В мире, навсегда укрытом пеленой туч, родилась девочка, заплатившая страшную цену за своё существование. Гвендолин Леваньер - наследница древнего рода и изгой в собственном доме.
Сможет ли отвергнутая всеми девушка найти свой путь во тьме, где нет места солнцу?
Судьба - странная штука, но она непременно всё расставит по местам. И всех.
Спасибо всем, кто ставит звёзды ⭐⭐⭐и оставляет комментарии !
Я стояла на холодной каменной крыше Северной башни, чувствуя, как ледяной ветер проникает через одежду, пронизывая меня до самых костей. Модифицированный «Ловец света», теперь больше похожий на алтарь неведомого бога, чем на солнечный коллектор, безмолвно ждал в центре площадки. Вокруг него я разложила инструменты и несколько уцелевших кристаллических панелей - они понадобятся мне, чтобы вернуть Ловцу его первоначальный облик.
Сегодня я собиралась сыграть в самую опасную игру в своей жизни. И ставкой в ней была не просто победа над врагом, а само моё существование.
Мысли в голове были холодными и ясными, как зимний воздух. Наниты работали в режиме строгой экономии, но их аналитические способности оставались активными. Я знала, что мой текущий энергетический запас - жалкие 18%, был насмешкой на фоне той мощи, что требовалась для задуманного.
Но у меня был ключ.
Я коснулась кулона матери, лежавшего в специально для него созданном углублении в теле Ловца. Маленький кристаллический накопитель, мой Камень Света. Он пульсировал едва заметным внутренним сиянием, словно крошечное сердце. Почти пуст, но его связь с древним артефактом в аббатстве, его старшим братом, была моей единственной надеждой. Я собиралась использовать все имеющиеся у меня ресурсы, чтобы создать «энергетический мост» - канал, по которому Ловец вытянет хранящуюся в телескопе энергию.
Но чтобы «докричаться» до артефакта за сотни миль, придётся вложить в первый импульс почти всё, что у меня было. Это был чудовищный риск. В случае неудачи я останусь ни с чем. С перегоревшими нанитами, с исковерканным телом. Нанороботы чётко смоделировали возможный исход: при сбое каскадный отказ систем приведёт к неконтролируемому распаду нанороботов в моей крови. Это будет агония.
Я глубоко вдохнула, чувствуя, как морозный воздух обжигает лёгкие.
Цена бездействия была ещё страшнее: рабство и смерть для Розы, гибель моих людей, позорное поражение. Выбора просто нет.
И если я оружие, следует зарядиться по полной.
Сэр Рик стоял в стороне, его тёмная фигура сливалась с тенями. Рядом с ним двое его воинов заняли позиции у лестницы, защищая меня от всего мира. Их лица были напряжены, они чувствовали важность момента, пусть и не понимая всего до конца.
Я закончила последние приготовления.
- Сэр Рик, - мой голос прозвучал непривычно громко в этой тишине. - Будьте готовы выполнить то, о чём я вас просила.
Он молча кивнул, его рука инстинктивно легла на эфес меча, я уже знала - это был жест, коим он успокаивал себя в моменты сильного напряжения.
Я подошла к устройству и прижала ладони к холодной панели управления. Металл оказался настолько ледяным, что кожа едва не прилипла к нему. Мир сузился до одной-единственной точки - кулона, подаренного матушкой. Я ощутила, как гудит в венах энергия, как ускоряется бег моего сердца.
Медленно выдохнув, закрыла глаза и отдала мысленный приказ:
- Выполнить, - прошептала я сквозь стиснутые зубы.
В ушах что-то щёлкнуло, или мне это просто показалось? Но сразу после я почувствовала, как из меня вытягивают жизнь. Это не было похоже на усталость или даже на боль. Это было полное опустошение, словно кто-то высасывал из меня самую суть. Саму душу.
Холод, всё расширявшийся изнутри, сковал мышцы. Мир, за закрытыми веками, из красного стал серым, потом чёрным, а затем… пустым.
Я будто зависла в невесомости. Не в силах сделать и вдоха.
Тело обмякло, колени подогнулись.
Последнее, что я успела почувствовать, - это как «Ловец» завибрировал под моими пальцами, и как земля ушла из-под ног.
***
Интерлюдия
Аббатство Святого Милосердия
День в аббатстве был таким же, как и сотни других до него. Утренние молитвы сменились работой в саду, где сестра Агнесса учила послушниц различать целебные травы от сорняков. В скриптории сестра Бертрада зорко следила за тем, как молодые девушки переписывают священные тексты, то и дело делая замечания о неровности строк или неаккуратности букв.
Мать-настоятельница Агата в своём кабинете разбирала счета, недовольно поджимая тонкие губы при виде расходов на зимние припасы. За окном серый день медленно перешагнул полдень и пополз к вечеру, обещая очередную долгую, тоскливую ночь под унылым пологом Великой Пелены.
Настоятельница подхватила один из свитков с посланием, собираясь его прочитать, как почувствовала ЭТО.
Земля качнулась, слуха коснулся низкий, вибрирующий гул. Звук всё нарастал, и вскоре всё тело женщины затряслось.
Шум исходил из самых недр земли, будто планета стонала от боли.
Монахини в ужасе бросили свои мотыги, воспитанницы с криками выбежали из классов. Чернильницы попадали со столов в скриптории, расплёскивая чернила по пергаментам.
Звук шёл со стороны старой, заброшенной астрономической башни, давно считавшейся просто грудой обветшалых камней.
Гул нарастал, становясь невыносимым, заставляя зажимать уши и в бессилии прислоняться к стенам, падать на колени. Казалось, сама твердь, на которой стояло аббатство, корчилась в агонии. Птицы с криком срывались с деревьев, животные в стойлах беспокойно ржали и мычали.
- Всевышний, что происходит?! - закричала одна из послушниц, но её голос потонул в нарастающем скрежете.
И потом: БА-БАХ!
Но это был не взрыв.
Это был звук лопнувшей тишины - крыша древней башни вспучилась, треснула и развалилась на части, некая сила пробила её ветхую кровлю, будто она была сделана из бумаги.
И вместе с диким свистом в серое небо ударил столб света.
Он не был похож ни на молнию, ни на огонь. Это был плотный поток, сияющий, как расплавленное золото, настолько яркий, что смотреть на него напрямую было невозможно. Он вырвался из своей безобразной клетки и с тягучим рёвом устремился вверх, к Пелене, но… так и не коснулся её.
Изогнувшись дугой, свет, как копьё небесного всадника, прочертил небосвод и рванул к далёкому горизонту, на восток. След его сияния остался в воздухе, медленно угасая, оседая на землю мелкой завораживающее прекрасной пыльцой.
Монахини, стоя на коленях, сложили руки в молитве. Кто-то плакал, кто-то шёпотом просил у Всевышнего защиты, кто-то просто смотрел в небо с открытым ртом, не в силах осознать увиденное.
Матушка-настоятельница на трясущихся ногах спустилась по лестнице, не в силах отвести взгляд от угасающей вдали золотой точки.
Она не знала, что это было, но её душа, закалённая десятилетиями молитв и испытаний, чувствовала: мир только что изменился.
Навсегда.
- Грядут перемены… - прошептала она. - Великие перемены… Время скорби подходит к концу.
В разрушенной башне, среди обломков камня и пыли, потрескивал и остывал артефакт, отдавший остатки своей силы. Телескоп из Лунного Кристалла потускнел, став обычным, мёртвым камнем. Его миссия была завершена.
***
Замок Леваньер
Северная башня
Гвендолин покачнулась и полетела на каменный пол. Рик быстро шагнул вперёд, и успел вовремя её подхватить.
Девушка что-то тихо шептала, ему пришлось склониться почти к самым её губам, чтобы услышать:
- Должно получиться… пожалуйста…
Но ничего не происходило, краски медленно покидали прекрасное лицо, кожа приобрела синюшный оттенок.
- Я должен отнести вас к лекарю, миледи, - чувствуя, что ещё немного и её сердце перестанет биться, он решил поступить по-своему.
Её веки дрогнули и вот на него смотрят удивительные зелёные глаза.
- Нет… ни в коем случае. П-прижмите мои руки… к Ловцу…
И тут, когда он впервые хотел ослушаться приказа, краем глаза уловил движение на уровне горизонта. Мелкая тёмная точка и гул, всё нарастающий, пробирающий нутро.
Вскоре точка стала больше, поменяла цвет и с невозможной, противоестественной скоростью начала расти, стремительно приближаясь, превращаясь в сияющий столп смерти и возрождения.
- Быстрее! - прохрипела Гвен, не успела она договорить, как её собственное тело окутало мягкое голубое сияние. Волк же, сбросив с себя накатившее оцепенение, шагнул к артефакту, только её пальцы коснулись Ловца, как его самого обожгло так сильно, что он едва не вскрикнул. Это была не магия в обычном понимании, а чистая, концентрированная энергия, от которой плавился сам воздух. Он с усилием прижал её ладони к металлу и увидел, как тонкая ткань её платья вспыхнула, за мгновение сгорев дотла и опалив его кожу пуще прежнего.
Её хрупкая нагота, сияющая в голубом свете, не смутила его: Волк видел перед собой не женщину, а существо из какого-то другого мира.
- Сэр Рик, забирайте своих людей, и немедленно идите вниз! Уходите! - окрепшим голосом, просипела графиня, едва удерживая равновесие на трясущихся ногах.
Рыцарь, сомневаясь, замер на долю секунды, но всё же, пусть и с трудом, отпустил миледи. И, повинуясь приказу, шагнул к лестнице. За спиной он слышал её голос, искажённый энергией:
- Закройте глаза! Что бы ни случилось - не смотрите!
Рик со своими людьми успел сбежать на один пролёт, когда это произошло.
Золотой столп света с жутким свистом врезался в башню!
Грохот сотряс замок до самого основания!
Ударная волна швырнула его на стену, выбив дух. Камни под ногами ходили ходуном, а в ушах звенело так, словно рядом остервенело били в колокол.
И тут, среди этого хаоса он услышал её крик: долгий, пронзительный, полный нечеловеческой боли. Крик мгновенно утонул в рёве всё прибывающей энергии, в грохоте перестраивающейся реальности.
Свет был повсюду…
Даже с закрытыми глазами, даже сквозь каменные стены башни, Волк и все жители Грейстоуна вместе с ним видели его - золотое сияние, сделавшее мир прозрачным.
А потом… Потом наступила тишина.
Тишина громче любого грохота. В ней звучало что-то новое, незнакомое.
Мир обрёл голос, которого у него не было уже много веков.
Рик, оглушённый и потрясённый, с трудом выбрался во двор, двое его воинов не отставали. Он и все, кто был снаружи: стражники на стенах, слуги у колодца, кузнец у горна - все как один подняли головы и замерли в благоговейном ужасе, глядя на небеса…
Прямо над Северной башней в сером саване Пелены образовалась дыра. Идеально круглая, диаметром с сотню шагов. А в ней… чистое, пронзительно-синее полотно.
В центре этого окна горело око самого Создателя.
Настоящее. Живое. Солнце.
Его лучи, впервые за две сотни лет, коснулись земли. Они были тёплыми, живыми, полными силы. Люди попадали на колени, плача и протягивая руки к небу. Все они видели солнце впервые в жизни.
Там, на крыше башни, «Ловец», впитав в себя чудовищный поток энергии от далёкого телескопа, выполнил свою вторую задачу. Притянутую силу, коей было более 70%, он отзеркалил в небо, сфокусировав в один прямой луч, который, как раскалённый нож сливочное масло, пробил вековую Пелену.
А в центре этого столпа солнечного света стояла Гвендолин.
Нагая, окружённая сияющим ореолом, она быстро перестраивала «Ловца», её руки двигались с нечеловеческой скоростью и точностью. Механизм Ловца снова стал работать на приём, жадно впитывая чистую солнечную энергию.
Закончив настройку, девушка облегчённо выдохнула и медленно подняла лицо к ласковым лучам. Слёзы облегчения сами покатились по её щекам. Она раскинула руки и начала дышать. Дышать светом, чувствуя, как её тело и вместе с ним наниты насыщаются мощью.
- Звезда по имени Солнце, - прошептала она, и её голос дрогнул от переполнявших её чувств. - В книгах всё было ложью. Ни одно слово, ни одна краска не смогли передать этого тепла. Этой… жизни.
***
Впервые за долгое время наниты сообщали только хорошие новости. Я чувствовала, как каждая клетка моего тела наполняется силой. Это было пьянящее ощущение, как будто я всю жизнь существовала в полуобморочном состоянии и только сейчас по-настоящему проснулась, ожила.
Я стояла в потоке солнечного света, и он исцелял меня. Не только энергетически, физически. Мелкие царапины затягивались, усталость уходила, даже волосы стали ярче и гуще. Так должно было чувствовать себя растение, впервые за зиму попавшее под весенние лучи.
Но дыра в Пелене вскоре затянется, я видела, как серые края ползут к центру, пытаясь заткнуть пробоину. У меня было чуть больше часа.
Я быстро активировала все системы «Ловца», заставляя его работать на максимальной мощности. Каждая секунда драгоценна. Устройство гудело, пожирая энергию, стремясь наполниться ею под завязку.
Полный заряд.
Впервые с момента интеграции с нанороботами я чувствовала себя по-настоящему могущественной.
И это было только начало.
***
По дороге к Грейстоуну
На подступах к землям Леваньер, в карете, окружённой немногочисленной свитой, старик с изумрудными глазами почувствовал изменения в мире раньше, чем увидел их.
Магия в его венах дрогнула, отозвалась на далёкий зов. Архин Велан резко вынырнул из полудрёмы, распахнул глаза и приказал:
- Стоять!
Выйдя из экипажа, древний колдун поглядел на восток и через несколько ударов сердца увидел свет, устремившийся к хмурому небу.
- Солнце, - выдохнул Велан, благоговейно смотря на всё расширявшуюся прореху в серой Пелене.
Солнечный свет озарил крохотный участок далёкой от них территории.
Немногочисленные спутники архина в ужасе забормотали молитвы и заклинания от злых духов.
Архин Велан медленно опустился на колени. Но он не молился. По его иссохшему лицу текли слёзы.
Его девочка. Его Гвендолин. Она не просто пробудила силу. Она разорвала саму ткань проклятия, тяготевшего над миром. Его последний путь обрёл ещё больший смысл.
- Господин, - дрожащим голосом позвал Рарок, - что это означает?
- Это означает, друг мой, - тихо ответил Велан, не отрывая взгляда от солнечных лучей, - что время Пелены подходит к концу. Моя внучка открыла врата. Теперь свет вернётся в этот мир, хочет того мир или нет.
***
Дыра в небе затянулась через час и пятнадцать минут, но этого времени хватило. «Ловец света» зарядился до предела, и я вместе с ним.
Я чувствовала такую силу, о которой раньше и мечтать не смела.
Спустившись с башни, закуталась в плащ, принесённый сэром Риком. Его руки, часть лица были покрыты ожогами, но он не жаловался. В глазах мужчины читались восхищение и что-то большее… Понимание того, что мир изменился навсегда.
- Миледи, - тихо сказал он, - весь замок видел чудо. Люди говорят, что вы посланница небес.
- Нет, сэр, - ответила я, бережно взяла его широкие, сильные, покрытые мозолями, ладони в свои, и приступила к лечению. Ожоги, не прошло и минуты, стремительно затянулись, безобразные шрамы исчезли. Я отпустила руки Стального и посмотрела на снова ставшее серым небо. - Я всего лишь открыла окно. Но окон будет больше. Много больше. Обещаю. И в итоге Пелена исчезнет насовсем. Это произойдёт не завтра, но я постараюсь, чтобы как можно быстрее.
Первый месяц зимы набирал силу: за стенами завывал свирепый ветер, становясь ещё злее и беспощаднее. Даже в отапливаемом кабинете чувствовалось дыхание суровых морозов.
Прошло два дня после чуда с солнцем я, по обыкновению, сидела в своём кабинете, изучая донесения о состоянии земель и размышляя о новых проектах защиты графства. Теперь, когда мой энергетический запас составлял 100%, передо мной открывались невиданные ранее возможности.
Наниты подсчитали: для нормального функционирования организма мне требовалось не более 5% от общего запаса. На грядущую битву с кочевниками стоило заложить 25–30% - противник будет серьёзным, и экономить здесь нельзя. Ещё 10% следовало держать как неприкосновенный резерв на случай непредвиденных обстоятельств. Это означало, что примерно 55–60% энергии я могла направить на инженерные проекты и защитные сооружения.
60% от полного заряда нанороботов - это была значительная мощь! Достаточная для создания системы энергетических барьеров вдоль границ, строительства нескольких автоматических защитных башен или масштабной модернизации укреплений замка с использованием технологий будущего, питающихся напрямую от Ловца через энергетические передатчики.
Правда, такая система потребует постоянной подзарядки: в мирное время около 8% в день, а в боевом режиме - до 30%. При полном заряде он мог пробить Завесу, потратив 70% энергии, а оставшиеся 30% плюс поглощённый свет позволили бы ему снова зарядиться до 100%. Теоретически я могла устраивать такие солнечные окна хоть каждый день! Учитывая, что пробить Завесу можно, только когда солнце в зените (раз в день), придётся точно планировать прорывы.
Единственным ограничением являлась нагрузка на мой собственный организм: каждая активация установки требовала импульса из моих личных резервов, а процесс пробития Пелены создавал колоссальный стресс для органов и тканей. Каждый раз подвергать сердце такой нагрузке было опасно. Наниты выдержат любую перегрузку, но моё биологическое тело не справится с частыми перенапряжениями.
Я нахмурилась, прикусив губу. Что-то зудело на краю сознания. Есть ведь иной путь…
И тут меня озарило!
Если я доработаю Ловца и добавлю автономный режим пробития Пелены, то не придётся тратить 15% личных резервов на каждую активацию. Это сэкономит массу энергии и времени.
А вот когда вековая завеса окончательно развеется… тогда всё изменится. Солнечный свет станет доступен естественным образом, без принуждения и насилия над организмом. Наниты смогут питаться пассивно, как растения под солнцем, а я обрету истинную силу без риска для здоровья.
Я набросала план первоочередных проектов:
Первая очередь (20% энергии): система раннего предупреждения с сенсорными башнями вдоль границ; энергетические передатчики от Ловца к ключевым точкам обороны; модернизация существующих укреплений замка.
Необходимые материалы: железо для каркасов башен, медь для энергетических контуров, камень для фундаментов.
Вторая очередь (25%): сеть автоматических защитных башен на подступах к Грейстоуну; укреплённые заставы в стратегически важных точках; энергетические барьеры вдоль самых уязвимых участков границы.
Дополнительно потребуется: больше железа, серебро для точных контуров, работа кузнецов и каменотёсов.
Третья очередь (15%): локальный энергетический щит над центральной частью Грейстоуна; резервные системы питания и управления; автономный режим для Ловца.
Понадобятся: кристаллы для усиления энергии (если найдутся), лучшие мастера для тонкой работы.
Всего 60% по расчётам. Система будет развёртываться поэтапно, каждую фазу усиливать предыдущей. А ежедневная подзарядка Ловца через солнечные окна обеспечит бесперебойную работу всей обороны.
Наниты могут творить чудеса инженерии, но им нужна материальная основа. Хорошо, что железные копи у Серого леса и каменоломня всё ещё функционируют. Но придётся кардинально изменить их работу: увеличить добычу, временно прекратить продажи металла на сторону и направить всё железо на оборонительные нужды. Дополнительно понадобятся медь и серебро для энергетических контуров, их закупим у торговцев.
Размышления прервал стук в дверь.
- Госпожа, - вошёл капитан Торбен, коротко поклонившись, доложил: - Во дворе гости. Приехала карета с небольшой охраной. Старик просит аудиенции, говорит, что он… давний друг вашей матери.
Я отложила исписанный и изрисованный пергамент. Друзей у мамы вроде как не было. В этом королевстве.
- Как он выглядит? - спросила я, поднимаясь.
- Пожилой, слабый. Едва стоит на ногах. Но… - Торбен замялся. - Глаза у него такие же, как у вас, миледи. Зелёные.
Сердце ёкнуло. Я почти бегом сорвалась и бросилась вон из кабинета. Всё внутри меня дрожало от предчувствия чего-то важного, что вот-вот произойдёт. Откуда взялось это ощущение? Мало ли по земле ходит людей с зелёными глазами? Сотни, тысячи.
Старик стоял в главной зале, тяжело опираясь на резную чёрную трость. Смотрел он на противоположную стену туда, где горел большой камин. Его профиль, несмотря на солидный возраст, сохранил чёткость: нос прямой, чуть загнутый книзу, как у хищной птицы, насупленные кустистые белые брови, высокие острые скулы, обтянутые жёлтой кожей, волосы седые-седые. Серебристая, жидкая борода, заплетённая в тонкую косичку.
На первый взгляд обычный, просто очень старый человек.
Но когда он повернул голову в мою сторону, я резко остановилась, будто налетела на невидимую стену.
Эти глаза. Изумрудно-зелёные, точь-в-точь как у меня. И они едва-едва, но всё же сияли.
Я стояла, не в силах произнести ни слова.
Нанороботы мгновенно провели сканирование:
- Кто вы? - непослушными губами выдохнула я, хотя диагностика нанитов уже частично ответила на этот вопрос.
Неожиданный гость являлся генетически модифицированным человеком со сверхспособностями. Умирающий маг.
- Я архин Велан, Гвендолин, - негромко ответил он, медленно повернувшись ко мне. Наши взгляды встретились. В его изумрудных необыкновенных мелькнуло что-то неописуемо нежное.
- Твой прадедушка.
- Прадедушка? - оторопела я, чувствуя, как подкашиваются ноги. Давно меня так не шокировали вести. - Н-но… как?
Я, как сомнамбула, медленно подошла ближе, буквально вцепившись взором в его морщинистое лицо. Кожа почти прозрачная. Губы синеватые. Глаза запавшие, но всё ещё живые, полные ума и… печали.
- Так много лет и вы не удосужились ни разу поинтересоваться о том, как поживает внучка и её дочка? - сказала я то, что лежало на сердце, не удержав обиду. - Что же вас привело сюда сейчас?
Архин тяжело вздохнул, его плечи поникли ещё больше.
- Потому что я не мог уйти, - тихо ответил он, голос его дрожал от усталости. - Я хранитель магической реки. Пять десятков лет я был заперт в ритуале очищения её вод. Она была отравлена тёмной силой, той, что осталась после войны, и, если бы я прервал процесс, яд убил бы драгоценную жилу.
- Пятьдесят? - ошеломлённо повторила я. Услышанное отодвинуло накатившую обиду за предательство на второй план. - Без перерыва?
- Ни на час, - кивнул он. - Ритуал требовал постоянного присутствия. Никто не мог войти: защитные барьеры убили бы любого. Каждый день высасывал из меня жизнь, но я не мог позволить себе остановить процесс.
Его голос становился всё слабее.
- И только, когда закончил, смог принять слуг, рассказавших мне обо всём, что я пропустил, пока был заперт в своём долге… - он болезненно сглотнул.
Я молчала, потрясённая. Смогла бы я так? Жертвовать собой во благо других в течение стольких лет? Во тьме, без права выйти наружу, без шанса вдохнуть полной грудью чистый воздух, поговорить с друзьями… Ответ пришёл сразу же: если понадобится, да, смогла бы.
- Они рассказали о том, что моя Исо сбежала с принцем, о том, что он погиб, а она вдруг влюбилась в твоего отца, графа Леваньер. О том, что умерла родами. О том, что ты выросла сиротой при живом родителе. О том, какой ужас творился в твоей жизни, как родной отец позволял всем и каждому тебя унижать. И вот этого я уже ни понять ни оправдать не смог.
Что-то в его словах царапнуло сознание, но я, растерянная, не могла уловить, что именно не так. Ладно, обдумаю всё немного позже, после того, как успокоюсь.
- И всё равно опоздал, - горько усмехнувшись, добавил он. - Почти все дорогие мне люди умерли, пока я спасал чужих. Но осталась ты. И я должен передать тебе знания, пока ещё могу говорить.
Я смотрела на измождённого старика, и сердце сжималось от жалости. Какими бы ни были обстоятельства, сейчас передо мной, едва держась на ногах, стоял умирающий человек, и пренебречь его болью я не могла.
- Архин Велан, - мягко начала я.
- Дедушка, - в тон поправил он меня. Я несколько напряглась и, упрямо вскинув подбородок, с нажимом повторила:
- Архин Велан, прошу вас, будьте гостем в моём доме. Вас устроят в уютных покоях, принесут горячий обед. А потом, когда вы немного отдохнёте, мы с вами поговорим.
Я посмотрела на свою экономку, всё это время молча стоявшую неподалёку:
- Элла, размести архина Велана в лучших гостевых покоях. Тех, что в Восточном крыле, рядом с моими комнатами. Там теплее и тише.
- Слушаюсь, госпожа, - сделала короткий книксен женщина, стараясь скрыть обуревающее её любопытство.
Я на мгновение задумалась, что ещё может понадобиться человеку в его состоянии?
- Пошлите за мастером Альдрином, пусть прихватит с собой все лечебные настойки, что у него есть. Приготовьте лёгкую пищу. Отдельно позаботьтесь о людях, прибывших с архином.
- Будет исполнено, госпожа, - экономка ещё раз поклонилась.
Пока я отдавала распоряжения, Велан просто стоял и молча слушал. В его зелёных глазах мерцала благодарность и… улыбка?
- Ты очень добра, Гвендолин, - просипел он. - Совсем как твоя мама.
- Отдыхайте, - я осторожно взяла его под руку, чувствуя, как он весь дрожит от усталости. - Всё остальное может подождать. Главное сейчас - восстановить силы.
- Времени у меня мало. Слишком мало. Но… - он слабо улыбнулся, - раз уж ты настаиваешь, несколько часов отдыха не помешают. А потом мы поговорим.
Вскоре в зал вошли ещё две служанки. Они бережно помогли старику подняться по лестнице в восточное крыло. Я шагала впереди, как хозяйке дома мне полагалось провести высокого гостя в отведённые для него покои лично. Пока шли, я думала…
Мама сбежала с принцем. Итере-е-есно. Потом вышла замуж за наследника Леваньер. Тоже весьма интригующее. Где-то между всем этим таится некий секрет. Вопрос, а хочу ли я его раскрыть?
Пока нет.
Дверь в комнату распахнулась, и мы вошли в большое помещение, согретое теплом, идущим из ярко горевшего камина.
- Здесь вы сможете отдохнуть, - сказала я, глядя, как служанки помогают старику сесть на край кровати. - Если что-то понадобится, потяните за вот эту верёвку, слуги тут же придут.
- Благодарю. Я знал, что из тебя вырастет удивительная женщина. Жаль только, что не был рядом, чтобы увидеть это своими глазами.
В его голосе звучала такая боль, что я почувствовала, как к горлу подступает комок.
- Дай мне немного времени, Гвендолин. Я должен привести мысли в порядок, вспомнить всё, что нужно тебе передать.
- Отдыхайте, архин Велан. Отоспитесь, как следует.
Я вышла из покоев, мягко прикрыв за собой дверь. В коридоре меня ждал Чёрный Волк.
- Миледи, - сказал он вполголоса, - я выставил дополнительную охрану, как вы и велели. Но я не думаю, что нам угрожает опасность.
Мы молча дошли до моего кабинета. На столе стопкой лежали планы оборонительных сооружений.
Но мысли о прадеде, что вот так, будто из воздуха, соткался на пороге моего дома, не давали покоя. В голове роились мысли, самые разные.
- Ваш дедушка - маг, - нарушил тишину Волк, - точнее был им.
- А какого направления?
- Насколько могу судить из всего услышанного, он маг света, - негромко ответил мужчина. - Только они могут чистить воду в магических реках.
- Ясно, - вздохнула я.
- Теперь я понимаю природу вашей силы, - добавил он, пронзительно на меня поглядев.
«Это навряд ли», - подумалось мне.
- Вы сможете ему помочь? Продлить его дни? - вдруг спросил спутник.
- Почему это вас так заботит? - удивилась я, садясь за стол.
- Таких магов, как он, осталось мало. Ваш дедушка отдал всё, чтобы сохранить на нашей земле волшебство. А взамен потерял почти всю свою семью. Даже не смог ни с кем из них проститься. Архин Велан заслужил ещё немного времени, чтобы побыть рядом с вами. Впрочем, не мне вам советовать, - видя, как я нахмурилась, добавил он.
- Всё в порядке, - возразила я ему, - ваши советы к месту, я просто размышляю, что могу сделать в его случае… Мне нужно провести тщательную диагностику всего его организма, в том числе и крови…
Рыцарь понимающе кивнул и, коротко поклонившись, покинул кабинет, оставив меня одну.
Посидев ещё немного, я вернулась к своим проектам.
Ближе к ужину в дверь постучали.
- Войдите, - отозвалась я, не отрывая взгляда от чертежей.
В кабинет шагнул мастер Альдрин, пожилой лекарь с седой бородкой и добрыми глазами. Но сейчас его лицо было мрачным.
- Миледи, - он покачал головой, - я осмотрел вашего гостя. Дал ему все свои лучшие настойки: корень жизни, эликсир силы, отвар молодости. Ничего не помогает. Его тело просто истощено до предела. Архину Велану осталось жить считанные дни, миледи. Вероятно, неделя, если повезёт. Я многое видел за свою жизнь, но такого… - он беспомощно развёл руками. - Даже магические зелья тут бессильны.
Сердце сжалось. Архин единственный родной мне человек. Готова ли я вот так взять и потерять его? Даже не попытавшись помочь?
- Спасибо, мастер Альдрин, - тихо отозвалась я. - Можете идти.
Не успела дверь за стариком закрыться, как в створку снова постучали.
- Миледи, архин Велан просит встречи с вами, - в кабинет заглянула Элла.
Я, поблагодарив женщину, убрала бумаги в стол и отправилась в Восточное крыло.
В гостевых покоях царил полумрак, освещённый только огнём в камине. Мужчина сидел в кресле у очага, закутанный в тёплый плед. При моём появлении он попытался встать.
- Не нужно, - мягко остановила я его. - Сидите.
- И ты садись, внучка, - кивнул он и без перехода: - Ты пробила Пелену… Я уж думал, что больше никогда не увижу солнечного света, кхе-кхе, - закашлялся, отдышался и продолжил: - Мне много лет, милая, очень-очень много лет. Мне было пять, когда я видел солнце в последний раз. И то, что ты сделала… за гранью моего разумения. И я хочу знать, возможно ли это всё повторить? - и такая надежда вспыхнула в его глазах, что мне снова стало отчаянно жаль этого человека.
Я присела в кресло напротив него и ответила:
- Да, но для начала кое-что добавлю в Ловца.
- Ловца? - не понимающе эхом повторил собеседник.
- Установка по улавливанию и сбору рассеянного света. Артефакт, - подобрала я понятное ему слово.
- А из чего он сделан? Раньше артефакты изготавливались лишь из камней света.
Я невольно качнулась вперёд, буквально вцепившись глазами в его усталое, серое лицо.
- Как кулон, что оставила мне матушка? Как телескоп, то есть Звездочёт, что находится в башне при Аббатстве Святого Милосердия?
- Да, верно, - кивнул собеседник.
- Любопытно… Мой Ловец сделан из железа. Но при этом без помощи маминого кулона я бы смогла призвать силу, пробившую путь к небу, - не делая пауз, я выстрелила вопросом: - А вы знаете, как много артефактов подобных Звездочёту? И где они находятся?
- Ведаю лишь о тех, что невозможно унести, об остальных, вероятно, есть записи в королевском архиве, кхе-кхе, - снова зашёлся он. - Если тебе нужна эта информация, я тебе о ней тоже расскажу. Но первое, что для тебя куда важнее старых артефактов, это понимание природы магических рек. Это не просто потоки воды с дивными свойствами. Это артерии самой планеты, по ним течёт изначальная сила жизни. Они питают всё вокруг… Если артерии кто-то отравит и не сыщутся маги, способные их очистить, миру придёт конец. Наш род обладает даром очищения. И в твоей крови этот дар тоже есть.
Он откинулся в кресле, собираясь с мыслями, и чтобы передохнуть.
- Кроме колдовских вод, я расскажу тебе о Великой Пелене. Твоя цель, твоя жизнь и судьба - это поиск пути, как от избавиться от Завесы. И я постараюсь дать тебе всё необходимое для этого.
Едва договорив, он снова начал задыхаться. Глаза его потускнели, тяжёлые веки сомкнулись.
- Я расскажу тебе, о магии света, кхе-кхе…
- Если успеете, - тихо, под нос пробормотала я.
- Магия света - это не магия воды, огня или ветра, которыми владеет большинство чародеев. Для неё нужен солнечный. Прямой контакт с источником силы.
- Но свет всё же проникает через Пелену, - попыталась возразить я.
- Его едва хватит на простейшее заклинание. А для серьёзной магии нужно солнце. Настоящее, яркое солнце.
Архин устало провёл рукой по лицу.
- Постараюсь рассказать тебе основное, но время…
- Вы не успеете, - перебила я его, поднимаясь с места. - А мне нужно знать всё. Абсолютно. Всё, что вы только что озвучили, и многое другое. Но сначала я кое-что проверю.
Я подошла к нему и мягко положила ладони на его голову.
- Что ты делаешь? - удивился архин.
- Позвольте вас осмотреть? Больно не будет.
- Ох-хо, - тихо рассмеялся гость, - боль… Я давно её не страшусь, она часть меня. Что же, покажи мне свою магию, внучка.
Я просто кивнула и прикрыла веки.
Информация хлынула потоком:
Но затем прозвучало и нечто неожиданное:
Просто ошеломительные возможности при заряде нанороботов выше 95%! Я, чувствуя, как меня охватывает дикий восторг и азарт, как сердце забилось быстрее, медленно отняла руки от седых волос дедушки.
Наниты предлагали не просто поделиться энергией - они готовы были временно покинуть моё тело для проведения настоящей операции!
- Я не дам вам так просто умереть… дедушка. Вы ещё поживёте. И снова увидите солнце.
Лицо гостя буквально вытянулось от шока.
- Всевышний, о чём ты говоришь?! - явно ничего не понимая, пробормотал он. - И твоя магия совсем не похожа на мою…
- Ну, тут я спорить с вами не стану, не похожа. Но вылечить вас смогу и без магии света, - загадочно улыбнулась я.
- Тогда чего ж мы ждём? - чуть приподняв голову, архин Велан вопросительно вскинул седые брови.
- Действительно, - кивнула я, соглашаясь, - приступим.
Снова прижав ладони к его волосам, дала нанитам команду.
Сначала я почувствовала нечто странное… Такое сложно описать словами - будто часть меня самой утекала через поры в коже и проникала куда-то, где меня быть по определению не могло. Миллионы крошечных роботов покинули мой организм и впитались в прадедушку. Это было… необычно. Эдакое ощущение медленного растворения. Я даже на мгновение испугалась исчезнуть навсегда.
Архин Велан вздрогнул всем телом, его глаза широко распахнулись.
- Всевышний… что это? - прошептал он, судорожно хватаясь за подлокотники кресла.
Я же, уже не обращая внимания на внешние раздражители, стала следить за процессом изнутри через сенсоры нанитов. Роботы атомарного масштаба, как хирурги запредельного мастерства, устраняли повреждения на клеточном уровне, восстанавливая разрушенные ткани, запуская заторможенные процессы регенерации.
- Не сопротивляйтесь, - мягко попросила я пациента. - Позвольте моей магии сотворить чудо.
Вскоре цвет лица мужчины из землисто-серого стал просто бледным, дыхание углубилось и выровнялось. Морщины чуток разгладились, пальцы, скрюченные, как у хищной птицы, распрямились.
Весь процесс занял всего семнадцать минут.
«Операция завершена. Жизненные показатели субъекта стабилизированы. Критическое состояние устранено. Наниты возвращаются к носителю», - доложил механический, бесстрастный голос, и нанороботы потоком хлынули назад ко мне, своей хозяйке.
Я убрала руки и отступила на шаг. Теперь архин выглядел значительно лучше. Губы порозовели, глаза заблестели ярче, осанка выпрямилась.
- Как вы себя чувствуете? - поинтересовалась я, заглядывая ему в лицо.
Он медленно поднялся с кресла: сам, без посторонней помощи.
- Словно… вернулся с того света, - изумлённо произнёс он, разглядывая свои руки. - Я не чувствовал себя настолько живым уже очень давно. Что ты со мной сделала, дитя?
- Моя магия исцеления, - уклончиво ответила я. - Теперь у вас есть время. Несколько месяцев, возможно, больше.
Слёзы заблестели в его глазах, он попытался украдкой их смахнуть. Я сделала вид, что не замечаю накативших на старика эмоций, и, будто невзначай, отвернулась к горящему камину.
- Ты… ты даже не представляешь, какой дар мне преподнесла. Теперь я успею всё рассказать. Всему научить.
И вдруг широко от души зевнул, глаза его удивлённо распахнулись.
- Вам нужно поспать, - улыбнулась я. - Дайте вашему телу прийти в себя после операции, то есть после лечения. Отдыхайте, спите сколько хотите.
Оставив его на попечение слуг, отправилась в свои покои. Я вовсе не устала и могла бы пойти в кабинет, засесть за чертежи, но отчего-то вдруг поступила иначе. Уснула быстро, и мне ничего не снилось.
А к утру архин Велан преобразился полностью. Я работала в кабинете над чертежами, когда в дверь постучали.
- Войдите, - отозвалась я.
В помещение шагнул мой гость, опираясь на трость, но при этом держась прямо и уверенно. При виде меня он широко, беззаботно улыбнулся.
- Доброе утро, внучка! - его голос звучал совсем по-другому - сильно и уверенно. - Я не помню, когда последний раз просыпался таким бодрым! По ощущениям в прошлой жизни, хе-хе, - тихо рассмеялся он. - Умылся сам, позавтракал сам. Впервые за годы почувствовав настоящий голод!
- Как самочувствие? - спросила я, поднимаясь из-за стола и тоже улыбаясь. Архин выглядел как ребёнок, которого угостили чем-то очень вкусным.
- Превосходно! - он сделал несколько шагов без опоры на трость. - Как заново родился! Ничего нигде не скрипит, не ноет, не стреляет, не тянет и не пытается выпасть…
И тут я не сдержалась - легко рассмеялась, и его скрипучий смех присоединился к моему. Что-то в этот момент между нами неуловимо переменилось, мостик, шаткий и тонкий, перекинутый от него ко мне, окреп и… эти чувства согрели моё, покрытое коркой льда, сердце.
Я, продолжая улыбаться, протянула к нему свою раскрытую ладонь:
- Позвольте вас осмотреть?
Он вложил в мою руку свою, и наниты мгновенно провели сканирование:
«Системы организма функционируют стабильно. Регенеративные процессы активны. Прогнозируемое время жизни без изменений».
- Неплохо, а будет ещё лучше, я непременно что-нибудь придумаю ещё, - довольно кивнула я. - Неминуемая смерть вам пока не грозит.
- Спасибо, дочка, я ехал сюда, чтобы проститься… А вышло, что нашёл спасение. И неважно, как долго я пробуду рядом, я помогу тебе всем, чем смогу, - тут его ясные зелёные глаза зацепились за чертежи, разложенные на моём рабочем столе.
- Можно взглянуть? - негромко попросил он.
- Да, конечно, - чуть поколебавшись, я решила довериться ему. Злого умысла в старике я не чувствовала, да и тащить всё на своих плечах, если честно, чертовски непросто. Навряд ли старый маг поймёт в моих схемах хоть что-то, а если вдруг, то, значит, и посоветует, что-то толковое…
- Хм-м? - пробормотал он, склонившись над бумагами.
- Это план обороны границ, - пояснила я, хотя архин не спрашивал.
Маг внимательно изучил все рисунки, его брови постепенно сошлись на переносице.
- Внучка, это всё очень… впечатляюще, но… - он сожалеющее покачал головой: - Это долго, дорого, и… Эти укрепления не остановят мага. Любой чародей средней силы пройдёт сквозь подобную защиту, как сквозь рой надоедливой мошкары, и откроет путь своим воинам. А тот, кто владеет силой повелевать духами… Даже и мошкары этой не заметит - за него всё сделают его подчинённые бесплотные существа, злобные твари.
Сердце ёкнуло. Я не подумала об этом. Я настолько сосредоточилась на инженерных решениях, что забыла о силе иного плана.
- Но ведь должен быть способ противостоять колдунам?
- Конечно, он есть, - кивнул собеседник. - Магические ловушки, защитные контуры, артефакты отражения. Но для этого нужны маги, а не стены, даже если они из железа. Камень против камня, сталь против стали, магия против магии.
Он выпрямился и посмотрел на меня серьёзно.
- Мои установки, то есть сооружения будут бить молниями, - возразила я, - разве это не магия?
- Отчего же, магия, как есть, одно из её проявлений… Но это всё же не чародей, который видит противника и действует наверняка. К тому же, Гвендолин, после того как ты пробила Пелену, всё изменилось. Тебе некогда поднять голову от дел, и подумать, чем окно к солнцу для тебя обернётся. Я скажу так: сюда потянутся гости. Самые разные. И цели у них будут часто вовсе не мирными. Даже женихи станут держать камень за пазухой. Не будешь же ты ограждать всё своё графство ото всех?
- Женихи? - вычленила я важное и нахмурилась, вспомнив Оскара и его предательство.
Мои наниты, о которых, конечно, никто не знает, интегрированы с моей ДНК и не выживут ни в ком другом. Но изменения, внесённые ими в мой генетический код, теоретически могут передаться детям… Хотя без самих нанороботов это будут лишь отголоски способностей. Впрочем, всё это сейчас не так важно. Сама мысль, что я могу заинтересовать кого-то как средство для создания потомства, была отвратительна.
- Так что же вы предлагаете? - спросила я, зло поджав губы.
- Забудь о стенах вокруг границы, - решительно сказал архин. - Это просто впустую потраченные ресурсы, это, прости меня, бессмысленно. Сосредоточься на том, что действительно важно: на собственной силе, верных союзниках и мобильной обороне.
Он взял со стола мой уголёк и начал набрасывать новую схему на чистом листе пергамента.
- Несколько хорошо защищённых опорных точек, быстрая связь между ними, элитные отряды, способные оперативно реагировать на угрозы. И главное - магическая защита ключевых объектов.
- А что насчёт моих… молний, стреляющих из башен?
- Они хороши, но как поддержка, - архин улыбнулся. - И их не нужно та-а-ак много! Несколько в ключевых местах, они (башни) отлично справятся с обычными бойцами. Но против настоящих врагов понадобится сила иного плана.
Он поднял голову и твёрдо посмотрел мне в глаза.
- Начнём твоё обучение сегодня же. Времени у нас не так много, как хотелось бы, но теперь его достаточно, чтобы дать тебе основы. Мне нужно определить, какой именно силой ты обладаешь. Я уже понял, что это не магия света, духов и даже не стихий, - он задумчиво почесал левую бровь, - выясним, чем именно тебя одарил Всевышний, после чего я решу, как быть дальше.
Как любопытно получается… Неужели технологии в мире, где существует волшебство, бесполезны? Ни за что не поверю! Я обязана разобраться в вопросах магии, как тот или иной её вид работает в теле чародея, как искажает, воздействует на окружающую действительность. По каким законам всё происходит. И придумать оружие, нацеленное на подавление или нейтрализацию магических способностей.
Тут в дверь постучали, и в кабинет вошёл один из воинов Рика.
- Госпожа, архин Велан, - он коротко нам поклонился, - к замку подъезжает карета.
- Началось. Быстро они, однако, - усмехнулся дедушка. - Что же, внучка, пойдём, встретим «дорогого» гостя.
Интерлюдия
Конь выдохся. Пена клочьями свисала с удил, бока животного тяжело вздымались, копыта спотыкались о камни. Но останавливаться было нельзя, он должен доставить послание своего вождя как можно быстрее.
Вскоре впереди показались первые дозорные башни Грифонов, высеченные прямо в скалах. Грим Быстрая Стрела поднял над головой длинную палку с привязанными лентами двух цветов: белой и чёрной. Знак того, что он прибыл с официальным посланием.
Из-за каменных выступов бесшумно, как духи, появились всадники. Они были облачены в добротные кожаные доспехи, усиленные стальными пластинами.
- Кто едет к Грифонам? - крикнул их предводитель.
- Грим Быстрая Стрела из племени Свирепых Койотов! - ответил гонец, осаживая измученного коня. - Несу послание моего вождя Хакона Мудрого к вашему вождю Громоподобному Вийону и всемогущему ведуну Серому Ворону!
Воин Грифонов внимательно оглядел гонца с ног до головы, отметив пыльную одежду и загнанную лошадь.
- Срочное, говоришь… - задумчиво протянул он.
- Крайне. Речь идёт о выживании нас, как народа!
Начальник дозора в удивлении высоко вскинул брови, но всё же кивнул своим людям. Двое всадников развернулись и помчались назад, чтобы доложить правителю клана о прибытии вестника.
- Следуй за мной, Грим Быстрая Стрела, но знай, любая попытка отклониться от пути будет расценена как враждебный умысел.
Гонец только кивнул. Он был слишком измотан, чтобы думать о чём-то, кроме выполнения поручения.
Тропа петляла между отвесными скалами, поднимаясь всё выше. Воздух становился разреженнее, ветер сильнее. Наконец, они достигли плато, где среди каменных исполинов виднелись пещеры. Это было сердце земель Грифонов, их неприступная твердыня.
У входа в самую большую пещеру стоял высокий мужчина. Он молча дождался, когда Грим спешится, и, так же безмолвно развернувшись, исчез в недрах грота.
Быстрой Стреле ничего не оставалось, лишь последовать за ним.
Вийон ждал гонца, сидя у горящего костра в окружении приближённых к нему воинов. Его суровое, обветренное лицо, покрывали синие спиралевидные татуировки, а глаза смотрели с властностью и спокойствием человека, привыкшего повелевать.
Грим, опустившись на одно колено и прижав кулак к сердцу, торжественно заговорил:
- Великий Громоподобный Вийон! Мой вождь Хакон Мудрый, младший сын Рангвальда Безумного, шлёт тебе своё слово и предлагает верность клана Свирепых Койотов. Мы столкнулись с бедой, что не одолеть в одиночку. Ведьма с огненными волосами владеет силой мёртвого света, который сводит с ума не только сиянием, но и своей отвратительной песней. Она убила нашего вождя Бьёрна Кровавая Секира руками своей подруги Розалинды. Когда Ульф Молот, побратим вождя, повёл отряд мстить за пролитую кровь, рыжая ведьма, взяв его в плен, приказала исполосовать его тело и лишить языка. Распоряжения Леваньер страшны и унизительны. За помощь в битве с ней Хакон Мудрый предлагает Чёрным Грифонам военную службу на два года, все наши тайные знания о слабых местах соседних кланов, и в залог верности своего младшего сына Эйрика.
- Ступай, - бесстрастно отозвался Вийон, небрежным взмахом руки отпустив Грима, - ответ получишь завтра поутру, - добавил он всё так же безэмоционально…
***
Глубоко в недрах горы, в небольшой пещере, куда не проникал тусклый дневной свет, было своё светило. Здесь, вытекая прямо из разлома в каменном полу, журчал ручей, волею богов отделившийся от основного потока могучей волшебной реки, и пробившего путь сюда, к людям.
Это была не просто вода. Это был ключ чистой, вязкой, живой энергии, светящийся мягким, молочно-белым светом. Он беззвучно струился, омывая каменный неровный пол, и убегал в щель, расположенную в другой части грота, падал в пустоту, и где-то там снова сливался с матерью в единое целое.
Воздух здесь гудел от силы, вибрируя и заставляя любого сюда пришедшего, дрожать в ответ.
На шкуре пещерного медведя, расстеленной подле ручья, сидел он. Воин-ведун Серый Ворон.
Он совсем не походил на древнего, иссохшего Костогрыза. Ведун казался человеком без возраста. Его длинные, пепельно-седые волосы были заплетены в одну толстую косу, с вплетёнными в неё перьями ворона и почерневшими от времени серебряными бусинами. Шаман был худ, но в его жилистой фигуре чувствовалась скрытая сила, как в натянутой тетиве лука. Бледное лицо, почти не тронутое морщинами, а глаза… сейчас его глаза были закрыты.
Серый Ворон сидел абсолютно неподвижно, положив тонкие руки на колени.
Вийон вошёл в пещеру один, оставив свою свиту далеко отсюда. Его могучая фигура заполнила собой всё небольшое пространство.
Вождь подошёл к сидящему истуканом шаману и мягко опустился напротив - прямо на каменный пол.
- Серый Ворон. Прибыл гонец от Койотов.
Ведун не шелохнулся, но ответил скрипуче:
- Река пела мне об этом. О крике света на востоке. О ране, нанесённой миру.
- Койоты просят помощи, - продолжил Вийон. - Они говорят о жестокой ведьме с огненными волосами. Её защитники разбили отряд Ульфа и, истязав его в плену, отправили назад с позорными шрамами и без языка. Теперь Хакон предлагает нам свою верность в обмен на помощь в борьбе с ней.
Серый Ворон медленно почти незаметно вздохнул:
- Предлагают свою свободу в обмен на месть. Они боятся. И правильно делают.
- Ведьма настолько сильна?
- Она не ведьма, - веки ведуна дрогнули и на Вийона посмотрели глаза цвета снега с чёрным вытянутой формы зрачком. От этого взгляда сильнейшего из воинов Грифонов привычно пробрала дрожь страха, которую он никак вот уж сколько лет не мог подавить. - Ведьмы черпают силу из земли, растений, рек, крови. А эта… - ведун замолчал, словно прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. - Эта пьёт свет из неживого. Она чужая.
Вождь нахмурился, не понимая.
- Она подаёт знаки. Изувеченный воин Койотов - это не символ жестокости. Это послание. Огненноволосая нас не боится.
- Так каков будет твой совет, ведун? Принимать их присягу? Идти на войну с этой… чуждой силой?
Серый Ворон медленно закрыл глаза.
- Прими их присягу, - прошелестел он. - Их страх сделает их лучшими цепными псами, каких только можно желать. Пусть их земля станет нашим полем битвы, а их воины - нашим первым щитом. Мы должны узнать больше о ней.
- Значит, война, - с мрачным удовлетворением заключил Вийон.
- Нет, - и снова жуткий взор белых глаз упёрся в вождя. - Наша цель - не её смерть. Подобную силу не стоит и пытаться уничтожить. Её потребно подчинить. Леваньер нужна мне живой. Я выпью её до дна, и нашему народу не будет равных на этой земле.
Вождь низко склонил голову, принимая волю шамана.
***
Королевский дворец
В кабинете короля Эдуарда царила тишина. Огонь в массивном камине потрескивал размеренно, словно отмеряя время, а пергаменты в руках первого советника, герцога Алистера Блэквуда, шелестели, как осенние листья под ветром перемен.
Сам король стоял у очага, заложив руки за спину, его силуэт тёмной тенью вырисовывался на фоне серой стены.
Тихий стук в дверь нарушил молчание.
Секретарь, сидевший в углу, встал и распахнул тяжёлую створку.
В кабинет бесшумно скользнула фигура, закутанная в тёплый дорожный плащ.
- Ваше Величество, - шпион низко поклонился, его голос был тих, но отчётлив.
- Говори, - по-прежнему не оборачиваясь, произнёс Эдуард, но Алистер заметил, как напряглись плечи монарха.
- Миледи Леваньер пробила Пелену, Ваше Величество. Разорвала ткань Великой Завесы. Чуть больше часа над её замком сияло настоящее солнце. Впервые за две сотни лет. Весь Грейстоун и окрестности стали свидетелями сего чуда.
Герцог Блэквуд шокировано замер, окаменев. На мгновение он подумал, что не так понял сказанное.
- Её за глаза называют Графиней Света, Разрушительницей Тьмы. Говорят, что время скорби подходит к концу… Кроме того, - шпион понизил голос, переходя к более приземлённым, но не менее важным новостям, - она приняла под свою защиту беглую дочь герцога Виндхольмского, леди Розалинду, убившую своего мужа-кочевника. Отряд преследователей, пущенных по её следу, встретили воины графини и вступили с ними в схватку. Выжил лишь предводитель, которому по приказу леди Леваньер отрезали язык. А посланника герцога Виндхольмского леди Гвендолин прогнала прочь, не приняв его золота, не испугавшись его угроз.
В глазах соглядатая мелькнуло что-то похожее на восхищение.
- Она сильна, Ваше Величество. И не боится действовать по своей воле. Её влияние на восточных границах растёт с каждым днём. Люди идут к ней за правосудием, купцы ищут её покровительства. Степняки боятся её, как огня.
- Достаточно, - король медленно повернулся, и Алистер невольно напрягся.
Лицо Эдуарда оставалось непроницаемым, как всегда, но в глубине его тёмных глаз первый советник увидел бурю: смесь страха, восхищения и чего-то ещё. Может быть, гордости?
- Отдохни до рассвета, затем возвращайся туда, откуда прибыл. Можешь идти.
Когда тёмная фигура растворилась за дверью, герцог Блэквуд не выдержал:
- Эдуард! - воскликнул он, забыв в волнении о придворном этикете. - Это же меняет всё! Маг такой невообразимой силы, способный управлять самой Пеленой! Леди Гвендолин может стать величайшим оружием, когда-либо существовавшим в нашем королевстве! Мы должны немедленно взять её под свой контроль, привезти ко двору, дать ей всё, что она пожелает, но держать рядом! И непременно выдать замуж за принца Ааронии. Этот союз укрепит наши позиции среди других государств.
Король медленно подошёл к массивному дубовому столу, сам налил себе вина. Тёмно-красная жидкость загадочно сверкнула в кубке.
- И превратить её во врага? - спокойно возразил он, поднеся бокал к губам. - Ты не понимаешь её природы, Алистер. Гвендолин, как дикий зверь. Красивый, могущественный, завораживающий, но дикий. Попытаешься запереть такого в клетку - он разорвёт и клетку, и тебя, и всех, кто стоял рядом.
Его Величество сделал медленный глоток, смакуя вкус старого вина.
- Я знал, что её сила рано или поздно проснётся, - продолжил он задумчиво. - Кровь - не вода, особенно такая. Ещё немного и всё королевство будет знать о солнце над Грейстоуном.
Монарх прошёлся по кабинету туда-сюда, его шаги были мягкими, но уверенными.
- Нет, Алистер. Мы не будем вмешиваться. Пока что. Понаблюдаем, друг мой. Посмотрим, как она воспользуется данной ей силой…
***
Замок Виндхольмских
Герцог Рейнхарт Виндхольмский метал громы и молнии. Стоя в центре своей оружейной, среди блеска стали и холода камня, он слушал доклад сэра Тобиуса Кассиана, только что вернувшегося из земель Леваньер.
- …она назвала вас трусом и торгашом, Ваша Светлость, - негромко закончил посланник. - Сказала, что ждёт вас с извинениями, что ей не нужно ваше золото. А после… после она показала свой дар. Её руки горели синим пламенем. Она маг чрезвычайной силы. У меня всё внутри похолодело от идущей от леди Леваньер мощи, я едва справился с накатившей паникой и немедленно покинул её замок, а затем и земли.
- Ведьма! - взревел герцог, ударив кулаком по столу так, что подпрыгнули, тревожно звеня, лежавшие на нём кинжалы. - Эта выскочка, эта калека, посмела угрожать мне! Мне, первому мечу королевства!
Его сын Аларик, стоявший рядом, криво усмехнулся:
- Я же говорил, отец. А теперь у нас ещё больше проблем…
- Молчать! - рявкнул герцог и резко повернулся к Кассиану. - Собери сотню лучших мечей. И отыщите Шэйю, неважно, сколько этот колдун запросит, он мне необходим! Отправитесь с рассветом. Возьмёте то, что принадлежит мне по праву. Если эта девчонка окажет сопротивление, сжечь её замок дотла! Мне плевать на её силу, против сотни рыцарей и мага огня она не выстоит…
В дверь коротко и властно постучали, не дав Его Светлости договорить. Не дожидаясь позволения войти, створка распахнулась, и в оружейную шагнул посыльный в ливрее с вышитым королевским гербом на груди. Он молча пересёк помещение и, коротко поклонившись, протянул свиток хозяину замка.
Руки Рейнхарта дрожали от гнева, когда он ломал печать. Мужчина пробежал глазами по коротким, рубленым строчкам:
Свиток выпал из рук герцога, его лицо побелело от ярости, мужчина со свистом втянул в себя затхлый воздух оружейной.
Посланник государя, ещё раз поклонившись, вышел вон.
Тишина после его ухода была тяжёлой и недолгой.
- Король решил связать мне руки… Зачем ему эта рыжая бестия? Что она может ему дать?! - с ненавистью змеёй прошипел Его Светлость. - Но он не может видеть всё, не так ли? И я не привык сдаваться… Собери не сотню, Кассиан, а два десятка самых тихих и безжалостных. Не рыцарей, а теней, что ходят в ночи. Вы не пойдёте войной. Вы выкрадете Розалинду. Тихо. Без свидетелей.
Мы встретили нежданного и незваного гостя в зале для аудиенций. Я села в своё кресло во главе стола, ощущая себя на удивление спокойной. Сэр Рик занял свой пост за моей спиной. Прадед устроился в кресле у камина, для постороннего он выглядел бы просто как почтенный гость, греющий старые кости у огня.
Вскоре слуга объявил:
- Лорд Эйхварт Линней, советник Его Величества по магическим вопросам!
В зал вошёл маленький, сухонький старичок. Его дорогая мантия из синего бархата висела на нём, как на вешалке, а на птичьей шее болталась тяжёлая золотая цепь, подтверждающая его статус.
Водник, и как мне тут же сообщили наниты, довольно слабый:
Передо мной был не воин, а книжный червь, бюрократ от магии.
Он остановился и исполнил формальный, педантичный поклон:
- Графиня Леваньер. Для меня честь прибыть в ваши земли по прямому указу Его Величества. Я, лорд Линней, уполномочен провести оценку ваших проснувшихся способностей.
Его тон был вежливым, но снисходительным. Тон наставника, готового экзаменовать неразумную ученицу. Он считал меня провинциальной выскочкой, случайно получившей толику силы.
- Мы рады приветствовать посланника короля в нашем замке, лорд Линней, - ответила я ровно.
Он собирался продолжить, но в этот момент его взгляд скользнул в сторону камина, где остановился на лице сидевшего там архина. Гость так и замер с приоткрытым ртом, его голубые глаза распахнулись шире.
- Прошу прощения… но этого не может быть… - пролепетал Линней срывающимся голосом. - Архин Велан, вы ли это?
Мой прадед слегка кивнул, едва сдерживая смех.
- Как видишь, пока не помер, Эйхварт. Хочу ещё немного помочь этому миру.
Лорд Линней, великий теоретик и один из магических советников короля, побледнел как полотно. Вся его спесь, весь его академический снобизм испарились в один миг.
Я решила, что пора брать ситуацию в свои руки, подалась вперёд, положив ладони на стол: - Лорд Линней, Его Величество прислал вас оценить мои способности и научить ими пользоваться. Думаю, всё это легко устроить. Вот только точно не сегодня. Как вы смотрите на то, чтобы отложить все тесты и уроки до завтра?
- Я… да, вы правы, - пробормотал он, теребя свою цепь, - дорога была утомительной, мне и правда потребен отдых.
Мы с прадедом обменялись едва заметными, понимающими взглядами.
Король прислал своего пса, чтобы тот выяснил, насколько я опасна. Теперь пёс вернётся к хозяину с вестью о том, что у меня уже есть наставник. И этот учитель - дракон, которого многие давно списали.
***
Я вошла в покои Розалинды тихо, без стука. Она сидела в кресле у камина, укутанная в тёплый плед из мягкой шерсти. Огонь бросал пляшущие отблески на её бледное, но уже не такое измождённое лицо. Подруга не смотрела на пламя. Её взгляд был прикован к собственной левой руке, лежавшей на её коленях.
Девушка медленно, с каким-то священным трепетом, сгибала и разгибала пальцы. Затем, затаив дыхание, осторожно провернула запястье. Движение, бывшее для неё не так давно невозможным и неприятным, теперь стало плавным и свободным. Таким же, как до брака с кочевником.
- Как ты, Роза? - тихо спросила я, подходя ближе.
Она вздрогнула, но, увидев меня, тепло улыбнулась. В её глазах стояли слёзы, девушка моргнула, и две крупные прозрачные солёные капли потекли по алебастровым щекам.
- Она… не болит, Гвен, - прошептала Розалинда, дрогнувшим голосом. - Впервые за столько лет… Я даже могу сжать ладонь в кулак. Вот, ты только посмотри!
И сжала пальцы, потом расслабила. Снова сжала. Это было простое движение, но для неё оно являлось настоящим чудом.
- Я почти забыла, каково это - чувствовать себя полноценной… Я стала понимать твою боль куда глубже, и даже не представляю, как ты, будучи ребёнком, выстояла, не озлобилась, осталась замечательным человеком с большой буквы, и всё чаще думаю, что я бы так не смогла… - она подняла на меня взгляд, полный безграничной благодарности и благоговения. - Твоя духовная сила пробудила спящую в тебе магию… Это дар Всевышнего, Гвендолин. И ты заслужила его в полной мере!
Я молча улыбнулась, подошла к Розалинде и, коснувшись её плеча, услышала: «
Я почувствовала укол профессиональной гордости, словно искусный мастер, любующийся своей лучшей работой.
Также нанороботы сгладили ранее чётко видимые белёсые рубцы, покрывавшие её тело. Теперь порезы стали почти незаметными.
Наниты продолжили отчитываться:
- Моя сила, - объяснила я, не отрывая взгляда от её лица, - восстанавливает кожу, слой за слоем. Со временем от порезов не останется и следа. Никто и никогда не узнает, через что ты прошла, если ты сама того не захочешь.
При этих словах плечи девушки задрожали. Она опустила голову, и я услышала тихий, сдавленный всхлип - обещание полного стирания следов её унижения, стало последней каплей. Розалинда плакала, но не от боли или страха, а от осознания того, что ей действительно подарили новую жизнь, чистый лист, на котором не было ни одного напоминания о прошлом кошмаре. Подруга вдруг резко подалась вперёд и крепко меня обняла, уткнувшись лицом мне в плечо.
- Всё будет хорошо, - дав ей немного времени, чтобы выплакаться, нарушила тишину я. - Завтра предлагаю отправиться на магический участок, оценить объём работ, поговорить с крестьянами.
- О, это просто замечательно! - оживилась Роза, мигом отвлекаясь от своих мыслей.
- Тогда ложись спать, завтра нас ждёт небольшое путешествие, - улыбнулась я.
На следующий день я, Роза и архин Велан выехали к магическому участку, устроившись в крытой повозке. Дедушка настоял на том, чтобы сопровождать нас, несмотря на мои опасения по поводу его здоровья.
- Мне необходимо показать тебе кое-что важное, внучка, - сказал он, устраиваясь на мягких подушках. - И только там, где много магии, я смогу провести первый урок.
Благословенная Долина находилась в трёх часах неспешной езды от замка, в низине, где земля была невероятно плодородной и всё благодаря силе волшебной реки, текущей близко к поверхности. Я делила этот участок с графом Альриком из Железного Холма - по всей видимости неплохим человеком, раз он не обманул соседку-сиротку и продал ей древесину отменного качества.
Когда мы прибыли, первыми кого я увидела, были люди графа, одетые в цвета его рода, усердно трудившихся на своей половине. Затем узрела и своих работяг, которые, согнув спины, пыхтели на участке с другой стороны. Десяток мужчин и женщин разных возрастов, жители моей деревушки, что располагалась неподалёку. Они что-то усердно окучивали, склонившись над посадками. Даже в такую стужу здесь много, что продолжало плодоносить. Увидев нас, один из моих людей выпрямился, оценил процессию и, отложив тяпку, направился в нашу сторону.
- Добро пожаловать, миледи Леваньер! - поприветствовал он нас, поклонившись.
Я кивнула в ответ:
- Спасибо…
- Дик Лэйк, - представился он, - смотритель второй смены.
- Как вы тут? Инструментов в достатке?
- О, не помешало бы кое-что починить, хозяйка, поизносилось уж больно многое, - чуть помявшись, всё же честно ответил он.
- Дик, за всем на моей половине «Благословенной долины» отныне будет следить леди Розалинда. Расскажи ей обо всём, в том числе и о нуждах деревни: чего не хватает, что требует починки, какие припасы нужны на зиму - всё это теперь в её ведении.
Лэйк почтительно поклонился.
- Слушаюсь, миледи, - и, повернувшись к Розалинде, с уважением произнёс: - Госпожа, будет честью служить вам. Позвольте доложить?
