Решение пришло быстро. Отойдя от окна, насколько позволяла ширина лестницы, я разбежался и прыгнул. Звон битого стекла и веер осколков.

Острая боль от десятков мелких порезов тут же улеглась. Подключившаяся регенерация вытолкнула осколки из тела.

– А ну слезь с нее, урод потусторонний! – проорал я и попытался схватить нечисть.

– Беги отсюда, идиот, – донесся до меня тихий хрип демонессы.

– Размечталась, – буркнул я, и в следующую секунду почувствовал в руке приятное тепло.

Нож, которым я ранее убил двух небожителей, снова пришел на мой зов. Тварь что-то рыкнула и протянула ко мне свои щупальца.

Ну уж нет. Взмах ножа, удар, еще один. Тварь не отступает и продолжает душить Халфассу.

– Держись, рогатая! – крикнул я девушке, когда тварь отшвырнула бесчувственную демонессу к стене и развернулась ко мне.

Стремительно трансформируя тело, монстр начал принимать форму этакого паука с кучей конечностей. Закончив со сменой формы, тварь защелкала жвалами и бросилась на меня.

Удар о стену вынес часть кирпичной кладки. Руки и ноги захрустели от чудовищного столкновения. Вместе с грудой обломков мы рухнули во внутренний двор. Скинув с себя парочку кирпичей, я поднялся на ноги. Хруст встающих на свое место костей был отвратителен.

Груда кирпича, оставшаяся от стены, буквально взорвалась, и тварь выбралась наружу. Я, отряхнувшись от грязи и пыли, снова призвал клинок и, глядя на замершую напротив тварь, спросил:

– Ну, что, продолжим?

Где-то недалеко раздался чей-то испуганный крик, затем еще один.

Похоже, нас все же заметили. Тварь сейчас буквально пульсировала призрачным светом. Атаку монстра я, ожидаемо, пропустил, за что тут же поплатился. Одна из лап призрачного паука пробила мое брюхо. В ответ я вонзил твари клинок в один из ее глаз. Визг раненой твари. Меня отбрасывает к стене.

Зажимая руками кровоточащую рану, я осматриваюсь. Призрачный монстр верещит и пытается до меня добраться, не смотря на ее тускнеющую ауру. Бросок твари. Я ухожу перекатом в сторону. Новая атака призрачного паука. В последнюю секунду успеваю вбить в его брюхо нож. Поток силы, хлынувший через меня, заставил буквально застонать от наслаждения.

Рана на груди начинает стремительно затягиваться. Неожиданно по телу монстра пробегает дрожь и меня буквально заливает потоком хлынувшей крови. Выбравшись из под туши твари, замечаю усмехающегося Азазеля, который вытирает длинные парные клинки.

– Привет, дилетант.

– И тебе не хворать, падший, – сказал я и, прихрамывая, бросаюсь наверх.

Халфасса по-прежнему лежит на полу. Проверяю пульс. Без результата.

Прикладываю голову к груди демонессы, надеясь услышать биение сердца, и слышу ее слабый стон.

– Что?

Наконец, демонесса собирается с силами и говорит:

– Слезь с меня, иначе ребра не смогут встать на место.

Я подхватываю девушку на руку и бегу во двор.

– Азазель, унеси ее отсюда! – ору я, но падшего уже и след простыл.

Посреди двора валяется обезглавленное тело администратора гостиницы. Отрубленная голова валялась у основания лестницы.

Хлопок телепорта и рядом появляется Азазель.

– Пришлось уничтожить их сервер, – говорит падший и, приняв от меня обессиленную Халфассу, исчезает в новой вспышке телепорта.

Где-то недалеко раздаются панические крики.

– Он там! Он там! – доносится до меня чей-то крик.

– Мамонтов, давай с главного входа! – слышу я чьи-то команды.

Я бросаюсь к зданию, рыбкой влетев в окно первого этажа. Оказываюсь в одном из номеров. Чисто, никого нет. Выскользнув за дверь, бегу к спуску в подвал. Если аналитики не ошиблись, здесь должен быть подземный ход.

Спускаюсь вниз и лоб в лоб сталкиваюсь с фигурой в черном балахоне.

Незнакомец явно удивлен нашей встречей, поэтому мой удар в грудь, ожидаемо, отправляет его вниз по лестнице. Я, сиганув через перила, оказываюсь еще ниже. За спиной слышны чьи-то крики.

– Сволочи, обложили по всем фронтам, – прошипел я, сбегая вниз по лестнице.

– Выходи наружу с поднятыми руками!

Понятно, похоже, очередной герой на мою голову, понимаю я, судорожно метаясь в поисках выхода.

Неожиданно от лестницы прилетело несколько святящихся шаров, и по подвалу прокатилась мощная ударная волна. Меня отбросила на какой-то шкаф. В воздух поднялась пыль вперемешку с каменной крошкой.

В холле гостиницы раздались выстрелы. Похоже, встреченный мною субъект в балахоне затеял настоящую бойню. Поднявшись с пола, почувствовал, как массивный шкаф качнулся. Благо ночное зрение работает.

Едва пыль начала оседать, как из шкафа на пол полетели книги и прочее барахло.

Наконец, раздался скрип, и шкаф отъехал в сторону. «Как в дерьмовом фильме», – подумал я и, заскочив за шкаф, едва успел увернуться от полетевшего в меня огненного шара. Пламя лизнуло мои волосы на голове.

Секунда. Шкаф встал на месте, а я заметался в поисках чего-то способного заклинить поворотный механизм.

Из-за массивной двери, замаскированной под шкаф для книг, доносились удары. С потолка время от времени сыпалась каменная крошка.

На очередном ударе массивная дверь деформировалась.

Наконец, под ногами хрустнуло и я, подхватив с пола массивную берцовую кость, вбил ее в шестеренки поворотного механизма. Похоже, огненный шар повредил рычаг, потому как удары прекратились, и наступила тишина.

Неожиданно пространство вокруг меня осветилось десятками огоньков.

Я метнулся к двери. Из темноты на меня смотрели сотни оскаленных черепов. Пол в подземелье был засыпан костями.

– Демоньё!

Призрачные огоньки не делали попыток приблизиться, и я успокоился.

Рана на животе лишь немного беспокоила.

– Ну и как теперь пробираться через это живое кладбище? – сказал я ни к кому конкретно не обращаясь.

Попробовать пройти на пролом и надеяться, что где-то позади этого могильника окажется путь наружу? Плохая идея.

По помещению пронесся легкий шорох, ближайшая груда костей зашевелилась. Я отскочил к дальней стене и осмотрелся. Всего лишь крысы, облегченно понял я. Похоже, тварей спугнул приток чистого воздуха и шум из-за двери.

Стараясь, чтобы блуждающие огоньки оставались в поле моего зрения, я пошел по коридору.

Груды костей были заботливо разложены. В одной кучке лежали лишь черепа. В другой – фрагменты позвоночников. Ворох ребер и берцовых костей. Складывалось впечатление, что какой-то псих заботливо их сортировал и пытался придать этому месту какое-то подобие порядка. Интересно только, зачем?

В следующем коридоре костей было еще больше, поэтому пришлось буквально пробираться по ним, каждый миг рискуя вызвать осыпь или обвал.

Похоже, тут собраны трупы постояльцев гостиницы или же свезли сюда останки после ликвидации одного из кладбищ. Надо будет сообщить об этом складе в орден, а то мало ли какая дрянь здесь может завестись.

Блуждающие огоньки проследовали за мной. Иногда они приближались, а иногда отдалялись.

Если мне не изменяет память, подобное явление встречается на болотах, где есть природный газ, а здесь налицо какая-то чертовщина, не иначе. Интересно, чем этот урод в плаще здесь занимался?

Однообразные кирпичные стены и небольшие вентиляционные отдушины, ведущие куда-то наверх. Я дошел до развилки коридора и остановился. Не думал, что подземелье окажется таким обширным, но, похоже, тут настоящий лабиринт. Я повернул налево и увидел, как блуждающие огоньки отправились следом.

Похоже, тут целое кладбище. Интересно, сколько здесь скелетов? Тысяча или больше?

На некоторых черепах были видны пулевые отверстия. Наверняка чернокнижники развлекались или еще какие-нибудь моральные уроды, вроде почитателей Мораны. В паре мест встречались скелеты, на которых сохранились фрагменты одежды.

Иногда я замечал детские скелеты, что заставляло сердце сжиматься.

Вот же уроды, наверняка тут проводился очередной поганый ритуал.

Наконец, галерея сделала поворот, и я снова уперся в стену. Над глухой стеной замигал фонарь, в свете которого высветилась какая-то руна, изображенная на стене.

Словно повинуясь наитию, я приложил руку к стене, и руна зажглась алым светом. Я отступил на шаг, наблюдая за происходящим. Но никаких изменений не произошло.

– Похоже, тут обычным прикосновением дело не решается, – буркнул я и, подняв с земли острый обломок кости, расцарапал им руку и брызнул на стену.

Руна снова вспыхнула. На этот раз зеленым светом и под ногами открылась бездна, куда я рухнул вместе с десятками окружавших меня костей. Не успел толком испугаться, как приземлился на каменный пол уровнем ниже. Сверху послышался скрежет, и каменная плита встала на место. Огляделся.

Комната была доверху заполнена какими-то ящиками и напоминала склад. Раздалось какое-то гудение и по периметру помещения загорелись лампы.

– Вот же демоньё! – выругался я, отступая от ящиков с нацисткой символикой.

Похоже, меня угораздило вляпаться в какое-то дерьмо. Кем был тот ушлепок, который пулял в меня заклинания? Какой-нибудь чернокнижник или маг? Не похоже на то, чтобы это был кто-то подобный. Незнакомец явно сильнее встреченных мной ранее чароплетов. Надо будет уточнить у Халфассы, кто способен на подобные фокусы.

Я прошелся по комнате и осмотрел ящики. В углу обнаружился лом и взломанный сундук. Кто-то тут знатно порезвился.

Судя по количеству костей на верхних уровнях, в ящиках должно быть что-то очень ценное. Подняв лом, принялся за работу.

В первом ящике оказалось оружие, причем все было заботливо смазано и уложено таким образом, что, казалось, что винтовки только что с завода.

Открыв следующий ящик, я сплюнул на землю. Золотые слитки лежали ровными рядами. В каком году немцы побывали в городе? В сорок первом?

Сколько они были в городе? Дней пять? Да тут прямо склад драгоценных металлов.

Чувствую, что все те кости наверху попали сюда не просто так. Наверняка народ попросту казнили в этих катакомбах.

– Вот же нацистские ублюдки, – прошептал я.

Похоже, что первый, кто забрался в эту сокровищницу, не интересовался материальными ценностями. Потому как, кроме оружия, гранат и патронов здесь нашелся сундук с серебряными монетами рейха.

Сбрасываю ящики на пол и принимаюсь за следующие. Какие-то непонятные статуэтки и прочая ерунда. В голове зазвучал тихий настойчивый голос. «Найди меня!!!».

Прекратив работу, я осмотрел комнату. Шепот с призывом не утихал.

«Посмотрим, что это за хрень взывает ко мне», – подумал я и с удвоенной энергией принялся изучать содержимое склада.

Я остановился лишь когда понял, что кроме оружия и драгоценных металлов здесь ничего нет.

Перешел в дальнюю часть помещения, где стояли сундуки с массивными замками. Несколько секунд. Применение лома вместо рычага и готово. Я осторожно поднял первую крышку. Кинжалы из хорошо знакомого мне обсидиана. Десяток мечей, украшенных неизвестными мне рунами. Все было аккуратно упаковано и разложено.

В очередном сундуке оказалось несколько наконечников копий, какие -то драгоценные кубки и даже наконечники стрел.

Словно маленький ребенок, я ковырялся в очередном сундуке и, наконец, в руки попал небольшая деревянная коробка. Похоже, призывный шепот идет именно из нее. На несколько секунд я забыл обо всем.

Внутри коробки оказался пистолет. Вороненый металл так и манил.

Оружие буквально просилось в руки, но стоило мне вытащить пистолет из коробки, как ладонь буквально обожгло потусторонним холодом.

Попытка отбросить оружие не увенчалась успехом, а на его поверхности загорелась сложная вязь рун. «Вот же демоньё», – успел подумать я.

Хлопок, запах горелого мяса. Моя рука буквально взорвалась веером костей и плоти. Заорав от чудовищной боли, я плюхнулся на пол. Брючный ремень, выдернутый из брюк, слабо помогал делу. Самодельный жгут не мог остановить обильное кровотечение. Кровь хлестала потоком и закручивалась вокруг обрубка кисти словно змея. Покалеченная конечность по самый локоть оказалась заключена в прозрачную кровавую сферу.

Очередная попытка сбросить эту дрянь не увенчалась успехом. Тело корежило в хорошо знакомом мне приступе боли. Татуировки на руках обжигали адским пламенем, а одежда на мне задымилась. В воздухе ощутимо запахло серой. Сфера на руке продолжала пульсировать.

Мгновение, и пытка прекратилась. Сейчас боли я почти не чувствовал.

Либо сработал мой жгут, который я старательно затягивал зубами, либо подключилась регенерация.

Сфера стала приобретать форму кровавой капли. Ее поверхность пузырилась и начала менять форму. Резкую смену цвета с прозрачного до серебристого я пропустил. Сфера начала сжиматься и приобретать более сложную структуру.

Я затаил дыхание, боясь развеять творившееся на моих глазах волшебство. Ладонь, пальцы, ногти. Через минуту я уже бережно баюкал неизвестно как регенерировавшую конечность. Пальцы обрели чувствительность. Восстановившаяся рука отозвалась тысячей покалываний.

– Вот же демоньё, – выругался я и зашарил взглядом в поисках пистолета.

Похоже, найденное мною оружие было не таким простым, как оказалась. Наверняка и остальное барахло на складе имеет опасные свойства.

Судя по всему, администратор гостиницы посетил подземелье и взял содержимое одного из ящиков. Либо он подхватил какое-то проклятье, превратившее его в алчущего монстра, нацеленного лишь на неверных жен или продажных женщин.

Ладно, хрен с ним, с этим проклятым золотом и серебром. Похоже, если я возьму отсюда хоть что-то, то добром это не кончится. Хватит с меня и пистолета, взорвавшегося в моей руке. Надо искать выход!

Выход из комнаты обнаружился в одном из сундуков. Подняв крышку, я увидел каменные ступени, ведущие в темноту. Похоже, тут не так давно кто-то проходил, так как на полу было две цепочки следов, отпечатавшихся в пыли.

Стоило открыть крышку, как в подземелье зажглись лампы. Любопытно, откуда здесь электричество? Хотя, наверняка это магия.

Судя по всему, подземелье было довольно старым, а все ящики с ценностями и артефактами сюда затащили во время войны. Странное место. Наличие таких тоннелей под городом не могло быть тайной. Кирпичные стены местами покрывал слой плесени, а под ногами чавкала грязь. В некоторых местах на стенах находились мерцающие руны.

Неужели за столько времени никто не решил проверить книжный шкаф и полки на предмет скрытых тайников? Да элементарно сделать в подвале ремонт или перестановку и подземелье бы обнаружилось.

Стоп, в информации ордена есть упоминания подземного хода. Получается, либо гостиницу не перестраивали со времен войны, либо встреченный мной на лестнице субъект искал вход как раз в эту сокровищницу. Если прибавить сюда цепочки следов, то получается, что помещение обнаружил администратор гостиницы. Причем он явно возвращался за ломом, чтобы вскрыть ящики, а значит, он не знал о спрятанных здесь ценностях. Открыв конкретный ящик, он извлек оттуда какой-то артефакт и тот, вероятно, превратил его в кровожадного монстра, который заставлял его душить неверных и распутных женщин.

Хотя, все это странно, либо парень не попался на этапе следствия, либо как такового расследования не было. Надо узнать, кому принадлежит это здание. Должно же всплыть имя владельца.

Неожиданно проход преградила мерцающая пелена. Похоже на какую-то пространственную аномалию. Осмотрев преграду, я нахмурился. Затем поднял с земли горстку пыли и бросил вперед. Пелена пропустила ее сквозь себя.

«Интересно, с живой материей будет также?», – подумал я, и кончиком указательного пальца дотронулся до преграды. Никаких эффектов. Рука осталась целой и невредимой.

Похоже, преграда запросто пропускает любую материю. Только вот непонятно, зачем тут устроили этот барьер.

Задержав дыхание, я шагнул через мерцающую пелену и продолжил движение по коридору. Переход остался позади, не причинив мне никакого вреда.

Наконец, потянуло свежим воздухом, и я увидел вдалеке тусклый свет.

Если я не ошибся с направлением, то выход из подземелья должен находиться у реки.

Едва я вышел из подземелья, как искривленное пространство за моей спиной вернуло свою форму. Повезло, что этот берег реки густо зарос деревьями. Нужно выбраться на более или менее оживленную улицу и добраться домой. Надеюсь, Азазель отнес пострадавшую демонессу именно туда.

Под ногой звякнуло, и я, наклонившись, осторожно поднял бронзовый кулон, покрытый вязью рун. Похоже, это был своеобразный пропуск для убитого падшим работника гостиницы. Только вот не понятно, чего он тут его оставил? Хотя, стоп.

Внезапная догадка пришла в мою уставшую голову. Если я попал в подземелье, воспользовавшись скрытой в подвале дверью, то парень пошел более длинным путем. Наверняка бронзовый медальон это пропуск, позволяющий открыть замаскированную дверь.

Я приложил руку к стене и едва не провалился во вспыхнувшую арку перехода. Похоже, мне такая безделушка не нужна. Или это свойства древней крови нефилимов, или это результат действия полученных мной татуировок.

Я сунул находку в карман и начал пробираться к берегу реки. Вывалившись из кустов на узкую полоску песчаной косы, я направился к дороге. Нужно взять такси и добраться до дома.

Спустя десяток минут я уперся в полицейское оцепление.

– Дальше нельзя, – остановил меня молодой сержант.

– А что случилось? – спросил я.

– Ничего не знаю, – буркнул мордоворот и сделал отстраненное лицо.

Пожав плечами, я направился вдоль металлического ограждения.

Окинув себя взглядом, я охнул. Видимо, парень принял меня за бомжа. Одежда была покрыта пылью и грязью, а раз так, то лучше мне побыстрее покинуть эту часть города.

Впереди возмущенно кричали несколько старушек, которые так же, как и я, искали способ пробраться в центр.

Наконец, я свернул за угол и увидел, как сквозь оцепление проехала машина скорой, а следом несколько пожарных расчетов. Похоже, едут как раз к зданию гостиницы. Повезло, что запасливая Халфасса во время заселения в гостиницу предоставила липовые документы, а иначе у меня дома нас бы уже ждал теплый прием.

Налетевший порыв ветра принес запах гари. Я посмотрел в направлении гостиницы. Поднимавшийся к небу столб черного дыма заставил меня выругаться.

Отряхнувшись от пыли и немного приведя себя в порядок, я направился вдоль оцепления, надеясь выйти на параллельную улицу. Однако, мне пришлось пройти несколько кварталов, прежде, чем удалось обойти оцепление.

Минут десять я безуспешно пытался остановить хоть одного таксиста, но не преуспел.

– Долбаные частники, – прошипел я, и заметил в конце улицы нечто странное.

Сначала я подумал, что дым от горящей гостиницы принял такую форму и достиг этой части города, но спустя секунду мимо меня пронесся призрачный экипаж, понукаемый возницей-скелетом. Призрак исчез где-то за поворотом улицы, а я стер с лица набежавший холодный пот.

Похоже, Морана – это не самая большая беда. Разбушевавшиеся призраки и духи всех мастей – вот настоящая проблема. Наверняка подобное рано или поздно увидит еще кто-то, и сюда понаедут разнообразные любители сенсаций.

«Не хватало ещё спасать от призраков всяких фриков», – подумал я.

Надо будет подумать, как обезопасить город от подобных фокусов. Ведь на кладбищах наложена защита от нечисти и прочей чуши, значит, у инквизиции и церковников должны быть специалисты в этой области.

Задумавшись, я едва не прозевал очередного таксиста. Поспешно взмахнув рукой, я все же остановил машину.

– В засосенскую часть города не подбросишь? – спросил я молодого парня.

– Три сотни, – сказал он.

– Идет, сказал я и занял место на пассажирском сидении.

Черная, наглухо тонированная приора, набрав приличную скорость, устремилась к окраине города.

– А куда мы так спешим? – спросил я парня, который лихо крутил баранку.

– Да заказов много. Из-за перекрытого центра многие на работу опоздали. В кои-то веки получится подзаработать. Я смотрю, у тебя была тяжелая ночь, – сказал парень.

– Да нет, ремонт делал у знакомых, вот теперь домой еду, – соврал я.

Парень лишь хмыкнул, но с расспросами не полез. Минуту спустя я прервал молчание.

– А не слышно, чего там, в центре стряслось?

– Да вроде как была какая-то перестрелка, потом приехала полиция, вошли в здание. Следом начался пожар. В общем, все в жанре голливудских фильмов, – сказал парень, поворачивая и объезжая очередной кордон полиции.

– Ничего себе, – сделал я удивленное лицо.

Парень лишь хмыкнул.

– Вообще, народ много чего болтает, – сказал он.

– Например? – спросил я.

– Да чушь всякую. Якобы там после пожара от здания в разные стороны толпы призраков неслись. Одна бабка уверяла, что по городу разъезжает адская колесница, – усмехнулся парень.

– Надышались дыма, вот и видится им всякое, – сказал я.

– И я так думаю, – сказал парень.

– Слушай, а как тебя зовут? А то общаемся уже десять минут, а толком и не познакомились, – сказал я.

– Лёха.

– Серёга, – сказал я и пожал протянутую мне руку. – Слушай, а дай-ка мне свою визитку, а то я в последнее время редко за руль сажусь, – сказал я.

Парень достал из нагрудного кармана визитку и протянул ее мне.

– Спасибо, – сказал я, убирая ее в карман.

Удивительно, но парень вызывал у меня противоречивые чувства. С одной стороны, он был в доску своим, но меня не оставляло чувство, что напускное добродушие – это лишь маска.

Я инстинктивно перешел на аурное зрение. Ничего. Абсолютно обычная аура.

Парень уверенно вел машину и спустя пару минут спросил:

– Куда дальше?

– Давай на Ольшанскую, – сказал я и, вернув зрение в норму, принялся наблюдать за дорогой.

Пару раз через дорогу проносились какие-то антропоморфные тени, но водитель их явно не замечал. «Похоже, посещение подземелья было плохой идеей», – подумал я. Или просто потусторонние силы перешли к активным действиям?

За размышлениями я пропустил момент, когда мы приехали на место.

Машина остановилась и я, расплатившись с водителем, направился к дому.

Входная дверь была открыта, и едва я вошел, как к моему горлу приставили клинок.

– Азазель, убери оружие, это не смешно, – сказал я.

Мгновение, и кинжал исчез из поля зрения, а за спиной раздался насмешливый голос Падшего.

– Я всегда думал, что Нефилимы сильнейшие бойцы, а на деле вы обычные люди, – сказал он, сверкнув глазами.

– Как Халфасса? – спросил я у него.

– Сходи и сам посмотри, – предложил Азазель и исчез, оставив после себя противный запах серы.

– Пху ты, козёл безрогий, – сказал я.

– А, это ты, – донесся из-под одеяла болезненный голос Халфассы.

– Да, – кивнул я и уселся напротив.

Демонесса снова тяжело застонала и спрятала опухшее лицо под одеялом.

– Рассказывай, какого черта опять происходит? – потребовал я, стаскивая одеяло с девушки.

– Я не обязана ничего говорить, – буркнула демонесса.

– Объясни мне, как так вышло, что один из сильнейших демонов Инферно не смог дать сдачи какому-то клоуну, принявшему облик призрака? – сказал я.

– Это был не призрак, а пожиратель душ. Редкая пакостная тварь, способная не только демона победить, но и помериться силой с богами, – устало сказала девушка.

– Ага, как же, только вот где вся твоя демоническая мощь?! – заорал я на девушку.

Демонесса, не ожидавшая такого обращения, явно смутилась.

– Мне пришлось отдать большую часть силы Азазелю, таков у нас договор.

Он помогает мне решать наши проблемы, а я даю ему часть своей силы.

– А не слишком ли это? – спросил я, немного успокоившись.

Демонесса лишь развела руками.

– Он привык пользоваться телепортацией, а она жрет массу сил. Это раньше древние иудеи приносили ему в жертву черного козла, а сейчас его имя помнят лишь благодаря кино и прочей ерунде, – сказала Халфасса.

– Понятно, но зачем тебе потребовался Падший? – спросил я.

Демонесса зашипела рассерженной кошкой, но, все же, нашла силы ответить.

– Понимаешь, после твоей битвы с небожителями слишком многое пошло наперекосяк. Я вернулась в Инферно, поднакопила сил, смогла привести в порядок свои способности. Но вот метаться по миру и уничтожать алтари древних богов – это утомительное занятие. Вот и сейчас Азазель занимается нашими делами, а я взамен получаю крупицы заключенной в них (в ком?) силы, – сказала девушка.

– Ты либо больная, либо я чего-то не понимаю, – сказал я, пожимая плечами.

– Сам ты больной, – глаза демонессы сверкнули языками адского пламени.

– Успокойся, мне просто непонятны твои мотивы, – сказал я, выставляя перед собой руки. – Да и откуда взялся этот чертов Азазель? Ты же говорила, что не чувствуешь присутствия сильных демонов или божеств, – прямо сказал я.

Демонесса сверкнула темными глазами, но спустя секунду, все же, ответила.

– До встречи со мной Азазель влачил жалкое существование. От демона второго порядка, знаменосца адского воинства и повелителя пустыни осталась лишь жалкая тень. Он был забыт и оставлен всеми, а я помогла ему, потому как в наметившейся войне мне был нужен союзник.

– И ты не нашла кого-то получше? – спросил я.

– Он был прикован архангелом Рафаилом к острым скалам в пустыне Дудаил и покрыт тьмой до Судного дня, когда он будет брошен в вечный огонь, – зашипела демонесса.

– А ты не думала, что освобождать его из заточения – не лучшая идея? – спросил я.

– Это почему не лучшая? – спросила меня демонесса.

– Вы, демоны, известны своим двуличным нравом. Вы лгуны и обманщики.

– Ах, вот оно как, – сказала девушка, лицо которой заострилось и подернулось дымкой.

– Именно так, – сказал я, не отводя взгляда от девушки.

– Слышал когда-то про Азазеля? – спросила девушка, лицо которой вернулось в прежнее состояние.

– Нет, но, судя по тому, что он был прикован, значит, он имеет отношение к бунту на небесах, – сказал я.

Демонесса кивнула и полуприкрыв глаза произнесла.

– Слушай внимательно и запоминай, чтобы в дальнейшем у тебя не возникало ненужных вопросов, – сказала Халфасса, скрипнув зубами. – Когда армия падших ангелов была разгромлена, мы все бежали в страхе. Кто-то спрятался в основе первостихий, кто-то переселился в Инферно, но везде нас находили ангельские воины, и выхода было два – или смерть, или рабство. Азазель был вдохновителем, идейным лидером, он был знаменосцем нашей армии. Когда стало понятно, что оставшихся демонов хотят уничтожить…, – демонесса сделала паузу, – именно он предложил небесам мирный договор, который мы стараемся выполнять и по сей день. Демоны становятся слугами, а взамен получают власть над Инферно. Оставшиеся легионы переходят под наше командование. Заслужить прощение и снять рабское клеймо позволит лишь смиренное служение людям. Соломон, Пандора… их были десятки, тех, кто ведомый алчными инстинктами хотел лишь власти. Демоны подчинялись и вступали в войну на стороне тех, кто их призвал. Шли тысячелетия, а Азазель, выступивший гарантом этого нового порядка, был проклят всеми.

Он взял на себя всю тяжесть человеческих грехов. Он стал пресловутым «козлом отпущения». Он пожирал людские грехи вместе с плотью жертвенных животных, а затем, после последней крупной войны, о демонах забыли. Знания были утеряны. Сильных магов, способных вызвать демонов в мир, становилось все меньше. Они переходили под контроль церкви и инквизиции…

– Ясно, – прервал я девушку, – но какого хрена этот пустынный демон тебе сдался? Просто он один из выживших в той войне и ты его знаешь целую вечность? Или же есть иные причины?

Демонесса молчала, а я решил продолжить.

– Я могу предположить, что ты потратила все силы, чтобы его вызволить, а он даже пальцем не пошевелил, чтобы самому решить свои проблемы. Ведь так?

На демонессу было больно смотреть. Девушка опустила голову и выглядела подавленной, но я, все же, услышал ее шепот.

– Нас всех клеймили, как рабов, а Азазель единственный, кто был лишен этой участи. Его приковали, как собаку, и заставили поглощать человеческие грехи! – голос девушки сорвался на крик.

– А ты заключила с ним договор! – заорал я в ответ. – Мало тебе ацтекского бога войны, ты снова вляпалась в то же дерьмо, – немного снизив тон, сказал я.

– Не говори так! – закричала девушка, подрываясь на кровати.

– А что мне еще сказать? – пожал я плечами. – Если на тебе рабское клеймо, а он демон второго порядка, то я более чем уверен, что он не на нашей стороне. Ему плевать на тебя и на всех, – сказал я.

– Ты его совсем не знаешь, он пожертвовал собой ради своих братьев и сестер! – снова закричала демонесса.

– Да я понял, что я не прав. Но, поверь, обычно на цепь сажают именно таких непокорных. Он хочет одного – войны, ему не нужен мир. А если ты решила стать новым божеством, то я тебе в этом не помощник, – сказал я.

Судя по притихшей демонессе, я попал в точку.

– Так и знал, тебе захотелось еще больше власти. Захотела стать богом или единоличным правителем Инферно? – спросил я.

Демонесса заскрипела зубами и, взмахнув рукой, произнесла несколько слов. Меня выбросило в боевой режим, но магическое плетение демонессы развеялось, коснувшись моей ауры.

– Пошла вон. Уходи, видеть тебя не могу! – заорал я на демонессу.

Девушка была явно удивлена, но, все же, краснея от стыда, принялась одеваться и собирать свои вещи.

– Катись ко всем чертям! От тебя больше вреда, чем пользы! – продолжал орать я.

Из прихожей донеслись обиженные всхлипывания.

– Это от тебя одни проблемы. Думаешь, мне хочется быть покорной служанкой и инструментом в руках инквизитора?! – закричала Халфасса. Мне нет дела, до человеческих проблем. А ты идиот, если решил, что это я виновата в том, что Морана набрала такую мощь, – отрезала демонесса.

– При чем здесь Морана? Из-за твоих игр страдают невинные! – крикнул я и направился в прихожую.

– Азазель, унеси меня отсюда! – услышал я голос девушки.

Раздался хлопок телепорта.

– Ну и катись отсюда, – буркнул я и плюхнулся на диван.

Кровь бурлила, хотелось скрутить демонессе шею. Эта дура в очередной раз потратила свои силы на какого-то потустороннего урода, а меня даже не поставила в известность. Пусть у них договор, но у Азазеля нет клейма, а значит, он не раб, а свободен выбирать. А слово, данное рабу, врядли можно считать надежным. Падший предаст демонессу при первой же возможности. А судя по тому, как он разделался с той тварью в гостинице, он сейчас куда сильнее виденных мною божеств.

Нужно разобраться с Мораной и разгуливающими по городу призраками, а затем закрыть тварям из Инферно возможность проникать в этот мир, решил я.

Потратив на раздумья несколько минут, набросал план действий.

Нужно порыскать в интернете, почитать про этого Азазеля, может быть получится узнать о нем и о его слабостях. Затем наведаться к магистру, а потом найти способ запечатать Инферно, чтобы больше ни одна тварь не проникла на землю.

Отойдя от приступа гнева и приведя мысли в порядок, я пошел в душ.

Уже находясь в душе, я встрепенулся и вспомнил изумление на лице демонессы. И только сейчас я понял, что заставило ее покинуть мой дом.

Нет, не нежелание разговаривать со мной. Магия Халфассы на меня не подействовала и демонесса попросту испугалась.

Какого хрена, что со мной происходит? Может быть, я уже не человек?

Как же болит голова от этих вопросов, на которые нужно искать ответы.

– Мля, я же забыл ей рассказать о хранилище под городом! – я хлопнул себя по лбу. – Вот же демоньё!

Придется выпутываться самому.

Настойчивый звук телефонного звонка. Секунда тишины. Писк планшета.

– Мля, – простонал я, поднимая голову.

Вечерняя попойка не прошла даром. Поднявшись с кровати, прошел к столику, на котором находился мобильный.

– Алло, – хриплым голосом сказал я, прикладывая трубку к уху.

– Приводите себя в порядок и не забудьте планшет, у нас возникла проблема по вашему профилю, – услышал я голос Якова Даниловича.

– Что за проблема? – спросил я.

– Вся информация вам уже отправлена. И, да, не забудьте про костюм, его вам передаст водитель, – услышал я голос магистра.

– Хорошо, – сказал я, пытаясь унять головокружение.

Магистр повесил трубку и до меня донеслись короткие гудки.

«Вот же демоньё. Шпренгер снова не дает мне скучать», – подумал я и направился в душ. Пятнадцать минут под контрастным душем немного приглушили головную боль. Похоже, даже регенерация отказывалась справляться с выпитым мной алкоголем.

– Сколько же я вчера выпил? – простонал я.

Мысль об опохмеле тут же улетучилась, так как желудок протестовал и отказывался принимать любую пищу.

По моим прикидкам прошло минут тридцать после звонка магистра, когда в дверь настойчиво постучали. Незнакомый парень в сером костюме протянул мне чехол с костюмом и коробку с обувью. Пока я одевался, парень терпеливо ожидал снаружи. Закончив с одеждой, я вышел на улицу.

«Мля, вот же дерьмо», – подумал я, но водитель, открывший мне дверцу, указал именно на заднее сиденье.

– Здравствуйте, Николай Степанович, – поприветствовал я хмурого полковника.

– И тебе не хворать, – сказал Свинцов старший с нескрываемым раздражением.

– Вижу, и вас куда-то выдернули в такую рань, – сказал я.

– Оставьте этот тон, – сказал полковник, – если бы не магистр, вы бы продолжили сидеть в одиночной камере.

Я лишь хмыкнул и уселся поудобнее. Полковник, которому, вероятно, как и мне, не нравилась сложившаяся ситуация, пояснил.

– Меня, как и вас, пригласили в качестве специалиста на место преступления.

– Преступления? – удивленно спросил я.

– Да, у нас массовое убийство, – сказал он.

Машина резво тронулась с места.

– Думаю, что объяснять вам, куда мы едем, нет нужды. Вам, как и мне, выслали всю информацию, – сказал полковник и указал на планшет, который я держал в руках.

Я пожал плечами и открыл сообщения. От увиденного меня едва не стошнило. Сплошные кровавые ошметки. В животе забурлило, и я поспешно убрал планшет. Немного успокоив свой организм, я снова открыл материалы.

Кроме разбросанных фрагментов тел, явно были видны каменные обелиски.

«Похоже, старинное капище, не иначе», – подумал я.

– Вижу, вы уже насладились замечательными фотографиями, – произнес Свинцов, прерывая затянувшееся молчание.

– Да, насладился, – сказал я, пролистав фотографии с места событий.

– Если коротко и по делу, то, вероятно, мы имеем дело с последователями Мораны, – сказал полковник, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Похоже на то, – сказал я, наблюдая за дорогой.

– Я вижу, вы не удивлены, – произнес полковник

– А чему удивляться? – пожал плечами я. – Все обыденно: последователи Мораны стали приносить человеческие жертвы. Это не ваш кружок анонимных чернокнижников с принесением в жертву коз и прочей дряни, – решил я задеть полковника.

– А вы весьма остроумны, – сказал Свинцов бесстрастным голосом.

– Какой есть, – пожал я плечами.

Вот же демоньё. Чернокнижник не реагирует на мои провокации. А жаль. Вытряхнув из головы мысли по поводу устранения Свинцова, я вернулся к разговору.

– У убитых попросту содрали кожу и вытащили из тела все кости. Наверняка какой-нибудь злобный дух или призрак, – предположил я.

– Да, только вот незадача: это капище принадлежит Моране. Вторая группа инквизиторов сейчас работает в особняке на окраине города, там ситуация примерно схожая с нашей, – сказал полковник.

– Скажите прямо, Евгений Степанович, вы подозреваете, что я причастен к этому?

– Нет, куда уж вам? – хохотнул Свинцов, махнув рукой. – У вас для такого кишка тонка, а вот ваша демонесса вполне могла, – сказал он.

– Не думаю, что ей доставляет удовольствие убивать людей, – сказал я, стараясь не выдавать голосом своего волнения.

Полковник лишь гадко улыбнулся.

– Знаю, как вам хочется убить меня, – сказал он, – но, увы, пока вы пёс инквизиции, вам даже мечтать о подобном не стоит.

– Что вы, Евгений Степанович, у меня подобного и в мыслях не было, – заверил я чернокнижника.

– Ага, как же, – усмехнулся он. – Но поверьте, скоро все оставшиеся сторонники Мораны будут знать, что это Халфасса открыла на них охоту, и тогда они придут за вашей головой, – усмехнулся полковник.

– Не пытайтесь меня запугать, Евгений Степанович, – сказал я, сканируя ауру полковника магическим зрением.

– Зря стараетесь, – сказал он и сделал пасс рукой.

Аура Свинцова подернулась легкой серой дымкой, напрочь скрывающей фигуру чернокнижника.

Я отвернулся от полковника и, прикрыв глаза, постарался хоть немного отдохнуть. Похоже, Халфасса все же выполнила свое обещание и уничтожила не только последователей Мораны, но и два ее оставшихся алтаря.

Не смотря на это, душу терзало непонятное усиливающееся чувство тревоги. Мне, с моими новыми способностями, не стоит бояться мести чернокнижников, а вот родителей придется отправить как можно дальше, чтобы обезопасить их хотя бы на время.

Дорога до места заняла больше двух часов. Свинцов морщился и копался в своем телефоне, а я прикидывал варианты, как лучше вывести родителей из-под удара. Наконец, машина свернула в сторону леса, и водитель снизил скорость. Спустя десяток минут он сообщил:

– Все, дальше пешком. Держитесь тропинки, – парень указал на едва заметную тропинку, ведущую куда-то вглубь леса.

От возникшего чувства дежавю я непроизвольно вздрогнул, но спустя пару минут взял себя в руки и вышел из машины. Свинцов шел где-то позади и разговаривал по телефону. Метров через тридцать тропинка начала резко подниматься в гору, поэтому, добравшись до вершины холма, я изрядно запыхался.

– Что думаете о случившемся? – вместо приветствия спросил Яков Данилович, появившийся откуда-то из-за деревьев.

– Мыслей нет. Наверняка какой-то ритуал, – сказал я, пожимая плечами.

– Признаться, я надеялся, что вы сможете прояснить ситуацию, – поджав губы сказал магистр.

– Я не имею никакого отношения к произошедшему здесь, – сказал я.

– Бросьте, вас лично никто не обвиняет, – сказал инквизитор и, указав рукой на круг из камней, продолжил, – У нас фрагменты пятнадцати тел. Жертвенник буквально взорвался, и его фрагменты разбросало по округе.

Причем, личности некоторых мы установили лишь по документам, найденным среди останков. Выглядит так, будто жертв пропустили через мясорубку. Все кости отсутствуют, об остальном судить рано, но на лицо проявление какой-то сильной нечисти, – сказал магистр.

– Демонесса здесь не причем, она знает о нашей с вами договоренности, – тихо сказал я.

– Увы, Великий инквизитор думает иначе, поэтому орден будет ее искать, – шепнул магистр и кивком головы указал на Свинцова, поднимавшегося на холм. – Вы, случайно, не знаете, где она может быть? – спросил магистр. Выражение глаз подсказало мне верный ответ. Что ж, примем игру, навязанную мне инквизитором. Стараясь вести себя естественно, я произнес:

– Я не знаю, где она. Мы вчера серьезно повздорили, и она куда-то телепортировалась.

– Успокойтесь, Сергей, я лишь хочу с ней поговорить, поэтому, когда она объявится, передайте ей мою просьбу, – сказал магистр и направился к тропинке, ведущей к спуску с холма.

– Понятно, – сказал я, смотря на удаляющегося магистра.

Видимо, это было представление для Свинцова. Вот только непонятно, зачем магистр это устроил?

На капище суетились десятки людей с какими-то приборами и чемоданчиками. Несколько человек с помощью лопат грузили кучи плоти в мешки для трупов. Оглядевшись по сторонам, я увидел Свинцова, который о чем-то беседовал с магистром. «Наверняка полковник спихивает все происходящее на демонессу», – подумал я. «Хотя, если подумать, именно у главы чернокнижников было куда больше мотивов для устранения ренегатов, чем у демонессы. Нужно будет с Халфассой поговорить и узнать, ее ли рук это дело».

Я отошел в сторону от вершины холма и заметил примятую траву и еще одну тропинку, ведущую в сторону реки. Похоже, нападавшие ушли именно туда. Перешел на магическое зрение и увидел алые всполохи, словно по тропинке прошло какое-то существо. Следы копыт были едва заметны на слегка влажной почве, но, судя по тому, что на тропинке возился какой-то субъект с чемоданчиком, мои подсказки были никому не нужны. Младшие инквизиторы молча выполняли свою работу. «Словно бездушные роботы», – мелькнула у меня мысль.

Неожиданный телефонный звонок заставил меня вздрогнуть. Номер был скрыт.

– Алло, – сказал я, прикладывая телефон к уху.

– Слушай сюда и запоминай, – голос говорившего так и сочился желчью и злобой, – твои родители сейчас гостят у меня. Мне нужно, чтобы ты выполнил кое какую работу и тогда они вернутся домой в целости и сохранности.

В трубке послышался голос мамы.

– Сынок, не вздумай соглашаться на его условия.

Звук пощечины и плач матери заставили меня скрипнуть зубами.

– Слушай сюда, урод, если с моими родителями что-то случится, ты умрешь, – прошипел я в трубку.

Собеседник хрипло рассмеялся. Показалось, или голос мне смутно знаком?

– Ты глупец, экзорцист, мне не страшна смерть. Скоро тебе поручат работу, так вот, мне нужны осколки сущностей, которые ты сможешь получить. Чем больше, тем лучше. Времени тебе до полнолуния, и лучше поторопись, иначе твоим родителям не жить.

– Хорошо, понял. Но мне нужны гарантии, – сказал я.

– О каких гарантиях может идти речь? – хрипло произнес собеседник.

– Вот же демоньё! – выругался я.