Роза кивнула, её глаза загорелись нешуточным интересом к новым обязанностям.
- У нас две смены, первую возглавляет Гарри, сегодня же работает вторая. Урожай в этом году превзошёл все ожидания…
Он продолжил отчитываться Розалинде, я же, кивнув дедушке, пошла вперёд, чувствуя странное волнение, такое же, как испытывала всякий раз, будучи на магической земле в Аббатстве.
Архин Велан медленно шагал следом за мной, время от времени наклоняясь и касаясь земли. В его движениях появилось как будто больше энергии, глаза полыхнули силой.
- Как ты знаешь, на нашей Гелии есть места, где магические реки подходят близко к поверхности. И на таких участках растёт великое множество всякой полезности. Благодаря чему мы, люди и не только, всё ещё живы. Эти реки не просто подземные потоки воды. Это артерии самой планеты, по ним течёт первозданная сила жизни.
Он на секунду смолк, чтобы взять ещё одну горсть земли и растереть между пальцами.
- Видишь, как мерцает почва? Это не от солнца. Это благодаря магии. Растения здесь впитывают силу напрямую из источника, поэтому они и растут так быстро, и никогда не болеют. В лесах, куда сложно добраться двуногим разумным, животные питаются с вот таких мест.
- А можно ли расширить этот участок? Поднять реку в других местах? - поинтересовалась я. - Или вообще вытянуть её на поверхность?
Архин внимательно посмотрел мне в глаза и медленно покачал головой:
- Магореки текут по своим законам, их нельзя изменить простым копанием или силой магии. Я бы даже сказал, что волшебные источники обладают неким разумом… В общем, терранты и водники пытались и не раз, но у них так ничего и не вышло, эффект скорее был противоположным. Итак, зачем я здесь? А затем, что в таких местах силы даже сам воздух пронизан магией. Следовательно, тут я смогу колдовать. Но прежде давай я тебе расскажу о магическом сердце, которое есть у всех одарённых.
- Гвендолин, вот тут, - дедушка подошёл ко мне ближе и не больно ткнул кривым пальцем мне в солнечное сплетение, - тебе тепло? У этого тепла есть форма - оно круглое, как яблочко. У чародеев есть второе сердце, то, где они копят ману. И у тебя оно тоже должно быть. Если раньше оно спало, ты его не ощущала, то сейчас, после пробуждения дара, оно забилось, грея тебя изнутри.
На секунду я погрузилась в себя и шарик всё же нашла.
И что же ответить дедушке? Придётся схитрить.
- Дедушка, таких, как ты говоришь, яблочек у меня сотни по всему телу, - выдала я.
От услышанного архин не сдержался и громко, озадаченно крякнул, глаза его чуть из орбит не вылезли, а рот удивлённо приоткрылся.
Да уж… Ладненько, пусть думает, что хочет, всё равно до космических технологий своим умом не дойдёт.
- Это что же такое получается, а? - беспомощно пробормотал старик, нервно дернув себя за кончик бороды.
- Не знаю, - притворно-растерянно развела руками я. - Говорю, как есть. Много их во мне, очень, да.
- А давайте вы покажете мне какое-нибудь заклинание, а я попробую его повторить?
Собеседник всё ещё задумчиво глядел куда-то мимо меня, никак не отреагировав на моё предложение. Пришлось повторить.
Архин моргнул, заторможенно кивнул, отошёл на несколько шагов и снова повернулся ко мне лицом.
- Смотри внимательно, - велел он, поднимая правую руку. Секунда - и над его ладонью появилась маленькая золотистая сфера, не больше грецкого ореха, пульсирующая мягким, тёплым светом. Я ощутила, как завибрировало пространство вокруг старого мага, кругами расходясь в стороны. Глаза старика засияли завораживающим зелёным светом. - Это моя сила, её немного, поскольку солнечного света ничтожно мало, но благодаря реке, текущей под моими ногами, покажу тебе хоть что-то. Итак, я могу кинуть этот сгусток во врага в том виде, в котором ты его сейчас видишь, или же… - сфера вытянулась, превратившись в пятиконечную звезду, а затем трансформировалась в тонкую иглу. - Мысленно придать ей любую желаемую форму, - договорил он. - Попробуй теперь сама.
- Нет, погодите! - остановила я его. - Киньте вашим заклинанием в меня, - решительно попросила я.
Архин удивлённо приподнял свои кустистые брови, но всё же выполнил просьбу. Острый шип устремился ко мне. Довольно быстро. На подлёте я, вскинув руку, остановила его, и тот завис в воздухе напротив. Я, ведомая любопытством, принялась внимательно его рассматривать: какая гипнотизирующая красота! Живое, непрерывно двигающееся жидкое золото.
И-и… ничего не вышло! Магический шип просто осыпался на землю искрящейся пыльцой.
Архин, как и я, удивлённо моргнул: его заклинание просто исчезло, словно его и не было.
- Дедушка, а давайте ещё раз! - нахмурившись, попросила я, не понимая, что произошло.
В этот раз я не стала останавливать снаряд, давая ему меня коснуться. Но, увы, и этот шип рассыпался искрами.
Я замерла, обдумывая полученную информацию. Интересно…
- Хм-м… хм-м, - тем временем бормотал архин Велан, дёргая себя за седую бороду. - Останови-ка моё заклинание, как ты это сделала в первый раз, и кинь его назад ко мне.
И снова игла летит в меня, я торможу её на подлёте и пытаюсь отправить назад к наставнику, но… результат всё тот же - наниты просто всё развеяли по воздуху.
- Любопытно! - азартно вскричал дед. - Во время битвы противоборствующие маги перехватывают заклинания друг друга, видоизменяют, усиливают, если могут, и кидают назад. Иногда рассеивают, но это глупо и жутко силозатратно… Ты же спокойно ловишь, развеиваешь, но отправить ко мне у тебя не получается… А сформировать с нуля?
Сколько я ни пыжилась, создать сгусток энергии, подобный дедовскому, у меня не вышло. Зато какое красивое голубое, холодное, гудящее пламя вырывалось из ладоней – закачаешься. Архин не качался, но шокировано тряс бородой.
Пока он пытался понять, что же это всё значит, я подвела итоги: наниты работали по чётким алгоритмам и программам. Они могли поглощать и перерабатывать солнечную энергию, электричество - всё, что имело стабильные, предсказуемые характеристики. Но магия, как показал только что проведённый эксперимент, обладала неким разумом, она была порождением живого сознания, а не бездушной материи.
Выходит, взаимодействовать с источниками магии - такими как подземная река - у меня не выйдет, поскольку она тоже разумна. Сей факт заставил меня испытать глубочайшее сожаление.
Вывод не самый воодушевляющий: при всём своём желании я не смогу использовать силу рек.
- Поразительно, - качал седовласой головой архин, вышагивая по участку туда-сюда, заложив руки за спину и глядя под ноги. – Привычно заклинания отдают теплом, даже у водников. У тебя же ворожба веет жутким холодом…
- Но тогда… почему магия в камнях света мне подчиняется? - выстрелила я вопросом, прежде чем сама обдумала варианты ответа. - С ними у меня всё прекрасно выходит.
Собеседник замер на месте и переспросил:
- Камни света? О-очень интересно! В отличие от силы волшебных рек и магии одарённых, внутри камней света заключена неживая мана.
Дедушка заложил руки за спину и принялся рассказывать:
- Когда-то камни света добывали на берегах магических рек, в те времена, когда они текли на поверхности Гелии. Эти камни были напитаны волшебной силой, и эта сила, прежде живая, через некоторое время становилась чистым топливом… Умельцы мастерили из них разные артефакты, такие как звездочёты или печи-самогрейки, но ни один чародей не мог высосать из артефактов заключённую в них ману. А ты, получается, можешь… Впечатляющая способность!
Договорив, он подозрительно на меня прищурился, но я не планировала делиться своей тайной. Пока что точно нет.
Итак, камни света содержат обездвиженную, «спящую» силу без разума и воли, поэтому наниты могут с ней работать - она не сопротивляется, не адаптируется, не «думает». Это просто энергия в чистом виде.
Я ещё раз проанализировала все имеющиеся у меня данные: нанороботы автоматически поглощают только солнечный свет - это их основная «пища». Но когда заклинание архина приблизилось ко мне, наниты этот сгусток энергии поглотить не смогли, поэтому посчитали его за угрозу и активировали защитные протоколы.
Сгусток, сотворённый чародеем, оказался условно живым с некими свойствами, заложенными в него магорекой и волей мага-создателя. Мои нанороботы не смогли такую энергию переварить или как-то иначе использовать, поскольку она вошла в конфликт с их алгоритмами.
Добавить к этому, что наниты постоянно вибрируют на своей рабочей частоте - той самой, на которой они обмениваются данными и координируют действия, - получится ещё интереснее: эта частота, видимо, разрушительна для магических структур. Заклинания будут просто «рассыпаться» при контакте со мной.
- Дедушка, как ты смотришь на дуэль? Между мной и тобой? - наклонив голову к плечу, едва сдерживая рвущийся наружу азарт, удивляясь самой себе, вдруг предложила я.
Я ожидала чего угодно: удивления, снисходительной улыбки, отказа, но вместо этого архин смерил меня долгим, задумчивым взглядом, и в глубине его изумрудных глаз я увидела тень глубокой печали.
- Дитя моё, я бы с радостью, - его голос прозвучал тихо и устало, будто та сила, что я видела в нём мгновение назад, вдруг иссякла. - Но огня в моём средоточии осталось лишь на одну искру. Мне нужно несколько дней подле магореки, чтобы немного напитаться. Сейчас же я больше не смогу сотворить и простейшего заклинания, достойного твоего внимания.
Я смотрела на него, чувствуя, как сердце сжимается от жалости.
Так, стоп. Жалость - последнее, чего достоин стоящий напротив меня человек.
- Возвращаемся в замок. У меня есть для вас кое-что.
***
Розалинда, дедушка и его молчаливый слуга Рарок ехали в карете. Я же скакала рядом в сопровождении сэра Рика. Я видела, как он с почти сыновней заботой помог моему прадеду устроиться в экипаже, как осторожно подал руку Розе. В этом закалённом боями воине было столько скрытой нежности и чести, что я невольно то и дело поглядывала на его благородный профиль. Мужчина был красив, но той непередаваемо суровой, совсем не нежной красотой, что сердце невольно замирало, стоило мне представить…
Хмм… Ну о чём я таком думаю? Глупости какие!
- Сэр Рик, - заговорила я, и он, вопросительно вскинув брови, в ожидании на меня посмотрел, - у вас есть тот, кто сможет выполнить одно очень деликатное дело?
- Миледи, можно поподробнее? - едва заметно улыбнувшись, уточнил он.
- Понимаете, я давно обдумываю одну мысль… Несмотря на назначенную охрану для защиты леди Розалинды, она всё равно уязвима. Капитану Торбену я доверяю полностью, но… Я хочу, чтобы вы нашли того, кто сможет устранить герцога Виндхольмского так, чтобы никто ничего не понял. Был человек да сплыл. А вместе с ним и его наследник. Останется у Его Светлости только дочь, и уж ей наверняка не будет дела до Розы…
- Однако, - Чёрный Волк вмиг посерьёзнел, - иногда я не успеваю за вами, миледи.
Я молча пожала плечами.
- Я сделаю, как вы хотите. Такой мастер у меня есть, - через минуту задумчивой тишины наконец ответил он. - На задание он отправится сегодня же. В нашем случае яд будет лучшим вариантом, - негромко добавил он.
Нашем. Одно маленькое слово, а как оно много значит!
Когда мы прибыли в замок, я, оставив всю свою охрану во дворе, сразу же повела старика на Северную башню.
- Куда ж мы так спешим, внучка? - проскрипел он, тяжело шагая следом за мной.
- Потерпите немного, скоро всё расскажу, - обернувшись, хитро улыбнулась я.
Мы продолжили подъём, архин с каждым шагом дышал всё тяжелее и всё сильнее опирался на свою трость. Я могла бы его донести сама, но была уверена, что он не оценит моего поступка и может даже оскорбиться, поэтому даже предлагать не стала.
Пусть наш путь занял прилично времени, но в итоге он закончился выходом на крышу.
Старый маг, отдышавшись, с любопытством осмотрелся.
Его зелёные глаза мигом выхватили стоявшего в центре площадки «Ловца света».
- Это тот самый артефакт, что пробил пелену, дитя?
- Да, это он, - кивнула я, подходя к установке.
Я ещё не поработала над его модернизацией, чтобы одной кнопкой запускать процесс прорыва, поэтому придётся приложить усилия со своей стороны.
Закрыв глаза, сосредоточилась. Наниты тут же выполнили приказ, и я почувствовала, как меня покидают силы, как мир темнеет перед глазами, как ускоряется, а затем замедляется бег моего сердца…
Тело горело от напряжения. Я стояла, охваченная голубым сиянием, и ждала.
Секунды тянулись, как вечность.
Пш-ш… Бах!
Золотой поток с грохотом ударил от Ловца в тёмное небо над нашими головами - луч, чистый и прямой, как меч бога, пронзил серый саван Завесы.
И снова, как и тогда, в небесах образовалось идеальное круглое окно с сияющим в нём солнцем.
- Ловите свет, дедушка, - обернувшись к благоговейно замершему старику, приглашающе повела рукой я.
Архин Велан сделал неверный шаг, первый, второй… И вот он стоит в столпе света, закрыв глаза и безмолвно плача.
Под воздействием солнечных лучей его серая, пергаментная кожа налилась теплом - порозовела, морщины разгладились, согбенные плечи распрямились. Он глубоко, полной грудью вдохнул, и этот вдох был первым по-настоящему живым вдохом за многие-многие десятилетия… Вместе с ним подзарядилась и я, и мой Ловец.
Когда прореха в небе начала затягиваться, рядом со мной был уже не просто старик, а тот самый великий архин Велан из легенд с глазами, сияющими, как два изумруда…
- Повоюем ещё, внучка, - вдруг чётко проговорил он, - пусть наши враги приходят. Мы будем их с нетерпением ждать.
Интерлюдия
Королевская канцелярия, Греймур
Месяц и десять дней назад
Тусклый, безжизненный свет с трудом пробивался сквозь вечную мглу, окрашивая каменные стены Королевской канцелярии в унылые оттенки. Здесь, в лабиринте пыльных коридоров и заваленных свитками кабинетов, время текло иначе.
Мари Тилби вот уже почти полтора года была частью этой псевдожизни. Её мир сузился до маленького стола в углу Скриптория, до запаха чернил и воска, до тяжёлого взгляда её начальника, мастера Элиаса Ворта, главного хранителя реестров. Ворт был мужчиной средних лет с брюшком под бархатным камзолом и сальными, вечно бегающими глазками. Он обладал двумя талантами: безупречной памятью на законы и отвратительной способностью делать жизнь подчинённых невыносимой. Особенно молодых и симпатичных.
Почти полтора года Мари каждый божий день буквально ходила по натянутому до предела канату, выдумывая сотни предлогов избежать внимания своего начальника. Она научилась становиться незаметной, работать быстрее всех, чтобы готовые рукописи отнести вниз, в переплётную мастерскую или печатную палату (для опечатывания грамот королевскими печатями), где могла задержаться до завершения трудового дня. Либо устраивалась работать подле Греты, старшей скрибы.
Грета Райс была хмурой, молчаливой женщиной лет сорока с вечно уставшими глазами и туго стянутыми в узел волосами. Весь скрипторий знал о её многолетней связи с мастером Вортом. Их отношения напоминали старый, затёртый договор: он давал ей защиту и положение, она терпела его гнусные ласки. И по какой-то причине именно старшая скриба взяла Мари под своё крыло, отгоняя похотливого начальника одним тяжёлым, осуждающим взглядом.
Всё это время Мари не забывала о своей важной миссии: отыскать хоть какие-нибудь сведения о Розалинде. Очень осторожно она расспрашивала тех немногих подруг из соседних палат, которых успела завести; тех, кто работал с архивами знатных родов, кто вёл реестры брачных союзов. Но всё было тщетно, единственное, что удалось выяснить - первый муж Розы, старый вождь Рангвальд Безумный, был старше её на полвека. Эта новость лишь добавила тревоги в сердце Мари.
Сегодняшний день не отличался от остальных. Мари сидела, склонившись над широким листом пергамента, и каллиграфическим почерком выводила строки королевской дарственной грамоты. Работа была монотонной, но она научилась находить в ней утешение, отключаясь от внешнего мира.
- Тилби, - голос Магистра Ворта заставил её вздрогнуть, - это срочно, - он небрежно бросил на её стол новый свиток, перевязанный лентой с печатью короля. - Сделай три копии к вечеру, и чтобы без ошибок.
Мари молча кивнула, разворачивая пергамент. Обычно она не вчитывалась в суть документов, механически копируя буквы. Но первые же слова заставили её сердце замереть.
Мари, затаив дыхание, крепче сжала перо. Гвен! Тут же о ней! Она с жадностью впилась глазами в текст.
Мари дочитала до конца, и на её губах появилась слабая, недоверчивая улыбка. Гвендолин. Её тихая, забитая, хромая Гвен. Не просто выжила, напротив, стала правящей графиней!
В довесок обрела магический дар.
Это больше походило на сказку, на чудо. Тихая радость и гордость за подругу наполнили её сердце теплом, впервые за долгое время разогнав холод и уныние этого места.
Мари писала Гвендолин письма, отправляя их в Аббатство, вот только ни разу не получила на них ответы, безмолвие подруги сильно обижало девушку… Хотелось узнать, чем она заслужила такое холодное безразличие? Но теперь получалось… Вероятно, Гвендолин покинула монастырь почти сразу же после неё, а монахини не посчитали нужным пересылать куда-либо послания Мари.
- Завтра же отпишу Гвени в её графство, - решительно под нос пробормотала Тилби и вернулась к работе.
Вечером, когда последние скрибы покинули кабинет, Мари, опомнившись, засуетилась, чтобы закончить все порученные дела - сегодня их было что-то уж слишком много, - и поскорее убежать домой. Вести про Гвендолин буквально окрылили, она не раз ловила себя на том, что чему-то нет-нет да улыбается. Она уже представляла, как вернётся в свою крошечную комнатку под крышей старого дома, заварит травяной чай и напишет Гвендолин письмо…
Дверь в кабинет тихо скрипнула.
Мари, вздрогнув, резко обернулась. На пороге замер мастер Ворт. Его глаза маслянисто блестели в свете лампы, а на губах играла неприятная ухмылка.
- Наконец-то поймал тебя, пташка, - промурлыкал он, медленно двигаясь к ней. - Грету отправил с поручением, тебя загрузил побольше. Так что никто нам не помешает насладиться друг другом.
Сердце юной скрибы рухнуло куда-то в ледяную бездну, девушка, дрожа всем телом, попятилась, в итоге уперевшись в стол.
- Мастер Ворт, мне… мне пора домой…
- Нет, - он шагнул вперёд, отрезая ей путь к отступлению. - Я ждал этого слишком долго. Ты думала, я не замечу, как ты извиваешься змеёй, избегая меня? Сегодня ты заплатишь за своё высокомерие!
Он набросился на неё, как паук на муху. Мари закричала, но он зажал ей рот своей мясистой ладонью. Его вес придавил её к столу, опрокидывая чернильницы и свитки. Мари боролась, царапалась, пыталась укусить, но всё было тщетно. Руки Ворта рвали ткань её платья, зловонное дыхание обжигало щёку. И тут Тилби, извернувшись, удалось лягнуть его по коленке. Насильник, взревев от боли и ярости, перехватил её крепче и с силой ударил по лицу. Боль и отчаяние затопили сознание Мари.
Она почти сдалась, горячие слёзы боли, обиды и унижения потекли по бледным щекам… И когда Мари подумала, что на этом её жизнь кончена, что-то переменилось: огонёк, в горевшей неподалёку свече, качнулся от налетевшего ветра.
А затем раздался глухой, чавкающий звук.
Шмяк!
Хватка на её горле ослабла. Мастер Ворт, странно хрюкнув, распластался на юной скрибе, окончательно придавив её своим весом.
- Т-ты как? - пробился вопрос в плывущее сознание, а потом Мари увидела свою спасительницу Грету.
Женщина стянула с неё тушу Ворта и помогла Тилби выпрямиться. В руке старшая работница сжимала тяжёлую кочергу от камина.
- Я… я… - Грета, поглядев на неподвижное тело бывшего любовника, медленно разжала пальцы и выронила «оружие», которое со звоном упало на каменный пол. - Я убила его? - прошептала она неверяще.
И зашлась в беззвучных рыданиях:
- Всё кончено. Меня повесят.
Мари, так же трясясь всем телом, обняла Грету за плечи. Шок постепенно отступил, на его место пришла ледяная ясность. Тилби посмотрела на, возможно, мёртвого тирана - проверить она не решилась, - потом на сломленную женщину, только что спасшую её, и приняла одно из самых сложных решений в своей такой недолгой жизни:
- Нет, - твёрдо сказала она, удивившись прозвучавшей в собственном голосе уверенности. - Ничего не кончено. Мы уходим. Сейчас же.
- К-куда? - подняла на неё заплаканные глаза Грета. - Бежать некуда. Меня найдут, проще сдаться.
Мари же, сжав холодные, дрожащие ладони Греты в своих, думала лишь об одном - о той новости, что узнала не так давно.
- Есть куда, - возразила она, глядя прямо в полные отчаяния глаза старшей скрибы. - Я знаю место… Место, где нас точно не выдадут. Только там нам помогут.
***
Графство Леваньер
Месяц и десять дней спустя
Зима вцепилась в земли Гелии мёртвой хваткой, не обошла она стороной и владения Леваньер. Холодное плотное одеяло накрыло всё вокруг до самого горизонта, превратив дороги в непроходимые белые пустыни. Ветер выл, ярился, забивая снегом каждую щель, но впервые за многие годы для оказавшихся в беде жителей Грейстоуна и Каменного Дола эта зима обернулась не проклятием, а благословением…
За городскими стенами, там, где ещё недавно была деревушка, а после набега степняков образовался выжженный пустырь, теперь стояло длинное, крепкое здание, построенное по чертежам графини, которое приютило почти сотню душ. Это место стало для них всех не просто убежищем, а чудом, настоящим домом.
Внутри вопреки ледяному дыханию стужи снаружи, царило невиданное тепло.
Оно шло отовсюду: от широких досок пола, всегда приятно-тёплых, и от трёх странных, гладких металлических бочонков, равноудалённых друг от друга. Эти «теплоаккумуляторы», как называла их сама графиня, не дымили, не искрили, в них не нужно было подбрасывать дрова. Они просто стояли, молчаливые и горячие, излучая ровное, мягкое тепло по всему огромному помещению.
Старики, вроде старосты Мартына, поначалу крестились, проходя мимо этих дьявольских печей, но прошло совсем немного времени, и их мнение в корне поменялось…
- Колдовство, не иначе, - шептал Мартын кузнецу Томасу, сидя на лавке. - Пол тёплый, как брюхо у кошки, а огня нигде нет. Как бы души наши не забрала эта штуковина в уплату за эдакую благость.
- Да будет тебе, - отвечал кузнец, с наслаждением протягивая к бочонку свои натруженные, болящие суставы. - Души наши и так Всевышнему принадлежат. А тепло - оно от графини. Раз она даёт, значит, так надо. Моя спина… Чего уж там, все мои кости сроду так не радовались зиме!
Женщины, поначалу так же опасавшиеся невиданного, вскоре заметили перемены и оценили то, что для них сделала
Да и спали они теперь совсем иначе: вместо соломенных тюфяков на ледяном полу - на крепких кроватях, которые с умом расставили по всему зданию, они выглядели диковинными, в два этажа, но зато места хватило вообще всем, никто не остался обделённым.
В дальнем конце барака, отделённом от спальной зоны, установили длинные столы и лавки. Здесь была их общая столовая. Трижды в день их кормили, разделив обитателей барака на две группы. И это была не привычная почти пустая похлёбка из грибов и кореньев, вместо неё им каждый день давали наваристый суп с мясом и овощами, выращенными на землях Благословенной Долины. Новая пища обладала чудесными свойствами, после неё в теле появлялись силы, а болезни отступали. Всем им раз в день полагалась кружка тёплого травяного настоя, от него проходил кашель и возвращался здоровый сон.
Ян, сын кузнеца Томаса, сидел на своей верхней койке, сосредоточенно водя маленьким острым ножом по куску дерева. За последние недели он окреп ещё больше, а воспоминания о вечно голодном животе и замёрзших пальцах рук и ног подёрнулись лёгкой дымкой забвения. Каждый вечер он с любопытством наблюдал за игрой стариков - ещё недавно похожих на ходячих мертвецов, - в кости у тёплых бочонков, на детей, босиком носящихся по бараку, совершенно не боящихся простудиться. И всё это произошло лишь благодаря ей. Графине-спасительнице.
Он часто вспоминал, как она смотрела на него тогда, в Каменном Доле, как присела, чтобы их лица были на одном уровне. В её глазах он не видел ни брезгливости, ни жалости. Только серьёзный, внимательный интерес.
Сейчас для него она была почти святой.
Ян жизнь отдаст без раздумий, если ей вдруг понадобится, вот только его маленькое храброе сердечко откуда-то точно знало - миледи никогда и никого не попросит о подобном.
Нож осторожно снял последнюю стружку, и вот в его руках лежит деревянная фигурка. Птица. Не голубь и не воробей. Это был сокол, с хищно изогнутым клювом и гордо расправленными крыльями. Именно такой он видел свою графиню: сильной, быстрой и смотрящей далеко вперёд. Мальчик бережно завернул подарок в чистую тряпицу и положил в угол кровати, прикрыв пледом.
Через несколько дней, когда буря немного утихла, леди Гвендолин решила навестить своих подопечных. В сопровождении сэра Рика она вошла в барак.
При её появлении гул голосов мгновенно стих. Люди поспешно повскакивали со своих мест, низко поклонились. Дети спрятались за матерей, с любопытством выглядывая из-за их юбок.
- Добрый день! - голос хозяйки земель прозвучал ровно и спокойно, но его услышал каждый. - Я пришла посмотреть, как вы устроились. Всего ли вам хватает?
- Вашей милостью, госпожа, мы живём, как в королевском дворце! - выкрикнул кто-то из толпы, и по бараку пронёсся одобрительный гул.
- Тепло, сытно… Мы и мечтать о таком не смели! - добавил староста Мартын, подходя ближе и кланяясь в пояс.
Миледи, едва заметно улыбнувшись, кивнула, её взгляд заскользил по лицам, отмечая перемены: румяные щёки, блеск глаз, отсутствие того забитого, безнадёжного выражения, запомнившегося ей так хорошо.
- Это только начало, - сказала она. - Весной начнём отстраивать деревушку, и каждый из вас получит работу и новый дом.
В этот момент из толпы решительно выступил Ян. Его отец попытался было остановить сына, но тот, упрямо вывернувшись, с гулко колотящимся сердцем, подошёл к графине и, покраснев до кончиков ушей, протянул ей маленький тряпичный свёрток.
- Миледи… это… это вам. В благодарность… - и смолк, вдруг растеряв всю решительность.
Гвендолин на мгновение замерла, удивлённая, затем присела, заглянула ему в лицо, осторожно взяла подарок, развернула тряпицу и вынула на свет маленького, искусно вырезанного, деревянного сокола. Было видно каждое пёрышко на крыльях, каждый изгиб хищного клюва.
Она подняла глаза на мальчика и негромко произнесла:
- Он очень красивый, Ян, у тебя недюжинный талант, развивай его, - и, мягко погладив смущённого похвалой ребёнка по взъерошенным волосам, добавила: - Спасибо тебе большое!
Ян, не зная, что ещё сказать, ещё раз низко поклонился и бросился назад, к своему отцу.
- Дедушка, - я смотрела на буквально сбросившего пару десятков лет старика, - теперь, когда вы восстановили силы, готовы показать мне, на что способна настоящая магия в бою?
Архин, отбросив трость в сторону, предвкушающе потёр сухие ладони:
- Внучка, ты уверена в своих силах? - хитро прищурился он.
- Да, - просто ответила я, - мне нужно прощупать свои пределы. Когда придут враги-маги, я должна понимать, сколько энергии потребуется моим… способностям для защиты.
Старик медленно кивнул, вмиг став серьёзным.
- Хорошо. Но начнём с малого. И при первом же признаке, что тебе плохо, немедленно остановимся.
Я кивнула и приглашающе повела рукой в сторону лестницы.
- Ай, внучка, ну, ты чего? Пока я спущусь, столько времени бесценного уйдёт. Давай вот так? - и, резко развернувшись, подошёл к парапету, легко запрыгнул на него и…
- Что вы делае… те?! - вскричала я, метнувшись за ним.
Архин же, не оглядываясь, взял, да и спрыгнул.
А я стояла и растерянно смотрела, как он летит вниз навстречу своей погибели, вскинула было руку, чтобы его спасти, но… у самой земли дедушка притормозил и мягко спланировал на камень двора.
- Внучка! Давай за мной. Не сопротивляйся, не используй свой дар, лишь у земли высвободи силу, она не даст тебе разбиться! - азартно крикнул он мне, запрокинув седую голову.
Я же стояла и хлопала глазами. Так можно было? Ответ пришёл тут же: да, безусловно. Но раньше мои наниты в основном жили впроголодь, сейчас же они были полны сил.
Сердце бешено заколотилось. Я взобралась на каменный парапет, почувствовав под ногами шершавую поверхность древних камней. Ветер трепал мои волосы, а внизу, на пугающем расстоянии, виднелся двор замка.
- Миледи! Не делайте этого! - разнёсся далеко окрест полный нескрываемой тревоги крик Рика Стального, мужчина бросился было к башне…
- Только сумасшедшие прыгают с такой высоты, - пробормотала я себе под нос и… шагнула в пустоту.
Первое мгновение - полная невесомость. Желудок провалился в пятки, а сердце на долю секунды прекратило свой бег.
Воздух засвистел в ушах, волосы взметнулись, плащ и платье затрепетали на ветру.
Тёмно-серая кладка стремительно приближалась, а внутри меня инстинкт самосохранения заорал-завизжал, требуя что-то немедленно предпринять!
В тот же миг почти всё моё тело покрылось тонкой сияющей бело-голубой полупрозрачной плёнкой и приняло удобную для приземления позицию. Полёт замедлился, воздух подо мной стал плотным, упругим.
И вот мои ноги мягко коснулись земли - сначала мыски сапог, а затем я встала на полную стопу, ощущая под собой твёрдость надёжных камней двора. Защитная плёнка блеснула напоследок особенно ярко и впиталась назад, в меня.
- Невероятно! - выдохнула я, ощущая прилив адреналина и восторга. - Это же потрясающе!
Дедушка довольно хмыкнул:
- То-то же. А теперь пойдём, покажу тебе несколько своих боевых заклинаний.
Мы отошли на открытую площадку неподалёку. Розалинда, сэр Рик, охрана, слуги - все молча таращились на нас, кто-то даже рот приоткрыл.
Архин занял позицию в двадцати шагах от меня.
- Всем отойти! - приказал он. - За колодец!
- Итак, начнём с простого, - добавил он деловито и поднял правую руку. - Обычные световые иглы. Если станет тяжело, дай знать.
Над его ладонью возникла знакомая золотистая сфера, но на этот раз она пульсировала ярче и агрессивнее. Воздух вокруг архина завибрировал от прибывающей силы.
- Готова?
Я кивнула, напрягшись.
Первая игла полетела ко мне с умеренной скоростью. Когда она коснулась едва заметно мерцающего щита, сотканного из нанитов, я почувствовала лёгкое покалывание в пальцах - словно искра пробежала по нервам. Снаряд рассыпался золотистой пыльцой.
- Ещё! - попросила я.
Следующие пять иголок полетели быстрее, одна за другой. Каждое попадание отзывалось всё более ощутимым покалыванием.
- Увеличиваю мощность! - предупредил противник, и его глаза вспыхнули ярче.
Новый снаряд был крупнее и двигался значительно быстрее. При контакте меня слегка ударило током. Бодряще, однако!
- Продолжайте! - азартно крикнула я.
Следующие десять атак были ещё мощнее. Именно они заставили меня напрячься, а ещё появилась боль, впрочем, вполне терпимая. Наниты исправно отражали магические атаки, хотя энергии на это тратили всё больше.
- Это заклинание способно пробить каменную стену, - предупредил дедушка хриплым от напряжения голосом. - Если твоя защита не выдержит…
- Давайте! - упрямо кивнула я, расставив ноги шире для устойчивости.
Миниатюрное солнце сорвалось с места и понеслось ко мне с невообразимой скоростью! Вжу-ух!
Баб-бах!
Оно столкнулось с моим нанощитом, которое в этот раз проявилось передо мной вполне отчётливо.
Меня знатно качнуло, в глазах зарябило, в ушах зашумело, но вскоре неприятные ощущения сошли на нет. Сильное заклинание, сотворённое противником, как и все прежние было полностью разрушено нанороботами.
И, если я осталась стоять, то дедушка рухнул на колени, руки его тряслись, губы посинели.
- Деда! - я тут же бросилась к нему.
- Всё… в порядке, - прохрипел он. - Просто… выдохся.
Я опустилась рядом с ним и осторожно коснулась его плеча.
Мои руки засветились, и я почувствовала, как наниты проникают в организм ослабевшего старого мага, принимаясь за работу: восстановление лопнувших от перенапряжения капилляров, снятие мышечных спазмов, стабилизацию кровообращения. Вскоре архин задышал ровнее, синюшность с губ исчезла, руки перестали дрожать. Цвет лица вернулся к нормальному.
- Спасибо, дитя, - поблагодарил он, поднимаясь с помощью подоспевшего к нам сэра Рика. - Чувствую себя… сносно.
Он пожевал губами и всё же добавил:
- Твоя сила… поразительна. Ты отразила все мои заклинания, вот только… Почему же сама так ни разу меня и не атаковала?
Я посмотрела на свои ладони, на кончиках пальцев всё ещё плясали едва заметные голубые искорки, затем снова подняла глаза на прадеда:
- Потому что это была не битва в прямом понимании, а эксперимент. Моей целью было не победить вас, а понять, сколько энергии мне понадобится на нейтрализацию вашей магии. Мне нужны были данные, а не ваша капитуляция.
Я, не мигая, продолжала смотреть в его зелёные задумчивые глаза.
- Кроме того, если бы я ответила, то это был бы не огненный шар и не световая игла, ведь их можно отбить или уклониться. Моя сила - некая аура, способная разрушить саму суть вашей магии, задавить ваше средоточие. Тот дар, коим меня наделил Всевышний, не знает полумер, он уничтожает наверняка. Применить такое оружие против вас… Ну уж нет.
Я сделала паузу, давая ему осознать смысл сказанного.
- Вы единственный близкий мне человек, рисковать вашей жизнью я не стану. Никогда. Что насчёт вашего здоровья… Завтра в полдень я пробью Пелену, и вы снова наполните свой магоисточник.
***
Ужин в Главном зале проходил в тёплой семейной атмосфере. За длинным столом собрались все: я с Розалиндой, дедушка, маленькая Абигейл, управляющий, мастер Томас Уортон, сэр Рик Стальной и молчаливый Рарок, помощник архина.
- Гвендолин, - Аби, как обычно, сидела рядом со мной, - а дедушка Велан настоящий волшебник? – прошептала она, но была услышана всеми. - Такой же, как ты?
- Да, малышка, - улыбнулась я, наливая ей тёплого молока. - Самый настоящий.
Прадед с интересом наблюдал за нашей беседой.
- Если ты маг, дедушка Велан тоже, то и я, получается, стану магом? - затаив дыхание, развила она свою мысль.
- Да, - вместо меня ответил архин, - все люди в какой-то степени - волшебники. Доброе слово иной раз творит куда больше чудес, нежели заклинания.
- О-о-о, - округлила рот девочка, - я знаю добрые слова, я знаю удивительные сказки, Гвени так много мне их рассказала!
- Прекрасно, просто прекрасно! К тому же Абигейл, я чувствую в тебе магический потенциал. Слабый, но всё же он есть.
- Правда? - обрадовалась я, а сестрёнка ликующе захлопала в ладоши.
- Да. Вероятно, проявится годам к четырнадцати. Ничего особенного: лечение простых недугов, может быть, умение чувствовать погоду. Хороший знак для рода Леваньер.
Розалинда весь вечер, впечатлившись нашим с архином противостоянием, была глубоко задумчива.
- Что тебя тревожит, Роза? - уточнила я, посмотрев на подругу.
- Гвен, а что будет, если враги всё же придут? Вас двоих хватит отразить атаки их шаманов?
- Степняки - хитрые бестии, - опередил меня дедушка, - они затаились, что-то измышляют.
Надо быть готовым к любым неожиданностям и, внучка, не спеши показать им все свои козыри…
На следующее утро я поднялась с рассветом, засела за свои чертежи, а ближе к обеду отправилась на башню. Дедушка уже ждал меня на её крыше, тяжело опираясь на трость.
- Готова, внучка?
Я кивнула, подходя к Ловцу.
Процесс пробития Пелены прошёл точно так же, как и предыдущие разы.
Сегодня же займусь модификацией Ловца, чтобы активация проходила без жертв с моей стороны.
Солнечный свет потоком хлынул из образовавшейся прорехи, и, как всегда, озарил башню, замок и часть города. Люди, зная примерное время прорыва Завесы, уже стояли на улицах, чтобы понежиться под ласковыми лучами солнца.
Дедушка, раскинув руки и прикрыв веки, замер, напитываясь так нужной ему энергией. Я от него не отставала.
Как только Завеса сомкнулась над миром, мы, не сговариваясь, прыгнули вниз. Ощущение полёта, свист в ушах, спёртое дыхание, адреналин в крови - ни с чем не сравнимые крышесносные ощущения! Как жаль, что у меня нет крыльев!
- Миледи! К замку приближается карета в сопровождении охраны. Двенадцать всадников, богатый экипаж.
Не успела перевести дыхание я, доложил подбежавший к нам охранник.
- Кого это там снова принесло? - хмуро проворчал дедушка, плотнее запахивая свой подбитый мехом тяжёлый плащ.
- Сэр Рик! - позвала я.
Чёрный Волк появился мгновенно, как всегда.
- Миледи, я уже отправил им навстречу наш отряд. Они выяснят, кто это и чего хотят.
- Спасибо, - поблагодарив его, я медленно пошла через двор в сторону замка.
Любопытство не давало покоя: кто мог приехать с такой пышностью? Дедушка пружинисто шагал рядом, выглядел бодрым и готовым к любым сюрпризам.
- Интересно, - пробормотал он, - карета богатая, охрана многочисленная, но знамён не видно. Либо очень состоятельные купцы, либо аристократы, не желающие афишировать свой род. Хм-м…, а если это очередной маг от Его Величества? Хех! Тогда и его отправим восвояси несолоно хлебавши, будут тут всякие изучать мою внучку. Не позволю! - презрительно фыркнув, проворчал он. Его тон и настрой вызвали у меня невольную улыбку, которую я поспешила спрятать.
Я и дедушка замерли на верхних ступенях лестницы перед парадными дверями замка, где решили дождаться прибытия незваных гостей.
Вскоре во двор въехала процессия в сопровождении людей сэра Рика. Экипаж действительно был элегантным: лакированное дерево цвета тёмного дуба, бронзовые украшения, четвёрка породистых вороных лошадей с богатой упряжью. Даже кучер щеголял в добротной ливрее с накинутым на плечи тёплым плащом.
Слуга распахнул дверцу и оттуда вышла…, я на мгновение подумала, что зрение меня подводит! - леди Барбара де Марель собственной великолепной персоной!
- Гвендолин, дорогая! - её громкий властный голос разнёсся по всему двору. - Моя самая любимая подопечная! Тот факт, что единственная благополучно опустим, - хохотнув, добавила она. И я, чувствуя, как тепло проникает в душу, замерев на секунду, всё же кинулась ей навстречу. Но не успела до неё добежать - из кареты, не спеша, выбралась леди Патриция Уэйви, а затем…
- Мари! - не веря своим глазам, выдохнула я. Сердце пропустило удар, отчего-то защипало в глазах, и я, сама не зная как, в мгновение ока очутилась подле подруги и крепко её обняла.
- Как же я рада тебя видеть, Гвени! - плача, пискнула девушка.
- Что ты здесь делаешь?! Как?! - я задыхалась от радости и удивления, не выпуская её ни на секунду.
В этот момент парадные двери замка распахнулись, и наружу шагнула Розалинда, явно привлечённая шумом во дворе.
- Что тут происход… Всевышний! - вскричала она, застыв на месте и ошеломлённо глядя на нас с Мари.
- Роза! - Мари отпустила меня и кинулась к ней. - Т-ты… Что ты тут делаешь?!
- Живу! - смеясь и тоже плача, ответила Розалинда. - Все три подруги снова вместе! - провозгласила она, не скрывая своего счастья.
Слуги, привлечённые необычным оживлением, высыпали во двор, а с ними выбежала и маленькая Абигейл. Все они с нескрываемым любопытством на лицах смотрели на сцену нашей встречи.
Леди Барбара, величественно кивая, тоже наблюдала за нашим воссоединением, не скрывая своего удовлетворения.
- Ну что, пригласишь нас в дом, хозяйка? - громогласно спросила она. - Дорога была утомительной, а у нас столько новостей! Да и холодно тут…
- Конечно! Добро пожаловать в замок Леваньер!
Я повернулась к толпе слуг:
- Элла, распорядись, чтобы подготовили лучшие гостевые покои в западном крыле для наших дорогих гостей, и принесли туда же горячую пищу и тёплое вино.
- Всё будет сделано, миледи, - отозвалась экономка, тут же начиная отдавать распоряжения.
- Дорогие гостьи, хочу познакомить вас с моим прадедушкой, - я повернулась к скромно стоящему в стороне старику, - архин Велан… - но договорить не успела - леди де Марель, схватившись за грудь, воскликнула:
- Архин Велан?! Тот самый Светлый Хранитель магической реки, текущей под грядой Вийхерма? - её голос дрожал от потрясения. - Но вы же должны быть…
- Мёртвым? - усмехнулся деда. - Пока жив, но не так давно был одной ногой в могиле, если бы не внучка…
- Невероятно! - баронесса присела в глубоком реверансе, за ней выказали своё почтение и все остальные вновь прибывшие. – Это великая честь встретить вас, архин Велан. Я слышала о вас легенды ещё от своей бабушки. Надеюсь, вы расскажете, как, будучи ребёнком, победили тех десятерых тёмных магов, возжелавших захватить вашу Долину и пройти к магической реке, чтобы осквернить её? - уточнила она тут же, её светло-карие глаза блеснули жадным любопытством.
- Хе-хе! - рассмеялся старый маг. -Так уж и быть, за ужином поведаю, как дело было.
- Дедушка, как вы уже поняли, это мои друзья, каждая из них в своё время буквально спасла мне жизнь, - улыбаясь, продолжила я, - леди Барбара де Марель, леди Патриция Уэйви, мисс Мари Тилби и… - я вопросительно оглянулась на ещё одну женщину, тенью шедшую за нами.
- Это мисс Грета Райс, мы вместе работаем в королевской канцелярии, точнее, работали… - поспешила ответить Мари и замялась, недоговорив.
- Хм-м… Давайте устроимся у меня в кабинете, где вы всё и поведаете в деталях? - понимая, что тут слишком много лишних ушей, быстро предложила я.
Вскоре мы устроились в моём кабинете. Элла принесла горячий травяной чай и свежие булочки, я усадила гостей вокруг своего рабочего стола. Грета присела на краешек стула, будто готовая в любой момент сорваться и куда-то бежать. На её бледном лице выделялись большие карие глаза полные грусти.
- Итак, - начала я, когда все взяли по кубку, - расскажите, как вы здесь оказались? Путешествие в такую стужу…, да вы отчаянные женщины!
Леди Барбара первой взяла слово:
- Дорогая моя, я нашла сотню и одну причину, чтобы убедить сына отпустить меня погостить к своей любимой подопечной. Но самой веской была - доставка девочек в целости и сохранности, такое я не могла поручить кому-то, веры в наши дни почти никому нет. А ещё… - она понизила голос, резко посерьёзнев, - на подъезде к твоему городу мы все стали свидетелями подлинного чуда: Грейстоун и замок Леваньер озарил настоящий солнечный свет…
На глазах Барбары проступили слёзы, голос задрожал, никогда не видела её настолько взволнованной:
- Я не верила слухам о маге, сумевшем одолеть силу Завесы. И что этот маг, чародейка – ты! Думала - очередной вымысел. Но сегодня… Я и представить не могла, что мне посчастливиться узреть… Мне шестьдесят два года, дитя… Спасибо тебе, девочка моя, за шанс познакомиться с солнцем, оно прекраснее всего, что я когда-либо видела!
Я улыбнулась, тронутая её эмоциями:
- Завтра в полдень устрою вам солнечные ванны. Обещаю.
- О, это было бы чудесно! Тут и помереть можно без сожалений, - сквозь катящиеся слёзы улыбнулась моя бывшая наставница.
Патриция же негромко добавила:
- Я устала от столичных игр и интриг. Хочется покоя, тишины… И честных людей вокруг. И, если вы не против, леди Гвендолин, я бы немного погостила у вас до весны, после чего я планирую отправиться в соседнее королевство, где живёт моя сестра.
- Леди Уэйви, конечно, оставайтесь! Сколько угодно долго, - искренне ответила я и получила благодарный кивок. И неважно, по просьбе короля она здесь, или назвала истинную причину - эта женщина когда-то спасла меня, найдя в лесу, раненую и без сознания. Защищала до последнего.
Наконец, я повернулась к Мари:
- А теперь ты, подруга. Я рада тебе безмерно, но хочу знать, почему ты выглядишь такой… встревоженной? Что случилось?
Мари вздохнула, сжала кубок в руках сильнее и начала свой рассказ. Она говорила о работе в королевской канцелярии, о мерзавце Ворте, о том ужасном вечере, когда всё изменилось. Грета молчала, опустив голову и до белых костяшек сплетя пальцы в замок.
- Мы бежали той же ночью, - закончила Мари. - Грета знала, что её будут искать за убийство. А я вспомнила, что видела документ и в нём упоминались леди де Марель и леди Уэйви, обе они написали отчёты о тебе. Сначала мы отыскали адрес леди Патриции, попросили её помочь нам, не говоря всей правды, конечно, - она извиняющееся посмотрела на спокойную Патрицию, - чтобы она одолжила нам денег, которые мы непременно вернём, как доберёмся до тебя. Но леди Уэйви вдруг решила отправиться с нами к леди де Марель, и уже оттуда мы все вместе поехали к тебе. В сопровождении надёжной охраны.
- Как только они появились на пороге моего дома, и я услышала от них, к кому они стремятся попасть, тут же приняла решение лично сопроводить их на твои земли, - подхватила леди Барбара.
Грета, наконец, подняла голову и тихо добавила:
- Спасибо вам, леди Леваньер, леди де Марель, леди Уэйви. Вам всем! За то, что дали нам приют и не отказали в помощи. Я… я не знаю, сколько ещё мы могли бы скрываться. И я не знаю, как смогу отблагодарить вас за всё… - и крупные слёзы потекли по её впалым, бледным щекам.
- Не плачьте, всё хорошо. Здесь вы в безопасности, - твёрдо ответила я. - Мой дом - ваш дом. И ни один враг, кем бы он ни был, здесь вас не достанет.
***
Интерлюдия
Ночь накрыла землю холодным, непроницаемым саваном, превратив мир в царство теней и приглушённых звуков. Ветер, острый как лезвие, гнал по замёрзшей земле позёмку, завывая в кронах обнажённых деревьев. В такую пору ни один человек не покинул бы тепла своего очага.
Но они были не просто людьми, а тенями, не знающими страха.
Пятеро всадников двигались по едва заметной звериной тропе, огибая раскинувшийся у подножия холмов лес. Они двигались сквозь ночь, как хищники. Их кони, низкорослые и выносливые, не издавали ни звука. На всадниках не было ничего, что могло бы блеснуть или звякнуть. Их лица скрывали глубокие капюшоны, из-под которых виднелись лишь цепкие, холодные глаза.
Это были лучшие из тех, кого мог нанять за золото герцог Виндхольмский.
Их вёл человек, известный как Кайл Немой. Он редко, когда говорил, предпочитая отдавать приказы жестами, понятными лишь его стае.
Сегодня их целью была Розалинда, дочь заказчика.
Покой замка Леваньер оберегал сам Чёрный Волк. Кайл знал, что Чёрный Волк - опасный противник, и уважал его как врага. Но даже самый лучший воин не может смотреть во все стороны одновременно. А они были тенями, что приходят оттуда, откуда не ждут. Обойти хвалёные дозоры Стального будет непросто, но они справятся, отыщут девчонку и тихо, без свидетелей умыкнут и доставят отцу.
Вскоре отряд Немого миновал старый, полуразрушенный пограничный столб. Ветер донёс едва уловимый запах дыма - где-то там находилось селение, сладко спящее под защитой их «ведьмы-графини», которую Кайл совсем не боялся, уверенный, что слухи о её силе нагло преувеличены.
Он поднял руку, и его воины замерли, слившись с темнотой. Прислушались.
Лишь вой ветра и скрип деревьев.
Другой жест - и тени снова пришли в движение, уходя глубже в лес, чтобы обойти деревню стороной.
- У нас гости, - пробормотала я под нос, датчики, установленные вдоль границы моих земель, подали сигнал. Я закончила работу над ними не так давно, буквально тем же вечером после прибытия Мари и всех остальных. Тогда же отправила Рика и его людей разместить их в определённых точках.
- Элла, - позвала я свою личную помощницу, - мне нужен сэр Стальной. Срочно.
- Да, миледи. Я мигом, - девушка, когда-то нанятая мной в личные служанки, изменилась, стала увереннее и из простой подай-принеси превратилась в мою тень, которая не только готовила для меня наряды, но и выполняла иные, очень важные поручения.
Вскоре в дверь постучали, и в кабинет шагнул Рик.
- Миледи, - поклонился он, готовый слушать.
***
Ворота, ведущие в Грейстоун на ночь плотно закрывали и зорко охраняли. Должны были. Но Тени и не собирались пытаться пройти через главные двери, ведущие в город, они обошли стороной этот участок и нашли такой, где охрана в пять утра под завывание ветра решила поддаться чарам сна и задремать прямо на посту.
Двоих людей Кайл оставил с лошадьми в пещере среди известняковых скал в паре миль от города, место было достаточно просторное и надёжно скрытое от чужих глаз. Трое же, включая его самого, отправились на разведку.
Неподалёку от того места, где они перебрались через стену, отыскался заброшенный, полуразрушенный барак: крыша с дырками, стены покрытые инеем, но для Теней всё это было неважно, им требовалось место, где можно дождаться рассвета, чтобы, слившись с толпой, изучить врага.
Целый день и большую часть вечера он и его воины тихо ходили по улицам, придерживаясь тени домов, слушали и смотрели.
Грейстоунцы не выглядели запуганными или угнетёнными. Наоборот, в их движениях чувствовалась какая-то странная уверенность, на лицах цвёл здоровый румянец, в глазах ни тени тоски и безнадёги, они позволяли себе остановиться и обменяться новостями, при этом беззаботно шутить, смеяться и желать хорошего дня друг другу. А к вечеру люди начали сбиваться в группки.
- Что они делают? - жестами спросил один из его людей.
Кайл задумчиво посмотрел на дюжину горожан, устремившуюся к ближайшему зданию. Там они выстроились в очередь у двери, где их встречал человек в сером фартуке. Пришедшие показывали ему небольшие дощечки, после чего получали от него какие-то пузырьки и уходили восвояси.
За несколько часов наблюдения Немой насчитал не менее десяти таких точек по всему городу - всё было задумано так, чтобы люди не скапливались в одном месте и не создавали давки.
Дощечки выглядели одинаково: тёмное дерево, что-то выжжено на поверхности.
- Пропуска, - понял он. - Система контроля.
Значит, слухи о том, что молодая графиня навела порядок на своих землях, не преувеличение. Любопытно.
Но ещё больше его заинтересовали обрывки разговоров, что доносились со всех сторон: люди обсуждали новый дом для погорельцев, беженцев из какого-то Каменного Дола, и то, как в том доме необыкновенно тепло, благодаря каким-то артефактам, созданным графиней. Их тон был благодарным, почти восторженным.
«Народ её любит», - отметил про себя Кайл. Это усложняло задачу. В городе, где правитель пользуется поддержкой, чужаков замечают быстрее, даже если эти чужаки таятся в тени.
Но всё это было после… После того, как они увидели солнце и почувствовали на себе его пагубное влияние.
После полудня, когда Тени хотели отправиться в своё временное убежище, чтобы перекусить вяленым мясом, они все почувствовали ЭТО…
Наёмники замерли, ощущая, как по коже поползли колкие мурашки… ужаса… Резко обернувшись, посмотрели своими бесцветными глазами на замок, где с крыши одной из башен в небо бил столп ослепительного белого света. Серая пелена, что окутывала мир испокон веков, разорвалась под напором, и сквозь образовавшуюся прореху полились солнечные лучи.
И этот свет был… отвратителен.
Солнце жгло им кожу, заставляя корчиться в муках. Наёмники попытались укрыться за стенами ближайших домов, но это помогло слабо.
- Это… это невозможно! - мысленно взвыл Немой.
Они задержались в городе ещё немного и выяснили, что Гвендолин Леваньер создала артефакт, способный пробить Великую Пелену. Это открытие значило для них всех только одно…
Отныне Розалинда - не главная цель.
***
Рано-рано утром, когда солнце ещё даже не выглянуло из-за горизонта, я поднялась на Северную башню с чертежами и инструментами.
Каждый раз тратить собственную энергию на активацию Ловца было расточительно, утомительно и вредно для здоровья. Нужно иное решение.
Сегодня кроме сэра Рика, меня сопровождал и дедушка.
- Что менять думаешь? - спросил архин, кивнув на установку.
- Хочу встроить кое-что, чтобы не подвергать свой организм перегрузкам. Для сердца вредно, впрочем, не только для него.
- Любопытно глянуть, что получится, - кивнул прадед, замирая позади и следя за каждым моим движением.
Я достала из сумки детали: миниатюрный переключатель, тонкие проводники, биометрический сенсор и небольшой коммутирующий элемент, созданный мной из серебряной монеты. Наниты переструктурировали металл, сформировав микроскопические контакты и переключающие элементы.
- Выглядит, хм-м, - дедушка пожевал губами, подбирая подходящее слово, - необычно. Ничего подобного в жизни не видел. Этот кристалл немагический, я не чувствую в нём маны.
- Нет, не магический. Технологический.
- Техно… что? – вскинул кустистые брови старик.
- Технологический, - улыбаясь, повторила я. - Деда, давай откровенно, - и повернулась к нему. Налетевший порыв ветра сорвал с моей головы капюшон, поднял снежную пыльцу и закружил вокруг нас. - Как только ты наполнил своё магическое сердце солнечной энергией, ты ведь просканировали меня? Так же, как и Аби. И понял кое-что.
Собеседник внимательно всмотрелся мне в глаза, я не отвела взора.
- Не все маги могут чувствовать силу другого. Только с определённым даром. Я маг света, потому такая способность у меня есть. Тому воднику, который прибыл от Его Величества, пришлось бы провести тебя через множество тестов, чтобы выявить уровень твоего дара. Мне же хватит прикосновения, при условии, как ты заметила, достаточного объёма маны в средоточии… - он помолчал секунду и выдал: - Ты не маг, Гвени. Твоё средоточие всё ещё спит. Но…
- Но? - вскинула брови я, едва заметно улыбаясь.
- Ты нечто совсем иное.
- Хотя бы живой человек? - уже не сдерживаясь, тихо рассмеялась я.
- Что?! А, да, безусловно, живая. Ну что за глупости! - осуждающе покачал головой дедушка. - Но и не совсем человек.
- Есть предположения, кто я?
- Моя внучка, - просто ответил он. - И точка. Моя кровь течёт по твоим венам, а остальное - мелочи, не стоящие внимания.
Он ещё говорил, а я взяла и обняла его. Крепко-крепко.
- Деда, спасибо! - не знаю, почему так расчувствовалась, но слёзы сами собой набежали на глаза, грозясь пролиться неудержимым потоком.
- Не плачь, дочка. Пока я жив, в обиду не дам, - неуклюже похлопал он меня по спине. И я таки не удержала солёные капли.
- Это я не дам тебя в обиду, - выдохнула, собираясь с силами и мыслями. - Что же, - смахнув влагу со щёк, решительно сделала шаг назад. - Итак, приступим.
И принялась за работу. Нанороботы помогали, направляя мои движения с ювелирной точностью.
«Запуск протокола модернизации устройства».
Ловец изначально создавался как аккумулятор, он постоянно собирал рассеянный солнечный свет, проникающий сквозь Пелену, и хранил его в себе.
Возникшая сегодня проблема состояла в том, что существующая система запуска была настроена на мой уникальный энергетический сигнал. Нужно было создать альтернативный путь активации пробития Завесы, используя накопленную энергию самого Ловца.
Наниты просканировали установку, показав мне безопасные зоны для вмешательства.
Я сняла центральную панель управления, обнажив главный распределительный узел. Здесь сходились все энергетические потоки устройства - идеальное место для вмешательства.
- Видишь этот кристалл? - показала я на крупный голубоватый камень в центре системы. - Это главный коммутатор. Мне нужно придумать обходной контур.
Из принесённых деталей я взяла миниатюрный переключатель и тонкие проводники. Сначала нужно было аккуратно отсоединить один из входящих каналов, чтобы создать альтернативный путь для сигнала.
Я коснулась нескольких вспомогательных кристаллов, временно перенаправив поток энергии в обход рабочей зоны, теперь можно было спокойно модифицировать основной контур.
Тончайшим инструментом отсоединила один из проводников от коммутатора и подсоединила к нему переключатель. Теперь кнопка стала промежуточным звеном между накопленной энергией и системой запуска.
- Вместо того, чтобы ждать мой импульс извне, - пояснила архину, - система сможет использовать собственные резервы для самозапуска. Кнопка просто замкнёт цепь.
Оставалось подключить переключатель к внешней панели и настроить биометрическую защиту. Я «просверлила» аккуратное отверстие в боковой стенке корпуса и разместила кнопку заподлицо с поверхностью.
Финальный штрих - настройка сенсора. Нанороботы считали уникальный рисунок моей кожи и записали его в память системы как первый авторизованный ключ доступа.
- Дедушка, сэр Рик, подойдите, - позвала я. - Я дам вам доступ к управлению.
Архин удивлённо приподнял брови:
- Зачем?
- На случай если меня не окажется рядом.
Дедушка кивнул и приложил палец к кнопке. Наниты просканировали его отпечаток и добавили в базу данных.
Затем то же самое проделал рыцарь, без вопросов, без тени страха.
- Готово, - выдохнула я, закрывая последнюю панель. - Теперь одно нажатие кнопки и Ловец сам пробьёт Пелену.
***
Интерлюдия
Ночь окутала замок Леваньер плотным покрывалом тьмы. Лишь редкие факелы бросали дрожащие блики на древние каменные стены, создавая причудливые тени в коридорах и переходах.
Кайл Немой осторожно активировал свой дар, чувствуя, как тёмная мага медленно покидает его небольшое магическое средоточие. Нужно экономить силы: его магический резерв невелик, и, если потратить всё сразу, потребуется несколько дней на восстановление. А такой роскоши он себе позволить никак не мог.
Лёгкая дымка окутала фигуру наёмника, делая силуэт размытым, неясным для глаз. Не полная невидимость - на такое у него не хватило бы сил, - но достаточная маскировка, чтобы сторожевые псы прошли мимо, а дремлющий часовой не обратил внимания.
Проникнуть в замок он смог через старый водосток в восточной стене. Магия тьмы помогла ему протиснуться сквозь щель, казавшуюся слишком узкой для взрослого мужчины.
Некоторое время он перемещался в тенях замка и хозяйственных построек, делая значительные паузы, стараясь максимально экономить силы, и, наконец-то, добрался до Северной башни.
Долгий подъём по крутой винтовой лестнице, холодный ветер ярился, пытаясь сорвать с его головы капюшон.
Ещё несколько ступеней... Кайл чувствовал, как магия медленно покидает его. Нужно торопиться.
Дубовая дверь легко открылась, и он осторожно выглянул на крышу, ожидая застать здесь охранников.
Но площадка была совершенно пуста. В её центре на постаменте стоял странной формы артефакт. Кайл, будто заворожённый, бесшумно скользнул вперёд и вскоре замер напротив Ловца.
Недолго думая, снял с петли висевший на поясе молот и занёс его над головой, готовясь нанести сокрушительный удар...
- Знаете, - раздался позади него насмешливый женский голос, - опрометчиво было думать, что хозяйка не заметит, как вор крадётся по её дому с молотком наперевес…
- А вообще использовать магию тьмы для маскировки, - второй голос был скрипучим, мужским, - в вашем случае глупо и недальновидно. Я бы посоветовала вам не тратить её остатки на этот удар. Лучше поберегите силы на обратную дорогу. Если она у вас будет.
Незнакомец замер на долю секунды, его глаза странного белёсого цвета расширились от удивления.
На его лице красной строкой пробежала мысль: «Никто. Никто и никогда не видел меня сквозь завесу теней. А эта девчонка не только обнаружила, но и смеет потешаться надо мной».
Резко вскинув руку, враг метнул тяжёлый молот прямо в меня, вкладывая в бросок всю свою силу и злобу.
Оружие просвистело в воздухе, готовое размозжить мой череп…
И замерло, зависнув напротив меня. Я же продолжала спокойно стоять на месте.
Любопытно. Очень.
Мужчина стоял, замерев в несуразной позе - с вытянутой в броске рукой. Его лицо исказилось в неверии. Он попытался отозвать оружие, я чувствовала, как тёмная магия цепляется за молот, но наниты держали его крепче любых оков.
- Дедушка, - не поворачивая головы, обратилась я к архину, который бесшумно появился позади убийцы, - не могли бы вы объяснить, что это за любопытная игрушка?
Велан поднял на меня свои зелёные глаза.
- Камень тьмы, - произнёс он с отвращением, продолжая удерживать врага сотканной золотой нитью, которую создал в тот же миг, как в меня полетел молоток. - Противоположность кулону твоей мамы. Так же добыт со дна магической реки, но осквернённой тёмной ворожбой.
- А сам наш гость?
- Порождение той же гнусности, - архин покачал головой и продолжил плести заклинание из тонких, как паутинка, сверкающих золотом нитей, опутывая незнакомца всё сильнее, всё крепче, теневое облако вокруг фигуры незваного гостя дрогнуло и поплыло, вскоре истаяв и явив нам мужчину средних лет с неприятно-белёсыми глазами, невнятными чертами лица, синюшно-бледной кожей. Я всё это видела и до того, но в чёрно-белых тонах, сейчас же под светом живого пламени его внешность отталкивала куда сильнее. - Их зовут Тенями, они пьют из отравленных источников в поисках силы, со временем превращаясь вот в это. До Пелены их было крайне мало, днём прятались, ночью выполняли заказы. Сейчас, видно, расплодились. Люди, жаждущие обрести сверхсилу, никогда не переведутся.
- Молот предназначен для уничтожения светлых артефактов, - продолжил архин Велан, закончив пеленать молчуна. - Должен был разбить твой Ловец в пыль.
- Должен был, да. Но… Неважно, кто вы и какими способностями обладаете, навредить Ловцу у вас не получилось бы просто потому, что он, во-первых, сделан не из камня света, во-вторых, защищён особым электромагнитным полем, - склонив голову к плечу и внимательно рассматривая пленника, сказала я, глядя в его светлые глаза, полные нескрываемой злобы.
Договорив, протянула руку к рукояти молота. Немой дёрнулся, пытаясь меня остановить, но заклинание архина не позволило ему сделать и шага.
- Дедушка, вы привыкли думать категориями «светлое» - хорошее, «тёмное» - плохое, - поделилась я своими мыслями, и, не боясь, коснулась пальцами тёмного артефакта. - Всё зависит от человека, если он гнилой внутри, то будет творить зло, даже будучи магом света, а если по какой-то неведомой причине тёмный колдун решит кому-то помочь, то он это сделает без оглядки на природу своих сил. И нужно помнить об этом всегда. Для меня же энергия - это просто энергия. Еда.
Молчаливый пленник, наконец-то, подал голос, когда я полностью обхватила рукоять ладонью, и он почувствовал, как тёмная мана начала покидать артефакт.
- Что… что вы делаете?! - прохрипел он, пуча глаза в бессилье.
- То же самое, что с солнечным светом, - спокойно ответила я. - У меня поздний ужин.
Рукоять молота под моими ладонями начала тускнеть. Камень постепенно менял цвет: из серого, становясь тускло-чёрным. Тёмная энергия, столетиями хранившаяся в молоте, перетекала в меня.
Я почувствовала лёгкое головокружение, не сравнить с тем мощнейшим ураганом, налетевшим на меня в момент соприкосновении с энергией, притянутой из телескопа, стоявшего в Аббатстве.
- Интересная конструкция, - разжала пальцы я. Молот полетел вниз, стукнулся об землю, одна его часть - рукоятка, - развалилась на мелкие фрагменты, ставшие обыкновенными безжизненными кусками камня, другая - головка, сделанная из железа, лишившись подпитки, треснула в нескольких местах. - Рукоять служила батарейкой для навершия… Я всё съела, и теперь это оружие совершенно бесполезное, - закончила я, деловито отряхивая ладони.
Немой смотрел на обломки с таким выражением, словно не верил собственным глазам. Молот, которому было несколько сотен лет, превратился в мусор.
- Невозможно, - прошептал он. - Никто не может поглотить тёмную ману и остаться невредимым… Что… что ты такое?
- Не что, а кто. Я графиня Леваньер, - пожала плечами, - Зачем вы пришли на мои земли? Чтобы уничтожить мой артефакт? - кивок на Ловца. - Или…
Несостоявшийся вредитель опустил голову и снова замолчал. Но я успела заметить, какой ненавистью и упрямством сверкнули его глаза.
- Он ничего не скажет, даже под пытками, - озвучил мои мысли дедушка. - И он здесь не один, я чувствую схожие с ним ауры, там - с восточной стороны замка.
- Вы пришли сюда за леди Розалиндой, не так ли? - выдвинула версию я, но пленник даже не шелохнулся.
- Что думаешь с ним делать? - подошёл ко мне архин.
- Деда, мне не нужна ещё одна война…
- Ты же понимаешь, что в городе может быть лишь часть их отряда? Другая, узнав всё, немедленно отправится к своему господину.
- Понимаю… Как и то, что слухи о Ловце рано или поздно дойдут до подобных ему людей, даже если мы переловим всех теней, пришедших в моё графство… Убийство не решит назревающей проблемы. Давайте поймаем его подельников, у меня есть идея…
- Интригуешь, внучка, - хмыкнул деда, и, не говоря более ни слова, спрыгнул с крыши.
***
Утром я пригласила к себе в кабинет Мари. Подруга вошла несколько робко, всё ещё не до конца привыкнув к тому, что теперь находится в безопасности.
- Садись, - указала я на кресло напротив. - Хочу у тебя кое-что спросить.
- Что же? - в глаза подруги вспыхнуло любопытство, она устроилась в кресле в ожидании продолжения.
- Что ты планируешь делать дальше? - в лоб спросила я. - Каким видишь своё будущее?
- Будущее? - опешила Мари. - Гвени, я просто рада, что мы живы и снова вместе… А так далеко я не заглядывала…
- И зря. Скажи, чем бы ты хотела заниматься?
Мари растерянно пожала плечами:
- Н-не знаю… Я умею красиво переписывать тексты, обучена счёту вот, пожалуй, и всё. Больше никаких особых талантов у меня нет.
- Неправда, - решительно возразила я. - У тебя есть таланты, просто им требуются подходящие условия для раскрытия.
Подруга недоверчиво на меня покосилась.
- В аббатстве ты всегда знала, где и что лежит. Следила за порядком в наших комнатах. Помогала составлять расписание занятий сестре Бертраде.
- Это… это просто аккуратность и внимательность, - смущённо пробормотала собеседница.
- Это организаторские способности, - поправила я. - И именно поэтому я хочу предложить тебе стать ученицей мастера Томаса Уортона, моего управляющего.
- Ученицей управляющего? - глаза Мари округлились. - Но я не смогу…
- Сможешь. А когда наберёшься опыта, я хотела бы поручить тебе свои земли, некогда принадлежавшие барону Эдвину де Рейланду.
Мари побледнела:
- Гвен, это же огромная ответственность! Целое баронство, там люди… Хозяйство. Я одна не потяну!
- Кто сказал, что ты будешь одна? - улыбнулась я. - Возьми в помощницы мисс Райс. Грете необходимо чем-то заняться, у неё есть жизненный опыт, который пригодится.
- Но…
- Мари, - перебила я, наклонившись вперёд. - Я верю в тебя. Ты справишься. Дай себе шанс.
Подруга долго молчала, борясь с сомнениями. Наконец, кивнула:
- Хорошо… Я-я попробую.
- Вот и славно, - удовлетворённо откинулась на спинку кресла я.
Тем же днём в Большом зале собрался военный совет. За длинным дубовым столом расположились: архин Велан, сэр Рик Стальной, капитан Генри Торбен, мастер Томас Уортон и Мари, его новая ученица. Подруга пыталась выглядеть сосредоточенной, но я видела, как она взволнована.
Я развернула на столе карту своих земель, рядом положила свитки с чертежами.
- Господа, - заговорила я, - нам предстоит подготовиться к войне. И времени у нас не так много, как хотелось бы.
Архин кивнул:
- Кочевники непременно двинутся, как только растает снег и подсохнут дороги.
- Или сразу после того, как река окончательно замёрзнет, боюсь, враги не станут ждать весны и попытаются прощупать нас раньше.
Дедушка пожевал губами и, соглашаясь, качнул головой.
- Поэтому начнём укреплять границы уже сейчас, - продолжила я, указав на карту. - Сэр Рик, ваши люди знают все тропы и дороги?
- Да, миледи. Мы составили подробные планы всех возможных путей подхода к замку и городу.
- Превосходно. Тогда вот что мы будем делать.
Я взяла первый чертёж.
- Наши мастера приступят к изготовлению нового оружия. Арбалеты заменят луки. Мы сделаем их мощнее, с многозарядными механизмами, - я показала детали конструкции. - Каждый сможет выпустить пять болтов, прежде чем понадобится перезарядка.
Капитан Торбен внимательно изучил мои рисунки:
- Выглядит сложно. И наверняка потребуется время на обучение стрелков.
- Безусловно, но обращаться с арбалетом не в пример легче, чем с луком, - кивнула я и развернула следующий свиток. - Это сетевая пушка. Стреляет металлическими сетями с утяжелителями. Одним выстрелом способна остановить несколько близко стоящих всадников.
- Интересно, - пробормотал дедушка.
- Далее ловушки, - я указала на красные точки, коими отметила места их размещения. – Волчьи ямы здесь, здесь и здесь. Натянутые тросы тут. Калтропы на всех подходах к городу.
Мастер Томас нахмурился:
- Всё это потребует много людей и материалов.
- У нас есть и то и другое, - ответила я. - К работам привлечём всех мужчин из барака, плюс добровольцев из города. Каждый, кто может держать лопату, будет копать.
- А заставы? - спросил сэр Рик.
- По периметру. Небольшие укреплённые посты с сигнальными огнями. Как только враг покажется - мы об этом узнаем.
Я обвела взглядом собравшихся:
- Возражения? Дополнения?
- Гвени, кхм, то есть миледи, - осторожно подала голос Мари, - а если… а если создать скользкие участки, полив водой землю, например, пологий берег реки?
- Хорошая идея, - похвалила я, - принимается.
- И капканы, - хлопнул раскрытой ладонью по столу дедушка, - бить, так по всем фронтам, - ехидно добавил он.
Когда совет закончился и все разошлись, я осталась одна с картами и чертежами. В голове крутились мысли о порохе.
Конечно, я могла бы создать огнестрельное оружие. Наниты рассчитали бы правильные пропорции селитры, серы и угля. Я лично смастерила бы стволы и механизмы к ним. Ружья и пушки дали бы нам огромное преимущество над любым врагом и их количеством.
Но дело в том, что я не готова выпустить этого джинна из бутылки.
Массовое распространение огнестрельного оружия кардинально изменит военный баланс континента. Королевства начнут гонку вооружений. И, как следствие, возникновение масштабных конфликтов. Погибнет очень много ни в чём не повинных людей.
Замки станут бесполезными, рыцарская доблесть уступит место массовому уничтожению, а войны из столкновений профессиональных воинов превратятся в бойни.
Не хочу быть той, с кого начнётся эра огнестрела.
Пусть пока обходятся арбалетами и мечами. Доблестью и мастерством.
***
Горожане и обитатели замка давно крепко спали. Я же в сопровождении дедушки спустилась в подвал, где нас ждал сэр Рик и двое его людей. Мы прошли в камеру, где, опутанные солнечными нитями, лежали трое пленников. Они молча следили за каждым нашим движением.
Дедушка вскинул руки и своей силой поднял крайнего. Перенёс его по воздуху и опустил на специально подготовленный стол.
- Вы будете пытать нас? - подал голос хозяин молота. - Лучше просто убейте, всё равно зря потратите время.
- Я не собираюсь вас убивать, с чего вы это взяли? - слегка улыбнулась я, не знаю, что он прочёл в моих глазах, но вдруг побледнел ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда больше? - И никаких пыток. Скажу только, будет больно, но не смертельно. А после я отпущу вас на все четыре стороны.
И тут в глазах всех троих проступил страх. Неизвестность пугает, полагаю, редко кого она оставляет равнодушным.
Я приложила ладонь к груди связанного мужчины. Он дёрнулся, пытаясь увернуться, но золотые нити архина держали крепко.
Наниты потекли сквозь мою ладонь, проникая в его организм. Я видела, как расширились его белёсые глаза - он почувствовал вторжение в самую суть своего существа.
Несмотря на анестезию, мужчина всё же застонал, его тело выгнулось дугой. Капли пота проступили на бледном лбу, но я и не думала его пожалеть. Меня уж точно не пожалели бы.
Наёмник, тяжело дыша, обессиленно обмяк на столе. В его глазах больше не было того холодного мертвенного блеска - теперь это были обычные человеческие глаза, блёкло-голубого цвета, полные растерянности и страха.
- Второй этап, - продолжила я, не отнимая рук от его груди.
- Не… не надо… - шептал пленник, едва ли понимая, что происходит, но на интуитивном уровне осознавая, что ничего хорошего.
- Поверьте, это к лучшему, - мягко ответила я. - Для нас всех.
Глаза мужчины закатились, тело расслабилось. Наниты деликатно убирали воспоминания обо всём, что с ним происходило в обозначенном нанороботами временном промежутке. Он забудет о контракте с Виндхольмским, забудет обо мне. Но будет помнить, кем был. Наверняка доберётся до своих, снова выпьет из осквернённой магической реки, пройдёт какие-то ритуалы, вот только всё это будет бесполезно… его средоточие окостенело. Навсегда.
Весь процесс занял всего четыре минуты (в теле человека, не являющегося моим кровным родственником, наниты могли находиться лишь четыре минуты). Сам подопытный (как назвать его иначе, я не знала, поскольку такие манипуляции проводила впервые), задышал ровнее, погрузившись в восстанавливающий сон.
- Следующий, - удовлетворённо кивнув самой себе, отняла руки от его мерно поднимающейся груди.
Процедура с остальными двумя прошла аналогично. Второй оказался моложе всех, лет двадцати восьми, и блокировка его средоточия далась проще и немного быстрее.
Вскоре все мирно спали.
- Что теперь? - полюбопытствовал дедушка.
- Отвезём их куда подальше от наших земель. Сэр Рик, выберите надёжных людей и переправьте Теней через реку, оставьте в каком-нибудь защищённом от зверей месте. Один меч на троих. У вас время до полудня, после они придут в себя.
- Уверена, что они не вспомнят о нас? - продолжал недоверчиво коситься на наёмников архин.
- Уверена. Память стёрта необратимо, - заверила я.
- Ты превратила врагов в обычных людей, дала им шанс на честную жизнь. Впрочем, не думаю, что они воспользуются им, попрутся к своему господину, чтобы он вернул им силу, - старик подошёл к крайнему пленнику и положил руку ему на голову. - Чудно! Его магическое сердце перестало биться. Никогда не видел ничего подобного! Но, как всегда, есть «но»: не стоит забывать, что где-то за чертой города, вероятно, находятся их подельники… Которые видели прорыв Пелены, они так же увидят, что стало с их собратьями. И сделают верные выводы. Надеюсь, сразу смекнут, что с тобой лучше не связываться, в противном случае их ждёт тоже самое. Внучка, ты страшный враг, - и посмотрел на меня с безграничной любовью и гордостью. - Хвалю. И всё равно поеду, поищу других Теней. Постараюсь уловить их ауры и поймать.
Отряд во главе с капитаном Торбеном в сопровождении архина Велана отправился с продолжающими сладко посапывать наёмниками в путь ещё до рассвета.
После завтрака в дверь моего кабинета постучалась Розалинда, в руках она держала стопку исписанных листов пергамента.
- Гвен, хочу доложить тебе о результатах мой работы, - выпалила она, едва сдерживая волнение.
- Конечно, садись.
Роза устроилась рядом со мной, взяла верхний документ, исписанный аккуратным почерком, и заговорила:
- За эти две недели с огорода собрали: картофеля - 847 килограммов, моркови - 312 килограммов, капусты - 1050, репы - 278… В замковую кладовую убрали 60% урожая овощей на зимние запасы. Остальное распределили между нуждающимися семьями, там же доля погорельцев и беженцев из Каменного Дола.
Розалинда перелистнула страницу:
- Из магической травы заготовили ещё одну большую партию снадобий, каждый день они выдаются всем горожанам. Хворых в Грейстоуне становится всё меньше, жалобы почти сошли на нет. Кстати, инвентарь для работников «Благословенной Долины» обновили, что можно было починить, починили.
Я была довольна проделанной Розалиндой и её помощниками работой. И потому искренне поблагодарила подругу за усердие. Надо непременно всех премировать. Как появятся свободные средства.
После полудня я отправилась к Мари, которая проводила почти всё своё время в кабинете мастера Томаса, склонившись над отчётами.
- Как дела, подруга? - спросила я, заглядывая в дверь.
Мари подняла голову от бумаг, её глаза буквально горели азартом и увлечённостью:
- Гвен! Ты представить не можешь, как это увлекательно!
- Что именно? - улыбнулась я её энтузиазму.
- Вообще всё! - она широко махнула рукой в сторону разложенных документов. - Я думала, это скучные цифры и нудные отчёты, а на самом деле это же целая наука!
Мастер Томас, сидевший за соседним, довольно улыбнулся:
- У вашей подруги определённо есть талант, миледи. Мисс Тилби схватывает на лету то, на что иным чаще всего требуются месяцы кропотливого изучения.
- Посмотри на это, - Мари показала мне исписанный лист. - Я составила план улучшения поставок зерна из дальних деревень. Если перенаправить часть потоков через северную дорогу вместо южной, мы сэкономим несколько дней и, пусть немного, но сократим затраты на транспортировку.
Я внимательно изучила её расчёты. Действительно, всё было продумано до мелочей - расстояния, состояние дорог, пропускная способность, даже сезонные особенности.
- Впечатляюще, - искренне похвалила я. - А что ты думаешь о землях барона Эдвина?
Мари тут же нахмурилась:
- Я внимательно изучила все отчёты за последние три года. Там действительно большие проблемы. Урожайность стабильно падает, высокая смертность: люди умирают от голода и болезней, дороги и мосты требуют ремонта. Нужна серьёзная работа по всем направлениям.
- И ты готова за это взяться?
- Страшно, конечно, но… да, готова. Мастер Томас и Грета станут мне незаменимыми помощниками. Мы вместе уже составили предварительный план действий на ближайшие полгода.
- План? - заинтересовалась я, присаживаясь на стул.
- Сначала нужно провести полную перепись населения и имущества, понять в деталях, что у нас есть, а чего критически не хватает, - начала Мари, воодушевлённая темой. - Потом срочно заняться дорогами, без нормальных путей сообщения не будет ни торговли, ни развития. Возродить ремесленное производство…
Она задумалась на мгновение:
- И ещё хочу поговорить с Розой о поставках лечебных настоек в баронство. Жителям требуется помощь, причём срочно! Если наладить регулярные поставки магических зелий, это им крепко поможет, и тебя покажет заботливой хозяйкой.
Она говорила ещё добрых десять минут, а я, не перебивая, внимательно её слушала. Вместо робкой девушки, которая боялась лишний раз высказать своё мнение, сейчас передо мной сидела здравомыслящая управляющая, имеющая чёткое понимание масштаба стоящих задач и пути их решения.
- Знаешь что, - сказала я, когда она закончила, - я думаю, многим, в том числе и мне, следует у тебя поучиться. Ты невероятная. И не смей в себе сомневаться!
Мари, снова заробев, кивнула, но я видела, как польщённо заблестели её глаза.
Несколько дней спустя я отправилась инспектировать строительство оборонительных застав. Уже вовсю велись работы на четырёх ключевых участках границы.
Первая застава возводилась на высоком холме, откуда хорошо просматривалось удобное место для переправы на мои земли, именно здесь кочевники попробуют пересечь пограничную реку. Мужчины из барака работали плечом к плечу с добровольцами из города, дружно таская тяжёлые брёвна и аккуратно складывая каменные стены.
- Как продвигается работа? - спросила я у бригадира.
- Отлично идёт, миледи, - ответил тот, вытирая пот со лба, проступивший, несмотря на зимний холод. - Ещё пару дней и основные стены будут полностью готовы, завтра поставим крышу и установим сигнальные факелы с полированными медными отражателями.
- А люди не ропщут на тяжёлую работу в такую погоду?
- Наоборот! - искренне усмехнулся мужчина. - После того как вы спасли жителей Каменного Дола и погорельцев, каждый готов работать за троих. Все говорят, что защищают свой дом и своих детей.
На другой части границы ещё одна группа людей старательно копала волчьи ямы. Десятки рабочих методично выкапывали глубокие ловушки, на дне которых умело устанавливали заострённые деревянные колья.
- Сколько уже готово? - спросила я у ответственного.
- Два десятка ям, миледи. К концу недели планируем вырыть сотню вдоль всей восточной границы, где проходят основные конные тропы.
- И их действительно не будет видно?
- Конечно, нет, миледи. Тщательно замаскируем ветками, дёрном и снегом. Все места с ловушками, как вы и велели, я помечаю особыми приметами и дополнительно на карте, чтобы, когда придёт время, их убрать, - с гордостью добавил он.
На южной стороне моих владений занимались установкой тросов-растяжек. Тонкие, но исключительно прочные стальные нити натягивали между крепкими деревьями на высоте груди взрослого всадника.
- Хитроумное устройство, - заметил Рик, демонстрируя мне готовую ловушку. - В темноте или в спешке наездник их точно не заметит, а удар на полном скаку гарантированно выбьет из седла.
- Война - штука жестокая, - пробормотала я, качая головой. Ох, кто бы знал, как мне не хочется в это противостояние ввязываться. Но иного варианта нет. За мной люди, я обязана их защитить всеми возможными способами.
В лесу близ Грейстоуна рабочие установили металлические капканы увеличенного размера - специально для вражеской пехоты, если таковая появится.
- Легко ли их заметить? - поинтересовалась я.
- Если знать, где искать - то легко, - ответил мастер-ловушечник. - Но в спешке боя или в темноте - практически невозможно. Попадётся враг в такую штуку - и ему конец.
Подготовка к войне шла полным ходом, и, несмотря на двоякие ощущения, я чувствовала растущую уверенность в том, что мы сможем дать достойный отпор любому врагу.
В Большом зале меня ждал ужин в кругу моей семьи. Леди Барбара с воодушевлением рассказывала дедушке о сложных столичных интригах и дворцовых сплетнях, Патриция молча слушала, лишь изредка вставляя свои привычные едкие комментарии. Мари и Грета увлечённо обсуждали детальные планы по восстановлению заброшенных земель барона Эдвина, а Розалинда делилась всё новыми успехами в магическом садоводстве.
Маленькая Абигейл сидела между мной и дедушкой, внимательно слушая взрослые разговоры, и время от времени задавая удивительно разумные для её возраста вопросы.
А я смотрела на лица дорогих мне людей и думала, что ради них я буду бороться с кем угодно и чем угодно. И неважно, какую цену за их благополучие мне придётся заплатить.
Интерлюдия
Чёрная башня одиноко возвышалась над мёртвыми болотами, словно перст, обвиняюще указующий небожителям. Её стены из тёмного камня жадно поглощали даже тот скудный свет, что пробивался сквозь вечную Пелену.
В своём кабинете за массивным столом сидел Хозяин Теней, Маркус Дрейвен. Его лицо было скрыто капюшоном, но сияющие пугающим мертвенно-жёлтым светом глаза были заметны всем.
- Мы ждали сигнала Немого два дня, как и было приказано, - дрожащим голосом говорил один из коленопреклонённых воинов. - Они вошли в город и… исчезли. Словно растворились. Ещё мы видели, как от замка графини в небо устремился белый ослепительный луч, создавший прореху в Пелене, из которой на землю пролился солнечный свет… Ничего омерзительнее я не ощущал за всю свою жизнь…
- Дыра в Завесе? Солнце? - повторил негромко Желтоглазый, почувствовав… страх? Тряхнув головой, уточнил: - Как много дыр в небе возникло из-за этого луча?
- Всего одна, и та продержалась недолго.
- Хм, хм-м… Кайла и остальных убили?
- Мы не знаем, господин.
Жёлтые глаза сузились.
- Что значит "не знаем"?
- Ауры Немого, Джока и Рейли… Мы перестали их ощущать. Их тёмная сила прекратила откликаться на зов.
- Интересно… Что же, пока свободны. Крайс, - повернулся он к своему помощнику, - распорядись собрать отряд из трёх лучших бойцов, завтра утром, чтобы все были у меня.
- Слушаюсь, Повелитель, - низко поклонился Крайс и вышел следом за провалившими миссию на землях Леваньер Тенями.
Утро тихо сменило ночь: плотная темень растаяла в хмурой серости рассвета. Пронзительно холодный зимний воздух нёс на своих призрачных крыльях мелкие снежинки, что кружились в медленном танце, устилая безмолвную землю белым саваном.
В кабинете Дрейвена стояли трое, все как на подбор высокие, гибкие, в плащах до пят.
- У вас две цели: графиня Леваньер и её артефакт. Выкрасть, доставить ко мне, - сухо приказал Маркус.
Наёмники склонили головы, давая понять, что всё сделают, как велено.
- Ступайте, - взмахом руки глава Теней отпустил было их, но в этот момент в дверь постучали. Вошёл слуга и, низко поклонившись, доложил:
- Хозяин, там… - и замолчал, пытаясь подобрать слова. - Кайл и Джок. Они вернулись, н-но… Обычными людьми…
Маркус замер, думая, что ослышался. Впервые за много-много лет он растерялся.
- Приведи их.
Через несколько минут в комнату вошёл Кайл Немой и Джок Седой.
- Господин, - надломленным, хриплым от простуды голосом, заговорил Кайл. - Мы… Я-я обычный человек. Мне холодно и, должен признаться, страшно. Мы очнулись в пещере в лесу, последнее, что помним, это торжище в Греймуре, а потом темнота. Как очутились среди леса, не ведаем. Рейли так и вовсе погиб от клыков волков по пути к вам.
Желтоглазый медленно встал со своего широкого кресла и, обогнув массивный стол, подошёл к Немому. Протянул руку, коснулся его груди.
Ничего. Абсолютная пустота там, где должно было пульсировать средоточие.
- Невозможно, - тихо, неверяще молвил он. - И, конечно же, вы не помните, кто стёр ваши воспоминания, и лишил дара, - не вопрос, утверждение.
- Да, хозяин. Мы пришли просить вас вернуть утерянную силу. Помогите нам всё вспомнить, чтобы мы могли отомстить тому, кто сотворил подобное с нами, - подал голос Джок.
Маркус замер, задумчиво глядя перед собой, но не замечая ни людей, его обступивших, ни стен. За долгие годы существования он видел многое, но такое… Средоточие можно было разрушить, при этом убив мага, но, чтобы человек остался жив-здоров - за гранью его понимания.
- Отведите их к источнику, - приказал он слугам. - Пусть выпьют воды из священной реки. Столько, сколько потребуется, чтобы их магические сердца забились вновь. А вам придётся повременить, - обернулся он к трём Теням, готовым отправиться на задание, - ждите результатов. Если сила пробудится в них вновь, привезёте ко мне эту Леваньер. И её артефакт.
- Господин, а если нет? Если мы останемся пустышками? - страшась, прошептал Кайл.
Но ответа не получил. Разговор был окончен.
Пять дней спустя.
- Хозяин, - начал доклад помощник, - всё тщетно. Энергия магической реки не смогла пробудить их искалеченные, окаменевшие средоточия.
Желтоглазый молчал долго, обдумывая услышанное, взвешивая риски. Наконец, произнёс:
- Время Пелены подходит к концу. Но это не означает конец для Теней. Просто мы не сможем перемещаться днём. Ночь никуда не денется, она испокон веков, ещё до появления Завесы, принадлежала нам.
Мужчина откинул капюшон, явив собеседникам жуткое лицо с мертвенно-бледной, даже синюшной кожей, под которой виднелись чёрные реки вен, и неприятными чертами: острые скулы, узкий нос с горбинкой, тонкие губы, сжатые в жёсткую линию. Это было существо лишь отчасти похожее на человека.
- Отпиши Виндхольмскому, - приказал он слуге. - Мы не можем выполнить его заказ. И не забудь приложить кошель, пусть забирает свои деньги и решает свои проблемы без нашего участия.
Но письмо так и не было отправлено.
На следующий день прибыл гонец в запылённой одежде, явно скакавший без остановки несколько дней.
- Мой господин! - выпалил он, едва отдышавшись. - Герцог Виндхольмский мёртв! И его старший сын тоже!
- Что? - Дрейвен рывком встал.
- Если верить лекарям, их отравили. Земли перешли его дочери.
- Занятно. Отравили, значит. Графиня Леваньер, да кто вы такая?
- Господин, - осторожно подал голос, находившийся тут же, верный советник, - а разве мы не должны отомстить этой Леваньер? За то, что она сделала с нашими людьми?
- Отомстить? - насмешливо уточнил Маркус. - Полагаешь, ей не под силу лишить всех моих Теней их дара?
Приближённый поёжился под тяжёлым взглядом повелителя.
- Иногда лучше переждать бурю, оценить противника со всех сторон, выявить его слабые стороны, и лишь после действовать. С леди Гвендолин мы ещё познакомимся. И пусть это произойдёт не скоро, но тогда, когда мы будем уверены в том, что эта встреча закончится нашей безоговорочной победой.
***
Гвендолин Леваньер
Утро в жарко натопленной кузнице, что может быть романтичнее? Ха! Много что, но мне тут нравилось, как ни странно.
- Миледи, - робко начал главный кузнец Харольд, вытирая выступившие на лбу бисеринки пота тыльной стороной ладони, - может, всё-таки доверите нам изготовление энтих арбалетов? Мы знаем своё дело, по вашим рисункам, уверен, смастерим, как надо.
- Вы все отличные мастера, - польстила я им, раскладывая чертежи. - И тем не менее у меня есть план, которому вы все будете следовать. Итак, корпус, ложе, простые крепления - на вас. Остальное пока на мне.
Кузнецы склонились над моими схемами.
- Деревянную основу выточим без проблем, - уверенно заявил старший мастер Уильям. - И эти скобы, и направляющие для тетивы тоже сделаем.
- Превосходно. А теперь посмотрите сюда, - я указала на изображение спускового механизма. - Видите эти мелкие детали? Пружины, рычажки, защёлки? Здесь нужна точность до волоска. Малейшая неточность - и весь механизм заклинит.
Томас нахмурился:
- А насколько точно? Мы умеем делать замки для сундуков…
- Гораздо точнее, - покачала головой я. - Каждая мелочь должна подходить к другой идеально. Никаких зазоров, никаких люфтов, то есть болтанки. На сегодняшний день подобную работу может выполнить только магия.
Я взяла кусок металла и начала демонстрацию. Сталь плавилась под моими пальцами, принимая форму крошечной пружины не толще иголки.
- Всевышний! - выдохнул молодой подмастерье, наблюдая, как металл течёт, словно расплавленное серебро. – Миледи, вы можете придать железу любую форму?
- Да, - просто ответила я, создавая следующую часть спускового механизма. - Как бы там ни было, всё это требует времени и энергии, а у меня и без того очень много дел. Поэтому я изготовила только самые сложные детали: пружины, спусковой механизм и систему автоподачи болтов.
- Авто… что? - переспросил кто-то.
- А дуги? - перебил его Харольд.
- Дуги я тоже уже смастерила, вот так… - и начала демонстрацию, чтобы все они понимали и узрели, насколько всё непросто. - Обычная сталь здесь не подойдёт, - я взяла заготовку и кусок выдержанного дуба. - Видите, как я соединяю металл с деревом? В итоге получится упругий и лёгкий композитный материал, при этом он будет куда прочнее стали.
Наниты сплетали волокна дерева с кристаллической решёткой металла на молекулярном уровне. И получалось то, чего не существовало в природе.
- Невероятно, - прошептал Уильям, округлив глаза. - Но заготовки для дуги мы ведь можем подготовить?
- Конечно. В дальнейшем будете делать их сами. Возьмёте самую лучшую сталь, какая у нас есть, и создадите основу вот такой формы, - я ткнула в чертёж.
За следующий час я показала принципы работы с каждой деталью. Кузнецы внимательно слушали, запоминая.
- Значит, так, - подвёл итог Харольд. - Мы делаем: корпус из дуба, все крепления, направляющие, рукоять, приклад. Заготовки для дуги и болтов.
- Верно. А все пружины, спусковые механизмы, магазины уже есть, вон они, лежат в ящиках, - кивнула я в угол кузни. - Когда ваша часть работы будет завершена, я вернусь сюда, чтобы показать, как всё это соединить.
Договорив, я подошла к стоящему неподалёку коробу, откинув крышку, извлекла из него готовый образец, который закончила накануне ночью.
Кузнецы замерли, увидев оружие.
- Господи помилуй! - прошептал Уильям, не в силах оторвать взора от арбалета.
Даже самому неискушённому человеку сразу становилось понятно, что это не обычное оружие. Изящные линии корпуса, идеальная балансировка, безупречная полировка металлических деталей - не оружие, песня… Произведение искусства! Арбалет выглядел, как хищный зверь, готовый к прыжку.
- Это… как оружие может быть настолько красивым? - выдохнул Томас. - Оно будто живое.
Харольд протянул руку, но замер, не решаясь коснуться арбалета:
- Можно поближе… посмотреть?
- Конечно, - я, ни на секунду не замешкавшись, вложила арбалет ему в руки. Старый кузнец принял его с благоговением, словно священную реликвию. Его грубые пальцы мягко скользили по поверхности, ощупывая каждую деталь.
- Вес идеально распределён, - бормотал он под нос. - Госпожа, как вы добились такой точности? Ах да… Магия, чудеса!
- И дуга, - добавил Уильям, заглядывая через плечо товарища. - Эдакий изгиб… Красотища какая!
- Хотите увидеть, на что он способен? - лукаво прищурилась я.
Мы вышли на задний двор, где мои люди уже установили мишень в ста шагах от здания.
Зарядив арбалет, вскинула его и, прицелившись, выстрелила. Ещё и ещё раз. Пять болтов за десять секунд, все точно в центр.
- Небесные покровители! - благоговейно выдохнул Харольд. - Обычному лучнику и не снилась такая скорость…
- Именно поэтому мы и делаем эти арбалеты, - серьёзно сказала я. - Один такой стрелок заменит троих лучников. Но помните - до поры до времени это строжайшая тайна.
- Разумеется, миледи, - хором ответили кузнецы, всё ещё не в силах поверить в то, что увидели.
- Отлично. Лёгкой вам работы!
- Спасибо, госпожа! - поблагодарили они, низко поклонившись.
Оставив их с чертежами и образцом, я направилась к замку.
Да, я могла бы сама, без помощников за несколько дней собрать все пятьдесят арбалетов и даже больше. Наниты справились бы с этой задачей на раз-два.
Но я, всё тщательно обдумав, решила привлечь мастеров.
Во-первых, они должны научиться чинить и обслуживать новое оружие. Сломанный арбалет без возможности ремонта - просто груда металлолома. Во-вторых, если понадобится больше оружия, а это вполне вероятно, мастера смогут помочь, по крайней мере, с простыми деталями. В-третьих, тратить магическую энергию на элементарные вещи вроде деревянных корпусов было бы расточительством. Впереди меня ждала работа над сетевыми пушками, ловушками и укреплениями - это те проекты, которые никто, кроме меня, не потянет.
Но главное - люди больше ценят то, что создали сами. Когда придёт время, каждый из них будет помнить: эти арбалеты делали и их руки тоже. А ещё я не хотела, чтобы всё зависело только от меня. Что будет, если со мной что-то случится?
Обучение через практику - лучший способ передать знания.
Ветер бил в лицо, мелкая снежная пыльца, как иголками, колола кожу. Серое небо, сливаясь с белизной замёрзшей равнины в одно безрадостное полотно, не прибавляло настроения.
Они всё же пришли.
Передо мной, на противоположном берегу замёрзшей реки, выстроилось небольшое войско кочевников. Они сидели на своих низкорослых, но выносливых степных лошадях, укутанные в меха и кожи, с оружием наготове.
Я сидела на своей спокойной кобыле в стороне от своих бойцов, и молча оценивала противника. Рядом со мной замер архин Велан так же, как и я внимательно изучавший вражеский строй. Сэр Рик командовал арбалетчиками, которые расположились за импровизированными укрытиями. Капитан Торбен со своими людьми занял позицию у речной излучины.
- Больше, чем ожидалось, - тихо заметил дедушка, едва шевельнув губами.
- Но не так много, как может быть весной, - ответила я в тон. - Это разведка боем. Они изучают наши возможности.
- Видите тех двоих на холме? - кивнула я в их сторону.
Велан прищурился:
- Вижу… Ты всё же права - это разведка. А эти двое - наблюдатели.
- Как думаете, что именно они ожидают увидеть? - слегка улыбнувшись, полюбопытствовала я.
- Ха! Конечно же, какова твоя сила в деле. Насколько велики твои возможности, - тут же ответил архин. - Потому даже не вздумай показывать им свои способности. Во всяком случае не на полную мощь.
- Думаю, что и не понадобится, - пожала плечами я, - у нас столько ловушек заготовлено, хватит на две такие армии.
Река, скованная толстым льдом, лежала между нами и кочевниками немым свидетелем грядущей битвы. Тишина была зловещей. Лишь завывание ветра да скрип кожаных ремней нарушали безмолвие. Воины всматривались друг в друга через мёрзлую реку, оценивая, взвешивая, понимая, что кто-то сегодня отправится на встречу к праотцам. И пытались спрятать страх поглубже, чтобы никто не мог даже заподозрить их в этом постыдном чувстве.
- Жизнь и смерть, они всегда ходят под руку, кто-то умирает, но в это же мгновение, кто-то рождается, - негромко поделилась я мыслями с дедушкой.
- И пока мы живём, нужно спешить любить, внучка, - вдруг добавил архин, я удивлённо на него покосилась, и он пояснил: - Именно любовь делает нас людьми. Ради любви совершаются великие дела. И ты… Оглядись вокруг, и увидишь, как мужчины смотрят на тебя, с каким обожанием и восхищением.
- Ты кого-то конкретно имеешь в виду?
- А чего лукавить? Чёрный Волк, чем тебе плох? - многозначительно улыбнулся собеседник.
Я, чувствуя, как заалели щёки, промолчала. Всем хорош. Если честно, Рик мне очень нравился. Вот только… Я ведь не себе принадлежу, и, словно прочитав мои мысли, дедушка добавил:
- Чародеи во многом ограничены, груз ответственности порой настолько тяжёл, что буквально прижимает к земле. Но… без любви жизнь пуста. В итоге ты поймёшь, что отдав всё, получила… Да ничего не получила! Напротив, потеряла, то, чего не вернуть, - и столько вселенской грусти в его глазах, так похожих на мои, что я невольно протянула руку и, обхватив его ладонь своей, крепко сжала. - Арой, мой сын, Лира, моя жена, Исо, внучка… Я оставил их ради великой цели. И иногда такое сожаление накатывает, выть хочется. Правда, есть и кое-что светлое в моей жертве. И оно сейчас не о благе для всех людей, а касается только меня. Воспоминания. То, что я испытывал, глядя на жену, обнимая её, когда взял на руки новорождённого сына… И ты не лишай себя всего этого. Эти мгновения абсолютного счастья помогают продолжать жить дальше, несмотря ни на что.
Я не знала, что ответить. Конечно же, сердце билось чаще от одного взгляда Рика, но я старалась держать себя в руках, не давать воли чувствам, просто тихо радоваться, что он рядом и ни разу меня не предал. Стальной ни разу не отписал королю о том, что происходит в моём замке, ни разу не обсуждал меня с кем-то. Я всё это знала и…
Взгляд невольно скользнул туда, где стоял мой телохранитель. Я вновь залюбовалась его суровым профилем, тем, как ветер играл в тёмных волосах… Серые глаза с прищуром цепко изучали противника, и от этой сосредоточенности что-то трепетно сжалось у меня в груди.
- Я подумаю, дедушка. Спасибо.
Тут передние ряды кочевников пришли в движение, медленно двинувшись вперёд. Я напряглась, как и дедушка.
С шага вражеские кони перешли на рысь. Лёд под их копытами громко потрескивал, но держал.
- Приготовиться, - вскинув правую руку, скомандовал Стальной.
Арбалетчики взяли оружие на изготовку. Лучники натянули тетивы. Все замерли в ожидании сигнала.
Степняки ускорились до галопа. Их боевой клич эхом разнёсся над заледеневшей рекой. Острые наконечники копий зловеще блеснули в тусклом свете.
Вот враги на середине реки. Ещё немного…
Пора!
Я сосредоточилась и мысленно послала сигнал подводным стержням.
Сначала ничего не происходило. Кочевники продолжали скакать по льду, их кони уверенно отталкивались от твёрдой поверхности.
Крак. Крак-крак!
Глухое потрескивание, идущее откуда-то из глубины водоёма, всё усиливалось, становясь громче.
Лёд под копытами лошадей вдруг стал мягче. Всадники, заметив это, попытались ускориться, но было поздно.
Бабах!
С оглушительным треском ледяная корка проломилась в нескольких местах одновременно. Образовались широкие полыньи с тёмной, жадно клокочущей водой. Кони со всадниками махом ушли под ледяную воду. Люди, отчаянно крича и барахтаясь, цеплялись за льдины. Животные с диким ржанием, пытались удержаться на плаву.
Те кочевники, которые успели проскочить опасные участки и добраться до нашего берега, тут же попали в волчьи ямы. Лошади проваливались по грудь, ломая ноги о заострённые колья. Наездников выбивало из сёдел, кидало о твёрдые края ям.
- Огонь! - рявкнул Чёрный Волк, опуская поднятую руку.
Воздух прорезал свист болтов и стрел. Арбалетчики били с невиданной доселе скоростью, пять выстрелов за то время, пока лучник делал всего один. Металлические болты пробивали кожаные доспехи степняков, словно те были сделаны из пергамента.
Один из кочевников, выбравшийся из полыньи, направил коня к нашим позициям, но животное налетело на натянутый трос. Стальная нить, невидимая в сумрачном свете, ударила наездника на полном скаку. Всадник кубарем вылетел из седла, а лошадь, потеряв седока, в панике понеслась обратно.
- Перезарядка!
Арбалетчики молниеносно вставили новые магазины. Ещё один залп - и несколько противников, пытавшихся помочь тонущим товарищам, как подкошенные упали на землю.
Крики ужаса и боли неслись со всех сторон. Степняки, оставшиеся на противоположном берегу, в растерянности смотрели на побоище. Они пытались стрелять в нас из луков, но всё было бесполезно.
- Отступаем! - прокричал их вождь, молодой мужчина лет тридцати с пером в светлых волосах, стянутых в низкий хвост.
Уцелевшие враги поворачивали коней и скакали, не оглядываясь, прочь. Даже те, кто застрял в ямах, но остался жив, отчаянно пытались выбраться и бежать.
В это же время на холме, на противоположном берегу реки, те самые две фигуры, продолжали молча смотреть на происходящее. Один из них с поля боя перевёл взгляд на меня и неприятно осклабился. Предвкушающе.
- Прекратить огонь! - приказал сэр Рик. - Пусть уходят.
- Они вернутся, - проскрипел дедушка, - они сделали выводы. И в следующий с ними будут колдуны.
- Весной и не просто с большим войском, а с планом. Приведут шаманов, которые уничтожат наши ловушки, тяжёлую пехоту поставят против арбалетов, приволокут осадные орудия, - перечислил всё, что нас ждёт Стальной, вдруг оказавшись рядом с нами. - Степняки настроены серьёзно, раз ради информации пожертвовали столькими людьми.
Я молчала, сожалеющее глядя на трупы и раненых. Кровь окрасила белый снег в оттенки красного, превратив берег во что-то жуткое. Война не щадит никого - ни правых, ни виноватых. Эти люди пришли убивать, но всё равно чья-то жена осталась вдовой, чьи-то дети сиротами. Жаль. Их всех мне было искренне жаль.
***
Интерлюдия
В небольшой пещере, где из разлома в полу пробивался узкий волшебный ручей, было тихо. На шкуре пещерного медведя с закрытыми глазами, скрестив ноги, сидел Серый Ворон. Перед ним устроились ещё двое. Горький Корень, воин-ведун из клана Болотных Псов, старик, чьё лицо было таким же морщинистым и тёмным, как корень мандрагоры, а глаза маленькими и чёрными, как семена белладонны. И женщина с необыкновенными, горящими синим пламенем, глазами. Всё её тело покрывали белёсые ритуальные шрамы. Это была Зорина Синеглазая, ведунья клана Красных Ястребов, известная своей воинственностью, граничащей с одержимостью.
Полог из шкур откинулся, и в пещеру вошёл невысокий, гибкий воин-маг. Опустившись на колени, замер.
- Говори, - прошелестел Серый Ворон.
- Люди Леваньерр сражались, не как воины. Как трусы. Они подло убили Свирепых Койотов, расставив хитроумные ловушки; применили магию, из-за которой лёд на реке треснул, поглотив часть бойцов. Тех, кто выбрался на берег, пожрали ямы с кольями. Их лучники успевали выпустить несколько странных стрел, в то время как наши только натягивали тетиву. Их железные стрелы прошивали доспехи, словно ткань. Это была не битва. Это была бойня. Нет им чести. Грязная победа.
Зорина Синеглазая ударила кулаком по каменному полу.
- Ведьма! - с ненавистью прошипела она. - Колдовство ведьмы Леваньерр оскверняет саму землю. Завтра же кинем клич и соберём все кланы в единый кулак. Мы выжжем её гнездо до основания! Вырежем всех её людей до единого, не пощадим ни женщин, ни детей, никого не возьмём в плен. Наша месть будет страш-шна…
- Тише, дитя, - проскрипел Горький Корень. - Твоя ярость слепа, как крот. Не спеши, холодный ум - первый шаг к победе.
- Молчи, старик! - огрызнулась Зорина. - Твоя вода нечета моему пламени! Мой огонь поглотит их всех!
- Да как ты смеешь затыкать меня, девчонка! - вскинулся было Горький Корень, но его остановил тихий голос Ворона:
- Довольно. Зорина права в одном - графиня большая угроза всем кочевникам. Горький Корень прав в другом - спешка погубит нас, - и, повернувшись к вестнику, спросил: - Их воины радовались победе? Ликовали?
- Нет, Великий Ведун. Никакой радости.
- Рыжая показала свою силу?
- Нет, Великий.
Серый Ворон надолго замолчал.
- Она не поёт песню земли, - наконец произнёс он. - Её сила не пьёт из наших рек. Она холодна. Расчётлива. Это не ярость ведьмы. Это разум охотника. Мы соберём все кланы. Готовьтесь к большой войне.
***
Король Эдуард Третий сидел в массивном кресле из чёрного дуба, задумчиво барабаня пальцами по резным подлокотникам. Перед ним стоял гонец в запылённой дорожной одежде, только что прибывший в столицу.
- Повтори ещё раз, - холодно произнёс король. - И не упускай деталей.
- Войско кочевников численностью около двухсот человек атаковало земли Леваньер. Нападение было отбито. Степняки понесли внушительные потери. Среди защитников графских земель нет ни одного убитого. Даже раненых нет.
Герцог Блэквуд, сидевший на стуле у горящего камина, недоверчиво хмыкнул:
- Как это возможно? Гарнизон Леваньер едва насчитывает сотню бойцов.
- Лёд, Ваша Светлость, - ответил гонец, обращаясь к советнику, - вскипел изнутри - это миледи применила свою силу. После чего в дело пустили новое оружие, получившее странное название арбалет, оно стреляет с невиданной скоростью и силой. Там не стрелы, а железные наконечники - болты, способные пробить кожаные доспехи, будто они из пергамента.
Его Величество долго молчал, глядя перед собой невидящим взором. Гвендолин была не просто в опасности. Она становилась силой. Силой, которую могли попытаться захватить другие. Или уничтожить.
- Леди Гвендолин нельзя оставлять без присмотра, - нарушил тишину Блэквуд. - Нужно немедленно забрать её ко двору.
Монарх отрицательно качнул головой, взмахом руки отпустил гонца и повернулся к своему секретарю, сидевшему в углу.
- Подготовь указ. Отправить на земли Леваньер пять сотен воинов из Королевского легиона под командованием сэра Гарета Бэрроу. Цель - защита восточных рубежей и оказание помощи графине Леваньер в отражении угрозы со стороны степных кланов.
Блэквуд удивлённо вскинул брови, но промолчал.
- Графиня получит защиту, которую не сможет отвергнуть. Сэр Гарет будет её верным щитом и её поводком, раз уж Стальной молчит и не желает подчиняться полученному от меня приказу, - задумчиво добавил монарх.
Лазарет в восточном крыле замка давно не видел столько раненых одновременно. Лекари сновали между широкими лавками, перевязывая раны и давая больным испить целебные настойки. Все эти раненые являлись кочевниками.
- Миледи, - подошёл ко мне мастер Альдрин, - степняки не понимают, почему мы их лечим. Некоторые отказываются и чуть ли не рычат на целителей.
- Погружайте таких в сон и лечите, - приказала я. - Сейчас они просто люди, которым нужна помощь.
Один из кочевников, молодой человек лет двадцати с перевязанной рукой, смотрел на меня с недоумением. Я подошла к его койке.
- Как тебя зовут? - спросила я, спокойно встречая его взгляд.
- Свен, - хрипло ответил он. - Почему… почему ты не убила меня?
- Потому что убийство беззащитного не принесёт мне чести, - просто ответила я. - Ты сражался храбро. Заслужил уважение.
В его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.
Покинув лазарет, я и Рик направились в замок. В большом зале уже собрались все мои командиры. За массивным столом сидели дедушка, капитан Торбен и несколько мастеров, отвечавших за устройство ловушек и создание арбалетов.
- Итак, - начала я, занимая место во главе стола, - сегодня мы выиграли. Но это была всего лишь разминка, настоящая война начнётся весной.
- Их наблюдатели изучили наши ловушки, увидели наше оружие в действии, - мрачно добавил архин. - В следующий раз они придут подготовленными. Заявятся и шаманы, уверен, среди них будет и тот, кто способен поднимать мертвецов и призывать злобных духов. Вторые способны иссушать тела, превращая молодых в дряхлых стариков. Против таких тварей наши арбалеты бесполезны. Им может противостоять лишь сила света. То есть моя магия. И как видите, среди вас я один чародей света. Надеюсь, моих сил хватит на борьбу с этими тварями. Впрочем, как и у меня, у этого шамана есть лимит: и он и я не можем ворожить долго.
Воцарилось тяжёлое молчание.
- Что вы предлагаете, миледи? - осторожно спросил Рик, обращаясь ко мне.
- Эвакуацию, - твёрдо ответила я. - То есть мы возьмём и перевезём жителей подальше отсюда. Временная мера. Если духи так влияют на людей, то ни стены замка, ни подземные убежища не помогут.
- Куда? - поинтересовался капитан Торбен.
- Думаю, граф Альрик из Железного холма не откажет мне в помощи, он получит более чем значимую плату за свою поддержку, - загадочно ответила я. - Его земли достаточно далеко от границы, и его дружина многочисленнее моей. В Грейстоуне останутся только воины, способные держать оружие. Без необходимости защищать мирных жителей мы сможем сражаться без оглядки. Применить тактики, которые невозможны в осаде.
Дедушка задумчиво потёр бороду и медленно кивнул:
- Правильное решение. Кочевники придут убивать, я более чем уверен, они в этот раз не возьмут пленных. Вырежут всех до единого.
- Миледи, - подал голос капитан Торбен, - а что, если степняки не станут ждать весны?
- Даже не сомневайся, раньше оттепели они не заявятся, - покачала головой я. - Шаманы и вожди далеко не идиоты, чтобы рисковать своими воинами в морозы. Они дождутся тепла.
Военный совет продолжался ещё два часа. Мы обсуждали детали эвакуации, планы укрепления обороны, возможности создания новых видов оружия. К концу встречи план был готов.
Ночь опустилась на землю. Впереди была долгая зима, которую мы потратим на подготовку к финальной битве. Битве, в которой решится судьба очень многих людей.
***
- Дедушка, - я начала издалека, - а расскажи, пожалуйста, о той земле, где родился ты сам и моя мама.
Архин Велан, отставив кубок, задумчиво посмотрел в жарко пылающий камин.
- Горное Королевство Вийхерма… - медленно произнёс он. - Это не дикие земли, как думают многие. Это суверенное государство. Нас признают некоторые королевства, но большая часть считает дикарями.
- Почему? - заинтересовалась я.
- Потому что мы предпочитаем жить в изоляции, внучка. Территориально уступаем вообще всем странам, известным по эту сторону моря. Наша сила не в несметном войске, а в неприступности земель, которые защищены магически, - дедушка снова взял кубок, сделал большой глоток и продолжил: - В Вийхерм очень сложно пробраться. Единственные перевалы, туда ведущие, проходимы лишь несколько недель в году. В остальное время они завалены снегом или скрыты туманами. Я прошёл только потому, что вижу сокрытое в колдовском мороке.
- Морок? - переспросила я, чувствуя, что услышу нечто необыкновенное.
- О да, - кивнул собеседник, сверкнув изумрудом мудрых глаз, - эти горы находятся под защитой древней магии, связанной с нашей священной рекой. Эта сила может создавать иллюзии, чтобы сбить с пути чужаков, вызывать лавины или каменные обвалы, преградив таким образом дорогу незваным гостям. А в крайних случаях даже пробуждать духов гор для защиты границ.
- Звучит, как сказка, - прошептала я.
- Но это реальность. А вийхермцы не просто подданные короля Эргона Справедливого. Мы хранители своей земли. Каждый из нас: дети, женщины, старики - воины, готовые защищать перевалы от любого вторжения, - в голосе собеседника прозвучала ничем не прикрытая гордость. - Я не только хранитель магической реки, кроме того, у меня есть титул. Я герцог Монтрайн. И наш род близок к королевскому.
- Даже так? - задумчиво прищурилась я.
- Да. Твоя мать была не простой аристократкой, внучка, а наследницей герцогского титула и земель… Она сбежала с принцем королевства Арденн, но, увы, их любовь не получила продолжения, Родерик погиб в стычке со степняками. Исо же, пережив горе, вышла замуж за графа Эдмунда Леваньер, от этого союза родилась ты… А почему ты вдруг заинтересовалась моей родиной?
Я задумчиво посмотрела на весело пляшущий в камине огонь. Языки алого пламени жадно пожирали сухое полено, превращая его в тепло и свет, но оставляя безжизненную золу, и думала о том, как похожа на этот огонь моя собственная жизнь. Из забитой, тлеющей искорки, которую все пытались затоптать, я разгорелась в пламя, способное и согреть, и сжечь дотла.
- Как это ни странно звучит, но получается, что всем есть до меня дело. Степнякам стоило бы не лезть ко мне, но они настырные, всё никак не уймутся. Король делает вид, что просто наблюдает, но и он вскоре даст о себе знать, сильный маг в его королевстве - значимая единица, которую нужно контролировать, иначе высока вероятность, что её, то есть меня, кто-то из конкурентов приберёт к рукам, или же я сама восстану и возжелаю сесть на его трон. И мои артефакты. Все они до зуда в руках жаждут ими завладеть. А я хочу покоя, хочу вернуть этому миру солнце. Хочу рисовать, мастерить необыкновенные вещи, которые облегчат жизнь людям. Но мне не дадут… Также я пришла к выводу, что и о собственном счастье не стоит забывать…
- И? - прищурился собеседник, внимательно изучая мой профиль.
- Я хочу покинуть эти земли. Навсегда.
От прозвучавшего в кабинете стало тихо-тихо. Даже огонь в очаге будто на мгновение замер, удивлённо ко мне качнувшись.
- Что?! - выдохнул архин, но тут на его лице проступило понимание и… с трудом сдерживаемая радость?
- Я хочу уехать и начать всё с нуля на вашей с матушкой родине.
- А как же все те, что тебе доверились?
- Ответь, деда, всем ли жителям земель Леваньер хватит места в королевстве Вийхерм?
Собеседник на мгновение задумался, после чего медленно кивнул:
- Однозначно всем. Там полным-полно незаселённых участков. Да и мои земли весьма обширны, а точнее, твои. Ты ведь моя наследница.
- Позволит ли мне ваш король там устроиться со всеми моими людьми?
- Даже и секунды не замешкается с ответом, конечно, позволит!
- Тогда не вижу проблемы в том, чтобы, как только просохнут дороги, отправиться в путь со всеми теми, кто верит в меня и готов сменить место жительства.
- А степняки? Дорога идёт через их земли. Зимой, впрочем, как и в любое другое время года, они не дадут пройти такому внушительному обозу.
- Поэтому нам нужно выиграть битву, чтобы расчистить себе дорогу. Сейчас же продолжать готовиться к противостоянию, притвориться, что всё идёт своим чередом, обмануть шпионов короля и, когда настанет подходящий момент, собрав всё необходимое, отправиться в далёкое путешествие.
- А дальше? - затаив дыхание, полюбопытствовал дедушка.
- А дальше мы с тобой станем искать древние артефакты, созданные из камней света, или тьмы, для меня не имеет разницы тёмная там мана или светлая, всё одно - она стабильна, поэтому пригодна для работы.
- И-и? - продолжал не дышать деда.
- И соберу установку, способную направить энергию со всех этих артефактов в небеса и пробить Пелену. Всю. В разных частях света, дестабилизировав древнее заклинание. Мы испепелим Завесу. Наконец-то в мир вернётся солнце… На словах оно, конечно, звучит чудо как складно, на деле, боюсь, всё будет куда сложнее…
Архин Велан сидел у камина в главном зале с чашей дымящегося травяного отвара, погружённый в изучение древнего свитка.
- Доброе утро, - поприветствовала я его, располагаясь в кресле напротив.
- И тебе, внучка, - откликнулся он, поднимая на меня глаза. - Отчего такая насупленная?
Я помолчала, собираясь с мыслями. То, о чём намеревалась рассказать, могло перевернуть его представления о многих вещах, впрочем, о мире в целом. Я долго думала, взвешивая все «за» и «против», давно ещё решила, что никто и никогда не узнает правду о природе моих способностей. Но в преддверии большой кампании по возвращению миру солнца мне нужна была поддержка. Я видела её в дедушке. Поэтому в итоге решилась ему довериться.
- Деда, мне нужно поведать тебе кое-что важное. О том, откуда на самом деле взялась моя сила.
Велан отложил свиток и, переплетя пальцы в замок, откинулся на спинку. В зале, кроме нас, больше никого не было. Охрану я заранее попросила стеречь двери, чтобы нас никто не побеспокоил.
- Я не маг в привычном для тебя понимании, впрочем, ты это и сам уже давно понял, - начала я, архин кивнул, ожидая продолжения. - Моя сила - это технология.
Дедушка нахмурился:
- Техно, что? Не понимаю.
Я глубоко вдохнула и на одном дыхании выпалила:
- В моей крови живут крошечные… помощники. Они значительно меньше пылинок. Их так просто не увидеть. Они умнее любого человека, но при этом полностью мне подчиняются. Я называю их нанитами, или нанороботами. Именно они могут менять структуру железа, камня, дерева - любого материала. Они воспринимают мир иначе, знают, из чего состоят вещи на самом глубоком уровне.
- Ты сейчас имеешь в виду неких духов? - неуверенно предположил архин.
- Нет. Это творения разума, а не природы. Наниты созданы человеком. Эти люди ушли в своём развитии так далеко, что нам не догнать их и через сотню лет.
Я рассказала ему о той ночи, когда на мои земли с небес упал космический корабль, о том, что, когда я пыталась спасти пилота, случайно отыскала некую субстанцию, впитавшуюся в моё тело и сделавшую меня той, кем я являюсь сейчас.
Велан молчал, переваривая услышанное. В его глазах отчётливо читалось сомнение, которое всё же сменилось принятием. Архин видел меня в деле, сканировал моё спящее магическое средоточие, и скорее поэтому решил, что я всё же не сочиняю.
- Я человек, но и робот тоже. Я умру, если что-то случится с нанитами и наоборот. Моя пища - обычная, как у всех, их еда - чистая энергия, лучше всего солнечная.
- Погоди, внучка, - схватился за бороду до этого момента молчавший собеседник, - я не ослышался, ты сказала, что тот, как его, корабль? Он летал между… звёздами?
- Да. И мои помощники созданы теми, кто смастерил эти корабли. Вот почему я могу делать вещи, недоступные обычным магам. Вот почему моя сила не зависит от рек или артефактов.
Дедушка перевёл взор на огонь, вздохнул, посмотрел на меня, ещё раз вздохнул.
- И они контролируют тебя? Или всё ж ты их? - какой прозорливый вопрос.
- Нанороботы пытались подчинить мой разум себе. Им это не удалось. Сейчас я с ними сотрудничаю. Они дают мне знания и способности, я направляю их действия. Без них я была бы леди-калекой. Без меня они просто мега умные, но бесцельные создания. Впрочем, им грозила смерть, если бы они не смогли интегрироваться, то есть объединиться со мной в единое целое.
- Внучка, - тихо произнёс архин, - то, что ты сейчас поведала за гранью моего разумения. Полёты средь звёзд, какие-то люди, которые умнее нас, на-ни-ты… Столько всего ты на меня сейчас вывалила, я даже не знаю, как реагировать.
- Нужно время, и всё непременно встанет на свои места, - мягко улыбнулась я.
Оставив дедушку наедине с его мыслями, я отправилась в подвал. Пока шагала, нанороботы вывели перед моим внутренним взором отчёт по тому, что осталось из обломков звездолёта.
На создание Ловца света ушло примерно тридцать процентов от общей массы материалов. Подводные нагревательные стержни забрали ещё двадцать. «Громовой Свет» потребовал около десяти процентов самых качественных компонентов.
Войдя в холодное помещение, я осмотрелась.
Листы корпуса лежали грудой у противоположной стены. Их было много, и они радовали глаз своим состоянием, выглядели вполне неплохо. Их я пущу на создание усовершенствованного Ловца, который вытянет энергию из всех артефактов, хранящихся по всей планете, и направит единый импульс в небеса.
«Гармонизатор» пришло название, когда перед внутренним взором я нарисовала себе будущую установку.
Я подошла к ящику, где хранились энергетические кабели. Эти прочные нити способны проводить прорву энергии и не перегореть. Ни один местный металл не сравнится с ними по эффективности. Они станут нервной системой Гармонизатора.
Большинство накопителей было, увы, повреждено, но даже сломанные они бесценны. Кристаллы внутри них треснули, найти им замену никак не получилось бы, если бы не… Камни Света. Именно они станут альтернативой.
Каркас и некоторые детали я смогу сделать из обыкновенного железа. Нанороботы легко справятся с такой простой для них задачей. А вот ключевые компоненты: фокусирующие кристаллы и проводники высших порядков смастерю из камней света, разобрав существующие артефакты, либо же нырнув за камнями на дно магической реки.
Я провела в подвале час, перебирая обломки и прикидывая возможности их использования. Каждый фрагмент представлял собой кусочек головоломки, из которой предстояло сложить устройство невероятной сложности.
В кабинете меня ждал сэр Рик с докладом о ходе строительства застав. Восточная застава у главного брода реки была достроена аккурат до нападения степняков, две других всё ещё находились в процессе.
- Миледи, западная застава завершена полностью. Я приказал перебросить освободившиеся руки на центральную.
- Отлично, - сказала я, усаживаясь в кресло. - А что с боевым духом людей?
- Высокий. После победы над кочевниками все осознали серьёзность угрозы, но тем не менее хоть и страшатся, всецело верят в вашу с архином Веланом силу и наше оружие.
- Хорошо. Спасибо. Увидимся за ужином.
Когда телохранитель удалился, я засела за чертежи. Большой проект, много расчётов, некогда мечтать, пора действовать. Схемы Гармонизатора постепенно обретали форму, но чем детальнее становился план, тем яснее я понимала масштаб предстоящей работы. Это устройство размерами превзойдёт небольшой замок! И потребует прорву ресурсов!
Ужин мне принесли прямо в кабинет, я, быстро съев кашу с мясом и печёные магически насыщенные овощи, вернулась к работе, но не успела углубиться, как в дверь постучали. На пороге возник дедушка, молча прошёл к столу и, замерев напротив меня, веско сказал:
- Знаешь, внучка, я тут подумал и пришёл к выводу, что хоть твой план по уничтожению Пелены безумен, но в нём всё же есть логика.
- Безумие и логика не всегда исключают друг друга, - ответила я. - Иногда самые логичные решения выглядят безумными для тех, кто не видит полной картины.
- Верно, потому я прокрутил в голове весь твой рассказ несколько раз и осознал многое…
Я вопросительно приподняла брови.
- Твои на-ни-ты это дар Всевышнего. Они тоже магия, дочка. Пусть она другая, но исцелившая твою руку, давшая тебе силу. Опору. То, что должен был сделать я, кабы не обстоятельства. И, как я понял, не будь ты такой, какая есть: доброй, с широкой душой, со стержнем внутри, и не будь ты моей внучкой, в тебе всё же течёт кровь чародея, они бы убили тебя во время, как его там… инграц, ой, - махнул он рукой, - слова какие-то у тебя заковыристые. В общем, при попадании в твоё тело, эти на-ни-ты нашли то, чего нет в других. Они существуют благодаря твоей уникальности… Я буду с тобой до конца, столько, сколько мне отмерено. И твоя тайна умрёт вместе со мной.
Я молча встала, обогнула стол и крепко его обняла.
- Ну, что ты, внучка. Поди лучше, прогуляйся. Снег идёт, ветра нет. А то просидела тут весь день, а это вредно.
Я отрывисто кивнула и поступила, как посоветовал архин. Стальной возник передо мной в то же мгновение, стоило мне очутиться во дворе замка.
- Миледи?
- Сэр Рик, давайте прогуляемся по Грейстоуну.
Мужчина, не проронив ни слова, кивнул и зашагал рядом.
- Миледи, - помолчав, заговорил он некоторое время спустя, - позволено ли мне спросить о ваших планах?
Я посмотрела на него внимательно. В серых глазах читалось не праздное любопытство, а искреннее беспокойство.
- Почему вы спрашиваете?
- Потому что… - он помедлил. - Потому что ощущаю ваше напряжение, вы планируете нечто крупное. И хочу понимать, к чему мне готовиться.
- К переменам, - сказала я. - Значительным.
- Это касается короля? Королевства? - проницательно уточнил он.
- В частности, а вообще всего мира.
Он медленно кивнул. Мы молча прошли под надвратной аркой и двинули вниз по пологому склону в сторону города.
Снег тихо падал на землю, превращая вечерний, освещённый факелами Грейстоун, в картинку из сказки. Морозный воздух пока пах свежестью, но чем ближе мы подходили к городу, тем отчётливее до нас доносились запахи дыма из труб, конского навоза и человеческого жилья. Слышался смех и беспечные разговоры горожан. Люди, встречавшиеся нам на пути, кланялись с искренней благодарностью в глазах и улыбкой на устах. Не так давно они все были такими же серыми, как небо над головой, сейчас же их щёки украшал здоровый румянец, плечи, прежде ссутуленные, расправились.
Мы дошли до тихой улочки у городской стены. Снег падал крупными хлопьями, заглушая все звуки. Под светом одинокого факела, закреплённого на столбе, я остановилась.
- Сэр, - я внимательно посмотрела на его чёткий профиль, - король, должно быть, считает вас предателем.
Он повернулся ко мне и вдруг улыбнулся:
- Я не предатель. Всегда уважал Его Величество и буду уважать впредь. Вот только я вижу, как вы стараетесь для всех, а не для себя. Обычно правителям подобное чуждо, они думают о себе и своей выгоде. Срок моей службы короне истекает грядущей осенью, моё последнее задание - ваша защита. Моя верность здесь, миледи. С вами.