– Вздумаешь втянуть в это дело демонессу, пожалеешь, что родился на свет, – предупредил собеседник.

– Кто ты? – спросил я, не особо надеясь на ответ.

– Мы с тобой уже встречались в подвале гостиницы, ты был так любезен, что выпустил меня на свободу, – сказал незнакомец. Мое имя тебе ни о чем не скажет, поэтому оставим знакомство на более поздний срок.

– Что я должен делать? – задал я новый вопрос.

– Выполнять свою работу и собрать осколки сущностей, – сказал незнакомец и снова хрипло засмеялся. – Наверное, ты сейчас гадаешь, почему я выбрал именно тебя, а некого-то еще?

– Допустим, – сказал я, едва сдерживаясь, чтобы не заорать на собеседника.

– Так и быть, удовлетворю твое любопытство, – сказал похититель. – У меня есть и более важные дела. Например, нужно пристроить полученные этой ночью кости и жилы.

– Значит, бойня в особняке и в лесу твоих рук дело? – прямо спросил я.

– Да, моих, – собеседник явно упивался своей безнаказанностью.

– А если я откажусь или погибну во время выполнения работы? – спросил я.

– В твоих интересах не сдохнуть! – сказал неизвестный и хрипло закашлялся. – До полнолуния десять дней! Принимайся за работу! Время пошло.

В трубке раздались короткие гудки.

Стараясь не выдать себя излишним волнением и трясущимися руками, я убрал телефон и оглянулся. Похоже, мой телефонный разговор не вызвал интереса со стороны младших инквизиторов.

Дерьмо! Нужно было сразу отправлять родителей за границу, а не ждать у моря погоды. Я сжал кулаки и заскрипел зубами. Попросить помощи у ордена это чистой воды самоубийство. Похоже, я выпустил на свободу какую-то неизвестную тварь. Руны на стенах подземелья. Заботливо разложенные кости. Золото и оружие. Похоже, тварь выполняла функции этакого сторожа для хранилища артефактов, а я попросту открыл ей путь наверх. Хотя, стоп, я не первый, кто был в подземелье, так какого хрена этот урод ополчился именно на меня, а не на работника гостиницы? Мля, вот же демоньё. Угораздило же меня вляпаться. Сначала нужно разобраться с поручениями этой твари. Параллельно собрать достаточно информации о противнике. Собрать необходимое количество осколков сущностей, и надеяться на то, что этот урод не тронет родителей. Возможно, сейчас это единственное правильное решение.

Немного успокоившись, я подошел к магистру, который был в сотне метров от меня и наблюдал за работой экспертов.

– Мы тут пообщались с Евгением Степановичем, и он убежден, что мертвые ренегаты призвали какую-то сущность, которая вырвалась из круга призыва.

– А зачем ей плоть? – спросил я, наблюдая, как мимо проносят очередной мешок для трупов.

– Наверняка для поддержания жизни, – сказал Свинцов, поднимаясь с противоположной стороны склона.

Магистр с задумчивым видом вертел телефон.

– Алло. Да, направим, – сказал он собеседнику, а уже спустя несколько секунд магистр выругался. – Похоже, наша тварь проявила себя в другом месте. Звонил наш оперативник из села Пажень, там осквернение кладбища. Сотня пустых могил и несколько неупокоенных блуждают внутри церковной ограды, – сказал Шпренгер.

Бросив на меня быстрый хмурый взгляд, магистр сообщил:

– Похоже, придется поехать тебе.

– Хорошо, разберусь, – сказал я.

Магистр кивнул и, набрав какой-то номер, сообщил:

– Отправляю к вам специалиста для решения возникшей проблемы.

Убрав телефон, он сказал:

– Тебя встретят на месте и помогут с размещением. Похоже, хлебнем мы еще с этим ритуалом.

Я, не дожидаясь особых распоряжений, начал спускаться с холма.

Спуск прошел быстро. Уже через пять минут я был у склона холма.

– Едем, – сказал я водителю, открывшему мне дверь.

Дорога до села не заняла много времени, минут двадцать мы тряслись по пыльной дороге. Небольшая река, протекавшая рядом, живописные развалины водяной мельницы и десятка три домов. Вот и все, что осталось от некогда процветающего села.

Похоже, где-то неподалеку была и церковь. Почему я так решил? Да потому, что у ворот кладбища, к которому мы подъехали, нас встретил священник.

– Отец Евгений, – представился он.

– Давайте к делу, – сказал я, кивком головы поприветствовав церковника.

– Значит так: в два часа ночи у меня сработал защитный контур. Я, как полагается, сразу же доложил в епархию, а как расцвело, отправился на кладбище. У ограды упокоил слабенького мертвяка. Сторожу тут уже несколько часов, чтобы не одна тварь через ворота не прошла, – сказал священник.

– Что-то еще? – спросил я притихшего священника.

– В глубину кладбища я не совался, заглянул в пару раскопанных могил и обратно.

– А почему не проверили все кладбище? – прямо спросил я.

Священник недовольно насупился, но, все же, сообщил:

– Там еще парочка мертвяков бродит, с такими я не справлюсь.

– Понятно, – сказал я, рассматривая лежащее у ворот тело.

Вбитый в череп мертвяка топор показал, как именно его упокоили. Кувнув взгляд на мертвеца, я спросил священника:

– А как же «не убий»?

Раздраженно фыркнув, священник пояснил:

– Так он же уже мертвый! А жизни в нем ни на грош! Я тут поставлен погост стеречь, да людей от нечисти поганой оберегать, – сказал священник разводя руками.

Я усмехнулся.

– Все понятно, отец Евгений, будьте здесь, вы еще можете понадобиться.

Судя по всему, героический запал священника кончился, едва за ограду вышел первый мертвяк. Сейчас отец Евгений был бледен и вздрагивал, словно в лихорадке.

– Посмотрим, что там за дрянь у вас бродит, – сказал я и прошел через ворота кладбища.

Тело тут же закололо тысячей иголок, а на ограде вспыхнули какие-то надписи. Священник, вскинув руки, забормотал слова молитвы. Дальше события развивались стремительно. Первый мертвяк словно почувствовал меня. Выбежав на меня из-за ближайших кустов, неупокоенный бросился в атаку. Его удары были быстрыми. Оживший труп пытался разовать мне горло своими когтями. Несколько ударов демонического кинжала, появившегося в руке, превратили труп в кучку праха. Второго мертвяка постигла та же участь.

Вопли священника заставили меня обернуться. Крики помощи заставили меня метнуться к ограде. Третий мертвяк попросту обошел кладбище и выбрал более легкую мишень. Священник яростно сопротивлялся и отбивался от развитого неупокоенного.

Я бежал, что есть сил, но понимал, что не успеваю, и церковник вот-вот погибнет. Когда я уже подбегал к священнику, тварь, повалившая его на землю, буквально взорвалась. Пространство вокруг закидало кусками мертвой плоти.

– Люциферово дерьмо! – выругался церковник, вытирая лицо от залившей его крови.

«Похоже, священники все же ругаются», – подумал я.

– Вам помощь нужна? – спросил я, протягивая руку.

Отец Евгений с большим трудом поднялся с земли.

– Сам справлюсь, – рыкнул он и, зажимая рукой прокушенную щеку, направился в сторону видневшейся за деревьями деревянной церквушки.

Посчитав работу выполненной, я набрал номер Якова Даниловича.

Надо сказать, что младший инквизитор, выступавший в роли водителя, и не подумал выходить из машины и пытаться спасти священника. Парень так и сидел за рулем. Завидев меня, он завел двигатель.

Шпренгер взял трубку после третьего гудка.

– Докладывай, – сказал он.

– На кладбище было три мертвяка, всех упокоили. Могилы разрыты, костей нет, – отчитался я.

– Понятно, вечером вышлем бригаду чистильщиков, они приведут кладбище в порядок. Да, вот еще что, – сказал магистр. – Свинцов вышлет своих подчиненных, они организуют оцепление от слишком любопытных.

– Хорошо, – сказал я. – Тут возникла проблема, – нерешительно произнес я.

– Какая? – серьезным голосом спросил Яков Данилович.

– Местного священника покусал мертвяк.

Магистр лишь хмыкнул, но спустя мгновение пояснил:

– Укусы мертвяков – болезненная вещь, но жить он будет. Походи по округе, там, судя по имеющейся у нас информации, есть мельница, проверь ее на наличие нечисти. Тварей и призраков обычно тянет к подобным местам.

Едва я повесил трубку, как погода резко изменилась.

– Вот же демоньё! – выругался я.

В небе загремел гром и над деревней буквально из ничего начали собираться тучи. От церковной колокольни в небеса ударил алый луч света, который расцвел в небе огненным цветком. Спустя несколько мгновений он начал расплываться по сторонам, образуя купол, который начал медленно опускаться на землю.

Внедорожник зарычал двигателем и сорвался с места.

– Стой, урод! – проорал я в след удаляющейся машине.

Похоже, парень почувствовал неладное. Автомобиль вырулил на проселочную дорогу. Однако, силовой купол оказался сильнее. Страшный удар превратил машину в лепешку. Купол накрыл село и отгородил его от внешнего мира. На землю начали падать птицы. Несколько разбились о землю в паре метров от меня.

Я посмотрел в небо. Часть пернатых билась где-то высоко, пытаясь прорвать защитный барьер. Я осмотрелся в поисках укрытия.

Мелькнула шальная мысль добраться до церкви, но собравшаяся в небе стая птиц стремительно понеслась в моем направлении. Пришлось быстро искать другие варианты спасения.

Злобный клекот, карканье и чириканье подстегнули меня лучше любого стимулятора. За считанные мгновения птицы, сбившиеся в стаю, преодолели разделяющее нас пространство и настигли меня. В спину ударили острые клювы и когти. Я, заслонив лицо руками, бросился к разрушенной мельнице.

Очередная атака разъяренных пернатых бросила меня на землю. С трудом поднявшись на четвереньки, я сделал очередной рывок. Глаза заливала кровь. Я орал от нестерпимой боли. Птицы вырывали куски моей плоти. Одежда быстро превратилась в лохмотья и уже не спасала от десятков царапин.

Очередной удар и влажный хруст. Какая-то крупная птица попросту выклевала мой левый глаз. Я заорал. Размахивая руками в тщетной попытке разогнать взбесившихся птиц, я побежал к реке.

Десять метров. Пять. Река оказалась неглубокой, метра два – не больше.

С головой нырнув в холодную воду, я едва не захлебнулся. Птицы и не думали отступать. По незащищенной спине ударили чьи-то когти.

Впецившись руками в водную растительность, я задержал дыхание, надеясь, что этот ад вот-вот закончится. Раны, полученные в ходе моего бегства, горели огнем. На месте, где раньше находился глаз, сейчас пульсировал комок боли. Легкие начали наливаться свинцовой тяжестью, но стоило мне вынырнуть, чтобы перевести дыхание, как меня снова атаковали птицы.

В голове застучало. Грудь горела адским пламенем, но наверху меня ждала мучительная смерть. Даже моя регенерация уже не справлялась с полученными ранами. Рядом плескались десятки обезумевших птиц. Перебирая руками по дну, я направился к мельнице, надеясь затаиться среди свай. Птицы, вероятно, поняли мои намерения, и по воде ударил целый град из мелких пташек. Несколько раз голова взрывалась вспышками боли, когда очередная птица пробивала толщу воды.

Наконец, руки почувствовали деревянные опоры, и я рискнул вынырнуть. Заливающая лицо вода вперемешку с кровью мешали обзору.

Крики птиц, метавшихся над водой, заставляли меня вздрагивать.

Течение заметно усилилось. Я проплыл около метра, прежде, чем понял, что вокруг все изменилось. Неширокую реку перегородила призрачная зеленоватая плотина. Колесо мельницы медленно поворачивалось под напором ледяной воды.

Развалины преобразились. Колесо мельницы, сохранившееся лишь частично, сейчас выглядело целым. В местах, где дерево рассыпалось от времени, клочки зеленого тумана приобретали сложную форму, возвращая конструкции первоначальный вид.

Бросив взгляд в небо, я не увидел не единой птицы. Сотни мертвых пернатых сейчас мирно качались на водной поверхности. Сделав несколько мощных гребков, я направился к берегу.

Нутром чую, внутри мельницы меня ждет тот, кто ответит на все мои вопросы.

Едва я переступил порог мельницы, как меня сковали неведомые тиски.

«Что за дерьмо?», – мелькнула в голове мысль.

Я оказался внутри полупрозрачной сферы.

– Не дергайся, нефилим, – раздался тихий голос у меня за спиной.

– Да я и не дергаюсь, – сказал я, прекратив попытки пробить сдерживающий меня барьер.

– Ага, как же, – язвительно заметил призрак, появившийся в метре от меня. – Или ты хочешь сказать, что зашел сюда случайно? – глаза фантома полыхнули синим пламенем.

– Вот, заскочил на огонек, – пожал я плечами.

– Ты, значит, у нас шутник? – спросил меня фантом, тело которого пульсировало зеленым светом.

– Похоже на то, – кивнул я. – А вы местный мельник?

– Можно и так сказать, – осклабился призрак.

Я посмотрел на парящего над полом фантома. Мельник предстал в образе этакого добродушного сухонького старичка с обрывком веревки на шее. Красная свободная рубаха, короткие штаны и лапти завершали образ.

– Боишься? – спросил старик, заметив мой интерес.

– Есть немного, кивнул я.

– Ну, тогда давай к делу, – сказал призрак, потирая руки.

– Хотите меня убить? – спросил я у мельника.

Призрак презрительно фыркнул.

– Мне нет нужды тебя убивать. Если бы я хотел, то испепелил бы тебя, едва ты переступил порог.

Я недоверчиво хмыкнул. Фантом же обошел меня по кругу и, приблизившись вплотную, произнес:

– Поработаешь моим помощником.

– Вот еще! – возмутился я.

Призрак понимающе кивнул.

– Я не хочу тебя убивать, но если ты будешь упорствовать, мне придется пойти против своих принципов.

– Не думал, что у призраков есть принципы, – усмехнулся я.

– А кто сказал, что я призрак? – старик удивленно захлопал глазами. – Сейчас ты у меня в гостях, и в этом мире все не то, чем кажется, а мой образ это лишь одно из множества лиц, – заметил он.

– Мне кажется, что ты водишь меня за нос, – заметил я и, желая потянуть время, спросил: – И что мы будем делать дальше? Ты меня отпустишь?

– Сначала мы спутаем карты этой девчёнке Моране, а потом я покину этот мир, – сказал старик.

– А если я откажусь тебе помогать?

– Думаю, у тебя нет иного выбора! Я хочу, чтобы моя душа ушла на новый круг перерождения, а пока, прости за банальность, Морана крепко держит меня за яйца, – сказал мельник.

– Сочувствую! – сказал я.

– Не похоже, – сказал призрак, склоняя голову.

Решив разрядить обстановку я уточнил.

– А что за работа?

– Ты будешь таскать мешки с костями наверх, – сказал мельник. – Ты задаешь слишком много вопросов для смертного.

– Я работаю на иквизицию, и информация – это жизненно необходимый ресурс, – сказал я.

– Дождаться, пока отравленный трупным ядом святоша себя зарежет. Попасть под защитный купол. Бегать по округе от разъяренных птиц.

Лишиться глаза и нырнуть в реку вечности – это все части твоего плана? – едва сдерживая смех, спросил мельник.

– У меня есть регенерация, – сказал я.

Сдерживающая меня сфера исчезла.

– Есть, есть – на жопе шерсть! – засмеялся старик.

Взмах руки и мельник бросил в мою сторону какое-то магическое плетение. Я дернулся, чтобы уклониться, но, заслышав добродушный хохот, остановился.

– Мне не нужен одноглазый циклоп на мельнице, – отсмеявшись, произнес старик.

– Ничего себе, – я ощупал лицо. На месте потерянного глаза появился новый.

– Считай это демонстрацией моих добрых намерений. А сейчас, пошевеливайся, кости сами себя не перемелят, – сказал старик.

– Что это за место? – спросил я.

– Это мой карманный мир, а за дверью – привычное тебе измерение, – сказал старик, направляясь к огромным шестеренкам, приводившим в движение жернова.

– Кто ты? – задал я интересующий меня вопрос.

– Мое имя тебе должно быть известно. Я Танатос, – сказал старик, фигура которого на миг полыхнула ярким пламенем.

– Значит, ты бог смерти?

Незнакомец кивнул.

– И почему я должен тебе помогать? И вообще, какого хрена ты тут делаешь?– спросил я.

– Хочу отправиться на перерождение и отомстить Моране за унижение, – сказал бог смерти. – Здесь десяток мешков. Поднимешь их наверх. Все кости высыпь в короб. Остальное я сделаю сам, – сказал Танатос.

– А в чем моя выгода? – спросил я, не спеша выполнять поручение.

– Я решу вою проблему с Мораной, и ты будешь свободен, – сказал Танатос.

– Что значит свободен? – уточнил я, понимая, что за этой формулировкой может скрываться элементарная смерть.

– Будешь свободен, как сопля в полете, – сказал бог, словно угадав мои мысли.

– Ладно, тогда за работу, – сказал я, поднимая первый мешок с костями и направляясь к лестнице, ведущей наверх.

Снаружи послышался громовой раскат.

– Пошевеливайся! Эта дрянь почувствовала неладное! – крикнул Танатос, словно к чему-то прислушиваясь.

– Что случилось? – спросил я, наблюдая, как взволнованный бог бегает по мельнице и накладывает на ее стены какие-то руны.

– Хочет развеять мою сущность. Почувствовала, что я сорвался с поводка, – прошипел старик, фигура которого буквально источала мощную потустороннюю энергию.

Я вздрогнул, осознав, что бог говорит о Моране. Дерьмо, не хватало еще мне попасть между двух огней.

– Чего застыл? За работу! – рявкнул Танатос, заметив, что я остановился.

Спешно высыпав первый мешок с костями, я направился вниз. Мешки были небольшими, но мои мышцы жалобно трещали, когда я забросил на себе на спину первый из мешков. Где-то внизу прогрохотал голос Танатоса.

– Помни, не отвлекайся на происходящее вокруг. Главное – перемолоть кости в муку.

– Хорошо! – крикнул я, взбираясь по лестнице с очередным мешком.

Кряхтя от тяжести, я высыпал в короб новую порцию костей. С улицы донесся грохот и какие-то крики.

– Давай быстрее! Моих сил надолго не хватит! – крикнул Танатос.

– Стараюсь, – рыкнул я в ответ.

Хрустальный перезвон на мгновение заглушил шум от работы мельницы. Отчаянный крик Танатоса:

– Эта дрянь все же пробила барьер, – бог мертвых бросился к двери, на ходу прокричав: – Поспеши, они уже рядом!

С улицы послышались душераздирающие вопли, и крышу мельницы пробил огромный камень. Я едва успел увернуться от первого импровизированного снаряда, как рядом рухнул второй.

– Что это?! – проорал я, стараясь перекричать грохот и крики, раздававшиеся снаружи.

– Гарпии! Грязные потаскухи решили разобраться с прежним хозяином, – сказал Танатос и, сотворив в руках подобие вихря, запустил его в пролом в крыше, – Это задержит их на пару минут! – крикнул он, а я уже высыпал в короб очередной мешок костей.

Спину обожгло чьим-то взглядом. Шорох. Я разворачиваюсь и едва успеваю увернуться от когтистых лап. Душераздирающий вопль гарпии. Я падаю с лестницы, по пути сгребая в охапку неизвестно как проникшую на мельницу тварь. Вспышка голубого пламени, и гарпия рассыпается прахом.

«Нужно успеть, иначе она нас прикончит», – услышал я в голове голос божества.

Взгляд на Танатоса, фигура которого начинает терять очертания. «Как же все хреново», – мелькнула у меня мысль. Мне остается смолоть еще несколько мешков, а бог, судя по всему, держится из последних сил.

Когда я в очередной раз поднимался по лестнице, стены мельницы закачались от мощного удара. С потолка посыпался мусор, а в воздухе запахло гарью.

– Продолжай работу, осталось немного, – прорычал Танатос, из носа и глаз которого текла кровь.

Бог, раскинув руки в стороны, словно воздвиг перед входом непроходимую стену и сейчас пытался ее удержать.

– Что происходит?! – прокричал я, хватая последний мешок и взбираясь с ним по лестнице.

– Сама явилась! – рявкнул Танатос, фигура которого полыхала голубоватым светом.

– Что будем делать? – спросил я у старика, услышав, что жернова мельницы остановились.

Звуки исчезли. Словно вокруг нас образовался вакуум. Хлопок, и по помещению проносится волна силы. Поднявшись с пола и откашлявшись, я спустился вниз. У двери слышалась какая-то возня.

– Я поговорю с ней, – сказал Танатос, фигура которого окончательно оформилась.

Теперь вместо старика я увидел крепкого мужчину лет сорока. Хотя, его седые волосы сбивали меня с толку. Фигура бога смерти пылала в магическом зрении всеми оттенками тьмы.

– Демоньё! – выругался я, почувствовав, как по спине стекает холодный пот.

Стены мельницы стали прозрачными и я рассмотрел в паре метров от входа высокую стройную черноволосую девушку лет двадцати. Дверь мельницы распахнулась, и бог смерти вышел наружу. Богиня хищно улыбнулась и елейным голосом произнесла:

– Танатос, старый хмырь! Помнится, когда мы встречались в последний раз, я просила тебе не вылезать из могилы.

Бог смерти добродушно улыбнулся и сделал несколько шагов к богине, раскрывая объятья.

– Морана, любимая, ты совсем не изменилась, вся та же куча гнилого дерьма, правда, в новой упаковке.

Морана отступила на шаг и, криво усмехнувшись, заметила.

– Фу, какой ты грубый.

Мгновение, и в бога смерти летит какое-то заклинание. Магическое плетение разрушилось, так и не достигнув Танатоса. Бог смерти стряхнул с себя иллюзорную пыль и сделал вид, словно и не заметил атаки.

– Смотрю, ты взяла на работу моих девочек, – сказал он, указывая пальцем в небо.

Богиня усмехнулась и, покачивая бедрами, направилась к старику.

– Может, вернешься в могилу? – усмехаясь, предложила она.

– Увы, дорогая, этот милый юноша каким-то образом выжил после купания в реке вечности и помог мне в моей работе, поэтому, мой долг уплачен.

Лицо богини покрылось красными пятнами.

– Ты! – палец богини указал на меня.

Я улыбнулся, наблюдая, как богиню буквально корежит от ярости. Похоже, сейчас она не в силах мне навредить.

– Морана, лапочка, давай вернемся к делу, если бы не этот милый юноша, наша встреча бы не состоялась, поэтому давай ты попросту забудешь про него.

Богиня бросила в мою сторону разгневанный взгляд.

– Чего ты хочешь? – подавив вспышку гнева, спросила Морана у бога смерти.

– Хочу вернуть себе то, что мое по праву и снова наполнить свои песочные часы, – пожимая плечами сказал Танатос.

– Хорошо, но он умрет, – палец богини указал на меня.

По спине пробежали мурашки, и я едва смог выдержать взгляд богини.

– Я буду терзать твою душу вечность, – сказала она, склонив голову на бок.

– Ты ставишь мне условия? – удивленно спросил Танатос

– Да, это мое единственное желание, – сказала Морана, гаденько усмехаясь.

– Боюсь, что после купания в реке, он под моей защитой, – сказал улыбающийся Танатос.

– Дерьмо цербера! – рыкнула богиня, жестом руки превращая несколько кружащих в небе гарпий в кровавые кляксы.

– Твои и мои чары бессильны против него, – сказал усмехающийся бог.

– У меня есть последователи, – рыкнула богиня.

– Если я не ошибаюсь, у тебя остался лишь один первожрец, – покачал головой бог.

Богиня взвыла от досады.

– Пусть так, но я не позволю нефилиму наслаждаться жизнью.

– Э-нет, – бог покачал пальцем. Мойры плетут нити судеб и для смертных, и для богов. Попытаешься вредить его близким и вмешаешься в ход событий – пожалеешь, – сказал Танатос.

– Эти старые дуры не видят дальше собственного носа, – огрызнулась богиня.

– Может и так, но мгновение назад мои часы начали работать, а значит, начался новый цикл и для смертных и для богов. Мы давно покинули этот мир, а твое вмешательство нарушает равновесие. Пусть смертные сами решают свои проблемы. Есть почитатели и первожрецы, не пристало богам марать руки убийством смертных, – заметил Танатос.

– Хочешь сказать, что другие боги отступят и не станут вмешиваться? – спросила богиня, сжимая кулаки.

Танатос лишь качнул головой.

– Пусть все решит поединок, твой первожрец уже сделал ход и родители парня у него в плену. Давай сыграем в игру, и сделаем ставки, – предложил бог.

– Я не буду играть в твои глупые игры! – рявкнула богиня и запустила в мою сторону огненный шар, который, описав сложную дугу, вернулся к запустившей его богине.

Одеяние богини вспыхнуло и рассыпалось веером искр, а она прикрыла свою наготу. Танатос рассмеялся.

– Милая, ты забываешь, что истинный хозяин в серых пределах лишь один. То, что ты еще жива – лишь моя прихоть, – сказал Танатос, откровенно забавляясь над обнаженной богиней.

Морана, бросив на меня полный ярости взгляд, рявкнула:

– Он вылакал воду из колодца с мертвой водой. Искупался в реке вечности.

Заполучил две печати, и ты не даешь мне его убить?

Бог смерти засмеялся.

– Наивная маленькая дурочка. Ты испытываешь судьбу и играешь на нитях человеческих судеб. Ты наверняка забыла, что боги оставили этот мир. Мы призваны творить новые миры, купаться в потоках праны верующих, а ты хочешь заполучить чужой кусок пирога. Этот мир не для нас с тобой, мы получили от него все, что могли. Поэтому, мой тебе совет, уйти отсюда и забудь к нему дорогу. Во вселенной множество миров. Найди себе новый дом.

Богиня бессильно сжимала кулаки.

– Мой первожрец уже начал темный ритуал, и если он закончит, то я обрету плоть и смогу забрать этот мир.

– Ты хочешь сжать все поле разом, не оставив ничего на потом? – удивленно спросил Танатос.

– Я хочу обратить этот мир в безжизненную пустыню. Забрать каждую никчемную жизнь, – рыкнула богиня.

– Да уж, тяжелый случай, – вздохнул Танатос, – Если ты уничтожишь этот мир на потребу своей темной душе, то начнется война. Другие забытые боги не позволят тебе это сделать. Пусть они не так сильны, как прежде, но их много и вместе они превратят тебя в прах. Чтобы восстановить свою сущность, тебе потребуется немыслимое количество времени.

– Ты слишком долго пробыл в могиле, – сказала Морана, – Халфасса лишила старых богов их алтарей, и никто из них даже не попытался ей помешать.

– Морана, девочка моя, ты так очаровательно глупа, – рассмеялся Танатос. – Боги живут в человеческой душе и воображении. Уничтожив жизнь в отдельно взятом мире, ты обречешь себя на гибель.

– Я лучше знаю, как мне поступить, никчемный идиот! – рявкнула богиня.

–мПомнишь, кто тебя создал? – неожиданно ласковым тоном спросил Танатос.

На лице богини появился испуг, и она отступила на несколько шагов.

– Вижу, что помнишь, – кивнул Танатос, – Моя воля такая: до следующего полнолуния тебе запрещено помогать своему первожрецу. Если он справится и сможет воплотить тебя в этом мире, то я не стану тебе мешать.

– Ты отдашь этот мир? – удивленно встрепенулась богиня.

– Отдам этот мир, – кивнул Танатос, – но если ты протянешь свои шаловливые ручонки к чужим владениям, то тогда тебя постигнет суровое наказание.

– Хорошо, возлюбленный, – сказала богиня и протянула руку.

В руке Танатоса появился кинжал и, полоснув себя по ладони, он протянул оружие богине. Морана проткнула свою ладонь кинжалом, и ее темная кровь закапала на землю.

Я затаил дыхание. Два божества пожали друг другу руки, скрепив договор кровавой клятвой. Хлопок телепорта, и Морана исчезла. Танатос обернулся и, заметив мой интерес, произнес:

– Пойдем, прогуляемся по моим владениям.

Едва я переступил через порог, как мы оказались посреди гигантского кладбища. Разом помолодевший бог смерти вздохнул полной грудью и прикрыл глаза.

– Чувствуешь, как здесь тихо и спокойно? – спросил он.

– Да, миленько тут у вас, – сказал я, осмотревшись по сторонам.

– Морана молодая богиня и, как ты понимаешь, именно я ее создал. Даже богу смерти свойственно ошибаться. Женские чары растопили мое железное сердце, и я попался на ее удочку, разом лишившись всей своей силы. Теперь, когда ты восстановил равновесие, я буду отдыхать и восстанавливать свои силы.

– Что требуется от меня? – спросил я, заметив, что бог смерти медленно пошел в сторону закатного солнца.

– От тебя требуется соблюдать баланс. Смерть не должна быть напрасной.

Даже богам не позволено напрямую вмешиваться в естественный ход событий. Кому жить, а кому умереть, решают Мойры, а Морана нарушает естественный порядок вещей и хочет уничтожить саму жизнь. Прочие боги смерти довольствуются тонким ручейком силы, которую они получают после естественно смерти живых существ, а Морана желает всего и сразу.

– То есть вы за естественный ход вещей, а ваша… эээ…, как бы помягче сказать…, бывшая возлюбленная хочет все уничтожить?

– Именно так, – кивнул Танатос. – Раньше Нефилимов были тысячи, и они заставляя многих существ придерживаться порядка, но сейчас старые устои рушатся. Демоны, вампиры, забытые боги, новые боги. Все это терзает и без того хрупкое равновесие. Мне не нужна гибель этого мира, – покачал головой Танатос.

– Но и убивать Морану вы не хотите? – спросил я.

– Она совершенна, как воплощение смерти, и, убив ее, я потеряю часть себя, – казал Танатос.

– Но ее это не останавливает, она хотела вас убить, – сказал я.

– Она молода и для нее потеря части своей сущности – это мелочь, пожал плечами бог смерти.

– И что я должен со всем этим делать? – прямо спросил я.

– Ты должен выбрать путь, – сказал Танатос, когда мы подошли к пересечению нескольких дорожек. – Видишь этот перекресток? – спросил он, указывая рукой на кладбищенскую аллею.

Я кивнул.

– Это перекрестки человеческих судеб. Ты сам должен найти правильное решение, но я бы хотел, чтобы ты оставил Морану в живых, – поджав губы, ответил Танатос.

– Боюсь, это мне не под силу, – заметил я.

– Ты ошибаешься. Выбрав путь экзорциста, ты пробудил в себе дремавшие способности и теперь страшишься собственной силы, – усмехнулся Танатос. – Для тебя нет разницы, кто перед тобой, смертный или бессмертный, ты караешь и тех и других. Лишь таким, как ты, дозволено играть на нитях человеческих судеб и вершить правосудие над богами, – сказал Танатос.

– Правосудие? – я удивленно хмыкнул. – Ты спутал меня с кем-то.

– Нет. Никакой ошибки здесь нет, – покачал головой бог смерти. – Когда пытаешься идти напролом и использовать силу, ты проигрываешь. Истинная сила не в ударе меча, а в тонком стилете, который наносит выверенный удар.

Маленький камешек может вызвать целый камнепад, а ты, как и мы все, живешь по законам бытия, – усмехнулся Танатос.

– Как же сложно с вами, богами, – покачал я головой. – За словесными кружевами вы умело прячете суть, – сказал я.

Танатос улыбнулся.

– Придет время, и ты найдешь свой путь, а пока, выбирай свою дорогу, – сказал он, и его фигура растаяла в воздухе.

Стоило мне повернуть на перекрестке направо, как пространство закрутилось спиралью. Перед глазами полыхнуло. Яркая белая вспышка заполнила мое сознание.

В себя я пришел довольно быстро. Только что я был в параллельном измерении, и вот, уже нахожусь в другом месте.

Облокотившись о кирпичную, стену я пытался унять забастовавший желудок. Глубоко дыша, я, пошатываясь, направился к выходу. Открыл дверь склепа и выбрался наружу. Хм, бог смерти тот еще шутник, его портал выкинул меня почти рядом с домом. Я оказался на Ольшанском кладбище в паре километров от окраины города.

Было раннее утро. Развернувшись к выходу, я удивленно замер. На лавочке у соседней могилы со стаканом в руках замер мужик бомжеватого вида.

– Привет! – помахал я ему рукой.

Мужик испуганно икнул и легонько кивнул.

– Который час?

– Без четверти семь, – перекрестившись, ответил мужик.

– Я смотрю, ты уверовал.

Мужик снова кивнул.

Я, сдерживая смех, направился к выходу с кладбища. Похоже, одним трезвенником в мире станет больше.

Надо быстрее разобраться с похитившим родителей уродом. А потом пошлю на хрен всю эту инквизицию. Долг перед магистром, как мне кажется, я отработал, а вздумают попытаться меня засадить за решетку, сбегу из страны и залягу на дно в каком-нибудь захолустье. Хотя, вряд ли у меня получится свалить из страны, даже если меня перенесет Азазель, рано или поздно меня найдут.

«Нет, наверное, лучше просто попрошу отпуск. Отдохну где-нибудь в глубинке от этой чертовщины. Махну на рыбалку или на охоту», – подумал я.

Но, для начала, нужно разобраться с осколками сущностей и похитившим родителей первожрецом Мораны. Нутром чую, что он тоже ждет-не дождется нашей встречи.

Я шел вдоль церковной ограды по разбитой грунтовой дороге, на ходу пытаясь выстроить план спасения родителей. Увы, кроме откровенного бреда в голову не приходило ничего. Пару раз мелькнула мысль рассказать все магистру или связаться с Халфассой, но я ее отбросил из-за боязни навредить родителям.

За размышлениями время пролетело быстро. Домой я попал лишь спустя час, потратив время на то, чтобы позвонить магистру и отчитаться о выполненной работе.

Добравшись домой, я принялся приводить себя в порядок. Закинув похожий на тряпку костюм в стиральную машину, я направился к шкафу.

Открыл его и удивленно свистнул. Похоже, великий магистр был мастером своего дела. В шкафу оказался десяток однотипных серых костюмов и рубашек, несколько комплектов камуфляжа, парочка коробок с обувью и даже небольшой кейс с пистолетом и деньгами. Остальные мои вещи были свалены в кучу на диване.

В прихожей послышался хлопок телепорта. По дому растекся отвратительный запах серы.

– Кого там демоны принесли?! – крикнул я.

– Свои! – донесся до меня голос демонессы.

Халфасса прошла в комнату и плюхнулась в кресло. В руках девушка держала небольшую коробку. Я, стараясь скрыть свое недовольство, поинтересовался:

– Пришла, чтобы попросить прощения?

– Фу, какой ты грубый, – сказала девушка. – Я пришла, чтобы с тобой помириться, – сказала она и протянула мне коробку.

– Подарком я займусь потом, – сказал я, пытаясь собраться с мыслями.

Демонесса лишь хмыкнула и поставила коробочку из белоснежной кости на журнальный столик.

– В той гостинице, когда тебя вырубил монстр, я кое-кого встретил.

Халфасса напряглась. Ее брови нахмурились, а лицо приобрело хищное выражение.

– Говори! – требовательно произнесла она.

Стараясь осторожно подбирать слова, я произнес:

– В подвале я видел какого-то урода в черной мантии и капюшоне. Он бросался в меня заклинаниями.

– И как ты смог от него скрыться? – брови демонессы поползли вверх от услышанного.

– Сам толком не пойму, – сказал я. – Закрылся от него в подвале полном человеческих костей. Причем, все они были заботливо рассортированы. Еще там была куча золота и оружия. Да, еще там были артефакты, один из которых оторвал мне руку, – сказал я.

– Что за артефакт? – спросила девушка.

– Пистолет, украшенный рунами и гравировками, – сказал я.

По мере моего рассказа, демонесса становилась все более мрачной, а под конец уточнила:

– Вот скажи мне, после встречи со мной, у тебя не исчезла тяга к открыванию подозрительных ящиков и сундуков?

Я отрицательно мотнул головой.

– Лучше бы тебе еще что-нибудь оторвало, – сказала она. – Не знаю, кого ты там встретил, и кто такие нацисты, но все, что ты описал, напоминает пространственный карман. Виденные тобой кости – это жертвы для его создания. Думаю, в тех подземельях куда больше уровней, чем ты думаешь, – сказала девушка, дослушав мой рассказ.

– Ты уже встречалась с чем-то подобным? – спросил я.

Демонесса хмуро кивнула.

– Есть много существ, которые собирают артефакты и золото. Драконы, лепреконы, сирены, древние боги. Да даже я во времена расцвета свой силы любила накопить побольше барахла, которое могло пригодиться для разжигания войн, – ответила демонесса.

– Получается, я вломился в чью-то сокровищницу и спер чужую вещь? – уточнил я.

– Дай-ка посмотрю твою руку, – сказала демонесса и, закатав рукав моей рубашки, скривилась.

– Нет, тебе определенно повезло, ты умудрился найти очень полезный артефакт, – сказала девушка.

– И что это за дрянь? Судя по твоему лицу, это какая-то жутко опасная вещь, – сказал я, заметив, как Халфасса рассматривает татуировку.

– Ну, если первая татуировка, найденная тобой на том кладбище, это печать, отвечающая за регенерацию, то вот вторая – это довольно мощное оружие, – сказала девушка и потрогала ногтем сложную татуировку на моей руке. – Закрой глаза и сконцентрируйся, – сказала демонесса требовательным тоном.

– Это еще зачем? – возмутился я.

– Обещаю, что не сделаю тебе больно, – сказала девушка, и я подчинился.

Я почувствовал прикосновение теплой ладони. Демонесса прошептала несколько слов на певучем наречии. Неожиданно я почувствовал приятную тяжесть в своей руке. Открыв глаза, я озадаченно уставился на пистолет.

– К сожалению, мой клинок больше тебе не доступен, – сказала демонесса, поджав губы. – Этот артефакт блокирует любое стороннее воздействие на носителя, – сказала Халфасса.

– Что это? – спросил я, заметив мелькнувший испуг в глазах девушки.

– Это уравнитель, – тихо прошептала она.

– Что еще за уравнитель? Как по мне – обычный пистолет, – сказал я, рассматривая оружие, которое неожиданно заиграло серебристыми отблесками.

– Эта гадость способна ранить даже божественные сущности, – сказала девушка, отодвигаясь в сторону.

– Но ты помогла мне его призвать, – удивленно сказал я. – Ты что, боишься, что я использую его против тебя? – уточнил я.

Демонесса хмыкнула и пояснила:

– Щечки этого пистолета сделаны из кости праведника, а корпус сделан из небесного металла.

– Метеорита? – недоверчиво спросил я, рассматривая оружие со всех сторон.

– Обычно с неба падает всякая дрянь, но этот артефакт – наследие древней войны, отгремевшей на земле много тысяч лет назад, – сказала Халфасса.

– Мне казалось, для такого пистолета нужна оружейная сталь, – недоверчиво заметил я.

– Ты не исправимый скептик, – заявила демонесса.

– Какой есть, – сказал я, пожимая плечами.

Оружие, возникшее в моих руках, придавало мне уверенности. Рукоятка пистолета была словно продолжением руки. На мгновение показалось, что у меня за спиной появились крылья. Демонесса поморщилась, а я усилием воли заставил оружие исчезнуть.

– Знала бы, что ты привязал к себе эту гадость – не пришла бы.

– И что теперь, я смогу разгонять чертей пинками? – спросил я у девушки.

– Ты хоть понимаешь, что ради обладания информацией о найденном хранилище, за тобой и твоими близкими начнется охота? – спросила меня демонесса.

– Догадываюсь, – кивнул я.

– Тогда отправляй своих родителей куда-нибудь подальше, – сказала демонесса, нервно расхаживая по комнате.

Я опустил голову, не зная, как продолжить разговор. Демонесса, заметив мое поведение, поняла все без лишних слов.

– Только не говори, что их уже похитили, – прошипела она резким голосом.

Я кивнул.

– Сиди тут и не вздумай играть с оружием, – предупредила девушка.

Демонесса оглушительно свистнула. Чем-то недовольный Азазель, появившийся с хлопком телепорта, выслушал наставление демонессы, которое она произносила на неизвестном языке, и испарился, оставив после себя облако пепла. Демонесса щелкнула пальцами и в ее руках появилась дымящаяся сигарета.

– Ты куришь? – удивленно произнес я.

– С тобой никаких нервов не хватит, вот и релаксирую, как могу, – сказала она, делая затяжку. – Азазель попробует разыскать твоих, – сказала девушка, откидываясь в кресле.

– Мне вообще советовали никому не говорить о возникших неприятностях, – отозвался я.

– Ты точно идиот, – сказала девушка. – Холодный бесчувственный идиот.

Если бы у кого-то еще похитили родителей, он бы уже всех обзвонил и оповестил, а ты словно не смотрел американских фильмов. Едва похититель получит желаемое, как сразу от них избавится.

Я подскочил на диване и начал расхаживать по комнате.

– Сядь и успокойся, горячий финский парень, – сказала демонесса. – Да, чуть не забыла, тут звонил твой куратор и прислал тебе целый список проблем, если ты не возражаешь, я пойду на охоту с тобой, – сказала демонесса.

– Но ведь у меня есть пистолет и теперь…, – начал было я.

– У тебя нет второй пары глаз на затылке, а осколки сущностей можно получить лишь из мощных тварей. Раз ты говорил, что видел призрачного извозчика, то с него мы и начнем, – сказала демонесса.

– Ты знаешь эту дрянь? – спросил я.

Демонесса кивнула.

– Это не призрак, в обычном понимании слова. Скорее, некий проводник в потусторонний мир. Подбирает людей и после разговора с ними решает, куда доставить их душу, в Инферно или в Рай.

– Напоминает Харона, – заметил я.

Девушка тряхнула головой и, затушив сигарету, пояснила:

– Называй его, как хочешь, принцип один – эта тварь многолика и, раз она появилась в вашем городе, нужно узнать, где в последнее время пропадали люди. Меня в свою карету он не подсадит, а вот тобой он явно заинтересуется, – палец демонессы указал на меня.

– И что, мне его нужно убить? – хриплым голосом поинтересовался я.

– Смотри сам по ситуации, – развела руками Халфасса. – Нам от него нужна лишь информация, но, если ты считаешь, что его существование нарушает равновесие этого мира…, – демонесса сделала многозначительную паузу, -

то ты можешь попытаться его убить, но, уверяю тебя, он вскоре появится в другом городе и с новым обличием.