- Рик, буду с вами откровенна, - я впервые позволила себе обратиться к нему без титула, и это прозвучало непривычно и как-то очень интимно, - после того, как мы отразим весеннюю атаку, я поведу своих людей прочь из Арденна. На родину моей матери, в горы Вийхерма. Это будет опасный путь через враждебные земли, в неизвестность. Я не могу приказать вам следовать за мной. Ваша присяга дана королю и этим землям. Поэтому я спрашиваю вас не как госпожа, а как… друг. Готовы ли вы рискнуть всем и последовать за мной?
Спутник продолжал внимательно изучать моё лицо, его обычно непроницаемые серые глаза, сейчас смотрели открыто, и я увидела в них нежность и непередаваемое тепло, отчего моё глупое сердце, пропустив удар, забилось быстрее.
- Гвендолин, мой дом там, где вы. Куда бы вы ни пошли, я буду вашим щитом. Всегда. До самого конца.
Он стоял передо мной, несокрушимый Чёрный Волк, а я чувствовала, как меня накрывает волна чистого, незамутнённого счастья. Снежинки кружили и кружили, сверкая гранями, падая на плечи, путаясь в волосах.
Рик снял перчатку, протянул руку ко мне и замер в нерешительности. Я, не долго думая, сделала шаг вперёд и, обхватив его сильную ладонь своей, крепко переплела наши пальцы.
- Миледи, у вас уже так хорошо отросли волосы! - радостно щебетала Элла Бобби, делая мне причёску. - Теперь их можно заплести в косу, пусть и недлинную.
И действительно, каждодневные солнечные ванны замечательно сказались не только на дедушке и горожанах, но и на мне тоже. Мои волосы стали гуще, их рост значительно ускорился, я оправданно боялась, что через пару недель у меня на голове будет самая настоящая львиная грива, настолько круто шёл процесс.
Как бы мне вскоре не пришлось маяться с непослушным водопадом.
Завтрак, как всегда, подали в главном зале, где уютно потрескивали дрова в большом камине. Все мои близкие собрались за общим столом, расположенном на возвышенности. Тусклый дневной свет заглядывал в узкие бойницы, едва рассеивая полумрак большого помещения. Горящие свечи добавляли тепла этому такому привычному в своей серости утру.
Перед нами поставили корзинки с нарезанным свежим хлебом, варёные яйца, ломтики копчёного мяса, подали кашу с плавающими в ней жёлтыми кружочками сливочного масла.
- Гвени, - заговорила Мари, - я хотела обсудить с тобой поставки зерна на бывшие баронские земли. Нам потребуется большой обоз.
- Сколько повозок? - поинтересовалась я, откладывая ложку.
- Пять, может, шесть. И охрана, ведь дороги небезопасны.
- Конечно, и охрану, и телеги, всё, что нужно. Обсуди детали с мастером Томасом.
- Хорошо, - улыбнулась девушка и вернулась к еде.
- Дедушка, передайте, пожалуйста, хлеб, - попросила маленькая Абигейл, сидевшего рядом с ней архина.
Дед с улыбкой подал девочке корзинку:
- Держи, дитя. Ешь хорошо, расти большой и сильной! И точно станешь волшебницей.
- Обязательно! - серьёзно кивнула Аби. - Я сегодня буду учить добрые слова, чтобы уже начать творить чудеса, как вы и сказали.
Леди Барбара широко улыбнулась, отпивая горячий травяной взвар с мёдом:
- Вот уж правду говорят, в этом замке магия витает в самом воздухе! Я за эти дни помолодела лет на пять, а сон крепкий, как у младенца. Всему виной твои чудесные солнечные ванны, Гвендолин!
- Рада, что вам у нас нравится, - ответила я, тоже не сдержав улыбку. - Вот только не хочу показаться грубой или негостеприимной, у меня к вам, леди Барбара, впрочем, как и к вам, леди Патриция, большой вопрос.
Обе женщины внимательно на меня посмотрели, почти одновременно слегка приподняв тонкие брови.
- Весной придут кочевники… - начала я.
- И ты хочешь узнать, как надолго мы намереваемся у тебя задержаться? - договорила за меня леди де Марель.
- Верно, - кивнула я.
- Я планировала отправиться в соседнее королевство сразу, как просохнут дороги, но, получается, эта пора придётся аккурат, когда степняки начнут войну, - немного подумав, поделилась своими мыслями леди Уэйви. - И я пока не знаю, как быть. Возвращаться в столицу нет желания, да ещё в такой мороз.
- А я останусь до лета, - заявила Барбара, после чего сделала большой глоток из своего кубка. - Сын вроде как образумился, взялся за хозяйство, присмотрел себе невесту. Пусть покажет на деле, как он без меня справится. А я тут подсоблю тебе, Гвени, чем смогу, - и многозначительно подмигнула.
- И я тогда останусь, пока всё не закончится, - эхом отозвалась Патриция.
- Это может быть опасно для ваших жизней, - попыталась я образумить их обеих.
- Нам ничего не грозит, ты ведь уже что-то придумала, верно? - проницательно прищурилась Уэйви.
- Риски есть всегда. Война - дело непредсказуемое. А так да, есть одна идея, но пока всё очень неточно, - вздохнула я и вопросительно посмотрела на сэра Рика.
- Всё готово, - спокойно ответил рыцарь. - Можем отправляться сразу после завтрака.
- Ты уверена, что я тебе не пригожусь? - вступил в беседу дедушка, до этого молча нас слушавший.
- Уверена, ты нужны здесь, как мощная боевая единица.
- Да-да, я это понимаю, но всё равно сильно за тебя волнуюсь, внучка, - покачал седой головой архин.
- Всё будет хорошо, - успокаивающе улыбнулась ему я и повернулась к Розалинде: - Роза, как дела на участке?
Подруга с готовностью отложила ложку, её глаза горели энтузиазмом:
- Мы собрали ещё овощей, кладовые забиты под завязку, то же самое и в городском хранилище, горожане могут купить всё, что им нужно, а у кого нет средств, получить по талонам. Всем нам, в том числе и жителям баронства всего хватит до самой весны. Теперь можно спокойно продавать на сторону, казна почти пуста, нужны деньги. Запасы магических настоек тоже пополнили так, что есть излишки, которые отправим на бывшие земли барона Эдвина. А вот на продажу, увы, лишних лекарств у меня нет.
- Ничего страшного, главное благополучие наших людей, всё остальное второстепенно, - успокоила я её.
- Миледи, - вдруг поинтересовалась леди Уэйви, - а что вы планируете делать с ранеными кочевниками? Они вскоре поправятся, и нужно решить их судьбу.
- Я отпущу их.
- Так просто? - удивилась Патриция. – А как же допросы? Получение так нужной в грядущем противостоянии информации.
- Никаких пыток. Мы вернём им простое оружие для защиты от зверей и отпустим домой.
- Не понимаю… - в удивлении округлила глаза собеседница.
- Такой поступок абсолютно противоречит всему, - согласилась я. - Да, степняки пришли убивать, и мы ответили им как положено, заставив в страхе бежать. Но! - я сделала короткую внушительную паузу, - но убить проще всего, а ты попробуй проявить милосердие, вылечи раны и после просто отпусти. Такое мало кому даже в голову придёт. Тратить на врага драгоценные магические настойки? Латать раны? Бред же! Но я решила, что могу и сделаю. Проявленное милосердие, возможно, посеет смуту в их рядах. Кто-то из них сочтёт нас слабыми, кто-то непредсказуемыми и обладающими странной честью. Наш поступок способен расколоть союз их кланов. Это демонстрация силы иного порядка, силы, которой не нужно упиваться кровью.
- Хм-м, - задумчиво протянула леди Уэйви, - спасибо за разъяснения, теперь я посмотрела на эту ситуацию иначе. Есть в вашем решении что-то… правильное.
Сразу после завтрака я поднялась в свои покои, где Элла уже готовила дорожную сумку.
- Что возьмёте с собой, госпожа? - спросила она, раскладывая тёплые платья на кровати.
- Два комплекта одежды, плащ с мехом, сменное бельё. И документы, - я достала с полки свиток с предварительным договором об опекунстве. - И подарок хозяину.
Элла задумчиво постучала пальцем по острому подбородку:
- А что дарят графам? Золото? Драгоценности? Вы уже выбрали?
- Да. Арбалет. Забери его у мастера Харольда. Оберни в чистую тряпицу, положи вон в тот ларь, и отдай сэру Рику.
Через час во дворе уже седлали лошадей. Чёрный Волк лично проверил мою смирную кобылку. Всем воинам сопровождения выдали дополнительные плащи, тёплые рукавицы и провиант на четыре дня.
Я вышла во двор, плотно укутанная в меховой плащ. Дыхание паром висело в морозном воздухе. Мой подарочный сундучок с арбалетом Стальной закрепил на вьючной лошади.
- Готовы, миледи? - уточнил рыцарь, помогая мне взобраться в седло.
- Готова.
Наше путешествие началось. Копыта лошадей гулко застучали по мёрзлому камня двора, стража на воротах вытянулась в струнку, провожая нас взглядами.
Первые часы пути лежали через знакомые места, здесь наша группа всадников продвигалась довольно быстро.
К полудню пейзаж изменился. Мы выехали на холмистую местность, где дорога петляла между заснеженными рощами и каменистыми склонами. Ветер усилился, неся колючие снежинки прямо в лицо. Пришлось натянуть капюшон поглубже.
Ближе к вечеру пошёл снег. Видимость ухудшилась, и нам пришлось сбавить темп. Рик приказал зажечь факелы.
Когда сумерки окончательно сгустились, из леса донёсся протяжный многоголосый вой. Невольно кожа покрылась мурашками страха.
Лошади забеспокоились, прядая ушами и косясь в сторону темнеющих деревьев. Моя кобылка тоже дёрнула головой, но я успокаивающе похлопала её по шее.
Вскоре вой усилился, теперь он раздавался уже с двух сторон. Волки окружали нас, держась пока на расстоянии.
- Факелы выше! - скомандовал Рик.
Пламя факелов отбрасывало пляшущие тени на снег, создавая иллюзию движения там, где его не было.
В чаще мелькнули жёлтые глаза: одна пара, две, дюжина, - все они горели голодным огнём
Я, сняв рукавицу, протянула руку в сторону стаи. Тонкий луч голубоватого света прочертил яркую дорожку в их сторону. Звери мигом отпрянули, почуяв опасность.
Вскоре силуэты хищников растворились в темноте, они решили не связываться с нами. Умные. Вот бы и кочевникам толику благоразумия, но, увы…
Наш путь продолжался. Я могла легко обойтись без сна и двигаться всю ночь, в нанитах хватало энергии. Спасть под открытым небом я тоже не боялась, замёрзнуть мне не грозило. Усталость одолеет меня очень не скоро. Чего не скажешь о моих спутниках, поэтому вскоре Рик наверняка объявит привал. В принципе я могла уехать без стражи, но мне бы никто не позволил. И эта мысль грела душу: я не одна, рядом со мной люди, которые искренне обо мне беспокоятся и готовы заслонить собой ото всех угроз мира.
Дорога к соседу заняла чуть меньше трёх суток. Не было ни разбойничьих нападений, ни диких зверей, жаждущих вцепиться нам в глотки. Думаю, и те и другие всё же облизывались на нас, но сильно на расстоянии, понимая, что такое количество крепко вооружённых людей им не по зубам.
Первое, что мы увидели, когда оказались на месте, - серые башни замка графа Альрика Хаэрта. Сам замок сторожевым псом замер на скалистом возвышении.
Мы беспрепятственно проехали через городок, раскинувшийся у подножия холма. Здесь сразу бросались в глаза признаки умелого управления: дороги расчищены от снега, дома хоть и скромные, но крепкие и ухоженные. Жители, встречавшиеся нам на пути, выглядели сытыми и относительно здоровыми, не такими цветущими, как мои грейстоунцы после регулярных солнечных ванн и магических настоек, но определённо их физическое и эмоциональное состояние было куда лучше, чем у грейстоунцев во времена правления моего отца.
У местных торговцев я приметила знакомые овощи с характерным едва видимым мягким свечением, все они явно родом из Благословенной Долины. Ещё один плюсик в карму графа. Дети, игравшие в снегу, были румяными и подвижными, а взрослые приветливо кланялись нашему отряду, не выказывая ни страха, ни угрюмости забитых крестьян.
В отличие от моего замка, здесь не было следов недавних сражений, территории графа располагались достаточно далеко от границы, чтобы степняки не докучали набегами.
Когда мы въехали во внутренний двор замка, первое, что привлекло внимание - звон мечей и выкрики сражающихся. На широкой площадке неподалёку от длинной конюшни шла тренировка.
- Держи удар! Не отступай! - донёсся до нас зычный голос.
В центре учебного боя находился мужчина средних лет, невысокий, но крепко сложённый. Его русые, тронутые сединой, волосы были коротко острижены, а на лице не было и намёка на изнеженность придворной жизни. Несмотря на зимний холод, он сражался в лёгкой рубашке, демонстрируя отличную физическую форму.
Граф Альрик решила я, наблюдая, как тот ловко парирует атаки сразу двух, наседающих на него, молодых рыцарей. Хаэрт двигался с уверенностью опытного воина, его движения были экономными и точными. Он не просто отбивался, он обучал, корректируя стойки учеников, показывая правильные приёмы.
- Неплохо, - тихо заметил сэр Рик. - Настоящий боец, не парадный придворный.
Поединок завершился, когда граф разоружил обоих противников практически одновременно, отправив их мечи звякать по каменным плитам.
- Запомните: в бою против нескольких врагов это не дать им окружить себя, - поучал он, а после заметил нас.
К нему уже спешил слуга с докладом о незваных гостях.
Хозяин Железных Холмов выпрямился, быстро вытер лицо тряпицей, и широким шагом направился к нам.
- Графиня Леваньер! - воскликнул он, подходя ближе. - Какая честь! Добро пожаловать в мой скромный дом! - вблизи было видно, что ему не больше сорока пяти, его умные карие глаза цепко пробежали по нам всем, мужчина явно сделал выводы.
Я с помощью Рика спешилась и присела в лёгком книксене, новый знакомый тоже поклонился, как равный равной.
- Граф Хаэрт, - улыбнулась я в ответ. - Надеюсь, мой визит не доставит вам неудобств?
- Напротив! Такая соседка, как вы, всегда будет желанной гостьей в моём доме! Вы опередили меня, миледи, я планировал наведаться к вам через пару недель. С предложением, - его взор заискрился весельем. - Вы повзрослели, леди Гвендолин, вас и не узнать. Я видел вас последний раз, когда вам было пять лет, а может, и того меньше.
- Полагаю, любой человек с возрастом меняется, - улыбнулась я.
- Да, безусловно, - согласно кивнул он. - Но я имел в виду не ваше физическое взросление, тогда я увидел перед собой… впрочем, неважно. Теперь вы та, о ком идёт молва по всему Королевству: графиня, победившая древнее заклятье и вернувшая своим землям солнце. Шутка ли?..
Он испытующе на меня смотрел, я спокойно выдержала его тяжёлый взгляд.
- Ну, - едва заметно уголки его губ изогнулись, - не будем стоять у порога, позвольте проводить вас в замок? Вам подготовят гостевые комнаты, вы наверняка устали от столь длительной поездки. Отдохнёте как следует…
- Благодарю, - кивнула я и добавила: - Но прежде отдыха мне бы хотелось с вами поговорить. Вопросы не терпят отлагательства, время работает против меня.
- Я, кх-м, признаюсь, обескуражен, и в целом не против немедленного диалога, вот только я после тренировки, от меня разит не благовониями. Будет ли такое соседство вам удобно? - удивился он, приподняв кустистые брови.
- Разговор с вами наедине никак не скажется на моём обонянии и на репутации тоже, - я едва сдержала смех.
- Что же, как скажете, - подумав мгновение, не стал спорить спутник.
Оказавшись в кабинете, хозяин дома предложил мне вина, но я вежливо отказалась и сразу перешла к делу, ради которого приехала.
- Милорд, у меня есть к вам совершенно неожиданное предложение. Но, прежде чем я озвучу его, задам вопрос: готовы ли вы дать клятву о неразглашении?
Лицо графа вмиг посерьёзнело. Он долго всматривался мне в глаза, я оставалась спокойна и деловита. Мужчина, подумав мгновение, медленно кивнул. После чего встал и положил широкую мозолистую ладонь на рукоять своего меча и торжественно произнёс:
- Клянусь честью рода, ваши слова останутся между нами.
Я глубоко вдохнула. То, что я собиралась сказать, могло кардинально изменить его отношение ко мне.
- Граф, весной я покину свои земли. Навсегда.
Альрик застыл, будто его пыльным мешком огрели, его глаза расширились.
- Что… простите, я правильно вас понял? Вы говорите о постоянном отъезде?
- Именно. После того как отразим весеннее наступление кочевников, я уведу своих людей с земель Леваньер, всех, кто пожелает уйти вместе со мной. Я понимаю, насколько это скверно звучит, да и предательски выглядит со стороны. Оставить границы без защиты, подвести короля и соседей…
- Но почему?! - он наклонился вперёд. - Ваши земли процветают, люди вас боготворят. Чего вам бояться? В битве с кочевниками я не останусь в стороне, поэтому и собирался к вам с визитом, чтобы предложить пять десятков своих лучших воинов.
- Спасибо, милорд. Вы даже не представляете, как высоко я оценила ваш порыв. Раньше я бы приняла вашу помощь не задумываясь, сегодня я хочу от неё отказаться. И да, мои земли действительно процветают. Но, как вы наверняка знаете, магу, способному пробить Пелену, не дадут жить спокойно…
Пауза.
- Как только проблема с кочевниками будет решена, за мной придут.
Мужчина медленно сел в своё широкое кресло, его брови сошлись на переносице, а в глазах я читала полное согласие со всеми моими словами.
- В связи с этим хочу вас попросить об одолжении. У меня есть младшая сестра, Абигейл. Ей всего пять лет. Я хочу, чтобы вы стали её опекуном. Пользуйтесь всеми благами Леваньер до тех пор, пока Аби не достигнет совершеннолетия. Когда ей исполнится восемнадцать, я или мои люди привезём её обратно, чтобы она смогла вступить в права наследования.
Хаэрт долго молчал, его глаза с моего лица переместились на пляшущие язычки пламени в камине.
- Это… весьма неожиданно, - наконец-то, произнёс он. - Управлять чужими землями… Своего хозяйства во! - и провёл ребром ладони на уровне глаз, показывая, что и без меня проблем у него хватает. - Но у меня есть наследник, надо же ему где-то опыта набираться, а если, как вы говорите, проблему с набегами решите, то почему бы и нет?..
- Если вы согласитесь, то получите управление землями, которые приносят почти полторы тысячи королевских в год, - мягко добавила я. - Представьте: железные копи у Серого леса дают сто двадцать королевских ежегодно, каменоломня в северных холмах восемьдесят пять, три мельницы на реке Быстрая семьдесят пять.
Я сделала паузу, наблюдая за его реакцией.
- Обычные поля - девяносто королевских от зерна, восемьдесят голов скота приносят сто десять, плюс охотничьи угодья, рыболовство на озере Тихое. Проезжие пошлины с торговых путей сто сорок в год. Весь урожай Благословенной Долины станет вашим на много лет…
Я откинулась в кресле.
- Вы, пусть временно, значительно увеличите свои владения, станете самым богатым землевладельцем по эту сторону королевства. И король ничего не сможет с этим поделать, если мы всё правильно оформим. У вас есть сын семи лет, почему бы не заключить помолвку между ним и Аби? Чтобы выглядеть в глазах монарха убедительнее? А когда дети вырастут, смогут эту помолвку аннулировать, необходимо такое в договоре предусмотреть. Я хочу, чтобы Абигейл имела право выбора. Согласитесь, предложение более чем щедрое. Я откажусь ото всех прав на наследие Леваньер в пользу сестрёнки.
Альрик встал и прошёлся по помещению туда-сюда, глубоко размышляя. Иногда резко останавливался, что-то бормотал под крючковатый нос, после снова приходил в движение.
- Графиня… Леди Гвендолин. То, что вы предлагаете настолько необычно и даже сумасбродно… Кажется, что эта беседа мне просто снится.
- Милорд, подумайте. Я не прошу ответа прямо сейчас. У нас есть время до весны.
- Нет, - он впился в меня своими карими глазами. - Ответ не требует долгих размышлений. Я согласен, - и было заметно, что такое решение далось ему нелегко.
Я почувствовала, как гора буквально свалилась с плеч.
- Спасибо, - тихо сказала я. - Теперь я могу быть спокойна за будущее наследство Абигейл.
- Что же, тогда пожмём друг другу руки, а завтра всё оформим на пергаменте честь по чести, - улыбнулся лорд Альрик.
- Предварительный вариант договора у меня с собой, - улыбнулась я в ответ.
- Ещё лучше! Но вы ведь не скажете мне, куда отправитесь? - и замер с затаённой надеждой получить ответ.
Я лишь отрицательно качнула головой, собеседник понимающе хмыкнул.
- А теперь, миледи, я настаиваю на вашем отдыхе, поскольку вечером в вашу честь хочу устроить достойный пир. Такие события требуют обильного угощения и хорошей выпивки!
- Погодите, милорд, у меня есть к вам ещё одна просьба…
Граф застыл со вскинутой рукой, медленно-медленно опустил конечность, всё это время продолжая настороженно на меня глазеть.
- Мне нужна будет помощь в противостоянии с кочевниками, но не в виде воинов… Всё несколько сложнее и масштабнее… Лорд Хаэрт, не могли бы вы на время приютить на своих землях мирных жителей Грейстоуна?
- Простите… что? - только и смог выдавить он, рухнув в кресло.
Альрик медленно вдохнул. Выдохнул. Мужчина явно собирался с мыслями.
- Вы говорите о сотнях душ, которых нужно разместить, накормить, обогреть… - тихо произнёс он.
- Да, - спокойно кивнула я. - Если быть точнее о трёх тысячах двухстах.
Граф, покачав головой, встал и снова принялся мерить шагами кабинет. Я буквально видела, как в его голове крутятся цифры: расходы на продовольствие, места для сна, охрана обозов…
- Это… это же невообразимое количество! - бормотал он под длинный нос. - У меня есть несколько крупных поселений, но, чтобы разместить столько людей… Придётся распределять по всем деревням…
- Понимаю, что прошу многого. Но у нас хватит времени всё правильно организовать. И, разумеется, все расходы я беру на себя.
Альрик остановился, повернулся ко мне:
- Траты - это одно. Но что я отвечу королевским проверяющим? Они ведь могут нагрянуть неожиданно, а тут опа! все мои земли буквально кишат неучтёнными жителями…
- Ответ прост - временное явление. Графиня Леваньер готовится к весеннему наступлению кочевников и попросила защиты у могущественного соседа. Разве граф Хаэрт мог отказать хрупкой женщине?
- Хм-м, - он потёр подбородок.
- Я уже всё рассчитала, - продолжала я деловито. - При базовом содержании: еда, крыша над головой, дрова для обогрева, выходит примерно три лунника на человека в неделю… У меня три тысячи двести человек…
Я вслух проговаривала все расклады, с каждым моим словом брови собеседника то поднимались, то сходились на переносице: он, то отрицал, то соглашался.
- … Плюс дополнительные затраты на охрану обозов, экстренное размещение, компенсации вашим людям за хлопоты... Округлим до тридцати тысяч.
Альрик присвистнул:
- Тридцать тысяч королевских! Это же годовой доход крупного герцогства! Где вы возьмёте столько золота?!
- Деньги есть, их хватит на всё задуманное, - спокойно повторила я. Деньги мне даст дедушка, без него мой план был бы обречён. - Плюс пять тысяч королевских сверху за ваши труды и риски. И это только первая часть моей благодарности.
Граф снова сел, его пальцы нервно забарабанили по столу.
- Допустим, с размещением и содержанием мы справимся. Но как организовать переезд? Три тысячи человек просто по щелчку пальцев не перевезёшь!
- Постепенно, - объяснила я. - Группами, под видом торговых обозов. Сначала семьи с детьми. Потом ремесленники со своими инструментами. И так далее.
- Сколько на это потребуется времени?
- При группах численностью по триста человек и отправке каждые два-три дня, около месяца. Может, чуть больше, если зима взъярится.
Альрик долго молчал, глядя невидящим взором куда-то выше моего правого плеча. Я не торопила его, понимала, какое непростое решение ему предстояло принять.
- Останутся только те, кто способен держать оружие, - добавила я. - И те, без кого замок не сможет функционировать. Повара, конюхи, оружейники. Но все остальные… Лорд Альрик, я не могу рисковать их жизнями.
Он кивнул, и в его глазах я увидела так нужное мне понимание: он тоже нёс ответственность за своих. И нёс добросовестно.
- Хорошо, - наконец-то, всё ещё сомневаясь, сдался он.
- Спасибо. А теперь прошу вас принять вторую часть моей благодарности, - я встала, прошла к двери и выглянула наружу. Справа от входа замер сэр Стальной, он, завидев меня, сразу всё понял и, подхватив ларь, внёс его в кабинет. Поставил на стол графа, и посторонился, чтобы я отомкнула замок.
- Это арбалет, - и замолчала, давая Альрику, который прежде всего являлся воином, оценить завораживающе прекрасное в своём совершенстве оружие.
И Хаэрт не разочаровал! Пулей метнулся вперёд, я глазом моргнуть не успела, а он уже стоял рядом со мной.
Мужчина трепетно взял арбалет, нежно провёл по его корпусу своими широкими, мозолистыми ладонями, даже, кажется, дыхание затаил, пока рассматривал мой дар.
- Позвольте пояснить, как с ним обращаться, милорд, - подал голос Стальной, и граф согласно кивнул, с неохотой выпустив из рук доселе невиданное оружие.
Рик показал ему механизм взвода, как прицеливаться, заряжать.
- Дальность стрельбы - триста шагов с сохранением убойной силы. Может пробить кольчугу на двухстах. А теперь самое интересное.
Волк достала болт с особым наконечником.
- Испытаем?
Мы спустились во двор. Альрик выбрал мишенью старый щит, прислонённый к стене конюшни. Выстрел прогремел, и болт пробил дубовые доски насквозь, застряв в каменной кладке за ними.
- Святые предки! - прошептал граф. - Такое оружие…
- Может изменить исход битвы, - закончила я. - И я готова передать вам сотню подобных. Представьте такую мощь в руках ваших воинов.
Альрик повернулся ко мне, и я увидела в его глазах решимость.
- Леди Гвендолин, - торжественно произнёс он, и сомнение, ранее слышимое в его голосе, куда-то испарилось, - я принимаю все ваши условия.
Мы пожали друг другу руки. Теперь мои подданные будут защищены, что бы ни случилось в предстоящей битве.
- Когда начнём перевозку? - спросил Альрик.
- Через десять дней после моего возвращения домой мы отправим первую группу. Семьи с детьми и старики.
Вернувшись в кабинет, сели за обсуждение деталей: маршруты, сигналы, ответственные за каждую группу. Граф оказался не только заботливым господином, но и толковым организатором. Вскоре у нас был готов подробный план эвакуации.
***
По возвращении домой я первым делом собрала всех старост ближайших деревень, вольных торговцев и ремесленников, также градоправителя мастера Годвина и просто уважаемых людей. Когда гости расселись в большом зале, я вышла к ним, и разговоры мгновенно стихли.
- Весной придут кочевники, вы все это знаете, - начала я, окидывая взглядом знакомые лица. - Мы готовы встретить их и дать отпор. Но я не хочу, чтобы в случае прорыва обороны пострадали те, кто не может защитить себя. А прорыв произойдёт, поскольку со степняками заявятся их шаманы.
Пауза. Я видела, как люди начали быстро переглядываться, чувствуя, что сейчас прозвучит что-то важное.
- Учитывая, что быть одновременно в нескольких местах мы с архином Веланом при всём желании не сможем, мною было принято непростое решение… Женщины, дети, старики, больные и те, кто не умеет сражаться, временно покинут Грейстоун и близкие к границам поселения. Некоторая их часть разместится в моих отдалённых деревнях, но основная масса отправится на земли графа Альрика Хаэрта. Всё это позволит нам избежать случайных жертв, - стоило мне смолкнуть, как поднялся гул голосов. Староста Эрвин, нервно сжимая шапку в руках, сделал шаг вперёд:
- Миледи, а что будет с нашими домами? Понятно, что коров всего две на деревню, но тем не менее не бросать же их, тех же кур, да коз.
- Скот, которого, впрочем, немного, и наиболее ценное имущество возьмёте с собой.
Торговец Мэтью нахмурился:
- А если мы не хотим уезжать? Если хотим остаться, чтобы защитить свой дом?
- Мастер Мэтью, - я говорила спокойно, - те, кто умеет обращаться с оружием, останутся. И это не обсуждается. Мои воины пройдутся по каждой семье и отберут в этом плане наиболее толковых. Что касается вашего желания… Вы умеете стрелять из лука или биться на мечах?
- Нет, но…
- Тогда, если вы останетесь, то станете обузой для тех, кто будет защищать эти земли. Простите за жёсткость, но это правда.
Он сел, поджав губы, но больше спорить не стал.
- Оружейники, кузнецы тоже остаются.
- Миледи, а когда мы сможем вернуться? - спросил кто-то.
- Как только минует угроза.
- А вы, миледи? Вы тоже уедете? - закономерный вопрос, никто из них не видел, чтобы я хоть раз с кем-то сражалась. Тренировки с дедушкой не в счёт.
- Нет, - коротко ответила я. - Моё место здесь.
В зале воцарилась тишина. Люди понимали: если их графиня остаётся, значит, она верит в победу. Она готова рисковать собственной жизнью ради их безопасности, это дорогого стоит.
- Мастер Годвин, вы подготовили списки групп? - повернулась я к градоправителю.
- Да, миледи. Всё давно готово. В каждой группе по три сотни человек, где-то чуть меньше.
- Хорошо. Вы знаете, что делать дальше. Через десять дней первые переселенцы должны отбыть.
- Я не подведу вас, миледи, - Годвин низко поклонился.
- Если помощников не хватает или материалов для повозок, обращайтесь к мастеру Томасу.
Собрание закончилось, но люди не спешили расходиться, а я не стала их разгонять, пусть обменяются мнениями. Я видела обеспокоенность на их лицах, но не заметила и тени протеста. Они решили довериться мне, моему сумасбродному плану.
Я лежала на своей кровати, раскинув руки в стороны и прикрыв веки. Перед внутренним взором висели пять заблокированных протоколов: серые иконки с замками, которые месяцами не поддавались никаким попыткам взлома.
Я перепробовала тысячи комбинаций: числа, слова на всех известных мне языках, формулы. Ничего. Зато диагностические подпрограммы позволили рассчитать примерные энергозатраты. Маяк бедствия: межзвёздный сигнал потребует четверть всех резервов. Территориальный барьер: защитное поле площадью до пяти тысяч квадратных метров - 10% на активацию, затем на поддержание 3% каждую минуту. Энергетическое оружие: фокусированный луч с пятиметровым конусом поражения дальностью двести метров 8% за выстрел. Режимы ускорения: два варианта - гиперскорость до 300 км/ч за 1,2% в секунду, или телепортация на полкилометра за 30% энергии. Полная регенерация: восстановление утраченной конечности - 45% запаса.
Первый протокол меня не интересовал: зачем мне маяк, который может привлечь создателей? Телепортация в тех условиях, в коих я сейчас живу, тоже казалась излишней, не таскать же с собой всё время Ловца. Но вот вторая, третья и пятая… Щит, способный защитить большое количество людей… Будь этот протокол разблокирован, мне бы не пришлось идти на поклон к Хаэрту. Энергетическое оружие для дальних атак - с ним я бы могла в одиночку одолеть небольшую армию. И на десерт - способность регенерировать утраченные конечности. Мало ли, вдруг кому-то удастся отрубить мне руку или ногу? Такая возможность была бы совсем не лишней.
Изо дня в день, чаще по ночам, я билась над решением этой задачи, но всё было безуспешно. Нанороботы молчали, функции оставались серыми, безжизненными. Недоступными.
В дверь постучали.
- Войдите, - откликнулась я, садясь.
На пороге возник дедушка. В руках он держал поднос с булочками и травяным чаем.
- Ты снова не спала всю ночь, - укоризненно заметил он, ставя чашку передо мной. Я кинула быстрый взгляд в сторону бойницы. Небо чуточку посерело, значит, уже утро.
- Не могу взломать коды, - призналась я, покидая кровать и подходя к столу. - Создатели нанитов явно не хотели, чтобы эти функции активировались случайно.
- Может, нужен не пароль, тьфу, я с этими новыми словами скоро старые позабуду! - хмыкнул архин. - А некое условие?
Я подняла на него вопросительный взгляд, рука с выпечкой застыла у рта.
- Что ты имеешь в виду?
- Ты сказала, эти на-ни-ты пытались тебя подчинить, но не смогли. Почему? Что если эти умения откроются не по команде, а когда ты… достигнешь чего-то? Определённого состояния? Или, когда возникнет острая необходимость?
Я задумалась. В этом был смысл. Продвинутые функции могли быть защищены не паролем, а чем-то более сложным, например, биометрическими показателями, эмоциональным состоянием, или даже внешними условиями.
- Ты хочешь сказать, что код доступа - это не буквальный пароль, а некий ключ-состояние? Но как мне достичь нужного состояния, если я даже не знаю, какого именно?
Старик хитро улыбнулся:
- Поглядим, когда ты вернёшь в этот мир солнце. Не будем допускать случаев в виде угрозы твоей жизни, высока вероятность, что не сработает, а ты погибнешь. Нет уж, какие бы там преимущества ни были запечатаны, они того вовсе не стоят.
***
Дни сливались в недели. Грейстоун медленно пустел, словно вода утекала сквозь пальцы. Каждые два иногда три дня ранним утром к воротам подъезжали телеги, груженные скарбом и провизией, то была очередная группа, покидавшая родные места.
Первыми уехали семьи с маленькими детьми. Матери прижимали к груди младенцев, отцы хмуро грузили нехитрые пожитки. Дети постарше с любопытством оглядывались по сторонам, не понимая, почему плачет мама и необычно молчалив папа.
Марта, пекарша с Торговой улицы, долго стояла у порога своей лавки, гладя рукой старую дверь.
- Пятьдесят лет я здесь хлеб пекла, - бормотала она сквозь слёзы. - Пятьдесят лет…
Но были и те, кто уезжал с облегчением. Вдова кожевника собрала свои вещи за час и первой села в телегу, крепко прижимая к себе внуков.
- Лишь бы подальше от границы, - шептала она. - Лишь бы дети были в безопасности.
Но, увы, скандалов избежать не удалось. Купец Роберт устроил целое представление на площади, размахивая руками и крича о несправедливости.
- Это мой дом! Моя лавка! Вдруг пожгут? Возвращаться на пепелище?!
Помощник градоправителя терпеливо объяснял:
- Мастер Роберт, наша миледи заботится о вашей безопасности. Кочевники не пощадят никого.
- Да плевать мне на кочевников! Я остаюсь!
- Знаете, что делают степные шаманы с душами тех, кто им сопротивляется? - вступил в разговор капитан Торбен. - Заставляют служить после смерти. Ваш дух будет вечно скитаться по выжженной земле, не зная покоя. И это ещё не самое страшное, что они могут сделать с человеком. К тому же, разрушенное можно починить, а вот воскреснуть из мёртвых, увы, пока никому не удавалось.
Роберт побледнел. Слова попали в цель. Через час купец молча сидел в телеге, вцепившись в свой сундук с деньгами.
Также провели испытания, на которых люди Стального отобрали мужчин, умеющих более-менее обращаться с оружием.
К концу второго зимнего месяца, называемого месяцем Голодной Луны, Грейстоун опустел наполовину. Улицы, прежде шумные и оживлённые, теперь эхом отдавали шаги редких прохожих. Только патрули да оставшиеся ремесленники изредка нарушали гнетущую тишину.
***
Сэр Гарет Бэрроу остановил свой отряд на подступах к Грейстоуну. Пять сотен воинов, выделенных королём, выстроились в походном порядке за стенами города, их доспехи тускло поблёскивали в сером свете зимнего дня.
- Разбить лагерь здесь, - приказал он своему заместителю.
Сам же с десятком офицеров въехал в широко распахнутые ворота. Первая странность - их никто не остановил с вопросом: кто такие будете? Впрочем, цвета их плащей с нашивками уже могли о многом сказать.
Не спеша всадники продвигались вперёд, в сторону замка правительницы. Улицы были почти пусты. Редкие прохожие, исключительно вооружённые мужчины, провожали их настороженными взглядами. Ни спешащих по своим делам домохозяек, ни шумной детворы, ни ворчащих на всех и вся стариков… Никого.
- Где все? - пробормотал сэр Корвин. - Город словно вымер.
С каждой пройденной улицей недоумение командира и его сопровождения только росло.
- Что за безумие? - озираясь, хмурил брови Бэрроу.
- Может, кочевники уже прошлись по городу? Но следов боя нет…
- Нет, - отрицательно мотнул головой Гарет. - Дома целы, ворота не повреждены. Это что-то другое.
И лишь на подъезде к замку появились признаки жизни. Стража на воротах, слуги во дворе, конюхи, принимающие лошадей. Но и здесь людей было меньше, чем положено.
- Проводите меня к графине Леваньер, - приказал Гарет подбежавшему к ним слуге.
- Да, господин. Следуйте за мной, - коротко поклонился тот.
Их всех проводили в главный зал замка, где жарко пылал большой камин у противоположной от входа стены. У очага сидели несколько человек: молодая рыжеволосая женщина, пожилой мужчина, Чёрный Волк, которого посланник монарха узнал сразу, и ещё несколько людей.
- Сэр Гарет Бэрроу, командир королевского отряда! - объявил слуга.
Рыжеволосая повернула голову в сторону незваных гостей, даже не думая встать. Цепко охватила каждого своими необыкновенными изумрудными глазами и мелодичным голосом сказала:
- Добро пожаловать, сэр Гарет, - и замолчала.
- Благодарю, миледи, - с поклоном сухо ответил Гарет. - Меня прислал к вам Его Величество в качестве подмоги в грядущем противостоянии со степняками. Но…
- Но?
- Я в растерянности… А где же все жители Грейстоуна?
- В безопасном месте.
- Не понимаю…
Архин Велан, а это мог быть только старый маг, громко хмыкнул:
- Молодой человек, вы воевали со степными шаманами?
- Нет, но…
- Тогда помолчите и послушайте. Эти колдуны способны поднимать мертвецов. Каждый убитый мирный житель станет воином в их армии. Моя внучка приняла единственно верное решение.
Гарет прикусил язык: не верить тому, что сказал легендарный колдун, было бы верхом глупости.
- Сколько у вас воинов, миледи? - сменил тему он.
- Около трёхсот, включая новобранцев. Плюс ваши пятьсот. Этого хватит.
- Против объединённых степных кланов? - скептически уточнил командир. - Миледи, вам следовало оставить всех мужчин, и даже стариков, способных стоять на ногах.
- Следовало… Я сама знаю, что мне следует делать, а что нет, сэр Бэрроу, - в прежде мягком голосе графини прорезалась сталь, Гарет почувствовал, как кожа покрылась мурашками. Он с трудом унял дрожь, стараясь не показать, что испугался какую-то девчонку. - Не волнуйтесь. У нас всё под контролем. Разместите своих людей внутри Грейстоуна. Казармы и несколько домов в нижней части города готовы принять вас всех.
***
Первая неделя весны пришла не с пением птиц, а со вздохом талой воды. Днём серое небо начало ронять на землю не снег, а тяжёлые капли дождя, которые медленно, но верно пожирали плотный зимний саван. С крыш замка и городских домов зазвенела капель, воздух наполнился влажным, землистым ароматом пробуждающейся природы. На голых ветвях виднелись спящие до поры почки. Река, ещё недавно бывшая надёжной ледяной дорогой, потемнела и недовольно затрещала, покрывшись сетью глубоких трещин. Каждый день защитники Грейстоуна, стоя на сторожевых заставах, вглядывались в горизонт, ожидая узреть тёмную волну объединённой армии кочевников. Но степь молчала.
А весна всё набирала силу.
И вот вторая неделя почти подошла к концу…
Постоянная боевая готовность изматывала сильнее, чем сама битва. Солдаты чистили оружие, проверяли доспехи, оттачивали приёмы на бесконечных тренировках и успевали молча смотреть в сторону горизонта, где по-прежнему не было ни души. Поползли слухи: может, кочевники испугались? Может, передумали? Но сэр Рик и капитан Торбен пресекали эти разговоры на корню, зная, что затишье перед бурей - самое опасное время.
На исходе десятого весеннего дня всё переменилось.
Дозорные на заставах зажгли сигнальные огни, передавая весть. А несколько часов спустя, горизонт на востоке потемнел.
Это была не туча. Это была орда.
Кочевники не мчались в яростной атаке. Они двигались медленно, неумолимо, заполняя собой всё видимое неширокое пространство равнины.
Остановились в трёхстах метрах от реки. Вскоре от основной массы отделилась немногочисленная группа.
Графиня стояла на взгорке у заставы, рядом с ней замер Чёрный Волк. Серая туманная вуаль медленно рассеялась, открыв противоположный берег.
Гвендолин прищурилась, активируя усиленное зрение.
Степняки достигли реки, спешились у самой воды, отвязали от сёдел длинные палки. Методично метр за метром, приступили к проверке дна. Другие внимательно изучали берег защитников, высматривая признаки ловушек и пытаясь подсчитать, сколько врагов схоронилось в их ожидании.
Гвендолин продолжала молча наблюдать за ними, не предпринимая никаких действий со своей стороны. Внешне она казалась спокойной, даже безмятежной, но тот, кто давно её знал, смог бы приметить напряжённую, едва заметную, морщинку между тонких бровей, сильнее обычного сжатые губы, и чуть выше приподнятый подбородок - признаки душевного волнения.
- Миледи, - негромко позвал её Стальной. - Посмотрите туда.
Когда степняки закончили прощупывать брод, остальные расступились, образуя неширокий коридор.
Гвен чувствовала её давно, но сейчас увидела. Шаманка была жилистой, высокой, с небрежно наброшенной на узкие плечи короткой меховой накидкой. Женщина носила широкие штаны и грубую рубаху. По одежде красной нитью бежала вязь странных символов.
Графиня, прищурившись, внимательно рассматривала тонкие белёсые шрамы, покрывавшие открытые участки белоснежной кожи незнакомки. Но больше всего в облике шаманки удивляли глаза - необыкновенные, горящие синим пламенем.
- Мак огня последней ступени, - поделился информацией Рик, впрочем, благодаря урокам дедушки, Гвендолин и сама это знала. - Зорина Синеглазая. Её сложно одолеть. Она не боится смерти, будет биться до последнего, - добавил Стальной, посмотрев на точёный профиль стоявшей рядом с ним девушки.
Тем временем шаманка остановилась у самой кромки воды. Её спутанные чёрные волосы развевались на ветру, как крепко сплетённые змеи.
Зорина потянула носом воздух, наклонила голову, будто прислушиваясь, затем медленно подняла руки, и воздух вокруг неё задрожал.
Синеглазая неторопливо опустилась на колени у самой воды и без колебаний погрузила в ледяной поток обе руки по локоть.
- Интересно, - склонив голову чуть набок, пробормотала Гвен.
Вода вокруг рук шаманки закипела, пошла волнами.
Пух!
Оранжевое пламя побежало по поверхности реки, игнорируя все законы физики. Магический огонь ушёл под воду, безошибочно отыскал спрятанные в толще Звонкой стержни.
Инопланетный сплав выдержал чудовищную атаку, но раскалился докрасна, став идеальным передатчиком для магического пламени. Гвендолин видела, как сложная начинка внутри стержней: тончайшие проводники и модифицированные накопители - мгновенно превратилась в бесполезный, спёкшийся шлак.
Стержни остались целы, но их содержимое пришло в негодность.
- И правда, сильна… - уважительно кивнула Гвендолин. - Отступаем! - отдала короткий приказ и, забравшись с помощью рыцаря на свою кобылку, повернула её в сторону Грейстоуна.
Зорина Синеглазая медленно поднялась на ноги, белёсый пар поднимался от её рук, рассеиваясь в воздухе. Женщина вскинула голову и посмотрела на отступающих противников. На тонких губах проступила торжествующая улыбка.
Громко, презрительно фыркнув, она, не оборачиваясь, что-то крикнула на своём гортанном языке. Её голос, усиленный магически, долетел до основной армии. Ответом ей стал оглушительный воинственный клич сотен глоток. Почти сразу же земля задрожала от топота: армия кочевников снова пришла в движение.
***
В первых рядах, форсировавших реку степняков, находился Горький Корень, уверенно державшийся на своём низкорослом выносливом коне. Его редкие седые волосы развевались на ветру, обнажая покрытый пигментными пятнами череп. В длинную до середины груди бороду вплетены кости мелких животных. Кожа старика была не просто морщинистой, она напоминала высохшее русло реки, вся в трещинах и бороздах. Глаза, некогда карие, выцвели до мутно-жёлтого цвета.
Горький Корень чувствовал каждую каплю влаги в земле и воздухе, вода пела ему о чужеродном металле, спрятанном под почвой, о пустотах, где должна была быть плотная земля, о натянутой стали между деревьями.
Старый колдун вскинул руку, ехавшие за ним мгновенно осадили коней. Покинув седло, шаман опустился на колени, закрыл глаза и приступил к своей части ворожбы.
Начал с волчьих ям. Его сила просочилась сквозь землю и отыскала ближайшую ловушку - глубокую, хитро замаскированную яму с заострёнными кольями на дне. Окружающие звуки для Горького Корня исчезли, он открыл рот и утробно запел…
Само пространство вокруг него завибрировало, пошло волнами. Вода, скрытая в недрах земли, сменила направление, потекла вверх и в стороны, просачиваясь сквозь мёрзлую почву, размывая стенки ямы, в итоге обрушившись с влажным чавканьем внутрь. Острые колья потонули в грязи, став безобидными.
За первой ловушкой колдун уничтожил ещё несколько подобных ей, пока не наткнулся на капкан. Мерзкий холодный металл, оскорбляющий землю своим присутствием. Горький Корень водой углубил под ним почву, и клыкастая ловушка погрузилась в образовавшуюся яму, полностью в ней потонув.
Старик всё продолжал работу, продвигаясь вперёд, в сторону Грейстоуна. Каждая обезвреженная ловушка забирала часть его силы, но коридор всё ширился и удлинялся: тридцать метров, сорок, пятьдесят…, становясь достаточным для конной атаки.
Самыми сложными оказались стальные тросы, висевшие в воздухе между деревьями. Утренняя роса под влиянием магии колдуна, превратилась в острые лезвия, которыми он и разрезал железные нити. Горькому Корню пришлось полностью сконцентрироваться на этой задаче, ювелирная работа отняла у него значительную часть сил.
Перепилив последний трос, шаман, отказавшись от помощи подбежавших к нему воинов, медленно встал и удовлетворённо усмехнулся.
***
Гвендолин наблюдала за всем происходящим из надвратной башни, сжимая в руках небольшой металлический цилиндр, пульт управления «Громовым Светом». Рядом застыл архин, его посох слабо сиял зелёным.
- Нужно дотянуть до обеда. Лишь бы у наших хватило сил и отваги, - поделилась переживаниями графиня.
- Первую волну духов я смогу удержать, - ответил Велан. - Они заявятся, но только в том случае, если их Верховный шаман почувствует близость проигрыша. Их проигрыша. Если степняки будут побеждать, то тратить такую прорву маны Серый Ворон не рискнёт.
Оба снова замолчали, внимательно глядя, как старый шаман, ловко деактивируя ловушки, расчищал путь для своей армии.
На крепостных стенах разместились стрелки. Пятьдесят арбалетчиков распределили вдоль всей стены с интервалом в десять шагов, достаточно плотно для концентрированного огня, но с пространством для манёвра. Между ними встали лучники, их длинные тисовые луки были готовы к навесной стрельбе. Капитан Торбен расхаживал за их спинами, проверяя запасы болтов и стрел.
- Помните, - повторял он в который раз, - арбалеты бьют прямой наводкой по передним рядам. Луки навесом по задним. Не мешайте друг другу!
Перед городом, в ста пятидесяти метрах от стен, выстроилась вся конница защитников. Сэр Рик Стальной командовал всадниками на флангах. В центре расположилась тяжёлая кавалерия под началом сэра Гарета Бэрроу.
Горький Корень, закончив со своей частью работы, встал и скрылся за спинами своих людей.
Защитники Грейстоуна замерли, а вместе с ними будто остановилось и само время…
Секунда длиной в вечность…
Земля дрогнула под сотнями копыт. Кочевники, издав воинственный клич, бросились по расчищенному шаманом коридору вперёд.
- Семьсот метров, - негромко отсчитывал расстояние старый маг. - Шестьсот. Пятьсот.
Четыреста. Триста…
В этот момент из гущи всадников вырвалась мощная фигура в меховой накидке. Его лицо было скрыто странной жуткой маской. Он что-то крикнул, и передовой отряд разделился на три потока, растекаясь в стороны.
- Рассредоточивает силы, чтобы минимизировать потери от нашего оружия.
Двести метров.
И Гвендолин нажала на кнопку.
Установленный на крыше сторожевой башни «Громовой свет» мигом отозвался. Воздух вокруг устройства заискрился…
А затем грянул Звук.
Пи-и-и-у-пш!
Направленный акустический удар, от которого задрожало само пространство. Летящие в первых рядах всадники, ощутили на себе его силу.
Эффект оказался не таким разрушительным, как в прошлый раз, но всё равно впечатляющим. Лошади, несмотря на тряпичные затычки в ушах, взвились на дыбы. Защита смягчила удар, но полностью не спасла, животные инстинктивно запаниковали от вибрации. Некоторые всадники не удержались в сёдлах, падая под копыта товарищей.
Но основная масса устояла.
В этот раз степняки были значительно подготовленнее. Их самодельные беруши всё же сработали, и вместо полной дезориентации они испытали лишь сильный дискомфорт. Их наступление замедлилось, но не остановилось. Вождь-великан в безобразной, оскаленной маске, чья лошадь тоже встала на дыбы, удержался в седле. Он, выкрикивая приказы, быстро восстановил порядок.
- Огонь! - скомандовал капитан Торбен.
Пятьдесят арбалетов выпустили первый залп. Болты со свистом врезались в смешавшиеся ряды врага, через три секунды последовал второй залп, затем третий. За ними полетели стрелы, выпущенные из луков.
Атака врагов снова замедлилась.
Со стороны противника в защитников тоже полетели стрелы, но куда менее точные.
Поле перед стенами усеяли тела, к сожалению, среди них были, пусть и немного, но и грейстоунцы.
Сэр Бэрроу отдал сигнал, и защитники пришли в движение, всё набирая скорость.
Массированный обстрел степняков пришлось прекратить, чтобы не задеть своих же.
Две лавины: стальная и кожаная неслись навстречу друг другу, с каждым ударом сердца всё сокращая расстояние. В последние мгновения перед сшибкой время замедлилось. Противники смотрели друг на друга, понимая, что кому-то сегодня придётся попрощаться с жизнью. И каждый из них был готов заплатить за победу эту самую высокую цену.
А затем - удар!
Грохот столкновения разнёсся над полем подобно раскату грома!
Копья с треском ломались о щиты и доспехи. Первые ряды обеих армий смешались в кровавой круговерти. Стальные мечи рубили кожаные доспехи, кривые сабли кочевников искали щели в латах защитников.
Рик Стальной умело наносил удары, не менее ловко уворачивался от них.
И тут он увидел его.
Громоподобный, вождь кочевников, возвышался над всеми на своём вороном и безжалостно убивал грейстоунцев.
Вийон обернулся и встретился взглядом с Чёрным Волком.
С боевым кличем Стальной пришпорил коня. Вийон ответил тем же. Они неслись друг на друга, сметая всех на своём пути: и своих, и чужих.
Первый удар пришёлся меч о меч. Сила была такова, что оба воина покачнулись. Кони заржали и встали на дыбы, пытаясь сбить врага копытами.
Громоподобный, злобно оскалившись, откинул саблю и выхватил из-за спины свой боевой топор и тут же атаковал серией молниеносных ударов! Его секира со свистом разрезала воздух, ища бреши в защите Стального. Но рыцарь парировал каждый выпад, его клинок смело встречал тяжёлое оружие противника.
- Ты сегодня умрёшь, плешивый пёс! - рычал Вийон, нанося рубящий удар сверху.
Стальной принял его на щит и тут же ответил колющим выпадом. Острие его меча скользнуло по кожаному доспеху вождя, оставив глубокую борозду.
- Не болтай зря, - ответил Рик и, хищно усмехнувшись, насел на соперника с удвоенной силой.
Битва кипела уже с полчаса. Защитники Грейстоуна сражались отчаянно, но численное превосходство кочевников не давало им и секунды передышки.
С левого фланга вдруг полыхнуло! Зорина, шагая по мёрзлой земле босыми ногами, с вытянутыми вперёд руками, выжигала грейстоунцев своим синим жутким пламенем. Всадники падали с лошадей, корчась в агонии. Воздух наполнился запахом горелого мяса и предсмертными криками.
Одновременно с правого фланга выступил Горький Корень. Старый шаман хлестал направо и налево гигантской водной плетью, которое разрубило пополам одновременно двух мужчин. Кровь брызнула фонтаном, смешиваясь с грязью.
Гвендолин и архин Велан, быстро переглянувшись, без слов поняли друг друга.
Гвен оттолкнулась от площадки башни и взмыла в воздух. Ветер свистнул в ушах. Внизу мелькнули сражающиеся, но графиня видела только одну цель - Зорину Синеглазую.
Гвендолин приземлилась в трёх метрах от Зорины, подняв фонтан грязи и крови. Ноги погрузились в размокшую землю по щиколотки, но наниты мгновенно стабилизировали равновесие.
Шаманка резко обернулась. Её синие глаза вспыхнули ярче, на губах появилась хищная улыбка.
- Наконец-то, - прошипела она. - Рыжая ведьма пришла, чтобы умереть.
В тот же момент архин Велан опустился неподалёку от Горького Корня. Два мага застыли друг против друга. Свет против воды.
Вокруг продолжалась битва, но для этих четверых время остановилось.
- Давно не виделись, Корень, - спокойно произнёс Велан. - Последний раз встречались у Кривого брода. Помнишь?
- Помню, - прохрипел старый шаман. - Тогда ты убил моего ученика. Сегодня я убью твою внучку.
- Не спеши с желаниями, - архин поднял посох, и зелёное сияние стало ярче.
Битва чародеев началась.
Горький Корень больше не стал тратить время на угрозы. Он был магом воды, и всё поле боя было его оружием. Резким движением он вскинул руки, и земля под ногами Велана вспучилась, превращаясь в вязкую, жадную трясину. Одновременно из ближайшей лужи, словно змеи, вырвались две водяные плети. Они взвились в воздух, блестя в тусклом утреннем свете осколками льда и камней, и с рёвом обрушились на архина.
Велан не дрогнул. Золотое сияние вспыхнуло вокруг него, образуя совершенный купол. Грязь под его ногами зашипела и спеклась в твёрдую корку. Первая водяная плеть ударилась о световой барьер с оглушительным грохотом и взорвалась облаком пара, на миг скрыв фигуры старых магов белой пеленой. Вторая последовала за ней, оставив на сияющей поверхности лишь грязные потёки.
Архин чувствовал, как его силы тают. Каждый отражённый удар забирал частицу маны из его магического сердца.
Горький Корень, видя, что его атаки разбиваются о защиту, издал гортанный нечеловеческий рык и ударил обеими ладонями о землю. Вся вода поблизости откликнулась на его зов. Поднялась стена высотой с два человеческих роста, и ринулась на Велана, готовая не просто сокрушить, стереть того с лица земли.
Но архин был готов: его световой щит сжался, уплотнился, превратившись в ослепительную линзу, дрожащую от сконцентрированной энергии. Водная волна стремительно налетела на него, коснувшись, созданной архином Веланом, раскалённой линзы.
Ббабах!
Взрыв был таким мощным, что ближайшие воины: и свои, и чужие - были отброшены на несколько метров и смачно впечатаны в землю. Образовавшееся от столкновения облако на мгновение окутало всех бойцов вязким молочным туманом.
Когда пар рассеялся, Горький Корень, чувствуя, что его средоточие почти опустело и он едва стоит на ногах, увидел то, что заставило его впервые за много лет почувствовать страх. Велан, целый и невредимый, стоял на том же месте. Лишь его седые волосы торчали в разные стороны.
- Прощай, старый враг, - выдохнул архин и направил на Корня свой посох, из которого вырвался ослепительный луч. Шаман судорожно вскинул руки, пытаясь создать щит, но не успел. Поток концентрированного света ударил ему в грудь, опрокинув на спину.
Кожа Горького Корня на глазах начала менять цвет, становясь всё серее. Шаман попытался закричать, но не смог - в горле не осталось влаги для звука. Глаза ввалились в глазницы, тело сжалось, усыхая, мумифицируясь заживо.
Агония длилась недолго.
Луч погас. А некогда могущественный шаман прекратил своё существование.
Гвендолин Леваньер
Зорина Синеглазая ведунья клана Красных Ястребов, смотрела точно на меня. В её синих глазах читалось презрение вперемешку с жуткой злобой. Интересно, что я такого ей сделала, чтобы она настолько сильно меня возненавидела?
Вокруг нас кипела битва, скрежетала сталь, но в пространстве между нами двумя повисла звенящая тишина, наполненная предвкушением.
Она не стала ждать. С яростным криком Зорина вскинула руки, и воздух вокруг неё задрожал от жара. Её волосы взметнулись вверх, а татуировки на руках засветились багровым. Первым ко мне устремился огненный шар размером с валун. Он летел, оставляя за собой шипящий след, готовый испепелить меня, стоявшую у него на пути.
Сильна, ох и сильна моя противница!
Но…
Вопреки ожиданиям соперницы, я не сдвинулась с места.
Я стояла, опустив руки вдоль тела, и просто ждала.
Пламя, как голодный зверь, накинулось на меня и… распалось на миллиарды крошечных, безвредных искр, которые, осыпавшись на землю мелкой пыльцой, быстро истаяли. Мой пассивный нанощит, невидимый и неощутимый для колдуньи, аннигилировал «живую» магию, просто отказывая ей в праве на существование в моём поле.
Злобу, исказившую лицо Зорины, сменило недоумение, но его тут же поглотила ярость. Она решила, что это какой-то хитрый отражающий барьер. Ведьма бешено взревела и скастовала новое заклинание. Из-под земли вокруг меня вырвались огненные змеи, попытавшиеся обвить моё тело и, испепелить, но их постигла та же участь: коснувшись незримого щита, они с шипением просто рассыпались.
Противница ошеломлённо замерла.
Она не понимала.
Её гордость была уязвлена. Гортанно выкрикнув ругательство, она, впав в боевое безумие, начала швырять в мою сторону заклинание за заклинанием, обрушивая на меня целый огненный шторм. Стены пламени, огненные копья, взрывающиеся сферы - всё это разбивалось о мою защиту, не причиняя мне вреда. Земля вокруг меня почернела и оплавилась, но место, где я стояла, осталось нетронутым.
Воины обеих армий прекратили сражаться, отошли подальше и, заключив нас в неровный круг, молча, как заворожённые, следили за невиданной дуэлью двух магинь.
Казалось, прошла вечность, прежде чем на лице шаманки проступили первые капельки пота. Её руки задрожали от перенапряжения, синее пламя в глазах стало слабее. Женщина начала банально выдыхаться.
Впрочем, и мои энергетические резервы таяли, но мана в её магическом сердце утекала куда быстрее. Я давила на неё своим спокойствием, своим абсолютным превосходством, заставляя Зорину совершать ошибку за ошибкой.
Пора.
В тот миг, когда колдунья замахнулась для очередного мощного удара, я исчезла из поля её зрения.
Я, двигаясь с нечеловеческой скоростью, рванула вперёд.
Огненный шар, попав туда, где я стояла секунду назад, поднял фонтан грязи.
Заклинания степной ведьмы били в пустоту. Они были всё слабее, всё отчаяннее, а я неумолимо приближалась к своей цели.
Оказавшись за её спиной, я остановилась.
Она, почуяв опасность, резво обернулась.
Наши взгляды встретились.
В её синих глазах я увидела первые искры понимания…
Я протянула руку и коснулась её оголённой шеи.
Зорина замерла, её дыхание сбилось, лицо исказилось в гримасе первобытного страха.
Она почувствовала то, для чего в её мире не было названия. Её связь с магией, с её внутренним огнём, начала рваться. Пламя, которое она попыталась призвать, вспыхнуло и тут же погасло, оставив лишь струйку дыма.
- Что… что ты… такое? - голос шаманки сорвался на хрип.
Она ощутила невыносимый, пробирающий до самого средоточия холод.
И тут шаманка закричала не только от боли, но и от ужаса.
Я отняла ладонь от её кожи, и она тут же, содрогаясь в конвульсиях, упала на колени. Синие глаза, ещё мгновение назад горевшие сверхъестественным пламенем, превратились в обычные человеческие, полные слёз и непонимания.
Я деконструировала её как чародейку, используя свою технологическую природу, как абсолютное оружие против «живой» маны.
Я победила, но не чувствовала триумфа. Мне было жаль эту молодую, полную энергии, женщину.
Сделав шаг назад, отвернулась, чтобы помочь своим людям, но вступить в схватку не успела…
Сначала это был едва уловимый, низкий, утробный гул, идущий из самых недр земли. Он накатывал волнами, заставляя почву под ногами мелко дрожать. Звук был не громким, но проникал в самое естество, заставляя внутренности сжиматься от неприятного предчувствия.
А затем пришёл холод.
Это была не зимняя стужа. Это был иной холод - мёртвый, потусторонний, высасывающий не просто тепло, но саму искру жизни. Моё дыхание превратилось в густые белые клубы, на ресницах выступил иней. Доспехи покрылись узорами изморози.
Все на поле битвы замерли.
На лицах закалённых воинов проступил страх, тот, что живёт в самых тёмных уголках человеческой души.
Я буквально физически ощутила, как само пространство натянулось до предела и… с оглушительным треском лопнуло!
Из каждой щели, из каждой раны на изувеченной сражением земле начал сочиться серый, дурнопахнущий, клубящийся туман. Он поднимался, закручиваясь в спирали, и в этом мареве начали проявляться силуэты. Поначалу едва заметные, полупрозрачные. Затем всё более чёткие, всё более осязаемые.
Духи.
Сотни духов.
Искажённые лица с пустыми глазницами, из которых струился бледно-голубой свет. Изорванные одежды, развевающиеся на несуществующем ветру. Руки, тянущиеся к живым с жадностью голодных хищников. Тонкий, пронзительный, царапающий саму душу вой заполнил воздух.
Я судорожно огляделась, ища Рика. И нашла… сердце сжалось в страхе - мой рыцарь, тяжело опираясь на свой меч и едва держа равновесие, замер с опорой на одно колено в сотне метрах от меня. Кровь струилась по его лицу из рассечённой брови, грудь неровно вздымалась. А над ним возвышался исполин-вождь, маска слетела с его лица, открывая жуткое зрелище: грубый рваный шрам тянулся от левого виска, безжалостно рассекая переносицу, и бежал вниз, заканчиваясь у правого уголка рта, навечно приподнимая губу в подобии злобного оскала.
Более не медля ни секунды, я ускорилась, помчавшись вперёд на помощь любимому человеку, но даже с усилением понимала - не успею. В тот же момент двусторонняя секира Вийона начала своё смертоносное движение к цели.
И тут произошло невероятное! В последний момент Рик резко откинулся назад, используя меч как опору. Топор со свистом прошёл в сантиметре от его груди, глубоко вонзившись в землю. Стальной же плавно перетёк влево, одновременно поднимая своё оружие.
Чёрный Волк совершил классический выпад снизу вверх, лезвие его меча вошло точно в щель между нагрудником и наплечником соперника, пронзая подмышечную артерию. Кровь хлынула фонтаном.
Громоподобный взревел, развернулся, чтобы одним махом отсечь Стальному голову, но мой рыцарь использовал инерцию своего движения для разворота на триста шестьдесят градусов, в итоге уйдя от удара. Его клинок описал широкую дугу, и кисть вождя вместе с частью предплечья отлетела в сторону.
- Вау! - восхищённо выдохнула я, замедлившись, Рик просто притворился раненым!
Но времени радоваться его победе у меня не было: духи уже накатывали на наши ряды белёсой волной, и я знала, обычное оружие против них бессильно.
Вот молодой рыцарь замахнулся мечом, пытаясь разрубить призрака, но безрезультатно. А в следующий миг полупрозрачные пальцы коснулись его лица. Человек не успел отреагировать и сбежать, его кожа посерела, глаза закатились, рот раззявился в беззвучном крике, и он рухнул, уже будучи мёртвым.
Но появление голодных духов было лишь началом.
За ними восстали покойники.
И тут над полем прогремел голос архина Велана, усиленный магией:
- ОТСТУПАЕМ!
Старый маг стоял посреди хаоса, и вокруг него пульсировал купол золотого света, единственная преграда, которую призраки и мертвецы не могли преодолеть. Но я видела, как с каждой секундой этот свет тускнеет, как лицо дедушки бледнеет от перенапряжения.
- Я задержу первую волну! - крикнул он, ударяя посохом о землю ещё раз. Вспышка света отбросила страшных противников на значительное расстояние. - Поторопитесь!
Началось организованное бегство. Сэр Рик, весь в крови, своей и чужой - собрал людей вокруг себя, за ним всё то же самое делал сэр Бэрроу.
- Раненых на плечи! Вперёд!
Капитан Торбен организовал арьергард, пытаясь хоть как-то сдержать наступающие орды мертвецов.
Я встала рядом с дедушкой. Духи накатывали на нас волнами. Те, что касались светового барьера архина, развеивались. Те, что долетали до меня, переставали существовать, рассыпаясь в ничто. Но каждый уничтоженный призрак забирал частицу наших сил.
- Ещё чуток… - прохрипел Велан, кровь, не переставая, тонкой струйкой текла из его носа.
- Держись! - я подхватила его под руку, когда он покачнулся. - Ещё немного и активируется Ловец, потерпи!
Я, убедившись, что все наши скрылись за стенами Грейстоуна, подхватила дедушку и, оттолкнувшись от земли, взмыла в небо.
Полёт до замка я отмеряла ударами своего сердца. Единственный родной мой человек мог вот-вот и погибнуть. Я спешила, боясь не успеть…
Опустившись на крышу Северной башни, аккуратно положила едва дышащего архина на каменный пол. И, мысленно отсчитывая последние секунды, посмотрела вниз, на свою армию, точнее, на то, что от неё осталось. Бойцы, поддерживая друг друга, добралась главной площади, где и остановились.
Злобные духи почти их нагнали…
Сердце тяжело бухало в груди, отдавая звоном в ушах…
Пять, четыре, три, два, один…
Пш-ш-ш! Ловец привычно зашипел за спиной и почти сразу выстрелил в серое небо сконцентрированным энергетическим лучом.
Пелена над головой разошлась, и на землю полились благодатные лучи солнца.
Призраки, протянувшие когтистые пальцы к моим воинам, отпрянули! Но улететь не успели. Их всех накрыло светом.
Призрачные враги истончились и развеялись. Мертвецы, сделав пару шагов, рухнули, как подкошенные.
Наступила оглушительная тишина.
Солнце…
Простое, обычное солнце спасло нас там, где вся магия и сталь оказались бессильны.
И я, и дедушка, сомкнув веки, подставили лица лучам. Нам тоже нужно было восстановиться.
Грейстоун выстоял. И пока солнце сияло над нами, никакая тьма не могла нам угрожать.
Солнечный свет, почти исчезнувший за Завесой, всё ещё ласкал кожу. Последние золотистые лучи скользили по каменным стенам башни, создавая причудливую игру теней.
Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, чувствуя прилив сил.
Архин Велан с трудом поднялся на ноги. Его лицо было непривычно бледным, под глазами залегли глубокие тени, руки мелко дрожали, но зелёные глаза снова засияли жизнью.
- Дедушка, тебе нужно отдохнуть, - я подхватила его под локоть, помогая удержать равновесие. Сквозь ткань его мантии чувствовалось, как учащённо бьётся сердце старого мага.
- Позже, - прохрипел он. - Сначала закончим с этим всем… Серый Ворон не отступит… Вероятно, он потратил много маны на призыв духов и оживление мертвецов, но я не поверю, что у него более нечем нас удивить…
- Я сама справлюсь, тебе больше не стоит вмешиваться, побереги себя. А после, как я разберусь с кочевниками, я займусь твоим лечением. Ускорю восстановление тканей и стабилизирую энергетический баланс.
Дедушка открыл было рот, но я мягко сжала его сухую ладонь и отрицательно качнула головой. И архин не стал возражать.
Я, понимая, что прыжок с крыши сейчас для деда невозможен, направилась к лестнице, продолжая поддерживать старика под локоть.
Но мы не успели дойти до узкой дверцы - до нас докатился утробный рёв охотничьего рога.
На холме, расположенном слева от леса, появилась новая фигура.
Он был один, но его присутствие, заполнило собой всё пространство. Высокий, облачённый в тёмные меха и перья, с длинными седыми волосами. Даже на таком расстоянии я почувствовала исходящую от него ауру первобытной мощи.
Это был он. Верховный вождь, Серый Ворон.
Он просто стоял и смотрел. Точно на меня. Его белые глаза с чёрными зрачками пугали до дрожи.
Тем временем кочевники суетились на поле брани, собирая своих людей: раненых и погибших. И шагали с ними к Серому Ворону. Когда последний степняк скрылся среди деревьев, Верховный шаман взмахнул рукой и к нему вывели…
- Боги милосердные, - выдохнул дедушка, в тихой бессильной ярости сжав ладони в кулаки.
Длинная вереница измождённых фигур растянулась по склону холма: женщины и дети разных возрастов, совсем маленькие, с круглыми от ужаса глазами, отчаянно цеплялись за материнские подолы.
Все они были связаны одной цепью. Ржавый металл врезался в кожу, оставляя кровавые полосы. Некоторые женщины несли на руках младенцев, прижимая их к себе, пытаясь хоть как-то защитить от холодного ветра.
Их было много. На измождённых, худых от голода лицах читалась покорность судьбе. Это были пленники, которых кочевники когда-то угнали в рабство.
Живой щит из невинных душ.
Голос Серого Ворона, усиленный магией, прогремел над полем, долетая даже до Северной башни замка.
- Графиня Леваньер-р-р! Ты узрела лишь малую толику моей силы. Видела, как мертвецы встают по моему зову, как духи приходят на мой призыв. Но это была лишь капля в море моего могущества!
Он сделал театральную паузу, позволяя словам осесть в наших умах.
- Ага-ага, как же, могущественный нашёлся. Выдохся ты, Ворон, раз больше никого призвать не можешь. Пустил в дело грязный козырь, - фыркнул дедушка.
- У тебя есть выбор, юная графиня, - продолжал шаман. - Простой выбор. Сдайся, склони голову предо мной, спаси их всех. Дай им вернуться к своим семьям. Откажешься, и я принесу их всех в жертву тёмным богам прямо здесь, на твоих глазах. Их смерть будет долгой и мучительной.
Я смотрела на дрожащих пленников и понимала, что оставить их ему на растерзание не смогу.
- Миледи, вы никуда не пойдёте, - на крышу влетел Рик. - Он убьёт вас!
- Внучка, я тебе не позволю к нему пойти! - вторил ему дедушка.
- Не волнуйтесь, - я спокойно посмотрела на их встревоженные лица. - Нам выпал прекрасный шанс закончить всё это сумасбродство. Верьте мне и ни о чём не переживайте.
***
Массивные створки медленно приоткрылись. Холодный ветер ударил в лицо, принеся запах крови и гари.
Я, не спеша, вышла наружу и прогулочным шагом направилась в сторону холма, оккупированного кочевниками.
Едва я оказалась на середине поля, где недавно сражались две армии, как Серый Ворон приказал:
- Снять с них кандалы! Я всегда держу своё слово!
Я тихо хмыкнула, сильно сомневаясь в его заявлении.
Стражники расковали пленников. Железные цепи со звоном упали на мёрзлую землю. Женщины, подхватив детей, спотыкаясь, заспешили прочь.
Когда первые освобождённые поравнялись со мной, молодая мать с мокрым от слёз лицом, сипло прошептала:
- Миледи! Благослови вас Всевышний!
- Идите в город, - мягко сказала я всем им. - Там вас накормят и обогреют.
Поток измождённых людей тёк мимо меня. Дети смотрели огромными испуганными глазами. Мужчин среди них почти не было, видимо, кочевники убивали всех, кто мог держать оружие.
Я же продолжала идти. С каждым шагом напряжение росло. Наниты сканировали окружающее пространство, предупреждая об опасности.
За холмом раскинулся временный лагерь кочевников. Горели костры, туда-сюда сновали люди. Меня встретили, но хватать не стали, просто окружили, держась на расстоянии, создавая видимость конвоирования. Я едва сдержала усмешку. Боятся, значит. Это хорошо.
Воины, сидевшие у костров, молча встали, наблюдая за моим приближением. В их глазах читалась смесь ненависти и суеверного страха.
Серый Ворон ждал в центре лагеря. Вблизи он выглядел ещё более зловеще. Он был худ и казался человеком без возраста. Его длинные пепельно-седые волосы, заплетённые в одну толстую косу, украшали почерневшие от времени серебряные бусины и иссиня-чёрные перья ворона. Бледное, почти не тронутое морщинами лицо ничего не выражало. Он был похож на изваяние, вырезанное из бездушного камня.
И глаза… раз в такие заглянув, всю жизнь будешь мучиться кошмарами. Жуткого белого цвета, без радужки, без жизни. А в центре этой молочной пустоты зрачки, чёрные, бездонные. Нечеловеческие. Они не смотрели. Они вбирали в себя мир, и в их мёртвой глубине я увидела жажду… Этот колдун жаждал поглотить мою сущность.
Испугалась ли я? Конечно! Я ведь пусть и не совсем обычный, но всё же человек. Я боюсь, радуюсь, ошибаюсь, переживаю, как и все люди.
- Не вздумай атаковать моих воинов, графиня, - приказал он, когда я остановилась в пяти шагах от него. - Или пожалеешь.
Он сделал знак рукой, и из-за его спины вывели женщину, прижимавшую к груди младенца. Молодая, лет двадцати, с тёмными волосами и огромными карими глазами, полными ужаса. Ребёнок тихо хныкал, чувствуя страх матери.
К её горлу тут же приставили нож. Воин, державший клинок, ухмыльнулся, обнажив жёлтые, кривые зубы.
- Если попытаешься сопротивляться, - Серый Ворон смаковал каждое слово, - она и её выродок умрут первыми. Их кровь будет на твоих руках.
- Ясно… Я вас не звала, вы сами пришли на мою землю. Лучше подите прочь. Обещаю, не буду вас преследовать.
Серый Ворон обошёл вокруг меня, разглядывая, как хищник добычу. Я даже не шелохнулась.
- Дивные речи ты ведёшь, рыжая. Ответь на вопрос. Что ты сотворила с Зориной Синеглазой?
- Победила в честном магическом поединке.
- Ложь! - он резко остановился. - Зорина сошла с ума! Она не может связно говорить, только мычит и пускает слюни! Что ты с ней сделала, ведьма?!
- Ровно то, что сказала, - спокойно пожала плечами я. - В бою случается всякое. Она жива, и это больше, чем она заслужила.
Лицо Серого Ворона исказилось в злобном оскале. Он поднял костлявый палец и поманил меня к себе:
- Подойди ближе, девчонка!
Я сделала несколько шагов. Воин с ножом прижал лезвие плотнее к горлу женщины. На её белой коже выступила алая капля. Я резко остановилась.
- Пока не тронь рабыню, - махнул ему Ворон. - Иди сюда, Леваньер-р-р! Наконец-то я до тебя добрался! - торжествующе ощерился белоглазый.
Я тоже больше не могла сдерживаться:
- О, а как я рада! Словами не передать! Жаль, что беседа с вами лишена всякого смысла. Но, должна признать, своё время я потратила совершенно не зря.
От услышанного Серый Ворон едва не поперхнулся воздухом.
- Как ты смеешь дерзить мне?! Я лишу тебя силы, ведьма! Выпью всю до дна. И стану самым могущественным чародеем на этой земле!
- Мечтать не вредно, - ответила я, на лице старика проступило удивление вперемешку с растерянностью. Я же, более не медля, стремительно к нему приблизилась и, хищно усмехнувшись, добавила: - Одно дело предполагать, кто я, - левой рукой молниеносно обхватила его куриную шейку, из правой выпустила в сторону охранника, не успевшего отреагировать, тонкую иглу, - другое - знать наверняка…
Кочевники среагировали с опозданием. Когда первый из них потянулся за саблей, я уже сжимала горло их верховного шамана.
Краем глаза заметила движение: женщина с младенцем вскочила на ноги и метнулась прочь. В толпу кочевников. Степняки расступились, пропуская её, и она исчезла среди их рядов.
Я даже не сильно удивилась: вероятно, долгие годы в рабстве сделали своё дело, и она стала одной из них.
Вокруг нас с Серым Вороном возник едва заметно мерцающий купол. Первые стрелы ударились о барьер и отскочили.
Степняки, яростно вопя, атаковали.
Сабли и топоры били по защитному полю, высекая снопы искр. Лица воинов исказила злобная ненависть вперемешку с бессильным недоумением - они не могли до меня добраться.
Серый Ворон снова и снова дёргался в моей хватке, пытаясь вырваться. Его костлявые пальцы, вцепившись в моё запястье, оставляли алые полосы, которые мигом заживали.
И тут он удивил меня.
Белые глаза вспыхнули багровым светом. Из-под земли вырвались чёрные щупальца некротической энергии, обвивая мои ноги. Неприятный холод пополз вверх по телу. Воздух вокруг нас зримо почернел, наполнившись жутким шёпотом множества голосов.
Даже на пороге поражения этот старик сражался. В его белых глазах не было мольбы о пощаде, лишь ненависть и решимость биться до конца.
- Ты достойный противник, - прошептала я, наблюдая, как некротическая энергия рассеивается при контакте с моим телом. - Вот только глупый и жадный.
Щупальца истончились и исчезли. Голоса стихли. Но Великий шаман не сдавался, всё пытался призвать ещё что-то, выскребая последние крохи силы из своего истощённого средоточия.
Пора заканчивать.
Микроскопические роботы просочились через кожу врага. Через секунду я получила полную картину его внутренностей. То, что я увидела, сильно удивило.
У Серого Ворона было два средоточия.
Основное, размером с кулак, располагалось в груди, как у всех магов. Но рядом, соединённое тончайшими энергетическими каналами, пульсировало второе, поменьше. Врождённая аномалия, один шанс на миллион.
Призыв духов, оживление мертвецов, попытка противостоять мне, выпили ману Ворона почти досуха. Но даже в таком состоянии остаточная мощь впечатляла.
Тут вспомнилось бледное лицо дедушки, его дрожащие руки после боя с Горьким Корнем. Архин Велан - сильнейший маг, которого я знала. Но против Серого Ворона он бы не выстоял. Двойной резерв последнего давал колоссальное преимущество.
- Что ж, - вздохнула я, - повторюсь, я вас не звала. Вы сами пришли. Пеняйте на себя.
Наниты приступили к работе. Они окружили оба средоточия, проникли в энергетические каналы, добрались до самой сути магической природы колдуна. А затем начали рвать связи.
Серый Ворон выгнулся, с его губ сорвался нечеловеческий вой. Я видела, как меняется его лицо: могущество уходило, оставляя только изнурённую старость.
Белые глаза потускнели, став обычными, водянисто-голубыми. Седые волосы потеряли блеск и местами выпали. Кожа обвисла, покрылась пигментными пятнами.
Когда всё было кончено, костлявое тело Серого Ворона обмякло.
Я разжала пальцы, и он рухнул на землю, уже не грозный некромант, а жалкий старик. Его губы беззвучно шевелились, глаза были полны ужаса.
- Что ты со мной сотворила? - прохрипел он, глядя на меня снизу вверх.
Я не ответила. Повернулась к толпе кочевников, которые давно прекратили попытки меня достать.
Сотни глаз с разным выражением смотрели на меня.
- Слушайте внимательно! - мой голос разнёсся над притихшим лагерем. - Вы пришли на мою землю убивать и грабить. Пришли по своей воле. И что получили? Ваши шаманы мертвы или искалечены.
Я сделала паузу, обвела взглядом застывшие лица. Наниты подсказывали оптимальную интонацию для максимального психологического воздействия.
- Я способна уничтожить вас всех. Здесь и сейчас. Превратить в ничто.
Я отчасти блефовала. С заблокированными протоколами массовое уничтожение было невозможно.
Мой взгляд выхватил из толпы двухметровую мощную фигуру. Вийон Громоподобный стоял в первом ряду, прижимая к себе изувеченную руку, замотанную в тряпку.
- Вождь, хочешь ли ты, чтобы твой народ стал чьим-то рабом?
Он дёрнулся, но взгляд не отвёл. Его глаза пылали ненавистью, но он явно меня слушал.
- Там остались ваши семьи. Если вы не вернётесь, ваших женщин и детей продадут на невольничьих рынках. Ваши имена сотрут из памяти степей… - пауза.
Вийон скрипнул зубами, но промолчал, глядя на меня всё так же исподлобья. Он всё прекрасно понимал.
- Я не хочу вас убивать, для меня каждая жизнь ценна, потому у вас есть два часа. Два часа, чтобы уйти отсюда. Навсегда. Если хоть один кочевник останется на территории Леваньер, я вернусь. И тогда пощады не ждите. И не вздумайте мстить. Иначе я найду вашу магическую реку. Ту самую, откуда ваши шаманы черпают силу. И запечатаю к ней все проходы навеки.
По толпе прокатился ропот ужаса. Для кочевников магическая река была святыней, источником их силы и гордости. Впрочем, не только для них.
Я оттолкнулась от земли и взмыла в серое небо.
- Время пошло, - сказала напоследок.
Снизу донеслись крики, но я так ни разу и не оглянулась.
Если они настолько глупы, и не послушают меня, я пожертвую энергией в Ловце и, чуть модернизировав его, сотру всех их с лица земли, как и обещала.
Ветер свистел в ушах. Замок становился всё ближе. В голове ворочались тяжкие думы.
Очутившись внутри стен Грейстоуна, мягко опустилась на мостовую.
Ко мне тут же подошёл дедушка, тяжело опираясь на свой посох, и Рик, весь в засохшей крови и грязи.
Стальной сделал шаг вперёд, чтобы меня обнять, но вовремя одумался, вспомнив о приличиях.
- Ты вернулась, - просто сказал дедушка, и в его голосе слышалось облегчение.
- Обещала же, - я устало улыбнулась и после того, как мы забрались в карету, кратко пересказала произошедшее на поляне за холмом.
- Человеческая жадность, жажда власти, стремление к бессмертию… Старая история, внучка. Серый Ворон мог бы остаться великим шаманом своего народа, но захотел большего. И в итоге потерял всё.
Я внимательно посмотрела на бледного архина, в его потускневшие зелёные глаза. И сменила тему:
- Деда, я же попросила тебя прилечь и не волноваться, а ты, вопреки моему совету, ждал меня у ворот… Ты единственный близкий мне человек, я не хочу тебя потерять.
- Не мог я лежать на перинах и не волноваться за родную внучку, когда она находится почитай в самом сердце вражеского войска! - упрямо вскинул подбородок собеседник. И я не сдержала улыбку, а ещё сердце согрелось. Как же хорошо, когда о тебе вот так беспокоятся.
Экипаж катил по улицам города. Никаких разрушений, все здания целы и невредимы. Жители вернутся в свои дома, ничего не потеряв. Наш замысел удался.
Оказавшись в замке, первым делом привели себя в порядок, а после сели за стол. Мой желудок ревел раненым зверем, требуя пищи.
А ровно два часа спустя я поднялась на крышу Северной башни.
Кочевники решили со мной не связываться. И отправились восвояси.
Всё закончилось.
- Они надолго запомнят этот урок, - негромко поделился со мной своими мыслями Рик, мягко обняв меня со спины. Я позволила себе расслабиться в кольце его рук и облегчённо выдохнуть. Мы победили. Даже не вериться…
- Хорошо, если так, - кивнула я, - пойдём вниз, мне нужно заняться здоровьем дедушки. А после проверить как там остальные раненые…
***
Интерлюдия
Они встретились у Чёрного камня, древнего места силы, где испокон веков решались важнейшие вопросы степных народов. Одноглазый Филин из клана Ночных Охотников и Поющий Ветер из клана Небесных Коней долго молчали, глядя на бескрайнюю степь.
- Значит, Серый Ворон пал, - наконец произнёс Поющий Ветер, поглаживая длинную седую бороду. - Говорят, рыжая ведьма лишила его силы.
- Не просто лишила, - покачал головой Одноглазый Филин. - Вырвала магию с корнем. Он пытался вернуть дар, устраивая жертвоприношения, убивая пленников десятками. Кровь лилась рекой, но духи так и не откликнулись.
- И воды магической реки не помогли?
- Не помогли. Ворон сутками лежал в священных потоках, молил предков о помощи, - Филин презрительно сплюнул. - Бесполезно.
Поющий Ветер усмехнулся в седые усы:
- Помнишь, как он насмехался над нами? Называл трусами…
- «Старые глупцы боятся какой-то девчонки!», - передразнил Одноглазый Филин. - Кто теперь глупец? Половина воинов полегла. Горький Корень высох, как прошлогодняя трава. А Зорина Синеглазая…
Он замолчал. О судьбе огненной ведьмы ходили страшные слухи.
- Сошла с ума окончательно. Перестала есть и пить, лишь смотрела в огонь пустыми глазами. А потом встала и ушла в степь. И так и не вернулась.
Оба шамана помолчали, думая о жуткой участи некогда могущественной ведьмы.
- Мы поступили мудро, - негромко заметил Поющий Ветер.
- Да. Вот только всё равно жаль молодых воинов, доверившихся безумцу Ворону, - вздохнул Одноглазый Филин. - Сколько славных бойцов пало из-за гордыни одного дурака. Вийон Громоподобный без руки остался. Быстрая Рысь потеряла трёх сыновей.
- Их кости удобрят чужую землю, - согласился Поющий Ветер. - Но это урок для остальных. Земли Леваньер отныне табу.
- Ты всё верно говоришь, - поддакнул ему Филин. - Серый Ворон хотел стать сильнейшим, а стал никем.
- Передай своим, чтобы обходили те края десятой дорогой. И внукам накажи, и правнукам. Некоторых врагов лучше не трогать.
Кивнув друг другу, они, не спеша, разошлись в разные стороны.
Два одиноких силуэта растворились в ночи, опустившейся на землю.
Степь, безразличную к человеческой гордыне и страданиям, окутала плотная тишина.
Детский смех, лай собак, разговоры людей, работающие мастерские - все эти звуки, которых так не хватало в опустевшем городе, вернулись.
Грейстоун пробудился ото сна.
Я стояла на площадке Северной башни, наблюдая за последним караваном беженцев, первые повозки которого как раз въезжали в городские ворота. Граф Альрик Хаэрт со своей свитой двигался впереди колонны.
Спустившись во двор замка, замерла в ожидании важного гостя.
Граф Альрик появился вскоре, несмотря на долгую дорогу вельможа держался прямо и выглядел весьма бодрым.
- Миледи, с победой вас! - громогласно поздравил он, спешиваясь. - Уверен, кочевники даже смотреть в сторону ваших земель не посмеют. Ближайшие пять лет так точно. Но человеческая память коротка… И всё же я надеюсь, что они достаточно впечатлялись вашими возможностями, как мага, и не осмелятся досаждать лет эдак двадцать.
Я, конечно, понимала Альрика и его радость: пока он тут будет хозяйничать, со стороны степи не будет никаких проблем.
- И, - сменил тему собеседник, - как и договаривались, я вернул вам всех ваших людей в целости-сохранности и такими же упитанными, какими они были до переезда, - улыбнулся он, ещё раз слегка поклонившись.
- Благодарю вас, милорд. Без вашей помощи и организаторских талантов всё могло обернуться хаосом и скатиться в балаган.
- Спасибо за оказанное доверие, - мужчина помедлил и добавил: - Но должен заметить… Королевские солдаты ведут себя странно. Мне даже показалось, что они вовсе не собираются домой.
Я кивнула, давая понять, что в курсе настроения бойцов Его Величества:
- Я разберусь с ними. А пока прошу вас, следуйте за Эллой, моей экономкой, она проводит вас в отведённые покои. Отдохните после дороги как следует.
Граф Хаэрт отравился в замок, а я, подозвав слугу, наказала ему отыскать сэра Гарета, чтобы тот явился ко мне в кабинет как можно быстрее.
Королевский рыцарь постучал в дверь через полчаса.
- Проходите, сэр Бэрроу, присаживайтесь, - я подняла глаза от бумаг и внимательно посмотрела в лицо посетителя.
- Миледи, что за срочность? - он вскинул широкие брови, устраиваясь напротив меня.
- Я ещё раз хотела поблагодарить вас за неоценимую помощь в защите Грейстоуна. И за то, что охраняли дороги, пока жители возвращались домой.
- Повторюсь, не стоит благодарности. Я просто делал свою работу, - отозвался он.
Я внимательно посмотрела в его широкое, открытое лицо и продолжила, хотя точно знала, что ничего у меня не выйдет:
- Сэр Стальной прекрасно справляется со всеми военными задачами и ваше присутствие на моих землях вовсе без надобности…
- Безусловно, справляется, - быстро перебил он меня, - но волей короля я назначен вашим военным советником и представителем королевской воли. Я буду следовать приказу Его Величества неукоснительно. И покуда не придёт распоряжение оставить вас, я никуда отсюда не уйду… Миледи, поверьте, я вам не враг.
Я несколько секунд молча изучала сидящего напротив человека и не чувствовала в нём коварства придворного интригана. Он точно не возьмёт взятку и никуда отсюда не уедет. Верен королю, как пёс. Я смотрела на Бэрроу и вместо него видела поводок. Достаточно длинный, чтобы я не чувствовала удушья, но весьма крепкий, чтобы, если понадобится, дёрнуть, чуть сдавить, и отпустить.
- Хорошо, сэр Гарет. Но давайте я сразу обозначу границы: вы и ваши люди - гости на моей земле. Вы не вмешиваетесь в управление графством. Ваши солдаты подчиняются законам Леваньер и сэру Рику Стальному.
- Разумеется, миледи. Ваш дом - ваши правила.
- И да, я не смогу кормить всю вашу армию, имейте это в виду, - добавила спокойно.
- За это не волнуйтесь, миледи. Основная часть моих бойцов отбудет в столицу завтра с утра, со мной останется всего три десятка воинов.
Вечером мы собрались в малой гостиной: я, дедушка, Рик и граф Хаэрт. Архин выглядел значительно лучше после лечения нанитами, хотя всё ещё опирался на посох.
- Присутствие королевского представителя было неизбежно, - сказал Альрик, потягивая алое вино. - Сильного мага любой монарх захочет держать под контролем.
- Вопрос в том, как нам с этим жить, - заметил Стальной. - А точнее, как покинуть Грейстоун и не быть перехваченными.
- Хороший вопрос, - кивнула я. - Есть идея…
- Какая же? - архин прищурился, вглядываясь в моё лицо и, видно, о чём-то догадался, - хо-хо, внучка, рискуешь!
- Нам нужно опросить людей, понять, сколько желающих уйти с нами, объявить нового временного хранителя земель, а после отбыть. Подобное незаметно провернуть при всём желании не получится, а значит…
- О нет! - Хаэрт шокировано округлил глаза. - Миледи, не убивайте представителей короля! Иначе кара монарха падёт на мою седую голову!
- Даже и не думала, вы за кого меня принимаете? - притворно оскорбилась я.
- Простите, я не хотел… - замялся граф.
- Они просто проспят всё, - озвучил мои планы дедушка. - Садко спать будут. Пару недель. Очнуться, а нас и след простыл.
- Верно, дедушка, всё так, - коварно улыбнулась я. - А пока… пусть Бэрроу думает, что всё под контролем.
За окнами давно стемнело.
Очень скоро начнётся новая глава в истории графства. Но она будет писаться уже без моего участия.
***
Небо всё посветлело, птицы завели свою утреннюю песню, стража на стенах сменилась по расписанию. Начало очередного дня, на первый взгляд самого обыкновенного, но судьбоносного для пяти десятков людей, решившихся отправиться со мной в неизвестность. Я и несколько приближённых ко мне людей, пусть лишь по описанию, но знали, куда идём, а вот все остальные не имели ни малейшего представления.
С капитаном и его людьми вышло даже проще, чем я планировала изначально: я просто каждый вечер ювелирно стирала им память, без вреда здоровью. Я решила, что погружать их в столь долгий сон для организма будет безжалостнее и вреднее, нежели убирать воспоминания. От длительного сна мышцы слабеют, на теле появляются пролежни, а пробуждение может обернуться кошмарами и спутанностью сознания. Поэтому я остановила выбор на втором варианте.
Громкий скрип телег внизу вернул мои мысли в настоящее: люди вовсю суетились, загружая в повозки припасы, сундуки с одеждой и тем, что им дорого, с чем они не хотели расставаться. Из всех жителей Грейстоуна и близлежащих деревень всего пять десятков решили последовать за мной, и большая их часть состояла из беженцев Каменного Дола.
- Миледи, - Рик бесшумно появился рядом. - Мы готовы к выходу. Ждём только вас.
- Где Бэрроу и его люди?
- Уснули за завтраком. Проспят до завтрашнего обеда, следы за собой мы заметём. Они нас не найдут.
Я кивнула и принялась спускаться, но на секунду замерла, бросив быстрый взгляд через плечо.
Площадка на Северной башне выглядела сиротливо пустой, ещё вчера вечером я лично убрала Ловца в ящик с опилками и отправила в свою карету. Я не скоро сюда вернусь, не скоро снова смогу окинуть земли Леваньер с такой высоты. Лишь когда Аби станет совершеннолетней.
Оказавшись во внутреннем дворе замка, с тоской оглядела родные стены. Здесь прошло моё детство, здесь я стала той, кто я есть…
- Гвендолин, - дедушка подошёл, едва заметно опираясь на посох. - Пора.
Граф Альрик стоял рядом с моей каретой, я подошла к нему, и он вежливо поклонился:
- Миледи, всё будет исполнено, как вы приказали. Грейстоун останется сильным, его жители ни в чём не будут нуждаться.
- Спасибо. Я рассчитываю на вас, милорд. Сохраните наследство Абигейл.
- Удачи вам, - его голос дрогнул.
Сестрёнка уже ждала меня в экипаже, большими глазами глядя в распахнутое оконце.
Архин сел рядом со мной, дверцы за нами захлопнулись, кучер подстегнул лошадей.
Не успели мы устроиться поудобнее, как она снова забросала нас вопросами:
- А там красиво? Дедушка, ты там родился? Твой король добрый? А там и правда течёт магическая река? Я смогу её увидеть и даже потрогать?
Я, краем уха слушая ответы дедушки, смотрела на проплывающие мимо улицы Грейстоуна. Жители покинули свои дома, чтобы проводить свою графиню. Кто-то замер в низком поклоне, кто-то громко желал доброго пути. Дети бежали следом, галдя и соревнуясь между собой в скорости.
Мы проехали городские ворота и покатили вперёд.
Вдоль дороги тянулись поля с пробившейся блёкло-зелёной травой. На ветвях деревьев уже раскрылись почки, выпустив первые клейкие листочки. В низинах, где скапливалась талая вода, желтели островки мать-и-мачехи. Их яркие головки казались крошечными солнцами на фоне бурой прошлогодней растительности.
Воздух пах сырой землёй и молодой зеленью.
Серая лента петляла между невысокими холмами, унося нас всё дальше… Не только к горному Королевству Вийхерма. Но и к солнцу.
Интерлюдия
Пятая ночь так же застала нас в сердце степи. Бескрайняя равнина тонула в чернильной тьме, сливаясь с беззвёздным небом. Ветер всё ещё морозный, свободный и жестокий, гулял здесь безраздельно, завывая тоскливую песнь и пробирая до самых костей. Я стоял на своём посту у края нашего импровизированного лагеря, вглядываясь во мрак. Отсюда с невысокого холма, открывался замечательный обзор на десятки километров вокруг, иным глазам виделось бы лишь колышущееся антрацитовое море, я же, благодаря своей врождённой особенности, различал многое.
За моей спиной спал наш маленький лагерь. Пятьдесят душ, доверивших свою судьбу юной графине.
Я лично проследил за организацией бивака: десять повозок, поставленных в плотный оборонительный круг, создавали надёжный барьер против внезапного нападения. Костры развели в специально вырытых неглубоких ямах так, чтобы они давали много жара, но почти не дымили.
Горьковатый аромат сухой травы смешивался с холодным воздухом и запахом лошадей, создавая странное ощущение дома посреди этой враждебной пустоты. Дозорные по двое были расставлены по периметру, меняясь каждые два часа. Никто не имел права спать на посту. Цена такой ошибки слишком высока.
Какая странная ирония судьбы. Я, сэр Рик Стальной, Чёрный Волк, верный рыцарь короля, лучший из его воинов, стою посреди дикого поля, охраняя сон беглецов. Моя присяга, мой долг - всё осталось там в Арденне. Теперь у меня была лишь одна госпожа, сейчас спавшая в своей карете. Она доверила мне охранять её покой и жизни тех, кто пошёл за ней.
Что доложит сэр Гарет королю? Правду. Всю, как есть. Что графиня Леваньер - могущественный маг, разгромивший армию кочевников. Что ни один мирный житель Грейстоуна не пострадал, да чего уж там! Ни одно здание не было повреждено! Что она хитростью и колдовством заставила Бэрроу, прославленного командира, не заметить сборы и отбытие такого количества повозок…
Король будет в ярости. И весь его гнев обрушится на того, кто остался: на графа Альрика Хаэрта. Если честно, я опасался за его жизнь и благополучие его семьи. Хаэрт - человек чести, но против гнева монарха честь - слабый щит. Графа могут обвинить в измене, лишить земель, а детей наследства.
Я подумал и о леди Барбаре с леди Патрицией… Находчивые и отважные женщины, оказавшие неоценимую помощь в организации перевозок жителей в соседнее графство и обратно. Они, вне всякого сомнения, уже покинули земли Леваньер, их присутствие там более без надобности. Гнев короля может коснуться и их. Очень надеюсь, что они найдут способ объяснить свои действия и избежать наказания.
Вдали послышался вой… Протяжный… Голодный… И мои мысли из настоящего метнулись в прошлое, перед внутренним взором расцвели картины моего детства, отчего дома, и тех решений, которые я принял, и которые в итоге привели меня к Гвендолин Леваньер.
***
Моё детство прошло в суровой крепости на севере, где лето длилось едва ли месяц. Я, Ричард Стальной, был четвёртым ребёнком. Я рос в тени старших.
Артура, наследника, учили управлять баронством, разбирать жалобы крестьян, вести счётные книги. Вильгельма готовили к выгодной женитьбе, как раз у соседа не было сыновей, только дочери. Для Вилли это был отличный шанс получить собственные земли.
Была у меня и сестра Оливия, она рано вышла замуж и уехала к своему мужу, больше я о ней не слышал.
На меня же отец не смотрел вовсе.
Мне было четырнадцать, когда я окончательно осознал, что лишний в этом доме. В тот день отец принимал вассальную присягу от мелких рыцарей. Артур стоял рядом с ним, на ступеньку ниже, уже примеряя роль будущего лорда. Вильгельм расположился чуть в стороне. А я в одиночестве замер у оружейной стойки, сжимая рукоять тренировочного меча.
Я смотрел на них, и во мне не было ни зависти, ни обиды. Лишь холодное, ясное понимание. Земля и титул удел Артура. Женитьба и смена фамилии - путь Вильгельма. Моя судьба - служба.
Вечером отец нашёл меня на тренировочной площадке.
- Твой брат будет править этой землёй, Ричард, -произнёс он, глядя куда-то мимо меня. - Твоя же задача - стать мечом, что будет защищать таких, как он. Возьми лучший клинок, моё письмо и отправляйся в столицу…
Мне было девятнадцать. Наша сотня, посланная усмирить разбойников на южных границах, попала в засаду в ущелье Ройндара. Командир, опытный, но слишком самоуверенный рыцарь, погиб одним из первых, сражённый ядовитой стрелой.
В ту ночь я взял командование на себя. Я не кричал и не призывал к атаке. Я заставил людей укрыться за телами павших лошадей и ждать. Глубокой ночью, когда не видно даже собственной вытянутой руки, я, приказав всем обмазаться грязью, повёл двадцать добровольцев в обход. Моё зрение всегда было острее, чем у других. Эта способность помогла провести бойцов по узкой козьей тропе через овраг, зайдя разбойникам в тыл.
Мы напали. Это была резня. Застигнутые врасплох, враги не смогли оказать достойного сопротивления. К рассвету всё было кончено. Мы победили, потеряв всего двоих.
Собрав раненых, двинули назад. На третьи сутки нас окружила стая волков, вожак которой обладал магической силой, редко, но такие звери встречались. Я вступил с ним в схватку и чудом победил.
Именно после этого за мной закрепилось прозвище «Чёрный Волк»…
- Сэр Рик, вам нужно отдохнуть.
Голос Маркуса вырвал меня из воспоминаний. Я кивнул ему и пошёл к своему месту у костра. Я сидел, глядя на тлеющие угли, и думал о своей графине.
Первая встреча. Каменный Дол. Гвендолин замерла на крыльце полуразрушенного замка. Истощённая, худая до болезненности, в простом тёмном платье, но с горящими решимостью зелёными глазами. Передо мной стояла вовсе не слабая, сломленная жертва, а преданная всеми, но не сломленная правительница.
Это воспоминание сменило другое, не менее яркое: вот юная графиня стоит во дворе собственного замка. На её бледном лице холодный, взвешенный расчёт. Вот она вскидывает руки и демонстрирует свою магию, невиданную и пугающую. Она не просто вернула своё, она установила новый порядок, заставив всех так называемых родственников пожалеть о содеянном.
Битва. Я помню, как Гвендолин спокойно стояла под огненным штормом Зорины, как её незримый щит поглощал самые мощные заклинания шаманки. Как она одним прикосновением лишила могущественную степную колдунью её дара…
- Не спится? - рядом со мной села та, о ком я грезил ночами. Та, что занимала все мои мысли вот уже много месяцев.
- Думы разные не дают покоя, - ответил я, глядя в её необыкновенные изумрудные глаза.
Я смотрел на неё и видел не миледи, не могущественного мага и не объект королевского приказа. Я видел женщину, на чьи хрупкие плечи легла непосильная тяжесть. И решился спросить:
- Гвендолин, вы не боитесь за судьбу лорда Альрика? Король может счесть его предателем.
На её пухлых губах появилась лукавая улыбка:
- Не боюсь. Начну с того, что пару месяцев назад Аби поранилась…
***
Две недели спустя
Греймур, Арденн
В тронном зале стояла напряжённая тишина. По центру помещения, опустившись на одно колено и низко склонив голову, замер граф Альрик Хаэрт.
Эдуард Третий, не мигая, сверлил его тяжёлым взглядом и едва сдерживал клокотавшую в груди ярость. В руках король сжимал грамоту о передаче полномочий…
- Измена! - прорычал Его Величество. - Ты сговорился с леди Леваньер и помог ей ослушаться моей воли! Я отправлю тебя на плаху, Хаэрт, вся твоя семья сгниёт в темнице!
Пауза.
- Тебе есть что сказать в своё оправдание?!
Альрик ответил, не поднимая глаз.
- Да, Ваше Величество, - мужчина был на удивление спокоен. - Позвольте передать вам письмо от леди Гвендолин. Она настоятельно просила вручить его лично вам.
Слуга забрал послание у графа и поднёс королю.
Монарх раздражённо выхватил свиток, сломал печать, прочитал.
Замер.
Стал ещё бледнее.
Эдуард вдруг почувствовал, как противно заныло в центре груди.
Ярость на его лице сменилась потрясением, затем недоверием, и, наконец, глубокой, всепоглощающей усталостью. Его Величество откинулся на спинку трона, сомкнул веки.
Прошло несколько долгих минут.
- Убирайся с глаз моих, - негромко произнёс правитель, остро посмотрев в лицо Альрику. - И следи, чтобы земли Леваньер процветали.
Граф молча поднялся, низко поклонился, чувствуя дикое облегчение, и, стараясь не спешить, покинул тронный зал.
Король же, вновь поднеся письмо к глазам, ещё раз прочитал одну-единственную строку, выведенную изящным почерком:
Граница Вийхерма встретила нас на исходе двадцатого дня пути. Бескрайняя степь, бывшая нашей спутницей столько дней, внезапно оборвалась, словно кто-то провёл черту невидимым клинком.
Последние километры травянистой равнины сменились каменистой почвой, усыпанной серым щебнем. Редкие кусты полыни уступили место низкорослым горным соснам, цепляющимся корнями за расщелины. Воздух стал намного прохладнее, принося запах снега с невидимых за Пеленой вершин.
Предгорья вздымались плавными волнами, каждая выше предыдущей. А за ними… За ними громоздились настоящие исполины. Они стояли неприступной стеной, закрывая полнеба, и лишь в одном месте зияла узкая щель - единственная дорога на родину дедушки.
По дороге сюда нам не встретилось ни одного кочевого племени. Степь ощущалась вымершей.
За Грейстоун я была спокойна. А на случай, если поползут слухи, что графиня Леваньер отсутствует, оставила кое-что Питеру, наследнику графа Альрика.
Новую поделку назвала «Огнемёт». Пришлось взять Громовой свет и одну печь из барака, и соединить в нечто совершенно новое. Хватит всего на три залпа, но этого будет вполне достаточно, чтобы напугать кого угодно.
Я выглянула в окно и залюбовалась открывшимся видом…
Горы вздымались серыми громадами, а из единственного прохода, вёдшего в закрытое королевство, медленно выползал густой, сизый туман.
- Мы почти дома, - тихо произнёс дедушка, постучав по крыше кареты, возница тут же натянул поводья. Экипаж плавно остановился.
Покинув транспорт, подошли к стелющейся по земле серо-белёсой массе.
Туман был странным, слишком плотным, слишком локализованным. Он не рассеивался на ветру, а словно жил своей жизнью, пульсируя и переливаясь.
- Поедете за мной, вытянувшись в цепочку, - скомандовал архин. - Я пойду впереди, буду указывать дорогу.
- Я с тобой! - тут же откликнулась я, чувствуя воодушевление.
- Миледи, я за вами, - рядом со мной возник сэр Рик.
Архин, кивнув нам, сотворил заклинание и над его головой повис небольшой, но яркий шар, видный всем, кто двигался позади.
Как только первые клубы тумана коснулись моих ног, я ощутила странную дрожь, пробежавшую по телу.
Наниты впервые за долгое время не смогли дать чёткий ответ. Обычно они мгновенно раскладывали любое явление на составляющие, но здесь…
- Место зачаровано, - восхищённо прошептала я.
Дедушка покосился на меня и хитро улыбнулся:
- О да, внучка. Зачаровано.
Мы углубились в ущелье. С каждым шагом туман становился всё гуще. Вскоре я едва различала спину дедушки в трёх метрах впереди.
- Не отставайте! - крикнул кто-то из арьергарда.
Эхо подхватило слова, но вернуло их искажёнными:
Звук множился, дробился, превращаясь в зловещий шёпот. Я услышала, как позади кто-то испуганно ахнул.
- Не бойтесь, - громко сказал архин. - Это часть защиты. Оно запутывает врагов, заставляя их слышать то, чего нет, - при этом его слова эхом не отозвались.
Тем временем туман поменял цвет: из бело-серого стал болотно-зелёным. Тропа под ногами достаточно широкая, чтобы прошла повозка, начала петлять. Мне казалось, мы идём по кругу, возвращаясь к тому же повороту снова и снова.
- Дедушка, - окликнула я. - Мы заблудились?
- Нет, - уверенно ответил он. - Просто следуйте за мной.
- А как же остальные? Торговцы, послы?
- Их встречают специальные проводники.
- И в чём же секрет?
Архин усмехнулся:
- Когда будем на месте, я всё тебе расскажу. А вообще, эта защита считывает намерения. Чистые помыслы - путь будет открыт. Злые и придётся блуждать до самой смерти.
Через час архин свернул резко влево, кареты втянулись в узкий, как горлышко кувшина, коридор. С каждым метром проход всё ширился, и вот мы оказались на вместительной каменной площадке.
- Привал, - объявил дедушка. - Обед пропускать нельзя.
Мы расселись на камнях, доставая припасы. Простая еда: чёрствые лепёшки, сыр, вяленое мясо, сушёные ягоды. Правда, в таких условиях вся эта нехитрая снедь казалась невероятно вкусной!
- Внучка, - дедушка поманил меня пальцем, и мы отошли подальше от основной стоянки. – Я всё думал признаваться тебе или нет, - он как-то странно, с нескрываемой грустью на меня посмотрел. - Ты, как оказалось, дочь принца Родерика…
Он прошёлся туда-сюда, закинув руки за спину, вновь остановился напротив меня и договорил:
- В общем, это по моему приказу убили Эдмунда Леваньер.
Я изумлённо замерла, пытаясь переварить только что услышанное.
- Когда я узнал, как он с тобой обращался, и что выслал в монастырь и даже охраны не приставил к ребёнку… - голос деда дрогнул. - Моя внучка, кровь моей крови! Я не мог подобного спустить!
Он глубоко вздохнул, стараясь совладать с обуревавшими его эмоциями:
- Мой человек, Рарок, проник в замок. Отпер ворота. Под покровом ночи провёл отряд степняков прямо в покои графа. Один удар кинжалом - и Эдмунд Леваньер перестал существовать.
Архин помолчал, глядя в пустоту:
- Мальчик… Его сын и наследник, кажется, Кевин… Он проснулся от шума, выбежал из своей опочивальни и в итоге тоже погиб.
Я продолжала молчать.
- И я не жалею ни о чём, - твёрдо заявил дед. - Я отомстил за тебя единственным доступным способом. И защитил. Эдмунд был чудовищем. Он морил голодом беззащитного ребёнка, запирал в холодной башне. За это одна кара. Смерть.
Странно, но известие об организованном убийстве отчима не вызвало во мне ни гнева, ни печали. Я сожалела лишь о безвременно ушедшем Кевине, мальчик был ни в чём не виноват…
- Если ты меня не простишь, я всё пойму, - тихо добавил старик. Я, ни секунды не колеблясь, сделала к нему шаг и крепко обняла.
Эдмунд Леваньер. Его холодные глаза никогда не смотрели на меня с любовью. Он всегда глядел на меня лишь с отстранённой брезгливостью. Порой, если я делала что-то, что ему не нравилось, на его лице вспыхивало презрение вперемешку с раздражением. Я не помнила от него ни одного тёплого слова, ни одной скупой улыбки.
Теперь же я понимала, почему он так ко мне относился. Я была дочерью принца, а для него никем. Напоминанием о том, что его жена любила другого. Что он растит чужого ребёнка, несёт на плечах не свою тайну.
Сколько же яда скопилось в его душе за те годы? Сколько ненависти к девочке с такими же рыжими волосами, как и у почившего Родерика?
- Иногда думаю, - произнесла вслух, - какой могла бы быть моя жизнь? Если бы отец выжил. Если бы мама не умерла. Принцесса во дворце, окружённая заботой и любовью родителей.
- Не сожалей, - мягко прервал дедушка. - Ты стала такой сильной, благодаря выпавшим на твою долю испытаниям. А ещё ты свободна, никто не диктовал тебе, как думать. Там же, подле трона, всё совсем иначе…
Я улыбнулась:
- Мудрые слова. Прошлое не изменить. Можно только принять и идти дальше.
- Верно, внучка. Идти дальше.
Час спустя, утолив свой голод и напоив лошадей, наш караван снова тронулся в путь.
Постепенно туман становился всё тоньше, всё призрачнее и в итоге исчез совсем. А перед нами открылся вид на долину внизу, тонущую в густых сумерках.
Поперёк всего ущелья, от склона до склона, вздымалась исполинская стена. Вдоль её верхнего края тянулась череда факелов, их пламя трепетало на ветру, отбрасывая затейливые, пляшущие тени на грубый камень. Через равные промежутки виднелись массивные дозорные башни.
В центре стены чернели внушительные ворота, сейчас плотно закрытые.
- Пограничная застава, - пояснил архин. - Последняя проверка перед входом в Вийхерм.
Я сделала глубокий вдох. Где-то там, за огнями, у нас начнётся новая жизнь. Жизнь без бегства, без страха, без необходимости скрывать свою силу.
- Готова? - спросил дедушка.
- Готова, - твёрдо ответила я.
Мы, сев в карету, не спеша покатили вниз, навстречу огням.
Позади остались земли Арденна, бескрайняя степь, и наше прошлое, которое станет крепким фундаментом для настоящего и будущего.
Мы медленно спускались по тропе, и огни пограничной заставы становились всё ближе, превращаясь из крошечных искр в ровное, тёплое пламя факелов. Исполинская стена, перегородившая ущелье, вырастала из скал, составляя с ними единое целое. Она выглядела не как творение рук человеческих, а как часть самой горы, которой придали форму волей древнего титана. Когда до ворот оставалось не более сотни метров, из бойницы над ними раздался громкий голос:
- Кто идёт? Назовите себя!
Мои люди остановились, с тревогой поглядывая на грозные укрепления. Дедушка, однако, лишь усмехнулся и, покинув карету, прошёл вперёд. Его фигура в свете факелов казалась хрупкой, но исполненной неоспоримого достоинства.
- Архин Велан, герцог Монтрайн, Хранитель Священной Реки, вернулся домой!
На стене ненадолго воцарилась тишина, а затем тот же голос ответил, но уже с нотками раздражения и насмешки:
- Не лги, странник! Архин Велан давным-давно почил! Возвращайтесь туда, откуда пришли, или мы нашпигуем вас стрелами!
- Ах ты, Петро, щенок! - беззлобно вскричал архин, и в его голосе прорезались нотки, какие бывают у учителя, отчитывающего нерадивого ученика. - Кто тебя поставил охранять проход? Твой дед, небось, в гробу перевернулся от твоего усердия! - и резко вскинул свой посох. Навершие вспыхнуло ослепительным, чистым светом, на мгновение разогнав сумрак и заставив тени метнуться прочь. Свет был настолько ярким, что я невольно прищурилась.
Благодаря своим сверхчеловеческим способностям, я расслышала испуганное шушуканье за толстыми стенами ограды, затем торопливые шаги и лязг засова. Створки исполинских ворот почти без скрипа разошлись в стороны, открывая нам путь.
Наш караван медленно въехал в широкий тоннель, прорубленный в толще скалы, и оказался на другой стороне. Отсюда дорога круто уходила вниз, змеясь по склону горы. И там, вдали, насколько хватало глаз, раскинулась долина. Нет, не так. ДОЛИНА!
- Это Хрустальная долина. Слева гора называется Отец, напротив Сын, - пояснил дедушка. - Наша столица, как вилишь, жмётся к Отцу.
Тысячи огней Аройо мерцали в темноте, словно кто-то бросил на чёрный атлас скалы горсть бриллиантов.
Строения, освещённые факелами, поднимались по склонам, располагаясь ярусами, создавая иллюзию звёздного неба, упавшего на землю.
Красиво словами не передать насколько!
Я смотрела на это великолепие, затаив дыхание. Это было самое прекрасное и одновременно самое странное зрелище в моей жизни. Город начинался у подножия и полз по горе вверх, будто стремясь разрастись до самой вершины, терявшейся где-то там, за Пеленой. Многие здания были возведены и на крутых склонах тоже, невообразимым образом цепляясь за уступы, как гнёзда гигантских птиц.
- Кроме столицы есть и другие города, селения, - тихо сказал дедушка, встав рядом со мной у края дороги, - отсюда их не видно, надо обогнуть Аройо и проехать дальше. Земли Монтрайнов в дне пути отсюда, на севере.
Насладившись открывшимся видом, мы продолжили спуск. Повозки почти бесшумно катили по вымощенной гладкими плитами дороге. По обеим сторонам тянулись ухоженные, террасные сады. Зима давно закончилась, но здесь всё ещё местами лежал снег. В холодном ночном воздухе витали запахи цветущих растений и ещё чего-то едва уловимого, пряного, ароматного.
- Магические огороды, - подтвердил мои догадки дедушка. - Священная река течёт очень близко к поверхности Хрустальной и питает её круглый год. Каждая семья в Вийхерме, от простого рудокопа до герцога, имеет право на определённую часть урожая напитанных силой растений. Эти дары реки принадлежат нам всем, благодаря магии поддерживается здоровье всех вийхермцев. Никто не голодает, никто не болеет так, как в Арденне.
Я задумчиво кивнула. Плюсик в карму местного правителя.
Когда мы въехали на улицы Аройо, нас уже встречали. Десяток воинов в кожаных доспехах и плащах цвета ночного неба почтительно склонили головы. Их предводитель, молодой аристократ с серьёзным лицом, подошёл к нашей карете.
- Ваша Светлость, - коротко кивнув, заговорил он с архином. - Король Эргон ждёт вас. Прошу следовать за нами к дворцу.
Он бросил взгляд на наш небольшой караван.
- Ваши люди, милорд, будут размещены при городской управе. Их накормят и предоставят всё необходимое для отдыха.
Замок короля Эргона Справедливого не был похож ни на что, виденное мной ранее. Он не просто возвышался над городом, а являлся его венцом. Его каменные башни, облицованные светлым кварцем, устремлялись в небо, отражая и преломляя свет факелов.
Сами дома в городе тоже были удивительными. Они словно повторяли естественные изгибы скал, будучи частично высеченными прямо в камне. Крыши, покрытые толстым слоем дёрна, на котором даже сейчас виднелась зелёная трава, плавно переходили в склон горы, делая жилища частью пейзажа. Окна были вовсе не узкими, а достаточно широкими. Их проёмы закрывали тончайшие, полупрозрачные слюдяные пластины. Они не давали ясной картины, но пропускали мягкий, рассеянный свет в дневное время. И не давали холодному ветру выстудить помещения.
Из жилищ высыпали люди и провожали нашу карету полными любопытства глазами. Они смотрели на нас без страха или подобострастия, а с вежливым интересом.
Вскоре наша карета въехала во внутренний двор замка.
Слуга отворил дверцу, и я с помощью Стального вышла наружу, Абигейл не отставала от меня ни на шаг.
Массивные двери дворца распахнулись беззвучно, открывая просторный вестибюль. Я ожидала увидеть мрамор, золото, шелка. Но вместо этого нас встретил аскетичный интерьер - отполированный камень стен смягчали только старинные гобелены с изображением исторических сцен.
- Сюда, Ваша Светлость, - молодой аристократ провёл нас через анфиладу залов и подвёл к резным, двустворчатым дверям из тёмного дерева. Стражники, стоявшие по бокам от входа, были в функциональных доспехах без всяких украшений. Это были прежде всего воины, а не декоративные статуи.
Двери тронного без скрипа открылись. Я же невольно затаила дыхание.
Зала была высечена прямо в скале. Её своды уходили ввысь, теряясь в полумраке. Колонны, поддерживающие потолок, сохранили естественную фактуру камня, лишь слегка обработанную резцом. По стенам тянулись скамьи для придворных, покрытые простыми шерстяными накидками.
В дальнем конце помещения, на возвышении, стояли три трона. Центральный представлял собой монолит серого гранита, с украшенной гербом спинкой.
На троне восседал мужчина лет шестидесяти. Тёмные волосы с заметными седыми прядями ниспадали на плечи, спина прямая, взгляд острый. Одет в простую, но из дорогой ткани серую тунику, штаны, сапоги без украшений. Единственным знаком королевской власти служила корона - обруч из потемневшего золота с крупным рубином в центре.
Слева и справа от Его Величества, на тронах поменьше, замерли двое: женщина средних лет в скромном платье цвета ночного неба и мужчина лет двадцати, молодая копия Его Величества.
Едва мы вошли, король Эргон поднялся. Его движения были быстрыми и уверенными, даже порывистыми.
- Велан! - голос монарха разнёсся по залу. - Старый упрямец, неужели это ты?
Он быстро спустился по ступеням, на его суровом лице проступила искренняя улыбка. Дедушка шагнул навстречу, и они обнялись, как братья.
- Эргон, - архин тоже улыбался. - Рад видеть тебя в добром здравии!
- Я поначалу не поверил докладу, думал, ошибка, откуда здесь взяться великому магу, который давно перешагнул за грань?! - король отстранился, окидывая деда оценивающим взором. - А ты вон, жив, живёхонек, да ещё выглядишь лучше меня, а-ха-ха! В чём секрет твоего исцеления? - хитро покосился на меня Его Величество.
- В любви, - просто ответил деда и обернулся к нам. - Позволь представить: леди Гвендолин Леваньер, моя внучка, и леди Абигейл, её сестра по отцу.
Я давно замерла в глубоком реверансе, Аби тоже.
Король подошёл ближе, и я почувствовала на себе внимательный взгляд голубых глаз. Мужчина изучал меня с интересом, но без враждебности.
- Значит, ты дочь Исо, - тихо произнёс он. - Да, сходство определённо есть. Те же глаза, черты лица. Встань, дитя… Добро пожаловать домой.
- Благодарю, Ваше Величество, - я медленно выпрямилась и искренне улыбнулась.
Королева и наследник тоже спустились с возвышения. Глаза Её Величества сияли теплом и доброжелательностью.
- Я королева Астрид. А это наш сын, принц Торвальд. Мы рады видеть семью герцога Монтрайна в полном составе.
Принц вежливо кивнул. В его взгляде я уловила любопытство и настороженность? Тем не менее последнее вполне естественно, я для них всех чужачка, пусть и с правами по крови.
- Вы проделали долгий путь, - вновь заговорил монарх. - И, полагаю, непростой. Велан, что случилось в Арденне? Почему ты привёз внучку сюда?
Дедушка коротко поведал о событиях последних месяцев: о пробуждении во мне магии, о битве с кочевниками, о решении покинуть Арденн.
- Леди Гвендолин не захотела быть игрушкой в руках Эдуарда? - проницательно сверкнул глазами Его Величество. - Ты верно поступила, решив уйти, - он снова посмотрел на меня. - Мой венценосный собрат, увы, любит играть человеческими судьбами. Не считаясь с желаниями людей.
- А под вашей рукой всё будет иначе, Ваше Величество? - не сдержала я давно мучивший меня вопрос. И хотя дедушка уверял, что Эргон адекватный, и вообще «свой в доску», он прежде всего правитель пусть и не большого, но королевства. А это обстоятельство накладывает определённый отпечаток на характер, и, как следствие, на поступки.
- Иначе. Будь уверена, внучка архина, - ни на секунду не замешкавшись, отозвался Его Величество, вмиг посерьёзнев. - Тут у нас жизнь простая. Земли хватает всем, работы тоже. И тебя никто не будет беспокоить. И уж точно призывать сражаться с неведомыми врагами или сватать за выгодного стране жениха.
Я сделала короткий книксен, благодаря его за ответ.
- Предлагаю подробности вашего обустройства на новом месте обсудить завтра. Сейчас вы устали. Для вас уже отведены покои, - кивнул Эргон, позади нас мигом, словно из воздуха, появились слуги, готовые сопроводить, куда положено.
- Благодарю за гостеприимство.
- Не благодари. Это твой дом. Ты наследница рода Монтрайн. Вийхерм - твоя родина, даже если ты родилась не здесь. А теперь ступайте.
Мы с Абигейл почти одновременно присели в коротком книксене и шагнули было в сторону выхода, когда я заметила, что дедушка вовсе не идёт за нами.
- Иди, иди, дочка, - кивнул он мне. - Мне нужно с Его Величеством перемолвиться словечком, - негромко, так, чтобы услышала только я, добавил он.
Покои оказались под стать всему тому, что я уже успела увидеть в этом замке: просторные, удобные, без излишеств. Каменные стены смягчали шерстяные ковры, в камине весело потрескивал огонь. Бойницы под потолком выходили на спящий город. Нам принесли поздний ужин, мы с удовольствием всё съели, после чего умылись и переоделись в ночные платья.
- Гвени, - сонно пробормотала Аби, устраиваясь на широкой кровати, - я боялась, что тут люди злые, а они не злые. И король любит улыбаться. Правда, это первый король, с которым я познакомилась, но, думаю, Величества точно не смеются вот так громко… Мне он понравился.
- Это хорошо, - глядя на её сонное личико, улыбнулась я.
Впервые за долгие месяцы я чувствовала, что могу по-настоящему расслабиться. Никаких врагов у ворот, никаких интриг, никаких шпионов за каждым углом, впрочем, этот момент под вопросом.
Я потёрла ладони в предвкушении - впереди много интересной работы. И начну я сразу же, как окажусь на землях дедушки.
***
Интерлюдия
Архин Велан и Его Величество Эргон устроились в креслах у жарко горящего камина. Кабинет короля, как и всё во дворце, отличался спартанской простотой: книжные полки, карты на стенах, массивный стол из морёного дуба.
Слуга, разлив вино по кубкам, поставил их на столик между мужчинами и тихо удалился, плотно прикрыв за собой дверь.
- Итак, Велан, теперь, когда мы одни, расскажи всё. Какого толка магия у твоей внучки? Целительская? Ты вон как оздоровился! Чудо, просто чудо… И что нам от неё ждать?
Старый чародей сделал глоток терпкого напитка, собираясь с мыслями:
- Гвени магиня света. Но не такая, как я или другие известные чародеи.
- В чём же отличие?
- Её сила не зависит от магических рек. Она… иного толка и подпитывается от самого солнца.
Король нахмурился:
- От солнца? Это невозможно. Пелена плотно закрыла небесный свод и вот уже много веков ни лучика не пропустила…
- Внучка придумала устройство… эм-м, артефакт, который пробивает Завесу.
Эргон резко поставил кубок, вино чуть не выплеснулось через край:
- Что ты сказал? Артефакт, способный убрать Пелену? Так она маг света или артефактор?! - вскричал он, с трудом сдерживая недоверие, чтобы не обидеть дорогого гостя.
- Хочешь - верь, хочешь - нет. Вскоре, вероятно, уже завтра, ты всё увидишь своими глазами, наберись терпения. У моей Гвени великая цель, - деловито продолжил архин, - она собирается вернуть миру солнце. Уничтожить Пелену навсегда. И у неё это непременно получится.
Его Величество встал, прошёлся по кабинету, остановился у камина.
- Велан, это всё звучит как бред… Просто безумно. Если у леди Леваньер всё получится… О-о-о… Магические реки снова пробьются на поверхность, освободившись от тысячелетнего подземного плена. И тогда…
Король вернулся к столу, тяжело опустился в кресло:
- Допустим, я поверю в эту… затею. Что вам понадобится от меня?
- Время. Защита от любопытных глаз. И, когда потребуется, пропуск к магической реке.
- А если Гвендолин потерпит неудачу? Если погибнет?
- Тогда мир останется таким, какой есть, - пожал плечами Велан.
- Хорошо, - Эргон залпом осушил свой кубок. - Я дам вам всё необходимое. Эдуард Третий наверняка локти кусает, упустив леди Леваньер. Ему невыгодно возвращение солнца. У него всё под контролем, маги и знать полностью подчинены его воле. Странно даже, что он не убил твою внучку.
- Понимаешь… Она и его внучка тоже… Только поэтому Гвени всё ещё жива, - как на духу выложил старый маг.
Эргон, ошеломлённо моргнув, замер с пустым кубком у рта.
- Вот оно, значит, как, - несколько секунд спустя выдохнул монарх, медленно опустил руку, поставил сосуд на стол.
- Я так же убеждён, что Эдуард недооценивает Гвени и не сильно переживает о том, что она способна уничтожить всю пелену. Вокруг всей планеты, - фыркнул Велан. - Пусть и дальше заблуждается. Нам так даже спокойнее.
- Я не знаю, что сказать, дружище, но имей в виду, если магия леди Леваньер станет угрозой жителям Вийхерма и моей власти, я приму меры. Понимаешь?
- Понимаю. Но этого не случится. Гвендолин… особенная. Она желает лишь сделать мир лучше. Помочь всем вокруг.
- Дай-то боги, дай-то боги, - покачал головой Эргон. - Говоришь, солнце вернётся в наш мир? Не верится…
Утро в Гойро было таким же тусклым, как и в любой точке нашей планеты.
С помощью служанки я быстро оделась и позавтракала.
Мне нужно было зарядить своих нанитов, а для этого следовало активировать Ловца, который я ни разу за всё время путешествия так и не вынула, в большей степени, чтобы не привлекать внимания врагов в степи.
Послав Эллу с поручением к сэру Рику, отправилась в одну из башен дворца. Дедушка уже должен был всё рассказать королю, потому я не боялась гнева правителя этих земель.
Очутившись на площадке башни, с удовольствием вдохнула чистый морозный воздух.
Отсюда открывался просто сногсшибательный вид на окрестности.