– Но ведь он похищает людей! – возмутился я.

– Чаще всего он забирает на тот свет отъявленных мерзавцев и головорезов, а вот в рай он доставляет исключительно праведников, – улыбнулась девушка. – Таких, как он, называют серыми сущностями. У нефилимов с ним много общего, он, как и вы, разрывается на два мира, – сказала демонесса, задумчиво накручивая локон своих волос на палец.

– И что мне у него спросить? – уточнил я.

– Узнай, где тусуются самые сильные призраки в этом городе, потому как после того, как ты устроил здесь битву двух небожителей, местные призраки нагуляли жирок и повылезали из своих укрытий.

– А чем займешься ты? – поинтересовался я.

Демонесса щелкнула пальцами и вытащила из воздуха карту.

– Постараюсь узнать, где находятся твои родители, и заодно разузнаю о первожреце Мораны. Думаю, когда ты освоишь свое новое оружие, он не будет представлять для нас угрозы.

– Будешь использовать поисковое заклинание на крови? – спросил я, заметив, как девушка царапает себе ладонь.

– Да, именно его, – кивнула девушка, и, пока она занималась приготовлениями, я задал давно мучивший меня вопрос.

– Кстати, почему вы с Азазелем до сих пор не разобрались со Свинцовым? Ведь этот урод нас подставил в прошлый раз.

– Не нас, а тебя, – сказала Халфасса, указывая пальцем мне в грудь. -Инквизиции нужен этот урод, он держит чернокнижников на коротком поводке, – сказала демонесса. – Я посчитала, что его убийство ударит по тебе, – ответила девушка.

– Спасибо за такую заботу, – кивнул я.

– Если ты думаешь, что причина лишь в этом, то ты заблуждаешься, – усмехнулась девушка. – Все гораздо сложнее. Допустим, я или Азазель его убьем. Начнется передел власти, и пострадают обычные люди, а мне бы не хотелось гадить в том городе, где я живу, – сказала девушка. – Не хватало еще, чтобы тебе подожгли дом или раздобыли артефакт, способный тебе навредить, – ответила она.

– Все равно не пойму, – пожал я плечами.

Демонесса, глубоко вздохнув, сказала:

– Сейчас я не могу выдержать атаку мощными артефактами. А у инквизиции, судя по моим наблюдениям, таких в достатке. Помнишь ту винтовку, которая убила Грузенберга?

Я кивнул.

– Артефактные пули из освещенного серебра, редкая гадость, – ответила девушка.

Я хлопнул себя по лбу. Девушка удивленно уставилась на меня.

– Совсем забыл, на капище Мораны я видел следы чьих-то копыт. Не знаешь, что за тварь их могла оставить?

Демонесса неопределенно фыркнула и сообщила:

– После того, как мы разбили алтари старых божеств, к городу стягивается разнообразная нечисть.

– Как говорится, свято место пусто не бывает, – сказал я, понимающе кивая головой.

– Может, проникло какое-то существо из нижнего плана? – предположила демонесса.

– Ты говорил, что этот бог смерти заставил тебя молоть кости. Возможно, это его рук дело.

Я лишь неопределенно хмыкнул, не зная, что ответить на этот вопрос.

– Может это порезвился встреченный тобой в подвале незнакомец? – выдвинула девушка новую версию.

– А вот это вполне возможно, – согласился я. – Моране сейчас не нужны десятки почитателей. Да и Свинцов говорил, что в штабе ренегатов тоже устроили бойню.

– Ты говорил, он бросается магическими заклинаниями, а раз так, то возможно, что какой-то идиот продал свою душу ради того, чтобы получить сомнительные способности, – сказала демонесса.

– Раньше считал, что души покупают лишь демоны! – удивился я.

Девушка засмеялась.

– Душа – универсальное платежное средство в любом из миров. После гибели двух небожителей мелкие и забытые твари из разных планов бытия ринулись в этот мир. То сражение стало для них своеобразным портальным маяком.

– Ну не начинай, я понимаю, что накосячил в той переделке, – сказал я, понимая, куда клонит разошедшаяся девушка.

Но Халфасса, словно не замечая моих терзаний, продолжила.

– Представь тихий пруд, в который бросили камень. Сначала идут круги, а потом приходят любопытные рыбы узнать, что же вкусное упало к ним в воду.

– Странное сравнение, – заметил я.

– Какое есть, – развела руками девушка. – Мне кажется, что встреченный тобой в подземелье парень пытался проникнуть в то подземелье. Думаю, что работник гостиницы попал туда, когда по миру прокатилась волна астрального возмущения. Наверняка он услышал зов артефакта и стал своеобразным псом на привязи. Тот артефакт, который нашел Азазель, выступает в роли ошейника. Ломает человеческую волю и заставляет служить лишь одной цели.

– Какой?

– Может, защита подземелья начала сбоить, и, чтобы ее поддержать, были нужны жертвы для подпитки. Могу только гадать, – сказала озадаченная девушка.

– Дерьмо, – выругался я. – Я надеялся, что ты прояснишь ситуацию.

Девушка усмехнулась и, усевшись поудобнее, придала лицу задумчивое выражение.

– Давай разбираться по порядку. Сначала раздобудем осколки сущностей и спасем твоих родителей, а уже потом будем гадать, что это за склад артефактов, – сказала девушка.

Демонесса хлопнула меня по лбу.

– Ай, блин!

– Догадаться слабо?

– Хранилище не открывается для простых смертных, за дверью наверняка обычный подвал, – тут же сообразил я. – А парню в гостинице кто-то подсунул одноразовый пропуск, чтобы проверить, безопасно ли в хранилище.

– А может он сам нашел его в здании сказала девушка.

Не знаю! Отрезала демонесса. (у тебя они сами с собой разговаривают?)

– Звони магистру, пусть напрягает свои связи, нужно выследить извозчика и поговорить с ним.

– Хорошо, – сказал я, – но, для начала, нужно купить новый телефон, а то, боюсь, после купания в реке, мои пришли в полную негодность, – сказал я.

Спустя секунду демонесса наблюдала, как я удивленно изучаю полностью рабочие предметы.

– Пора бы привыкнуть, что в потустороннем мире не все такое, каким кажется на первый взгляд.

– Но зачем было убивать ренегатов, ведь они почитатели Мораны? – задал я новый вопрос.

– Мне иногда кажется, что ты до сих пор не понимаешь, что в теневом мире любе убийство имеет смысл. А смерть такого числа почитателей Мораны – это явный ритуал.

– Мне кажется, что это все дело рук первожреца, только вот он во время своего ритуала где-то напортачил, и у бога смерти получилось улизнуть из западни, устроенной Мораной, – ответила девушка.

– Но зачем кому-то поглощать души ренегатов? Это же верная смерть, – заметил я.

– Похоже на ритуал мнимого бессмертия, но точно сейчас уже никто не скажет. Думаю, твой магистр уже роет носом землю в поисках того, кто это мог устроить.

Демонесса продолжила возить окровавленной ладонью над картой.

– Есть результат? – спросил я.

– Ожидаемо, нет, – сказала девушка, и карта полыхнула ярким пламенем. Кто-то очень сильный наложил на округу заклинание астральной слепоты, – сказала Халфасса, одним движением залечивая рану на своей руке.

– И что нам теперь делать? – спросил я.

– Можно подождать Азазеля, но, зуб даю, он ничего не найдет, – сказала хмурая девушка.

Я вцепился в свои волосы и заметался по комнате. Мысль, что мои родители могут быть мертвы, вызывала у меня бурю негативных эмоций.

Гнев на себя, что не смог защитить, ненависть к первожрецу Мораны. Страх, что ничего уже не изменить.

Демонесса, заметив мое состояние, молча, отвесила мне оплеуху.

– Ай, блин! – потер я пострадавшую щеку.

– Возьми себя в руки, ты мужик или нет? – сказала она. – Помнится, когда тебе пришлось вызволять меня, ты был более решителен.

– Хорошо, ты права, сосредоточимся на поисках извозчика, заодно займемся теми делами, которые нам подкинул магистр, – сказал я.

– У нас есть девять дней до указанного срока, поэтому, постараемся успеть, – решительно заявила девушка. – А пока, возьми мой подарок, чувствую, он тебе скоро понадобится.

– Яков Данилович, я вас уверяю – эта информация мне нужна, чтобы найти эту дрянь с капища!

– Нет, я не могу тебе раскрыть эти данные, – упрямо ответил мой куратор.

– Но почему?! – возмущенно воскликнул я.

– Потому что ты задумал расспросить мертвого извозчика о том, что творится в городе! – рыкнул на меня мой куратор.

– Да, это так, но я вас уверяю, что это единственный способ разузнать о творящихся в округе событиях, – заверил я куратора.

Шпренгер тяжело вздохнул и произнес:

– Учти, если ты пропадешь без вести, контора не выплатит ни единой копейки твоим родителям.

– Можно подумать, что я застрахован от несчастных случаев на производстве, – недовольно буркнул я.

Но магистр, все же, услышал и возмущенно заорал в трубку:

– Еще скажи, что тебе молоко за вредность положено!

Я убрал трубку подальше от уха и, ехидно ухмыляясь, сказал:

– Яков Данилович, давайте не будем тратить время и деньги организации, у меня есть возможность решить возникшую проблему в кратчайшие сроки.

– Хорошо, – немного помолчав, ответил инквизитор.

– Район Черной Слободы. Улица Чернослободская дом двадцать два. Там находится подпольное казино, и именно в его окрестностях исчезают люди.

Обычно пропадают проигравшиеся в хлам игроки, поэтому их особо не ищут, но в последнее время стали исчезать и обычные люди, – сказал магистр.

– Как эта тварь выглядит? – спросил я.

– Чаще всего это конный экипаж, запряженный парой лошадей, но призрак меняется в зависимости от ситуации, – сказал магистр.

– Информацию принял, – сказал я и повесил трубку.

Демонесса настороженно наблюдала за моей беседой и, едва она закончилась, протянула мне свой подарок.

– Возьми и надень на шею, эта вещь не даст тебе потеряться в параллельных мирах.

– Думаешь, есть опасность, что я снова там окажусь? – поинтересовался я, принимая подарок.

В коробке оказался небольшой компас, отделанный бронзой.

– Красивая вещь, – сказал я, любуясь артефактом.

– Если даже призрачный экипаж увезет тебя в Инферно, компас всегда покажет путь домой, – заверила меня девушка.

– Хм, это получается, я теперь бессмертный? – спросил я.

– Не мечтай, компас – не панацея, – сказала девушка и отвесила мне легкий подзатыльник. – Если ты умрешь за гранью, то твоя душа там и останется! Поэтому, постарайся не рисковать попусту.

– Хорошо, – сказал я, застегивая ремешок компаса на запястье.

Компас, подобно хищной твари, впился в меня выстрелившими из него металлическими шипами. Демонесса схватила меня за руки, и я едва не потерял сознание от боли.

– Мог бы и догадаться, что у тебя все подарки с таким гадким послевкусием, – сказал я, сплевывая сгусток крови.

– Извини, так нужно, – поспешно произнесла девушка.

Регенерация уже исправляла ситуацию, а на запястье левой руки появилась татуировка в виде компаса. Демонесса отпустила мои руки.

– Нужно было, чтобы ты сам повесил его, главное в этом артефакте – его добровольное принятие, – пояснила девушка.

Я, поморщившись от боли, откинулся на спинку лавочки.

– Похоже, твое чутье тебя не подвело, и извозчик где-то неподалеку, – сказал я.

– Что, магистр подтвердил, что он охотится в этом районе? – демонесса выглядела удивленной.

– Можно подумать, у нас много мест, где занимаются подпольной игрой в карты, – сказал я.

– Нет, не много, – девушка тряхнула головой, – но, раз именно проигравшие все до последней монеты становятся его пассажирами, то нужно будет ждать вечера, прежде, чем он появится.

– Мне кажется, заметив тебя, он не рискнет здесь появиться, – сказал я, наблюдая, как мимо проезжает несколько заляпанных грязью автомобилей.

– Тут ты прав, но мимо тебя он не проедет, будь уверен, – сказала девушка.

– Почему ты так уверена? – спросил я.

– Он – серая сущность, как и нефилимы, а значит, вряд ли он откажет тебе в разговоре, – ответила девушка.

– И что, мы так и просидим здесь целый день, ожидая, пока он появится? – спросил я.

– Если нужно, мы просидим здесь и ночь, – твердым голосом заявила демонесса.

– Вообще странно, что ты его смогла обнаружить, – сказал я, наблюдая, как из ворот частного дома выезжает несколько машин.

– Мои навыки указывали именно на этот район, словно он и не пытается скрываться, – хмуро заметила девушка.

– Вообще все это странно, толпы людей ходят по улицам, и никто из них не видит ни призраков, ни энергетических вампиров, ни одержимых, о которых в последнее время почти не слышно, – сказал я и вопросительно уставился на демонессу.

– Пришлось повозиться и отправить всех бесов обратно в Инферно, – сказала девушка.

– Даже спрашивать не буду о том, какие ещё твари обитают в нашем мире, – сказал я, устало прикрывая глаза.

– Почти все ваши сказки и придания о них рассказывают, – ответила девушка.

– Но ведь тогда, получается, вокруг бродят тысячи существ, которые умело маскируются, – удивился я.

– Так и есть, и поверь, мир постоянно балансирует на грани пропасти, – философски заметила девушка.

– Вот же демоньё! – выругался я.

Халфасса улыбнулась и придвинулась ко мне ближе. Я, игнорируя провокационное поведение девушки, уточнил:

– Значит, нужно заплатить ему за поездку, и все?

– Да, именно так, кивнула она и протянула мне десяток мелких серебряных монет. – Десять копеек за поездку и тогда есть шанс, что он не отправит тебя в Инферно, – сказала Халфасса.

– Но ведь Инферно – это твоя вотчина, – удивился я.

– Да, а еще там живут твари, от которых даже демоны стараются держаться подальше, – зябко передернув плечами, ответила демонесса.

Халфасса с любопытством взглянула в сторону ворот дома, за которым мы наблюдали и прошептала:

– Смотри, похоже, наш клиент, – девушка кивком головы указала на вышедшего из дома мужика лет пятидесяти.

Деловой костюм и расстёгнутая рубаха намекали на то, что картежник провел тяжелую ночь.

– Похоже, он еще и пьян, – шепнула мне на ухо демонесса.

Горячее дыхание Халфассы и тонкий запах ее духов вскружили мне голову. Я усилием воли стряхнул наваждение и тихо пояснил:

– Идет на автопилоте.

Демонесса шумно втянула носом воздух и завертела головой, словно что-то учуяв. Мужик, пошатываясь, достал сигарету и закурил. За его спиной была длинная пустынная улица. Пространство в ее дальней части едва заметно колебалось.

– Пошел! – шепнула мне демонесса и легонько толкнула меня в спину.

Я размеренным шагом направился наперерез картежнику. Мужик разговаривал по телефону и не заметил, как из открывшегося в конце улицы портала выбралось нечто. Сначала я и сам толком не рассмотрел призрачный экипаж. Но за какое-то мгновение карета, запряженная четверкой лошадей, оказалась рядом с нами. Дверь кареты распахнулась. Я, словно не замечая происходящего, искоса поглядывал на призрака. Пусть думает, что я обычный человек, которому не дано видеть истинную суть теневого мира.

Экипажем управлял скелет в одежде кучера, который приветливо махнул мужику рукой.

Если бы я не видел многослойной иллюзии, наложенной на карету, то наверно бы так и не понял, что произошло. Похоже, мужик видел неприметную темную приору с наглухо затонированными стеклами. Картежник уже было протянул руку к двери, когда я точным ударом в висок погасил его сознание и запрыгнул внутрь экипажа. Двери за моей спиной тут же сухо щелкнули, и раздался злорадный смех. Карета тронулась, и меня вжало в спинку пыльного сидения. Внутри экипажа было темно и душно. Я едва успел увидеть, как дорогу призраку попыталась преградить демонесса, сформировавшая в руке подобие огненного шара. Кучер, видимо понимая, чем ему грозит подобная магическая атака, направил экипаж в сторону, и спустя мгновение четверка лошадей и экипаж скрылись в зеркале открывшегося портала.

Мое тело накрыла волна морозного воздуха, заставившая меня задрожать. Изо рта вырвалось облачко пара. Момент, когда на сидении напротив меня появилась антропоморфная фигура в плаще, я прозевал.

– В прошлый раз ты назвался Алексеем, – хриплым голосом заметил я.

Существо напротив меня лишь пожало плечами.

– У меня много имен, как и у любого существа, живущего в теневом мире, – ответил извозчик, как я решил называть это создание.

На несколько минут в экипаже установилось напряженное молчание. Наконец, возница, лицо которого скрывалось за клубами сизого тумана, шумно вздохнул и спросил:

– Скажи мне, экзорцист, тебе приходилось бывать на том свете?

– Не довелось, – сказал я.

– Ну, тогда проведу для тебя персональную экскурсию, – добродушным тоном ответил призрак.

– Я уже был на грани жизни и смерти, но на том свете еще не бывал.

– Ну, тогда, поздравляю! Мы едем прямо в Инферно, где твоя душа будет гореть в адском пламени целую вечность, – сказал извозчик и закашлялся.

– Смотрю, ты прямо горишь на работе, – зябко передернув плечами, сказал я.

– Есть такое, – кивнул извозчик и, тяжело вздохнув, пожаловался. – Работы все больше и больше. Адское пламя нужно питать. Вот и приходится перевозить все дерьмо из вашего мира. Грязные человеческие души, их грехи настолько страшные, что даже я ощущаю их тяжесть на своих плечах.

– Как тебе удалось провести меня в прошлую нашу встречу? – прервал я возницу.

– Это было не сложно, – засмеялся извозчик.

– Халфасса сказала, что ты можешь помочь, – перешел я к сути дела.

– Любая помощь должна быть хорошо оплачена, тебе ли об этом не знать, – усмехнулся извозчик.

– Чего ты хочешь? – прямо спросил я.

– Чего я хочу? – голос извозчика был очень удивленным. – Ты сам забрался в мою карету, заняв место, которое предназначалось для того ублюдка, – засмеялся извозчик.

– Я могу заплатить, сказал я и протянул извозчику несколько серебряных монет.

– Меня не интересуют земные богатства, – засмеялся извозчик.

– Назови свою цену, – предложил я призраку, убирая монеты обратно в карман.

Призрак, приняв позу роденовского мыслителя, задумался и спустя минуту размышлений произнес:

– Мне нужны сорок душ.

– А у тебя рожа не треснет? – спросил я, решив поторговаться с возницей.

Тот, словно не замечая моего возмущенного тона, продолжил:

– Это должны быть отъявленные мерзавцы. Мне надоело слоняться по округе, собирая их по одному, – рыкнул он и в клубах тумана под капюшоном сверкнули два ярко зеленых глаза.

– Собираешь энергию, – понимающе кивнул я.

Возница сделал неопределенный жест рукой и пояснил:

– Грядет война, нефилим, и мы, «серые», находимся между молотом и наковальней.

Я, понимая, что возница попросту тянет время, решил вытащить из него как можно больше полезной информации, поэтому, придвинувшись к призраку и перейдя на панибратский тон, елейным голосом поинтересовался:

– А скажи-ка мне, друг, с каких это пор вы ринулись в этот город? Вам что, здесь медом намазано?

Извозчик понимающе кивнул и, заскрипев костями, сложил руки на груди.

– Отчасти ты сам виноват в случившемся.

Я открыл рот, чтобы возмутиться, но извозчик сделал жест, показавший, что мне лучше помолчать.

– Ты стравил две могущественные сущности и убил их на разрушенном капище Мораны. Большую глупость сложно совершись, – заметил извозчик. – Ты попросту созвал всю нечисть к обеденному столу. Тварей будет становиться все больше, пока на месте города не останется безжизненная пустошь.

Понимая, что очень сильно рискую, перебивая возницу, я задал новый вопрос:

– А где они были до этого? Почему раньше я не слышал про разнообразную нечисть?

– Ты задаешь слишком много вопросов, – склоняя голову на бок, ответил кучер.

Я пожал плечами, всем своим видом показывая, что не вижу ничего плохого в подобном поведении.

– Так и быть, я отвечу на них, – произнес возница и, поправив край своего балахона, поудобнее устроился на сидении.

Я бросил осторожный взгляд за окно. Похоже, мы действительно находимся в полной заднице. Кроме теневых протуберанцев за окном ничего не было видно. Извозчик явно заметил мой интерес к происходящему за окном и злорадным голосом произнес:

– Еще год назад темные сущности, как и светлые, находились в подполье.

Новая церковь и инквизиция всех их безжалостно истребляла и долгое время кроме разной мелочи в большом мире ничего не встречалось.

Решив, что лучше конкретизировать свои вопросы я пояснил:

– Халфасса говорила, что не чувствует никого сильного в этом мире.

Извозчик презрительно фыркнул.

– Демоны одни из самых молодых существ этого мира. А такие как мы…, извозчик сделал паузу, – наблюдали за людьми из темноты. Мы были первобытным ужасом и заставляли их с наступлением темноты прятаться в своих пещерах. Так бы и продолжалось, но мы недооценили веру людей. Они придумали богов! Наделили их силой! И уже мы начали прятаться, стараясь укрыться и спрятаться от молодых богов этого мира, – прошипел извозчик, в голосе которого прорезались стальные нотки.

– Не думал, что все так сложно устроено, – произнес я.

– Ты наивный ребенок по сравнению со мной, – засмеялся извозчик, от которого ко мне метнулось несколько тонких астральных нитей. – Мир куда сложнее, чем ты думаешь, нефилим, – произнес возница, беря под контроль свои астральные щупы, которые, коснувшись моей ауры, начали быстро разрушаться.

Возница, словно желая отвлечь меня от моих мыслей, продолжил свой рассказ.

– Каждый день этот мир балансирует на грани войны и полного уничтожения.

– Хорошо, – поднял я руки в защитном жесте. – Я понял главное: «серые сущности», вроде тебя и меня, должны хранить баланс и равновесие, и не позволять какой-либо стороне одерживать верх.

– Ты правильно уловил суть, – заметил призрак.

Карету резко качнуло, и я только сейчас понял, что ей никто не управляет.

– Если ты здесь, то кто управляет каретой? – дрожащим голосом уточнил я.

Для того, чтобы добраться на тот свет извозчик не нужен засмеялся мой собеседник.

– Что значит «на тот свет»? Я надеялся, что ты шутишь, – сказал я, пытаясь сохранить самообладание.

Извозчик засмеялся своим противным булькающим смехом и движением руки сдернул теневую пелену с окон кареты.

– Я помогу тебе и возьму оговоренную плату лишь если ты докажешь, что ты – сторонник баланса, – произнес извозчик, и его костлявый палец указал мне в грудь.

– Как же меня достали ваши игры, – зарычал я. – Мне нужно знать, где появляются самые сильные сущности! – требовательно произнес я.

Извозчик отрицательно покачал головой.

– Ты запятнал себя союзом с демоницей, а для серого стража это позор, который можно искупить, лишь пройдя испытание.

– Останови карету или я вышибу тебе мозги, – сказал я, и в моей руке материализовался револьвер.

Демонстративно взведя курок, я приставил его к клубящемуся туманом лицу призрака. Тот лишь презрительно рассмеялся.

– Ты нашел уравнитель, эту забавную игрушку, и возомнил себя всемогущим, – понимающе кивнул он.

Я посильнее вдавил ствол пистолета в точку, где, как я рассчитывал, у призрака находится подбородок.

– Интересно, смогу ли я выжить после того, как ты выстрелишь? – задумчиво произнес призрак. – Но, каков бы не был итог, я обещаю, что даже после гибели смогу тебе помочь в твоих поисках, – подняв руки в защитном жесте, возница произнес: «Я клянусь дать тебе информацию о душах, которые отсутствуют в моем списке».

– Верни меня в мой мир, – потребовал я, продолжая держать пистолет у подбородка нечисти.

– А ты заставь меня, – лицо призрака превратилось в оскаленный череп и прежде, чем я понял, что произошло, карета подпрыгнула на кочке, и мой палец нажал курок.

Револьвер выстрелил. Карета снова качнулась. Голова призрака разлетелась клочьями тумана, а в стенке экипажа образовалась дыра.

– Дерьмо! – выругался я, заметив сквозь нее кроваво-красные небеса.

Новый Выстрел. Дверь кареты вылетает. Тело призрака исчезает, оставив после себя лишь грязный балахон.

– Вот же урод, – прошипел я и, ухватившись за край кареты, высунулся, чтобы осмотреться.

Четверка призрачных лошадей неслась по бескрайней серой пустыне.

Где-то вдалеке виднелись невысокие горы. Кровавые небеса и аналог дневного светила явно давали мне понять, что я не на земле. Я собирался было вернуться в карету, когда почувствовал мощный толчок в спину.

– Твоя остановка! – раздался за спиной смех извозчика, и он, высунувшись из экипажа, помахал мне рукой.

Я выстрелил несколько раз, пока находился в полете. Увы, чуда не произошло, и в лошадей я ожидаемо не попал.

Хруст сломанных костей. Меня крутануло и подбросило. Твердая запекшаяся до состояния камня почва выбила из меня дух. Прокатившись по земле, я, наконец, остановился.

– Кхе, кхе!

Я выплюнул пыль, набившуюся мне в ноздри, и попытался подняться.

Регенерация уже работала на полную, латая мою пострадавшую тушку.

Угораздило же вылететь из экипажа посреди пустыни.

– Дерьмо! – выругался я.

Осмотрелся в поисках хоть каких-то ориентиров. Судя по всему, я оказался на своеобразном перекрестке миров. Как там сказал Танатос? Выбирай путь правильно? Я наивно думал, что он говорил про дороги на кладбище, а этот гад, оказывается, сделал для меня персональное пророчество.

– Демоньё! – выругался я и почувствовал соленый привкус во рту.

Осмотр окрестностей не дал результатов. Жилья и прочих строений не видно. Решено! Буду двигаться к горам,остроконечные пики которых виднелись на горизонте. Помнится, этот урод извозчик болтал про искупление и испытание.

– Дайте мне сюда десяток демонов и я их грохну, – рыкнул я.

Пнув несколько подвернувшихся под ногу костей какого-то животного, я постарался успокоиться. Неожиданно, мой взгляд зацепился за необычный предмет. Посреди бескрайней пустоши находился верстовой столб с цифрой 666. К Выкрашенному в бело-черные полоски столбу были приделаны десятки ржавых табличек, указывающих во всех возможных направлениях.

Я начал читать в слух, охреневая от увиденного.

– Ад, Рай, Аид, Геена огненная, Вальхалла, Нарака, Авичи, Хельхейм, Аннум, Адливун, Джокх, Дзигоку, Дуат, Иркалла, Манала, Шеол, Юду, Уку Пача, Миктлан…, – и еще десятки названий и табличек.

– Вот же говнюк! – рыкнул я и пнул столб.

Боль в ушибленной ноге меня немного отрезвила. Если я не нахожусь ни в одном из перечисленных загробных миров, значит, где-то между ними.

Чистилище или, как называли такое место в некоторых фильмах, Лимб.

Похоже, что, какое направление ни выбирай, окажешься в одном из множества загробных миров, понял я.

Усевшись у столба и прислонившись к нему спиной, я погрузился в размышления. Главное – не поддаваться панике и держать себя в руках.

– Я выберусь отсюда, – успокоил я себя.

Красное солнце нещадно палило, и я буквально чувствовал, как влага из моего тела начинает испаряться. «Хреново. При таких условиях даже регенерация меня не спасет», – подумал я.

Тень от столба перемещалась против часовой стрелки, и казалось, что я нахожусь у какой-то оси миров или чего-то подобного. Далекие горы постоянно меняли свой внешний вид, и я с отчаянием понял, что, куда бы я ни пошел, любой мой выбор повлечет смерть.

– Вот же баран! – хлопнул я себя по лбу и скинул пиджак.

Поспешно соорудил из него некое подобие головного убора.

– Так-то лучше, – буркнул я и закатал рукав рубашки.

Похоже, я при падении хорошо приложился головой, потому как совсем забыл о полученном от девушки подарке.

– Спасибо тебе, рогатая, если бы не ты, наверно так бы здесь и остался в виде иссохшей мумии, – прошептал я, затаив дыхание.

Простенькая татуировка на моей руке преобразилась и превратилась в призрачно-зеленую проекцию компаса. Полупрозрачная стрелка несколько мгновений раскручивалась, словно бешенная, а затем остановилась, определившись с направлением.

– Будем считать, что с выходом из пустыни мы определились. Но что там извозчик говорил про испытание? Разберемся по ходу дела, – решил я.

Поднявшись с земли, пошел в выбранном направлении. Взглянул назад. Указатель рассыпался кучей серого песка и пыли, и ее тут же унесло налетевшим порывом ветра.

Шаг. Еще шаг, и пространство перед моими глазами исказилось. Вместо безжизненной пустыни мне открылась цветущая бескрайняя степь.

Удивленно оглянулся. Позади такая же картина. Похоже, все дело в подарке Халфассы. Не будь его, я бы потратил куда больше времени на поиск дороги домой.

Ноги утопали и путались в ковре из трав из цветов. Теплый воздухбыл наполнен ароматами весенней степи. Я блаженно прикрыл глаза и подставил лицо под дуновение ветра. Из умиротворенного состояния меня выдернул чей-то крик.

– Эй, уроды! Какого хрена вы творите? – крикнул я.

В паре десятков метров от меня несколько мужиков сноровисто связывали невысокую блондинку. Девушка рыдала и звала на помощь. Один из мужиков уже задирал ей юбку, явно с самыми грязными намерениями.

– Помогите! – заорала девушка, заметив меня.

– Заткни пасть этой шалаве! – рявкнул один из незнакомцев, обращаясь к подчиненным.

– Отпустите ее! Сейчас же! – требовательным тоном произнес я.

– Разберись с этим уродцем! – громко сказал один из мужиков, и тут я понял, что никакие это не люди.

Похоже, судьба меня свела с бесами или же мелкими демонами. Один из бугаев, на лбу которого красовались аккуратные короткие рога, направился ко мне. В руке этот здоровяк сжимал длинный хлыст, которым, судя по всему, он собирался меня ударить.

– А ну стоять! – крикнул я, надеясь, что это задержит демона.

Куда там. Свист хлыста, и мой правый бок обожгло болью. На автомате призываю пистолет, взвожу курок и стреляю. Башка демона разлетается на части, а я, не обращая внимания на агонизирующее тело, переступаю через него и делаю несколько шагов по направлению к оставшимся противникам.

Те выглядят удивленными.

– Ты кто такой? – спрашивает один из них, но я решил не церемониться и начинаю стрелять.

Один из демонов формирует подобие щита, но первая же пуля сносит его и попадает твари в грудь. Второй демон срывает со своей шеи какой-то амулет и отбрасывает его в сторону. Вспышка портала.

– Стой, гад!

Тварь, прикрывшись девушкой, двигается в сторону портала. Выстрел. Промах. Демон отталкивает что-то кричащую девушку и прыгает к зеркалу портала. Выстрел. Пуля задела демона по касательной. Тело монстра разворачивает, и в портал попадают лишь его ноги.

Хлопок, и крик боли. Закрывшийся портал отрезал монстру обе конечности выше колена. Я подхожу на безопасное расстояние, чтобы прикончить монстра.

– Ты хоть знаешь, кто она такая? – рычит демон, указывая окровавленной лапой куда-то в сторону.

Резкий свист заставляет меня отскочить в сторону. Метательный нож, брошенный девушкой, попадает демону в глаз. Тело нечисти начинает дергаться в конвульсиях.

А девушка не промах. Пока я размышлял, прикончить демона или допросить, она действовала куда более решительно.

– Лихо ты его, – сказал я, заметив, как девушка сноровисто обыскивает убитых мной демонов.

– Сама бы справилась, будь их двое, – улыбнулась она мне.

«Симпатичная», – автоматически подметил я. Голубые глаза, светлые слегка волнистые волосы, курносый нос и небольшие слегка пухлые губы. У девушки была кукольная внешность. Невысокий рост девушки, который при нынешних стандартах сочли бы недостатком, компенсировался довольно внушительной грудью.

Я с трудом отвел глаза от обнаженного женского тела, которое то и дело мелькало сквозь разорванный подол и декольте платья. Девушка выругалась и пнула мертвого демона.

– Как тебя зовут? – спросил я незнакомку, которая стягивала обувь и брюки с демона.

– Меня зовут Ильза, – не отрываясь от работы, представилась девушка.

Вот же странная особа. Мы находимся неизвестно где, а она спокойно обыскивает мертвых демонов. Да, видимо, она не собирается говорить мне «спасибо» за свое спасение. Как же, раскатал губу, что она бросится мне в объятья. Ее пять минут назад чуть не изнасиловали, а тут появляюсь я, рыцарь на белом коне, и убиваю всех ее мучителей.

– Прости, что вмешался в твои разборки, но, где мы? – спросил я.

Девушка на секунду задумалась, но, все же, ответила.

– Один из срединных миров. Не спрашивай, какой именно, – улыбнулась девушка.

– Надеюсь, мы не в мире мертвых? – спросил я, наблюдая, как девушка натягивает на себя кожаные штаны одного из убитых демонов.

– Мы не умерли, если ты об этом, – сказала Ильза.

– И что ты теперь будешь делать?

– Мне нужно вытащить друга и добраться до портальной площадки, – сказала она, затягивая на талии пояс с небольшим тонким кинжалом.

– А другого выхода отсюда нет? – удивленно спросил я.

Девушка лишь неопределенно пожала плечами.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Сергей.

– Так вот, Сергей, – девушка словно попробовал имя на вкус, – отсюда нет другого выхода, кроме как добраться до замка. Там находится портальный камень, он-то нас и перенесет отсюда на Землю. Так ты тоже с Земли? – спросил я.

– Откуда ж еще? – девушка рассмеялась звонким смехом. – Ты, наверное, навоображал себе, что я с другой планеты или измерения.

– Признаюсь, все так и есть, – кивнул я.

– Ну, раз мы с тобой познакомились, то давай к сути дела: откуда ты взялся, что не знаешь самых элементарных вещей? – спросила меня девушка.

– Пришел из серой пустыни, – я махнул рукой себе за спину.

Девушка как-то странно на меня посмотрела.

– Ты выпрыгнул из серого экипажа? – спросила она.

Посчитав, что глупо отпираться, я, молча, кивнул. Девушка обошла меня по кругу, бросила парочку оценивающих взглядов и произнесла:

– Смотрю, ты хорошо подготовился, у тебя и оружие, и компас, указывающий на выход из этого мира.

«Вот же идиот», – подумал я, – «Засветил полезный артефакт перед едва знакомым человеком».

Я Спешно опустил рукав рубашки и поднял с земли упавший во время схватки пиджак.

– Не доверяешь мне, – понимающе кивнула девушка.

– Я и себе-то не очень доверяю, – сказал я, поднимая с земли кнут одного из демонов.

Кнут или, как назвала это оружие девушка, батиг, был довольно опасным оружием. Я и не заметил, что первая атака демона не увенчалась успехом лишь благодаря моей регенерации. Толстый у рукояти и тонкий на концах раздвоенный кнут был сплетен из кожи. Ближе к концу в него были вплетены нити из какого-то серебристого металла.

– Истинное серебро, – сказала девушка, заметив, как я рассматриваю трофей.

– Не расскажешь, откуда ты взялся такой красивый? – поинтересовалась девушка.

– Я же тебе уже говорил, что выпрыгнул из серого экипажа.

Девушка лишь обиженно фыркнула.

– Ты регенерируешь раны, которые обычного человека гарантированно превращают в труп. И еще у тебя есть магические артефакты, с которыми ты умело управляешься, так кто ты на самом деле? – голос девушки был настроженным.

– Я – экзорцист и работаю на инквизицию, – пожал я плечами, решив не раскрывать девушке все карты.

Ограничусь полуправдой, решил я. Девушка, не выказывая особого удивления, уточнила:

– Значит, ты здесь случайно? И, как и я, хочешь отсюда выбраться?

– Да, так и есть, – подтвердил я.

В душе зародилось смутное беспокойство, и я заозирался по сторонам в поисках угрозы.

– Не напрягайся! В крепости осталось не больше десятка тифлингов, – сказала девушка. – Думаю, с твоей помощью мы быстро вытащим моего друга, – многозначительно произнесла она и принялась изучать содержимое карманов трофейной куртки.

– Стоп, я не собираюсь идти в атаку против десятка этих уродов, – прервал я девушку. – Как по мне, лучше осмотреться и проникнуть в крепость тайно.

Вытащить твоего друга и также тихо свалить.

– Огорчу тебя, – сказала улыбающаяся девушка. – Штурма не избежать, при любом раскладе.

– Только не говори, что портал спрятан где-нибудь под землей, – сказал я, понимая, через какое дерьмо мне придется пройти.

Мелькнула мысль, что все, что я вижу – это постановка, и девушка старательно отыгрывает роль. Но вряд ли извозчик настолько продуманный тип. Да и о наличии компаса у меня он не знал.

Девушка ничего не ответила, заметив, как я настороженно ее рассматриваю.

– Нам нужно в ту сторону, – сказала Ильза и указала куда-то вдаль.

– Как ты тут вообще ориентируешься? – спросил я.

– Да вот следы этих уродов, они траву тут примяли, – сказала девушка.

Я, присмотревшись, увидел, что в некоторых местах цветочный ковер изрядно помят. Решив, что стоит изучить демонов поближе, я принялся осматривать убитых. Надо признать, что тифлинги, как назвала этих тварей девушка, только со спины были схожи с людьми. Короткие рога и грязно-серая кожа в сочетании с желтыми кошачьими глазами смотрелись чужеродно. Руки больше походили на подобие когтистых лап, такие же мощные с небольшими кривыми когтями.

Девушка, заметив, как я рассматриваю убитых мной демонов, пояснила:

– Такие уроды появляются на свет от женщин, попавших в лапы к младшим бесам. Они гораздо быстрее и сильнее людей, а здесь они охраняют тех, кто угодил в эту реальность. Время от времени пленников убивают и сжирают, – содрогнувшись, сказала девушка.

– Что у них в крепости за оружие? – спросил я.

– Да все то же самое, что и у этих, – сказала девушка, кивнув на лежащие на земле тела. – Вдвоем у нас есть все шансы с ними разобраться, – ответила девушка и решительно зашагала по тропе.

Странно, когда я только оказался в этом мире или измерении, я не увидел демонов, видимо, пространство здесь было совсем другим.

Несколько шагов сделанных вслед за девушкой, и на горизонте появились невысокие горы.

– Нам идти до самых предгорий.

– Слушай, а они тебя не хватятся? Ведь, как я понимаю, ты сбежала? – спросил я.

– Нет, эти уроды меня поймали, когда я собиралась отыскать переход в другую реальность, – пожаловалась девушка.

«Что-то она темнит», – подумал я, но, видя, что Ильза не развивает эту тему, решил спросить про более важные вещи.

– Ты сказала, что там укрепленный замок, – девушка утвердительно кивнула.

– Прости за глупый вопрос, но, мне кажется, что содержать тюрьму с парой пленников более накладно, чем попросту сжечь их в пламени Инферно, – сказал я.

– Если ты думаешь, что я и мой друг – единственные пленники в этой дыре, то ошибаешься, – сказала Ильза, болезненно растирая шею.

– Все в порядке? – спросил я.

– В полном! – слегка раздраженно ответила девушка, которой, похоже, наскучили мои расспросы. – Заночуем в предгорьях, а за пару часов до рассвета выдвинемся к замку, – сказала Ильза, заметив, что я не тороплюсь идти за ней следом.

«Странная девушка, со странными навыками», – подумал я. «Как бы все этого не было частью испытания. Хотя, нет, это полный бред», – подумал я и догнал Ильзу.

– Часа через три начнет темнеть, нужно будет обустроить ночлег. Ночью тут бывает очень холодно, – сказала девушка.

– А что тут с едой? – поинтересовался я.

– Не бойся, я собрала немного ошметков от убитых тифлингов, котлет наделаю, – сказала Ильза.

– Фу, блин, ну у тебя и шутки, – сказал я, скривившись от одной мысли о поедании демонической плоти.

– Расслабься, в предгорьях водятся кролики, поймать парочку не составит никакого труда, – сказала девушка.

Я же сделал себе зарубку в голове, что девушка неплохо знает местность, а значит, либо она тщательно готовилась к побегу, либо она попросту водит меня за нос, и все, что я увидел, когда здесь оказался – обычная постановка, рассчитанная на лоха, вроде меня.

– Ильза, прости за недоверие, но для заключенной из тюрьмы ты выглядишь через чур опрятно, да и знаешь об окружающем мире куда больше, чем узник, вышедший на волю.

Девушка обиженно фыркнула, но спустя мгновение ответила:

– Я потеряла счет времени, здесь все иначе, чем на земле. Я смогла убедить этих уродов, что смогу выносить для них ребенка.

Я содрогнулся от мысли о том, что Ильзе пришлось вынести.

– Мне казалось, что им было не важно, согласна ли ты или нет, – заметил я.

– Тут ты неправ. Этим уродам было важно именно мое согласие, иначе я бы не забеременела, – ответила девушка.

– Брр, жуть какая. И ты на это пошла лишь ради побега? – спросил я.

Девушка кивнула.

– Первоначальный план заключался в захвате оружия одного из конвоиров и прорыву к порталу, но я не думала, что желающих позабавиться со мной будет больше, чем один. Поэтому едва я уединилась с первым, как пришлось спешно делать ноги из караулки, где все должно было произойти. Но я не рассчитала. Если бы взяла все портальные амулеты, то вероятно, мне бы удалось от них скрыться.

– Понятно, значит, тебя выбросило в произвольную точку, а эти уроды прыгнули порталом следом? – уточнил я.

– Все так и было, – подтвердила девушка.

«Ох, что-то она темнит», – снова застучала в голове тревожная мысль. Ну да ладно, не буду наступать ей на больные мозоли. Завтра захватим этот замок,

освободим ее друга и свалим обратно на Землю.

– Ты не думай, что я полная дура, просто иного шанса сбежать у меня не было. Вот и сыграла на своих женских чарах, – сказала Ильза.

– А сколько всего в крепости пленников? – спросил я.

– Точно не знаю, но мой друг сидел в соседней камере и мы иногда с ним перекрикивались. Правда охранники это не любят, и пришлось быстро прекратить, – сказала девушка и показала длинный рубец у себя на руке. – Научились батигом бить, не открывая решетку, – сказала Ильза и вернула рукав куртки в прежнее положение.

«Вот же твари похотливые», – подумал я.