Стальной поднялся ко мне, держа в руках заколоченный ящик. Умело выдернув гвозди, он убрал крышку и вынул Ловца света.
Я посмотрела вниз и увидела суету во внутреннем дворе замка. Королевская семья вместе с моим дедушкой замерли по центру и, запрокинув головы, глядели точно на меня.
Я не сдержалась и помахала им рукой.
Дедушка ответил тем же, а вот Их Величества и Его Высочество лишь кивнули, их лица выражали скепсис и даже скуку.
Тихо хмыкнув, я отвернулась и подошла к Ловцу. Рик положил детали устройства на пол, подле ящика. Я, хрустнув пальцами, приступила к сборке.
Соединив все детали в единое целое, я, удовлетворённо кивнув, поставила Ловца на короб и нажала кнопку активации. Механизм утробно загудел, набирая мощность.
Один… Два… Три!
Столб ослепительного света ударил в небо. Чистый, белый, несущий в себе концентрированную энергию. Воздух вокруг ощутимо задрожал.
Луч коснулся Пелены, и произошло чудо.
В сером полотне появилась прореха. Сначала небольшая, едва заметная, но с каждым мгновением становившаяся всё больше. Свет Ловца стремительно поглощал седую плотную взвесь вековой Завесы и вот пробил её насквозь, позволяя солнцу заглянуть к нам в гости.
Тёплые, золотистые лучи хлынул на землю Вийхерма впервые за сотни лет.
Внизу раздались крики. Люди всё выбегали и выбегали из своих домов, останавливались как вкопанные, не веря своим глазам. По их щекам текли слёзы радости, потрясения, благоговения.
Я видела, как королева Астрид прижала ладонь к губам, не в силах поверить и осознать происходящее. Как принц Торвальд вскинул руки, будто пытаясь поймать свет солнца, впрочем, так поступил не он один.
Король тоже поднял лицо, но глаза его были закрыты. Он наслаждался теплом. Он отдался этому чудесному моменту, растворившись в нём без остатка.
Прореха продержалась, как и всегда, чуть больше часа, после чего быстро заросла опостылевшей магической взвесью.
Я снова разобрала своего Ловца, уложила детали в ящик, и легко спрыгнула с крыши, приземлившись аккурат рядом с дедушкой. Во дворе царила тишина. Все взоры были направлены на меня.
- Если кто-то получит ожог, дайте ему магическую настойку, - нарушила молчание я. - Или мазь.
Король медленно кивнул, но заговорил о другом:
- Леди Гвендолин, я прожил долгую жизнь, но никогда не думал, что увижу солнце. Дитя, делай, что должно. Весь Вийхерм будет помогать тебе. Отныне нет в моей душе места сомнениям. Ты вернёшь нам светило. Скажи, что от меня потребуется?
- Если у вас есть возможность достать информацию о том, где хранятся артефакты, созданные из камней света или тьмы, вы значительно облегчите мне задачу.
- Я запрошу свитки у нашего армариуса, вероятно, у него что-то сохранилось.
- Спасибо, - поблагодарила я. - И мне нужен доступ к вашей магической реке.
- Сегодня же его тебе выпишу.
Довольная сверх всякой меры, остаток дня я посвятила себе и ничегонеделанью. Когда у меня было так? Кажется, никогда.
А следующим утром мы отправились на земли Монтрайн.
Сборы прошли быстро. На улицы столицы высыпали горожане, чтобы всем миром проводить меня и моих людей. Они смотрели на нас, кланялись и робко улыбались.
Наш небольшой караван покинул Гойро и покатил на Север.
Дорога шла через всю Хрустальную долину.
Отец и Сын обрамляли долину с двух сторон, создавая естественную защиту от ветров.
Я отодвинула дощечку, закрывавшую оконный проём, чтобы насладиться и впитать в себя всю эту невероятную красоту. На террасах, шедших по склонам, росли культуры, которых я никогда раньше не видела, среди них выделялись растения с серебристыми листьями, едва заметно сияющие.
- Лунный корень, - пояснил дедушка. - Растёт только если магическая река достаточно близко к поверхности, из него делают целебные настойки и просто употребляют в пищу.
Тут и там вились узкие каналы, по которым струилась вода с лёгким белым отливом. Крестьяне, работавшие на полях, при виде нашего кортежа выпрямлялись и кланялись, но без подобострастия, с достоинством свободных людей.
Ночь провели под небом. А утром добрались до пограничного камня.
Монолит чёрного базальта возвышался на три метра. Время и непогода не смогли стереть глубоко вырезанный в нём герб Монтрайнов - горный козёл с мощными рогами.
У камня нас уже ждали. Мужчина лет пятидесяти в простой, но добротной одежде стоял во главе небольшого отряда. Наша карета остановилась, он снял шапку и преломился пополам, за ним повторили и все его сопровождающие.
- Ваша Светлость! - его голос дрогнул от волнения. - Добро пожаловать домой! Уж и не чаяли увидеть вас вновь!
Дедушка покинул экипаж.
- Тарвид, старый друг, - архин обнял мужчину, хлопнул по плечу. - Как я тебе рад! Знакомься, моя внучка, леди Гвендолин, новая герцогиня. Гвени, это сэр Тарвид, вот уж много поколений его род присматривает за нашими землями.
Сэр Тарвид низко мне поклонился:
- Миледи, клянусь служить вам верой и правдой!
Я мягко улыбнулась и поблагодарила его за преданность Монтрайнам.
Дедушка и я пересели на своих лошадей, чтобы спокойно побеседовать с управляющим.
- Земли в порядке, Ваша Светлость. Урожай прошлого года был хорош, хватило всем и даже осталось. Крестьяне все здоровы. Замок содержится в исправности, - без запинки отчитывался старый рыцарь.
Замок дедушки показался через час неспешного хода.
Он не был похож на грозные крепости Арденна или величественный дворец Эргона. Построенный из местного серого камня, он выглядел пусть и неказисто, зато надёжно. Украшали его три башни неравной высоты, соединённые между собой крытыми переходами.
Во дворе нас встретила вся челядь. Пожилая женщина, опираясь на палку, вышла вперёд:
- Господин Велан… Получив весть из дворца, что вы вернулись, я уж было подумала, что это чья-то неудачная шутка… Но нет, это вы. Только отчего-то моложе, - широко улыбнулась она. Удивительно, несмотря на почтенный возраст, все её зубы были на месте!
- Дари! - дедушка спешился и обнял экономку. - Как же я рад, что ты меня дождалась!
- И я рада, - всхлипнула она.
Меня провели по замку. Он был меньше Грейстоуна, но в каждом камне чувствовалась история. Кабинет деда занимала всю восточную башню: полки с пыльными сосудами, столы с загадочными приборами. Безжизненные куски камней света.
- Всё как вы оставили, милорд, - прокомментировал Торвид. - Я приказал ничего не трогать.
Библиотека располагалась этажом ниже. Десятки томов, свитки, манускрипты. А в подвале…
- Винные бочки? - удивилась я.
- Да-а, - довольно прищурился деда, - вон то из особого сорта винограда… М-м… вкуснотища!
Вечером мы собрались в большом зале. Стол ломился от еды: жаркое из оленины, свежий хлеб, сыр, запечённые овощи, рыба, птица, вино…
- За нас! - поднял кубок дедушка.
- За нас! - откликнулись мы хором.
После ужина я вышла из замка, чтобы подышать свежим воздухом и увидела Мари с Розалиндой, сидевших на лавочке у стены. Они меня не заметили, я же, не желая подслушивать, собралась было уйти, но слуха коснулось моё имя, и я невольно замерла.
- Гвени выглядит счастливой. Никогда не видела, чтобы она так часто улыбалась, - делилась с Розой Мари.
- Ведь не просто улыбается, смеётся, - кивнула Роза.
- Покинув Арденн, я ещё ни разу не пожалела о принятом решении, - помолчав, призналась Мари. - А ты?
- И я не жалею, и пусть я могла остаться там, в Грейстоуне, на интересной работе, я всё же уже не мыслю себя без…
- Без?
- Солнца.
- А оно там, где Гвени, - понимающе кивнула мисс Тилби.
- И, конечно, без вашей дружбы, - Розалинда ласково приобняла Мари.
- Признаюсь, и я уже не могу без истинного света. И не мыслю себя без тебя и Гвендолин - вы моя семья. Куда я без вас? А ещё мне просто некуда идти, да и чем дальше от Греймура, тем безопаснее Грете.
Я тихо шагнула назад и вернулась в замок, поднялась в отведённые покои. Комната была обставлена старинной, но удобной мебелью. На столе уже лежали мои письменные принадлежности.
Переодевшись, легла на кровать. На сердце было легко и спокойно.
Засыпая, думала, что я дома. Наконец-то дома.
- Тадададааам, тадададааам… - пропела я себе под нос вступление пятой симфонии Бетховена и, замолчав, разложила на массивном дубовом столе, освещённом двумя масляными лампами, чистые листы пергамента, угольные карандаши и точные измерительные инструменты, которые я сделала для себя сама.
Огонь в камине едва горел, но я не замечала холода, полностью увлечённая поставленной задачей.
Мне предстояло перенести на бумагу всё, что я придумала, чтобы сотворить «Гармонизатор».
Первый вариант «Ловец света» был гениальным в своей простоте, он собирал рассеянную энергию и концентрировал её. Новое устройство должно было стать чем-то несравненно более сложным. Не коллектором, а дирижёром. Не линзой, а камертоном, способным заставить петь весь мир в унисон.
Мои пальцы летали над пергаментом, выводя сложные схемы. В основе «Гармонизатора» лежал тот же принцип, что и у «Ловца», но увеличенный в десятки раз. Он должен был собрать колоссальное количество энергии, но не для того, чтобы выстрелить ею в одну точку над замком дедушки. Его задача - выпустить всенаправленный, резонансный импульс, который, будто круги по воде, разойдётся по всему миру. Каждый артефакт на планете, каждый осколок камня света или тьмы должен был откликнуться на этот зов, войти в резонанс и стать частью единой системы. Как оркестр, где каждый инструмент играет свою партию, но все вместе создают симфонию.
Целью новой установки будет инициация цепной реакции.
Чтобы запустить эту реакцию, мне понадобятся несколько ключевых компонентов.
Ядро. В отличие от «Ловца», которому хватало десятка небольших кристаллов, «Гармонизатору» требовался центральный фокусирующий элемент невероятной чистоты и размера. Кристалл, способный без потерь принять и мгновенно перенаправить энергию, достаточную для питания целого мегаполиса, а то и двух. Местное железо могло стать каркасом, клеткой для этого титана, но не в том виде, в каком оно здесь существует.
Я откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. Задумалась.
Я уже делала это. Уже создавала композит. Примитивный, грубый, но он работал. Дуги для арбалетов, получившиеся в итоге, были прочнее чистой стали и гибче выдержанного тиса. Принцип был верным. Осталось лишь усовершенствовать его.
Снова посмотрела на чертёж. Мне не нужна просто прочность. Ещё мне нужна и идеальная проводимость, чтобы энергия текла по каркасу без потерь.
Идея оформилась мгновенно, ясная и совершенная. Обычная металлургия здесь бессильна. Мне придётся использовать нанороботов для создания принципиально нового материала.
Наниты извлекут чистый углерод из угля и соберут из него, атом за атомом, углеродные нанотрубки для прочности и графеновые слои для проводимости.
Затем, когда расплавленное железо начнёт остывать и кристаллизоваться, мои помощники вплетут эти структуры прямо в формирующуюся решётку металла.
В итоге получится невиданный прежде композит: прочный как алмаз и проводящий энергию почти без потерь.
Я открыла глаза, удовлетворённо улыбаясь, и, взяв карандаш, вернулась к чертежам.
Дальше. Эмиттеры. Главной частью установки должны были стать не приёмники, а передатчики. Десятки настраиваемых резонансных эмиттеров. Каждый из них нужно будет откалибровать на уникальную энергетическую частоту одного из древних артефактов, будь то телескоп, как в аббатстве, или другие, ещё не найденные Камни Света и Тьмы. Когда я подам сигнал, эти эмиттеры «позовут» артефакты, заставят их пробудиться и высвободить всю ту энергию, что хранится в них вот уже много веков.
Третье. Источник запуска. Чтобы «включить» такую систему, требовался чудовищный первоначальный импульс. Моих личных резервов не хватит. Даже вместе с тем, что есть у Ловца.
Мне придётся сначала полностью зарядить сам «Гармонизатор» от солнца, возможно, на это уйдёт нескольких недель, а затем направить всю эту накопленную мощь на инициацию цепной реакции.
Я отодвинулась от стола, глядя на получившийся супер сложный чертёж, похожий на диковинный механический цветок. План был гениальным и безумным одновременно. Я собиралась использовать древние артефакты, разбросанные по всему миру, как бомбы, направленные не на землю, а в небо. Каждый из них, откликнувшись на зов «Гармонизатора», выстрелит собственным лучом энергии в нависшую над ним Пелену.
Сотни одновременных ударов по всей планете. В разных точках, в разных частях света.
Завеса, какой бы прочной она ни была, не сможет выдержать такого. Она сгорит, не оставив после себя и следа.
Я смотрела на свои чертежи и губ коснулась улыбка от возникшей ассоциации: в этот раз я открою не просто окно, я обрушу на этот мир само небо. Надо же, как поэтично.
Настроение было просто прекрасным, замечательным. На сердце было легко, и мне хотелось петь днями напролёт, слушать дедушкины сказки, рисовать с Аби чудные пейзажи, окружавшие земли Монтрайн.
А ещё мне очень полюбились прогулки с сэром Риком. Никакого сопровождения, никаких шепотков за спиной о том, что мы как-то не так себя ведём.
***
Вечера в Вийхерме были не похожи ни на что, виденное мной ранее. Когда размытое пятно, бывшее нашим солнцем, уходило почивать, горы не погружались во тьму.
Склоны начинали светиться мириадами крошечных огоньков - это просыпались фосфоресцирующие мхи и лишайники, покрывавшие камни. Долина наполнялась мягким, серебристо-голубым сиянием, словно отражая звёздное небо, которого мы были лишены.
В такие вечера, устав от чертежей и расчётов, я любила гулять по тропам, вокруг замка. И моим неизменным спутником был Рик.
Вот и сегодня мы шли в тишине, нарушаемой лишь хрустом гравия под нашими ногами и тихим шелестом горного ветра. Воздух был чистым, пахнущим хвоей и талым снегом. Я остановилась у края тропы, мы поднялись выше, и теперь замок лежал как на ладони. Гнездо Монтрайнов освещали огни множества факелов, и с нашей позиции мерещилось, будто здание увешано крупными драгоценными камнями.
- Как же здесь красиво и спокойно, - выдохнула я, и облачко пара растаяло в прохладном воздухе. - Впервые за долгое время чувствую, что можно просто дышать. Никакого внутреннего напряжения. Можно расслабиться и не ждать удара в спину, не готовиться к битве. Просто жить.
Рик встал рядом. Он не смотрел вниз, он смотрел на меня.
- Вы заслужили этот покой, Гвендолин, - тихо заметил он. - Больше, чем кто-либо из тех, кого я знаю.
Я повернулась к нему. В его серьёзных серых глазах отражался мягкий свет долины, и они казались расплавленным серебром.
- Ну уж, не преувеличивайте, - я позволила себе лёгкую улыбку.
Мы долгое мгновение смотрели друг на друга. А затем Ричард сделал шаг ко мне, накрыв меня своей тенью.
- Гвендолин, я уже вам это говорил, но хочу повторить: я приехал в Каменный Дол по приказу короля, чтобы служить графине Леваньер. Моим заданием было охранять титул, земли, политическую фигуру.
Он осторожно взял мою руку в свою. Его ладонь, покрытая шрамами и мозолями, была горячей и сильной.
- Но спустя месяцы мой долг перестал быть просто службой. Вы стали моим сердцем.
От этих слов и его прикосновений моё собственное сердце забилось так сильно, что я на мгновение испугалась, как бы оно не выпрыгнуло наружу. Я, словно заворожённая, ловила каждое сказанное им слово, боясь отвести взор от его сурового, такого красивого лица.
- Я не знаю, какое будущее нас ждёт, - продолжил он, и его голос дрогнул от едва сдерживаемых эмоций. - Но… Я хочу быть не просто вашим щитом, я хочу стать вашим возлюбленным…
И тогда он, мой несокрушимый Чёрный Волк, лучший рыцарь короля, опустился передо мной на одно колено, всё ещё держа мою руку в своей.
- Гвендолин Леваньер, я не могу предложить вам королевства или богатства. Я могу предложить вам только свою жизнь, свой меч и своё сердце. Прошу вас, окажите мне величайшую честь. Станьте моей женой.
Слёзы сами покатились по щекам. Это были слёзы тихого, безграничного счастья. Я, пережившая предательство, изгнание и войну, стоявшая на пороге изменения всего мира, вдруг почувствовала себя просто женщиной, которой только что предложили принять бесценное сокровище. Любовь.
- Да, - прошептала я, и мой голос сорвался. - Ричард, да.
Мужчина широко улыбнулся и, надев мне на палец золотое колечко, украшенное изумительным изумрудом, встал. И, подхватив меня на руки, закружил в своих объятиях.
А после поцеловал…
Поцелуй обрушился на меня как лавина, сметая все мысли и сомнения. Губы Рика были требовательными и нежными одновременно, в них чувствовались месяцы сдерживаемой страсти. Он крепче, плотнее прижал меня к себе, я обвила руками его шею, отвечая с не меньшим пылом.
Мир вокруг перестал существовать. Не было холодного ночного ветра, не было предстоящих испытаний, только он и я, наконец-то позволившие себе быть просто мужчиной и женщиной, которые любят друг друга.
С трудом оторвавшись друг от друга, прижались лбами. Я с нежностью смотрела в его полные счастья серые глаза. У меня снова защипало в носу.
- Я люблю тебя, - прошептал он. - Люблю так, что порой не могу дышать.
- И я тебя люблю, мой Волк, - ответила я, касаясь пальцами его щеки. - Безмерно…
Утренний свет, привычно тусклый, пробивался сквозь бойницу. Я проснулась и первым делом посмотрела на левую руку. Изумруд в кольце мягко мерцал, отражая скудные лучи.
Я невеста.
Скоро стану женой Ричарда Стального, Чёрного Волка.
Эта мысль наполнила меня теплом и одновременно напомнила об ответственности. Как совместить личное счастье с задуманным непростым делом?
Спустившись в большой зал, я сразу догадалась по царящей в нём атмосфере - новость уже разлетелась по всему замку. Слуги при моём появлении расплылись в улыбках, а Розалинда и Мари заговорщически щурились.
- Ну, наконец-то! - воскликнула Мари, не выдержав первой. - Покажи кольцо!
Не успела я протянуть руку, как в зал вихрем влетела Аби:
- Гвени! Это правда? Ты выходишь замуж за сэра Рика? Правда-правда?
- Правда, милая, - улыбнулась я.
Абигейл бросилась мне на шею:
- Я так рада! Теперь у меня будет не только сестра, но и брат! Настоящая семья!
От её слов у меня защипало в глазах. Эта девочка, пережившая столько потерь, осталась доброй и вовсе не озлобилась на мир и людей. И меня любила искренне, так, как могут обожать только дети.
- Внучка, - следом за сестрёнкой в обеденную залу шагнул дедушка, он тоже хитро улыбался, - а чего это я такую новость узнаю утром и не от тебя, а от Рика.
Тут в помещение шагнул мой жених и… подмигнул мне?! Ричард и подмигнул?! Я лукаво ему улыбнулась и снова посмотрела на архина:
- Прости, дедушка. Всё произошло так быстро… Неожиданно даже для меня! Если честно, я ещё сама пока не до конца осознала своё новое положение.
- Ну-ну, не оправдывайся, - архин подошёл и обнял меня. - Я счастлив за тебя, внучка. Ричард - достойный человек. Редко встретишь такую преданность и честь. А ещё он возьмёт твою фамилию, иное неприемлемо, поскольку он рыцарь, а ты герцогиня. Я, кстати, уже отписал куда надо, скоро бумаги на принятие тебя в род и смене статуса будут готовы. Ты Монтрайн и точка.
Я оглянулась на жениха. Он спокойно кивнул. Значит, для него подобное условие не проблема.
- А свадьба когда? - встряла Аби, подпрыгивая от нетерпения. - Можно я буду нести цветы? И платье красивое надену?
- Конечно, милая, - рассмеялась я. - Но сначала нужно закончить работу над Гармонизатором. Свадьба будет, когда мир снова увидит солнце.
Дедушка недовольно фыркнул:
- Как всегда ты в первую очередь думаешь не о себе! Сначала долг, потом личное счастье. Так не пойдёт, - он хитро прищурился, - ничто не мешает обручиться по-тихому, семейным кругом. А пышную свадьбу сыграть уже под настоящим солнцем.
- Ой, да! - Абигейл захлопала в ладоши. - Свадьба под солнышком! Это будет так красиво!
- Посмотрим, - уклончиво ответила я, чувствуя, как краснею. - Мы с Риком сами всё решим.
- Спеши любить, внучка, - дедушка оглянулся на задумчивого жениха, - оба спешите. И не тяните.
После завтрака я направилась в лабораторию.
Пора начать работу над Гармонизатором.
Дедушкина мастерская занимала всю восточную башню. Для работы мне нужен был только большой стол, тигель и источник углерода.
Я установила тигель на каменную подставку, положила рядом слиток обычного железа и кусок древесного угля высокого качества.
Я положила руки на железный слиток. Нанороботы начали генерировать тепло прямо в точках контакта, разогревая металл изнутри. Это было эффективнее любого горна: нагрев шёл равномерно по всему объёму, без потерь тепла.
Железо начало светиться красным, затем оранжевым. Я переложила размягчающийся металл в тигель, продолжая нагрев через стенки сосуда.
Левой рукой я взяла кусок угля. Наниты начали разбирать его структуру, извлекая чистый углерод, атом за атомом. Это было похоже на то, как тысячи крошечных рук разбирают здание по кирпичику.
Процесс шёл медленнее, чем я ожидала. Формирование каждой нанотрубки требовало точнейшего позиционирования атомов. Наниты выстраивали их в идеальные гексагональные структуры, создавая материал прочнее стали и легче алюминия.
Я прижала руку к светящемуся камню света, что лежал тут же, на столе. Его мне дал дедушка, вынув из своей сокровищницы. Энергия хлынула в меня, восполняя потери. Но я понимала - это временное решение. Для полноценной работы над Гармонизатором потребуется более эффективный способ восполнения сил. А именно: под солнцем. Сегодняшний же эксперимент направлен на другое, он поможет мне понять истинные масштабы задачи.
Первое - энергия. Каждый грамм композита требует точного количества энергии, и теперь я знаю эту цифру. Сорок семь процентов перерасхода - это не случайность, а закономерность. Значит, все мои расчёты придётся пересмотреть.
Второе весь рабочий процесс придётся перенести на крышу башни.
Третье - время. При такой скорости на создание всех компонентов Гармонизатора уйдёт не меньше трёх месяцев. Что же, спешить мне некуда. Кроме как стать женой Ричарда. На этой мысли губы сами растянулись в счастливую улыбку, а сердце сладко запело. Всё моё существо жаждало быть рядом с этим невероятным человеком. И, думаю, я выйду за него замуж в ближайшее время.
Одёрнув себя, вернулась из грёз в хлопотное настоящее.
Как же ускорить процесс сотворения Гармонизатора?
Разве что подняться выше Пелены.
Неужели это возможно?
Пока нет, пока это…
- На грани фантастики. Завеса псевдоразумна, она не даст живому существу себя преодолеть, есть, конечно, вариант пролететь её через прореху, которую делает Ловец, вот только, как вернуться? - предалась размышлениям я, и одновременно с этим пришёл отчёт нанороботов.
Это была ещё более тонкая работа. Графен - материал толщиной в один атом углерода, уложенный в идеальную решётку. Каждый слой должен был быть безупречным, иначе проводимость пострадает.
Прошёл час. Два. Руки дрожали от напряжения. Но я продолжала.
Самая сложная часть. В момент, когда расплавленное железо начало остывать, нанороботы вплели прямо в формирующуюся кристаллическую решётку металла углеродные нанотрубки и графеновые слои.
Я видела, как чёрные нити углерода пронизывают серебристый металл, создавая невероятно прочную и проводящую структуру. Композит, которого никогда не существовало в этом мире.
Я устало откинулась на спинку стула, оторвав руки от тигля, в котором остывал небольшой слиток весом около килограмма.
Я едва держалась на ногах. Создание даже такого небольшого количества композита истощило меня сильнее, чем активация Ловца. Но результат того стоил, передо мной лежал материал будущего.
Спустившись, я услышала голоса в большом зале. Незнакомые. Оправив подол, шагнул в двери, ведомая любопытством.
У камина стояли трое мужчин: первый молодой, с гербом королевского гонца на тунике, второй пожилой в мантии тёмно-синего цвета, третий - могучий бородач с мощными руками, настолько мощными, что, казалось, мышцы вот-вот и прорвут грубую ткань его рубашки.
- А, Гвендолин! - дедушка поманил меня к себе. - Король Эргон прислал тебе помощников.
Гонец поклонился:
- Миледи, - и протянул мне свиток с королевской печатью. Я пробежала глазами текст, это было официальное разрешение на доступ к любым ресурсам королевства.
Пожилой учёный шагнул вперёд:
- Я мейстер Харри Донован, главный армариус королевской библиотеки. Привёз копии всех текстов об артефактах света и тьмы. Оригиналы слишком ветхи, чтобы покидать хранилище.
Он указал на небольшой ларь, стоявший на столе.
Силач представился мастером Олавом Присли. Он привёз камни света, добытые со дна реки.
Я внимательно осмотрела каждый. Хорошие камни, качественные. Но…
- Благодарю короля и всех вас, - искренне сказала я. - Эти камни очень помогут в экспериментах. Но для сердца будущего артефакта нужен кристалл невиданной чистоты и размера. Боюсь, вам придётся постараться, чтобы отыскать такой, - извиняющееся улыбнулась я, глядя на мастера Олава, тот понимающе кивнул:
- Понял. Будем искать.
- Размер важен, но куда важнее объём силы в него заключённый. Есть у вас маг, способный помочь в поисках?
- Есть один, но он молод и частенько куда-то исчезает, сейчас его нет вот уже две недели. Боюсь, он объявится в самый неожиданный момент. Нет на него управы. Впрочем, думаю, искать Дориса не надо, ведь у нас есть…
И выразительно посмотрел на архина Велана, тот для вида покряхтел:
- Гоняете старика… Эх, молодёжь… Поеду я, поеду, коли внучке надо. Добуду тебе камень, который подойдёт по всем статьям.
Я довольно улыбнулась и порывисто обняла дедушку.
После ужина мы все устроились в библиотеке. Мейстер Донован разложил свитки на большом столе.
- Вот, - армариус указал на первый лист. - Хроники Первой Эпохи. «И создали Древние четыре Великих Стража, дабы хранить равновесие…»
Дедушка зажёг дополнительные масляные лампы, и мы углубились в расшифровку. Постепенно из обрывков фраз складывалась картина.
Сердце Солнца. Артефакт, хранящийся в Пустыне Поющих Песков. Слеза Луны. Артефакт, спрятанный в Хрустальных пещерах за Морем Туманов. Дыхание Звёзд установлен в Ледяной Цитадели самого правителя.
- А четвёртый? - нетерпеливо спросила я.
Мейстер Донован, кивнув, ответил:
- Твердыня Тьмы. Но это не просто артефакт, а целая крепость. Говорят, там обитает глава культа Теней, наёмных убийц, поклоняющихся мраку.
На другом свитке обнаружилась копия карты, срисованная с оригинала до малейшей закорючки.
- Нужно установить на каждый артефакт маячок, - размышляла я вслух. - Чтобы в момент активации Гармонизатора они вошли в резонанс, где бы ни находились.
Дедушка задумчиво потёр подбородок:
- Путешествие к каждому займёт годы. А Твердыня Тьмы… Даже не знаю, стоит ли рисковать.
Вечером мы собрались на семейный совет. Рик, Розалинда, Мари, дедушка - все ждали моего решения.
- Изучив тексты, я поняла масштаб предстоящего, - начала я. - Артефакты разбросаны по всему миру. Добраться до них обычным путём займёт годы.
- Что ты предлагаешь? - спросил Рик.
Я глубоко вздохнула и выпалила:
- Пришло время покорить небо.
Повисла тишина. Все смотрели на меня с изумлением.
- Небо? - переспросила Мари. - Ты хочешь сказать… летать, как птицы?
- Именно. Летательный аппарат, способный преодолевать огромные расстояния за дни, а не месяцы.
- Но это же… невозможно, - выдохнула Роза.
- Когда-то и пробить Пелену считалось невозможным, - улыбнулась я. - А я убеждена, невозможное возможно. И все ограничения лишь у нас в голове.
Для меня утро началось раньше, чем для остальных обитателей замка.
Я поднялась в свою лабораторию, пока весь мир ещё спал. Прохладный воздух пах камнем и прошедшим ночью дождём.
На массивном дедушкином столе ждали новые слитки железа, куски высококачественного угля и, главное, «Ловец Света», мой старый друг. Я собиралась ещё немного его апгрейдить, чтобы он помог мне ускорить процесс создания Гармонизатора.
Я взяла один из железных слитков, задумчиво взвесила в руке. Мысленно отдала команду.
Мои маленькие гении разогрели железо в точках контакта, размягчая. Я начала вытягивать металл, создавая из него детали будущего вращающегося основания: шарнирные соединения, регулировочные винты, опорную платформу с зубчатым механизмом для фиксации положения.
Через три с половиной часа у меня были готовы все необходимые элементы. Я собрала их в единое целое - поворотную платформу с возможностью изменения угла наклона от 0 до 90 градусов и поворота на 360 градусов по горизонтали.
Закрепив Ловца на новое основание, я проверила плавность хода. Механизм работал безупречно, наниты идеально подогнали все детали.
Сегодня я планировала пробить Пелену трижды. В полдень, затем, как только прореха затянется, ещё раз, и потом снова. Каждая попытка даст мне чуть больше часа непрерывной, мощной подзарядки.
Могла бы и больше, но я сама всё же не робот, и мне нужен, как и всем людям, полноценный отдых. Работа на износ - путь в никуда.
Легко подхватив Ловца, направилась на выход из лаборатории. Поднялась по короткой лестнице на крышу башни, поставила аппарат на специальный пьедестал, задумчиво его осмотрела и, удовлетворённо кивнув, вернулась в мастерскую.
Через час в дверь постучали.
- Войдите! - откликнулась я.
Первой в помещение вошла Элла, давно ставшая моей правой рукой. Грамоте девочка была обучена ещё той странной знахаркой, потому она неплохо справлялась с ролью моего секретаря.
- Миледи, к вам пришли приглашённые мастера.
- О, прекрасно! - кивнула я. - Пусть войдут.
Мужчины гуськом втянулись в лабораторию и замерли по центру, с интересом озираясь.
- Доброго дня, госпожа! - поклонился самый широкий из них. - Я Шон Лайн, главный кузнец этого замка. А эти трое мои подмастерья.
Я внимательно всмотрелась в его грубое, будто высеченное из камня лицо, покрытое оспинами и застарелыми следами ожогов. Взгляд его тёмных глаз был острым и полон ума. За его спиной тихо замерли четверо парней все примерно одного возраста. Кузнец представил и их, юноши почти одновременно низко поклонились.
- Хайн Вайс, мастер по дереву, - назвался следующий.
Он был тоньше и выше Лайна. От него пахло стружкой и свежей сосной. Его сопровождали два молодых плотника.
- Стивен Колдфрин, личный портной архина Велана, - склонил голову следующий. Этот человек выглядел до невозможности утончённо для этих суровых мест. Он был невысок, с аккуратно подстриженными седеющими усами и ухоженной козьей бородкой. Стивен бережно прижимал к себе стопку каких-то тканей.
Я приветливо улыбнулась всем сразу:
- Прошу вас, присаживайтесь. Нам предстоит многое обсудить.
Как только посетители устроились на лавках, я развернула перед ними несколько больших листов пергамента, с нарисованными на них схемами. Это были чертежи будущего летательного аппарата - «Крылья Гелии».
- Уважаемые мастера, - начала я, обведя взглядом их сосредоточенные лица. - У меня для вас задача, которая может показаться безумной. Но она жизненно важна для будущего не только нашего королевства, но и всего мира.
Я указала на схемы.
- Перед вами аппарат, что позволит нам подняться в небо. Как птицы. Для его создания мне нужна ваша помощь. Шон, - я обратилась к кузнецу, - вам и вашим подмастерьям предстоит выковать каркас и остальные металлические части. Подходящее железо я сделаю для вас сама.
Лицо Лайна вытянулось. Но он вовремя «подхватил» челюсть и внимательнее всмотрелся в нарисованное.
- Госпожа, - Шон наклонился над чертежами, его толстый палец проследил контуры конструкции. - Я видел много странного на своём веку, но это… Позвольте спросить, эти крылья, они должны махать, как у птицы? Или неподвижны?
- Неподвижны, мастер Лайн. Подъёмную силу будут создавать вот эти устройства. Турбины.
- А эти… как вы их назвали… турбины? - кузнец нахмурился. - Они будут вращаться? И как быстро? Мне нужно знать, чтобы понять, какой толщины ковать крепления.
- Очень быстро. Несколько сотен оборотов в минуту. Поэтому крепления должны быть усиленными, с запасом прочности в три раза.
- Поня-я-ятно, - Лайн почесал бородатый подбородок. - А вот эти поворотные штуковины для турбин… Я правильно понимаю, они должны менять направление? Для чего?
- Для взлёта и посадки. Турбины будут поворачиваться на девяносто градусов, от горизонтального положения для полёта до вертикального для зависания и посадки.
Один из подмастерьев не выдержал:
- Простите, миледи, но как эта махина вообще поднимется? Она же тяжёлая будет!
- Хороший вопрос, - улыбнулась я. - Каркас, как я уже сказала, сделаем из особого лёгкого материала. Он в три раза легче железа, но прочнее стали. А подъёмную силу обеспечат Камни света через турбины.
Шон кивнул, принимая объяснение:
- А вот эти странные выступы внизу корпуса? Для чего они?
- Это крепления для поплавков. Съёмные конструкции для посадки на воду.
- Разумно, - одобрил кузнец. - Последний вопрос, госпожа. Размеры. Судя по чертежу, эта штука будет… - он смолк, прикидывая в уме, - …метров десять в длину и метров пятнадцать в размахе крыльев?
- Примерно так. Нужно место для пяти человек и груза.
- Ясно. Работа непростая, но выполнимая. Когда приступим? - и азартно потёр широкие, мазолистые ладони друг о друга.
- В ближайшее время, - улыбнулась я его нескрываемому энтузиазму. - Но это не всё, мастер Хайн, посмотрите сюда, - обратилась я к плотнику. - Вам и вашим подмастерьям нужно создать корпус аппарата. Подберите лёгкие и гибкие породы дерева, из тех, что у вас есть. Прочность здесь не так важна, как вес и форма, которая будет как у рыбы.
Вайс задумчиво почесал бороду.
- Гибкие породы… У нас есть горный вяз, миледи. Он подойдёт.
- Стивен, - теперь мой взгляд остановился на портном. - Вам и вашим ткачам предстоит обшить крылья. Ткань должна быть плотной, но практически невесомой. И совершенно водонепроницаемой.
Стивен поднял брови:
- Водонепроницаемой, миледи? Мы, конечно, можем использовать лён, но, чтобы он не пропускал влагу… Разве что пропитать его густым дёгтем, но тогда крылья станут тяжёлыми и липкими.
Я улыбнулась.
- Дёготь не понадобится, мастер Колдфрин. Я сама займусь обработкой ткани. У меня есть способ сделать её такой, какой необходимо, при этом сохранив лёгкость и эластичность. Вы лишь предоставьте мне лучшее полотно.
Я пропитаю ткань смесью воска и масла, а наниты помогут мне распределить состав так равномерно, что каждое волокно будет защищено, но ткань останется гибкой и лёгкой.
Мастера переглянулись. Они нутром чуяли, что их ждёт немало сюрпризов.
В их, обращённых на меня, глазах, кроме скепсиса, читалось предвкушение и профессиональный азарт, смешанный с толикой благоговейного страха. Они были готовы к вызову.
Едва мужчины удалились, обсуждая детали и сложности поставленных задач, я поглядела в узкое окно башни, до полудня ещё есть время. И вернулась к своим чертежам. Моя главная задача - создать сердце летательного аппарата. Энергетическую турбину. Она должна была не просто питать «Крылья Гелии», а использовать энергию Камней Света, которых в сокровищнице дедушки было немало.
Работа над турбиной являлась чистой воды наноинженерией, здесь я могла полностью раскрыть потенциал своих маленьких гениев. Это будет не просто двигатель, а сложная система преобразования и направления энергии, требующая ювелирной точности.
Начала с каналов. Представила, как потоки силы будут проходить от Камней Света, расположенных в центральном отсеке аппарата, к лопастям, заставляя их вращаться. На чертежах появились тончайшие, разветвлённые узоры, похожие на корневую систему растения. Эти каналы выточу прямо в корпусе турбины из композитного материала, а их внутреннюю поверхность с помощью нанитов обработаю до идеальной гладкости, чтобы обеспечить минимальные потери энергии при её прохождении.
Лопасти. Это была самая ответственная часть. Они должны были быть не только невероятно прочными, чтобы выдержать колоссальные центробежные силы и высокие скорости вращения, но и идеально гладкими, чтобы беспрепятственно направить поток энергии и воздуха. Первый прототип лопастей я решила сделать из углеродно-стального композита, над которым так усердно работала последние дни.
Довольно улыбнувшись, подняла голову от чертежей и удивилась, как быстро пролетело время.
Убрав изрисованный пергамент, встала.
Пора на крышу. Крылья Гелии подождут, Гармонизатор намного важнее.
Мы с Риком прислушались к совету дедушки, и решили сыграть свадьбу через две недели после помолвки. Новости о моём скором бракосочетании разлетелись по замку быстрее лесного пожара, превратившись в главную тему для разговоров. И, конечно же, инициативу по подготовке к грядущему торжеству в свои руки тут же взяли Розалинда, Мари и Гленна - сорокалетняя экономка, с добрыми глазами и фонтанирующей энергией, способная организовать даже восстание, если понадобится. К ним присоединились несколько местных женщин, и замок наполнился девичьим смехом, шуршанием тканей, ароматами свежей выпечки и бесконечными обсуждениями.
- Гвени, ты же понимаешь, что нужно сшить новое платье? - заявила Роза, буквально выскакивая из-за угла, едва я вышла из лаборатории. Она выглядела так, что ни за что меня не отпустит, пока не получит своё. - Это свадьба, а не бал у короля! Ты должна выглядеть… незабываемо!
- И причёску! И украшения! Мы уже всё обсудили! У нас есть идеи! - добавила Мари, неведомым образом нарисовавшись рядом с нами.
Пришлось поддаться их энтузиазму: девчонки подхватили меня с обеих сторон под руки и повели вниз, а в общей зале нас ждала Гленна и портниха Элспет.
Не успела я сесть в кресло у камина, как мне под нос сунули набросок будущего свадебного платья. Это был типичный наряд знатной дамы: тяжёлый бархат, высокий воротник, пышные рукава, обилие кружев и вышивки. Красиво, безусловно, но…
- Нет, - твёрдо сказала я, попросила карандаш, и, сжав его в пальцах, задумчиво замерла. - Это слишком… банально. И совершенно не для меня, не для этого места, среди снежных вершин. Нужно что-то другое.
Я быстро перерисовала эскиз, вкладывая в него своё видение. Силуэт «песочные часы»: юбка струящаяся, с небольшим шлейфом, облегающий лиф с неглубоким, элегантным вырезом, открывающий плечи. Ткань должна быть лёгкой, возможно, из шёлка или тончайшего льна, белоснежная. Вместо тяжёлой вышивки тонкая серебряная нить по лифу и подолу, имитирующая цветы. И никаких кринолинов, только естественность.
- Миледи, - робко заметила Гленна, разглядывая результат, - это… необычно. В Вийхерме такое не носят.
- Именно поэтому я и хочу другое платье, - улыбнулась я. - Платье должно отражать характер невесты, то есть мой.
Элспет же, в отличие от экономки, с благоговением смотрела на рисунок. Её глаза горели вызовом и желанием приступить к работе немедленно!
- Миледи, я никогда не шила ничего подобного, - призналась она, но тут же горячечно добавила: - Но я уверена, результат будет просто великолепным!
Следующие дни были полны хлопот. Элспет оказалась настоящим мастером своего дела. Она интуитивно понимала мои идеи и воплощала их с поразительным мастерством.
Первая примерка прошла в малом зале, куда стеклись, наверное, все женщины замка, хоть глазком подсмотреть на необычное творение. Когда я вышла из-за ширмы, воцарилась тишина.
- О, милые небеса, - выдохнула Иона, молодая ткачиха. - Вы похожи на… на фею из детских сказок!
Платье сидело идеально, подчёркивая каждый изгиб фигуры, но при этом даря полную свободу движений. Белая ткань струилась, как вода, а серебряная вышивка цветами добавляла очарования и загадочно мерцала при каждом движении.
- Теперь украшения, - деловито заявила Розалинда. - У архина в сокровищнице должно быть что-то подходящее.
Но я покачала головой:
- Только самое простое. Серебряная диадема, если найдётся. И серьги. Больше ничего не нужно.
- Но Гвени, - запротестовала Мари, - ты же герцогиня! Как же браслеты, ожерелье?
- Нет, - мягко, но твёрдо отказалась я. - Всё остальное - лишнее.
Абигейл была в полном восторге от роли подружки невесты. Она бегала по замку, раздавая указания слугам, выбирала цветы для украшения зала и постоянно дёргала меня за рукав с новыми идеями.
- Гвени, а можно я понесу подушечку с кольцами? - спросила она в очередной раз, её глаза сияли от волнения. - И можно мне платье не менее красивое, чем у тебя?
- Конечно, милая, - я обняла её. - Элспет сошьёт тебе чудесный наряд, с пышной юбкой. Ты будешь самой очаровательной подружкой невесты в истории человечества!
Её радость была такой чистой и искренней, что я, каждый раз глядя на неё, не могла сдержать улыбки, впрочем, как и все жители замка.
Рик… Он нервничал. Мой доблестный и невозмутимый Чёрный Волк, переживал больше, чем перед любым боем. Стальной постоянно поправлял то свой пояс, то рукоять меча, а при виде меня забавно краснел. Это было так трогательно, что сердце моё пело, а на глазах неизменно появлялись слёзы. Я была счастлива, впервые за долгое время.
Однажды днём я застала его в оружейной, где он, вместо того чтобы точить клинок, задумчиво протирал его бархатной тряпицей.
- Рик, - окликнула я его, стараясь говорить серьёзно. - Ты как?
Он вздрогнул, явно только сейчас заметив моё появление.
- Гвени… Вроде в порядке, - криво улыбнулся он. - Но… Битва - это понятно. А вот женитьба… - Он махнул рукой, пытаясь найти нужные слова. - Боюсь, я растопчу тебе ноги во время танца. Или забуду слова клятвы в самый ответственный момент. И наверняка в камзоле буду выглядеть нелепо и смешно…
- Так вот что тебя беспокоит! - не сдержавшись, я тихо рассмеялась, подошла к жениху и крепко его обняла. - Не переживай. Просто будь собой. И, поверь, камзол тебе будет весьма к лицу. Женщины от восторга попадают в обмороки. Я уже ревную, - шутливо насупилась я.
- Для меня существуешь лишь ты одна, - серьёзно ответил Ричард, - лишь одной тобой я дышу.
Его взгляд стал ласковым, в нём появилось столько тепла, что мне стало жарко.
- Я всю жизнь шёл к тебе. И теперь, когда мечта стала реальностью, я боюсь проснуться и обнаружить, что это был всего лишь сон.
Я поднялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы…
Вечер накануне свадьбы выдался на удивление тёплым для горной местности. Малый зал замка украсили немного скромнее, чем главный. Живые цветы, красиво задрапированная нежно-розовая ткань, вперемежку с такой же, но голубой - всё это создавало атмосферу волшебства.
Стол ломился от яств: сыр с травами, вяленое мясо оленя, пироги с лесными ягодами, мёд разных вкусов, и пряное вино, которое дедушка приказал достать из своего погреба.
- Этому вину очень много лет, - сообщил он, лично разливая рубиновую жидкость по кубкам. - Я берёг его для особого случая. Сам не чаял, что доживу, но судьба решила иначе.
Мы все устроились за столом, огонь в камине уютно потрескивал, я смотрела на жениха, он на меня, остальные любовались нами.
- Гвени, а расскажи-ка нам, как вы познакомились с сэром Риком? - попросила Розалинда, не знавшая эту часть моего прошлого, я ей когда-то рассказала в общих чертах о неудавшемся браке, и что Стальной посланник Его Величества, но в подробности никогда не вдавалась, у подруги и без меня тогда хватало забот, и дополнительные переживания ей были ни к чему.
- О, это долгая история… И печальная.
- Расскажи! - попросили подруги хором.
И я рассказала… Было грустно, но уже совсем не больно. После моей истории в зале стало тихо. Домочадцы переваривали услышанное.
- За любовь! И за то, чтобы она давала тебе силы жить и прощать! – нарушил тишину дедушка. - Всё, что нас не убивает, делает сильнее.
И мы с удовольствием выпили, полностью согласные с его словами.
Я проснулась задолго до рассвета.
Сердце билось учащённо, но не от страха. Это было волнение совсем другого рода: радостное, трепетное, полное ожидания.
Села на кровати, обхватила колени руками. Сегодня я снова выйду замуж. Снова доверю свою жизнь мужчине…
Но страха не было. Ни капли. Потому что Ричард - это не Оскар. Рик никогда не смотрел на меня как на вещь, как на приз или трофей. Он видел во мне личность, партнёра, равного.
Он защищал меня, когда я была слаба. Поддерживал, когда я сомневалась. И, что важнее всего, принимал мою силу, не пытаясь её подавить или присвоить. И ни разу, ни на мгновение, не позавидовал.
Я встала и подошла к окну. Где-то там, в мужской половине замка, он тоже, наверное, не спит. Волнуется. Боится оттоптать мне ногу во время танца - эта мысль вызвала улыбку на губах.
Через час моя комната превратилась в оживлённый улей. Розалинда командовала процессом, Мари раскладывала украшения, Гленна суетилась с благовониями, а Элспет с помощницами принесла платье.
Первый брак был навязан обстоятельствами. Я была молода, неопытна, полна романтических иллюзий. Оскар выглядел прекрасным принцем, позже показавшим истинное лицо. Тогда я думала, что больше не смогу никому доверить своё сердце…
И как же хорошо, что судьба подарила мне второй шанс. Жизнь без любви пуста, заполнить её только работой, значит, жить всего лишь наполовину.
Когда я вошла в большой зал, держа под руку дедушку, время для меня на мгновение остановилось.
Сотни свечей отражались в начищенных доспехах стражников, выстроившихся вдоль стен. Гости поднялись со своих мест, чествуя невесту.
Я знала, что их будет много, видела списки, составленные архином. Просила сократить его хотя бы на треть, но он, качая головой, заявил:
- Внучка, это самые близкие, и королевскую семью не позвать никак не выйдет. Обидятся.
И мне пришлось смириться.
В первых рядах расположились пять семей, давно дружные с родом Монтрайнов, из них я знала лишь графа Вайлора из соседней долины, прибывшего со своей супругой, леди Маргарет, и тремя взрослыми сыновьями; и барона Гайнара Берама, который охотно снабжал меня железом со своих рудников, конечно, не бесплатно, но по вполне адекватной цене.
У алтаря ждал местный священник, отец Патрик, добродушный толстяк с румяными щеками. Рядом с ним замер Ричард.
Мой жених, почти муж, который выглядел просто великолепно! Тёмно-синий камзол подчёркивал широкие плечи, серебряная вышивка перекликалась с проседью в тёмных волосах. Он стоял прямо и со стороны казался спокойным, но я видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимавших рукоять парадного меча.
Когда наши взгляды встретились, его напряжение немного спало. В серых глазах плеснулась такая нежность, что у меня перехватило дыхание.
Дедушка передал мою руку Рику, и тот бережно сжал её, словно боялся, что я исчезну.
- Мы собрались здесь в этот благословенный день… - начал отец Патрик.
Я почти не слышала его слов. Весь мир сузился до тёплой руки Рика, до его глаз, в которых отражалось пламя свечей.
- Ричард из рода Стальных, - голос священника вернул меня к реальности. - Берёшь ли ты Гвендолин из рода Монтрайн в законные жёны, чтобы любить и оберегать её в радости и горе, в богатстве и бедности, в здравии и болезни, пока смерть не разлучит вас?
- Беру, - голос моего рыцаря звучал твёрдо.
- Гвендолин из рода Монтрайн, берёшь ли ты Ричарда из рода Стальных в законные мужья, чтобы любить и почитать его в радости и горе, в богатстве и бедности, в здравии и болезни, пока смерть не разлучит вас?
- Беру, - мой голос прозвучал чётко.
Абигейл подала подушечку с кольцами. Рука супруга слегка дрогнула, когда он надевал на мой палец золотое кольцо, украшенное бриллиантами.
- Перед лицом Всевышнего и присутствующих свидетелей, я беру тебя в жёны и клянусь быть тебе верным мужем, - размеренно произнёс он. - Моей рукой будешь защищена, моим мечом охраняема, моим сердцем любима. Прими это кольцо, как символ моей клятвы.
Я взяла его кольцо - массивное, с гербом рода Монтрайн, - и надела ему на палец:
- Перед лицом Всевышнего и присутствующих свидетелей, я беру тебя в мужья и клянусь быть тебе верной женой. Моей волей будешь поддержан, моей магией исцелён, моим сердцем согрет. Прими это кольцо, как символ моей клятвы.
- Властью, данной мне Всевышним и королём, объявляю вас мужем и женой! - провозгласил священник. – Жених, можете поцеловать невесту.
Рик притянул меня к себе, и наши губы встретились. Поцелуй был нежным, почти целомудренным, но в нём чувствовалось столько сдерживаемой страсти, что у меня закружилась голова.
Зал взорвался аплодисментами! Абигейл прыгала от восторга, дедушка утирал слёзы, а Розалинда и Мари обнимались, не скрывая своей радости.
Столы в большом зале ломились от угощений. Запечённые туши кабанов, фаршированные гуси, оленина, горы свежего хлеба, сыры всех сортов, пироги с мясом и ягодами, мёд и засахарённые фрукты. Вино лилось рекой - от лёгкого до крепкого.
Мы с Риком заняли свои места во главе стола. Он снова взял меня за руку, словно боялся чего-то.
- Поздравляю, дорогие мои, - барон Торвальд, прибывший из столицы, поднял кубок. - Ричард, ты получил сокровище. Береги его.
- Буду беречь ценой жизни, - серьёзно ответил муж.
Граф Вайлор оказался неожиданно приятным собеседником. Он расспрашивал о моих магических опытах, проявляя неподдельный интерес.
- Говорят, вы создаёте нечто невиданное, леди Гвендолин?
- Работаю над этим, милорд. Если всё получится, наш мир изменится.
- Я буду рад, если Пелена исчезнет. Все земли только страдают от неё, наши, правда, куда меньше, чем те, что за горной грядой. Если бы не текущая под этими каменными гигантами магическая река… А если она однажды изменит направление? Ничто не постоянно в этом мире, к сожалению…
Постепенно официальная часть сменилась весельем. Заиграли музыканты: арфа, флейты, барабаны создавали мелодию, от которой ноги сами просились в пляс.
- Танец! Танец молодых! - закричал кто-то.
Рик побледнел. Я сжала его руку:
- Просто веди меня и всё будет хорошо.
Мы вышли в центр залы. Заиграла красивая музыка. Я положила ладонь на плечо супругу, он обнял меня за талию.
- Надеюсь, что я не оттопчу тебе все ноги, - пробормотал он.
- Ты справишься, я в тебе уверена, - улыбнулась я.
И действительно, для такого большого человека он двигался удивительно грациозно. Явно тренировался, чтобы не оконфузится. Мы кружились по залу, и мне казалось, что я парю, зависнув где-то между небом и землёй.
Вскоре к нам присоединились и другие. Дедушка пригласил леди Маргарет, молодые рыцари местных девушек. Абигейл упросила одного из сыновей барона, краснеющего мальчика лет десяти, потанцевать с ней.
Веселье набирало обороты. Вино развязало языки, смех становился всё громче, всё непринуждённее. Кто-то из солдат затянул застольную песню, и вскоре её подхватил весь зал.
Я заметила, как Мари флиртует с молодым рыцарем из свиты барона Гайнара. Девушка раскраснелась и выглядела счастливой. Розалинда оживлённо беседовала с купцом из Арденна, кажется, обсуждала поставки каких-то семян для своего магического огорода редких лекарственных растений.
- Устала? - Ричард наклонился к моему уху.
- Немного. Но это приятная усталость.
Пир продолжался. Местный бард спел балладу о Чёрном Волке и Огненноволосой Деве, сочинённую специально к нашей свадьбе. История была далека от реальности, но красива и романтична.
Граф Вайлор рассказывал байки о своей молодости, заставляя хохотать всю мужскую половину зала. Леди Маргарет закатывала глаза, но я видела, как она сдерживает горделивую улыбку.
Ближе к полуночи начались традиционные свадебные игры. Невесту прятали, и жених должен был её найти. Меня увели в дальнюю комнату, где собрались все незамужние девушки. Рик обнаружил меня на удивление быстро, видимо, сказывались навыки следопыта.
Потом провели обряд снятия шёлковой ленты. Я покраснела до корней волос, когда муж, опустившись на одно колено, медленно стянул алую ленточку с моей щиколотки.
- Пора уводить молодых! - крикнул кто-то, изрядно подвыпивший. - Хватит их мучить!
Под весёлый гомон и пожелания нас проводили в брачные покои - специально подготовленную комнату в южной башне. Она была убрана цветами, на постели лежали лепестки роз, в камине потрескивал огонь.
Когда дверь закрылась за провожающими, мы замерли, ожидая, когда голоса за ней окончательно стихнут. И вот нас окутала благословенная тишина.
- Гвендолин… - начал Рик и запнулся.
Я подошла к нему, взяла его большие руки в свои, заглянула в серые, потемневшие глаза мужа:
- Что такое?
- Если тебе нужно время, то я не буду давить. Я хочу, чтобы ты не боялась меня.
Муж помнил, что мой первый брак был весьма неудачным и неприятным…
Меня тронула его забота. Даже сейчас, в нашу брачную ночь, он думал прежде всего о моих чувствах.
- Рик, - я прижалась к его груди. - Я твоя жена. И я хочу быть с тобой. Во всех смыслах.
Он обнял меня, зарылся лицом в мои волосы:
- Я так тебя люблю! Я так долго ждал этого момента…
- И я люблю тебя, мой Волк.
Я, развязав тесёмки и позволив платью соскользнуть на пол белым облаком, осталась в тонкой сорочке, сквозь которую просвечивало тело. Рик шумно сглотнул. И, более не медля ни мгновения, поднял меня на руки и понёс к кровати. Положил так бережно, словно я была сделана из хрусталя.
- Как же ты прекрасна… - прошептал он.
Я помогла ему избавиться от камзола, рубашки. В свете камина его шрамы казались белыми нитями на смуглой коже. Я провела пальцами по самому длинному, пересекавшему его грудь.
Он, глухо зарычав, притянул меня к себе, и наши губы встретились в глубоком, страстном, требовательном поцелуе. И оставшиеся барьеры рухнули.
Наши тела сплелись в объятиях. Его руки ласкали меня, губы покрывали поцелуями шею, плечи и ниже… Я таяла под его прикосновениями.
- Гвендолин… моя Гвени… - шептал он между поцелуями.
Когда мы, наконец, стали единым целым, мир внутри меня взорвался фейерверком непередаваемых, крышесносных ощущений!
Два одиноких сердца нашли друг друга. Две израненные души исцелились любовью.
Мы двигались в едином ритме, растворяясь друг в друге. Мир перестал существовать, во всей вселенной остались лишь он и я, наша любовь, наша страсть.
Кульминация накрыла нас одновременно. Я вскрикнула, выгибаясь в его объятиях. Он прижал меня к себе, шепча моё имя как молитву.
Уставшие, но счастливые, растянулись на простынях, я положила голову ему на плечо, слушая биение сердца возлюбленного..
- Теперь ты моя, - сказал он, поглаживая мои волосы. - Навсегда.
- А ты мой, - ответила я. - И горе тому, кто попытается нас разлучить!
Мы ещё долго лежали, разговаривая шёпотом, смеясь, целуясь. Потом желание разгорелось вновь, но уже неторопливое, нежное, исследующее.
Под утро совершенно обессиленные, уснули в объятиях друг друга. Последнее, что я запомнила - ощущение абсолютного счастья и правильности произошедшего.
Утро набирало обороты и вот тусклый солнечный свет заглянул в приоткрытые ворота специально построенного ангара.
Я в очередной раз обошла «Крылья Гелии», оценивая итоговый результат. Полтора месяца кропотливой работы воплотились в этой изящной конструкции: десять метров отполированного композита, пятнадцать метров размаха крыльев, обтянутых водонепроницаемой тканью.
- Последняя проверка креплений завершена, миледи, - доложил мастер Лайн, вытирая вспотевший лоб замызганной тряпицей. - Все узлы держат нагрузку с троекратным запасом, как вы и хотели.
Я провела рукой по гладкому борту. Наниты подтвердили целостность структуры композита.
- Отличная работа, мастер Шон. Ваши кузнецы превзошли себя!
- Это вы нас вдохновили, госпожа, - смущённо улыбнулся собеседник. - Кто бы мог подумать, что я доживу до дня, когда буду ковать детали для небесной колесницы!
Мастер Вайс, отряхивая ладони друг о друга, приблизился к нам со словами:
- Деревянную обшивку кабины обмазали в два слоя той смесью, что вы приготовили. Проверили, нигде ничего не загорелось.
- Отлично, - довольно кивнула я, но мысли мои были далеко. Аппарат готов к испытаниям, но без мощного центрального кристалла вся эта красота останется бесполезной грудой металла и дерева.
Ладно, жду дедушку, авось ему удалось отыскать то, что мне нужно?
А пока займусь калибровкой энергетической турбины, которая требует предельной концентрации. Активировала нанитов, и мои руки окутало привычное голубое сияние. Микроскопические помощники начали выверять каждый канал, каждое соединение с точностью до молекулы.
Мастера вернулись к своим задачам, уже давно перестав глазеть на необычное проявление моей «магии».
Вечером я поднялась на крышу Северной башни, где стоял мой Ловец и почти собранный Гармонизатор.
Земли Монтрайнов внизу светились редкими огнями, ветер свистел в ущельях гор, касался моего лица холодным дыханием.
Шаги на лестнице. Я узнала бы эту размеренную, уверенную поступь из тысячи.
- Замёрзнешь, - Рик накинул на мои плечи тёплый плащ.
- Спасибо, - я прижалась к его боку.
Мы стояли молча, глядя на широкий внутренний двор замка, на деревеньку в отдалении, поля, леса. Красивая и умиротворяющая картина.
- О чём думаешь? - спросил он, крепче прижимая меня к себе.
- О полёте. О том, что скоро мы поднимемся туда, - я указала на тёмный свод. - Первые люди, покорившие небо.
- Знаешь, я никогда не думал, что нечто подобное возможно. Всю жизнь смотрел на птиц с завистью. Нам, простым смертным, вроде как предназначено ползать по земле, а тут…
Я повернулась в его объятиях, посмотрела в его удивительные серые глаза:
- Человек умеет мечтать. А раз так, значит, всё осуществимо.
Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб:
- Признаюсь, я немного волнуюсь. Это ведь не лошадь и не корабль…
- Будет безопаснее и того и другого. Я всё рассчитала.
- Я тебе верю. Просто… будь осторожна, хорошо? Без тебя я не смогу жить.
Вечером следующего дня прогудел сигнальный рог. Я как раз проверяла систему управления «Крыльев», когда прибежал запыхавшийся стражник:
- Миледи! Его Светлость на подходе!
Я бросилась к главным воротам. Рик уже был там, как и половина замка. Все ждали возвращения хозяина.
Первым в ворота въехал отряд охраны. За ним карета дедушки, а следом тяжёлая повозка, запряжённая шестёркой волов, медленно втащилась во двор. Груз на телеге был накрыт плотной серой тканью.
Дедушка покинул карету, и я бросилась к нему, такому уставшему и осунувшемуся, что сердце защемило.
- Деда, тебе срочно надо принять солнечные ванны и моё лечение! – крепко его обняв, встревоженно воскликнула я.
- Погоди с этим, дочка, гляди, что я тебе привёз! - мягко похлопав меня по спине, тихо рассмеялся архин, его зелёные глаза сияли настоящим триумфом.
По его знаку солдаты сдёрнули брезент, и толпа, как единый организм, ахнула.
Повозка была полна неогранёнными магическими камнями. Они мягко сияли, разгоняя своим призрачным светом сгущающиеся сумерки.
Камней было много, но только два из этой кучи привлекли моё внимание: оба размером с человеческую голову, они сияли куда сильнее братьев поменьше.
- Дедушка, они великолепны! Я даже представить не могу, сколько сил тебе стоило их достать! Спасибо! - прошептала я, не в силах отвести взор от сокровищ.
- Пришлось пройти дальше в недра горы, чем когда-либо прежде. И нырнуть поглубже, - удовлетворённо огладив седую бороду, ответил архин.
- Этот пойдёт в «Крылья Гелии», а второй в Гармонизатор, - пробормотала я, уже произведя расчёты.
- Значит, мы готовы? - в голосе дедушки прозвучала неприкрытая надежда.
- Осталось огранить и да, можно сказать, что мы готовы, - решительно кивнула я.
Я работала всю ночь.
Наниты огранили первый кристалл, превратив грубый камень в идеальный энергетический проводник. К рассвету «сердце» моего «самолёта» было готово.
В мастерской собрались только самые близкие: Рик, дедушка, Розалинда, Мари и Абигейл, которую разбудил шум и которая умолила взять её с собой.
- Дорогие мои, мы на пороге начала новой эпохи, - торжественно объявила я, и, подойдя к Крыльям Гелии, установила большой кристалл в центральный энергетический отсек, он встал, как влитой. Малые камни давно были размещены в самих турбинах как усилители.
- Один, два… три… - прошептала я и почувствовала, как от аппарата пошла лёгкая вибрация.
Система ожила, тихо ухнув.
- Что же, давайте оторвём его от земли, - подмигнула я зрителям и села в кресло пилота. Рычаги управления легли в руки как родные.
Турбины завращались, сначала медленно, потом всё быстрее. Лопасти засветились мягким голубым светом. Аппарат задрожал и плавно оторвался от опор. Десять сантиметров, двадцать… полметра…
И завис в воздухе. Ровно без дёрганий.
- Получилось… - выдохнула Мари, круглыми глазами глядя на меня снизу вверх.
- Гвени, ты гений! - Роза была куда эмоциональнее, и даже лихо свистнула, заставив нас всех рассмеяться.
Я осторожно опустила Крылья обратно на опоры.
- Пока хватит, завтра полетим по-настоящему.
- А можно и мне? - Аби смотрела умоляющее.
- Конечно, но только после того, как я всё тщательно проверю. А теперь пойдёмте досмотрим сны…
День выдался почти по-летнему тёплым, я и мои помощники собрались в ангаре.
- Что же, коллеги, - глядя в их полные нетерпения лица, начала я, - готовы взмыть в небо?
- Да!!! - хором чуть ли не проорали они.
- Тогда рассаживаемся.
Главные мастера: Лайн, Колдфрин, Вайс; дедушка и Ричард с лёгкой опаской заняли места для пассажиров, натянули шлемы, пристегнулись. Лица всех пятерых выражали смесь восторга и ужаса.
Убедившись, что они готовы, я запустила турбины. Знакомое гудение наполнило воздух, и я повела «Крылья» из ангара на открытое пространство.
Замковые обитатели высыпали во внутренний двор, галдя, и во все глаза, не мигая, смотря на наш аппарат.
- Держитесь крепче! - предупредила я первоиспытателей.
Плавный подъём, земля начала удаляться. Пять метров… десять… двадцать…
- Мы летим! - выдохнул мастер Хайн, вцепившись в борт побелевшими пальцами. - Милосердные боги, мы правда летим!
Зрители внизу тоже не выдержали и закричали, замахали руками. Дети побежали за нашей тенью, пытаясь догнать. А мы поднимались всё выше и выше, и вот я сделала первый круг над замком.