– А что это за мир? Я не наблюдаю здесь обжитых мест. Что, кроме крепости демонов тут ничего нет? – спросил я девушку, осматриваясь по сторонам.

– Мы переночуем в заброшенной деревне. Не знаю, откуда она здесь, но там даже овощи растут на огородах. Иногда демоны отправляют туда пленников на работы.

– А не боишься, что демоны могут туда нагрянуть? – прервал я Ильзу.

– Нет, после встречи с тобой мне ничего не страшно!

– Не думал, что я такой урод, – усмехнулся я.

– Да и я теперь не с голыми руками, – сказала девушка и продемонстрировала мне закрепленные на поясе батиг и меч одного из воинов.

– Прямо амазонка какая-то, – сделал я девушке нехитрый комплимент.

– Но-но-но! Я – валькирия, – сказала Ильза, притворно задрав нос.

Неловкость, вызванная нашим с ней знакомством, постепенно исчезла и по мере нашего продвижения к предгорьям, я все больше проникался доверием к девушке. Ноги путались в густом ковре из растений. Несколько раз из-под ног взлетали какие-то птицы, а вдалеке мелькнула стая каких-то животных. Солнце постепенно склонялось к закату.

Пользуясь тем, что девушка шла немного впереди, я сверился с компасом. Судя по его показателям, выход из этого мира находится чуть в стороне от нашего маршрута, а значит, девушка не врет, хотя бы о местонахождении портала.

«Любопытный мир, на Земле такие места – редкость», – подумал я. Пару раз мои мысли возвращались к спасению родителей, но я твердо решил выбраться отсюда, найти серый экипаж и придушить этого проклятого извозчика. Только потратил время, вместо того чтобы охотиться на тварей и собирать осколки сущностей. Мысли о том, что они нужны первожрецу для призыва Мораны, я отбрасывал, так как понимал, что иного выхода у меня сейчас нет.

Спустя несколько часов быстрого шага, мы оказались на месте.

– Вон у той скалы и заночуем, – сказала Ильза, указывая на хаотичное нагромождение скал в дальней части ущелья, у входа в которое мы оказались.

– Тут есть несколько хижин, – сказал я, заметив строения с деревянными крышами.

– Насобираем дров, поставим силки на кроликов и переночуем, – казала девушка, не обращая внимания на мое настороженное поведение. – Думаю, сразу в атаку мы не пойдем, нужно разведать, что происходит в крепости и понаблюдать за ней, – сказала Ильза.

– Думаю, ты права, – сказал я, направляясь в указанную девушкой сторону. – Глупо идти в атаку, не оценив силы врага.

– Вообще-то, у меня есть план, – сказала Ильза.

– Ладно, послушаем его за ужином, – сказал я, оглядываясь по сторонам.

Судя по увиденному, место здесь довольно посещаемое. В паре мест я заметил невысокие кустарники и несколько трухлявых пней. Похоже, демоны тут бывают и даже присматривают за хижинами.

– Я пойду, займусь силками, а ты пока раздобудь топливо для костра и наломай веток для лежанок, а то ночью здесь адски холодно распорядилась девушка.

В душе колыхнулось раздражение. Мой внутренний мужик запротестовал, информируя меня, что не собирается выполнять женские обязанности. Постояв несколько секунд и погасив волну негодования, я принялся рыскать по окрестностям. Девушка же сорвала несколько длинных гибких растений и присела на небольшой камень. Похоже, она собирается сделать из этого силки, понял я. «Ладно, хрен с тобой. Посмотрим, какой ты охотник-добытчик», – подумал я, смирившись с тем, что нас ждет голодный вечер.

Развернувшись в сторону одного из ответвлений ущелья, я заметил кое-что необычное. В паре сотен метров в небольшой лощине клубится дым и, указав на него, я тихо произнес:

– Похоже, там кто-то есть!

– Не говори глупостей, это пар, там горячие источники, – сказала девушка, бросив мимолетный взгляд в ту сторону.

Надо сказать, что, судя по всему, ущелье представляло собой хаотичный лабиринт из нагромождения камней и десятков проходов, ведущих во всех направлениях. Потеряться здесь было проще простого, поэтому, когда девушка закончила свою работу и направилась куда-то за скалы, я ничего не сказал. Она взрослая девушка, сама разберется, да и она сама говорила, что демоны здесь часто бывают. Решив, что девушка сама о себе позаботится, я отправился в дальнюю часть ущелья, где находились наиболее сохранившиеся постройки.

Пара жалких лачуг, стены которых были сплетены из веток лозняка или еще какого-то гибкого растения, носили на себе следы недавнего ремонта.

Стены домов были обмазаны глиной, которая сейчас местами обсыпалась.

Крыши этих построек были сделаны из кусков ржавой жести, что еще раз подкрепило мои мысли о связи с Землей. Выбрав одну из наиболее сохранившихся хижин, я заглянул внутрь.

Деревянная дверь из тех же плетеных веток стояла в стороне от дверного прохода. В углу обнаружилось деревянное ведро. В другом углу сложен очаг из камней, в метре от которого лежит запас топлива. Странно, что хижина еще не рухнула. «Похоже, тифлинги не очень хорошо умеют созидать», – мелькнула мысль. Крышу дома удерживал опорный столб, без которого, по всей видимости, все это нагромождение жести обвалилось бы.

Да и постройка была невысокой. От земляного пола до потолка не больше двух метров. А площадь постройки в лучшем случае составляла десяток метров.

Я уже собирался было выйти обратно на улицу, но стукнулся головой о металлический предмет, подвешенный к потолку.

– Вот это находка! – довольно произнес я и, подхватив обнаруженный котелок, выскочил на улицу, чтобы поделиться радостной новостью с девушкой, но, выбравшись на улицу, понял, что она еще не вернулась с импровизированной охоты.

Раз есть котелок и ведро, значит, где-то неподалеку должна быть вода, решил я. Судя по моим ощущениям и тому, что я чувствую голод и жажду, здесь вполне можно жить, как и в обычном мире. Живут же здесь кролики и тифлинги, охраняющие пленников. Наверняка они попросту охраняют что-то от слишком любопытных людей, оказывающихся в этом мире. Хотя, Ильза так мне и не рассказала, как она здесь оказалась. Может ее таинственный друг – это ее муж или парень?

– Нафиг, – буркнул я и тряхнул головой.

Вообще, девушка не выглядит как узница. Волосы девушки и ее внешний вид наводили меня на мысль, что тифлинги не содержали их в совсем уж ужасных условиях. Подобные размышления снова вернули меня к мысли, что девушка врет.

– Пху блин, совсем поехал, теперь подозреваю каждого встречного во всех смертных грехах, – оборвал я поток своих мыслей.

Решив, что с девушкой не произойдет ничего страшного, я принялся ломать ветки для лежанок. Справедливо решив, что Ильза вряд ли согласится лежать со мной на одной, я старательно наломал несколько охапок веток и отнес их в облюбованную хижину. Насобирав несколько пучков сухой травы для розжига, я посчитал, что моя миссия выполнена, я уселся на небольшой скамейке рядом со входом и принялся ждать.

Девушка не появилась, и это вызывало смутную тревогу и беспокойство. Немного передохнув, я решил осмотреть окрестности. Помнится, Ильза говорила, что здесь есть брошенные огороды.

Ущелье было достаточно обширным, километр или больше. Местами скальное основание было покрыто растительным ковром. «Видимо, когда-то здесь были плодородные почвы, но со временем их смыло, и тифлинги постепенно забросили поселение. Хотя, может это были люди?», – мелькнула мысль.

Заприметив в паре сотен метров участок выделяющийся обилием растений, я направился туда. Похоже, именно здесь раньше располагались огороды.

Пробираясь через заросли сорняков, я неожиданно увидел, как мимо меня метнулось что-то серое и стремительное. Сердце заработало в бешеном ритме, и я от испуга призвал оружие. Вскинул револьвер, но стрелять не стал.

Испуганный заяц или кролик исчез из поля зрения, а я, успокоив дыхание, уселся в зарослях. Повозившись с оружием пару секунд, открыл барабан и хмыкнул. Все семь патронов на месте. Похоже, оружие перезаряжается, когда я его убираю его в пространственный карман.

«Наверно, действуют какие-то неизвестные мне магические законы», – подумал я. Не буду зря играть с оружием, как-никак артефакт показал свою пользу.

Я уже собирался было вставать, когда среди бурьяна заметил несколько до боли знакомых растений. Я потратил десяток минут, ободрал о колючки растущих неподалеку сорняков ладони, но, все же, мне удалось накопать десяток мелких картофелин.

– Хм, не зря раньше его называли «чертовым яблоком», – буркнул я.

Довольный своей находкой, я скинул пиджак и набросал на него выкопанные клубни.

– Мля, магистр точно меня прихлопнет. Стоит мне нацепить на себя новый костюм, как он тут же приходит в негодность.

Осталось найти способ добыть огонь, и дело в шляпе, решил я. Наверняка, если полазить по окрестным скалам, то я смогу найти пару камней, способных высечь искру. Ладно, огонь – дело второстепенное.

Нужно найти воду и разыскать Ильзу, а то ее слишком долго нет, решил я и вернулся к хижине.

Закинув свою добычу в дверной проем, я подхватил ржавый котелок и деревянное ведро. След девушки был хорошо заметен в пыли, покрывавшей дно ущелья. Правда, уже через пару сотен метров я потерял его из виду. Каменистая почва с редкими островками травы надежно замаскировала следы.

Плюнув, на первоначальный план, я отправился к источникам. Надеюсь, вода из этих горячих ключей вполне пригодна для питья. Размышляя таким образом, я прошел по краю осыпи и оказался у глубокой лощины. В этом месте было ощутимо теплее. Похоже, что тут довольно посещаемое место, потому как я вышел к неширокой тропинке, которая шла по склону и постепенно спускалась к воде.

Несколько массивных скал не давали мне рассмотреть, что находится на дне лощины, но едва я начал спуск и обошел один из них, как заметил какое-то движение. Метнувшись под защиту камня, я затаил дыхание. Вот же идиот, мог бы и догадаться, что здесь нельзя расслабляться.

Осторожно ставлю свою ношу на землю и выглядываю из-за камня.

Густые облака пара надежно скрывали замеченного мною демона или человека. Поэтому мне пришлось ждать несколько минут, прежде чем я смог хоть что-то рассмотреть.

Ну и как теперь быть? Прятаться как идиот или лучше выйти из укрытия и спуститься к источникам? Немного поколебавшись, я вышел из своего укрытия, и собирался было вернуться к хижине, когда услышал за спиной насмешливый женский голос.

– Я тут, понимаешь, принимаю ванну, а какой-то пошлый извращуга за мной подсматривает.

Голос девушки так и сочился ехидством, но, судя по всему, она просто шутила.

– Прости, случайно вышло, – сказал я и виновато склонил голову.

За спиной послышался задорный смех.

– Вообще я не из стеснительных, да и сюда поднялась, когда заметила, что ты показался на тропе. Ладно, можешь спускаться и освежиться вместе со мной.

Когда я оглянулся, то увидел, что девушка смотрит на меня насмешливым взглядом.

– Неужели я не хороша?

Девушка крутанулась вокруг своей оси, демонстрируя свою подтянутую фигуру.

– Хороша, – кивнул я, понимая, к чему идет наше с ней общение.

– Ну что ты как монах какой-то? – сказала девушка и, взяв меня за руку, потянула меня по тропинке вниз. – Тебе нужно расслабиться, – заявила девушка, когда мы подошли к одному из источников. – Раздевайся! – требовательно заявила она и с разбегу прыгнула в небольшое озерцо, обрызгав меня с головы до ног.

Игриво плеснув в меня водой, девушка нырнула в источник с головой. Вынырнув спустя мгновение, она одарила меня очаровательной улыбкой и спросила:

– Ну, ты так и будешь, как идиот, на берегу стоять, или присоединишься?

Плюнув на все, я разделся и забрался в воду. Вода была потрясающей.

Девушка, увидев, как я блаженно зажмурился, подплыла ко мне и спросила:

– Ты чего такой зажатый и холодный? Я тебе совсем не нравлюсь?

– Да дело не в этом, – покачал я головой. – Просто тут в округе могут шастать разыскивающие тебя демоны.

Девушка лишь фыркнула.

– Поверь, они, на ночь глядя, не пойдут меня искать, – заверила она меня.

– Откуда ты знаешь? У вас что, были успешные побеги из тюрьмы? – уточнил я.

– Нет, просто тифлинги знают, что я никуда отсюда не денусь, и, рано или поздно, они меня поймают. У них есть такой метод казни: они выпускают пленника из тюрьмы, дают ему фору, а потом устраивают на него охоту.

– Это тебе тоже твой друг рассказал? – уточнил я.

Девушка лишь кивнула, а затем сделала несколько гребков и оказалась совсем рядом.

– Мне кажется, что ты переводить наши отношения не в ту плоскость…

Договорить я не успел, девушка нырнула…

– Мля, вот же демоньё! – только и успел сказать я.

«Вот это я понимаю – благодарность за спасение», – мелькнула у меня в голове последняя осознанная мысль.

Солнце почти зашло, и мы с Ильзой, нехотя, выбрались на берег.

– Я пока наберу воды, – сказал я, наблюдая, как обнаженная раскрасневшаяся девушка выжимает свои волосы.

– Хорошо, жди меня в лагере, я проверю силки и вернусь, – сказала довольная девушка.

Немного проведя мысли в порядок, я направился в хижину.

– Как же я мог забыть про огонь!

– А ты думал, я только в воду нырять могу? – спросила меня девушка, появившаяся из-за ближайшей скалы.

– Ты хочешь сказать, что ты и огонь сможешь добыть? – удивленно спросил я.

Девушка гордо потрясла перед моим лицом выпотрошенной тушкой кролика.

– Похоже, ты меня недооцениваешь, – хитро улыбнулась она.

– Ну, тогда пошли готовить ужин, а то впереди долгая ночь, расскажешь мне о своих талантах, – предложил я.

– Нет, я лучше тебе их покажу, – засмеялась Ильза.

После случившегося хрупкая грань моего недоверия к девушке попросту испарилась. Как полный идиот я теперь забыл обо всем. Мысли расспросить девушку о ее жизни на Земле попросту исчезли. Нафиг, не хочу ничего знать и портить такой хороший момент. Захочет – сама расскажет, решил я.

Проблему огня девушка решила довольно быстро. Щелчок, и на конце артефакта-зажигалки заплясал крохотный огонек. Магия – одно слово. Минут через пять костер уже весело трещал. Девушка сосредоточенно сопела, сооружая из веток подобие вертела.

Ильза заметила, что я внимательно за ней наблюдаю, поэтому посмотрела на меня вопросительным взглядом.

– Просто хотел узнать про тебя побольше, – сказал я.

– Нечего мне рассказывать, – пожала девушка плечами. – У нас был клуб, в котором мы изучали разнообразные паранормальные явления. Месяца два назад, может больше, мы с моими друзьями решили развлечься и призвать духа. Помню, как ехали в сером экипаже, а затем темнота. Очнулась здесь, все как в тумане, – сказала девушка.

У меня на языке вертелся вопрос, но, заметив, как изменилось настроение девушки, я промолчал. Какая мне к черту разница, что за клуб и из какой она страны? Но чувство, что девушка явно не из России меня не покидало. Жесты и ее поведение выдавали в ней прагматичного человека. Больше похоже, что она из Европы. Германия? Швеция? Может быть.

Заметив мой задумчивый взгляд, и, истрактовав его по-своему, девушка сказала:

– Если ты думаешь, что я призрак или заблудшая душа, то ты ошибаешься.

– Ну, раз пошел такой разговор, то, кто ты, Ильза?

Девушка улыбнулась своей мягкой улыбкой.

– Я живой человек из плоти и крови, и, раз ты до сих пор в этом сомневаешься, то я тебе сейчас это докажу, – сказала девушка, придвигаясь ко мне.

Потрескивание костра действовало на нас умиротворяюще. Утомленные занятиями любовью и расслабленные после сытного ужина, мы лежали на нашей импровизированной лежанке. Голова девушки лежала у меня на груди, а ее палец путешествовал по хитросплетениям моих татуировок.

– Какие странные татуировки. Не видела раньше таких, – сказала девушка. – Это на них завязана твоя регенерация и владение артефактами? – тихо спросила девушка.

Не знаю, кто меня дернул за язык, но я лишь отрицательно качнул головой.

– Артефакты я получил от могущественного покровителя в награду за выполненное задание, – сказал я.

– Не хочешь – не говори! – Ильза обиженно поджала губы.

– Не обижайся, я сказал правду.

Девушка лукаво посмотрела мне в глаза и, вероятно, что-то там увидела.

– Ты не так прост, как кажется. Даже после того, что между нами произошло, ты мне не доверяешь, – сказала девушка.

– Ты ошибаешься, – заверил я.

– Возможно, – согласилась девушка.

– Завтра разберемся с демонами и вернемся домой, – сказал я, потягиваясь и зевая.

Девушка подбросила веток в огонь, и к потолку взметнулся сноп искр.

– Надеюсь, все получится, – сказала Ильза.

– Ладно, давай спать. Утро вечера мудренее, – сказал я, устраиваясь поудобнее на лежанке.

– Ты думаешь, это сработает?

– Уверена! – тихо шепнула девушка.

Мы шагали по направлению к замку. Руки девушки были связаны веревкой, и складывалось впечатление, что ее сильно избили. Лицо Ильзы было в кровоподтеках и ссадинах. Пришлось около часа повозиться, разыскивая по округе ягоды и рисуя на лице девушки этакий камуфляж.

Успех нашего спектакля зависел от того, поверят нам демоны или нет. Моё лицо и руки были измазаны серой глиной. На лбу были укреплены небольшие рога, спешно вырезанные из небольших веточек. В руках у меня был батиг, а на поясе красовался меч. Издалека тифлинги должны были меня принять за одного из своих. Ильза меня уверяла, что подобный план сработает, я же до последнего сомневался.

Переодевшись в одежду убитого тифлинга, я стал больше походить на огородное пугало, чем на воина.

– Все, молчи! Если нас раскроют, бежим как можно дальше от крепости! – прошипела девушка.

– И что, мы будем вести охоту на ее защитников, как партизаны? – спросил я.

Девушка бросила на меня гневный взгляд.

– Хорошо, молчу, – понимающе кивнул я.

Мы приблизились к крепости на полсотни метров. Каменные стены высотой в шесть метров и несколько кривых башен по периметру – вот и все укрепление. Но девушка заверила меня, что под замком находится обширная сеть тоннелей, которые и служат тифлингам в качестве тюрьмы.

За зубцами крепостной стены появилось какое-то движение. Массивный подвесной мост заскрипел и начал опускаться. Главное – перебраться через ров и оказаться внутри. Если верить словам девушки, там не больше десятка защитников.

Я старался двигаться так, чтобы мое лицо было скрыто шагающей впереди девушкой. Ильза хромала и делала вид, что каждое движение вызывает у нее дикую боль. «Хорошая актриса», – машинально отметил я.

Даже я поверил в ее спектакль.

До моста оставалось не больше десятка метров.

– Инкерион, это ты? – донесся до меня голос от ворот крепости.

Вот дерьмо, я же не знаю имен тифлингов. Что делать?

Однако, едва я успел что-либо предпринять, как девушка бросилась бежать к воротам, на ходу выхватывая метательные ножи и отправляя их в парочку тифлингов. Глухой стук металла. Один из тифлингов отпрыгивает в сторону и активирует какой-то защитный амулет.

– Диверсия!!! – кричит он, оглашая крепость своим пронзительным воплем.

Выстрел. Магическая защита демона тут же гаснет и его отбрасывает в арку ворот. Слышен скрип каких-то механизмов.

– Быстрее! – кричит девушка, заметив, что я замешкался.

Ускорившись, добегаю до рва. Ильза отправляет метательный нож в сторону появившейся в арке ворот фигуры. Подъемный мост начинает подниматься, и я в отчаянном прыжке хватаюсь за его край.

Поднятуться. Закинуть ногу. Скольжу по наклонной плоскости и успеваю как раз вовремя. Выстрел. Тифлинг, намеревавшийся ударить Ильзу кнутом, падает. Скрип решетки ворот. Позади меня ров крепости вспыхивает призрачным пламенем. Что за дерьмо? Девушка мне не говорила ни о чем подобном.

По округе прокатился звон гонга. А вот это плохо, похоже, в крепости объявлена тревога. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь увидеть девушку.

Дерьмо, дерьмо..

– Ильза где ты? – ору я, застрелив очередного тифлинга. – Сука, тварь, убью! – орал я, посылая пулю за пулей.

Сухой щелчок револьвера. Все, теперь только врукопашную. Выхватываю меч и встречаю бегущего на меня тифлинга выпадом. Есть.

Нечисть валится на землю, выронив короткую алебарду. На верхушке одной из башен вспыхивает ярко синий луч.

– Не дайте ей уйти! – слышу я чей-то крик.

Все четыре угловые башни вспыхивают призрачным пламенем от бьющих в них молний. Засмотревшись, пропускаю выпад одного из тифлингов. Меч, выбитый ударом батига, вылетает из моей руки. Дерьмо.

Хрясь. Правая рука падает на землю, отрубленная топором. Захлебываюсь в крике. Оставшейся рукой выхватываю с пояса батиг. Взмах, и один из приблизившихся ко мне тифлингов лишается глаза.

Десятка два врагов окружили меня со всех сторон. Краем глаза вижу, как несколько из них пытаются выбить двери в одну из башен. Свист батига, и моя левая рука опутана кнутом. Дернулся, чтобы сбросить его. Еще один противник захлестнул мою шею, и я захрипел от удушья.

– Брать живым! – слышу я голос одного из тифлингов.

Мгновение, и мои ноги также опутывают батиги.

– Твари! – рычу я, чувствуя, как мои конечности буквально растягивают в стороны.

Я повис в воздухе, спутанный как муха в паутине. Взгляд устремился в небо, где закручивались облака, формируя воронку. На секунду показалось, что в луче света мелькнула женская фигура. Свечение исчезло.

– Все, эта тварь ушла! – услышал я панический голос одного из воинов.

Получаю удар в голову. Затем еще один. Тифлинг с наслаждением пинает меня. «Все, видимо, сейчас я умру», – обреченно проносится мысль в моем сознании.

Мощный поток воздуха, бьющий в лицо, заставил меня на мгновение открыть глаза. Над двором завис человек. Белоснежные крылья рассекали воздух. Все демоны, кроме удерживающих меня, опустились на колени.

Ангел. Мать его, ангел, понял я, наблюдая, как это создание опускается в центре двора. Высокомерные черты лица. Нахмуренные брови. Небесно-голубые холодные глаза, которые презрительно оглядывали столпившихся во дворе тифлингов.

– Что у вас тут происходит? – рявкнул ангел.

– Господин, мы изловили вражеского диверсанта, – услышал я голос одного из удерживающих меня воинов.

Взмах крыла. Незамеченный мною ранее коготь на сгибе крыла вспарывает горло тифлинга, который мгновение назад избивал меня.

– Пусть это послужит вам уроком, – говорит ангел, тряхнув гривой длинных золотистых волос.

Я хватал ртом воздух и дергался, пытаясь освободиться.

– Что тут у нас за грязное животное? – спросил ангел.

Небожитель ухватил меня за волосы и всмотрелся в лицо.

– Несите его в каземат и, как следует, закрепите там. Я с ним поговорю позже, – сказал ангел и точным ударом кулака погасил мое сознание. Тьма…

Поток воды, ударивший меня в лицо, заставил очнуться.

– Кто ты такой?

Голос говорившего со мной ангела был далек от добродушного.

– Какая тебе разница, педик? – усмехнулся я.

Удар в печень от коротышки тифлинга заставил меня закашляться.

– Господин Азраил, позвольте, я оскоплю это ничтожество, – захихикал тифлинг.

Ангел сидел в высоком кресле и с задумчивым видом рассматривал меня. Его белоснежные крылья исчезли, и сейчас он мало чем отличался от обычного человека. Хотя, нет, отличия были. Глаза выдавали в нем неземное существо. Они были холодные и бесчувственные, словно ледяные.

– Мы всегда успеем с ним разделаться, Гных, – ответил ангел, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. – Слушай сюда, нефилим, -рявкнул ангел.– Ты помог сбежать одной из самых грязных душ, заключенных в этой части чистилища. То, что ты еще жив – это исключительно моя заслуга.

– Понятно, ну спасибо, ваше святейшество, – усмехнулся я.

– Судя по твоей ауре, ты якшался с демонами и падшими богами, – сказал ангел, прищурив глаза.

– Все верно, – кивнул я.

– Тогда понятно, почему у тебя напрочь отсутствуют манеры, – сказал ангел.

– Какие есть, – сказал я.

– Господин, его рука начинает восстанавливаться, – прервал нас тифлинг.

– Если его не кормить, то он так и останется калекой, – сказал ангел.

– Калекой я быть не хочу, – покачал я головой. – Давайте так: я вам все честно рассказываю, а вы меня отпускаете, – предложил я.

Ангел засмеялся и, хлопнув ладонью по подлокотнику, сообщил:

– Мы тебя отпустим, лишь если ты вернешь сюда сбежавшую душу.

– Так Ильза мертвая? – уточнил я на всякий случай.

Хотя уже понимал, что девушка меня элементарно использовала в своей игре. В крепости живут сотни тифлингов, а меня она использовала для отвлечения внимания. Как только она прорвалась к телепорту, я перестал быть ей нужным.

– Мертвее мертвого, как и все души в чистилище, – подтвердил Азраил. – Вижу по твоему лицу, ты понял, что подруга тебя кинула, – понимающе усмехнулся ангел.

– По всей видимости, так и есть, – согласился я.

– Ну, тогда давай сделаем так, – ангел сделал многозначительную паузу, будто что-то решая, – ты расскажешь, как проник в эту часть чистилища, зачем помог сбежать Ильзе Кох, а заодно расскажешь о делах во внешнем мире.

– И вы меня отпустите?! – удивленно вскинулся я.

– Я не могу это обещать, – пожал плечами ангел. – Твою судьбу решат архангелы, но я могу повлиять на их решение.

– Вот же демоньё! – выругался я.

– Если же ты будешь молчать и продолжишь упираться, останешься в чистилище до скончания времен, – заверил меня Азраил.

Я бросил хмурый взгляд на ангела. «Вот же сраный пижон. Сидит в кресле попивает вино. Так бы и набил эту холеную рожу», – подумал я.

Хрен там, цепи и кандалы надежно держат меня. Погремев кандалами и поняв, что трепыхаться бесполезно, я немного успокоился. Раз меня не убили, значит, у меня есть шансы.

Ангел ухмылялся и наслаждался бокалом с вином. Для собственного удовлетворения, я решил называть Азраила педиком, так моему оскорбленному самолюбию было проще осознать, что меня элементарно поимели.

– Моя свобода будет зависеть от полноты моего рассказа? – наконец, спросил я.

Азраил молча кивнул.

– Ну, раз вам уже известно, что я нефилим, то вы, наверное, слышали про серый экипаж.

– Ты говоришь про Харона? – удивленно вскинул брови ангел.

– Он не назвался, но именно его экипаж меня довез до чистилища. Мы с ним повздорили. Я выстрелил ему в лицо, а он выбросил меня из кареты.

– Значит, ты принял в тело уравнитель и надеялся с его помощью убить Харона, – рассмеялся ангел.

Я кивнул. Азраил, отсмеявшись, пояснил.

– Уравнитель – это не только пистолет, но и мощнейший артефакт для борьбы с нечистью, но он не может убить бога.

– Я уже понял это, – невесело улыбнулся я.

– Ну, раз ты у нас такой понятливый, вот тебе совет: в следующий раз не мешай Харону забирать души из вашего мира. Он наверняка решил испытать тебя и выбросил в серой пустыне.

– Да, так и было, – подтвердил я.

Азраил скорчил гримасу и пояснил:

– Вообще Харон обычно отвозит души и сбрасывает их в очищающее пламя Инферно. А сюда отправляют лишь самых худших, чья душа настолько черная, что даже истинный огонь не способен ее очистить.

– Получается, Ильза была из таких? – спросил я, глотая ком в горле.

– В вашем мире Ильзу Кох еще называют «мадам Абажюр», – сказал Азраил.

– Расскажи мне о ней, – попросил я ангела.

– Она хуже демона, – произнес он. – Но, раз ты освободил ее, то имеешь право знать, какое зло выпустил из бутыли, – злорадно оскалился ангел.

Откинувшись в кресле поудобнее, Азраил начал свой рассказ.

– Ильза Кох, она же урожденная Ильза Кёлер. Родилась она больше ста лет назад в сентябре тысяча девятьсот шестого года. Маленькая жизнерадостная тихая девочка из Дрездена. Ангельское личико и кроткий нрав – такой ее запомнили до момента, когда она устроилась работать в главную библиотеку города. Тихая скромная девочка резко изменилась. Однажды ей в руки попала старинная книга, переплет которой требовал ремонта. Молоденькая дурочка сноровисто взялась за работу и сделала новый, но вот беда – она обрезала палец об острый угол обложки. Постепенно ей стали доверять все более ответственные поручения, но Ильзу перестали интересовать книги, в тихой скромной девочке пробудился жаждущий крови монстр. Она вступила в НСДАП, а спустя пару лет познакомилась со своим супругом Карлом Кохом. Уже вскоре тихая скромная девочка-библиотекарь стала охранницей в лагере Заксельхаузен.

Я непроизвольно вздрогнул, услышав это название.

– Затем, ее и супруга перевели в Бухенвальд. Именно там личность Ильзы изменилась окончательно. Она, почувствовав безнаказанность, и начала истязать узников лагеря. Убивать людей и сдирать с них кожу. Девочка искала людей со сложными и необычными татуировками. Постепенно ее жуткая коллекция пополнялась ужасными трофеями. Она стала расхаживать по лагерю в перчатках из человеческой кожи. Украденная ею книга получила новый переплет, выполненный из кожи десятков убитых заключенных.

Любимым развлечением Ильзы Кох стали пытки беременных женщин и истязания детей. Ее глупый муженек и представить не мог, какое чудовище пригрел у себя на груди. Узнав об измене мужа, девушка воспользовалась своей книгой и наслала на мужа порчу, отомстив тем самым и ему и его любовнице. Кох обратился за помощью к врачу и чернокнижнику Вальтеру Кремеру. Тот чудом сумел снять порчу и указал на Ильзу, как на виновницу случившегося. Но это было только начало. Отчаявшись, Ильза воспользовалась своей книгой. Глупый чернокнижник, промышлявший опытами над заключенными, был убит вместе со своим помощником, а призванная девушкой тварь, прорвавшись из лагеря, исчезла в неизвестном направлении. Коха обвинили в убийстве. Все его попытки оправдаться ни к чему не привели, ковен ренегатов-чернокнижников признал его виновным в убийстве и Карл Кох был казнен в Мюнхене. Ильзу же удивительным образом оправдали, и она залегла на дно. Черная магия стала ее ремеслом и вскоре Людвигсбург, куда она переселилась, вздрогнул от охватившего город ужаса. Местных ведьм и колдунов находили убитыми. Жестокая и целеустремленная Ильза решила мстить всем тем, кто насмехался над ней в детстве. Тварь убивала до тех пор, пока в город не вступили вражеские войска. Ильза затаилась и превратилась в тихую невинную овечку. Когда ее схватили инквизиторы из ордена карающих, то обнаружили десятки альбомов с вклеенными в них татуировками, нанесенными на человеческую кожу. Ее пытали и требовали отдать книгу, но ведьма упорствовала и продолжала отрицать свою вину. Ничто не могло заставить ее признаться.

Инквизиция понимала, что Ильза – волк в овечьей шкуре, поэтому на все ее мольбы о помиловании отвечали молчанием. Когда журналисты узнали про нее, ее стали называть Бухенвальдская ведьма, Бухендвальское чудовище, Бухенвальдская сука. Ильза лишь хохотала и грозилась, что как только выйдет на свободу, то всем отомстит. Прошло два года после окончания войны. Про безумную узницу забыли, и она бы так и сгнила в заключении.

Разделенный между инквизицией и ковеном магов-чернокнижников город раздирали на части, превращая его в два противоборствующих лагеря. Тюрьма Ильзы находилась под контролем чернокнижников. Глава ковена магов Люциус Клей освободил молоденькую ведьму из камеры. Он надеялся, что она раскроет ему, где находятся артефакты, собранные ренегатами. Но девушка ничего об этом не знала, а попытки чернокнижника через постель втереться к ней в доверие не принесли никакого результата. Слежка, магия, насилие над Ильзой не дали результата. Она так и не призналась, кому из богов теневого мира возносит молитвы, – покачал головой Азраил. – Два года чернокнижники пытались подобрать ключ к мрачному созданию, в которое превратилась Ильза Кох. Наплевав на договоренности с инквизицией, чернокнижники осудили ее на пожизненное заключение, предупредив, что как только она вспомнит, где книга, ее отпустят. Девушка упорствовала и сопротивлялась. В тюрьме над ней регулярно издевались и унижали. Десятки раз охранники ее насиловали, но Ильза ни разу не вскрикнула. Она ела и спала. Когда она бодрствовала, то молчаливо раскачивалась, подобно кукле.

Наконец, кому-то из чернокнижников надоело содержать бесполезную пленницу и ее задушили, обставив все как самоубийство. Ходили слухи, что ее книга попала к инквизиторам или чернокнижникам, но мне на этот счет ничего не известно, – сказал Азраил, закончив свой рассказ.

– Получается, я освободил из чистилища ее проклятую душу? – спросил я.

– Да, ее держали здесь, чтобы выманить ее покровителя, да и очищающий огонь Инферно не сделает душу Ильзы более чистой, – грустно улыбнулся ангел. – А теперь ты выпустил ее в мир, и, как мне кажется, она рвалась туда не просто так, – заметил Азраил.

Я дернулся в своих кандалах, словно от удара.

– Видимо, ты даже не подозревал, какое чудовище было с тобой рядом в течение всего дня? – спросил меня ангел.

– Нет, не знал, – заверил я ангела.

– Что она тебе такого наплела, что ты пошел на штурм нашей цитадели? – спросил меня Азраил.

– Она сказала, что ее хотели превратить в инкубатор для новых тифлингов, – процедил я сквозь стиснутые зубы.

Ангел рассмеялся и, утирая глаза белоснежным платком, пояснил:

– Ильза добровольно ублажала тифлингов. Этим рогатым необходимы женщины, а она сама предложила им себя ради возможности бывать за пределами крепости.

– Но она сказала, что в деревне жили люди, – сказал я.

– И сейчас живут, правда, уже не там, а в нормальных домах, – подтвердил мою догадку ангел. – Чистилище стало убежищем для угнетенных древних народов. Ацтеки, майя, инки, индейцы, атланты, титаны. Считай этот мир своеобразным заповедником для редких видов, – произнес ангел, которому, видимо, нравилось наблюдать, как я мучаюсь от боли в пострадавшей руке. – Ладно, рано или поздно Ильзу вернут сюда инквизиторы или же ее схватит Харон, но, раз ты и вправду попался на ее удочку, как последний болван, то я постараюсь смягчить твою участь. Что происходит в большом мире? – спросил меня Азраил, делая какой-то знак тифлингу.

– Грядет война, и через десять дней я должен буду сразиться с первожрецом Мораны.

Азраил вскочил как ужаленный и в мгновение ока оказался рядом.

– Только не говори мне, что эта тварь осмелилась вернуться в ваш мир! – рявкнул ангел.

– Я небольшая сошка в своем мире, но, как сказал Танатос , Мойры решат судьбу этого мира. Они плетут нити судеб и уже скоро все решится.

– Что ты сказал? Повтори, червь, что ты только что сказал?! – заорал Азраил, приблизившись ко мне вплотную.

Я, зажмурившись, ожидал удара.

– Учти, если ты соврал, твоя душа сгниет в этом каземате, – сказал ангел и спешно выбежал из камеры.

Висеть на стене пришлось невыносимо долго. Тело затекло. Жутко хотелось в туалет. Было холодно, так как эти уроды срезали с меня всю одежду. Видимо, искали артефакты. Стороживший меня тифлинг откровенно скучал.

– Эй, ты, как там тебя? Гниль!

– Я Гных, – спокойным голосом поправил меня тифлинг, который уселся на деревянную скамью и перебирал какие-то железки.

– Гных или Гниль, какая разница?

Тифлинг не реагировал.

– Будь человеком, мне надо в туалет сходить, – заканючил я.

– Ага, как же, – усмехнулся мой надзиратель.

– Да правду тебе говорю, – сказал я, делая страдальческое лицо.

– Уже бегу, волосы назад, – рассмеялся тифлинг.

– Ну, как знаешь, я же сейчас свои дела сделаю прямо здесь, – пригрозил я.

– Не ты первый, не ты последний, кто сгниет в этих кандалах, – пожал плечами охранник.

Дверь скрипнула и в помещение зашел еще один тифлинг, при виде которого стороживший меня Гных вытянулся в струнку.

– Значит, это и есть тот диверсант, из-за которого мы потеряли двенадцать бойцов? – спросил незнакомец, разглядывая меня оценивающим взглядом.

– Истинно так, мастер Таллус, – затараторил мой охранник.

– Оставь нас на пару минут, нам нужно с ним поговорить, – сказал тифлинг.

Гных направился к двери. Хруст шейных позвонков. Тихий стук упавшего тела.

– Теперь нам никто не помещает поговорить, – сказал мастер Таллус.

«Мля, чувствую, сейчас меня будут убивать», – мелькнула у меня паническая мысль.

– Не дергайся здесь, – рыкнул Таллус, заметив, как я напрягся. – Тебе нужно бежать. Архангелы решили, что появление нефилимов отрицательно скажется на балансе сил.

– Меня казнят? Я же им рассказал все, что они просили! – возмущенно воскликнул я.

– Через час Азраил явится, чтобы лично тебя охранять, а пока, у тебя есть шанс сбежать отсюда, – сказал Таллус.

– И какая тебе выгода от помощи мне? – спросил я.

– Не знаю, что там задумали архангелы, но мы, тифлинги, помним нашу клятву и служим лишь владыкам Инферно. А раз ты служишь госпоже Халфассе, то мой долг – помочь тебе сбежать.

– Но ведь Азраил сразу поймет, что мне помог кто-то из тифлингов, – сказал я.

Ты – нефилим, а значит, позор их рода, врядли они тебя отпустят, – рыкнул тифлинг, продолжая возиться с моими кандалами.

– Погоди, что ты задумал? – спросил я.

– Расскажешь госпоже, где нас искать. И скажи, что мы для тебя сделали, – сказал тифлинг.

Обруч на моей шее расстегнулся и с лязгом упал на пол. Таллус скорчил недовольную гримасу и, заметив, что я начинаю отключаться, похлопал меня лапой по щекам. Я немного пришел в себя.

– Слушай сюда, нефилим, и запоминай, – наставлял меня тифлинг. – Иди прямо по коридору. В его конце будет лестница. Выйдешь на крышу и бросишь себе под ноги этот амулет, – сказал тифлинг, протягивая мне кроваво-красный камень на цепочке.

Щелкнул захват на моем поясе. «Все, свобода», – облегченно подумал я. И тут же едва не рухнул на пол.

Таллус подхватил меня и протянул мне пузырек с какой-то алхимической дрянью. Я недоверчиво посмотрел на тифлинга, тот лишь хмыкнул, но, все же, пояснил:

– Это стимулятор. Выпей, иначе так и останешься калекой, – Таллус кивнул на уродливый обрубок, оставшийся от моей руки.

Выдернув зубами пробку, я залпом опорожнил пузырек.

– Мля, – только и успел пробормотать я.

По моему желудку и телу прокатилась волна адского пламени. Мыщцы затрещали от напряжения.

– Все, давай уходи, – сказал тифлинг.

Я поковылял к выходу, несколько раз оглянувшись на Таллуса.

– Спасибо, – шепнул я ему.

– Давай-давай, иди. Через пять минут подниму тревогу, – услышал я последнюю фразу воина, прежде чем открыть дверь.

Длинный сырой коридор с парочкой масляных ламп. Кругом ни души.

Дохожу до узкой винтовой лестницы и начинаю подъем. Стимулятор, который мне выдал тифлинг, действовал превосходно. В теле ощущалась невиданная мной легкость. Поднялся на два десятка ступеней вверх и оказался у небольшой комнаты, откуда доносились голоса. Выждав минуту и дождавшись, пока тифлинги продолжат болтать, я прошмыгнул опасный участок. Миновав еще один пролет, я оказался у выхода на крышу. Скрипнул люк в потолке и я, приподняв крышку, осмотрелся. Судя по всему, рассвет только начинался, и у меня в запасе было несколько минут.

– Тревооога!!! – раздался вопль из глубины башни.

Я, не раздумывая, приподнял люк и выбрался на крышу. Задвинуть мощный засов. Все, готово.

Где-то в недрах башни раздавался громкий топот. Похоже, мой побег обнаружили раньше времени, понял я. Бросаю амулет на площадку и наблюдаю. Секунду ничего не происходит. Грохот. Искажение свернувшегося пространства. Яркая вспышка. Башня закачалась до самого основания. Крышка, на которой я стоял, содрогнулась от сильных ударов.

Нужно потянуть время, прежде чем портал развернется в полную силу.

Взгляд по сторонам. Мля, как же невовремя меня настигли. Призываю пистолет и стреляю сквозь крышку люка. Внизу раздаются панические вопли. Взгляд по сторонам. Несколько небольших бочек. Закряхтев от тяжести, перехватываю бочку одной рукой и двигаю по направлению к люку.

Вот же дерьмо. Нет, так не получится, понимаю я и валяю бочку на бок.

Подкатил ее к люку и установил сверху.

Рядом что-то звякает. Инстинктивно пригибаюсь. В паре сантиметров от меня пролетает арбалетный болт. Вот же гады, стреляют с соседних башен. Пригнувшись, накатываю бочку на крышку люка. Стрелок с соседней башни что-то кричит и я заметил, что в мою сторону разворачивают какую-то исполинскую конструкцию, больше всего напоминающую огромный арбалет.

Башня вздрагивает. Портал мерцает, словно от неизвестных мне помех.

Внутренний двор заволокло клубами пыли. Пригнувшись. бегу к порталу.

Бросаю в него поднятый с земли арбалетный болт. Черт. Вижу как тот, попав в зеркало портала, осыпается металлической трухой.

– Вот же говнюк Таллус, подсунул мне бракованный портал, – зашипел я.

Хлоп. Мне под ноги падает какой-то круглый предмет.

– Нефилим, ты забыл попрощаться с другом, – раздается с неба веселый голос Азраила.

Взгляд на упавший предмет. Отрубленная голова Таллуса с перекошенным лицом.

Все. Теперь у меня два варианта: прыгнуть в сбоящий портал или попытаться убить ангела.

Хлопая белоснежными крыльями, на площадку опустился Азраил.

Поигрывая коротким мечом, горящим ярким пламенем, ангел направился ко мне. Теперь между мной и маревом портала стоял усмехающийся небожитель.

– Стой или я выстрелю, – сказал я.

Ангел делает шаг и замахивается мечом. Выстрел. Азраил отпрыгнул от меня и прикрылся собственными крыльями как щитом. Выстрел. Светящаяся пуля выбивает несколько перьев, а ангел делает шаг назад.

– Сдохни, – рычу я и, подпрыгнув, бью ангела ногами в грудь.

Марево портала на секунду вспыхивает, и я, вместе с вопящим как девчонка ангелом, падаю в темноту.

Бум. Я впечатался лбом во что-то твердое. Кругом темнота. Тело покрывает какой-то пакет или мешок. С большим трудом разрываю его и освобождаю руки.

– Как же холодно, – прошипел я.

Пошарил руками вокруг. Только не говорите мне, что я в гробу. Последнее, что я помню, это как я толкаю Азраила в портал и прыгаю следом. А теперь я в этом ящике. Или гробу.

Бам-бам-бам. Удары в стенки не приносили результата. Хм, кстати, странно – мои руки вернулись в норму, и их, как прежде, две. Похоже, стимулятор, выданный мне Таллусом, дал возможность вернуть отрубленную конечность.

Мля, надо выбираться, иначе я здесь замерзну. Ударил ногой в дальнюю стенку и, о, чудо. В стенке образовалась небольшая щель, через которую проглянул свет. Бум. Металлическая крышка грохнулась на пол. По пустому помещению пронеслось эхо.

Я выбрался из ящика и удивленно свистнул. Морг, мать его. На моей ноге болтается какая-то бирка, да и окружающая меня обстановка не оставляет никаких сомнений. Входная дверь тихо скрипнула, и я увидел удивленную девушку невысокого роста.

– Ну, чего застыла? Одежду тащи, – сказал я.

Глухой стук упавшего тела. Подхожу к девушке и проверяю пульс. Жива.

Я подхватил девушку на руки и перенес ее в соседнее помещение. Там я уложил девушку на диван.

Дерьмо, похоже, моя одежда, вещи и деньги попросту испарились. Потратив на поиски десять минут, я вернулся к потерявшей сознание девушке.

Ульяна, так, судя по бейджику, звали санитарку или же патологоанатома, никак не отреагировала на мои попытки привести ее в чувство.

– Тебе же хуже, – буркнул я и принялся стягивать с нее халат.

Халат для моего роста был очень коротким, но худо-бедно прикрывал мои причиндалы. Бросил взгляд на девушку, оставшуюся в одном нижнем белье. Хороша, чертовка! Так бы… Но тут же оборвал себя, вспомнив про Ильзу, которая обвела меня вокруг пальца. Посмотрел еще раз на девушку и горько вздохнул. Не хватало мне еще попасть на крючок к Свинцову за изнасилование сотрудницы морга. Наверняка какой-нибудь побочный эффект от зелья, которое мне дал тифлинг.

Я вышел за дверь. Ага, судя по всему, здесь девушка и работала.

Порыскав по помещениям, нашел гардероб. Мысленно попросив у девушки прощения, я залез в ее сумочку и вытащил оттуда пятьсот рублей и телефон.

Дерьмо, сейчас глубокая ночь. Мелькнула мысль поймать такси, но я тут же ее отбросил. Наверняка позвонят в дурку, и тогда уже мне не выкрутиться. Придется позвонить из телефона-автомата моему куратору.

Пусть пришлет мне машину.

Вернул телефон и деньги в сумочку и направился к выходу. Стоило выйти на порог, как настроение тут же улучшилось. На автомате призвал в руку пистолет и направил его в сторону серого экипажа.

– Мое почтение, нефилим! – Харон приветливо поднял цилиндр.

Скелет, как мне показалось, злорадно ухмылялся.

– Меня ждешь? – решил я уточнить.

– Да я тут заехал за душой одного продажного чиновника, а потом решил попутно тебя подбросить до дома, – улыбнулся Харон.

– Если ты собрался отвезти меня в чистилище, то спешу расстроить – я туда не вернусь.

Извозчик лишь махнул рукой.

– Я же тебе уже говорил, что нам, серым, нет дела до разборок в чистилище.

Ты освободил ведьму, значит, так было угодно судьбе.

– Я не знал, кто она такая, – поспешно произнес я.

– Она – истинное зло. Но, раз Мойрам было нужно, чтобы она оказалась на свободе, значит, так тому и быть, – сказал извозчик, и дверь кареты распахнулась. – Садись. Не пешком же тебе идти, – сказал Харон, указывая на дверь.

Я напрягся и направил пистолет на извозчика.

– Хорошо, нефилим, я даю тебе слово, что доставлю тебя к тебе домой живым и в полной сохранности, – усмехнувшись, произнес Харон.

Внутренне содрогаясь, я сел в карету. Хм, на сидении напротив невозмутимо восседал самый натуральный призрак. Дверца скрипнула, и карета мягко тронулась.

– Спешить не будем, – произнес появившийся рядом Харон. – Ночь только началась, а значит, у нас будет время поговорить, – сказал извозчик. – Ты очень сильно напакостил Азраилу, – усмехнулся Харон, извлекая из воздуха несколько бокалов и бутылку с вином. – Предлагаю выпить за твое успешное посвящение, – сказал извозчик и наполнил бокал.

Я взял предложенное вино и, дождавшись, пока Харон наполнит свой бокал, уточнил:

– Выходит, ты все же мне поможешь?

Харон буквально вцепился в сидевшего рядом призрака и спустя мгновение вытащил из визжащего толстячка какой-то клочок тумана.

– На, держи, – сказал он, протягивая мне небольшой тубус.

Я вопросительно посмотрел на извозчика.

– Дома посмотришь, что да как, – ответил Харон.

Я бросил взгляд в окно и понял, что карета движется в совершенно другом направлении.

– Ты же сказал, что отвезешь меня домой, – сказал я, стараясь не показывать своего волнения.

– Отвезу, но сначала ты выполнишь наш уговор, – хищно улыбнулся извозчик.

– Мне что, с голым задом переть на амбразуры? – уточнил я.

Харон фыркнул. Щелчок костяными пальцами, и у меня в руках оказывается уже привычный серый костюм и туфли.

– Впечатляет, – сказал я, начиная одеваться.

– Мы едем к тюрьме. На ее территории обитает самое грязное отребье из мира духов. Они отказываются покинуь этот мир, и сесть в мой экипаж. Ты должен их убить, – произнес он, внимательно «смотря» мне в глаза.

– Мне казалось, божеству, вроде тебя, призраки на один укус, – удивленно сказал я.

– Там освященная земля, принадлежащая другому божеству, – поморщился Харон. – Когда-то там была старинная часовня. Стоит мне туда приехать, как земля буквально горит у меня под ногами, – посетовал извозчик.

– Подожди, но если ты говоришь про тюрьму, то должен знать, что она охраняется.

– Не бойся по поводу охраны, ты будешь укрыт скрытом, – улыбнулся Харон.

– Но ведь ты сам говорил, что там освященное место… – начал было я.

– Скажи еще, что боишься, – произнес Харон и его пылающие глаза оказались напротив моего лица.

«Показалось или он смеется надо мной?», – подумал я.

– После того, что ты устроил в центре города и в чистилище, мир неуловимо изменился. Простым людям и невдомек, что началось сопряжение миров, – сказал Харон.

– Мля, говори прямо, меня достали ваши игры, – рыкнул я.

Извозчик рассмеялся.

– Хорошо, я объясню. Есть куча миров, которые последние лет сто были отрезаны от вашего мира. Остались лишь небольшие лазейки, через которые путешествуют астральные сущности и мелкая нечисть. Чтобы призвать что-то по-настоящему крупное, нужно постараться. Магическая сила обычных знахарок растет. Ты что, не чувствуешь, как магия постепенно возвращается в этот мир? Сопряжение происходит каждые пять тысяч лет, и после него в мир проникают разнообразные сущности. И чаще всего среди таких путешественников гораздо больше темных сущностей, чем светлых.

Я было открыл рот, чтобы перебить Харона, но он жестом руки приказал мне молчать.

– Как только произойдет сопряжение, мир окончательно изменится. Инквизиции придется отлавливать разнообразную нечисть, а ты окажешься на переднем крае этой войны. Зачем ты думаешь, Морана заварила всю эту кашу? Сейчас лучшее время для подобных фокусов. Тебе не обязательно геройствовать. Главное – вовремя устранять тех, кто нарушает баланс сил.

Серых сущностей, вроде нас, немного. Наша задача – сдерживать зло и не позволять ему отравлять этот мир. У каждого серого свое призвание.

Мое состоит в том, чтобы поддерживать пламя Инферно, а тебе только предстоит обрести свое.

– Хорошо, я тебя понял. Лучше бы и не спрашивал, ты напустил еще больше тумана, – прервал я Харона.

Тот лишь пожал плечами.

– Если все, рассказанное тобой, правда, то скоро по улицам будут расхаживать толпы вампиров, оборотней, зомби, духов и прочей дряни.

Харон рассмеялся.

– Оглянись по сторонам, нефилим, они уже здесь.

Извозчик взмахнул рукой. Стены кареты исчезли, сделавшись прозрачными.

– Посмотри на них, – сказал Харон, указывая на парочку влюбленных, которые целовались в свете фонаря.

Я посмотрел на субтильного парня и стройную девушку. Пара как пара.

Правда, девушка не отвечает на настойчивые поцелуи парня в область шеи.

Парень поднял голову и посмотрел на нас. Я вздрогнул. Глаза парня пылали адским пламенем. А девушка с прокушенным горлом болталась в его руках безвольной куклой. Я дернулся, чтобы выйти из кареты, но почувствовал на плече руку Харона.

– Ты теперь будешь дергаться при виде любого вампира? – уточнил он. – Девушка уже мертва.

Я увидел, как в карете рядом с первым пассажиром появилась призрачная копия девушки.

– Она отправится в лучший из миров, – улыбнулся Харон и нежно погладил девушку по волосам.

– Но ведь он ее убил! – заорал я.

Руки так и чесались, чтобы придушить кровососа, который, злорадно ухмыляясь, потащил тело куда-то в темноту.

– Если думаешь, что, убив этого вампира, что-то изменишь, то ты заблуждаешься, – сказал Харон, убирая руку с моего плеча.

Экипаж тронулся дальше по улице. Время было позднее, но в центре города было на удивление многолюдно. Мимо нас прошла женщина средних лет, глаза которой блестели, словно у кошки. Десятки нелюдей наводнили город. От увиденного мне стало не по себе.

– Что это такое? Как такое возможно? – спросил я, все больше охреневая.

– После путешествия в чистилище ты стал видеть теневой мир таким, какой он есть. От остальных людей он скрыт иллюзией, – произнес Харон. – Ты, конечно, можешь выйти из кареты и попытаться разобраться с ними, используя твой пистолет, но, боюсь, успеешь сделать лишь пару выстрелов.

Ты еще слишком слаб для открытого противостояния.

– И давно они в городе? – севшим голосом спросил я.

– Они живут рядом с людьми уже тысячи лет. Их сюда заносит во время сопряжения миров.

Взмах рукой и карета снова приобрела свой прежний вид. Я тряхнул головой, пытаясь выбросить из головы увиденное.

– Ты стал частью теневого мира, – с одобрением в голосе произнес Харон.

– И что, мне придется штурмовать здание тюрьмы, чтобы разобраться с призраками? – спросил я.

– С чего ты взял, что мы ехали в действующую тюрьму? – рассмеялся извозчик, открывая верь кареты.

– Вот же демоньё, – пробурчал я.

Карета с Хароном исчезла в густом тумане, а я поспешно призвал револьвер и всмотрелся в окружающую обстановку. Я плохо знал эту окраину города, но слухи об этом месте ходили самые что ни на есть паршивые.

Трехэтажное кирпичное здание тюрьмы было законсервировано. Вокруг него росли непролазные заросли кустарников и крапивы. Старожилы шептались, что раньше тут любили собираться подростки, но после пары странных смертей это место стали обходить стороной.

Тюремный «замок», как его называли в народе, находился на самой окраине города. Сейчас, спустя почти полторы сотни лет с момента его постройки, здание смотрело на мир десятками пустых окон.

– Объект культурного наследия, мать его, – выругался я, продираясь через заросли крапивы.

Под ногами хрустнуло стекло.

– Засрали всю округу, вандалы недоделанные, – прошипел я.

Наконец, кустарник закончился, и я направился в сторону главного входа. Асфальтная дорога, которая когда-то вела к зданию, сейчас заросла каким-то бурьяном. Тюремный замок выглядел нежилым, но, судя по неяркому свечению в некоторых окнах, призраки наблюдали, как я приближаюсь к зданию.

Кирпичное строение окружала высокая стена, в центре которой когда-то располагались массивные металлические ворота. Я остановился и осмотрелся. Внушительное здание. Чтобы обыскать все закоулки и прихлопнуть всю нечисть, обитающую здесь, потребуется куча времени, понял я и осторожно двинулся к замку.

Призраки знали о моем приближении, поэтому таиться не имело смысла. Но я немного опасался, что мертвецы сразу меня атакуют, не дав шанса решить дело миром.

Если верить слухам, то здание забросили не только по причине нехватки мест для заключенных, но и по причине странных смертей персонала и осужденных. Зуб даю – виноваты призраки, решил я.

Задумавшись, я миновал ворота. Внутреннее чутье тут же просигнализировало, что во дворе я не один.

– Смотри-ка, кто к нам пожаловал, – раздался сиплый голос.

Я оглянулся и посмотрел на бородатого мужика уголовной наружности. Призрак стоял, прислонившись к кирпичной стене, руки уголовника были сложены на груди. Тюремная роба и обрывки кандалов на ногах ясно давали понять, что этот призрак один из самых старых в этой тюрьме.

– Слушай сюда, мусор, зови главного! – рявкнул я.

– Какой наглый, – засмеялся призрак, – а если я сделаю так? – сказал он и три раза громко хлопнул в ладоши.

Раздался свист ветра. Из всех углов неширокого двора в мою сторону полетели десятки призраков. Я внутренне похолодел. Призраки кружили вокруг меня, но кроме воплей и завывания никак мне не досаждали.

– И долго вы вокруг меня свои хороводы будете водить?! – прокричал я.

Безрезультатно. Призраки хохотали и улюлюкали, совершенно не обращая внимания на мои крики. Я от нечего делать принялся рассматривать обитателей тюремного замка. Тела нечисти клубились клочьями черного тумана. Похоже, тут не меньше пяти десятков тварей. Разнообразные наряды, чаще всего арестантская роба. Похоже, обитатели местного кладбища, не иначе.

Наконец, призраки разлетелись в стороны закончив носиться по двору тюрьмы. «Хреново, патронов в нагане всего семь», – мелькнула у меня мысль, а этих тварей тут гораздо больше.

– Эй, жмурики, может уже поговорим? А то от ваших воплей голова заболела! – крикнул я.

– Можем и поговорить, – отозвался встретивший меня у ворот призрак и метнул в меня какой-то энергетический сгусток.

Я перекатом ушел в сторону, а отрубленная призрачная голова, клацая зубами, пролетела мимо.

– Вали отсюда, экзорцист, это наш замок!

Выстрел, и летящая в мою сторону голова разлетается клочьями тумана.

– Зря ты так, нефилим, – покачал головой призрак.

Щелчок пальцами, и мои ноги охватили костлявые руки, выглядывающие из земли. Почва под ногами превратилась в жидкий кисель, и несколько десятков рук потащили меня куда-то в глубину этого гадкого болота.

Выстрел. Еще один. Хватка ослабевает, а я оказываюсь по пояс в земле.

– Убейте его, братья! – завизжал призрак, теряя человеческие очертания.

Бам. Бам. Бам. В револьвере остался последний патрон. Призраки буквально облепили меня со всех сторон. Тянут ко мне свои руки, хватают меня за волосы и пытаются выбить пистолет.

Чувствую головокружение. В глазах темнеет. Стреляю в находящегося рядом призрака. Сознание утопает в лучах белого света. Грохот. Прихожу в себя и вижу, как вокруг меня прямо в воздухе загораются какие-то сложные пентаграммы. Несколько призраков буквально разлетелись клочьями грязного тумана. На землю упало несколько камней. Облепившие меня призраки бросились было в рассыпную, но их поглотило адское пламя.

Почва подо мной провалилась и затвердела. На поверхности осталась лишь моя голова.

– Ну, привет, мой спаситель, – произнесла незнакомая блондинка в черном деловом костюме.

Несколько секунд я приходил себя и, наконец, понял, кому обязан своим спасением от призраков.

– Ильза? – я удивленно вскинул брови.

– Ну, раз ты меня узнал, значит, занятая мной тушка, ничем не хуже прежней, – засмеялась девушка.

Ведьма опустилась на колени.

Оказавшись рядом, она схватила меня за волосы и жадно впилась в меня жарким поцелуем. Оторвавшись, девушка обиженно поджала губы. Видимо, ее оскорбило, что я не был настроен с ней целоваться.

– Как же хорошо быть живой. Чувствовать дуновение ветра. Вкус поцелуя на губах. Волну желания, накатывающую на тебя.

Девушка блаженно зажмурилась, но спустя секунду расстроенным голосом произнесла:

– Вы, мужчины, такие непостоянные. Стоит вам узнать, что я ведьма, любовь сразу исчезает.

– Наверно, стоило начать наше знакомство именно с этого, – предположил я.

Не сказать, что мне не понравился поцелуй этой сучки, но меня буквально колотило от бешенства. Ильза, видимо, уловила в моем голосе нотки недовольства, поэтому, щелкнув пальцами, сотворила глубокое кресло.

– Мне пришлось бросить тебя в чистилище, – пожала она плечами и сделала виноватое выражение лица.

– Еще скажи, что ты не переставала думать обо мне, – фыркнул я.

– Если бы ты узнал, кто я, то не стал бы мне помогать, – покачала головой Ильза. – А теперь я снова живая и могу чувствовать, – улыбнулась ведьма.

– Мы с тобой по разные стороны баррикад, – произнес я, стараясь выбраться из земляной ловушки.

– Ой ли, – покачала головой девушка. – Ты серый, и кому, как не тебе, знать о том, что добро и зло – это две крайности одной сущности.

– Ууу, да тебя понесло в философию, – засмеялся я.

– Ну, как-никак, я – библиотекарь, – ответила девушка.

– Ты же понимаешь, что мне придется вернуть тебя в Инферно? – спросил я.

Ведьма кивнула.

– Все я понимаю. Ты ведь наверняка наслышан о моем прошлом? – спросила она.

Я кивнул. Девушка опустила голову.

– У меня нет возможности оправдаться перед тобой, – сказала она после пары секунд молчания. – Не ищи со мной встречи и останешься жив, – тихо произнесла она.

– А если я тебя не послушаю? – спросил я.

– Тогда кто-то из нас умрет, – пожала плечами ведьма.

Несколько секунд молчания. Ильза не выдержала моего изучающего взгляда и поинтересовалась:

– Скажи, что тебе предложил за меня Азраил? Какую-то руну, артефакт, татуировку? – девушка внимательно смотрела мне в глаза.

Видимо, пытается понять, вру я или нет, сообразил я.

– Он ничего не предложил, – я отрицательно качнул головой.

– Вот как! – девушка обиженно засопела.

– Тогда я задам еще один вопрос, – произнесла девушка, закидывая ногу на ногу и накручивая один из своих локонов на палец. – Как ты выбрался из чистилища?

Я закашлялся, чувствуя, как земля вокруг меня сжимается, подобно кольцам огромной змеи.

– Соблазнил охранников, а затем настучал им по голове, – ответил я.

Раздался тихий смех девушки.

– Забавно, но тифлинги не любят человеческих мужчин, – ответила девушка. – Ну, раз не хочешь отвечать – не отвечай, – сказала девушка.

– Я охотно отвечу, если расскажешь, как и зачем ты меня отыскала, – сказал я.

– Хм… – девушка задумалась, но, все же, ответила, – Когда мы с тобой кувыркались в той хижине, я немного тебя поцарапала и выдернула несколько твоих волос.

– Хотела навести порчу? – понимающе кивнул я.

Девушка поморщилась.

– Мне нужна была твоя кровь, как гарант моей безопасности. Поэтому, если ты приблизишься ко мне, я это почувствую, – девушка продемонстрировала мне мерцающий зеленым светом пузырек.

– Так и знал, что ты устроишь какую-то пакость, – сказал я.

– Считай это знаком моей дружбы, – сказала Ильза и, бросив флакон на землю, растоптала его ударом ноги. – А насчет второго вопроса… – тихим голосом сказала девушка, – Я спасла тебя лишь ради налаживания дружеских отношений. Это ответный жест на твою помощь в моем спасении из чистилища.

– Мне кажется, ты лукавишь, – сказал я.

– Когда кажется – креститься надо. Кажется, так у вас принято говорить, – ответила девушка.

В призрачном свете, исходившем от здания тюрьмы, голубые глаза ведьмы пульсировали мягким голубым сиянием.

– Неужели ты бы не хотел быть со мной рядом? – неожиданно спросила Ильза, выдергивая меня из моих размышлений по поводу ее внешности.

– Как любой мужик, я бы не отказался быть с тобой рядом. Но теперь, когда я служу в инквизиции, мне же придется разделить с тобой костер и прочие радости совместной жизни с ведьмой.

– Какие глупые мысли, – засмеялась Ильза. – Зато у тебя всегда будет молодая жена способная менять тела, словно дамские наряды.

– Ты еще скажи, что ты хорошо готовишь, – улыбнулся я.

– С голоду ты точно не умрешь, – ответила девушка. – Видимо, твоя демонесса действительно так хороша, что я на ее фоне кажусь дешевой проституткой, – притворно расстроенным тоном произнесла ведьма.

– Да Халфасса отличается от тебя очень многим, – сказал я, мечтательно закатывая глаза. – Она хоть сразу сказала, что она – демон. И в отличие от тебя, не использует меня втемную.

Я надеялся позлить ведьму и вытащить из нее побольше информации, но, видимо, ошибся. Меня прервал заливистый смех Ильзы.

– Да она вертит тобой как игрушкой, – сказала ведьма. – Поспрашивай ее на счет ее планов на будущее. Думаю, ты узнаешь много нового, о том, кто начал сопряжение миров раньше намеченного срока.

Внутри меня колыхнулась волна злости.

– О чем ты говоришь? – не знаю, почему, но ведьме я поверил.

Похоже, демонесса опять разыграла меня как карту в своей непонятной игре.

Ведьма выслушала мои возмущенные вопли, посмотрела, как я пытаюсь выбраться из земляной ловушки, а затем, улыбаясь, пояснила:

– Не буду рушить ваши отношения, но, если надумаешь стать моим союзником, то с радостью тебя приму.

– Вот же демонье! – выругался я, когда понял, что не могу вылезти из этой чертовой ямы. – Мне кажется, ты сама себе противоречишь, – наконец ответил я.

– Это в чем же? – удивленно вскинула брови ведьма.

Я, стараясь не выдать голосом своего настроения, ответил:

– Сначала запрещаешь мне к тебе приближаться, а спустя секунду зовешь в союзники. Ты уж как-нибудь определись, а то я даже не знаю, что именно тебе от меня нужно.

Ведьма понимающе кивнула.

– Хорошо, нефилим, когда придет время выбирать сторону – я дам тебе время на раздумья. А пока, извини, мне нужно искать свою книгу, – сказала Ильза и исчезла с тихим хлопком телепорта.

Земляная ловушка тут же ослабила свою хватку. Попробовал пошевелиться и понял, что земля вернулась в свою прежнюю форму. Несколько секунд барахтанья и я оказываюсь на поверхности. Отряхнувшись, я принялся за сбор трофеев.

Поднял с земли кристалл черного цвета и убрал его в карман. Собирание камней не отняло у меня много времени. Я буквально чувствовал, где находится очередной камень души. Закончив с работой, я посмотрел на здание тюремного замка. Показалось? Или действительно на крыше сверкнула вспышка телепорта.

«Похоже, это был чей-то соглядатый», – подумал я и заторопился к выходу.

Проклятый Харон. Отправил меня за этими камнями. Я проверил небольшой тубус, лежащий в нагрудном кармане. На месте. Будем думать, что этот потусторонний гад отдаст мне ключ в обмен на полсотни камней душ.

Пробравшись через заросли, я вышел к дороге.

– Чего ты там копаешься? – донесся из темноты старческий дребезжащий голос.

Харон в этот раз примерил на себя образ этакого сухонького бородатого старика.

– Болтал с нашей общей знакомой Ильзой Кох, – сказал я, внимательно глядя на реакцию извозчика.

– Да ну! – сделал удивленное лицо старик. – И что тебе сказала эта потаскуха? Наверняка крутила перед тобой своими булками, – предположил Харон.

– Не без того, – кивнул я.

– Зря отказался, – покачал он головой Харон.

– Похоже, что ты все специально подстроил, отправив меня в чистилище, – сказал я, усаживаясь в карету.

Мгновение, и костлявая рука старка сдавила мне горло.

– Хорошо, понял, никому про это не расскажу, – просипел я.

Харон ослабил хватку и прошипел, глядя мне в лицо:

– Ты играешь с огнем, нефилим. Не стой на пути Ильзы Кох, баланс сил меняется, и я хочу быть на стороне победителей, – произнес он.

– А как же твой треп по поводу нейтралитета и прочей чепухи? – спросил я.

Харон рассмеялся, легонько хлопнул меня по лбу, и мое сознание поглотила тьма.

– Вставай, – потрясла меня за плечо Халфасса.

– Какого демона?! – выругался я, поднимаясь с дивана.

– Азазель пропал, – сказала девушка, протягивая мне кружку с кофе.

– Какое нам дело до него? Может этот баран отправился в свою пустыню

поиметь очередного козла отпущения, – предположил я.

– Очень смешно, – поморщилась демонесса. – Держи, Харон тебе оставил, – сказала девушка и бросила мне небольшой мешочек.

Я поймал его на лету. Заглянул внутрь.

– Живем, рогатая, теперь у нас будет способ отслеживать нечисть, появляющуюся в округе, – сказал я.

Я откинул одеяло и направился к столу, на котором стоял тубус, вставил ключ в замочную скважину. Щелчок, и тубус разворачивается в огромное полотно.

– Харон сказал, что в местах, где появятся кровавые капли, наибольшая активность нечисти и призраков, – сказала демонесса, наблюдая, как я рассматриваю карту. – Кстати, он оставил десяток камней душ, – сказала она, кивая на разложенные на столе камушки.

– Думаешь, есть шанс, что мои родители живы? – спросил я.

– Шанс всегда есть, – флегматично сказала девушка.

– А тебе не кажется, что Азазель попросту сбежал и оставил нас самих разбираться с Мораной? – предположил я.

– Нет, это исключено, – покачала головой девушка.

– Халфасса, скажи мне честно, это ты вместе с этим козлорогом ускорила слияние миров? – прямо спросил я.

– Ну, раз тебе все известно, то мне глупо отпираться.

– Получается, ты хочешь уничтожить этот мир? – спросил я.

– Все куда сложнее, чем ты думаешь, – сказала девушка. – Считай, что за этот мир идет соревнование. Победит кто-то один и займет в нем положение творца или, если говорить прямо, то нового божества.

– И поэтому ты решила меня использовать в темную? – спросил я.

– Я просто не рассказывала тебе всю правду, – пожала плечами девушка. – Чем я хуже этой курицы Мораны или прочих божеств? Идет драка и в мир проникают новые сущности, и я не самый худший кандидат на роль нового бога, – ответила девушка, принимаясь расхаживать по комнате.

– А какую роль в твоем спектакле играю я?

Демонесса нахмурилась и, усевшись на стул, внимательно на меня посмотрела.

– Ты – мой первожрец, – наконец призналась она.

– Спасибо, рогатая, удружила так удружила, – покачал я головой.

– Если ты считаешь, что я виновата в том, что твоих родителей похитили, то ты ошибаешься, – сказала Халфасса.

– Да моя жизнь покатилась под откос после встречи с тобой! – заорал я на демонессу.

– Ты свое жалкое существование от зарплаты до зарплаты называешь жизнью?! – заорала девушка в ответ.

– Меня, по крайней мере, не желало убить полгорода, – отрезал я.

– Давай сбавим тон, – предложила девушка. – Ты сам нашел и открыл сундук, выпустил меня на свободу. С того момента нити наших судеб переплелись. Ты стал моим первожрецом. Прежнего не воротишь. Да и вся твоя жизнь была сплошным унылым дерьмом. Ты никому не нужен, кроме меня и твоих родителей.

– Может быть, ты и права, – сказал я, немного сбавив тон.

– Харон сказал, что ты выпустил из чистилища ведьму по имени Ильза Кох, – сказала демонесса.

Я кивнул и заметил, как на карте проявилась кровавая капля.

– Смотри, – сказал я, указывая девушке на карту.

– Давай пока отставим наши разборки в сторону, – сказала девушка, протягивая мне руку.

– Хорошо, – сказал я, делая ответный жест.

– Смотри, остановилась недалеко от женского монастыря, – сказала Халфасса, указывая на карту.

– Вот же демоньё! – выругался я.

Густая кровавая капля разделилась на две части и остановилась.

– Смотри, похоже, там творится какое-то невообразимое дерьмо, – сказала демонесса, рассматривая отметки на карте.

– Думаю, нам нет смысла спешить, – сказал я, начиная собираться. – Кстати, а почему на мне нет и следа вчерашней грязи? – спросил я.

– Заклинание очищения, – пожала плечами девушка. – И на будущее учти, мне неприятно раздевать безвольное мужское тело.

– Ты со мной или нет? – спросил я демонессу.

– Вот еще, с тобой переться на окраину города. Я лучше попытаюсь разыскать Азазеля, – сказала Халфасса.

– Вызови мне такси, – сказал я, забегая на кухню и спешно сооружая бутерброд.

С улицы донесся звук двигателя.

– Такси не потребуется. За тобой приехала машина инквизиции, – сказала демонесса, заходя на кухню.

Я вышел на улицу и уселся на пассажирское сидение.

– Куда едем? – спросил я водителя, едва мы тронулись с места.

– В монастырь, там какие-то проблемы, – сказал он.

– Сейчас разберемся с этими проблемами, – сказал я, понимая, из-за чего напуган парень.

Наверняка ему рассказали, что водители у меня долго не живут.

«Наверное, мне лучше не знакомиться с парнем, а то, не дай бог, погибнет», – подумал я.

Когда мы подъехали к зданию монастыря, то нас встретило плотное оцепление. Хмурый Яков Данилович расхаживал у здания и раздавал указания.

– Разверните силовой купол, чтобы эта тварь не вырвалась. Ты останешься под куполом и разберешься с этой тварью, – сразу преступил к делу мой куратор.

– Но я даже не знаю, кто засел в здании, – сказал я.

– По ходу дела разберешься, – ответил Яков Данилович. – Наша группа младших инквизиторов не вернулась из здания, – сказал он, кивая в сторону Свинцова старшего. – Чернокнижники помогают сдерживать барьер. Тварь пару раз пыталась вырваться, но мы ее держали до твоего приезда.

– А почему сразу мне не позвонили? – спросил я.

– Мы звонили, но твоя демонесса послала нас на три буквы! – рявкнул на меня взбешенный куратор.

– Яков Данилович, давайте успокоимся, выводите своих людей за пределы купола, а я пока схожу на разведку.

– Уж сходи, сделай нам милость, – раздался из оцепления недовольный голос Свинцова.

Я начал подниматься к зданию храма, в котором, судя по всему, и засела неизвестная тварь. Громкий хлопок за моей спиной. Оглядываюсь и вижу, как храм накрывает плотный силовой колпак. Несколько грузовых машин развернули какие-то установки и от них в сторону храма тянутся лучи голубоватого сияющего света.

– Эй, ты, покажись! – крикнул я, едва зашел в храм. – Ты что, трус или баба? – продолжая я драть глотку, оглядываясь по сторонам. – Выходи, и сразимся лицом к лицу, как мужик с мужиком! – проорал я.

Из темноты в мою сторону прилетело чье-то растерзанное тело, а за ближайшую колонну метнулась огромная темная фигура. Призываю пистолет и двигаюсь в сторону, где, как мне показалось, спряталась тварь.

– Мля, вот же дерьмо, – выругался я.

В нос ударил запах разложения. Напротив меня застыло нечто.

– О, нефелим, не желаешь присоединиться к моей вечеринке? – раздался блеющий голос монстра.

Тварь была ужасна. Словно не замечая моего появления, сатир, как я назвал про себя эту тварь, продолжал насиловать тихо всхлипывающую монахиню.

– Ты бы прекратил все это, – произнес я, отлично чувствуя волну силы, исходившую от твари.

– Не тебе за меня решать, полукровка, – рыкнуло существо, и его козлиные ноги застучали по каменному полу.

Тварь поудобнее пристраивалась и продолжала издеваться над бедной женщиной.

– Прекрати немедленно! – потребовал я.

– Как пожелаешь, – усмехнулся сатир и свернул женщине шею.

Выстрел. Пуля из пистолета бессильно отскочила от груди твари.

– Какой ты невежливый, – покачал головой сатир. – Позволь представиться, я – Марон, сын Силена, возничий Диониса и его первожрец в этом мире, – сказал сатир с легким поклоном.

Козлиная борода, мощные витые рога. Тварь была больше похожа на животное чем на человека.

– Зачем ты здесь, Марон? – спросил я, на ходу пытаясь найти способ убить эту тварь.

– Я здесь, чтобы сразиться с тобой, – засмеялся первожрец.

– Не помню, чтобы я вызывал тебя на дуэль, – покачал головой я.

– Твоя госпожа Халфасса претендует на право стать хозяйкой этого мира.

– Да, это так, – кивнул я. – Только не говори, что твой вечно пьяный господин желает того же, – сказал я, понимая, куда клонит Марон.

– Да, он направил меня сюда, чтобы я сразился с первожрецами, но пока встретил лишь тебя. Жрец Мораны выжидает и скрывается, – усмехнулся Марон.

– Послушай, козлорогий, – сказал я, старательно подбирая слова, – мне плевать, что ты там напридумывал себе вместе со своим вонючим господином. Ты явился в этот город и убиваешь здесь людей. Судя по всему, именно ты убил людей на капище и в штаб-квартире ренегатов.

Сатир рассмеялся.

– Только не говори, что обиделся на меня из-за того, что я насмерть затрахал два десятка престарелых служительниц вашего бога.

– Если ты думаешь, что я спущу тебе это с рук, ты ошибаешься. Я вышибу твою поганую душонку из твоего грязного вонючего тела и скормлю ее своей госпоже, – рыкнул я, чувствуя, как волна ярости наполняет меня изнутри.

– Скорее, твоей госпоже уготована та же участь, что и этим мертвым старухам, – рыкнул сатир, обводя руками зал с десятками мертвых тел.

– Получается, если я тебя прибью, то смогу не только выслужиться перед инквизицией, но и забрать часть твоей силы? – спросил я.

– Именно так, нефилим, – подтвердил Марон, расхаживая по залу. – Обрати внимание, какие здесь чудесные статуи, – сказал он, хлопая в ладоши.

Неожиданно под потолком зажглись десятки светящихся шаров.

– Справа от тебя находится скульптурная группа под названием «удивление», – сказал сатир и указал на одного из младших инквизиторов, превращенных в камень.

– Ты слишком самоуверен, – покачал я головой. Разыграл такое представление, чтобы просто заманить меня сюда, – сказал я, обводя взглядом оскверненный храм.

– Если ты пытаешься увидеть горгону, то я тебя расстрою, она сейчас снаружи обрабатывает ваше недоделанное воинство, – засмеялся сатир.

– Демонье! – выругался я и бросился к выходу.

Массивная дверь захлопнулась прямо перед моим носом.

– Не спеши, мы с тобой не закончили, – рассмеялся сатир. – Господин мой, Дионис, прими эту жертву! – рявкнул сатир, бросая в меня фаербол.

Кувырок. Уход с линии атаки. Сатир бросается ко мне. Выстрел. Пуля, ожидаемо, не причиняет никакого вреда взбешенному первожрецу. Ловлю силуэт твари и жму на курок. Все, теперь нужно валить, пока сатир не взялся за меня всерьез.

Рядом пролетает мертвое тело одной из монахинь. Выпускаю в противника оставшиеся патроны и бросаюсь под защиту ближайшей колонны.

– Стой, трус! – раздается за моей спиной.

Массивная колонна брызгает осколками каменного крошева.

– Фиг тебе, козел безрогий! – кричу я, уходя от фаербола, пролетевшего мимо меня.

Позади раздалось блеяние и возмущенные вопли сатира. Тварь была крупной, поэтому, когда я бросился в сторону алтаря, то услышал позади грохот от падения чего-то тяжелого. Оглянулся. Сатир пытался подняться с пола, но копыта твари разъезжались в стороны.

Я метнулся в сторону видневшейся в углу стойки, где обычно продавали свечи и прочую церковную атрибутику. Прыжок. Деревянный прилавок взрывается веером обломков. Падаю на пол от острой боли в пробитых ногах. Выдергиваю завязшую в щеке острую щепку. Сатир неспешно направляется ко мне. Рожа Марона так и светится от осознания, что ему удалось загнать меня в угол. Подхватываю бутыль с лампадным маслом и швыряю ее в надвигающегося на меня сатира. Монстр лениво отмахнулся от стеклянной бутылки. Звон разбитого стекла. Масло брызгает во все стороны.

– Ты жалок, нефилим, – раздается смех сатира. – Решил смазать свой зад, прежде чем я тебя поимею? – участливо уточнила тварь, радостно гогоча над собственной шуткой.

Я отползаю от шагающей ко мне твари. Упираюсь в ящики с каким-то церковным добром, шарю руками в поисках хоть какого-то оружия. Я же в церкви, тут же подобных тварей должно попросту размазывать от духовной силы этого места. Но нет, нечисть продолжает надвигаться на меня. Наконец, под руку попадается какой-то металлический предмет. Я сжимаю импровизированное оружие в кулаке. Нужно пробить защитное поле этой твари.

«Лишь бы получилось», – думаю я. Сатир подошел и схватил меня за грудки, встряхнул меня словно нашкодившего котенка, презрительно фыркнул и пробасил:

– Ну что, допрыгался, первожрец?

Я дернулся, пытаясь ударить сатира, но тот лишь посмеялся над моими трепыханиями.

– Ничтожество, ты – ничто перед силой моего господина, – усмехается Марон.

Спустя долю секунды я почувствовал, как мое тело отрывается от земли.

– Господин, прими эту жертву, – зарычал сатир, поднимая меня над головой и, видимо, собираясь сломать мне спину о колено.

Смрадное дыхание твари вызвало у меня приступ тошноты. Пинаю тварь, но слышу лишь смех. Дергаюсь, пытаясь хоть как-то отсрочить неминуемый конец. Сатир бормочет какую-то хвалебную молитву своему божеству.

«Все, пора», – решаюсь я и буквально вбиваю серебряное распятие в глаз твари.

Руку простреливает резкой болью. Марон отбрасывает меня в сторону.

Я чувствую, как трещат мои ребра. Призываю пистолет. Изувеченная рука плохо слушается. Навожу револьвер на цель и стреляю. Вопящий сатир дернулся от выстрела.

«Мля, какая же мощная у него защита», – понимаю я.

Отбросив серебряное распятие в сторону, Марон бросается ко мне. Тварь зажимает рукой пострадавший глаз. Бросаюсь в сторону и разрываю дистанцию. Видимо, сатир отчаялся меня догнать, так как резко остановился и стал формировать очередной фаербол.

– Архгхххх! – тварь вопит, издавая нечеловеческие звуки.

Фаербол, сорвавшийся с кончиков его пальцев, разносит одну из каменных колонн храма. Пламя охватывает верхнюю часть тела сатира.

– Гори-гори ясно, чтобы не погасло, мразь, – рыкнул я, отползая и выбирая позицию для нового выстрела.

Хлопок. Сатир обезумел и заметался по храму. Выстрел. Тварь падает, но тут же поднимается. Обезумевший Марон вопит от нестерпимой боли. Плоть на его теле буквально вскипала и превращалась в угли от обжигающего пламени. Я смеялся, наблюдая, как Вопящий от боли первожрец Диониса метался по залу, еще больше раздувая пламя.

– Это тебе за минуты пережитого мной страха, тварь! – кричу я.

Сатир меня не слышит и продолжает вопить от боли. Я выждал, когда тварь замедлится и бросил еще одну бутылку лампадного масла. Вспышка. Светящиеся шары под потолком мгновенно гаснут. Тварь превращается в пытающий факел и бежит от меня в направлении алтаря.

Прихрамывая, я набираю скорость. Разбежавшись, что есть силы, прыгаю и пинаю тварь в грудь. Грохот и треск ломающегося дерева. Сатир проломил иконостас, и его завалило в алтарной части храма. Сквозь обломки вижу, как воздух вокруг закипает от переплетения магической энергии. Мой слух различил тонкий писк, как будто пространство вот-вот схлопнется.

Тело твари под завалом вспыхивает ослепительным светом. Я едва успеваю броситься на пол и закрываю голову руками. Оставшиеся в храме окна буквально вышибает взрывной волной.

Тьма в храме развеялась. Осматриваюсь. Кровавые ошметки, оставшиеся от сатира, разметало по помещению. Взрывная волна прокатилась по храму и выбила входную дверь.

Сообразив, что противник устранен, я поднялся с пола и отряхнулся от пыли. Сплюнул на пол сгусток крови и прошипел разбитыми губами:

– Requiescatinpace (Да упокоится с миром).

Почему-то кроме бесполезной латыни и слабеньких умений колдовать, ничего дельного я от демонессы не получил. Хотя, нет, вру, пистолет и регенерация меня выручали не раз. Нужно осваивать магию, иначе мне точно оторвут мою бестолковую башку.

Выматерившись, я переступил через ошметки чьего-то тела. А это что-еще такое? На полу пульсирует крохотная сфера, наполненная какой-то энергией. Похоже, это осколок сущности или камень души убитого мною сатира. Осторожно поднимаю с пола драгоценную находку и убираю ее в карман. Теперь нужно разобраться с тварью оставшейся снаружи.

Осмотрев помещение еще раз, убедился, что в бойне устроенной тварью никто не выжил. Двинулся к выходу, осторожно осматриваясь по сторонам. Не хватало еще вляпаться в какую-нибудь посмертную ловушку.