- Смотрите! О-о-о!!! - Шон ткнул трясущимся пальцем куда-то в сторону. - А вон! И вон! Какое всё маленькое!
Несмотря на тёплую одежду и шлемы, стало ощутимо холодно, но никто из пассажиров на это не обратил ни малейшего внимания, - все они были поглощены видом сверху.
- Каково это, дедушка? - я покосилась на молчавшего архина и заметила слёзы у него на глазах.
- Я прожил долгую жизнь, внучка. До того, как самозаточился, чтобы спасти реку, успел повидать многое. Но это… это превосходит всё, что я чувствовал прежде, о таком я даже и не смел мечтать. Дочка, ты подарила мне крылья. Нам всем.
Сделав ещё несколько кругов, я набрала ещё высоты. Самолёт слушался идеально, каждый поворот, каждый манёвр выполнялся точно и плавно.
- Пора возвращаться, - объявила я. - Для первого раза достаточно.
Снижение прошло так же гладко, как и подъём. Мягкое касание земли, выключение турбин.
Едва открылась дверь, как нас окружила восторженная толпа. Все хотели прикоснуться к аппарату, расспросить нас, просто убедиться, что всё это им не померещилось.
- Это начало, - громко сказала я, обращаясь сразу ко всем. - Грандиозное, но всего лишь начало.
Интерлюдия
Капитан Маркус Чжоу вжался в кресло пилота, когда его истребитель «Коршун-7» провалился в штопор. Перегрузка вдавила его в сиденье… Восемь, девять, десять… Периферическое зрение сузилось до туннеля, но он удержал сознание.
- Выравнивание! - прорычал он через стиснутые зубы.
Двигатели взревели, выводя машину из смертельной спирали. В последний момент «Коршун» выскользнул из-под огня вражеского крейсера. Позади расцвёл огненный шар - это купил себе вечность его ведомый.
- Проклятье! Хансен, ответь!
Тишина в эфире была красноречивее любых слов.
Впереди маячила цель: орбитальная платформа Атлантической Хартии, ощетинившаяся зенитными батареями. Исполинская конструкция висела в космосе как металлический ёж, каждая игла которого изрыгала смерть. Платформа медленно вращалась вокруг своей оси, и её поверхность переливалась отражениями взрывов: оранжевых, белых, ядовито-зелёных. Последний оплот врага над Литием-7.
- Всем «Коршунам», начинаем заход, - скомандовал Чжоу. - Дельта-формация. Прикройте Десятку.
Десятка.
Так называли десять призраков в чёрной броне, десять идеальных машин убийства. Чжоу видел их в деле трижды, и каждый раз его пробирала дрожь первобытного, необъяснимого страха. Они двигались с нечеловеческой скоростью, реагировали быстрее мысли, убивали без колебаний.
Транспортник «Варяг», на борту которого находился самый смертоносный груз в известной галактике, пронёсся мимо.
- Зенитный огонь усиливается! - выкрикнул кто-то в эфире.
Пространство вокруг платформы превратилось в ад! Лазерные лучи, плазменные заряды, кинетические снаряды - всё смешалось в смертельном танце. «Коршун-3» исчез в облаке плазмы. «Коршун-13» разлетелся на куски.
Но «Варяг» продолжал идти вперёд, словно не замечая огня.
- Высадка через тридцать секунд! - раздался ледяной голос командира Десятки.
Чжоу знал, что произойдёт дальше. Он видел это на станции «Гамма», на астероиде М-347, в битве за Европу. Десятка не знала поражений.
Транспортник остановился, выпуская…
Десять точек вылетели в открытый космос с невозможной скоростью. Не корабли, то были одиночные бойцы в бронескафандрах, помчавшихся к заданной цели быстрее истребителей.
- Мать моя… - выдохнул кто-то на мостике.
Десятка врезалась в строй кораблей Атлантической Хартии, набросилась на них, как пираньи. Маркус видел, как один из Симбионтов - так их называли в официальных сводках, - пробил броню эсминца голыми руками. Другой уничтожил истребитель, просто прыгнув на него и разорвав кокпит.
Это была не битва. Это была бойня.
Через двадцать минут от эскадры Атлантической Хартии остались только обломки.
Космос вокруг платформы превратился в кладбище: куски брони, оплавленные орудийные башни, тела в разгерметизированных скафандрах - всё это медленно вращалось в невесомости. Л-7 равнодушно сияла внизу, отражая на своей поверхности агонию человеческих жизней.
- Капитан, - офицер связи выглядел бледным. - Приказ с флагмана. Возвращаемся на базу. Война окончена…
Чжоу откинулся в кресле. Три года сражений, тысячи погибших товарищей… А победу им, всего за год, принесли вот эти суперсолдаты, не то люди, не то роботы…
Он смотрел, как Десятка возвращается на «Варяг», и думал о том, что их учёные выпустили в этот мир монстров. Но ему не давал покоя всего лишь один вопрос: как долго они смогут их контролировать?
***
Командный мостик флагмана «Пересвет» встретил генерал-адмирала Звягинцева привычной прохладой. Голографические дисплеи отображали последние моменты битвы: триумф Евразийского Альянса над Атлантической Хартией.
За панорамным обзорным экраном висел Кронос-IV - газовый гигант цвета гнилой тыквы с полосами метановых бурь. Его луна, Литий-7, сокращённо Л-7, сияла на фоне планеты как капля ртути.
- Платформа «Альфа» захвачена, - доложила лейтенант Даяна Мейсен, не отрывая взгляда от планшета. - Сопротивление подавлено. Потери минимальны.
Звягинцев медленно повернулся. Прожитые непростые годы избороздили его лицо глубокими морщинами, но взгляд оставался острым, как лезвие.
- Минимальны, - повторил он, горько скривив губы. - Мы потеряли сорок семь пилотов, прикрывая высадку. Сорок семь жизней за очередную победу Десятки.
- Сэр, без них мы бы потеряли тысячи…
- Я знаю, лейтенант, - генерал тяжело опустился в командное кресло. - Проект «Живая Сталь»… Я помню каждого добровольца. Триста семнадцать человек прошли через процедуру. Выжили всего лишь эти десять.
На главном экране появилась тактическая сводка. Флот Евразийского Альянса контролировал всё пространство вокруг Л-7. Остатки Атлантической Хартии отступали в беспорядке.
- Десятка снова сделала невозможное, - продолжил Звягинцев. - Союз наших врагов рассыплется, как карточный домик. Три года войны, наконец-то, подошли к концу.
- Все десять Симбионтов вернулись на базу, - доложила Мейсен. - Повреждения брони незначительны.
- Симбионты, - генерал покачал головой. - Красивое название для того, что мы с ними сделали. Знаете, что такое настоящий симбиоз, лейтенант?
- Взаимовыгодное сосуществование двух организмов, сэр.
- Именно. Взаимовыгодное.
Адмирал встал и подошёл к экрану.
- А что получилось у нас? Наниты подавили личности носителей. Полностью. Десять лучших солдат Альянса превратились в… даже не знаю, как назвать. Они не помнят своих имён, лейтенант. Не помнят лиц родных. Только боевые протоколы, только приказы.
- Но они добровольцы, сэр. Знали, на что шли.
- Знали? - мужчина резко обернулся. - Мы им сказали о повышенной регенерации, об улучшенных рефлексах, о способности выживать в космосе без скафандра. Но мы не сказали, что они перестанут быть людьми.
Тишина повисла на мостике. Только гудение систем жизнеобеспечения нарушало её.
- Сэр, - осторожно начала Даяна. - Благодаря Десятке, которую создали наши учёные, этот год переломил ход противостояния, и мы выиграли войну. Л-7 теперь наша. Энергетический кризис решён на столетия вперёд.
- Да, - согласился Звягинцев. - Выиграли. Но какой ценой?
Он вернулся к командному креслу, но не сел, а опёрся на спинку. С каждым днём он всё сильнее чувствовал, как прожитые годы клонят его к земле, когда-то принятые решения бередят душу, лишая сна…
- Есть кое-что, что не даёт мне покоя, лейтенант. Уже год как, - решил сменить тему он.
Мейсен вопросительно приподняла брови.
- «Ястреб», - произнёс генерал.
- Транспортник, пропавший при гиперпрыжке? Сэр, по официальным данным, он был уничтожен пиратами…
- Я помню доклад, - фыркнул адмирал. - «Ястреб» вёз особый груз, лейтенант. Контейнер с последней модификацией «живой стали». Прототип V-11.
- Я не знала об этом, сэр.
- Конечно, не знали. Уровень допуска «Ультра», - генерал повернулся к тактическому дисплею, - в этой версии мы пытались решить проблему подавления личности. Теоретически носитель должен был сохранить сознание и волю, получив все преимущества симбиоза.
- Теоретически?
- Тесты провести не успели. «Ястреб» пропал по пути к исследовательской станции. - Звягинцев сжал кулаки. - Год я убеждал себя, что он уничтожен. Но что, если нет? Что, если кто-то перехватил груз?
- Сэр, даже если так, без протоколов активации…
- Протоколы были в базе данных корабля. А главное, эта версия нанитов была спроектирована для самостоятельной адаптации. Они могли активироваться при контакте с подходящим носителем.
Даяна побледнела.
- Вы думаете, Хартия…
- Нет, не думаю. Иначе мы бы уже столкнулись с их версией суперсолдата, в одном экземпляре точно, - генерал, наконец, сел. - Куда делся «Ястреб»? И в чьих руках сейчас Прототип V-11?
На экране мелькнула новая сводка: последний крейсер Хартии запросил капитуляцию.
- Прекрасно, - кивнул Звягинцев. - Теперь у нас есть ресурсы для расследования. Лейтенант, сформируйте поисковую группу. Лучшие следователи, археологи космоса, специалисты по гиперследам.
- Задача, сэр?
- Найти место последнего появления «Ястреба». Изучить вектор прыжка, возможные отклонения, гравитационные аномалии. Мне нужно знать, что случилось с моим кораблём.
- Слушаюсь, сэр. Сколько времени…
- Столько, сколько потребуется. - мужчина устало откинулся на спинку кресла, глядя на праздничный фейерверк: остатки вражеских кораблей сгорали в атмосфере Кроноса-IV. Огненные полосы прочерчивали оранжевое небо газового гиганта. Металл и плоть, мечты и амбиции - всё превращалось в пепел в объятиях чужой атмосферы. Красиво и страшно одновременно. - У меня плохое предчувствие, лейтенант. Очень плохое. Мы создали оружие, способное изменить ход истории. И мы потеряли контроль над ним.
- Сэр, даже если Прототип активировался, один носитель не представляет угрозы для Альянса.
- Прототип V-11 - это идеальное оружие. Что произойдёт, если оно окажется в руках злого гения? Один носитель с полным доступом к возможностям нанитов может уничтожить планету, лейтенант. Прототип V-11 - не просто оружие. Это ключ к следующей ступени эволюции.
За иллюминатором медленно проплывали обломки уничтоженных кораблей. Среди них дрейфовали тела павших: и людей Альянса, и солдат Хартии. Война закончилась, но генерал-адмирал Виктор Звягинцев не чувствовал победы.
Где-то в глубинах космоса затерялся корабль с грузом, способным переписать судьбу галактики. И пока он не будет найден, Звягинцев не сможет спать спокойно.
- Начните поиски немедленно, - приказал он. - И молитесь, чтобы мы нашли «Ястреб» первыми.
Я стояла на крыше восточной башни, подставляя лицо тёплому ветру. Лето в Вийхерме было совсем не таким, как на моей первой родине. Там, за горами, всё казалось блёклым, словно мир выцвел под Пеленой. Здесь же краски удивляли своей яркостью и объёмностью.
Долина внизу «пылала» изумрудной зеленью. Склоны покрывали бархатные ковры из цветов. Листва на деревьях переливалась оттенками от нежно-салатового до почти чёрно-зелёного, а некоторые растения и вовсе имели серебристый подтон. Даже мох на камнях замка был не серым и невзрачным, а насыщенно-изумрудным, местами с золотистыми вкраплениями…
Чистый, напоённый ароматами хвои, горных трав и той самой магии, воздух хотелось вдыхать и вдыхать полной грудью.
Вийхермцы были здоровее жителей Арденна. Благодаря магической реке, текущей очень близко к поверхности, местные дети росли крепкими, а старики сохраняли ясность ума до глубокой старости.
Оторвав взор от живописной картины внизу, я повернулась к Гармонизатору, стоявшему позади меня. Установка поблёскивала полированными гранями, будто подмигивая мне, своей создательнице.
Полтора месяца работы. Полтора месяца, в течение которых я каждый день поднималась сюда с первыми лучами и работала до изнеможения. И всё не зря - результат превзошёл все мои ожидания!
Аппарат возвышался на пять метров, его основание представляло собой восьмигранную платформу из углеродно-стального композита. В центре, будто сердце спящего дракона, покоился кристалл размером с человеческую голову - редчайший камень света исключительной чистоты, добытый архином Веланом из глубин магической реки. От центрального кристалла расходились двенадцать эмиттеров: четыре главных и восемь второстепенных, но тоже очень важных.
- Красиво, - раздался позади бархатный баритон.
- Как ты, дорогой? - улыбнулась я, принимая из его рук чашку с горячим отваром.
- Хорошо, а ты, любимая? - он поцеловал меня в макушку и ещё раз окинул внимательным взглядом Гармонизатор. - Значит, готов?
- Готов. Осталось только установить передатчики на артефакты.
Рик кивнул, вмиг посерьёзнев:
- Нам предстоит непростое и долгое путешествие.
Я отпила горячий напиток, чувствуя, как тепло разливается по телу:
- Начнём с ближайшего. Дыхание Звёзд в Ледяной Цитадели. Это три дня полёта на север.
Мой самолёт прошёл все мыслимые испытания. Мы даже слетали в гости к королю Эргону. Монарх был в шоке от увиденного, а уж когда облетел свой замок, так и вовсе возжелал себе такую же игрушку.
А ещё, стоило нам приземлиться, Его Величество сказал одну интересную фразу, с которой я не могла не согласиться:
- За такими артефактами, то есть ме-ха-низ-ма-ми, - сам себя поправил он, с паузами повторив сложное для него слово, - будущее, леди Гвендолин. И оно видится мне прекрасным!
- Когда вылетаем? - вернул мои мысли в настоящее Рик.
- Послезавтра на рассвете. Сегодня проверим все системы Крыльев ещё раз, соберём припасы и снаряжение. Ловец света возьмём с собой, без него, увы, пока никак.
- Ты уже решила, кто точно полетит?
- Кроме нас с тобой, членами экипажа станут капитан Торбен и Дорис Ювейн.
Имя Дориса невольно заставило улыбнуться, весьма занимательный малый.
Месяц назад я возвращалась из очередного испытательного полёта, и уже заходила на посадку на задний двор замка, когда у ворот поднялся переполох.
Стража пыталась не пустить кого-то внутрь, но этот кто-то отчаянно сопротивлялся, размахивая руками и выкрикивая что-то о гигантской птице.
Приземлившись, я направилась к месту балагана. Охранники держали за руки худощавого юношу со взъерошенными волосами цвета спелой пшеницы.
- Отпустите его, - велела я.
Стражники неохотно разжали пальцы. Паренёк тут же метнулся ко мне, но Рик, как всегда, бывший рядом, перехватил его за плечо.
- Полегче, дружок.
- Это вы! - задыхаясь от волнения, выпалил незнакомец, не мигая, глядя на меня. - Это же вы сидели внутри большой птицы! И я побежал следом за ней. А после увидел солнце, провавшее Пелену… По пути заскочил в деревеньку, там мне сказали, что все эти чудеса созданы Её Светлостью Монтрайн. И вот я тут!
Он говорил так быстро, что слова сливались. Жестикулировал, подпрыгивал на месте. На вид ему было лет восемнадцать-девятнадцать, не больше.
- Успокойтесь, - мягко сказала я. - Как вас зовут?
- Дорис. Дорис Ювейн! - он попытался поклониться, но вышло неуклюже. - Я артефактор. Ну, вернее, учусь на артефактора. Сам. Без учителя. И теперь я хочу стать вашим учеником, вы тот мастер, кто точно чему-то меня научит.
Я едва сдержала улыбку.
- Это не птица и не артефакт. Это машина.
Глаза Дориса полыхнули магическим светом, настолько он взволновался!
- Миледи, а как вы сделали так, что крылья вашей ма-ши-ны неподвижны? Птицы машут крыльями, ваша машина - нет!
- Это долгий разговор. И я не веду его на пороге замка со случайными прохожими.
- Я не случайный! - горячо возразил Дорис. - Я три дня шёл сюда! Не спал, почти не ел, я стремился к вам, чтобы вы открыли мне эту тайну, - он вдруг опустился на колени прямо на пыльные камни двора. - Миледи, возьмите меня в ученики! Я буду работать день и ночь! Я умный! Я гений! Ну, может, не совсем гений, но очень, очень способный! Проверьте меня, дав любое задание!
Рик скептически хмыкнул, но я видела в этом взъерошенном юноше стремление всё знать, ту жажду знаний, которую следует поощрить, и не смогла от него так просто отмахнуться.
- Хорошо, - сказала я. - Но сначала, действительно, давай тебя испытаем.
Лицо Дориса просияло ярче солнца:
- Спасибо! Я не подведу! Обещаю!
Я отвела его в лабораторию и дала три задания, с которыми он справился просто блестяще. Так у меня и дедушки появился первый ученик. Правда, он был абсолютно неорганизован, вечно забывал поесть или поспать, увлёкшись работой, и имел привычку спорить, порой весьма раздражающую.
- Дорис, значит, - задумчиво повторил Рик. - А капитан Торбен… Хороший выбор. Опытный воин, хладнокровный в бою.
- Именно, - кивнула я. - Дедушку я с трудом уговорила остаться. Нельзя бросить Гармонизатор без присмотра. Никак нельзя.
- Думаю, архин сильно расстроен твоим решением… - улыбнулся супруг.
- Я не могу рисковать его здоровьем, мало ли что нас ждёт в этом путешествии? - вздохнула я и подошла к небольшому сундуку, стоявшему у парапета, открыла его. Внутри, аккуратно уложенные в мягкую ткань, лежали четыре устройства размером с ладонь. Каждое представляло собой сферу из того же композитного материала с маленьким кристаллом в центре.
Это были четыре передатчика, которые следовало прикрепить к спящим артефактам из камней света и тьмы.
- Пойдём, обед, скорее всего, уже подали, - я почувствовала голодный спазм в желудке и, решительно захлопнув крышку ларя, повернулась к Рику.
Мы спустились в большой зал, за столом уже собралась вся наша семья: дедушка что-то оживлённо рассказывал Абигейл, Дориус кивал ему в такт; Розалинда и Мари тихо беседовали о чём-то своём; Гленна хлопотала вокруг них, раскладывая свежие лепёшки…
Служанка поставила передо мной блюдо с жареными колбасками из оленины, шкворчащими и источавшими пряный аромат чеснока и трав. Рядом лежали толстые ломти сыра двух сортов: молодого, мягкого, почти белого, и выдержанного, твёрдого, с острым вкусом. В центре стола красовались глиняные горшочки с маслом, взбитым до кремовой консистенции, несколько видов варенья; миска, полная варёными яйцами и корзинки с ещё тёплым хлебом.
- Ешьте, ешьте, пока горячее! - суетилась Гленна, разливая по кружкам отвар с мятой и медвяной травой. - День предстоит долгий, нужны силы!
Оставшиеся до отлёта дни прошли в суете подготовки. Экономка отвечала за провизию: вяленое мясо, сухари, сыр, крупы для каши, сушёные фрукты, фляги с водой. Элла упаковывала тёплую одежду: меховые плащи, шапки, перчатки, толстые носки из шерсти горных коз.
Дедушка составлял карты и маршруты, бормоча себе под нос о воздушных течениях и магнитных аномалиях. Мари и Роза подготовили аптечку, положив в неё бинты, целебные мази, настойки от боли и лихорадки.
А впереди нас ждали: Ледяная Цитадель, Пустыня Поющих Песков, Хрустальные пещеры за Морем Туманов, и, наконец, Твердыня Тьмы.
Закончив с установкой передатчиков в ключевых точках, я вернусь сюда, к Гармонизатору, и завершу начатое.
Рассвет. Чёрное небо медленно серело, окрашиваясь в привычные блёклые тона.
Я стояла возле Крыльев Гелии, ещё раз проверяя все системы. Рядом суетился Дорис, его янтарные глаза горели возбуждением, хотя это был не первый его полёт.
- Гвени, - Абигейл вцепилась мне в руку. - Обещай, что вернёшься!
Я присела перед ней на корточки, заглянула в испуганные глаза:
- Обещаю. А после мы вместе вернём солнце.
К нам подошёл дедушка и, крепко меня обняв, шепнул:
- Береги себя, внучка. И не геройствуй понапрасну.
- Постараюсь, - улыбнулась я, чувствуя, как защипало в носу.
Розалинда и Мари, тихо плача, кинулись на меня, прося быть осторожной, не рваться в бой, положиться на сильных спутников.
Рик уже занял место рядом с креслом пилота. Торбен и Дорис устроились позади. Я забралась следом, обхватила руками штурвал…
- Готовы? - спросила я, оглядываясь на пассажиров.
- Готовы! - кивнули они.
Турбины загудели, набирая обороты. Крылья Гелии плавно оторвались от земли.
Внизу махали руками провожающие.
А мы всё набирали высоту, и замок Монтрайн с каждой секундой становился всё меньше. Террасные поля превратились в изумрудные полосы на склонах гор, деревни в крошечные точки, реки в тонкие серебряные нити. Я вела Крылья вверх, но не стала подниматься выше облаков. Под ними воздух был ещё достаточно тёплым, а турбины, работающие на камнях света, излучали приятное тепло, согревая кабину.
- Невероятно! - выдохнул Дорис, прижавшись носом к иллюминатору. - Какая красотища!
Я улыбнулась его восторгу. Юноша уже летал пару раз, но каждый полёт воспринимал как первый. Я тоже любовалась на горные хребты, сменявшиеся долинами, лесами и равнинами. Изредка мелькали крошечные точки селений.
- Три дня до Ледяной Цитадели, - негромко сказал Рик. - Если погода не подведёт…
На третьи сутки полёта температура за бортом значительно упала. Иллюминаторы снаружи покрылись ледяной коркой, за стеклом виднелись лишь размытые силуэты заснеженных вершин.
- Мы почти на месте, - констатировал Торбен, кутаясь в меховой плащ.
Бесконечные заснеженные пики, уходящие за горизонт, будоражили мою фантазию. Благодаря нанитам я почти не мёрзла, Дорис тоже чувствовал себя вполне комфортно, а вот Рик и Генри уже стучали зубами и сидели с посиневшими губами.
- Дорис, - обернулась я к магу света, и тот, понятливо кивнув, вынул из своего ларя артефакт собственного изготовления. Положив кристалл в металлическом держателе на пол, активировал его. Вскоре благодатное тепло разлилось по кабине, согревая мужчин.
- Хватит на час работы, - предупредил Ювейн.
Я благодарно ему улыбнулась, но тут в моей голове раздался механический голос, сообщивший:
- Это она, - прошептала я. - Наша цель.
- Красиво, - восхищённо выдохнул Дорис.
- И смертельно опасно, - добавил Ричард. - Если нас заметят, нас возьмут в плен, во всяком случае сильно постараются, - он ткнул пальцем в город, защищённый высокой ледяной стеной. - Эти люди, по слухам, весьма кровожадны.
- Но артефакт не защищают, - заметил Генри, глядя на приземистое строение, находившееся в отдалении от поселения.
- Потому что тот много лет неактивен, его не разрубить на куски, не перенести с места, - пожал плечами Дорис, - никакой вор такую махину ни в жись не утащит.
- Активирую маскировку, - кивнула я и коснулась специального кристалла на панели управления. Крылья Гелии окутала лёгкая дымка, делая аппарат невидимым с земли.
- Нужно сесть быстро и незаметно.
- Вон там! - указал Генри на небольшую долину, скрытую между двумя хребтами.
Я плавно направила Крылья вниз. Посадка прошла мягко, полозья зашуршали по снегу.
- Дождёмся ночи, - решила я. - Днём слишком рискованно. И давайте поедим.
Мы, кутаясь в меховые плащи, достали сушёное мясо, воду, разбавленную вином, сухари.
Снаружи выл ветер, швыряя в корпус горсти снега и ледяной крошки.
Артефакт Дориса выдохся, и пока он заряжался от Ловца, мы сбились в кучку, чтобы согреться.
Когда стемнело, выбрались наружу. Холод ударил в лицо, как ножом полоснул.
- Быстрее, - скомандовал Торбен. - Замёрзнем, если будем медлить.
Мы двинулись к зданию на пустыре, прежде достав снегоступы из багажного отсека и нацепив их на ноги. Дорис шёл впереди, создав световую сферу, которая освещала путь и защищала нас от метели.
Вход оказался незапертым: массивные двери зияли чёрным провалом.
- Слишком просто, - настороженно пробормотал Рик, обнажая меч.
И первым шагнул внутрь.
- Тут никого нет, - ответила ему я. - Повторюсь, это бесполезный для местных жителей кусок хлама. Ради него нет смысла мёрзнуть тут.
Но муж всё равно не убрал клинок в ножны. Мы зажгли факелы и двинулись гуськом вперёд. Температура падала с каждым шагом. Рик и Торбен посинели от холода.
- Мы почти на месте, - громко сказала я. Коридор вывел нас в огромный зал. В его центре возвышался артефакт.
- Красиво, - выдохнула я, подходя ближе.
Я достала передатчик из своей заплечной сумки и приложила его к основанию Дыхания Звёзд.
В тот же миг мягкий свет пробежал по корпусу артефакта, усиливаясь, разливаясь по всему залу.
- Вау! - выдохнул Дорис, кажется, это слово он перенял у меня.
На мгновение над нами вспыхнуло северное сияние: зелёные и голубые ленты света заплясали под сводом.
- А что он когда-то делал? - полюбопытствовал Генри, кивая на древнюю установку.
- Генерировал искусственное северное сияние. Если верить сохранившимся записям, Дыхание Звёзд не только создавало красоту в небе, но и было способно заряжать артефакты поменьше, - опередил меня с ответом Ювейн.
Свечение вскоре померкло, окружающее пространство снова погрузилось во тьму, но мой передатчик продолжал едва заметно пульсировать, посылая сигнал через тысячи километров к Гармонизатору.
- Первый готов, - сказала я. - Уходим.
***
Пять дней полёта на юго-запад. Температура за бортом росла. Снега сменились лесами, леса равнинами, равнины первыми песчаными барханами.
Пустыня Поющих Песков встретила нас невыносимым зноем. Даже под Пеленой, даже без прямого солнечного света, жара была убийственной. И кто его знает, отчего так? Вероятно, и реки магические здесь с иными свойствами?
- Как люди тут живут? - простонал Дорис, потянувшись за своим ларчиком, чтобы вынуть очередной артефакт, в этот раз с функцией охлаждения.
- Не живут, - ответила я, вглядываясь в бескрайние дюны. - Локация мертва.
Странный гул наполнял воздух. Песок под нами словно пел низким, протяжным, завораживающим голосом.
- Там, - указала я.
Мы приземлились за высоким барханом. Поели, немного перевели дух и выбрались наружу.
- Будет буря, - вдруг сказал Дорис, прикрыв веки.
- Закроем Крылья брезентом, - тут же среагировал Ричард.
Закончив с этим, зашагали к храму, который наполовину ушёл под золотой песок. Войдя внутрь, огляделись: каменные во многих местах треснувшие стены, колонны, пустота и песок, песок…
- Вход должен быть где-то здесь, - Дорис прошёл в центр и, опустившись на колени, принялся отбрасывать песок в стороны, вскоре добравшись до каменной плиты с выбитыми на ней символами.
Рик и Торбен навалились на неё. С натужным скрежетом люк поддался, открывая лестницу, ведущую во тьму.
Генри зажёг факел, и мы принялись спускаться.
Едва Торбен наступил на одну из плит пола, как из стены с шипением вылетели дротики. Капитан успел отскочить, но один снаряд полоснул по плечу, оставив глубокую царапину.
- Замрите! - приказала я и протянула капитану чистую тряпицу, чтобы он остановил кровь.
- Наступайте только на плиты с солнцем, - велела я.
Мы медленно продвигались вперёд, аккуратно переступая с плиты на плиту. Дорис, увлёкшись, едва не упал пятой точкой на другой символ, но Рик вовремя его перехватил.
Коридор вывел нас в следующий зал, посреди которого возвышалась пирамида. Климатический стабилизатор. Даже сейчас, спустя века, он излучал слабое тепло.
Я приблизилась к артефакту и установила передатчик.
- Готово, - кивнула я, вставая и отряхивая руки от налипшего песка. - Остались Слеза Луны и Твердыня Тьмы. Слеза, скорее всего, не доставит проблем, как и предыдущие, поскольку она тоже бесполезна и не приносит людям пользы… А вот Твердыня, - я задумчиво посмотрела на своих спутников, - не хочу предполагать что-то плохое, но в ней живут люди, точнее, Тени, наёмные убийцы, и они так просто не позволят нам приблизиться к своему дому.
Воздух стал тонким и острым, как осколок льда.
«Крылья Гелии» рассекали небо, которое здесь было особенно враждебным, во всяком случае, именно так я себя тут ощущала.
Внизу раскинулась земля, лишённая красок: лишь чёрный камень и седой, змеёй стелющийся туман. А впереди, подобно клыку мёртвого бога, пронзающему серое полотно небес, возвышалась Твердыня Тьмы.
Она не была построена в привычном понимании. Она была сложена из громадных блоков Камня Тьмы, материала, противоположного тому, что питал наши артефакты света. Эта исполинская башня не отражала свет, она пожирала его, вбирала в себя, словно голодный монстр. Между блоками не было заметно ни единой щёлочки. Если бы я не читала историю создания, то подумала бы, что Твердыня цельная, будто её вырезали из сердца самой тьмы.
«Крылья Гелии» мягко опустились в неглубокую лощину, скрытую от цитадели скалистым гребнем. Ветер завывал, поднимая пыль и завихряясь туманом вокруг нашего самолёта.
- Последний раз повторяю, Гвени, - Рик положил тяжёлую ладонь мне на плечо, заставляя встретиться с ним взглядом. - Ты не вмешиваешься в битву без крайней необходимости. Ты бережёшь силы. Твоя задача - установить передатчик. Мы с Генри и Дорисом справимся со всем остальным.
Я хотела возразить, но он прижал палец к моим губам.
- Твоя жизнь куда ценнее наших вместе взятых, - покачал он головой, наклонился и крепко меня поцеловал.
- С этим я бы поспорила, - выдохнула я, с трудом отрываясь от мужа.
Дорис Ювейн, бледный, но с горящими азартом глазами, раскладывал на полу кабины свои артефакты. Руки юноши мелко дрожали - не от страха, а от переизбытка энергии. Он был так молод, его сердце жаждало приключений, и он совсем не боялся смерти.
Торбен молча проверял крепления щита и точил лезвие меча. Его лицо было непроницаемым, но я видела, как напряглись мышцы на скулах. Он готовился к бою.
Мы не могли пролететь над Твердыней и сбросить на неё передатчик, нам следовало прикрепить его именно к основанию и никак иначе. Не могли активировать Ловца, чтобы разогнать врагов солнечным светом, который так же пагубно сказался бы на древнем артефакте, мне же он нужен целым и невредимым.
Наш план был довольно прост: днём, пока хозяева сидят внутри своей крепости, пробраться к цитадели и завершить миссию.
Прежде чем выступить, я активировала защитный купол Крыльев Гелии. Убедившись, что самолёт в безопасности, двинулись вперёд гуськом. Туман мягко окутывал наши ноги, холодя кожу даже через одежду. Торбен шёл первым, прикрываясь щитом. Его широкая спина заслоняла половину горизонта. За ним я, сжимая в руке холодный металл передатчика. Рик позади меня, его обнажённый меч поблёскивал тусклым светом. Дорис замыкал строй, непрестанно вертя головой.
Как только мы вышли из-за гребня, Дориса чуть качнуло. Он нахмурился и вперил тяжёлый взор в Твердыню. Ювейн, как маг света, чутко реагировал на идущие от башни эманации тьмы.
До тёмного артефакта оставалось каких-то двести метров, когда появились они…
Сначала я заметила движение у основания цитадели. Тени под чёрными скалами зашевелились, будто ожили. Потом я увидела первый силуэт: высокий, закутанный в длинный плащ. За ним второй. Третий. Десятый.
Они не шли, скользили в тумане. Их лица скрывали глубокие капюшоны, в руках они сжимали клинки.
- Боевой строй, - негромко, но твёрдо скомандовал Ричард.
Мы сбились плотнее. Капитан Торбен выставил щит вперёд. Рик встал справа от него, подняв меч. Дорис прижался ко мне, тряхнув кудрями, вскинул руку, и над его ладонью зажглась маленькая белая сфера.
Враги окружили нас полукольцом. Их было двадцать. А нас четверо.
Первая Тень метнулась вперёд. Её клинок обрушился на щит Торбена с невероятной силой.
Бам-м!
Капитана качнуло, но он принял удар и устоял на ногах.
- Держу! - прорычал он и, развернув щит, с размаху врезал его краем по противнику.
Существо молча отступило на пару шагов, но почти сразу же кинулось на Генри вместе с ещё тремя своими собратьями.
Дорис повёл ладонью, и его сфера молнией полетела в наступающих врагов, врезалась в ближайшего и взорвалась снопом искр. Тень вспыхнула факелом, упала на колени, без единого звука сгорая в магическом пламени.
Остальные Тени на мгновение замерли, инстинктивно прикрывая лица руками.
- Вперёд! Сейчас! - крикнул Ричард.
Мы рванули к цитадели.
Дорис бежал впереди, своим светом отгоняя всё прибывавших противников. Рик сражался справа, превратившись в смерч из стали. Его меч описывал широкие дуги, рассекая врагов пополам. Он не тратил сил на лишние движения, каждый удар был точным, смертоносным.
Одна Тень попыталась прыгнуть на него сверху. Рик, не останавливаясь, шагнул в сторону, развернулся и одним движением снёс существу голову.
Торбен был нашим щитом. Он принимал на себя основной удар, его доспехи покрывались царапинами и вмятинами, но капитан не отступал ни на шаг.
Нас атаковали волнами. Едва мы отбивали одну, как накатывала следующая. Они лезли отовсюду: из-за скал, из трещин в земле, словно сама тьма рождала их без конца.
Сто пятьдесят метров до цитадели.
Из тумана начали проступать новые силуэты. Десять. Пятнадцать. Двадцать.
- Их слишком много! - крикнул Дорис, дрогнувшим голосом.
Сто метров.
Торбен дышал тяжело. В нескольких местах он был ранен, кровь просачивалась сквозь доспехи, но он упорно отбивал вражеские атаки.
Рик тоже был весь в порезах. Его левое плечо кровоточило, дыхание стало прерывистым.
Ювейн побледнел до синевы, из носа потекла кровь - первый признак магического истощения.
- Ещё чуть-чуть… - бормотал он. - …ещё совсем чуть-чуть…
Семьдесят метров.
И тут я увидела его.
На вершине одного из валунов материализовалась фигура. Высокая, закутанная в чёрный плащ, но с откинутым капюшоном.
Владыка Теней явился лично.
Его лицо было мертвенно-бледным, глаза горели неприятным жёлтым светом. Он просто стоял, заложив руки за спину, и смотрел на нас сверху вниз. На его тонких губах играла холодная усмешка.
Он не атаковал. Он наслаждался зрелищем.
Глава призрачных убийц поднял руку и сжал ладонь в кулак.
Земля под нами содрогнулась.
Из тумана, из земли, из самой тьмы выступили пять фигур. Это были не обычные Тени. Это были воины под два метра ростом, косая сажень в плечах, облачённые в доспехи из сгустившегося мрака. В руках они сжимали двуручные мечи чудовищных размеров.
- Боги, кто это? - выдохнул Дорис.
Первый великан-Тень обрушил свой меч на Торбена.
Капитан принял удар на щит, но сила была такова, что его отбросило назад. Генри врезался в нашего мага, и оба упали на чёрную, всю в трещинах землю.
- Держитесь! - Рик метнулся к ним, отражая атаку второго великана, вознамерившегося добить моих друзей, спешивших встать на ноги. И успел отбить его меч, отвлекая внимание монстров на себя.
Торбен тяжело поднялся на ноги. Откинул обломки щита, усмехнулся и, выхватив свою секиру, прорычал:
- Ну же, нападай, тварюга! - он был ранен, истощён, окружён врагами, но даже и не подумал сдаться.
Дорис выкрикнул заклинание, создавая вокруг нас дрожащий купол. Великаны-Тени ударили по барьеру, которые жутко затрещал, покрываясь паутиной трещин.
- Миледи, вперёд! - проревел Торбен. - Мы их задержим!
- Гвени, беги! - крикнул Рик. - Мы справимся! Беги!
Я не стала медлить и ускорилась.
Пятьдесят метров.
Тридцать.
Двадцать.
За спиной скрежетал металл, и что-то громко взрывалось. Я слышала, как Дорис выкрикивает заклинания, как Торбен подбадривает себя боевым кличем, как звенит клинок моего мужа.
Десять метров.
Я буквально долетела до стены цитадели, упала на колени и, вынув передатчик, приложила его к чёрному камню.
Наниты ринулись вперёд, вгрызаясь в структуру Камня Тьмы.
- Что вы делаете, графиня Леваньер? - прошелестело позади меня.
Я не оглянулась. Наниты усилили защитную сферу вокруг меня, чтобы враг не смог достать со спины, пока я закрепляла устройство.
Камень был ледяным, он ощутимо вибрировал от заключённой в нём прорвы энергии. Предыдущие три артефакта имели куда меньший запас.
За спиной раздался новый крик. Дорис.
Я судорожно обернулась.
Юноша упал на колени. Его световой купол дал трещину. Рик, истекающий кровью, стоял над ним, отбиваясь сразу от трёх великанов. Торбен сражался с двумя остальными, его движения стали медленнее, топор тяжело оттягивал руку.
- Гвени, быстрее! - прохрипел муж.
Щелчок - передатчик крепко угнездился в теле скалы.
Я медленно поднялась на ноги и обернулась.
Владыка Теней замер в трёх метрах и, не мигая, глядел на меня. Высокий, облачённый в чёрный плащ, струившийся вокруг него, будто живой. Его мертвенно-бледное лицо было изрезано тонкими белёсыми шрамами, а жуткие глаза горели жёлтым нечеловеческим огнём. Я не знала его имени, впрочем, это совершенно не имело значения.
В отдалении от нас кипела битва: Ричард, Генри и Дориус сражались с великанами и простыми Тенями, мои друзья еле держались на ногах. Мне нужно поспешить и одолеть Главу Теней, чтобы спасти дорогих мне людей.
- Что это, графиня? Думаешь, я не смогу уничтожить эту вещь, - кивок на передатчик, - которым ты осквернила мой дом? - привлёк к себе моё внимание Владыка Теней.
Я пожала плечами и спокойно ответила:
- Попытка не пытка. Вот только сразу хочу предупредить, ничего у тебя не получится, время зря потратишь. Отзови своих, пока целы, и, мой тебе совет, смените место жительства, поскольку Твердыня отныне принадлежит мне.
В ответ собеседник лишь тихо рассмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья.
- Думаешь, сможешь меня победить? - произнёс с нескрываемой насмешкой. - Я знаю о твоих способностях, графиня. Поэтому не позволю тебе приблизиться ко мне.
И взмахнул рукой, призвав свою силу, в то же мгновение из земли вырвались каменные шипы. Я отпрыгнула, выпустив из ладоней энергетические импульсы. Шипы рассыпались, но тут же появились новые.
Мой противник - маг земли, вот значит как.
Созданные им копья росли со страшной скоростью, двигались вслед за мной, целясь мне в ноги, в живот, в горло.
«Снаряды» ударили в невидимый барьер и остановились, но не исчезли, а продолжали давить, стремясь пробиться ко мне.
Я протянула руку вперёд и выпустила направленный импульс. Луч энергии разбил антрацитовые колья на осколки, дождём осыпавшиеся мне под ноги, но Владыка Теней уже атаковал снова.
Я продолжала стоять, а мой барьер шёл волами, едва заметно прогибаясь под чудовищной атакой летящих в меня стрел.
Я отпрыгнула в сторону, уходя от следующего залпа, и выпустила двойной импульс из обеих ладоней. Лучи прорезали воздух, целясь в грудь Главы наёмников. Вот только тот испарился, будто его и не было.
Он просто исчез, растворившись в тумане, который стал плотнее и поднялся мне по грудь.
Я замерла, вглядываясь во мглу. Прислушалась, стараясь унять шум собственного сердца в ушах.
Где же он?
Я рванула назад, но некая странная звуковая волна накрыла меня, заключив в почти непроницаемый алый кокон, я почувствовала, как из носа тонкой струйкой побежала кровь. Тиски пущенного в меня заклинания с каждой секундой усиливали нажим, и мой защитный купол вдруг прогнулся, едва не коснувшись моего лица.
Я закричала, выпуская из себя волну энергии во все стороны. Тьма отхлынула, рассеялась, в лёгкие проник так нужный мне воздух.
- Видишь? - голос Владыки прозвучал теперь справа. - Ты слабеешь. А я лишь начал.
Это существо оказалось намного сильнее Зорины.
Земля под моими ногами мелко затряслась и из её трещин вверх взмыли чёрные жгуты, потянувшиеся к моим лодыжкам. Я отпрыгнула, но они последовали за мной, пытаясь схватит за ноги.
Я выпустила импульс, и одно из щупалец взорвалось смрадным дымом, но его место тут же заняло новое.
- Моя сила бесконечна, ведь рядом со мной то, что меня питает. Мой дом, - прошелестело сзади, я судорожно обернулась, но никого не увидела.
Каждая атака Главы Теней забирала больше энергии, чем заклинания Зорины.
Мне нужно к нему приблизиться. Коснуться… Но как?
Я рванула вперёд, увеличив скорость, размываясь в пространстве, я двигалась быстрее, чем человеческий глаз мог уследить.
Но Владыка так и не показал себя.
Я резко остановилась, закрыла глаза, полагаясь не на своё зрение, а на микропомощников. И вот перед моим внутренним взором возникло яркое пятно, которое пульсировало и непрестанно двигалось.
Я резко развернулась и «выстрелила». Белый с голубым оттенком луч прорезал туманное марево и с гудением врезался в невидимого Владыку, выбивая того из какого-то пространственного кармана. Противник с шипением впечатался в стену Твердыни, но тут же попытался ускользнуть снова, вот только не успел.
Моя рука крепко обхватила его запястье.
Глаза врага расширились от удивления.
Наниты хлынули в тело Владыки Теней, и тут он… закричал, попытался вырваться, но я держала крепко. Нанороботы пожирали его магическую суть, уничтожая саму основу его могущества.
- Что ты такое, графиня Леваньер?.. - хрипел он, его жёлтые глаза тускнели, становясь светло-карими.
- Не что, я всё же человек, - спокойно ответила я. - Пусть и вовсе не Леваньер.
Через десять секунд Глава жутких наёмников стал обыкновенным человеком, очень старым, боюсь даже представить, сколько ему на самом деле лет.
И тут я услышала крик, это был Дорис. Юноша, раскинув руки, закричал. Всё его тело вспыхнуло ослепляющим светом.
Солнечный импульс. Заклинание самопожертвования.
Он выжигал из себя всю магию до последней капли, до последней искры жизни.
Свет был невыносимо ярким. Все великаны-тени, что наседали на Торбена и Стального, как и воины-тени рангом ниже, глухо зарычали и начали таять, испаряясь под натиском чистого света. Они опали пеплом, исчезнув в тумане. Рик и Генри остались стоять посреди опустевшего поля.
Свет держался почти минуту, а потом погас.
Дорис, слегка улыбнувшись, рухнул лицом вниз и больше не шевелился.
Из тумана начали выползать новые враги. Да сколько их тут?!
- Уходим! - крикнула я.
Рик, подхватив Дориуса, помчался вперёд. Торбен сильно хромая, спешил следом за ним. Я же атаковала новых противников, защищая спины дорогих мне людей.
Достигнув Крыльев Гелии, мы забрались внутрь, я буквально рухнула в кресло пилота и запустила турбины.
- Всё, - прошептала я, отрывая самолёт от земли. - Рик, держи штурвал, я займусь Дорисом, пока не поздно.
На панели управления четыре огонька горели ровным светом, сигнализируя, что все передатчики на месте и функционируют.
Миссия выполнена. Пора домой.
Мы летели, оставляя Твердыню Тьмы позади. Турбины гудели ровно, но в кабине царила гнетущая тишина.
Рик держал штурвал и сосредоточенно смотрел вперёд. Торбен сидел, привалившись к стене, прижимая к боку окровавленную тряпицу. Дыхание капитана было хриплым, но ровным.
А Дорис…
Юноша лежал на полу, не шевелясь. Его кожа была мертвенно-бледной, почти прозрачной. Губы посинели, пульс слабый, нитевидный, готовый оборваться в любой момент, едва прощупывался.
Я опустилась рядом с ним на колени, положила руку на его грудь.
Я сглотнула комок в горле.
- Рик, - позвала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Нам нужно приземлиться. Сейчас.
Муж, вопросительно вскинув брови, обернулся.
- Сейчас, - повторила я. - Иначе он умрёт.
Ричард посмотрел на Дориса и кивнул. Вскоре Крылья Гелии пошли на снижение. Внизу расстилалась каменистая равнина, кое-где покрытая жухлой травой. Достаточно далеко от Твердыни, чтобы свет солнца её не коснулся.
Мягко приземлились. Полозья зашуршали по камням.
Стальной подхватил Дориса и вынес из кабины. Я последовала за ним, держа в руках Ловца. В одиночку поднять установку могла лишь я, или двое крепких мужчин, настолько он был тяжёл.
- Что ты собираешься делать? - спросил Рик.
- Мне нужна энергия, и Дорису, как магу света, тоже, - объяснила я, возвращаясь к юноше. - Много энергии.
Я осторожно поставила Ловца на землю и активировала, он зашипел, набирая мощность. Затем выстрелил концентрированным лучом в серое небо.
Пелена разошлась в стороны, и на землю упали яркие, живительные лучи солнца.
Свет окутал нас. Я почувствовала, как по телу разливается тепло, как наниты жадно впитывают чистую энергию.
Я опустилась рядом с Ювейном, положила обе ладони ему на грудь.
- Держись, Дорис, - прошептала я. - Держись.
Наниты хлынули в тело умирающего. И то, что я увидела внутренним зрением, заставило меня похолодеть: средоточие Дориса было разорвано. Последнее заклинание буквально выжгло его изнутри, оставив зияющую рану в самой структуре его магической сути. Энергетические каналы, тонкие нити, что связывали средоточие с остальными органами, были порваны, их края будто обуглились… Сосуды вокруг магического сердца лопнули от перегрузки. Кровь просачивалась в ткани, заполняя грудную полость.
Уняв дрожь в руках, сосредоточилась.
Наниты работали с хирургической точностью: перекрыли кровотечение, запечатывая разорванные сосуды один за другим; крошечные боты выстроились в цепочки, формируя временные стенки, пока повреждённая ткань не приходила в норму.
Это было сложнее.
Магическое средоточие нельзя было просто «склеить». Оно было живым, пульсирующим образованием из чистой маны, сплетённой с нервной и кровеносной системой. Наниты не могли создать магию, но они могли создать каркас, структуру, по которой она снова потечёт.
Я направила микророботов к разорванным энергетическим каналам, и они тут же начали плести новые связи из биологической ткани, усиленной наноструктурами. Крошечные мосты между разорванными концами каналов. Проводники для маны.
Дорис застонал. Его веки дрогнули.
- Тихо, - прошептала я. - Не двигайся. Ещё немного.
Рик встал на колени рядом с нами, положил руки моему пациенту на плечи, чтобы тот ненароком не дёрнулся. Я кинула на мужа благодарный взгляд и вернулась к работе.
Осталось самое сложное - само средоточие.
Наниты окружили зияющую рану в центре магической системы Дориса. Они не могли залечить её полностью, но были способны создать оболочку, стабилизировать структуру, дать ей возможность восстановиться самостоятельно.
Микропомощники слой за слоем плели кокон вокруг повреждённого органа, тонкую сеть из биологической ткани, которая поддержит, защитит, даст время на естественную регенерацию.
Я убрала руки и откинулась назад, тяжело дыша.
Веки Дориса задрожали и распахнулись, его янтарные, обычно горящие азартом глаза, были тусклыми, затуманенными, но юноша выжил, а это главное.
- Госпожа? - прохрипел он. - Мы… победили?
Я улыбнулась и кивнула:
- Победили, Дорис. Ты настоящий герой.
Он слабо улыбнулся в ответ и снова закрыл глаза, проваливаясь в целебный сон.
Торбен, всё это время молча наблюдавший за происходящим, выдохнул:
- Невероятно. Вы ведь вернули его с того света, миледи.
Я промолчала, вместо этого сказала другое:
- Мне нужно вас перевязать, сэр Генри, а то как бы не пришлось и вас латать…
***
Башенки замка Монтрайнов показались на горизонте к концу пятого дня полёта.
Террасные поля, изумрудно-серые склоны гор, серебряные ленты рек - всё выглядело таким родным, таким безопасным после мрака Твердыни.
Я вела Крылья Гелии на посадку, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее.
Мы сели на задний двор замка.
И я увидела спешащих к нам родных. И только в этот момент поняла, насколько я по всем ним соскучилась!
Дедушка, Абигейл, Розалинда и Мари…
Я открыла дверь кабины, и первое, что услышала, был крик Аби:
- Гвени! Гвени вернулась!
Девочка врезалась в меня, обхватила руками за талию.
- Ты вернулась! Ты обещала, и ты вернулась! - она плакала и смеялась одновременно.
Я опустилась на колени, обняла её, зарылась лицом в её светлые волосы.
- Я всегда сдерживаю обещания, - прошептала я.
Дедушка подошёл следом:
- Внучка! Как же ж я за вас волновался! Слава богам, вы вернулись. И даже никого по дороге не потеряли, - широко улыбнулся он.
- Всё хорошо, деда, - я встала и шагнула к нему, в его распахнутые объятия. - Мы справились.
Розалинда и Мари кинулись на меня следом, причитая, всхлипывая, проверяя, не ранена ли я.
- Ты так исхудала!
- Побледнела пуще прежнего, и волосы потускнели!
- Тебя нужно срочно накормить!
Я смеялась, обнимала их, чувствуя, как что-то тёплое разливается в груди - я дома.
Генри и Рик вышли следом, поддерживая Дориса. Юноша был бледен, но вяло улыбался.
- Стража, отведите Дориса в лазарет, - приказал Ричард стоявшим чуть в отдалении воинам. Несколько человек подхватили юного артефактора и понесли внутрь замка.
Дедушка вопросительно вскинул брови, и я пояснила:
- Теням, как мы и предполагали, сильно не понравилось наше вторжение, схватка была весьма ожесточённой… Пришлось попереживать, но всё в прошлом, - устало улыбнулась я. - Главное, что все четыре передатчика установлены. Связь с Гармонизатором стабильна. И мы готовы к следующему шагу.
Абигейл, внимательно слушавшая наш разговор, тут же радостно подпрыгнула:
- Значит, скоро солнце вернётся по-настоящему?
Я погладила её по пушистым, вьющимся волосам:
- Да, малышка, скоро.
Архин Велан поднял посох, и его голос, усиленный магией, разлетелся далеко окрест:
- Наши люди вернулись! Миссия выполнена!
Двор взорвался ликующими криками, люди были искренне счастливы…
Вечером, когда празднество в нашу честь утихло, я поднялась на крышу Северной башни. Рик сопровождал меня и, сев рядом, так же как я, свесил ноги в пустоту. Тёплый летний ветер играл в волосах и нежно щекотал кожу.
- Гвени, - нарушил уютное молчание муж.
- М-м? - откликнулась я.
- С возвращением светила многие власть имущие разозлятся, захотят отомстить, вероятно, пришлют наёмных убийц по наши души, - тихо заметил Ричард, поделившись со мной тем, что его сейчас тревожило больше всего. - Вот уже сколько десятилетий короли держат народ в узде через магически напитанные участки…
- Пусть злятся сколько влезет, шлют кого угодно, я их не боюсь, - пожала плечами я, - и ты не переживай. Будем решать проблемы по мере их поступления. А что там у них станет с властью, меня волнует в последнюю очередь. Я забочусь только о благополучии простого люда. И завтра, стоит миру проснуться, мы запустим Гармонизатор.
- Нет, - выдохнула я, медленно опустив руку, так и не нажав на кнопку активации Гармонизатора. Сделала шаг назад.
Вдоль позвоночника пробежали колкие мурашки, тело покрылась гусиной кожей, волосы на затылке зашевелились.
- Нет, только не это, - медленно проговорила я, поднимая голову к безмолвным серым небесам.
- Гвени, внучка, что случилось? - встревожился дедушка, мигом оказавшись рядом со мной.
- Деда, - я совладала с нахлынувшими эмоциями, - если со мной что-то случится, - посмотрела в его полные непонимания глаза, такие же зелёные, как мои, и старалась, чтобы голос не дрожал, - присмотри за Риком, он ведь не сможет без меня жить… Я…
- Дочка, - опешил архин, резко шагнул ко мне и крепко обнял. - Я ничего не понял, объясни толком, прошу.
- Они уже близко, - прошептала я и снова посмотрела вверх.
Пять маленьких точек, несколько мгновений назад едва различимых среди тяжёлых облаков, становились всё больше. Вскоре я могла рассмотреть каждую деталь антрацитовых доспехов, в которые были облачены нежданные гости.
- Кто это? - глухо спросил дедушка.
- Они такие же, как я, - отозвалась я. - Не вмешивайтесь, иначе это будет стоить вам жизни, - быстро добавила, и, дождавшись, когда гости опустятся в центр замкового двора, спрыгнула с крыши Северной башни.
Приземлилась мягко. Выпрямилась, не сводя взора с пяти высоких фигур в чёрном.
Они выстроились полукругом. Все под два метра ростом. Доспехи облегали их, как вторая кожа, сотканная из какого-то материала, который одновременно напоминал и металл, и композитное волокно. На груди незваных гостей светился знак в виде стилизованного изображения десяти звёзд, расположенных кольцом.
Центральная фигура U-07, подняв руку, коснулась шеи, и шлем на его голове сложился в воротник, открывая лицо. Жёсткое, с холодными светло-голубыми, почти прозрачными глазами. Шрам пересекал левую щёку от уха до подбородка. Мужчине было лет сорок, может, чуть меньше.
Остальные четверо остались неподвижны - безликие, молчаливые, смертоносные.
- Прототип V-11 интегрировался с особью женского пола, - заговорил U-07 ровным, механическим, лишённым эмоций голосом. - Носитель, - это он обратился уже ко мне, - ты нарушил множество директив Альянса. Генерал-адмирал Звягинцев требует твоего немедленного прибытия на борт флагмана "Пересвет".
Я сжала кулаки.
- Уходите. Я никуда не пойду.
U-07 даже не моргнул.
- Это не просьба. Это приказ.
- Мне плевать на ваши приказы, - я сделала шаг вперёд, заглянула в бесстрастное, лишённое эмоций лицо.
- Прототип V-11 представляет угрозу галактической безопасности, - продолжил он монотонно. - Ты получил доступ к технологиям Евразийского Альянса. Использовал их для вмешательства в развитие цивилизации категории три. Создал запрещённые установки. Генерал Звягинцев считает тебя непредсказуемым фактором. Возвращение обязательно.
За моей спиной раздались быстрые шаги. Я знала, кто это, Ричард, а за ним спешила замковая стража. Дедушка стоял на крыше, опираясь на посох, готовый в любой момент вмешаться.
- Рик, стой! - крикнула я, не оборачиваясь.
U-07 посмотрел на собравшихся людей, как энтомолог на насекомых.
- Эмоциональная привязка к аборигенам, - констатировал он. - Прототип V-11 проявляет незапрограммированные реакции, близкие к человеческим.
- Потому что я и есть человек! - выдохнула я. - У меня здесь семья, друзья!
- У тебя есть только долг перед Альянсом, - холодно отрезал U-07. - Ты собственность Евразийского военного командования. Экспериментальное оружие. Ты должен быть возвращён для изучения и утилизации.
- Утилизации? - я почувствовала, как гнев закипает внутри.
- Прототип нестабилен. Слишком опасен для свободного существования, - воин сделал шаг вперёд. - Генерал-адмирал Звягинцев ждёт тебя на орбите вашей планеты. Время на добровольное подчинение: тридцать секунд. После этого мы применим силу.
И замолчал. Холодно, не моргая, впившись мне в лицо.
Я стояла, глядя в его бездушные глаза, чувствуя, как мир сужается до одной точки. Я могла бы сразиться с ними, но я одна, а их пятеро. И они не пощадят никого, убьют всех, уничтожат мой дом, сравняют его с землёй.
Все погибнут.
- Хорошо, - согласилась я. - Я пойду с вами. Дай мне время попрощаться с родными.
U-07 молчал несколько секунд, связываясь со своим начальством.
- Одобрено, - наконец выдал он. - Две минуты.
Я развернулась и кинулась к мужу, который стоял совсем близко. Он явно ничего не понимал, в его глазах светился вопрос: кто это и что ему нужно? Обняв мужа, прижала его к себе крепко-крепко, отчаянно, словно пыталась впитать в себя.
- Гвени, что происходит? - от неожиданной силы, которую я впервые к нему проявила, охнул он.
- Милый, - прошептала ему на ухо, - слушай внимательно. Я люблю тебя. Сильнее, чем могу выразить словами. Ты моя жизнь. Мой дом. Моё всё. Помни об этом. Сейчас я должна уйти с ними. Они такие же, как я, и вам их не одолеть. Мечи против них бессильны. Рик, верь мне, и я вернусь. Без твоей веры, без твоей поддержки я не справлюсь. Понимаешь? Мне нужно знать, что ты ждёшь меня…
- Я никуда тебя не отпущу, - прорычал Ричард, сжимая меня в своих руках.
- Так нужно, милый, - прошептала я, по щекам покатились слёзы, и я больше не пыталась их сдержать. - И береги их всех. Дедушку. Абигейл. Наших друзей.
Я встала на цыпочки и крепко его поцеловала, вкладывая в этот поцелуй всё, что не могла выразить словами. Все свои страхи, всю свою любовь, всю свою надежду.
С трудом прервав поцелуй, выдохнула:
- Я вернусь. Клянусь.
Выбраться из крепких рук мужа было легко, как бы он ни пытался меня удержать.
Затем я сделала несколько быстрых шагов назад и с силой оттолкнулась от земли. Камни под моими ногами треснули, раскололись, образовав воронку. А я стремительно взмыла в небо.
Пятеро пришельцев взлетели следом, окружая меня со всех сторон - двое спереди, двое по бокам, один сзади. Идеальный боевой строй. Я была в клетке из живой стали.
Ветер бил в лицо, волосы развевались за спиной. Земля стремительно отдалялась: замок, город, террасные поля - всё это становилось всё меньше и хрупче.
Мир, за который я так отчаянно сражалась, превращался в географическую карту. Чувство было двойственным: с одной стороны, захватывающий дух восторг от высоты и открывшегося простора, с другой - холодное отчуждение. Там, внизу, кипели страсти, лилась кровь, вершились судьбы. Отсюда с высоты птичьего полёта, всё это казалось таким незначительным. Горы, выглядевшие вблизи неприступными исполинами, превратились в морщины на сером покрывале земли.
Стоило нам приблизиться к Пелене, как U-07 безбоязненно влетел в серую толщу. Остальные последовали за ним. Я, поколебавшись секунду, нырнула за ними. И почти сразу же ощутила, как нечто живое и очень злое вгрызлось в мою кожу, стремясь прошить меня насквозь. Летящие вокруг меня воины вдруг вспыхнули ало-чёрным сиянием.
Я с тревогой посмотрела на своих конвоиров, они как-то странно дёрнули головами, но через секунду их микропомощники активировали свои системы и принялись восстанавливать нанесённые Пеленой повреждения. Всё это время чужаки продолжали лететь, не сбавляя темпа, словно с ними ничего не происходило.
И вот что интересно, я тоже ощутила атаку Завесы, но в отличие от спутников отделалась лишь секундным страхом, который вскоре сошёл на нет вместе с неприятными ощущениями.
Это всё наталкивало на определённые мысли…
Вскоре мы поднялись выше магического барьера, и я почувствовала, как воздух стремительно вырывается из лёгких - не плавно, а рывком, словно кто-то выдавил его из меня силой. Я попыталась вдохнуть, но вдыхать было нечего.
Паника ударила волной. Первобытная, животная. Тело отчаянно требовало кислорода, но его не было.
Температура обрушилась не постепенно, а мгновенно. Кожа на открытых участках тела заледенела, влага на губах испарилась за секунду.
Зато давление… Оно исчезло. Я почувствовала, как вся я начала раздуваться, кожа натянулась, сосуды набухли. В глазах потемнело. Ещё секунд десять, и я потеряю сознание.
Вокруг моего тела мгновенно сформировалось силовое поле: тонкий, едва различимый кокон, удерживающий остатки воздуха и создающий давление. Лёгкие судорожно втянули драгоценный кислород.
Я жадно вдохнула. Раз. Два. Три.
Паника отступила.
Холод снаружи больше не проникал в меня, поскольку наниты регулировали теплообмен.
Я открыла глаза и, кроме солнца, увидела его.
Исполинский крейсер длиной почти в километр, ощетинившийся орудийными башнями и сенсорными антеннами, завис на орбите. Его корпус был выкрашен в тёмно-серый цвет с красными полосами Евразийского Альянса.
Мои конвоиры полетели к нему, я двигалась следом и лихорадочно обдумывала свои дальнейшие шаги, если вдруг переговоры зайдут в тупик.
***
Интерлюдия
Генерал-адмирал Виктор Звягинцев стоял у панорамного иллюминатора командного мостика, наблюдая, как шесть точек приближаются к кораблю.
- Объекты вошли в швартовочный отсек Дельта-7, - доложила лейтенант Мейсен. - Герметизация завершена. Атмосфера восстановлена.
- Пусть они проведут Прототип ко мне на мостик, - приказал Звягинцев. - А затем отправь их на диагностику; вторая Пятёрка пусть дежурит под дверью.
Мейсен кивнула и вышла.
Адмирал опустился в своё кресло, чувствуя, как усталость давит на плечи. Сорок лет службы. Три войны. И вот теперь - это.
Дверь мостика бесшумно открылась.
Генерал поднял глаза и, не скрывая удивления, всмотрелся в тонкие, красивые черты лица вошедшей. Он не видел её, только слышал голос через U-07, странное поле, окружавшее эту планету, вносило помехи в видеосвязь и даже речь звучала странно приглушённо.
Девушке было от силы лет девятнадцать. Хрупкая и юная, казалось, порыв ветра подхватит её и унесёт в прекрасные дали.
Он ожидал увидеть монстра, изуродованного симбиозом существа.
Но никак не красавицу, необыкновенно, просто поразительно очаровательную молодую женщину.
Высокая, стройная, с длинными рыжими волосами, волнами, ниспадающими на плечи, тонкая белая кожа без единой веснушки. Её прекрасные изумрудные глаза смотрели на него и на окружающую обстановку со сдержанным, даже вежливым любопытством.
- Прототип V-11 доставлен, - монотонно доложил U-07, замерший за её спиной.
- Свободен, - кивнул Звягинцев.
Воин развернулся и вышел, оставив их наедине.
Генерал поднялся с кресла, сделал несколько шагов навстречу.
- Меня зовут Виктор Звягинцев, генерал-адмирал Евразийского Альянса, - представился он.
Незнакомка коротко кивнула и ответила:
- Герцогиня Гвендолин Монтрайн.
Надо же, аристократка, впрочем, неудивительно, если судить по тому, как она на него смотрела. Как на равного.
- Прошу, леди Монтрайн, присаживайтесь, - и указал на кресло напротив своего. - Вы знаете, что такое проект "Живая Сталь"? - сразу же к делу перешёл он.
- Знаю, генерал-адмирал, конечно же, я всё о вас знаю, эта информация пришла ко мне от нанороботов, ставших частью меня.
- Тогда вы в курсе, что то, что сейчас в вас принадлежит нам.
- Я не представляю вашему миру никакой угрозы, мне до вас и дела нет. Там, внизу, моя планета, я её дитя. А что происходит, где-то там в другой части нашей необъятной Галактики меня вовсе не волнует.
Честно ответила она, а Звягинцев смотрел и восхищался этим созданием. Человек-робот, который может чувствовать, любить, сострадать, злиться, принимать самостоятельные решения. Прекрасный симбиоз.