Если сатир не соврал, то бойцами оцепления и инквизиции сейчас вплотную занимается Горгона. А раз эта тварь способна превращать людей в камень, то не буду рисковать.

Выглянул на улицу. Магический барьер, окружавший здание, попросту исчез. Под ноги грохнулось чье-то тело и разлетелось на сотню каменных осколков. Откуда-то с неба раздался истерический хохот.

– Вот же пакость летающая, – прошипел я, склонившись к земле.

Увернувшись от очередного каменного истукана, разлетевшегося на части, я бросился под защиту перевернутого автомобиля полиции. Переведя дыхание от быстрого бега, принялся за дело. Отломил зеркало бокового вида и стал крутить им из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть тварь. Судя по стрельбе, доносившейся откуда-то со стороны, сейчас тварь занималась бойцами оцепления. Изредка были слышны выстрелы. Похоже, оставила меня на закуску, решил я. Нужно по уму потратить подаренное врагом время.

Демонье. Зеркало не дает полной картины окружающей меня. Единственное, что я рассмотрел, это мерцающий полупрозрачный зеркальный купол метрах в тридцати от моего убежища. Похоже, кто-то из инквизиторов или бойцов Свинцова применил какой-то защитный артефакт, решил я.

Над головой послышалось хлопанье кожистых крыльев. Я призвал пистолет и зажмурился. Выстрелив в направлении, где по моим расчетам находился враг.

– Значит, ты и есть первожрец этой мерзкой демонессы, – послышался голос в метре за моей спиной.

Я осторожно приоткрыл один глаз и посмотрел в зеркало, которое держал в руке. Медуза, рассматривала меня, склонив голову на бок. Надо отдать должное, нечисть была совершенна. Но это была смертельная красота ядовитой змеи. Кожистые перепончатые крылья висели у нее за спиной этаким подобием плаща.

– Я смотрю, ты подготовился к общению со мной, – сказала нечисть, вероятно, имея в виду то, как я рассматриваю ее в зеркало.

– Да, пришлось вспомнить мифы, – хриплым голосом отозвался я.

Медуза противно захихикала.

– Жаль, у тебя нет меча, а лишь этот дурацкий бесполезный пистолет, – сказала девушка.

– Будь у меня меч, уже бы отрубил твою башку, – угрожающе произнес я.

– Какой ты забавный, – рассмеялась Медуза.

Если она попытается броситься ко мне, у меня не будет шанса ее убить, – понял я, наблюдая, как тварь грациозно скользит вокруг моего укрытия.

– Наверно ты думаешь, как меня убить? – послышался ее голос буквально у моего уха.

Зеркало в моих руках треснуло и разлетелось веером осколков. Я зажмурился. Теплое дыхание медузы щекотало мое ухо.

– Зеркала врут. Они не способны передать красоту моего тела. Зачем ты закрываешь глаза? – раздался голос Медузы. – Открой их, посмотри на меня, разве я не хороша?

Не в силах сопротивляться магии я открыл глаза. И ничего. Я не превратился в камень. Осознание этого факта придало мне уверенности. Лицо Медузы перекосило от испуга. Я же, воспользовавшись ее замешательством, направил на нее пистолет. Нужно ее получше рассмотреть и найти слабое место.

Тело твари прикрывала золотистая кираса из какого-то металла. Волосы девушки шевелились, подобно клубку змей. Яркие зеленые глаза выражали испуг и замешательство. Тонкие брови удивленно приподняты.

Алые губы приоткрыты. Похоже, тварь думала, что я превращусь в камень, но, к взаимному удивлению, этого не происходило.

– Такого не может быть, – сказала медуза, наблюдая, как я к ней приближаюсь.

Змееподобная нижняя часть тела твари шуршала по асфальту.

– Может, – решительно произнес я, направляясь к твари.

– Не подходи ко мне! – истерически завопила Медуза и распахнула крылья.

Кончик ее хвоста задрожал, словно у гремучей змеи.

– Почему же не подходить! – угрожающим тоном спросил я, наводя на нее пистолет и сокращая дистанцию.

По мере моего приближения, внешность девушки стала меняться. Волосы становились обычными и уже не были похожи на змей. Кожистые крылья развеялись, подобно клочьям тумана. Девушка пятилась от меня.

Похоже, я каким-то образом заставил эту тварь вернуться в ее начальное состояние.

– Что ты сделал?! – завизжала она. – Что ты наделал? – причитала Медуза, с ужасом наблюдая, как ее хвост превращается в обычные человеческие ноги.

– Сдавайся, – сказал я, наводя на нее оружие.

Первоначальное желание убить эту тварь уступило место жалости. Стрелять в тварь, выглядевшую как беззащитная женщина, я уже не мог, поэтому отвел оружие.

– Ты меня не убьешь? – с надеждой в голосе спросила девушка.

– Он нет, – сказал Яков Данилович, появившийся за спиной девушки.

Яков Данилович приставил к шее девушки шокер. Треск электрического разряда. Медуза задергалась на земле. Подскочивший к ней Свинцов ловко защелкнул на ее шее какой-то сложный ошейник.

– Тащите ее в машину! – распорядился он, вытирая выступивший на лбу пот.

– Что с тварью в церкви? – сплевывая кровь на землю, спросил мой куратор.

– Ликвидирована, – сказал я, убирая пистолет в пространственный карман.

– Выжившие есть? – без особой надежды в голосе спросил Шпренгер.

Я отрицательно покачал головой.

– Сейчас отправляйся домой и как следует отдохни. До выяснения всех обстоятельств произошедшего, ты отстранен от дел ордена, – сухим официальным тоном произнес инквизитор.

– Как скажете, – сказал я.

– Ты не можешь объективно выполнять работу, пока твои родители находятся в плену у первожреца Мораны, – гаденько усмехаясь, произнес Свинцов.

«Откуда этот урод это пронюхал?», – подумал я, сжимая кулаки и стараясь успокоиться.

– Я вам говорил, Яков Данилович, что этот молодой человек не надежен и весьма опасен, – нравоучительным тоном произнес Свинцов.

В это время за его спиной припарковался внедорожник. Парочка мордоворотов загрузили бесчувственную медузу в салон. Закончив с девушкой, они встали за спиной Свинцова.

«Интересно, где они находились во время боя?», – подумал я.

– Чего застыл? Беги домой, – усмехнувшись, произнес чернокнижник.

Яков Данилович направился внутрь храма и не мог мне помешать.

Я приблизился к Свинцову и тихим голосом произнес:

– Когда я закончу с первожрецом Мораны, ты будешь следующим, чью душу сожрет Халфасса.

– Ты мне угрожаешь? – удивленным тоном уточнил Свинцов.

– Нет, не угрожаю, – сказал я и точным ударом кулака двинул полковнику в живот.

Метнувшиеся было ко мне охранники, резко остановились.

– Всем стоять! – раздался у них за спиной голос Халфассы.

Мордовороты замерли, словно два соляных столба. Свинцов лежал на земле и хватал ртом воздух.

– Поехали домой, – сказала демонесса. – С этим уродом мы потом разберемся, – сказала она, наблюдая, как толстяк пытается подняться.

Я прошел мимо по направлению к демонессе. Меня трясло от сдерживаемого бешенства. Так бы и придушил этого урода прямо здесь.

Демонесса, уловив мое состояние, лишь ободряюще улыбнулась. Но неожиданно ее лицо сменило выражение на злое и агрессивное. Я оглянулся и увидел, как Свинцов запустил в меня какое-то заклинание. Демонесса вскинула руки, и заклинание расплескалось в виде грязной кляксы. Небрежно махнув рукой, Халфасса отправила в противника воздушную волну которая сбила полковника с ног и протащила десяток метров.

– Чего замерли? Идите, спасайте своего начальника, – сказала демонесса, заметив, как несколько полицейских потянулись за оружием.

Видимо, во взгляде девушки мелькнуло, что-то жуткое. Потому как парни убрали руки от оружия и поспешили к орущему благим матом полковнику.

– Ты нахрена сюда приперлась? – не особо дружелюбным тоном спросил я.

– Нам прислали письмо с указанием места, где могут держать твоих родителей, – сказала Халфасса.

– Явная подстава, – заметил я.

– Тоже так думаю, но нам ничего не мешает это проверить, – ответила демонесса.

– Я смотрю, у нас личный транспорт, – сказал я, увидев припаркованный мотоцикл.

– Да куда лучше, чем трястись в машине, – сказала девушка, усаживаясь за руль.

Мелькнула мысль перекреститься, прежде чем сесть за руль, но я вовремя спохватился. Демонесса завела мотоцикл, и спустя пару секунд мы направились к выезду из города.

– Ты ведь знаешь, что формально я под домашним арестом? – спросил я у девушки.

– Знаю, – крикнула она, увеличивая скорость. – Инквизиция больше не владеет ситуацией, поэтому нужно самим брать её в свои руки.

Мы мчались по дороге, и в паре мест я видел бредущих куда-то призраков. Причем, это были не только люди, но и кошки собаки. Проезжая мимо небольшой деревеньки, заметил, как пугало заинтересованно повернуло голову и спрыгнуло со своего шеста.

– Вот же демоньё, – выругался я.

Дорога заняла не больше часа. Мы выехали к окраине полузаброшенного села. Халфасса заглушила двигатель и скомандовала:

– Дальше пешком. Это на тот случай, если придется с ним торговаться, – сказала девушка, протягивая мешочек.

– А ты что, не пойдешь со мной? – спросил я, наблюдая, как демонесса осматривает заброшенную ферму.

– Тут охранные чары, – сказала она, резко останавливаясь, словно не в силах перейти невидимую черту.

Здраво рассудив, что если и есть здесь живые, то вряд ли они будут находиться в здании без крыши, я направился к административному зданию с заколоченными окнами. Осторожно поднялся на порог и призвал пистолет.

– Входи, я чувствую, что ты на пороге, – раздался голос, который прозвучал у меня в голове.

Я пинком распахнул дверь. Первым моим порывом было броситься к родителям, привязанным к стульям, но я себя сдержал.

– Вижу, ты принес оговоренную плату, – произнес первожрец.

– Да, принес, – сказал я, тряся мешочком с осколками душ.

– Это хорошо, – сказал он.

Я швырнул мешочек на пол. Первожрец, прятавшийся за спинами моих родителей, взмахнул рукой, и мешочек подплыл к нему. Проверив его содержимое, он убрал осколки в рукав своего балахона. Мгновение, и у него в руках появляется кинжал. Дальше события закрутились с невероятной быстротой.

Выстрел. Зеркальная стена осыпается. Кувырком влетаю в комнату и осматриваюсь в поисках цели. Где-то хлопнула дверь и все стихло. Дернулся в направлении, где виднелась дверь и едва не плюхнулся. Ноги сковал мощный ледяной панцирь.

– А-А-А-А! – заорал я от бессильной ярости.

С улицы донесся какой-то грохот. Похоже, первожрец столкнулся с Халфассой. Перехватив пистолет на манер молотка, принялся разбивать сковывающий меня лёд.

– Можешь не спешить, он ушел порталом, – произнесла демонесса, зашедшая в дом спустя пару минут.

Лицо девушки было в саже и копоти, а сама она выглядела как растрепанная дворовая кошка. Откуда-то снизу раздались голоса.

– Похоже, твои родители, – сказала Халфасса, заметив, как я дернулся в направлении видневшегося в полу люка. – Стой, я сама, – сказала она и потянула крышку.

Спустя пару минут я уже обнимал всхлипывающую маму, а Халфасса нервно расхаживала по помещению и творила лечебные заклинания.

– Давайте к выходу, – скомандовала демонесса.

Мы вышли из здания. Демонесса лишь поморщилась, когда заметила, как я помогаю маме спуститься по ступенькам крыльца. Похоже, для Халфассы проявление подобной заботы о близких было чуждым. Или она считает это моей слабостью.

– И как мы будем выбираться из этой дыры? – спросил папа, осматривая окрестности.

– Вызову вам такси, а потом вы уедете на отдых в пансионат, – сказала демонесса, делая пассы руками.

– Что ты творишь? – возмутился я, наблюдая, как демонесса творит какие-то чары.

В руках девушки мелькнуло несколько пачек пятитысячных купюр, которые она протянула отцу.

– Вы вернетесь с отдыха лишь тогда, когда я вам это прикажу.

– Халфасса, прекрати, это бесчеловечно! – заорал я.

– Так будет лучше для всех, – сказала девушка. – Когда разберешься со своими делами, сможешь их забрать, а пока им лучше быть как можно дальше от творящегося вокруг хаоса, – сказала демонесса.

Родители так и стояли с остекленевшим взглядом. Я помахал рукой перед лицом папы. Затем мамы. Ноль эмоций.

– Ты нахрена их околдовала? – спросил я, наблюдая, как девушка направляется в сторону мотоцикла.

– Оставь их, у нас с тобой более важные дела, – бросила демонесса.

– С чего бы мне бросать собственных родителей? – завелся я.

– С того, что если ты останешься рядом с ними, то придет какой-нибудь безумный первожрец и убьет их, – заявила демонесса.

В душе царило смятение. Хотелось остаться рядом с родителями и уберечь их от возможных проблем. А с другой стороны я понимал, что мое поведение ставит их под удар. Раз их нашел один первожрец, то и другие найдут. Родители – это моя ахиллесова пята.

Стиснув зубы, я уселся позади демонессы и обхватил ее талию.

– Судя по твоей роже, ты сам все прекрасно понимаешь, – сказала девушка. – Нам нужно залечь на дно, перед тем как ты встретишься с первожрецом Мораны.

– От кого мы бежим? – спросил я.

– От всех, – сказала Халфасса. – Минут через десять приедет такси, не волнуйся, с ними ничего не произойдет, – заверила меня девушка.

– Ты что, приставишь к ним охрану? – спросил я у демонессы.

Та лишь молча кивнула и завела двигатель.

Мы долго петляли по переулкам и дворам, прежде чем оказались у одного из домов недалеко от центра города. Демонесса посигналила и ворота отъехали в сторону. Загнав мотоцикл внутрь гаража, демонесса потерла ладони в предвкушении.

– Вчера я купила это архитектурное чудо, – сказала она, указывая на двухэтажный дом.

– Ой, Ксения Леонидовна, как я рада вас видеть.

На порог выскочила женщина средних лет.

– Тамара Степановна, это мой муж Сергей, – сказала демонесса.

Я открыл было рот, чтобы возмутиться. Какой я нахрен муж? Но напоролся на хмурый взгляд Халфассы и молча закрыл рот.

– А я уже обед приготовила, прикажете накрывать? – спросила женщина.

– Накрывайте, – сказала демонесса.

Женщина скрылась в доме.

– Слушай, Халфасса. Что у тебя за царские замашки? – строгим голосом спросил я. – Тебе не кажется, что залечь на дно – это значит не высовываться? А ты устроила резиденцию на самом видном месте.

– Пфф, – демонесса скорчила недовольную гримассу. – Если ты не заметил, то это не обычное здание. Где по твоему можно спрятаться демону? Я ведь теперь мятежная богиня. Меня ангелы ищут и мне надоело ютиться в твоем тесном домишке, – заявила девушка.

– На тебе ведь клеймо рабыни, – сказал я. – О каких притязаниях на божественны трон ты говоришь?

– Клейма больше нет. По-твоему, чем я занималась все это время? Мне удалось найти способ его удалить.

Девушка подняла руку и продемонстрировала мне одно сложное клеймо поверх другого.

– Я даже кожу срезать пробовала, но сработало лишь это, – гордо заявила она.

– И как давно ты свела клеймо? – спросил я севшим голосом.

– Уже около месяца, – улыбнувшись и опуская руку, сказала девушка.

– И что, ангелы не пришли и не покарали тебя? – спросил я.

– Скажем так, им сейчас не до того, – засмеялась девушка. – Мы с тобой заварили такую кашу, которая начала сопряжение миров раньше намеченного срока. Так что сейчас ангельское воинство занимается полчищами нечисти, которая рвется в их мир.

– То есть нечисть сейчас проникает во все миры? – удивленно вскинул я брови.

– Миров целые тысячи. Ты был в чистилище, а не усвоил, что все вокруг нас устроено гораздо сложнее, – засмеялась девушка. Пойдем в дом, а то Тамара Степановна уже заждалась, вон, в окно кухни выглядывает, – сказала демонесса и, взяв меня за руку, потащила в дом.

– Слушай, а что тут раньше было в этом здании? – спросил я.

– Римско-католический костёл, – сказала девушка, затаскивая меня в прихожую. – Да, вот еще что, при Тамаре Степановне лучше не говори о моей истинной сущности, – сказала девушка.

«Вот же бесовка. Нашла какую-то наивную женщину и сейчас во всю пользуется ее добротой», – подумал я.

– Если ты считаешь, что я поступила неправильно, то ошибаешься, – сказала демонесса.

– Ты считаешь добрым поступком обманывать ни в чем не повинного человека? – прошептал я.

– Тетя Ксения! – раздался из глубины дома детский голос, и к нам метнулось белокурое нечто.

Халфасса радостно защебетала и обняла девочку лет пяти. Я же замер не зная, куда себя деть. «Что тут вообще происходит?», – билась у меня в голове единственная мысль.

– А это твой муж? – спросило белокурое создание.

– Да, Даша, это мой муж, – ехидно улыбаясь, сказала демонесса и упорхнула куда-то в глубину дома, оставив меня наедине с девочкой.

– Пойдем, я покажу тебе мою комнату, – сказала Даша и, ухватив меня за руку, поволокла в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Аура девочки так и сияла ослепительно-белым светом. Зуб даю – это не человек. Вот только кто она. Ангел? Нефилим или еще кто-то? Ладно, спрошу об этом демонессу, решил я.

– Смотри, сколько мне тетя Ксения игрушек купила, – сказала девочка, указывая на горы разнообразных коробок.

Кровать с розовым балдахином и куча игрушек. Столик и несколько стульев. Комод и большой шкаф. Похоже, демонессе чем-то приглянулась девочка. Зная Халфассу, она бы вряд ли стала делать что-то просто так.

Девочка радостно прыгала и что-то щебетала, а я не знал, как себя вести с маленьким ребенком.

Кудрявые светлые волосы и голубые глаза делали девочку похожей на виденного мною ангела, вот в ней не было той холодной презрительности, свойственной этим тварям.

На лестнице послышались тяжелые шаги.

– Даша, не отвлекай дядю. Мой руки и марш за стол, – строгим тоном произнесла Тамара Степановна.

– Но, бабушка, – заканючила девочка.

«Бабушка? Вот как», – удивленно подумал я и направился вниз.

Убейте меня, но мне не приходилось раньше общаться с маленькими детьми. Поэтому, краснея от неловкости, я пытался тактично отвязаться от ребенка, который почему-то выбрал меня в качестве мишени для собственных игр.

– Ну, как тебе наша Дашенька? – ехидным тоном поинтересовалась Халфасса.

– Знаешь, Ксюша, мне еще не доводилось видеть такого активного ребенка, – сказал я, усаживаясь за стол.

– Иди мыть руки, балабол, а иначе сдам тебя Тамаре Степановне, она тебе десерт не даст, – усмехаясь, сказала демонесса.

Стиснув зубы, я направился в ванную. Похоже, демонесса организовала себе тихую гавань с подобием семьи. Вот только зачем? Она же демон, ей человеческие эмоции чужды. Хотя, может, я ошибаюсь? Я вышел из ванной и направился обратно на кухню.

Спустя секунду я застыл, пораженный увиденным.

– Сереженька, вам еще котлетку положить? – елейным голосом спросила Тамара Степановна.

– Нет, спасибо, боюсь, что лопну, – сказал я, намереваясь встать из-за стола.

– Подождите, еще десерт, – сказала женщина.

Халфасса молча уплетала картофельное пюре, но ее глаза были веселыми и насмешливыми. Даша сидела рядом с ней и о чем-то щебетала. Демонесса наблюдала за девочкой и улыбалась ей самой доброжелательной улыбкой.

– Ксения, нам с тобой нужно поговорить, – сказал я, наблюдая, как кухарка разливает чай.

– В чем проблема? Давай поговорим, – сказала демонесса.

– Дашенька, иди в комнату, нечего тебе греть уши.

– Но, бабушка, – возмущенно пискнула девочка.

– Иди-иди, я принесу тебе пирог, – сказала женщина.

– Какой послушный ребенок, – сказал я, постукивая пальцем по столу. – Зачем она тебе понадобилась? Кто эта женщина? Зачем тебе этот дом?

– Стоп-стоп, давай по порядку, – сказала демонесса. – Ты не веришь, что я могу быть доброй? – брови Халфассы возмущенно вздернулись вверх.

– Давай без твоих дешевых фокусов. Ты демон, и не делаешь ничего просто так, – сказал я, пытаясь понять, что затеяла Халфасса.

– Хорошо, я отвечу на твои вопросы. Этот дом мне нужен, как убежище для девочки. Морана непременно попробует добраться до нее.

– Это еще почему? – спросил я.

– Ты заметил, как сияет ее аура? – спросила девушка.

Я кивнул.

– Так вот, чтобы ты знал, такие чистые и невинные души в этом мире редкость. Она – трофей, который любой первожрец приколотит на стену или превратит в оружие против других претендентов на божественный трон, – прошептала она.

– А почему ты нашла ее именно сейчас? – спросил я. – Помнится, что раньше ты не страдала приступами человеколюбия.

– Вообще, чтобы ты знал, я спасла эту девочку от тяжелого заболевания, – прошипела демонесса.

– Ага, значит, я копаю в правильном направлении и девочка нужна для какого-то твоего очередного плана, – сказал я.

– Пху на тебя, – рассердилась девушка. – Я вылечила ее от рака и дала ей и ее бабушке кров и работу.

– Я смотрю, ты собираешь себе новую паству, – сказал я.

– А если и так, то какое тебе до этого дело? Чем я хуже других? – сказала Халфасса, поднимаясь из-за стола.

– Я сомневаюсь, что ты задумала творить добро, – покачал я головой. – Хрен редьки не слаще, – сказал я, поднимаясь из-за стола.

– Знала бы, что ты такой упертый баран, нашла бы себе другого первожреца, но Мойры четко указали на тебя, – сказала девушка, усаживаясь обратно за стол.

В глазах демонессы блеснули слезы.

– Только не говори, что сейчас будешь рыдать, – сказал я, обнимая демонессу. – Ну, прости, я не думал, что ты способна на такие поступки.

– Теперь знаешь, – обиженно шмыгнув носом, сказала демонесса.

– Кстати, спасибо тебе, что проучила Свинцова, – сказал я, возвращаясь на свое место.

– Он бы тебя прихлопнул. Где я еще найду такого дурака? – усмехаясь, сказала она.

– Ну, спасибо, – притворно обиженным тоном произнес я.

– Не дуйся, я тут попробовала разыскать Азазеля и, похоже, что он все-таки жив.

– Я думаю, что этот бесолюб нас кинул, – сказал я, после секундного раздумья.

– Думаешь, он переметнулся к Моране? – спросила девушка.

– Скорее, он выжидает и хочет выбрать сторону победителя.

– Хм, в этом есть смысл, – сказала демонесса. – Теперь давай к делу. В этот дом не проникнет никакая нечисть, если только мы сами ее не пустим. Я спустила почти всю силу в укрепление этого места, – сказала девушка, хлопая в ладони.

На стенах дома загорелись кровавые руны, которые буквально пульсировали от переполняющей их энергии.

– Впечатляет, – протянул я, рассматривая дом совсем новым взглядом.

– Или ты думал, что я отдала всю силу Азазелю? – усмехаясь, спросила девушка.

– Но ты ведь сама так сказала, – начал было я, но тут же осекся.

Похоже, Халфасса попросту никому не доверяет, вот и не раскрывает все свои карты.

– А как же твой договор с Азазелем? – спросил я.

– Ну, он, все же, демон, и куда старше меня. Нашел лазейку или иной способ сбросить с себя магическую клятву, – пожимая плечами, сказала девушка.

– Хрен с ним, с этим Азазелем. Расскажи мне, зачем ты меня пригласила сюда? Что за конспирация.

– Через три дня у тебя состоится встреча с первожрецом Мораны. А у тебя кроме пистолета и регенерации нет никаких козырей.

– И что ты предлагаешь? – спросил я.

– Есть одна идея, но, боюсь, тебе она не понравится, – слегка сконфуженно произнесла девушка.

– Не тяни уже, – я хлопнул ладонью по столу.

– Есть одна редкая разновидность призраков, которые лишены посмертия, наконец, выдавила девушка.

– Так в чем проблема? Пойду и грохну их, – улыбнулся я.

– Ценю твой оптимистичный настрой. Но невинные души, как ты заметил, склонны к обращению в более сложные формы. Тот же Палач заставил тебя попотеть.

– Не напоминай, – вздрогнул я. – Ты предлагаешь какой-то ритуал, который расширит мои возможности? – прямо спросил я.

Девушка кивнула.

– И что я должен для этого сделать?

– Если верить тому фолианту, который я раздобыла, самую малость: убить семь смертных грехов, – сказала девушка.

– Ты сейчас смеешься? Как можно убить подобную не материальную сущность? – спросил я.

– В том то и дело, что сейчас они в городе и тебе не придется их долго разыскивать, – сказала девушка.

– А нельзя как-нибудь без них обойтись? – уточнил я.

– Можно, но тогда весьма вероятно, что в схватке ты попросту погибнешь, а меня развоплотят Мойры, – скривившись, словно от зубной боли, сказала Халфасса.

– Как вообще можно победить их? – спросил я.

– Вот теперь ты задаешь очень правильные вопросы, – сказала девушка, потирая руки. – Гордыня, Алчность, Зависть, Гнев, Блуд, Чревоугодие, Уныние. Именно этими тварями ты займешься. У тебя есть уравнитель. Поверь, как только они наберут силу, они сами явятся тебя убить.

– Замечательно, не проще ли дождаться этого момента и попросту прихлопнуть их разом? – спросил я, призывая пистолет и укладывая его на стол.

– Ошибаешься. Слияние миров только началось, и эти уроды будут здесь ровно до его окончания. Потом придется их разыскивать, – наставительным тоном произнесла девушка.

– Так, стоп, получается, что у меня в пистолете патронов ровно по количеству этих тварей?

– Все верно, – подтвердила девушка. – И чтобы как следует подготовиться и зарядить твой пистолет для предстоящей охоты, тебе потребуется хорошая помощь в подобном вопросе.

– И что, ты предлагаешь мне так вот просто стрелять в них на улицах? Ведь Яков Данилович и Свинцов не идиоты. Сопоставят факты и выйдут на нас.

– Иного варианта я не вижу. Инквизиция вообще хочет, чтобы ты не лез в эти разборки, – сказала девушка.

– Интересно, откуда ты это знаешь? – насторожившись, спросил я.

– У каждого свои источники, – сказала девушка, прихлебывая чай.

– И что, мне нужно закалить пистолет в огне дракона? Окунуть его в реку смерти? Или, может, искупать его в крови девственницы? – спросил я.

– С последним вариантом ты угадал, – сказала демонесса, прикладывая палец к губам.

На лестнице послышались шаги, и на кухню вернулась улыбающаяся Тамара Степановна.

– Поэтому, если ты собираешься ехать охотиться на утку, то лучше заранее подготовиться, – иносказательно завершила девушка.

– Хорошо, любимая, так и сделаю, – улыбаясь, сказал я.

– Ох, одно баловство эта охота, – пробормотала Тамара Степановна, начиная убирать со стола.

– Почему же? Как по мне – лучше, чем ходить по бабам, – сказал я.

Женщина засмеялась.

– Да при такой красавице-жене, какие могут быть бабы? – укоризненным тоном сказала она.

– Вот и я о том же. Охота для настоящих мужиков.

В голове роилась куча мыслей, поэтому, я не сразу сообразил, что девушка имеет в виду под зарядкой пистолета.

По лестнице затопали детские ножки, и Даша подбежала к демонессе.

– А можно мне на улице погулять?

– Конечно можно, только смотри, не упади, – сказала демонесса, наблюдая, как девочка выбегает во двор.

И тут до меня дошло. Мля, демонесса хочет убить ребенка ради собственной выгоды.

Видимо, уловив мою смену настроения, Халфасса поднялась из-за стола и, протянув мне ручку, сказала:

– Пойдем, дорогой, я покажу тебе нашу комнату и твой рабочий кабинет.

«Ну уж нет, рогатая, я не буду убивать ребенка ради твоей выгоды», – подумал я.

Едва дверь за нами закрылась, как демонесса сообщила:

– Если ты решил, что я намерена убить Дашу, то ты идиот. Я уже набрала необходимое количество крови для ритуала.

– Тогда какова моя роль во всем этом?

– Нам потребуется усилить твои навыки стрелка, – сказала девушка.

– И что, мы запишем меня в тир ДОССАФа? Или, может, в секцию по стрельбе? – спросил я.

– Нет, мы проведем ритуал, который научит тебя стрелять без промаха.

– Я не буду участвовать в подобной ерунде. Обычно все твои ритуалы очень негативно сказываются на моем здоровье, – попытался запротестовать я.

Девушка толкнула меня в глубину комнаты.

– Какого хрена ты задумала? – спросил я, вызывая пистолет и направляя его на демонессу. – Какого хрена?! – выругался я, понимая, что оружие не желает покидать пространственный карман.

– Не дергайся, а то будет хуже.

Под ногами вспыхнула сложнейшая пентаграмма.

– Халфасса, я тебя убью! – проорал я, пытаясь вырваться за пределы магического контура.

– Убьешь, если выживешь, – серьезным тоном произнесла девушка.

Вскинув руки, она начала читать заклинание на певучем языке. В глубине комнаты заколыхались тени. В углах пентаграммы зажглись неизвестно откуда взявшиеся свечи.

– Халфасса, прекрати, – попытался я образумить девушку.

Но глаза демонессы превратились в два бельма, а сама она выхватила из воздуха обсидиановый клинок и резанула им по ладони. Буквально сдернув с себя одежду, девушка закружилась вокруг в безумном танце. Я прекратил дергаться и завороженно уставился на танцующую демонессу. Мое сознание затопило ледяным потоком, и я рухнул на пол.

– Ты уверена, что он обитает здесь? – спросил я, рассматривая здание общежития.

– Где еще, по-твоему, он может быть? – возмущенно воскликнула демонесса.

– И что, мне нужно зайти и просто пристрелить его? – уточнил я.

– Да, и важно все провернуть как можно быстрее, чтобы они не очухались и не свалили из города, – терпеливо объяснила девушка.

– Думаешь, я это не понимаю? – улыбнулся я.

– Давай уже, иди, камеры я отключила, – сказала девушка, делая пассы руками.

Я выбрался из машины и направился к главному ходу. Престарелая вахтерша сидела в своей стеклянной будке и смотрела какой-то сериал.

– Куда? – рыкнула она.

Я склонился над окошком и сдул алхимический порошок прямо ей в лицо.

Старушка рухнула лицом на стол.

– Отдыхай, бабуля, – усмехнулся я и направился к лифту.

Седьмой этаж встретил меня шумом и криками. Студенты только вернулись с занятий. Общежитие кипело и бурлило. На меня никто не обратил внимания.

Я прошел в дальнюю часть коридора с множеством дверей и прислушался к себе. Внутреннее чутье забило тревогу, когда я прошел мимо одной из секций. Вернулся обратно. Похоже, именно здесь находится моя цель. Из-за тонкой двери раздавались томные вздохи. Призываю пистолет и пинком вышибаю дверь. Захожу в небольшой тамбур. Никого. Помещение разделено на две комнаты. Вышибаю еще одну дверь, откуда слышны стоны и женские крики.

– Какого хрена? – слышу я возмущенный вопль.

Девушка смотрит на меня, как на смертника, но продолжает прыгать на парне, который уже буквально хрипит, задыхаясь от наслаждения. Вижу, как аура молодого человека темнеет, и нити его жизненной энергии перетекают в тело девушки.

– Слезай с него, и без фокусов, – потребовал я.

На соседней кровати лежит мумифицированное тело еще одной жертвы.

Похоже, это она. Похоть или блуд, понимаю я, беря нечисть на мушку.

Осмотрелся и тут же почувствовал тошнотворный запах разлагающейся плоти. Из-под дальней кровати торчали чьи-то ноги.

«Мля, сколько она тут парней затрахала насмерть?», – подумал я.

Невысокая рыжая девушка с голубыми глазами рассматривала меня с нескрываемым раздражением. Я же рассматривал нечисть. Курносый нос, аккуратные брови, небольшие розовые слегка пухлые губы. Фигурка у девушки была довольно стройная, крепкая грудь никак не меньше третьего размера, стройные ноги, переходящие в литые бедра.

– Чего уставился? Нравлюсь? – съязвила нечисть.

– Ничего примечательного, видали и получше, – фыркнул я.

Похоть обиженно поджала губы и приняла соблазнительную позу. Я перешел на магическое зрение, чтобы рассмотреть ауру нечисти. Сразу же увидел темное нечто, угнездившиеся внутри ее тела.

– Ты хоть знаешь, кто я? – спросила возмущенная девушка, лицо которой исказила злобная гримаса.

Я, продолжая держать ее на мушке, осматривал комнату на случай магических ловушек.

– Знаю, ты одна из семи или один, – сказал я равнодушным голосом.

Стрелять не хотелось. Рука наливалась свинцовой тяжестью. Видимо, Похоть перехватила инициативу в свои руки и сейчас применяет свои чары.

«Гребаная магия», – подумал я.

Девушка сделала небольшой шаг ко мне.

– Ты же не выстрелишь в женщину? – лукаво улыбаясь, спросила она.

Мое сознание заполнил розовый туман.

– Ты ведь хочешь невинную красивую девушку? – шептала Похоть, буквально заскользив в мою сторону.

«А ведь хороша, чертовка», – мысленно отметил я. «Так бы и завалил ее прямо здесь».

Тряхнул головой, разгоняя магический морок.

– Убьешь меня – навредишь девушке, в которой я поселилась, – шепнула тварь, обдав меня горячим дыханием.

Я убрал оружие в пространственный карман.

«Вот же демоньё, эта нечисть нашла мое слабое место», – мелькнула у меня мысль.

Похоть усилила ментальную атаку. Похоже, девушка поняла, что ее магия на меня действует, и решила меня околдовать. Зараза, как тяжело сопротивляться. Понимаю, что еще пару секунд такого ментального доминирования, и я не выдержу. Делаю лицо влюбленного идиота. Падаю на колени и ползу к девушке.

– Любовь моя! Богиня! Госпожа! – шепчу я.

Магическое давление ослабевает. На лице нечисти появляется удовлетворенная улыбка.

– То-то же! Знай свое место, нефилим, самовлюбленно говорит Похоть. – А теперь выйди на балкон и спрыгни вниз, – требовательным голосом произносит девушка.

– Хорошо, моя любовь, – с придыханием говорю я и буквально падаю ниц.

Дергаю ковер. Нечисть падает. Слышу, как девушка ругается и пытается встать. Бросаюсь к ней и прижимаю ее своим телом. Тварь впивается мне в руку острыми зубами. Бью ее по лицу. Еще раз. Тело девушки обмякло.

И что мне теперь с ней делать? Ведь она не соврала, внутри нее находится невинная душа. Действую на автомате. Закатываю бесчувственное тело в ковер. Взваливаю на плечо. С одной стороны ковра торчат стройные женские ноги. Плевать. Выхожу со своим грузом в коридор. Ловлю несколько удивленных взглядов.

– Чего уставились? – рявкнул я, не выдержав пристального интереса.

Вижу, как кто-то пытается снимать на телефон необычное зрелище. «Ну-ну, посмотрим, что останется от ваших гаджетов после того, как их обработает магия демонессы», – злорадно думаю я.

Прохожу через коридор к лифту. Нажимаю на кнопку вызова. Нужно быстрее покинуть здание, пока на мне висит отвод глаз. Сейчас все воспринимают меня как обычное явление, но вот голая девушка на плече явно ломает весь магический конструкт. Лифт подъехал, и я зашел в него.

Проехав несколько этажей, он остановился на пятом. Двери открылись.

– Вот же демоньё, – сказал я.

Вижу Замершие недоуменные лица. Ковер на моем плече дернулся и замычал.

– К маме знакомиться везу, – сказал я, изобразив гордый кавказский акцент.

Вижу несколько понимающих кивков.

Похоже, африканцы и арабы сочли ситуацию приемлемой, потому как когда я нажал кнопку первого этажа, то не услышал возмущения.

«Международный факультет, мать его», – подумал я.

Тварь в ковре задергалась. Оголились ее упругие бедра.

– Не трепыхайся, – рявкнул я, хлопнув девушку по заднице.

– Помогите! – раздался отчаянный вопль из ковра.

Я крутанулся, ударив головой девушки о стенку лифта. Услышал приглушенные ругательства.

– Будешь рыпаться – сброшу тебя в реку, – пригрозил я.

– Мои братья тебя убьют, – рычит тварь.

Сквозь плотный ковер слышно плохо, но я чувствую, что тварь напугана.

Решил подыграть девушке.

– Обязательно убьют.

Лифт плавно качнуло. Первый этаж. Чисто. Лишь парочка парней да какая-то девушка тормошит спящую вахтершу.

Выхожу в холл. Несколько охреневших пар глаз. Делаю каменное лицо и прохожу мимо.

– Эй, парень! Ты чего творишь? – слышу я чей-то окрик за спиной.

– Не видишь что ли? Бабу на мусорку несу, – оглянувшись, сказал я, заметив крепкого парня среднего роста.

Краем глаза вижу, как второй загораживает дверь, ведущую на улицу. Призываю пистолет и направляю его на преградившего мне дорогу незнакомца.

– Свалил отсюда, – крикнул я.

Парень поднял руки и отошел в сторону.

– Надо в полицию звонить и в скорую, – слышу я испуганный шепот девушки в будке вахтерши.

Выхожу на улицу и прибавляю шаг. Где-то вдалеке визжала полицейская сирена. Похоже, кто-то оказался более расторопным чем эта троица.

– Давай быстрее! Чего застыл?

Халфасса, заметив мое замешательство, распахивает заднюю дверь машины.

Закидываю туда пленницу. Демонесса прыгает следом. Сажусь за руль и трогаюсь с места. Теперь нужно проскочить через улицу и дело будет почти сделано. Слышу ругань Халфассы.

– Не мог ее грохнуть прямо там? – спросила меня девушка, заметив, как тварь продолжает материться и пытается выбраться.

– Она одержима, это не пустая оболочка, – пояснил я, сворачивая с главной дороги.

– Вот же дерьмо, – скривилась демонесса. – Значит, ты решил не брать на себя смерть невинного человека? – уточнила она.

– Нужно менять план, слишком нагло мы действуем, – сказал я, поворачивая к выезду из города.

– Хочешь ловить тварей на живца? – спросила демонесса, пиная завернутую в ковер девушку.

– Ты займешься этой тварью, а я наведаюсь в город и навещу остальных. Кто там у нас остался Гордость, Зависть, Чревоугодие, Гнев, Алчность, Уныние?

– Все верно, – кивнула Халфасса. – Если это Похоть или Блуд, то нам останется найти еще шесть.

– Сможешь убить эту погань, не навредив девушке? – уточнил я.

– Попытаюсь. Надеюсь, эта тварь не слишком глубоко в ней укоренилась, – неуверенно сказала демонесса.

– В здании были камеры и очевидцы, – сказал я.

– Не волнуйся, твое лицо никто не запомнил, а их электронные гаджеты превратились в хлам, – успокоила меня девушка. – Даже коллекция вибраторов этой твари теперь годна лишь для выброса на помойку, – засмеялась демонесса.

– Не слишком ли ты много силы тратишь? – возмутился я.

– Нет, после убитого тобой сатира и развоплощённой Медузы, энергии у меня предостаточно, – гордо заявила демонесса. – Тем более, воздействие на неживую материю требует малого количества энергии, – пояснила девушка.

– Получается, что один слабый магический всплеск способен превратить всю электронику в здании в кучу хлама?

Девушка кивнула. Присмотревшись к дороге, уточнила:

– Куда едем?

– Километрах в двадцати есть заброшенный пионерский лагерь, – сказал я после пары секунд размышлений. – Там кругом лес и народ появляется редко.

– Хорошо, я пока подумаю над тем, как уничтожить эту тварь и не навредить ее оболочке, – сказала Халфасса.

Дорога заняла не больше часа. Пару раз я останавливался, проверяя, нет ли за нами хвоста.

– Зря ты так перестраховываешься, – фыркнула девушка. – Сейчас все, кто имеет отношение к теневому миру, заняты, разгребая происходящее на улицах.

– Ты про нашествие тварей? – спросил я.

Демонесса кивнула.

– Да. Плюс, многие обычные люди в период слияния миров могут значительно усиливать свой магический потенциал. Безобидное ругание начальника его подчиненными может обернуться проклятием. Или еще хуже.

Пожелаешь, чтобы шумящие соседи сдохли страшной смертью, и те за пару дней сгнивают заживо, – пожимая плечами, сказала девушка.

– Удивительно, что люди не обращают на подобное внимания, – сказал я.

– Человечество создано безвольным стадом овец, чего ты от них ждешь? – рассмеялась девушка. – Люди разучились верить в богов, у них сейчас во главе всего логика и наука. Если кто-то скажет, что видит чертей – его сразу определят в психбольницу.

Похоть приглушенно выругалась после очередного пинка демонессы.

– Тут ты права, но ведь есть правительство, власть. Неужели они ничего не замечают? – спросил я, сворачивая на разбитую грунтовую дорогу.

По обе стороны протянулся сосновый лес.

– Значит, инквизиция напрямую подчиняется правительству? – уточнил я.

– Она и есть теневая власть, – подтвердила мою догадку девушка. – Зачем им иллюзорная власть, если под боком есть теневой мир с его бесконечными войнами, вторжениями и противостояниями? Да и большинство людей не видят истинную сущность вещей, они верят тому, что им говорят по телевизору.

«А ведь она права, люди – безмолвное стадо», – подумал я.

Наконец, я припарковал машину рядом с металлическими воротами. Я собирался было помочь девушке вытащить нечисть вместе с ковром, но та лишь покачала головой.

– У меня с ней старые счеты, – уточнила она, заметив мое недоумение. – Лучше займись замками. Вон тот домик нам подойдет, – сказала девушка, рывком выдергивая ковер из машины.

– Я убью тебя, сволочь! – завопила рухнувшая на землю тварь.

– Ничуть не изменилась, – покачала головой демонесса. – Чего замер? За дело, – сказала демонесса и, ухватив Похоть за ногу, потащила ее за собой.

Я вытащил револьвер и выстрелил в душку замка. По лесу разнеслось эхо. «Вот же придурок, лучше бы воспользовался монтировкой», – запоздало подумал я.

– Затаскивай ее сюда, – сказал я, осматривая административное помещение.

Куча пыли. Стол, несколько стульев, какой-то деревянный шкаф и пожарный щит с ржавым инвентарем. Окна не заколочены, поэтому в комнате достаточно светло.

– Пошла, – раздался сзади голос Халфассы.

Рыжая пленница попискивала и пыталась вырваться, до демонесса накрутила ее волосы на кулак, а руки завела за спину.

– Шагай, давай, проститутка с паровоза, – рыкнула демонесса и пнула нечисть коленом по аппетитной заднице. – Чего встал? Дряблые телеса нечисти рассматриваешь? – ехидно уточнила девушка, заметив, как я рассматриваю пленницу.

Я отрицательно покачал головой.

– Тащи из машины зачарованную веревку, – сказала демонесса, прерывая мои размышления.

– Вам не жить, вас порвут на куски мои братья и сестры, – пригрозила Похоть.

– Ух, ты, а до этого говорила только о братьях, – удивленно заметил я.

Пара оплеух от Халфассы заставили нечисть замолчать. Я дошел до машины и вернулся к домику уже с веревкой.

– Ты зря стараешься, ваша гнилая веревка меня не удержит, – начала говорить Похоть, но тут же захлебнулась в крике, когда демонесса вырвала у нее клок волос.

– Дай сюда, я привяжу ее, как нужно, – сказала Халфасса, забирая у меня веревку и прикручивая Похоть к стулу.

– Что, будешь меня пытать? – засмеялась Похоть, пытаясь разорвать веревку, которая засветилась белым светом.

– Зря стараешься, – сказала демонесса, усаживаясь напротив.

Тварь плюнула, целясь в Халфассу. Та ожидаемо увернулась. Оплеуха заставила нечисть засмеяться.

– Дерешься как моя бабуля, – пояснила Похоть.

– Давай без долгих предисловий, – сказала Халфасса, вытаскивая из кармана пузырек с алой жидкостью.

Похоть дернулась, и стул под ней заскрипел.

– Вижу, ты знаешь, что это, – одобрительно кивнула демонесса.

– Кровь праведника, – презрительно рассмеявшись, ответила нечисть.

Халфасса утвердительно качнула головой.

– Все верно, поэтому, вот мое предложение: ты рассказываешь, где отыскать твоих родственничков, а я не проверяю действие крови на тебе.

– Иди к чёрту, – улыбаясь, произнесла Похоть.

– Ох, как я не люблю пытки, – покачала головой демонесса. – Ты свидетель, я пыталась договориться, – сказала девушка, обращаясь ко мне. – Открой рот, сучка, – требовательно произнесла Халфасса и, запрокинув голову нечисти, сжала ее рот. – Не сопротивляйся, рыкнула демонесса и, открыв пузырек, капнула пару капель в рот девушки.

Похоть рычала и плевалась, но напрасно. Спустя мгновение нечисть уже затрясло и у нее изо рта пошла пена.

– Так и должно быть? – обеспокоенно спросил я.

– Не знаю, – стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, ответила девушка.

Прошла минута. Нечисть трясло, словно в припадке. Она раскачивалась, словно в трансе, и болезненно хрипела. Я отвернулся, чтобы не смотреть на дергающееся в конвульсиях тело.

– Вот же тварь, – злобно выругавшись, протянула демонесса, отпрыгивая в сторону.

В воздухе повис неприятный запах испражнений. Похоть прекратила дергаться и обмякла, повиснув на веревке.

– Скоро очухается, – сказала демонесса, хлопая пленницу по щекам.

Через минуту нечисть приоткрыла глаза и уставилась на нас злобным взглядом.

– Предлагаю тебе все рассказать, а иначе вылью весь пузырек в твою глотку, – сказала Халфасса.

Дзынь. Халфассу буквально отбросило к стене. Я ничком упал на пол.

Следующая пуля сбила стул вместе с пленницей. В стороны брызнули ошметки плоти.

– Как же больно, – кашляя кровью, произнесла Халфасса. – Из крупного калибра лупят, – отдуваясь, произнесла она. – Стой не вздумай стрелять! – рявкнула демонесса.

Похоже, она заметила, как я призвал пистолет.

– Нельзя тратить ресурс артефакта на этих болванов, – пояснила она.

Что демонесса сказала дальше, я не услышал. Застрекотали автоматные очереди. Пули выбивали щепки из стен. Нам на голову посыпалась труха.

– И что, мы так и будем лежать под обстрелом? – злобно прокричал я.

– Похоже, девочке пришел конец! – крикнула демонесса.

Проследил за ее взглядом и увидел, как тело Похоти осыпается на пол в виде праха.

– Покойся с миром, – прошептал я.

– Вот же мрази, ну я им сейчас покажу, – сказала девушка, вытаскивая из воздуха пузырек с каким-то зельем. – Забери сферу и не высовывайся. Я сама с ними разберусь! – прокричала девушка рычащим голосом.

Даже сквозь треск дерева и грохот выстрелов я слышал крики нападавших. Явно окружают. Неизвестный противник продолжал расстреливать здание, не жалея патронов. Деревянные тонкие стены постепенно превращались в решето.

– Только не говори, что твоих сил достаточно, чтобы разобраться с этими уродами, – простонал я.

– В самую точку, сказала девушка. Мне просто жаль ее тратить, – крикнула мне девушка.

Рядом рухнул пожарный щит. На пол с глухим стуком посыпались его обломки.

– Достали, – рыкнула девушка.

Демонесса впилась пальцами в деревянный пол. Раздался хруст костей. Тело Халфассы перестраивалось. Выстрелы прекратились. С улицы доносились какие-то команды. Все, сейчас нас закидают гранатами и хана.

Окон в домике уже не было. Поэтому, когда пара гранат упала рядом со мной, я не растерялся. Подхватив одну из них, выбросил ее обратно в окно. С улицы раздались предостерегающие крики. Демонесса накрыла вторую гранату своим телом.

Хлопок и яркая вспышка. Похоже, нам повезло, и граната была свето-шумовой. Моргаю и пытаюсь привести зрение в норму.

– Черт, ничего не вижу, – прорычал я.

В ушах противно пищало, словно там находилась целая туча муравьев. Вот кто-то толкает меня в грудь, и я ударяюсь о стену. Спустя пару секунд зрение приходит в норму. «Хвала регенерации», – думаю я. Различаю на улице грохот автоматных очередей. Осторожно выглядываю в окно.

Халфасса или, вернее, тварь, в которую она превратилась, устроила нападавшим кровавую баню. Несколько человек в черной одежде и в масках продолжали стрелять в мелькающую среди деревьев девушку. Ярко-красная кожа и подвижные тонкие ноги – вот и все, что я смог различить прежде, чем девушка несколькими ударами когтистых лап добила оставшуюся пару бойцов.

Сзади хрустнуло стекло, и в затылок мне уперся автомат.

– Где сфера? – раздался у меня за спиной хриплый голос.

Как же я упустил появление этого бойца в комнате? Вот же баран.

Пока я ругал себя последними словами, получил удар ногой под коленные чашечки.

– Лежать, урод. Не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус.

На пороге послышались шаги. В комнате появилась Халфасса. Вернее, демон. Сейчас я смог рассмотреть ее как следует. Все тело девушки покрывала красноватая чешуя. Ее когтистые лапы с подвижными когтями были заляпаны кровью. На голове у демонессы торчало два небольших рога.

– Стой на месте, или я вышибу ему мозги, – рыкнул парень, прижимая меня ногой к полу.

Показалось или в голосе бойца проскользнули панические нотки? Лишь бы сдуру меня не пристрелил. Зеленые глаза с вертикальным зрачком сузились. Похоже, демонесса оценивала ситуацию.

– Сейчас ты отдаешь мне сферу, и я с твоим драгоценным первожрецом иду к машине. Как только мы будем в безопасном месте, я его отпущу, – продолжал торговаться боец.

Демонесса наклонилась и подняла с земли пожарный багор. Ее ярко-алая пластинчатая броня зашуршала, словно змеиная чешуя.

– С чего ты взял, что я собираюсь с тобой договариваться? – спросила демонесса рычащим голосом.

Высунув от усердия раздвоенный язык, она сняла с багра металлическую стружку.

– Иначе я грохну его прямо здесь, – не особо уверенным голосом произнес боец, взявший меня на прицел.

– Валяй, грохни его прямо здесь, – пожала плечами демонесса.

– Я ведь не шучу, – рыкнул боец.

– Мне насрать, он бесполезен, а найти нового первожреца не составит никакого труда, – усмехнувшись, сказала Халфасса.

– Стоп-стоп, не слушай ее, – запротестовал я. – Не знаю, что она задумала, но я отдам тебе сферу, – предложил я.

– Нет, просто завали его! – рявкнула демонесса.

– Заткнитесь оба! – заорал боец.

В этот момент что-то просвистело, и послышался влажный хруст плоти. А затем – истошный визг раненого человека.

– Ты хотел убить моего первожреца? Червь! – зарычала демонесса, направляясь к прибитому к стене человеку.

Пожарный багор прорвал ему предплечье. Человек кричал от боли и дергался. «Словно бабочка на булавке», – подумал я.

– Кто тебя послал? Отвечай!

Пальцы демонессы надавили на голову бойца. Острейшие когти замерли в миллиметрах от глаз парня.

– Свинцов, Свинцов, полковник Свинцов, – зачастил парень.

– Где он добыл спец-патроны? – задала демонесса новый вопрос.

– Я не знаю, слышал, что они принесли в жертву нескольких детей из детдома и провели ритуал над нашим оружием.

– Вот уроды, – рыкнул я.

– Ты должен был убить нас или твоей целью была девушка? – спросила демонесса.

– Цель нашей группы – отвлечь внимание и задержать вас тут как можно больше, – рассмеявшись, ответил парень. – А сейчас, вторая группа обшаривает ваш домик в поисках девочки. Не знаю, зачем она нужна Свинцову, но она – ключ ко всему, он так сказал.

В моей голове зашумело от прилива крови. Прежде, чем демонесса успела что-то сделать, боец прикусил край своего воротника. Агонизирующее тело задергалось. Изо рта парня пошла пена.

– Готов, – прокомментировал я.

– Еще нет, – рыкнула демонесса и буквально выдернула из тела мертвеца полупрозрачную зеленоватую субстанцию. По ушам ударил астральный крик плененной души. Демонесса, распахнув рот, закинула душу себе в пасть и хищно облизнулась.

– Чего встал? Давай быстрее заводи машину, нужно спасать Тамару Степановну и Дашу.

– Ой, Ксюшенька, как хорошо. А мы тут уже волноваться стали, – расплылась в улыбке Тамара Степановна. – Электричество час назад отключили вот сидим при свечах, ждем, пока починят. Хулиганы какие-то там провода перерезали.

– Вот же дерьмо! – выругалась девушка и пнула подвернувшийся ей под ногу стул. – Нужно проверить охранный контур, – шепнула она.

Подхватив со стола один из подсвечников, демонесса упорхнула к себе в кабинет.

Прошла пара минут, и переодевшаяся Халфасса вернулась обратно. Я уселся за стол, где Тамара Степановна уже сервировала ужин. Наскоро перекусив, мы поднялись с девушкой в комнату.

– Знала бы, что защита сработает, не торопилась бы так, – облегченно выдохнув, произнесла она.

Демонесса уселась рядом, но спустя секунду выскочила на улицу.

– Почта прибыла, – сказала она, протягивая мне небольшой конверт.

– Ты хоть проверила его на магические пакости? – уточнил я.

Кровавая литера на стене поплыла и сменила очертания.

– Узнаешь адрес? – спросила меня девушка.

– Мы были там, когда выслеживали Харона, – подтвердил я.

– Это подпольное казино, а буква, вероятно, означает, что нас посетила Алчность или Сребролюбие, если тебе угодно, – немного успокоившись, сказала девушка.

– Похоже, нас зовут на игру, – после секундного раздумья сказал я.

Демонесса уселась на стул и задумалась.

– Мне кажется, что куда важнее узнать, кто организовал это нападение, – заметил я.

– Да чего думать? Ребенок-праведник – желанная добыча для всех, – покачала головой Халфасса.

Раздавшийся в комнате стук заставил нас вздрогнуть. Демонесса поднялась и подошла к окну.

– Любопытно, – сказала она, отдергивая штору.

Стоило девушке открыть окно, как в комнату, хрипло каркая, залетел ворон.

Птица сделала несколько кругов по комнате и упорхнула на улицу. На пол упал небольшой конверт.

– Посмотрим, от кого это послание, – пробормотала девушка, наклоняясь и поднимая письмо.

Я почувствовал что-то неладное и открыл рот, чтобы остановить демонессу.

Зеленая призрачная вспышка осветила комнату. Девушка болезненно ойкнула и схватилась за пострадавшую руку. На полу осталась игральная карта. Картонный прямоугольник зашуршал, меняя форму. Я отскочил в угол комнаты и призвал пистолет. Демонесса, ругаясь, отошла на пару метров.

В центре комнаты бушевал магический вихрь. Сотни игральных карт порхали в воздухе, постепенно формируя антропоморфную фигуру. Наконец, магическая буря улеглась. Напротив меня замерло нечто. Похоже, что незваный гость пришел сюда с единственной целью.

У существа не было лица. Лишь отвратительная перетекающая субстанция из сотен карт. Существо было облачено в костюм, в котором просматривались игровые мотивы. В руках незнакомец держал чётки, которые перебирал ловкими пальцами. Игральные кости, нанизанные на нить и выполнявшие роль чёток, тихо стучали. Пришелец явно ждал, пока мы сами начнем разговор.

– Кто ты? – слегка охрипшим голосом спросил я.

– Признаться, не ожидал, что нуждаюсь в представлении, – произнесла нечисть и сотворила себе кресло.

В руке у незнакомца появился бокал с каким-то коктейлем. Тварь отвратительно зачмокала, пригубив из бокала. Странно, ни глаз, ни лица, а потребности вполне себе человеческие.

– Ну, раз у вас никаких догадок… – разочарованным тоном произнес незваный гость.

– Ты – чёртова Алчность, – прошипела бледная как полотно девушка.

– Да, у меня много имен, – рассмеялся грех. – Мне больше нравится Сребролюбие.

– Какого хрена ты сюда приперся? – угрожающим тоном спросил я, делая несколько шагов к существу в кресле.

– Я пришел пригласить тебя на игру, – рассмеялся грех.

– Меня не интересуют твои фокусы, – покачал я головой.

– Боюсь, с того момента, как твоя хозяйка подняла конверт с пола, у тебя нет выбора.

– О чем ты говоришь? – сказал я, наблюдая, как Халфасса усаживается на кресло в углу комнаты.

– Вижу, что малышка Халфасса уже все поняла. Часики тикают, первожрец.

Твоя госпожа отравлена, – рассмеялся грех.

– Ты блефуешь, – с недоверием в голосе сказал я, наблюдая, как Халфасса содрогается в приступе кашля.

Грех пожал плечами и снова сделал глоток из бокала.

– О чем он болтает? – спросил я, наблюдая, как девушка морщится, словно от скрытой боли.

– Этот уродец подсыпал в письмо пыльцу с Древа Познания, – прошипела она.

– А сейчас, когда ты стала настолько слабой и уязвимой, я выпью твою сущность, – грех сделал небольшой глоток из бокала.

– Немедленно прекрати! – потребовал я, сокращая дистанцию и упирая пистолет в лоб нечисти.

– Ну, давай, нажми на курок и твоя госпожа умрет, а я уничтожу ее сущность, лишив ее шанса на возрождение.

– Чего ты хочешь?

– Не соглашайся, чтобы он ни предлагал! – вскрикнула демонесса.

– Т-с-с-с, мальчик уже принял правила моей игры, – сказал грех. – У вас находится сфера с душой моей сестры, я предлагаю честный обмен. Ты участвуешь в моей игре и, если победишь, получишь противоядие для Халфассы. Ну а если проиграешь, то отдашь мне сферу.

– Почему бы просто не совершить обмен? – спросил я. – Я отдам тебе сферу, а ты дашь Халфассе противоядие, – предложил я.

– Заманчивое предложение, но мы с моими братьями и сестрами решили, что будет честно разыграть сущность в игре. За столько тысяч лет, у нас не было такой замечательной возможности повеселиться. Ставка в игре – это жизнь. Да, чуть не забыл, в игре будут участвовать и другие смертные, и даже парочка божеств. Поэтому, если тебе удастся победить, то твоя госпожа получит гораздо большую силу, чем может представить.

– Ты не похож на того, кто любит рисковать, – заметил я.

Грех рассмеялся.

– Да и смысл вам ставить на кон собственную жизнь? – с сомнением протянул я.

– Не слушай его, просто вышиби ему мозги, – прошептала демонесса.

– У твоей госпожи есть пара часов, до того момента, пока ее сущность не развеется, – произнесло Сребролюбие.

– К чему такие сложности? Не проще ли было нас убить? – уточнил я.

Грех покачал головой.

– У любой игры есть правила. И, раз ты встал на нашем пути, то почему бы нам не рискнуть? Душа нефилима и сущность нашей сестры – это достойная ставка для карточной игры. Никаких уловок и фокусов.

– Хорошо, – сказал я.

– Ты уже знаешь, где находится мое жилище. Приходи через час, – усмехнулся грех.

Палец на курке дрогнул, и фигура в кресле рассыпалась веером карт. Я убрал оружие и бросился к упавшей на пол Халфассе.

– Какая ставка в этой дурацкой игре? – спросил я у демонессы, которая лежала на кровати.

– Если ничего не изменилось за прошедшие годы, то ставка – это осколки сущностей или плененные души, – тихо произнесла девушка.

– А во, что они обычно играют?

– Уж не в дурачка это точно, – слабо улыбнулась Халфасса

– Покер?

– Скорее всего, в его классическую вариацию, – кивнула демонесса.

Окинув взглядом комнату, девушка покачала головой.

– Зря ты потратил пулю на этого урода.

– Почему же зря? По крайней мере, получил внутреннее удовлетворение.

Девушка после моей реплики тихо рассмеялась.

– Это же попросту его аватар, ты мог бы его сжечь, ему все равно, он не чувствует боли, – сказала девушка.

– Мне кажется, что алчность не любит рисковать понапрасну. Раз он предложил игру, значит ещё кто-то начал охоту, за грехами. Как жаль, что нельзя попросту придти и перестрелять их, – сказал я.

– Ну вот, допустим, ты всех убьешь, – сказала Халфасса. – А где ты найдешь противоядие для меня?

– Мля, вот же демонье, – выругался я.

– У нас есть час, чтобы подготовиться, – сказала девушка. – Собери все осколки сущностей, они пригодятся для ставок. Вряд ли оставшиеся грехи сразу поставят на кон свои сущности. Они, хоть и родственники, но друг другу особо не доверяют. Поэтому, единственный шанс выиграть – это запастись максимальным количеством игровой валюты, – сказала девушка.

– Как я понял, для грехов куда важнее заполучить мою душу, чем твою, – сказал я.

– Думаю, что они не дадут тебе ни единого шанса для победы, – обречённо произнесла демонесса.

– Может, тогда лучше поискать для тебя противоядие? – уточнил я.

– Нужны цветы с Древа Познания, – покачала головой девушка.

– Да, меня вряд ли пустят в райские сады, – произнес я.

– Ладно, отставить нытьё, – слегка дрожащим голосом произнесла девушка. – Давай трезво оценивать ситуацию. Этот хмырь отравил меня, чтобы втянуть тебя в игру. Грехи хотят максимально усилиться. Мне кажется, они хотят объединить свои силы, чтобы иметь шанс стать новым божеством.

– То есть, во время игры каждый из них будет стараться сорвать куш? – уточнил я.

Демонесса кивнула.

– Думаю, что те смертные, о которых говорил грех, будут такие же первожрецы, – задумчиво произнесла она. – Только им, в отличии от тебя, нужны обычные осколки сущностей. Как только они соберут достаточное количество, то выйдут из игры. Основная игра развернется за твою душу, – уверенным голосом произнесла девушка.

– Теперь понятно, зачем первожрецу Мораны потребовались осколки сущностей, – хлопнул я себя по лбу.

Демонесса слабо кивнула, подтверждая мою догадку. Затем Халфасса замерла, словно к чему-то прислушиваясь.

– Выходи на улицу. Судя по тому, как возмущается магическое поле, за тобой приехал Харон. Он доставит всех игроков в казино, – сказала девушка.

– Почему ты так думаешь? – спросил я.

– Вспомни нашу первую встречу, он уже тогда работал на Алчность.

– Но ведь он помог сбежать Ильзе Кох, – заметил я.

– Думаю, Харон ведёт свою собственную игру.

– Видимо, ты права, – сказал я.

– А сейчас выслушай меня внимательно: от твоих действий будет зависеть твоя собственная жизнь. Для начала, мы сделаем вот что…

Мы сидели за столом, молча наблюдая за тем, как в казино прибывают гости. Я всматривался в лица входивших в зал мужчин и женщин, пытаясь определить, кто из них является нечистью. Руку неприятно щипало от браслета, который мне нацепили на входе. Блокировка способностей, как пояснил грех. Разумная мера. Иначе, я бы давно пристрелил моих «коллег по игре в покер».

В зале царила суета. Пару раз мимо проходили обнаженные официантки. «Вертеп какой-то», – мелькнула у меня мысль.

– Господа, я предлагаю вам вытянуть жребий, чтобы определить сдающего, – елейно улыбаясь, произнес Алчность.

Слова нечисти выдернули меня из размышлений.

– Тянем жребий, – повторил он, и в его руке появилось несколько палочек. – Дамы вперед, – сказал грех, предлагая Ильзе сделать выбор.

Девушка колебалась недолго и вытянула первую попавшуюся палочку.

– Увы, удача сегодня не на вашей стороне, – скривился грех.

После, настала очередь Свинцова. Полковник потел и нервничал, но, спустя пару секунд колебаний, вытащил длинную палочку.

– Не везёт вам сегодня, – поджав губы, покачала головой нечисть.

Я скрипнул зубами. Нужно держать себя в руках, чтобы эмоции не мешали игре.

Настала очередь первожреца Мораны. Я не видел лица парня, под глухим капюшоном клубилась тьма. Поэтому, когда он вытащил короткую палочку, я лишь выругался про себя.

– Ну что же, господа, давайте начнем игру, – сказал хозяин казино, усаживаясь за стол.

Жрец Мораны, которого я про себя решил называть Темным, сидел напротив меня, слева от него сидел хозяин подпольного казино, за тем, за столом находился Свинцов, а слева от меня расположилась молчаливая Ильза Кох.

Руки сдающего замелькали с поразительной быстротой. Наконец, как следует перетасовав колоду, он принялся раздавать карты. Пару раз я ловил взгляды Свинцова, который пытался рассмотреть скрывающееся под капюшоном лицо Темного. Похоже, что полковник знает о нем гораздо больше, чем я. Вон как дрожат его руки. Вцепился в свои карты.

Колода на пятьдесят четыре карты, нас пятеро, а значит, прикупа более, чем достаточно. «Хоть бы мне повезло!», – подумал я.

– Минимальная ставка – один осколок души, – хриплым голосом произнес Темный. Играем в один круг.

Жрец бросил на стол небольшой камушек. Я последовал его примеру.

Открываю свои карты. Фух, не все так плохо, как могло быть.

Алчность, сидевший по левую руку от сдающего, молча сбросил две карты. Затем, добрал несколько недостающих карт из прикупа. На лице Сребролюбия играла довольная улыбка. «Явно блефует», – подумал я.

Почему-то я не сомневался, что сейчас нечисть отыгрывает какую-то роль.

Вот только, с кем она заодно из сидящих за столом? С Ильзой? Свинцовым?

Или же темным?

Алчность подбросил на стол несколько камней. «Вот же дерьмо», – подумал я. Учитывая, что у каждого из нас при себе было лишь по десять осколков сущностей, подобная ставка была очень серьезной.

Свинцов озадаченно засопел и вытер выступивший на лбу пот. Сбросив три карты и добрав из прикупа, он бросил на стол несколько камней. Учитывая, что мы играем в один круг, Свинцов явно рассчитывает на победу, понял я. Вон как жадно блестят его глаза и как шевелятся его жирные губы.

Смотрю в свои карты. Бубновая, крестовая и пиковая дамы. Тройка червей и шестёрка пиковой масти. Не худший вариант. Сбрасываю пару карт, добираю недостающие из прикупа. Дерьмо, ничего толкового не выходит.

Будем думать, что остальным повезло меньше, чем мне. Подкидываю на стол три камня. Пусть понервничают. Нужно заставить их думать, что у меня хорошие карты.

Ильза едва заметно улыбнулась. «Вряд ли она спасует и сбросит свои карты», – подумал я. Девушка добрала необходимое количество и кинула на стол четыре камня.

– Повышаю, – сказала она своим бархатным голосом.

Тряхнув гривой светлых волос, ведьма отправила мне воздушный поцелуй.

«Вот же зараза!», – подумал я.

Темный неспешно сбросил три карты и кинул на стол четыре камня.

– Вскрываемся, господа, – сказал он.

Жрец Мораны открыл свои карты. Осторожно слежу за реакцией игроков. Заметил, как скривилось лицо Свинцова.

– Госпоже Ильзе сегодня поразительно везёт, – заметил грех, в голосе которого чувствовалось раздражение.

– Сама удивляюсь, – сказала девушка ехидным голосом.

Ловким движением он сгребла банк. На столе остались два камня.

– Предлагаю увеличить ставки, а то наша игра напоминает детские забавы, – улыбаясь, произнесла она.

– Похоже, девушка решила играть по-крупному, чтобы побыстрее закончить, – фыркнул Свинцов.

Учитывая, что у Ильзы в первом круге было каре на тузах, а у полковника жалкая пара валетов, подобное замечание выглядело смешным и нелепым. Даже хозяин стола смог похвастаться лишь парой тузов. Молчаливый Темный собрал каре из валетов. Такой вот хреновый расклад первой партии. Теперь у каждого из нас оставалось на руках лишь по несколько камней души. Ильза уже в первой игре собрала весь банк и выглядела очень уверенной.

Оценив ситуацию, я приуныл. Мне нельзя проигрывать, иначе демонесса попросту умрет. Хрен с ними, с осколками сущностей.

Насобираю их ещё, но если демонесса умрет, меня просто сотрут в порошок.

Угораздило же нас с Халфассой наплодить целую кучу врагов.

Дождавшись, когда все сделают минимальную ставку, Ильза раздала карты.

– Предлагаю не спешить и сделать паузу, – сказал Свинцов.

– Прохладительные напитки для гостей, – улыбаясь, произнес Алчность.

К столу подошла обнаженная девушка и предложила каждому по бокалу. Я пригубил рубиново-красной жидкости и тут же сплюнул ее себе под ноги.

– Зря вы так, это же первосортная кровь девственницы, – покачал головой Свинцов.

– Редкая нынче вещь, – рассмеялась Ильза, делая глоток из бокала.

– Полковник, да вы оказывается ценитель, – засмеялся Грех, панибратски похлопывая чернокнижника по плечу.

– Хватит болтать, вернёмся к игре, – потребовал Темный, которого явно нервировало происходящее за столом.

Ильза, как ни в чем небывало, выпила свой бокал до дна и вернула его официантке. «Зря я вообще выпил эту дрянь, ведь могли и яда насыпать», – подумал я. В голове шумело. Похоже, даже пары капель крови было достаточно для того, чтобы мое сознание помутилось. Игра продолжилась.

Вскоре круг добрался до меня. Посмотрел карты. Две двойки, тройка, валет и дама. Без размышлений сбросил три карты, оставив двойки. Расклад немного улучшился. Теперь у меня было две пары. Две пятерки и двойки, плюс одна десятка.

Стараясь не выдавать своего волнения, я осмотрел остальных игроков.

Сосредоточенные взгляды, полный контроль эмоций. Ильза также сбросила три карты и добрала из прикупа.

– Вскрываем, господа, – сказала она, улыбаясь своей белозубой улыбкой.

– Стрит, – сказал грех, бросая на стол свои карты.

– Две пары! – сказал я.

– Пара! – раздосадовано произнес Свинцов.

«У меня осталось ещё три камня. Это, как минимум, ещё один игровой круг», – подумал я. Есть шанс отыграться. Хотя, судя по ухмыляющейся морде нечисти, мне не светит в этой игре ничего, кроме проигрыша.

– Пара! – злобно выругавшись, произнесла Ильза.

Девушка явно была недовольна результатом игры. Темный же, пробормотав ругательство, швырнул на стол свой сет из восьмерок. Алчность сгреб со стола оставшиеся фишки и уточнил:

– Предлагаю повысить ставки. Как насчёт того, чтобы поставить собственные сущности на кон?

– Ищи дураков, – сказал Свинцов, поднимаясь из-за стола. – Мы пришли сюда играть, а не умирать ради чьих-то амбиций.

– Очень жаль, полковник, – притворно вздыхая, произнес Грех. – А что думает госпожа Ильза? – уточнил улыбающийся хозяин казино.

– Я считаю, что глупо после побега из чистилища рисковать собственной шкурой, – сказала девушка. У меня ещё есть, что поставить на кон, кроме собственной души.

– Ну а вы, уважаемые первожрецы, что думаете о моем предложении? – обратился к нам грех.

– Я заканчиваю игру на сегодня, – покачал головой Темный.

Грех посмотрел на меня. Не буду разочаровывать эту тварь.

– Играем партию один на один. Моя душа против вашей сущности, – предложил я.

Алчность рассмеялся.

– А ты забавный парень. Неужели ты думаешь, что твоя сущность такая ценная? – спросил он.

– Она уникальная, – ухмыляясь, пояснил я. – Или вы боитесь?

Моя задумка была простой. Нужно сыграть на самолюбии этого урода.

– С чего бы мне тебя бояться? – уточнил грех.

– Потому, что я – единственный, кто способен уничтожить вашу сущность.

– Если ты про свой уравнитель, то, хочу заметить, что он бесполезен в борьбе со мной.

– Ты поглотил все сущности, кроме этой, – сказал я, продемонстрировав сферу с заключённой в ней сущностью.

– Даже если так, ты ничего не сможешь мне сделать, – рассмеялась нечисть.

– Охрана, проводите наших гостей к выходу, – распорядился грех. – Я ставлю на кон противоядие для твоей госпожи и свою сущность, – сказал он.

– Этого слишком мало, – покачал я головой. – Мне кажется, что стоит госпоже поглотить эту сущность, и пыльца прекратит свое действие.

– Наглец! – рыкнул грех, приблизившись ко мне. – С чего ты взял, что вообще сможешь отсюда выйти? – рассмеялся он. – Хорошо, мы сыграем ещё одну партию, и затем сыграем один на один, – рассмеялся грех. – Что ты ставишь на кон? – спросил он.

Громко и четко я произнес:

– Мойры, я ставлю на кон свою бессмертную душу и вместилище одного из смертных грехов.

Алчность скривился.

– Ты уверен, что хочешь, чтобы эти старухи наблюдали за нашей игрой? – уточнил он.

– Думаю, они будут гарантом ее честности, – сказал я, пожимая плечами.

Показалось или на лице нечисти мелькнул испуг?

– Как знаешь, – покачал он головой. – Мойры, я ставлю на кон свою сущность и цветы Древа Познания, – произнесла нечисть.

– Да будет так, – торжественно произнес я.

Где-то на улице громыхнуло.

– Судя по всему, богини судьбы услышали и приняли нашу клятву, – сказал я, усаживаясь за стол.

– Ну и кто будет сдавать карты? – спросил грех, ухмыляясь.

– Думаю, что это сделаю я, – раздался от двери знакомый голос.

– Харон, мой старый друг. Тоже хочешь перекинуться в картишки? – улыбнулся Грех.

Показалось? Или за напускным безразличием нечисти мелькнул испуг?

Я, молча, смотрел на вошедшего в зал серого.

– Ты знаешь, зачем я здесь, – устало произнес извозчик, обращаясь к недовольному Греху.

Откинув с головы капюшон, извозчик занял место напротив меня.

– Значит, ты будешь третейским судьей, – понимающе кивнул хозяин дома.

Серый, молча, кивнул.

Видимо, Харон решил не пугать посетителей казино, поэтому, вместо оскаленного черепа, перед нами предстала его человеческая ипостась.

– Ну, так что, продолжим игру? – спросил Грех, обращаясь ко мне.

– Не так быстро, нечистый! – прервал его Харон. – Для начала, вы должны поставить на кон собственные сущности, а это невозможно в этом мире.

Грех заскрежетал зубами. Извозчик, словно не замечая недовольства нечисти, разложил перед нами пять пожелтевших игральных кубиков.

– По-моему, ты забываешь, что мы играем не в кости, – сказал Грех, бледнея на глазах.

– Мойры желают видеть честную игру, – оборвал его Харон. – Ты, конечно, можешь отказаться, – сказал он, обращаясь к Алчности.

Послышалась приглушенная ругань на неизвестном языке. Извозчик лишь улыбнулся, наблюдая за реакцией нечисти. Дождавшись, когда Грех завершит свою матерную тираду, он тихо произнес:

– Владычицам судьбы не нравятся твои методы, и они предлагают всем равные шансы. Вы сыграете в покер на костях, – сказал Харон, в голосе которого прозвучали стальные нотки. – У тебя минута на раздумья, нечистый, – сказал извозчик.

Грех поднялся из-за стола и нервно зашагал по комнате.

– Что вообще происходит? – вмешался я в разговор.

– Твой оппонент играл нечестно, и сейчас ему придется платить по счетам, – рассмеялся Харон.

– Получается, даже если бы я выиграл, то не получил бы его сущность? – уточнил я.

Харон лишь коротко кивнул.

– Ты служишь мне, – прорычал Грех, потрясая перед лицом Харона каким-то свитком.

– Поправка: я служил тебе, – произнес извозчик, делая пасс рукой. Договор в руке Алчности рассыпался. – После того, как ты поглотил сущности своих братьев и сестер, наш договор утратил силу, – пояснил Харон.

– Так и знал, что ты найдешь способ выкрутиться! – зло рявкнул Грех.

– Все в этом мире происходит по воле Мойр, – безразлично произнес извозчик, пожимая плечами. – Дай мне свою руку, чтобы я мог перенести нас в серые пределы, – требовательно сказал извозчик.

– Черт с тобой, – рыкнул Алчность, нехотя протягивая Харону руку.

В следующее мгновение Я почувствовал на своем запястье цепкую хватку холодных пальцев. Шум игрового зала остался позади. Кругом клубились клочья серого тумана.

Отпустив наши руки, Харон сотворил из воздуха несколько стульев и небольшой игровой стол.

– Перейдем к ставкам, – сказал он.

Моя грудь взорвалась вспышкой боли. Извозчик бросил на стол трепыхающуюся серую субстанцию. Следом на стол плюхнулась небольшая сфера. Я неверящим взглядом смотрел на свое прозрачное тело. Раздавшийся крик Греха дал мне понять, что его сущность также была выдернута из вместилища.

– Противоядие, – сказал Харон голосом, не терпящим возражений.

– Подавитесь, – рыкнул Алчность, вытаскивая из воздуха пузырек с каким-то цветком.

– Вот и славно, – улыбнулся серый. – Теперь, когда формальности соблюдены, перейдем к правилам игры. У каждого будет три попытки, чтобы собрать нужную комбинацию, – пояснил Харон. Любая попытка нарушить правила или мухлевать – будет считаться поражением.

Послышался недовольный голос Алчности. Похоже, моего противника не очень устраивали правила.

Харон бесстрастным голосом продолжил:

– Любая магия под запретом. Играете вот этими костями, – кивнул он на лежащие на столе предметы. – Теперь бросим жребий, – сказал Харон, в костлявых руках которого мелькнула драхма.

– А что, если я не захочу выбирать сторону монеты? – уточнил Грех.

– В таком случае, я сделаю это за вас, – произнес извозчик, подкидывая монету в воздух.

Ловко поймав ее в полете, Харон хлопнул ею по столу.

– Грех ходит первым, – произнес он.

– Тебе конец, мальчишка, – рассмеялся Алчность, направляясь к столу.

Рядом из тумана сформировалась черная доска, на которой Харон сделал несколько отметок.

Сложив кости в игральный стакан, Грех тщательно его встряхнул.

Бросок. Пожевав губами несколько раз, он задумчиво произнес:

– Похоже, игра будет более интересной, чем я думал.

– Две пары, – флегматично заметил Харон, который уселся в кресло рядом с доской. – Две шестерки и две тройки. Грех, будешь добирать комбинацию или оставишь два хода про запас?

– А сколько вообще раз можно бросать кости? – решил уточнить я.

– Глупец, ты даже правил не знаешь, – рассмеялся Грех.

– Три хода, – терпеливо произнес Харон. – Можешь использовать их сразу, добирая нужную тебе комбинацию, или оставить про запас, – пояснил извозчик.

Показалось, или на лице скелета играет улыбка? Вот же гад, явно забавляется, понял я.

– Твой ход, – произнес Харон, выдергивая меня из потока мыслей.

Я скинул кости в игральный стакан, встряхнул его, и с громким стуком выбросил кубики на стол.

– Азартные игры – это явно не твое, – произнес Грех ехидным голосом

– Парень, у тебя Пустая комбинация, – произнес извозчик могильным голосом. – Будешь ходить ещё или передашь ход сопернику?

На душе заскребли кошки, по телу пробежал неприятный холодок страха.

– Передам ход сопернику, – произнес я после недолгого молчания.

– Учись, сопляк,– рассмеялся Грех, делая свой ход.

Игральные кости застучали по столу.

– Фулхаус, – спокойным голосом произнес Харон, отмечая результаты Греха на доске.

Похоже, меня развели в этой игре как мальчишку, понял я, наблюдая, как мой соперник уверенно усаживается за стол и наливает себе в бокал вино из непонятно как оказавшейся на столе бутылки.

– Парень, твой ход, – ледяным тоном произнес Харон.

Я решительно подошёл к столу и бросил кости ещё раз.

– Пара двоек, – произнес Харон, фиксируя результат на доске. – Будешь пытаться выбросить лучшую комбинацию или передашь ход сопернику? – спросил извозчик, в голосе которого улавливались нотки сочувствия.

Поудобнее усаживаясь на стуле, я севшим голосом сказал:

– Буду делать ход.

После моих слов лицо Греха скривилось в недовольной гримасе. Три кости отправились в игральный стакан. «Есть неплохие шансы собрать каре», – подумал я, начиная встряхивать ёмкость с кубиками.

В сумеречном освещении, царившем в серых пределах, стук костей, прыгающих внутри стакана, звучал зловеще.

Перевернул стакан. Дождался, пока кости окончательно остановятся, и поднял его. Харон немного приподнялся в кресле и удивленно заметил:

– Каре на двойках. Грех, тебе придется постараться, чтобы обыграть его.

– Не вижу ничего сложного, – раздражённо произнес мой соперник, в голосе которого я уловил плохо скрываемый испуг.

Харон отметил на доске мой результат.

– Вот и все, мой милый нефилим, насмешливо произнес Грех, встряхивая стакан и выбрасывая кубики на стол.

Театральным жестом Грех убрал игровой стакан.

– Пять двоек, – с содроганием зафиксировал я результат.

Вот он, мой конец. В ушах застучало. Сейчас эта тварь заберёт мою сущность, а я кану в небытие. Уши наполнил звон колокола. «Прямо какой-то церковный набат», – мелькнуло у меня в голове.

Вижу, как Грех беззвучно смеется, наливая себе еще вина. Празднует, урод! Я закипел от переполнившего меня гнева. Я огляделся по сторонам, чтобы оценить ситуацию.

Харон был крайне задумчив и молчалив. Похоже, его не обрадовало мое поражение.

– Игра закончена, – произнес извозчик, поднимаясь из-за стола. – Победитель может забрать свой выигрыш, – произнес он, накидывая на голову глухой капюшон.

Грех жадно протянул руки к лежащим на столе предметам.

– Прощай, нефилим, – произнес он, сгребая со стола наши сущности.

Я закрыл глаза, не желая видеть дальнейшего. Жаль было родителей и умирающую Халфассу.

Гневный крик нечисти заставил меня открыть глаза.

– Эй, Харон, что за фокусы?!

Я посмотрел на стол, стараясь понять причину недовольства моего соперника.

– Никаких фокусов, – покачал головой извозчик, в голосе которого чувствовалось плохо скрываемое ехидство. – Забирай свой выигрыш и можешь идти, – произнес он.

– Я не могу! – раздражённо рявкнул Грех.

– Видимо, ты нарушил правила, – произнес я, начиная понимать, что происходит.

– Не может быть! Ты обманул меня! – зарычал Грех, потрясая руками и направляясь к Харону.

Замахнувшись для удара, Алчность вскрикнул. Извозчик нанес несколько сильных ударов в незащищенное горло противника. На землю упали пять игральных костей.

– Я предупреждал тебя, – произнес Харон, несколько раз пиная лежащее перед ним тело. – Выигрыш твой, парень, – бросил он.

Тело Греха дернулось. Из земли буквально проросли десятки костлявых рук и уволокли вопящую нечисть куда-то в пустоту.

Я протянул дрожащую руку к лежащим на столе вещам.

– Ты можешь взять все, что лежит на столе, и отнести своей госпоже, – спокойным голосом произнес Харон.

– А как же алчность? Что будет с ним?

– Тебя действительно интересует его судьба? – рассмеялся Харон.

Я лишь неопределенно пожал плечами.

– Пройдет пара тысяч лет, и они вернутся в новом обличии. Пока существует человечество, смертные грехи будут его истязать. Но ты доказал, что у людей есть шанс на победу, – тихо сказал Харон.

– Я-то думал, что с грехами покончено, – удивленным голосом заметил я.

– Ты слишком много думаешь, нефилим, – покачал головой Харон. – Доверяй своим чувствам, они подскажут правильное решение. А грехи вернутся. Рано или поздно накопят сил и появятся вновь. Может, они выберут другой мир, а не этот, но тут уже все зависит от воли Мойр, – развел он руками.

Словно прислушавшись к чему-то, Харон резко осекся.

– Забирай выигрыш. Твоя госпожа очень слаба, и нам нужно поспешить.

Извозчик лихо свистнул и из серого тумана вылетел его экипаж.

– Чего застыл? Хватай барахло! – рявкнул он, запрыгивая на место возницы.

– Халфасса, очнись. Я принес противоядие, – потряс девушку за плечо.

– Тебя только за смертью посылать, – раздался тихий стон демонессы.