Он снова встал, подошёл к иллюминатору, поглядел на планету, окутанную странной субстанцией, которой они пока не смогли дать точного определения, и заговорил вновь:
- Мы отследили траекторию аварийного гиперпрыжка Ястреба и обнаружили энергетические всплески здесь, на неклассифицированной планете в периферийном рукаве. Цивилизация категории три, доиндустриальная стадия развития…
- Позвольте мне вернуться домой, - перебила его гостья, внимательно следившая за передвижениями генерала.
- Миледи, я вас понимаю. Действительно, понимаю. Но и вы должны понять меня. Прототип V-11 - это не просто эксперимент. Это потенциально самое опасное оружие в галактике. И то, что вы остались в своём уме это…, это требует всестороннего изучения, нам нужно понять, что именно помогло вам сохранить, хм-м…
- Человечность, - подсказала собеседница.
- Благодарю, да, её, - едва заметно улыбнулся старик.
- Генерал-адмирал, - нарушила возникшую в помещении тишину герцогиня, - есть ли возможность отделить нанитов от меня, чтобы я снова стала обычным человеком? Заберите свою разработку и улетайте, забудьте о Гелии и обо мне…
Но договорить ей не дали, мостик заполнил третий голос, холодный и бесстрастный голос бортового ИИ:
- Сэр, завершено сканирование биологических показателей объекта. Обнаружена аномалия, - монотонно продолжил ИИ. - Наниты прототипа V-11 интегрировались на генетическом уровне. Зафиксированы изменения в структуре ДНК носителя. Нанороботы стали частью генома, их выделение из организма невозможно без летального исхода носителя. Повторяю: экстракция нанитов приведёт к смерти носителя.
Звягинцев заметил, как Гвендолин побледнела, а её губы сжались в тонкую линию.
- Я являюсь новой формой жизни, - криво усмехнулась гостья, - и вы так просто меня не отпустите, верно?
- Верно, миледи. Это уже не в моей компетенции.
- Я никуда с вами не полечу, генерал-адмирал. Во всяком случае по доброй воле, - герцогиня медленно встала, заставив Звягинцева невольно напрячься.
***
Пятёрка двигалась по коридору «Пересвета», направляясь в свой сектор. Их тяжёлые шаги гулким эхом разносились по металлическим переходам.
Лейтенант Даяна Мейсен шла позади, сверяясь с планшетом. Стандартная процедура после выполнения задания: вернуть оперативников в их отсек, провести диагностику, составить отчёт. Но вдруг воины остановились, замерев в полной неподвижности. Мейсен нахмурилась: это было неправильно. Члены Десятки никогда не останавливались без причины. Они всегда точно следовали приказам.
- U-07? - окликнула она. - Что-то не так?
Но договорить не успела: тела пятёрки странно задрожали, глаза закатились. Эта жуткая тряска длилась четверть минуты и прекратилась так же неожиданно, как и началась.
U-07 медленно повернул голову к Даяне.
- Приказ получен, - отчеканил он монотонно. - Уничтожить носителя прототипа V-11. Ликвидировать население планеты. Приступить к выполнению немедленно.
Мейсен шокировано замерла.
- Что?! - ахнула она, стараясь не паниковать. - Какой приказ? Генерал-адмирал не давал таких распоряжений!
Но пятёрка уже разворачивалась в сторону мостика.
- Стоять! - крикнула Мейсен им вдогонку. - Приказываю проследовать в сектор Дельта-12! Немедленно!
Но они остались глухи к её словам.
- Роб, - Даяна воззвала к корабельному искину, - код доступа Альфа-семь-девять! Требую проверить статус оперативников U-03, U-05, U-07, U-08, U-10!
- Запрос обработан. Связь с указанными объектами не установлена. Внутренние сети оперативников заблокированы. Причина блокировки: неизвестна. Уровень доступа: недостаточен для принудительного подключения.
- Заблокированы? Как это "заблокированы"?! Ты должен контролировать все системы на борту!
- Биологические импланты оперативников работают на закрытой архитектуре. Лейтенант, я обнаружил внешнее вмешательство. Сигнатура вмешательства не соответствует известным протоколам. Природа воздействия: неклассифицируема. Рекомендуется немедленная эвакуация персонала из зоны контакта.
Холод сковал Мейсен.
- Неклассифицируема? Роб, ты хочешь сказать, что не понимаешь, что с ними происходит?
- Да. Данный тип воздействия отсутствует в базе данных.
- Роб, общекорабельная тревога! Немедленно! - бросила она и кинулась вперёд, преградив дорогу пятёрке. Её рука метнулась к кобуре на поясе и выхватила станнер. Направив его на U-07, приказала:
- Ни шагу дальше!
Но она не успела даже прицелиться - пальцы в металлической перчатке сомкнулись на её шее и сдавили.
По коридору разнёсся противный хруст ломаемых позвонков.
Тело Мейсен обмякло, U-07 разжал пальцы, и труп лейтенанта рухнул к его ногам.
_____________________
Голос Роба прорезал напряжённую тишину мостика:
- Генерал-адмирал Звягинцев, критическая ситуация. Зафиксирована гибель лейтенанта Мейсен. Оперативники U-03, U-05, U-07, U-08, U-10 проявляют враждебное поведение. Направляются к мостику. Расчётное время прибытия: пять минут сорок пять секунд.
Звягинцев резко отвернулся от иллюминатора.
- Что?! Повтори!
- Первая Пятёрка вышла из-под контроля, - монотонно доложил искин. - Связь с их внутренними системами отсутствует. Импланты заблокированы неизвестным воздействием. Лейтенант Мейсен попыталась остановить их и погибла. Оперативники движутся к командному мостику. Цель: уничтожение носителя прототипа V-11, жителей её планеты и всего персонала на борту.
Я одним движением покинула кресло:
- Вышли из-под контроля? Роб, что именно ты зафиксировал?
- Сканирование оперативников показало аномальные включения в биологических тканях. Обнаружены неизвестные частицы, не соответствующие базе данных. Природа: неклассифицируема. Частицы встроились в нейронные связи на микроуровне. Результат: блокировка командных протоколов, замена базовых директив.
Я похолодела.
- Это всё она. Магия Пелены. Сейчас нет времени объяснять вам, что к чему, придётся просто довериться мне. Некая субстанция проникла в ваших воинов во время прохождения Завесы, которая окутывает Гелию. Пелена псевдоразумна, и она каким-то образом повлияла на ваших воинов, - быстро проговорила я.
- Это не технический сбой, - глядя в растерянное лицо Звягинцева, продолжила я безжалостно. - Пелена не хочет умирать. Она знает, что я угроза её существованию.
Генерал стиснул челюсти и отрывисто приказал:
- Роб, активируй Вторую Пятёрку! Остановить скомпрометированных оперативников любой ценой!
- Есть, сэр! Но Вторая Пятёрка находится в секторе Гамма-5. Расчётное время прибытия к мостику: десять минут. Рекомендуется немедленная эвакуация экипажа.
Я быстро просчитывала варианты спасения. Я знала возможности нанитов, знала, что они почти неуязвимы.
- Генерал-адмирал, у вас должно быть оружие против них. На случай если они выйдут из-под контроля. Вы же не могли создать таких существ без способа их остановить? - выпалила на одном дыхании, не скрывая надежды, что они нечто подобное предусмотрели.
- Есть, - коротко бросил Звягинцев. - Импульсные гранаты класса «Омега». Они генерируют электромагнитный разряд, который выводит из строя импланты, и носитель умирает. Хранятся в оружейной на палубе Альфа-3.
- Далеко? - быстро спросила я.
- Десять минут бегом, - мрачно ответил генерал. - У нас нет столько времени.
- А код отключения? - не отступала я. - Аварийный ключ? Что-то, что может заблокировать их системы дистанционно? Роб, ты попробовал этот вариант?
- Да, миледи Монтрайн, - тут же отозвался звучащий по-человечески приятный голос искина. - Безрезультатно.
Звягинцев тяжело вздохнул.
- Есть ещё протокол «Красная Зима». Кодовая последовательность, которая принудительно отключает все функции и вводит их в режим стазиса. Но… - он посмотрел на меня тяжёлым взглядом, - для активации нужен прямой доступ к их нейроимплантам. Необходим физический контакт, ввод кода вручную. Интерфейсный порт располагается на затылке, там, где и вводили наниты в тело бойца.
Я похолодела, лихорадочно обдумывая услышанное:
- План простой, - посмотрев в хмурое лицо собеседника, начала я. - Роб, отправь Вторую Пятёрку за Омегами, а мне нужно покинуть корабль и спуститься на Гелию. Ваша вторая Пятёрка последует за мной. В дроп-подах, чтобы они не соприкоснулись с Пеленой.
- Сэр? - искин не подчинялся мне и поэтому обратился к своему командиру.
- Роб, выполняй!
За дверью послышались тяжёлые шаги.
- Генерал-адмирал, назовите код! - потребовала я.
- Последовательность: Альфа-девять-Омега-один-Дельта-семь-Бета-ноль. Интерфейсный порт находится под шлемом, в основании черепа. Нажмите и удерживайте три секунды, затем чётко произнесите код голосом. Если всё сделано правильно, оперативник отключится.
- Принято, - кивнула я и шагнула к двери.
- Леди Монтрайн, - окликнул меня Звягинцев. - Каков ваш план?
Я обернулась.
- Пелена проникла в нейронные связи ваших бойцов, но изменить источник энергии нанитов, поскольку это технология, а не биология, не способна. А значит, нам нужно спуститься на Гелию, где нет доступа к энергии солнца. И там у нас будет шанс их победить.
- Удачи, - кивнул генерал-адмирал. - И… прошу прощения.
- Раз вы сожалеете, то разблокируйте запечатанные функции моих нанитов.
- Роб продиктует вам пароль, - без раздумий кивнул Звягинцев.
И я, более не медля ни секунды, рванула к выходу.
Я летела в режиме ускорения по коридорам «Пересвета» и не встретила ни единой души по пути к цели. Экипаж получил приказ запечатать отсеки, спрятаться за герметичными переборками, не высовываться, пока угроза не минует.
Поворот направо. Ещё один коридор. Лестница вниз, я легко перепрыгнула через весь пролёт, приземлившись мягко, без звука.
Где-то позади меня двигалась Первая Пятёрка
Сектор Бета-4.
Я влетела в узкий отсек с рядом круглых люков вдоль стены. Каждый из них вёл к дроп-поду - одноместной капсуле для экстренного десантирования. Военные использовали их, чтобы быстро высаживать солдат на планеты.
Капсула номер три светилась зелёным, Роб подготовил её к запуску.
Я дёрнула рычаг, и люк с шипением распахнулся.
Я не планировала лететь на землю без внешней защиты, и уж тем более не хотела, чтобы Пелена коснулась меня ещё раз. И стоило сэкономить так нужную мне сейчас энергию. Поэтому выбрала такой вариант.
Забравшись внутрь, пристегнулась и выдохнула:
- Роб, координаты: Гелия, туманное ущелье на границе Вийхерма. Вход в горы, юго-восток от замка Монтрайн. Расстояние примерно десять километров.
- Координаты установлены, - ответил голос искина из динамиков капсулы. - Траектория рассчитана. Прохождение магического барьера неизбежно. Рекомендуется активировать защитные системы на максимум.
- Сделай это, - коротко бросила я.
- Запуск через пять секунд.
Я сжала подлокотники кресла.
Пять.
Четыре.
Три.
Два.
Один.
Капсула содрогнулась. Механизм катапультирования сработал с оглушительным грохотом. Меня впечатало в спинку кресла чудовищной перегрузкой, сдавив все органы: лёгкие сжались, рёбра заныли, в глазах потемнело.
Дроп-под вырвался из корабля, как пуля из ствола.
Я летела в пустоте космоса.
Свет солнца ласкал кожу рук и лица, напитывая моих нанороботов под завязку. Мне нужна сила, чтобы я смогла одолеть преследователей.
Через иллюминатор я невольно залюбовалась на звёзды, такие холодные, далёкие, безразличные. И прекрасные настолько, что захватывало дух. А внизу, прямо подо мной, висела Гелия. Серая. Окутанная Завесой, как саваном.
- Код доступа административного уровня: 7-Дельта-Пси-Омега-14-Сигма-Бета-9-Тета-3-Альфа-Каппа-22-Гамма-Эпсилон-17, - вдруг снова заговорил Роб. - Идентификация: генерал-адмирал Виктор Андреевич Звягинцев. Биометрическая подпись: подтверждена. Инициирую разблокировку протоколов.
Передо мной вспыхнул целый каскад данных: не просто код, а многоуровневая последовательность с биометрической привязкой. Без голоса Звягинцева, без его нейросигнатуры, переданной через системы корабля, этот код был бы бесполезен. Вот почему я никогда не смогла бы взломать его сама.
Перед моим внутренним взором вспыхнули пять серых иконок с замками. Одна за другой они загорелись зелёным.
ПРОТОКОЛ 1: МАЯК ВОЗВРАЩЕНИЯ, разблокирован.
ПРОТОКОЛ 2: ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ БАРЬЕР, разблокирован.
ПРОТОКОЛ 3: ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ, разблокирован.
ПРОТОКОЛ 4: РЕЖИМЫ УСКОРЕНИЯ, разблокирован.
ПРОТОКОЛ 5: ПОЛНАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ, разблокирован.
- Добро пожаловать, Прототипом V-11 в мир безграничных возможностей, - напоследок добавил искин и смолк, его пожелание отчего-то неприятно меня царапнуло. Оно мне совсем не понравилось, будто там было второе дно.
Тем временем скорость капсулы всё росла.
Вскоре дроп-под влетел в верхние слои атмосферы. Обшивка раскалилась добела, превратившись в падающую звезду, оставляющую за собой огненный след в пепельном небе.
Капсула содрогалась, металл скрежетал под натиском магии Пелены, но в итоге смогла её преодолеть и не развалиться!
Завеса осталась позади.
- До точки приземления: сорок секунд, - оповестил меня дружелюбный, даже приятный голос Роба.
Сквозь серую дымку проступили очертания гор. Острые пики, изломанные скалы, ущелья, затянутые находящейся в непрерывном движении мглой.
Туманное ущелье.
Я выбрала его не случайно. Достаточно далеко от Вийхерма, чтобы не подвергать опасности жителей королевства. И достаточно близко к Ловцу Света, если вдруг он мне понадобится.
Капсула включила тормозные двигатели. Перегрузка сменилась на противоположную - меня рвануло вперёд, ремни впились в плечи.
Удар!
Дроп-под врезался в землю, завизжал металл, системы погасли.
И наступила тишина.
Переведя дыхание, я расстегнула ремни, дёрнула рычаг аварийного выхода. Люк со скрежетом откинулся.
Холодный ветер ударил в лицо.
Я выбралась наружу и спрыгнула на землю.
Серые скалы вздымались по сторонам, теряясь в тумане. Узкая тропа вилась между ними, уходя вглубь гор. Воздух был влажным, пропитанным запахом камня и мха.
Посмотрела в небо. Пять точек стремительно неслись в мою сторону.
- Ну что же, - прошептала я, сжав кулаки, - давайте посмотрим, кто из нас продержится дольше.
И шагнула в туман.
***
Они упали с неба, как чёрные молнии.
U-03, U-05, U-07, U-08, U-10.
Я таилась в сизой дымке и внимательно за ними наблюдала.
Они атаковали первыми.
Мир вокруг замедлился. Плазменный заряд полз по воздуху, словно застывший в янтаре. Я сделала шаг вправо, заряд прошёл там, где секунду назад было моё плечо, и врезался в скалу.
Взрыв!
Осколки камня повисли в воздухе, затем медленно разлетелись в стороны.
Но меня уже там не было.
Туман расступался передо мной, как занавес. За три секунды я преодолела пятьдесят метров, оказавшись позади Пятёрки.
Я деактивировала функцию, и мир вернулся к нормальной скорости.
U-03 обернулся, но я успела нанести удар ему в грудь.
И как бы это ни было удивительно, я оказалась сильнее врага! Моя атака заставила сделать его несколько шагов назад.
Остальные тоже развернулись ко мне и вошли в режим ускорения.
Мир снова размазался, а из моих ладоней вырвались два луча чистой, сконцентрированной энергии. Они прошили туман, превратив серую мглу в ослепительно-белую вспышку.
U-05, по-простому Пятый, попытался уклониться, но не успел. Луч пробил его доспех насквозь, прожёг грудь, но его нанороботы уже латали дыру, стремительно восстанавливая тело носителя.
Мне нужно заставить их тратить энергию, так, чтобы они стали слабее.
Десятый и Восьмой двинулись с флангов одновременно. Седьмой шёл по центру, готовясь выстрелить.
На гиперскорости ушла влево, затем повернула вправо и прыгнула вверх. Руки мои окутало бело-голубое сияние, я опустилась на U-10 сверху, вонзив энергетические когти ему в ключицы, пробив его антрацитовый доспех и разрывая плоть на части.
Спрыгнула и ушла назад, к Седьмому.
Деактивация ускорения.
Вокруг меня вспыхнуло силовое поле, полупрозрачная сфера бледно-голубого цвета. Она расширилась мгновенно, отбросив всех четверых на несколько метров.
Седьмой выстрелил. Плазменный заряд врезался в барьер и рассеялся с безобидным пшиком.
Они атаковали одновременно. Удары, выстрелы, попытки пробить щит силой. Барьер вспыхивал при каждом с ним соприкосновении, но держался.
Но я не собиралась просто стоять.
Я шагнула вперёд, барьер двигался вместе со мной. Восьмой и Пятый оказались ближе всех.
Я выпустила из обеих рук энергетические лучи, целясь им в ноги.
Луч прошёл сквозь барьер без сопротивления: поле защищало меня, но не мешало атаковать изнутри.
Восьмёрка и Пятёрка лишились ног, но даже не вскрикнули, отрезанные конечности потянулись белёсыми нитями к своим хозяевам, чтобы соединиться с ним в единое целое.
Я деактивировала барьер. Слишком затратно держать его постоянно.
U-03 вернулся в бой. Он, U-07 и U-08 окружили меня. Трое против одной.
Быстро восстановившийся восьмой, прыгнул сверху, его чёрный меч нацелился мне в голову. Третий атаковал слева. Седьмой готовил атаку справа.
И всё это в режиме ускорения. Я понимала, что, даже если сама ускорюсь, кто-то из них всё равно успеет меня задеть…
- Протокол четыре, - выдохнула я.
Мир исказился. Реальность сложилась, как бумажный лист. На мгновение я оказалась нигде и везде одновременно.
А потом в лицо ударил ледяной порыв ветра, будто сейчас не лето, а лютая зима. Я замерла на краю чудовищного обрыва, по низу которого стелился вязкий седой туман.
Тридцать процентов за один прыжок. Дорого. Слишком дорого я за него заплатила.
Но это дало мне время.
Я глубоко вдохнула, давая нанитам меня подлатать: ожоги на плече зажили, треснувшие рёбра восстановились, раны на теле затянулись.
Вдали сквозь туман я видела, как Пятёрка сканирует местность в поисках меня.
И тут что-то изменилось: двое из них, оттолкнувшись от земли, полетели…
- Нет… - поражённо выдохнула я, просчитав, куда именно они направляются.
Трое остались, чтобы добить меня, остальные устремились в Вийхерм, туда, где жили мои близкие.
И в этот момент с неба упали новые капсулы.
Дроп-поды Второй Пятёрки врезались в землю с жутким грохотом. Люки раскрылись, выпуская наружу пять фигур в чёрных доспехах, в руках они сжимали оружие против их собратьев.
И одно из них было направлено на меня.
Я рванула вверх и в сторону, на ходу врубая ускорение, наплевав на низкое количество энергии в нанитах. Тот, кто целился в меня, опустил пушку и, отвернувшись, вступил в схватку с бывшими собратьями.
Я же летела вперёд, стремясь догнать двоих воинов из Первой пятёрки. Что им нужно на землях Вийхерма? Навряд ли моя родня являлась целью. Подозреваю, Ловец света или даже Гармонизатор. Пелена стремилась уничтожить меня и всё, что способно хоть как-то ей навредить.
Вдали различила две чёрные точки. U-05 и U-10 неслись к землям Монтрайнов, не оглядываясь.
Я стиснула зубы. Не успею. Они доберутся до замка раньше меня.
- Протокол четыре, - выдохнула я. - Координаты: Северная башня замка Монтрайнов.
- Активируй! - рявкнула я.
Реальность с жутким свистом в ушах схлопнулась, и почти в ту же секунду меня выбросило в нужной точке - на крыше башни. Желудок свело судорогой, и меня вырвало. Судорожно вздохнув, и ещё раз, медленно встала. Шатаясь, сделала несколько шагов вперёд и прижала ладонь к Ловцу света. Установка откликнулась мгновенно, и тёплая волна силы хлынула в меня, теплом растекаясь по венам, наполняя каждую клетку. Наниты жадно впитывали солнечную энергию, возвращая мне краски жизни, тупая боль в груди стремительно отступала, как и дрожь в конечностях и шум в голове.
Отняв руки от Ловца, быстро огляделась. Внизу, во внутреннем дворе замка, сновали слуги. Мирная, привычная жизнь.
Я развернулась к Гармонизатору и положила руки на его холодную металлическую поверхность.
- Протокол два, - прошептала я. - Территориальный барьер. Максимальный радиус. Синхронизация с Гармонизатором.
Гармонизатор загудел. Магические кристаллы вспыхнули ярким золотым светом. Кольца пришли в движение. Полупрозрачная сфера бледно-голубого света расширилась мгновенно, окутывая весь замок Монтрайн и часть прилегающего городка.
Гармонизатор поделится своей энергией с созданным мной защитным полем, когда придёт время, но не более того. Функцию по уничтожению Пелены я запускать не стала, поскольку ещё не пришло её время.
Закончив с этим, перевела взор на горизонт.
Две чёрные точки приближались и быстро. Пятый и Десятый подлетели к едва заметно мерцавшему барьеру, замерли на мгновение, после чего атаковали, стремясь разрушить созданный мной щит.
Мне же необходимо успеть предупредить родных. Я развернулась и бросилась к лестнице.
- Дедушка! - крикнула я, влетая в главный зал замка. - Ричард!
Архин выскочил из кресла, на котором сидел.
- Гвени, ты вернулась! Как всё прошло…
- Все они мои враги, - коротко бросила я, перебив архина. - Они пытаются прорваться в замок. Я активировала барьер, но он не продержится долго, всех жителей нужно срочно спрятать в подземелье!
Дедушка мигом подобрался:
- Слышали? - повернулся он к слугам. - Выполнять! - рявкнул он и люди сорвались с места.
- Деда, иди с ними, - я подошла к старику и крепко его обняла.
- Они такие же, как ты? - вдруг спросил архин.
- Почти, но их больше.
- Я останусь с тобой и помогу чем смогу.
- Как и я, - раздалось позади. Я резко обернулась и встретилась с серыми глазами мужа.
- Милый, - выдохнула и сама не заметила, как оказалась в крепких объятиях Рика. - Нет. Тебе не совладать с ними. Никому на этой земле, кроме меня. Ты же нужен здесь, рядом с Гармонизатором, более никому я не могу доверить эту миссию. Когда увидишь, что мои силы на исходе, активируй установку.
- Я же сказал, что пойду сражаться вместе с тобой.
- Не спорь, пожалуйста, - я заглянула в его хмурое лицо, - без тебя я не справлюсь, ты должен остаться тут и выполнить мою просьбу.
Муж молчал, тяжело глядя мне в глаза, и в итоге медленно кивнул, а я выдохнула с облегчением. Быстро поцеловав Ричарда, мы с архином направились прочь из замка.
- Дедушка, как почувствуешь, что твои силы на исходе, уходи за барьер, - наставляла я его. - У них такой же иммунитет к магии, как и у меня. И в то же время они не смогут напасть на тебя, пока ты атакуешь. Главное, не дай им к тебе прикоснуться.
Мы приблизились к мерцающему куполу защитного поля. За ним U-05 и U-10 методично атаковали барьер плазменными выстрелами, энергетическими импульсами. Щит вспыхивал при каждом ударе, но держался.
Барьер пожирал мою силу, но не так быстро, как могло бы быть без дополнительной энергии, идущей от Гармонизатора.
- Сколько они протянут без подзарядки? - спросил Велан, глядя на чёрные фигуры.
- Недолго…
Я не договорила - краем глаза выхватила приближающиеся точки. Вторая Пятёрка супер-солдат Евразийского Альянса.
- Всемогущие боги! - выдохнул архин. - Их теперь семеро…
- Подожди, - я прищурилась в ожидании и вот двое киборгов, сошедших с ума под действием Пелены, синхронно обернулись и, недолго думая, принялись обстреливать собратьев.
- Что это? - удивился Велан.
- Они враги друг другу. Битва между ними будет весьма жёсткой. А солнца нет и заряжаться им всем не от чего. Рано или поздно батарейки сядут у всех наших незваных гостей
Пятеро против двоих. И мы не вмешивались, смотрели через подвижный, чуть мерцающий барьер на завязавшееся противостояние, и ничего не делали. Надо беречь силы, потому что рано или поздно кто-то из них возьмётся за нас.
- Генерал-адмирал, что прилетел на нашу планету, попросил у меня прощения. И я теперь понимаю за что.
Дедушка вопросительно на меня покосился, и я пояснила:
- Убить меня, я аномалия, которая, по его мнению, способна навредить человечеству. Потому что на меня нет управы, я им неподвластна.
- Как же сильно ошибается этот генерал… Дочка, ты прежде всего человек. И маг. Помни об этом. Никакой не ро-бот, - выделил он интонацией последнее слово. Архин Велан ни в какую не воспринимал меня как нечто сродни "говорящему куску железа", он всегда считал меня волшебницей, просто природа моих сил была иной, нездешней.
Я благодарно улыбнулась ему в ответ и сосредоточилась на происходящем прямо перед нами.
Двое оперативников Звягинцева развернулись навстречу Десятому. Один блокировал удар, второй контратаковал - энергетический клинок прошёл по касательной, оставив глубокую борозду на доспехе U-10.
Трое других сосредоточились на Пятом. Они двигались веером, перекрывая пути отступления.
Плазменные заряды U-05 разбивались об их щиты.
U-10 вырвался из захвата, отбросив одного ударом ноги. Но третий уже был рядом, обрушив на шлем Десятого удар чудовищной силой, настолько чудовищной, что шлем треснул.
Оперативники Второй Пятёрки не давали передышки. Они атаковали методично, расчётливо, используя численное превосходство.
Двое фиксировали противника, остальные наносили удары.
U-05 попытался прорваться сквозь троих, но его перехватили. Один оперативник схватил его за руку, второй за ногу, обездвиживая. Третий замахнулся энергетическим клинком.
Удар.
Клинок вошёл в плечо Пятого, прошёл сквозь доспех. U-05 дёрнулся, вырвался, отскочил на несколько метров. Его рука безжизненно повисла, повреждённая.
Я не знала, сколько осталось энергии в оставшихся киборгах, подвергшихся воздействию Завесы, но могла сделать приблизительные расчёты: U-10 около 40%, U-05 около 43% энергии.
И их резерв стремительно истощался: наниты всё медленнее латали повреждения, замедлилась скорость реакции, они прекратили использовать протокол ускорения. А телепортация всем членам Десятки так и вовсе была недоступна, такую способность заложили лишь в наниты следующего поколения.
U-10 сражался отчаянно. Его удары были мощными, разрушительными, но двое его противников работали слаженно, словно единый организм. Один блокировал, второй атаковал. Один отвлекал, второй наносил урон.
Десятый получал удар за ударом. Его доспех трещал, энергия падала.
И, наконец-то, они зафиксировали слабо сопротивляющегося Десятого. Один из оперативников Звягинцева метнул гранату Омега к его ногам. Электромагнитный импульс сковал тело U-10, наниты в его крови перегорели. Вскоре почти то же самое произошло и с U-05, свет его то ли жизни, то ли существования погас.
На мгновение на поле за защитным барьером воцарилась жуткая тишина. И в этой тишине оперативники Второй Пятёрки медленно повернулись к нам.
Один из них сделал шаг вперёд.
- Прототип V-11, - механически произнёс он, - сопротивление бессмысленно. Сдайся и прими быструю смерть.
Я выдохнула:
- Дедушка. Готов?
Велан поднял посох, плотно сжал губы и решительно кивнул.
И мы одновременно шагнули через защитную пелену.
Оперативники Второй Пятёрки замерли на мгновение, оценивая противников. Затем двинулись на нас, как хищники, окружающие добычу. Я активировала ускорение. Мир уже привычно замедлился. Я рванула вперёд, обходя двоих справа и целясь в третьего.
Удар!
Мой кулак врезался в грудь оперативника, отчего он отлетел на несколько метров, но уже через секунду поднялся и тоже вошёл в режим ускорения.
Четвёртый протокол пожирал силы быстро, настолько, что я не могла пользоваться им без перерыва, к сожалению.
Трое оперативников развернулись ко мне, двое двинулись к архину.
Я бросила быстрый взгляд на дедушку: он стоял, как и договаривались неподалёку от мерцающего барьера, как только он почувствует, что его силы на исходе, скроется за защитой, рисковать собой не станет, иначе я поспешу ему на выручку, и мы просто оба можем погибнуть. Всё это я растолковала ему, пока шло сражение двух Пятёрок.
В этот же момент Велан взмахнул посохом и из его навершия на наступающих противников полетел ярко-белый шар. Киборги выставили энергощиты, но я знала, что магические атаки не проходят для них бесследно - запасы так нужной для их существования энергии очень быстро тратятся.
Я вспомнила свой бой с Зориной, как её заклинания выжигали мою силу, и у оперативников Звягинцева была та же проблема. Один из киборгов, атакованных колдовским огнём, рванул к архину, пытаясь пробиться сквозь белоснежное пламя. Велан отступил на шаг ближе к барьеру и выпустил молнию. Разряд ударил в доспех. Оперативник дёрнулся, его движения замедлились на долю секунды.
Я порадовалась про себя. Пока всё идёт по плану. И это хорошо.
Но мне некогда было следить за их противостоянием, у меня хватало и своих проблем…
Уклонившись от первого удара, блокировала второй, контратаковала энергетическим лучом, который прошил плечо одного из наседавшей тройки, но дыра довольно быстро затянулась.
Они не отступали. Методично, расчётливо наносили удары, заставляя меня тратить силы на уклонения, блоки, контратаки. Это была битва на истощение. И я проигрывала по времени. Потому что их было больше, а я одна…
- Миледи! - раздался крик позади.
Я обернулась на долю секунды. Со стороны поворота к нашему замку буквально летели пятеро всадников. Их плащи развевались на ветру, посохи светились магической энергией.
Королевские маги Эргона! В душе вспыхнула надежда, что ещё не всё потеряно. Они прямо на ходу атаковали закованных в броню пришельцев, один выпустил ледяные копья - десятки острых шипов обрушились на ближайшего киборга. Второй призвал земляной вал, пытаясь сковать движения врага. Третий атаковал молниями.
Пятеро магов и четверо киборгов, напротив меня остался только один враг.
- Не давайте им к себе прикоснуться! - прокричала я, уклоняясь от удара. - Один контакт и вы мертвы!
Маги услышали. И поэтому старались держать дистанцию, атакуя издалека: огонь, лёд, молнии, комья земли.
Их резервы таяли.
Но и маги не были неуязвимы.
Один из оперативников прорвался-таки сквозь огненную стену и схватил чародея за горло. Тот даже вскрикнуть не успел или как-то контратаковать - его тело обмякло, безжизненно осев на землю.
- Отступайте! - рявкнула я своим. - Держите дистанцию!
Договорить не успела, как второй маг тоже пал, его разрезал пополам энергетический клинок.
Трое оставшихся колдунов отступили ближе к барьеру, продолжая атаковать, бледные, с дрожащими руками, капельками пота на лицах, им тоже было худо. Архин Велан выглядел не менее измотанным, дедушка тяжело дышал, опираясь на посох, но продолжал борьбу: белоснежными сгустками, световыми стрелами и молниями.
Но и киборги двигались куда медленнее. Значительно!
Хорошо. Ещё немного.
Я сосредоточилась на своих.
Они были сильны, но я была быстрее. Умнее. И у меня был план. Заманив их ближе к барьеру, вертелась как юла, уклоняясь, отступая, заставляя их тратить энергию на погоню, и раз за разом промахиваться. Один рванул вперёд слишком быстро. Я развернулась, схватила его за шею, прикрывшись его мощной спиной от атак другого. Сама же нащупала на затылке пленника аварийный порт доступа. Нажала. Быстро, чётко проговорила код деактивации, и наниты в его теле отключились практически мгновенно. Мужчина обмяк, я же, откинув безвольное тело в сторону, без передышки метнулась ко второму.
Этот сопротивлялся яростно, будто понимая, что не стоит подступать ко мне ближе, чем на пару метров, я, несмотря на жуткую усталость, давившую на плечи, снова врубила четвёртый протокол и повторила манёвр. Обманула. Схватила. Нажала кнопку. Проговорила код. Безжизненное тело полетело на изрытую битвой землю.
Оставшиеся в живых маги едва стояли на ногах, и я помчалась им на выручку.
- За барьер! - крикнула я. - Сейчас же!
Дедушка, кинув на меня быстрый взгляд, первым шагнул сквозь мерцающий щит. Трое королевских магов последовали за ним, спотыкаясь от истощения. Я осталась одна против троих, но эти трое заметно шатались, впрочем, так же, как и я.
Активировала ускорение - последнее на сегодня.
Первый оперативник пытался блокировать, но я была быстрее. Схватила за шлем. Кнопка. Код.
Второй отступил, но я всё равно его настигла. Тот же приём. Мёртв.
Остался один.
Последний замер, глядя на меня равнодушными глазами через прорези шлема. Его энергия была на исходе, около 10%. Я шагнула к нему… Он странно дёрнулся и тут в его руке, будто из воздуха появилась… Омега.
Киборг разжал пальцы, и граната скользнула вниз к моим ногам, я ничего не успела сделать…
Омега с тихим шипением взорвалась! Вспыхнув холодным беспощадным светом.
Чудовищная боль накрыла меня с головой, парализуя конечности, лишая сил, огнём проходясь по органам, отнимая возможности дышать, видеть, думать…
Мир вокруг взорвался на мелкие кусочки, прошив осколками мою душу…
Наниты в моей крови… «КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА. СИСТЕМЫ—»
И наступила тьма.
Интерлюдия
Я стоял на вершине Северной башни, вцепившись в холодный камень парапета, и смотрел на битву, разворачивающуюся за пределами барьера.
Сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот и выпрыгнет из груди.
Гвендолин сражалась.
Она летала между врагами, как молния! Иной раз я и вовсе её не видел, настолько быстро она перемещалась.
Но их было слишком много.
Архин Велан бился чуть поодаль, заняв позицию ближе к барьеру, наверняка так ему велела Гвени. Белоснежное пламя вырывалось из его посоха, молнии обрушивались на врагов одна за другой. Старик держался стойко, но было заметно, что надолго его не хватит.
Двое против пяти чудовищ, закованных в чёрные доспехи, сила которых была равно могуществу моей жены. Откуда они взялись? Что им нужно от Гвендолин?
Я знал, что любимая скрывает от меня что-то, но никогда не спрашивал, потому что понимал: если она молчит, значит, так нужно. Так же понимал, что архин в курсе тайны, но не лез с расспросами и к нему.
Гвендолин выживет и тогда сама всё мне расскажет, отмолчаться уже не получится.
Обдумывая всё это, я ни на секунду не прекращал следить за сражением. Не пропустил и появление магов короля Эргона.
Огонь, лёд, молнии - всё это полетело в чёрных воинов.
Надежда вспыхнула в груди, но длилась недолго. Вот один маг пал, следом второй…
- Боги… - прошептал я, моя душа рвалась туда, на поле боя, но я дал обещание и сейчас был скован им крепче цепей.
Вот Гвендолин прокричала что-то оставшимся чародеям, и они отступили к барьеру, вскоре полностью нырнув под его защиту.
А она… она осталась.
- ГВЕН! - закричал я что есть мочи, когда увидел напротив неё трёх противников.
И не стал ждать, глупо было верить, что она справится в одиночку с этими монстрами.
Бросился к Гармонизатору и нажал на красную кнопку. Созданный моей женой артефакт и без того гудел, а после моих действий утробно зарычал, отчего у меня волосы на затылке зашевелились. Кристаллы установки запульсировали пуще прежнего, разгораясь всё ярче, всё ослепительнее. Помня наставления жены, я, резко отвернувшись, поспешил покинуть Северную башню…
***
Ричард успел спуститься во внутренний двор замка, когда Гармонизатор, набрав обороты, наконец-то, выстрелил!
Четыре луча чистейшей ослепительно-белой энергии вырвались из артефакта и полетели в разные стороны. Само пространство выгнулось и завибрировало, камни двора заходили ходуном под ногами стражников.
Первый поток устремился к Сердцу Солнца, второй - к Слезе Луны, третий рванул к Дыханию Звёзд, четвёртый полетел к Твердыне Тьмы.
Все они вспыхнули одновременно, соединённые лучами Гармонизатора…
***
Мать-настоятельница Агата стояла у окна своего кабинета, разбирая очередное послание, когда СНОВА почувствовала ЭТО.
Дрожь. Сначала едва заметная, но постепенно всё нарастающая.
Пергамент мягко выскользнул из её ослабевших пальцев, и с тихим шелестом упал на каменный пол. Она ПОМНИЛА это ощущение.
Давно и одновременно будто совсем недавно земля уже содрогалась так же. В тот раз из древней астрономической башни вырвался столб света, устремившийся к горизонту. Тогда всё аббатство замерло в благоговейном ужасе.
Агата сжала ладони перед грудью, тихо зашептала молитву, не отрывая своих с возрастом поблёкших глаз от тёмно-серого неба, с каждым мгновением чувствуя, как в такт толчкам всё быстрее колотится её старое сердце.
Она смотрела туда, в сторону горизонта и вскоре увидела, как в небо ударил столб света.
Он коснулся Завесы, но не прошил её насквозь, а разошёлся в стороны, растекаясь всё дальше и дальше, охватывая всё большую площадь, стремительно, безудержно, неотвратимо!
А потом пришёл он. СКРЕЖЕТ.
Похожий на треск ломающегося льда; на грохот обрушивающегося леса; на вой тысячи голосов.
Небо содрогнулось. Оно корчилось в муках, дрожало, шло волнами, сопротивлялось.
Пелена хотела жить!
Но устоять против направленного на неё мощнейшего потока первозданной энергии не смогла, и на глазах всех жителей аббатства пошло трещинами. Они ветвились, множились, расширялись…
Вековая Завеса, державшая мир так долго в своих серых холодных объятиях, в итоге осыпалась пеплом на измождённую планету.
Настоятельница стояла неподвижно, глядя на буквально падающее им на головы небо.
По её щекам тихо катились слёзы. Её душа пела, радуясь солнечному свету, проступившему сквозь прорехи побеждённой Пелены.
Настоящий свет.
Золотой, тёплый, живой.
***
Старик сидел у окна своей комнаты, глядя на пустошь, расстилавшуюся до самого горизонта. И в который раз пытался поймать шёпот Тьмы, но уже сколько времени, ему всё так же отвечала тишина.
Дрейвен поднял руку, посмотрел на морщинистую, покрытую некрасивыми пятнами, кожу. Когда-то эта рука призывала смерть. Теперь она едва держала кружку с водой. Это всё проклятая графиня Леваньер, следовало убить её, когда была возможность… Ход его мыслей прервала едва заметная дрожь, прокатившаяся по полу.
- Роут, что происходит? - повернул старик голову к молчаливому слуге, стоявшему позади господина.
Но тот не успел ответить - мир резко качнулся и больше не вернулся на место. Твердыня Тьмы взвизнула, будто обладала голосом, а по её стенам пошла заметная чёрная рябь.
- Господин, - бросился к Дрейвену слуга, - надо покинуть Башню.
- Уходи один, - каркнул старик, - я умру вместе со своим домом…
Небо содрогнулось.
Золотые трещины побежали по хмурой Пелене, расползаясь во все стороны, опутывая, поглощая Завесу, а вместе с ней вытягиваю всю ту мощь, что веками хранилась в камнях тьмы, из которых была возведена Твердыня.
Древний артефакт, оставшись без энергии, сложился, как карточный домик, похоронив в себе некогда могущественного Повелителя наёмников…
***
Эдуард Третий, король Арденна, стоял на балконе своего дворца, задумчиво глядя на серое небо. День был обычным. Скучным, несмотря на суету. Вот только сегодня что-то было не так, монарх нутром чуял некую угрозу, повисшую в воздухе.
Угрозу ему? Его семье? Стране? Он не мог нащупать верное направление.
- Ваше Величество? - к нему вышла Хеленна, его нынешняя фаворитка. Юная, прекрасная и трепетно нежная. - Вас что-то тревожит? - преданно заглядывая ему в глаза, мягко спросила она.
- Нет, драгоценность моя… Точнее… - но договорить король не успел: под его ногами качнулся пол, задрожали стены замка.
- Что это?! - испуганно вскричала Хеленна, бросаясь к любовнику.
Но Эдуард ей не ответил, всё его внимание было обращено на горизонт, где, будто из самой земли, в небо выстрелил ослепительный свет.
- Ох! - прошептала девушка, не веря тому, что видит.
И тогда небо запело, искажая само пространство, заставляя затыкать уши, падать на колени и молиться, молиться, чтобы им позволили жить.
Пелена содрогнулась и разошлась по швам, серыми лоскутами опадая на землю.
Лучи солнца коснулись лиц замерших в благоговении людей…
Тёплое, яркое, живое. Оно заливало мир золотым сиянием, прогоняя тени, наполняя всё вокруг жизнью.
Во дворце, в городе раздались крики. Слуги, стражники, придворные, горожане - все выбежали на улицы, чтобы замереть и неотрывно смотреть на прекрасный серо-синий свод.
- Гвендолин, - прошептал Его Величество. - Что же ты наделала?
Он радовался, как человек, и одновременно горевал, как правитель, власть которого вскоре станет не такой безграничной.
Этот мир больше никогда не будет прежним.
***
Гвендолин Монтрайн
Боялась ли я смерти? Безусловно. Я всегда стремилась жить. Несмотря на насмешки, гонения, пинки и тычки. Несмотря на увечную руку и короткую ногу. Я люблю жизнь, и ни разу даже не думала покончить с ней раньше положенного срока. Всегда знала, даже будучи ребёнком, смерть придёт, от неё не скрыться. Поэтому встречу с ней стоит отдалить на как можно больший срок.
Сегодня я умерла… Спасая родных от нашествия сошедших с ума киборгов. Нет ничего дороже семьи, битва за их благополучие стоит любых усилий, и любой цены.
Тогда откуда это сожаление?
Я ведь так люблю жизнь…
- Ты человек, прежде всего, Гвендолин, - услышала я откуда-то сбоку звонкий голос, и, с трудом разлепив веки, увидела сидевшую рядом со мной молодую женщину, прекрасней которой я никогда в жизни не встречала. - Поэтому сожалеть нормально. И не стоит этого стыдиться.
Чёрные чуть вьющиеся волосы шёлковой волной ниспадали ей на спину, большие тёмно-зелёные глаза, опушённые длинными ресницами, смотрели на меня так, будто видели насквозь.
- Мама… - непослушными губами прошептала я, и по щекам против воли потекли крупные горячие слёзы.
- Доченька, - улыбнулась она в ответ, а я, подскочив, крепко её обняла, так крепко, насколько хватало сил. - Как же ты выросла! Стала такой необыкновенной, невероятной личностью! Я так тобой горжусь!
- Мамочка, - шептала я, не в силах остановить бегущие слёзы. - Я так много хотела тебе сказать, а теперь у нас целая вечность…
- Не спеши, родная, - Исо слегка отстранилась и, обхватив моё лицо своими изящными ладонями, добавила: - Ты нужна тем, кто остался там, как воздух нужна. Как солнце.
- Н-но…
- Я всё знаю, все твои мысли, все твои чувства, ведь я никогда не уходила, я всегда была рядом с тобой, вот здесь, - и мягко прижала ладонь туда, где… БИЛОСЬ моё сердце.
- Мам, я боюсь, - сморгнув набежавшую влагу, заглянула в её прекрасные глаза, полные любви ко мне. К её ребёнку.
- Того, что ты больше не суперчеловек? Что ты снова стала беспомощной калекой? - договорила она то, что было у меня на уме.
- Да… - прошептала я.
Исо вдруг перестала хмуриться и широко, ласково улыбнулась:
- Не наниты сделали тебя той, кем ты стала. Твои поступки, любовь к миру, людям, всему сущему. Поэтому они вошли с тобой в резонанс, стали частью тебя, подчинились тебе. Потому что ты необыкновенный человек. И никогда не изменяла себе, даже в мыслях…
- Мама, мы ведь увидимся вновь? - выдохнула я, боясь разжать пальцы, боясь отпустить ту, которую никогда не знала.
- Когда придёт время, я буду ждать тебя здесь, любовь моя. Всегда. - Исо наклонилась ко мне и нежно поцеловала в лоб. - А теперь иди. У тебя ещё ворох незавершённых дел.
***
Первое что я ощутила - это запахи сырой земли и гниющих растений, а после на меня резко обрушились звуки, дезориентируя, буквально вбивая молотом в землю. Само небо падало смрадным пеплом, окутывая меня в плотный саван. Но ни это жуткое покрывало, ни этот отвратительный шум в ушах, не могли перебить накатившую на меня боль.
Меня словно разорвало на тысячи маленьких Гвендолин, и сейчас эти крохи стремились соединиться вновь.
Как ни пыталась, я не смогла почувствовать нанитов в своей крови, дозваться их… Вместо них ощутила всё нарастающее непривычное жжение в центре груди, рядом с лихорадочно колотящимся сердцем.
Как вдруг… Второе, прежде безмолвное, не подающее признаков жизни, сделало удар.
Тук. Тук-тук. Тук-тук-тук.
Жжение всё усиливалось, причиняя мне невыносимые страдания, и я не выдержала и закричала.
Перед внутренним взором будто родилась новая звезда. Ослепительная, безжалостная… Моя…
Из магосердца хлынул поток жидкого золота, затопивший мои вены. Столб света, прежде видимый лишь мне одной, наверняка узрели и другие, поскольку он ударил из моей груди вверх, испепеляя упавшие на меня остатки проклятой Пелены.
Сила хлынула, склеивая меня воедино. Она была неистовой, как шторм, сметающей всё на своём пути: страхи, сомнения, переживания.
Я чувствовала, как магия этого мира собирает меня заново, как она выжигает остатки металла из моей крови, заменяя холодную логику машин живым, дышащим пламенем волшебства.
А потом пришла тишина.
Боль отступила, растворилась, будто её и не было.
И я открыла глаза.
Надо мной простиралось небо…
Синее-синее. Бескрайнее. Бесконечно прекрасное.
Пелена же серым пеплом медленно, словно снег, опускалась на землю. И лишь слегка портила вид небесного свода.
А солнце… Солнце пылало! Огромное, яркое, невероятное, слегка обжигающее… Оно висело над миром, словно око самого Создателя, заливая пространство золотым светом. Его лучи касались моего лица, волос - нежно, как руки любящей матери.
Я чувствовала, как его тепло проникает сквозь одежду, наполняя меня, разливаясь по венам. Это не было похоже на жар костра или горячую воду. Это было тепло жизни. Тепло надежды. Я закрыла глаза, с наслаждением подставляя лицо ласковым лучам.
Глубоко вдохнула воздух, пахнущий землёй, травами и чем-то новым. Свободой? Переменами?
Я бы пролежала так ещё неизвестно сколько времени, но тут не так далеко от меня кто-то шевельнулся. Открыла глаза и повернула голову в ту сторону. Выжил, значит.
Одним движением, без усилий встала.
В десяти метрах сидел выживший киборг из Второй Пятёрки.
Солнечные лучи касались его тела, наполняя его наниты энергией. Ещё немного и пришелец оживёт, снова станет опасным.
Я не стала медлить. Подойдя к воину, опустилась рядом на колени и положила раскрытую ладонь ему грудь, туда, где под доспехом билось сердце. Мужчина перехватил мою руку, попытался с силой отвести её в сторону и одновременно ударить другой.
Но ничего у него не вышло, я отмахнулась от его атаки, и призвала свою силу. Не ту, что давали нанороботы, а ту, что родилась внутри меня, ту, которой меня наделила природа родной планеты.
Магия света хлынула в тело врага, легко проникая сквозь металл доспеха, сквозь кожу и попадая прямиком в кровь.
Мой свет без усилий выжигал нанитов одного за другим. Методично. Безжалостно.
Киборг дёрнулся и… закричал! Его тело выгнулось дугой, руки-ноги задрожали. Через несколько секунд всё закончилось.
Передо мной в отключке лежал обычный человек без сверхспособностей.
Я отняла ладонь и медленно встала.
- Гвени! - раздалось позади, я резко обернулась.
Архин Велан и Ричард спешили ко мне. Дедушка хромал, опираясь на посох, но двигался так быстро, как только мог. Рик очутился подле меня первым. Подхватил на руки и крепко-крепко прижал к себе.
- Ты жива… Боги, ты жива! Я думал, что потерял тебя!
- Всё хорошо, любимый, - выдохнула я. - Я с тобой. С вами.
Дедушка подошёл следом:
- Внучка, дочка, жива… - и столько облегчения, что сердце защемило, я шагнула к нему и обняла. Слёзы сами потекли по щекам, я не находила слов, чтобы поблагодарить те силы, которые дали мне второй шанс быть, жить, радоваться рядом с близкими, родными мне людьми.
- Дедушка, Рик, - я отстранилась, глядя в их такие любимые лица. - Мне нужно во-о-он туда, чтобы закончить начатое… - и ткнула пальцем вверх.
Высоко в небе, но явственно различимый, висел огромный чёрный корабль. Длинный, угловатый, массивный, будто гигантский хищник, заполнивший, казалось, полнеба.
И только сейчас мужчины его заметили, жаль, что у меня пока нет фотоаппарата, чтобы навеки запечатлеть выражения их лиц: глаза на пол лица, рты приоткрыты, застывшие в неподвижности тела.
- Гвени, что это?
- Это те, кому так помешала моя сила, - ответила я, успокаивающе сжала руку мужа, и добавила: - Доверься мне и не переживай. Я скоро вернусь.
Рик долго смотрел мне в глаза, затем медленно кивнул.
Отступив от него на шаг, повела рукой, и лежавший на земле последний киборг взмыл в воздух. И мы вместе полетели к кораблю.
***
Внешний шлюз находился на уровне нижней палубы. Я зависла перед ним, глядя на массивную металлическую дверь.
Несколько секунд ничего не происходило.
Затем раздался щелчок, и люк начал открываться с тихим шипением.
Я влетела внутрь, осторожно опустила киборга на пол декомпрессионной камеры.
Красные лазеры пробежали по моему телу, сканируя каждую клетку.
- Сканирование завершено. Нанороботы не обнаружены, - резюмировал корабельный искин. - Субъект: Гвендолин, прототип V-11. Статус: неопределён. Рекомендуется дополнительная проверка.
- Впустите её, - раздался знакомый голос Звягинцева.
Ещё один шлюз плавно открылся. Я прошла дальше, бессознательный воин летел за мной, как привязанный.
Коридор был узким, стены серыми, освещение холодным белым. Пахло металлом и озоном.
Звягинцев ждал меня в конце коридора. Он стоял с непроницаемым лицом, сложив руки за спиной.
- Леди Гвендолин, вы выжили, - как-то устало, негромко заметил он, всё это время глядя на своего солдата за моей спиной. - Он жив?
- Да. Более того, он больше не киборг, обычный человек. Очнётся, будет помнить всё до момента внедрения нанитов.
Звягинцев шокировано замер, пытливо всмотрелся мне в глаза, будто ждал, что я рассмеюсь и оберну всё в шутку.
- Что вы с ним сделали? - в итоге выдохнул он.
- Применила свой магический дар.
Генерал-адмирал молчал несколько секунд, затем кивнул:
- Следуйте за мной.
Мы прошли по коридору, поднялись на лифте на верхнюю палубу и вошли на командный мостик. Всё те же огромные экраны, но в этот раз тут находились офицеры, работавшие за своими пультами, некоторые оглядывались на меня с нескрываемым любопытством и даже затаённым страхом. И их можно было понять, шутка ли, какая-то девчонка уничтожила половину несокрушимой Десятки.
В центре помещения висела голографическая проекция Гелии.
- Роб, - обратился Звягинцев к бортовому компьютеру. - Повторное сканирование субъекта.
- Выполняю, - откликнулся приятный голос искина.
Красные лучи снова пробежали по моему телу.
- Сканирование завершено. Нанороботы: не обнаружены. Биологические показатели: в пределах нормы. Энергетическая сигнатура: аномальная. Природа энергии: неизвестна. Классификация: невозможна.
Звягинцев повернулся ко мне:
- Можете рассказать подробнее? О магии…
- Ваш искин прав. Нанитов во мне больше нет. Планета внизу, - кивок на проекцию, - обладает определённым фоном, который сказывается на людях, на ком-то сильнее, на ком-то почти незаметно. Первые становятся магами, способными влиять на окружающее пространство, изменяя его по своему желанию. Это всё можно было бы научно обосновать, но, как вы сами понимаете, подобное потребует многих лет исследований.
После моих слов в помещении воцарилась недоверчивая тишина. Офицеры многозначительно переглянулись. Звягинцев же не отрывал от меня пытливого взора.
- Магия, - повторил он, словно пробуя слово на вкус. - Но это выходит за рамки всего, что я знаю.
- Генерал-адмирал, сейчас не это главное, важно другое, - я шагнула ближе, - отправьте сообщение в Верховное Командование Альянса. Скажите им, что прототипа V-11 больше не существует. Угроза уничтожена.
Я кивнула на бессознательного киборга, который являлся доказательством моих возможностей, и веско добавила:
- А после улетайте. Если кто-то из вас вернётся на эту планету с враждебными намерениями, его постигнет та же участь, что и этого воина. Впрочем, возможно, она будет даже хуже. Я способна стереть все ваши воспоминания, сделав овощем, неспособным без посторонней помощи, сходить по нужде, - в моём голосе прорезался металл, я почувствовала, как по коже прокатилась волна силы, а после всё моё тело вспыхнуло белым пламенем.
Присутствующие на мостике люди повскакивали с мест, вынули оружие и направили на меня, один лишь Звягинцев продолжал стоять на месте, заворожённо глядя на моё сияние.
Уняв эмоции, сказала:
- Тела павших можете забрать. Похороните их с честью.
- Спасибо, - просто ответил генерал. - Я вас услышал. Чжоу, отправьте сообщение: Прототип V-11 ликвидирован.
- Будет сделано, сэр, - кивнул офицер и вернулся на своё рабочее место.
Я сделала шаг к выходу, но на полпути остановилась и, обернувшись, повторила:
- Забудьте дорогу к Гелии. Сотрите координаты из навигационных систем. Эта планета живёт по своим законам. Не думайте, что мы, жители, не сможем постоять за её независимость.
Звягинцев смотрел на меня долго, затем медленно кивнул:
- Прощайте, леди Гвендолин. Я искренне сожалею, что всё вот так обернулось.
- Мне хотелось бы вам верить, но…
И покинула мостик.
***
Шлюз открылся, выпуская меня наружу. Я полетела вниз, стремясь как можно быстрее оказаться во дворе замка, в окружении дорогих мне людей.
Стоило мне приземлиться, как Рик первым подошёл ко мне, обнял, прижал к себе:
- Всё кончено?
- Да, - прошептала я, уткнувшись лицом в его плечо, - однозначно да.
Я стояла на крыше Северной башни замка Монтрайн, держа в руках кисть и глядя на почти законченную картину. Тёплый ветерок играл прядями моих волос, солнце ласково касалось кожи, и я в который раз ловила себя на мысли, что это ощущение никогда не надоест. Никогда.
Год назад свет вернулся в наш мир. Уже прошло триста шестьдесят пять дней света, тепла и надежды. Даже не верится…
Я окунула кисть в краску цвета весенней листвы и добавила последние штрихи к изображению раскинувшейся внизу долины. С этой высоты открывался завораживающий, дух захватывающий вид: поля золотились спелой пшеницей, сады утопали в зелени, а вдалеке, у подножия гор, виднелись новые дома, построенные за последние месяцы. Земли Монтрайнов процветали, но не только они. Весь мир преображался на глазах.
Первый год без Пелены люди прозвали по-разному: кто Годом Первого Солнца, кто Годом Возрождения, а в некоторых отдалённых королевствах его величали Годом Огненноволосой Спасительницы. Последнее заставляло меня недовольно поджимать губы, но Рик только смеялся и говорил, что мне придётся к этому привыкнуть. Урожаи в этом году превзошли все ожидания! Голод, веками державший народы в своих костлявых объятиях, наконец-то, отступил. Зерно, овощи, фрукты - всего было в изобилии. Торговые караваны теперь без страха пересекали границы между многими королевствами. Дороги, пустовавшие столетиями, ожили, наполнились людьми, товарами, новостями из дальних земель.
Но это ещё не всё! Куда важнее было иное событие: магические реки, веками текущие глубоко под землёй, после разрушения Пелены вырвались на поверхность в нескольких местах. Их сияющие воды, насыщенные древней силой, помогли людям адаптироваться к яркому солнечному свету. Ожоги, которые первые недели были настоящей бедой, стали заживать быстрее. В итоге, кожа адаптировалась к новым условиям, глаза перестали слезиться - планета сама позаботилась о своих детях.
В честь годовщины возвращения солнца по всему миру проходили празднества. В нашем замке устроили пир, на него съехались гости со всего королевства. Не в замок короля, нет, именно на земли Монтрайнов. Музыка, смех, радость - всё это наполнило залы и коридоры, улицы и сады. Барды сочинили новые баллады о Графине с Пламенными Волосами и Чёрном Волке, спасших мир от медленного угасания. Я краснела каждый раз, когда слышала эти песни, но Рик только крепче сжимал мою руку и гордо улыбался.
Новые города вырастали словно грибы после дождя. Люди, столетиями ютившиеся в старых, ветхих постройках, теперь возводили просторные дома с большими окнами. Зачем прятаться от света, если он дарует жизнь?
Монахи открыли несколько школ в крупных городах. Дети простолюдинов теперь могли учиться грамоте, счёту, основам естественных наук. Я сама передала учителям новых школ несколько своих трудов о природе солнечной энергии, пусть адаптированных и упрощённых, но всё же полезных.
Мир менялся. И я вместе с ним…
Я отступила на шаг от холста, окидывая свою работу критическим взглядом. Пейзаж получился живым, наполненным светом и теплом. Именно таким я видела будущее нашей планеты.
Первым делом я смастерила новые Гармонизаторы, их основой послужили материалы дроп-подов. Получилось двадцать пять установок, которые я расставила в разных частях света, соединив между собой единой энергетической сетью. Итак, для чего они мне понадобились?
Губы сами собой сложились в хитрую улыбку… Гармонизаторы помогут мне не пропустить момент вторжения на Гелию, тайным оно будет или же явным. Любой пришелец получит магическую метку, видимую многим магам света. Эта метка позволит нам отследить местоположение незваного гостя, и даже причинить вред его здоровью, если потребуется. Я была уверена, кому-то из мира Звягинцева захочется узнать о нас больше, о магии, о её возможностях. И я хотела быть готовой к любым неожиданностям.
Завершив самые важные дела, касающиеся новых Гармонизаторов, я посвятила себя созиданию, сильнее рисования я увлеклась созданием артефактов, полезных в быту. Кристаллы, способные нагревать воду, амулеты, защищающие от тёмной магии, зеркала, через которые можно было передавать сообщения на огромные расстояния.
На Крыльях Гелии мы с Риком облетели все соседние страны, устанавливая ретрансляторы для связи между «Говорящими зеркалами». Дедушка Велан путешествовал с нами несколько раз и каждый раз восхищённо качал головой, приговаривая: «Вот уж не думал дожить до таких чудес!»
Мысль о дедушке согрела сердце. Архин полностью восстановился после той страшной битвы. Он жил в замке, занимая покои в Восточной башне, и проводил дни в библиотеке, изучая древние манускрипты. Мы часто беседовали с ним о будущем, о магии, о том, как изменится мир в ближайшие десятилетия.
«Ты открыла дверь, внученька. Теперь через неё хлынет поток перемен. Мир больше никогда не будет прежним».
Мысли перескочили пусть и не на такие масштабные события, как открытие границ между королевствами, но не менее значимые лично для меня. Розалинда вышла замуж за отважного капитана Торбена. Моя дорогая подруга, спасшая меня когда-то в аббатстве, наконец-то обрела своё счастье. Генри оказался именно тем человеком, которого она искала всю жизнь: сильным, честным, преданным… Они построили дом неподалёку от замка, у подножия холма, окружённый цветущим садом. Роза занималась выращиванием редких лекарственных трав, а Торбен продолжал служить капитаном стражи.
Мари тоже нашла своё счастье. В лице сумасбродного мага Дориса Ювейна, за которым ухаживала после того, как он получил тяжёлую травму во время сражения с Тенями. Их история началась с простого сострадания, но переросла в глубокую любовь. Дорис талантливый маг света чем-то взял и покорил мою Мари. Они дополняли друг друга, как два полюса одного мира. Их дом тоже находился рядом с замком. Мы с Розой и Мари виделись почти каждый день, и иногда мне казалось, что мы снова в аббатстве: три подруги, мечтающие о лучшей жизни. Только теперь эти мечты стали реальностью.
Несколько недель назад нас посетила леди Барбара де Марель. Моя строгая наставница, некогда учившая меня придворному этикету и искусству светской беседы, приехала проведать свою ученицу. Она постарела, волосы её совсем поседели, но взгляд оставался всё таким же острым и проницательным.
Абигейл росла замечательным человеком. В основном ею занимался дедушка, поскольку у него было больше свободного времени, но и я не забывала о девочке, частенько беря её с собой на прогулку по саду или в артефакторную мастерскую. Аби была полна жизни и задорного детского любопытства знать всё на свете.
Иногда, глядя на неё, я думала о том, какой интересной бывает судьба. Моргана ненавидела меня, причиняла боль, отравляла детство. Но её дочь… Аби всего лишь невинный ребёнок и она ни в коем разе не должна нести ответ за грехи матери. И я дала ей то, чего сама была когда-то лишена: любовь, заботу, семью.
Я снова посмотрела на холст, на изображённый на нём мирный пейзаж. Это был символ новой эры. Эры света, надежды и бесконечных возможностей.
Шаги за спиной выдернули меня из задумчиво-созерцательного состояния. Я не стала оборачиваться, знала, кто это.
Подойдя, муж нежно и осторожно обнял меня сзади, его большие ладони легли на мой округлившийся живот.
- Как поживают мои девочки? - негромко спросил он, склоняясь к моему уху.
Я хитро прищурилась:
- А вдруг всё же мальчик?
- Девочка, - уверенно возразил Рик. - Такая же, как ты, огненноволосая, зеленоглазая! Я знаю, что ты в курсе, какого пола малыш, но дай помечтать!
Я вскинула голову, чтобы посмотреть на любимого мужчину, и утонула в серебристой глубине его невероятных глаз. В этом взгляде было всё: любовь, нежность, восхищение, преданность. Рик был моей опорой, моим защитником, моим домом.
Я давно знала, что у нас будет девочка. И мальчик тоже. Двойняшки. Дедушка Велан тоже об этом знал, но, следуя просьбе Ричарда, мы молчали. Впрочем, уверена, рождение сразу двух малышей станет для мужа сюрпризом.
Бо-о-ольшим сюрпризом!
Я прижалась спиной к его груди, наслаждаясь теплом и близостью. Ричард положил подбородок мне на макушку, и мы замерли так, глядя на открывающийся с башни вид.
- Ты счастлива? - тихо спросил он.
- Да, - без колебаний ответила я. - Счастлива, как никогда в жизни.
И это была правда. Путь, который я прошла от отверженной калеки до герцогини Монтрайн, был долгим и мучительным. Но каждый шаг, каждое испытание привели меня сюда - к этому моменту, к этому человеку, к этому чувству абсолютной правильности происходящего.
Внутри шевельнулись мои дети, резко толкнув сразу в нескольких местах. Я улыбнулась, положив свои ладони поверх рук мужа.
- Нетерпеливая, - заметил Рик с улыбкой. - Прямо как её мама.
- Или терпеливая, - возразила я. - Ждёт своего часа.
Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в оттенки золота и розового. Я закрыла глаза, впитывая этот момент, запоминая каждую деталь.
Мир менялся, и мы вместе с ним.
И впереди нас ждала новая жизнь - жизнь, полная света, любви и бесконечных возможностей…
…
______________________________________