Я выдернул пробку и поднес флакон с цветком к носу девушки. Сделав неглубокий вдох, Халфасса широко раскрыла глаза. Ее лицо, до этого бледное и безжизненное, порозовело, и сама она перестала трястись в приступе дикого озноба. Выхватив у меня пузырек, демонесса несколько секунд жадно вдыхала его содержимое. Спустя пару минут ее взгляд стал более осмысленным.

– Так-то лучше, – сказала девушка, возвращая мне пузырек с иссохшим цветком.

– Рад, что тебе стало лучше, – облегченно произнес я.

– Твоими стараниями, – прошептала девушка, поудобнее усаживаясь на кровати.

Я подложил ей под спину подушку.

– Ты прям как заботливая мамаша, – съязвила демонесса.

– Судя по тому, как ты себя ведёшь, тебе уже совсем полегчало, – резюмировал я.

– Гораздо, – сказал она.

– Ну, тогда ты, наверное, знаешь, что мне удалось разобраться со всеми смертными грехами.

– Угу, – буркнула девушка. – Ты, гад, выпил всю их силу, не оставив ничего для своей госпожи и благодетельницы, – фыркнула Халфасса.

Я улыбнулся.

– Когда я проиграл, то уже попрощался с жизнью, – сказал я, переводя разговор в другое русло.

– Ещё скажи, что последние твои мысли были обо мне, – ехидным тоном сказала девушка.

– Будешь смеяться, но это чистая правда, – заметил я.

– Оставь эти амурные сопли на долю доверчивых студенточек, – сказала Халфасса, скривившись, словно от боли.

– Им не сравниться с тобой в могуществе, о, Владычица Инферно, – сказал я, притворно падая ниц.

– Встань, раб, – отсмеявшись, произнесла демонесса. – Признаться, я давно так не веселилась, сказала Халфасса, утирая выступившие на глазах слезы.

Поднявшись с пола, я произнес:

– Теперь дело за малым – разобраться с первожрецом Мораны, и дело в шляпе.

Лицо демонессы стало серьёзным.

– У тебя нет шансов против него, – произнесла она после недолгого молчания.

– И что, теперь нужно забиться в какую-нибудь темную нору и трястись, ожидая, когда он нас найдет? – прямо спросил я.

– Выходить против него – чистое самоубийство, – заверила меня девушка.

– Даже с моими новыми стрелковыми навыками?

– Я не покровительница магии, – отрицательно качнула головой девушка. – Моя задача – снабжение армий оружием, – резко рыкнула Халфасса.

– И что, в твоём арсенале нет какого-нибудь артефакта, способного нам помочь? – спросил я.

– От моих закромов никакого толку, – раздосадовано сказала демонесса.

– Мне кажется, ты что-то скрываешь, – сказал я, усаживаясь напротив девушки.

– Абсолютно ничего, – нахмурившись, ответила Халфасса.

– И что, нет никакого шанса победить? – растерянно спросил я.

– Отчего же нет? – задумчиво проговорила девушка, глядя на стену. – Судя по тому, что сейчас происходит в окрестностях города, у нас есть неплохой шанс тебя усилить, – сказала Халфасса.

– Опять отправишь охотиться на какого-нибудь монстра? – усмехнулся я.

– Верно мыслишь, – сказала демонесса. – Помнишь Палача? – спросила она охрипшим голосом.

– Ещё бы не помнить,– буркнул я.

– Так вот, та тварь, которая недавно обосновалась в районе монастыря, немногим лучше Палача.

– Если ты забыла, в прошлый раз я едва не погиб, – решил я напомнить девушке.

– В этот раз ты должен раскачать свою ауру на максимум, – твердо заявила Халфасса. – Надеюсь, что когда мы это сделаем, у тебя, наконец, прорежутся способности нефилима, – задумчиво произнесла девушка.

– Но у меня и так есть регенерация, – возразил я.

– Оторванную голову ты тоже сможешь восстановить? – ехидно спросила демонесса.

– Хорошо-хорошо, все мои способности – это результат получения печатей, – согласился я. – Ты пытаешься убедить меня, что все это – мелочи, по сравнению с возможностями нефилима?

– Так и есть! Все, что ты сейчас умеешь, это полная ерунда, – подтвердила мои опасения девушка.

Нахмурившись, она произнесла:

– Жрец Мораны тоже не сидит на месте. Он освоил магию льда и иллюзий. На крайний случай, я тебя подстрахую, – решительно заявила она.

– Закроешь меня широкой грудью? – усмехнулся я.

– Нет! Я отправлюсь в Инферно и выпью всю накопившуюся в моем троне энергию, – сказала девушка.

– И как это мне поможет? – спросил я.

– Если ты проиграешь, я открою на землю портал и сотру первожреца Мораны в порошок, – сказала демонесса.

– В общем, если что, ты за меня отомстишь, – невесело улыбнулся я.

– Мне бы не хотелось это делать, – отрицательно качнула головой демонесса.

– Почему? – спросил я.

– Подобное вторжение не оставят без внимания ни церковники, ни ангелы, – хриплым голосом сказала девушка. – Этим высокомерным ублюдкам плевать на сопряжение миров. Но выступить против моей армии, для них – дело чести, – заверила меня Халфасса.

– Получается, что в грядущей войне у нас нет союзников? – уточнил я.

– Не забывай про Азазеля, – прервала меня девушка.

– Мы до сих пор не знаем, на чьей он стороне. Мне казалось, что ты убедилась в его смерти, – удивлённо заметил я.

– Все не так однозначно, – пожала плечами девушка. – Этот мир – как жирный кусок пирога. А демоны, старые и новые боги непременно за него сцепятся, – качнула головой девушка. – Азазель гораздо старше меня. Думаю, он попросту выжидает удобного случая, чтобы усилиться самому.

– То есть ты не отрицаешь, что попытка привлечь его на нашу сторону была ошибкой? – прямо спросил я.

– Не топчись по больной мозоли, – скривилась Халфасса.

– И в мыслях не было, – заверил я ее – Но делиться своей силой тебе нужно завязывать! – решительным голосом сказал я. Ты что, совсем не учишься на собственных ошибках ?

– Да учусь я, учусь! – раздражённо рявкнула демонесса.

– Успокойся, я не хотел тебя обидеть, – поспешно произнес я.

– Хорошо, если ты хочешь правды, то знай, демоны и боги не такие всемогущие, как все думают. Нам свойственно ошибаться, как и простым смертным. Мы не можем узнать будущее, это прерогатива Мойр, – сказала Халфасса, поднимаясь с кровати. – Я бы на твоём месте как следует выспалась, – сказала она.

– Опять ночная охота? – недовольным тоном заметил я. – А чем займёшься ты? – спросил я у демонессы, которая скатывала ковер, лежащий посреди комнаты.

– Я отправлюсь в Инферно. На время дуэли мне нельзя появляться. Мойры могут посчитать, что я помогаю тебе или даю подсказки.

– Значит, ты все же веришь в то, что я могу победить? – улыбнувшись, спросил я.

– Шансы есть, – пожала плечами девушка. – Я пока займусь подготовкой портала, а как закончу – наведу справки о той нечисти, что объявилась у Монастыря, – сказала задумчивая Халфасса.

Меня клонило в сон от слабости. Ещё бы, столько крови пришлось отдать для этих флаконов с заклинаниями.

Скоро закат. Я вышел из припаркованной машины и поспешил в парк недалеко от здания университета. Казалось бы, самое обычное место, но несколько раз среди деревьев мелькнули сгустки тумана.

Если верить старой карте, то раньше здесь находился женский монастырь. Мимо пронесся призрак. Неупокоенные души, понял я, и решительно направился к видневшейся метрах в двадцати полянке. Стеклянные флаконы в карманах куртки звякали, и я остановился, чтобы разложить их по кармашками пояса, выданного девушкой.

Фонари в парке не горели, отчего казалось, что я нахожусь в каком-то лесу. Даже привычных звуков города не слышно. На ближайшей аллее среди деревьев показалась спешащая куда-то старушка. «Лишь бы она прошла мимо, а то ей явно не понравятся мои приготовления к ритуалу», – взмолился я.

– Ходють тут всякие наркоманы, – различил я бормотание старухи, едва она приблизилась ко мне на десяток метров.

Посмотрел на старушку магическим зрением. Аура так и пульсирует чернотой.

– Развелось дряни, – буркнул я, внимательно наблюдая за реакцией нечисти.

Старушка дернулась, словно от удара, и заковыляла прочь. «Похоже, сообразила, кто перед ней», – злорадно подумал я.

Демонесса была права, мелкую нечисть сюда тянет, словно магнитом.

Окинул магическим взглядом полянку и удивлённо крякнул. Сколько лет здесь находился монастырь? Сотни три или четыре? До того, как его разрушили сторонники молодой советской власти. Иначе откуда здесь столько неупокоенных душ младенцев? По ушам резанул детский плач.

– Спокойно! – приободрил я себя. – Если демонесса права, то едва сядет солнце, сюда заявится целая сотня этой потусторонней пакости.

Я опустился на колени и ржавым кинжалом наметил несколько линий будущей пентаграммы. Нужно как следует поработать. Пару раз приходилось вжиматься в землю и замирать. «Долбанные влюбленные, не могли найти другое место для свиданий?», – недовольно подумал я, когда мою работу прервала очередная парочка, прошедшая по тропинке в десятке метров от моего укрытия.

– Бродят здесь и не знают, что началось сопряжение миров, – прошипел я, продолжая работу. – А я тут, между прочим, мир спасаю.

Отвлекаться нельзя. Тварь, появившаяся в городе, владеет магией смерти. Мой единственный шанс – заманить ее в пентаграмму, и пока она будет в ней биться, пристрелить ее с помощью уравнителя.

Сумерки быстро сгущались. Я включил фонарик, сверился со сложным рисунком на листе бумаги и добавил несколько завершающих штрихов. Корявым костяным кинжалом полоснул себя по руке. Громко и четко произнес заклинание, записанное на том же листе. «Хорошо хоть Халфасса написала транскрипцию», – облегчённо подумал я.

– Никогда не думал, что буду читать заклинания на санскрите, – буркнул я, поднимаясь с земли.

Теперь самое важное. По одной свече из человеческого жира в каждый из углов пентаграммы. Брезгливо вытер руки о штаны и сплюнул. Даже знать не хочу, где она раздобыла эту мерзость.

Солнце уже опустилось за линию горизонта, и лишь слабый его свет ещё боролся с сумерками. Проверил пузырьки с заговоренной кровью. Все шесть штук были на месте. Красивое пурпурное мерцание исходило от каждого из них. На пару секунд я даже залюбовался.

Раздавшийся за деревьями громкий детский плач заставил меня вздрогнуть. «Похоже, фамильяры начали просыпаться», – зло подумал я.

Я шмыгнул в невысокие раскидистые кусты рядом с тропинкой и затаился. Судя по тем данным, что получила Халфасса, дело – дрянь. Пропало несколько бездомных, часто ночевавших в парке. Да и слишком много животных исчезло в округе за столь короткий период. «Темная мать явно готовится к пробуждению», – так сказала демонесса.

Я вздрогнул, когда тихий детский плач раздался уже с другой стороны парка. «Так и седым можно стать», – мелькнула у меня мысль.

Нужно нейтрализовать фамильяров склянками с кровью и дождаться их госпожу. Если верить тому, что говорила Халфасса, обычные люди даже не слышат этот потусторонний плач, они попросту чувствуют животный страх и бегут отсюда, как можно дальше. А те, кто слаб душой, попросту умирают.

Хотя, если увидеть полуразложившиеся детские трупики, расхаживающие по аллеям в сгущающиеся сумерках, можно наделать в штаны только от одного их вида.

Я застыл, услышав подозрительный звук. Парк наполнился шорохами и воем. Земля буквально зашевелилась у меня под ногами. Посмотрел на пентаграмму в паре метров от своего укрытия. Будем думать, что я не напортачил с ритуалом, иначе меня не спасет даже усиленная регенерация.

Пентаграмма должна высасывать силу из окружающего пространства, а затем развоплотить фамильяров, обитающих здесь. Судя по ее слабому мерцанию, процесс начался.

Я смахнул выступивший на лбу холодный пот. Глянул в сторону видневшегося за рощей корпуса университета. Сложно стараться не замечать, как маленькие костлявые ручки разгребают землю в паре сантиметров от твоих ног. «Гадство», – зло подумал я. Почва буквально взорвалась и на поверхность выпрыгнуло небольшое существо. Ярко-синие пульсирующие глазницы и частично скелетированное тело. «Главное – не бояться! Фамильяры питаются человеческими страхами и способны их усиливать.

Поэтому, стой столбом и не шевелись, пока пентаграмма не обратит их в прах», – вспомнил я наставление Халфассы.

Тварь шумно втянула воздух и наигранно заплакала. Прыжок, и она исчезает за ближайшими кустами.

«Похоже, пронесло», – облегчённо подумал я и тут же увидел, как поляну пересекла ещё один фамильяр. «Гребанная пентаграмма», – подумал я, наблюдая, как ещё несколько тварей наворачивают круги вокруг меня.

Сижу тут, как идиот, вместо того, чтобы бежать отсюда без оглядки.

Роща наполнялась многоголосым плачем. Словно фамильяры пытаются излить накопившуюся в их душах горечь.

Присмотрелся магическим взглядом и увидел тонкие полупрозрачные нити, идущие от одной из замерших на тропинке тварей куда-то в направлении монастыря. Демонье. Похоже, Халфасса ошиблась в своих расчетах и тварь уже пробудилась. Придется импровизировать. Несколько фонарей на аллее замерцали неярким светом, но это не смутило фамильяров. Обычные люди не способны видеть и слышать эту нечисть. Если, конечно, тварь сама не захочет показать себя жертве, но, как сказала демонесса, подобные фокусы – редкость.

Вот же тихони монахини. Устроили здесь кладбище для убитых ими младенцев. Оказывается, даже сила данных обетов не спасала от подобных поступков. «Какой же тварью нужно быть, чтобы удавить собственного младенца?», – с отвращением подумал я. Фамильяры носились по парку, изредка надрывно плача и всхлипывая.

Неожиданно наступившая тишина резанула по ушам. Я не сразу заметил, как заколыхались связывающие нечисть нити силы. Похоже, их госпожа призвала тварей к порядку. Вон как они разом притихли. Со стороны, неподвижно замершие фамильяры, выглядят как забавные марионетки. Хотя, это я загнул, считать забавным мертвого ребенка может лишь конченый псих.

«Демон побери всю эту нечисть», – подумал я, когда в дальней части парка послышались приближающиеся голоса. Я неподвижно замер, ожидая, когда запоздавшие прохожие пройдут мимо. Мне нужно вытянуть всю силу из тварей и поглотить формирующиеся в пентаграмме кристаллы. Сейчас невидимая отсюда темная мать велела своим подручным замереть. Видимо, почувствовала усиленный отток энергии и пытается разобраться, понял я.

Неожиданное появление парочки прохожих я едва не прозевал. Хохочущая девушка со светлыми волосами, собранными в хвост, уселась на ближайшую к моему укрытию лавочку. Галантный кавалер в спортивном костюме полез к ней с поцелуем. Девушка легко вывернулась из его объятий и произнесла несколько слов на неизвестном мне языке. Перехожу на магическое зрение. Увиденное не порадовало. Призываю оружие и решительно выбираюсь из укрытия. Похоже, тварь не удивилась моему появлению.

– Убери оружие или он умрет, – оскалилась в жуткой ухмылке незнакомка.

– Валяй, убей этого недоумка, – сказал я безразличным голосом.

– Думаешь, я блефую, – понимающе кивнула нечисть. – Я слышала о тебе, нефилим, и о твоей хозяйке.

– Тогда ты знаешь, что я не отступлю, – твердым голосом произнес я.

– Тянешь время и надеешься на свою пентаграмму, – усмехнулась темная мать.

«Раскусила меня», – досадливо подумал я, однако, молча, продолжал стоять напротив девушки, направив на нее оружие.

– Глупая затея, – рассмеялась нечисть.

Перешёл на магическое зрение и увидел, как несколько нитей, идущих от девушки, стали наполняться силой. Понятно, хочет, чтобы ее подручные зашли мне за спину. Похоже, она меня все же боится.

– Отпусти парня и разберемся один на один, – предложил я.

– Ты думаешь, он невинный? Да этот урод бросил свою беременную девушку. Я убью его, – твердо заявила нечисть.

– Не нам его судить, – покачал я головой.

– Держишь меня за дуру? – рыкнула девушка, ещё сильнее стискивая пальцы на горле жертвы.

Каким-то шестым чувством я уловил движение за своей спиной. Ударом ноги отбросил оказавшегося там фамильяра. Нечисть сжимала небольшой кинжал, который полыхал призрачным светом.

Выстрел. Перевожу оружие на новую цель и снова жму на курок.

Оглянулся и успел увидеть, как темная мать бежит к выходу из парка.

Постарался унять бешено стучащее сердце. Сконцентрировался. Выстрел. Наган выплюнул несколько пуль в след удаляющейся нечисти.

Я побежал за девушкой, стараясь не отставать. Нечисть замедлилась и споткнулась.

Выстрелил. «Дерьмо, как можно промазать с такого расстояния?», – подумал я. Хотя, нет, судя по кровавому следу, я все же попал.

– Наконец я догнал тебя, – торжествующе сказал я.

Темная мать пытается ползти, зажимая рану на груди. Я выхватил один из пузырьков, лежащих у меня в кармане. Звон разбитого стекла. Фигура нечисти окутывается пурпурной дымкой.

Отзываю пистолет и тут же призываю его вновь. Тварь жалобно скулит и пытается отползти. Ставлю свою ногу ей на спину и выпускаю все семь пуль в голову. Кровь брызгает во все стороны.

Тихий шорох за спиной, и в спину впивается что-то острое. Чувствую, как неизвестный противник цепляется за мое горло.

– Сраные фамильяры, – рыкнул я, отбрасывая от себя нападавшего.

Где-то закричали. Затем ещё раз. Оглянулся и выругался. Дерьмо, прямо у входа в парк стоит толпа подростков и снимает все происходящее на телефон. Чуть позади них истерично вопит женщина лет сорока:

– Милиция! Милиция! Убивают!

Вопль женщины заставил меня подскочить и рвануть с места. Я побежал вглубь парка. Нужно уничтожить пентаграмму и забрать кристаллы силы.

– Сраное дерьмо, – шипел я, пытаясь отыскать в траве пульсирующие кристаллы. Похоже, крики женщины привлекли ненужное внимание. Хотя, я же устроил стрельбу в центре города. Слышен вой сирены. Еще не хватало с подручными Свинцова разбираться. Хотя, учитывая, сколько их осталось, могут приехать и обычные полицейские, которые ничего не знают о теневом мире.

Наконец, я подобрал последний из кристаллов и бросился к ограде парка. «Лучше не рисковать. Вдруг у противоположного выхода меня уже ждут», – подумал я.

Предосторожность оказалась не лишней. Едва я перемахнул через металлический забор, как увидел бегущих по аллее полицейских.

Скинул джинсовую куртку и перекинул ее через руку. Медленно пошел вдоль ограды, с интересом посматривая по сторонам. Бегущий человек привлечет ненужное внимание. Редкие прохожие прибавляли шагу и спешили как можно скорее оказаться подальше от этого места. Нехилую суету я устроил. Жаль не удалось дождаться, пока тело девушки развеется, и подобрать кристалл сущности. Хотя, судя по тому, как легко я с ней справился, темная мать не представляет из себя ничего серьезного.

Я обошел парк по периметру и влился в толпу зевак. Несколько полицейских опрашивали очевидцев. Так-так, вон и та кричащая женщина.

Размахивает руками и всячески расписывает худощавому старлею детали моего злодеяния. Мелькнула мысль, что стоит убрать ее. Тряхнул головой.

Амулет отвода глаз работал исправно, иначе меня бы уже опознали. Хорошо, что у меня хватило ума нацепить его на шею перед вылазкой.

Мигнула маяками машина скорой. Я напрягся. «Не хватало еще, если эта тварь каким-то чудом выжила», – подумал я. Подождал пару минут, чтобы убедиться в успехе операции.

Дерьмо. Судя по суете медиков, нечисть была жива. Вон как осторожно несут носилки. Труп же оставили бы на месте, просто зафиксировав факт смерти.

Живучая дрянь, я ей превратил голову в кровавую кашу, а она цепляется за подобие жизни из последних сил. Машина скорой умчалась дальше по улице. Не хватало ещё, чтобы в палату этой дряни явился Свинцов. Этот урод быстро поймет, чьих рук это дело.

Я спешно вернулся в машину и завел двигатель. Ударил по приборной панели. Пластик жалобно скрипнул. «Нет, больше не дам им упечь меня за решетку», – подумал я.

Куда повезли тёмню – понять несложно. Явно в больницу в паре километров отсюда. В голове сложился неплохой план. Проникнуть в больницу и ввести твари инъекцию моей крови. Благо – у меня её в избытке.

Хотя, нет, это полная чушь. Ничего не выйдет.

В кармане пискнул телефон. Мля, вот же дилетант. Надо было оставить его дома. Номер не определен.

– Алло!

– Спасибо за подарок, нефилим, – услышал я шипящий голос первожреца.

– Какой подарок? – напрягся я.

Вдалеке послышался мощный взрыв.

– Это фейерверк в честь моей победы, – гаденько рассмеялся первожрец Мораны.

– Вот же говнюк, ты добил ее.

– Признаться, ты знатно облегчил мне работу. экзорцист. Теперь я накопил достаточно силы. Тебе не победить. Сдайся и, так и быть, я оставлю тебе жизнь. Поживешь какое-то время, до момента, пока моя госпожа не превратит этот мир в безлюдное место.

– Заманчивое предложение, – сказал я, усаживаясь в машину.

– Подумай над ним. Что тебе дала эта сраная демонесса? Она – чистый хаос.

Разве ты не хочешь прежней жизни? – елейным голосом спросил первожрец.

– Я подумаю над твоим предложением, – как можно более спокойно произнес я.

– Думай, у тебя времени до семи часов утра, – милостиво разрешил собеседник. – Завтра мы с тобой сойдёмся в поединке. Стадион Локомотив.

Инквизиция и чернокнижники позаботятся, чтобы нам никто не мешал. Ты остался один! У тебя нет иного выхода, кроме как сдаться, – сказал первожрец и отключился.

Я швырнул трубку на пассажирское сиденье.

Я сжал в кулак все оставшиеся у меня кристаллы сущностей, и они рассыпались невесомой пылью. По телу прошла теплая волна силы. Демоньё, этого явно недостаточно. Халфасса уже наверняка на пути в Инферно, а раз так, то мне не стоит рассчитывать на ее помощь. Первожрец Мораны явно дал понять, что моя смерть для него – просто формальность. Нужно было не слушать демонессу и сосредоточиться на уничтожении мелкой нечисти. А теперь я оказался у разбитого корыта. Нет, я. конечно, потрепыхаюсь некоторое время, до того момента, пока мой противник будет мне это позволять. А что потом? На его стороне все: инквизиция, церковь, и куча разномастной нечисти. А то, что Халфасса ушла в Инферно говорит лишь о том, что она или струсила, или придумала что-то еще. Хотя, не буду торопиться. Для начала нужно сразиться с этим уродом. Лучше уж пусть люди поклоняются Халфассе, чем поголовное истребление всего живого, о котором грезит Морана. В прошлый раз ее жрец сбежал, испугавшись открытого противостояния с демонессой. Сейчас надеяться на помощь Харона бессмысленно. Он – нейтральная сторона. Играет лишь по своим правилам. Надеяться на благосклонность Мойр глупо. Значит, выход один. В прошлый раз пистолет неплохо себя показал. Тогда я с его помощью разбил выстроенную первожрецом иллюзию. Может и в этот раз повезёт.

Я сидел в кабинете демонессы и задумчиво стучал пальцами по столу.

В голове царил вакуум. У меня не было никакого плана, кроме простой атаки противника с помощью пистолета. Мелькнула шальная мысль попробовать отыскать вход в то хранилище с артефактами, где мы впервые столкнулись с первожрецом, но я ее тут же отбросил. Если даже у демонессы нет артефакта, который гарантированно бы нам помог, то дело дрянь.

Жаль инквизиция выбрала сторону моего соперника. Я вспомнил купол, закрывавший центр города и настроение ухудшилось. Наверняка арену предстоящего сражения накроют чем-то подобным.

Три часа ночи. Может, стоит поспать? Наверное, это самое правильное решение.

Я поднялся из-за стола и под рукой сухо щелкнуло. Похоже, демонесса спрятала здесь что-то на крайний случай, понял я.

Белоснежное перо. Из крыла того ангела, которого я встретил в чистилище. Азраил, кажется, так звали этого высокомерного ублюдка.

Я взял находку в руку и она тут же вспыхнула, превратившись в горку дурно пахнущего пепла. Ладонь легонько кольнуло. Я ожидал приступа боли и подсознательно надеялся, что получу хоть какой-то бонус.

– Нужно было выщипать все перья этому уроду, – злорадно бросил я, стряхивая с рук оставшийся на них пепел.

Интересно, зачем демонесса его прятала? Для какой-нибудь алхимической дряни? Похоже на то. Нужно будет ее расспросить, где она берет всю эту вонючую гадость для своих ритуалов? Ведь явно где-то покупает. Хотя, это я сделаю позже, для начала нужно выжить.

Казалось, что я только улёгся на диван, когда меня толкнули в плечо.

Я подскочил, и тут же услышал тихий голос Тамары Степановны:

– Не хотела тебя беспокоить, но там за тобой такси приехало, – виноватым голосом произнесла женщина.

– Какое ещё такси? – удивлённо вскинулся я.

Подошёл к окну и отодвинул штору. Мля! Харон в своей человеческой ипостаси сделал мне приветливый жест рукой.

– Завтракать будете? – участливо поинтересовалась женщина.

– Нет, спасибо, – отрицательно покачал я головой.

– А вот и зря, – укоризненно произнесла женщина. – Омлет сегодня мне удался на славу. А вы случайно не знаете, когда Ксения вернётся? – сменила тему разговора женщина. – А то внучка замучила расспросами. Все твердит, что ей грозит опасность, – сказала Тамара Степановна.

– Она уехала по работе, и, судя по всему, появится не скоро, – сказал я, растирая лицо.

– Ох, беда с вами, молодыми, вечно вы все на карьере помешанные, – всплеснула руками женщина.

Я спустился по лестнице, зашёл в ванную. Умылся холодной водой.

Посмотрел на себя в зеркало. Глубоко запавшие глаза. Густая щетина.

Всклокоченные волосы. Вид помятый и уставший.

Немного пришел в себя. Твердым шагом направился к калитке. Харон протянул мне руку для приветствия.

– Ты сам за мной заехал или тебя отправили? – ехидным голосом поинтересовался я, пожимая протянутую руку.

– Я – нейтральная сторона, – пожал он плечами.

– Поехали, не будем затягивать. Вон и гроза собирается, – сказал я, усаживаясь на заднее сиденье приоры.

– Это потоки силы. Среди гостей на арене будет много тех, кому солнечный свет противопоказан, – рассмеялся Харон.

– Значит, сегодня там будет куча ведьм, чернокнижников, вампиров, оборотней и призраков? – уточнил я.

– Гораздо хуже, мой друг. Там будет куча забытых богов. Ваша схватка в центре внимания. Все будут делать ставки, – усмехнулся Харон.

– Надеюсь, ты поставишь на меня? – с надеждой в голосе спросил я.

– Обязательно, – серьезным тоном произнес извозчик.

Машина медленно ехала по пустынным улицам города.

– Странно, что почти невидно прохожих, – сказал я.

– Так сегодня пик сопряжения миров. Люди чувствуют такие вещи и стараются не показываться на улице. В больших городах все не так сильно заметно, – произнес Харон. – Не думал отсюда уехать? – неожиданно спросил он.

– Смеешься? Кто меня отпустит? – сказал я. Да и не люблю я большие города.

– Не спеши отказываться, – ухмыльнулся Харон. – Если тебе посчастливится сегодня выжить, то тебя будут искать все, кому не лень.

– Выстроится целая очередь первожрецов, желающих моей крови, – понимающе кивнул я.

– Дело даже не в этом покачал головой Харон. Ты стал слишком силен. Если с моим существованием все уже давно смирились, то вот твоя охота на нечисть многим не нравится. Ты нарушаешь перемирие в теневом мире. Свои не должны убивать своих.

– У тебя каждый раз все новые и новые правила, – заметил я. – Ты не можешь сказать прямо? Достал своими намеками, – зло ответил я.

– Мог бы сказать прямо – давно бы это сделал, – твердым голосом произнес Харон.

– Долго ещё? – спросил я, заметив, что мы сбавляем ход.

– Не торопись, мы будем на месте точно в срок. Посмотри лучше на погоду.

– Мрачная пасмурная погода.

– Бог ветров Эол расстарался. Кстати, он будет наблюдать за поединком.

Жирный напыщенный индюк. Ты его непременно удивишь. Синяя кожа. И важный, словно пузырь. А мы, между прочим, с ним из одного пантеона, – странным тоном произнес Харон.

На что намекает этот хитрый лис? При чем здесь погода? Извозчик, словно не заметив моего удивлённо вида, продолжил:

– Достаточно одного просвета в этой сплошной пелене туч, и половина гостей превратится в кучу зловонного праха.

– Ты так говоришь, как будто в моих силах управлять погодой, – хохотнул я.

– Никто не знает пределов своих возможностей, – сказал Харон, поворачивая на неприметную улочку.

– А погода-то – полное дерьмо, – сказал я, посматривая на творящееся в небе безобразие.

Тучи собирались на горизонте, формируя сплошной щит, который висел точно над чашей стадиона. Серые бетонные заборы окружавшей нас промзоны действовали на меня удручающе. Харон явно намекает на то, как мне победить, но я до сих пор так и не понял, что он имеет в виду. Выстрелить в воздух в надежде разогнать тучи? Полный бред! Хотя, может я упустил что-то важное в его рассказе? Мне вообще надо для начала разобраться с первожрецом Мораны. А то, что на трибунах будет полно нечисти – это ерунда.

Наконец, мы подъехали к арене предстоящего сражения.

– Помни, о чем я тебе говорил, – сказал Харон.

– Спасибо за совет, – сказал я, выбираясь из машины.

Извозчик кивнул и тоже вышел из машины.

– Как тут темно, – заметил я, осмотревшись по сторонам.

Грозовые облака накрыли все небо над стадионом. Если со стороны города светило солнце, то тут царил сумрак. Моросил мелкий противный дождь.

Едва мы подошли к входу на стадион, нам преградили дорогу. Два здоровяка, больше всего напоминавшие тигров, сжимали в лапах по несколько сабель и явно не собирались нас пропускать. Я уже собирался было призвать пистолет, но Харон придержал меня за руку.

– Кто это? – спросил я у Харона, рассматривая местных охранников.

– Это ракшасы, – сказал извозчик, протягивая одному из многоруких воинов небольшой кристалл.

– Вы можете пройти, – рыкнул демон, тщательно изучив предоставленный пропуск.

– Как тут у них все серьезно, – усмехнулся я.

– Более чем, – заверил меня Харон. – После начала боя арену закроют силовым куполом, – пояснил извозчик.

– Опасаются, что могу сбежать? – прямо спросил я.

– Чтобы исключить постороннее вмешательство, – пояснил Харон. – Я провожу тебя до твоей раздевалки, – поспешно произнес он, и, ухватив меня за руку, потащил к проходу в подтрибунное помещение. – Подберешь себе оружие и доспехи.

– Мне ничего не нужно, – сказал я и покачал головой.

– Зря ты пренебрегаешь защитой, – заметил Харон.

Я лишь пожал плечами. «Не хватало ещё ограничивать свою подвижность, нацепив на себя какой-нибудь доспех», – подумал я.

– Иди за мной, – сказал извозчик, заметив, как я рассматриваю группу красноглазых существ очень похожих на людей, которые преградили нам дорогу.

Один из незнакомцев улыбнулся, обнажив тонкие клыки. Сделав жест рукой, как будто отрезает мне голову, он демонстративно сплюнул. Я же, усмехнувшись, продемонстрировал оппоненту средний палец. Вампир дернулся в мою сторону, но его товарищи придержали его за плечи и что-то сказали.

– Умеешь же ты заводить друзей, – усмехнулся Харон, протаскивая меня через толпу нечисти.

– Здесь соберётся почти вся пакость теневого мира, – задумчиво произнес я.

– Очень на это надеюсь, – сказал Харон, наблюдая, как вампиры поднимаются на одну из трибун и занимают там места. – Как-никак, ты единственный живой нефилим, – рассмеялся Харон.

– А как же ты? – спросил я.

– Я, в отличие от тебя, сам выбрал свой путь, – пояснил извозчик.

– В любом случае, спасибо за помощь, – сказал я.

Потянул на себя дверь раздевалки.

– Форменный бардак, – сказал я, рассматривая груды ржавого оружия и доспехов, находившихся внутри.

– Признаться, я ожидал лучшего, – сказал Харон, рассматривая хлам, валявшийся в раздевалке.

– Я говорил, что мне не нужны доспехи, – пожал я плечами. Мой единственный шанс – это уходить от атак и стрелять, сохраняя дистанцию, – сказал я.

– Услышишь сигнал гонга, выходи на арену через эту дверь, – сказал Харон, указывая на один из выходов. Постарайся сосредоточиться на бое. Ты выпил огромное количество силы, но так и не научился черпать из этого источника, – невесело произнес извозчик.

– Будем надеяться на чудо, – усмехнулся я.

– Только это и остаётся, – произнес Харон, задумчиво рассматривая меня.

– Что-то не так? – прямо спросил я.

– Да нет, просто показалось, – качнул головой извозчик и вышел из раздевалки.

В углу стоял стол с виноградом и какими-то закусками, но я поостерегся их трогать. Глупо будет, если нарвусь на какой-нибудь яд или проклятие.

Чем больше я ждал, тем сложнее мне было. Может, написать завещание? Да нет, полный бред, рассмеялся я собственным мыслям. Нужно победить этого урода, а после – найти способ расправиться с толпой враждебно настроенных зрителей на трибунах. Сомневаюсь, что в случае победы мне дадут спокойно выйти за пределы арены. Харон, конечно, крутой парень, но даже ему не под силу защитить меня от всех собравшихся здесь тварей.

В дверь постучали, а затем зашёл смущенный извозчик.

– Тут такое дело, к тебе посетительница.

– Стриптизершу не заказывал, – заверил я Харона.

Послышался веселый женский смех, стук каблуков, и в помещение вошла моя гостья. Ильза Кох улыбнулась мне своей очаровательной улыбкой.

– Харон, будь душкой, оставь нас наедине, – попросила девушка.

– Если что – зови, – произнес Харон, намекая, что девушка может быть враждебно настроена в отношении меня.

Едва дверь закрылась и мы остались наедине, Ильза произнесла:

– Начну с главного: ты труп! Тебе не победить, – сказала девушка, закуривая сигарету.

– Это я знал и без тебя. Скажи прямо, зачем ты пришла?

– Моей госпоже кажется, что ты можешь быть полезным, – усаживаясь в кресло, сказала девушка. – Наставница попросила меня тебе помочь и передать это, – девушка продемонстрировала мне небольшой клинок в кроваво красных ножнах.

– Спасибо, но нет! – твердым голосом произнес я. – Мне надоело, что все меня используют как пешку.

– Как знаешь, – недовольным голосом произнесла девушка и клинок исчез.

– Прости, но сейчас я не могу никому доверять.

– Понимаю, – поджав губы, произнесла Ильза и, приблизившись, впилась в мои губы жадным поцелуем. – Как знать, может быть, это последний поцелуй в твоей жизни, – задумчиво произнесла девушка и поднялась со скамьи.

Сделав несколько шагов к двери, ведьма обернулась и внимательно посмотрела на меня.

– Говорят, что защитный полог предоставленный инквизицией иногда сбоит. Я бы использовала эти неполадки, если бы захотела сотворить какую-то пакость.

Дверь скрипнула, и ведьма вышла, оставив меня один на один с моими мыслями. Харон заглянул в комнату и, убедившись, что со мной все в порядке, куда-то ушел.

Прошло минут десять, я сидел в глубоком кресле и пытался найти выход из сложившейся ситуации. В голове начал рождаться план. Было бы у меня побольше времени, я бы нашел способ воспользоваться предоставленными подсказками. Но теперь мне остаётся лишь импровизировать.

Гулкий звук гонга вывел меня из ступора. Я поднялся со скамьи.

– Дамы и господа, в правой части арены первожрец темнейшей богини северного пантеона. Великий и могущественный почитатель богини Мораны.

Толпы нечисти взорвались овациями, приветствуя моего оппонента.

Все тот же балахон, скрывающий от меня лицо и фигуру жреца. Аура противника клубится клочьями черного тумана. Силен, гад, вон как красуется перед толпой поклонников.

Новый крик распорядителя прервал ход моих мыслей.

– В левой части нашей арены. Экзорцист-недоучка. Жалкий прихлебатель подстилки сотен небожителей. Первожрец Халфассы, – Красномордый распорядитель пытался меня унизить на потеху публике. – Последний из ныне живущих нефилимов…

Раздались свист и улюлюканье. В мою сторону полетели гнилые овощи.

Я, молча, наблюдал, стараясь запомнить всех, кто был настроен враждебно. Но вскоре отбросил эту затею. Все, как один, из собравшихся на стадионе желали моей скорейшей смерти.

– Дамы и господа, делайте ставки, – продолжил кричать красномордый мужик. – Напоминаю, что свой выигрыш вы сможете получить в столичном банке гномов, – громким голосом, усиленным динамиками, проревел он.– Сегодняшний поединок буду комментировать я, Ваш покорный слуга и лучший оратор на свете, неподражаемый Дионис.

Да он пьян в стельку, понял я, когда сообразил, кто передо мной. Это тот уродец, который отправил сюда Медузу и Сатира. Ты-то мне и нужен.

Странно, я думал, что его сущность исчезла, но, похоже, все куда сложнее.

Едва распорядитель закончил свою речь, как раздался протяжный свист и улюлюканье. Вот и Эол объявился, понял я, наблюдая, как толстяк позади распорядителя корчит мне рожи.

Синяя кожа и выглядит как напыщенный индюк. Харон очень точно описал своего родственника. Не знаю, чем я ему не угодил, но если останусь жив, непременно отыщу этого гада и сотру с его физиономии самодовольную улыбку.

– По сигналу гонга бой начнется, не забываем делать ставки, дамы и господа, – продолжал вопить Дионис.

– Арена постепенно отделялась от трибун растущим куполом защиты.

«Словно гигантский мыльный пузырь», – подумал я.

Звук гонга я не сразу услышал за воем толпы, поэтому первую атаку жреца попросту прозевал.

– Вы только посмотрите, как умело орудует магией тьмы сторонник Мораны.

У нефилима нет шансов. Вы только полюбуюсь, он пытается подняться и запихнуть свои внутренности обратно. Не вставай, нефилим!

«А вот хрен тебе», – зло подумал я, вкладывая в мысленный посыл на регенерацию всю имеющуюся у меня энергию.

Первожрец Мораны раскланялся и махал кому-то на трибунах Жужжащий диск из тьмы буквально вспорол мне живот и сейчас я пытался собрать свои внутренности и дать регенерации время на устранение повреждений.

– Вы только посмотрите, какой живучий, – донёсся до меня голос комментатора.

– Ну же, нефилим, сражайся! Или, кроме лизания зада своей госпожи, ты не можешь ничего? – донёсся до меня крик первожреца Мораны.

Я призвал пистолет и выстрелил. Фигуру противника шатнуло, но он устоял.

– Демоньё! – простонал я, покачиваясь и делая новый выстрел.

– Кокон абсолютной защиты в исполнении жреца Мораны. Какая сила! Какая мощь! Вы только посмотрите. Кажется, нефилим надеется пробить защиту соперника своим жалким оружием.

По ушам бьёт гадкий смех комментатора. Меня шатает от слабости.

А это что? Пелена перед глазами немного рассеялась. Вот он – мой шанс.

Если мне не суждено победить, то хотя бы заберу на тот свет побольше врагов.

Поднимаю пистолет. Вижу в метре от себя небольшой просвет в защитном барьере. Сквозь него видно комментатора и оживлённо болтающегося с каким-то монстром Эола. Оба так увлечены и беззаботны.

Рука сама направила оружие в их сторону. Бам. Бам. Бам.

На арене закричали. Первожрец Мораны запоздало бросил в меня какое-то заклятие, но я развеял его выстрелом. Магический купол защиты снова стабилизировался, а меня накрыла мощнейшая волна энергии. Я едва успел уйти перекатом в сторону, пропуская мимо себя новый диск тьмы, запущенный противником.

– Ты зря надеешься, что это тебе поможет! – кричит мой соперник.

Под моими ногами появляется кровавое болото, куда я тут же погрузился по пояс. Краем глаза вижу суету на арене. Нечисть разбегается в страхе.

«Что за дела?», – успел подумать я, прежде, чем противник вновь атаковал.

Меня накрывает вихрем из искрящихся кристаллов льда. Противник все же меня достал. Мой крик боли прокатился по арене.

– Сука!!! Аааа!

Я с трудом нахожу в себе силы выстрелить в окружившую меня пелену. Заклинание развеялось. Но мне уже все равно. Кожа превратилась в кровавую кашу. Ледяные кристаллы, словно наждачная бумага, превратили мое лицо и руки в кусок мяса. Регенерация работает на пределе.

Неожиданно по телу прошла теплая волна. Ещё одна. И ещё. Я забился в сладострастном припадке.

Тучи над стадионом рассеялись и, судя по тому, что я видел сквозь пелену защиты, нечисть покидала свои места и спешила к выходу. Воплей Диониса не слышно. Либо я его пристрелил, либо он сбежал.

Небеса над моей головой приобрели кроваво-красный оттенок. Это ещё что?

– Убей его, – услышал я холодный скрипучий голос.

– Да, госпожа, – слышу я голос жреца Мораны.

Он делает несколько шагов ко мне и формирует в руках темную сферу. Я навожу на противника оружие и слышу сухой щелчок. Отозвать оружие для перезарядки я не успею. Дергаюсь в болоте, пытаясь выбраться. Вижу, как под капюшоном противника мелькают два ярко-зелёных глаза.

– Хватит, копаться я не могу ее сдерживать, – раздраженно бормочет полупрозрачная фигура Мораны.

– Она вот-вот откроет портал, – слышу я взволнованный голос жреца.

– Тогда чего ты тянешь, идиот? Убей его, пока не поздно.

– Госпожа, прими эту жертву!